Двойник 2 [Константин Назимов] (fb2) читать онлайн

Двойник 2

Пролог

Почти три недели крепость в осаде. Ситуация с каждым днем становится хуже, это понятно каждому защитнику, однако, никто сдаваться не собирается. От гарнизона осталось едва ли треть, да и то большинство получили ранения. Северяне и орки готовятся к одному из последних штурмов. К врагам подошло подкрепление, подвезли десяток катапульт, и в их лагере заметно оживление. А вот защитникам помощи ждать неоткуда. В Каршанской империи дела обстоят печально, враг давит со всех сторон, а в столице творится непонятно что. Указы выходят один за другим, вечерний отменяет дневной, а утром и вовсе подданные получают совершенно иное волеизъявление императора. В крепость сведения приходят с задержкой, да и то далеко не все. Бывший глава тайной канцелярии свои выводы сделал, получив донесение от своих доверенных людей. Журбер задумчиво перечитал короткое сообщение и тяжело вздохнул. Ему предстоит принять одно из сложнейших решений за всю свою жизнь. Да, он предан Волтуру, и не только из-за магической клятвы, от которой избавляться не собирается. С правителем его связывает давняя дружба, в том числе и то, как развивалась империя ему нравилось… до недавнего времени. Сейчас же на кону стоят жизни очень и очень многих. Он даже не берет в расчет тех, с кем не так давно сошелся и стал дружен.

— Жаль, что так сложилось, — вздохнул бывший советник императора и устало потер глаза.

Он вновь прочел донесение, уже понимая, что их миссия бесполезна и не принесет ожидаемого результата. В чудеса Журбер давно не верил, как и в то, что крепость устоит. Пожалуй, пора начинать реализовывать один из запасных планов, которые они с Волтуром обсуждали. Император не был дураком, умел просчитывать варианты и признавать ошибки. Правда, то к чему все идет они даже предположить не могли. Удар по империи оказался слишком хорошо подготовлен. И ведь отправься они к горцам на пару месяцев или недель раньше, то все могло бы получиться. Опоздали! Это уже очевидно и понятно, императора не спасти, а самим лезть в петлю не очень-то хочется. Ладно он уже старый и пожил достаточно, но как насчет племянницы и дочери императора? Они же совсем девчонки! Ну, с его точки зрения. Да и Айлексиса жаль, наследник герцогства показал себя очень рассудительным и правильным со всех точек зрения. Ни одного неверного решения не принял, действовал четко и уверенно, даже в стрессовых и практически безысходных ситуациях не пасовал. Пожалуй, даже сам бывший глава тайной канцелярии не справился бы лучше. Опять-таки, молодой аристократ не считал зазорным просить совета, к подчиненным относится внимательно.

— Что ж, будет еще один план, который возник спонтанно, — задумчиво произнес Журбер, а потом добавил: — Вряд ли он реализуем, но чем черт не шутит.

А если уж честно и откровенно, то бывший советник императора сам не верит, что хоть одна из его комбинаций осуществима в текущих реалиях. Но он не привык отступать и сдаваться, готов сражаться до последнего вздоха, как бы пафосно это не звучало. Следует ли незамедлительно приступать к реализации плана? Нет, пока он не имеет права так поступить, только если начать подготовку, чтобы в нужный момент попытаться сделать ход, который никто не ждет.

— Можно? — раздался усталый возглас из-за двери.

— Заходи, открыто, — буркнул Журбер.

В кабинет вошла его племянница, до недавнего времени которую все называли Шипкой и не знали, что она имеет титул.

— Свения, что-то случилось? — поинтересовался Журбер.

— Случилась осада, — хмыкнула баронесса.

— Думаешь мне об этом неизвестно? — криво усмехнулся бывший советник императора.

— Запасов еды хватит на неделю, не больше. Лекарств нет, целители валятся с ног и раненым почти не оказывается помощи. Иштания постоянно без сил, раз за разом вычерпывает свой источник до дна. Айлексис все время рискует, отбивая атаки северян и горцев. Настроение среди защитников аховое, уже никто не верит, что выстоим и не ждет подмоги.

— И?

— Комендант крепости ранен, большинство офицеров убито, запас снарядов к катапультам заканчивается, — опустившись в одно из кресел перечисляет баронесса. — Думаю, еще два-три штурма отобьем, но не больше.

— Ты всегда хорошо анализировала, — согласно кивнул Журбер. — Думаю, это уже всем очевидно. Поэтому, просил Айлексиса и полковника о срочном совещании.

— Почему нас с Иштанией не предупредил? — нахмурилась баронесса.

Бывший глава тайной канцелярии потер висок и неопределенно пожал плечами. Он не привык советоваться с женщинами, пусть даже и с теми, кому доверяет. В этом еще одно отличие между ним и наследником герцогства, который возглавляет их миссию к горцам.

— Не назначал точное время, понятия не имею, когда они смогут прийти, — уклончиво ответил Журбер.

— Сейчас затишье, — кивнула баронесса в сторону окна.

— Перед бурей, — мрачно произнес бывший советник императора.

— Что будем делать? — задала вопрос Свения. — Знаешь, как-то нет желания оказаться в плену у орков или северян. Боюсь, наша участь с Иштой окажется незавидной, если такое случится.

— Думаешь нам будет легче?

— Меньше мучений испытаете, — хмыкнула девушка. — Поверь, знаю, о чем говорю. Да тебе это не хуже моего известно. Ведь так?

Журбер промолчал, в крепости, пожалуй, только дочь императора могла надеяться на милость и порядочность врага. Но если орки и северяне прорвут оборону, то ни о каких кодексах и правилах чести не будет и речи. Даже если и попытаются командиры навести порядок, то далеко не сразу. И что будет твориться, когда оборона падет, это даже баронесса не представляет. А вот бывшему главе тайной канцелярии, коменданту крепости, старым бойцам — известно не понаслышке. Еще и поэтому так ожесточенно обороняются защитники.

— И ты здесь? — без стука вошел в кабинет Айлексис, посмотрев на баронессу. — Иштания в подвале? У раненых?

— Да, она там, — подтвердила Свения. — С ней Зурба и Сарика, и еще двое охранников, как ты и велел, ни на шаг от графини не отходят.

Наследник герцогства кивнул и подошел к столу, налил из графина стакан воды и залпом выпил. Лицо молодого человека в саже, на одежде засохшая кровь, за поясом два кинжала, на боку меч. Журбер вопросительно посмотрел на наследника герцогства, тот прикрыл глаза и сказал:

— Полковник сейчас подойдет.

Бург и в самом деле пришел спустя пару минут. Комендант тяжело дышит, прихрамывает, левую руку прижимает к груди.

— Горазды вы бегать, — буркнул комендант, посмотрев на Айлексиса, — за вами не угнаться. Эх, молодость, молодость, — чуть улыбнулся он и посмотрел на Журбера: — Старина, есть ли новости?

— Неутешительные, — покачал головой бывший глава тайной канцелярии.

— И почему не удивлен? — хмыкнул полковник, присаживаясь напротив баронессы. — Госпожа Свения, из лазарета к нам еще никого в помощь не готовы отправить?

— Боюсь, что нет, остались тяжелораненые, — покачала головой та.

— Н-да, дела у нас и впрямь не очень, — покивал своим мыслям комендант.

— Сколько времени еще сдержим врага? — задал вопрос Журбер.

Айлексис переглянулся с Бургом, а потом наследник герцогства сказал:

— День или час, зависит от того, когда враг начнет штурм.

— Ну, пару атак точно отобьем. Пару дней продержимся, — не согласился с ним комендант, а потом неожиданно заявил: — Вам пора уже и честь знать, что-то вы у меня загостились.

— Выгоняешь? — хмыкнул Журбер.

— У каждого своя задача, — невозмутимо ответил полковник. — Нечего вам тут делать, если помощь не ожидается. Согласен? — он с прищуром посмотрел на своего старого приятеля, а бывший советник императора медленно кивнул.

Два старых друга прекрасно понимали друг друга, можно сказать с полуслова. В том числе Бург догадывался, для чего Журбер устроил это совещание. Нет, имелась надежда, что вот-вот подойдут императорские войска или герцогские отряды и погонят врага, но… в это верилось мало. У полковника имелись свои осведомители и они не прислали ни одной утешительной весточки.

— Айлексис, у нас есть императорский приказ и его необходимо выполнить, — напомнил Журбер.

Наследник герцогства подошел к окну и чуть криво улыбнувшись сказал:

— А есть ли в этом толк? Горцы вряд ли встанут на сторону проигравших, не совсем же они глупцы. Боюсь, нас с радостью выдадут северянам или горшанцам. Так может лучше мы уничтожим как можно больше врагов?

— В тебе говорит воин, а не политик, — буркнул Журбер.

— Подумай об Иште, обо мне и той же Сарике, — чуть слышно произнесла баронесса. — Что с нами сделают, если стены падут? Ладно я, сумею себя жизни лишить, но дочь императора должна остаться в живых. Или ты готов ее отдать на растерзание оркам? Знаешь, что они с ней сделают?

— Думаешь я настолько наивен? — оглянулся тот на девушку.

— Так чего же ты тогда не принимаешь никакого решения⁈ — встала та с кресла и направилась к Айлексису. — Или надеешься, что северяне с орками прекратят штурм?

Вообще-то такой вариант рассматривался, но был признан всеми как маловероятный. Даже ослабленный гарнизон мог доставить проблемы для обозов северян и орков, которые должны уходить для снабжения их армий, захватывающих имперскую территорию. Держать же большие силы, чтобы блокировать защитников крепости тоже никто не будет.

— У нас три варианта, — медленно произнес Айлексис.

— Два, — возразил ему полковник. — Остаться в крепости не позволю.

Конечно, комендант никого не выгонит за ворота на растерзание врагам. Но и саботировать его приказы тоже невозможно.

— Хорошо, два варианта, — устало согласился наследник герцогства. — Пробиваться к своим или продолжить путь к горцам и попытаться выполнить нереальную задачу императора.

— А может быть его приказ? — прищурился Журбер. — Насколько знаю, Волтур ждет от нас удачной завершения миссии и других распоряжений не давал. Если сейчас повернем вспять, то это будет считаться нарушением его воли.

— Что с подземным ходом? — посмотрел Айлексис на Бурга. — Завалы, как понимаю, расчищены? Иначе бы и не состоялся этот разговор.

— Пройти можно, — кивнул полковник. — Пару часов назад доложили, прости, тебе не успел сказать, — он пожал плечами и пояснил: — За тобой сложно угнаться, а орать о таких вещах нельзя.

— И уйти нам придется тихо и незаметно ото всех защитников, — нахмурился Айлексис. — Боюсь, нас посчитают предателями, а ведь мы бок о бок сражались на стенах.

— Глупцы всегда будут думать плохо, а умные будут держать кулаки, чтобы у их соратников все получилось, — усмехнулся Журбер.

— Идем к горцам? — мрачно уточнил наследник герцогства.

— А это уже тебе решать, — хмыкнул тот.

Айлексис не стал сразу отвечать, задумался. В кабинете повисла тишина, все смотрят на наследника герцогства и ведь знают, что у того нет выбора. На что надеются и надеются ли? А парень тем временем как-то грустно улыбается, все-то он понимает. Его мыслей никто из присутствующих не знает, а он все же пытается перебирать варианты. Ищет приемлемое решение в сложившейся ситуации. В том числе и задается вопросом, а имеет ли он право брать на себя такую ответственность? В том же Пуртанске, за его спиной стоял гарнизон, способный дать отпор горшанским захватчикам. Да и в дороге по герцогским землям, уходя от погони и путая преследователей он не сомневался в правильности решений. В том числе и когда вступал в схватку с врагом лицом к лицу. Или отдавал свой магический резерв, чтобы помочь раненым. Но что сейчас? Ведь он занял тело своего двойника, памятью которого пользуется, а вот многих знаний у него нет. Он из другого мира, технологического, там нет магии и совсем все не так устроено. Казалось бы, тут должно быть намного проще, но это далеко не так. И сейчас перед ним два пути. Продолжить выполнять приказ императора или прорваться в один из хорошо защищенных городов герцогства. Сумеет ли провести отряд минуя войска северян и орков? Шансов на это больше, чем продолжать путь. Крепость в любом случае необходимо покинуть и как можно быстрее. Как ни печально, но она падет и в этом нет сомнений, а вот жизни тех, кого ему доверили охранять, он обязан спасти.

— Собираемся, выходим через два часа, на рассвете, — произнес Айлексис и посмотрел на коменданта: — Бург, мне повезло сражаться с вами бок о бок.

— Взаимно, — кивнул тот. — Вы славно дрались.

— Как насчет сборов в дорогу? — задумчиво произнес Журбер. — Думаю, Иштании необходимо пару часов поспать, — он посмотрел на баронессу, которая понятливо кивнула. — И, пожалуй, я останусь в крепости, — продолжил бывший глава тайной канцелярии, — боюсь буду тормозить наше продвижение.

— Нет, вы пойдете с нами, — жестко сказал Айлексис. — Как бы путь не сложился, но вы нам понадобитесь и это не обсуждается.

— Журбер, старина, ты чего удумал? — поддержал наследника герцогства комендант крепости. — На стенах ты станешь еще большей обузой. Прости, но не готов тебя оставить, — полковник криво усмехнулся.

— Хорошо, — кивнул бывший советник императора, не став спорить.

— Тогда прикажу собраться вашим людям в зале, где расположен вход в потайной ход, — произнес полковник и направился к двери кабинета.

— Я тоже пойду, — встала со своего места баронесса, — необходимо Иштанию уговорить отдохнуть.

— Ступай, — сгребая со стола бумаги и подходя к камину, кивнул ей Журбер.

Айлексис некоторое время наблюдал, как огонь уничтожает документы и записи бывшего советника императора и никак это не комментировал. Молодой человек понимает, что шансы на спасение стремятся к нулю. И неважно какое направление он выберет.

— И как это понимать⁈ — влетела в кабинет дочь императора.

Скромное платье, без минимальных украшений, волосы подвязаны, в глазах полыхает гнев. Девушка кипит от злости и не собирается молчать.

— Желаете ослушаться приказа императора? — посмотрел на девушку Журбер.

— В лазарете двадцать три тяжелораненых бойца и всего два целителя! Если мы уйдем, то они не справятся, — прищурилась Ишта.

— Графиня, вы готовы пожертвовать сотнями тысяч жизней ради призрачной возможности помочь лишь нескольким? — устало произнес бывший глава тайной канцелярии. — Это не прихоть, так сложились обстоятельства. Иштания, я понимаю, что вас злит и бесит, но, поверьте, другого выхода нет.

Да, жизнь сложная штука и зачастую лишь кажется, что есть несколько путей, но если задуматься, то не всегда это так. Вот и в этом случае, ни дочери императора, ни его доверенному человеку, ни наследнику герцогства практически не осталось места для маневра. Правда, если внимательно посмотреть на ауру Журбера, его задумчивый взгляд и складки на лбу, то присутствующие в кабинете поймут, что их соратник раздумывает над сложной и практически нереальной комбинацией. Старый интриган решил вернуться в большую политику, из которой давно ушел. Однако, ему тоже не оставили выбора, точнее, он не готов смириться с тем, что Каршанская империя исчезнет. А ведь все идет именно к этому.

— Пойдем, провожу тебя до твоих комнат, — подошел Айлексис к Иште и взял ту за локоть. — Нам надо отдохнуть и успокоиться, впереди сложный путь и, не удивлюсь, что мы позавидуем тем, кто останется в крепости.

Девушка хотела что-то резкое сказать, посмотрела на парня и осеклась, прочтя в его глазах дикую усталость, боль и сожаление. А еще она увидела в ауре Айлексиса характерные всполохи боли и прекрасно поняла, что тот ранен, но не желает этого показывать.

— Хорошо, проводи меня, — чуть слышно произнесла Ишта, при этом в интонациях ее голоса проскочили испуганные нотки, заставившие вздрогнуть Журбера.

Правда, бывший советник императора почти сразу об этом забыл, как только молодые люди покинули кабинет. В окно постучал один из его личных голубей, оставленных на экстренный случай в столице. Таких почтовых птиц очень мало, они выведены магами и имеют свойства недоступные своим пернатым сородичам. И если этого голубя отправил тот, о ком думает бывший советник императора, то ситуация даже хуже, чем кажется.

— Совсем из сил выбился, — покачал головой Журбер, распахивая раму и впуская голубя.

У птицы оказался прикреплен к животу небольшой мешочек, на каждой лапе по кольцу, в полости которых нашлись мелко исписанные пергаментные листочки. Бывший глава тайной канцелярии освободил «почтальона» от груза и первым делом поставил перед птицей стакан с водой.

— Пей, а магию в тебя чуть позже волью, — произнес временный хозяин кабинета и прищурившись, усиливая магией зрение, принялся читать адресованное ему послание.

Судя по виду Журбера, то и этот посыльный принес из рук вон плохие вести. Герцог даже как-то резко постарел и осунулся. В нем все же теплилась надежда на лучшее, но теперь и она развеялась, точнее, вновь осталось место чуду, а в него он не верит, но и отступать нельзя. Кстати, мешочек, который принес голубь, так и остался не распакованным, почему-то к нему владелец кабинета не проявил интереса.

Глава 1 ПОКИНУТЬ КРЕПОСТЬ

И как Ишта догадалась, что мой источник на нуле, а обломок стрелы в плече? И ведь так покладисто себя дала сопроводить, а потом и в свои покои завела, сославшись, на слабость в ногах.

— Айлексис, ты меня только до дивана доведи, а то враз всех сил лишилась, — чуть слышно прошептала графиня, когда довел ее до дверей, ведущих в выделенные ей комнаты.

— Ишта, ты явно переутомилась, так нельзя выкладываться, — попенял ей, сам едва держась на ногах.

Мне в тот момент даже мысль в голову пришла, что битый небитого ведет. Ну, на самом деле это не так, дочь императора и в самом деле отдает себя без остатка заботясь о раненых и мне об этом хорошо известно.

— Присядь, — заявила девушка, когда подвел ее к дивану.

— Зачем? — я еще не понял, как попал.

— Не будь идиотом, садись и снимай с себя рубаху и кольчугу! — велела Ишта. — Не вздумай никуда уходить, сейчас наберу воды и приду, — она легонько толкнула меня в сторону дивана.

Такого от нее никак не ожидал, завалился не удержав стона. Девушка-то ладонью на обломок стрелы надавила, правда, несильно, но и этого хватило. Хреновый из меня конспиратор получился, да и комендант хорош, заверял, что никто ничего не заметит. И ведь что обидно, шальную стрелу схлопотал, когда последний штурм отбили. Орков со стен скинули, а северяне решили отступить. Вот тогда-то и прилетело десяток стрел, которые пускали издали и еще с земли. Черт меня дернул в бойницу высунуться. В этот момент магической защиты вокруг меня не было, та минут пять как источилась. Ну, древко-то обломали, а вот вытаскивать попросил повременить, знал, что Журбер ждет. Думал и Иштания там будет, а у той разговор короткий — есть рана, то пока она не будет обработана и не будет угрозы жизни, то на стены ни ногой. И ведь добилась того, чтобы полковник ее это правило утвердил. В том числе и собственным примером продемонстрировал, когда ранения получил. Кстати, он сильно возмущаться стал, когда перед ним возникла дочь императора и отказалась пропустить в одну из дозорных башен.

— Но сейчас другая ситуация, — буркнул себе под нос и с трудом стащил с себя рубаху с кольчугой.

Покосился на плечо — наконечник в мягких тканях и, слава Богу, не задел кость. С другой стороны радости мало, стрела оркская, а их лучники те еще затейники. Зачастую такие зазубрины на наконечнике и даже рядом с ним на древке делают, что прямо-таки плакать хочется от боли, когда приходится извлекать из раны.

— Может пока девушка не пришла, мне обломок самому выдернуть? — задался вслух вопросом.

— Я тебе выдерну! Так выдерну, что запрещу рукой неделю двигать! — возмутилась Ишта, услышав мои слова.

И как пропустил, когда та пришла?

— Боюсь, у тебя сил не хватит, чтобы обломок стрелы вытащить, — осторожно сказал девушке, поражаясь ее невозмутимому виду.

Дочь императора, пусть и незаконнорожденная, деловито готовит повязку, пропитывая марлю какой-то дурно-пахнущей мазью.

— Ты меня убить решила? — поморщился я, не дождавшись ответа на свое предыдущее замечание.

— С чего бы? — удивленно посмотрела та на меня.

— Запах, — коротко ответил ей.

— Потерпишь, — фыркнула девушка, а потом добавила: — Прости, но осталась только такая мазь.

Она сполоснула в тазике руки, почему-то закусила губу и подошла ко мне. Мазнула взглядом по ране на боку, посмотрела в глаза, а потом сфокусировалась на обломанной стреле. Удивительно, но пальчики у графини подрагивают, а аура мечется, словно она не залечивала у воинов намного тяжелые ранения, чем мое. Что же ее смущает? Неужели мой пристальный взгляд?

— Трусишь? — удивленно спросил девушку.

— Пытаюсь создать обезболивающее заклинание, — хмуро ответила та.

— А резерва не хватает, — понятливо кивнул. — Говорил же, чтобы не вычерпывала себя до дна. Так и перегореть можно!

— Зато десяток жизней спасла, — огрызнулась Ишта.

— Положи левую руку на мою грудь, пальцами вцепись в древко стрелы, — дал ей указание и чуть повысил голос: — Не тяни, резко дергай.

— Без тебя знаю, не учи.

Ишта все же приступила к извлечению стрелы в моем плече. На лбу девушки показались мелкие капельки пота, сама она судорожно сглотнула, пальцами ухватила древко, а потом зажмурилась и резко дернула. Ну, как резко, то ли сил не осталось, то ли в последний момент испугалась причинить мне боль.

— И это все на что способна? — спросил я. — Вот всегда сомневался в твоих целительских способностях!

Вру, пытаюсь ее из себя вывести. И мне это удалось, глаза графини полыхнули негодованием, она забыла, что мы вместе Журбера с того света вытаскивали и как с ней делился магией в нужную минуту. Да и как ей нотации читал, чтобы прекратила свой лекарский дар тратить до дна, залечивая незначительные повреждения у бойцов.

— Прости! — донесся возглас девушки, когда мое плечо пронзила дикая боль, при этом на рану я направлял болеутоляющее воздействие из своего источника.

Понимал, что крохи моей магии вряд ли помогут, когда будет стрела извлекаться. Но чтобы даже сознание затуманилось, такого никак не ожидал. Ощутил, как из раны брызнула кровь, при этом завалился на диван. Ишта ладонь положила на рану, сама всхлипнула и осторожно меня по щеке ударила:

— Очнись, только не умирай! Ну, пожалуйста, приди в себя! Айлексис, не смей уходить, не бросай меня!

— Так вроде лежу и никуда пока не собираюсь, — приоткрыл я глаза, рассматривая склонившуюся надо мной дочь императора. — Ишта, только не говори, что меня оплакиваешь.

По щекам девушки скатываются крупные слезы, губы дрожат, а сама она настолько несчастна, что хочется прижать и успокоить. Ну, не удержался, так и поступил. Обнял ее тонкую талию здоровой рукой и к себе притянул. Точнее, чуть подтолкнул и Ишта прямо на мою грудь упала. Правда, поцеловать девушку не успел, та очень проворно отскочила, словно какое-то заклинание применила.

— Это что сейчас было⁈ — нахмурилась графиня. — Мало тебе боли доставила⁈ Смотри, могу повторить! А то и на некие точки надавить. Неужели думаешь никто из раненых не пытался руки распускать? Изначально-то воины считали, что ими обычная служанка занимается, вели себя как с равной, а то и с высока разговаривали. Такие предложения делали, что у меня даже ноги от стыда краснели.

— Ноги? — изумился я. — Это что же тебе эти наглецы нашептывали?

— Ну, это не так важно, — смущенно отвела взгляд девушка. — Ладно, хватит об этом, дай о твоем плече позаботиться.

— Разве могу отказать? — ответил ей, а потом продолжил: — Полностью в твоем распоряжении.

— Мне нужно только плечо, — нахмурилась та.

— Жаль, — печально вздохнул, — рассчитывал увидеть, как у тебя ножки краснеют.

— Господин Айлексис, не переходите границ, — покачала головой Иштания. — Давайте не забывать про этикет.

— При этом мы с вами вдвоем наедине и если кто-то зайдет, то подумает бог весть что, — продолжил дразнить девушку, но увидев, как та расстроилось, поспешно добавил: — Шучу, не обращайте внимания, раненому такое позволяется. Ишта, не обижайся, последнее время нервы у всех ни к черту, хоть какая-то разрядка нужна.

— Только из-за этого и прощаю, — буркнула графиня, не уточняя с какими моими словами согласилась. — Потерпи, сейчас немного будет жечься, — она приложила ладонь к моей ране и прикрыла глаза.

Из-под пальчиков стало пробиваться голубоватое свечение. Девушка стала значительно лучше справляться с лекарским даром. Кстати, ни боли, ни жжения я не ощутил, только приятное покалывание.

— Ишта, достаточно, — здоровой рукой взял ее за запястье и прервал сеанс лечения. — Ты побледнела и вновь себя чуть ли не вычерпала.

Девушка выдохнула, прищурилась и осмотрела рану. Сама себе кивнула, взяла полотенце, намочила его, протерла мое плечо, а потом наложила повязку с дурно-пахнущей мазью. На мои возражения не реагировала, она вообще предпочла действовать молча, лишь легкий румянец на щеках проступил, да в ауре всполохи смущения появились. Похоже, сказанные мной ранее слова ее все же задели.

— Оденьтесь, — протянула мне рубаху и усмехнувшись добавила: — Чтобы никого не смущать, если кто-то зайдет и что-то не то подумает. Как бы не посчитали, что вы настолько обессилили, раз не смогли ничего.

— Дразнишь?

— Возвращаю должок! — гордо вздернула та подбородок.

— Будем считать, что разошлись при своих, — хмыкнул я и натянул рубаху. — Да, спасибо за лечение. Графиня, у вас очень мягкий целительский дар и нежные руки. Не понимаю, почему предупреждали, что будет больно.

— Обычно раненые жалуются, что обжигаю, когда магией воздействую, — задумчиво произнесла девушка и предположила: — Возможно из-за того, что у вас есть такой же дар. Кстати, нам действительно придется оставить крепость? Айлексис, но ведь защитников не пожалеют. Придумай что-нибудь! Пошли за помощью, ты же наследник герцогства, а мы в твоих землях!

Иштании не все известно, в том числе и то, что ближайший город пал, продержавшись всего три дня. Замки аристократов еще держатся, речь про тех, кто в паре дневных переходов верхом. Графы и бароны на мои письма почти все ответили. Они даже не в осаде, но получили от герцога некие указания, которым обязаны следовать. Да и сам отец мне прислал письмо, из текста которого следовало, чтобы рассчитывал на себя. Увы, крепость, в которой находимся, списали со счета. Оборонять ее нет смысла, как и нет возможности прийти на помощь. Судя по скупой информации, поступающей ко мне, Журберу и полковнику, северяне и орки продвинулись на сотню километров в глубь герцогства. При этом есть подозрение, что захватили они большее количество земель.

— Император возложил на нас определенную миссию, — медленно произнес я, не став объяснять собеседнице положение дел. — Мы и так задержались в крепости, но теперь обязаны продолжить путь.

— Ты бросишь раненых и оставишь защитников на растерзание врагу? — с какой-то нехорошей интонацией в голосе, спросила девушка.

Похоже, она разочарована, даже толика презрения проскочила.

— Вариантов нет, — чуть кивнул я.

— Поняла, иду собираться, мы же скоро выходим, верно? — она резко развернулась и направилась к дверям.

Что-то мне ее настрой не понравился, и где только телохранительница шастает? Почему не с ней? Да и служанка госпожу не спешит искать. Гм, нет, не прав, о тех, о ком подумал находились в коридоре, поджидая Ишту. Наверное, их отыскал Журбер и послал к графине. Но почему они не обозначили свое присутствие и даже не уточнили, а не нужна ли помощь? Готов поспорить, что и это проделки герцога! Неужели пытается меня с дочерью императора свести? Нет, это точно бред. Боюсь, девушке уготована незавидная участь и бывший советник Волтура это косвенно подтверждал. Хотя, нет, герцог, если честно, не скрывал, что Иштанию собирались использовать, как разменную монету. И ведь она тоже об этом знает, иначе бы и не согласилась отправиться к горцам. Хм, а вот это не совсем вяжется с ее характером! И почему только сейчас об этом подумал?

— Господин, вы в порядке? — появился в дверях Гунбарь.

— Нормально, — отмахнулся я и кивнул ему на одно из кресел: — Проходи, есть разговор.

Мой помощник и телохранитель молча выполнил распоряжение без вопросов.

— Хочу узнать твое мнение, — потер я висок.

— Слушаю, — чуть удивленно буркнул тот.

Он привык выполнять распоряжения, действует четко и точно. Инициативу почти не проявляет, а в начале нашего путешествия пытался, как говорится, жизни учить.

— Уже знаешь, что решили покинуть крепость? — задаю ему вопрос.

— Да, остатки бойцов собираются.

— Марику предупредил? — уточнил я.

— Ей рассказала Шипка, просила много вещей не брать, — ответил Гунбарь.

— Как думаешь, нам следует приказ императора пытаться выполнить или действовать исходя из сложившейся ситуации?

Воин задумался, потер щетину на подбородке, а потом медленно произнес:

— Боюсь, не могу дать ответа, слишком многого не знаю. Опять-таки, уверен, замысел правителя и вам до конца неизвестен.

— Я тебя просил изучить маршрут к горцам, — напомнил ему, предварительно кивнув, показав, что его услышал и ответ принял. — Насколько безопасно с нашими силами добраться до столицы горцев?

— Верительные грамоты у нас имеются, — осторожно сказал Гунбарь, — на территории горцев нас не тронут северяне и орки, в этом уверен на сто процентов. Как себя поведут воины охраняющие границы страны, в которую идем сказать сложнее. Думаю, с ними тоже проблем не будет, побоятся взять на себя ответственность и нас не арестуют. Скорее всего, с почетным караулом сопроводят до нужного нам места, переложив ответственность на чужие плечи. Помогать не станут, поэтому надо быть готовыми покупать повозки и лошадей, а на это уйдет много золота.

— Это проблемы главы тайной канцелярии, — отмахнулся я и объяснил: — Он у нас за казначея.

— Но лучше бы забрать с собой казну крепости, — предложил Гунбарь. — Полковник ее с удовольствие передаст, чтобы врагу не досталась. Как ни прискорбно, но защитникам уже денежное довольствие получать нет смысла, а нам звонкая монета может потребоваться.

— Ты прав, — поднялся я с кресла, — с комендантом переговорю, если потребуется, напишу ему расписку. Сколько у нас осталось бойцов? — запоздало спросил своего телохранителя.

— Пятнадцать человек, не считая женщин и нас с вами, — ответил тот.

— Остальные? — чуть хрипло спросил, так как горло перехватило.

— Большинство не пережило штурм стен, несколько воинов получили тяжелые ранения и дорогу не выдержат.

— Ясно, иди проконтролируй сбор, а я переговорю с комендантом, — дал указание своему телохранителю.

Мы вместе с Гунбарем покинули комнату и разошлись. Времени остается немного, а еще куча дел. В том числе и с полковником необходимо переговорить и кое-какие моменты обсудить. Комендант крепости тот еще жук, далеко не все карты раскрыл. И есть у меня вопросы к тайному ходу. Не могли при строительстве заложить только один выход! Так никто не делает, а следовательно, есть и другие пути, чтобы покинуть это место. Вот только почему-то об этом промолчали и тот же Журбер сделал вид, что ничего не знает. Это бывший-то глава тайной канцелярии о таком не в курсе⁈ Смешно! Кстати, мне это тоже непростительно, как наследнику герцогства.

— Господин полковник, есть пара вопросов, — зайдя в кабинет коменданта крепости, который, взял пример со своего старого приятеля и сжигал какие-то документы в камине.

— Готов ответить, но пока ознакомьтесь с несколькими тропами, которыми пользовались контрабандисты, — кивнул Бург на карту, разложенную на столе. — Я там пометил их старые базы, на которых сумеете передохнуть.

— Мы там никого не встретим? — задал ему вопрос, подойдя к письменному столу полковника и изучая его пометки.

— Гарантировать не могу, — пожал тот плечами, кидая в камин какие-то свитки. — Если и столкнетесь, то со сторожами, не более того. В такое время торговля прекращается, товар сбыть нереально.

— Вопрос денег и заказа, — хмыкнул я, не согласившись с хозяином кабинета. — И у меня еще вопрос.

— Слушаю, — подошел ко мне Бург и рассеянно оглянулся по сторонам. — Что же еще надо сжечь? — буркнул сам себе.

— Как насчет других путей из крепости? Только не говорите, что их нет.

— Есть, почему не быть, — пожал плечами мой собеседник. — Два из них давно завалено, один приказал три дня тому назад обрушить. Там не пройти при всем желании.

— Жаль, — вздохнул я. — Ладно, как насчет того, чтобы передать мне казну крепости?

— Без проблем, но она почти пуста, всего-то тысяча золотом, — он выдвинул ящик письменного стола и выставил на стол несколько увесистых мешочков. — Забирайте, вам деньги могут понадобиться, а вот нам уже они без надобности.

— Сейчас расписку напишу, — я взял лист бумаги, но Бург меня остановил:

— Не тратьте понапрасну время, это не бог весть какие большие деньги, а бумагу вашу все равно придется сжечь, чтобы врагу не досталась. Да, господин Айлексис, планирую подземный ход, по которому покинете крепость, завалить, так что назад путь будет отрезан.

— Господин полковник, — я внимательно посмотрел на военного, — не уверен, следует ли биться до последней капли крови. Возможно, вам придется вывесить белый флаг и сохранить жизни воинов и свою. Обещаю сделать все возможное и при первом случае освободить из плена. Не думаю, что орки придут в восторг, если таких хороших защитников, столько времени оказывавшим им достойное сопротивление, захотят казнить. Переговоры ведите именно с одним из вождей, не с командиром северян. Это моя вам настоятельная просьба.

— Боюсь, не смогу принять ваш совет, — помедлив, ответил полковник. — Простите, но привык следовать зову чести. Постараюсь унести с собой как можно больше врагов.

— Вы один стоите сотен, а то и тысяч рядовых. Империи еще пригодитесь живым, мужественно встретив суровые испытания, — медленно произнес я, а потом добавил: — В крепости есть сугубо гражданские лица, пожалейте их. Мы с вами недавно были на стене и оба знаем, что больше двух штурмов не отбить. Как только подземный ход за нами завалят ваши бойцы, то сразу же приступайте к переговорам. Если потянете время, то буду благодарен. Ну, а если не получится, то ничего страшного.

— Господин Айлексис абсолютно прав, мой старый дружище, — вошел в кабинет полковника Журбер. — Честно говоря, хотел тебя тоже убедить так поступить и все время подбирал слова, и набирался храбрости, чтобы такое сказать. Надеюсь, мы еще встретимся, — хлопнул он по плечу Бурга.

— Не обещаю, — буркнул комендант крепости, но в его ауре уже нет всполохов негодования и злости.

Мы еще некоторое время пообщались, а потом поспешили к поджидающим нас людям, с которыми пришли в крепость. Правда, их осталось намного меньше, но каждый готов исполнить свой долг и не обсуждает приказа. Нашлись и те, кто отказался отправиться с нами к горцам и решили остаться в крепости до последнего. Эти люди из нашей обслуги, вольнонаемные и им приказывать не могу. Целитель же передал через Шипку, что не готов бросить своих коллег и тяжелораненых воинов, которые без его магической подпитки умрут.

— Командир, — подошел ко мне лейтенант Пунгелов, — отряд готов к выполнению задачи. Из пятнадцати воинов у семерых легкие ранения, но на скорость передвижения отряда это не скажется. Провизии на три дня пути, болтов по десять штук на каждого, остальные оставили защитникам крепости.

Я кивнул офицеру, чтобы тот отошел со мной в сторону и когда убедился, что нас не услышат, то сказал:

— Гаррай, вот наш маршрут, — я отдал офицеру карту, которую позаимствовал у полковника и успел выбрать один из вариантов, обведя линию предполагаемого движения. — Запомни и если со мной что-то произойдет, то доведи отряд до горской столицы. В приоритете жизнь графини Иштании и герцога Журбера. Без них двоих миссия окажется под угрозой.

— Понял, — коротко ответил тот, не став задавать уточняющих вопросов.

— Поспешим! — повысив голос, объявил я собравшимся и первым направился к спуску в подземный этаж, где в одном из залов начинается подземный ход.

Как-то так получилось, что воины меня оттеснили в центр отряда. Судя по переглядываниям Гундбаря, Зурбы и Гаррая, то это их идея. Так как проход не слишком широкий, то мне не осталось выбора, а спорить не стал. Жаль только невозможно обсудить сложившееся положение с Журбером, в каменном тоннеле слышимость изумительная.

— Сейчас будет уже, — предупредил один из проводников полковника, — подходим к реке.

С потолка тут и там капель, под ногами лужи, а потом и вовсе местами все водой залито. Кое-где стоят подпорки, валяются груды камней и глины. Подземный ход требует ремонта, но вскоре тут и вовсе никто не пройдет. Даже если не получится обвалить каменную кладку, то природа и вода свое возьмет. Зря полковник переживал, что этот секрет может достаться оркам или северянам. К тому же, от него им нет практической пользы. Если только крепость не восстановят и будут ее использовать по прямому назначению.

— К стенам и балкам не прикасаться, идем друг за другом, — негромко произнес проводник.

Уже гуськом двигаемся, местами пригибаемся, а последние метров пятьдесят и вовсе с трудом между глыб пробираться приходится.

— Уходите отсюда, через полчаса мы обрушим подземный ход, из входа в пещеру полетят камни, а река, скорее всего, на какое-то время поднимется и все тут затопит, — сказал мне проводник и обвел местность рукой.

Мы километрах в пяти от крепости, за горой не видно, что там происходит, но судя по работающим катапультам врага, то орки и северяне пошли или готовятся к штурму. Кстати, место, где оказались, можно назвать красивым. Вышли почти у самой реки, течение бурное, над водой небольшой пар поднимается, лучи солнца пробиваются между скал, птички поют. Вот только сейчас не до красот природы.

— Уходим, — кивнул на довольно-таки широкую тропу, уходящую в сторону возвышающихся гор.

Мы уже на территории горцев, незаконно пересекли границу и следует готовиться к любому повороту событий. Можно верить заверениям полковника, что тут нет сторожевых отрядов и границу никто не охраняет. Однако, сейчас тут все могло измениться, в том числе и перед большой шайкой разбойников мы не такая и сложная добыча. Спешим, стараемся уйти от места выхода. Где-то через полчаса, за нашими спинами раздался грохот, подземный ход проводники обрушили и обратной дороги нет.

Глава 2 ГОРЫ

События глазами графини Вилар

Стараюсь улыбаться и не показывать вида, что с трудом переставляю ноги. Мышцы ноют, а даже на малое целебное заклинания не осталось магии. Нет, ни грамма не жалею, что перед тем, как покинуть крепость обошла раненых и влила каждому энергию. Целители и так с ног валятся, а им теперь не помогу ни я, ни Шипка, ни Сарика. Конечно, последняя лишь может помочь с перевязками, как и Зурба с Марикой. Но ведь и это много значит! Уже не вспоминаю про уход за тяжелоранеными. После такого путешествия, когда столкнулась со столькими смертями во мне что-то изменилось. Нет, не надломилось, я стала на все смотреть другими глазами. Вот взять того же Айлексиса, тоже с трудом идет, на лбу пот, но старается всех подбадривать и обещает вскоре устроить привал. Нет, об отдыхе нельзя думать! А то аж запнулась и чуть не распласталась на камнях.

— Госпожа, отдайте мне ваш заплечный мешок, — попросила Зурба, а потом добавила: — Вы из сил выбились, а горы ошибок не прощают.

— Не переживай, тропа широкая и к краю не подойду, — ответила ей и кивнула на Журбера: — Лучше ему помоги, неужели не видишь в каком состоянии герцог.

Удивительно, моя телохранительница, вся такая непробиваемая и невозмутимая — покраснела! Нет, постаралась от меня скрыть эмоции, но не смогла. Второй раз ее такой наблюдаю. Первый-то раз случилось несчастье, ее сестра погибла и тогда за рассудок Зурбы даже переживала. Но чтобы телохранительница от простого намека так себя повела? Неужели испытывает что-то к советнику императора? Так у них же разница в возрасте огромна! Хотя, надо отдать должное Журберу, тот сто очков молодым даст, а если пользоваться услугами целителей, специализирующихся на омоложении и поддержании жизненного тонуса, то его возраст и вовсе не так велик.

— Не могу я у господина Журбера взять багаж, — буркнула Зурба. — Если только он прикажет.

— Только из-за этого? — понизив голос, поинтересовалась у воительницы. — Не из-за того, что он тебе нравится?

— Госпожа, да что такое говорите, — покачала головой моя спутница, но взгляд отвела.

Врет и не краснеет! Точнее, уже не краснеет, щеки-то румянец так и заливает. Интересно, а чего это герцог теряется? Неужели не понял, как в его сторону неравнодушно дышит моя охранница? Хотя, ему не до интрижек и развлечений. Вечно о чем-то думает, да в своем блокноте заметки шифрует. Непроизвольно сравнила герцога с Айлексисом и поняла, что они в чем-то очень схожи. Оба упрямы и непробиваемы, как каменные глыбы. Еще и подшутить горазды! И чего на меня так внимательно наш командир смотрит? Ой, явно ауру считывает и хмурится. Неужели догадался, что магии у меня нет? И чего источник никак не очнется, не желает принимать энергию.

— Госпожа графиня, простите, а куда подевался ваш магический резерв? — задал вопрос Айлексис. — Насколько помню, вы перед спуском в подземный ход выглядели лучше. Или поставили обманку на свою ауру?

Влипла! Как есть влипла! Вот и Журбер к разговору прислушивается. Сейчас начнут отчитывать, что того неразумного ребенка. Так! Лицо сделать невозмутимым, спину распрямить, в глаза добавить холода и уверенно ответить:

— Это не ваше дело. У девушек не принято интересоваться их физическим состоянием.

— Если только они не подчиненные. А вы, напомню, именно таковой и являетесь, — жестко ответил этот несносный чурбан.

Помощь пришла откуда не ждали.

— Графиня права, далеко не все тайны мужчинам надо знать о женском здоровье, — сказала Свения.

— Баронесса, ваш резерв тоже на нуле, — едко заметил Журбер. — Думаю, наши дамы поделились силой с целителями и ранеными, прежде чем покинуть крепость.

— И тем самым замедлили наше продвижение, — процедил Айлексис. — Как жаль, что нет возможности их наказать.

— Ну, они сами себя накажут, если кому-то потребуется помощь, а они кроме обморока ничего не сделают, — хмыкнул герцог.

Зурба, предательница, согласно кивнула, а баронесса, вот же удивительно, не смогла найти достойный ответ и засопела. А вот Айлексис, обрадованный поддержкой начал меня отчитывать и даже за руку схватил. Да что он себе позволяет⁈ С негодованием фыркнула и ладонь из загребущихпальцев вырвала. При этом успела уловить, что в меня некая часть энергии из парня влилась. Идиот! Ему еще после ранения восстанавливаться, а он жизненной силой делиться вздумал. Только открыла рот, чтобы выразить свое недовольство, как Айлексис объявил о привале. Его рейтинг в моих глазах непроизвольно поднялся, особенно когда я со стоном опустилась на землю, привалившись к стволу ели и прикрыла глаза. Если честно, то не могу разобраться в своих эмоциях к нашему несносному командиру. Иногда возникает желание его придушить, чтобы не мучиться. Кстати, баронесса явно со мной часто согласна, достаточно заметить, какие взгляды на парня кидает и кулаки сжимает. Прикрыла глаза и почувствовала, как проваливаюсь в сон.

* * *

Повествование от лица графа Айлексиса.

Вижу, что люди в нашем небольшом отряде устали, каждый мрачен и время от времени посматривает в сторону, где находится крепость. Уверен, любой задается вопросом, как там те, с кем сдружился за время осады. Честно говоря, мне тоже не по себе. Понимаю, что другая задача стоит и она более важная, но поделать с собой ничего не могу. Надеюсь, комендант последует нашим с Журбером просьбам и сохранит людей.

— Граф, — обратился ко мне Гунбарь, — пора привал сделать. Послать пару воинов назад, чтобы посмотрели не идет ли кто за нами. Да и вперед бы стоило разведчиков отправить.

Гм, он мягко намекает, что пора мне за свои прямые обязанности браться и держать руку на пульсе.

— Займись этим, согласуй с Гарраем, поговорим на привале, — ответил я.

— Графиня с трудом ноги передвигает, герцог запыхался, — намекнул мой телохранитель и помощник.

— Не слепой, вижу, — буркнул я, — как только будет подходящее место, то остановимся, не на горной же тропе людям отдыхать.

Сам уже ноги передвигаю на морально-волевых, необходимо полчасика медитацией заняться и магическую энергию подсобрать. Кстати, а с чего это мы тропу на магические ловушки не проверяем? Если эти места контролируют контрабандисты, то они свои базы обязаны были хоть как-то обезопасить. Или их тут никто не трогает? Отряды из крепости на эту территорию не имели права заходить, территория-то горцев. Правда, если случилась стычка, то зачастую границу нарушали, это мне прекрасно известно.

— Привал! — объявил я, когда отряд оказался на поляне.

Через нее проходят аж четыре дороги, имеются старые очаги от костров. Есть стойла для лошадей, под деревьями стоят бочки с водой, сложена небольшая поленница дров и даже есть сколоченный навес от дождя. Чувствуется, что это место было довольно популярное, но судя по остаточным следам аур, то пару недель тут точно никто не останавливался.

— Разбиваем лагерь? — обратился ко мне лейтенант.

— Да, — согласно кивнул ему, наблюдая, как Ишта без сил привалилась к ближайшему дереву и медленно опустилась на землю. — Нам всем нужен отдых.

— Мы не так далеко от крепости, — осторожно заметил Гаррай. — Если она падет, а нас там не обнаружат, то начнут искать.

— Знаю, — согласился с ним, — но если продолжим в таком темпе идти, то нас нагонят на раз. После же отдыха люди пойдут в два, а то и в три раза быстрее.

— Полностью с господином Айлексисом согласен, — сказал Журбер, подходя к нам и слышавший мои последние слова. — А еще нельзя ошибиться с направлением, — он указал на разветвление троп.

На этом обсуждение закончили. Люди, узнав о таком решение, повеселели, даже пара шуток прозвучала.

— Графиня, — подошел я к Иштании, — прошу вас о себе позаботиться и больше не вычерпывать свой источник без острой на то необходимости.

— Граф, не надо читать мне нотаций, — поморщилась та. — Я уже не маленькая девочка, отдаю себе отчет в своих действиях.

У самой аура блеклая, магию почти не принимает, устала, а смотрит с вызовом! Н-да, продолжи мы путь и через десяток минут она бы без чувств свалилась. А сейчас гордо подбородок вздернула и с вызовом смотрит.

— Ой, госпожа, господин, простите, что прерываю, но думаю надо перекусить, — вмешалась в наш короткий разговор Сарика.

Горничная Ишты нарушила все дозволенные рамки служанки. При этом она даже попыталась встать между мной и своей хозяйкой. Решила, что мы сейчас разругаемся? Ну, такое желание имел, даже язык прикусил, с которого были готовы сорваться резкие слова. Очень хотел сказать, что не ожидал от дочери императора глупости и дурости.

— Айлексис, как ваше плечо? — спросила Иштания, отведя взгляд и похлопав по руке Сарику.

— Спасибо, почти не беспокоит, — выдохнул я, стараясь успокоиться и унять раздражение.

Дело еще в том, что моего запаса магии хватило на диагностику Ишты. Ее организм истощен, мышцы на ногах напряжены, сильно ослаблена, а источник девушки даже не пытается подпитывать владелицу.

— И все же, мне необходимо вас осмотреть и сделать перевязку, — произнесла дочь императора и посмотрела на служанку: — Сарика, найди в моем мешке мазь и подготовь повязку.

— Не стоит беспокоиться, — покачал я головой. — Иштания, вы лучше о себе позаботьтесь. Если к вечеру не сумеете немного восстановиться, то сам займусь вашим лечением.

— А не много ли вы себе позволяете⁈ — вспыхнула графиня.

— Господин, не слушайте мою госпожу, она слишком устала, — вновь влезла в наш разговор Сарика, что удивительно для служанки.

Ну, я хотел продолжить, и мы бы с Иштой наверняка переругались, но подошла Шипка и обстановку разрядила:

— Айлексис, я все понимаю, но где дамам прикажите спать? Простите, но нас пятеро, а мужчин намного больше! Сами понимаете, что нам потребуется уединение, в том числе и в кустики сходить, а тут все как на ладони!

Действительно, это проблема, о которой не задумывался, а необходимо учитывать даже такие мелочи, которые на самом-то деле таковыми не являются. Но у нас с собой нет палаток и дамам придется смириться с такими условиями. Другой вопрос, что им требуется где-то в туалет ходить, а этот вопрос следует быстро решить. Кстати, спасибо еще что столько времени терпят. Пришлось обойти поляну, чтобы подыскать местечко, для естественных женских нужд. Попросил лейтенанта, чтобы воины в это место не забредали, после чего объяснил все Марике. Та остальным женщинам в отряде обещала передать. При этом не скрыв удивления, что сам им не стал говорить. А вот мне нет желания общаться ни с графиней, ни с баронессой, почему-то на обеих зол. На Ишту, которая много раз свой резерв вычерпывала, а на Шипку из-за того, что та не остановила и не уследила. Боюсь, сорваться и разругаюсь с дочерью императора.

— Айлексис, парни из разведки вернулись, — подошел ко мне Гунбарь.

— Что говорят? — жуя хлеб с вяленым мясом, поинтересовался я.

— Одна тропа завалена. Васт, он у нас в горах родился, утверждает, что обвал рукотворный и произошел недавно.

— Недавно — это сколько? — настороженно уточнил я у своего помощника.

— Может часа три назад, а может и больше, но не позднее суток, — задумчиво произнес мой телохранитель.

— Вот как? — потер я висок. — Кто-то видел, как мы из подземного хода выбрались и один путь отсек?

— Не исключено, — покивал Гунбарь.

Я вытащил карту и принялся ее изучать. В общем-то, ничего страшного в том, что пройти по тропе невозможно, это направление мы бы не выбрали. Впрочем, судя по записям и отметкам полковника, то обойти место завала несложно. Нет, там не пройдут ни повозки, ни верховые, но у нас их нет.

— Утром выдвинемся к бывшему лагерю контрабандистов, — показал своему помощнику намеченный маршрут и кивнул в сторону широкой тропы: — По ней пойдем, а если и она окажется завалена, то нас это не должно смутить, поищем пути обхода.

— А что, если выдвинуться сейчас, — задумчиво поинтересовался мой собеседник и посмотрел на небо. — Не нравится мне погода, как бы дождь к вечеру не начался. А непогода в горах таит в себе много опасностей.

— Ни облачка, ветра нет, птицы спокойны, — пожал я плечами, вопросительно посмотрев на собеседника.

— Васт настаивает, что будет гроза и ливень.

— Позови его, — вздохнул я, непроизвольно посмотрев в сторону Ишты.

Девушка все так же подпирает собой ствол ели, служанка над ней хлопочет, разула и ноги в плед завернула. Н-да, а ведь вечером тут будет прохладно, я бы даже сказал холодно, а теплых вещей с собой не взяли. Если же еще и дождь пойдет, то и вовсе окажется беда.

— Господин, вы хотели меня видеть? — задал вопрос воин, которому лет тридцать пять на вид.

— Васт, правильно? — уточнил я.

— Так точно, Ваше Светлость! — вытянулся тот по стойке смирно.

— Обращайся ко мне как к командиру, — велел Васту, не став того нагружать, как следует обращаться к графу.

Специально ли он спутал и меня в герцогский ранг произвел — без разницы. Сейчас у нас другие заботы.

— Гунбарь сказал, что ты считаешь тут к вечеру дождь пойдет. С чего такой вывод? Уверен? — внимательно посмотрел я на воина.

— Когда-то в горах, со скалы в сильный ливень упал, колено повредил, так оно начинает ныть к непогоде, ни разу не ошибалось. Однако, есть и другие приметы, птиц почти неслышно, мелкая живность ищет укрытия. Боюсь, нас ждет сильная непогода. Сель и сход камней в этом месте не страшен, но мы тут можем застрять на неопределенное время.

— Боишься, что тропы завалит? — потер я подбородок.

— Да, — покивал Васт, — так оно и случится. Не уверен, что пройти через пару дней не сумеем, но вода пойдет сверху вниз и пока ее поток не прекратится, нам останется сидеть и ждать.

Не могу сказать, что он меня убедил на сто процентов, но с какими-то доводами пришлось согласиться. Обвел взглядом только-только начавших обустраивать людей. Графиня с баронессой как раз начали есть, при этом Свения что-то втолковывает Иште, а та хмурится и отрицательно качает головой. О, обе в мою сторону посмотрели. А не мне ли кости перемывают? Боюсь вскоре в их глазах стану деспотом, а то вовсе кем-то похуже. А уж если дождь не соберется, то вовсе они со мной разговаривать не станут. Погодка-то на загляденье, не очень жарко, просто красота, все условия для отдыха, а скоро вечер. С учетом того, что в горах темнее стремительно, то рассиживаться нельзя.

— Внимание! — я встал и громко крикнул. — Мы не будем здесь ночевать. На сборы пятнадцать минут, до темноты надо добраться до более безопасного места.

Воины мои слова восприняли спокойно. Раз командир так считает, то придется потерпеть. А вот дочь императора с немым укором на меня посмотрела, в ее глазах прочел обиду и раздражение. Неужели приняла на свой счет, что ей так мелко захотел насолить?

— Айлексис, что случилось? Почему так резко изменил план? — поспешно подойдя ко мне, спросил Журбер.

— Не исключаю того, что случится непогода, а эта поляна далеко не лучшее место ее пережидать, — пояснил я.

Герцог не стал со мной спорить, но демонстративно посмотрел на небо. Ишта задержала Свению, которая хотела тоже ко мне подойти за разъяснениями. Уверен, баронесса сказала бы пару ласковых слов, в ее ауре буквально вскипело негодование. Однако, наш отряд продолжил путь минут через двадцать, в отведенный срок воины сумели уложиться, а дам пришлось ждать. Ну, пять минут не так долго, с учетом того, что пройти предстоит еще много. Первый час никто не роптал, но почти каждый, нет-нет, да и поглядывал на небо. Еще часа через полтора, когда стало смеркаться, мне во всеуслышание высказала Ишта свое «фу». Ее поддержала Свения, покивала Сарика, и даже Марика согласно вздохнула. Воины и те согласились со словами графини, даже Гунбарь и тот раздосадовано в кулак кашлянул. Невозмутим остался лейтенант, Журбер и Васт. Думаю, Гаррай не позволил себе показать, что решением командира недоволен, по этой же причине невозмутимо идет и герцог. А вот Васт придерживается своего мнения. Мало того, он у меня уточнил, сколько еще до цели.

— Минут через сорок будем на месте, — прикинул я пройденное расстояние.

— Не успеем, — покачал головой воин.

При этом никаких предпосылок! И все же, я попросил отряд ускориться. На меня уже все, за исключением Васта, посмотрели недоуменно. Вот только моя интуиция подсказывает, что нас ждут большие проблемы. Откуда взялся налетевший ветер и черная, непроглядная туча? Буквально секунду назад светило солнце, а теперь уже видимость резко снизилась. Самое интересное, что раскатов грома никто не слышал, а тут так грохнуло — уши заложило! Не сговариваясь с Гунбарем, мы оказались у дам. Мой телохранитель взял под локоть белошвейку и служанку графини. Зурба рванула к Журберу, а я обхватил за талии оставшихся дам, они оказались ближе всех. Вот, честное слово, мы с Гунбарем не сговаривались. Об этом и хотел сказать, да только порыв ветра и ливанувший, как из ведра дождь, не позволил этого сделать. Не прошло и десяти секунд, а вымокли до нитки. Еще и похолодало, раскаты грома, вспышки молний, погода сошла с ума! Идти стало в стократ тяжелее. Попытался выставить воздушный щит, но он продержался секунд пять, а потом схлопнулся. Еще и магические потоки вокруг нас стали бесноваться. В скалу, находящуюся по ту сторону ущелья, ударила молния и вниз полетели большие валуны. По тропе поток воды, стало скользко, Свения чуть не упала, но сумел ее удержать.

— Прижимаемся к скале! — прокричал я, потянув за собой девушек.

Вовремя! Начался камнепад и уже над нашими головами. Я успел заметить, как один из валунов смел сразу двух воинов, сбросив их с тропы. Дочь императора отчетливо всхлипнула, девушку стала бить дрожь. Ветер усилился, дождь стал и вовсе похож на стену, через которую только вспышки молний пробиваются. Такого шторма мне видеть не приходилось. Зато стал понимать, как погибали в моем мире в горах подготовленные группы. Казалось бы, у них имелось оборудование, прогноз погоды, но тем не менее, сходы лавин их накрывали, не оставляя шансов на спасение. А поток воды уже чуть ли не до середины икр доходит, тропа превратилась в буйную реку. Тут не только продолжать движение нельзя, можно в любой момент опору потерять и тогда поток утащит вниз. Тупиковая ситуация! Идти вперед невозможно, а ждать стоя у скалы и надеяться, что устоишь, а сверху не упадет на голову валун такое себе занятие. Еще и в источнике крохи магии, а буквально в паре сантиметрах ее столько, что аж страшно. Прикинул и выпустил жгут, погружая его в один из потоков, после чего сразу же выставил над нашей троицей купол. Думал поток магии прервется, но он продолжил поступать. Его перенаправил в стенки созданной защиты. Теперь не страшен ни дождь, ни ветер, ни камни. Думаю, даже если скала обрушится, то нам ничего не будет, мы в этакой капсуле, которую ничем не пробить. Воздух? Он вскоре закончится, но мне известно устройство простейших клапанов, их в сфере сделал аж восемь штук. А потом и шумоизоляцию сделал и при этом резерв в источнике полон и даже пытается прибывать. Даже возникла эйфория от всемогущества. Напитал магической энергией графиню и баронессу, благо дам продолжал за талии к себе прижимать.

— Как ты это сделал? — потыкала пальчиком Ишта в стенку защитного купола.

— Мы не задохнемся? — уточнила баронесса.

— Сумел поймать поток магии, в нем энергии столько, что не страшно ничего, — сказал я.

— А можно чуть нагреть воздух внутри купола, а то у меня зуб на зуб не попадает, — произнесла Свения, подумала и добавила: — Неплохо бы и одежду нашу высушиться. Граф, не почтите за наглость, но сделайте это.

— Да-да, Айлексис, пожалуйста, уж очень холодно, — поддержала подругу Ишта и, не удержавшись, чихнула.

— Бытовая магия? — озадаченно спросил девушек и не дожидаясь ответа сказал: — Боюсь не получится из этого ничего. Не рассчитаю силу и одежду спалю. Хотя, — посмотрел на Ишту, а потом на Свению, — во избежание эксцессов, вы разденьтесь, а я попытаюсь вещи высушить. Обещаю — буду стараться!

— Не поняла, это что вы, господин граф, сейчас предложили? — насупилась Ишта.

— Он желает нас рассмотреть в чем мать родила, — хмыкнула баронесса. — Если же подумать, то Айлексис прав, не доверю ему одежду сушить на себе. — Она посмотрела на меня и лукаво улыбнулась: — Раздвиньте границу купола, а то раздеваться неудобно.

Я же хотел дам немного отвлечь и смутить, можно сказать — подколол, а баронесса мою игру раскусила. Сейчас вот мне обраточку делает. И ведь готов поспорить — разденется до гола, еще и попой посверкает, а потом надо мной будет скалиться. С эмоциями-то вряд ли справлюсь, после такого адреналина.

— Ты права, — поддержала Свению дочь императора, — надо раздеться. Граф, не поможете с меня штаны стащить? А то они промокли и к ножкам прилипли.

Это еще и Ишта к подруге подключилась⁈ При этом дамы и не пытаются приступать разоблачаться. Играют со мной! Хм, интересно, кто первый сдастся? Стихия и не думает стихать, в защитный купол пару раз ударило несколько камней, небольшое дерево с вырванными корнями, но мы в полной безопасности и это радует. Правда, дамы на мне решили отыграться за свои страхи и переживания. Нельзя им позволить такое и спустить, чего бы мне этого ни стоило.

Глава 3 ПОСЛЕДСТВИЯ БУРИ

Нет, девушки не стали меня доводить до белого каления, наверное, этому поспособствовала молния, угодившая в купол. Разряд оказался настолько сильным, что меня знатно тряхнуло, большим зарядом электричества и огромным потоком магии. Не понял как, но оказался на коленях, прижав ладони к защитному куполу и отдавая полученную энергию. Сработал какой-то инстинкт, не иначе, слишком мой источник от магии стал распирать и грозить разлететься. Все бы ничего, но вокруг нас образовалась совсем уж плотная защитная оболочка. Повезло, что предусмотрел клапана, которые исправно подают воздух.

— Алексис, ты как? — с дрожью в голосе спросила Иштания.

— Как-как, жить захочешь не так раскорячишься, — буркнул я, ощущая боль в каждой клеточки тела.

Если сейчас стихия исчезнет, то не смогу и шага сделать. Да что там шага, двинуться и то не в состоянии.

— Никогда не видела, чтобы маг мог такую защиту выставить, — потыкала пальчиком в защитный купол баронесса. — Граф, как вам такое удалось? Это же высший магический уровень, про таких только в легендах упоминается.

— Баронесса, вы мне льстите, — криво усмехнулся я и признался: — Черт его знает, как получилось, желал вас с графиней защитить и самому не сгинуть.

— Айлексис, у тебя странная аура, очень насыщенные цвета, а всполохи настолько сильные и причудливые, что глаза режут, — произнесла Ишта.

Прикрыл глаза, обращаясь к своему источнику и понял, что продолжаю в себя закачивать магическую энергию.

— Возьмите меня за руки, а ладони положите на сферу, надо тратить магию, — произнес я, а потом пояснил: — Простите, но придется вас использовать в качестве этаких накопителей, в которые буду сливать излишки и сразу перенаправлять их в защиту, другого выхода не вижу.

Девушки переглянулись, про недавние шуточки и подколки забыли, осознают, что сейчас не до этого. Первой меня взяла за кисть руки дочь императора, а вот Свения чуточку помедлила, но тоже присоединилась к подруге.

— Кстати, вы можете тоже какие-нибудь заклинания делать, — сказал подругам и поспешно добавил: — Только не боевые!

Чувствую себя этаким магическим трансформатором, в который приходит сила, но излишки необходимо тратить, а иначе произойдет выгорание и то и разорвет. Внутри сферы вдруг запорхали бабочки — Ишта развлекается, при этом чувствую, что она еще и целительские заклинания применяет. А вот Свения с визуализацией не спешит, при этом от нее исходит не меньший магический отток, какие-то она заклинания тоже создает.

— Баронесса, а что вы делаете? — поинтересовался я. — Вы сейчас расходуете энергию больше, чем я с графиней вместе взятые.

— Магический взор, — прошептала та. — Рассматриваю округу с высоты птичьего полета и даже получаю изображение из порта Пуртанска.

Бабочки исчезли, Ишта последовала примеру подруги, следом и я такое же заклинание создал. Расход энергии стал и вовсе огромным. Миг и меня уже не переполняет сила, еще секунда и иссяк поток, из которого я тянул магию.

— Дамы, стоп! — резко выдохнул и перестал с ними делиться силой.

Вовремя, мой источник заполнен на три четверти. Ни о каком избытке магии и речи не идет.

— Блин, Айлексис, еще бы минутку дал и смогла посмотреть, чем занимаются мои девочки в доме удовольствий! — разочарованно выдохнула баронесса.

— Подсматривать не хорошо, — буркнул я.

— Это какая же силища у нас только что была, — прошептала Ишта. — Мы могли бы даже горы сместить или даже попытаться переместиться. Ходят же легенды, что в древности маги могли перемещаться на большие расстояния. Считала это выдумкой, но после такого, — она обвела свободной рукой пространство вокруг себя, — уверена, что это возможно.

— Не факт, — не согласилась с ней Свения. — Очень уж расход энергии большой на обычные заклинания. Потребовался бы огромный накопитель, для такого.

— Однако, теоретически такое возможно, а значит и на практике могло получаться, — задумчиво произнес я.

Мы втроем использовали этакую сырую силу, без должной обработки и оптимизации. Задача стояла сбросить излишки магии, а не создать что-то значимое.

— Буря стихла, пора отсюда выбираться, — произнесла графиня и похлопала по защитной сфере.

От недавней непогоды почти ничего не осталось. Ветер стих, дождь прекратился, гроза ушла, но уже стемнело и вместо солнца в небе полная луна, тускло освещая обстановку. По горной тропе еще текут ручьи, но потоков воды нет.

— А как насчет нашей одежды? — напомнила баронесса. — Кто-то обещал ее высушить!

— Почему сами это не сделали? — вопросом на вопрос, ответил я, пытаясь снять защитное заклинание.

Сфера не поддается, ее структура изменилась, купол прочный и не собирается исчезать. Честно говоря, я даже вспотел, представив, что сам сделал ловушку, из которой не выбраться. Я же какие только заклинания в стенки не вливал, упрочняя и улучшая изначальную защиту. Потоки магии причудливо переплетены, десятки, если не сотни узлов держат разрозненные заклинания. Мало того, еще и автономная подпитка имеется! Когда ее-то умудрился создать? Н-да, к любым магическим действиям необходимо подходить вдумчиво и просчитывать последствия.

— Из головы вылетело, — призналась Свения, а вот Иштания на меня внимательно смотрит и чего-то ждет.

Не выдержав, графиня спросила:

— Айлексис, у нас проблемы? Ты не можешь снять защиту?

Девушка ко мне вновь на ты обратилась, хотя недавно выкала. Впрочем, сам за собой заметил, что так же с дамами разговариваю. То строго по этикету, то как к подругам обращаюсь. Хотя, мне-то простительно, в своем мире сверстникам и сверстницам никогда не выкал.

— Дайте пару минут подумать, — уклончиво сказал и принялся распутывать узлы на защитном контуре.

Первым удалил подпитку, потом стал ослабевать стенки сферы. Оказалось, что их аж десять штук, а последняя и вовсе что-то вроде электрической пленки, в которой притаилась пойманная в ловушку молния. Даже не задаюсь вопросом, как такое получилось. Предупредил девушек, что придется выпустить заряд, и чтобы они плотно закрыли глаза. Ветвистый сгусток молнии направил в сторону скалы за расщелиной. Громыхнуло знатно, во все стороны полетели камни, мелкие из которых градом обрушились на нас. Я такой исход предвидел и выставил обычный воздушный щит, но, на всякий случай, дам повалил на землю и накрыл их своим телом.

— В оргии отказываюсь участвовать, — глухо произнесла баронесса, когда стих «обстрел» из камней.

Как-то так получилось, что я оказался поперек подруг, а те на меня вопросительно смотрят и при этом обе покраснели.

— Граф, что вы себе позволяете? — прошипела Ишта. — Мне кажется или мне в живот упирается некая часть вашего тела?

— Это рукоять кинжала, — встав, ответил ей на претензию, подумал и добавил: — Может и вру, но будем считать, что это он.

— А мне досталась рукоять меча, больно так по бедру ударил, так что тебе грех жаловаться, — усмехнулась баронесса.

— Идем, надо искать отряд, надеюсь, все выжили, — произнес я, кивнув в сторону, куда держали путь.

— Я видела, как валун снес в расщелину двух воинов, — чуть слышно произнесла Ишта.

Медленно кивнул, не став ничего говорить. После такой стихии потери в отряде однозначно будут. Но если бы остались на поляне, то, скорее всего, там бы все и полегли. Как и предупреждал Васт. Нам повезло, что оказался воин, который почувствовал приближение природного катаклизма.

Идти по тропе в лунном свете оказалось не так-то просто. Я даже подумывал привязать к себе девушек, чем-то вроде поводка. Остановило то, что они бы вряд ли согласились, да и ремень у меня один, к которому еще ножны прикреплены. А имей веревку, то так бы и поступил. Кстати, во всей этой катавасии мы потеряли заплечные мешки. Когда и как они исчезли никто из нас вспомнить не смог. У меня там ничего ценного не хранилось, герцогская малая печать в кармане, верительные документы тоже. Подруг не очень озаботила утрата вещей. Впрочем, дамы повздыхали, что переодеться им теперь точно не во что и поэтому потребуется посетить какой-нибудь город горцев. В поселениях платьев на свой размер они точно не приобретут, как сомневаются, что разживутся жизненно необходимой мелочевкой. Что графиня и баронесса понимают под последним утверждением я даже не стал уточнять. Боюсь, у меня на это другие взгляды. Положительное, как ни странно, тоже нашлось и касалось оно моего магического резерва, который в разы вырос. Да и источники девушек тоже претерпели изменения в лучшую сторону.

— Свения, что вы видели, когда рассматривали происходящее с высоты птичьего полета? — поинтересовался я.

— Крепость, из которой ушли, пала. Часть стены разрушена, ворота распахнуты, над одним из шпилей вывешен белый флаг. Во внутреннем дворе собрали защитников во главе с полковником и с ними беседовал шаман орков, — задумчиво ответила баронесса.

— Не удалось услышать, что говорили? — спросила Ишта.

— Нет, но судя по работницам крепости, которые тоже были там, то они не пострадали. Ну, так мне показалось, — медленно произнесла Свения, а потом, предотвращая следующие вопросы, продолжила: — Как-то так получилось, что до Пуртанска мой магический взгляд перенесся мгновенно, но кое-что сумела рассмотреть. Видела, как в одном городе отбивали штурм. Вроде бы обратили северян и орков в бегство, те убегали, а их преследовала конница. Где это происходило не поняла. В портовом же городе все спокойно, разгружались купеческие суда, на якорях стояли три имперские боевые галеры, — баронесса замолчала и прикрыла глаза.

От Свении произошел резкий отток магии. Девушка охнула и стала оседать, успел ее подхватить под локоть и спросил:

— Что случилось?

— Попыталась магический взгляд вернуть и осмотреться. Энергии в источнике хватило метров на пятьдесят, — устало произнесла та. — Похоже, рано посчитала себя всемогущей.

Мне только и осталось головой покачать. Вроде бы племянница Журбера осторожная и рассудительная, а повела себя глупо! Неужели не сообразила, что недавно через себя пропускала огромный поток энергии, который требовалось потратить. Он же ни в какое сравнение не идет с теми накоплениями, которые есть в ее источнике. Впрочем, при должном подходе, оглядеться вокруг могла бы, но она захотела слишком многого. Разумеется, чтобы магический взор добрался до той же крепости, потребуются огромные накопители, а у нас их нет. Кстати, пока нам чертовски везет, что не наступил откат. Но он точно последует, слишком через себя пропустили большой заряд, да и сами источники изменились. Легко мы точно не отделаемся, в этом уверен и времени остается все меньше. Кровь из носа, но нам необходимо отыскать отряд или хотя бы то, что от него осталось.

Неужели у меня дар предвидения появился? Буквально через пятнадцать минут и нас троих начало так крутить, что хотелось лечь и умереть. Такое ощущение, что кости из суставов выворачивает, кожа то горит огнем, то покрывается инеем, сознание туманится, в глазах троится, руки и ноги дрожат. Девушек к себе прижал, те словно куклы передвигаются и только стонут. У меня еще носом кровь пошла. Ну, точно провидец! Но я шел и тащил на себе двух дам, бросить их не собирался и даже мысли такой не возникло. Каким-то чудом дошел, как в бреду увидел, что ко мне подскочили воины из дозора. Что-то радостно говорят, но смысл ускользает. Попытались графиню и баронессу от меня оторвать, но я на них рыкнул и создал перед собой огненный шар. Парни поняли правильно, отстали и сопроводили до лагеря. Последнее, что запомнил, как к нашей тесной компании бросился Журбер и Гунбарь. Значит они стихию смогли пережить и это обрадовало. Улыбнулся им и только тогда сознание меня покинуло. Нет, еще точно помню, как стал заваливаться, потянув за собой Ишту и Свению.

— И почему он в себя не приходит? — донесся до моего сознания голос дочери императора.

— Лежит как замороженный принц, — вздохнув сказала баронесса.

— Какой принц? — спросила Ишта.

— Тебе в детстве сказок не читали? — удивилась Свения. — Впрочем, не удивлюсь, что это быль. Там какая-то злая колдунья повздорила с сыном короля. Заколдовала яблочко и ему подсунула. Когда же парень его съел, то превратился в спящего красавца. Маги чего только не делали, колдунью поймали, пытали всячески, а потом и вовсе голову ей отрубили. Даже из ее крови делали элексиры — не помогло! Подумав, поместили принца в хрустальный гроб и замуровали в фамильном склепе. Прошло пару сотен лет, и какая-то воительница обнаружила гробницу. Позарилась на меч с кинжалом, разбила гроб, да поскользнулась порезавшись. Прямехонько на принца упала, кровью своей обрызгала, да еще и поцеловала случайно, — баронесса замолчала, а графиня ее поторопила:

— Дальше, что дальше-то произошло⁈ — нетерпеливо воскликнула Иштания.

— Ой, да и не помню уже, — задумчиво произнесла баронесса.

— Не ври, рассказывай, — буркнула графиня и, похоже, пихнула подругу.

Ну, может и не пихнула, глаза открыть не получается, но девушки точно завозились.

— Ладно, слушай, — сдалась Свения. — На чем я остановилась?

— Воительница на принца упала, — подсказала Ишта.

— Точно, — хмыкнула баронесса. — Так вот, упала она так удачно, да еще в этот момент вдох глубокий сделала, что принца-то и поцеловала. Тот, не будь дураком, сразу проснулся, глупышку обнял, от себя не отпустил и прямо на стеклянном ложе с ней любовью занялся. Представляешь, как им было неудобно?

— Врешь! — выдохнула дочь императора.

— Это же сказка или быль, как могу врать? Сама-то там не была и свечку не держала. Однако, думаю, в нашем случае такой вариант стоит попытаться повторить.

— Ты это о чем? — не поняла графиня подругу.

— Целуй графа и посмотрим очнется он или нет!

— Да ну тебя, — буркнула Иштания, но как-то неуверенно. — Не верю в такое!

Хм, а получилось бы неплохо, попытайся меня девушка поцеловать, когда я почти очнулся. Жаль, что продолжению, как в рассказе баронессы, не бывать. Лежу-то на обычной кровати, нет, вру, на чем-то очень жестком, но точно не в хрустальном гробу. Кстати, сказку такую в своем детстве слышал, правда, с другими деталями и без таких подробностей. Впрочем, рассказ баронессы не так и плох. Любой правитель бы отыскал колдунью и церемониться не стал. Насчет же финалочки, то сомневаюсь, что принц что-то мог сделать, пролежав в одной позе столько времени. Он бы двинуться не смог, не то что кого-то там обнимать. С другой стороны, на то и сказка, да еще замешенная на магии. Последнюю нельзя со счета сбрасывать, она на многое способна.

— Так и не поцелует никто, не желают, чтобы очнулся, — прошептал я, приоткрывая веки.

Нахожусь в какой-то пещере, горит несколько магических лампадок, вход завешен тканью, мебели нет, в стене выдолблены полки, на которых стоят какие-то склянки. Девушки переглянулись и склонились над моим лицом.

— Кто первая-смелая? — поинтересовался я и попытался приподняться.

Ну, как и говорил, мышцы не слушаются, а, надеюсь, провалялся тут не так много времени, как какой-то принц. Впрочем, направил на себя малое целебное заклинание, благо источник полон.

— Айлексис, ты все шутишь! — обвиняюще ткнула пальцем мне в грудь баронесса.

— Он над нами издевается, — поддержала подругу графиня. — А мы за него переживали, ночи не спали. И такая благодарность!

— Но целовать-то меня отказалась, — хмыкнул я и сел.

— Ты рано очнулся, я почти ее дожала, — усмехнулась Свения.

— Как давно в таком состоянии? Что нового? — задал вопросы, ощущая, что жизненно необходимо сделать несколько вещей.

Хочется сполоснуть лицо водой, привести себя в порядок, посетить уборную и съесть быка! Очень голоден, такое ощущение, что желудок к спине прилип.

— Три дня прошло, как ты нас вывел к отряду, — сказала племянница герцога. — Журбер пытался настоять, чтобы путь продолжили, но мы тебя оставлять отказались, — сказала та, но потом поспешно уточнила: — Только не подумай, одного бы не бросили, хотели оставить парочку воинов.

— И на том спасибо, — кивнул девушкам, после чего намекнул, что желаю поискать кустики.

Из пещеры выбрался и убедился, что уже поздний вечер. Лагерь контрабандистов оказался неплохо оборудован. Имеются навесы, очаги для срытого разведения костров.

— Все спят, кроме дозорных, — шепнула баронесса, появившись следом за мной.

— А вы выполняли роли сиделок? — уточнил у девушки.

— Да, после того как ты нас спас, то решили отдать должок, — усмехнулась та.

Интересно, чья это мысль? Скорее всего, Журбер предложил так говорить, чтобы подруги не чувствовали себя обязанными. Ну, не собирался с них что-то требовать. И уж тем более не помышлял поступать, как неизвестный принц из легенды. Сейчас вряд ли бы сумел, а он был силен, если со спасительницей сразу же любовью занялся. Но на самом деле если что-то между ними и произошло, то точно не в хрустальном гробу, готов поспорить.

— Разбуди Гаррая и Журбера, хотел бы с ними переговорить, — попросил я Свению.

— А мне что сделать? — задала вопрос Иштания.

— Тебе? — потер я скулу, ощущая под пальцами щетину. — Организуй чего-нибудь перекусить. Надеюсь, у нас не закончилось продовольствие?

— С едой полный порядок, — заверила меня дочь императора.

Кивнул ей и направился к до боли знакомому строению из моего мира, этакому деревенскому туалету, сколоченному из плохо обработанных досок. Даже кустики не понадобились!

Герцог с лейтенантом отказались что-либо рассказывать, пока я не поем. Кстати, перловая каша оказалась на удивление вкусной, как и чай из травок. К сожалению, наши запасы продовольствия подошли к концу. При шторме много вещевых мешков оказались утеряны, но больше всего расстроило, что наш отряд потерял четверых воинов. Двое попали под камнепад, я сам видел, как они упали, а еще о паре подчиненных Гаррая ничего неизвестно. Они прикрывали отряд и держались позади метрах в пятистах, следили, чтобы за нами не было погони.

— Тропу завалило так, что пройти невозможно, — объяснил лейтенант. — Парней от нас отрезало и остается надеяться, что они уцелели.

— Что сомнительно, — вздохнул Журбер. — Мы и вас-то с девушками не чаяли живыми увидеть. Никогда такой бури не видел, да еще с магической составляющей. Скорее всего, непогоду усилили шаманские орки, они на это способны.

— И зачем им это? — пожал я плечами. — Уж скорее всего в этом замешаны контрабандисты, когда увидели куда двигается наш отряд. Как понимаю, никого тут из лихих людей не обнаружили, а те не спешат объявляться.

К этому моменту исследовал пещеру, где провалялся пару дней. Она оказалась обжитой, такое ощущение, что кто-то тут жил, но недавно ушел.

— Даже если и они, то что это меняет? — пожал плечами Журбер. — Нам необходимо спешить, время стремительно уходит.

— Завтра выдвинемся, — кивнул я и посмотрел на лейтенанта: — Дорогу разведали? Не хотелось бы упереться в очередной завал.

— Нам предстоит спуск, — достал карту лейтенант. — Есть два пути и оба чистые. В первом случае выйдем к поселению горцев, а от него день пути до ближайшего города. На мой взгляд такой маршрут предпочтительней, сумеем приобрести припасы и, возможно, купим пару повозок и лошадей.

— Денег не хватит, — буркнул прижимистый герцог. — В этой местности лошади чуть ли не на вес золота. Боюсь, предстоит добираться пешком.

— В городе обратимся к местным властям, пусть посодействуют, чтобы быстрее оказались в Золтогоре, — спокойно сказал я, чем вызвал спор среди своих соратников.

Их аргументы понимаю, боятся, что нас сдадут северянам или оркам, отряды которых наверняка наводнили близлежащие к границе места. Но другого варианта у нас нет. Мы не в состоянии бегать и скрываться в чужой стране. Нас на раз вычислят и поймают. Не удивлюсь, что контрабандисты уже сообщили о незваных гостях и к нам спешит пара горских отрядов. Оказать же сопротивление мы способны небольшой шайке бандитов, против хорошо подготовленных воинов гор мы не продержимся и часа. Тут же чуть ли не в каждой горе есть шахты или подземные ходы. Тем не менее, мне попытались доказать, что ошибаюсь и риск слишком велик. Не мог не согласиться, поэтому чуть изменил план. Вперед выдвинусь лично, взяв в помощники Гунбаря. Договорюсь с местными властями, сообщу об этом и только тогда подтянется отряд.

— Что, если вас арестуют и передадут северянам или оркам? — задумчиво поинтересовался Журбер.

— Не получив от нас вестей, вам предстоит действовать самостоятельно, — пожал я плечами и перехватил руку Гаррая, который что-то хотел показать на карте: — Не говори, не хочу знать о запасных вариантах, которые смогу неосознанно выдать врагу.

На этом и порешили. Моих верительных грамот хватит, чтобы сумел переговорить с властями этой земли, точнее, гор. Вряд ли на себя кто-то возьмет ответственно и арестует посланцев Волтура. Конечно, не факт, что захотят помочь, если этого не произойдет, то останется тратить монеты, а их не так много. Удивительно, но категорически против высказалась Ишта, когда ей рассказали о наших, точнее, моих планах. Мы даже с дочерью императора прилюдно поругались, не имея на то никакого права. Пришлось ей напомнить, кто является командиром и волен принимать непопулярные решения. К этому моменту лагерь проснулся, и свидетели нашей ругани оказались почти все. Ну, настоял, вернее, слушать Ишту не стал. Та осталась при своем мнении.

— Идем, — кивнул Гунбарю, когда начало рассветать.

— Удачи, — пожелал герцог с лейтенантом, а вот Иштания промолчала, даже не отреагировала на тычок в свой бок, которым подруга наградила.

Если так и дальше пойдет, то дорога превратится в мой персональный ад, который устроит дочь императора.

— Осуждаешь? — поинтересовался я у своего помощника.

— Нет, но и завидовать не стану, — честно ответил Гунбарь, когда начали спускаться по тропе, а лагерь остался позади.

Буквально через час подозрения графини нашли подтверждение. У моих ног вонзился арбалетный болт, а из-за валуна нам предложили сложить оружие. Кто нас пытается пленить? Надеюсь те, кто готов разумно мыслить.

Глава 4 ДОГОВОР С ГОРЦЕМ

События глазами баронессы Свении.

Наблюдая, как граф со своим помощником уходит разведать путь, я пыталась понять, что чувствую сама и как на происходящее реагирует подруга. Как-то так получилось, что с дочерью императора сблизились, сами того не желая. По задумке своего родственничка, к которому все же неоднозначно отношусь, Иште я должна была стать наперсницей и наставницей. Особенно, если девушку начнут использовать в политических целях. Нет, ничего против договорных браков между аристократами не имею, если это меня не касается. В общем-то, к этому все терпимо относятся, но торговать собой не желаю! Насмотрелась, как девочки в доме удовольствий этим занимались и поймала себя на мысли, что аристократы ничем не лучше. Какая разница с кем спишь, если за это деньги получаешь? Ну, в светском обществе берут не только золото, но и титулы, положение. И, тем не менее, когда престарелый мужчина женится на молоденькой девице с титулом, то это вызывает некое отторжение. Разумеется, о любви речь в таком случае не идет. Наверное, что-то со мной не так, но лучше кухаркой или подавальщицей буду работать, а на это не пойду.

— Свения, о чем задумалась? — поинтересовалась Ишта, когда Айлексис скрылся за поворотом.

— О жизни, — неопределенно ответила я, а потом спросила: — Скажи, ты действительно готова ко всему, что будет у горцев?

Непросто так задала этот вопрос, хочу понять, правильно ли графиня оценивает положение дел. Но что сделаю, если той мозги запудрили? Открыть глаза? Тогда пойду не только против Журбера, но и императора, а это уже получится измена. При этом есть еще магический договор найма, который подписала. Как мои действия расценит магия?

— С чего вдруг об этом спрашиваешь? — посмотрела мне в глаза дочь императора. — Сама все знаешь, мы пытаемся спасти империю. Правда, сомневаюсь, что династический брак удастся заключить. Мое положение при императорском дворе оставляло желать лучшего, Волтур признал дочерью недавно.

— Понятно, — чуть улыбнулась подруге, а потом неожиданно для себя поинтересовалась: — К Айлексису ничего не чувствуешь?

Иштания нахмурилась, дернула плечиком, а потом ответила:

— Граф сложный человек, иногда хочется его придушить собственными руками, а бывает очень милым. Чувства? — графиня фыркнула. — А разве могу себе их позволить?

— Но когда я рассказывала сказку, ты готова была его поцеловать, — улыбнулась я.

— Как и ты, — хмыкнула та. — И не говори, что графу не благодарна. Он нас спас и чуть ли не на себе приволок, когда идти не могли.

— Долг платежом красен, — неопределенно ответила, а потом усмехнулась: — С моей репутацией наследнику герцогства не подойду. Поэтому-то и не зарюсь. В этом плане тебе не соперница. Ладно, пойду пообщаюсь с дядей, есть к нему пара вопросов, — кивнула в сторону Журбера, что-то обсуждавшего с лейтенантом.

Не захотела дочь императора откровенничать или действительно к Айлексису испытывает смешанные чувства, в которых нет любви. Если разобраться, то поступки графа далеко не всегда понятны. Точнее, он способен выбесить даже меня, чего уж там говорить про ту, у которой мало опыта в общении с мужчинами. Нет, не могу похвастаться своими любовными похождениями, от себя этого не скрыть, но повидала разных господ, с их странными взглядами и наклонностями. Удивительно, но Айлексиса пока не сумела разгадать, словно у него какая-то тайна. И, действительно, Ишта права, поведение графа зачастую озадачивает. Или в этом и есть его харизма? Боюсь, помани он любую девицу или светскую даму и ему никто не откажет.Взять хотя бы Азалию, у нее была в Пуртанске превосходная репутация. Нет, слухи, точнее, сплетни ходили, что больному мужу изменяет, но подтверждений этому ни разу не нашлось, к разочарованию сплетниц. И, тем не менее, перед Айлексисом не устояла, но никто ее за это не осудил и даже порадовались. Мол, какая же госпожа молодец!

— Ты что-то хотела? — отвлек меня от раздумий Журбер, к которому не заметила, как подошла: — Стоишь уже некоторое время и о чем-то мечтаешь. Свения, рад, что наши отношения наладились. Ты бы знала, мои переживания, когда тебя не обнаружил после того, как буря стихла.

— Простите, задумалась, — чуть склонила голову. — Хочу предупредить.

— О чем? — прищурился бывший глава тайной канцелярии, вмиг превратившись из добросердечного родственника в жесткого человека.

— Насчет того, что ждет Иштанию, — медленно произнесла я. — Простите, но если пойму, что ей будет грозить опасность, то не буду ее уговаривать и готовить принять такую участь, принеся себя в жертву.

Герцог внимательно на меня посмотрел, хмыкнул, пожал плечами и сказал:

— Как бы нам всем чего-то не хотелось, а приходится идти на жертвы, — он поднял руку, останавливая готовое сорваться у меня негодование: — Успокойся! Не собираюсь жизнь Иште уж совсем портить, не такое я чудовище. Однако, зачастую капризы излишни, а ты сделаешь все, чтобы дочь императора была готова к любым неожиданностям. В том числе, если потребуется, сама ее подготовишь к первой брачной ночи. Это не только в интересах империи, но и всех нас касается. Ты ее наперсница, так оставайся в этой роли и не бери на себя что-то большее. Поняла? И еще, насчет графа Айлексиса, не думаешь ли ты, что он выступит в роли защитника? Он далеко не глуп, в этом могла убедиться, следовательно, примерно представляет для чего идем к горцам в такой компании. Да и сама Иштания об этом знает и согласилась помочь императору.

Н-да, вот и поговорила! И ведь ничего другого не ждала. Неужели рассчитывала, что советник императора проявит жалость и участие? Наивная! Журбер привык играть жизнями, ставя интересы империи превыше всего. Разумеется, если потребуется, он и меня продаст. Точнее, попытается, я-то не собираюсь смиренно идти на убой. Но и сказать своему родственничку нечего, особенно после его слов про графа. Неприятно, что Айлексис на одной стороне с Журбером. Мне казалось, что он не такой. Вот и верь после этого людям и думай о них лучше, чем они на самом деле. Не стала ничего отвечать герцогу, кивнула, развернулась и поплелась в сторону навеса, необходимо обдумать его слова.

* * *

События глазами Айлексиса.

Стоим с Гунбарем и ждем, когда к нам подойдет грузный горец, рост которого доходит до моей груди. А представитель контрабандистов не торопится, у него вальяжная походка, но в глазах настороженность, мышцы напряжены, готов в любой момент вступить в схватку. Хм, при этом пятеро его товарищей на нас арбалеты нацелили. Нет, горцы в укрытиях сидят. Ну, это после того, как болт у моих ног в землю воткнулся, я магическое зрение подключил и просканировал окружающую местность. Честно говоря, в очередной раз забыл про такую возможность. Но, наверное, это к лучшему. Знай о засаде, то неизвестно как бы себя повел, при этом сам хотел на контакт с местными выйти.

— Айлексис, что будем делать? — шепнул мой телохранитель. — Явно в засаду угодили, но если попытаться скрыться за тем валуном, — он едва заметно кивнул, указывая направление: — то шанс получим неплохой.

— Не дергайся, если сразу не попытались убить, то хотят поговорить, а это мне и нужно, — ответил ему и добавил: — Ты в разговор не вмешивайся, за оружие без приказа не хватайся. В крайнем случае выставлю магический щит и у нас будет время уйти.

Своему источнику уже отдал указание и, надеюсь, что купол успею поставить до того момента, как нас атакуют. Правда, у приближающего горца имеется, как минимум, один боевой артефакт неизвестной мощности. Вроде бы что-то связанное с магией земли, но это не точно. Не так хорошо, как хотелось бы в аурах магических штучек разбираюсь. Зато у стрелков обычные болты.

— Чужакам не рады, — произнес горец, когда расстояние между нами сократилось до пяти метров. — Что вы тут забыли? Уходите с нашей земли.

— Разве так гостей встречают? — усмехнулся я. — Мы не пришли враждовать и чего-то требовать. Уважаемый, конфликта не хотим, но и от своей цели не отступим.

— И какова ваша цель? — насупился горец.

— Меня зовут граф Айлексис Вард, возглавляю миссию императора Волтура второго из Каршанска к вашему правителю. Наш отряд попал в затруднительное положение, и я с помощником отправился разведать путь, надеясь отыскать представителей местной власти, — произнес я, а потом добавил: — С кем имею честь беседовать?

— Ну, считайте, что с помощником старосты, — подумав, ответил мой собеседник. — Загор меня кличут, мы тут, гм, — он запнулся, — за порядком следим.

— Загор? — переспросил я и, когда горец утвердительно кивнул, продолжил: — Не вам ли передавал привет комендант крепости, господин Бург Осташ? Он просил сказать, что не всегда крупная рыба лучше, чем мелкая. Правда, не понимаю, на что полковник намекал.

— Вы знакомы с Бургом? — чуть расслабился горец.

Ну, уже понял, что встретил того кого хотел. Удача сегодня точно на нашей стороне! Впрочем, комендант был уверен, что любой контрабандист меня к главарю проводит, стоит об этом попросить. Но чтобы тот собственной персоной в горах оказался, на это даже Бург не рассчитывал. Он рассказывал, что Загор из поселения редко выходит, если только на какие-нибудь встречи выбирается.

— Гостили какое-то время, на стенах бок о бок штурм отражали. Вы же знаете, что крепость пала? — спокойно сказал своему собеседнику и печально улыбнулся.

— Слышал, — не стал тот отнекиваться. — А как смогли уйти?

Проверяет, он однозначно в курсе того, как мы передвигались. Не удивлюсь, если его воины и за лагерем следят, а если отмашку даст, то всех перестреляют, как в тире. Н-да, в горах у нас нет ни единого шанса против горцев, даже магические способности не помогут. В лучшем случае, кто-нибудь в живых останется.

— Бург дал сопровождающих, — уклончиво ответил я, но потом добавил: — Нас проводили за реку, а потом они вернулись. В горах уже двигались на свой страх и риск.

— Еще и в магический шторм попали, — покивал Загор. — Кстати, почему с места сорвались и навстречу непогоде выдвинулись? Такой глупости не ожидал и сильно удивился.

Он уже не пытается даже скрывать, что за нами следили его люди. Пока еще не дал отмашку арбалетчикам и те нас держат на прицеле. Не доверяет, и, в общем-то, правильно делает.

— Мы сделали ошибку? — удивился я. — Но как так-то? На той поляне нас могло камнями засыпать или потоком воды смыть.

— Ошибаешься, — усмехнулся Загор. — Если бы с вами был тот, кто в горах разбирается, то понял, что ничего не грозило, не считая дождя. В том месте даже ветер почти не поднимается, что бы не творилось рядом. Место самой природой зачаровано.

— Выход горной магии? — не удержался от вопроса Гунбарь. — Поэтому там стоянку устраивали?

— Айлексис, твой помощник сведущ, но почему-то об этом только сейчас догадался, — хмыкнул горец.

А вот у меня некие подозрения возникли. Васт уверял, что в горах родился и жил, все-то о них знает и непогоду чувствует. Примеры яркие приводил и убеждал, что нам промедление смерти подобно. Я ему поверил, нет, не на слово, сам к таким выводам пришел, но под влиянием. Мог ли он не распознать, что в том месте выход горной магии, являющейся естественной защитой? Наверняка знал! Еще и в эпицентр странного магического шторма мы угодили. Словно нас туда специально привели. Предательство? Есть такая вероятность. Но почему и как это мог враг организовать? Когда в лагерь вернусь, то с Вастом предстоит непростой разговор. Ну, нет, не беседа, допрос.

— Меня зовут Гунбарь, — представился мой спутник. — Уважаемый Загор, а такие бури, что недавно была, в горах частое явление? Не почувствовали в ней чего-то необычного.

— Правильный вопрос, — усмехнулся Загор и кивнул в сторону валунов: — Не желаете присесть, похоже, нам есть о чем поговорить.

— А нас так и продолжат на прицеле держать? — поинтересовался я. — Нет, если опасаешься, то не возражаю. Но что, если у кого-то из твоих подчиненных палец дрогнет на скобе спуска арбалета?

— Тот, кто держал в руках кирку и рубил по несколько часов кряду горную породу с такой мелочью справится, — усмехнулся горец, но все же поднял вверх левую руку и сделал кистью круговой знак, дав какое-то указание находившимся в засаде.

Нет, воины не покинули своих мест, там и остались, но в нас целиться перестали. Это еще не полное доверие, но такие действия обнадеживают на удачный исход переговоров. Мы прошли и присели на валуны. Загор чувствует себя комфортно, а вот нам с Гунбарем непривычно.

— Значит весточку Бург прислал, — задумчиво произнес горец. — Надо же, даже напомнил о давнем споре, — он усмехнулся, но потом продолжил: — Хорошо, помощи не обещаю, но мои воины вас не тронут, если черту не переступите.

— Полковник говорил, что могу рассчитывать на помощь, — осторожно заметил я, а потом поспешно добавил: — За услуги, разумеется, готовы заплатить.

— И что вам требуется? — сделал недовольное лицо горец, при этом не смог скрыть в своей ауре ликования.

Что ж, примерно так комендант крепости и описывал своего старого ни то друга, ни то приятеля. Насколько понял, из пояснений Бурга, то у них своеобразное соревнование идет на протяжении лет десяти, если не больше. Иногда встречались и своими успехами хвастались. Загор говорил сколько караванов под носом полковника провел, а тот в свою очередь хвастался успехами по ликвидации контрабанды. Похоже, веселились они от души.

— Хотим остановиться в поселении, передохнуть, посетить ближайший город, а потом отправиться в Золтогор, — раскрыл я карты и уточнил: — Сколько это будет стоит, если вы возьметесь за нашу защиту от любопытных?

— Тут непросто подсчитать, — задумался горец. — Много неучтенных факторов, а риск стоит денег. Правильно?

Набивает цену и, похоже, торговаться предстоит долго. Иначе он без штанов оставит, обдерет как липку.

— Да какой риск в вашей спокойной стране, — отмахнулся я. — Вы же ни с кем не воюете, ведете торговлю, а то, что не желаете платить пошлины и налоги соседней империи, так у каждого свой взгляд.

— За вами охотятся, вы точно от кого-то убегаете, — хмыкнул глава местных контрабандистов. — Усиленная магией буря чего только стоит. Зачем мне столько хлопот?

— Если разместите в поселении, мы оплатим гостеприимство, разумеется, в разумных рамках, — спокойно сказал я и предложил: — Разобьем наше предположительное сотрудничество на этапы. Каждый оценим, а после удачного завершения дела, то рассчитаемся. Как вам мое предложение?

Я специально сказал, что заплачу после завершения услуг, при этом обозначил, что их можно разделить на части.

— Нет, так дела не делаются, — помотал головой Загор. — Существует задаток, а по окончании дела полный расчет. Сейчас вот вы просите войти в поселение и устроиться на отдых. Услуги трактирщика, еды и всего прочего, чего захотите — не в счет, это отдельная плата. Я же готов дать гарантии, что ваш отряд никто не тронет. За это, — он задумался на пару мгновений, — попрошу пятьсот золотых.

Сошлись на ста пятидесяти, и то Журбер выскажет недовольство, что разбрасываюсь не своим золотом.

— А потом нам потребуется… — начал, но Загор меня перебил:

— Об этом после поговорим, приведи отряд в поселок, людей предупрежу, вас не тронут. Разместитесь в трактире, отдохнете, познакомимся поближе, тогда и посмотрим, будем ли сотрудничать.

— Загор, а ты осторожен, — усмехнулся я.

— Айлексис, так жизнь заставляет, — хмыкнул тот. — Ну, сейчас заплатишь или после заселения?

Опять проверяет?

— Семьдесят пять золотых после того, как руки пожмем и магическим договором скрепим, а остальные после дела. Так же договаривались, правильно? — спокойно ответил я.

— Слово надо держать, даже если и понял, что в убыток сработал, — сделал расстроенный вид горец, но глаза лукаво блеснули.

Думаю, он бы и на меньшую сумму согласился. Впрочем, как и я на большую. Пожали мы друг другу руки, наскоро произнесли стандартные слова договора и призвали в свидетели магию. Каждый из нас выпустил из своего источника искру силы, которая кольнула кожу договаривавшийся стороны.

— Жду в поселении, дорога безопасна, никто не тронет, если только зверь какой или вновь непогода разыграется, — сказал напоследок Загор и махнув своим арбалетчикам не оглядываясь ушел.

Мы же с Гунбарем отправились в обратный путь, благо не так далеко от лагеря ушли, но на ночь глядя вряд ли отправимся в поселение. Но может и рискнем, велик соблазн нормально поужинать и в кроватях отдохнуть. Все же, на горной породе спать то еще удовольствие.

— Граф, вы только переговорите сперва с герцогом и лейтенантом, — буркнул Гунбарь и пояснил: — Если дамы узнают о такой возможности, то точно захотят оказаться в трактире.

Не стал ему отвечать, он очевидную вещь сказал. Приказать я не могу не Иште, ни Свении, но и они самостоятельно в поселение не отправятся. Могут лишь настаивать и подключить все женские хитрости, начиная от угроз со слезами.

— Что думаешь про Васта? — поинтересовался я.

— Побеседовать с ним необходимо. Похоже, горец не врал, нет ему резона, — потер скулу Гунбарь, а потом продолжил: — Странный он тип, я про нашего воина. В горах ориентируется хорошо, но если повел отряд под удар, то сам мог пострадать.

— Или знал, как его избежать, — задумчиво произнес я.

— Странно, что он не сбежал. Неужели не думал, что мы могли догадаться? — озадаченно произнес мой помощник.

— И куда бы он пошел? Да и не мог он предположить, что мне все объяснят, — мрачно ему ответил. — А вот погибшие и на моей совести.

— В тот момент это казалось правильным решением. А парни сами виноваты, кричал им, чтобы у скалы держались, не послушались, — произнес мой телохранитель.

Я не стал его слова комментировать. Понятно, он хочет, чтобы не считал себя виновным в гибели воинов, пусть даже косвенно. Ответственность на предателе и вот с ним-то будет разговор короткий, после того как Васт сознается. Мне только одно интересно, что ему могли посулить и когда, чтобы он на такое пошел. Мало того, как могли просчитать, что окажемся в горах, да еще подгадать и наслать магический шторм. Не будь поблизости тучи, то ничего бы не получилось. Да и сам обряд, когда призывают в помощь такую стихию, если правильно помню из книг, далеко не простой. Он требует большого количества энергии. Если же правильно понимаю, то орки-шаманы его проводили еще не захватив крепость. Вопросов больше, чем ответов, но, надеюсь скоро все узнаю.

— Господин граф, как хорошо, что вы вернулись! — встретил нас на подходе к лагерю дозорный.

— Что случилось? — напрягся я, чувствуя, как внутри полыхнуло беспокойство.

— Точно не знаю, — воин отвел взгляд в сторону. — Говорят, что отравили тех, кого сопровождаем.

— Что⁈ — воскликнул я и сорвался на бег.

Гунбарь отстал, но до лагеря всего-то пара сотен метров. Не скажу, что побил мировой рекорд на такой дистанции, бежал-то с оружием, еще и в гору, выложился полностью.

— Айлексис, как хорошо, что вернулись! — бросился ко мне Гаррай.

— Докладывай! — рыкнул я на него.

— Журбер изъявил желание попить чаю с Иштанией и Свенией, попросил Сарику подать в пещеру напиток. Перед этим герцог мне сказал, что с дамами ему надо серьезно поговорить и дать наставления, как вести себя при дворе горцев.

— Короче! — прервал я лейтенанта. — Переходи к сути!

— Где-то минут через сорок служанка вновь заглянула в пещеру, хотела узнать, а не надо ли чего. А там, все трое без сознания, чай разлит, — произнес Гаррай.

— Живы? — коротко уточнил я.

— Дышат, — вздохнув ответил лейтенант.

— Их отравили? Кто?

— Сарика говорит, что когда готовила, возле нее крутился Васт, как-то странно за ней увивался и вызвался помочь, а раньше за ним этого не наблюдалось, — доложил Гаррай, а потом добавил: — Приказал служанку и воина арестовать.

— Глаз с них не спускать, — велел я, быстрым шагом подходя к пещере.

— Там сейчас Марика, — уточнил лейтенант, — пытается хоть как-то облегчить страдание отравленных.

Действительно, голос белошвейки услышал, та кого-то уговаривает выпить воды, но ей в ответ никто не отвечает. Зашел в пещеру и увиденное не понравилось. Ауры герцога и девушек полыхают зеленым цветом. Отравленные лежат на полу, возле графини сидит Марика и вливает в ту стакан воды. Потом переворачивает девушку на бок, нажимает на живот и ту начинает рвать. В пещере стоит неприятный запах, уже несколько лужиц рядом с пострадавшими, похоже, белошвейка не один раз пытается таким нехитрым способом промыть желудки. Но у тех яд уже в крови и подобрался к источникам. Последние пытаются отравление нейтрализовать, постоянные всплески целебных заклинаний происходят, но кроме замедления действия яда ничего не происходит. А вот магические силы у пострадавших стремительно тают.

— Господин Айлексис, как хорошо, что вы вернулись! Сделайте что-нибудь, у меня ничего не получается! — увидев меня, произнесла Марика.

Мысли в голове скачут, как сумасшедшие. Перебираю вариант за вариантом, но пока понятия не имею, как помочь девушкам и герцогу. Хотя, имеется один вариант, но он мне не очень нравится.

— Пусть сюда притащат все какие есть емкости, предварительно заполнив их водой! — приказываю белошвейке, а сам достаю из ножен кинжал и опускаюсь на колени перед отравленными.

Как только бывший глава тайной канцелярии допустил, что его отравит какой-то воин? Почему его артефакты не распознали яд? Об этом потом поразмыслю, сейчас необходимо действовать и быстро, промедление смерти подобно, в прямом смысле этого слова. Сам себя убеждаю, что других вариантов нет и придется рисковать. Надеюсь, сумею за их жизни побороться.

Глава 5 ЛУЧШИЙ ВЫХОД

Те целительские заклинания, которые знаю, не помогают, да это и так понятно. Но попытаться все же стоило, чтобы получить отрицательный результат. Нет, не надеялся, что так легко справлюсь, убедился, что яд не реагирует на магическое воздействие. Впрочем, он бы и действовать в организмах пострадавших не начал, его бы сразу источники девушек и герцога нейтрализовали. С учетом же опыта Журбера, его знаний и более сильного источника у Ишты с ее предрасположенностью к целительству, то мне предстоит радикально к делу подойти. И, честно говоря, мне не слишком нравится тот план лечения, который в голове возник. Всегда не понимал как можно кровопусканием лечить, но теперь сам к этому готовлюсь.

— А как много у них зараженной крови, которую собираетесь сцедить? — поинтересовалась у меня Марика, которой рассказал, что задумал.

Мне необходима помощница в этом деле, один точно не справлюсь. Поэтому-то белошвейке и рассказал план лечения.

— Хороший вопрос, — вздохнул я и признался: — Понятия не имею, но попытаюсь выводить только яд.

Герцог совсем плох, его источник почти сдался, а зеленая отрава все заполняет организм. Баронесса держится лучше, где-то на половину яд в ней распространился, а дочь императора более устойчива к отравлению, на четверть в ней пагубное магическое вещество. Да, уже нет сомнений, что при изготовлении яда использовались запрещенные заклинания. Хотя, может так оказаться, что изначально варили какое-нибудь стандартное зелье, но смешали не те ингредиенты и получилась убойная смесь. Чего только у зельеваров не случается, впрочем, даже в моем мире фармацевты создавали лекарство для лечения легких и сердца, а получилось средство для потенции. Хотя, может это так преподносится, а разрабатывали именно его, прикрываясь выделенными грантами на другие исследования.

— Но что будет, если все же сцедите крови больше, чем нужно для жизни? — следя за моими приготовлениями, спросила Марика.

Заставляю себя прикрыть глаза, сделать пару глубоких вдохов и выдохов, чтобы успокоиться и трезво, без эмоций, взглянуть на ситуацию и просчитать последствия.

— До этого не дойдет, а если пойму, что грань рядом, то кто-нибудь должен будет кровью поделиться, — медленно ответил, пока, не представляя, как в такой ситуации и с такими инструментами, сделать что-то типа переливания.

Кроме, как и в этом случае использовать магию, вариантов нет. Зато это натолкнуло на мысль, что и сцеживать отраву следует с применением моих знаний из медицины своего мира. Достаточно создать магический фильтр, который определит отраву и направит ее в посудину, а уже чистую вернет в организм пострадавшего. Как это реализовать? Создать полые магические жгуты — не проблема, сил на это уйдет крохи. Главное — фильтр! И, мало того, их нужно три комплекта и каждый внимательно отслеживать. Справлюсь ли? Деваться некуда, промедление смерти подобно, в прямом смысле этого слова.

— Первый — герцог, — чуть слышно сказал и сделал два надреза на его кистях.

Магические жгуты представил в виде медицинских шлангов, которые присосались к порезам. Соединил их прямоугольным фильтром, который имеет желоб для отвода яда. Конструкция так себе, состоит из обычного воздушного купола, который взят за основу. Даже фильтрующий элемент и тот из этого же заклинания. В последний момент из своего источника протянул диагностический и управляющий жгуты, после чего пустил кровь Журбера в этот сомнительный магическо-целебный прибор. Без магии он бы не имел право на существование, но и без знаний моего мира такую штуку целители не додумались сделать. Хотя, может и проще можно яд из организма вывести, но такие заклинания не знаю.

— Яд капает, — удивленно шепнула Марика.

— Примеси крови нет? — уточнил у нее, а сам уже создаю сразу второй и третий магический очиститель крови.

— Нет, одна зелень выходит, — ответила белошвейка.

— Видела, как сделал надрезы Журберу? — не глядя на девушку, спросил я и, не дожидаясь ее слов, продолжил: — Мне нельзя сейчас потерять концентрацию, поэтому ты порежешь кисти рук Иштании и Свении.

— Господин граф, я не смогу, — отрицательно замотала головой моя помощница.

— Сможешь. Или желаешь им смерти? — жестко сказал ей и поторопил: — Быстрее, у нас не так много времени.

— А шрамы не останутся? — взяв кинжал, поинтересовалась Марика. — Господин герцог об этом не будет волноваться, а девушкам с такими отметками будет непросто жить.

Гм, об этом как-то не подумал. Следует заранее целительское заклинание заживления создать. Успокоил белошвейку, что все под контролем, но на самом деле не очень-то уверен хватит ли моих сил. Марика не с первого раза, но сумела сделать нужные надрезы на кистях графини и баронессы. Очищение их организмов от яда началось, при этом, ауры Ишты и Свении почти сразу отреагировали и стали, пусть медленно, но избавляться от яда. А вот с Журбером дела не так радостно, у него большая концентрация отравы. Из-за чего так произошло? Он больше яда выпил или источник не так борется? Не хочу гадать, не до этого сейчас. Мне сложно контролировать одновременно три процедуры. В пещере не так жарко, а мое лицо пот заливает, рубаха на спине насквозь промокла. Из моего источника приличным таким потоком происходит отток энергии, уже чуть меньше половины осталось. Если так продолжится, то вычерпаю себя до дна. Главное, чтобы к этому моменту ничего герцогу и девушкам не угрожало. Сколько уже длится процедура? Понятия не имею, но кажется, что прошло часа два. Мои мышцы затекли, в голове звенящая пустота, но концентрацию не теряю.

Неожиданно застонала баронесса, а потом глаза приоткрыла и спросила:

— Что происходит?

— Не шевелись, — выдавил из себя, мысленно ругнувшись, что следовало пациентов зафиксировать перед лечением.

— Яд? Нас отравили? Но как так-то? Кто? — задает один за другим вопросы баронесса.

Не отвечаю, чувствую, что у Журбера наступает критический момент и с потоком яда не справляется мой фильтр.

— Айлексис, я в порядке, источник заработал, не трать на меня силы, — уже нормальным голосом произнесла Свения.

Оценил состояние баронессы и снял с нее заклинание очистки крови, как его про себя назвал. Девушка какое-то время полежала, а потом села и осмотрелась. Ее взгляд остановился на Журбере, аура которого то начинает насыщаться цветом, то блекнет. Иштания дернулась и попыталась перевернуться на бок, не приходя в сознание.

— Графиню держите, если она пережмет трубки, то мое заклинание схлопнется! — чуть нервно воскликнул я.

Марика первой к Иште бросилась, следом за ней последовала Свения. Девушки вдвоем зафиксировали дочь императора, а та как раз очнулась и еще сильнее дернулась, не понимая, что происходит.

— Лежи, все хорошо и угрозы нет, — хрипло процедил я, поразившись своему голосу, в интонациях которого радость легко принять за угрозу.

— Что ты собираешься со мной сделать? — испуганно спросила Иштания. — Учти, не прощу!

— Все хорошо, не глупи и разберись сначала, прежде чем говорить и бросать обвинения! — поспешно сказала Свения, при этом ладонью рот подруги накрыла и выразительно на ту посмотрела.

Девушки некоторое время обменивались взглядами, словно ведя мысленную беседу. Ну, мне показалось, баронесса мимикой лица пыталась что-то до графини донести. И, похоже, Ишта поняла все правильно, расслабилась и медленно прикрыла глаза. Выдохнув, Свения ей коротко рассказала, что произошло. Через пару минут я и дочь императора отключил от своего магического целительского прибора.

— Что с Журбером? — поинтересовалась баронесса, а графиня спросила:

— Айлексис, как тебе помочь?

Нет у меня пока ответов, ни на один вопрос! Не пойму, что не так и почему герцогу не становится лучше. Запустил еще раз диагностику состояния Журбера. Яд превалирует, при этом в посудине его уже приличное количество собралось. Похоже, следует ему влить чистой крови и как можно скорее. Жаль, что баронессе нельзя с герцогом поделиться, у девушки жизненные силы истощены и ей надо восстановиться. Просить кого-то из отряда? Гаррая? Но как мне объяснить магическому источнику лейтенанта, что от него потребуется? Кстати, это и Свении касается, вот и остается только один вариант. Надеюсь, Журбер не обидится.

— Кинжал, — коротко попросил я и протянул ладонь.

Марика без вопросов в мою руку вложила холодное оружие. Графиня и баронесса недоуменно на меня смотрят, а я полоснул острием по своей ладони и прикрыл глаза. Запаса магии у меня пока достаточно, но она не бесконечна, следует торопиться. Очередной жгут идет от моей ладони, теперь он соединен с трубкой, по которой чистая, если так можно сказать, кровь вливается в организм герцога. Собственную кровь насыщаю жизненной энергией, надеясь, что она позволит источнику бывшего главы тайной канцелярии заработать как нужно.

— Неужели получилось и это так просто? — выдохнул я, меньше, чем через минуту.

Яд в организме герцога стал блекнуть и его количество стремительно уменьшаться. Аура пришла в норму, источник герцога начал посылать целебные импульсы, при этом отток моей крови усилился.

— Как вампир какой-то, — буркнул я и, убедившись, что опасность Журберу миновала, прервал передачу жизненной силы.

— Ты его вытащил, — удивленно прошептала баронесса, с тревогой следя за моими действиями.

— А ты сомневалась? — усмехнулась Ишта.

— Благодарю, — не открывая глаз, произнес герцог. — Граф, за мной долг, расцениваю его кровным.

— Сочтемся, — вяло отмахнулся я. — Как самочувствие?

— Бодрое, — хмуро сказал Журбер. — Нашли того, кто нас ядом потчевал?

— Да, его задержали, Зурба вызвалась охранять, — ответила вместо меня Марика и добавила: — Еще Сарику взаперти держат, но она точно не виновата. Как бы чего девушка с собой не сделала, очень переживала, что недоглядела и яд в чае подала.

— Иди и попроси лейтенанта от моего имени, чтобы служанку сюда привели, — попросил я, привалившись к стене пещеры и устало прикрыв глаза. — Кстати, как насчет того, чтобы отправиться в ближайшее поселение горцев? Договорился, что нас встретят и обеспечат охрану. Можем даже долго оставаться в гостях, пока денег хватит.

— Хорошая новость, — задумчиво произнес Журбер. — Сначала разберемся, что тут произошло, а потом отправимся.

Герцог не стал ничего уточнять, тем самым показывая, что полностью мне доверяет. Впрочем, вариантов-то нет, в этом месте сидеть бессмысленно, особенно, когда запасы еды на исходе.

Зареванную служанку Ишты привел Гаррай. Лейтенант не ожидал увидеть в добром здравии тех, кому пророчил несколько часов, а то и минут жизни, когда я пришел. Сарика тоже не могла своим глазам поверить, что с ее госпожой все обошлось. Бухнулась на колени и стала прощение просить. Графиня ей что-то начала объяснять, но я переключил внимание на Журбера, который устроил чуть ли не допрос лейтенанту.

— Значит тот, кто нас повел в магический шторм, подсыпал еще и яд? — переспросил Журбер. — И как он его получил? Только не говори, что с собой нес. Следовательно, с кем-то встретился. Но тут горы, горцы на такое бы не пошли, а чужаку к нам не дойти. Так как тогда?

— А мог он сам яд сделать? — поинтересовался я, не понимая, почему этот вариант не рассматривается. — Вообще, у меня сложилось такое ощущение, что Васт прикрывается орками.

— Тогда у него сильный источник и хорошие знания, но при этом он рядовой воин. Нет, Айлексис, думаю, на этот раз ты ошибаешься, — не согласился со мной Журбер. — Не сходится.

— Или он не тот, за кого себя выдает, — возразил я.

Журбер на мои слова чуть заметно кивнул, похоже, он этот вариант не сбрасывал со счета, но почему-то не счел его реальным. А вот мне все больше кажется, что угадал. К нашему отряду Васт присоединился за несколько дней до того, как оказались в крепости. Там у него не имелось возможности близко подобраться к Журберу и Иштании. Сомневаюсь, что его целью была баронесса, но и исключать этого нельзя, как и что-то другое.

— Какой смысл гадать, если можно побеседовать, — хищно усмехнулся бывший глава тайной канцелярии.

Он преобразился, в ауре полыхнули всплески злости и негодования. Герцог злится и в первую очередь на себя самого. Мы втроем, с Журбером и Гарраем, покинули пещеру, оставив дам приводить себя в порядок. Правда, напоследок пришлось пообещать, что вскоре двинемся в путь. Похоже, девушки желают заночевать в кроватях, предварительно отведав нормальных блюд. Не факт, что в трактире горцев их устроит еда, но она точно окажется лучше наших припасов.

— Что в вещах предателя нашли? — спросил герцог, когда мы отправились к месту, где содержат Васта.

— Ничего предосудительного, запасное белье, мелочевка и ничего больше, — развел руками лейтенант.

— Бумаги? — коротко поинтересовался я.

— Нет, — покачал головой Гаррай.

— Странно, — хмыкнул Журбер, — нуда ничего, побеседуем.

Васт помрачнел, увидев живого и здорового герцога. Аура воина выражает сильное разочарование и досаду. А вот телохранительница графини прямо-таки светится счастьем, при этом ее лицо подопухло и видно, что недавно рыдала.

— Деточка, — обратился к воительнице герцог, — иди к своей госпоже, без тебя тут управимся.

— Хорошо, — кивнула та и сделала шаг в направлении пещеры, но ее герцог остановил:

— Подожди, дай-ка мне свой ножичек, — сказал Журбер, кровожадно поглядывая на Васта, у которого связаны руки и ноги.

Зурба на выбор предложила аж пять клинков, мгновенно оказавшихся в ее руках. Герцог выбрал небольшой нож с искривленным лезвием, предназначенным для чистки фруктов и овощей.

— Кто ты? — пробуя ногтем лезвие на остроту, поинтересовался герцог.

— Мое имя вам известно, — хмыкнул Васт.

— А титул? — продолжил расспрашивать Журбер.

— Это уже не важно, — процедил убийца. — Сглупил я, следовало войти в пещеру и прикончить вас там. Нет, захотел все сделать красиво и при удобном случае уйти. Дурак, сам виноват.

Герцог присел перед Вастом и склонил голову на плечо, разглядывая предателя.

— Знакомые черты есть, но никак не вспомню, — вздохнул Журбер и провел острием ножа по щеке пленника. — Ничего личного, но мне нужна информация и ее добуду.

Гм, методы герцог собирается использовать радикальные. Вот он достал из кармана сюртука носовой платок и запихал его Васту в рот. Нажал на какую-то болевую точку и тело предателя выгнулось дугой. Но это еще не все, герцог ножом сделал несколько движений, и одежда на убийце распалась на куски ткани.

— Пойду посмотрю, как идет подготовка к переходу, — буркнул я, не желая присутствовать на допросе с пристрастием.

Журбер не остановится, пока не получит ответы на все свои вопросы. Своего он точно добьется, а жестокими методами гнушаться не собирается. И, если честно, он в своем праве.

— Айлексис, вы ко мне своего помощника пришлите, — не глядя на меня попросил Журбер. — А то на лейтенанта, как и на вас, надежды мало, вы еще к такому непривычны. Ничего, научитесь и поймете, что иногда не остается выбора.

И вновь не стал с ним спорить. Этот мир бывает жесток, если ему не соответствовать в той или иной ситуации, то выживание стремится к нулю и это прекрасно осознаю. Смог ли бы я сам, при необходимости, занять место Журбера и добиваться ответов? Скорее всего да, особенно зная, что от этого зависят жизни моих спутников. Гунбарь обнаружился рядом с пещерой, о чем-то расспрашивая белошвейку и держа ту за руку. Отправил его к герцогу, а сам присел на камень и стал впитывать в себя магические потоки, пополняя источник. Странно, но как-то быстро восстановился и не чувствую отката. Удивительно еще и то, что судя по местонахождению солнца, времени прошло немного, после того, как дозорный сообщил о случившемся.

— Час, не больше, — сделал заключение и только сейчас почувствовал, как отпустило напряжение за жизни друзей.

Да, как-то незаметно и уже давно, стал считать герцога, графиню и баронессу своими если не друзьями, то уж соратниками точно. Неприятности сближают, но не только в них дело, есть еще и другие факторы. При этом, далеко не всегда согласен со взглядами и действиями той же Иштании. Как можно безропотно собой жертвовать и не пытаться найти другой выход? Но и осуждать ее не имею права, мне неизвестно, как графиня сделала свой выбор и что ему предшествовало. Не удивлюсь, что рассчитывает и надеется на одно, а ее поджидает другое.

— Моя вина, не узнал подлеца, — присел рядом со мной герцог.

— Журбер, вы о Васте? — уточнил я.

— Да, тот еще мерзавец, — покивал бывший глава тайной канцелярии. — Когда-то его по моему представлению лишили графского титула, отобрали земли и отправили в каменоломни. Сбежал паскуда! Задумал отомстить и предложил свои услуги горшанцам. Он когда-то с ними работал, старые связи поднял. Беда в том, что ему поступали распоряжения и от орков с северянами.

— Каким образом он мог получать указания?

— Магический договор и метка, — пожал плечами герцог, как само-собой разумеющееся.

Я порылся в своей памяти, но ничего об этом не вспомнил. Похоже, Журбер об этом понял и пояснил:

— Почтовую птицу отправляют при помощи слепка ауры, в том числе и возможно выставлять некие условия. Допустим, чтобы послание передавалось незаметно.

— И как это возможно? — задумался я.

— Вариантов много, но не это сейчас главное, — покачал головой советник императора. — Нас всеми силами не хотят пустить к горцам, точнее, к их правителю. Похоже, подозревают, что у нас есть какой-то козырь, способный изменить положение дел, — он как-то невесело усмехнулся.

— А у нас он есть? — спросил я. — Только не говорите про Иштанию, она не какая-то там вещь.

— Айлексис, любая мелочь способна превратиться в козырь, а какое-нибудь идеальное предложение, как кажется, будет проигнорировано. Это политика, с ее компромиссами, уступками и многоходовками, — в очередной раз ушел от ответа герцог и встал: — Не пора ли отправляться, раз нас ждут в поселении и обещали защиту, то лучше бы этим воспользоваться. Заодно и передохнем пару дней, а то дорога вымотала.

— А что с Вастом? — не смог не задать ему вопрос.

— Он умер. Думаю, осознал, что натворил, раскаялся и, — он развел руками, но продолжать не стал.

— Надо похоронить, — обронил я, не став говорить, что Журберу не поверил.

Конечно, предатель мог сам умереть, не выдержав допроса, но почему-то сомневаюсь. А если честно и откровенно, то он получил по заслугам. Даже раскайся он и то я его бы не простил за сделанное. С такими разговор короткий, если невозможно прилюдно казнить, то нож под ребро.

— Гаррай уже отдал приказ, тело сбросят в расщелину, а зверье уничтожит останки. Васту еще повезло, что мучиться не пришлось, — герцог с сожалением поджал губы.

Хм, он действительно не хотел такой смерти предателю. Похоже, что сожалеет, но сделанного не вернуть.

Мы снялись с места минут через двадцать. Собирать-то почти ничего не пришлось, у нас мало что осталось. Девушки себя чувствуют неплохо, их ауры светятся предвкушением, словно близок конец путешествия. Журбер мрачен, но это его чуть ли не привычное состояние. Лейтенант насторожен, как и оставшиеся воины, опасающиеся ловушки. А я с трудом начинаю переставлять ноги, которые с каждым шагом наливаются свинцом. Неужели только сейчас откат наступает? Не вовремя! Ох, как не к месту!

— Гунбарь, есть что-нибудь для поддержания сил? — обратился к своему помощнику.

Тот снял с пояса флягу и протянул мне:

— Крепленое вино, сильное, сделайте пару глотков.

Вкуса почти не почувствовал, но пищевод обожгло. Нет, это не крепленое вино, что-то похожее на настойку. Сил действительно прибавилось, но отдаю себе отчет, что это временное явление. Уже начало сереть, когда вывернули из-за очередной горы и увидели впереди каменный забор высотой метра два.

— Дошли? — поинтересовалась Иштания.

— Похоже на то, — улыбнулся герцог.

Ворота расположены чуть в стороне, они открыты, а рядом прохаживаются два горца с арбалетами, притороченными к поясу. На наше появление никак не отреагировали, мазнули взглядами и продолжают о чем-то спорить.

— Добрый вечер, нам можно войти в поселение? — поинтересовался я у охранников, продолжающих нас игнорировать.

— Идите, вас ждут в трактире, он в центре, дорога прямая, не заблудитесь, — буркнул один из горцев, мазнул взглядом по Иште и Свении, задержался глазами на Марике, но потом повернулся к своему товарищу и стал доказывать, что новое месторождение себя не оправдает.

— Встретили нас не очень-то гостеприимно, — хмыкнула графиня.

— Спасибо, что не пытались атаковать, — не поддержала ее баронесса и мечтательно прикрыв глаза сказала: — Ишта, если поселят в один номер, то я первая приму ванну. Договорились?

— Это еще почему? — насупилась ее подруга.

— А ты в это время перекусишь, да и то не факт, что получится. В нашем отряде тебе и герцогу предстоит вести переговоры с местными, у меня таких полномочий нет! — высказалась баронесса.

И ведь в чем-то она права. Уверен, Загор попытается навязать дополнительные услуги, в том числе и пожелает подзаработать, раз появилась такая возможность. И переговоры он вести со мной не захочет. Мы медленно идем и рассматриваем поселение. Честно признаюсь, не ожидал такого увидеть в этакой-то глуши!

Глава 6 ПОСЕЛЕНИЕ КОНТРАБАНДИСТОВ

События глазами графини Вилар.

Наш небольшой отряд, во главе с Айлексисом идет в поселение горцев. Баронесса о чем-то размышляет, время от времени на меня поглядывает, чему-то улыбается, но помалкивает. И это хорошо! Ведь вывела она меня из себя своей сказочкой про спящего принца! А я-то чем думала? Почему представила, что смогу пробудить графа, как та воительница из сказания. Еще и картинки в голове мелькнули, что потом творилось, аж в жар бросило. Повезло, что зубоскалить не стали, граф промолчал, Свения только выразительно посмотрела и чему-то покивала. Но это все ладно, но Айлексис нас опять спас, сумел справиться с ядом, который предатель в чай подмешал. Честно говоря, мой источник и сам бы справился, но на это потребовалось длительное время. Провалялась бы дня три, а потом неделю восстанавливалась. Похожие случаи при дворе императора случались. Какой только гадости не подсовывали, придворный целитель только успевал отвороты от любовных зелий готовить, да противоядия давать. Но, тем не менее, графу благодарна. Еще и то, что он Журберу помог, который находился на грани. Удивительно, что бывший глава тайной канцелярии, такой опытный и осторожный, не только не распознал яд, но и его источник оказался перед ним бессилен. А вот баронесса перенесла отравление примерно, как и я.

— О чем задумалась? — поинтересовалась Свения. — Вспоминаешь мою сказку?

Вот, сглазила, начинается подначивание!

— И это тоже, — спокойно посмотрела на подругу. — Уверена, в твоей легенде есть просчеты, не могла знатная воительница одна в склеп отправиться. Наверняка с ней помощница была!

— С чего такой вывод? — опешила баронесса.

— Оруженосец у девицы вряд ли имелся, — беспечно пожала плечами. — Следовательно, принцу не поздоровилось, против двух дам его бы сил не хватило.

— Да с чего бы? — весело воскликнула Свения, а потом шепнула на ухо: — Ишта, у принц-то длительное воздержание было. Он бы заездил десяток девиц!

Блин, опять меня в краску вогнала. И с кем я только спорить пытаюсь⁈ Нет, со скользкой темы следует немедленно свернуть.

— Может и так, — не стала спорить. — Лучше скажи, чем нам Айлексиса за спасение отблагодарить?

— Действуем как та древняя воительница из былины? — сдерживая улыбку, поинтересовалась баронесса. — Как только он уснет, мы вдвоем или ты одна к нему пробираемся, целуем и…

— А кровью окропить? — перебила я ее.

— Он у тебя будет не первый? — с прищуром, на что-то намекая, посмотрела на меня баронесса. Видя мою растерянность, кивнула сама себе и продолжила: — На ложе его окропишь, когда он тебя сделает женщиной.

Какая же я дура! Сама на провокацию поддалась и ведь возразить нечего. Хотя, что-то мне подсказывает, что у баронессы-то если и имелись близкие отношения с мужчинами, то очень короткие. Она как тот сапожник без сапог! Управляла домом удовольствий и при этом ни за какие деньги не обслуживала клиентов. А это о многом говорит. Да и о таком личном я говорить не готова. Пусть считает, как хочет! И ведь вопросительно Свения смотрит, ждет, что отвечу.

— Смотрите, забор! Мы дошли, — раздался спереди чей-то возглас.

Действительно, перед нами поселение горцев. Айлексис уже с охранниками у ворот о чем-то переговорил исделал жест рукой, чтобы продолжили путь. Разговор с подругой прервался, но, боюсь, к этой теме еще вернемся. Мы вошли на территорию поселения, и я не скрыла удивления. Дорога выложена из каменных плит, ровная и ей не страшна распутица. Брусчатка на тротуарах, через каждые двадцать метров установлены каменные столбы с магическими светильниками. Но больше всего поразили домики. Одно и двухэтажные строения из камня, некоторые оштукатурены и покрашены, крыши из каменной черепицы. Дворики ухожены, заборчики тоже сплошь каменные, невысокие, перелезть через них — раз плюнуть. Н-да, по сравнению с деревнями в герцогстве, тут явно живут богаче.

— Не удивляйся, это поселение контрабандистов, — шепнула баронесса. — Они очень хорошо зарабатывают, услуги проводника стоят очень дорого.

— Откуда знаешь? — уточнила я.

— Приходилось кое-какой товар покупать и помогать нескольким господам бежать от северян. Официально они не могли границу перейти, пришлось действовать окольными путями, — объяснила Свения.

И все же, большинство в нашем отряде удивлены, даже Айлексис и тот внимательно все рассматривает. А вот герцог невозмутим, он если и не знал, что тут и как, но догадывался.

Двухэтажный трактир поразил своим внутренним убранством. На стенах фрески из камня, на них чего только не отображено. Есть даже фривольные картины, при этом не сказала бы, что изображены горцы. Судя по пропорциям, обычные люди. Хотя, нет, все же большинство низкого роста, но миниатюрные женщины очень красивы и фигуристы. Тем удивительнее, что хозяин трактира оказался всего на голову ниже Айлексиса, а стоящие рядом с ним подавальщицы примерно одного роста со мной и баронессой. И, надо отдать должное, девушки не дурнушки. Немного смуглые, на лицах умело нанесена косметика, сами работницы трактира одеты в одинаковые блузки и юбки. При этом фигурки у девиц неплохие, всего в меру. Если в этом поселение все женщины такие, то судя по радостным аурам большинству мужчин в нашем отряде, они бы тут задержались. Мы же с баронессой, белошвейкой и моей служанкой, не считая Зурбу, выглядим на фоне подавальщиц бледно и от этого настроение стремительно стало портиться. Еще и Айлексис переговорив с хозяином трактира, стал о чем-то беседовать с девицами, а те ему явно строят глазки. Вот же нахалки! Как так можно?

— Не ревнуй, — шепнула баронесса. — Граф вежливо знакомится и договаривается о нашем тут пребывании.

— С чего бы мне ревновать? — дернула плечиком. — Мне тут никто не нравится, а потом, у меня скоро возможен династический брак.

Свения ничего не ответила, но на ее лице появилась печальная улыбка, словно она о чем-то сожалеет и меня жалеет.

* * *

События глазами Айлексиса.

Поселок меня впечатлил, но если разобраться, то ничего удивительного тут нет. Дома из камня? Так тут лес в дефиците, а горцы славятся тем, как работают с горной породой. Больше удивило то, что местного населения почти не встретили, пока шли в трактир. Нас боятся или все заняты? Но чем? Их основная деятельность прекратилась, не до торговли сейчас в Каршанской империи. Впрочем, война приносит больше денег, но изменяет рынок. Герцог, шел рядом и он ничему не удивлен, а значит все в порядке.

— Добрый вечер, уважаемый, — поздоровался я с хозяином трактира, когда добрались-таки до него.

— Приветствую, меня зовут Гуршаб, это, — он кивнул на двух девушек, — мои помощницы, Злата и Руби.

Девушки синхронно кивнули, с интересом рассматривая нашу компанию и в их аурах кроме любопытства нет никаких опасений. Кстати, миф о том, что все горцы низкорослые, а их женщины толстушки и на лицо дурны, в очередной раз не подтвердился. Нет, возможно работники трактира и не чистокровные горцы, но этого проверить не могу, а спрашивать неудобно. А девицы хороши, это говорю с мужской точки зрения и, боюсь, как бы в нашем отряде из-за них не возникло конфликтов. Нет, Гаррай всем строго-настрого запретил оказывать местным знаки внимания. Мы плохо знаем их уклад и законы. Сделаешь комплимент, а он окажется предложением руки и сердца. Если же откажешься жениться, то тебя вздернут или с какой-нибудь скалы сбросят. Утрирую, но исключать ничего нельзя, пока не узнаются местные обычаи.

— Я граф Айлексис, мы с Загором договорились, что сможем у вас разместиться, — представился трактирщику.

— Знаю, — тот кивнул и осмотрел находившихся позади меня. — Граф, это все ваши люди? Думал отряд более многочисленный, вы же в столицу направляетесь, от самого Каршанского императора.

Он намекнул, что мы выглядим словно оборванцы и даже багажа нет. Нет, про последнее он не сказал вслух, но его прекрасно понял.

— Не так просто до вас оказалось добраться, — я чуть пожал плечами. — В крепости многое пришлось оставить, да еще угодили в магический шторм, что тоже не прошло бесследно.

Нет, не оправдываюсь, удовлетворяю любопытство Гуршаба. Да и не собираюсь скрывать то, что и так очевидно.

— Слышал, что крепость пала, — с сожалением вздохнул трактирщик, а потом легонько по стойке ладонью хлопнул. — Так, о чем это я? Вы мои клиенты и должен о вас позаботиться. Разумеется, за постой и еду денег возьму, но обдирать не буду, понимаю, что поиздержались в пути, — его глаза лукаво блеснули.

Врет и не краснеет! Он выигрывал время и прикидывал, сколько бы с нас содрать!

— Готовы снять комнаты, полный рацион, задержимся на пару дней, — перечислил я и уточнил: — Сколько денег готовить?

— Каждому по комнате выделить смогу, — потер скулу Гуршаб. — Есть даже двух и трехместные номера, они идеально подойдут вашим спутницам. Возьму не дорого, золотой в сутки с комнаты, еще столько же за еду и пиво. Если пожелаете, то на кухне приготовят любую пищу из доступных продуктов, в том числе и вина подадут, но за отдельную стоимость.

— Порядка тридцати золотых в сутки? — вопросительно уставился я на хозяина трактира, словно надеясь, что тот ошибся и сейчас назовет другие цены. — Столько не берут в самых лучших гостиницах Каршанска, а они, как ни как, в столице находятся!

— Граф, не знаю, что там и где, но свои цены вам назвал. Если не желаете, то поищите другое заведение, где вас приютят, будут готовить и, — он повысил голос, чтобы услышали наши дамы, — имеются все удобства с бесперебойной подачей горячей воды. Ванны заполняются быстро, простыни чистые, перины мягкие, а кровати широкие и удобные.

Не понял кто, скорее всего Иштания, чуть слышно простонала. Гуршаб улыбнулся, услышав проявление слабости от одной из моих спутниц.

— Эх, похоже, продешевил, себе в убыток сработаю, — трактирщик деланно махнул рукой и искоса на меня посмотрел.

— Реальной или близко к ней цены добиться не получится? — поинтересовался я. — Как насчет того, чтобы предоставить скидку процентов в восемьдесят?

— Больше можно, меньше нельзя, — усмехнулся хозяин трактира, подумал и добавил: — Эх, не умеете торговаться, так и быть, округлю для ровного счета. Пусть будет двадцать золотом в сутки и при этом, — он поднял указательный палец, — вам, престарелому господину, — вежливо кивнул Журберу, — и дамам выделю лучшие номера.

— Мы согласны, — хмыкнул герцог, встав рядом со мной. — Как насчет векселя или расписки?

— Предпочитаю монеты, — отрицательно покачал головой Гуршаб.

— Хорошо, — кивнул бывший глава тайной канцелярии, и достал из кармашка два мешочка. — Здесь за три дня, разместите нас и подготовьте ужин.

— Злата, на тебе господа, Руби, займись дамами наших уважаемых гостей, — широко улыбнулся Гуршаб, взяв со стойки мешочки с золотом. — С вами приятно иметь дело, — он чуть склонил голову.

Журбер что-то нелицеприятное буркнул себе под нос, но в ответ вежливо кивнул.

— Господин Айлексис, — обратился ко мне Гуршаб, — задержитесь на пару слов. Загор просил уточнить несколько вопросов. Злата за вами вернется после того, как разместит ваших людей, после чего покажет отведенные для вас комнаты.

— Хорошо, — ответил я и сел на табурет перед стойкой.

Гунбарь на меня вопросительно посмотрел, мол не нужно ли ему остаться и подстраховать. Мой помощник боится, что на меня нападут? При желании, горцы нас давно бы перестреляли или в плен взяли. Отрицательно покачал головой и сделал знак рукой, чтобы мой телохранитель отправлялся со всеми. Ему еще что-то и герцог шепнул, вскоре мы остались с Гуршабом вдвоем. Трактирщик молча налил пиво в большие кружки, поставил на стойку тарелку с орешками и предложил:

— Угощайтесь, за счет заведения, — он усмехнулся.

— Разве мы за это не заплатили? — прищурился я.

— Думаете, что пиво будет литься рекой? — вопросом на вопрос, ответил Гуршаб.

— Неплохо, — сделал небольшой глоток пенного напитка и поинтересовался: — Что от меня хотел глава поселения?

— Загор уважаемый горец, его и в столице знают, но чиновником никогда не был, — пояснил трактирщик и добавил: — Но он в поселении реальная власть, что скажет — так и будет.

— Случается, когда чины и титулы ничего не значат, — пожал я плечами.

— Предлагает вам одеться в местные одежды, для посещения города, — сказал трактирщик и поспешно добавил: — Если, конечно, согласны. Дело в том, что негласно ищут тех, кого отправил император Каршанской империи в нашу столицу. Как понимаете, большая активность в приграничных городах. Кого сейчас только нет, горшанцы, северяне, орки, наемники всех мастей.

— Загор обещал охрану и безопасность, — произнес я.

— И он слово сдержит, не сомневайтесь. Однако, если сами себя не убережете, то никто не поможет. Зачем демонстрировать всем и каждому свой статус и цель. И, да, в город не всем следует идти. Ваш спутник, тот, что заплатил за постой, очень с запоминающейся внешностью, — Гуршаб щелкнул пальцами, словно вспоминая, а потом продолжил: — Когда-то он много кровушки попортил, не сам, а его подчиненные. Боюсь, главу тайной канцелярии из соседней империи у нас быстро опознают.

— Вот как? — я внимательно посмотрел на трактирщика. — Лично с ним сталкивались?

— Мельком видел, — хмыкнул тот. — Вряд ли его светлость запомнила такого обычного горца, — он ткнул пальцем себе в грудь, а потом поднял кружку и сделал большой глоток. — Да, были интересные деньки.

— Что-то еще? — уточнил я, краем глаза наблюдая, что Злата со второго этажа спустилась, но к нам не подходит.

Руби же отсутствует, хотя женщин в нашем отряде намного меньше. Впрочем, воинам достаточно указать на дверь, а у дам возникнут вопросы.

— В столицу отправитесь не раньше, чем через неделю. Необходимо подготовиться, маршрут разведать, — продолжил Гуршаб, но сразу же уточнил: — Нет, можете в городе нанять сопровождающих, кареты и даже обратиться в стражу, но, — он развел руками, — почти гарантировано не доберетесь до Золтогора.

— А почему Загор сам мне об этом не расскажет?

— Он срочно уехал, отдал распоряжения и отбыл. В округе неспокойно, а мы привыкли слово держать и тщательно все подготавливать. Да, еще момент, — трактирщик вздохнул, словно не желал говорить, — золота может потребоваться больше. Себе почти ничего не берем, за постой из общей суммы Загор все высчитает. Но за все надо платить, а покупать предстоит не мало. Нужен экипаж, сопроводительные бумаги, проверенная охрана.

— Сколько? — в очередной раз спросил я.

— Пять тысяч, не меньше, — внимательно посмотрел на меня трактирщик. — Можем даже принять расписку или вексель, так как за вас замолвил словечко полковник Бург. Однако, половину, минимум, вам придется заплатить. Уверен, проблем с этим не возникнет, в городе есть несколько отделений банков.

— Неужели на слово поверите в такой ситуации? — я удивленно посмотрел на своего собеседника. — Сейчас же война, чем она закончится — непонятно.

— Есть вещи, которые стоят дороже золота, — хмыкнул Гуршаб и махнул рукой Злате: — Отведи гостя отдыхать.

— Господин, прошу, идите за мной, — улыбнулась мне работница трактира.

Лестница и то каменная, ступени отшлифованы, обстановка далеко не дешевая. Перила с балясинами из дорогой красной древесины, усилены кованными завитушками, покрытыми золотой краской. Ни грамма не аляписто, интерьер подобран со вкусом и владельцу обошелся дорого. Пожалуй, это место готово поспорить с лучшими гостиницами столицы. Осталось только попробовать пищу и если она под стать интерьеру, то за постой с нас взяли не так и дорого, как изначально показалось.

— Господин, вот ваши покои, — подвела меня к дубовой двери Злата. — Если возникнут вопросы, то на столе есть колокольчик, от которого тянется магическая нить. Вам достаточно позвонить и приду я или Руби. Предупреждаю, если пожелаете развлечься, то о предпочтениях скажите заранее. Придется закладывать экипаж и везти девицу из дома удовольствий. А он находится в городе и это не быстро. Предотвращая ваш вопрос, ни я, ни другие работницы этого заведения не ублажают мужчин.

— Даже если по любви? — не удержался я от вопроса, но поспешно добавил: — Злата, не обижайся, если шутка не удалась. Наверняка тебе не раз сулили золотые горы. Ты очень красивая и наверняка отбоя от женихов нет.

— Я не обижаюсь, — пожала плечиками девушка. — Отдыхайте, ужин подготовят через час. Если пожелаете, то могу вам принести в комнаты.

— Спасибо, но не стоит утруждаться, спущусь в зал, — ответил я ей, а та нахмурилась и чего-то еще ждет.

— Так я пойду? — уточнила Злата.

— Не задерживаю, — улыбнулся девушке и поблагодарил: — Спасибо тебе.

— За что? Это моя работа, — хмыкнула та и направилась в сторону лестницы.

Забавная девушка, всполохи в ее ауре раз десять сменились на противоположные. Когда только мы пришли были раздраженные и презрительные. Скорее всего тут уже кто-то из Каршанской империи побывал и оставил о себе не лучшее мнение. Чуть позже, ее эмоции показали некую симпатию, не ко мне лично, а к нашему отряду. Потом же опять гнев и даже ярость, подумав, что желаю с ней развлечься. А ушла и вовсе обиженной, и смущенной. Вот как женщин понять? Ну, это риторический вопрос. Мне еще понравилось то, что Злата ни единым жестом не выдала свое отношение к происходящему, не считая блеска в глазах. Ауру же она не могла контролировать, ну или не хотела.

— Что у нас тут? — осматривая комнаты, сам себе сказал.

Просторная спальня, с огромной кроватью. В кабинете помимо письменного стола и кресел, имеется книжный шкаф с писчими принадлежностями и книгами. Третья комната для приема посетителей и отдыха. На полу ковер с толстым ворсом, диван с креслами, стол для совещаний, на одной стене карта горской империи, на другой картины. А вот и недостаток! Художник, писавший портреты и пейзажи далеко не профессионал. Но, возможно, это такой стиль в живописи. Ванная комната и вовсе превзошла мои ожидания. Такого никак не ожидал, очень напоминает мне сантехнику из моего прошлого. Ну, с некоторыми нюансами. Чаша для купания из камня, идеально гладкая и стенки у нее толстые. Боюсь представить сколько весит и как ее сюда затащили. Душевая кабина тоже порадовала. Большая, с прозрачными стенками из непонятного материала, явно не стекло и не камень. Неужели какой-то минерал? Но кто и как сумел такое сделать?

— Нет, все же это искусственные пластины, — буркнул себе под нос, пару раз проведя по идеально ровной поверхности. — Горцы способны удивлять.

В том числе и тем, что из кранов шла горячая и холодная вода. Трактирщик что-то говорил, про горячий источник, откуда они подают воду в номера. Наверняка какие-то хитрые механизмы для этого придумали. И при всем этом, они предпочитают заниматься контрабандой и решать сложные вопросы. Да если бы вышли с такими вещами на рынок нашей империи, то легко озолотились! Боюсь, конкурентов бы у них не нашлось. Я с удовольствием принял душ, побрился и привел себя в порядок. Готов поспорить, что если в ванных комнатах у Ишты и Свении такая же красота, то девушки ужин пропустят.

— Господин, разрешите? — раздался стук в дверь ванной комнаты, когда я вытирался банным полотенцем.

— Злата? Что-то хотела? — задал вопрос, вспоминая, есть ли у меня в вещевом мешке какая-нибудь чистая одежда.

Девушка расценила это приглашением зайти и появилась на пороге, держа перед собой стопку белья.

— Ой, вы не одеты, — прошептала работница заведения, при этом не смутившись и не отведя взгляда.

— Что это у тебя? — поинтересовался я, размышляя, а не вогнать ли в краску Злату.

Достаточно сделать вид, что край полотенца задрался, но хулиганить не стал. Вспомнил, что все же являюсь наследником герцогства.

— Дядя просил вам передать, — ответила девушка и протянула мне вещи.

— Гуршаб или Загор, кто у тебя дядя?

— Оба, — усмехнулась та, а потом добавила: — А Руби моя сестра.

— Оставь вещи в комнате, боюсь, если их сейчас приму, а твои родственники войдут, то они неправильно все поймут, — сдерживая улыбку, произнес и уточнил: — Ужин еще не готов?

— Не готов, — ответила Злата, при этом не двигаясь с места и все также протягивая мне одежду.

Ситуацию спас Журбер, он кашлянул, заставив-таки работницу трактира залиться краской, словно ее с поличным поймали. Девушка опустила глаза и попятилась, при этом невнятно извиняясь за беспокойство. Когда она ушла, герцог рассмеялся, а потом задумчиво на меня посмотрел и сказал:

— Айлексис, вот не пойму, чего в тебе женщины находят?

— Она сама пришла, я ничего не делал и не просил!

— Верю, — вытянул перед собой ладони Журбер. — Это, так сказать, к слову. Что тебе этот скользкий владелец трактира поведал? Не нравится мне, что предварительные договоренности с такой легкостью изменились.

Я пересказал герцогу разговор с Гуршабом. Подчеркнул, что личность и внешность бывшего главы тайной канцелярии тут хорошо известна.

— Две с половиной тысячи — не так и дорого в текущих реалиях, — потер скулу Журбер.

— Боюсь, расходы увеличатся, — покачал я головой.

— Это само-собой, — согласился герцог и подошел к окну. — Проблема не только как снять деньги, но и их сохранить. Не очень-то контрабандистам доверяю, но другого варианта не вижу. Мы примем их предложения и условия. В Каршанский банк отправитесь вы с Иштанией, ее личность легко подтвердят и выдадут по моему векселю деньги. С Загором и его людьми рассчитаетесь сразу, пусть золото пересчитает и проверит. Расписок не брать, точнее, вам их не дадут, поэтому и не просите. Что еще? — Журбер поморщился, словно от зубной боли. — С вами и послать-то некого! Баронессу попрошу об услуге и с ней отправится Гаррай. Остальные останутся в трактире, они точно привлекут в городе к себе внимание.

Примерно в таком же ключе недавно я сам рассуждал. Мне не понравилось, что герцог задумал нас разделить, но ему необходима информация, как и мне. Уверен, непросто нам придется, еще и в каких-то горских нарядах.

Глава 7 ГОРОД ГОРЦЕВ

Трясемся в пролетке, направляющейся в ближайший город. Графиня с баронессой в мрачном расположении духа, на них что-то похожее на традиционные грузинские женские одежды моего мира. Девушки в приталенных платьях, которые если правильно помню, имели название «картули». Юбка у платья широкая, длинная, полностью закрывает ноги. Как они здесь называются — понятия не имею. Это, разумеется, далеко не все! На головах Ишты и Свении белые вуали с ободком, который фиксирует ту вокруг головы. Широкие пояса, украшенные тесьмой в цвет платья. Но большее раздражение подруг вызвала обувь. Красные бархатные остроносые туфли на каблуках без задника. Обе заявили, что и шагу не смогут сделать. Хотя, думается мне, им просто расцветки не понравились. В итоге, все же согласились в таком виде отправиться, но их Злата и Руби предупредили, что из пролетки выйти не смогут, если поверх вуали не накинут темные платки.

— И на кого будем похожи⁈ — возмущенно заявила графиня, когда обсуждали эту поездку.

— Есть вариант, чтобы оделись в форму служанок. Там не такие жесткие правила, как по отношению к благородным дамам, но тогда никто не назовет вас калбатонэбо, — всплеснула руками Руби.

— Батонами? — нахмурилась баронесса, явно до этого над чем-то задумавшись.

— Калбатоно — уважительное обращение к благородной госпоже, — буркнул Журбер, мрачно слушающий обсуждение поездки. — Калбатонэбо — приветствуют двух и более дам.

— Понятно, — кивнула Иштания. — Что-то такое припоминаю, — она задумчиво посмотрела на Свению.

— Что насчет одежды служанок? — уточнила та.

— Рискованно, — покачал головой герцог. — Уважение не такое, а ваши, простите, личики сразу вызовут подозрение, что выдаете себя не за тех, кем на самом деле являетесь.

— А еще могут на улицах города всякие разные личности приставать, — произнесла Злата и добавила: — Очень бы странно выглядело, что служанок кто-то охраняет.

В общем, графиня смирилась, а баронесса все же к такому наряду отнеслась более терпимо. Мне и вовсе показалось, что Свения больше подругу поддерживала, чем сама беспокоилась, как выглядит. Но то, что им обоим непривычно и неудобно понял почти сразу, как только у баронессы слетела туфелька, когда та залезала в пролетку. Да и графиня пару раз чуть не упала, хотя тренировалась.

— Прибудем через пять минут, — объявил Ваха, поравнявшись с пролеткой и гордо выпятил грудь, посмотрев на девушек.

Парень отвечает за нашу охрану, которой насчитывается всего четверо воинов. Они все из горцев, молодые и горячие. Как только выехали из поселения, то гарцевали на своих скакунах. Кстати, лошади статные, не предназначены для похода в горах.

— Хорошо, — кивнул я. — Действуем, как планировали.

— Без проблем, все сделаем в лучшем виде! — заверил горец.

Мне бы его уверенность, чем ближе к городу, тем чаще встречаются верховые северян и орков. Такое ощущение, что в этой империи их больше, чем местного населения. Нас один раз даже остановили, заглянули в пролетку и извинились под негодующими взглядами дам. Кстати, Злата на их личики еще и косметику нанесла, убрала бледность, подвела брови, но осталась недовольна. С голубыми глазами графини она сделать ничего не могла. А если вспомнить про ауры девушек, то наша маскировка шита белыми нитками. Их только издали за местных примут, либо до того момента, как они не начнут говорить. А еще с нами Гаррай, который заметно нервничает.

— Может мы все вместе отправимся в банк? — предложила Иштания.

— Нет, — покачал я головой, — действуем, как планировали.

В этот момент Ваха стал что-то доказывать стражникам на воротах. Показал какую-то бумагу, а потом сослался на Загора. Нас пропустили без досмотра, правда, я заметил, как один из наших охранников вложил в ладонь одного из стражей несколько золотых монет. Авторитет предводителя контрабандистов не так и велик. Впрочем, кушать хочется всем, допускаю, что это даже не взятка, а такой обычай. В другой стране свой менталитет, делать выводы рано.

— А город-то проигрывает тому месту, где остановились, — задумчиво произнесла баронесса.

Пролетка уже движется по улице, дорога выложена камнями, дома разные, обстановка далеко не такая, как в поселении. В глаза бросается сильное различие в доходах прохожих. Кто-то одет в нарядах и важно задирает голову, а есть те, у кого за душой ни гроша. Но, в общем и целом, ничего не обычного, налицо расслоение общества. Много военных, как горцев, так и северян с орками. За порядком приглядывает многочисленная стража. Понять настроение горожан сложно, кто-то хмур, а другие веселятся. Нет, город живет обычной жизнью. Вот и зазывалы работают, рекламируют товары, выкрикивая их достоинства. Газетчики бегают и пытаются всучить сенсационные новости за сущие медяки. Удивило то, что речь ото всюду доносится на различных языках. Хотя, это закономерно, городок-то недалеко от границы с Каршанской империей, а следовательно, тут привыкли торговать.

— Не поняла, наши соотечественники тут тоже есть и их никто не трогает, — чуть кивнула Иштания в сторону, где по улице важно шествовала грузная дама, а рядом с ней шла дочь лет десяти.

— Судя по спешащим позади слугам с объемными коробками, то дама чувствует себя как дома, — хмыкнул я.

— Приехали, выходите и, дамы, не забудьте про накидки, — сказал Ваха, заглядывая к нам, когда пролетка остановилась.

— Госпожа, — протянул я руку Иштании, когда оказался рядом с нашим охранником.

По сравнению со мной горец чуть ли не на три головы ниже ростом. Рядом с графиней смотрится комично, на мой взгляд. Однако, Ваха ни грамма не смущается, пытается оказывать девушке знаки внимания и непонятно на что надеется. Дело в том, что он тоже руку дочери императора протянул, при этом пожирая ту глазами. Иштания от такого внимания растерялась и запнулась, ее опять туфли подвели. Не схвати ее за руку баронесса, то упала бы в объятия Вахи. Тот даже причмокнул от разочарования, когда готов был поймать графиню, так как та в его сторону заваливалась, но этого не произошло.

— Черт, я такая неловкая, — буркнула Ишта и осторожно спустилась, при этом держась за поручни пролетки, сделав вид, что не заметила предложения о помощи.

Ваха не только не обиделся, он широко улыбнулся и победно на меня посмотрел. Так и хотелось у него спросить, с чего такая радость?

— Где тут отделение Каршанского банка? — оглянувшись по сторонам, задался я вопросом.

— Понятия не имею, — ответил наш охранник. — Точно на этой площади, надо обойти ее, внимательно изучая вывески.

Тем временем, баронесса с Гарраем что-то тихо обсудили. Лейтенант, на котором обычная городская одежда, предложил локоть Свении, за который та ухватилась. Да-да, именно ухватилась, а не положила пальчики, как того требует этикет. Между этими двумя что-то намечается? Вроде бы предпосылок не замечал. Барон ровно относился во время нашего путешествия ко всем женщинам в отряде. Хотя, он все же немного смущался баронессы, а дочь императора и вовсе избегал, точнее, свел общение к минимуму.

— Айлексис, идем, — чуть слышно произнесла Ишта, чем-то недовольная.

— Не хотите взять меня под руку? — поинтересовался я. — Вы еще неустойчиво себя в такой обувке чувствуете.

— Хорошо, — помедлив, согласилась девушка и осторожно положила пальчики на мой локоть.

— Правильно, меньше внимания со стороны прохожих, — поддержал такое решение Ваха. — Впереди пойду, за вами позади последует Бангарь.

Я не стал слова охранника комментировать, заранее все обговорили, повторять нет смысла.

Площадь оказалась на удивление большой, мы обошли едва ли треть, а потратили минут двадцать. Не сказал бы, что народа много, но нам, нет-нет, да и приходилось поворачиваться к витринам, отвлекая от себя пристальные взгляды любопытных. При этом, страже до нас не было никакого дела. Большей частью оценивали мою спутницу и не стеснялись ей подмигивать. Дело в том, что графиня, как и баронесса, отказались от украшений и головных уборов, по которым они должны были выдать себя за замужних дам.

— Нет, на такое не пойдем, — покачала головой Свения, когда хозяин трактира высказал такое предложение. — Мало того, что это обман и плохая примета, так еще и последствия непредсказуемы, если нас разоблачат.

— Не хотелось бы раньше времени оказаться замужем, пусть и фиктивно, — буркнула Иштания.

Их поддержал герцог, категорически не согласившись с таким маскарадом. Он сослался на предусмотренные наказания для девушек, которые вводят окружающих в заблуждение. Не совсем его понял, что в этом такого, но Журбер сослался на какой-то старый обычай горцев. За нарушение, которого много чего грозило. Мало того, этот закон, как подтвердил трактирщик, иногда применяется и по сей день. В итоге, мы с Иштанией получили повышенное внимание от окружающих. Наверняка и баронесса от этого страдает. Правда, Свения знает, куда ей необходимо попасть и по площади не прогуливается. А внимание к графине еще повышено из-за того, что молодых дам, пусть и со спутниками, практически нет. Женщины в возрасте и подростки не в счет. А вот мужчин и военных полно.

— Граф, это то что нам нужно! — обрадованно прошептала моя спутница, кивком головы указав на скромную вывеску, гласившую, что перед нами банк Каршанской империи.

— Как-то я себе его другим представлял, — буркнул я, ведя к невзрачной двери Ишту.

— Интересно, а нам тут смогут выдать нужное количество золота? — хмуро задала вопрос дочь императора.

Ее сомнения понятны, мы наблюдали лавки, которые в несколько раз больше, чем отделение банка.

— Надеюсь, за скромной вывеской нас ждет другое, — буркнул я.

Увы, мои надежды не оправдались. Заведение нуждается в ремонте, за стойкой дремлет пожилой мужчина, перед которым раскрыта книга, охранник уткнулся в газету и даже глаза не поднял, когда мы с Иштанией вошли. Их даже не смутил звук колокольчика над дверью, извещающий, что явились посетители.

— Кредиты не даем, вещи в залог не принимаем, — не поздоровавшись, выдал клерк, когда я постучал по стойке, призывая того проснуться.

— Как насчет того, чтобы снять деньги? — поинтересовался я.

— Это возможно, — немного оживился банковский работник. — Будьте добры ваши бумаги и чековую книжку.

— Мы хотели бы переговорить с управляющим, — произнесла графиня.

— Господин Нордон сейчас занят, могу ли я чем-то помочь? — подавив зевок, произнес клерк.

— Нет, не можете, — ответил я. — Проводите нас к управляющему.

Банковский служащий тяжело вздохнул, внимательно нас осмотрел и нахмурился.

— Господин из Каршанской империи? — уточнил работник отделения банка.

— Вы очень догадливы, — кивнул я.

— Прошу последовать за мной, — он вежливо склонил голову и вышел из-за стойки.

На мою спутницу внимание не обращает, все же одеяние горцев сработало. А вот меня он за своего признал, мой маскарад не удался.

— Как о вас доложить? — проведя коротким коридором и останавливаясь перед обычной межкомнатной дверью, спросил клерк.

— Мы сами представимся, — ответил я и добавил: — Поверьте, так будет лучше.

Кабинет главы отделения банка выглядел чуть лучше всей обстановки, но ненамного. Письменной стол завален бумагами, потертый кожаный диван и два таких же далеко не новых кресла для посетителей. Три шкафа заставлены папками и только на одной полке стоят книги по магическим наукам. Сам управляющий оказался молодым парнем, что-то азартно подсчитывающим на бумаге.

— Господин Нордон, к вам посетители, — произнес наш сопровождающий.

— Господин Яргон, просил же вас не приводить ко мне просителей, — раздосадовано произнес глава отделения банка и только тогда обратил на нас внимание. — Ну, раз пришли, то готов выслушать. Говорите!

Честно говоря, такого приема не ожидал. И это банкир? Пусть и небольшого отделения, но, он же черт возьми, обязан уметь общаться с клиентами. Яргон потоптался и все же ушел, оставив нас с хозяином кабинета.

— Гм, а вас хорошим манерам не учили? — прищурился я.

Нордон встал, чуть склонил голову, развел руки в стороны и сказал:

— Простите, у меня тут, — он посмотрел на стол, — кое-какие дела возникли. Очень интересные расчеты, впрочем, это меня не извиняет. Итак, весь внимания.

— Меня зовут Айлексис, мою спутницу Иштания, — произнес я и достал из внутреннего кармана документы: — Вот мои верительные бумаги.

— Граф? Наследник Айлевирского герцогства? — изумился Нордон. — Но как вы здесь оказались? Насколько мне известно, армия северян и орков от границы продвинулись чуть ли не сотню километров!

— Мы направляемся в столицу горцев, таков приказ императора, — ответил я, не став ничего уточнять.

— Путь выдался непростой, — взяла слово Ишта. — Нам срочно необходимы деньги, поэтому мы пришли к вам.

— Разумеется, не просто взять под честное слово, а которые принадлежат нам и находятся в Каршанском банке, — произнес я.

— Есть несколько проблем, — потер висок управляющий. — При всем желании, не знаю, как помочь. Нет, если неделю-другую готовы подождать, то нет проблем. Вашу личность подтвердим, отправим запрос в Каршанск, как только придет положительный ответ, то, в зависимости от требуемой суммы, сразу распоряжусь выдать деньги.

— Допустим, нам требуется, — начала Иштания, запнулась, но потом твердо продолжила: — Десять, а лучше, пятнадцать тысяч золотом. Сколько времени займет ожидание?

Нордон наморщил лоб, а потом ответил:

— Три недели и это минимальный срок.

— Хотите сказать, что у вас нет столько наличных? А если перезанять в банках, принадлежащих другим империям? Тем же горцам, к примеру, — сказал я, внимательно следя за хозяином кабинета и его аурой.

Удивительно, либо он хорошо играет и скрывает свои эмоции, либо еще ни словом не соврал. И это банкир? Да любой бы на его месте попытался лукавить, а то и процент взять. Но, нет, Нордон не врет, либо я плохо разбираюсь в людях и магии.

— Никто не выделит ни гроша, — отмахнулся наш собеседник. — Банковская система Каршанской империи переживает не лучшие времена и вам ли это не знать! Хотя, если от финансов далеки, то может быть и не в курсе. Но ни один банк нам не выделит заем даже под проценты. Риск невозврата очень велик. Сами понимаете — политика и война. Мы можем рассчитывать только на те деньги, которые хранятся в отделениях банка.

— А сколько есть в вашем? — поинтересовался я.

— Этой суммы не хватит на ваш запрос, — ответил Нордон.

А мне вот еще интересно, с чего это Иштании такое количество золотых монет потребовалось. Она что-то задумала? А не подумала, как нам такое количество унести? Один золотой весит порядка десяти грамм, несложно подсчитать, что дочь императора запросила сто пятьдесят килограмм. Сама она от силы утащит лишь десятую часть. Ну, ладно, пусть даже немного больше. А остальные предлагает мне переть? Нет, возможно рассчитывает на помощь Гаррая и Свении. Вчетвером, с горем пополам, мы унесем такую наличность. Понятно, что у того же Вахи возникнут вопросы, а уж соблазнов-то сколько откроется! Пять тысяч-то и то имеет внушительный вес. Но большую часть сразу бы передал Загору, в счет оплаты его услуг. Кстати, как бы нам на встречу с ним не опоздать. Слишком долго искали отделение банка.

— Моя спутница немного преувеличила наши потребности. Но пять тысяч золотом нам необходимо, как воздух. От денег зависит благоприятный исход нашей миссии, — медленно произнес я.

— И такой суммы нет, — спокойно ответил Нордон.

Вот только в его ауре промелькнуло сомнение, словно он от какой-то мысли отмахнулся.

— А если так? — усмехнулась Ишта и показала императорский перстень, камень которого сверкнул, подтверждая, что владелица имеет право говорить и требовать что-либо от имени Волтура. — В каждом отделении должен иметься некий фонд, для нужд нашего императора. Только не говорите, что об этом не знаете. Кстати, перстень подтверждает и родство по крови. Не сомневайтесь, я в своем праве распоряжаться теми деньгами.

— Вы дочь императора? — ошарашено спросил Нордон. — Боги, как же сразу не догадался! Что-то у меня сегодня с головой, мысли разбегаются. Разумеется, по вашему запросу, готов выгрести все до медяка, — он задумался, взлохматил волосы, чего от него никак не ожидалось. — Так, где-то тут имелась книга учета, — он стал перебирать на столе бумаги. — Нашел! Ага, тысяча семьсот золотых, три тысячи серебром, десяток драгоценностей, — он посмотрел на Иштанию: — Возьмете?

— Драгоценности нам не нужны, как и столько серебра, — ответил я, подумал и добавил: — Выдайте нам полторы тысячи золотом, а серебром двести монет. В отделении банка что-то должно остаться, мы же не грабители.

Следующие полчаса занимались оформлением бумаг, на которых опять-таки пришлось мне настоять. Не хотелось подставлять Нордона, а то его еще и в растрате обвинят, случись с нами что. Управляющий же, в свою очередь, настоял, чтобы пересчитали монеты. Тем не менее, мы с графиней вышли из отделения банка невеселые. Да, у меня увесистый саквояж, в котором приличная сумма, но ее катастрофически не хватает. К нам сразу же подошел Ваха и спросил:

— Все нормально? Идем на встречу с Загором?

— Веди, — чуть помедлив, кивнул я.

Ишта взяла меня под руку, инициативу сама проявила и уже не осторожно положила пальчики, а ощутимо так в руку вцепилась.

— Айлексис, что нам делать? Денег-то недостаточно, чтобы рассчитаться.

— Не думаю, что это проблема, — чуть слышно ответил ей. — Наверняка окажемся еще в нескольких городах, где имеются отделения Каршанского банка. В крайнем случае, в Золтогоре этот вопрос решим. Не переживай, все будет хорошо.

Честно говоря, далеко в этом не уверен. В какой-то степени нам повезло, что Нордон не стал действовать как предписывают правила. Он мог упереться, как истинный банкир, и заявить, что требуется подтверждение и что не возьмет на себя такую ответственность. А еще, многие на его месте в такой ситуации и вовсе бы заявили, что денег нет.

Глава контрабандистов нас дожидался в ресторане. Он расположился в просторном кабинете, шикарно обставленном. К нему нас не сразу провели, у дверей находились охранники, через которых Ваха и передал о нашем приходе. Загор лично вышел нас встретить. Похоже, ему не терпелось познакомиться с моей спутницей. При этом ему известно, кто такая Ишта. Мы с главарем контрабандистов обменялись приветствиями, а потом я представил его своей спутнице.

— Графиня, очень рад засвидетельствовать вам свое почтение, — склонил голову контрабандист, внимательно окинув взглядом девушку.

— Здравствуйте, — вежливо ответила моя спутница. — Благодарна за вашу помощь. Если возникнет необходимость и смогу вам отплатить такой же любезностью, то обязательно сделаю все, что от меня будет зависеть.

Я с Иштанией не договаривался, что она будет давать какие-то обещания. Похоже, это ее инициатива, так как и Журбер бы не стал этого делать.

— Заранее признателен, — приложил руку к груди Загор. — Пройдемте, перекусим и поговорим, — он сделал приглашающий жест в сторону комнаты для уединенного отдыха гостей в ресторане.

К обсуждению дел приступили после того, как дышать стало трудно. Контрабандист заявил, что на голодный желудок что-либо обсуждать у них не принято. Он должен гостей накормить, а те его уважить и разделить с ним трапезу. Нет, все бы ничего, блюда отменные, хотя и не очень привычные из-за своей остроты. Еще и вино пришлось пить в большом объеме, Загор говорил тост за тостом и начинал обижаться, если Иштания только губы смачивала. При этом он не имел цели нас напоить, пытался показаться радушным хозяином и обаятельным человеком. Разумеется, он преследовал свои цели, но они пока не очень ясны.

— Вас усиленно ищут, но вы под моей защитой и ничего не бойтесь, — наконец-то приступил Загор к разговору.

— У нас только часть денег, но обязательно все заплатим, — сказала Иштания.

— Без проблем, — улыбнулся ей контрабандист. — Не привык работать в долг, но тут особый случай. Уверен, мы друг другу будем полезны. Обманывать не собираюсь, это и магическая клятва подтвердит. Вы же готовы ей обменяться?

А вот и основное, ради чего он нам такое внимание уделил. Но неужели не понимает, что в его делах мы ему не помощники? У нас нет на это ни влияния, ни связей, ни возможностей. Хотя, окажись на его месте, то, возможно, сам бы так поступил. Так сказать, вложиться на перспективу. Не получатся инвестиции — списать, а если выгорит, то прибыль будет в сто крат выше, чем от разового договора.

— Графиня Вилар, я, хоть и занимаюсь не совсем честными делами, но человек чести. Если бы навели обо мне справки, то любой скажет, что Загор никогда своих клиентов и людей не обманет и не предаст, — он встал, подошел к секретеру и достал из ящика лист бумаги. — Набросал тут текст магического договора, если готовы его заключить, то обещаю сделать все от себя зависящее.

Иштания внимательно, пару раз бумагу прочла, а потом ее мне передала. Наш собеседник не просит чего-то необычного, но некоторые формулировки мне не понравились. Очень они размывчатые и не конкретные. Пришлось вносить уточнения, некоторые пункты исключить, но добавились другие. В итоге, мы договор заключили, тысячу золотом передали, оставшись должны еще столько же. Загор снизил плату за свои услуги, но, что-то мне подсказывает, он остался в выигрыше. Где этот хитрый лис нас облапошил я пока не понял. Если бы с нами Журбер был, то он точно разобрался и подсказал. Но герцог остался в поселении, и не факт, что это сделано не специально. Мы успели скрепить наше сотрудничество глотком вина, как в комнату, без стука, влетел один из охранников Загора и что-то тому на ухо прошептал. Глава контрабандистов помрачнел, нахмурился и как-то расстроенно на Иштанию посмотрел. Похоже, возникли какие-то проблемы.

Глава 8 ВСЕГО НЕ ПРЕДУСМОТРЕТЬ

События глазами баронессы Свении.

Когда мы приехали в центр городка и покинули пролетку, то я сразу же взяла под руку Гаррая. Лейтенант, отдающий приказы воинам, отважно сражавшийся с врагами прямо-таки оробел. И ведь у нас даже титулы одинаковые, да, он чуть младше, но ведь не под венец его тащу! Впрочем, с такими господами встречалась, они просто неопытны в отношениях. Ничего, обуркается, с возрастом все меняются. Хотя, у кого-то и остаются прежние взгляды. А если находится та, кроме которой никто не мил, то он до конца жизни будет верен, при условии, что и дама сердца испытывает те же чувства и не наставляет рога супругу.

— Гаррай, не бойтесь, я не кусаюсь, — шепнула своему спутнику.

— Баронесса, вокруг нас могут находиться враги, поэтому так напряжен, — ответил тот.

Не соврал, но сказал лишь часть правды. Под моей рукой его мышцы каменные, спина прямая, в ауре всполохи радости и восторженности. И после этого он говорит про врагов?

— Лейтенант, расслабьтесь, вы привлекаете к нам внимание, — произнесла я, размышляя, как лучше выполнить задание герцога.

— Старюсь, — буркнул Гаррай и уточнил: — С чего начнем?

— Думаю, посетить пару лавок с готовым женским бельем. Нам предстоит многое купить, — задумчиво произнесла, мысленно вспоминая то, о чем просила телохранительница Ишты, ее служанка и белошвейка.

По сравнению с ними запросы графини просто смешны. И это при том, что ей предстоит появиться при дворе горцев. Конечно, мы с ней рассчитываем приодеться в Золтогоре. Но что, если там возникнут осложнения? Это же не увеселительная прогулка, где в распоряжении куча слуг и помощниц. А времени до встречи с Айлексисом и Иштой не так много. Придется совершать покупки почти не глядя. Если и промахнусь с размерами, то Марика исправит, об этом с ней договорилась.

— Идем, — потянула за собой Гаррая, увидев вывеску нужной лавки.

На беду лейтенанта, ассортимент оказался сплошь из нижнего белья, предназначенного после брачной церемонии. Бедняга краснел и бледнел, отводил взгляд и точнохотел сбежать, ну, или провалиться сквозь землю, когда передо мной разложили несколько комплектов вещей, которые видят только любовники или супруги. Ну, не повезло парню, особенно когда юная продавщица уточнила:

— Госпожа, а у вашего мужа, — кивнула на Гаррая, — какие предпочтения в расцветках?

— Он предпочитает меня, а не то, что надеваю, — увильнула я от ответа.

Честное слово, лучше бы промолчала. У лейтенанта так уши вспыхнули, что коснись он висящего рядом пеньюара, то тот бы загорелся. Порадовало одно, магию в своем источнике мой спутник контролирует. Правда, больше ничего под контроль взять не в состоянии. Ему бы сейчас оказаться в доме удовольствий и снять напряжение, а то ведь закипит! Хм, и чего это я от последней мысли не пришла в восторг? Да еще и себя на секунду представила той, кто Гарраем займется! Уж в теории-то знаю, как эмоции лейтенанта обуздать.

В первой лавке сделала покупки на пять золотых. Одну монету дала продавщице за молчание, чтобы та помалкивала и не удивлялась, что приобретаю разные размеры. Это еще хорошо, что у нас с графиней и ее служанкой примерно одинаковые фигуры. А вот на Зурбу наши одежды точно не подойдут, да и у Марики грудь и бедра больше.

— Дальше куда? — спросил Гаррай, когда мы отнесли покупки в пролетку.

— За платьями! — весело улыбнулась я. — Не хмурьтесь, там нечему смущаться.

Лейтенант стоически перенес и это испытание, а потом даже поучаствовал, когда приобретала различные мелочевки. Заколку мне подарил! Он, смущаясь, вручил мне искусно сделанного миниатюрного лисенка. Ну, не стала ему говорить, что такие носят девочки-подростки, поблагодарила. Правда, призадумалась, а не намекает ли Гаррай таким образом на мое поведение.

— Нам следует посетить трактир «Россыпь камней», — объявила я, чувствуя, что уже начала уставать.

Это с виду весела и беззаботна, но отслеживаю окружающих, стараясь определить, почему неспокойно. Пару раз ощущала оценивающие взгляды, так не рассматривают тех, кого выслеживают и считают добычей. Но найти тех или того, кто это делал так и не смогла.

— А потом отправимся в «Горец и горянка»? — уточнил лейтенант, посмотрев на небо. — Уже скоро должны встретиться с графом и графиней.

— Верно, — задумчиво покивала я, стараясь незаметно оглядеться, вновь почувствовав угрозу.

В трактире, про который говорил Журбер, заказали себе легкие закуски и чай, вызвав неудовольствие подавальщицы. Мне нужен хозяин заведения, старый Гурах, а его, как на грех, за стойкой нет. Какой-то молодой горец стоит. А еще за нами следом зашли сразу несколько посетителей, среди которых двое горшанцев, явно из аристократов. И что они здесь забыли? Трактир недорогой, обстановка скромная, посетители не привыкли сорить деньгами. Мы-то сделали вид, что здесь оказались после приобретения двух отрезов, которые должны пополнить перевязочный материал для нашего отряда.

— Мне необходимо отлучиться, — шепнула Гарраю, а потом спросила подавальщицу, принесшую заказ: — Скажи, а где могу себя привести в порядок?

— Дамская комната в той стороне, — указала направление работница трактира.

— Проводи, — попросила я, положив на край стола серебряную монету. — Помощь нужна.

— С удовольствием, — широко улыбнулась та.

В дамской комнате оказалось чисто, но удобства скромные, чему не удивилась. Но первым делом я поинтересовалась у своей спутницы, как переговорить со старым Гурахом, мол весточку ему принесла. Подавальщица не удивилась, похоже, к ней с такой просьбой не раз обращались. Девушка меня провела к кабинету владелица заведения и поспешно ушла, буркнув, что долго отсутствовать в зале не имеет права.

— Здравствуйте, вы старый Гурах? — зайдя в кабинет, спросила я.

Горцу на вид лет тридцать пять, небольшая бородка, цепкий взгляд, а рост у него чуть выше моего. Странно, что у него такое имя, на старика он точно не тянет.

— Добрый день, госпожа я к вашим услугам, — он чуть склонил голову. — Вы что-то хотели?

Интуиция взвыла! От хозяина кабинета веет доброжелательностью и появилось желание упасть в его объятья, признаваясь во всех грехах. Неужели угодила в ловушку? Похоже на то.

— Мне рекомендовали вас, сказали, что могу снять комнату на день или два, — произнесла первое, что на ум пришло. — Оказалась в вашем городе проездом, хочу отвлечься, чтобы никто не беспокоил.

Боже, что я несу⁈

— И поэтому меня искали? — сделал шажок в мою сторону тот, кто выдает себя за владельца кабинета.

Дело в том, что смогла на короткий миг рассмотреть его настоящего, пробившись через магическую личину изменения внешности. Не уверена кто он, но точно не горец. Возможно, горшанец или северянин, но не исключаю, что и мой соотечественник.

— Да, не хотела, чтобы кто-нибудь узнал о моем спутнике, — сделала лицо влюбленной дурочки и с придыханием продолжила: — У нас с ним редко выпадает возможность уединиться. Вы же меня понимаете?

— Нет, — отрицательно покачал головой мой собеседник. — Вы лжете, пришли сюда не за этим. Больше скажу, я вас ждал, но не одну, — он достал из кармана хрустальный шар, внутри которого светится красный камень. — Так и знал, почти ни слова правды, — он хмыкнул. — Предлагаю все честно рассказать, объяснить, где найти ваших спутников. Вы все равно скажите, но не хотел бы причинять вам боль, — он подошел вплотную и потянулся пальцами к моему лицу.

Шарахнулась в сторону двери. Мысль только одна — бежать, этот тип слишком опасен и с ним не справлюсь. Вот только выход оказался заблокирован. Двое кряжистых вошли, а третий, пыхтя, втащил Гаррая и бросил его на пол и сказал:

— Тяжел зараза! Их охраняли люди Загора, их заперли в подвале.

— Кто такой Загор? — поинтересовался псевдовладелец заведения, подтверждая, что он не местный. — Впрочем, можешь не отвечать, без разницы, — отмахнулся и зло прищурился: — Мы сейчас все от госпожи узнаем. Она же будет хорошей девочкой, не станет молчать и заставлять себя уговаривать?

Мысли в голове лихорадочно мечутся, вырваться не получится, это осознала. Остается тянуть время и надеяться на помощь, что в такой ситуации сомнительно.

* * *

События глазами графа Айлексиса.

Загор о чем-то задумался, его телохранитель ждет распоряжений при этом как-то странно покосившись в сторону Иштании, а потом и на меня.

— У нас проблемы? — поинтересовался я у главаря контрабандистов.

— Граф, не переживайте, это недоразумение и его исправлю, — произнес тот и отдал распоряжение своему охраннику: — Собери всех, кого найдешь, трактир обложить, чтобы муха оттуда не вылетела!

— Там отряд наемников, среди них имеется пара орков и шаман, — произнес горец.

— Сколько их всего? — коротко уточнил Загор.

— Не менее пятнадцати воинов, скорее всего имеются боевые артефакты, — пояснил его собеседник.

— Да что случилось-то⁈ — не выдержала Ишта.

— Ты меня услышал? — посмотрел на своего подчиненного Загор. — На моей земле кто-то решил потягаться, нарушив все правила и обычаи? Этого не спущу!

Телохранитель ушел, а контрабандист стал расхаживать по кабинету. Я пока молчу, нет смысла задавать вопросы, если Загор посчитает нужным, то он нам об этом сообщит.

— Айлексис, что ты молчишь? Явно же что-то случилось! — встревоженно прошептала графиня.

— Я вот все понимаю, но для чего решили сыграть в свою игру? — резко остановился Загор напротив меня.

— Поясни, — спокойно попросил его. — За пазухой нож не держали, действовали, как договорились.

— Но не узнали, что в городе происходит и не опасно ли искать встречи с осведомителями Каршанской империи! — поморщился контрабандист.

— С баронессой что-то произошло? — задала вопрос Ишта.

— И ее спутником, — поморщился наш собеседник. — В ловушку угодили, пришли пообщаться с тем, кто отсылал сведения в Каршанск, а там их поджидали. Еще не знаю, кто так посмел сделать, но этого не спущу, — он стремительно развернулся и вышел, отдал какие-то короткие приказы и зайдя обратно объявил: — Сейчас подгонят карету, вас отвезут в поселение. Там быстро собираетесь, и мои воины вас повезут в Золтогор. Если получится, то баронесса и лейтенант к вам в дороге присоединятся.

— Как это, как получится⁈ — возмутилась графиня и на меня посмотрела: — Айлексис, сделай что-нибудь! Без баронессы никуда не поеду.

— Все будет хорошо, — взял я ладошку графини и чуть сжал. — Но у нас есть цель и когда она близка, то не имеем права поступать необдуманно. Ишта, поезжайте с людьми Загора и сразу же отправляйтесь в столицу. Обещаю, мы вытащим Свению и Гаррая и сразу же к вам присоединимся. Договорились?

* * *

События глазами графини Вилар.

Как могла поддаться на уговоры Айлексиса? Почему не осталась в городе под защитой Загора? Нет, как дурочка какая-то, покивала и до того времени, пока не выехали в столицу в сопровождении отряда наемников, то считала, что так правильно.

— Похоже, этот гад какое-то заклинание применил, — прошептала я.

— Графиня, оно очень поверхностное, даже не подчинение, а понимание, — произнес Журбер, сидящий напротив меня.

Карета движется быстро и плавно, горцы, насколько знаю, делают всякие там оси, рамы, пружины или что-то в таком роде, а корпуса закупают у нас. Точнее, покупали, сейчас-то вряд ли этот бизнес процветает. Господи, о чем только думаю⁈ Плохо получается сосредоточиться. И в этом точно виноват граф. Даже советник императора с этим выводом согласился. Айлексис, ты попадись мне только, одними словами не отделаешься — побью! Ну, нет, не справлюсь, если только попрошу кого-нибудь его держать. Кстати, в этом мне Зурба и Гунбарь точно помогут. Телохранитель графа расстроился и обиделся, когда тот в городе остался, а всем остальным велел его не дожидаться. Черт, а ведь даже этот план и тот сомнителен. Боюсь, моя охранница послушается Журбера, она к нему неровно дышит. И чего в нем нашла? Он же старый! Ну, бодр и проживет еще не один десяток лет, благо источник имеет. Но ведь он в любом случае намного старше Зурбы. Кстати, герцог никак свое отношение к ней не выдает, как ему кажется. Только я-то заметила, как он время от времени на воительницу посматривает, словно кот, наблюдающий за глупой мышкой. Так, а если одного Гунбаря попросить? Тот своего господина должен защищать, но хватит ли нервов и сил? Если еще и Марику подключить, то может дело выгореть. Есть и еще один способ показать свое фу — игнорировать, не замечать и показать, что прощать не собираюсь. Ну, если только после как раскается и побегает за мной.

— Графиня, примените заклинание «чистый разум», вы его должны знать, — щелкнул перед моим лицом пальцами герцог. — Умеете его делать или помочь? Но лучше бы сами справились, эффект будет сильнее.

— Да, точно! — покивала я, мысленно себя отругав.

Что со мной не так⁈ При императорском дворе только по несколько раз за день приходилось наведенные чары с себя сбрасывать. Я их кожей чувствовала, различные зелья и те на раз нейтрализовала, а тут поплыла. Нет, на графа и в самом деле обиделась и сильно. Так друзья не поступают, даже во благо. Прикрыла глаза, сконцентрировалась, потянулась к своему источнику и приказала наваждение убрать. Заодно и целительское заклинание использовала. Карета хоть и мягко движется, сидение удобное, а то, что ниже спины находится уже начинает побаливать.

— И что теперь думаете? — поинтересовался Журбер, когда я окончательно пришла в себя. — Чем бы помогли графу? Почему он так поступил?

Молчу, умом понимаю, что Айлексис правильно действовал. Меня попытался обезопасить, баронессу с лейтенантом не бросил. Но на душе — раздражение и тяжесть. Что он один сделает? Боюсь, воины из контрабандистов те еще, а графу кто-то опытный в таких делах противостоит.

— Графиня, вы же помните и понимаете, какую на нас миссию возложил император? Да, у него есть и другие планы, Волтур опытный политик и попытается решить проблемы даже если мы не справимся. А что, если это последний шанс спасти империю? Как ни печально признавать, но, думаю, только при стечении многих факторов у вашего отца все получится, — произносит Журбер, а у самого в глазах читается жалость ко мне, что настолько поразило, аж даже мысли разбежались. — Мы все сильно рискуем, но знали на какие жертвы идем. Вы же не передумали?

— Как я могу, — печально произнесла и вздохнула.

Да, из головы следует выкинуть все симпатии, начиная к Айлексису и заканчивая сидящим напротив пауком, как когда-то, в начале нашего путешествия, его называла. Уверена, Свения оказалась в сложной ситуации из-за герцога, об этом так и сказала:

— Господин Журбер, а вы не переживаете, что, отправив свою родственницу на задание, вы ее больше не увидите? Вам не жаль баронессу?

Удивительно, но мои слова на пару секунд сняли невозмутимую маску с лица собеседника. В его глазах прочла боль и тоску, а аура и вовсе в трауре. Неужели мои слова попали в цель и нам со Свенией не суждено встретиться?

— Иштания, я сильно расстроен и не только тем, что моя племянница подвергается опасности. Как бы пафосно не звучало, но мы все на краю и понятия не имею, как выбраться. И дело не в том, что надеюсь на чудо и вскоре встретить веселую и здоровую баронессу. Сейчас все рушится, империю захватывает враг и у нас нет на родине будущего. Чужбина? — он поморщился. — Кому мы там нужны! В лучшем случае используют как второстепенный козырь в своей игре. Поймите, жертвовать приходится многим. Ставку мы сделали, а второго шанса не дано.

— Почему? Даже в рулетке можно отыграться, оставшись с одной фишкой. Да, это чудо, но чего только не случается, — возразила я, а потом добавила: — Признавая ошибки и пытаясь их исправить мы становимся лучше. Именно для этого приходится начинать все сначала.

— Сначала? — переспросил Журбер и нахмурился. — Это интересная мысль, — он оценивающе на меня посмотрел, чем смутил и насторожил.

Своими словами его на какую-то мысль натолкнула и мне это не понравилось. Такое ощущение, что он меня отправил на жертвенный алтарь. Впрочем, так отец поступил и противиться не смогла. Как бы и что герцог не говорил, а отправилась к горцам именно из-за живущих в империи людей. Страшно представить, что их ждет, если окажутся на территории, захваченной орками. Да и не лучше они себя почувствуют, если будут править северяне или горшанцы. Последние так вообще сделают рабами. А карета продолжает удаляться от поселения, при этом наши сопровождающие выбирают малоизвестные дороги.

Уже третьи сутки в пути. Короткие привалы, остановки в придорожных трактирах, откуда предварительно выпроваживаются не только посетители, но и владельцы с работниками. Наемники следуют четким указаниям, что меня и герцога никто не должен увидеть. Прислуживают в трактирах моя горничная, белошвейка и даже Зурба. А вестей от Айлексиса все нет. Точнее, нам ничего не сообщают, ссылаясь, что и самим неизвестно.

* * *

События глазами графа Айлексиса.

Каюсь, наслал на Ишту заклинание признания и желания подчиниться приказам. Честно говоря, не рассчитывал, что получится. Подчинение не захотел использовать и не только из-за того, что такое вмешательство с помощью магии запрещено. Нет, считаю, каждый должен уметь мыслить и принимать адекватные решения, а не действовать на одних эмоциях. Графиня же могла наломать дров, чувствовалось по ее ауре. Поэтому-то и услал ее от греха. Сам же, переговорив с Загором, отправился в трактир, где попала в ловушку баронесса с лейтенантом. Сам действую безрассудно? Возможно, но за Свению и Гаррая отвечаю, так получилось, что считаю их своими подчиненными.

— У нас ремонт, — заступил мне дорогу орк, когда я подошел к трактиру «Россыпь камней».

— И что с того? — хмыкнул я. — Это не мои проблемы, а обслужить меня обязаны. Или не знаешь местных обычаев? Так в стражу обращусь и те порядок наведут!

От меня прилично разит спиртным, специально одежду полил крепленым вином и рот прополоскал. По нашему плану с Загором, я должен отвлечь на себя внимание и тогда его бойцы проскользнут в дом. Что их там ждет? Засада или они сумеют переломить ситуацию?

— Тогда иди, — неожиданно, нарушая планы, объявил орк, усмехнулся и сделал шаг в сторону, освобождая двери трактира.

Ничего не оставалось сделать, как, качнувшись, изображая пьяного, войти внутрь заведения. В холле трактира меня уже ждали. Трое наемников наставили арбалеты, а впереди них, похлопывая по ладони клинком меча, стоит мой соотечественник и ухмыляется.

— Граф, неужели не узнали? — усмехнулся тот.

— Не припомню, — произношу, догадываясь, что этот раунд проигрываю с разгромным счетом.

Готов поспорить, воины Загора не сумеют отбить пленников, к которым, похоже, вот-вот присоединюсь. Нет, меня не просто взять, я подготовился и к такому повороту событий. Контрабандист снабдил парочкой боевых артефактов, да и сам кое-какие сюрпризы преподнесу. Дорога в горах, когда попали в магический шторм, не прошла бесследно. С тех пор мой источник заметно подрос, а еще мне удалось овладеть несколькими видами магии. Да-да, не какими-то конкретными заклинаниями, а именно стихиями. Хотя, так тоже нельзя сказать, правильнее будет отдельными элементами из высшей магии. Так это себе представляю. Другой вопрос, что все это слишком убойно, а затраты энергии и концентрации требуются большие.

— Граф Артон Зубран, — шутливо склонился в поклоне мой собеседник. — Вам меня представляли на балу в столице. Не помните?

— Нет, — я отрицательно покачал головой.

— Это не так страшно, — хмыкнул тот. — Вы слишком молоды, чтобы понимать суть происходящего. И, нет, не подумайте, не оскорбляю. Все дело в опыте и взглядах. Ладно, не будем терять времени. Оружие положите на пол, не забыв про артефакты. Считайте себя моим пленником. Уверен, это продлится недолго, мы сумеем договориться.

Краем глаза заметил, как из бокового коридора подошли двое воинов. И опять не горцы, северяне! Шестеро против одного, а еще орки поблизости. Расклад не в мою пользу. Но разве это когда-то останавливало?

— Артон, так что же это все значит? — прищурился я.

— Не догадываетесь? Считал вас умнее, — покачал головой граф. — Подумайте хорошенько, вспомните, где могли слышать о моем роде и тогда поймете.

Зубран, так он представился. Его род связан с побочной ветвью императора. Неужели еще один, кто позарился на шатающийся под правителем трон.

— Мне нужна дочь Волтура, она не должна добраться до столицы горцев. К госпоже Иштании имею предложение, от которого она не сможет отказаться, — самодовольно улыбнулся Артон.

Вот все и встало на свои места. Этот хлыщ собрался на себе графиню женить и объявить приемником Волтура. Примерно о таком предупреждал Журбер, он даже фамилии называл, но Зубраны в том перечне отсутствовали. Неужели герцог чего-то не учел? Это его недоработка! Если их окажется много, то наша миссия была с самого начала обречена на провал. Ведь еще непонятно, что ждет при дворе горцев.

— Насколько знаю, Иштания не горит желанием связывать свою судьбу с вами, а император благословения не давал, — спокойно ответил я и добавил: — Не поймите неправильно, давал магическую клятву и обещал дочь императора защищать, в том числе и самозваных женишков. А уж то, что вы моих людей захватили, так это и вовсе за черту переступили. Если с головы баронессы упал хоть один…

— Достаточно, — перебил меня Артон. — Взять его!

И где же черт возьми люди Загора? Я тут время тяну, а о тех ни слуху, ни духу и в магической карте все спокойно. Деваться некуда, особенно, когда в тебя летит сразу три магических заклинания!

Глава 9 ПРОЙТИ ПО ГРАНИ

События глазами лейтенанта Гаррая.

Чьи-то заботливые пальчики гладят мое лицо, затылок пульсирует болью, дикая сухость во рту, слабость такая, что даже веки открыть нет сил. А еще в ушах стоит гул и не получается разобрать голос, который что-то ласково говорит и даже просит. Из ушей ушел гул и сразу же в мою голову ворвался мягкий голос Свении:

— Ты сильный, красивый и смелый. Не смей покидать меня и оставлять одну. Если только уйдешь за грань, то никогда этого не прощу. Учти, умрешь, то отыщу тебя на том свете и за все спрошу!

На мой нос что-то упала, какая-то капелька. Она скатилось и оказалось на моих губах. Слеза? Баронесса плачет? Распахнул глаза и увидел девушку, у которой все лицо заплакано.

— Гос… гхм… Свения, что с вами? — прошептал, а хотел ведь подскочить и наказать обидчика или обидчиков баронессы.

— Вы очнулись? Господи, спасибо! — сквозь слезы улыбнулась девушка.

Так, а собственно, где это мы? Почему свет тускло пробивается и лежу на полу? Немного осмотрелся. Размеры помещения угадываются плохо. Провел ладонью по стене, та неровная. Подо мной каменный пол, ни люстры, ни кровати, ни какой-либо другой мебели не наблюдается. Баронесса сидит рядом, не задумываясь, что пачкает платье, а моя голова на ее коленях.

— Где мы? — задал вопрос и смог наконец пошевелиться.

— Лежи, у тебя голова пробита, — попыталась остановить мое движение Свения.

Не послушал, приподнялся и к стене привалился.

— Последнее, что помню — вы ушли в дамскую комнату, ко мне подошел подавальщик и поставил на стол кружку с морсом. Я еще удивился, мы его не заказывали. Но парень сказал, что это их фирменный напиток и его всем подают. Что если не попробую, то обижу владельца. Ну, сделал пару глотков и сразу провал. Хотя, нет, почувствовал, как на затылок обрушился удар, — произнес я, а потом добавил: — Мы в подвале? Нас взяли в плен?

— Да, в ловушку угодили, — вздохнула Свения. — Журбер просил переговорить со своим информатором, а на его месте оказался граф Артон, как потом оказалось.

— Кто это такой?

— Какой-то дальний родственник Волтура, решивший поучаствовать в охоте за трон. Ну, или кому-то помогает, точно не разобралась, — задумчиво произнесла Свения и добавила: — Сомневаюсь, что захотевший стать императором, ввязался бы в такое дело, как устранение препятствия в виде нашей миссии. Если только у него на Иштанию нет определенных планов.

— Надо отсюда выбираться, — произношу и пытаюсь встать. Не получается, перед глазами начинает троиться и накатывает слабость. — Баронесса, а вы не могли бы меня подлечить? У вас же руки золотые, многим раненым помогли.

— Мой источник пуст, как и ваш. В этом подвале какие-то минералы, вытягивающие магическую энергию, — ответила та и грустно улыбнулась. — У Артона много наемников, боюсь, на этот раз нам не повезло. Как бы Иштанию не поймали, тогда и вовсе будет плохо.

— Граф не позволит, — ни грамма не сомневаясь, сказал я. — Уверен, он дочь императора защитит и нас не бросит. Это не в характере Айлексиса.

— Но ему не справиться, — нервно сказала баронесса. — От нашего отряда почти ничего не осталось, а союзники, в лице контрабандистов, не представляют угрозы для хорошо обученных и подготовленных наемников.

— Командир разберется, — твердо ответил я и, нет, даже не успокаиваю девушку, верю тому, кто вел наш отряд и с кем плечом к плечу сражался.

Словно в подтверждении моих слов, раздался грохот, потом что-то взорвалось. Дрогнули стены, поднялась пыль, и мы с баронессой стали чихать. Запахло гарью, а стены еще пару раз тряхнуло. Что-то обрушилось, затрещало, а через пару минут в дверь кто-то нанес мощный удар, и та влетела внутрь, словно пушинка. На пороге, покачиваясь, в обгоревшей одежде, стоит Айлексис и криво улыбается. В его плече и из живота торчат болты, по щеке стекает кровь, в глазах бешенство. У графа в одной руке меч, а на ладони второй медленно вращается полупрозрачный шар, по контору которого пробегают небольшие молнии и языки пламени.

— Идти можете? — хрипло выдыхает граф и прищуривается. — Вот же гадство. Сволочи, даже медицинской помощи не оказали и магии лишили. Что б им пусто было! Ничего, все будет хорошо.

От Айлексиса отделилось два потока магии, которые окутали нас с баронессой. Мне стало намного легче, источник мгновенно наполнился энергией, рана на затылке затянулась, больно потянув слипшиеся от крови волосы.

— Ко мне, под купол, надо уходить!.. Быстрее шевелитесь!.. У нас мало времени, долго магию проконтролировать не получится!.. — отрывистыми, рублеными фразами приказал Айлексис.

Мы с баронессой и не подумали ослушаться. Граф в каком-то трансе и с ним лучше не спорить. Невероятно, как он может стоять на ногах⁈ Вблизи увидел, что под лохмотьями рубахи у Айлексиса ожоги, по вискам струится кровь и заливает лицо. А вот глаза как-то неестественно светятся.

— Уходим, — развернулся Айлексис и направился на выход из подвала.

Очередной треск, на нас сыплются камни и сломанные балки, но их не пропускает защита командира. Баронесса задает нашему спасителю какие-то вопросы, но тот не отвечает.

— Он в магическом боевом трансе, — догадавшись, прошептал я с восхищением и испугом за графа.

В древних летописях доводилось читать, что во времена магических войн, отчаявшиеся маги впадали в транс. Такие люди на какое-то время становились чуть ли не всемогущими. Могли горы свернуть и противостоять армии врага. Но длилось такое состояние не больше часа, после чего маг оказывался выгоревшим и вскоре умирал. Неужели граф на такое отважился? При этом он серьезно ранен, но не отступил и нас не бросил.

Мы уже проходим через разрушенный зал трактира. Алексис двигается уверенно, но его движения замедляются, защитный купол, в котором находимся, начинает мерцать и в итоге лопается, как мыльный пузырь. Однако, мы уже на улице, к нам подбегают подручные Загора и что-то эмоционально говорят, машут руками, но смысл не могу уловить. Граф начинает заваливаться, и мы его с баронессой подхватываем.

— К пролетке! Надо уходить! Скоро тут будет стража! — тащит меня за руку Ваха, который недавно охранял Ишту.

— Что с графиней? — задает ему вопрос Свения.

— Она в порядке, уже наверняка отправилась в столицу. Так потребовал Айлексис, — кивнул горец на нашего командира, потерявшего сознание.

Ваха смотрит на графа очень уважительно, даже с какой-то робостью и страхом. А для гордых горцев это лучшее признание.

* * *

События глазами Айлексиса.

Небытие или полная пустота, когда нет ни мыслей, ни желаний и ты паришь в каких-то облаках. Что со мной? Зачем я здесь и почему? Такие вопросы мелькают и растворяются. Но в душе какая-то заноза, что-то свербит и смущает. Не получается наслаждаться полетом. Необходимо о ком-то заботиться и выполнить то, что должен.

— С чего бы? — задаюсь вопросом и перед глазами возникает магический договор.

Нет, текст не понимаю, только то, что могу лишиться частички себя и уже не обрету покой. А еще, мне необходимо помочь одной особе, которая сама-того не желаю сыграла в моей жизни главную роль. Или ее уже упустил? Нет, не совсем понимаю, что не дает раствориться в невесомости.

— Потеря? — пытаюсь прошептать потрескавшимися губами, но такое простое действо не получается.

Во рту сухо, болит горло, возникает пожар в груди и животе. Ощущаю, как источник магии внутри меня готов исчезнуть, но этого ни в коем случае нельзя допустить. Почему? Ответ очевиден, если лишусь магии, то исчезну и из этого мира, в котором еще есть дела. Память, она возвращается и стремительно несусь из мягких и обволакивающих теплом облаков. Удар и окончательно оказываюсь в собственном теле. И вот тут-то наваливается боль, нет, не боль, а БОЛЬ, когда все буквы в этом слове заглавные. Меня выворачивает, чуть не захлебываюсь рвотой. Зато на губах появляется солоноватая и металлическая жидкость. Кровь? Ее много, она идет через каждую пору в коже. Ощущения такие, что кости скелета кто-то дробит и перемалывает. Внутренности завязываются узлами, растягиваются, а потом рвутся. Кости черепной коробки сдавливаются, а мозги начинают плавиться.

— Это иллюзия, с такими травмами не живут, — хриплю и обращаюсь к своему источнику.

А тот бушует, энергии почти нет, но всполохи такие, что даже внутренним взором смотреть больно.

— Простите, я сделал все, что мог, — доносится чей-то голос. — Граф уже неделю в таком состоянии и ему становится хуже. Боюсь, ему осталось совсем немного.

— Сколько? — с грустью спрашивает какая-то девушка, с очень знакомым голосом.

Пытаюсь сосредоточиться на ауре говорящих, при этом начинаю увещевать источник успокоиться и помочь. Немного утихает головная боль. Нет, череп того и гляди лопнет, но мысли все яснее и уже узнал баронессу. А стоящий рядом с ней целитель, судя по его ауре, незнаком.

— Час или два, максимум, — доктор запнулся, но потом твердо сказал: — До рассвета он не доживет.

— Но до восхода солнца осталось чуть больше двух часов! — возмутился Гаррай. — Господин целитель, сделайте что-нибудь! Возьмите и влейте в графа мою кровь или жизненную силу. Мы заплатим, не подумайте, деньги найдем, за нас же поручился Загор.

— Молодые люди, — вздохнув, развел руками целитель, обращаясь к лейтенанту и баронессе, — ни за какие деньги вашему другу не помочь. Это никому не под силу, поверьте моему опыту.

— Не согласен, — хрипло произнес я, а потом искривил губы в улыбке и шепнул: — Не дождетесь, не надейтесь. Шучу.

— Айлексис! — подбежала ко мне Свения. — Ты очнулся⁈

Засуетился целитель, загремел склянками и меня опутал какой-то поток магии. Вроде бы он целебный, но кожа и кости подождут, мне необходимо успокоить источник. Поэтому-то без раздумий захватил такую легкодоступную энергию и направил в себя.

— Ему необходим сон, — бубнит целитель и что-то вливает мне в рот.

Последнее, что слышу перед тем, как провалиться в объятия Морфея, как лейтенант, радостным и торжествующим голосом, спрашивает:

— Господин, а каков теперь ваш прогноз?

Ответа не услышал, да и не очень-то хотелось. Провалился в сон, в котором замелькали картинки прожитой жизни. Все знакомо, немного удивился тому, как действовал перед тем, как оказался на грани жизни и смерти. Пришел спасать Свению и Гаррая. Стоял в трактире окруженный наемниками и ухмыляющимся графом Артоном. Он посчитал меня неопасным, разговаривал свысока. Все изменилось, когда я ударил круговой воздушной волной. В тот момент еще опасался причинить строению непоправимый вред. Рассчитывал действовать тихо. За это и поплатился. Не учел того, что из дальнего коридора появился наемник, который выстрелил из арбалета. Еще двое спускались по лестнице и от них в меня тоже устремились болты. Эти три выстрела парировал щитом, который выдержал удар молнией и разлетелся от воздушного кулака. Артон в это время, на четвереньках, пытался сбежать. В него я швырнул ледяное копье. Внутри все кипело от негодования, и магия легко слушалась.

— Убить его! — проорал Артон, которого осыпали ледяные осколки от выпущенного мной магического удара.

Какой-то артефакт или амулет графа изменил полет копья, но оно отклонилось всего на пару десятков сантиметров. На меня накинулось сразу семеро наемников, среди которых оказалось двое орков. Пришлось отбиваться, парировать удары и жалить магией. Наверное, так бы и продолжалось, но Артон вновь проорал:

— Пленников в подвале уничтожить! Мне они больше не нужны!

Вот тут-то внутри у меня все вскипело, пришли на помощь стихии закручивая источник в некое подобие смерча. Удар огненным шаром растекся по моей груди, чей-то клинок отскочил от кожи. Сила переполняет! Клинок в моей правой руке невесом и порхает, а с левой ладони швыряю молнии и шары огня. Не нужны даже заклинания, достаточно потянуться к стихиям, которые меня окружают. И, тем не менее, какие-то удары пропускаю. Скорее всего, бьют боевыми артефактами. Бой длился от силы десять минут, а может и того меньше. Балки перекрытий трещат, вот-вот обвалятся и их пожирает огонь. Каменные стены в трещинах, плитка на полу превратилась в крошево. Я же иду к бледному как полотно графу, выставившему перед собой меч. Артон пытается активировать какие-то заклинания. Вот в меня полетела очередная молния, отмахнулся от нее рукой, и она ударила в потолок.

— Не подходи! — завизжал тот, кто все это затеял.

— Ничего личного, — хмыкнул я, отбил выпад меча и ударил левой между глаз своему врагу. — Перестарался, — резюмировал, осматривая сбитые костяшки, на которых выступили капли крови. — Хотел же с ним поговорить. Зачем в удар магию воздушного кулака вложил? — посмотрел на мертвого графа, в глазах которого застыл ужас.

Моим ударом ему смяло переносицу и раздробило лобную кость, последние достали до мозга. Артон умер мгновенно, а должен был ответить за все, что сделал. Журбер меня точно за такое не похвалит. У герцога бы этот гад долго мучился и рассказал все, даже то, что слышал и забыл! Ну а дальше, я направился в подвал трактира. Выломал пару дверей, пока не обнаружил Свению и Гаррая. К моему облегчению, баронесса с бароном не сильно пострадали. Зато трактир разваливался, пришлось создать защитный купол и уходить. В тот момент уже двигался на морально-волевых, магии почти не осталось в источнике, последние крохи в защиту вливал. Стали беспокоить раны, почти ничего не соображал, но мы вышли.

— И все же, что случилось, когда стал стихиями швыряться, как снежками после первого снега? — задался вопросом, при этом точно понимая, что нахожусь во сне.

Проснулся поздним вечером, на столе горит лампадка, в кресле дремлет незнакомка. Попытался привстать, плечо и живот прострелило болью. Какое-то неприятное ощущение на спине и стянута правая половина лица. Осторожно ощупал свое тело и пришел к неутешительным выводам. Получил ожоги, ранения не залечены и организм ослаблен. Зато источник заполнен где-то на четверть, а значит не все потеряно. Не выгорела во мне магия, а остальное заживет, точнее, залечу. Странно другое, что целитель не справился с поверхностными повреждениями. Или пострадали внутренние органы и на них заклинания уходили? В общем и целом, если не двигаться, то чувствую себя более-менее. Потребности организма тоже ощущаю, хочется посетить ванную комнату, а потом закинуть в желудок чего-нибудь существенного. Проблема еще в том, что не понимаю, где нахожусь. Скорее всего у Загора гощу, но это только предположение. Если разобраться, то я помог контрабандисту укрепить влияние. Его люди возле трактира мелькали и именно на них падет подозрение, что они разобрались с наемниками.

— Надо встать, — прошептал я и применил пару малых целебных заклинаний.

На удивление, они мало помогли, пришлось отключить болевые рецепторы в плече и животе. Конечно, потом буду дольше восстанавливаться, но сейчас следует действовать. Существует ничтожный шанс, что попал к врагам, необходимо его исключить.

— Смешно, — чуть слышно буркнул, сделав пару шагов.

С меня градом пот льется, ноги и руки дрожат. О каком сопротивлении может идти речь, если рядом недруги? Сейчас со мной даже малолетка справится. Я сумел-таки оказаться в ванной комнате, при этом сиделка не проснулась. Девушка во сне чему-то улыбалась и делала губы бантиком. Похоже, ей снился любимый, с которым она целовалась или мечтала об этом. Разве мог ее от такого сновидения оторвать? Смеюсь, намереваюсь действовать осторожно.

— Ну и рожа, — произнес я, рассматривая свое лицо в зеркало.

Недельную или около того щетину принял, а вот ожог мою внешность сильно подпортил. Боюсь, маги, занимающиеся коррекцией внешности, на мне озолотятся. А с учетом повреждения груди, живота и спины, то денег запросят столько, что останется их внукам, а то и правнукам. Ну, платить-то не собираюсь, могу и сам себя подлатать. Кстати, есть абсолютная уверенность, что самолечение в моем случае лучший и быстрый способ встать на ноги и не пугать своей физиономией прохожих.

— Или все же заняться плечом и животом? — потрогал тугую повязку.

Как только прекратит действие заклинания болевого порога, то меня сразу скрутит. Вот и думай, лицо восстанавливать, а потом в постели валяться или от ранений избавиться. Нет, раздумывал недолго, внешность важна, но только когда сам твердо стоишь на ногах.

— И кто так повязки наложил? — ругнулся с трудом развязывая узел, а потом осторожно разматывая толстый слой ткани вокруг своего живота. — Неприятно, — смывая сочившуюся кровь, констатировал я.

Пока заклинания исцеления не применяю, замыслил его сразу сделать мощным и одновременно направить на живот и плечо. Ткань-то мог бы не снимать, но тогда она могла оказаться под новой кожей, если сработает исцеление.

— Приступим, — встал напротив зеркала и дал команду источнику начать с повреждения плеча.

Прямо-таки на глазах отверстие от болта затянулось тонкой кожицей, а потом она стала обычной толщины. Различия только в том, что в месте попадания нет загара, но это мелочь. С повреждением брюшной полости все оказалось еще проще. Внутренние органы все целы, работают в штатном режиме.

— Другое дело! — отозвав обезболивающее заклинание, сказал сам себе. — Теперь надо бы разобраться с личиком, а то в темноте мне сразу начнут кошельки отдавать. Хм, могу неплохо на этом подзаработать, — пошутил и задумался.

Как удалить шрамы и волдыри на половине лица? Про все остальное тело речь не идет, вряд ли хватит запаса магии. В источнике-то уже процентов десять осталось. Что-то расход не радует. Вроде, как и умения подпрыгнули, возможности удивительные, но жрут энергии много. Это как спортивная, большая и классная машина в моем предыдущем мире. Скорость впечатляет, мотор мощный, но топливо жрет, как не в себя. Так и в моем случае, надо озаботиться пополнением магии, но об этом потом поразмышляю и поэкспериментирую. Ладонью накрыл поврежденную щеку и представил, как кожа восстанавливается. Жжется, нервы дергают, зубы почему-то разболелись, а из моего источника происходит стремительный отток магии. Еще и электрические импульсы стали кожу колоть, а потом ее как будто до мясо содрали и начали заново приклеивать. Зачесалось страшно, прямо-таки зуд! А заклинание никак не завершится и прерывать его нельзя. Лбом ткнулся в зеркало, происходит расход жизненной силы, чего никак не ожидал. Ноги затряслись и даже попытался ладонь от лица убрать, но та словно приклеилась. Минуты три так простоял, а потом все резко оборвалось.

— Вот черт, — ругнулся, рассматривая себя в зеркало.

Нет, ожога нет, кожа как у младенца, ни грубостей, ни естественных складок, ни намека на щетину, естественный загар тоже отсутствует.

— Перестарался, — потер затылок, понимая, что не учел многие факторы. — Интересно, щетина-то будет расти? Или вторую половину лица такой же сделать? Нет, этак и вовсе за пацана-переростка начнут принимать.

Пришлось исправлять ошибку, но на этот раз восстановительная процедура оказалась почти безболезненной и быстро завершилась. На радостях полез в ванну, так как присутствует знакомая сантехника, есть горячая и холодная вода, то нетрудно догадаться, что нахожусь в поселении. Похоже, меня все же из города увезли. И как только рискнули? Я же в плохом состоянии находился. И, кстати, почему сиделка незнакомая? Или меня поместили в другой дом, а не трактир Гуршаба? Ну, чуть позже узнаю. Сейчас очень хочу смыть с себя остатки крови и пота. Уже вытираясь банным полотенцем, услышал крики, беготню и чью-то брань. В магической карте увидел знакомые встревоженные ауры, находящиеся в комнате, где недавно очнулся. Подошел к двери и прислушался.

— Как, как ты могла уснуть⁈ Где теперь графа искать⁈ Что если его враги похитили⁈ — возмущенно обращается к кому-то Загор.

— П-п-простите меня, — заикаясь, пролепетал девичий голосок. — На секундочку глаза прикрыла, а когда их открыла, то раненый исчез.

— В доме его нет! На улице никто не видел! — доложил чей-то незнакомый голос. — Чужаков не было, ни один сигнальный контур не нарушен.

— Чертовщина, — произнес глава контрабандистов.

А вот аура баронессы успокоилась, Свения о чем-то догадалась.

— Айлексиса не только сложно убить, он продолжает нас удивлять. Уверена, с графом все в порядке, — произнесла племянница Журбера.

— Не факт, — нервно сказал лейтенант. — Мы его чуть не потеряли, он был на грани и могло произойти все, что угодно.

— Печально, что ты в меня не веришь, — заявил я, входя, с трудом сдвинув в бок дверь ванной комнаты. — Доброго утра всем, простите, что доставил хлопот.

Немая сцена! Больше всего порадовали глаза Загора, которые чуть из орбит не вылезли. Контрабандист даже пару раз моргнул, а потом меня обошел и в ванную комнату заглянул.

— Это что такое? — задал вопрос вслух глава контрабандистов.

— Ванная комната, нет? — ответил я ему очевидную на мой взгляд вещь.

— Но ее тут отродясь не было, — растерянно произнес Загор и зачем-то пощупал стену. — Господин Айлексис, как вы ее создали? Вам доступны утерянные знания и высшая магия?

— Ничего не создавал, — я отрицательно покачал головой. — Проснулся, захотел освежиться и сюда, — кивнул в сторону комнаты, — зашел.

— Может при строительстве дома эту комнату замуровали? — предположила баронесса.

Кстати, неплохой вариант, я-то точно ничего не делал. Или спросонья непроизвольно что-то сотворил, не отдавая себе в этом отчета? Нет, это бред, такое никому не под силу. Но почему-то однозначно уже утверждать не возьмусь. Загор как-то на меня с опаской смотрит, Гаррай восторженно, а баронесса хмурится и о чем-то задумалась.

— Ладно, потом с этим разберетесь, — махнул я рукой. — Почему не вижу Журбера и Иштанию, они не пришли меня проведать и не переживают?

В ответ тишина и почему-то все потупились. Как-то мне это совсем не понравилось. Похоже, пока валялся в отключке, что-то произошло и явно не из разряда хороших новостей.

Глава 10 ПЛАНЫ И РЕАЛЬНОСТЬ

События глазами бывшего главы тайной канцелярии.

Когда все пошло коту под хвост? На этот вопрос сложно ответить, точнее, вспомнить дату. Лет пять назад или больше? Волтур стал слишком самоуверен, перестал держать руку на пульсе и лениво наблюдал со стороны, что творят его высшие чины. Упустил ситуацию, а когда спохватился, то оказалось, что уже поздно. Как ни прискорбно признавать, но дни императора сочтены. И все же, я пытаюсь что-то сделать, хотя понимаю, что, как говорят, последний дилижанс, уже давно ушел. Настроение ни к черту! Эти проклятые горцы, как и их союзники разговаривают свысока, показывая, что делают огромное одолжение. Не отдают даже минимального почтения, положенного в таких случаях. У нас официальный визит, со всеми необходимыми бумагами. Но поселили далеко не в тех апартаментах, положенных по статусу. Впрочем, плевать на это. Проблема в том, что предложения, которые передал от императора, отвергли с улыбками. И нас даже не допустили до аудиенции с правителем. Приходится спрятать гордость и общаться с чинушами меньшимрангом, который когда-то я занимал. А Иштанию и вовсе демонстративно не замечают, в последний момент девушке говорят положенные этикетом слова. Ну, этому есть объяснение, горцы не любят тех, кто рожден не в браке. Но раньше бы они себя так не вели.

— Входите, открыто, — устало потер глаза, когда раздался осторожный стук в мои покои.

Ну, как покои, небольшая гостиная, в которой совещание-то не провести, спальня, скромный кабинет и ванная комната. Мебель недорогая, в общем, обстановка подчеркивает, что уважения горцы к моей персоне не испытывают. Графиню заселили в похожих апартаментах, но та на это никак не отреагировала. Такое впечатление, что ей все равно.

— Добрый вечер, господин герцог, — произнесла дочь императора, входя с Гунбарем и Зурбой.

Телохранителям Айлексиса и Иштании я выдал четкие наставления и приказы, чтобы ни на секунду не оставляли свою подопечную одну. Следили, как бы та ничего подозрительного из чужих рук не приняла и, не дай боги, не съела. Последнее не касается еды с дворцовой кухни, принимающая сторона гарантирует, что еда не отравлена и в ней нет никаких добавок, влияющих на разум и здоровье гостей. Ну, это стандартное правило во всех странах.

— Здравствуйте, Иштания, — посмотрел на графиню, а потом кивнул Гунбарю и Зурбе, с которыми сегодня уже пару раз виделся.

— Есть ли новости? — присаживаясь на стул, поинтересовалась девушка.

Знаю, что ее интересует, контрабандисты, которые нас сопроводили в столицу горцев, сообщили, что Айлексис сильно пострадал, вызволяя Свению и Гаррая. Целители дают неутешительные прогнозы, точнее, на выздоровление графа нет ни единого шанса.

— К сожалению, они неутешительные, — не стал ничего скрывать. — Почти все предложения Волтура отвергли. Дали понять, что алмазные шахты, как и редкие артефакты из хранилища им и так достанутся, когда Каршанская империя падет. У меня есть информация, что горшанцы и северяне дадут горцам намного больше, чем мы можем предложить. В общем-то, остался только последний вариант, но, как ни удивительно, его не спешат принимать.

— На меня намекаете? — безразлично поинтересовалась Иштания.

А ведь я ее видел веселой, жизнерадостной и даже непоседливой. Сейчас же передо мной сидит бледная копия той, которая была горда и независима. Даже в пути, когда добирались сюда и попадали в разные переделки, то и тогда графиня держалась невозмутимо.

— Мне это самому не нравится, — устало выдохнул я. — Но каких-то других вариантов нет. Если только не сбежать в глухую деревню и выдаваться себя за простолюдинку. Это сложно, но реализовать возможно. Однако, там окажешься одна, мы с тобой не сможем отправиться, так как мгновенно вызовем подозрения и нас легко найдут. Какие там окажутся перспективы? Молодая, красивая девушка, без родни и защиты. Боюсь, вскоре тебя силой выдадут замуж за одного из местных. Мужу будешь прислуживать, рожать детей, вести домашнее хозяйство и ухаживать за скотиной. Ни о каких книгах и развлечениях речь не пойдет. Сможешь ли так жить? Не уверен.

— Зачем так кардинально? — не выдержал Гунбарь, вступив в разговор. — Графиня могла бы обосноваться в небольшом городе. Открыть какую-нибудь лавку и тихо-мирно жить.

— Думаешь? — усмехнулся я. — Постоянно прятать ауру и манеры, шарахаться от стражи и магов. При этом ее продолжат искать. Незамужняя дочь императора, пусть даже и свергнутого, окажется неплохим козырем в политической игре.

— А если выйду замуж за какого-нибудь аристократа или купца? — спросила Иштания.

— Ничего не изменит, не если, а когда найдут. Даже не посмотрят на детей, если те появятся, — грустно ответил ей и пояснил: — Нужна защита или стопроцентная гарантия, что никто не найдет.

В дверь вновь постучали, на этот раз пришел посыльный. Меня с Иштанией приглашали отужинать в компании брата правителя горцев, одного из сыновей императора горшанцев и канцлера северян. Похоже, устраивают смотрины. Но судя по составу, то заинтересованности немного.

И вот я веду под руку графиню в один из залов дворца горцев. Оказалось, что это небольшой прием, в честь оглашения чьей-то помолвки из не очень влиятельных особ. На нас не обращают внимания, впрочем, в приглашении четко дали понять, с кем предстоит общаться. Ишту приглашает на танец брат правителя горцев, которому лет пятьдесят, грузный, с сальным взглядом и, что удивительно, начинающий лысеть. Горец смотрит на девушку, как на вещь. Оценивает ее и не смущаясь пытается сильнее к себе прижать. Этикет? Нет, он о нем не слышал. Мне известен характер этого господина и его привычки. Пожалуй, графине лучше в деревне за коровами ходить, да мужу-крестьянину супружеский долг отдавать.

— Хороша, — подвел Ишту после танца брат правителя горцев и причмокнул губами. — Вам передадут мое предложение. Наследниками пора обзаводиться, но особой помощи Волтуру от меня не ждите.

Следующим объявился горшанец, с презрительной улыбкой на лице он повел девушку на танец. А во мне начинает закипать злость. Неужели считают, что прибыл торговать графиней? Именно так это выглядит. Еще бы рабский аукцион устроили! Или мне дают понять, что другого не достойны?

— Господин, не желаете бокал шампанского? — шепнул старый лакей, которого в зале не должно быть.

— Уртах, ты с ума сошел? — беря фужер, задаю вопрос одному из немногих оставшихся моих осведомителей.

— Это срочно, — в мою ладонь перекочевала записка, после чего слуга ушел.

Медленно пью шампанское и не чувствую вкуса. Что такое случилось, если старый друг так рискнул? На нас готовится нападение? Принято какое-то соглашение, по которому наша участь незавидна? Отхожу в сторону окна, оборачиваюсь и делаю вид, что смотрю в темноту. Всего несколько слов и ситуация переворачивается с ног на голову. «Волтур мертв. Графиню отдают горшанцам в качестве приза». Последнее — не факт, что исполнится, та, с помощью которой есть вариант претендовать на трон, становится целью. И не только, чтобы на ней жениться. Иштанию попытаются устранить, дабы не дать кому-то преимущество. Лихорадочно перебираю варианты, из тех, о которых так много размышлял. И ведь знал, что дни Волтура сочтены, но надеялся. Вот же дурак!

— Господин Журбер, ваша воспитанница прелестна, — сказал северянин, подводя ко мне графиню.

Когда Иштания успела и с третьим претендентом потанцевать? Кстати, канцлер неплох, источник сильный, черты лица немного грубые, взгляд жесткий и волевой. Опасный противник. Этот господин знает чего хочет, ни перед чем не остановится. И, пожалуй, еще недавно я бы дочь императора попытался ему всучить. Да-да, именно всучить, заручившись некими гарантиями от северянина. Но сейчас расклад другой.

— Господин Северус, ни на секунду не сомневался в вашей проницательности, — ответил я канцлеру вражеской империи.

— Уверен, мы найдем точки соприкосновения, по многим вопросам. Мои предложения передадут вам в течении пары часов, — сказал тот и повернулся к девушке: — Графиня, был рад знакомству. Вы само очарование, — он склонил голову.

— Выглядела бы лучше, не случись известные события, — уклончиво ответила девушка, при этом ее глаза гневно блеснули.

Дочь императора с трудом сдерживает гнев и раздражение. Но ведет себя согласно этикету и придраться к манерам невозможно. Однако, может в любой момент взорваться, надо отсюда как можно быстрее уходить.

— Иштания, вы меня не проводите? — спросил я и пояснил: — Такие мероприятия отнимают много сил, отвык, — развел руками.

— Конечно, пойдемте, — поспешно взяла меня под руку графиня, заметив, как в нашу сторону направился брат правителя горцев.

— Прогуляйтесь через сад, — кивнул канцлер северян в сторону открытых дверей. — Перед сном это полезно, да и принимать решения на светлую голову лучше.

— Тогда мы уходим, — потянула меня девушка в сторону, указанную Северусом. — Всего хорошего, господин, — поспешно добавила, обращаясь к канцлеру.

Хм, не назвала его по титулу, не смогла себя пересилить, а это говорит о том, что графиню бесит сложившаяся ситуация.

— Журбер, простите, боюсь, не смогу, — чуть слышно произнесла Иштания, когда мы вышли в сад и шли к одному из входов дворца, надеясь ни с кем не встретиться.

— Мне сообщили, что ваш отец мертв, — негромко сказал ей и добавил: — Примите мои соболезнования.

— Спасибо, — задумчиво произнесла та. — Что теперь? Расклад, как понимаю, поменялся.

— Надо подумать, главное, в горячке не наломать дров, — я положил ладонь на пальчики девушки, которые сжали мой локоть и ободряюще похлопал. — Выход найдем, другого не дано. Не бойся.

Вот только все оказалось серьезнее, чем думал. У наших апартаментов появилась охрана. Нас даже дожидался комендант дворца, который настоятельно рекомендовал не выходить дальше коридора. Мы оказались почетными пленниками, участь которых еще не решена. Но предложения от троих претендентов на руку Иштании мне передали. Хотел с ними ознакомиться, но мне пришел магический вестник от Загора. Зачарованный ворон говорил о том, что сведения очень важные. С послания контрабандиста и начал. Три раза перечитал, не веря в написанное. То, что сообщил глава контрабандистов, резко изменило планы. Надо бы все обдумать, взвесить, а потом действовать. Но мне кажется, что какой-бы риск ни был, но он того стоит. Появилась надежда сохранить империю! А для этого готов на многое, за свою родину готов сражаться.

— Ждешь ответ? — посмотрел я на ворона. — Загор умен, сообразил, что потребуется его помощь. Интересно, что он за нее попросит? Боюсь, обойдется это очень дорого.

* * *

События глазами графа Айлексиса.

Восстанавливаюсь стремительно, всего-то час прошел, как очнулся, а уже передвигаюсь уверенно. Удивительно, но горцы меня начали опасаться и избегать. Все дело в моих проснувшихся способностях, о которых мгновенно узнали. У Загора уже имелись на этот счет предпосылки после того, как я освободил баронессу и лейтенанта. Но в подробности глава контрабандистов вдаваться не стал. Сказал, что позже обстоятельно переговорим. Свения и Гаррай про Иштанию промямлили, что та с Журбером и всеми остальными благополучно добралась до Золтогора и сейчас во дворце правителя.

— Айлексис, вам следует набраться сил, — сказала баронесса, когда стал задавать уточняющие вопросы. — Магический договор выполнили, дочь императора и ее свита, добралась до цели.

— Да-да, — поддержал ее лейтенант, — ты только не волнуйся и не переживай. Целитель говорил, что твоя аура и источник не сразу придут в норму, возможны спонтанные откаты.

— Думаешь, я не слышал его слов? — хмыкнул я и посмотрел на блюда, стоящие на столе.

И как в меня столько влезло? При этом все также голоден, а желудок, такое ощущение, пуст. Еда каким-то образом преобразуется в жизненную силу и энергию, пополняя мой источник. Кстати, тот тянет из окружающего пространства магические потоки. По моим прикидкам, давно уже должен быть полон, однако, прибавилось всего-то процентов пять. Можно сказать, что во мне магии почти нет, если смотреть со стороны.

— Баронесса, мы договорили перейти на ты, — чуть запоздало обратился к девушке. — Все же выбрались из серьезной передряги.

— Граф, прости, — виновато улыбнулась та. — Этикет виноват. Ты выше по статусу, а еще и командир отряда.

— Которого нет, — мрачно хмыкнул я. — Хорошо, к вопросу о наших воинах и спутниках мы еще вернемся. Понимаю, что чего-то опасаетесь. Как насчет того, чтобы объяснить мне ваш взгляд на произошедшее.

— Ну, это очевидно, — пожала плечиками баронесса. — Мы оказались в ловушке, но поджидали…

— Ты не поняла, вопрос в другом, — перебил я ее. — Почему меня продолжают опасаться, в том числе и ты с Гарраем? Да, проснулись древние силы, после того как выложился и швырялся стихиями, то должен был выгореть, лишиться разума и умереть. Так гласили легенды. Однако, этого не произошло, я здраво мыслю, на людей не кидаюсь и не собираюсь без разбора всех уничтожать.

Свения задумалась, но потом попыталась объяснить:

— Мы все привыкли к одному, а когда сталкиваемся с чем-то непонятным, то изумляемся и относимся настороженно. Нет, лично я тебе доверяю, но если недавно знала, что будет, то теперь становится непонятно.

— Если бы у тебя проснулась магия раньше, то мы могли отстоять крепость, — произнес Гаррай.

— Смеешься? — покачал я головой. — Мы и так продержались намного дольше, чем рассчитывали. Враг нас многократно превосходил в живой силе.

— Но в древние времена стихийный высший маг, если верить летописям, только бы посмеялся, — возразила баронесса. — Вспомни ванную комнату, которая появилась в этом доме. Загор клянется, что ее не было. Да и некоторые вещи в ней вызывают удивление.

Ну, этот феномен объяснить не в состоянии. Точнее, банное полотенце, смесители и плитка на стенах и полу этому миру точно не принадлежат. В этом нет сомнений. Раздвижной механизм в стене тоже горцам не знаком. Однако, мочалка и даже мыло имеет местное происхождение, в том числе и каменная чаша ванны. Если разобраться, то именно так мне представлялось это место, если совместить технологии. При этом ванную комнату я искал и даже не думал создавать. Неосознанно получилось? Спорно, на это требовалось уйма энергии и, наверняка, многоуровневые заклинания. Да и не приходилось слышать, чтобы из других миров в этот что-то перемещали. Вопросов к этому слишком много, а ответов и даже предположений нет. Ну, мысль, что кто-то другой построил ванную комнату Загор отмел. Чужаки в этом доме не гостили, а сам он построен всего-то лет двадцать назад.

— С ванной комнатой непонятная история, — признал я. — Даже если допустить, что к ее созданию причастен, то повторить не смогу. Наверное, находился в тот момент не в себе и требовалось избавиться от излишка силы.

— Которой у тебя не имелось, — парировала Свения и поспешно добавила: — Не будем об этом, действительно, нет какого-то разумного объяснения. Но то, что ты способен противостоять многим угрозам — очевидно. Могу еще напомнить, как нас с графиней из магического шторма выводил.

— Раз сама Иштанию упомянула, то не пора бы про нее поведать? — решил сменить я скользкую тему.

— А что там рассказывать? — отмахнулась девушка. — Некоторые планы Журбера тебе известны, уверена, он их придерживается. Ты лучше подумай, как избавиться от ожогов. Целитель пытался, но у него не получилось, он даже не смог залечить ранения от болтов, — она хотела еще что-то добавить, но оборвала себя.

Да, вновь признаю ее правоту. Не очень себя комфортно чувствую. Прикосновения к коже вызывает болезненную реакцию, даже с учетом заклинаний обезболивания, которые наложил на поврежденные участки. Опыт восстановления уже есть, но процент поражения тканей большой. Не уверен, что запаса энергии хватит и не факт, что без проблем перенесу болезненную процедуру. После сытного завтрака, плавно перешедшего в обед, я почувствовал дикую усталость. Отправился отдохнуть в выделенную мне комнату. Еще раз осмотрел ванную, приходя к мысли, что это все же моих рук дело. Даже не понимая и не зная, как такое сделал, это внушает определенный оптимизм. Получается, вещи своего прошлого мира можно в этот переместить. А из этого следует, что и не исключен и физический переход. Приходилось сталкиваться с загадочными артефактами, которые находили на раскопках. Мать с отцом часто спорили по этому поводу. Мне тоже приходилось такие предметы в руках держать. Одна из версий давала объяснение, что мол некий человек с буйной фантазией, художник своего дела или сумасшедший ученый создал нечто, не зная для чего. Мол, так он это видел. Другими словами — требовалось придумать обоснование, а не найти истину.

— Айлексис, могу с вами переговорить? — зашел ко мне Загор.

— Конечно, проходите, — кивнул ему я.

— Мне сообщили не очень хорошие новости, — произнес контрабандист.

— Слушаю.

— Император Каршанской империи мертв. Причины смерти расходятся, но его точно нет в живых и символ правления в столице потускнел, — внимательно глядя на меня, сказал Загор.

Он словно ждал какой-то моей реакции. Ну, честно говоря, нигде не екнуло. Как в той известной фразе: «Король умер, да здравствует король!» Правда, понятия не имею, кто на трон усядется и как будет править. Будет ли хуже или лучше тоже никто не скажет. Сейчас война идет, герцогства разобщены, но между ними нет противостояния. Наверняка начнется драчка за императорское место, точнее, она уже в разгаре. Однако, тот кто займет место Волтура окажется в сложном положении. Удастся ли такому человеку усидеть на троне? Нет ответа, смутное время. А вот для Журбера и его планов это серьезный удар. Герцог отправился договариваться от имени Волтура, а того уже нет. Следовательно, все предложения бывшего главы тайной канцелярии никого не заинтересуют. У Журбера остался один козырь — Иштания. А вот ей и вовсе не позавидуешь. На кого она может надеяться? Только на наш небольшой отряд. Оставлять в беде графиню не собираюсь. Необходимо срочно выдвигаться в Золтогор.

— Жаль, — я все же выразил свое отношение к смерти императора.

— Это еще не все печальные вести, — произнес Загор. — Дела у войск Айлевирского герцогства идут не слишком хорошо. Северяне и орки захватывают все больше территорий, уже процентов двадцать земель под их знаменами. Ваш отец делал все, что в его силах. Лично проверял подготовленные рубежи обороны. Его отряд выследили и, — контрабандист тяжело вздохнул, — Айлевир Вард погиб. Его тело доставили в город Эйлин, рядом с родовым замком. Похороны состоялись пять дней назад. На данный момент все ждут ваше возвращение.

Хотелось выругаться и попинать стену ногой и кулаком. Даже руку для удара занес, но сдержался. Черт его знает, вдруг проломлю каменные блоки. Приобретенную силу еще толком не изучил.

— Примите мои соболезнования, — склонил голову глава контрабандистов. — Ваш отец был сильным соперником.

— Вы его знали? — удивился я.

— Встречались в императорском дворце, когда Волтур правил твердой рукой, — задумчиво сказал Загор. — Это дела давно минувших дней. Айлексис, не делайте поспешных решений, от того, как вы поступите зависит многое, если не все.

Голова заболела, мысли крутятся с бешеной скоростью. Знаю, если вскоре не объявлюсь, то оборона герцогства дрогнет. Родных необходимо поддержать, позаботиться о мелкой занозе-сестре, второй не дать наделать ошибок, подбодрить брата и поддержать мачеху. При этом у меня отряд в стане врага! Отказаться от них? Бросить в сложной ситуации Журбера, Иштанию, Гунбаря и всех остальных? Но и разорваться не могу.

— Новости действительно плохие, — покачал я головой. — Спасибо, что рассказали.

— Мне не нравится, что нарушено равновесие, — медленно произнес Загор. — Многие еще не поняли, но если падет Каршанская империя, то простые, — он сделал ударение на последнее слово, а потом продолжил, — люди и горцы окажутся в проигрыше.

Переживает за свой бизнес? Уверен, через какое-то время все вернется на круги своя. Хотя, если вспомнить карту, то для местных окажется не все так просто. Особенно, если им придется пересекать две границы. Но это дело будущего и не факт, что произойдет такой раздел.

— Загор, мне нужно как можно быстрее добраться до Журбера. Боюсь, моим людям грозит опасность, — произнес я.

— Я направил сообщение герцогу, что император Каршанской империи умер, — медленно произнес горец. — Жду ответа и думаю, что бывший глава тайной канцелярии примет правильное решение. Если позволите, дам совет.

— Говори.

Загор достал из кармана сложенную несколько раз карту, положил ее на стол и сказал:

— Если ваш отряд решит покинуть Золтогор, то вы с ними можете встретиться здесь, — он указал на один из поселков горцев. — Тут река с быстрым течением. Она является одной из тех, что ведет в ваше герцогство.

— Понял, не продолжайте, — остановил я Загора. — Как только получите ответ от Журбера, то сообщите мне, что он решил.

— Хорошо, к утру будем знать, — сказал горец. — Айлексис, вам следует отдохнуть, вы еще не полностью восстановились.

— Вы правы, — согласился я с ним.

Обменявшись еще несколькими фразами, Загор ушел, но карту оставил на столе.

— Думай-думай! — сказал сам себе и потер виски.

Хотя, все очевидно, следует вытащить Журбера с Иштанией, после чего возвращаться в свое герцогство. А сейчас, как бы не хотел оттягивать, нужно позаботиться о своем теле. Боюсь, с такими ожогами долго верхом не усижу, а в ближайшее время предстоит спать в седле. Заниматься лечением точно окажется некогда. Вздохнув, я вновь направился в ванную комнату, на ходу раздеваясь и заранее морщась, представляя, какой сам себя подвергну пытке.

Глава 11 НЕОЖИДАННЫЕ ОСЛОЖНЕНИЯ

События глазами графини Вилар.

Чувствую себя грязной, испачканной и брошенной. Удивительно, но смерть отца ничего в душе не затронула. Нет ни слез, ни сожаления, только злость. Держусь из последних сил и боюсь, как бы не сорваться. Я же осознала, что меня продают, как какую-то вещь только пару часов назад. Брат правителя горцев даже кое-что успел нашептать, что он со мной сделает, когда заполучит. Тогда или чуть позже я осознала — волю императора выполнить не смогу. Лучше яда выпить или кинжал в сердце вонзить, но становиться куклой для утех не буду. Да и толку-то от моей жертвы? Журбер рассчитывает на какое-то соглашение? Не будет его, даже если и пообещают! Нашу империю если что-то и спасет, то не мое замужество. И на что Волтур рассчитывал? Династический брак? Ха-ха, три раза!

— Госпожа, что-то случилось? — с ужасом поинтересовалась Сарика, когда я вошла в отведенные мне комнаты.

— Так заметно? — поинтересовалась я и посмотрела в зеркало.

Изображение показало стройную девушку, в скромном наряде и почти без украшений. Простая прическа, по меркам императорского двора, лицо бледное, в глазах нездоровый блеск. Подрагивают пальчики, нервно сжимающие подол, на виске пульсирует жилка.

— Хорошо еще, что глаз не дергается, — буркнула я.

— Простите? — не поняла горничная.

— Расшнуруй платье, попроси подать крепленого вина, есть повод напиться, — дала указания, мечтая оказаться в ванне и смыть с себя липкие взгляды и потные прикосновения.

Сарика умничка, не стала лезть в душу и молча все исполнила. Подготовила воду, взбила пену, знает, как люблю и что меня всегда успокаивало. Я ей все расскажу, даже попрошу совета, но это случится позже, когда немного приду в себя.

— Готово, позвольте помочь, — произнесла служанка, с тревогой за мной наблюдая.

И чего так нервничает? Подумаешь, прислонилась лбом к зеркалу и по щекам текут слезы от бессилия и злости. Чуть киваю и Сарика избавляет меня от остатков одежды. Погружаюсь в горячую воду, задерживаю дыхание и окунаюсь с головой. Немного успокаиваюсь и начинаю мыслить разумно. Баронесса Свения мне твердила, что безвыходных ситуаций не бывает, необходимо лишь все взвесить, обдумать и выбрать правильное направление.

— Сарика, где вино⁈ — вынырнув, крикнула я.

— Госпожа, уже несу, — появилась на пороге ванной комнаты служанка с подносом в руках.

Девушка подала мне бокал, я сделал большой глоток, а потом сказала:

— Император умер, нас посадили под замок, что будет дальше — непонятно.

— Беда, — прошептала Сарика.

— Не то слово, — невесело усмехнулась я. — Не знаю, сколько наследников Волтура осталось в живых, но за каждым начнется охота. Сводных братьев начнут уничтожать, сестер использовать в качестве разменной монеты, для того чтобы имелась законная возможность претендовать на трон. Мало того что империя несет поражение в войне, так еще и драка за трон началась.

— А что на приеме произошло? — осторожно поинтересовалась служанка.

— Мне пытались назначить цену, но, похоже, тогда еще не знали, что Волтур умер, — задумчиво произнесла я. — Знаешь, из всех зол, выбрала бы канцлера северян. Кажется, с ним можно договорить. Однако, не стану этого делать.

— Он красив? Богат? — с любопытством посмотрела на меня Сарика.

— Опасен, — хмыкнула я. — А еще, он мной не заинтересовался. Нет, пытался делать вид, что приглядывается, оценивает, но успела прочесть в его глазах разочарование, как только он ко мне прикоснулся. Не понимаю, почему так произошло? Впрочем, сама к нему влечения ни на грамм не испытала, не то что к… — оборвала себя и мысленно обругала.

Чуть не проговорилась! Я же даже мысленно себе этого не позволяю! А тут слова вдруг чуть не вырвались. Это все вино виновато! Хотя и сделала небольшой глоток.

— Что вы хотели сказать? — полюбопытствовала служанка. — Госпожа, вы от меня что-то скрываете? Кто вам понравился? Думаю, не можете забыть графа или лейтенанта. Жаль, что их с нами нет.

— Чушь не говори, — сделав невозмутимый вид, отмахнулась я и сдула с лица пену, которую неосмотрительно задела. — Вина еще налей!

— А может не надо? — осторожно заметила Сарика. — Голова же потом заболит.

— Вылечу, — задумчиво ответила, почему-то мысленно сравнивая Северуса с Айлексисом.

Канцлер северян все же неплох, но граф мне нравится больше. Но дело еще в том, что между ними есть что-то общее. При этом они абсолютно разные. Мало того, мне очень хотелось бы увидеть Айлексиса на месте Северуса. И это несмотря на то, что я на графа жутко сердита и обижена. Как он мог меня отправить во дворец горцам? Получается, бросил! А еще ведь и подставился, получил ранения, с которыми не в состоянии справиться целителям. Гад он, а не друг. Сама бы придушила за такое ко мне и себе отношение. Пусть только выживет, найду и отыграюсь за все свои нервы. Что смогу сделать? Заставлю в себя влюбиться, а в самый последний момент, когда он воспылает страстью, разденусь, покажу себя, после чего сбегу и буду неприступной! Перед глазами появилась картинка, как все будет происходить. Вот он меня начнет целовать, раздевать, что-то ласковое на ушко шептать. Я же в ответ расстегну его пояс, спущу штаны, чтобы спутать ему ноги, толкну на кровать, рассмеюсь и гордо уйду, прихватив одежду. Гм, а еще обязательно применю обездвиживание. Тогда и вовсе он окажется в моей власти.

— Госпожа, вам плохо? Вы сильно покраснели и дышите тяжело, — забеспокоилась Сарика.

Господи, стыд-то какой! Щеки полыхают, внутри все горит от какого-то странного предвкушения. Нет, так просто граф не отделается, надо ему придумать изысканное наказание, чтобы раскаялся и умолял о прощении.

— Все хорошо, это от усталости и вина, — тряхнув головой, прогоняя видения и мысли, ответила служанке. — Сарика, принеси мне темно-синее платье, хочу сходить к Журберу, есть к нему несколько вопросов.

Моим планам не суждено было сбыться. Не успела переодеться, как в мои апартаменты постучали. Служанка пошла узнать кто пришел, а я спешно приводила себя в порядок. Когда же вышла из ванной комнаты, то застыла столбом. Сарику за руку держит Северус, смотрит той в глаза и в воздухе такое напряжение, что он готов заискрить. Мало того, ауры этих двоих ведут себя странно. У северянина она полыхает льдинками, и пытается пробить защиту моей подруги.

— Что здесь происходит? — поинтересовалась я.

Мне не сразу ответили, эта парочка еще пару секунд стояла неподвижно, а потом канцлер нехотя отпустил ладошку Сарики и посмотрел на меня:

— Графиня, нам с вами необходимо поговорить.

— Слушаю вас, — спокойно сказала, наблюдая за девушкой, которая медленно попятилась к окну, стараясь отойти от северянина подальше. — Но вам сначала надо извиниться перед моей горничной. Вы ее напугали.

— Госпожа, простите, не хотел, — приложив руку к груди и сделав небольшой поклон, обратился Северус к Сарике.

От такого обращения, сказанного низким с хрипотой голосом, моя служанка покраснела, потупила взгляд и пролепетала:

— Это вы меня извините, вела себя непростительно и вызывающе.

Да что на нее нашло⁈ С ума сошла? Она никому и никогда не давала спуска. А сейчас перед ней и вовсе враг нашей империи. А еще тот, кто размышлял, а не купить ли меня для достижения каких-то своих целей.

— Канцлер, так что вы хотели? — уточнила я.

— Хотел? — переспросил Северус и нахмурился. — Действительно, что-то ведь хотел, но теперь все не так. Простите, у вас нет чего-нибудь выпить?

— Извините? — удивилась его словам. — Не находите, что странно о таком спрашивать у двух дам?

— Еще раз простите, — он провел ладонью по лбу. — Устал и несу чушь. Все, уже в себя пришел, — мгновение и он вновь собран, глаза холодны, а от ауры веет опасностью и хищником. — Графиня, если еще не знаете, то сообщаю — ваш отец, император Волтур, мертв. Войска горшанцев продолжают наступление. Мои воины, объединившись с орскими племенами, успешно продвигаются вперед. В связи с этими обстоятельствами, хотел предложить вам, — он вдруг замолчал и посмотрел на Сарику.

— Господин Северус, что вы хотели предложить? — поинтересовалась я. — Почему пришли не к господину Журберу, а ко мне?

— Готов помочь вам скрыться, — явно на что-то решившись, произнес канцлер северян. — Во дворце оставаться нельзя, вас либо убьют, либо спешно устроят брачную церемонию, а после консумации, проведут обряд по передачи магической силы супругу. Возможно, я краски сгущаю, но это самое очевидное. И, да, претенденты на вашу руку со стороны горшанцев и горцев изменятся в ближайшее время. Но, скорее всего, к ним присоединится один из вождей или шаманов орков. Они уже выразили недовольство правителю горцев, что их не поставили в известность о вашем пребывании во дворце.

— Орки тоже хотят поучаствовать в моей судьбе? — грустно и удивленно, поинтересовалась я.

— Они же дикари, — прошептала Сарика, но потом нахмурилась и произнесла: — Но некоторые из них делают неплохие вещи, умеют торговать и даже держат лавки и трактиры.

— А еще их вожди знают толк в политике, — хмыкнул канцлер. — Долгое время их считали дикарями, но на самом деле это не так. Орки привыкли к кочевой жизни, но большая часть из них уже так не считает. Вождям же и шаманам выгодно, чтобы все думали о них пренебрежительно и считали, что легко обмануть.

— И что потребуете за помощь? — поинтересовалась я, догадываясь, что у северянина имелось другое предложение, но он его изменил. — Уверена, бескорыстно вы рисковать не станете.

— Магический договор, что не затаите на меня обиды, а когда окажитесь в безопасности будете поддерживать со мной связь. После окончания же войны, госпожа Сарика со мной обручится. Хотя, это можно сделать уже и сегодня, — произнес Северус, при этом смотря на мою служанку.

Немая сцена, канцлер настолько шокировал меня и подругу таким предложением, что у нас рты приоткрылись, а сказать ни слова не в состоянии. Я перевожу взгляд с Северуса на Сарику, а те рассматривают друг друга и оба хмурятся.

— Канцлер, вы не шутите? — наконец я нашла в себе силы задать вопрос.

— Нет, хотя это и произошло неожиданно для меня, — задумчиво произнес тот. — Да, еще уточнение. Если заключим сделку, то с госпожой Сарикой отправятся двое моих людей. Они будут ее охранять и оберегать.

Я не выдержала и просто-таки рухнула в кресло. Канцлер сильно удивил, настолько, что в голове какая-то пустота.

— А если не соглашусь? — робко спросила девушка, отведя взгляд от северянина. — Простите, но какая может быть помолвка, если мы друг друга не знаем? — ее голосок окреп.

Канцлер лишь улыбнулся и на меня посмотрел. Честно говоря, не понимаю паники в голосе Сарики. Ей же ничего не угрожает, Северус и вовсе мог выдвинуть жесткое условие. А помолвка… ну, ее и разорвать можно. Правда, глядя на мужчину, то есть у меня подозрение, что если в его сети кто-то попал, то пиши-пропало. Хм, а ведь он чем-то похож на Журбера, только моложе. Интересно, а они не родственники?

— Нам надо успокоиться и все спокойно обсудить, — медленно произнесла я, не понимая, как в такой ситуации поступить.

— Мудрое решение, — кивнул канцлер. — Но времени у нас немного. Замечу, что при желании, — он посмотрел на Сарику, — в моей власти избрать другой вариант. Не собираюсь угрожать, не подумайте, хочу, чтобы понимали. Дело в том, что достаточно ничего не делать и ваше положение ухудшится. Примите любую помощь с заведомо худшими условиями.

Н-да, ночь обещает оказаться сложнее, чем думала. Зато в этом есть и положительный момент. Северус на меня больше не претендует. Но теперь мне страшно за подругу, ее необходимо защитить. А как это сделать? Еще и непонятно, как та к северянину относится. Уж точно не равнодушна, то покраснеет, то смутится, взглядом больше не желает с ним встречаться. И, что удивительно, она его перестала бояться, при этом я в свою очередь канцлера опасаюсь.

* * *

События глазами наследника Айлевирского герцогства.

Худшее, из возможного — занятие самолечением, когда испытываешь нешуточную боль. Приходиться проявлять силу воли и не только терпеть неудобства, но и нельзя терять сознание. А еще велик соблазн все прекратить. Тем не менее, продолжаю и убираю ожоги. Сколько пота сошло, пока на груди и животе не осталось поврежденных участков кожи? Нет у меня ответа на этот вопрос. Кстати, ноги исцелил намного легче. Возможно, уже поднатарел, привык к дискомфорту от своих же заклинаний, а может там оказались не настолько тяжелые повреждения.

— Проблема, — задумчиво рассматривая в зеркало спину, сам себе сказал.

Теоретически, везде дотянусь и ладонь положу, но необходима концентрация и внимательно следить за проявлением свечения из-под пальцев. Отображение в зеркале искажает цвет и есть опасность себе навредить. Ну, потом-то исправить смогу, но это вновь вызовет боль и отток энергии из источника. А в последнем вновь порядка пяти процентов. Пока не получается дозировать необходимое количество, и большая часть накопленных сил расходуется впустую.

— Мне нужен помощник, — пришел к выводу и отправился в комнату Гаррая.

Боялся, что лейтенант спит, но он изучал карту и прикидывал разные маршруты, чтобы как можно быстрее и безопаснее оказаться в Эйлине. А вот на мою просьбу помочь с лечением отказал, когда уточнил, что от него конкретно требуется:

— Граф, где я, а где целительство, — отрицательно покачал головой лейтенант. — Обычную перевязку сделаю, болт или стрелу извлеку, но мой источник не способен пропускать через себя магию.

— Гаррай, вы не расстроитесь, если попрошу баронессу? Боюсь, больше мне в этом месте никто не поможет. Нам утром следует отправиться в путь, к этому моменту мне необходимо привести свое тело в норму, чтобы не терять время в дороге.

— Айлексис, с чего бы мне печалиться, если вы по этому вопросу обратитесь к госпоже Свении? — пожал плечами парень, старательно делая вид, что его это не волнует.

Ну, пусть, как говорят, дозревает и от ревности с ума сходит. Вижу, что к баронессе неровно дышит, но на первый шаг не решается. Скорее всего, считает себя ей не ровней.

— Вы предлагаете, чтобы я вам на спину, прямо на ожоги, положила свои ладони, а вы в них направите заклинание исцеления? — уточнила баронесса, когда заспанная отворила дверь в свою комнату и не сразу сообразила, чего от нее хочу.

Девушка еще не отошла ото сна. Халат-то накинула, даже попыталась на груди его запахнуть, но поясок не завязала и выглядит очень мило и соблазнительно. Нет, на ней еще ночная сорочка, но она как-то провокационно обтянула фигурку Свении, а еще немного задралась. И, гхм, все стратегические места надетая одежда не скрывает, а только подчеркивает. При этом, уверен на сто процентов, у девушки и в мыслях нет меня соблазнить. А не смотреть на ее стройные ножки очень сложно.

— Другого варианта нет, — развел руками и добавил: — Гаррай отказался, сказал, что его источник с такой магией не способен работать.

— Ерунда, — отмахнулась баронесса, — он боится не справиться, вот и придумывает отговорки. Дело еще в том, что вы продавите любой источник и заставите его работать, как необходимо. Ну, если наши подозрения, что вы обрели стихийные возможности, верны.

— Но не заставлять же лейтенанта, — пожал я плечами.

— Ладно, дайте мне пару минут, — покивала баронесса, а потом сообразила в каком она стоит передо мной виде. — Мог ли бы и намекнуть, что выгляжу не пойми как, — прошипела в гневе девушка и захлопнула передо мной дверь.

Интересно, она придет или не отважится? Вряд ли обиделась, все же управляла домом удовольствия, всякого там насмотрелась и стесняться не должна. Впрочем, там она за полуобнаженными парочками наблюдала, а тут оказалась на месте одной из девиц, ну, если такое сравнение возможно.

— Могу войти? — раздался голос баронессы из коридора возле моей двери.

— Открыто, — сказал я.

Свения зашла, постояла возле двери, подумала, а потом задвинула засов и пояснила:

— Не хочу на кого-нибудь отвлечься, если кто-то войдет во время лечения.

— Скомпрометировать себя не боишься? — спросил я, переходя на ты и снимая с себя сорочку.

— Нет, моя репутация давно уже на дне или даже ниже. Забыли, кем в Пуртанске являлась?

— С того момента утекло много воды, хотя и прошло не так много времени, — парировал я и повернулся к баронессе спиной.

— Боже мой! Граф, вам должно быть очень больно! — воскликнула Свения.

— Терпимо, — ответил ей, присаживаясь на край кровати. — А вот в седле точно долго не высижу.

— Я бы и минуты не просидела на лошади, — сглотнув, явно изучая мою спину, произнесла девушка, а потом добавила: — Даже и ходить бы вряд ли смогла!

— Теперь понимаешь, почему необходимо от ожогов избавиться?

Баронесса помедлила, не стала на вопрос отвечать и в свою очередь спросила:

— Что мне делать?

— Сядь рядом, прижми ладони на самые поврежденные участки кожи, начнем с них, — дал ей указание и добавил: — Контакт ни в коем случае не прерывай, пака не увидишь под пальцами голубоватое свечение. Не уверен, но твои ладони могут зудеть или в них словно иголки вонзятся. Если такое случится, то учти, что это не физическое воздействие и как только прервем контакт все сразу прекратится.

— Поняла, скажешь, когда приступать, — сказала девушка и села рядом.

В голосе баронессы напряжение, но ее можно понять. Обращаюсь к своему источнику, протягиваю из него поток к Свении и направляю в ее ладони. Заклинание исцеления вызывается легко и непринужденно. Однако, мне требуется на его трансляцию заметно больше сил. Ну, к этому был готов. За каждое лишнее действие необходимо платить или чем-то жертвовать.

— У меня ладони чуть светятся, ровным, белым светом, — прошептала баронесса.

— Хм, такого у себя не замечал, — прокомментировал я. — Ну, давай, приступай и не бойся причинить мне боль.

Пальчики Свении чуть коснулись моей кожи, а потом девушка положила-таки ладони и чуть слышно простонала.

— Что такое? — забеспокоился я.

— Отголоски твоей боли, ее ощущаю, — объяснила та.

Не учел этот момент, но отступать поздно. Примерно два часа ушло на то, чтобы восстановить мою спину. Не обошлось и без неожиданностей. Местами появился загар, но не везде. Из-за чего такое произошло мы так и не поняли. Правда, время от времени при лечении я улавливал от девушки разные эмоции, в том числе она и о чем-то волновалась.

— Спасибо, ты отлично справилась, — улыбнулся баронессе, когда мы вдвоем рассматривали результат.

— Это мелочь, по сравнению с тем, что ты для меня и Гаррая сделал, — ответила та и провела пальчиком по моей спине. — Как себя ощущаешь? Боль сильно измотала?

— На что намекаешь? — хрипло спросил я.

— Наши источники опять взаимодействовали, мой оказался в подчинении. Твоя магия будоражит и, в какой-то мере, подавляет. Как думаешь, что чувствую?

Она смотрит мне в глаза, а в них читается сильнейшее желание и страсть. Ну, мне тоже сложно себя контролировать, если честно. Интересно, ледяной душ поможет? Боюсь, вода превратится в пар, который сейчас готов из ушей пойти. И, черт возьми, такое состояние наступило очень быстро. Что этому поспособствовало? А не все ли равно! Мы синхронно посмотрели в сторону двери, которую баронесса закрыла на засов.

— Я никому ничего не обещала, — произнесла Свения.

— А как же лейтенант? — кивнул в сторону, где находится комната парня.

— Лучше подумай об Иштании, — хмыкнула баронесса. — Сумеем ей в глаза смотреть?

Между нами даже магические искры проскакивают, пытаются друг к другу притянуть. При этом мы держимся, не сближаемся, хотя расстояние всего-то сантиметров тридцать.

— Это магическое наваждение и откат так проявился, — произношу, чувствуя, что еще немного и баронессу подомну под себя. — У нас нет друг к другу чувств, кроме как дружеских. Или ошибаюсь?

Наши ауры бушуют и между собой сплелись, источники возмущаются и хотят друг от друга подпитки.

— Все верно, — кивает Свения, — притяжение исчезнет, если мы сумеем перетерпеть. От него не останется и следа после бурной ночи. Айлексис, выгони меня, оттолкни и обругай, я себя почти не контролирую. Такое ощущение, что магия внутри сходит с ума, — она с шумом сглотнула.

И что в такой ситуации делать? Мы же потом друг друга проклянем и останемся врагами. Или нет? А если честно и откровенно, то источники знают о наших симпатиях друг к другу. Разве я никогда не оценивал Свению с точки зрения партнерши в кровати? Уж перед самим-то собой врать нет смысла. А от магии и вовсе ничего не скрыть. Получается, и баронесса о чем-то схожем думала. При этом мы, как и большинство вокруг, опираемся на условности. Но без правил, морали и того же этикета, наших принципов, мы станем другими людьми. И все бы ничего, но в дело вмешалась магия. Значит ее и следует обвинять, чтобы ни случилось. Действительно, в некоторых ситуациях, близость лечит, не только души, но дает что-то большее. Судя же по всполохам ауры баронессы, возмущению в ее источнике, то последний начинает себя сжигать. А это уже опасно.

— Знаешь, — приблизил губы к ушку девушки, — если сейчас не уйдешь, то за себя не отвечаю.

— Ставишь условие? — она качнулась ко мне. — Ты же горишь, необходимо выплеснуть накопившиеся силы, — ее рука скользнула по моей спине. — И никаких обязательств.

— Не уйдешь, — констатировал я, осторожно проведя пальцами по шее своей собеседницы.

— А ты попытайся сам или выгони меня, — с усмешкой ответила баронесса. — Неужели не понял, что магия этот раунд у нас обоих выиграла?

Ну, не сказал бы, что это проигрыш. В следующий раз, если похожее случится, то постараюсь учесть реакцию источников. Сейчас-то они перенасыщены страстью, которой необходим выход, слишком переплелись, когда через баронессу залечивал свои повреждения. Но мы пока держимся, хотя и начинаем сдаваться под натиском низменных желаний.

Глава 12 ЗАГНАЛИ В УГОЛ

Событияглазами герцога Журбера.

Я даже не стал просматривать переданные предложения насчет союза Иштании и благородных господ, которые недавно ее оценивали. Честно говоря, жаль девочку, попала она в переплет. Сам еле сдержался, чтобы ее не увести с того приема. Это надо же так унизить! И не только графиню, удар был направлен на нашу империю. Или уже знали, что дни Волтура сочтены? Нет, тогда бы по-другому все сложилось. Зато новости про Айлексиса замечательные и дают утраченную надежду на благоприятный исход. Нет, не на нашу миссию, а в общем и целом, для существования Каршанского государства.

— И как я парня чуть не проморгал? Вот же старый осел! — сам себе сказал, побарабанил пальцами по столешнице и устало потер глаза.

Нет, чем больше узнавал наследника Айлевирского герцогства, тем больше он мне импонировал. Все у графа в достатке, ум, честь, совесть, преданность и многое другое. Даже твердость и умение командовать, хотя он и впервые самостоятельно возглавил такую миссию. Однако, то, как он разобрался в Пуртанске, не всем пришлось по душе и, честно говоря, меня озадачило. Отпустить захватчиков порта, да еще отдать им часть оружия. Кто бы так поступил и, главное, зачем? Они же враги! Сдались в плен на определенных условиях? Но суд никто не отменял. А магическую клятву относительно легко обойти. Преступления горшанского капитана отыскать и сослать на рудники или каменоломни! А вот Айлексис проявил мягкость, предпочел слово сдержать. В общем-то, это не так и плохо.

— Но это все в прошлом, а надо думать о настоящем и смотреть в будущее, — потер висок, прикидывая, как выбираться из той, гм, скажем, ямы, в которой оказались.

Вестник контрабандисту отправлен, теперь остается ждать, что тот предпримет. Есть некие сомнения, в возможностях и связях Загора. Все же пойти наперекор собственному правителю далеко не каждый способен. Да еще не совсем понятно, с чего бы горцу так активно принимать участие в нашей судьбе. Ну, об этом можно и позже поговорить, если осуществится задуманное.

— Разрешите? — раздался голос Иштании, которая без стука вошла.

— Чего не спится? — буркнул я и удивился: — Графиня, а кто это с вами?

Нет, прекрасно разобрался, что за спиной девушки находится канцлер северян и Сарика. Где черт возьми Зурба и Гунбарь⁈ Они должны охранять покои дочери Волтура. Черт, забыл, в коридоре же стража горцев, а значит всех посторонних попросили занять свои комнаты. Возможно, даже силой заставили. Мне следовало проверить посты, в том числе и поинтересоваться, не приставал ли кто к воительнице. Расслабился, привык, что этим занимался Гаррай, а Айлексис контролировал. Теряю хватку!

— Господин Журбер, надо поговорить, — спокойно заявил канцлер северян и без приглашения занял одно из кресел. — Дамы, проходите и располагайтесь, — указал он своим спутницам на диван.

— Гхм, господин Северус, а не многое ли себе позволяете? — спросил я этого наглеца, мысленно же тому поаплодировав.

Врагов нельзя недооценивать, следует различать наглость и точный расчет. Северянин в своих силах уверен, уважение проявляет, при этом знает, что может диктовать условия.

— У нас не так много времени, — отмахнулся канцлер. — Мое предложение, — кивнул в сторону одного из конвертов, лежащих на столе, — отзываю. Вместо него предлагаю другое, которое вас точно устроит.

— И как же оно звучит? — подобрался я, не ожидая ничего хорошего.

— Помогаю вам покинуть территорию горцев, провожу на территорию Каршанской империи, в указанное вами безопасное место. Когда свою часть обязательств выполняю, то забираю госпожу Сарику и мы расстаемся, — коротко изложил свой план Северус, чем поверг меня в шок.

Иштания задумчиво обменивается взглядами со своей служанкой. Мне хорошо известно, что дочь императора приблизила к себе девушку и та давно ее подруга, я бы даже сказал, что младшая сестра. В общем-то, последнее утверждение ближе к истине, они хоть и дальние, но родственники.

— Господин, мы не договаривались, что с вами отправлюсь, после того как нам поможете, — неожиданно заговорила Сарика и с вызовом посмотрела на Северуса.

— А вы разве этого не желаете и будете против? — с хрипотцой в голосе, спросил ту канцлер.

Молоденькая подруга Иштании стушевалась, покраснела и взглядом взмолилась о помощи, посмотрев на графиню.

— Речь шла о помолвке, — медленно произнесла Ишта. — Канцлер, вы собираетесь и дальше менять условия? Сарика слишком молода, чтобы ее вам отдала.

— Что вам известно об обряде поиска своей половины? — задал вопрос Северус, как бы ни к кому не обращаясь.

В глазах Иштании и Сарики непонимание, зато я чудом сдержал эмоции. Внимательно присмотрелся к ауре Северуса, но пробиться через защиту не сумел. Если северянин не обманул, а ему этого делать незачем, то мне его даже жаль. Редко, очень редко, когда источник мага отвергает всех женщин, кроме той, которая ему подходит. Точные причины такой аномалии так и не установили. Предположений много, но так как такое не часто встречается, то эта проблема осталась не решенной. Точнее, отыскался древний ритуал на крови и магии того, кого отторгает источник. Процедура ужасна, приходилось на ней присутствовать. И, да, если такой человек женится на той, которая ему не подходит, то о наследниках может забыть. Впрочем, не факт, что случится даже один раз интимная связь с супругой. Магия не просто блокирует попытку близости, она еще и причиняет боль.

— Вы прошли обряд? — осторожно спросил я.

— Да, а на Сарику, указал мой источник, — спокойно ответил канцлер и ласково посмотрел на избранницу. — Уверен, ее магия сделала тоже самое. Иначе бы у нас не образовалась связь.

— К-к-какая связь? — заикаясь, спросила подруга Иштании и умоляюще посмотрела на графиню.

— Разберемся, — ободряюще улыбнулась та ей. — Господин Северус, я соглашусь на вашу защиту, приму помощь, но только в обмен на предварительные договоренности. Если вы не завоюете мою подругу, — она сделала ударение на последнее слово, — то разрешение на брак не дам. Своих близких не продаю! — она гордо вскинула подбородок.

Я же мысленно простонал, понимая, что из рук уплывают такие перспективы, что дух захватывает. Канцлер — второе лицо у северян, имеет огромное влияние на императора. По непроверенным слухам, обладает большой магической силой и является негласным верховным магом. Именно поэтому он свободно разгуливает по дворцу горцев.

— Графиня, а вы вправе ли диктовать условия? — холодно сказал канцлер и повернулся к Иштании.

— Думаю, она имеет такое право, — негромко произнесла Сарика.

Мне показалось или Северус скрежетнул зубами? Хм, а девочка-то молодец, не забывает про наши интересы. И когда у нее пробудился такой характер? Все время была незаметна и робка. Ну, воинов, которые пытались приставать, отшивала, но в этом ей графиня и Зурба помогали.

— А еще, у нас есть тот, кто отвечает за эту миссию, — медленно сказала графиня. — К сожалению, граф отстал, так получилось, но без его участия магическое соглашение тоже нельзя заключать. Господин Журбер, ведь то, что поручено нашей миссии еще не выполнено, верно?

— Теоретически, договор должен прекратить свое действие, — задумчиво сказал я. — Волтур ставил определенную задачу и Айлексис ее выполнил, мы оказались во дворце горцев. Увы, проверить это не в состоянии, графа рядом нет.

— А раз так, то он все еще считается главным в этом походе, — продолжила настаивать Иштания.

Хм, прекрасно понимаю, к чему она клонит. Мало того, что выигрывает время, так и заставляет Северуса сделать все, чтобы мы встретились с графом. С одной стороны, мне это на руку, но в случае торга непонятно как повернется.

— Вы же понимаете, что могу не церемониться? — прищурился канцлер северян, глядя на графиню.

— Попытайтесь, — резко ответила Сарика. — Или привыкли все решать силой⁈

Прямо-таки услада для моих ушей! Девчонка ставит на место могущественного и влиятельного канцлера. Этак если и дальше пойдет, то она его под каблуком держать будет. Нет, перспективы от этого союза неплохие вырисовываются.

— Силой? — хмыкнул Северус. — Если потребуется, то да, возьму!

Нет, поторопился с выводами, северянин не глуп, не поведется на смазливое личико, не будет на цыпочках вокруг избранницы прыгать.

— Мы так только поругаемся, — я выставил перед собой ладони, — давайте успокоимся. Ситуация непростая для всех нас. Помощь господина Северуса мы готовы принять, но о каких-либо дальнейших договоренностях рано говорить. Соглашусь, что следует встретиться с графом Айлексисом, чтобы понять, кто вправе заверять магические договора, касающиеся людей из его отряда.

Вру, нагло и надеюсь, как часто говорил наследник герцогства, прокатит! Граф часто выдавал некие словечки и фразы, которые ставили в тупик, но после размышления, они оказывались точными и емкими характеристиками происходящего.

— Но вы собирались подписать соглашение касательно графини Вилар, — напомнил Северус.

— На то имею отдельные полномочия, — не моргнув глазом, ответил я.

И вновь не соврал, но утаил, что и подпись Иштании должна быть, как и ее капля крови. Волтур изъявил такое желание в последний момент. Мол если дочь и жертвует собой, то пусть это сама подтвердит. Он не захотел взять на себя грех, при этом подчеркнул, что объяснить и заставить действовать в интересах империи Иштанию обязан я. Нужного результата должен добиться любыми средствами. Свалил на мои плечи ответственность, чтобы остаться с чистой совестью. Ну, так часто случалось и раньше, когда занимал пост главы тайной канцелярии, так что не удивился.

— Хорошо, — неожиданно произнес Северус. — Тогда через два часа выступаем. Задерживаться во дворце опасно, не смогу помочь, если промедлим, — он встал, вопросительно посмотрел на меня, а потом перевел взгляд на Иштанию.

— Договорились! — поспешно сказала графиня.

* * *

События глазами графа Айлексиса.

Третий день в пути, наш маленький отряд, в котором всего семеро человек, движется почти без остановок. Загор дал в сопровождение четверых горцев, выделил скаковых лошадей. Разумеется, он сделал это не бескорыстно, потребовал от меня, чтобы вернул ему услугами, когда он их попросит. Мне пришлось согласиться, но с оговоркой:

— Загор, в пределах разумного я помогу тебе или тому, кто об этом попросит от твоего имени. Даю слово. Если этого недостаточно… — договорить не успел, контрабандист перебил:

— Мне хватит вашего обещания, уверен, мы друг другу пригодимся.

На том и попрощались.

— Айлексис, не пора ли устроить привал? — спросил Гаррай, поравнявшись со мной. — Мы прибудем на место встречи намного раньше нашего отряда. Баронесса вымотана, того и гляди с лошади свалится.

— Не упадет, — буркнул я, но сделал горцам условный знак рукой, чтобы искали место отдыха.

Во время этой бешеной скачки, о многом размышлял, изучал свои новые возможности и пытался оценить запас магии. В какой-то момент, мне показалось, что в источнике силу не вычерпать при всем желании. Какие бы заклинания не делал, но расхода не чувствовал. Дело в том, что вокруг полно энергии, которая большим потоком проходит через меня. Честно говоря, один бы уже давно прибыл в нужное место. Нет усталости, спать не хочется, а еду замещает все та же магия. Это неправильно, такая зависимость губительна. Поэтому через силу заставляю себя жевать и глотать пищу, на ночлегах создаю сонное заклинание. При этом готов к любым неожиданностям. Вокруг лагеря постоянно защитный и сторожевой контуры. Атакующие заклинания готовы ударить по врагу в любой момент. А еще, накинул страховку на лошадей и своих спутников. Удручает то, что Свения меня избегает, старается односложно отвечать и большей частью о чем-то размышляет. А ведь мы с баронессой не ссорились, все же было хорошо, так с чего такая перемена в ее поведении? Надеюсь, девушка выйдет из своего мрачного состояния. Она ведь даже с Гарраем себя так ведет, а горцев и вовсе игнорирует. Кстати, лейтенант за баронессой перестал ухаживать, смотрит на нее равнодушно, но при этом в его ауре какие-то странные всполохи. Почему-то не получается их расшифровать, и это при моих-то новых возможностях. Кстати, есть опасение, что они приобретены временно. Как только закончится стихийная энергия, полученная во время магического шторма, то все вернется как раньше.

— Лейтенант, давайте прогуляемся, — предложил я Гарраю, когда немного отдохнули и перекусили.

Гаррай молча кивнул и отправился вслед за мной. Мы с ним подошли к краю горной дороги, с которой открывается вид на бурную реку, текущую внизу метрах в ста.

— Красиво, — произнес барон и оглянулся на привалившуюся к стене баронессу.

— Что с вами? — коротко спросил я.

— Заметили? — вздохнул лейтенант.

— Слепой и то увидит.

— Поругался с баронессой, — произнес Гаррай. — Перед тем, как из поселения выехать, она ко мне подошла, ну, слово за слово, — он махнул рукой. — Не хочу рассказывать, итог известен.

Понятно, что ничего непонятно! Свения сама к нему подошла, и сама же обиделась? Что она лейтенанту сказала? Тот не расскажет, судя по ауре, то с обрыва сиганет, а про баронессу ни словом не обмолвится. И, честно говоря, мне тоже не по себе. В душу лезть точно не стану.

— Все наладится, — неопределенно сказал я.

— Возможно, но баронессе предложить ничего не могу. Вы же знаете, что в армию подался не от хорошей жизни. Вешать на кого-то долги своей семьи не собираюсь, — задумчиво произнес лейтенант. — Нет, все правильно сделал. Мы с ней не пара, ничего бы не получилось.

Если правильно уловил, то он Свению отшил! Вот же идиот! Ладно, встретимся с Иштанией, намекну ей, чтобы мозги подруге вправила, хотя та и является ее наперсницей. Гм, а как быть с баронессой? Журбера попросить, чтобы тот с племянницей беседу провел? Боюсь, герцог не окажется в восторге, если у него возникнет в родне нищий барон. Нет, тут надо действовать тоньше. Пожалуй, на роль переговорщицы подойдет Зурба. Она и с баронессой найдет общий язык и герцогом. Правда, есть один момент, который смущает. В аурах Свении и Гаррая уже нет взаимного притяжения, не заметно обоюдных искр, словно чувства выгорели или были ненастоящие. Как так-то? Боюсь, имею к этому прямое отношение. И что теперь? Предыдущие размышления, кому поручить вправить мозги баронессе и барону становятся не актуальны. Какой в этом смысл, если пара распалась так и не соединившись. Но выяснить, что все же произошло необходимо. Как бы не хотелось, а придется самому со Свенией поговорить.

— Гаррай, поезжай с горцами в авангарде, приглядись к округе, как бы в засаду не попасть, — велел я лейтенанту, когда продолжили путь.

Соврал, нет никакой угрозы, в магической карте все спокойно. Да и насколько знаю, Загор обеспечил безопасный маршрут, сообщив заранее своим людям, чтобы те проконтролировали, снабжали нас едой и заводными лошадьми. Глава контрабандистов в этой местности имеет большое влияние. Без его ведома тут ничего не происходит, даже официальные власти вынуждены считаться, а стража глаза закрывает. Ну, не удивлюсь, если еще и помогают.

— Граф, простите, но не хочу ничего обсуждать, — сказала баронесса, как только мы остались одни.

— Свения, но это же неправильно. Зачем ты себя изводишь?

— С чего такой вывод? — удивилась девушка. — У меня все хорошо, я бы сказала — прекрасно! Айлексис, не бери в голову, действительно, все нормально, — она улыбнулась.

— Мне так не кажется, — покачал я головой.

— Ошибаешься, а даже если и в чем-то прав, то тебя это точно не касается, — твердо произнесла баронесса, подумала и продолжила: — Сама себе поражаюсь и удивляюсь. Но, наверное, так действительно лучше. Гаррай и в самом деле мне не подходит, у него слишком другие планы на жизнь. После того, как поговорили, — она вздохнула, — все встало на свои места. И, предупреждая твой вопрос, оказалось, что симпатия к нему не более, чем пустышка.

— А… — начал я, но баронесса меня перебила:

— Жизнь рассудит, ни о чем не жалею, все к лучшему. И давай на этом закончим, — она пришпорила лошадь.

Жаль, честное слово, она бы с Гарраем были интересной парой. Однако, осталось у меня чувство, что баронесса о чем-то недоговаривает. Зная ее характер, то не расскажет, пока сама этого не захочет. Остаток пути прошел большей частью в молчании. Мы сильно устали, еще и под дождь попали, что не повысило настроения. Зато в городке, расположенном на берегу реки, нас уже поджидали. Встретили как почетных гостей, заселили в трактир, выделив лучшие комнаты. Местный глава лично нас сопровождал, и он же объявил, что наши друзья приедут к вечеру, если позволит погода. А последняя, судя по всему, решила вмешаться. Дождь то припустит, то засияет солнце. И, нет, магия тут не при чем.

— Господин, разрешите! — разбудил меня стук в дверь.

— Входи! — встал я с постели и широко улыбнулся.

На пороге возник Гунбарь с широкой улыбкой на лице.

— Вы живы и здоровы, какое облегчение, — произнес мой телохранитель, провел ладонью по небритой щетине и спросил: — Какие будут указания?

— Отдыхай, вижу, дорога выдалась непростой. Столкновения в пути были?

— Пару раз, но нас не задействовали, отряд канцлера северян отражал атаки, — произнес мой телохранитель.

— Отряд кого? — поразился я.

— Господина Северуса, он обеспечил бегство из дворца, — пожал плечами Гунбарь. — Вы не знали?

— Похоже, я многое пропустил.

— Это точно, — входя в комнату, сказал Журбер. — Ступай, перекуси, проследи за тем, чтобы все было в порядке, — велел он моему телохранителю. — Нам с графом необходимо переговорить.

Гунбарь дождался моего согласия и покинул комнату. Мы же с герцогом молча обменялись рукопожатием, а потом тот начал рассказывать. Я мрачно выслушал, как Иштанией чуть ли не торговали, удивился повороту со служанкой и северянином. Но выпал в осадок, когда Журбер жестко глядя мне в глаза, сказал:

— Граф, точнее, уже герцог, так сложилось, что вам предстоит объявить права на трон. Только так у нас всех и у страны появится хоть какой-то шанс на спасение.

— Вы это о чем? — потряс я головой. — С какой стати мне так поступать? Да и на это нет никаких оснований.

— Пока нет, — безмятежно сказал Журбер и скрестил руки на груди.

Что он задумал? Такими словами на ветер не бросаются! Но где я, а где император! С ума сойти. Интересно, а если бы бывший глава тайной канцелярии узнал, что перед ним выходец из другого мира? Гм, боюсь, это ничего бы не изменило.

— Объясните, — попросил своего собеседника, мысленно выискивая причины, почему не готов принять такое предложение.

— Это долгий разговор, сейчас есть другие дела, — отмахнулся тот. — В первую очередь, нам необходимо решить проблему с канцлером. Думаю, следует пообещать ему отдать Сарику, но только в последний момент, когда окажемся непосредственно у Эйлина. Сразу направляться в столицу самоубийственное занятие. Соберем сторонников будущего императора в ваших землях, примете присягу и тогда уже выдвинемся в Каршанск. Впрочем, вы вольны организовать другую столицу.

— Давайте поговорим о канцлере и Сарике, — не захотел я, выслушивать какой-то сомнительный план, больше похожий на бред. — С чего бы нам девушку северянину отдавать? Насколько помню, она слишком молода. Что поэтому поводу думает графиня Вилар?

— Иштания настаивает на помолвке, а брачную церемонию организовать после войны, — нехотя произнес Журбер. — Но стратегически это невыгодно. Мы могли бы из врагов северян превратиться в союзников и тогда ситуация на поле боя кардинально поменялась. А с учетом ваших проснувшихся способностях к стихийной и высшей магии, то мгновенно получили бы преимущество. Орки окажутся не страшны, а с горшанскими войсками разберемся. Впрочем, они и сами отступят, как только вы продемонстрируете свои способности. Кстати, они не ушли? — запоздало и с напряжением, уточнил герцог.

— При мне, — коротко ответил я. — За последние дни только укрепились связи с магическими потоками. Но применять магию опасаюсь, боюсь не рассчитать силу. А заклинаний знаю до смешного мало.

— Не думаю, что возникнут сложности с заклинаниями. Нет нужды в чем-то сверхъестественном. На какой площади способны обрушить на врагов камнепад, засыпать огненными шарами или закидать ледяными дротиками?

— Мне сложно ответить, — пожал плечами, но мысленно попытался прикинуть.

Подсчет магического резерва поразил. Если без угрозы выгорания, то пару сотен гектаров способен проконтролировать, если судить по магической карте. И, похоже, это не придел. На нужной территории способен вызвать землетрясение, бурю, резко понизить температуру, а потом сразу же повысить. Нет, все это в теории и не факт, что смогу. Необходима практика и тренировки, но с ними точно возникнет проблема. Где отыскать такое пространство, чтобы никто не пострадал, а потом еще и оценить свои возможности? Как вариант, отправиться в пустыню или заплыть в ту часть океана, где не ходят корабли. Но и там из этой затеи ничего хорошего не выйдет. Отголоски стихий самого накроют, будь то песчаная буря невиданной мощи, либо волны огромной высоты. К тому же, обитатели пустыни и океана все равно пострадают, пусть они и не разумные. Впрочем, у любой живности есть инстинкт самосохранения и зачатки разума, у кого-то больше, у других меньше.

— Но ты не отрицаешь и этой уже хорошо, — выдохнул Журбер, на зная о моей внутренней полемике. — Когда-то, в далекой древности, высшие маги, способные управлять стихиями, правили империями. Со временем их не стало. Всему виной династические браки, когда наследники рождались с меньшими силами. Повезло, что Каршанская империя имеет возможность первой возродить былое могущество. И, как ни печально говорить, других вариантов не существует. Если не хочешь, чтобы погибли мы все и, в том числе, твоя родня. Осознаю, что мои слова шокировали, но, — Журбер чуть улыбнулся, — если поразмышляешь, то другого выхода не найдешь.

— Мне необходимо подумать.

— Без проблем, у тебя есть минут двадцать, думай. Потом подойдет канцлер северян и от твоего решения будет зависеть, что ему предлагать, — хмыкнул бывший глава тайной канцелярии, осознавая, что загнал меня в угол.

Глава 13 ПЕРЕГОВОРЫ

Время отсчитывает секунды и минуты, а мне предложение Журбера нравится все меньше. Он предлагает взвалить огромную ответственность, к которой не готов. Править надо уметь, доверять советникам, министрам, военным, знать чаяния и проблемы обычных людей. Из всего перечисленного могу похвастаться последним, да и то в границах своего герцогства. Ну, примерно знаю, как обстоят дела у соседей, но этого очень мало. Если вспомнить, то даже обстановка в Пуртанске меня удивила, а город-то, на минуточку, входит в состав Айлевирского герцогства. Но бывшего главу тайной канцелярии понимаю. В моем лице он увидел шанс разобраться с большинством проблем в империи.

— Господин Журбер, вы же понимаете, что марионеткой становиться не собираюсь, — медленно произнес я. — Следовательно, на ключевые посты обязан поставить тех людей, с которыми знаком. Это при условии, что соглашусь и каким-то непонятным способом окажусь в роли правителя. Кстати, как вы это собираетесь провернуть?

— Разве непонятно? — удивился мой собеседник.

— По праву пробудившихся способностей? — уточнил я.

— Ну, такой вариант возможен, но он сопряжен с трудностями и осуществлять его придется долго. Боюсь, от империи к тому моменту, останется одно воспоминание. Нет, есть простой и элегантный выход, когда и магия правящего дома вас примет.

Не сразу сообразил, на что герцог намекает. А потом вспомнил, для чего мы направлялись к горцам. Журбер собирается продолжить свои интриги, выдав за меня замуж дочь императора. При этом он даже не удосужился поинтересоваться моим мнением и что об этом думает девушка. Нет, к графине хорошо отношусь, даже с симпатией и… жалостью. Иште пришлось несладко в этой жизни, собой была согласна пожертвовать. Нравится ли она мне? Да, перед самим собой этого скрывать не собираюсь. Но ведь и Свения ничем не хуже и Азалия хороша собой. Правда, последняя замужняя дама, но не исключено, что уже вдова. Ее супругу оставались считаные дни, если не часы. Ему уже было не помочь, при всем желании. Даже сейчас, ничего бы не смог сделать, несмотря на возросшие возможности. Но с ней у нас бы не сложилось, даже после того, как официально стану герцогом. Да и, честно говоря, не было между нами любви, только сильная симпатия и некая страсть, если так можно выразиться. Могло ли что-то получиться? Сомневаюсь, но однозначно бы утверждать не стал. Жизнь штука сложная, в этом уже много раз убеждался.

Герцог молчит, внимательно на меня смотрит и ждет реакции.

— Журбер, не в моих правилах кого-то принуждать, в том числе и сам не хотел бы приносить себя в жертву, — медленно произнес я.

— Жертву⁈ — он рассмеялся и даже смахнул выступившие из глаз слезы. — Айлексис, вы меня рассмешили, честное слово! Уж чего-чего, а такого не ожидал. Да между вами… — он не успел договорить, в комнату, без стука, зашла Иштания.

— Здравствуйте, — холодно сказала графиня и кивнула мне.

— Доброе утро, — улыбнулся я, встал с кресла и склонил голову. — Вы обворожительно выглядите, — вырвалось у меня.

— Издеваться изволите? — приподняла девушка бровь.

Гм, с чего так отреагировала? Хотя, косметика чуть смазана, волосы спутаны, в глазах усталость и гнев. Дорожный костюм помят, сапожки в грязи, но при этом Ишта выглядит в моих глазах изумительно. А еще, в собственном источнике уловил некий всплеск, словно он потребовал девушку к себе притянуть и не отпускать. Или это мои собственные мысли? Черт, запутался, но за графиню сильно переживал и нервничал, когда та оказалась при дворе горцев. А еще, хотелось туда немедленно отправиться и разнести все, чтобы ее не вздумали обижать и унижать. Мелькала даже мыслишка, что если ее насильно выдадут замуж, то быстренько сделать графиню вдовой. А что такого? Она бы даже не успела с супругом ложе разделить. Брачную церемонию не могли назначить немедленно, какой-никакой, а этикет обязаны были соблюсти. Поэтому-то, когда очнулся и узнал, что Ишта свободна, то выдохнул с облегчением. Но, нет, вслух такого не говорил и делиться ни с кем не стал.

— Даже не помышлял, — ответил графине.

— А я так не думаю, — резко сказала та. — Вы, Айлексис, нам нервы соизволили помотать! Думаете, никто не переживал, когда целители неутешительный прогноз давали? Ваш телохранитель чуть ли волосы себе не повыдергивал. Ходил мрачнее тучи. Сарика и Марика плакали, а…

— А вы? Волновались? — не дал я договорить Иштании.

Честно говоря, меня как-то не интересует, что чувствовала ее служанка и белошвейка. Гунбарю же по должности положено расстраиваться, что не защитил своего господина. Нет, не собираюсь его обвинять, решение принимал сам и об этом ни грамма не жалею.

— Я-то? Представьте себе, — как-то зло и вызывающе прошипела графиня. — Можно сказать — была вне себя от ярости! Так и мечтала вас встретить и все высказать! Сами значит рисковали собой, а меня сплавили⁈ И это вы так представляете себе защиту, о которой утверждали? Знаете граф, вы перешли черту!

Аура у дочери покойного императора в негодовании, всполохи злости мечутся и, думаю, не сдерживай себя Иштания, то попыталась меня побить.

— Но все же завершилось благополучно, — я примирительно развел руки в стороны.

— Не благодаря вам! — скрестила руки на груди девушка.

— А какой вариант вы бы предложили? Отправились со мной в трактир, где захватили Свению и Гаррая? Боюсь, тогда бы не справился, пришлось бы вас защищать! — с раздражением, ответил ей, а потом добавил: — А может следовало дождаться подмоги от остатков нашего отряда? Сколько бы это заняло времени? Пара часов? Больше? Что за это время сделали бы баронессе и лейтенанту? Или думаете, что их бы поили чаем и вели задушевные беседы⁈ Может быть считаете, мне не следовало попытаться завершить миссию и отправить вас в столицу горцев?

— Не совсем так! — воспользовалась Иштания небольшой паузой в моей речи. — В поселении мне ничего не угрожало, там бы вас дождалась, а наши воины могли подстраховать!

— Это глупо, — покачал головой. — Вновь бы так же поступил и не считаю, что ошибся.

— Обозвали меня дурой⁈ — поразилась графиня.

— Я такого не говорил.

— Но ведь подумали! Негодяй! — припечатала девушка и ножкой топнула.

Смотрим друг на друга и оба от злости кипим. Почти вывела она меня из себя, но еще сдерживаюсь, чтобы действительно не назвать ее тем словом, которым та себя обозначила. Нет, от какого ума она мне претензии предъявляет⁈ Ведь не возражала отправиться к горцам, чтобы принести себя в жертву.

— Вы только ничего не подожгите, — хмыкнул Журбер, чем-то необычайно довольный. — От вас такие искры летят, что аж страшно. Кстати, у нас не так много денег, если трактир спалите или разнесете его по бревнышку, то компенсировать будет нечем.

— Господин Журбер, вот и рассудите, кто прав, а кто виноват, — мягко, с улыбкой на лице, обратилась Иштания к свидетелю нашей ругани.

— Увольте, крайним становиться не хочу, — отмахнулся тот. — Ладно, шутки в стороны, а между собой потом разберетесь. Не забыли какой вопрос на повестке дня?

Графиня надулась, искоса на меня метнула многообещающий взгляд, мол один на один все выскажу. Бывший глава тайной канцелярии чуть помедлил и продолжил:

— Насколько я видел, пока сюда добирались, то госпожа Сарика нашла с канцлером северян общий язык. Это значительно все облегчает. Не так ли, графиня?

— Он ей мозги запудрил, знает, как подойти к неопытной девице, — буркнула Иштания.

— Хоть бы и так, — пожал плечами герцог. — Но разве ваша служанка не призналась, что ей Северус нравится и она готова с ним связать свою судьбу?

— Откуда… — начала Ишта, а потом подозрительно на Журбера посмотрела: — Подслушивали?

— Чистая случайность, — заверил тот. — Мимо проходил, когда вы громко шептались. Боюсь, господин канцлер тоже не страдает глухотой.

— Черт, — поморщилась графиня. — Пусть так, но Сарика слишком молода.

— Ой ли, — хмыкнул герцог. — Сколько ей, шестнадцать, если не ошибаюсь? Так по нашим законам, в том числе и Северной империи, то она совершеннолетняя, имеет право сама принимать решения.

— Вот еще, — фыркнула Иштания, — я ее наперсница и опекунша. Если запрещу, то она не посмеет пойти против моей воли. Кстати, на ней магическая клятва, что до восемнадцати лет, должна мне прислуживать.

— Айлексис, скажите что-нибудь, — обратился ко мне герцог и устало потер глаза. — Пока вы главный в отряде, то имеете решающее право голоса.

— Но миссия завершена, — пожал я плечами.

— Разве? — усмехнулся Журбер. — Насколько понимаю, вы выполнили главное пожелание Волтура, но не забыли ли, что должны заботиться о безопасности его дочери? Минутку, дайте вспомнить: — он прикрыл глаза. — Дословно не помню, но в договоре было что-то вроде: «В случае опасности или неприемлемости, понимая, что моей дочери будет та или иная весомая угроза, надлежит сделать все, чтобы ее спасти».

— Не совсем точная формулировка, но, в общем и целом, можно так трактовать, — подумав, согласился я.

— Да? — не скрыл удивления герцог. — Снимаю перед Волтуром шляпу, пусть найдет лучшую жизнь.

Вот же-ж, герцог блефовал! И я попался, как несмышленый пацан. Н-да, с бывшим главой тайной канцелярии необходимо держать ушки на макушке. При этом он все равно облапошит! Прожженный гад, в политике и плетении паутины из намеков и фраз мне с ним не состязаться.

— И что из этого следует? — хмуро поинтересовался я.

— Некая часть договора, граф, вами еще не выполнена, — широко улыбнулся Журбер. — Однако, этот момент легко исправить.

— И как это сделать? — заинтересованно спросила Иштания.

— Брак, — одним словом, словно забивая гвоздь в крышку моего гроба, заявил герцог.

— В каком смысле брак? Ошибка в договоре или что? — не поняла девушка.

— Свадьба, дорогая моя графиня Вилар, — резко встал со своего места Журбер и подошел к ней.

— Какая свадьба? — нахмурилась та, явно не сообразив.

Вот, совсем недавно, она обвиняла меня в том, что назвал ее глупой, а она дала другое определение. И кто после этого прав в нашем небольшом споре? Ну, я даже согласен признать поражение и согласиться, с тем определением, которое себе приписала графиня. Нет, она не дура, это я знаю, просто сейчас растерялась. Не ожидала такого поворота. Если не ошибаюсь, то она будет далеко не в восторге от плана Журбера. Ладно, посмотрим, как себя поведет. На всякий случай, я как бы незаметно отошел к окну, прикинув, какой выставить щит, если девушка на герцога обрушит свой гнев. Печально, что у Ишты в источнике почти нет энергии. Опять она себя чуть ли не до дна вычерпала. И когда успела? Вроде бы раненых в отряде нет, но энергию графиня точно на что-то израсходовала.

— Самая обычная, — начал объяснять бывший глава тайной канцелярии. — Думаю, помпезное торжество потом сделаете, а на сегодня, достаточно скромной церемонии. Обязательно в нашей империи, чтобы священнослужители сделали все правильно перед лицами богов и записали узы брака в церковный магический реестр.

— Какой реестр? — не удержался я от вопроса, но герцог его проигнорировал, он смотрит на шокированную Иштанию, до которой наконец-то дошло, о чем он говорит.

Графиня даже в кресло плюхнулась, похоже, ее ноги ослабли. При этом в ауре девушки такая смесь эмоций, что даже нет смысла пытаться разобраться, очень много всего замешано. Удивительно, даже радость промелькнула, но быстро исчезла из-за обиды и негодования.

— Вы предлагаете мне выйти замуж за него? — кивнула графиня в мою сторону.

— Да, так будет лучше для всех, — спокойно произнес Журбер, вздохнул и пояснил: — Иштания, послушайте и не перебивайте опытного человека. За вами продолжится охота до тех пор, пока вас не убьют или силой не заставят выйти замуж. От этого никто из присутствующих не выиграет. Мало того, империя, почти гарантировано, распадется. Пострадают все без исключения, кто-то больше, кто-то в меньшей степени. У Айлексиса же проявилась стихийная магия, а его источник стал очень сильным, что соответствует описаниям в летописях, как высший ранг. Ваш союз позволит получить трон Каршанской империи по праву крови и по праву сильнейшего. Уверен, даже часть тех аристократов, кто намеревался править и то примкнут под ваши знамена. Следовательно, внутри нашей империи прекратится грызня за власть. А если учесть, возможности графа, который практически герцог, то горшанцы нам еще и контрибуцию заплатят.

— Смеетесь? — выдавила из себя вопрос Иштания. — Журбер, вы в своем уме? Продолжаете мной распоряжаться, как бездушной вещью? — на ее глазах появились слезы. — Я-то, дура, посчитала, что больше не повторится произошедшего во дворце горцев. Меня же там почти купили, предварительно приценившись. Интересно, сколько готовы были заплатить? Взять того же брата правителя горцев, он меня словно лошадь оценивал и даже пытался ощупать! А вот горшанец больше расспрашивал о возможных последствиях женитьбы на мне. Нет, он не преминул отвешивать сомнительные комплименты. В том числе, намекал, что должна быть кроткой и послушной, а иначе он меня проучит и выбьет всю дурь из головы. А если не успокоюсь, то друзьям на воспитание отдаст. И я терпела, не смела ничего в ответ сказать, — она зябко поежилась и продолжила: — Даже канцлер северян и тот, пока не встретил Сарику, думал только о своей выгоде. Но он хотя бы понимающий, мог пойти на уступки и не скрывал, что компромисс найдем. А что теперь? Наивная, прошло всего-ничего и уже вновь все повторяется.

— Графиня, разве это для вас не лучший выход? — пожал плечами герцог и посмотрел на меня: — Айлексис, вы же умеете просчитывать варианты. Что скажите? Или в чем-то не прав?

— Боюсь, госпожа Вилар, жалеет, что не остановила свой выбор на ком-нибудь во дворце горцев, — ядовито заметил я, плохо отдавая отчет, что говорю.

Почему-то слова Иштании меня сильно задели. Какой-то горец ее зажимал, горшанец гадости говорил, а она смиренно готовилась принять уготовленную ей участь. А канцлер северян, если правильно понял, ей и вовсе понравился. Кстати, а не поэтому ли она не желает ему Сарику отдавать? И, нет, с моей стороны это не ревность! Обычная злость и раздражение. Как можно быть такой двуличной⁈ Графиня постоянно открывается передо мной с разных сторон. Какая же она настоящая? А Журбер, если вдуматься, во многом прав. Нет, темных пятен в его плане достаточно. Однако, некие проблемы и в самом деле решатся. Но достичь этого окажется ой как непросто.

— Возможно и так! — глядя на меня, произнесла Иштания.

Наверное, мы точно с ней разругались, но нас прервала Сарика, робко заглянувшая и поинтересовавшаяся:

— Простите, господин Северус просит о встрече.

— Зови, — улыбнулся ей бывший глава тайной канцелярии, и, насколько понял, он обрадовался визиту канцлера.

Готов поспорить, Журбер опасался, что мы с госпожой Вилар разругаемся в пух и прах. Судя по недовольному лицу Иштании, то та намеревалась так поступить. Но при постороннем, да еще врагом нашей империи, на такое не пойдет.

— Здравствуйте, — зашел в комнату северянин и оценивающе на меня посмотрел.

— Доброе утро, — ответил я, повторив его взгляд.

Хм, действительно, сильный противник. Магии у него достаточно, источник развит, пожалуй, еще недавно ему бы уступал, но не сейчас. При этом он неплохо выглядит, ни грамма усталости, одежда в полном порядке, гладко выбрит и… готов в любой момент атаковать. Ауру скрывает, глаза проницательные, черты лица волевые, а сам спокоен и уверен в своих силах. Я бы сказал, он ничего и никого не боится. Опасный противник, Журбер прав, если его заполучить в союзники, то для нас это окажется отличным приобретением.

— Насколько понимаю, вы граф Айлексис, — утвердительно произнес канцлер, не дождавшись, когда нас представят друг другу.

Дело в том, что Иштания продолжает злиться, а Журбер о чем-то глубоко задумался.

— Верно, а вы канцлер Северус, — кивнул я, медленно подходя и протягивая руку, чтобы обменяться рукопожатием.

— Наслышан, — произнес северянин, крепко сжимая мою ладонь.

Он собрался показать, что сильнее? Что за детская выходка! Ну, пасовать не собираюсь, ответил. А канцлер усиливает нажим, начал магию применять. Чего же он добивается? Я же могу ему руку сломать! Стоп! И как сразу не разглядел диагностические заклинания, которые осторожно взламывают мою защиту.

— Северус, вы хотите посостязаться? — я задал ему вопрос и, хмыкнув, продолжил: — Если это так, то всегда к вашим услугам.

— Простите, — сделал шаг назад мой оппонент, разорвав рукопожатие. — Не удержался, хотел лично убедиться в том, что про вас говорят. Признаю, сомневался, а когда увидел, то и вовсе подумал, что меня обманывали.

— Вот как? Получается, за мной следили?

— Не специально, — пожал плечами канцлер. — Согласитесь, когда в спокойном городке случаются заварушки, то это приковывает внимание.

— Обычная драка в трактире? Не смешите, — не поверил я.

Северус чуть кивнул, соглашаясь с моими словами, но комментировать не стал. Честно говоря, не особо и интересно, чем вызвал у его осведомителей повышенное внимание. Вполне возможно, следили за графом Артоном, а потом уже и про меня сообщили.

— Господин Айлексис, думаю знаете, почему я здесь, — продолжил канцлер северян. — Госпожа Иштания, являясь наперсницей моей избранницы и господин Журбер, замещающий вас при дворе горцев, сослались, что без вас не в силах согласиться на мой брак с Сарикой, — при упоминании имени служанки, волевой мужчина не удержался от улыбки.

Неужели канцлер влюбился, как мальчишка? Сложно в такое поверить! Или он желает девушкой обладать? Это все не так важно, главное, чтобы Сарика в итоге не пострадала. И все же, с чего северянин, после короткого знакомства, так запал на, казалось бы, обычную служанку? Нет, я помню про обряд, призванный отыскать избранную. Честно говоря, нам всем повезло, будто выиграли в лотерею. Без помощи Северуса точно возникли проблемы.

— Мы с вами мирно беседуем, а наши воины сражаются с вашими. Гибнут обычные люди и Карашанская империя несет убытки, — задумчиво произнес я. — При этом, вы помогаете тем, кому объявили войну. Не находите, что это как-то странно.

— Нет, — невозмутимо ответил северянин, а потом пояснил: — Войну объявил мой правитель вашему, последнего уже нет. Останавливаться в такой ситуации глупо, есть возможность прибрать к рукам то, что плохо лежит. Если же к власти в вашей империи придет достойный правитель, то всегда с ним рассмотрим вопрос союзничества.

— Как с орками и горшанцами? — недоверчиво хмыкнул я и посмотрел Журбера, а потом на Иштанию.

Графиня и герцог с интересом за нами с канцлером наблюдают и внимательно слушают, при этом не вмешиваются в ход переговоров.

— Горшанская империя на сегодня нашему императору не интересна, — чуть пожал плечами Северус. — Племена орков, — он чуть задумался, — временные союзники, и им об этом отлично известно. Правда, как долго продлится этот союз сказать не возьмусь. Не удивлюсь, если он перерастет во что-то большее.

Казалось бы, канцлер приоткрыл карты, но ничего нового не сказал. Это и на самом деле всем известно.

— А что насчет горцев? — чуть слышно спросила Иштания.

— Хороший вопрос, — усмехнулся Северус. — Графиня, а разве они выступили на одной из сторон конфликта? Каждый правитель ищет выгоду, они ничем не хуже ни одного из нас. Ведут собственную игру, но выйдут ли победителями — большой вопрос. Кстати, не думаете же вы, что влиятельный контрабандист действовал только в личных интересах, на свой страх и риск? Он не настолько глуп, чтобы ссориться с властями.

Журбер неопределенно пожал плечами. Я тоже не стал комментировать слова северянина. Загор действительно нам помог, а его настоящие мотивы не очень понятны. Но он не сделал ничего, что было бы можно расценить, как подрыв действующей власти. Нас в самом деле ждали во дворце горцев, но никто не хотел ссориться с нашими преследователями. Почему? Скорее всего, не чувствовали, что Журбер и Иштания способны их сильно заинтересовать.

— Господин Северус, так что вы собираетесь предложить? — поинтересовался я, устав ходить вокруг да около.

— Я сдержу слово и провожу вас в любое указанное вами место, — спокойно ответил тот, но уточнил: — Разумеется, если мне и моим воинам не будет угрожать опасность. Но предварительно, вы одобряете мой брак с Сарикой. При первой возможности, мы с ней обвенчаемся. Торжество же устрою у себя на родине. Если захотите, то готов васпринять в качестве гостей и обеспечить безопасность.

— И на этом все? — я устало потер висок.

— А вы хотите большего? — хмыкнул канцлер. — Айлексис, будьте реалистом. Уже давно мог бы решить этот вопрос силой. Вы же слышали о стычках с теми, кто преследовал бегство вашего отряда из дворца горцев.

— Хм, господин Северус, это неплохое предложение, но есть несколько «но», — медленно произнес я. — Первое — мнение самой Сарики. Второе — как вы дадите какие-то гарантии, если продолжите боевые действия? Мы, скорее всего, отправимся в Айлевирское герцогство, которое принадлежит мне, но там ваши войска, совместно с племенами орков продолжают наступление.

— Выберите другое место, — пожал плечами канцлер северян.

Я вопросительно посмотрел на Журбера. Тот сидит хмурый и насупленный. Графиня Вилар заметно нервничает и продолжает злиться, скорее всего, на меня. Интересно, а она уже пообщалась со Свенией? Если да, то что ей рассказала баронесса? Черт, все так запуталось, что не представляю, как разрулить. Еще и предложение бывшего главы тайной канцелярии выбило из колеи.

— Скажите, господин Северус, а каковы настоящие мотивы этой войны? — медленно произнесла Иштания.

— Графиня Вилар, — чуть улыбнулся тот, — итог, как и мотив, сделать жизнь своих подданных лучше, а империю сильнее.

— Общие слова, — поморщилась дочь императора.

— И тем не менее это так, — хмыкнул канцлер северян.

Похоже, переговоры зашли в тупик. Надежды Журбера не оправдались, что не удивительно. Пожалуй, следует занять позицию Иштании. Для нас это окажется лучшим выходом. Однако, спешить говорить об этом не стал. Попросил паузу в переговорах, к которым лучше подготовлюсь. Условились встретиться вечером, сразу после ужина.

Глава 14 ВЫДЕРЖКА У КАЖДОГО СВОЯ

События глазами графини Вилар.

Нет, графу Айлексису однозначно повезло! Не успела ему все высказать, канцлер приперся, что б ему черная кошка дорогу перебежала. Но каков наглец, нет, не северянин, хотя и тот не лучше. Еще и Журбер раздражает! Нет чтобы помочь, так он сидит и прямо-таки млеет от удовольствия, выслушивая как я ругалась. Но, о чем это говорил бывший глава тайной канцелярии? Какой еще мой союз с графом! Какое к чертям замужество? Для этого ли с таким трудом унесли ноги из дворца горцев? Герцог слишком много думает, а еще на фоне усталости точно разумом повредился. Говорит, что Айлексис приобрел какие-то там высшие магические способности? И что с того? Господин Журбер давно при императорском дворе не общался. Там такие гадюки с кобрами, что не поможет никакая магия. Ну, если только постоянно не поддерживать купол, которым граф нас в горах с баронессой накрыл. Кстати, еще и Свения как-то смущенно меня встретила. Почти мгновенно сбежала, а Гаррай хоть и обрадовался, но мрачен и расстроен. Что-то у них тут произошло, надо бы об этом разузнать. Ничего, припру подругу к стенке, расскажет, никуда не денется. А следить за словесной баталией графа и канцлера интересно. Оба друг друга стоят и не собираются идти на уступки. Почему-то мне не понравилось, что Айлексис собрался пообщаться с моей служанкой. Сарика пару раз намекала, чтобы я перестала себя накручивать и к графу проявить благосклонность. Мол, все же видят, что он нравится и не только мне. Кстати, сама она на него претендовать отказывалась, признавалась, что ей нравятся мужчины чуть старше.

— После того, как завершатся переговоры с канцлером северян, мы обсудим наше дальнейшее взаимодействие, — сразу, как только Северус ушел, сказала я, встав с кресла.

— А разве есть варианты? — задумчиво спросил Журбер.

— Конечно, их много, — ответила я, сделав вид, что меня это не волнует, беспечно отмахнувшись.

Айлексис промолчал, а если бы что-то ответил, то я бы ему напомнила о том, как он поступил. И, вообще, граф пока не понял, как виноват! Надо же было додуматься меня отправить в безопасное место, а самому так рисковать. Пусть еще скажет спасибо, что выглядит неплохо. Я бы даже сказала — посвежевший, возмужавший и… Стоп! Что-то не в ту степь меня потянуло. Что за мысли? А еще он не очень-то возражал, о том чтобы заключить со мной союз. Как бы это выглядело? Да почти так же купи меня кто-нибудь, ну, не меня, а тот статус, который принесет будущему супругу такой брак. Но с чего бы об этом заговорил Журбер? Нет, он в двух словах объяснил, однако, неужели не понимает, какие трудности возникнут. Это будет такая головная боль, что просто рехнусь! Ну, с фрейлинами справлюсь на раз, отправлю всех в монастыри, а если кто-то посмеет возразить, то в мужские! Так, во внешней политике разбираюсь плохо, это оставлю графу, а вот как живут обычные люди, мне отлично известно. А что, если дети пойдут?

— Графиня, вам не хорошо? — донесся до меня вопрос Айлексиса. — Смотрю вы дышите тяжело и покраснели вся.

— Это от гнева, — выдохнула я и сбежала из кабинета.

Действительно, воздуха не хватает, а злюсь сейчас исключительно на себя. Как могла допустить даже намека на такие мысли? Почему задумалась и представила графа в пижаме и тапочках. Ужас! Не хватало еще, чтобы он во сне вновь приходил. Э-э-э, признаю, случалось такое, но он выступал не в качестве моего супруга. Нет-нет, такого мое воображение не сумело показать.

— Так, успокоилась! Глубоко вдохнула и выдохнула! — сама себе сказала, приложив в горящим щекам ладони. — Или напомнить о том, как он поступил? Мерзавец! А Журбер старый интриган. Думаю, он все это затеял, чтобы мной перестали интересоваться. Вряд ли, но если окажусь в замке Айлексиса, окруженного воинами герцогства, то добраться до меня окажется сложно.

И все же, не укладывается у меня в голове, что бывший глава тайной канцелярии сделал ставку на, пока еще, графа. Для меня это далеко не худший вариант, признаю. Однако, его поступки начинают бесить.

— К тебе можно? — открыла я дверь в покои баронессы.

— Заходи, — улыбнулась Свения. — Надеюсь, расскажешь, что происходило при дворе горцев. Честно говоря, сильно за тебя переживала и жалела, что рядом нет.

— Ничего страшного, я справилась, — улыбнулась подруге, проходя и устраиваясь на небольшом диванчике. — Как насчет вина? Нам есть что друг другу рассказать. А еще мне нервы надо успокоить.

— Пить с утра, да еще после тяжелой дороги? — поразилась баронесса, нахмурилась и кивнула: — Знаешь, а наверное, ты права. Подожди минутку, позову подавальщицу, чтобы та нам стол накрыла.

Баронесса поспешно вышла, мне даже на секунду показалось, что она сбежала. Но, нет, вернулась минут через пять, неся бокалы и бутылку вина.

— За встречу и удачу, которая от нас не отвернулась, — провозгласила Свения.

— Надо в храме богине Тюхе свечи поставить и поблагодарить, — согласилась я.

Мы выпили, я вкратце попыталась рассказать, что происходило после нашего вынужденного с баронессой расставания. Как меня Айлексис отправил в поселение, а потом и во дворец к горцам. При этом только сейчас вспомнила! Забыла графу предъявить, что тот меня фактически к этому принудил. Каким-то образом воздействовал на мой источник, а тот хозяйку предал. Ладно, разберусь и с этим вопросом, попляшет у меня граф, ох попляшет! Заставлю прощение просить, но когда он на это пойдет, то не приму извинения. По-детски? Возможно, но сближаться с гадом не желаю.

— Теперь твоя очередь, — посмотрела я на баронессу, отпивая из бокала.

В этот момент пришла подавальщица, принесла нам закусок и еще одну бутыль с вином. Не уверена, скорее всего из-за нервов, усталости или злости, но я прилично уже к этому времени опьянела. И ведь всегда считала, что вино только усугубит ситуацию, не позволит адекватно думать и принимать решения. Ну, эта мысль у меня пару раз мелькнула, а потом пропала. Да и Свения искренне радовалась встрече, как и я ей.

— Должна была встретиться с одним из людей Журбера, — начала рассказ баронесса. — Угодила в ловушку и нас с Гарраем спеленали, как слепых и беспомощных котят.

— За кошек! — провозгласила я тост и удержалась, чтобы не икнуть.

Мы чокнулись, при этом баронесса отпила немного, а я ополовинила бокал.

— Ты бы не напивалась, — сказала Свения, но потом продолжила: — Поместили нас в подвал трактира. Угрожали и, знаешь, они не шутили. Кстати, целью была ты, граф Артон прямо заявил, что когда тебя поймает, то силой возьмет, заставит выйти за него замуж, а потом, как и меня, отдаст на потеху наемникам. Чтобы я этого избежала, требовалось рассказать, как тебя захватить.

— Но ты промолчала, — немного протрезвев, утвердительно и благодарно ей кивнула.

— Да, — подтвердила Свения. — Не знаю сколько прошло времени, но потом раздался страшный грохот и треск, поднялась пыль и запахло гарью. Думала — задохнемся или заживо сгорим. Но, нет, Айлексис пришел. И, знаешь, он выглядел очень эффектно. По его контуру пробегали вспышки молний с искрами, ладони излучали свет и на одной переливался огненный шар. Гаррая и меня граф заключил в защитный купол. Уже когда он нас почти вывел из стремительно разрушающегося трактира тогда-то я увидела, что все не так и хорошо. Айлексис получил ранения и ожоги. В его плече и животе застряли арбалетные болты, часть лица покрылась ожогами. Тогда еще не знала, что весь его торс имеет множественные повреждения. А еще, он вычерпал свой источник, в этом готова поклясться. Но меня и лейтенанта не бросил, спас! За это ему очень благодарна.

— А дальше? — вцепилась я в бокал, воочию представляя, как все происходило.

Словно подтверждая мои мысли, баронесса продолжила:

— Не представляю, какую Айлексис на тот момент испытывал боль. Впоследствии, целители, которые его пытались лечить, удивлялись, что он не умер от боли. В какой-то момент граф не имел возможности пользоваться магией.

Мы одновременно с баронессой выпили. Свения вздохнула, передернула плечами и продолжила:

— А потом потянулись и вовсе тяжелые дни. Он умирал, то метался в агонии, бредил, то лежал пластом, не двигаясь и чуть дыша. Но, — она улыбнулась, — как ты успела увидеть, он выкарабкался. При этом ни один целитель так и не залечил его ранения. Все, на что их хватило — извлечь болты. Организм графа даже отказывался принимать жизненную силу. Вот тогда-то я пожалела, что ты далеко. Уверена, твою энергию его источник не отринул бы.

— Но он меня сам отправил на продажу, — поморщилась я и сжала кулаки.

— Посчитал, что спасешься, — спокойно сказала баронесса, а потом утвердительно продолжила: — Ишта, ты здесь, со мной сидишь, значит граф не ошибся. Он выполнял свой долг перед императором. С тобой же ничего дурного не произошло, если не считать пару неприятных моментов.

— И ты туда же⁈ — нахмурилась я. — Свения, прости, но лучше бы я оказалась в том подвале. Неизвестность зачастую хуже реальности. Начинаешь медленно сходить с ума, когда ничего не в состоянии сделать или изменить.

— Но ты не только на Айлексиса продолжаешь гневаться, но и на себя, — утвердительно покивала подруга.

Да, в этом она права, но виноват во всем граф и точка!

— Что дальше-то? Граф абсолютно здоров, а от него стало веять намного большой силой, перед тем, когда он меня от себя отослал, — произнесла я, а потом разлила остатки вина по бокалам.

— Да в общем-то ничего, — отвела взгляд баронесса. — Очнулся, привел себя в порядок, залечил повреждения и вот мы здесь.

— Что-то ты недоговариваешь! — обвиняюще ткнула пальцем в подругу.

— Все так и было, — твердо ответила та и почему-то покраснела.

— Не верю, — нахмурилась я. — Он не мог один справиться с теми ранами, которые получил. Ну, если только ты сильно преувеличила.

— Граф почти сам себя излечил. Он клал свои ладони на поврежденные части тела, а из-под пальцев шел сперва тусклый свет, потом разгорался и наконец начинал светить голубым. Всего и требовалось вовремя прервать сеанс, а то его кожа оказывалась слишком тонкой, совсем как у новорожденного.

— И откуда тебе известны такие подробности? — озадачилась я, а потом забормотала: — Телесный контакт целителя и больного, требуется концентрация магии через кожу. Слышала про такое, но что-то не сходится, — покачала головой, пытаясь поймать ускользающую мысль. — Спина! Как он спину-то мог излечить?

— Он попросил меня помочь, — отвела взгляд баронесса.

— Тебя? Пропуская свою магию через твой источник, — догадалась я и мысленно улыбнулась, что разгадала, как Айлексис себя излечил.

Надо отдать графу должное, это очень сложно, можно сказать невозможно. При этом заклинания вызывали в баронессе шквал эмоций, этого при таком лечении не избежать. Перед глазами встала картинка, как все происходило. Вот граф повернулся спиной к баронессе, на нем только широкие штаны, а спина вся покрыта ожогами. Свения осторожно прикладывает ладони к поврежденным участкам тела, раз за разом, снова и снова. И вот граф уже здоров, а их источники сплелись, пьют друг из друга магию и жизненную силу. Между парнем и молодой девушкой возникает напряжение. Они не в силах друг от друга оторваться, им необходимо погасить магическую страсть. И ничего не остается другого и важного. Нет, они могут сопротивляться, но это бессмысленно. Своего рода такой откат. Или все же нашли в себе силы и погасили желание, не предавшись любовным утехам? А ведь баронесса посматривала на графа, да и тот проявлял к ней внимание и такт. Спросить или нет, что у них дальше произошло? Вино еще, как на грех закончилось. Но с чего бы мне так стало обидно?

— А что у тебя с Гарраем? — перевела я тему, так и не решившись узнать подробности. — Мне показалось или с лейтенантом поссорилась?

— Он так и не сделал первый шаг, а когда я попыталась, то отверг меня, — произнесла баронесса и задумчиво продолжила: — Не знаю только, плохо это или хорошо.

— Пойду-ка я отдохну, голову от выпитого кружит, — встала я с диванчика и покачнулась. — Нет-нет, не провожай, тут рядом, — отмахнулась от Свении, которая подскочила, чтобы мне помочь. — Если что, то Сарика поможет, она пока еще моя служанка.

Вышла в коридор и прислонилась к стене. Почему-то по щекам потекли слезы. Я осознала, что граф мог погибнуть, а еще то, что он действительно гад. Нет, предложение Журбера ни в коем случае принимать нельзя. А если Айлексис обидел подругу, то за это ответит. Может пойти ему все же лицо расцарапать? Так ведь он его на раз исцелит!

— И что с того⁈ Зато поймет, что на нем белый свет клином не сошелся! — произнесла я и обвела взглядом покачивающийся коридор.

Где-то тут должны находится покои графа. Он сейчас наверняка там. Нельзя медлить, необходимо ему за свои поступки ответить.

* * *

Повествование от лица графа Айлексиса.

Иштания ушла, я остался один с герцогом, который чем-то озабочен, но его аура излучает уверенность и спокойствие. Журбер чуть усмехнулся и спросил:

— Граф, что обо все этом думаете?

— Если речь про канцлера северян, то он опасный противник, — спокойно ответил я, а потом добавил: — Не хотел бы видеть его среди врагов, но на сегодня он, по факту, таковым является. Если не Сарика, то помощи от него не дождались, наоборот, Северус нам доставил бы проблем.

— Соглашусь, — кивнул герцог. — Но спрашивал о другом. У нас появилась возможность выйти из сложившейся ситуации с минимальными потерями, а то и оказаться в плюсе. Я говорю не о нашем шатком положении, а об империи. Разумеется, это касается и вашего герцогства. Вы же понимаете, что, не получив власть, не получится сосредоточить единую силу и сплотить вокруг себя армию и отряды аристократов.

— Реакцию графини Вилар вы наблюдали, — пожал плечами. — Она не горит желанием идти на такой шаг, а принуждать ее не хочу. Честно говоря, то не понимаю, как вы собираетесь реализовать тот план, по которому моя женитьба на девушке позволит занять место императора. Даже если представить на мгновение, что таковым себя объявлю, кто-то поддержит, то усидеть долго не смогу. Нет команды единомышленников, доверять смогу ограниченному кругу лиц, — отрицательно покачал головой, а потом добавил: — Думаю, следует сосредоточиться на малом, а не гоняться за журавлем в небе.

— Не спешите отказываться, — попросил герцог. — Сомнения понятны, но, поверьте тому, кто в этом вращался и знает все изнутри. Ваша неожиданная кандидатура устроит даже тех, кто рвется к власти. Большинство обрадуется, что появилась промежуточная фигура в такое смутное время. Да, посчитают, что долго не задержитесь, легко и при первой возможности сместят, а пока пусть возьмет на себя ответственность и спасет империю и хотя бы не даст ее развалить. Не получится — ответит. Однако, за отведенное время, сумеете укрепить власть и перетянуть на свою сторону влиятельные силы.

— Журбер, не нравятся мне ваши слова, — хмыкнул я. — Не чувствую, что собираетесь во всем этом участвовать. Неужели вздумали умыть руки?

— С чего бы такой вывод? — отмахнулся герцог. — В роли советника буду при вас и Иштании. Восстановлю былое могущество тайной канцелярии и найду на пост главы достойного, кому сможете доверять.

— Нет, вы займете место канцлера, который будет отвечать за внешнюю и внутреннюю политику. Под вашим началом окажутся тайные службы. И как вы организуете их работу меня мало интересует. Должность верховного мага будет упразднена. Казна перейдет в мое распоряжение, как и управление войсками. Любые реформы, какими бы странными они не выглядели, вы поддержите. И, да, разумеется, потребуются магические клятвы верности, подчинения и преданности от каждого, кто окажется вхож в ближний круг. На таких условиях еще могу подумать, — я попытался перечислить требования, под которыми ни один здравомыслящий человек в империи не подпишется.

Журбер буркнул себе под нос, что-то вроде наглых нынешних молодых людей, которые берега попутали и никого не уважают, условия диктуют и ультиматумы ставят. Мой собеседник не сразу нашелся с ответом, но все же сказал:

— Айлексис, все ваши требования обсуждаемы, компромисс обязательно найдем.

— С чего бы мне что-то доказывать и пытаться выпрашивать? — хмыкнул я. — Нет, это основные параметры нашего с вами возможного соглашения. Прошу не забывать, что не горю желанием разгребать проблемы в империи, которые остались и после вашего участия. И не стоит говорить, что давно отошли от дел. Уверен, все-то вы видели, знали и понимали, но предпочитали наслаждаться жизнью и не вмешиваться. И, напомню, ни я, ни Иштания, пока не нашли точки соприкосновения. Девушка отказывается приносить себя в жертву ради высокой цели, а на меня злится и вряд ли поддержит какие-нибудь начинания.

Герцог потер щеку и нахмурился. Ему не понравились мои условия. Это ему далеко еще не все требования выставил. Часть из них и вовсе, как мне кажется, невозможна. И торговаться не собираюсь! Об этом и сказал:

— Разумеется, это далеко не все, полный перечень оглашу, когда перечисленные пункты примите. И первый, это каким-то образом заручиться согласием графини.

— Иштании некуда деваться и она об этом знает, — хмуро произнес герцог. — Она, конечно, попытается выставить свои требования. Айлексис, не поддавайтесь ей, а с остальным, попытаюсь быстро уладить.

Что-то мне не нравится подход бывшего главы тайной канцелярии. Он не собирается от своего плана отказываться. Не удивлюсь, если уже каким-то образом разослал вестников и начал подготовку.

— Не желаете перекусить? — сменил я тему, давая Журберу понять, что желаю получить передышку.

— Спустимся в зал трактира, — согласился тот со мной.

Мы покинули мои покои, если их так можно назвать, все же остановились в скромном трактире. В зале меня горячо поприветствовало несколько воинов из нашего отряда. Кивнул в знак приветствия Гаррай, который что-то обсуждал со своим заместителем. Гунбарь хотел подойти, но его Марика не пустила. Похоже, белошвейка догадалась, что мы с Журбером обсуждаем важные дела. А вот ни графини, ни баронессы, ни Сарики, ни канцлера северян в зале не обнаружилось. Как и ни одного из воинов господина Северуса. Оказалось, что отряд северян разбил лагерь, часть воинов заступила на боевое охранение, а остальные отдыхают. Об этом сказала подавальщица, подошедшая принять заказ.

— Загор обещал, что одна или две шхуны скоро прибудут, — сказал я, жуя воздушный омлет. — Думаю, нам не стоит здесь задерживаться.

— Согласен, — коротко ответил герцог. — Но вопрос с канцлером необходимо до этого уладить.

— В большей степени зависит от позиции Сарики, — подумав, сказал своему сотрапезнику.

— Она сомневается, — буркнул Журбер, подумал и добавил: — При этом уже пытается учесть интересы будущего супруга. Не так она проста, как кажется.

— И это правильно, — одобрительно покивал я. — Иначе она с Северусом недолго в браке проживет. Пусть и избранная по обряду, но если канцлер в ней начнет сомневаться, увидит глупые поступки, то быстро разочаруется. Ладно, пойду ее отыщу и переговорю.

Я встал и направился на второй этаж, предварительно узнав у трактирщика, где поселили Сарику. Та делит номер с белошвейкой, но Марика все еще в зале и о чем-то расспрашивает Гунбаря. Телохранитель собирался ко мне подорваться, даже вскочил со своего места, но я ему сказал:

— Знаю, тебе есть о чем рассказать, но сейчас занят, найди меня позже, а пока отдыхай.

Тот кивнул, а я направился на второй этаж, мысленно вспоминая разговор с канцлером и гадая, как бы с ним прийти к компромиссу. Мои планы оказались нарушены графиней Вилар. Та, покачиваясь стояла перед дверью в мой номер, размахивала руками и что-то бубнила, заплетающимся языком.

— Иштания, когда и с кем вы так напились? — подошел я к девушке.

— Ты?.. Ик… — она ткнула в мою грудь пальцем и глубокомысленно произнесла: — Ты.

— Я, — покивал ей, открывая дверь, — проходите, будет нехорошо, если кто-то вас увидит в таком состоянии.

— Каком таком? — хмыкнула девушка. — Граф, вы наглец, сволочь и гад! — выдала она. — Сейчас вам все скажу!

— Обязательно, — взял ее за локоть, услышав чьи-то шаги на лестнице. — Проходите.

Завел графиню к себе, успев увидеть, как в коридоре показался Гаррай. Так, если Ишта пила со Свенией, а лейтенант идет к последней, то ничего хорошего из этого не получится.

— Посидите здесь, — поспешно подвел Ишту к диванчику. — На пару секунд отлучусь.

— Без проблем, так даже лучше, — пробурчала графиня.

Я поспешно вышел и окликнул лейтенанта, который уже занес руку, чтобы постучаться в номер баронессы.

— Гаррай, для тебя есть задание.

Тот оглянулся, а потом подошел ко мне.

— Слушаю, господин Айлексис.

— Проверь расположение северян, что они делают и не замыслили чего. Уточни у местных, когда прибудут корабли. Загор обещал, что те окажутся здесь сегодня, но у меня нет в этом уверенности. Выдели из отряда пару человек для охраны трактира, чтобы в случае непредвиденной ситуации сразу подняли тревогу, — сказал я и уточнил: — Вопросы?

— Наши воины уже несут дежурство, об этом позаботился ваш телохранитель. Он же ходил в лагерь отряда канцлера. Там все спокойно. А корабли… — договорить ему не позволил, перебил:

— Перепроверь, Гунбарь мог чего-нибудь не заметить.

— Хорошо, — не стал оспаривать мою просьбу тот. — Могу идти?

— Ступай, — махнул ему рукой и дождался, пока он не стал спускаться по лестнице.

Надеюсь, Свения не так сильно напилась, как подруга. Интересно, о чем дамы беседовали и почему так поступили? Хотя, Ишту еще могу понять, ей потребовалось снять нервное напряжение. Но, все равно, глупо вином заливать боль и печаль, ни к чему хорошему это никогда не приводило, только создавало больше проблем.

— А вот этого точно не ожидал, — ошарашено произнес, заходя в свой номер.

Глава 15 ВОИНСТВЕННАЯ ГРАФИНЯ

Смотрю на воинственную графиню и улыбаюсь, стараясь не рассмеяться в голос. Ну, честно, такого даже представить не мог! Ишта, с прищуром на меня смотрит, меч в руке сжимает, острие которого в паре сантиметров от моей груди. И все бы ничего, да только платье девушка сняла, осталась в очень нескромных панталончиках и короткой прозрачной нательной рубахе.

— Не замерзнешь? — посмотрел на маленькие ступни графини.

Один сапожок валяется на диване, прямо на платье, а второго сапога не видно, при этом комната в номере хоть и просторная, но мебели почти нет. Спрятать тут что-то проблематично. Хотя, Ишта могла побывать в кабинете или в ванной комнате.

— Не дождешься! — хмыкнула девушка и, словно цапля, поджала одну ногу и буркнула: — А и правда холодно.

— Скажи, а как понять твой вид? — склонил я голову к плечу. — Кстати, ты похудела.

— А как тут не сбросить вес? Никаких нервов не хватает!

— Рука не устала? — спросил девушку.

— Не-а, — помотала та головой, при этом забыв, что опирается только на одну ногу.

Равновесие не удержала, стала заваливаться, при этом мне пришлось уклониться от кругового движения клинка. Зазевайся и лишился бы головы, а так только рубаха порвалась, да на груди выступило несколько капель крови. Хулиганку поймал, меч отобрал, на руки взял и понес в спальню.

— Тебе больно, прости, случайно получилось, — почти трезвым голосом, произнесла графиня, на глазах которой показались слезы.

— Все хорошо, ты в безопасности, мне не больно, — ответил ей и положил на кровать.

Ишта вцепилась в мою порванную рубаху, провела ладонью по отставленной клинком царапине и спросила:

— Так ты почти мой супруг, правильно?

Нет, она все же пьяна и сильно, об этом говорят сменяющиеся всполохи эмоций в ее ауре. Впрочем, тут даже далеко не надо ходить, достаточно посмотреть на неадекватные действия. Даже не представляю, какие у нее мысли в голове.

— Не совсем, — отрицательно покачал головой.

— Это почему? — возмутилась та. — Если Журбер чего-то задумал, то отвертеться от этого не получится! Так лучше раньше, чем позже. А еще, — она понизила голос, — я сегодня напилась, плохо отдаю отчет своим действиям. Знаешь, ты действительно гад, в этом еще раз убедилась. Взял меня и в спальню принес. Что ты задумал?

— Думаю, тебе следует поспать, — произнес я, осторожно перехватывая тонкие запястья и пытаясь свою рубаху освободить из захвата.

— Ну и ладно, не больно-то и хотелось, — надулась графиня, оттолкнула меня и с головой укрылась одеялом.

Как бы не задохнулась, попытался поднять край одеяла, но Ишта надумала меня лягнуть. Еще и что-то пробурчала невразумительное. Поразмыслив, поставил на ауру графини сигнальный маячок. Если девушке станет плохо, то об этом магия сообщит. Правда, радиус заклинания небольшой, хотя вроде бы оно простенькое и не энергозатратное. Не удивлюсь, что есть другой, более надежный способ отслеживания нужного человека и его эмоций, однако, мне он незнаком.

— Вырубилась, — выдохнул я и задался вопросом: — Так и что же это было?

Убивать меня она вроде не очень-то хотела. Намекала, что готова отдаться? Ну, в ней говорит обида, еще неизвестно о чем она с баронессой беседовала. И, кстати, а почему ее Свения не остановила или не проследила? Неужели не разобралась, в каком состоянии та, за кем должна присматривать и еще является подругой?

— Баронесса, вы в порядке? — постучал я в дверь номера Свении.

— Айлексис? — открыла та мне. — Что-то случилось?

Хм, девушка не пьяная, но волосы мокрые, от нее чуть слышен запах вина. В ауре есть следы недавнего опьянения, но сейчас ее мучает головная боль.

— Исцеление не помогает, — догадливо констатировал я. — Помочь? — попытался дотронуться пальцами до ее висков, но баронесса отшатнулась.

— Граф, не стоит, иначе это плохо закончится, — покачала головой.

— У меня в номере, под одеялом, полураздетая, спит твоя подруга, — сказал баронессе, а потом объяснил: — Она мне мечом угрожала, даже ранение нанесла. Кстати, ты залечить не поможешь? — попытался войти в номер, но Свения с места не сдвинулась.

— У тебя нет сильных повреждений, не обманывай, а если поцарапался, то не пытайся строить из себя маленького мальчика.

— Что насчет поведения графини Вилар?

— Довели девочку до белого каления, а теперь спрашиваете? Насколько поняла, Журбер ее огорошил, а ты не поддержал и, вообще, с тобой она потом еще разберется и все выскажет. Нет, все понимаю, но примерно зная, что ждет несчастную при дворе горцев, ты ее туда отправил. Сам подставился, а обещание защитить не выполнил, — немного сбивчиво объяснила баронесса. — Думаю, будет тяжело вернуть ее расположение.

— С больной головы на здоровую не перекладывай, — поморщился я. — Повторись все сначала, поступил бы также. Ладно, твоя позиция понятна, позже поговорим, — махнул рукой в сторону, появившейся в коридоре Сарики: — Подожди, поговорить хочу.

— Спустись с ней в зал трактира, канцлер слишком ревнив, — шепнула баронесса, подумала, потупилась и буркнула: — Потом, если захочешь, приходи, посмотрю твою рану. Кстати, почему ее сам не залечишь? — она посмотрела на меня, а потом покачала головой: — Так это предлог или желаешь у Иштании с его помощью добиться прощения?

— Ни о чем таком не думал, — покачал головой и добавил: — В общем-то, идея неплоха, пожалуй, возьму ее на вооружение.

Развернулся и направился к дожидающейся меня служанке Ишты. Девушка заметно нервничает, в ее ауре испуг, но при этом она в себе уверена.

— Чего-то боишься? — как бы невзначай поинтересовался я, когда уселись за столик и сделали заказ.

— Волнуюсь, — не стала та отказываться.

— Из-за того, как себя канцлер ведет?

— Северус хороший, мы с ним пара, — невозмутимо ответила девушка.

— Тогда что? — не понял я Сарику.

— Госпожа в растрепанных чувствах, она никак не поймет, что с ней, — служанка графини усмехнулась, словно старше Ишты на десяток лет.

— А ты знаешь, что с графиней?

— Возможно, — пожала плечиками девушка, — но гадать занятие неблагодарное. Думаю, вы позвали меня не обсуждать мою госпожу. Хотите, чтобы повлияла на канцлера. Предупреждаю, если это нанесет ему вред, то ничего делать не стану и все Северусу расскажу.

— Нет, сейчас меня интересуешь ты, — сказал я и поняв двусмысленность фразы уточнил: — Что чувствуешь к канцлеру северян и по доброй ли воли согласна быть с ним?

— Уже говорила, мы пара, это мне канцлер продемонстрировал, — спокойно ответила Сарика. — Наши источники уже сделали прочную связь между собой. Осталось несколько моментов, которые необходимы, и мы будем одним целом, но в разных лицах. Знаете Айлексис, это волнительно и немного страшно.

— Значит, ты хочешь за него замуж, — подвел я итог.

— Не уверена, — неожиданно огорошила меня та. — Предпочла бы через год, а то и два взять на себя ответственность быть хозяйкой дома Северуса. Боюсь, многое еще не знаю и мне надо подучиться.

— Сарика, опять ты за свое, — вздохнул за ее спиной канцлер.

— Когда это вы подошли? — озадачился я, мысленно себе попеняв, что расслабился и не отслеживал в магическом свете происходящее вокруг.

Точнее, приоритет отдаю графине, которой то жарко, то холодно, словно скидывает с себя одеяло, а потом им укутывается.

— Не заметили? — удивленно спросила Сарика. — Господин Северус подслушивает чужие разговоры почти сразу, как мы оказались за этим столиком.

— Присяду? — поинтересовался тот, не став опровергать слова девушки и не подумав извиниться.

Вполне возможно, окажись на его месте, то действовал аналогично.

— Да, нам есть что втроем обсудить, — согласился я с канцлером.

От меня не укрылось, что ауры мужчины и девушки потянулись друг к другу. При этом сидящие за столиком еще не спали вместе. Нет, могли ночевать рядом, но интимной близости не имели.

— Канцлер, скажите, как вы, точнее, — я чуть запнулся, но потом продолжил: — Нет, не только вы, Северная империя отреагирует, если я попытаюсь занять место Волтура?

— В зависимости от ваших решений, — невозмутимо ответил Северус и продолжил: — Честно говоря, это был бы лучший выход из затяжного кризиса власти в Каршанской империи.

Не желает он прогнозировать реакцию своего правителя и давать обещания.

— А что насчет перемирия? Или войска северян продолжат выполнять поставленную задачу? — задал еще вопросы и внимательно стал отслеживать ауру Северуса.

Сарика же хмурится, скрестила руки на груди и сдерживает себя, чтобы не вспылить. Хм, похоже, избранница канцлера недовольна его ответами.

— Айлексис, на текущий момент разговаривать об этом преждевременно. Необходимы определенные уступки, которые устроят все стороны. Открою небольшой секрет, — он посмотрел на свою избранницу. Похоже, собрался успокоить Сарику. — Инициаторами того, что происходит были горшанцы. Именно они задумали раздробить Каршанскую империю. И, нет, в их планы не входило, что ваша территория достанется нам. Горцам же такой расклад не понравился, точнее, возможный новый сосед. Не буду всего рассказывать, но чем больше наши войска захватят территорий, тем меньше их достанется горшанцам.

— А орки? — чуть слышно поинтересовалась девушка. — Они не станут просто так воевать.

— Такова жизнь, — развел руками канцлер. — Трофеи, как и потери в войне обязательный атрибут.

За столиком воцарилась тишина. В общем-то, понятно, чего северяне добиваются. Их союз с племенами орков временный, но если вожди и шаманы поведут себя правильно, то такой альянс будет долгим и перспективным. Сейчас они захватывают территории, а потом будет противостоять горшанцам.

— И что, никаких вариантов? — поинтересовалась Сарика.

Северус промолчал, его позиция понятна, он выступает в качестве одного из победителей. С какой радости пойдет на уступки? Из-за девушки? Ну, ей он легко объяснит, что действует из благих намерений, чтобы как можно меньше каршанцев попали в рабство к горшанцам. За орками же будут приглядывать, чтобы те совсем уж не беспредельничали. С десяток аргументов нашел, чтобы Северус в глазах Сарики стал чуть ли не нашим спасителем. При этом он уже делом это показал, пойдя на риск из-за графини Вилар. Кстати, как она там? Мысленно потянулся к источнику Ишты. Девушка спит и ей ничего не угрожает.

— Пока безвластие в Каршанской империи, то поделать ничего не могу. Нет той силы, с которой мог бы обсуждать какие-либо условия, — пожал плечами канцлер. — Но, обещаю, если такая появится, то отнесусь с пониманием и уважением. Допускаю даже то, что заключим не только перемирие, но и временный союз против горшанцев. Однако, сейчас нам следует обсудить другой вопрос, — он посмотрел на девушку: — Сарика, так что ответишь, согласна стать моей супругой? — Северус вытащил из кармана витое кольцо с бриллиантом, заключенным в ободок, напоминающим миниатюрную корону. — Примешь?

Девушка опустила глаза, пальчики перебирают оборки платья. Сарика чему-то улыбнулась, кивнула и сказала:

— Да, я согласна.

— Могу надеть? — хрипло произнес Северус.

И вновь девушка коротко произносит:

— Да.

— С этого момента, ты официально становишься моей невестой, — улыбнулся канцлер северян, держа в руках ладошку девушки. — Тебя никто из северян не посмеет обидеть.

Мог бы этого и не говорить! Колечко-то — мощный артефакт, в ауре Сарики появилась странная метка, напоминающая морду белого волка. А Северус-то похоже один из высших магов, вдруг осознал я. Если прав в своих подозрениях, то понятно, что он ничего и никого не боится. Уверен, стихия холода его основной дар. Пожалуй, в открытом противостоянии ему проиграю, опыт и умения не на моей стороне. Хотя, могу и сюрприз преподнести. Мой защитный купол выдержал магический шторм, неплохо себя проявил в разрушающемся трактире. Но драться с северянином пока не собираюсь.

— Поздравляю, — улыбнулся я девушке. — Считаем, что помолвка состоялась.

— Осталось назначить дату свадьбы, — невозмутимо сказал канцлер. — Как насчет того, чтобы провести обряд на закате?

— Нет, — поспешно ответила Сарика. — Брачная церемония должна состояться в Каршанской империи, в одной из церквей. Но я не смогу этого сделать, пока не пойму, что Иштания в безопасности.

Северус чуть кивнул, внешне он никак не показал, что расстроен, но в его ауре я прочел разочарование и беспокойство. Правда, там не меньше и радости с торжеством. Уверен, канцлер предвидел такое условие, следовательно у него есть решение.

— Через неделю мы окажемся в Эйлине, рядом с родовым замком Айлексиса, — произнес Северус. — Как насчет того, чтобы там провести свадьбу? Предотвращая вопросы, дам гарантию, что Иштании ничего грозить не будет, если она сама опрометчиво не поступит.

— Подготовка, — сказал я за девушку. — Пошив платья и на остальные мелочи потребуется еще пара недель.

— Церемонию не будем афишировать и делать пышной, дабы не возникло недопонимание среди населения, — усмехнулся канцлер. — Дня три на отдых, когда окажитесь в безопасности. Два дня на празднование и после этого я с супругой уеду. Надеюсь, к этому моменту, — он жестко посмотрел на меня, — вы сумеете что-то предпринять и предложить, дабы наладить сотрудничество между нашими империями.

— Насчет сроков не уверен, — неопределенно ответил я, — но, в общем и целом, ваш план приемлем.

На этом мы и разошлись, Северус выразил желание прогуляться со своей невестой. При этом за ними отправилось трое воинов с севера, которые, насколько понимаю, теперь от девушки далеко не отойдут. Канцлер в телохранителях не нуждается, в этом не сомневаюсь. И, если разобраться, этот раунд остался за ним. Шантажировать его Сарикой я не захотел, да и не собирался. А что-то другое предложить не смог. Северус прав, нет смысла вести переговоры, если за спиной не имеешь реальной силы и даже номинального права решать те или иные вопросы. Как ни прискорбно, но придется отправляться к Журберу и составлять план действий. Надеюсь, у старого и хитрого лиса есть несколько задумок и комбинаций.

* * *

События глазами графини Вилар.

Проснулась от того, что замерзла. Пошарила вокруг и не обнаружила одеяла. В номере уже стемнело, следовательно на улице поздний вечер. Значит корабль, который обещал Загор, еще не пришел. В голове поселился дятел, в иносказательном, разумеется, смысле. А еще во рту противная сухость и привкус.

— Надо себя в порядок приводить, — буркнула и отправилась в ванную комнату.

Честно говоря, никак не вспомню, что произошло после нашей попойки с баронессой. Точнее, как оказалась в своем номере и легла спать. Почему-то еще и не переоделась, даже подвязки и те не сняла.

— Наверное устала, — посмотрела на себя в зеркало и буркнула: — Ну и личико!

Косметика размазалась, волосы, что то воронье гнездо, под глазами мешки. Скорее всего это из-за нервов и усталости. Так решила, а потом взгляд зацепился за бритвенные принадлежности. Медленно осмотрелась и прижала ладонь ко рту. Я в чужом номере, его точно снимает мужчина!

— Боги, — прошептала и к себе прислушалась.

На миг даже головная боль прошла, но в горле еще суше стало. Но, нет, ни с кем не переспала и это обрадовало. Хотя, меня не раз во дворце императора подпаивали, но в койку ни к кому не прыгала, даже одурманенная себя контролировала. Правда, почти все зелья на меня не действовали, а если такое и случалось, то за мою честь сражался источник.

— И что же случилось? — спросила себя, подавив первый порыв броситься бежать.

Воспоминания проявляются этакими обрывочными картинками. Чем их больше, тем краснее становлюсь и даже дрожать начинаю, но уже не от холода, а стыда.

— Чуть не убила Айлексиса, — шепчу, смотря на себя в зеркало, а потом и вовсе вижу, как собственные зрачки расширяются.

Это всплыл в памяти тот момент, когда пыталась графа соблазнить. Захотелось побиться лбом о стену. Остановило только то, что получу синяки и тогда каждый начнет указывать пальцем и за спиной шептаться.

— Так, а что еще произошло? — спросила саму себя, выходя из ванной комнаты, так и не приведя себя в порядок.

К моей радости, то ли ничего не было, то ли отключилась. Ну, мои возмущения Айлексисом и то что его обвиняла — не считаю чем-то из ряда вон выходящим. Давно ему об этом хотела сказать.

— Но я же не согласилась стать его женой? — задумчиво спросила вслух.

Вроде бы, нет, но не уверена. Стоп! Я же заявила, что почти его супруга, после чего его облапила! Получается, признала право Журбера за меня принять решение. Но граф же не делал предложения руки и сердца. Этот бесчувственный чурбан промолчал и даже оловянного колечка, — посмотрела на свои пальцы, — не соизволил подарить. Нет, он не только не высказал должного уважения, не извинился, но и вообще никак свое отношение к планам Журбера не высказал. Точнее, вроде бы даже против был.

— Пренебрег? Не захотел даже заключить фиктивный брак? — задалась вопросом и прикрыла глаза от стыда.

Получается, я-то возмущалась, когда бывший глава тайной канцелярии выдвинул план по взятию власти в империи, а выпив сразу с ним согласилась. Еще и на шею графу вешалась. Интересно, а почему моя магия промолчала? Что с ней-то не так? Наскоро оделась, но куда подевался второй сапожок — ума не приложу, все обыскала! Не мог же его Айлексис забрать. Подумав, решилась покинуть номер босиком, держа сапог в руке.

— Ты чего здесь? — отворив дверь, увидела сидящую в кресле Зурбу.

— Охраняю, — ответила та.

— Давно? — задала глупый вопрос.

— Сразу, как господин Айлексис велел, — невозмутимо ответила воительница.

— В курсе, что произошло?

— Вы устали, от нервного потрясения перенервничали и уснули, так граф сказал, — ответила телохранительница.

— Ясно, — покивала я. — А что Свения? Она как?

— Хотела к вам пройти, где-то полчаса назад, но я ее не пустила. Господин Айлексис никого к вам не разрешил впускать.

— А я выйти могу? — уточнила, надеясь, что не нахожусь под арестом.

— Конечно, — кивнула воительница, а потом понизила голос и посоветовала: — Но лучше этого не делать. Дождитесь графа и все с ним выясните. Сбегать и сторониться его не выход.

— Мне бы перекусить, — произнесла я и поджала ногу, ступня замерзла.

Сразу вспомнила, как недавно так же стояла перед графом. Господи, позор-то какой! Хорошо, что еще не додумалась полностью обнажиться. Ой, пыталась, да подвязки снять не смогла, для этого-то и меч взяла. Повезло, что не порезалась.

— Попрошу работницу трактира принести вам покушать, — сказала Зурба.

— Тогда останусь пока в номере графа, — отступила я внутрь комнаты и уже хотела закрыть дверь, но телохранительница уточнила:

— А больше ничего не нужно? У вас с собой вряд ли косметика найдется, да и наряд следует поменять, платье-то помялось.

— Принеси и не бойся, не сбегу, — буркнула я, а потом подошла к дивану и на него рухнула.

Подушка оказалась каменной, я даже поморщилась, а потом, под ней, обнаружила пропавший сапожок. Зачем его туда спрятала? Ответа наэтот вопрос найти не смогла. Вновь вернулась в ванную комнату, где приняла душ, а потом и переоделась в чистую одежду. Зурба выполнила мои просьбы и даже уже обед принесли. Нет, я могла бы спуститься в зал, но пока к такому испытанию не готова. Неизвестно, кто еще знает о моем поведении. Надеюсь, граф человек чести и не проболтается. Хотя, Журбер способен из него подробности вытянуть, но герцог об этом тоже не станет распространяться. Зато он получит на меня еще один рычаг давления.

— Но я-то уже все для себя решила, — криво усмехнулась.

Журбер прав, надо использовать призрачный шанс. Власть меня никогда не интересовала, как, похоже, и Айлексиса. Но расклад выпал такой, что или возвысимся, либо сгинем. При этом уязвима я, у графа есть возможность практически безболезненно выйти из этой ситуации. Максимум, что он потеряет — часть территорий своего герцогства. Будет платить налоги в казну северян или орков, вряд ли горшанцы что-то в Айлевирском герцогстве успеют захватить. Нет, Айлексис способен встать в позу и не приносить клятву верности тому, кто объявит себя победителем. Но в этом сильно сомневаюсь, слишком граф заботится о тех, кого считает своими. Понимаю, что даже когда он меня в столицу горцев отправлял с остатками охраны, то и тогда основная причина заключалась в моей же безопасности. И не его вина, что нас так встретили и решили меня продать тому, кто больше пообещает. Положа руку на сердце, за этим и проделали такой тяжелый путь. Так чего ропщу? Брак с Айлексисом мне выгоден со всех точек зрения. Даже и постель с ним не так противно разделить, как с тем же братом правителя горцев. Вот с тем бы ни в жизнь не легла, даже под страхом смерти. И, себе-то врать не хочу, граф мне нравится, немного так, совсем чуть-чуть.

— Но ему об этом знать не нужно, — строго посмотрелась в зеркало. — У нас деловые отношения и ничего личного.

Настроение приподнялось, когда приняла такое решение. Осталось продумать, как дать себя уговорить, да прикинуть, где и когда пройдет церемония бракосочетания. Кого на него пригласить, какой фасон платья заказать у портних. Даже не ожидала, что такие размышления окажутся приятны.

— И чему вы улыбаетесь? — раздался от входной двери голос Айлексиса.

— Разве вас не учили стучать в номер к даме, прежде чем входить? — ядовито ответила я, мгновенно закипая.

Боже, о чем это я? Но ведь граф меня из себя выводит. Стоит, улыбается, а при этом даже не подумал извиниться. Неужели не понимает, что бесит и из-за его поведения себя плохо контролирую и срываюсь? Вот и сейчас, так вилку сжала, словно это меч. Нет, надо как-то находить с ним общий язык.

Глава 16 У КАЖДОГО СВОЙ ВЗГЛЯД И ЦЕЛИ

С Журбером поговорили продуктивно, поспорили, по некоторым вопросам остались при своем мнении, но, в общем и целом, пришли к общему знаменателю. Как бы мне не хотелось, а, похоже, придется взваливать на себя непосильную ношу. Черт! Даже не верится, где я, а где император! А скажи мне о таком не так давно, то и вовсе бы от души посмеялся. И даже не важно, где бы находился, в своем родном мире или уже став двойником сына герцога. Правда, я себя именно последним ощущаю, соскучился по родным, горевал о гибели отца. Сам путаюсь в ощущениях, когда одна реальность наложилась на другую. Нет, про родителей не забыл, но их вряд ли увижу. Впрочем, возможности высших магов древности впечатляли. В летописях упоминалось, что те путешествовали между мирами. Сумею ли этого достичь? Сложно сказать, а сделать еще труднее. Кстати, бывший глава тайной канцелярии использовал против меня мои же возможности. Точнее, он не стал скрывать, что в личной сокровищнице императора, куда вхож только тот, кого изберет магия правителя, есть множество древних книг с различными описаниями. Мол он лично передавал Волтуру найденные фолианты и летописи, в которых указывалось, как добиться нужного результата высшему магу. Вроде бы даже имеются описания процесса заклинаний высшего порядка.

— Но почему ими не воспользовались? — спросил я Журбера.

— А некому, — развел тот руками. — У императора в источнике от былого могущества предков оставались крохи. Будучи молодым, Волтур надеялся раскачать источник. Предпринимал немыслимые усилия и ему даже удалось увеличить резерв магии, но не глобально. Зато вы, получив магическое благословение артефакта правителя, и ознакомившись с теми книгами, наверняка кое-что сможете.

Купил ли он меня этим? Нет, это всего лишь один аргумент, далеко не такой важный, как кажется. Старый лис, как часто про себя называю Журбера, приводил различные доводы в пользу своего плана. Но больше всего меня впечатлил негативный прогноз в его исполнении.

— Допустим, Каршанская империя падет и ее поделят. Часть отойдет горшанцам. Что те сделают? Разумеется, установят собственные порядки. Население начнет вымирать от непосильной работы. Они вроде бы и не будут рабами, но это только номинально. На той части, где будут править ставленники северян и орков, окажется не лучше. Победители будут вправе на все, что угодно. Захотят кого-то казнить? Без проблем! Взять себе десятую или двадцатую жену на одну ночь? Никто и слово не скажет. Ну, если возмутятся, то те долго не проживут. И это будут как обычные бедные люди, так и аристократы. Впрочем, последних выгонят на улицы, лишат всего и большинство из них скатится на дно. Возникнут шайки, грабящие всех и вся. Страна окажется разорена. Это же касается и меня, твоих родных и знакомых. Спасутся лишь те, кто сумел заранее вывести накопления и сбежать в другие страны. Согласись, такие люди просто предатели, раз не сражались до конца.

— Все это осознаю, — признал я. — Но есть же еще и личные чувства.

— Иногда ими приходится жертвовать, — парировал Журбер. — И потом, что плохого в женитьбе на графине Вилар? Она не глупа, красива и обаятельна, а если иногда выходит из себя, то мы все люди, а не бесчувственные чурбаны.

Хм, кстати, откуда он узнал, что меня так Ишта назвала? Не удержался и об этом спросил. Старый лис рассмеялся, но все же ответил:

— А она тебя так неоднократно называла и не только такими словами. У графини сильные эмоции, ничего она с ними поделать не в силах. Хотя и пытается очевидное не признавать, как и вы, дорогой мой, граф!

Что он подразумевал, так и не объяснил, только улыбался. Ну, возможно, я бы его дожал или он сам рассказал, но нам Гунбарь помешал. Оказалось, что судно прибыло, на котором предстоит отправляться. Хорошие новости на этом закончились. Второй корабль получил повреждения, налетев на затопленное бревно. Поэтому-то отряд канцлера нас в дороге не сможет сопровождать, точнее, на борт возьмут не больше пяти северян.

— Все планы рухнули, — поморщился Журбер. — Даже если Северус с нами отправится, то он не повезет обратно молодую жену с такой малочисленной охраной, даже не смотря на свои способности.

Однако, на этом череда плохих новостей не закончилась. Канцлер северян пришел и сообщил, что ему необходимо уехать. Правитель отзывает, по каким-то вопросам, о которых он сказать не имеет права. Он не стал скрывать, что предлагал Сарике отправиться с ним, но та наотрез отказалась.

— С вами отправятся пятеро моих преданных воинов, они получат возможность говорить от моего имени. Их основная задача — охрана моей невесты, — мрачно изрек северянин.

Вот так, минут за пятнадцать, рухнули все стройные планы бывшего главы тайной канцелярии. Мало того, у него не оказалось запасного, о чем он мне признался. Предстоит действовать, полагаясь на удачу, чутье и собственные силы. Ну, нам не впервой, а когда окажемся в Айлевирском герцогстве, то будет легче. Время тянуть не стали, приняли решение немедленно собираться и отправляться. Северус аналогичные приказы отдал своим воинам. Я нашел Гаррая и выдал тому наставления и предварительный план, шитый белыми нитками. После общения с лейтенантом отправился к Иштании. Зурбу отослал собираться и помочь, если потребуется, Журберу, с которым у воительницы запутанные отношения.

Вошел без стука, размышляя о предстоящем пути и пытаясь мысленно проложить оптимальный маршрут до Эйлина. Стал невольным свидетелем, как графиня сама с собой разговаривает. Услышанному удивился и не удержался от вопроса:

— И чему вы улыбаетесь?

— Разве вас не учили стучать в номер к даме, прежде чем входить? — оглянувшись, холодно ответила та.

Легонько стукнул костяшками пальцев по дверному косяку. Ну, неправильно поступил, признаю, однако, раз графиня выбрала такой вариант общения, то ответил не то, что думал:

— Иштания, простите, но это как бы мой номер. Согласитесь, стучаться к самому себе как-то слишком. Не находите?

— Айлексис, вы издеваетесь? — полыхнула гневом аура девушки.

— Нет, — вздохнул, а потом подошел к ней. — Слушай, мы все в одной лодке и не время ее раскачивать. Ишта, ты на меня зла и обижена, но давай устроим перемирие. Нам надо, как минимум, отсюда выбраться и оказаться в безопасном месте, — произнес я, глядя в глаза графине, перейдя на ты, наплевав на этикет.

— Мы не ссорились.

— Разве?

— Граф, я живой человек, со своими эмоциями и чувствами. Вы же, — девушка запнулась, — не хотите признавать, что поступили неправильно. Признаю, сейчас не время и не место для выяснения мотивов, которые вас на это сподвигли, — она сдерживается, чтобы не сорваться, ее аура кипит от возмущения.

— Ишта, знаешь, такой ты мне еще больше нравишься. Жаль только, что беззаботность исчезла, как при первом знакомстве. Кстати, предлагаю наедине общаться коротко, без титулов и расшаркиваний. Как на это смотришь?

— Айлексис, вы меня совсем запутали, — сделала та шажок назад.

— Дело в том, что как бы вы не относились к планам Журбера, — вновь перешел на вы, — но нам предстоит ему подыграть. Окружение должно увериться, что все происходит на самом деле.

— И как далеко хотите зайти?

— Не знаю, — честно признался я. — Надеюсь сохранить свое герцогство и не дать погибнуть империи.

— Присядем? — кивнула Иштания в сторону кресел. — Разговор у нас серьезный. Нам есть, что обсудить.

Она меня удивила, резко стала собранной и внимательной, свое раздражение подавила и теперь передо мной не просто аристократка, а дочь императора, которая переживает за страну.

— Боюсь, — отрицательно качнул головой, — у нас нет времени.

— Пять-десять минут найдем, — твердо сказала девушка.

— Хорошо, давайте поговорим, — не стал спорить.

Мы сели рядом, словно прожили вместе десяток лет. При этом разговор она не спешит начинать, о чем-то размышляет.

— Айлексис, вы и в самом деле обрели высшие магические умения? — задала графиня неожиданный вопрос.

— Умения? — переспросил я. — Не совсем верно, скорее, возможности и способности. Источник имеет большой запас энергии, но заклинаний знаю мало. Если приходится задействовать магию, то пользуюсь ей грубо, следовательно, отток сил в разы больший, чем должно быть.

— Это как?

Я чуть задумался, а потом попытался объяснить:

— Ну, допустим, малое целебное заклинание, раньше вливал стандартное количество энергии, а теперь не получается такую малость использовать. Как ни пытаюсь, а из источника забираю больше, чем требуется.

— Поняла, — кивнула Ишта. — Это как в самом начале пробуждения силы, когда только учишься. Верно?

— Да, можно и так сказать.

— И вы способны выстоять против армии врага? — прищурилась графиня.

— Понятия не имею, — честно ответил я. — При возможности такого бы попытался избежать, но если деваться будет некуда, то выбора не останется.

— Принимаю и этот ответ, — потерла висок графиня. — Что насчет планов Журбера? Как вы его себе представляете? Заставите меня стать вашей супругой?

Девушка сидит словно натянутая струна. На меня не смотрит, а свою ауру всячески скрывает. Ее волнение выдал дрогнувший голос и побелевшие пальчики, которые она сцепила в замок.

— Разве такое возможно? — пожал плечами, но потом сам же ответил: — Нет, принудить кто-нибудь и сумеет, рычаги давления используются разные и зачастую очень грязные. Но, графиня, неужели считаете меня таковым? Нет, вашу волю никому подавлять не позволю, насколько это в моих силах. В том числе и клянусь, что сделаю все от меня зависящее, чтобы защитить и оградить от неприятностей. Повторюсь, до того момента, как окажемся в безопасности, пусть и условной, нам следует делать вид, что готовимся к брачной церемонии. Это для врагов империи, чтобы те сто раз подумали, а стоит ли продолжать войну. Дело в том, что свои способности намереваюсь продемонстрировать на поле боя при удобном случае. Если же все решат, что у меня окажется возможность получить благословение артефакта власти Каршанской империи, то получится другой расклад.

— Но если церемония венчания все же пройдет. Что тогда?

Хм, честно говоря, на этот вопрос у меня нет ответа. При этом понимаю, что Журбер именно к этому подводит и другого выхода не видит. Впрочем, бывший глава тайной канцелярии не скрывает, что и в таком случае все окажется далеко не так-то и просто. Получить власть полбеды, ее следует удержать и навести в стране порядок.

— Иштания, поверьте, ничего дурного в отношении вас не замышляю, — медленно произнес, глядя в глаза своей красивой собеседницы. — Готов даже принести магическую клятву, чтобы растопить лед сомнения. Если же у нас не найдется другого выхода, и вы согласитесь, подчеркиваю, согласитесь в трезвой памяти, а я это приму, и мы проведем свадебный обряд, то и в таком случае не буду вас в чем-то ущемлять, подавлять волю и принуждать.

— Почему?

— Что почему? — не понял я.

— То, о чем говорим, это своего рода династический брак, в странном его проявлении. Но, тем не менее, это так. В таком случае, когда-нибудь возникнет вопрос наследника. Или империя вновь окажется в таком же положении, как сейчас. Что тогда? Заставите меня лечь с вами в постель⁈ — она вновь начала заводиться.

Очень хотелось ее спросить, с чего она так себя ведет и неужели настолько ей противен. Но, промолчал, иначе опять разругаемся. Сам уже на взводе, всячески это подавляя.

— Всегда есть место бастардам или признанным детям, рожденным не в браке, — буркнул я.

— И как вы посмотрите на то, что такой ребенок будет моим⁈

— Убью, — вырвалось у меня.

— Кого⁈ Айлексис, как ты такое смог сказать! Дети ни в чем не виноваты!

— Всех убью, если кто-то к тебе прикоснется, если официально заявишь, что станешь моей, — помимо моей воли, словно кто-то такие слова диктует, произнес я.

— Вот и вся твоя сущность проявилась! Рассуждаешь о незаконнорожденных детях, собираешься иметь любовниц и фавориток, а мне значит ни-ни⁈

Сцепил зубы, сжал кулаки и мысленно заставляю себе успокоиться. Интересно, с чего это такая у меня реакция? Гнев в момент, когда графиня произносила слова про детей, затмил разум, а перед глазами красная пелена образовалась.

— Император волен иметь официальных фавориток, на случай если супруга страдает мигренью, — процедил я. — А вот про то, чтобы императрица изменяла нет ни в одном законе!

— Но негласные-то положения имеются, — хмыкнула та. — Или считаешь, что в династических браках, когда мужчина лет на шестьдесят старше, то именно он являлся отцом наследников? Это не выносится на всеобщее обсуждение, но другим способом зачать дитя еще не придумано! Даже магия бессильна в таком случае.

Еще бы немного и наши, если так сказать, переговоры с примирением потерпели крах. Находились на грани ругани. Графиня уже метала молнии из глаз, ее аура искрила, но нас спасла баронесса. Свения без стука вошла, осмотрела нашу парочку, хмыкнула и сказала:

— Шхуна готова к отплытию, меня об этом просил передать Журбер. Он уже заселился в одной из кают. Кстати, заранее предупреждаю, нам троим предстоит делить одно помещение, мест очень мало.

— Это еще почему? — нахмурилась графиня.

— Герцог сослался на свод правил и этикет, что высшие чины империи не вправе спать в одном помещение со слугами или подчиненными, — баронесса задумчиво нахмурилась и призналась: — Никогда о таком не слышала, но Журбер был очень убедителен.

— Но это вас обеих скомпрометирует, — медленно произнес я, поражаясь хитрости и настойчивости бывшего главы тайной канцелярии.

— Чем он объяснил такое решение? — поинтересовалась Ишта. — Почему не захотел сам с нами разделить каюту

— Тем, что молодежь ему помешает, — хмыкнула баронесса, а потом добавила: — При этом, за его спиной стояла Зурба и, мне показалось, светилась от счастья.

— Намекаешь… — прищурилась графиня, но фразу не закончила.

— Без комментариев, — покачала головой баронесса.

В общем-то, замысел герцога понятен. Если мы втроем не найдем общий язык, то переругаемся и вряд ли его план осуществится. Но, черт возьми, как в такой ситуации поступить? Может в трюме путешествовать? И потом, есть же еще Сарика, ее статус невесты канцлера позволяет не нарушить правил, которые, как подозреваю, Журбер выдумал на ходу. Хоть убейте, но такого не припомню! В карете путешествовать в разном обществе можно, а на корабле нет⁈ Бред! А еще следует вспомнить, как прибыла Иштания на галере в Пуртанск. Там тоже речь не шла ни о каких статусах. Или ошибаюсь? Удивительно другое, дамы не очень-то возмущаются, больше для проформы, при этом пару раз переглянулись и явно о чем-то негласно договорились.

— Пойдемте на шхуну, посмотрим, что там и как, — уклончиво предложил я.

По расчетам, корабль будет в пути пятеро-семеро суток. Столько без сна не выдержу. Мы покинули трактир, каждый думает о своем. Но ауры девушек светятся этаким предвкушением. А Иштания еще и под руку Свению взяла и о чем-то с ней зашушукалась. Не иначе что-то против меня замыслила! Капитан рыболовного баркаса, а корабль оказался именно таким, показал мне кубрик с подвесными гамаками.

— Организовали дополнительные места для отдыха. Как видите, тут мест нет, — как-то уж больно заученно объявил мне тот. — Свою каюту вам отдал, а в той, где проживал помощник, заселился герцог. В последней свободной, третьей каюте, по просьбе канцлера северян, разместили его невесту и белошвейку.

Судно не впечатлило, старое, местами требуется ремонт. Как бы оно не затонуло от небольшой волны.

В итоге, отчалили под утро, при этом местным за приют заплатили, а вещей почти не имелось, грузить толком ничего не пришлось. Но выход все время затягивался. То пара моряков где-то гуляла, то Сарика никак с канцлером перед расставанием не могли наговориться, то Журбер просил пару минут подождать, чтобы он какое-то поручение смог отправить. Спрашивать герцога, с кем ведет переписку я даже думал. Захочет — расскажет. Старый лис меня в курс дела вводил, когда выпадала свободная минутка. Давал характеристики тем, кто был приближенным к Волтуру и занимал высшие чины в империи. С первого, кого он начал — верховный маг. Именно его герцог обвинял в том, что началась борьба за трон.

— Айлексис, поверь, этот паук не успокоится, пока его голова на плахе не окажется и покатится на помосте на радость толпе. От Буржана необходимо избавиться всеми возможными путями, — внушал мне бывший глава тайной канцелярии.

— А если он принесет магическую клятву?

— На крови не станет, а остальные можно обойти. Еще никто не сумел учесть все обстоятельства. И, подумай, если захочешь, то создашь условия, когда магия воспримет твои действия правильно, но по факту ты все подвел к нужному результату и как бы измены не случилось, — Журбер хмыкнул. — Самый простой и элементарный пример — супружеская измена. Клятва дана в храме, заверена священнослужителями, даже получено божеское благословение. Но ее обходят, гуляют на стороне и никаких кар небесных или магических не происходит.

Честно говоря, с этой точки зрения никогда не рассматривал магические договора. Хотя, понимал, что в тексте необходимо исключить любые лазейки. А это практически невозможно. От случайностей мало кто застрахован.

— Молчишь? — усмехнулся Журбер. — А в столице уже давно существуют адвокатские конторы, которые готовы взяться за обход самого сложного магического договора. Да, это незаконно, но они свою деятельность не афишируют, берут дорого и далеко не каждый готов столько заплатить.

— Намекаете, что если я с Иштой проведем брачную церемонию, то она ни к чему не обяжет? — уточнил, догадавшись куда клонит мой собеседник.

— Верно, — подтвердил тот. — При этом брак будет самый настоящий, разумеется, после всех проведенных ритуалов.

— И много таких пар при дворе?

— Спроси лучше, кто заранее не предусмотрел лазейки, — хмыкнул герцог. — Ладно, это ты понял, сообразишь, если потребуется. Теперь к вопросу северян, — Журбер поморщился, словно от зубной боли. — Не вовремя Северуса отозвали, не удивлюсь, что правитель не доволен его действиями. Тем не менее, войска и племена орков медленно, но уверенно продвигаются вперед. И им не то, чтобы оказывали уж большое сопротивление, замедляет долгое снабжение и все большие открывающиеся территории. Возникают споры, тот или иной город брать в осаду, следует ли осаждать замок сейчас или захватить его позже.

— Вожди орков смуту вносят? — уточнил я.

— Да, но они лишь преследуют свои цели. Желают как можно больше получить трофеев, не хотят ничего упускать. Но есть у них и проблема. Оркские отряды так далеко не удалялись от своих земель, а добычу отправить с обозом опасаются. А вот горшанцы стараются как можно быстрее добраться до Каршанска. Такими темпами, сумеют через полгода захватить нашу столицу. Нет, они встречают ожесточенное сопротивление, часть герцогств объединилась и примкнула к армии. Но и тут не обходится без конфликтов.

— Не продолжайте, и так понятно, — отмахнулся я. — Если в отряде есть несколько равноценных командиров, которые никому не подчинятся, то успеха это не приносит.

Ну, честно говоря, ни разу не удивлен. Журбер не открыл для меня чего-то нового, ну, за некоторыми исключениями и подумать над этим необходимо. Вот только когда бы это сделать? Шхуна отплыла, на палубе делать нечего, ветер и начавшийся дождь кого угодно загонит под крышу.

— Могу войти? — постучал в каюту, которую предстоит делить с дамами.

— Конечно, — раздался уверенный голос графини.

Помещение с одним иллюминатором, тремя узкими кроватями, между которыми проход в полметра, не больше. Стол, три стула и два сундука. Тускло светит единственный магический светильник. Девушки под одеялами и даже не пытаются сделать вид, что спят. Обе на меня с интересом уставились. Ждут, что устрою стриптиз? А переодеться необходимо, одежда на мне сырая. Не следовало под дождем мокнуть! Но ведь и ситуация нестандартная, надеялся, что дамы уснут.

— Айлексис, не стесняйся, тут все свои, — ехидно произнесла Иштания.

На что это она намекает? Свения невозмутима, понять ее мысли невозможно. Сомневаюсь, что она рассказала подруге о том, в какую ситуацию со мной попала. От нас тогда мало что зависело, источники правили бал.

— Даже не думал, — вернул улыбку графине и стал расстегивать пуговицы на рубахе.

— Граф, вам следует найти время и позагорать, — буркнула баронесса и пояснила: — Кожа на спине неравномерного цвета.

— Или сходить к целителю, корректирующему внешность, — вставила свои пять медяков Иштания. — И не переживайте, мужчины там появляются ненамного реже женщин.

— Удивительно, откуда вы так осведомлены? — хмыкнул я, не спеша надевать сухую рубаху, делаю вид, что еще ее не отыскал в своем мешке с одеждой. — Графиня, у вас же природная красота, которая корректировке не подвергалась. Кстати, баронессу это тоже касается.

Чувствую, водное путешествие будет на редкость интересным и незабываемым. И чего на меня дамы взъелись? И ладно бы еще Ишта так себя повела, но ведь и Свения ей поддакивает. Хотя, с баронессой у меня тоже отношения не такие простые. Ладно, спать пора, впереди много задач, но основная — попасть домой и увидеться с родными. Еще предстоит официально вступить в права управления герцогством. А там проблем немало. Кстати, не отправить ли мне послание с чертежом баллисты? Было бы неплохо, если к моему появлению сделали десяток-другой, а тактику ведения боя уже лично объясню. С этими мыслями и заснул. Утром меня разбудила встревоженная баронесса. Она трясет меня за плечо и шепчет:

— Граф, хватит дрыхнуть. Похоже без вас не обойтись. Да вставай же ты, черт тебя подери.

Хотел возмутиться, но ладошка Свении зажала мне рот.

— Тихо, а то разбудишь Ишту. Той надо отдохнуть, она настолько морально истощена, что в любой момент в обморок грохнется. Вот зачем так ее доводить?

Лежу, толком ничего не понимаю, а баронесса продолжает:

— Нас преследуют две галеры, вывернули из какого-то протока. Словно ждали. Вперед смотрящий предупредил, что по курсу еще три корабля, но пока еще далеко. Капитан нашего судна не знает, что предпринять, а Журбер послал тебя разбудить.

Сон как рукой сняло! Мгновенно подскочил на кровати и в мгновении ока натянул на себя одежду. Похоже, канцлера не просто так вызвали к своему правителю. Но неужели Северус не мог что-то подобное предположить? Это уже не важно, особенно в свете того, что я разглядел на боевых галерах, когда выбежал на палубу, горшанские флаги.

Глава 17 ПОДЧИНИТЬ СРАЗУ ДВЕ СТИХИИ

События глазами графини Вилар.

Проснулась и, потянувшись на неудобной кровати, улыбнулась. События вчерашнего дня и вечера вспомнила, даже хотела хихикнуть, но поостереглась, в каюте-то нас трое. Вдруг кого-нибудь разбужу? Хотя, если встану, то точно все проснутся. Попыталась присмотреться, но вижу смутные очертания обстановки и больше ничего. Зачем-то закрыли иллюминатор, а магический светильник загасил вчера граф. Удивительно, но уже не так на него злюсь, точнее, не получается. И это при том, что он во многом виноват и толком не извинился. Эх, мечтала, что Айлексис раскается, встанет на одно колено, опустит голову и попросит прощения, обещая так больше никогда не делать. Ага, три раза! Наивная, чем только думала? Граф не то, что не извинился, а если и буркнул что-то, то не в счет, он ни в чем не раскаивается. Так тут еще это предложение Журбера. Ну, доводы герцога понятны, он достаточно уверенно мне доказал, что в первую очередь выиграю я, если заполучу такого супруга. Как он там говорил?

— Иштания, поймите, высший маг, получивший доступ управлять стихиями, он опасен для врагов, как никто другой. Вам же требуется защита, а империи рассудительный правитель, которого желательно направлять и наставлять. Айлексиса мы неплохо узнали, к вам он относится хорошо. Так чего же еще нужно?

— У нас с ним разные характеры, — возразила я из чистого упрямства.

— Притретесь, — отмахнулся герцог. — Поймите, охота на вас продолжится вплоть до того момента, пока у нашей империи не появится правитель, которого признает артефакт власти. Уверен, верховный маг уже провел много обрядов, чтобы магия Каршанской империи согласилась его принять.

— А разве такое возможно?

— Случалось в древности такое, — утвердительно кивнул Журбер. — Доподлинно не известны все факты и нюансы, но трон занимали те, кто с прежним правящим родом никак не был связан. Так вот, вас или лишат жизни, либо все же женят для достижения своей цели. Когда тщательно все взвесите, обдумаете, то поймете — Айлексис лучший выход. И, кстати, он далеко не в восторге, что его хочу усадить на трон.

— Герцог, а почему вы себя не рассматриваете? — медленно спросила я, а сама внутренне сжалась. — Неужели считаете, что недостойны занять трон или моя кандидатура вас не интересует?

А что, если Журбер сейчас по лбу себя хлопнет, рассмеется и заявит, что бревна в своем глазу не увидел. Мол, пойдем-ка немедля под венец, а потом… Б-р-р, я не Зурба, на бывшего главу тайной канцелярии никогда не западу! Он же старый для меня, хотя в неплохой физической форме и способен дать некоторым молодым господам сто очков вперед.

— Графиня, простите, но вы не в моем вкусе, — хмыкнул герцог и я не удержалась от облегченного выдоха. — Ладно, пойду, есть еще куча дел, а вы, все же, разберитесь в своих чувствах. И позвольте дать совет, — он с улыбкой на меня посмотрел, а потом насупился: — Думайте, прежде чем что-то предлагать, на моем месте мог оказаться кто-то другой, с радостью поймавший вас на слове. И что тогда? Пришлось бы отдать супружеский долг?

Честно говоря, я тогда покраснела. Герцог еще пару фраз сказал, от которых до сих пор мороз по коже. И ведь он прав, при дворе императора такие намеки с моей стороны могли плохо закончиться. Расслабилась я в этом походе, привыкла, что рядом те, кто не обидит и плохого не сделает. Ну, мелкие размолвки не в счет. У каждого свои взгляды, секреты и ими не всегда хочется делиться. Взять хотя бы Свению, мы с ней по-настоящему сдружились, обсуждали робкие ухаживания, точнее, больше печальные взгляды на баронессу. Все гадали, когда Гаррай сделает первый шаг. И ведь подруга не знала, как поступить, отказать или отдаться. Прямо так и говорила! Но после того, как их из трактира спас Айлексис, а я отсутствовала, то что-то такое произошло, о чем мне никто не говорит. Свения отделывается общими фразами. Объявила, что лейтенант ее отверг, а она про него уже забыла и рассматривает только в качестве друга. А еще, когда баронесса рядом с графом, то между их источниками ощущается некая непонятная связь, что меня нервирует.

— И где все? — привстала я на кровати, оглядывая каюту.

Койки пусты, не заправлены, какие-то детали одежды валяются на полу, словно в спешке одевались или раздевались! Но я ничего не слышала, спала сном младенца, а последнее время не высыпалась, вставала от малейшего шороха.

— На меня заклинание сна направили? А сами где-то развлекаются⁈ — процедила, ощутив, как внутри поднимается раздражение и обида.

Толком не приведя себя в порядок, покинула каюту. Ну, как покинула, хотела выйти, но была остановлена Зурбой.

— Госпожа, на палубу вам нельзя, — сказала воительница, загораживая проход.

— Это еще почему? Кто такое велел?

— Распоряжение графа, — коротко ответила моя телохранительница и пояснила: — Там может оказать опасно.

— Что происходит? — нахмурилась я и только тут услышала, как раздаются отрывистые команды, а на борту судна происходит суета. Бряцает оружие, кто-то куда-то бежит, но это не сражение, подготовка к нему. — На нас собираются напасть?

— Две боевые галеры горшанцев догоняют, но пока не атакуют, — сказала Зурба.

— Пойдем, посмотрим, что происходит, хотя бы из укрытия, — жестко заявила я и с прищуром посмотрела на телохранительницу.

— Есть такое место, — неожиданно согласилась та. — Пойдемте, — кивнула в сторону противоположную выходу на палубу.

Она завела меня в какое-то помещение, там хранились различные приспособления для латания дыр в сетях. Баркас-то рыболовный, о чем постоянно забываю. Кстати, запах рыбы в разных частях шхуны разнится. В кладовой, где оказались, прямо-таки хотелось нос зажать.

— Окно для проветривания, — буркнула Зурба, на несколько сантиметров приоткрывая ставню. — Случайно обнаружила, когда баркас исследовала.

Мы вместе с телохранительницей уставились в небольшую щель. Нам повезло с обзором. Граф что-то обсуждает с герцогом, позади стоит Гаррай, а рядом с ним Свения. Лейтенант невозмутим, баронесса с тревогой не сводит глаз с Айлексиса. Почему-то мне от взгляда подруги неприятно. Пожалуй, следует наплевать на запрет и присоединиться к честной компании! Уже было сделала попытку уйти, но потом усилила магией слух, а то не все понимаю, о чем говорят. Ну, от нашего с телохранительницей убежища, до графа и герцога метров пять, так что особо и не потратила своего резерва. Да и беготня на шхуне затихла.

— Почему-то с ними нет капитана, — шепотом сказала я.

— Он на штурвале, — ответила Зурба, — вам просто не видно.

Молча кивнула, прислушиваясь, как Журбер предлагает подождать и не вступать пока в бой. О чем он говорит? Какой еще бой, если нас догонят две боевые галеры! Интересно, кто это такую инициативу проявил?

— Нас явно куда-то пытаются привести, — ответил герцогу Айлексис. — Уверен, впереди по курсу засада, из которой не выберемся, если не разделаемся с преследователями. Как командир нашего отряда, я приказываю всем, кто не управляет судном, покинуть палубу.

Граф говорит отрывисто и жестко, он собран и что-то задумал. Не понимаю, на что он надеется! Уж не собрался ли в одиночку драться? Нет, он не самоубийца, значит что-то придумал.

— Айлексис, но это опасно, — произнесла баронесса.

Черт, жаль, что не слышала начало их разговора, пока не могу уловить смысла.

— Да, риск есть, — Айлексис посмотрел на Свению.

От меня не укрылась мягкая улыбка на губах графа, от которой непроизвольно вонзились мои ногти в ладони. Готова поспорить, между этими двумя что-то произошло, о чем не скажут будущей невесте! Переспали и скрывают ото всех свою связь?

— Убью, — чуть слышно прошептала я и поразилась самой-себе.

Не понимаю из-за чего бешусь. Попытки графа сблизиться со мной пресекаю, предъявляю ему претензии и обвиняю во всех грехах. Недавно еще чуть не убила. Ну, тогда напилась и свои действия плохо контролировала. Точнее, не собиралась его даже ранить, просто покачнулась и все вышло случайно. Наверное, все из-за того, что принуждают к фиктивному браку! Где ухаживания, влюбленные взгляды, подарки и проявления чувств? Нет, будь добра, выйди замуж, чтобы позаботиться об империи и получить себе защитника. Разве так можно? И не надо мне говорить, что готова была сама свою жизнь положить по просьбе императора. С Айлексисом все не так. Гм, что-то совсем запуталась, и сама себе противоречу. Мысленно вздохнула, почему-то не удается разуму над эмоциями возобладать. Еще и мой источник как-то странно себя ведет. В присутствии графа как бы затихает, становится податливым и готовым на все. Объяви Айлексис, что ему нужна моя жизненная энергия, так магия во мне сама к нему польется. Правда, это предположение.

— Он все же всех выгнал, — прошептала Зурба, вернув мое внимание к происходящему на палубе.

Свения и Гаррай первыми ушли, следом прозвучали резкие команды капитана корабля и вновь по шхуне забегали воины. А вот Журбер стоит и что-то Айлексису втолковывает, герцог даже пару раз руками взмахнул. Жаль, что топот ног не позволил подслушать. Зато когда бывший глава тайной канцелярии развернулся и пошел в сторону, то к своему удивлению прочла на его лице довольную улыбку. Словно этот старый лис, как его иногда называл Айлексис, и тут добился своего.

— Граф призывает стихию, — прошептала воительница.

Действительно, Айлексис развел руки в стороны, поднял к небу лицо и что-то зашептал. Аура графа засияла, вокруг его рук начали мелькать голубоватые и белые искры.

— Что он делает? — озадачилась Зурба.

— Водная и воздушная стихии, — неуверенно предположила я. — По крайней мере, такие искры проявляются при мощных заклинаниях связанный с водой и воздухом.

— Сразу две? — недоверчиво спросила моя сообщница.

Отвечать не стала, не понимаю, что задумал граф. На его месте, я бы ударила по врагу огнем или камнями, благо тут последних полно, на берегу вдоволь валунов. Правда, не представляю, как хотя бы один из них захватить, а потом прицельно швырнуть в галеры. Со своего места мы не видим, насколько близко преследователи, возможно, еще и в расстоянии проблема. Граф не имеет право на ошибку! Что будет потрать он магию и промахнись?

— Купол, он создает, нам защиту, — догадалась я, когда увидела, как воздух стал вокруг Айлексиса уплотнять. — Но, черт возьми, что он собрался делать с водной стихией⁈ Она же окажется внутри и нас погубит, а не врагов!

Ответ нашелся и очень быстро. Графа скрыла из глаз водная воронка, которая закручивается в небо и уходит в него столбом воды. При этом наш корабль ощутимо рухнул вниз, борта и дно затрещали, словно их протащили по камням. Это длилось всего мгновение, а потом шхуна продолжила движение, но уже плавно, без качки и скрежета. Воздушный купол сработал! А потом мы неожиданно чуть ли не взлетели в небеса, на образовавшейся огромной волне. Шхуну закрутило, мы с Зурбой вцепились в какие-то перегородки, ставни окна распахнулись, и я встретилась взглядом с графом. Поежилась от того, с какой досадой и даже яростью он на меня посмотрел. А потом увидела, как огромная волна обрушивается на две галеры, идущие позади нашего судно. Мне даже показалось, что слышу крики моряков, ломающиеся снасти. Вот одну галеру вышвырнуло, словно пушинку, на берег. Вторая же галера переломилась надвое и горшанцы оказались в воде. Наше судно выровнялось на прежний курс, волна стала опадать, но медленно и осторожно, водная стихия подчиняется воле графа! Айлексису это дается с трудом, на его шее выступили вены, глаза закрыты, аура стремительно блекнет. Еще чуть-чуть и он себя вычерпает до дна! Что тогда произойдет мне прекрасно известно!

— Этот придурок не рассчитал свои силы! — выкрикиваю и ноги меня уже несут к этому идиоту!

С графом необходимо немедленно поделиться магией и жизненной силой. Иначе я его потеряю и не смогу вновь высказать все, что о нем думаю. Как тогда жить? Никогда себе не прощу, если Айлексис сбежит, сказав последнее слово.

* * *

Повествование от лица графа Айлексиса.

Мне не понравилось, как нас преследовали горшанские галеры и как на это реагировал герцог. Дело в том, что захватить рыбацкое судно для боевых кораблей раз плюнуть. Но они этого не сделали. Мало того, нас как дичь погнали вперед, где в пяти километрах по пути следования находятся еще враги. Зачем и кто так все это организовал? При этом, с берега за нами велось наблюдение, словно чего-то тоже ждали. Журбер же сразу, не разобравшись в ситуации, стал настаивать, чтобы я использовал полученный дар.

— Айлексис, ты же все понимаешь, другого варианта нет. Либо ты нас из этой ловушки вытаскиваешь, либо мы оказываемся в плену! — эмоционально сказал герцог, когда стояли на палубе.

К этому моменту, в своей магической сети я уже прикинул, что и как происходит вокруг. Мне и в самом деле не оставили выбора, а этому поспособствовал бывший глава тайной канцелярии. Либо он безоговорочно мне доверяет и уверен, что справлюсь, либо предатель или безрассудный человек. С последним и предпоследним утверждением я не соглашусь, следовательно, остается только первое. Каким образом герцог руками врагов организовал засаду и почему те не спешат идти на абордаж? Ответа на этот вопрос нет, есть только предположение. Нас хотят захватить без боя, когда судно заблокируют, а численное превосходства врагов окажется кратно больше.

— Граф, вы справитесь? — чуть слышно задала вопрос баронесса, находящаяся возле Гаррая.

Лейтенанту не так давно отдал распоряжение, чтобы воины готовились отражать атаку. Только сейчас все заняли свои позиции, а капитан лично встал за штурвал, объявив, что знает тут каждый подводный камень и не позволит галерам приблизиться на расстояние броска кошек.

— Разве есть варианты? — вопросом на вопрос ответил Свении, а потом внимательно посмотрел на Журбера.

Старый лис невозмутим, делает вид, что опечален, ауру скрыл, а глаза довольно искрятся. Не рано ли он затеял демонстрировать мои способности врагу? Да еще почему-то горшанцам. Или не захотел портить налаживающиеся отношения с северянами? А не побоялся ли канцлера, у которого избранная на нашем корабле плывет? Хм, а ведь Журбер наверняка и ей воспользовался! Точнее, сдал врагу, что будущая супругу Северуса у нас на борту. Только из-за нее нас и не берут штурмом. Отношения с северянами и их прямыми союзниками — орками не хотят портить и горшанцы. Обязательно обо всем этом с герцогом потолкую! Если впредь что-то похожее повторится, ну, без моего ведома, то пусть он сам все расхлебывает, в том числе и на трон другого ищет. Откажусь! Пошлю все к черту! Правда, непонятно, как поступить с графиней Вилар. Не хочу видеть, как девушка за кого-то другого выйдет замуж, пусть и фиктивно. Чем-то она меня зацепила, признаю, наверное, своей упертостью, прямо как Айка! Они точно друг друга стоят. А ведь вскоре могут встретиться и если сдружатся, то возникнет та еще головная боль. И что за мысли в такой-то момент?

— Похоже, нам не оставили выбора, — сделав печальное выражение лица, ответил Журбер за баронессу.

— Тогда все кто не нужен в управлении кораблем, пусть покинут палубу, — негромко сказал я и кивнул лейтенанту.

Гаррай все правильно понял, приказал нашим немногочисленным воинам, а капитан судна повторил это же для моряков.

— И чего стоим, кого ждем? Или вам особое распоряжение отдать⁈ — рыкнул я на Свению, Гаррая и Журбера, которые и не подумали уходить.

Лейтенант осторожно взял баронессу под локоть и потянул в сторону, где расположены каюты. Герцог чуть задержался, вздохнул и признался:

— Айлексис, вы уж постарайтесь свою силу показать, от этого зависит очень многое. Считайте, это первой проверкой, которые, боюсь, будут часто повторяться.

— Ваших рук дело? — коротко уточнил я, кивнув на идущие позади галеры.

— Не совсем понимаю, о чем вы, — пожал плечами старый лис.

— Потом поговорим, — хмыкнул я. — Не вздумайте впредь что-то скрывать и ставить перед фактом. Такие риски не нужны никому, нам всем повезло, что источник у меня полон, а состояние позволяет призвать стихии.

Герцог хотел возразить, но слушать его не захотел, буркнул, чтобы тот проваливал. Согласен, некультурно поступил. Но так на этого интригана не меньше зол, чем на Ишту, когда та выводит меня из себя.

До этого момента я уже оценил, как избавиться от галер и миновать засаду, до которой не так много осталось. Пытаться точечными ударами потопить корабли — не вариант. Допустим, создать вал огня и пустить его по воде, верх глупости. Водная поверхность впитает в себя основной удар. Уж лучше ледяное копье использовать в качестве торпеды. Однако, на большое количество таких мощных заклинаний меня может не хватить. А попасть по движущейся мишени сложно, необходимы тренировки. Делать же самонаводящиеся ледяные копья пока не представляю как. Не факт, что магия на такое способна. Хотя, почему бы и нет, но необходима какая-нибудь привязка, а ее нет. Огненными шарами, как и каменными булыжниками швыряться — рассматривал и тоже забраковал по перечисленной выше причине. Самое простое в данной ситуации — водная стихия, против которой обязательно необходима защита. Поэтому-то выбор пал на защитный купол, который уже неоднократно использовал. На этот раз его сделаю большим и с дополнительными характеристиками. Потребуется защитить все судно, при этом стенки должны быть усиленными, если случится таран. Против же горшанских галер идущих позади используюогромную волну. Она врага на камни швырнет, и тем самым тыл обезопашу.

— Давай, не подведи, — шепчу и выставляю по бокам руки ладонями вверх.

Защитный купол появляется первым, он еще не окреп, имеет надо мной незащищенное пространство. Пока все идет, как и задумывал. Тяну из реки воду, та закручивается вокруг меня в воронку и устремляется этаким столбом вверх. Журбер хотел, чтобы все впечатлились? Так пусть герцог насладится, а враги проникнутся! Надо еще больше, чтобы точно галеры не смогли нас преследовать.

— Пора! — говорю сам себе и обрушиваю водный столб в район галер.

И не важно, попаду ли или промахнусь, волна в любом случае сделает свое дело. Галеры не рассчитаны на десятиметровую волну.

— Что за черт⁈ — восклицаю, ощущая, как наше судно, скрепя такелажем, бортами и дном, падает вниз.

Глубина реки порядка пяти метров, а воду-то я забрал и создал из нее этакий столб, при этом мой защитный купол не справился с тяжестью. Плохо рассчитал, точнее, даже и не удосужился это сделать, ибо понятия не имею как. Лихорадочно вливаю в купол воздух, заставляя защиту чуть приподнять нас всех и в этот момент набегает волна, которая нас подхватывает и возносит чуть ли не к небесам. Нас начинает крутить на вершине, меня пару раз качнуло и вдруг вижу удивленные и испуганные глаза Ишты. Она на меня смотрит через небольшое окошко. Вот как графиня там оказалась⁈ Почему ее Зубра выпустила? Потом об этом с обеими поговорю! Они же должны были слышать приказы, но почему же в каюту не ушли?

— А сил-то мало, — шепчу пересохшими губами, контролируя защиту и мысленно считаю секунды, когда окажемся возле засады.

Меня не интересует, что стало с галерами, те за нами точно последовать не смогут. Но нам необходимо пробиться через поджидающие корабли. Сейчас речной поток стремителен, но волна спадает, внизу по течению врагам ничего не будет. В источнике все меньше энергии, ноги не держат и падаю на колени. Уже вижу стремительно приближающийся борт военного судна. Успеваю схватить потоки магии и направить в свой источник, из которого их сразу же вливаю в защиту. Сильное напряжение, а рядом кто-то падает на колени рядом со мной.

— Я помогу! — доносится голос Иштании. — Держись!

Пороть, только пороть! Других слов нет, но, черт побери, приятно. В голосе девушки страх за меня, она всерьез переполошилась. А до столкновения с вражеским судном остаются считанные мгновения. Обхватываю графиню за талию, опрокидываю ее на палубу и накрываю своим телом. Тяну из своего источника нити и привязываю девушку к себе. Удар! Защитный купол не выдерживает и лопается с оглушительным треском, но предварительно он разломил вражеское судно пополам. Стремительное течение проносит нас мимо засады. Впрочем, от той ничего не осталось. Суда противника терпят бедствие, их ударило о скалы, проволокло по камням и нам они точно не угрожают. Другой вопрос, что с нашей рыбацкой посудиной?

— Течь в трюме, в левом борту пробоина! — кричит какой-то моряк.

— Тысяча чертей в краба! — рычит капитан, отчаянно борясь со штурвалом. — Латать и откачивать! Неужели на дно собрались пойти⁈

Иштания подо мной шевелится и пытается что-то сказать. Я же магическим взором сканирую наш корабль. Да, есть повреждения, их непросто залатать. Легче новое судно отстроить. Кстати, баркас заметно осел в воде, еще немного и вода хлынет на палубу. Корабельные доски, их необходимо восстановить, для этого требуется магия земли. Впрочем, это из разряда бытовой магии, пусть и сильно затратной. Ладони кладу на палубу, сливаюсь с кораблем и словно плотник, восстанавливаю поврежденные доски, а потом откачиваю из трюма воду, используя все тот же водяной вал. Мне потребовалось минут двадцать и все это время графиня подо мной елозит. Мало того, она как-то умудрилась договориться с моим источником и того подпитывает! Но дело не только в этом! Боюсь, после того как чуть не лишил Ишту невинности, да еще у многих на глазах, то просто обязан на ней жениться. Смеюсь, никто ничего кроме меня и графини не знает и не видел. Да и не могло ничего такого произойти, одежду-то не снимали. Если что, отшучусь, что девушка перепутала кинжал с другой частью моего тела.

— Вы очень сексуально извивались, — нашел в себе силы шепнуть на ушко девушке, понимая, что опасность позади, а сознания я все же вот-вот лишусь.

— Хам! — выдохнула та мне в лицо, схватила за плечи и затрясла: — Айлексис, не вздумай отключаться. Учти, умрешь, то тогда тебя не прощу!

Глава 18 ПОСЛЕДНИЙ РЫВОК

В отключке находился от силы пару минут. Зато, когда очнулся и еще не открыл глаза, то о себе узнал много интересной и противоречивой информации. Мало того, меня еще графиня и оплакала, пара ее слезинок на лицо попало.

— Иштания, все нормально, не хорони раньше времени, — произнес я и огляделся.

Лежу на палубе, голова на коленях девушки, судно продолжает нестись вперед, но скорость снижается. От защиты не осталось и следа, капитан крутит штурвал и так восхищается, в кавычках, происходящим, что аж заслушаться можно. Морской фольклор очень заковыристый и живописный.

— Айлексис, ты в порядке? — задает вопрос графиня, зачем-то меня встряхнув.

— Да, помоги встать, а то спина затекла, — попросил девушку.

Та просьбу выполнила, при этом двумя руками вцепилась в мой локоть, словно готова в любой момент поймать, если падать начну.

— Граф, думаю, вам следует отправиться в каюту и отдохнуть, — осторожно произнесла Ишта.

— Только задам кое-кому пару вопросов, — хмыкнул я. — Начну, пожалуй, с тебя! Кстати, хватит уже выкать.

— Как скажешь, — не стала спорить девушка, но потом все же продолжила гнуть свою линию: — Айлексис, давай тебя провожу до кровати, ты на ногах с трудом стоишь. Если потребуется с кем-то пообщаться, то готова лично бегать и нужных людей приводить.

Подумав, согласился, действительно, слабость ощущаю, но магия в источнике уже пополняется, пусть и очень медленно. Капитан судна мне показал большой палец и широко улыбнулся. Он уже не так лихорадочно крутит штурвал и прекратил ругаться. Течение реки успокаивается, русло становится все шире, а скалы по обоим сторонам берега меньше.

— За каких-то полчаса мы прошли расстояние равное полутора суткам! — радостно объявил капитан, а потом добавил: — Граф, благодарю вас, вы не дали нам затонуть.

— Не стоит, — отмахнулся я и усмехнулся: — Мы все в одной лодке, так что действовал и в своих интересах.

Ишта что-то буркнула и потянула меня в сторону каюты. Удивительно, но к нам не спешит ни Журбер, ни кто-либо еще. Куда-то запропастилась Свения и Гаррай. Зурба же, насколько догадываюсь, и вовсе на глаза не хочет попадаться. Воительница нарушила мой приказ, точнее, просьбу, все же в приоритете у нее распоряжения графини.

— Иштания, какого черта вы не сидели в укрытии, а подвергали себя опасности? — присев на кровать, поинтересовался я у своей сопровождающей.

— И это вместо слов благодарности? — удивленно спросила та.

— Ты рисковала! При этом я был уверен, что находишься в безопасности!

— А ты не подвергал себя опасности? По палубе прохаживался и любовался природой⁈ Сказал бы спасибо, что в нужный момент влила в тебя энергию, — парировала Ишта.

— Благодарю, — чуть улыбнулся, а потом вздохнув, признался: — Обещал себе, что кое-кто, — внимательно на графиню посмотрел, — за невыполнение приказов понесет наказание.

— Вот как? И что же ты сделаешь? Посадишь меня в карцер или выпишешь удары плетью? Учти, Зурбу трогать не смей, она выполняла мою волю!

— Как же с тобой тяжело, — буркнул я, а потом махнул рукой: — Ладно, на этот раз закрою глаза на то, что ты во время атаки чуть не нарушила мои планы.

Нет, хотелось сказать более жесткие слова, в том числе и заставить девушку раскаяться. Она ослушалась и действительно на миг сбила мою концентрацию. Нам повезло, что так все закончилось. С другой стороны, графиня мне помогла, и пусть та магия и энергия, которой поделилась, внесла небольшую лепту, но отрицать этого нельзя. Да и вообще, сложно просчитать, чтобы случилось, не находись Ишта в той подсобке, из которой за мной наблюдала.

— Давай это обсудим, когда ты отдохнешь, — примирительно сказала графиня. — Мне тоже есть в чем тебя упрекнуть.

— И в чем же?

— Если начну говорить, то можем снова поссориться, — предупредила девушка, а потом добавила: — Если не забыл, то я еще обижена на то, как ты поступил, когда отправил меня во дворец к горцам.

Некоторое время я размышлял и морщился от досады. Но все же согласился с графиней, не стал поднимать эту тему, тем более, хотелось узнать ответы от того, кто к этим событиям приложил руку.

— Пожалуйста, позови Журбера, — попросил я.

— Может чего-нибудь перекусить принести? — поинтересовалась девушка. — Уверена, ты сейчас готов, как говорят, быка съесть.

— Нет, не нужно, — отрицательно ответил ей, а потом добавил: — Кушать не хочу, а другое желание, увы, исполнить невозможно.

— Какое? — поинтересовалась Ишта и под поим красноречивым взглядом стала медленно краснеть. — Хам! Вот значит ты о чем⁈ Никак не успокоишься?

— Мне бы воды выпить, во рту все пересохло, — спокойно сказал и поинтересовался: — А о чем ты подумала? Опять стала обзываться, что за ребячество!

Графиня фыркнула, погрозила мне кулачком, но ничего не ответила. Похоже, признала, что этот раунд проиграла. Она вылетела из каюты, раздраженно стуча каблуками.

— Вот и хорошо, — сквозь сжатые зубы произнес я и прикрыл глаза.

Боль, все клетки тела и кости ломит, даже источник и тот неприятно пульсирует. Целительское заклинание не помогает, не получается ни восстановление организма провести, ни боль унять. Похоже, физическое и магическое перенапряжение сказывается. Допускаю, что такое состояние — это проявление отката. Слишком резкий и большой отток энергии и жизненных сил еще никому пользы не приносил.

— Айлексис, звали? — зашел в каюту герцог.

— Как и зачем? — коротко спросил я. — Подробнее объясните, а то посчитаю, что перешли на сторону врага.

— Смеетесь? — криво усмехнулся Журбер, присаживаясь на кровать Иштании. — Если бы не смогли решить проблему на воде и не разобрались с засадой, то не имело бы смысла пытаться посадить вас на трон. Айлексис, простите, но мне следовало убедиться в ваших возможностях.

— И рискнуть нашими жизнями?

— Все относительно, — пожал тот плечами. — Не забывайте про канцлера, он бы нас вытащил из плена. Кстати, не удивительно, что нас не тронули. Горшанцы знали, что на борту невеста Северуса.

— Думаете их это остановило? — уточнил я, вспоминая, как осторожно нас догоняли галеры. Точнее, они не пытались атаковать. Они даже способны предъявить горцам, что те потопили их корабли. — Получается, вы все рассчитали и нам ничего не грозило?

— А вот не стану с таким утверждением соглашаться, — отрицательно покачал головой Журбер. — Уверен, горшанцы выбрали тактику осады. Наш корабль бы заблокировали, а потом предложили сдаться, либо вежливо пригласили погостить. Сарику передали канцлеру, а все остальных, — он пожал плечами и не закончил фразу.

— Использовали по своему усмотрению, — кивнул я. — Вариантов-то много, начиная от казни и пыток, заканчивая все той же женитьбой графини на том, кого они хотят видеть на троне Каршанской империи. Так разве это не тот риск, про который говорю? Господин Журбер, повторюсь, если что-то задумали, то, прежде чем действовать, вы обязаны мне доложить, пока являюсь командиром отряда.

— Хорошо, — выставил перед собой ладони старый лис. — Айлексис, сейчас только один план, добраться до земель, которые контролируют воины вашего герцогства. Думаю, когда окажемся в безопасности, то все условия вашего магического договора с императором выполнятся. Ну, есть на это надежда, — он деланно отвел взгляд.

Разумеется, мне его слова не понравились. Герцог даже сейчас продолжает свои интриги.

— А разве магия может посчитать, что у меня останутся обязательства? — задал вопрос своему собеседнику.

— Дело в том, что подтвердить выполнения договора некому, — потер щеку Журбер. — В какой-то мере это способна сделать графиня Вилар, однако, она и в самом деле должна оказаться в безопасности, а вам не потребуется ее защищать. Конечно, если на чьи-то плечи ляжет забота о дочери императора, то и тогда договор закроется, — герцог пожевал губами, словно стараясь сдержать улыбку и добавил: — Может быть, закроется, гарантировать не возьмусь.

— Да почему⁈

— Айлексис, неужели еще не поняли, что правитель лично предложил вам сделку?

— Господин Журбер, это очевидный факт, — не понял я бывшего главу тайной канцелярии.

— Волтур очень редко с кем-то подписывал и заверял контракты, да еще с помощью магии. Правитель был очень хитер и перестраховывался. Что конкретно он вложил в ничего не значащие фразы известно только магии, которая посчитала, что вы приняли условия. Не удивлюсь, что он заметил в вас потенциал и оставил, как запасной вариант для своей дочери и империи, — герцог скрестил руки на груди.

Опять он за свое! Прямо в сваху превратился! Ну, честно говоря, против Иштании ничего не имею, даже мог бы с ней завести отношения. Однако, есть несколько «но»! Первое — жениться ни на ком не планировал и не планирую. Второе и, пожалуй, основное — взваливать управление распадающейся империей, которую еще и раздирают на части враги, совсем нет желания. Мог бы перечислить еще пяток, а то и десяток пунктов, по которым не горю желанием отправляться под венец. Честно говоря, меня больше устроят отношения с той же графиней Азалией. Или можно посмотреть, что получится из общения с баронессой Свенией.

— Я что-то устал, — сделал прозрачный намек Журберу, чтобы тот убирался к чертям со своими выводами. — Да, передайте Зурбе, что к ней претензий не имею. Воительница моего приказа ослушалась, но его перебило указание графини. Конечно, дамы пошли на большой риск, когда остались без защиты. Их бы следовало наказать, но у меня нет таких возможностей.

— Хорошо, поговорю с Зурбой, — мрачно кивнул герцог, в ауре которого мелькнула обеспокоенность.

После этого Журбер ушел, а через пару минут в каюту пришла графиня, неся большой кувшин с морсом. Им-то меня она и стала поить, не реагируя, что ничего не хочу, кроме как пару часов подремать. Девушка еще как-то на мои слова странно отреагировала, согласно покивала и заставила выпить полную кружку, по объему не менее пол-литра. Практически мгновенно мои мышцы расслабились, мысли стали тягучие, а принимаемый поток магии в источнике увеличился. Удивительно другое, графиня лично с меня стянула сапоги, а потом и вовсе покусилась на штаны.

— Ты забыла, как подо мной на палубе лежала? — сумел выдавить из себя. — Кстати, чем ты меня опоила? Надеюсь, это приворотное зелье?

— Все шутишь? — хмыкнула девушка, все же расстегнув пряжку моего пояса. — Это морс, с кое-какими добавками, позволяющими магу быстрее восстановиться, после того как тот себя почти вычерпал. Есть и несколько побочных действий, — она говорит, а сама за штанины тянет, — одно из них напрочь лишает выпившего влечения. Если это мужчина, то он не способен использовать свой инструмент и заняться любовью.

— Уверена? — хмыкнул я.

— Не совсем, — растерянно произнесла графиня, все же стянув с меня штаны, оставив в исподнем.

А так как трусы мне белошвейка сшила по индивидуальному заказу, то для Иштании это стало откровением. В том числе и ее слова мгновенно нашли опровержение! Да, не понимаю почему, возможно, у меня что-то не так с организмом, но желание обладать девушкой никуда не делось. Наверное, это все из-за источника, магии и адреналина, бушевавшего в крови.

— И что дальше? Будешь пялиться или поможешь справиться с проблемой? — задаю вопросы, осознавая, что пошевелить ни рукой, ни ногой не могу.

Да что там, даже голову повернуть и то не получается. Хотя, если сейчас устранить воздействие добавок в морсе, то графине не удастся сбежать. Ну, мне так кажется, что ее силы воли не хватит. И не важно, что мы с ней недавно ругались, сейчас в действии другие силы и большая часть из них находится в наших источниках. Такое уже наблюдал, когда баронесса мне с лечением помогала. В ауре Иштании намешаны эмоции, желание и страсть пока не перебивают возмущения и страх. Однако, смущение куда-то пропало, словно добавило в копилку страсти, которая с каждой секундой разгорается.

— Граф, я правильно понимаю ваш намек? — быстро облизнув губы, спросила девушка.

— Одеялом меня укрой, охальница, — хмыкнул я, подумал и добавил: — Или желаешь ссильничать, а потом заставить на себе жениться? Так мы от последнего варианта пока не отказались. Думаю, лучше все же заняться любовью на супружеском ложе, после брачной церемонии. Не согласна?

— Айлексис, вы думаете только об одном! — она накинула на меня одеяло, укрыв с головой.

— Эй, я тут задохнусь, — возмущенно произнес и добавил: — А кто с меня снимет китель и рубаху? Раз начала, то будь добра, доведи до конца!

— Конца? — переспросила графиня, но одеяло все же сдвинула. — Граф, цените мою заботу и доброту, а пошлые мысли выкинете из головы!

Нет, на что-то интимное не рассчитывал, хорошо, что она все же меня раздела. Дело в том, что меня стало бросать то в жар, то в холод, пот на коже стал каплями выступать. Отголосок использования очень большого объема энергии. Удивительно, как не выгорел, поэтому такая расплата ни о чем, переживу. А тем временем наступает ухудшение, уже и говорить-то не получается, но все то, что происходит вокруг осознаю. Иштания за мной ухаживает, протирает пот и почему-то отказалась от помощи баронессы. Заходил герцог, сокрушенно на меня смотрел, но от высказываний отказался. В какой-то момент, словно кто-то щелкнул выключателем, вернулся в свою привычную физическую форму. В источнике энергии, как и ожидал, на дне, но даже слабости не осталось.

— Спасибо, — сел на кровати и посмотрел на графиню, которая в тазике отжимает полотенце.

— Ты чего вскочил⁈ Лежи! — переполошилась та.

— Все хорошо, откат закончился, как и действие травок, — хмыкнул я, подумал и продолжил: — Слабость только вот осталось, мне бы переодеться.

Графиня встала передо мной, уперла руки в бока и внимательно посмотрела в глаза. Хмыкнула, чему-то улыбнулась, а потом облегченно выдохнула и сказала:

— Переодеться говоришь? Без проблем, позову кого-нибудь из моряков или наших воинов. Или хотел, чтобы этим лично занялась?

— Ты очень догадлива, — покивал я. — У тебя такие нежные руки и мягкая целебная аура. Думаю, ты с этим лучше справишься.

— Мечтай! — рассмеялась Ишта. — Одежда в твоем походном мешке! Ты забыл скрыть свою ауру и те всплески, выдающие твои намерения. Просила же оставить грязные мыслишки!

Уела, раскусила мои планы. Действительно, намеревался с ней сблизиться, ну, может и не доводить до крайности, но выманить поцелуй рассчитывал. И что на меня нашло? Это все из-за источников, которые друг к другу притягиваются. Ничего, эта проблема решаема расстоянием. Хотя, как соблюсти дистанцию, если в одной каюте спим на расстоянии вытянутой руки? Этак и в самом деле проснемся в одной кровати. Смеюсь, ничего такого позволять себе не планирую и на провокации не поддамся. Правда, не заметно, что графиня в этом заинтересована. Зато герцог продолжил, как говорят, плешь проедать. Нет, шевелюра у меня густая, ни намека на выпадение волос. Но, если так и дальше продлится, то чем черт не шутит, придется обращаться к магам, отвечающим за красоту. И вновь смеюсь, моих умений с лихвой хватит, чтобы и с более крупными проблемами разобраться. На это герцог и бьет, объясняет, как и что в первую очередь сделать, когда трон займу. Нет, он не в прямую об этом говорит. То совета просит, то начинает рассказывать о том, как все устроено и что ему не нравится. И ведь мне приходится его лекции выслушивать, даже иногда и спорить. Радует только, что водное путешествие недолго продлится. И вот, наконец-то, настал тот момент, когда капитан повел судно к берегу.

— Моя работа выполнена, — объявил моряк. — Надеюсь, вам будет сопутствовать удача.

— Как и вам, — ответил ему Журбер, отдавая мешочки с золотом.

На берегу нас уже ждал отряд северян, командир которого с почтением поклонился Сарике и только потом обратил внимание на всех остальных.

— Догурус, лейтенант, направлен канцлером для вашей охраны и сопровождения, — сказал северянин.

Мы с бывшим главой тайной канцелярии и Гарраем в свою очередь представились, а потом я поинтересовался:

— Вам известна конечная цель?

— Осуществить переход на земли, которые находятся под контролем воинов Айлевирского герцогства, — ответил Догурус и вытащил из кармана карту. Развернул ее и указал на несколько отмеченных жирной линией маршрутов: — Предлагаю выбрать один из этих путей. Думаю, дня через три-четыре, мы расстанемся.

— Лейтенант, а разве канцлер не велел следовать с нами? — вмешалась Сарика, которая последнее время мрачна и находится не в настроении.

Подруга и служанка графини на Северуса зла и этого не скрывает. Ей шагу, охрана, приставленная канцлером, не дает ступить. Даже общаться с Иштанией и Свенией могла только на палубе, в каюту к дамам, где и я проживал, ее не пускали. А если она и прорывалась, то находится там больше пары минут оказывалось невозможно. В дверь один из телохранителей постоянно стучал и молил, чтобы госпожа вышла. Мол если об этом узнает канцлер, то телохранителям гнить на рудниках, а то и головы он им оторвет, в прямом смысле этого слова. Ишта своей родственнице сочувствовала, предлагала северянина-параноика бросить.

— Я бы с удовольствием, — прижимала руки к груди Сарика, — да только боюсь потеряю саму себя и жить не смогу.

— Любовь зла, — каждый раз ухмылялся герцог, присутствующий при этих разговорах.

И ведь ничего мы с телохранителями невесты северянина не смогли поделать. Те остались глухи к просьбам Иштании, Свении и Журбера. Я даже не пытался с ними беседовать, не видел смысла, в аурах воинов ответы заранее известны, они слишком преданы своему господину. Насколько понял, то поклялись ему служить до смерти.

— Такого распоряжения не получал, — ответил Догурус.

— А моих телохранителей с собой заберете? — с надеждой в голосе, уточнила Сарика.

— Они мне не подчиняются, — покачал головой лейтенант.

Надежды невесты канцлера обрести мнимую свободу рухнули. Правда, она как-то зло прищурилась, не позавидовал бы я Северусу, окажись он сейчас перед своей избранницей. Впрочем, загадывать нельзя, вполне возможно, что девушка сразу тому все простит. Что-то не заметил ее недовольства, когда канцлер рядом находился. Сарике ни до кого дела не было.

— Герцог, что скажите? — обратился я к Журберу, кивнув на карту.

Предварительно выбрал маршрут, нам предстоит продвигаться по когда-то оживленному тракту. Если и возникнут проблемы, то их легче уладить, где есть возможность обратиться за помощью к местным, попытаться укрыться за стенами одной из продолжающих держаться крепостей или замков. Увы, судя по отметкам, то в округе все города пали. Это не новость, герцог об этом давно говорил. Северянам и оркам, судя по той же карте Догуруса, удалось захватить лишь четверть земель герцогства. Похоже, отец успел наладить оборону, до того, как погиб. Впрочем, часть городов была оставлена жителями, перед тем как туда зашли войска врага. Почему сдали без боев? Скорее из-за плохой защищенности, никто не предполагал, что враг так легко сломит сопротивление на границе.

— Айлексис, это ваши земли, думаю, лучше моего знаете, как поступить, — не задумываясь ответил Журбер.

— Тогда двинемся вот так, — достав карандаш, я провел линию до Эйлина.

— По тракту небезопасно, — попытался возразить лейтенант северян.

— Карета и два крытых экипажа легко не пройдут лесными дорогами, — пожал я плечами. — Нам придется их постоянно из грязи вытаскивать, темп окажется таким, что на дорогу потратим времени раза в два, а то и три больше. Спорить не собираюсь, считайте, что это приказ госпожи Сарики, — взглянул на девушку.

— Да-да! Слова господина Айлексиса расценивайте, как мои! — поспешно сказала та, догадавшись, что от нее требуется.

И мы тронулись, при этом служанка графини, уже бывшая, выразила желание ехать верхом, чем вызвала обеспокоенность у своей охраны.

— Если считаете это опасным, то готова присоединиться к подругам в карете! — заявила невеста канцлера.

Она наконец-то нашла, чем шантажировать своих телохранителей — собственной безопасностью! И, как ни странно, но это ей удалось.

— Господин Айлексис, мы почти прибыли к линии разграничения, — подошел ко мне на привале лейтенант северян. — Осталось десять километров, но на этом хорошие новости заканчиваются.

— Что случилось? — насторожился я.

— Командование сняло наши части с этого участка и куда-то их перебросило. На Эйлин наступают три отряда орков, договориться с ними о безопасном проходе вряд ли удастся. Останется только незаметно пройти, но быть готовым пробиваться с боем. Они хоть и являются нашими союзниками, однако, объяснить им необходимость доставить вас в целости и сохранности на земли контролируемые каршанцами вряд ли встретит понимание, — сказал мне лейтенант северян.

На минуту мелькнула мысль, что это вновь задумка герцога, чтобы показать всем мои умения, на этот раз на земле. Вот только Журбер от слов лейтенанта нахмурился. Он даже попытался возмутиться, что имелась договоренность с канцлером о нашем беспрепятственном проходе. Лейтенант в ответ буркнул, что и сам не понимает происходящего, а решения командиров не намерен обсуждать.

— Едем внаглую, — подумав, объявил я свое решение. — Оркам заявим, что направляемся для переговоров.

— Вряд ли сработает, — покачал головой Догурус. — У них шаманы имеются, враз раскусят.

— Тогда прорываемся с боем, — пожал я плечами, подумал и предложил: — Догурус, задача вашего отряда пытаться убедить орков, что такой у вашего командования план. Вперед отправьте своих воинов, чтобы те предупредили ваших союзников о нашем появлении.

План сомнительный, но другого просто нет. Конечно, можно свернуть с тракта, сделать крюк, а потом лесами добираться до Эйлина. Не факт, что и там не столкнемся с дозором орков. Да и к самим подразделениям северян у меня недоверие имеется. Канцлер далеко, его приказы могли быть неверно истолкованы, а то и вовсе саботированы.

Держусь рядом с каретой, впереди и позади которой едут фургоны с остатками нашего, некогда большого, отряда. Гунбарь порывался составить мне компанию, Гаррай и вовсе обиделся, что ему приходится ехать, замыкая процессию сидя в повозке. А как иначе? Они мне только помешают случись чего. Впрочем, уверен, переход окажется непростым. В этом убедился, когда нас стали орки брать в кольцо. Заклинания уже подготовлены, когда до цели рукой подать, то останавливать меня глупость несусветная!

Глава 19 ВЗЯТЬ В ОБОРОТ

Фургоны и карета замедляются, впереди, посередине тракта, лежат несколько бревен. Даже издали вижу радостные оскалы на лицах орков. Они считают, что нам некуда деться. Ну-ну, наивные! Единственное, что настораживает — шаманы, их трое и они стоят чуть позади искусственной преграды. В магическом зрении вижу, как врагов окутывает полупрозрачное марево. Похоже, на воинов насылают заклинание бесстрашия и силы. То-то орки так безрассудны в бою. Впрочем, даже если в их отрядах нет шаманов, то они никогда трусливо не отступают. Если такое и случается, то отходят по приказу вождя или того, кто ими руководит.

— Лейтенант! — кричу северянину. — Вы свою работу сделали, останавливай своих воинов и не лезь в схватку.

Этот момент я проговорил с нашими, если так можно сказать, проводниками и временными союзниками. С собой их взять не могу, каршанцы не оценят, но и вступать в бой с орками им нельзя, все полягут. Не то чтобы мне их жаль, но есть договоренность с канцлером, у которого дела похоже идут не слишком хорошо. Кто-то против него копает, в том числе и каким-то образом узнал, что где-то в этом месте должен перейти линию соприкосновения наш отряд. Северус свои проблемы решит, виновным не поздоровится, в этом я уверен. Однако, сейчас следует думать о своих людях. Вот Догурус сделал знак рукой, и северяне развернули коней. Мне необходимо выждать пару минут, а потом потягаться с шаманами. Рядовых орков не рассматриваю, как угрозу.

— Удачи! — проорал лейтенант северян и пришпорил коня.

Мы с ним так и не нашли общий язык, но и это понятно. И так странно выглядело, что враг нашей империи нам помогает.

— Пора, — сам себе сказал и прищурился, оценивая расстояние до преграды на тракте.

Ударить решил воздушным тараном, он в данном случае больше всего подходит. Магия в источнике откликнулась мгновенно, заклинание простое, похожее на воздушный кулак. Только потребовалось влить кратно больше энергии, чтобы расчистить дорогу.

— Черт! Промахнулся, — констатировал я, но не расстроился.

Мой удар задел шаманскую троицу, всего лишь краем, но орки просто взмыли в воздух метров на двадцать, что те воздушные шарики. Если они не умеют парить в пространстве, то их опасаться больше не придется. Так о землю шмякнутся, что костей не соберут. Кстати, я тоже левитировать не умею, но такое умение у высших магов древности существовало. Впрочем, те многое могли, вспомнить хотя бы путешествие между мирами, тогда остальное покажется незначительной мелочью.

— Айлекс! — высунулась из окна кареты Ишта. — Преграда!

Действительно, что-то я задумался. Благо орки, готовящиеся к бою, сейчас в недоумении ищут своих шаманов и на нас не обращают внимания. Хотя, нет, сглазил! Выпустили в нашу сторону залп из арбалетов и луков. Когда только успели? Ну, воздушный щит у меня получился автоматически. Стена оказалась упругой, от нее болты и стрелы отскочили, а я, немного защиту преобразовал и направил на бревна. На этот раз это не таран, принцип бульдозера. Край стены даже покрытие тракта зацепил, камни стали отлетать в разные стороны, поднялось облако пыли. Буквально через мгновение раздался треск бревен, крики орков и путь оказался свободен. Тем не менее, нас продолжает брать в кольцо, оставшийся отряд орков. Их порядка пятидесяти, если верить магической карте. Но с линии обороны уже на подмогу выдвинулся конный отряд воинов герцогства.

— Молодец командир, быстро сообразил, что кто-то на прорыв идет, — буркнул я, но не очень-то радостно.

Дело в том, что инициатива неведомого друга, существенно ограничила мои возможности. Если намеревался ударить круговым валом огня, не заботясь о его мощи, то теперь спешно прикидываю, чтобы удар не зацепил спешащих на помощь.

— Должно получиться, — сам себе сказал и активировал заклинание.

Огненный вал красочно разошелся круговым ударом. Но я перестраховался, только часть орков попала под удар, но остальные сообразили, что им тут ловить нечего и развернули лошадей. Хм, у меня в источнике энергии больше половины. Поэтому-то решил поупражняться по удирающим целям. Пару огненных шаров красиво полетели, за ними три ледяных копья, а в завершении ударил шрапнелью. Ну, не шрапнелью, конечно, обычными мелкими камнями, которые-то и поразили большинство орков.

— И зачем так безрассудно расходовать силу? — возмущенно спросил Журбер, показавшись в окне кареты. — Просил же, чтобы красочно удары наносил, какими-нибудь фейерверками, а ты бил обычной магией. Одно утешение, что сразу трех шаманов в полет отправил. Но, насколько понимаю, ведь случайно получилось, краем их задел!

— Откуда знаете? Следили за магическим полем? — поинтересовался я, продолжая взглядом отыскивать уцелевших орков.

Разумеется, часть врагов уцелела. Есть даже те, кто верхом уносится в сторону, но большинство бегут на своих двоих. Пытаться каждого накрыть магическим ударом даже думать не стал. Не настолько я меток, понимаю, что только резерв впустую потрачу. Ну, может в одного-другого и сумею попасть, но размениваться нет желания. Да и отряд воинов к нам уже почти подскакал, пусть они этим займутся.

— Сбавь скорость! — приказал я кучеру, поравнявшись с головным фургоном.

Гунбарь, а именно он управлял повозкой, понятливо кивнул и чуть натянул поводья.

— Кто такие и откуда? — подскакал ко мне молодой воин в потертой кольчуге.

— Здравствуйте, — вежливо сказал я, рассматривая подозрительно насупившегося парня. — Смотрю, вы нас не ждали.

Ему лет семнадцать, имеет пару не заживших свежих ранений. Держится в седле за счет какого-то зелья и работающего источника, дающего ему бодрость.

— Тут кроме врагов никого давно не видели, — держа ладонь на рукояти меча, ответил мой собеседник. — Повторю вопрос, прежде чем позволю продолжить путь. Кто вы?

— Граф Айлексис Вард, — представился я, не пожелав с парнем пререкаться. — Направляемся в Эйлин.

— Не может быть! — воскликнул парень. — Простите, не ожидал! — он склонил голову. — Барон Валент Шурский, командую этой линией обороны герцогства.

— Вы ранены, почему не на излечении, а в седле? — нахмурился я.

— Так получилось, — отвел тот взгляд.

— Ладно, потом поговорим, — сказал ему и указал на карету: — Спешивайтесь и забирайтесь внутрь, вам окажут помощь. Своих людей отзовите, не следует преследовать остатки отряда орков.

— Но они же легкая добыча! — возмутился Валент.

— Это приказ, — жестко ответил я, а потом чуть тише добавил: — Так нужно.

Барон нехотя выполнил мои распоряжения. Удивленно вскрикнул, когда ему дверцу карета отворила Иштания и принялась отчитывать, словно неразумного ребенка. Графиня все прекрасно слышала и провела целительскую диагностику. Ее ворчание, направленное не на меня, прямо-таки услада для ушей! Зато Журбер завалил барона вопросами и подбадривал, просил не обращать внимание на дам, которые незамедлительно приступили к лечению.

— Испортят парня, влюбят в себя, а потом бросят, — буркнул я себе под нос.

В небольшом поселении почти нет местных жителей, большая часть ушла в ближайший город, под защиту стен. Воины герцогства встретили нас настороженно, все вымотаны, усталые и большинство ранено. Однако, узнав, кто мы такие и что произошло на тракте, то ликовали так, словно выиграна война. Жаль, что долго задержаться не могли, немного передохнув, отправились в Эйлин, до которого еще не так и близко.

— И когда они успели? — мрачно оглядел я Иштанию и Свению, которые в карете безжизненно привалились к стенкам.

И ведь не показывали вида, ходили среди воинов и радостно им что-то рассказывали. А вот Сарика находилась в фургоне, под охраной северян, которым запретил выходить.

— Дурное дело нехитрое, — мрачно заявил Журбер, который меня и позвал полюбоваться на непослушных спутниц. — Вновь выложились по полной, резерв вычерпали.

— А вы-то куда смотрели? — хмуро поинтересовался я у герцога.

— Занят был, — буркнул тот.

Ну, видел, как он на голубятню ходил и писаря с собой брал. Наверняка разослал весточки о нашем появлении. И ведь опять ничего не сказал, за спиной интриги плетет, никак не образумится. Мне осталось только головой покачать. Нет, я тоже был занят, изучал карты, общался с воинами. Даже пришлось пообещать, что вскоре все изменится и мы погоним врага. Необходимо было вселить надежду в людей. Впрочем, она появилась и у меня. Ощущаю себя способным в одиночку противостоять, пусть пока не армии, но с большим отрядом точно справлюсь. Дайте только время попрактиковаться в атакующей магии. Пока все же удары не совсем точны, в заклинания вкладываю больше сил, чем необходимо. Но ведь только учусь и уже каков результат! Главное, не почувствовать себя всесильным и не зазнаться. Последнее мне точно не грозит, а вот оценить опасность врагов необходимо.

— Какое бы наказание для этих неугомонных дам придумать? — задаюсь вопросом и беру графиню и баронессу за руки.

— Лишить сладкого, — усмехается герцог.

— Ни за что, — приоткрывает глаза Иштания. — Мне уже во сне корзиночки с кремом снятся, которые делают в ресторане Каршанска.

— Растолстеть не боишься? — подколол я графиню.

— Не дождешься, — вяло ответила та.

Вливаю в подруг жизненную энергию и магию. Их источники к моему радостно потянулись, жадно поглощают силу и замечаю, что резерв графини и баронессы вновь подрос. Этак они вскоре меня начнут опустошать. Ну, смеюсь, наполнить их два источника для меня почти ничего не стоит, каких-то тридцать процентов. А это, на минуточку, очень немало, если разобраться. Девушки уже давно перевалили обычный уровень магинь. Если развитие не замедлится, то будет у нас в империи еще два высших мага.

— На привале надо поговорить, — предупредил меня герцог и ехидно добавил, заметив, как Свения приоткрыла глаза и насторожилась: — Без любопытных.

Разговор с бывшим главой тайной канцелярии состоялся только на следующий день. До этого как-то не сложилось. В тот вечер, мы остановились в небольшом городке, где заночевали. Там нас встретили насторожено, даже попытались устроить что-то типа дознания с помощью местной стражи. Разобравшись, кто мы такие, глава города публично чуть ли в ногах у меня не валялся. У него даже случился удар и пришлось баронессе пузатому и деятельному чиновнику оказывать лекарскую помощь. Винить его даже не подумал, оборона городка на загляденье организована отлично. Еще продолжают возводить укрепления, городские кузни и мастерские работают круглые сутки, изготавливая всевозможное оружие и доспехи. Если таких городков будет много, как и деятельных глав, то беспокоиться о герцогстве не придется.

— Айлексис, мы уже почти у цели и пора решать вопрос, как восстанавливать империю и гнать врагов, — начал отложенный разговор герцог.

— Журбер, сделаю все от себя зависящее, но пока еще даже не вступил в права управления герцогством, — пожал я плечами.

— Это дело времени, точнее, ближайшей недели, — отмахнулся тот. — Вы же понимаете, если трон будет пустовать или его займет не тот человек, то все пойдет прахом, как бы вы не пыжились! — раздраженно произнес мой собеседник, а потом продолжил: — Помнится мне, вы выставляли некие условия, при исполнении которых, согласитесь возглавить Каршанскую империю. Так вот, практически обо всем договорился! Даже приму то, что сам вернусь в политику и займу назначенный вами пост.

— Как насчет стать канцлером? — прищурился я.

— Это слишком, — покачал головой Журбер.

— А что такого? Или испугались? Вижу по глазам, что не горите желанием, а меня толкаете на совсем уже непосильную ношу. И, кстати, госпожа Иштания не горит желанием связывать себя со мной узами брака. А без этого не будет прав претендовать на трон. Есть и еще один момент, — я чуть задумался, но потом уверенно продолжил, правда, не совсем то, что хотел сказать: — Принуждать графиню не собираюсь, а династические браки мне не по душе.

Не дождавшись от герцога ответа, я отправился к Сарике, которая передала через охрану, что желает переговорить. Оказалось, что ей пришел магический вестник от Северуса. Тот искренне заверил, что произошло недоразумение, и виновные уже наказаны. Сам же он отдал приказ войскам не атаковать наши позиции и ведет переговоры с вождями орков. Ситуация стремительно меняется, канцлер пишет, что есть некие перспективы на союзничество, но при условии, что оружие направим на горшанцев. В общем-то, мне последние совсем не нравятся с их рабским строем. Было бы неплохо сменить там режим, но сделать это возможно при создании альянса. Горцы, наверняка займут выжидательную позицию. Насчет орков уверенности никакой, но есть шанс, что северяне будут с нами заодно. И это не только из-за Сарики, я с Северусом многое обсудил в личных беседах. Канцлер северян признал, что в перспективе его империя столкнется с горшанцами. Похоже, предстоят длительные переговоры с непонятной перспективой. Последние дни в пути до Эйлина я уже сам с канцлером вестниками обменивался. Мы пытались на расстоянии найти точки соприкосновения.

— Наконец-то, — выдохнула Ишта, находившаяся рядом со мной. Девушка верхом на смирной лошадке. Вот графиня остановилась и указала на показавшиеся из-за поворота городские стены. — Это же Эйлин, верно?

Графине наскучило в карете трястись, так она объяснила то, что желает передвигаться на лошади. Лукавит, уверен, она не выдержала бурчания Журбера, который последнее время всем недоволен. Кстати, он при первой возможности продолжает рассылать послания, при этом почти не получая ответов, что очень странно.

— Да, добрались, — невольно улыбнулся я, представляя, как уже вечером окажусь в родовом замке.

— И что дальше? — задумчиво спросила графиня. — Айлексис, ты же меня и баронессу приютишь?

— Разумеется, — утвердительно кивнул я. — Уверен, если вас отпущу, то огребу проблем выше крыши! Придется тратить время и вытаскивать неугомонных дам, находящих себе приключения на одно мягкое место!

— Почему это на одно?

— Прости, ошибся, на два! — рассмеялся я, а графиня надулась.

Хотел ей напомнить, что не так давно, на вечернем привале в одной деревеньке, дамы прониклись просьбами одной старушке, у которой сыновья мучаются и помирают. Отправились спасать тех, кто не так давно напился вусмерть и всю округу на уши поставил. Приставали к девкам, побили старосту, но были пойманы мужиками и… дальше объяснять нет нужды. Спасибо бы сказали, что живы остались. Так нет, пока их мать за них слезно просила, эта троица нашла у нее спрятанное вино. Когда же Ишта и Свения пришли, то горе-пьяницы в пьяном бреду решили, что это какие-то городские девки легкого поведения. Мол на ярмарке их младший видел, но в цене не сошлись. Как и почему они вдруг тут оказались и братьев навестили они такими вопросами не задались. Пришли, значит будьте добры на лавки лечь и их ублажать. Еще и руки попытались распускать. Не знаю, от графини или баронессы, мне пришла магическая весть о беде, но через минуту уже был на месте. Изба уцелела, переломанные руки и ноги братьям запретил исцелять. Пусть скажут спасибо, что их не оторвал! А вот блокировку на любой алкоголь лично поставил. А потом каждому чарку поднес, для проверки. Братьев наизнанку от одного глотка выворачивать стало. А две испуганные дамы, которые забились в угол и вдвоем держали перед собой воздушную стену, отделались легким испугом. Их даже наказать рука не поднялась, обе на мне повисли и рыдали. При этом их платья в некоторых местах оказались порваны. Не сразу сообразили, что следует делать, когда их трое мужиков хотели облапать.

— Мы же тебе обещали, что такое не повторится, — буркнула Ишта, — а ты все время напоминаешь.

— Ой, что-то я сомневаюсь, — хмыкнул ей в ответ, но не стал говорить, чтотеперь от каждой из дам тянется к моему источнику что-то типа магической нити.

Нет, это не поводок или устройство для подглядывания. Магия отслеживает состояние аур и сообщит мне об опасности, если таковая будет графине и баронессе грозить. И ведь одного так и не понял. Как Свения, опытная и разумная, пустилась в такую авантюру? Похоже, подруги друг от друга учатся и не только хорошему.

— А почему набат забил? — удивленно спросила Иштания. — Да еще как-то радостно и торжественно. Смотри, еще и флаги на стенах вывесили! Неужели это нас так встречают?

Мост со скрипом опустился на ров, огораживающий городские стены. Ворота распахнулись, из них вышел гарнизон чуть ли не в полном составе и парадной форме. Даже музыканты поспешно подтянулись!

— Что, черт возьми, происходит⁈ — не удержался я от восклицания. — На городских улицах не протолкнуться! Ауры у всех ликующие и радостные, — вслух сказал, проведя поверхностную разведку с помощью магии.

— Журбер, — чуть слышно простонала графиня. — Уверена, это его происки.

— Герцог! — рыкнул я, подъехав к карете. — Объяснитесь.

— Занят, все потом, — раздался голос старого лиса.

Я подергал ручку на двери кареты, собираясь на ходу в нее заскочить и прижать Журбера к стенке. Ну, дело в том, что не такой я и олух, догадался, с чего такой в Эйлине праздник. Думаю, это и графиня осознала, но почему-то не очень-то протестует. Точнее, она просто задумчива и направляет лошадку вперед. Даже остановиться не пожелала.

— Айлексис, смирись, двери кареты, как и окна, мы воздушным щитом поддерживаем! — воскликнула Свения. — Считай, что это для вас с Иштой сюрприз, от которого отказаться не имеете права! Мало того, в глубине души вы этому даже рады! А то бы так и ходили вокруг да около.

Ну, не знаю, как реагировать, если честно. Империю необходимо поднимать, свои земли и людей защищать. И, да, в чем-то Журбер прав, это готов сделать, но необходима власть и признание. На сегодня в герцогстве мои приказы и указания будут исполняться, кто-то с радостью, другие с опаской, но найдутся и те, кто будет саботировать. Почему? Вопрос риторический, когда молодой человек возвышается над, как они считают опытными и умудренными господами, то далеко не все это принимают. Потребуется время, магические присяги и те дела, которые покажут мою компетентность, чтобы получить доверие и поддержку. И даже в таком случае, обязательно найдется тот, кто попытается вставлять палки в колеса.

— Что обо всем этом думаешь? — спросил я у Ишты.

Девушка даже не взглянула на меня, как-то вымученно улыбнулась, а потом произнесла:

— Мне не привыкать, выбора нет, значит, пусть так и будет.

— Графиня, поверьте, понятия не имел, что затевается, — я приложил руку к груди.

— Но догадаться могли, — пожала та плечиками.

Аура у девушки какая-то блеклая, безразличная, холодная и еще в ней преобладают мрачные всполохи.

— Ишта, если признаюсь, что ты мне нравишься это что-то изменит? — спрашиваю ту, которой не оставили выбора и выдают за меня замуж.

Кстати! Мое мнение-то тоже забыли спросить! Точнее, неоднократно говорил герцогу, что против того, чтобы получить титул императора насильно женив на себе Иштанию. Только старый лис меня не послушал и в очередной раз все скрытно провернул. Мог ли догадаться, как сказала графиня? Возможно, но особых предпосылок не заметил. Журбер отсылал в большом количестве вестников? Так что в этом странного? Мы оказались на своей земле и получили возможность узнавать, что происходит.

— Поздно, слишком поздно, — задумчиво ответила графиня и покосилась в мою сторону.

На секунду показалось, что девушка выдохнула и даже повеселела. Однако, на ее ауре возник щит, на лице непроницаемое выражение, глаза прикрыла веками, побледнела, спину еще ровнее стала держать. А до почетного караула уже метров сто осталось. Журбер из кареты все же высунулся, понимает, что в этой ситуации ему ничего не сделаю.

— Ишта, Айлексис, вы въезжаете в город первыми! Мило улыбаетесь и смотрите друг на друга с любовь… ну, хотя бы без ненависти, — скороговоркой, с запинкой, дал наставления герцог.

— Где и когда пройдет задуманная вами церемония? — не поворачиваясь и помахав в приветствии людям жадно нас рассматривающих со стен и рядом с воротами города, спросила графиня.

Я, запоздало, но повторил жест своей, как понимаю, неожиданной невесты. Ну, в общем-то мог догадаться, что такое произойдет, в этом Иштания права. Но, а это главное, если разложить все и вся, то ни грамма не против такого. Допускаю, что и поэтому не интересовался, чем так активно занят в дороге Журбер. Мне нужна власть, чтобы наказать врага и защитить земли. А еще, Иштания, как-то так получилось, что не готов с ней расстаться. Любовь ли это или привязанность с симпатией? Думаю, все сразу вместе, уж себе-то готов признаться. Жаль, что девушка моих чувств не разделяет, злится и бесится, но и сделать ничего не может. Уверен, она понимает, что это лучший выход из возможного и не только для империи, но и лично ее.

— Ишта, ничего не бойся, в том числе и меня, — чуть слышно говорю девушке, маша рукой жителям города в знак приветствия, въехав в городские ворота. — Надеюсь, как минимум, мы останемся друзьями и соратниками. Без твоего на то позволения не позволю себе лишнего, обязуюсь защищать и оберегать. Будь немного времени, поклялся бы, но сейчас тебе придется поверить на слово.

— Граф, а вы ведь так ничего и не поняли, — произнесла моя спутница.

Она еще что-то сказала, но крики и шум толпы заглушил ее голос. На центральной улице нас встретили священнослужители во главе с патриархом, митрополитом, архиепископом и тремя игуменьями. Последние из самых влиятельных монастырей Каршанской империи и, говорили, что между собой они не ладили, однако объединились. Н-да, бывший глава тайной канцелярии и без пяти минут канцлер проделал огромную работу. Как он так все организовал и за такой короткий срок? Поразмышлять не хватило времени. Служители церкви нас с Иштанией взяли, как говорится, в оборот. Такое ощущение, что себе не принадлежим. Если же разобраться, то последнее утверждение не далеко от истины.

Эпилог

Все закрутилось и понеслось, как во сне. Вот нас с графиней разделили, ту уводят настоятельницы, надеюсь, не в одно из своих заведений, а то с них станется. Патриарх же занялся мной. Короткая исповедь, отпущение грехов, посвящение в герцоги и передача регалий земли Айлевирской. Какие-то портные, словно саранча, облачили меня в слишком богатый наряд, расшитый золотом. И вот я уже стою в открытой карете, а ко мне подводят Иштанию в свадебном, не побоюсь этого слова, шикарнейшем платье. Казалось, мы не виделись от силы час, а в Эйлине уже зажигаются магические светильники. Толпа все так же шумит и возникает понимание, что после того, как въехали в город, прошло много времени.

— Ты прекрасна, — искренне выдыхаю, а потом добавляю: — Спасибо, что не сбежала.

— Еще чего! — усмехается графиня и с улыбкой смотрит мне в глаза, а потом повторяет одно из любимых моих выражений: — Не дождешься и не надейся!

Хочу задать ей много вопросов, возможно и сжать в объятиях, но, черт побери, это сделать невозможно. Мало того, не представляю, когда удастся поговорить. Обряд предстоит быть долгим, нам потребуется много сил. Но, если не ошибаюсь, наши источники и души нашли точки соприкосновения, оказавшись теми, кто считается половинками и теперь мы будем единым целым. А церемония продолжается, нас подвозят к церкви, однако, ведут в дом управляющего городом. Немного начинает бесить, что непонятен следующий шаг, с нами обращаются словно со слепыми котятами. Насколько у меня хватит терпения? Оказалось, что перед заключением брака надо получить благословение родни. Иштанию, кто бы мог подумать, представлял Журбер!

— Айлексис, доверяю в ваши руки свою воспитанницу, — провозгласил старый лис в присутствии патриарха.

— Благодарю, — ответил ему, а потом добавил: — Обязуюсь ее беречь и защищать.

— Вот и славно, — потер руки патриарх и посмотрел на герцога: — А вы переживали, что будущий император вам голову открутит. Нет, господин Айлексис, здравомыслящий и дальновидный человек.

Угу, понимаю, начинаются комплименты, при этом от высокопоставленного и влиятельного господина. Кстати, патриарху под пятьдесят, имеет неплохой источник, цепкий и внимательный взгляд.

— Нашему жениху следует принять в управление герцогство, вступив в наследство, — напомнил Журбер, при этом он старается держаться от меня на расстоянии.

Неужели боится, что и в самом деле ему шею сверну? Нет, это он зря, еще взвоет, когда взвалю на него большую часть работы по разгребанию проблем в империи. Он же сам на это напросился, так пусть пашет в поте лица! А я, став императором, имею право на небольшой отдых. И пусть только он попытается это оспорить. Ну, понимаю, что где-то утрирую, но и правды в моих замыслах немало. И, вообще, я не злобный, просто память хорошая. Вступление в наследство и принятие герцогского титула потребовало присутствие мага-нотариуса. Подписания кучи бумаг, магической клятвы и принятия магией Айлевирского края мою персону. Все прошло без проволочек, заняло от силы минут сорок. Остался последний шаг, но невеста задерживается, ее моя родня не отпускает и Журбер вновь начинает нервничать.

* * *

События глазами графини Вилар.

Не так себе представляла собственную свадьбу. Считала, что сама должна выбирать украшения, платье и планировать торжество. А тут, прямо пыльным мешком по голове ударили и взяли в оборот. Мало того, мой будущий муженек даже толком предложения не сделал! Ну, это я так ворчу, на самом деле все могло оказаться куда хуже. И все же, не очень-то мне понравился настрой Айлексиса и его слова. С другой стороны, все прекрасно понимаю и осознаю. Однако, когда игуменьи в один голос предложили пройти процедуру определения невинности, то меня это покоробило.

— Разве для договорного брака в этом есть необходимость? — задала я вопрос сразу им троим.

— В общем-то, нет, — хмыкнула одна из представителей монастырей. — Зато семье будущего мужа спокойнее, а магия примет вашу пару лучше. Или вам есть, что скрывать?

— Дело в том, что если вы невинны, то потребуется обязательна консумация, для обретения полноценного замужества, — пояснила вторая монахиня и дополнила: — Не бойтесь, магине достаточно оценить вашу ауру и подтвердить, что вы не беременны.

— Именно последние имеет значение, чтобы на троне не оказался тот, кто зачат до брака, — сказала третья игуменья. — Госпожа, так как вы дочь императора, то ваш ребенок, рожденный в браке, получит все права, даже если он окажется не от мужа. Основное — вы должны оказаться замужем, иначе, такого дитя не примет магия Каршанской империи.

Запутали они меня, но потом вспомнила. Пока я не императрица и, если окажусь беременной до церемонии, даже если и от будущего мужа, то ребенок не получит прав наследовать трон. Никогда этого правила не понимала, но беспокоиться не о чем, что и подтвердила целительница императорского двора. А вот семья Айлексиса меня встретила не очень радушно. Нет, они вежливо улыбались, желали счастья, а у самих ауры печальные и мрачные. Приемная мать моего жениха, так и вовсе слезу не сдержала. И только младшая сестра Айлексиса, долго и внимательно меня рассмотрев, немного обстановку разрядила:

— Графиня, думаю, мы с вами подружимся. На вашей ауре есть отпечаток моего брата, когда он пытался меня прикрыть от шалостей и защитить. Думаю, Айлекс о вас беспокоится!

Неожиданно, но приятно, в источнике даже стало как-то теплее, а с души камень свалился. Нет, благословение мне бы и так дали, но после слов Айки, как ее граф называл вспоминая, слова напутствия прозвучали почти искренне. После встречи с родней жениха, наконец-то, ко мне допустили подружек невесты. Ими, к моей радости, оказались не фрейлины, а Свения и Сарика.

— Чего грустим? — сходу спросила баронесса.

— Госпожа, вот и вы обретаете счастье! — радостно произнесла Сарика. — Я так за вас рада!

Они меня подбодрили, сняли страхи, словно мы вновь в какую-то передрягу попали. Мне только жаль, что вскоре Сарику заберет северянин. А вот насчет Свении у меня есть определенные планы, отпускать ее от себя не собираюсь. Правда, их отношения с Айлексисом настораживают, есть подозрения, что они сильно сблизились, но уж лучше иметь такую соперницу, чем наглых и пронырливых девиц при дворе. А я-то собираюсь императорский уклад изменить и перетряхнуть клубок змей, которые там обосновались.

— Ишта, не пойму твое настроение, — задумчиво сказала баронесса, лично поправляя мне волосы, выгнав служанок, которые должны были позаботиться о моем внешнем виде. — Тебя же к Айлексису тянет, он тебя волнует и не говори, что это не так. Между вами искры видны невооруженным взглядом, только слепец этого не заметит.

— А разве между тобой и моим женихом искры не проскакивали? Или думаешь, я забыла Азалию? Как насчет служанок и даже горчанок, которые млели от Айлексиса? У моего будущего мужа много поклонниц, боюсь, мне потребуется помощница, — внимательно посмотрела на баронессу.

— Еще не выйдя замуж предлагаешь мне стать его фавориткой? — удивилась та.

— Почему бы и нет, — пожала плечиками. — Не факт, что у меня дойдет до исполнения супружеских обязанностей.

— Не дури! — улыбнулась Свения, а потом рассмеялась: — В тебе же говорит ревность! Знаешь, я за тебя действительно рада, — она меня обняла, при этом так и не ответив на мое предложение.

И даже когда об этом ей напомнила, то и тогда от ответа ушла. Впрочем, это тоже своего рода согласие, наверное. Не знает она как сложится, да и мне об этом неизвестно и загадывать не хочется. Зато вдруг осознала, что счастье где-то близко, его получилось ухватить за хвост. Пожалуй, Журберу надо сделать подарок, он не сразу, но подтолкнул меня к Айлексису. Думаю, мы с будущим мужем справимся со всеми проблемами. Господи, я без пяти минут стану женой и императрицей! Мандраж? Да, он есть и даже колени дрожат. Однако, необходимо взять себя в руки. Обратилась к своему источнику, в ответ получила волну тепла и успокоения, что все будет хорошо. Мне даже показалось, что меня подбодрила магия жениха, словно перышком провели по лицу. Поэтому, в двери церкви я пошла с искренней улыбкой на лице, отбросив маску.

* * *

События глазами Айлексиса.

И вот настала брачная церемония, клятвы, благословения богов, рев толпы, сияющие глаза моей красавицы невесты и ее холодные, подрагивающие пальчики в моей ладони. Поздравления от родни и близких, какие-то незнакомые дамы и господа заверяют в верности и готовы принести клятвы. Я толком не обмолвился с Иштой даже словом! И вот нас ведут на площадь, где на помосте стоят два кресла, а на столе сияют две короны и атрибуты императорской власти. Примет ли нас правящая магия? Журбер надеется, что все пройдет хорошо. В худшем случае, артефакты подтвердят право Иштании и ее супруга на трон. Этого уже будет достаточно для правления страной.

— Вы знаете, что делать, — чуть слышно говорит патриарх, когда я с супругой стоим перед чашей, в которой бурлит зелье истины и омывает императорские артефакты.

Иштания берет ритуальный кинжал и вкладывает его в мою руку. Мне необходимо нанести порез на ее ладони, после чего она повторит это с моей.

— Смелее, — чуть слышно подбадривает уже ставшая мне супруга.

Ей легко говорить, а боли ей причинять не хочу, при этом понимаю, что никуда не деться. И вот на ее белоснежной коже выступают капли крови и медленно капают в чан. Через пару мгновений с моей ладони тоже стекает красная жидкость.

— Сцепите ладони и поместите их в жертвенную чашу, — подсказывает патриарх.

Мы так и поступаем, а потом на какое-то мгновение впадаем в некий транс. С высоты птичьего полета перед глазами проносятся земли Каршанской империи. Мы с Иштой парим вместе, ощущаю ее присутствие и тепло. Нас тянет в высоту, там что-то важное, его необходимо получить. Влетаем в поток магии и нас начинают кружить стихии. Мы словно сгораем в огне, замерзаем во льду, оказываемся в недрах земли, а потом парим. Знания, мы получили многое, обрели новые способности, с которыми предстоит разбираться и разбираться. По ушам бьет ликование толпы, у меня на голове императорская корона, на Иште такая же, но меньшего размера. Императорские артефакты сияют необычно ярким цветом. А вот физических сил почти нет, раскалывается голова, как и каждая клеточка тела. Ощущаю, что моя жена вот-вот грохнется в обморок. Обнимаю ее за талию, прижимаю к себе и направляю в ее источник жизненную силу.

— Спасибо, — чуть слышно шепчет супруга, а потом добавляет: — Посмотри на Журбера и патриарха.

Старый лис не просто в шоке, я его никогда таким не видел. У герцога глаза готовы выпасть из орбит, у патриарха челюсть чуть ли не на грудь упала. Наши друзья, стоящие у помоста тоже удивлены, но не настолько.

— Что это было? — спрашивает Ишта.

— Сам бы хотел знать, — отвечаю и осматриваю ладонь девушки, которую недавно порезал.

Ни намека на шрам, а вот вокруг запястья проявился золотистый узор, от которого проявились искры и меня кольнули. Хотя, нет, не кольнули, больше похоже, что они ткнулись, словно ластясь. Наши магические источники с Иштой довольно урчат и ликуют. А еще появилось какое-то спокойствие и уверенность, что поступил правильно. Боюсь только, что вскоре радость уйдет и ее место займут проблемы. Честно говоря, смутно представляю, что на себя взвалил. Точнее, не я взял огромную ответственность, ее Журбер навязал. Но, как ни прискорбно признавать, старый лис прав. А я не собираюсь давать спуску врагам, как внешним, так и внутренним. Каршанская империя вновь станет одной из самых сильных и могущественных.

— А теперь торжество, оно состоится в вашем замке, там уже все подготовлено, — обратился к нам с супругой герцог.

В это время патриарх вещал собравшимся, что император и императрица в империи признаны не только магией, но и богами. Всех ждет светлое будущие и процветание. Ну, он много чего говорил, такие речи я не любитель выслушивать. Вскоре его подменили игуменьи, а их в свою очередь высшие чины империи, которые клялись, по крайней мере, на словах, в преданности. Ну, последним еще предстоит клятва верности на крови. Обычными заверениями я не ограничусь.

Немного передохнул и привел мысли в порядок, когда меня везли в замок. В карете находился один, Ишту посадили в другую, мол такой обычай. И вновь думаю, что это проделки Журбера, он не дает опомниться и с друзьями обсудить происходящее. Даже не можем выяснить с Иштой, как мы ко всему относимся. Нет, я-то не сожалею и даже рад, что женился. Никуда теперь она от меня не денется! Постараюсь ее в себя влюбить, при этом осознаю — именно супруга моя половинка и хотелось бы, чтобы это оказалось взаимно. Но и давить на жену нельзя, характер ее знаю, да и обещания давал. Ничего, время все расставит по местам.

А потом был бал и торжество, от которого устали с женой еще больше, чем от всех предыдущих процедур и обрядов. И вновь нам не удалось с ней поговорить и даже нормально покушать. Постоянно кто-то подходил, произносил здравницы в нашу честь, дарились подарки и делались подношения. Уж не представляю каким образом, но даже появились на торжестве послы горцев и северян. Последних встретили настороженно, но те невозмутимо нас с Иштой поздравили и передали от канцлера не только подарки, но и пакет документов.

— Дорогая, — обратился я к супруге, сразу, как северяне ушли, — мне необходимо на пару минут отлучиться.

— Хорошо, — коротко кивнула та, краем уха выслушивая какую-то Матрёну, навязывающую своих двух дочерей во фрейлины.

Прихватив документы и поманив за собой Журбера, я направился в свой кабинет. При этом за нами увязалось пятеро воинов, которые сопровождали в походе к горцам. На парнях мундиры личной гвардии императора. А приказы им отдавал никто иной, а Гаррай. Кстати, моя сестра вокруг него так и крутится. Мала еще на парней засматриваться! Удивительно другое, Айка пока себя никак не проявила и с ней толком не пообщался, как и со всей своей семьей. Всего лишь обменялся приветствиями с приемной матерью, пожал руку брату, сестер поприветствовал и на этом все.

— Айлексис, что-то случилось? — настороженно спросил Журбер, когда мы с ним оказались в кабинете.

— Необходимо издать несколько назначений, — хмыкнул я. — Или думаете, что забыл? Нет, господин канцлер, один такую ношу тянуть не собираюсь.

— Ваше императорское величество, простите, но на такой пост не претендую, — замахал руками герцог. — И, вообще, хочу отдохнуть и сблизиться с Зурбой. Возможно, даже женюсь! А молодым положен медовый месяц.

— Совместите его с работой, — хмыкнул я и подтолкнул первый написанный собственноручно указ и заверенный оттиском императорского артефакта-перстня.

Пока Журбер читал и хмурился, я быстро еще три указа написал и с хищной улыбкой их заверил магией.

— Айлексис, помилуйте, — посмотрел на меня канцлер. — Вы перекладываете на меня часть своих обязанностей! Мне не потянуть!

— А придется, — усмехнулся я. — Считайте меня деспотом. И, кстати, передайте назначения от моего имени Свении, Гарраю и Зурбе. С остальными нашими друзьями, которые о ваших замыслах знали и ни словом не обмолвились разберусь чуть позже! Они у меня все получат достойные должности. Согласитесь, доверять могу только тем, с кем прошел разные испытания.

— Баронессу назначаете своей советницей, ответственной за целительство в империи и главной над фрейлинами, — задумчиво потер скулу Журбер, а потом внимательно на меня посмотрел и спросил: — А моя племянница не будет возражать или императрица?

— Хм, думал, вы начнете убеждать, что Свения не справится, — хмыкнул я, но все же ответил: — Если потребуется, то канцлеру предстоит добиваться исполнения указов императора.

Скрестив руки на груди, наблюдаю за эмоциями своего собеседника. Старый лис в замешательстве, он сильно удивлен, немного расстроен и даже обеспокоен. Правильно, пусть переживает, работы ему предстоит много.

— Зубру назначаете главой телохранительниц императрицы и присваиваете ей титул капитана гвардии? Но она простая наемница! — Журбер озадаченно на меня посмотрел.

— И близка к канцлеру, — хмыкнул я. — Согласитесь, теперь она и по статусу вам подходит, а насчет титула не беспокойтесь — присвою.

— В этом нет нужды, — покачал головой мой собеседник. — Уверен, вскоре она его и так получит.

— Даже так? — вот теперь уже я удивился. — Могу поздравить?

— Рано об этом говорить, — замахал руками Журбер, а потом усмехнулся: — Но такие планы имею.

Гаррай получил должность начальника охраны императорского двора и чин полковника. Каждому из отряда, назначил денежную выплату. А вот Гунбаря оставил личным телохранителем и советником, не захотел его от себя далеко отпускать. Пожалуй, ему доверия больше, чем старому лису. Нет, Журбер будет играть на моей стороне, но его интриги… Кстати, белошвейка еще не знает, но на ее счет у меня большие планы. Будет главной императорской портнихой и в обязательном порядке заставлю открыть дом мод. Вообще, планы один за другим возникают, как сделать жизнь каждого подданного лучше. А уж тех, кто оказался в трудный час рядом, не спасовал, не предал и помог, так их не забуду и не обделю. Уверен, вскоре объявится Загор, его рассчитываю сделать ответственным за импорт и экспорт, ну, либо поставлю следить за взиманием пошлин или контролировать границу. Вот он вряд ли на такое согласится, уверен, у горца другие планы. Ничего, и с ним найду компромисс, который всех устроит. Правда, к большинству планов и нововведений приступлю только после завершения войны. С этим проблем не предвидится. Журбер и тут оказался прав. Мне не только доступна высшая магия, но и магия правителя земли Каршанской. Она поможет избавиться от врагов, а моих сил более, чем достаточно. Придется, правда, поездить по войскам и наносить удары по захватчикам. Думаю, десяток раз демонстрации силы хватит, чтобы горшанцев разбить. С северянами мы станем союзниками, а орки будут вынуждены сидеть на своих территориях. Нет, если захотят работать на благо империи, то запрещать не стану. Примерно с такими мыслями вернулся в зал, где продолжалось торжество.

— Вы долго, — выдохнула императрица.

— Хватит уже выкать, — ответил ей, беря за руку. — Смотрю, устала, с трудом сидишь.

— Есть хочу, — пожаловалась та, внимательно выслушивая очередного господина. — Не знаю большую часть дам и господ, которые клянутся и божатся в преданности. Многие врут и хотят устроиться на теплые места.

— Предлагаю отсюда свалить, — предложил я. — Надо же и нам отдохнуть.

Иштания как-то подозрительно на меня посмотрела, но не возразила. Но только через час нам удалось покинуть зал. Нас провожала непонятно как образовавшаяся толпа придворных. Довели до покоев и только когда за собой задвинул засов, то смог расслабиться и потереть виски. Голова гудит, но ощущаю себя на своем месте и уже почти не вспоминаю, что являюсь двойником. Да и какой к черту двойник? Мы с предшественником стали единым целым. И это мой мир, моя страна и супруга. Теперь я в ответе за многое и никакие преграды мне не страшны. В том числе и Ишту никому не отдам и не дам в обиду. Пусть ее и вынудили обстоятельства за меня выйти.

— Смотри, стол накрыт! — улыбнулась Ишта и потерла ладоши.

Действительно, о нас позаботились, понимали, что почти ничего не съели.

— Это получается, у нас с тобой первый семейный ужин, — улыбнулся я, когда немного насытились.

— Не совсем, — чуть покачала головой та. — Дело в том, что мы женаты наполовину.

— Это как так? — чуть вином не подавился от ее слов.

Иштания не ответила, чуть улыбнулась, встала и удалилась в одну из комнат. А через пару минут появилась в проеме двери и на этот раз я пролил-таки вино.

— Ты собираешься подтвердить брак и доказать сказанное? — склонила девушка голову к плечу, стоя в кружевной, укороченной, откровенной и прозрачной ночной рубашке. — Как видишь, — она медленно повернулась вокруг себя, — я уже прикладываю к этому усилия.

И когда Марика успела ей такой наряд пошить? Не вовремя мелькнула мысль. Белошвейка когда-то меня вывела на разговор о эксцентричных нарядах. Вот я и поделился с ней наброском.

— Уверена? — медленно встав и направляясь к супруге, спросил я.

— Да, — коротко ответила та.

Уже под утро, усталые и довольные, лежа в обнимку, признались друг другу в своих чувствах.

— Тогда будем жить душу в душу долго и счастливо? — положила на мою грудь голову Ишта. — Договорились?

Никаких проблем не предвижу. Через неделю приезжает Северус, с официальными бумагами о перемирии, сотрудничестве и союзничестве. Это мне вкратце успел шепнуть канцлер, ознакомившись с документами переданными послами северян. Ну, еще он просил подготовить свадебную церемонию, собираясь-таки забрать Сарику с собой. В семье у нас намечается идиллия, но наверняка будут недоразумения, обиды и ссоры, но надеюсь, что проживем долгую и счастливую жизнь. Магия во мне бурлит и желает найти выход. Обрушиться с ударами на врагов или с нежностью на супругу.

— Договорились, — подтвердил я и прижал к себе свою половинку…

Конец второго тома.

Оглавление

Пролог

Глава 1 ПОКИНУТЬ КРЕПОСТЬ

Глава 2 ГОРЫ

Глава 3 ПОСЛЕДСТВИЯ БУРИ

Глава 4 ДОГОВОР С ГОРЦЕМ

Глава 5 ЛУЧШИЙ ВЫХОД

Глава 6 ПОСЕЛЕНИЕ КОНТРАБАНДИСТОВ

Глава 7 ГОРОД ГОРЦЕВ

Глава 8 ВСЕГО НЕ ПРЕДУСМОТРЕТЬ

Глава 9 ПРОЙТИ ПО ГРАНИ

Глава 10 ПЛАНЫ И РЕАЛЬНОСТЬ

Глава 11 НЕОЖИДАННЫЕ ОСЛОЖНЕНИЯ

Глава 12 ЗАГНАЛИ В УГОЛ

Глава 13 ПЕРЕГОВОРЫ

Глава 14 ВЫДЕРЖКА У КАЖДОГО СВОЯ

Глава 15 ВОИНСТВЕННАЯ ГРАФИНЯ

Глава 16 У КАЖДОГО СВОЙ ВЗГЛЯД И ЦЕЛИ

Глава 17 ПОДЧИНИТЬ СРАЗУ ДВЕ СТИХИИ

Глава 18 ПОСЛЕДНИЙ РЫВОК

Глава 19 ВЗЯТЬ В ОБОРОТ

Эпилог