КулЛиб электронная библиотека 

Канцелярист. Компиляция. Книги 1-7 [Антон Сергеевич Федотов] (fb2) читать онлайн


Настройки текста:



Федотов Антон Матвей. Внештатный канцелярист

ЧАСТЬ 1. Неофит

Глава 1

Один из полицейских околотков Петербурга. День 7 от прибытия в столицу Российской Империи.

Запах казенного присутствия не спутать ни с чем. Даже если закрыть глаза, чтобы хоть на несколько секунд отвлечься от склочного городового, яростно строчащего по протокольному листу черной ручкой, то спертый воздух, легкий запах дешевого алкоголя и почему-то выгребной ямы ясно подсказывал, что у Матвея Воронцова нынче неприятности. О том же свидетельствовала отсиженная на совершенно неудобном стуле задница. В быту восемнадцатилетний барон, младший сын графа-отшельника из Оренбургской губернии, предпочитал использовать более пригодную для его филея мебель.

– СтрашОн, страшОн! Двадцать человек изувечены, двое в тяжелом состоянии, еще пятерым помощь оказана на месте, – городовой явно получал удовольствие, зачитывая выдержки отчета о задержании. – Паб "Пьяный книжник" разгромлен. Бармен со сломанной ногой маяться сколько будет… Результаты осмотра прилагаются… В иные времена на каторгу тянуло, а теперь лет пять неба в клеточку. А за ствол знаешь еще сколько накинут?!

Матвей открыл глаза и еще раз окинул взглядом собеседника. То вид имел весьма довольный собой и ситуацией. Это ж какого злодея изловил! Новичок, что ли? Так и есть: форменный китель обмяться не успел, кобура с табельным револьвером явно мешается (дважды уже неосознанно поправил), а в глазах энтузиазм породистого щенка, метнувшегося за брошенной палкой, и фунт презрения аристократа к нарушителю-плебею. Рука вновь начала непроизвольно нагреваться, так что Матвею пришлось сделать несколько неспешных вдохов, гася возможный выплеск. Отвечать нахалу он не стал.

– Ты, Ванюш, не отвлекайся, – на плечо "щенка" легла твердая рука только совсем недавно присоединившегося к "веселью" старшего коллеги, судя по оранжевому шнуру с трехцветной гайкой, что хранила его револьвер от случайной утери, носившего чин околоточного. – Твоя задача вопросы задать, да ответы записать, а меру пресечения суд как-нибудь и без тебя определит.

Хм, похоже, у молодого да борзого неплохая "лапа" есть в петербургской полиции, иначе как объяснить, что его натаскивает сам околоточный надзиратель. Обычно над молодняком ефрейтора или унтера какого ставят, а тут явно не по чину выходит. Да и часики тоже не на жалование городового куплены. Пусть даже и годичного.

– Так Фрол Степаныч, он же…, - попробовал возмутиться молодой, но, наткнувшись на строгий взгляд и приказ "Пиши!", все-таки принялся заполнять шапку очередного листа.

Фрол Степаныч же Матвею глянулся. Хороший мужик, похоже, правильный. Взгляд прямой да с хитрым прищуром – точно как у деда. Судя по шраму на щеке, какой обычно остается от бритвенно острого клинка, разного хлебнуть успел, да в жизни кое-какое понимание приобрел. В отличие от слегка полноватого чьего-то-там-сынка, он в свои пятьдесят с хвостиком был сухим и поджарым. Да и чтоб так свободно носить обмундирование, в нем нужно не только в кабинете форменные шаровары просиживать, но и по гиблым местам пошататься, да с лихими людьми схлестнуться.

Кстати, в отличие от мажора, он-то документы задержанного просмотрел очень внимательно, и кое-какую спецотметку влет срисовал. Эх, где ж ты ночью-то был? Глядишь, и не пришлось бы заднице матвеевской столько мучений на стуле неудобном принять. Да и уши жалко! Полночи самодовольный бубнеж слушать – то еще испытание! Крепости потрошков применить силу к строптивому задержанному у мажора не хватило, хотя видит Тот-Кому-Положено, что хотелось хилые кулачонки о матвеевское лицо ему пообмять очень даже.

– Имя, фамилия, отчество, – забубнил Ванюша, недобро зыркая на безмятежного "злодея".

Матвей молчал. Равно как и предыдущие три часа своего пребывания в околотке.

– Воронцов Матвей Александрович, – вдохнув переспросил околоточный, листая паспорт. – Восемнадцати годов от роду. Это вы?

Титулование специально опустил? Или… Да ведь он… Ну, что сказать, П-Педагог, чтоб его! Подыграем.

– Я, – согласился молодой, и, слегка улыбнувшись, добавил. – Возраст верен.

– Сука, – мажор взвился со своего места. – Всю ночь ведь, тварь молчал. Да я тебе… Да хата с пидорами раем покажется!

Повторяется молодой. За три часа их знакомства он успел наобещать… всякого. Вот уже и на второй круг пошел. Смешинки в глазах околоточного сменились очень недобрым огоньком, а жесткие складки в уголках губ намекали, что кого-то ждет серьезный разговор.

– Во сколько вы прибыли в паб "Пьяный книжник", – не слушая причитания младшего чина, в которых явно проскальзывали слова "кукан", упоминания нетрадиционных отношений и иная инвективная лексика в адрес многострадального зада задержанного.

Матвей прибыл в бар около двух ночи. О чем и сообщил околоточному. До питейного заведения молодой человек, неделю тому назад прибывший из оренбургского имения в Санкт-Петербург, добрался в недобром расположении духа. С неким сожалением он выбрался из уютного салона чистокровного немецкого "рысака" под индексом А4 и, пробежавшись ловкими пальцами по сенсору мобильного телефона, завершил аренду каршерингового автомобиля. Белая "Ауди" послушно мигнула габаритами, а экран гаджета бездушно отразил сумму списанных со счета средств. Тем больше раздражения вызвала в душе молодого человека мысль, что от аренды авто до следующего перевода из дома придется отказаться. Повторный подсчет показал, что отказаться придется и от покупки единого проездного. Неплохо отметил поступление в университет! Хорошо хоть запас продуктов был сделан еще до начала кутежа, а до учебного заведения от снятых на второй день прибывания в северной столице апартаментов было рукой подать. Ну что ж, решил молодой человек, проведя в уме еще один нехитрый математический расчет, если уж должно быть в жизни будущего студента хоть что-то светлое, то пусть уж это будет пиво. На пару кружек пенного оставшихся скудных средств как раз должно было хватить.

– Как вы познакомились с Его Благородием Бобровым Кириллом Потаповичем?

Аристократ значит. Весело. Строго говоря, знакомством назвать их встречу было нельзя – представлены молодые люди друг другу так и не были. Возможно, в столицах и принято в питейных кидаться к незнакомцам с криками, да за руки их хватать, да только Матвей к такому в своей глуши не привык, а потому молодой прощелыга отправился в короткий полет через стол. Особого внимания публики сей инцидент не удостоился, так как большая часть посетителей выясняла на повышенных тонах нечто относящееся к миру футбола. Судя по шарфикам и атрибутике двух разных цветов, дебаты обещали быть жаркими. Вплоть до рукоприкладства. Лишь от двух сдвинутых в углу паба начали подниматься с десяток парней, да сопровождавшая прощелыгу девушка слегка подняла бровь в легком удивлении, более никак интереса к происходящему не выразив.

– Записывай, Ванюш, – вновь обратился к своему "подопечному" околоточный. – Разрешите еще полюбопытствовать, Матвей Александрович: Вам знакомо имя Ольга Григорьевна Демидова?

– Нет, – молодой человек пожал плечами. – Но раз Демидова, то из…

– Да-да, – мягко подхватил служивый. – Из тех самых! Кстати, внучка нынешнего главы рода…

Матвей улыбнулся, бросив взгляд за окно, где виднелись воды канала Грибоедова. Демидов мост, названный в честь известнейшей и богатейшей семьи, находился немножко дальше. Не аристократы, конечно, вот только огромное состояние, и сложнейшая паутина тщательно выстраиваемых веками связей открывали перед ними такие двери, что не каждому князю поддадутся.

– Вижу, поняли.

Молодой человек лишь пожал плечами. Где он и где Демидовы?

– Хм, странно, – слегка улыбаясь в ответ уточнил Фрол Степаныч. – Говорите, что незнакомы, а вот видоки утверждают, что вы ее, уж простите за интимные подробности, за мягкое место при честном народе безобразно щупали. Можете объяснить сию несостыковку?

На некоторое время Матвей отвлекся от допроса на очень интересный вопрос: не стоит ли бросить затею с университетом и вернуться домой. Желательно срочно. Однако через некоторое время он пришел к выводу, что от наемных убийц его вряд ли спасут даже древние стены и мощные щиты родового поместья. Да и время, когда еще можно было попытаться бежать, уже упущено, а потому и смысла суетиться не имеет. Нет, ну кто ж мог знать-то, что какого-то прощелыгу будет сопровождать сама Демидова-младшая. Он-то всего лишь и хотел, что создать немного хаоса, дабы под его прикрытием свалить из вдруг ставшего совсем негостеприимным паба. Поэтому он не глядя швырнул ближайший стул в стоявшую поодаль компанию с бело-голубой атрибутикой и, стиснув левой рукой ягодицу, как оказалось, представительницы одного из влиятельнейших родов Российской Империи, впился ей в губы быстрым поцелуем. Едва он отпрянул от все так же стоявшей со скучающим выражением на лице Ольги, то как раз успел застать немую сцену "не ждали". Идеальное "око шторма", когда народ ещё не понял куда бежать, кого валить.

– Совсем "мясо"[1] оборзело, – взревел Матвей дурным голосом, швыряя очередной стул уже в сторону компании прощелыги. – За "Зенит"!

Такое "объяснение" легло на "подогретую" почву, а потому в сторону приближающихся парней полетел… Стол!

Вот это силища! Вот только точность "метателя" подвела, а потому через миг к общему веселю подключилось десятка два короткостриженных крепких парней, которые явно обиделись за то, что трем их товарищам пришлось покинуть пьянку из-за столкновения с прилетевшим столом.

Матвею только и оставалось, что схватить все так же спокойно наблюдавшую за происходящим девчонку и попытаться схорониться где-нибудь в уголке, но та неожиданно уперлась.

– Ты организовал, ты и забирай, – с едва заметным намеком на улыбку равнодушно кивнула она на держащегося за голову прощелыгу.

Пригибаясь словно под обстрелом, Матвей таки вытащил за шкирку практически не сопротивляющегося пострадавшего. Девушка шла следом. Во весь свой невеликий рост, едва дотягивавший до планки сантиметров в 160. Даже разбившаяся о стену рядом с ней кружка не заставила ее и вздрогнуть. Ольга лишь изящно-небрежным движением смахнула кровь, выступившую на пораненной осколком щеки, да и пошла себе дальше. Фигуристая девка, особенно в корме, красивая, а аура власти (хоть семейство и не аристократическое!) и пренебрежение к опасности ставили ее и вовсе в один ряд со сказочной Снежной королевой или куда более реальной Сашкой Серой собравшей за последние годы все "порно-оскары" скопом. Смотреть можно, а чтоб руки протянуть, так то и не мечтай!

Через пятнадцать минут побоище начало стихать, так что Матвей, вежливо попрощавшись с девушкой, решил попытать счастье в нелегком процессе исчезновения из паба. Зал он преодолел без проблем, радуясь своей удаче выскочил за дверь… Прямо в руки прибывшим на вызов городовым!

– Да, не повезло тебе, – зло щерясь "утешил" один из тех самых городовых Ванюша, которого изрядно бесило демонстративное игнорирование задержанным. – Либо сдохнешь от рук Демидовых, либо на пятерку отъедешь, а уж сколько за незарегистрированный ствол дадут…

– Не нуждаюсь, – впервые с момента задержания обратился Матвей непосредственно к городовому.

– В чем это? – издевательски поинтересовался тот.

Лежащий на столе вместе с остальными вещами задержанного "Глок" неожиданно "прыгнул" к Матвею с другого конца комнаты, одновременно обойма, которую мажор как раз в тот миг перекидывал из ладони в ладонь, буквально вырвалась из его рук и уже через миг заняла свое штатное место в стволе.

– В разрешении, – спокойно ответил молодой человек, убирая оружие в так и весящую на поясе кобуру.

– Да ты ж спирохета сра…, - начал городовой, попытавшись потянуться к табельному револьверу, но тут же был сброшен на пол волной жара, исходящей от рук задержанного!

Фрол Степаныч лишь улыбался, глядя на шикарный щелчок по самолюбию протеже кого-то из губернаторской родни.

А в разрешении на ношение оружия задержанный Воронцов Матвей Александрович, восемнадцати лет от роду, действительно не нуждался. Да и на кой, если личная сила юноши на пике уже равнялась выстрелу из ручного гранатомета, а в перспективе (ну и пусть, что под сраку лет разве что, если доживет!) могла потягаться и с какой-нибудь тяжелой огнеметной системой типа того же "Солнцепека"? Нет нужды боевому магу в подобной бумажке!

* * *
– Так чего ж вы, Матвей Александрович, жетончик боевого мага Ванюшке не продемонстрировали сразу? – спросил приязненно улыбаясь Фрол Степаныч, как только незадачливого городового в сопровождении двух других его коллег отправили для срочной поправки здоровья к лекарю. – Не пришлось бы и ночку в околотке коротать?

Матвей немного помолчал, восстанавливая дыхание. Ох, непросто дался ему небольшой трюк из телекинеза. Куда тяжелее недоформированного огневика, способного прожечь и танк. Будто полсотни мешков с цементом на собственном горбу до десятого этажа доволок. Не телекинетик он, нет… Да и что тут ответишь? Молодой барин не слишком любил магов. Будучи крайне перспективным боевиком он попросту не прижился в их системе взаимоотношений. Стал чужим, непринятым, парией. Ведь как обычно-то бывает с детьми простолюдинов? Года в два-три, если младенец являет способности к магии, его изымают из семьи и передают в один из аристократических родов для воспитания в духе служения Империи. Нет, никто не запрещает видеться со своими биологическими родителями, да воспомоществование от государства те получали приличное, вот только куда более близкими людьми для магов-неофитов становятся наставники и приемная семья. Слова "мама" и "папа" для них так и остаются просто словами. Способности же Матвея были открыты в одиннадцать лет. Случается. Крайне редко, правда, но… Случается. Пытливый ум, помощь в освоении магической премудрости от нового рода, да природные способности позволили ему быстро стать одним из первых в учебных классах, но вот разница в мировоззрении его и остальных кадетов, вот уже почти десятилетии знавших друг друга, надежнее каменной стены отделила его от коллектива. Лет до двенадцати такое положение не слишком сказывалось на его жизни. Новое окружение оградилось от инородного элемента формальной вежливостью с легкой ноткой отчуждения, что Матвея устраивало чуть более чем полностью. Друзей у него и среди членов младших родов и простолюдинов было немало. Все изменилось на третий день после его двенадцатого дня рождения со смертью матери, покинувшей этот мир родами. Сестренку Женечку спасти удалось, а вот роженица потеряла слишком много крови… Кто первым из его однокашников, для которых родное "мама" и европейское "родитель № такой-то" имели почти одинаково нулевую эмоциональную окраску, неудачно пошутил на этот счет молодой человек не запомнил, а вот результат заставил вздрогнуть всю Гимназию, да и губернию тоже! Раненых вытаскивали из-под завалов спортивного корпуса до самой ночи. Двадцать восемь человек были отправлены в лазарет, а двоих из них едва спасли от путешествия в мертвецкий покой только профессиональные действия оперативно прибывших медиков.

Два дня продолжалось тревожное затишье, но потом, как и полагается, грянул скандал столь разрушительный, что немало голов министерства Народного просвещения едва не лишились своих законных мест, а многим креслам пришлось расстаться с греющими их задницами. Рода, едва не лишившиеся статуса и денежной поддержки за воспитание юных магов, выкатили свои претензии, но тут за Матвея заступился отставной генерал граф Григорий Никитич Воронцов, давший юному магу свою фамилию и покровительство, и… Военное министерство, не пожелавшее терять столь перспективного боевика. После этого буря скандала быстро сменилась едва ли не полным штилем.

Последние три года молодой человек был окружен настороженным игнором однокашников, так и не понявших причины столь резкой реакции. Впрочем, самому "отщепенцу" было все равно – он просто ненавидел. Ни кого-то в отдельности, а всю систему магического воспитания, ломающую по его мнению все человеческое, что было в окружающих его детях. Хотя, объективности ради, стоит заметить, что такая система обучения одаренных была полностью оправдана. Хотя бы в заботе о благополучии и безопасности родных будущей опоры Империи, да только как это объяснить вмиг повзрослевшему двенадцатилетнему парню? Пытался дед Григорий. Около года с Матвеем работал мозгоправ Военного министерства, да только результат так и остался околонулевым. Молодой человек не принял магическое сообщество, а сообщество в свою очередь отгородилось от него. Дед понял это почти сразу, а военному представителю понадобилось множество бесплодных попыток, чтобы признать свое поражение. Наконец, ровно на триста шестьдесят шестой день с момента инцидента, все словно забыли о перспективном боевом маге, позволив получить ему базовое образование и даже поступить в гражданский вуз для неодаренных. Тот самый, в котором он так и не успел поучиться и дня к началу нынешней заварушки.

Вот что мог бы рассказать Матвей в ответ на вопрос околоточного, да только кому надо слушать о его злоключениях? Вот и он считал, что никому, а потому просто спросил:

– Уже вызвали, Фрол Степаныч?

– Едут, Матвей Александрович, – так же лаконично ответил полицейский чин и, бросив сочувственный взгляд на в чем-то симпатичного ему юношу, покинул помещение.

* * *
Ожидание не затянулось. Уже через каких-то полчаса Матвею была продемонстрирована корочка со старомодной, – как дань традиции, – надписью "Третье отдѣленіе". Фрол Степаныч, едва разглядел буквы на корешке корочки без всякой магии буквально испарился из помещения, а успевший вернуться из лазарета борзый, но не столь умный и резвый, Ванюшка так и вовсе попытался слиться со стеной, цветом лица явно сравнявшись с беленым потолком. Податель же сего документа был личностью вполне себе симпатичной: кудрявые волосы, несколько детские черты лица и залихватские гусарские усики вместе с лукаво поблескивавшими голубыми глазами, что называется, располагали. Однако мрачный шлейф двухсотлетней истории существования Третьего отделения Собственной Его Императорского Величества канцелярии словно плащом окутывал плечи молодого человека, распространяя вокруг ауру опасности и страха. невольно Матвею вспомнились строки великолепной книги: "Есть во флоте флажный сигнал, для понимающих жутковатый и зловещий – "Следую своим курсом". Случается, в бою или при торпедной атаке просто нет возможности застопорить ход и спасать качающихся на волнах людей, поскольку четкий приказ это недвусмысленно запрещает, у капитана другое задание, которое он обязан выполнять в первую очередь., чтобы не творилось вокруг. И тогда на мачте взвиваются флаги, составляющие звучащий смертным приговором сигнал, корабль идет, не сбавляя хода и не меняя курса – прямо по чернеющим в воде головам…"[2]. Так вот корочка "Тройки" – сигнал менее страшный, чем взметнувшиеся к небу тревожные флаги.

– Ваш Благородие Матвей Александрович, – кивнул кудрявый посланник, картинно расправляя и без того идеально сидящий лазоревый мундир. – Разрешите представиться, вахмистр Калашников, Отдельный корпус жандармов. Приказано сопроводить. Имеете что-то сказать перед выездом?

– Обосраться, – только и прокомментировал Матвей собственное положение, только сейчас начиная воспринимать всю глубину той выгребной ямы, в которую он неожиданно попал.

Он-то рассчитывал на прибытие кого-то представителя департамента по магическим правонарушениям, но никак не интереса со стороны лазоревых.

– Эт бывало, – со смехом согласился молодой человек. – В другой раз корочку предъявишь, так и не такую слабость организма иной клиент демонстрирует, да вот только в вашем случае приказ однозначный – сопроводить, а не доставить, так что, барин, с вами будем со всем вежеством. Готовы?

Не смотря на все заверения вахмистра, уборную перед выездом Матвей таки посетил, а то с "Тройкой" дела такие. Не-пред-ска-зу-е-мы-е!

На улице Матвея и его растерявшего всякую шутливость сопровождающего ждал хищный спортивный авто производства "Руссо-Балт". Даже несмотря на всю шаткость своего положения, молодой человек не сдержал восхищенного восклицания при виде агрессивных обводов не просто дорогого, а безумно дорогого автомобиля со знаменитой на весь мир шестиугольной решеткой здоровенной "пасти" радиатора. Ох, не даром производство именно этих авто находится под патронажем Императорской фамилии.

– Прошу садиться, – его "конвоир" не стал терять времени даром, и, подавая пример, первым стал устраиваться в салоне двухместного спорткара.

И то хлеб. Конвойный себя бы точно так расслабленно не вел! Может, и правда удастся отделаться легким испугом?

Матвей с тщательно скрываемым восторгом последовал было вежливой просьбе, но тут его взгляд зацепился за небольшой герб на пассажирской двери. Секунда, за которую он погрузил свое тело в салон, ушла на осознание увиденного. Еще пара мгновений, за которые молодой человек механически защелкнул замки ремня безопасности, ушло на сопоставление рыцаря в короне с памятными по гербовой книге аналогами и… Ох ты ж, нечистый! Похоже, когда полчаса назад он вспоминал какой именно ответ верен на тюремную загадку "вилку в глаз или в жопу раз", молодой человек был излишне оптимистичен по поводу своего ближайшего будущего! Сейчас даже камера с обожающими шарады бугаями казалась едва ли не пределом мечтаний…

Тончайшая светло-коричневая кожа, коей был выделан ковш невероятно удобного сидения, вдруг показалась молодому человеку жестче наждака, а горло схватило таким спазмом, что сделать вздох он смог далеко не сразу.

Вахмистр же произведенным эффектом был… доволен.

– Да ладно вам, барин, не к Коменданту же на свидание везу, – ухмыльнулся в усы он, довольно резво трогаясь с места.

По спине Матвея от этих слов явственно пробежал холодок. Вот уж к "смотрящему" Петропавловской крепостью на "прием" он точно попасть не желал, несмотря на все его восхищение самоотверженностью занимавших этот пост мужей[3]!

Хотя, судя по гербам на авто, предстояло ему не менее интересное свидание с князем Михалковым Никитой Владимировичем (ударение на букву "а"), что вот уже два десятилетия занимал пост главноуправляющего политическим сыском Российской Империи.

* * *
Все-таки утренние улицы Петербурга – вещь совершенно замечательная! Часы на правой руке Матвея в момент отъезда из околотка показывали четыре часа тридцать три минуты (ох уж эта привычка к вечному хронометражу, накрепко вбитая во время дедовских стрелковых тренировок), так что дороги еще не успели "забиться" транспортом, а вахмистр не стал отказывать себе в удовольствии продемонстрировать часть возможностей "Руссо-Балта". Последние, кстати, впечатляли! Приятное ускорение, буквально вдавливающее в удобнейший ковш сидения при каждом разгоне, атмосферная музыка и чувство легкой причастности к ощущению безнаказанности за небольшие шалости на дороге настраивали на мирный лад. Ровно до того момента, пока сухопутная торпеда, мягко качнувшись на рессорах, не остановилась прямо перед центральным входом бывшего особняка князя Кочубея на набережной Фонтанки, 16[4].

Вот тут-то Матвея в очередной раз "пробрало". Не то чтобы он испугался до потери сознания, но мурашки по спине определенно оттоптались со всей ответственностью. Еще бы! Как только он пересечет порог этого здания, на него уже не будут распространяться никакие законы, понятия гуманности и нормы морали. Впрочем, подобное "внеправовое" состояние можно отсчитывать с той секунды, как улыбчивый вахмистр продемонстрировал ему свои "корочки". Пройдя сквозь достаточно скромную входную группу молодые люди оказались в просторном холле с большой лестницей, ведущей наверх. В другое время молодой маг с удовольствием бы уделил внимание архитектурным изыскам, но сейчас ему в глаза бросилось лишь зеленое море различных растений, среди которых выделялись какие-то "насаждения" с длинными и острыми словно клинки листьями. Отметить стоило и атмосферу некого уюта вокруг… Впрочем, если вспомнить, что это здание традиционно служит еще и домом главе "Тройки" (лучше уж так называть, чем канцелярией – не так страшно!)…

За этими мыслями путь до приемной князя Михалкова оказался до обидного короток. Вот честное слово, Матвей бы с удовольствием еще где погулял, но… Попросили его внутрь уже через две минуты ожидания.

Рабочий кабинет главы "Тройки" был довольно небольшим, но… интересным. Иконы на стенах в рабочем углу соседствовали с рядом уже устаревших кнопочных телефонных аппаратов, которые в свою очередь контрастировали с мощным современным комплексом связи на столе главы канцелярии. На подоконнике у окна рядом с монструозным рабочим столом были выстроены небольшие скульптуры наиболее известных представителей рода хозяина кабинета. Стены же, что не были прикрыты массивными книжными шкафами, были облагорожены подарочной шашкой, кремниевыми дуэльными пистолетами века так 18 и даже охотничьими трофеями. Свое почетное место в кабинете традиционно занимал портрет нынешнего самодержца Александра V.

Хозяин кабинета изволил, как говаривал дед Матвея, кофием баловаться, прихлебывая черный напиток из небольшой фарфоровой чашечки, не отрывая взгляда от страницы "Вестника Империи". Лишь пробежавшись взглядом до конца страницы, Его Сиятельство обратил свое благосклонное внимание на посетителей.

– Доброе утро, господа, – голосом школьного учителя мягко и практически напевно произнес владелец кабинета в знак уважения даже приподнявшись со своего добротного кресла. Да не современной "офисной" конструкции, а с явными следами времени и истории на самую малость потертой коже.

Сколько ж ему лет, интересно? Креслу, в смысле…

– Итак, – дождавшись ответных приветствий, продолжил князь. – Егор Степаныч, благодарю за службу. Свободны. Матвей Александрович, прошу, располагайтесь. Чай, кофе?

– Воды, если можно, – попросил молодой человек, располагаясь на чуть меньшем по размеру, но все же невероятно удобном стуле. Или все же кресле? Что-то среднее: слишком много для стула, слишком мало для графа… полноценного кресла, то есть. Все прям по Дюма[5]

Матвей не заметил, чтобы князь подал какой либо знак, но буквально через 20 секунд перед ним стоял высокий стакан. Глоток чистейшей воды смыл неприятный кислый привкус изо рта и заставил молодого человека чуть оптимистичнее смотреть на жизнь. Хозяин терпеливо ждал, рассматривая достаточно немаленькую перьевую ручку в своих руках.

– Вот ведь экая напасть, – начал все так же напевно и мягко князь, как только "гость" утолил свою жажду. – Представляете, Матвей Александрович, что молодежь нынче вытворяет. Вот не далее как вчера устроили графья гишпанские и князья наши состязания прямо на Невском. Напокупали машин итальянских, да и решили проверить, чьи нервы крепче. В итоге имеем четверых молодых аристократов в мертвецкой, а общий счет жертвам перевалил за тридцать человек. Ай-яй-яй…

Юный маг с некоторым недоумением посмотрел на князя, щелкнувшего на странице "Вестника" по фотографии остовов двух автомобилей, что врезались в толпу зевак на незаконных гонках. Тот же со все тем же вежливым вниманием рассматривал Матвея. Вот уж кому пошло быть кинорежиссером или театральным деятелем, неожиданно пришла в голову "гостя" странная мысль. Действительно, глава самой жуткой спецслужбы Российской империи был ничуть не страшен. Внешне. Умное, можно даже сказать, интеллигентное лицо, зачесанные назад седые волосы и ухоженные усы в сочетании с мягкой хорошо поставленной речью скорее заставляли предполагать в нем скорее представителя богемы, чем одного из главных цепных псов государства российского. Да и мягкий домашний жакет, в сочетании с голубым шарфом (или это шейный платок такой?) и круглыми очками никак не работали на "стррррррррашный" образ главы заведения.

– Ужасное происшествие, Ваше Сиятельство…

– Полно-полно, – перебил молодого человека князь, в картинном ужасе несколько раз махнув рукой. – Для вас просто Михаил Владимирович!.. Мы ж с Григорием Никитичем по молодости половину Европы вместе оттоптали, когда француза в 76 изгоняли во время Восьмидесятидневной! Хоть дед ваш и от немцев свой род ведет, а бывало мы с ним… Но то ладно! Дела давно минувших дней…

Матвей был с толку сбит совершенно. И это грозный глава всемогущей "Тройки"?

– Или вот, – вновь вернулся к газете князь. – Трое молодчиков из младшей ветви Бельских атаковали автомобиль жандармерии родовыми заклятиями. Транспорт уничтожен, служивые исключительно благодаря высокой выучке отделались незначительными травмами, но трое прохожих были убиты на месте шальным огневиком. Бельским теперь виру выплачивать, а этих… Эх… А потом опять стенать будут лютуем, мол…

Еще один театральный взмах рукой.

Ну, тут удивительного мало! "Тройка" в целом политическими делами ведает, и… А, черт возьми, если без лишних экивоков, то аристократов в узде держит, чтобы за буйки не заплывали, отчего последние "царских сатрапов" не очень-то и любят. Боятся – да. В всерьез воспринимают – безусловно. Матвей и сам не далее как час назад думал, что выпал ему сегодня билет в один конец! Так что любовью и уважением здесь и близко не пахнет! Особенно после боярской смуты 91-го, когда многие рода не досчитались своих родичей. Ох, немало тогда лазоревым приговоров в исполнение привести пришлось!

– Матвей Александрович, а вы-то как к нашему брату относитесь, – вдруг лукаво блеснул очками Никита Владимирович.

– Опасаюсь, – после секундной паузы ответил Матвей, уже философски воспринимая переток беседы в очередное неожиданное русло. – В остальном же… Принимаю необходимость существования организации, следящей за… соблюдением основ.

Еще одно молниеносное вращение ручки в ловких пальцев. О! Да такие игры нам знакомы по книжкам о невербальном общении – фаллический предмет в руках легкими "тычками" в сторону собеседника словно говорят: "Я доминирую, подчинись мне!".

– О, пагубная привычка, Матвей Александрович, – развел руками, словно извиняясь, правильно истолковавший взгляд собеседника князь. – В курсе я этих старомодных учений, да только…

Тут хозяин кабинета сделал еще один плавный жест…

– Иногда банан это просто банан, – процитировал Фрейда Матвей, тут же прикусив язык, вспомнив, у кого именно он сидит в кабинете.

– Совершенно верно, молодой человек, – радостно согласился князь. – Прав был, старый австрияка! Ну, раз мы о цитатах, то мне больше другая нравится: "Все кто размышлял об искусстве управления людьми, убеждены, что судьбы империй зависят от воспитания молодежи". Аристотель. Что вы думаете об этом?

Мгновение, и вот уже глава "Тройки" вовсе не выглядит "театралом", а смотрит на Матвея взглядом даже не следователя, а палача, готового зафиксировать последние показания приговоренного, а затем…

– Я признаю, – глядя прямо в глаза хозяина кабинета начал Матвей. – Что мои действия в пабе были необдуманными и излишне резкими. Готов возместить ущерб и понести наказание.

Никита Владимирович откинулся в кресле и несколько удивленно наблюдал за своим "гостем", который воспользовавшись образовавшейся паузой поспешил сделать еще глоток воды.

– Право, Матвей Александрович, – даже чуть удивленно протянул он. – Я, конечно, в курсе ваших ночных… Похождений. Даже, предполагаю, что от полицейского департамента вам поступит какой-нибудь штраф, но неужели вы думали, что подобные, хм… вопросы соответствуют уровню решаемых "Тройкой" задач или стоят моего личного внимания?

Матвей даже слегка покраснел… наверное.

– Тогда о чем именно мы сейчас говорим, – тут же поинтересовался он.

– О вашей жизни, молодой человек, – довольно произнес князь (еще один энергичный "тычок" ручкой в сторону юноши). – Всего лишь о ней. О ваших талантах…

Матвей кивнул, его успехи в аспекте огня были несомненны, но едва он лишь подумал о том, чтобы самую капельку погордиться собой, как Михаил Владимирович заставил его сердце снова ухнуть в район желудка:

– Особенно меня интересуют ваши, Матвей Александрович, успехи в иных аспектах магии воды…

А вот это заявление уже действительно тянуло на ликвидацию без суда и следствия. Кто ж знал тогда, что гребаный еще подростковый бунт сейчас мог стать последней ошибкой в недолгой, но такой яркой жизни Матвея.

Глава 2

Кабинет князя Михалкова. День 7 от прибытия в столицу Российской Империи.

Спина юноши взмокла моментально. Если сейчас прозвучит официальное обвинение, то…

– В Российской Империи, Матвей Александрович, лишних людей нет, – тем временем все также мягко продолжил князь, в очередной раз "съезжая" с темы. – Особенно если мы говорим о потенциально сильных боевых магах… Военные части, разведка, охрана Императора – все эти структуры "расхватывают" перспективные кадры еще с юности.

О, да… Даже Матвею, несмотря на его статус парии, неоднократно предлагали яркие брошюры (в ином случае и целые альбомы!) разные… Структуры. Ордена, медали, почет, слава Рода. В общем, все то, что составляет смысл существования почти любого магически одаренного аристократа в период заканчивающегося пубертата и начинающегося юношеского максимализма. Он даже неоднократно деду подобную полиграфию отвозил. Тот очень уж любил посмеяться над всеми этими "павлиньими" ужимками.

– Вот так вот…, - деланно-печально покачал головой владелец кабинета. – Штатный состав канцелярии – около 300 человек, служащих в пяти экспедициях. Без учета жандармов, естественно[6]. Это открытые данные. Из них, а это уже данные под грифом "ДСП"[7], всего пятнадцать магов. А теперь переходим к "сов. секретно"…

– Простите, Михаил Владимирович, может не надо? – Матвей был хорошим учеником "деда Гриши", а тот всегда наставлял юное дарование держаться подальше от секретов, подписок и иных знаний "ограниченного доступа".

– Надо, Матвей Александрович, надо, – даже вроде бы сочувственно улыбнулся князь. – Так вот, из пятнадцати магов, всего трое могут тягаться с вами по потенциальному уровню развития дара. Это не плохо и не хорошо – факт.

Матвей не очень понимал, что именно имеет ввиду собеседник. Для любого подразделения 5 процентов насыщения магически одаренными бойцами – буквально счастье. Насколько он помнил из преподававшейся им статистики, средний показатель одаренного личного состава в мотострелковых подразделениях с учетом групп специального назначения составлял всего 0,01 процент от общего количества бойцов. Это с учетом тех, чьим пределом было, например, разжечь костер мизерным по меркам юноши выплеском. Мало магов в Российской Империи, мало. Как и в любой другой, впрочем.

– Задам вам, юноша еще вопрос для понимания сложившейся ситуации, – тем временем продолжил князь, не забывая отмечать малейшие реакции собеседника. – Хочу поговорить с вами о недостатках монархии…

Очередной табун мурашек. Это же хула Основ… Да еще и в кабинете владыки "Тройки". Нет, Матвей совершенно не напрасно считался отморозком в своей среде. Он над этой репутацией годами трудился! Но такие разговоры – слишком даже для него!

– Я не оспариваю право Главного Рода на трон…, - возможно, излишне резко начал он, но тут же был мягко перебит князем.

– Матвей Александрович, не суетитесь, – мягко улыбнулся он. – Сейчас мы теоретически рассуждаем с вами о преимуществах и недостатках системах государственного управления. Поверьте, вам бояться нечего. В конце концов, иных совершенно недетских шалостей вполне достаточно, чтобы вы не покинули этого кабинета живым, понимаете? Тем не менее, мы ведем с вами беседу. Может, стоит отказаться от лозунгов и заявлений, а просто попытаться принять в ней… более деятельное участие? Все-таки о вашей жизни речь идет.

Молодой человек задумался. По всем законам Российской Империи князь был прав. Если бы, конечно, в рамках интересов "Тройки" действовали иные законы кроме интересов канцелярии. Не даром представители ее могут казнить любого без суда и следствия, но за каждым таким актом могло последовать свидание с палачом, если Трибунал сочтет подобные действия излишними. Что-что, а постоянно весящий над шеей топор воспитывает в людях нешуточный профессионализм и ответственность за свои действия.

– Хорошо, – юный маг откинулся на удобную спинку кресло-стула, мысленно махнув рукой на все. – Уточните ваш вопрос, пожалуйста.

– Итак, – поощрительно улыбнулся глава "Тройки". – Прошу вас представить, что одаренных не существует. Все мы бесталантны и ограничены лишь физическими возможностями организма. Теперь подумайте, была ли бы в этом случае монархия лучшим выбором для нашего государства?

Юноша задумался. Надолго.

– Нет, – неожиданно даже для себя выпалил он. – А с какой бы стати? Как доказать населению, что именно эти… лица должны ими править? Чем объяснять? Помазаньем Божьим?

В кабинете негромко прозвучали несколько хлопков.

– Браво, юноша, – восхитился хозяин кабинета (или "восхитился", кто ж старого лиса разберет?). – Именно так! Исторически сложилось, что аристократические роды – защита государства. Дворяне – фундамент Империи – производство, чиновничество, торговля, но именно благодаря личной силе аристократов Главного и Первых Родов в древности удалось отстоять наши границы, а сегодня стала возможна концепция взаимного сдерживания. Не секрет, что именно Круг Романовых принудил к миру франков во время Восьмидесятидневной Войны, спалив половину Парижа, несмотря на сопротивление половины экселенцев Европы. С древних пор сила Дара Рода определяет его положение в иерархии Империи.

Матвей все еще не понимал зачем ему заново читают курс истории. Он очень неплохо усвоил общую программу и его собеседник должен быть в курсе… Раз уж он осведомлен о его "успехах в иных аспектах магии воды".

– Теперь я хочу услышать от вас, – князь очень внимательно поглядел на юношу. – Почему монархия – не самая удачная система управления в условиях отсутствия одаренных.

Молодой человек задумался снова. Но тут… Мысль!

– Наследники, – резко выдохнул он.

– Браво, – уже искренне отметил сообразительность юноши несколькими хлопками старый князь. – Любая другая система вроде той же демократии, – избави нас Судьба от такого лукавства! – более децентрализована, а будущая элита государства по большей части не ограничена наследниками ныне властвующих Родов, пусть и сохраняет элементы родо-племенного строя, как и всякая уважающая себя "верхушка"! Что это значит для нас в практическом плане?

– Очевидные цели для ликвидации, – уже увереннее ответил Матвей.

– Тоньше нужно быть, юноша, тоньше, – без всякого разочарования отметил хозяин кабинета. – Посмотрите на наследников аристократических и дворянских родов – вот вам и полный список для воспитания будущих агентов влияния…

– … А если есть цель, то обязательно есть и подразделения для ударов по ней, – задумчиво ответил Матвей.

Такие мысли юношу еще не посещали.

– Именно, – кивнул Михаил Владимирович. – А так же подразделения противодействия…

– Канцелярия?

– Совершенно верно. Одна из экспедиций решает именно эти задачи.

На некоторое время кабинет погрузился в тишину.

– Вы же, Михаил Владимирович, не просто так рассказываете мне об этом, – через несколько минут решился молодой человек. – Могу я узнать о мотивах?

– Справедливое замечание, – князь откинулся на спинку своего "трона", сцепив руки на животе. – Вернемся к Аристотелю и его мыслям о воспитании молодежи. Сегодня мотивация юных одаренных построена на их стремлении к подвигам, орденам и славе во имя воспитавшего их Рода и Империи, так?

На что Матвею оставалось лишь кивнуть.

– Третье отделение Собственной Его Императорского Величества канцелярии не может предложить ничего из этого, – повел плечами князь. – Мы просто делаем грязную и неблагодарную работу. Тихо и незаметно. Умножьте это на историческую неприязнь аристократов к "Тройке"…

Матвей кивнул, про себя отмечая, что князь упустил слова "страх" и "ужас" из своей речи.

– В канцелярии немало выдающихся одаренных, но служат у нас те, что понимает – иную работу делать попросту надо, – грустно развел руками глава ведомства. – Согласитесь, сложно ожидать подобной рассудительности от юношей и девушек, еще не расставшихся с розовыми очками…

Маг кивнул.

– Тем не менее, люди для выполнения иных задач в… молодежной среде нам просто необходимы, Матвей Александрович, – развел руками князь.

– Понимаю, – согласно кивнул юноша утверждаясь во мнении, что поучиться в выбранном им вузе, похоже, так и не доведется.

Зато кое-кто перестал вспоминать об "иных аспектах магии воды".

– Вот и хорошо, – довольно потер руки князь. – Тогда дорога вам выпадает в пятую экспедицию[8].

Глаза юноши округлились.

– Вы удивлены?

– Но… Мой аспект – боевая магия огня, – слегка запнулся он. – Так почему цензура?!

– Добро пожаловать в Третье отделение Собственной Его Императорского Величества канцелярии, внештатный канцелярист Воронцов Матвей Александрович, – только и улыбнулся князь.

Почти мгновенно появившийся после этих слов вахмистр явно давал понять, что на все вопросы Матвей получит ответы позже.

Может быть.

* * *
"Берлога" Матвея. День 15 от прибытия в столицу Российской Империи.

– Да ты просто извращенец, – прокомментировала Ольга "читалку" в руке Матвея, которой он не то чтобы пытался прикрыться, но все же…

Даже вечная скука в ее красивых зеленых глазах, казалось, отступила на миг под натиском легкого любопытства. Эх, а какой у нее вырез… Вид на скрытые очень легкомысленной тряпочкой прелести девушки с высоты роста молодого человека открывался просто отличный.

В чем-то главную оторву Петербурга, кстати, можно было и понять. Чтение в качестве средства борьбы с похмельем практиковал далеко не каждый. Матвей же утренним появлением Демидовой на пороге его лофта был слегка… раздосадован. Тем более его бесил факт, что одеться он так и не удосужился. Вот не предполагал он, что кто-то может взять и буквально вломиться в его дом, а до оружейного сейфа с ижевской "вертикалкой" так далеко… Да еще несмотря на "продуктивно" проведенную ночь, светлое и рыженькое напоминания о которой до сих пор сладко посапывали в четыре дырочки на кровати юноши, "расплата" за такое количество выпитого никуда не делась. Обрывочные же воспоминания путь и радовали "для коллекции", но явно показывали, что под влиянием Бахуса он был… не очень!

– Ты чего так рано приперлась, – угрюмо спросил Матвей, следуя уже выработанному между ними за неделю стилю общения. – Может, присоединиться и чем меня порадовать хочешь?

Демидова же, как всегда проигнорировав все писанные и неписанные правила приличия, легонько толкнула хозяина квартиры ладонью в грудь, отвоевав еще пару метров тамбура, исполняющего роль прихожей, после чего буквально прижавшись грудью к Матвею, тихонько пропела, глядя невинным взором прямо в глаза собеседнику:

Молодость и радость,
Ты главный партизан!
Анархия и ярость,
Двенадцать обезьян![9]
– Воронцов, у меня была отличная ночь, – призналась наследница промышленного "императора" Урала, делая руками жест, которым рыбаки обычно хвастаются ооооочень неплохим уловом. – Скажи, думаешь, после дюжины негритят ты сможешь меня чем-то впечатлить?

Сделав шаг назад и невольно сравнив открывшийся ему снизу вид с теми габаритами, что все так же продолжала демонстрировать девушка, Матвей лишь облегченно вздохнул (вот еще не хватало действительно переспать с той, чьего влияния хватит на очень много интересностей в его и без того ставшей весьма непростой жизни):

– Маловероятно, Демидова, – как можно более светским тоном ответил он. – А чего только дюжина?

– Во-первых, – в том же стиле ответила девушка, – Кровать на дедушкиной яхте, конечно, огромная, но я люблю простооооор…

На этом слове девушка потянулась, позволяя маечке натянуться на своей груди.

– Домой же ехать не хотелось – слишком уж была пьяна, – Продолжила она, закончив с потягушками. – Ну, а самая главная причина: в том долбанном стриптиз-клубе просто больше не нашлось…

На последнем признании девушка столь невинно захлопала глазами, что Матвей не выдержал и рассмеялся.

– Хорошо, вопрос снимается, – согласился он, отсмеявшись. – Но чем я обязан твоему столь раннему визиту?

Девушка ничего не сказала, но демонстративно повела перед носом юноши своими швейцарскими часиками, стоимость которых вполне могла позволить купить неплохую квартирку в Северной Пальмире. Или парочку. На окраине…

– Кофе даму угостишь, – поинтересовалась Ольга, лишь только вопрос с отнюдь не ранним временем был решен.

– Матвейчик, – не дал ответить хозяину квартиры томный голос из его собственной кровати. – Иди к нам, хотим еще…

Лицо юноши скривилось, будто от зубной боли.

– Терпеть не могу всех этих сокращений, – признался он в ответ на недоуменный взгляд гостьи. – Я Матвей. Все остальное от Лукавого…

Вслух же он не произнес, что просто опасается рассматривать "ночных попутчиц" более… подробно, ибо выбор продиктованный алкоголем может с утра показаться довольно… специфическим.

Девушка лишь пожала плечами, принимая объяснение.

– Кофе угощу, – решился юноша. – Вот только…

– Стоять, Воронцов, – тонкая девичья рука с неожиданной для столь хрупкого телосложения силой взяла его за предплечье. – От тебя, Твое Благородие, сейчас бл****ом ночным за километр разит. Тем более, я тебе должна за заступничество. Может, примешь пока душ, а мы тут пообщаемся по-девичьи.

Матвей хотел что-то возразить, но лишь пожал плечами и потопал в сторону ванной.

Юноша бы очень удивился, насколько быстро могут собираться представительницы прекрасного пола, кстати, вопреки его опасениям, оказавшиеся довольно миловидными, если к тому их вынуждают обстоятельства. Непреодолимой силы, ага. Чтобы выпроводить ночных "собеседниц" своего нового однокурсника Ольге понадобилось всего три слова, два жеста и один фирменный демидовский тон. Что вкупе с наработанной в молодежной среде репутацией дало совершенно потрясающий эффект – ровно через две минуты двадцать восемь секунд она осталась единственной девушкой в квартире.

Отряхнув руки, словно после не совсем приятной, но необходимой работы, девушка плюхнулась на диван, едва не раздавив небрежно брошенную Матвеем по пути в ванную "читалку".

– Ну-ка, – подхватила Ольга легкий гаджет и со вкусом прочла открывшиеся ей строки в слух:

Кто всех задорнее е***?
Чей х** средь битвы рьяной
П**** курчавую дерет,
Горя как столб румяный?
О землемер и п*** и ж**,
Б****н трудолюбивый!..
– Классику, значит, уважаем, – пробормотала она, помня концовку сей истории.

Любопытства в брошенном в сторону двери ванной взгляде стало чуть больше. Кто бы мог подумать, что разбивший за одну ночь спорткар, здоровенный джип и парочку лиц, разнесший уже второй за неделю паб, ну и на "вкусное", совративший двух записных "недотрог" Петербурга, по утрам борется с похмельем чтением стихов классика русской литературы Александра Сергеевича Пушкина[10]. Кстати, стоило бы узнать как ему удалось избежать внимания репортеров светской хроники. Девушка не по наслышке знала как быстро папарацци могут вытащить на свет жаренные факты из жизни "золотой молодежи" Петербурга. Например, историю про вчерашнее её посещение дешевого стрип-клуба и выкуп целой группы черных танцоров для собственного увеселения она прочитала в Сети еще два часа назад…

– Лааааадно, уточним…

Матвей же в это время наслаждался ощущением тугих и контрастных струй воды на своем теле. Юноша был доволен. Первое задание внештатный канцелярист Воронцов Матвей Александрович выполнил с блеском в брызгах разбитых стекол витрин и крови из разбитых же носов тех, кто пытался его остановить.

А что поделаешь, когда поставленная задача требует нестандартных решений. Иду своим курсом, господа, иду своим курсом…

* * *
Крыло V экспедиции. День 7 от прибытия в столицу Российской Империи.

Первый день службы в "Тройке" началась для Матвея ровно за 7 дней до визита Ольги в его "берлогу" прямо после памятного разговора с князем. Его тут же разместили за одним из пустующих столов в крыле V экспедиции, где сразу же, лишь позволив наскоро протереть пыль, выдали для изучения кучу инструкций на каждый и всяческий случай. По началу он пытался вникнуть в строчки сухого канцелярского текста, но уже через пятнадцать минут в его голове образовалась такая каша, что на очередном "пойманном" противоречии он попросту отправился к вахмистру Калашникову.

Тот, выслушав проблему, спокойно ответил:

– Князя интересует результат, – Егор Степаныч с удовольствием потянулся, явно устав корпеть над бумагами, от которых его только что оторвал новый стажер. – Если ты выполняешь задачу, то никто не поинтересуется как именно. Будет рассмотрено лишь соотношение привлеченных сил и сопутствующего ущерба против полученного результата. Постарайся, чтобы баланс был всегда смещен в сторону последнего. Что же до этих бумажек…

Вахмистр легко подкинул на ладони довольно тяжелую стопку подшивок с серьезными вензелями и печатями. На "ты" он, кстати, перешел без всякого напряжения.

– … Канцелярия не любит выносить сор из избы, – заметил он с изучающим прищуром. – Поэтому если ты совершишь нечто… неприемлемое, то тут то и выяснится, что прегрешений у тебя, согласно вполне официальным бумагам, столько, что лет на 10 непрерывного расстрела с конфискацией вполне хватит. И огребешь ты, как водится, сразу и за все. В полном соответствии со внутренней инструкцией. Понимаешь?

Матвей кивнул, принимая объяснение. Не сказать, что воспринял спокойно и безмятежно, но как нормальную практику любой сбалансированной системы, когда с ростом возможностей, по экспоненте растет и цена ошибки, а следовательно и цена личной ответственности за нее.

– Поэтому подписывай и старайся сделать так, чтобы об этой стопочке никто и никогда не вспомнил, – спокойно закончил вахмистр, делая глоток давно остывшего чая, на миг сверкнув гербами службы, украшавшими серебряный подстаканник. – Кстати, наша система не так уж и плоха. Во всяких там Европах кандидатам действительно предлагают написать на мешке для трупов имя близкого родственника, который в нем и окажется в случае…

Тут вахмистр сделал неопределенный жест рукой, предлагая Матвею самому додумать, за что именно может последовать подобное наказание.

– И да, Матвей Александрович, – тут Калашников слегка усмехнулся. – У нас в экспедиции есть негласная традиция между своими – обращение по именам, либо по позывным и на "ты". Исключая князя, конечно, и начальника нашего небольшого, но дружного коллектива.

На последний словах он вновь усмехнулся, но уже достаточно жестко, заставив молодого человека предположить, что с какими-то подводными камнями во внутренних взаимоотношениях ему таки придется столкнуться.

– Не возражаю, Егор, – склонил голову молодой человек, принимая местный свод неформальных взаимоотношений.

– Тогда подписывай бумаги, – вахмистр еще раз взвесил на руке увесистую стопку. – И обсудим твою дальнейшую роль свободного охотника… В овечьей шкуре!

Волком же ему предстояло быть в Петербургском Императорском Университете, чьи студенты и выпускники так любят приветствовать друг друга ковбойскими жестами, иногда добавляя что-то вроде "пиу-пиу". Традиция, однако. Да еще и на факультете международных отношений… Вот уж к чему душа Матвея не лежала абсолютно. Нет, факультет с момента своего образования выпустил тысячи крутых спецов, но почему-то среди великосветских лоботрясов и глав родов считался очень элитным… А уж про отрывы "международников" не слышал лишь ооооочень далекий от светской жизни человек! По прошлым раскладам попасть сюда Матвею не светило – попросту не хватило бы подготовки (шанс имелся у всех, но простолюдину или какому-нибудь захудалому барону пришлось бы продемонстрировать ОЧЕНЬ высокий уровень знаний!), а просочится "иными путями" в ряды будущей элиты было не просто дорого, а баснословно дорого. При этом речь шла не о деньгах, а о связях, ведь преподаватели, как правило, людьми были весьма успешными и влиятельными, а любой намек на взятку воспринимали не иначе как личное оскорбление. Впрочем, Матвей мог бы попытаться поступить как маг вне конкурса, но для одаренных с его уровнем, как правило, имелись свои заведения… Одно из которых, как крепко подозревал молодой человек, закончить ему таки когда-нибудь придется.

– Понял, куда тебя жизнь занесла? – поинтересовался Егор, оказавшийся довольно ехидным типом, глядя как на лице Матвея проступает осознание открывшихся перспектив. – Тогда давай думать над твоей легендой…

Думать долго не пришлось, и вот здание на набережной Фонтанки, 16 покинул все тот же барон, один из многочисленных внуков отставного генерала графа Григория Никитича Воронцова, прибывший покорять столицу Российской Империи. Дьявол крылся в мелочах: теперь даже беглая проверка по полицейской базе давала вполне однозначный результат – плут, повеса, балагур, не признающий законов людских и Божьих! Да и спецотметки о магическом обучении, уровне Дара и всему, что относилось к боевым аспектам неожиданно исчезли. Старую историю в учебном заведении, конечно, раскопать было несложно, а вот чтобы соотнести юношу с "героем" тех событий надо было уже серьезно постараться. Жетон боевого мага пришлось сдать в сейф экспедиции, что незаконно было совершенно – этот атрибут был обязателен к ношению для любого одаренного… Кроме сотрудников "Тройки".

Карман Матвея приятно грел ключ от немаленького такого лофта на Невском, да еще и в "Золотом Треугольнике"! По сути, как он понял, все 170-метровое пространство было переделано из какого-то промышленного объекта, и представляло собой большую студию, которой дизайнер не явными, но широкими мазками придал вид и функционал жилого помещения.

О цене "берлоги" в таком месте и думать не очень-то хотелось! Внутри обнаружились все приличествующие безбашенному мажору атрибуты – бильярд, сауна с небольшим бассейном, огромный траходром, а первый этаж позволял даже загнать в "квартиру" мотоцикл. Да-да, дабы не тратиться на шикарный автомобиль, приличествующей статусу, стилисты "Тройки" (о да, там оказались и такие ребята-девчата!) порекомендовали классический "Харлей" начала 80-х во вполне неплохом состоянии и отреставрированная "Камаро" 68-го! Причем на использование автомобиля требовалось заполнить кучу бумаг и отчетов, что юноше только и оставалось, что глотать слюнки! А вот вполне приличный "конь" числился в гараже управления по столь низкой стоимости, что Матвей… просто выкупил его из своих сбережений! Не думая. Ведь это же та самая модель, ставшая базой для "Молота Люцифера"[11]!

– Вот с таким блеском в глазах и рассказывай всем о своем мотоцикле, – меланхолично прокомментировал сие объяснение вахмистр, в ожидании заполнения документов. – Глядишь и примут тебя не за нищеброда, а за фанатичного богатея! Тем более, за изнеженного любителя "ленивых" удовольствий ты не тянешь явно!

Матвей только ухмыльнулся – еще бы, потенциальных боевиков дрессировали соответственно, что определенно отражалось и на фигуре – качков среди его однокашников не было (попробуй "протащи" огромную мышечную массу через ежедневный "червончик" с полной выкладкой!), но и рахитом назвать выпускников Классов мог назвать человек только с очень богатой фантазией. Парии же в этой среде приходилось не только осваивать достаточно сложную программу, но и буквально выживать под весьма грамотно организованными атаками "товарищей" по учебе! То есть, быть умнее, хитрее и… злее всех окружающих!

В принципе, подобный образ "фанатика" позволял не тратить огромные суммы на тряпки-костюмы, а также на соответствующие аксессуары. Этакий пофигист-нигилист-раздолбай из провинции с нехилым банковским счетом и резкой тягой к недоступным в "глубинке" удовольствиям! Вызывающее поведение и отсутствие внимание к нему со стороны прессы и полиции явно подскажет охотникам за перспективной молодежью, что за спиной молодого человека имеется нехилая такая "лапа", а, значит, он может далеко пойти. Отличный кадр для вербовки на крючок "запретного плода".

На первую в своей жизни установочную лекцию в ПИУ Матвей решил таки отправиться на авто. Одеться пришлось соответствующе – приличный классический серый костюм и темная водолазка обошлись в такую сумму, что молодой человек, который привык в прошлом учебном заведении жить достаточно аскетично – всего лишь на свою стипендию, немного приуныл, и про стоимость ремня, ботинок и часов "стилистов" не стал даже и спрашивать. Во избежание. Да-да, над его образом теперь работала целая спецслужба! А вот телефон остался свой – "огражданенная" продукция одного из императорских военных заводов. Чего бы и нет, для рискового-то парня из Тьмутаракани? Ко всему полагалась небольшая сумка на плечо из качественной кожи. Не брэнд какой, к счастью, но производство ручное (то есть, раз в 10 дешевле, чем если бы на ней красовался какой-нибудь модный штильдик, а по качеству в те же 10 раз лучше!).

До главного корпус ПИУ, здания Двенадцати коллегий, Матвей добрался очень быстро, да и машину удалось припарковать совсем недалеко, что по местным меркам являлось просто чудом. Все это не могло не сказаться самым благотворным образом на его настроении, так что входил в главное здание университета с широкой улыбкой на лице. Не по правилам, когда аристократу полагается "держать" себя, но он же деревенщина, "рэднек", как их называют в "демократических" США…

Шлеп!!!

Ожегший левую ягодицу шлепок заставил Матвея отпрыгнуть в сторону. Однако "противник" и не думал продолжать "нападение".

– Отместочка, – лениво-равнодушно прокомментировала… Ольга Демидова.

Ничего больше не объясняя, она сделала молодому человеку, как оказалось, тяжелой и "боевой" ручкой, и вполне профессионально "растворилась" в толпе. Да, похоже Демидовы до сих пор серьезно подходят к воспитанию наследников в боевом плане. Традиции рода, чтоб их!

– Неплохо, – хлопок по плечу заставил Матвея вздрогнуть (он то считал себя неплохим бойцом, но дважды застать его врасплох за тридцать секунд… это било по самолюбию!). – Ты ей понравился!

Заставив себя спокойно обернуться, молодой человек уже почти без удивления обнаружил перед собой того самого "прощелыгу" из паба. Тот однако в драку кидаться не спешил, а потому боевой маг даже позволил себе чуток расслабиться.

– Слушай, а у тебя там, в пабе браслет был такой интересный! – вдруг жаром затараторил Бобров Кирилл Потапович. – Это ведь узловой аспект магии? А кто делал?! Сложно?! Там вода и ветер чувствовались, они на дуале не расщеплялись?!..

И все это на одном дыхании.

– Эээээ, не знаю, – медленно ответил Матвей, даже не осознав половины вопросов.

Да и не выдавать же свое плотное знакомство с теормагией.

– Яяясно, – чуть разочарованно кивнул тот, и тут же, воспряв духом, выпалил. – Ну, хоть покажешь?!

Молодой человек лишь ошеломленно кивнул.

– Отлично! – воскликнул его собеседник, и тут же рванул куда-то внутрь здания ни слова не добавив.

– Дурдом, – под нос себе прокомментировал Матвей, решив больше не ввязываться ни в какие диалоги вплоть до Петровского зала, где сегодня должны были приветствовать первокурсников-международников.

Да, он совсем не удивился, когда посреди единственного сохранившего интерьер XVIII века зала коллегий первым делом разглядел не очень интересные барельефы той эпохи, а Кирилла, что-то активно втолковывающего Ольге.

Ой, ё! И бывают ли со служащими "Тройки" подобные случайности?

Ох, позвольте усомниться, судари мои!

* * *
"Берлога" Матвея. День 14 от прибытия в столицу Российской Империи.

Русская пьянка, равно как и русский бунт, бессмысленна и беспощадна! И пусть Матвей не очень хорошо относился к "огненной воде", как человек, не привыкший оставлять свое тело без контроля, но дан приказ, а значит…

Знакомство будущих однокурсников, состоялось за несколько дней до официального начала учебного года. Собственно, во время "афтепати", как модно сейчас в иной среде говорить, и состоялась первая встреча с Ольгой и Кириллом. Сейчас же молодому человеку предстояло проставиться, за "опоздание" к учебному году.

Матвей и не возражал, а уж как довольно потирал руки вахмистр Калашников, тут же заявивший, что такой шанс вписаться в нужную среду упускать просто грешно!

– Расплачивайся карточкой, – наставлял вахмистр молодого человека перед самым выездом. – Легче отчитываться потом будет, но наличку с собой обязательно возьми. Без пары "котлет" в неких местах даже и появляться-то не комильфо… Некая сигнальная система "свой-чужой". Тааааак… Вообще полагается еще и дорогой зажим, чтобы стоил не меньше той "котлеты", но ты у нас бунтарь…

С этими словами вахмистр, удобно устроившийся в одном из кресел возле бильярдного стола в "берлоге" Матвея, стал буквально сканировать глазами комнату, но не найдя искомого, вновь вернулся к разговору:

– У тебя резинка есть какая?

– Какая? – не совсем понял хозяин квартиры.

– Такая, – кивнул начальник-гость. – Лучше всего замызганная…

Он секунду задумчиво помолчал, после чего с удовольствием выговорил, словно смакуя каждый слог:

– За-тра-пез-на-я!..

Матвей лишь пожал плечами. Однако, к его собственному удивлению, минут через пять поиски увенчались успехом. У зеркала прямо перед входной дверью была найдена невесть откуда взявшаяся резинка для волос. Даже не пришлось отрезать колечко от презерватива, что уже успел предложить практичный вахмистр.

Егор ловко сорвал банковскую обертку с двух пачек со 100 и 20 – рублевыми императорскими купюрами, после чего ловко "сломал" их пополам, перетянув пыльной резинкой. Получившуюся "котлету" он равнодушно-небрежно швырнул молодому человеку:

– Стиль обращения с подобным аксессуаром понял?

– Пренебрежение, – кивнул молодой человек.

Вахмистр лишь кивнул.

– Отлично, – после чего кинул еще один взгляд на свежеиспеченного канцеляриста и закончил. – Машина внизу. Удачи!

* * *
– Господа и дамы, – бледнеющий распорядитель уже неясно какого по счету за эту ночь ресторана не представлял как погасить явно замаячивший на горизонте конфликт между двумя группами "золотой" молодежи, и при этом не поиметь проблем. – Прошу вас понять… Другие посетители отдыхать изволят… Мне-то что… А вот…

– Кто, – как ни старался не набраться Матвей, да только и его разум отправил в небытие зеленый змей, передав управление телом вбитым насмерть рефлексам.

Рефлексы же диктовали одну единственную логику: проблема – поиск путей решения – устранение проблемы. Распорядитель кивнул в сторону так же целенаправленно, но пока почти без эксцессов уничтожающих алкоголь парней. Так, что тут у нас – рахитичные фигуры, презрение на лицах, да бренды-бренды-бренды, превращающие компанию из десятка парней и пары-тройки девчонок в какую-то аляповатую массу. Да, не аристократы с их родовыми традициями воспитания молодежи. Дворяне, скорее всего, во втором поколении. Отцы выбились, а эти проедают!

На их фоне внешний вид Ольги, отдавшей предпочтение легким джинсовым шортикам, просто одетого Матвея и не пойми что натянувшего на свою высокую, но нескладную фигуру Кирилла, смотрелся бледно. Больше до этого момента никто из сокурсников не дотянул – остались самые стойкие. Кстати, парни и сами не являлись образцом тишины. Безвкусный мат и оценки в адрес окружающих, чуткое ухо Матвея уловило еще минут пятнадцать назад. Последние оценки, кстати, касались единственной девушки в их компании. И пусть молодой человек и сам не отказался воплотить часть предположений в адрес однокурсницы, но, право, господа, деликатнее надо, деликатнее!

Ольга же, чью историю о гонках по ночному Екатеринбургу на конях в чем мать родила прервал распорядитель, лишь сморщила носик:

– Барон, разберитесь, – кинула она Матвею (на этих словах распорядитель попытался сравниться цветом лица с белоснежной скатертью за их столиком – конфликты с участием аристократов ВСЕГДА заканчивались непредсказуемо!).

Молодой человек медлить не стал, тут же поднявшись из-за стола и направившись к "конкурирующему" столику. Со стороны, правда, могло показаться, что он опасается попадания в него… да, хоть чего-нибудь! Иначе его "противоторпедный" хаотичный курс было объяснить сложно. Разве что лошадиной дозой выпитого!

– Гспда, пзвльте прдставться, – начал Матвей, глотая гласные – уж больно плохо его слушался язык. – Матвей Александрович, барон Воронцов (свое имя и титул молодой человек выговорил старательно и на удивление четко). – Имею собщить вм, что мня вртит отвших рож! Тебя ст, жвали, чтоль (с этими словами, он ткнул пальцем в первого же попавшегося персонажа, не особо разбирая кто перед ним)?… Эт… пидры, уессы и ваще. Ну вот…

После сей тирады, молодой человек даже довольно убедительно изобразил издевательский короткий поклон.

В ответ компания… Расхохоталась столь гнусно, что Матвею мгновенно захотелось ушатать ближайшего "собеседника", а после подобным же образом поступить и с остальными.

– Аристокрааат, – заводила просто надрывался от хохота, предлагая остальным присоединиться к его веселью – остальные немедля присоединились. – Имел я таких как ты, придурок, ты вообще знаешь, кто мой батя?! Это его ресторан, понял, вша?! Сейчас ты с***ываешь отсюда в темпе. Прошмандовку бы заставить оставить, но я лично о такую б***ь даже и мараться не буду. П****й отсюда, бааааарон Ваааааранцов!..

Последние слова были произнесены настолько издевательским тоном, что Матвею еле удалось сдержать огонь, рвущийся изнутри. Привычным сжатием руки гася импульс, он почти трезво и вкрадчиво спросил:

– А то что? – адреналин моментально смыл благодушную расслабленность.

– А то отправишься отсюда в ближайший лесок, баааааарон, – продолжил глумиться собеседник. – В багажнике воооон того "Хама".

Матвей медленно повернул голову в сторону стеклянной стены ресторана. Около заведения стол черный американский внедорожник. По последней моде – действительно военный, а не его более поздние версии, о которых говорят "дед воевал, внук в войну играет!". Рядом стояла желтая итальянская "Ламба", притягивая взгляды прохожих.

– Что, тоже ваша? – вкрадчиво спросил он.

– Ну, моя, – довольно кивнул парень с раскрашенными во все цвета радуги волосами. – Всосал теперь, какие проблемы можешь поиметь? Так что, п***уй, баааааарон!

Матвей на секунду прикрыл глаза.

– Ухожу, господа, – кротко кивнул он, покинув "поле боя" под издевательский гогот соперников.

Подойдя к столику, он бросил лишь одно слово:

– Уходим!

– Эээээ, – протянул уже хорошо пьяненький Кирилл, явно требовавший продолжения банкета, но, увидев как Ольга без слов встала из-за стола, спорить больше не стал.

Получив в гардеробе "косуху" Матвея, и легкую курточку Ольги, компания вышла на улицу. Еще через минуту прибыл вызванный им еще из зала "Майбах":

– Ольга Григорьевна, Кирилл Потапович, – официальным тоном обратился он к новым сокурсникам. – Вас доставят в любую точку. Прошу прощения за испорченный вечер!

– А ты? – поинтересовалась Ольга.

– А у меня незаконченный разговор, – пожал плечами Матвей.

– Хм, интересно будет посмотреть, – твердо ответила Ольга, наблюдая как Кирилл вот уже в третий раз пытался попасть в салон дорогой иномарки.

Гравитация пока побеждала.

Впрочем, привыкший и не к такому водитель, проблему решил быстро.

– Ольга, – Матвей кивнул на машину.

Девушка, из чьих глаз так и не ушла безмятежность и скука, лишь помогала головой.

– Лаааадно, – согласился молодой человек, подавая сигнал водителю.

– Собираешься вернуться в кулачном бою доказать всю глубину их неправоты?

Матвей лишь пожал плечами.

– Если что, у меня вполне неплохо с крав мага, – равнодушно пожала плечами девушка. – И я тоже хочу задать пару вопросов по поводу прошмандовки.

– Где ключи от танка? – неожиданно усмехнулся Матвей.

Ольга продемонстрировала легкое удивление:

– Это какая-то шутка? – светски поинтересовалась она, будто бы и не разминая пальцы перед демонстрацией кое-кому израильской системы рукопашного боя.

– Типа того, – согласился молодой человек. – Из разряда "купи слона" и "разменяй копейку". Детская подколка…

– И что полагалось отвечать? – вновь вернула себе невозмутимый вид девушка, разогревая запястья.

– Ну, вариантов-то куча, на самом деле. Я всегда отвечал, что танк с толкача заводится.

Ольга чуть выгнула бровь, демонстрируя легкую заинтересованность.

– Знаешь, в чем отличие военной техники от гражданской? – задал риторический вопрос Матвей, и тут же на него ответил. – Она намного проще, всегда должна быть готова к применению и, главное, она почти никогда не оснащается механической сигнализацией – парни с автоматами по периметру надежнее!

"А магическую систему доступа мы "сделаем" на раз", – про себя закончил мысль парень.

Девушка чуть обернулась, проследив за взглядом однокурсника.

– Нееееееет…, - как-то даже восхищенно (для нее, конечно!) прошептала она.

– О дааа, – лишь довольно протянул тот, кого оооочень неплохо научили разбираться в технике вероятного противника.

– И что же ты ищешь, – поинтересовалась девушка, глядя на озирающегося однокурсника.

– А вот их, – кивнул парень на несколько маргинально выглядящую компанию, суетящуюся возле достаточно древнего джипа, вполне заслуженно носящего в народе прозвище "козлик". – Еще один момент военной техники – с ней часто приходится подолбаться… А так где сей процесс присутствует, там и… Айн момент, фройлян!

С этими словами он двинулся в сторону парней, на ходу доставая "котлету" из кармана.

Через три минуты Матвей вернулся, с кучей инструмента, который ему помогли донести пара достаточно крепких парней:

– Разложите все здесь, – кивнул он на асфальт прямо перед капотом, – Спасибо!

– Ээээ, мож пособить чем, – поинтересовался один из них.

Ольга усмехнулась. Похоже, за инструменты парень заплатил более чем щедро.

– Я собираюсь вскрыть и завести джип сынка этого вертепа. Надо тебе быть рядом, когда я закончу?

Вопросов более не было.

Удивительнейшее ощущения – прямо посреди ночного Питера спокойно и деловито вскрывать чудо американской военной мысли. Никто на сосредоточенно работающего юношу внимания не обратил. Матвей справился минут за 15. Еще 10 ушли на то, чтобы завести многотонного монстра.

– Я поехал, – просветил он девушку, лишь услышал утробное рычание двигателя.

– Куда это? – насмешливо уточнила та.

Молодой человек скупым кивком указал направление.

– Стооой, – буквально взвизгнула Ольга, забираясь в салон прямо по коленям Матвея, который не стал заморачиваться вскрытием всех дверей. – Я тоже хочу! Юноша внимательно посмотрел на девушку, но ее лицо выражало лишь легкое предвкушение и решимость!

– Ладно, – пожал плечами он, начиная движение.

Заложив, как говорят моряки, левую циркуляцию, он вывел джип на середину дороги, "прицелился", и, кинув еще один взгляд на пристегивающуюся девушку, "утопил" педаль газа. В ресторан они вернулись в брызгах не выдержавшей столкновения с мощным бампером стеклянной стены, снося столы и засидевшуюся компанию мажоров. Не успел внедорожник остановиться, как Ольга вновь оттопталась по матвеевским коленкам.

– И куда ж ты лезешь? – сквозь стиснутые зубы прошипел водитель, едва успевший прикрыть от встречи с девичьей коленкой самое дорогое, пока пассажирка пыталась нащупать ручку открытия двери.

– Мстить.

– Не могу отказать в это прекрасной госпоже, – пожал плечами молодой человек, открывая дверь.

Особой "правки" снаружи не требовалось: "Хам" не успел набрать высокой скорости, а водитель вовремя нажал на тормоз, так что серьезно покалеченных не было. Кого-то, правда, лишила пары зубов Ольга, которой сравнение с прошмандовкой засело глубоко в душу.

– Я мстю и мстя моя страшна… Ты куда сейчас? – поинтересовался он, наблюдая как "отрывается" на еще трепыхающемся теле девушка.

– Подружка с парнем рассталась, – спокойно ответила та, не прерывая дурного дела. – Будем пить по случаю, что все мужики – козлы!

– Подвезти? – вежливо поинтересовался он.

– На этом?

"Хаммер" и правда не выглядел уже так презентабельно, как полчаса назад.

– Зачем, – удивился молодой человек, наклоняясь к разноцветному "помощнику командира" поверженной "армии", и задавая всего один вопрос. – Где?

Брелок тут же лег в его руку.

"Ламба" стартовала от входа в ресторан в лучших традициях современной молодежи – с визгом и дымом сгораемых покрышек, унося двух седоков в теплую питерскую ночь.

Глава 3

"Берлога" Матвея. День 15 от прибытия в столицу Российской Империи.

– Нет, ты точно извращенец, – повторила Ольга, глядя на пару граненных стаканов, что только выставил перед ней Матвей.

– Ээээ, мелкая, не бузи, – в тон ей отметил юноша, с удовольствием наблюдая, как слегка расширяются глаза девушки – так с ней мало кто рисковал общаться. – Сейчас все будет как в лучших домах ПарижУ и ЛондОна…

– Правда?.. – гостья в сомнении подняла аккуратную бровь.

– Нет, – пожал плечами хозяин "берлоги". – Родина этого напитка – Вьетнам. Способ приготовления прибыл оттуда же.

Ну нравилось ему "раскачивать" девушку хоть на какие-то эмоции – очень уж неприятными были вечная скука и легкая насмешка в ее глазах.

Пытаясь нащупать хоть какие-нибудь эмоциональные струны в душе девушки, Матвей не забыл вскрыть банку сгущенки и бухнуть на дно каждого стакана по чайной ложке.

– Но я предпочитаю…

– Ничего, попробуешь и так, – убедительно произнес юноша, добавляя в один из стаканов колотый лед и устанавливая сверху фины – вьетнамские капельные "чайнички", которые те переняли еще от французских миссионеров в XIX веке.

Ольга уже перестала мешать Матвею готовить напиток, молча наблюдая, как тот распределяет по дну приспособления кофе и заливает его горячей водой.

Дождавшись, пока кофе прокапает, молодой человек снял фины со стаканов, парой привычных движений размешал оставшуюся на дне сгущенку девушке (себе не стал – ему нравилось чувствовать как меняется вкус напитка от первого к последнему глотку), и протянул стакан гостье, не забыв чуть припорошить сверху напиток корицей.

– Пробуй, – предложил он, не забыв сделать добрый глоток из своего стакана, с удовольствием ощущая, как по небу прокатилась горько-душистая волна.

– Знаешь, неплохо, – согласилась Ольга с удивлением, сделав осторожный глоток. – Я все равно считаю, что кофе из граненных стаканов пить извращением, но напиток хорош.

– Ну еще бы, – фыркнул Матвей, и тут же объяснил свою реакцию. – Экспорт кофе составляет 80 % внешней торговли Вьетнама. Они просто не могут позволить себе позволить снизить качество – экономика рухнет. Прошу!

С последним словом, молодой человек жестом предложил гостье переместиться за кресла, разделяемые шахматным столиком.

Ольга последовала следом, не забыв, как с удовлетворением заметил хозяин "берлоги", прихватить с собой стакан.

– Итак, Оль, я рад, что наши вчерашние приключения сблизили нас и вывели общение на новый уровень. Но не опохмелиться же ты ко мне сегодня приехала, верно? Может, поделишься причиной визита.

– Матвей, как считаешь, почему я общаюсь с Кириллом? – неожиданно спросила гостья, делая еще один маленький глоток.

– Соломку? – вежливо предложил парень, но наткнувшись на покачивание головой, ответил. – Да откуда же я, солнце мое, знать могу? Я ж с глухого краю, у нас таких фифочек и не водится вовсе!

– Ну-ну, – ехидно ответила Ольга, но тут же вернулась к теме. – Скука. Тот кто говорит, что в жизни нужно попробовать все редко имеет под этим ввиду ядерную физику, изучение трудов Канта в оригинале и покорение вершин кулинарии. Ты себе представить не можешь, насколько все остальное, что большинство воображает лишь услышав эту фразу, быстро надоедает. Любое мое желание ВСЕГДА исполнялось по первому щелчку пальцев. Я перепробовала столько излишеств, что не снилось и целому клубу искателей острых ощущений… Для меня никогда не было интервала между ХОЧУ и ПОЛУЧАЮ, понимаешь? Матвей пожал плечами – член рода Демидовых действительно мог позволить себе если не все, то очень и очень много. Тем более, Ольга не жаловалась, а спокойным тоном выкладывала свое мировоззрение. Это было… интересно!

– Однажды на одном приеме я увидела на шее какой-то коровы совершенно потрясающее колье, – все тем же ровным тоном продолжила гостья. – Я подошла и прямо сказала "Хочу его!". Владелица лишь посмеялась, заявив, что не станет его продавать и есть вещи, которые выше денег. До своего имения она в ту ночь не добралась, в ту ночь на их кортеж было совершено нападение. Преступники похитили все ценное, что было у нее и ее мужа, а машины сожгли, оставив их на легком морозце в 30 километрах от дома. Мне тогда только исполнилось четырнадцать…

Матвей сделал еще один глоток, внимательно смотря на девушку, и спросил:

– И что, тогда ты поняла, что деньги не главное, есть вещи и более…

– Да черт его знает, что я поняла, – все тем же ровным тоном произнесла та. – Вот смотрю я на это колье иногда и думаю, а поняла ли я хоть что-то.

– Оу, – только и крякнул Воронцов, поняв каким именно способом безделушка попала к девушке. – Живой у тебя был характер в 14-то лет… Вот только как эта замечательная история связана с Кириллом Потаповичем?

– Он живой, – пожала плечами Ольга. – Увлеченный вообще всем на свете, но в особенности различными аспектами дара. Кирилл слабенький маг, ему никогда не хватит сил и на самый слабый конструкт, но он может увидеть и понять плетение, тратя безумное количество энергии, чтобы добраться до сути. Он и при первой встрече бросился к тебе лишь завидев интересный артефакт, не думая о последствиях и общественном мнении. Понимаешь?

– Кажется да, – согласился Матвей. – Тебе надоело "все остальное" и ты хочешь попробовать физику, Канта и готовку. Кстати, начать можешь с приготовления мне завтрака! Я голоден…

– Ну, – девушка сделала плавное движение рукой, игнорируя предложение немедленно встать к плите. – Где-то так. Однако сложившийся круг общения и наработанная ранее репутация… Я могу достать любые наркотики, найти даже те удовольствия, за которые казнят на месте, но никто не будет обсуждать с "еб**утой Демидовой" особенности конструктов или не предложит партию в шахматы. Общаются со мной как с человеком лишь такие же на всю голову повернутые типы, которые настолько увлечены чем-то, что даже забывают попробовать решить свои финансовые проблемы за мой счет! Но дело даже не в этом. Я понимаю желания большинства людей. Они довольно просты и скучны. Я попробовала их все какие сама захотела попробовать. Однако иногда попадаются люди, которых я не понимаю. Внутри которых живет нечто, что никогда не было доступно мне. Это интересно.

Какого-то особого сожаления в ее словах Матвей, кстати, так и не услышал.

– Ну, хорошо, – согласился парень. – А от меня ты чего хочешь-то? Я таким чистым энтузиазмом ко всему новому не блещу, похвастаться особыми талантами не могу, и вообще…

– Знаешь, многие люди притворяются, – задумчиво перебила словоизлияния хозяина "берлоги" Ольга. – Каких только ужимок я не насмотрелась во время попыток запустить пальцы мне либо в кошелек, либо в п**ду. А сегодня я вижу человека, который притворяться не особо привык, но делает это старательно и явно с профессиональной помощью. Да еще и с совершенно непонятными мне целями. Даже интересно стало, чего это мир крутится и даже не вокруг меня.

Парень молчал, уже сожалея, что вообще решил открыть дверь полчаса назад.

– Сыграем, Матвей Александрович? – щелчок пальцев девушки заставил его вздрогнуть.

И когда она только успела расставить фигуры на столике.

– Черных я люблю только в постели, – отметила она, делая классическое Сарагосское начало белой пешкой – С2-С3[12].

– Ну, не сказать, что твоя п***а меня совсем не интересует, – ответил, Матвей, делая ответный шаг с явным намерением показать девушке все недостатки подобного первого хода.

– Я знаю, – не слишком расстроенно ответила Демидова, берясь за следующую фигуру.

* * *
Кабинет очень раздраженного, но не подающего вида князя Михалкова. День 16 от прибытия в столицу Российской Империи.

– Как Ольга Григорьевна обосновала свои подозрения? – князь Михалков был предельно серьезен, а Матвей измучен почти суточным допросом дознавателей "Тройки".

Одних отчетов написано было…

– По ее словам я, сейчас дословно, "слишком правильно слеплен", – в сотый, наверное, раз повторил молодой человек фразу, после которой у него состоялся очень неприятный разговор, последствия которого он разгребал уже почти сутки. – То есть, я не выбиваюсь из образа, не имею противоречий между внешним видом, поведением и образом в целом. Этакий классический "рисковый оторвыш" без отступлений ни на шаг от принятой модели поведения. Образ качественный, продуманный и, по ее мнению, "явно профессионально слепленный". То есть, вызывает подозрение в обществе, где любые признаки тщательно и явно профессионально продуманной другими людьми линии поведения сразу же заставляют предполагать какой-либо корыстный интерес.

Хозяин кабинета и глава V экспедиции граф Андрей Иванович Ефимовский переглянулись. Вахмистр Калашников пока отмалчивался – в таком обществе без приглашения влезать в беседу не по чину. Глава же "стилистов" Анна Христофоровна Гренц была слегка бледна, но удар по профессиональному самолюбию постаралась сдержать.

Безмолвный обмен взглядами длился секунд 40, что позволило Матвею ополовинить еще один стакан с водой. Говорить ему за последние 20 часов пришлось очень много, а вот спать…

– Продолжайте, Матвей Александрович, – сделал приглашающий жест рукой князь.

– Кроме того Ольга Григорьевна обратила внимание на некоторое несоответствие моторики, образа и моей личности. Отдельно она выделила образ мышления свойственную военному человеку, отсутствие ряда аристократических… "Маркеров", свойственных образу "аристократ-мажор" и… Моторику.

– Последний пункт прошу осветить более подробно, – нахмурился Андрей Иванович, несмотря на достаточно молодой возраст, обладавший шикарными бакенбардами, лихо закрученными усами и буйной шевелюрой, что вид ему придавало лихой и придурковатый.

Опасное заблуждение.

– Реакция на стресс, – произнес Матвей, слегка замявшись.

– Подробнее, пожалуйста, – попросила Анна Христофоровна почувствовав, что вопрос попадает в ее компетенцию.

– Вы не имеете военной подготовки, Анна Христофоровна, – полуутвердительно отметил парень и тут же продолжил. – Ее основа – начало действие еще до того как успеет включиться разум. Например, единственный шанс спастись во время попадания колонны в засаду для водителя – это резко увеличить скорость, попытавшись покинуть зону поражения, для солдата же, если покинуть зону поражения возможности нет, покинуть транспорт и попытаться подавить противника огнем с одновременным охватом противника с флангов. Та же муштра строевая делается вовсе не для того, чтобы научиться красиво ходить, а для того, чтобы привить привычку безусловного подчинения приказам без его критического анализа. В общем, для выживания требуется произвести определенное действие еще до того момента как ваш мозг закончит анализировать ситуацию. Иначе смерть. Ряд подобных рефлексов вбиваются намертво.

– Ну да, да, выполнять не думая…, - еле слышно пробормотала "стилист" и штатный "псих экспедиции.

– А вы как думали, Анна Христофоровна, – чуть раздраженно дернул усом граф, не желающий возвращаться к старому спору. – Это основа выживания. Если боец будет обдумывать каждый приказ то…

– А если он преступный, не этичный? – с жаром включилась она в старый, но еще тлеющий спор, получивший сегодня порцию бензина на еще жаркие угольки.

– В этом случае боец обязан выполнить приказ, – обрезал князь, неодобрительно поглядывая на подчиненных. – А потом, если был с ним не согласен, подать рапорт вышестоящему руководству.

– Но…, - попыталась возразить женщина, но под взглядом Никиты Владимировича моментально растеряла весь запал.

– Анна Христофоровна, прошу вас вернуться к работе, – ровно попросил хозяин кабинета. – Результаты опроса до вас доведут в штатном порядке. Благодарю.

Мужчины поднялись с кресел, ожидая выхода единственной среди них дамы из помещения.

– Ох уж эти вольнонаемные статские специалисты, – пробормотал едва слышно князь, и тут же громче спросил. – Так какие же рефлексы выдали вас, Матвей Александрович?

– Базовые формы.

Глава "Тройки" задумчиво кивнул. Да, эти движения, особенно для дистанции 0–5 метра, когда поединок с применением сверхспособностей уже имеет явные черты рукопашного боя, вбивались намертво. А то в кино частенько показывают, как герой, стоя в пафосной позе вытягивает руку, которую использует как направляющую для заклинания в сторону врага… Совершенно не думая о том, что удар в этом случае можно сбить простым физическим воздействием на протянутую "грабку", например.

– Ясно, и она заподозрила в вас одаренного?

– По счастью нет, она решила, что мне часто приходилось пользоваться артефактом перчаточного типа.

– Забавно, – прокомментировал князь. – Представляешь, Андрей Иванович, о каких технологиях у нас девицы из высшего общества осведомлены?

Непосредственный начальник Матвея лишь усмехнулся, и тут же уточнил:

– Какие действия вы предприняли?

– Предъявил документы полицейского управления Петербурга, выданные как раз на этот случай.

Ефимовский бросил быстрый взгляд на вахмистра. Тот лишь кивнул.

– Как вы замотивировали свое нахождение в ПИУ?

– Ммм…, - тут Матвей замялся – времени на решение этой задачи у него было мало, так что он играл "близко к тексту". – Я сообщил ей, что Управление заинтересовалось участившимися случаями выхода юношеских и девичьих шалостей за границы невинных.

– Ее реакция? – уточнил князь.

– Ольга Григорьевна изволила мне сообщить, что я… лжец, – подобрал наиболее близкий аналог слову "пи***бол" Матвей. – Но ей стало интересно, а потому, если уж мне так хочется, то она согласна познакомить меня с… соответствующей молодежной средой.

– Ее условия? – уточнил Ефимовский.

– Участие в моих развлечениях в рамках работы в этой самой среде. Она… высоко оценила наш поход в ресторан.

– Отказ?

– Не принимается, иначе обещает сильно усложнить мою задачу.

– Мотивация?

– Скука. Ищет новых эмоций.

Некоторое время кабинет погрузился в тишину. Матвей не мог видеть, как за его спиной вахмистр ткнул пальцем в какой-то пункт протокола допроса молодого человека, привлекая внимание начальника экспедиции. Сам юноша наблюдал за князем Михалковым, который смотрел перед собой, привычно вращая любимую ручку в руках и слегка разворачиваясь на вращающемся кресле.

– Подведем итоги вашей работы за первую неделю, Матвей Александрович, – окинул присутствующих прояснившимся взглядом неожиданно "очнувшийся" князь. – Разрушенный ресторан, находящийся под протекцией рода Кареевых, нанесение тяжких увечий сыну владельца заведения и сопровождающим его лицам… Ага, где присутствовали представители еще трех боярских родов. Про два разбитых автомобиля, ночную погоню с участием шести экипажей дорожной полиции, а так же вашу неспособность отчитаться за трату пятидесяти шести тысяч рублей, – вы машину что ли купили? – так как, цитирую, находились "в состоянии сильного алкогольного опьянения", которое вы сами охарактеризовали как "в умат". Я ничего не забыл?

Матвей себе дал слово, что если переживет этот залет, то обязательно научится этой великолепной способности буквально размазывать собеседника одними словами! Кстати, погоню он не так чтобы четко помнил. Нет, там кто-то надрывался в матюгальник про "Прижмитесь к обочине"… Да и когда, черт возьми, он успел разбить "Ламбу"? Вроде и не врезался никуда… Да, зря они решили отметить викторию в битве "при третьем столике" чем покрепче…

– На выходе мы имеем согласие на сотрудничество в работе, связанной с риском для жизни и здоровья от наследницы рода, по влиянию уступающему лишь императорскому, – так же безэмоционально закончил князь, заставив потовые железы молодого человека работать в режиме форсажа. – Я вас понял, Матвей Александрович. Возвращайтесь к работе.

Дождавшись пока молодой человек покинет кабинет в сопровождении вахмистра, довольный зрелищем мокрого пятна на рубашке юноши князь только и прокомментировал:

– Бодро начал наш герой, Андрюш.

– Ну, результат мы получили весьма неплохой и со сравнительно небольшими затратами. Даже без учета этой Демидовой внимание общества он к себе привлек…

– Согласен, – кивнул князь, – Но не мог же я нашего нового сотрудника немного не осадить, а то оглянуться не успеем, как эта парочка нам город по камню разнесет. Как оправдываться перед Петром-то будем, когда призовут нас на… высшую службу?

С этими словами хозяин кабинета столь невинно посмотрел на проплывающее за окном облако, что руководитель экспедиции невольно рассмеялся в голос.

– Так все таки парочка? – уточнил Ефимовский отсмеявшись.

– Каковы планы по инфильтрации в интересующие нас круги, – проигнорировал вопрос князь.

– Связь с Демидовой, – кивнул начальник экспедиции и не без доли цинизма заметил: – У девушки очень своеобразная репутация в высшем обществе. О ее похождениях чуть ли не легенды складывают. Однако достоверно известно, что ни с кем из Света интимных связей у нее не было. Скажем так, "первопроходец" однозначно обратит на себя внимание, что добавит Матвею шансов вызвать интерес наших фигурантов.

– Девушка-то не против?

– Зачитываю, – Ефимовский нашел нужное место в стенограмме допроса и начал читать:

"Вопрос:

– Какого рода помощь предложила вам Ольга Григорьевна Демидова?

Ответ:

– Инфильтрацию в интересующие нас круги.

Вопрос:

– Способ инфильтрации.

Ответ:

– Инфильтрация посредством связи с ней.

Вопрос:

– Какого рода связи?

Ответ:

– Интимной.

Вопрос:

– Что именно предложила Ольга Григорьевна Демидова?

Ответ:

– Распространить слух о наших интимных отношениях с целью возбуждения интереса со стороны интересующих нас структур, а так же предоставить все свои связи в интересующих нас кругах.

Вопрос:

– Она так и выразилась?

Ответ:

– Не совсем (заминка).

Вопрос:

– Можете вспомнить точную формулировку?

Ответ:

– На вопрос о том (заминка), как проще попасть сразу в "высшую лигу", она ответила, цитата (заминка): "Трахнуть Демидову"."

– Резкая девочка, – покачал головой князь с непонятным выражением лица.

Даже его помощник на протяжении уже не первого десятилетия не смог бы достоверно сказать осуждает он или одобряет характер девушки.

– Как мы поступим, – еще раз уточнил Ефимовский. – Вы же понимаете, что стоит только Главе рода прознать об этом, как повторится Катерининская резня, а уж если он еще и императору…

– Алло, – Никита Владимирович не стал тратить время, по памяти набрав номер телефона – Кость, день добрый! У меня к тебе разговор по поводу твоей внучки. Нет, "Тройка" к ней без претензий. Нет, ничего из ничего из ряда вон не натворила… Стой, ну какая рыбалка, Кость?! Мы люди государевы, не могу я просто взять и метнуться на Урал. Ну, Самого уж ты сам приглашай, хе-хе… Ладно, шутки шутками… На финке через пару дней организуешь? Что ж, договорились. Увидимся!

ЧАСТЬ 2. Два дебила и терпила

Глава 4

Где-то в районе Невского проспекта. День (вернее ночь!) 31 от прибытия в столицу Российской Империи.

Черная "Панамера" влетела в поворот по очень крутой траектории под аккомпанемент визга стираемых в дым покрышек и сгорающих тормозных колодок. Лакированный борт творения сумрачного германского гения отражал красные и синие всполохи проблесковых маячков преследователей и огни реклам. Если бы Матвей мог разглядеть несущийся болид со стороны, то он наверняка восхитился бы этой картиной. Вот только юноше досталась незавидная роль стремящегося удержать поздний ужин в желудке пассажира при бешенной ведьме просто вцепившейся в руль чертового "помела"!

– Иххха, – негромко, но довольно прокомментировала Ольга удачную попытку разминуться с большегрузом.

– Ой-йооооо, – простонал еще больше позеленевший Матвей, явственно услышавший звук соприкосновения борта "Панамеры" и бампера тягача.

С его, черт возьми, стороны!

– Да ладно тебе, – хлопнула его по колену однокурсница. – Они Кирилла в гроб свели, а ты и отомстить не хочешь?

Искреннее возмущение отрывающейся от погони красавицы ничуть юношу не тронуло.

– Не ценой же наших жизней, – едва размыкая челюсти прохрипел он.

– Ты что, машин боишься? – с удивлением уставилась на него Ольга, закладывая очередной сумасшедший вираж.

– На дорогу смотри!

– Ой, прости толстячок, – невинно вскинула бровки она, в очередной раз резко меняя направление движения.

Матвей был уверен, что вышеозначенный водитель глыбообразного "Мерседеса", тоже, кстати, на правила дорожного движения внимание обращавший не особо, Олечку простит обязательно. Разве можно злиться на такую душку? Если ему повезло, конечно, остаться, в той половине разорванной о столб машины, что побольше. Та что поменьше ведь вроде в Неву улетела… Хотя… Если он оборудовал свой джип средствами магического оснащения под стать стоимости машины, то, может быть, после выписки из госпиталя у него и будет шанс выслушать извинения… Месяцев так через пару.

– Так страшно?! – вернулась к куда более волнующему вопросу девушка, явно уже "пережившая" эпизод с "Мерседесом". – Ну как можно не любить ночные гонки?!

– Да люблю я их, на дорогу смотри! – огрызнулся юноша, и почти не слышно прошептал. – Как Би Эй Баракус – летать[13]

Водитель черного "Порше", немедленно прижмитесь к обочине!

– Так что с этим телом делать будем? – Ольга едва заметным кивком указала на заднее сидение, не забывая выкрутить в очередной раз руль.

Невнятный шорох за спиной подсказал, что со слетевшим с сиденья во время очередного виража телом действительно надо что-то делать.

– Чертов Савва! – Матвей для острастки несильно ударил по бардачку. – И надо было нашему гению попасться этому пидору на прицел!

– Всякое бывает, – пожала плечами Ольга, равнодушно откидывая заброшенную резким торможением между передних сидений безжизненную руку обсуждаемого тела.

Черный "Порше", немедленно прижмитесь к обочине или мы открываем огонь!

– Хреновы аналитики, хренов вахмистр, хренов полк! – уже в голос завопил Матвей, наблюдая как на всю голову е**нутая девчонка оставляет зеркала заднего вида двум поливальным машинам, между которыми она таки умудрилась втиснуть немецкую торпеду.

"Поливайки, надо сказать, в долгу не остались, "отдарившись" глубокими царапинами на некогда лоснящихся боках "Панамеры".

Когда ознакомительный контакт превратился вот в ЭТО?!

У него же была простая и понятная задача: познакомиться с князем Владимиром Волоконским, устроителем разнообразных предосудительных развлечений на территории и с участием бойцов Кавалергардского полка, после чего "отступить" с полученной информацией для проработки дальнейших действий. А не ВОТ ЭТО ВСЕ!

Матвей еще раз в сердцах треснул по "торпеде" машины Волоконского. Кажись, ему и вправду предстоит свидание с северным пушным зверьком. Даже затуманенный алкоголем мозг юноши понимал, что князь, – Михалков, Никита Владимирович который, – сделает из него презерватив!

И на хрена он вообще поперся на эту блат-хату немыслимого масштаба? Познакомились – разошлись-проанализировали-действуем, верно, Никита Владимирович?

Так кто ж знал, что на стоянке перед рестораном, куда "случайно" и абсолютно не ради знакомства с князем Волоконским, Ольга затащит Матвея, будет ждать целая команда оскорбленных мужей, чьих благоверных "уважаемый" Владимир Сергеевич изволил посетить всего лишь за одну прошлую ночь безудержного кутежа.

Драка была короткой и жесткой, и вот уже юноша получает заветное приглашение в дом сына известнейшего промышленника и магната Саввы Яковлева для "продолжения столь замечательного знакомства и умеренного потребления во имя его".

Отказать было решительно невозможно.

Начинающиеся неприятности можно было предположить еще с порога, когда вместо того, чтобы постучать в дверь (открытую, надо сказать!) бравый вояка оглушительно шмальнул в нее из монструозного кремниевого пистолета, почти скрывшись в клубах сгоревшего пороха! Забросив уже разряженную аркебузу обратно в салон пока еще своей "Панамеры", он вразвалочку двинулся ко входу, чьи ворота не преминули тут же распахнуться, пропуская очередного, и судя по шуму изнутри, далеко не первого гостя!

Матвей, конечно, не мог не признать, что обладавший мощным телосложением Волоконский со здоровенной дурой в руке смотрелся здорово. Отдельный шарм этой картине предавал мундир Кавалергардского полка и одухотворенное выражение почти детского (если не считать немного неровных бакенбард и намечающихся залысин) лица. Однако вид разбегающихся свидетелей намекал, что закончиться такие развлечения могут плохо!

– Савва, друг мой, – вскричал слегка помятый многодневным запоем и как минимум одной дракой князь, буквально бросаясь своему товарищу на шею. – Знакомься, этот достойный молодой человек со сбитыми кулаками и задумчивым взглядом – Матвей Александрович Воронцов, – да-да, внук того самого! – а его обладающая тонким дипломатическим искусством спутница – Ольга Гигорьевна Демидова. Прошу, как говориться, любить…

Матвею Савва не понравился сразу. Всего в нем было слишком: радушного выражения лоснящегося лица, сальности и ленности в глазах, лишнего веса по бокам и в районе "буйка".

– Братан, я тебе отвечаю, она одному как та курочка яичко снесла, – тем временем на ухо продолжал представление гостей их новый друг. – Вот начисто снесла. Клянусь, я даже слышал хруст!

Тем временем пьянка в доме то ли только начиналась, то ли уже заканчивалась, но скорее перманентно продолжалась с разной степенью интенсивности.

Не успели Матвей и Ольга осмотреться среди "милых гостей" хозяина дома, напоминающего манерами постоянных резидентов славного острова Тортуга, как были приглашены на самый верх четырехэтажного особняка.

На кухне уже кого-то били, а на первом постреливали. Пока в потолок.

Легкая волна жара, какую оставляет пролетевший поблизости огневик, догнала их уже на втором этаже.

* * *
Дом Саввы Яковлева. (Еще) День 31 от прибытия Матвея в столицу Российской Империи.

Князь Волоконский был доволен. А то! Уж он-то точно знал, какое впечатление производит на неподготовленного человека атмосфера непрекращающегося вертепа в доме его друга Саввушки. Он лично приложил немало сил для поддержания старых традиций Кавалергардского полка, тщательно восстановленным по дневникам и запискам его предшественников.

– Русский офицер должен быть выбрит до синевы и слегка пьян, – гордо заявил он, кидая на Ольгу заинтересованные взгляды.

– Тогда ты, кажется, что-то путаешь, – тоном снежной королевы отметила девушка, и, заметив непонимающий взгляд Волоконского, добавила. – Тебя, князь, я чаще вижу пьяным до синевы и слегка выбритым!

Савва, который на попытку обратиться к нему по отчеству лишь отмахнувшийся со словами "По имени зови!" (ещё бы, зачем отчество, когда каждого потомка по мужской линии традиционно зовут Саввой), и князь расхохотались, а вот третий их закадычный дружок Кирилл Лунин, лишь нахмурился, полоснув по гостям острым словно бритва взглядом.

– Не слишком, Матвей Александрович, вы и впечатлены? – слегка зло бросил он в сторону гостей.

– Слегка обескуражен, – признался Матвей. – Мне отрекомендовали вас как знатоков в вопросе борьбы со скукой и хандрой…

Короткий кивок в сторону Ольги.

– А я вижу, что за последние лет 400 вы так и не продвинулись дальше алкогольных оргий. Традиции, конечно, хорошо, разве за столетия вам ни разу не хотелось выйти за рамки чуть больше, чем спускать немцев с горок "на гузне"[14].

Савва потер руки, тихонько похихикивая, Лунин еще больше нахмурился, не совсем поняв последнее заявление, а вот Волоконский, замахнув разом бокал шампанского, резко бросил:

– А чем тебе развлечения моего предка не нравятся?

О, это уже близко к вызову. Особенно в здешней среде. Ну, подготовился Матвей к "контролируемому конфликту", чего уж тут. Даже дневники князя Сергея Волоконского поднял.

– Возможно, тогда верхом веселья и было выбивание салазок из под катающихся с горки немцев, да дрессировка псов на срывание шляп с прохожих по команде "Бонапарт!", так ведь сколько лет прошло, – спокойно заметил он. – Хотя не могу не отметить, что поселить двух медведей в будке для устрашения обывателей – мысль неплохая! Однако что вы, князь, ответите на вопрос своего предка "А что ты, потомок, сделал во славу Кавалергардского полка?", когда доведется с ним свести свидание в лучшем из миров?

Лунин и Волоконский нахмурились, а Савва с легким недоумением оглядывал поочередно всех участников беседы.

Тишина стала давящей.

– Если вам атмосфера не по нраву, то, может, вам в библиотеке Саввушки комфортнее будет… Господа кавалергарды там появляются редко, так что никто не потревожит ваш покой!

– Есть у нас друг, что души не чает в древних фолиантах, – игнорируя издевку в голосе князя, ответил Матвей. – А слава о вашей, Савва, библиотеки давно не дает ему покоя…

– Так приглашайте! – эмоционально воскликнул хозяин дома, стремясь погасить конфликт. – Пусть осмотрится. Я просто настаиваю и прямо сейчас…

В итоге Кирилл-таки приехал через полчаса, едва не выпрыгивая из собственных портков, а Ольга с Матвеем отправились инспектировать местные развлечения. Конечно, стрельба по мечущемуся прямо в зале петуху, "обнимашки" с медведем и даже традиционный для кавалергардов "взлом" женских купален, расположенных неподалеку, могла сойти за развлечение для скучающих мажоров, но… Может, и ошиблись михалковские аналитики и нет среди этих придурков подстрекателей и спецов подрывной работы.

С другой стороны, для вдумчивой работы здесь поле непаханное. Попасть в Кавалергардский полк считалось большой удачей для титулованного отпрыска. И пусть за последние лет 200 его бойцы не слишком проявили себя на поле брани (но и труса не праздновали, обычные трудяги войны), но служба здесь по праву считалась отличной "отправной точкой" для будущей карьеры – местом заведения нужных знакомств. Интересно, что начиная с Петра I, создавшего сие замечательное соединение, ни у кого из монархов не дошли руки разобраться с дисциплиной во внеслужебное время. Ведь шуточки кавалергардов были не всегда безобидны даже к гражданским. Нынешний же император так и вовсе отдал полк на откуп "Тройки" как "живца"… Для некоторых лиц.

– А-а-а-а-а-а, – раздался в доме крик оставленного без внимания Кирилла.

Бах!

Прервал его выстрел из пистолета.

Ольга и Матвей единым порывом рванулись к залу, как раз успев увидеть как тело их однокурсника хозяин дома совместно еще с парой добровольных помощников укладывал в невесть откуда появившийся прямо посреди дома черный лакированный гроб.

– Сука, – выдохнул Матвей, придерживая Ольгу, уже готовую сделать что-то нехорошее с размахивающим огромным позолоченным "Пустынным Орлом" Саввой. – Ща разберемся!

Одним рывком сократив расстояние до "шутника", Матвей ловко ударил в сгиб локтя, заламывая руку так, чтобы огромный иудейский пистолет уткнулся дулом прямо в подбородок Саввы. Небольшой перехват, и вот уже юноша контролирует спусковой крючок.

Гнусная ухмылка слетела с лица толстяка в тот же миг, но дернуться он не посмел.

– Что, сука, лавры предков покоя не дают? – прошипел Матвей, даже не думая стереть с лица оскал.

Хозяин дома замер.

– Рассказывай!

Молчание в ответ, но стоило лишь чуть сильнее вдавить ствол в подбородок, как "жертва" тут же заверещала:

– Это шутка, Матвей Алксндрвч, шуткааааа…! Он сказал, что собрался, а мы, ну, традиция…

Эту традицию юноша знал. Натолкнулся на описание в дневниках все того же Сергея Волоконского. Предок нынешнего Саввы, тоже Савва Яковлев, любил забавляться над уходящими домой гостями: наводил пистолет и требовал выпить из серебряного гроба, куда входила ровно одна бутылка шампанского (вон, кстати, и "тара" на специальной подставке стоит). Если гость после этого оставался на ногах, то хозяин дома лабызал его в обе щеки и отпускал с миром, а если нет, то слуги получали команду "подобрать убитого", после чего тело "покоилось" до утра в одной из гостевых комнат.

– А помер-то он помнишь как, – нехорошо прищурился Матвей, еще сильнее вдавливая ствол в подбородок (вокруг только сейчас замелькали вспышки активируемых заклятий и поднимающихся щитов – хреновато у господ офицеров с подготовочкой!). – Помнишь, сука, как помер?

– Нееененет! – пробормотал тот, стуча зубами.

– Один умный человек однажды сказал, что народ, не помнящий своей истории, не имеет будущего. То же относится и к аристократам, – уже спокойней заметил Матвей, перехватывая тело толстяка удобным для конвоирования способом, одновременно демонстрируя окружающим, что одна из перчаток на его руке надета вовсе не для форсу, а служит серьезным артефактом аспекта Огня. – Он во время одной из таких шуток направил пистолет себе в лицо и выстрелил[15]! Ладно, хватит болтать. Мы загостились. Пошли на стоянку! А слуги пусть выносят вон то тело!

На стоянке Матвей осмотрелся и тут же кивнул в сторону одной из машин:

– А где?…

– Его сиятельство изволили отправиться отдыхать, – абсолютно равнодушно ответил один из слуг, тащивших тушку Кирилла.

– Ключи сюда быстро, – спокойно потребовал Матвей.

Уже через три минуты черная "Панамера" со свистом пронеслась мимо оплавленного куска металла, еще недавно бывшего ажурной решеткой дома Яковлевых.

"Артефакт перчаточного типа" сработал на ура.

* * *
Хлоп! Хлоп!

Водитель черного "Порше", немедленно прижмитесь к обочине!

Да уж, на такой скорости предупредительные выстрелы прозвучали едва слышными хлопками.

– Остановиться не хочешь? – почти спокойно спросил Матвей. – Сейчас по колесам палить начнут, а на такой скорости это может быть… фатально.

– А разве они не…, - Ольга не стала договаривать что-то вроде "твои люди", кинув взгляд на все еще не очухавшегося Кирилла.

– Ага, – только и согласился парень. – Коллеги это мои в каком-то роде… Вот только они-то об этом не знают!

– Ох, – вздохнула Ольга, сгоняя с лица на мгновение проступившее выражение озабоченности. – Ищу место для остановки.

"Панамера" резко сбавила ход, осеняя пространство аварийными сигналами, а еще через 40 секунд плавно припарковалась впритирку к поребрику.

– Слушай, ты там с ними договорись, чтобы нас полегче как-то…, - попросила Ольга. – Мне ж все-таки не вместно…

Матвей лишь удивленно вскинул брови в немом вопросе "ты что, дура?!" ровно за мгновение до того, как чьи-то сильные руки вышвырнули его на асфальт. Наручники щелкнули быстро и ловко, а паре ударов по ногам, чтобы раздвинуть их на максимальную ширину, тем самым сужая круг возможностей к сопротивлению, юноша совершенно не удивился. Вот несколько ударов по почкам были на его взгляд явно лишними. Впрочем, особого огорчения он не испытывал, ведь на тренировках бывало куда хуже, а мысль о том, что Ольга переживает примерно тоже самое вообще наполняло его сердце каким-то иррациональным удовлетворением. Здесь вам не там, барыня!

* * *
Один из полицейских околотков Петербурга. День 32 от прибытия в столицу Российской Империи.

Камеры в ближайшем отделении полиции их оказались по соседству.

– Знаешь, – призналась Ольга, в который раз стирая кровь с рассеченной брови. – Странное ощущение… Меня ведь никогда так не п**дили. Нет, доставалось и сильнее на тренировках, но под контролем медиков и инструкторов. Расчетливо и продуманно. Чтобы запомнила, но не покалечилась. А тут на асфальт швырнули, сапогами по ребрам приласкали…

Матвей лишь задумчиво пожал плечами, не открывая глаз. Все-таки он немного подустал за эти сутки. Больно уж они насыщенными оказались.

– Может, не стоило их называть импотентами, мудаками и воздержаться от пожеланий перетрахаться там всем им между собой?

– Раньше как-то прокатывало.

– Ровно до того момента, пока они знали, что ты Ольга Демидова, – еще одно еле заметное движение плечами.

Девушка притихла, давая парню несколько минут насладиться отдыхом.

– И как долго?…

– Быстро, – отрезал Матвей. – Дай отдохнуть. Мне потом еще отчет писать.

* * *
Первый вздох чистого воздуха казался слаще и молодого крымского вина, что выращивали князья Потёмкины вот уже какую сотню лет, и голову он кружил с ничуть не меньшим коварством.

Околоток Матвей с Ольгой покинули только к утру, даже не став задерживаться, чтобы дослушать извинения какого-то икающего и потеющего полицейского чина. Уже начавшему приходить в себя Кириллу традиционно была вызвана машина, а сами герои сегодняшней ночи побитые, но несломленные, отправились к своему "трофею", который никто у них отобрать не посмел. Еще бы! Кому есть охота вмешиваться в разборки "блаааагааааародных"?

– Ну, давай я для тебя еще чуть-чуть побуду Мэрдоком, – потянулась за ключами от авто девушка, похоже шипение про Баракуса вполне расслышавшая.

Молодой человек не возражал, все так же продолжая наслаждаться букетом ароматов, что игривый ветерок способен подарить только ранним утром, пока питерский воздух еще не загазован тысячами спешащих повозок с двигателями внутреннего сгорания.

Чутье Матвея корабельным ревуном взревело метра за три до их уже изрядно побитой машины! На одних рефлексах он выбросил в сторону угрозы огненный и кинетический щиты, словно в вязком потоке боевого транса наблюдая как разогнанный до немыслимых скоростей лед разносит в ошметки немецкую машину, пока ударная волна не впечатала их в стену полицейского управления.

Глава 5

Кабинет не спавшего сутки князя Михалкова. День 33 от прибытия в столицу Российской Империи.

– Вы удивительный человек, Матвей Александрович, – князь Михалков по своему обыкновению задумчиво крутил в руках любимую ручку. – Любую ситуацию умудряетесь довести до кризиса. Посчитаем убытки за вчерашний день? 340 тысяч рублей – разбитая вами "Панамера"…

Матвей удивленно поднял взгляд.

– … Даже если бы не известный вам инцидент, – ничуть не смутился хозяин кабинета. – То я не представляю, сколько сил и средств пришлось бы вложить в ее восстановление. Четыре патрульные машины повреждены. Еще одна не подлежит восстановлению. Господин Комлев Е.А. подал прошение об удовлетворении материального ущерба за разбитый "неизвестными лихачами" автомобиль марки "Мерседес G" в размере 600 тысяч императорских рублей. Еще столько же он требует в качестве компенсации морального вреда. Иски до 10 тысяч рублей от Управления коммунального хозяйства за повреждение двух поливальных машин и еще на 4 тысячи от "СевТранса" даже и рассматривать не будем, как не существенны. Ах да, существенно повреждено здание полицейского Управления Фрунзенского района Санкт-Петербурга. Это только те, кто уже успел подать прошения, скорее всего, сумма ущерба увеличится. Честно говоря, не удивлюсь, если кратно. Имеете что добавить?

– Ольга как? – устало спросил Матвей, которого все последствия после очередных суток допросов оставляли мягко говоря равнодушным.

Кроме одного. Вернее сказать, одной.

– Сейчас обследуют, – взгляд хозяина кабинета скользнул по юноше, лишь на миг отразив хоть какие-то эмоции, но уже через мгновение вновь истинные чувства были вновь надежно спрятаны за создаваемым много лет эмоциональным щитом. – Скорее всего, просто "перегорела". Атаку на вас сопровождало ментальное воздействие высокого порядка. Около четырех баллов по Линденманну. Еще четверку составила физическая атака в аспекте Воды.

Ого! В пору загордится собой! Отбить две четырехбалки это надо уметь, да еще и от воды огнем прикрыться. Серьезно. До этого момента Матвею приходилось выдерживать только учебные "субъединичные" атаки, да одно покушение, после древней истории с его "срывом", оценили в 1,2 балла в аспекте воздуха (род одного из пострадавших от его действий учеников постарался). Тогда он, кстати, около месяца в госпитале-то погостил. Естественно после того как реанимационная бригада буквально вытащила его с того света. А тут две разом. "Четверки"…

– Никита Владимирович, – чуть справившись с огромным количеством вопросов, почти спокойно уточнил он. – Вы уверены?

Князь лишь пожал плечами.

– Маааатвей Александрович, – протянул только что прибывший в кабинет его непосредственный начальник Андрей Иванович Ефимовский. – Это данные объективного контроля. Как вы знаете, любое здание службы государевой оснащается…

– … Детекторами Линденманна, – закончил молодой человек, принимая объяснение.

Что, впрочем, никак не делало уже круг его вопросов.

– Свободны, внештатный канцелярист, – отдал распоряжение Михалков. – И, Матвей Александрович, до конца рабочего дня извольте не покидать здания. Вы можете понадобиться представителям Службы Дознания, если у них появятся какие-либо вопросы.

Дождавшись, когда за молодым человеком, которому огромных усилий стоило сохранить лицо непроницаемым, закроется дверь, Ефимовский коротко рассмеялся:

– Интересного ты мне сотрудничка, сплавил, Никита Владимирович, – Имя старого приятеля его зам произнес четко, раздельно, легонько "поперчив" щепоткой едва заметной иронии.

– Не говори, – спокойно согласился князь. – Но ведь и детишки, похоже, на правильном пути. Нащупали ниточку, а? Мои аналитики, изучив стенограммы допросов Матвея, дают около 80 процентов, что ниточка ведет к Кавалергардскому полку, но при этом с большой долей вероятности выводят из круга основных фигурантов князя Волоконского.

Ефимовский удивленно поднял левую бровь. Этот жест у него получился исключительно удачным, не зря же он столько времени в свои годы уделил постановке мимики.

– Сомнение вызывает только скорость и качество организации атаки, – правильно расшифровал невербальный посыл своего подчиненного Никита Владимирович. – Кстати, не напомнишь, сколько у нас адептов Воды на данный момент в городе и сколько из них могут выдать "четверочку"? Да плюс совместить стихийную атаку с сильнейшим ментальным ударом?

Ефимовский на пару минут задумался, пару раз отправил какие-то запросы со своего телефона и, изучив ответы, вздохнул:

– Англичанка снова гадит?

– Не обязательно, – хозяин кабинета пожал плечами, а ручка в его руках начала вращаться еще быстрее. – Однако явно кто-то из европейских экселенцов здесь отметился.

– А у вас есть такой же, но немецкий? – протянул Ефимовский, явно вспоминая что-то, и после театральной паузы закончил. – Жаль, будем искать!

– Ищи-ищи, а я Саше позвоню, – задумчиво протянул Михалков. – Пора подключать его опричников и военную разведку.

Ефимовский застыл на секунду, после чего медленно кивнул. Его старый приятель потому и занимает свое место, что всегда мог разглядеть серьезную угрозу гораздо раньше, чем она постучится непосредственно в дверь Государства Российского. Тот факт, что Михалков решил обратиться напрямую к императору говорил людям понимающим о многом.

– Так, а Службу Дознания отправь таки к своему сотрудничку, пусть устроят потогонную часов на шесть, – неожиданно встрепенулся хозяин кабинета.

Второе поднятие брови Ефимовского за один разговор случалось редко. Мало что могло его удивить на столько, чтобы он повторно за одну беседу прибег к столь сильному выражению своего недоумения.

– Да, я говорил, что ребятки справляются, – опять без труда расшифровал его мимику князь. – Вот только парень твой выдержал сдвоенную "четверочку", а учитывая его познания в иных аспектах Воды… Нам нужно очень крепко приучить его к ответственности за свои действия.

Ефимовский вдруг почувствовал себя неуютно. Веселящийся без руля и вертил потенциальный повелитель или, не приведи Всевышний, абсолют на улицах Санкт-Петербурга…

– Работу с Ольгой мы естественно прекращаем, – объявил он, чтобы отвлечься от неприятных мыслей и воспоминаний (правда, с нарезки слетел "всего лишь" воевода, но и тогда потери были… ощутимыми!). – Полагаю, ей лучше пока отбыть в родовое…

– Нет, – последовал короткий ответ. – Глава Демидовых ясно дал понять, что заинтересован в продолжении работы своей внучки с Матвеем. Так что поднимай психологов и… Ну, ты знаешь…

Ефимовский подумал мгновение, и, молча кивнув начальнику, покинул кабинет. Мысли о том, что Глава Рода обязан в первую очередь обязан думать об его усилении, а внучка, в случае чего, у него не единственная, он оставил при себе. В конце концов, его задача сейчас сделать так, чтобы Матвей не вышел из под контроля Российской Империи, а не думать о его гипотетических детях, хотя мысль о родовом союзе Воронцовых и Демидовых в разрезе пользы для Отечества была достаточно интересной. Сейчас Патриархи друг друга на дух не переносят, но ведь они не вечны, верно?

А что делать он действительно знал. Уже сегодня на стол императора ляжет папочка с одним – единственным личным делом для утверждения передачи отделу ликвидаторов, подготовленных для одной-единственной цели – избавление государства от вышедших из под контроля империи одаренных уровня воевода и выше. Нелегкие времена теперь ждут "внештатного канцеляриста" Матвея Александровича Воронцова. Постоянные его проверки на лояльность государству теперь станут основным хлебом целой команды мозгоправов, а малейшие сомнение… Лучше лишиться потенциального (пусть даже у Матвея, едва взявшего уровень гридя, добраться до высших уровней шансов немного, но… они есть) абсолюта, чем разгребать иные последствия его "нелояльности".

* * *
Матвей же пока пребывал в счастливом неведении относительно всех телодвижений в отношении столь дорогой ему собственной тушки. Он второй раз за прошедшие сутки стоял под утро возле очередного казенного присутствия и словно опытный дегустатор маленькими порциями позволял свежему воздуху заполнять свои легкие. Для полного счастья ему не хватало лишь ощущения кофейно-коричной горечи, что способен был подарить стаканчик бодрящего каппучино. Однако несмотря на близость к центру, по столь раннему времени достать заветный стаканчик было негде. Возможно, где-то неподалеку и имелись заведения, готовые порадовать очень раннего "жаворонка", либо столь же позднюю "сову", порцией бодрящего зелья, вот только молодой человек о них не знал. Как-то жизнь его слишком разогналась с момента приезда в Петербург, а на простые радости вроде составления карты любимых кофеен времени что-то и не хватало.

Вот и наблюдал Матвей за темными водами Мойки не имея возможности согреться любимым напитком, не обращая внимания на привычную любому перебуржцу морось, стараясь изыскать в своей черепной коробке хоть какие-то дельные мысли. Таковых не находилось после очередного сеанса общения с людьми в серых костюмах, чьи водянистые глаза и ничего не выражающие лица, казалось, будут преследовать его не только во снах, но и за Кромкой, если Великие Весы покажут, что в жизни своей он больше сделал дурного.

Матвей с удовольствием вогнал в легкие очередную порцию свежего воздуха, прямо – таки кожей ощущая ту волшебную ауру города, что вдохновила Ахматову на замечательные строки:

И в памяти черной, пошарив, найдешь
До самого локтя перчатки,
И ночь Петербурга. И в сумраке лож
Тот запах душистый и сладкий.
И ветер с залива. А там, между строк,
Минуя и ахи и охи,
Тебе улыбнется презрительно Блок,
Трагический тенор эпохи!
Молодой человек, не сводя пристального взгляда с темных вод реки, и сам хотел поделиться с городом радостью от наступления нового дня, наслаждения свежим воздухом, а так же счастьем от осознания, что он еще жив. Матвей "пошарил" в самых дальних закутков своей души, решая, что именно он хочет сказать миру в начале нового дня, понимая, что до великих строк классиков ему не дотянуться никогда, и все же… Через миг молодой человек улыбнулся и с выражением полного умиротворения на лице потянулся со словами:

– Бл@дь, хорошо-то как!

Ну, а что? Это тоже чувства и экспрессия!

Тот же Пушкин, в мистическую связь с которым искренне верила ранее упомянутая Анна Ахматова, недаром сожалел, что из его "Бориса Годунова" "выпущены народные сцены, да матерщина французская и отечественная"[16]. И писал поэт великий в своей "Телеге жизни":

С утра садимся мы в телегу,
Мы рады голову сломать
И, презирая лень и негу,
Кричим: пошел! Е**на мать!
С этими мыслями уже окончательно вернувший себе душевное равновесие Матвей потянулся в карман куртки за телефоном. Его "телега", призванная доставить юношу к дому, сама себя не вызовет!

Чтоб её!

* * *
Стоянка ПИУ. День 43 от прибытия.

– Матвей Александрович, знаете, вы очень х*евый друг, – задумчиво протянула девушка с интонациями, которые любому человеку понимающему говорили о превосходном родовом образовании, а так же прекрасной работе наставников по постановке речи.

– Дружба дружбой, а пuздюли врозь, Ольга Григорьевна – столь же изыскано заверил ее юноша, делая шаг вперед и в сторону, словно дистанцируясь от своей собеседницы, но даже не думая опускать указующий на нее палец.

В воздухе до сих пор висело брошенное им небрежно обвинение "Это все она!".

Третий их спутник обвел своих однокурсников слегка шалым от неожиданно разыгравшегося на его глазах спектакля двух актеров взглядом.

Единственный же зритель сего представления не спеша поднял руки, развернул их ладонями друг к другу и слегка нарочито хлопнул ими раза три, отдавая должное актерским талантам Ольги и Матвея, одновременно демонстрируя, что у него в руках оружия нет.

– Браво, молодые люди, – бодро вскричал князь Владимир Сергеевич Волоконский неожиданно поставленным голосом, чье происхождение он тут же бодро и объяснил. – А что, мы тоже могем! Я же в профильном лицее учился. Ди-пло-ма-ти-чес-ком. Лицедейство – наше все. Вот только впервые наблюдаю как служитель Мельпомены под сокрытием игры выходит на огневую позицию. Отвлечь противника внимание на даму и… Матвей Александрович, прекратите тянуться к пистолету. В практической стрельбе с вами никто состязаться не намерен. Наоборот! Я здесь, чтобы урегулировать все те… недоразумения, что в тот день испортили нам отдых.

Ольга и Матвей обменялись быстрыми, буквально искрящими от информации, взглядами. Сотни оттенков эмоций, смыслов и вопросов были в один миг молчаливо обработаны, после чего было принято единое решение. Кирилл Потапов, с которым они собирались отметить окончание сегодняшних лекций стаканчиком, а возможно и не одним ароматнейшего кофе (кто же мог предположить, что вьетнамские фины, равно как и матвеевская традиция пить сей напиток из граненых, по его собственному определению, стаканОв, найдет столь горячий отклик в сердцах сразу трех представителей русского дворянства?!), непонимающе переводил взор с одного на другого участника столь странного диалога.

Матвей же лишь усмехнулся, но и руку от пояса далеко не убрал. И уж тем более не стал "разочаровывать" Волоконского сообщением о том, что на огневую позицию выходил не он, а уже успевшая переместить с поясной кобуры в карман нечто убойно-компактное, что уже почти декаду носила после выписки из родовой лекарской Ольга. Молодой же человек, в случае конфликта должен был воспользоваться вовсе не любимым "Глоком", а кинетическим щитом. А вот об этом не знала уже Демидова. "Прямо шпионские ясли", – со злой ухмылкой подумал он, но вслух лишь заметил:

– Действительно, Владимир Сергеевич, от чего же и не урегулировать, – слегка расслабился молодой человек.

Тут и до Кирилла, наконец, дошло, ЧТО именно сейчас произошло. Молодой человек в рекордном темпе позеленел лицом, резко вздохнул, и схватившись за голову простонал:

– Бл@дь, опять пить!..

* * *
– Ого, – удивленно прокомментировал поведение персонала ресторана Волоконский. – Сколько здесь бывал – обслуживание здесь и ранее было на высоте! Однако чтобы вот этак…

Действительно, рядом с их столом едва ли не выстроилась целая очередь из готовых услужить официантов, сомелье и прочих разных представителей обслуживания в очень дорогом "общепите".

– Мы просто заезжали сюда с месяцок назад. Помнят нас, похоже, еще, – невинно прокомментировал Матвей, обводя взглядом по иронии судьбы выбранный князем для скрепления примирения отличным обедом тот самый ресторан, где он не так давно парковал "Хаммер" сынка хозяина заведения. – И правда, печено вепрево колено сегодня удалось на славу!

С этими словами молодой человек с удовольствием отправил в желудок очередной кусочек свиной рульки, приготовленной "по-чешски", абсолютно не по-аристократически запивая его богатырским глотком чешского же пива. Организатор встречи, впрочем, тоже недалеко ушел, предпочтя пинту лагера положенному в это время вину. Ольга же вообще на все условности плевать хотела традиционно, выбрав себе куда более крепкий алкоголь. Кирилл же, замахнув с нервов не первый бокал вина, уже куда дружелюбнее смотрел на мир и, как подозревал Матвей, готовился опять напиться до положения риз словами одной песни "как тот черт, как тогда", но останавливала его лишь мысль, что "нет, это черта, начерта нам тогда?!". Пока останавливала.

– О, вы тут частые гости, – воскликнул воодушевленно Волоконский. – До или после ремонта бывали?

– Мы стали его причиной, – угрюмо прокомментировала Ольга, задумчиво и очень серьезно рассматривая нечто из содержимого своей тарелки, наколотое на ажурную серебряную вилочку. – Матвей Александрович, как считаете, а нам тут…

Глубокий вздох дал девушке время на формулировку собственных сомнений.

… В тарелку плюнуть, например, не могли? – буквально выплюнула она, не обращая внимания на поперхнувшегося князя. – Ну, после твоей феерической парковки в середине зала?

– Не думаю, – молодой маг, несмотря на сомнения Ольги, продолжил с не меньшим энтузиазмом уничтожать содержимое находящегося перед ним блюда.

Князь же уже справился с первым удивлением и теперь вопросительно поглядывал на своих спутников в надежде приобщиться к числу посвященных в перипетии той славной истории лиц.

Однако Ольга все так же внимательно продолжила сверлить взглядом своего однокурсника, пока тот с сожалением не оторвался от еды.

– Владелец ресторана имел беседу с некими очень серьезными людьми по этому поводу, – пожал плечами Матвей. – Уверен, то они обладают достаточным положением и влиянием, чтобы убедить владельца ресторана не давать делу ход, а так же, я уверен, что в том разговоре было упомянуто о нежелательности каких-либо инцидентов с моим участием. Не рискнут.

– Но…, - протянула девушка, но тут же была прервана, не пожелавшим выслушать ее однокурсником.

– Олечка, – проникновенно протянул Матвей, глядя ей в глаза с тем самым оскалом на лице, что в иные времена заставлял холодеть его однокашников. – Уверяю, у этих людей достаточно жизненного опыта чтобы на хuю провернуть не только владельца этой сраной забегаловки, но и всю кулинарию разом!..

Ольга на секунду задумалась, после чего аккуратно положила на язык все тот же кусочек.

– А действительно вкусно, – прокомментировала она, уже смелее берясь за следующий. – Неплохой выбор, Владимир Сергеевич!

С этими словами несносная девчонка озорно подмигнула несколько впечатленному диалогом князю.

– А о чем вы? – встрепенулся пропустивший большую часть беседы в спорах с сомелье по поводу следующей бутылки уже не то чтобы слегка захмелевший Кирилл.

– Делимся впечатлениями от нашего прошлого посещения сего замечательного заведения, – любезно ввела его в курс дела Ольга.

– Умгм, – добавил вернувшийся к еде Матвей.

А что? Он просто не успел поесть утром а калории крайне важны для молодого мужчины в самом расцвете сил!

Все участники "комиссии по согласию и примирению" пантомиму поняли правильно и на некоторое время зал погрузился в тишину, изредка нарушаемую легким звоном столовых приборов. Этого времени даже молодому магу вполне хватило, чтобы ополовинить свою тарелку и неплохо понизить уровень хмельного в своей же кружке, что cделало его настроение почти безоблачным. Почти можно было и откинуть, если сменить блюдо на какой-нибудь салат с птицей и зеленый чай, но чертов образ! Нет, хорошо приготовленное мясо он просто обожал, но не каждый же день. О своем организме тоже заботиться нужно…

Вообще необходимость постоянно поддерживать состояние измененного сознания алкоголем и адреналином здорово тяготила Матвея, но… Чертов образ!

– Матвей, надеюсь вы не против, если я буду обращаться к вам по имени? – спросил Волоконский. – Все-таки разница в возрасте у нас небольшая, а так как все конфликтные вопросы мы урегулировали…

– Без проблем, Сергей, – благодушно откинулся на спинку стула юноша. – Думаю всем нам так будет проще.

– А я не согласен…, - пробормотал (кто б его еще спрашивал!) Кирилл. – Я к вам ко всем на "вы" буду!

– Что ж, – кивнул Сергей. – Если подобная фамильярность претит вашим…

– Сам ты "претит", – обижено буркнул Кирилл, уже успевший одержать сокрушительную победу над второй бутылкой. – А пока вас всех у меня в глазах по двое, все едино на "выкать" буду! А то половина вас обидится… Эх… Пойду-ка я на воздух.

С этими словам наследник славного рода Бобровых очень не твердой, но крайне целеустремленной походкой направился к выходу.

– Р-р-р-р-р-асплодились тут, – только и смог уловить Матвей перед тем как Кирилл буквально вывалился за порог.

Впрочем, действие гравитации лично для одного подвыпившего умника "отменил" наведавшийся на своем веку всякого швейцар. Некий же канцелярист сделал зарубку на память, что кое-кто, достаточно скромный во вменяемом состоянии остатки самосохранения теряет напрочь после первой бутылки. Просто на будущее.

– Ммм, – протянул Сергей, явно пытаясь подобрать слова.

Матвей же с Ольгой лишь переглянулись, да и приложились кто к шоту, а кто к бокалу. Молча.

– Ясно, – так же пожал плечами князь, предпочтя уйти со скользкой темы… на куда более щекотливую. – Матвей, скажи, а упомянутые тобой связи распространяются на силовые структуры?

Глаза юноши сначала едва не округлились, но тут же насторожено сузились, будто перед броском. А как иначе, когда тело моментально переходит в "боевой" режим, смывая адреналиновой волной негу и только начавшее "схватываться" алкогольное опьянение. Рука непроизвольно потянулась к артефатному клинку, что был испытан впервые еще в школьные годы. На таком расстоянии гораздо эффективнее, чем огнестрел будет. Краем глаза маг отметил, как рефлекторно подобралась Ольга, тоже потянувшись за… А зачем? Пистолетик-то у нее в другом кармане. Все это Матвей отметил чисто машинально, а мозг уже включился в работу, просчитывая варианты защиты и нападения…

– Стойте!..

Вскрик Волоконского заставил вздрогнуть нескольких официантов и немало наиболее впечатлительных гостей ресторана.

– Матвей Александрович, Ольга Григорьевна, я приношу вам свои извинения! – затараторил он куда тише, чтобы не привлекать внимание к их столику (куда уж больше-то!). – Уверяю, это не оскорбление и не вызов!

Юноша с девушкой, сидящие напротив не на шутку разнервничавшегося князя, вновь переглянулись в своей молчаливой манере, после чего слегка расслабились. Вроде бы расслабились.

– Объяснитесь, Сергей Владимирович, – холодно произнес Матвей. – И пусть эти объяснения будут очень подробными. В противном случае нынче же жду ваших секундантов!

Нет, ну думать же надо! В среде родовитых, насквозь пронизанной неформальными соглашениями, союзами, клубами и объединениями, предположить вслух, что твой собеседник способен "сдать" своих контрагентов и покровителей… Это все равно что в камере с авторитетами начать вслух сомневаться в ориентации присутствующих. Можно, конечно, если готов к поединку, либо просто появлению инородной стали в теле в виде заточки или пули. Да лет 100 назад за подобное подозрение в недоговороспособности убивали не реже чем из-за дам! Да и сегодня за такое Свет его даже не осудит, а на суде, в случае убийства Волоконского, подобное поведение князя будет смягчающим обстоятельством для Матвея. Очень сильно смягчающим. Порой и до оправдания!

– Матвей Александрович, я вовсе не хотел вас оскорбить, – начал Сергей свою покаянную речь. – Неудачная формулировка – лишь следствие душевного смятения, а так же волнения за близких мне людей…

Глава 6

Там же. Те же.

История Волоконского затронула самые глубокие струны в душе Матвея, заставив его сердце сжаться от жалости. Жалости к себе. Уж как хотелось юноше двинуть в эту одухотворенную самыми "высокими порывами" морду, а затем ей же отполировать тяжелую столешницу со словами "Ты, сука, сам понимаешь, что несешь?!!". Князь, похоже, не понимал, проникновенно вещая про трех вьюношей его полка, что хотели невинно развлечься сразу с небольшой компанией девушек среди бела дня попытавшись распихать их по машинам прямо на одной из центральных улиц города. Тот факт, что девчушки шли домой после школьных уроков, и, вообще-то, ехать никуда не хотели, ими в расчет не принимался. Зато приняли его в расчет здоровенные слесаря-оружейники, приехавшие в столицу Российской Империи из захолустного городка по путевке от завода. "Лапотное мужичье" столь тонких столичных развлечений не оценило, набив инициаторам их наглые лица. Отбить у разъяренных мужиков юных "сладострастцев" удалось полиции путем долгих и сложных переговоров. Вполне возможно, что дебаты затянулись потому, что виновники торжества по лицу получать на время их проведения вовсе не перестали, что обе договаривающиеся стороны устраивало чуть более чем полностью!

– И часто у вас так развлекаются представители… "славного" Кавалергардского полка?

– У наших людей нередко бывают проблемы с законом, – с тщательно подчеркиваемой гордостью, заставившей Матвея скрипнуть зубами, сообщил собеседник. – Славные традиции!.. Первые в бою, и столь же буйны в развлечениях. Всегда готовы хоть в атаку, хоть в бордель! Ты и сам знаком с дневниками моих предков, а значит понимаешь, какое место мы занимаем в истории полка. Я уже говорил, что немало сил потратил для возрождения духа "того" времени! Конечно, я прилагаю все усилия, чтобы мои люди держались в рамках, но случаются… эксцессы.

Я, я, я… Сплошные "я"… Дневники предков… Память о славных временах…

С трудом подавив подкатывающий к горлу гнев, (и сжимая предплечье Ольги под столом, чтобы не взбрыкнула!) Матвей поднял тяжелый взгляд на князя:

– От меня-то ты что хочешь?

– Мне надо вызволить троих моих людей, – на одном дыхании выпалил даже не подозревающий какая тонкая грань отделяет его от разбитого лица Волоконский. – Это мои ребята, пусть и заигравшиеся! А раз уж ты смог договориться с Кареевыми об… урегулировании такого конфликта… Сделать это можно только через силовиков, так как все остальные для них авторитета не имеют, вот я и подумал…

– Я подумаю, что можно сделать, – почти ровно заставил себя выдавить Матвей.

– О, спасибо, я в долгу не останусь, если что-то понадобиться…, - соловьем разлился Волоконский, быстро собираясь. – Обед запишут на мой счет…

Секунд сорок после ухода Сергея Матвей не сдерживаясь выругался. Он умел составлять изящные матерные конструкции, а так же использовать "базарную лексику" весело и с огоньком… Однако сейчас ему хотелось грязно выругаться что твой рыбак на второй месяц плавания без женской ласки. Грязно, грубо, примитивно и с явным сексуальным подтекстом.

– Матюш, – услышал он сквозь стук крови в висках голос Ольги. – Успокойся, пожалуйста!..

– А да… я спокоен…, - пробормотал он, игнорируя ненавистное еще с детских лет прозвище. – Спокоен…

Откуда, кстати, знает? Или просто совпадение?..

– Очень хорошо, – успокаивающим тоном начала приговаривать Ольга. – Просто отлично. Успокоился и ладно. А теперь, пожалуйста, разожми свои пальчики, Матюш…

Матвей с удивлением посмотрел на свою руку, с трудом заставляя расслабиться сведенные словно судорогой пальцы. Взгляд упал на аккуратное крепкое предплечье девушки, по которому уже расплывалась неприятная краснота.

"Синяк будет будь здоров!", – подумал про себя он, даже не представляя как будет извиняться за такое!

* * *
Насильников, состоявшихся, либо попытавшихся ими стать, Матвей не переносил органически всегда, но после истории с его срывом в Классах эта нелюбовь стала тотальной. Не все родичи пострадавших тогда вняли увещеваниям князя Воронцова, и вот однажды прямо у выхода школы прямо перед его маленькой сестренкой взвизгнула стираемыми шинами наглухо тонированная машина с двумя бугаями внутри. Затащить в салон девчушку здоровякам удалось без всякого труда, а вот скрыться они не успели… Приставленные "дедой Гришей" на всякий случай бойцы сработали на отлично. Однако от одной мысли о том, что могло произойти, в голове Матвея вспыхивала сверхновой звездой вспышка ярости, а любое сочувствие и человеколюбие оказывалось надежно придавлено моментально падающим "забралом". Особенно после прочтения допросных листов с полным перечнем тех вещей, что они собирались сделать с ЕГО СЕСТРОЙ. Короче, насильников или хотя бы высказывающих подобные взгляды, он тупо пuздил. Люто и больно. А еще он вполне допускал, что таких нелюдей учить жизни можно. Правда, иногда до смерти.

– Что-то не сходится, – задумчиво протянула Ольга, заставив юношу отвести взгляд от побелевших пальцев, которыми он вцепился в "поручень" огромного бегемотообразного джипа девушки.

Задерживаться в ресторане они не стали – настроение было испорчено капитально. По крайней мере, у боевого мага точно.

– Да ну, – раздраженно бросил он.

– Ну да, – так же ровно протянула Ольга, пропустив грубость мимо ушей. – Волоконский не похож на человека, который стал бы одобрять подобные шалости, но тем не менее просит за этих ублюдков.

– Думаешь? – все еще зло буркнул Воронцов.

– Весь мой опыт говорит именно об этом, – пожала плечами Ольга (а опыт Матвея такое заявление подтверждал, но злость все еще туманила разум). – И если уроки МОИХ учителей чего-то стоит, то тут имеется какой-то выверт психики, который "отмазывает" этих ублюдков в его глазах…

Матвей несколько раз глубоко вздохнул, разгоняя туман в голове и стал анализировать свои впечатления от их недавнего собеседника. У него тоже были подобные… уроки. Правда, он крепко подозревал, что квалификация его преподавателей была намного ниже тех, что мог обеспечить род Демидовых!

– Ну, соглашусь, возможно, – все еще слегка отрывисто бросил он, но тут же уже спокойнее заметил. – Однако выверт тут может быть вообще любой. Мало данных для анализа. А психика иногда такие загогулины исполняет, что… Вот у меня было… А, в прочем, не важно.

– Важно-важно, – затараторила Ольга, слегка резко оттормаживаясь на мигающий желтым сигнал светофора. – Рассказывай, интересно же, что за тараканы сидя в твоей голове! А то иногда ты мне кажешься самым правильным засранцем на планете!

Матвей удивленно посмотрел на девушку.

– Ну что, – немного смутилась она. – Слышал поговорку про носорога с плохим зрением? Что при его весе совершенно не важно. С ним я в соотношении масс точно тягаться не буду!..

С этими словами девушка взглядом указала на удаляющийся мусоровоз, что просвистел мимо них за пару секунд до этого. Матвей поднял вторую бровь.

– Так что иногда можно и на желтый притормозить! Ты рассказывай, не отвлекайся!

Молодой человек на это заявление только вздохнул. Он-то искренне надеялся, что собеседница все-таки начала хоть чуть-чуть уважительнее относиться к правилам дорожного движения.

– По молодости я к кальяну пристрастился сильно, – начал он. – А когда осознал – было поздно! Я курил ежедневно и даже на последние деньги… Все что угодно, лишь бы вернуться в дымную атмосферу любимой кальянной. В общем… Ну, что ты так смотришь! Да, в карманных деньгах я был сильно ограничен всегда. Вот так вот…

– И что дальше? – не стала развивать тему Ольга, мягко трогаясь с места.

– Год назад мне удалось избавиться от этой привычки, – пожал плечами маг. – Но речь не об этом. Где-то еще через месяца два после "развязки" с дымным пленом, я решил начать голодать раз в неделю…

Сказав это, Матвей с подозрением покосился на девушку, но и следа насмешки не нашел – лишь сосредоточенность и вежливый интерес. Вроде бы.

– В общем, в первый день я взял несколько бутылок с водой, в которые выжал лимон и добавил чуток меда и отправился на работу, – Матвей вновь покосился на Ольгу, но все же уточнил. – Да-да, наследник Воронцова зарабатывал свои карманные деньги помощником автослесаря!

Девушка лишь пожала плечами:

– Мне тоже пришлось погорбатиться в рамках трудового воспитания, очень уж дед мой такое любит. Да ты не отвлекайся, обнажай душу!

– Началось голодание достаточно комфортно, – пожал плечами юноша. – А потом стали мысли приходить. Разные…

– Пора бы уж в семнадцать-то лет!

– Ты слушаешь или зубоскалишь?! – чуть добавил металла в голосе Матвей и, дождавшись недвусмысленного жеста, продолжил. – 16 мне тогда было, если тебе так интересно. В общем, желудок мой стал искать способы сообщить о своих страданиях мозгу. Однако тот же тоже не дурак – "как так, если я не сделаю, то я слабак?". А общем, мое подсознательное быстро нашло "путь" доставки информации от бунтующего нутра. Неожиданно я вспомнил, что обещал себе кальян если выполню одно дааааавнее дело! Не суть какое дело. И вот я уже жую кусок чего-то там. Как только мой желудок почувствовал первую сытость, я сразу же вспомнил, что не курю, да и вообще куда-то еще тащиться мне абсолютно лень… А продолжать диету, вроде, уже и смысла не имело. Как-то так.

Ольга не засмеялась. Что ж, плюсик ей в карму.

– О да, ленивая задница, которую ты обозвал психикой, уговаривать умеет! – неожиданно звонко таки рассмеялась девушка (но не над Матвеем, так что плюсик из кармы девушки он решил не убирать). – Вот меня, когда я совсем мелкой была, инструктор заставил бежать до упаду. В прямом смысле. Тупо бег. Тупо пока есть силы хотя бы стоять! В общем, рванула я резко, но через некоторое время стала уставать. Тут-то и полезли разные мыслишки бросить все прямо сейчас, но я продолжала бежать! Еще через пару километров "психика" поняла, что в лоб меня не взять, и подловила на том, что мысли "я же победила, я же не сдалась когда того хотелось больше всего, переборола себя!". Лишь остановившись и отдышавшись я поняла, что все еще СТОЮ на ногах. Задание было провалено. А вообще это физиология – наш мозг не хочет напрягаться никогда, а стремиться лишь к минимуму активности и достаточному количеству энергии. Жрать и спать, короче если.

– О, а меня КСУшки[17] долбить заставляли с этой же целью, – рассмеялся в ответ Матвей, вспомнив дядьку Платона, старого казака из имения деда Гриши.

Парень и девушка ненадолго замолчали, позволив тишине наполнить огромный салон одной из машин гаража Демидовых.

– Слушай, чего мы в тонкие материи лезем, а? – неожиданно встрепенулся Матвей. – Давай-ка проще сделаем!

С этими словами парень вытянул из внутреннего кармана телефон и набрал один из списка выученных совсем недавно наизусть номеров.

– Егор, приветствую, – поздоровался он уже через пару мгновений. – Идейка тут у меня родилась. Проверить бы не мешало! Можешь мне достать статистику по всем арестам бойцов Кавалергардского, а так же лиц причастных, либо вращающихся в близких кругах? Эммм… Ну давай лет за пять, скажем… Да не офигел я, а идея выгореть может! Мда… Ты уж постарайся… Ага… Спасибо, и тебя туда же!

– А жизнь-то налаживается, – пробормотал парень, возвращая телефон обратно в карман.

Ему явно пришлось по душе, что кризис идей миновал, а впереди замаячила пусть и призрачная, но все-таки ниточка.

* * *
Удар, еще удар!

О, а вот тут по зубам хорошо зашло! По крайней мере, юноша вполне ясно почувствовал языком их осколки и привкус крови на разбитых губах… Ну, еще посмотрим кто кого!

– Вали его! Убей, – неистовствовала Ольга, поддерживая Матвея, принимающего своим лицом вот уже какую плюху.

А ведь первые минуты боя казалось, что он соперника по уровню подготовки стоит, а то и навалять ему способен… Однако очень быстро стало ясно, что до настоящего состоявшегося профессионала ему еще расти и расти.

А если так?… Удар провалился в пустоту, а Матвей перелетел бильярдный стол, усвоив, что в его квартире гравитация действует не хуже чем в любом другом месте… Боооольно.

Не лежать!

Зря что ли в учебке колотили упавшего мешками с песком. Перекат позволил избежать более тесного знакомства с одним из табуретов, что еще недавно стоял возле обеденного стола, а ныне вдребезги разлетелся в том месте, где еще секунду назад находилась распластавшаяся по полу тушка хозяина квартиры. Еще один табурет парень буквально разнес в щепки на подлете, добавив в удар толику внутренней энергии.

– Ого, как мы умеем, – издевательски протянул его соперник, не без удовольствия наблюдая наблюдая как вспыхивают яростью глаза на залитой кровью матвеевской роже. – Да ты у нас настоящий "практик"[18], а вот ежели я пообещаю, что после того как закончу с тобой, займусь дамой, сможешь еще быстрее?

Ольга на такое замечание лишь фыркнула, осчастливив "занимальщика" видом дорогого маникюра на среднем пальце.

Однако и Матвей "угрозу" услышал. Очередной обмен ударами на сверх скоростях, и вот молодой маг изучает очередной угол своей квартиры, снеся со стены дорогую плазменную панель и оставив на светлых обоях столь живописный след собственной кровью, что на иных выставках современного искусства подобная картина имела все шансы быть признанной шедевром.

– Матвей Александрович, прошу у*бать этого человека, – пользуясь короткой передышкой, снизила тон до нейтрально-светского Ольга. – В конце концов, я действительно редко обращаюсь к вам с просьбами, но сейчас я хочу видеть задницу этого красивого, но малоприятного "гостя" на вашем кукане. Можете воспринять мои слова совершенно не метафорически!

Матвей проникся. Со стороны обычному человеку могло бы показаться, что он буквально размазался в воздухе, рванув к своему "обидчику" со скоростью явно превышающей возможности обычного организма в разы. Однако юноша вовсе не собирался отказываться от преимуществ, которые дарит регулярная практика внутренней работы с энергетическим оболочками тела, так что рванул он со скоростью разогнанного товарняка… Обратно же он летел по очень красивой параболе, оставляя за собой след из капелек крови, очередная порция которой покинула организм парня "очерчивая" траекторию его "перелета".

В этот раз Матвей затих надолго, посапывая в обе дырочки сломанным носом. Если бы кто взял на себя труд отмыть с его лица уже начавшуюся запекаться кровь, то был бы очень удивлен счастливой улыбке, блуждающей по его губам.

– Кофе? – Безмятежно поинтересовалась Ольга, полюбовавшись видом распластанной тушки своего "напарника".

Недавний соперник попытался улыбнуться разбитыми в мясо губами:

– Не откажусь, Ольга Григорьевна! Однако для начала бы…

Ольга еще раз проемонстрировала труд то ли природы, то ли очень хорошего стоматолога:

– Прошу в ванную. Думаю, четверти часа вам вполне хватит для приведения себя в порядок?..

– Благодарю!

Матвей же этот диалог провел в долгожданном беспамятстве. Ему до чертиков надоело притворяться хамоватым мажором, врать на каждом шагу Ольге, а так же "отмазывать" родовитых ублюдков Волоконского. Все его нутро протестовало против освобождения потенциальных насильников, но дело есть дело. Еще с детства деда Гриша вбил в него, что именно оно прежде всего! Накрепко! Впрочем, молодой человек искренне подозревал, что оно ему ой как на пользу пошло. А мир, где родительские розги не свистят над задницами провинившихся чад казался Матвею сколь несбыточным, столь и разнеженным и даже аморальным. Он искренне считал, что есть вещи, которые вбивать нужно и делать это как можно раньше. Иногда он пытался представить себе общество, где "родительское благословение" ремнем было вне закона. Получалось плохо! Оно представлялось юноше аморфным миром размытых моральных границ…

Психика человека может вытерпеть многое, но рано или поздно напряжение достигнет критической точки. Как только юноша почувствовал, что вот-вот взорвется, то тут же решил "приспустить клапан". Первым делом он отправился… На массаж! И горе тому, кто не изведал этого чуда! Нет, речь не о голых девицах, а о истинных знатоках человеческого тела, способных заставить и самого сильного мужчину кричать от боли в проминаемых мышцах, зато потом… Матвею повезло, настоящая тайская мастерица отработала на все сто, так что из салона он вылетел словно паря над землей! Чайничек вкуснейшего зеленого чая в ближайшей к месту "экзекуции" кафе, и вот уже в мозгу молодого человека созревает решения отправиться на второй массаж, ассоциации с которым возникают у человека несведущего, когда тот слышит про тайский. С теми самыми девочками. Еще три мастерицы так же отработали на все сто, вернув юноше часть душевного равновесия. Сытный обед из арсенала вьетнамской кухни дал сил на поиск дальнейших приключений, однако все нагромождения планов, что только принялся возводить уставший ум, растаяли вместе с тревожной трелью телефона. Номер был из того короткого списка, что Матвей не отключал никогда…

Срочно вернувшись домой, Матвей стал готовиться к прибытию гостя, который ждать себя не заставил, явившись буквально через 30 минут после хозяина берлоги. Обсуждение заняло еще двадцать минут ушло на обсуждение дел насущных, а после спонтанным решением юноша предложил мастеру внутренней работы и армейского боя спарринг без правил. Однако не успела разлететься щепками первая мебель, и даже еще не пострадало огромное напольное зеркало, сейчас сваленное грудой живописных осколков, как в квартире нарисовалась Демидова. От нескольких пуль гостя спасла реакция и скорость, а Ольгу от прилетевшей в ответ ледяной иглы лишь баснословно дорогой амулет личного щита!

К счастью, договориться удалось без лишних жертв.

Теперь же девушка и вахмистр Калашников вполне мирно беседовали, ожидая "пробуждения" таки сбросившего напряжения хозяина квартиры.

До него было еще не скоро.

Глава 7

"Берлога" Матвея. День 44 от прибытия в столицу Российской Империи.

Вполне себе освоившаяся в берлоге Матвея Ольга уже сноровисто водрузила фины на три граненых стакана, столь же привычно открыв банку со сгущенкой консервным ножом, попутно слегка порвав шаблон некоему вахмистру. Ну никак у служивого в голове не укладывались образ фамилии Демидовых и ловко вскрывающая "жестянку" девушка, аккуратно переступающая через капли крови из брови хозяина… А, может быть, и из носа?… Или так много натекло с пораненной о ныне блестящий осколками на половину кухни стеклянный столик руки?..

– Вам побольше, Егор Степанович? – прервала размышления "гостя" Ольга.

– На ваш вкус, Ольга Григорьевна, – в тон ей ответил вахмистр, несмотря на некий ступор "нить повествования" не потерявший.

Не та у вахмистра была школа.

– Меня Матвей кофе не балует, так что положусь на ваше чувство меры!

Девушка лишь пожала плечами, отмеряя две одинаковых "дозы" для мужчин.

– Служите вместе? – невзначай поинтересовалась она.

Калашников лишь развел руками:

– Что поделать, – делано удрученно возвестил он. – Преступность еще не искоренена, а значит петербургской полиции и этому городу еще нужен супергерой!

Ольга оценила подобный намек на американские блокбастеры, которые пусть и терпеть не могла сама, но благодаря младшему племяннику все-таки о чем речь сообразившая.

Из ванной, где пятнадцатью минутами раньше скрылся Матвей донесся грохот и невнятные матерки.

Одно движение рукой, и в сторону источника брани отправилось зеленоватое марево Малого Исцеления, а один из браслетов на руке девушки рассыпался серебристой пыльцой.

– Изрядно, – прокомментировал слегка удивленный вахмистр, вполне себе неплохо ориентировавшийся в ценах на гражданские целительские амулеты.

У него и самого дома хранился запас. Три штуки по количеству членов семьи. На самый крайний случай, но ему и в голову не пришло бы тратить дорогостоящие заклинания на лечение столь незначительных травм.

Ольга же, для которой мысли "гостя" не стали бы откровением, лишь вздохнула про себя. Хорошо, что он не видел, как она не далее как намедни "приложила" напарника подобным амулетом из-за банального похмелья. Пусть и очень ярко выраженного! В конце концов, парень явно пил из необходимости. Вот уж в мотивации людей ее учили разбираться досконально. Алкоголь Матвею удовольствия не доставлял явно. По крайней мере в тех количествах, что потребляют господа кавалергарды…

– Фух…, - хозяин дома не заставил себя ждать, явивши себя городу и миру в хоть и старом, но чистом и выглаженном спортивном костюме. – Прошу простить, все что нашел по дороге в ванную комнату.

Возражений, равно как и упреков, от гостей ожидаемо не последовало. Напротив, Матвею был вручен уже "пробежавший" и избавленный от фина стакан с кофе, а вахмистр даже "расщедрился" на хозяйское же кресло, уступив его "пострадавшему" юноше.

– Итак, – взял вступительное слово Матвей, едва сделав первый самый вкусный глоток. – Дамы-господа, все мы находимся у меня в гостях, а это значит, что и правила здесь мои.

Секунду "спикер" насладился двумя слегка удивленными взглядами, после чего закончил:

– Галстуки ослабьте, господа-дамы! Ольга, булочки расслабь. Егор, давай тоже попроще. Легче будет всем.

Не увидев ни в одной паре глаз ярко выраженного неудовольствия, Матвей продолжил:

– Егор, есть статистика, которую я просил?

– Держи, – вахмистр действительно расслабился, разваливаясь в кресле, да и Ольга не стала заморачиваться этикетом, закинув ногу на ногу, что при длине ее легкого платьица выглядело весьма… фривольно. По крайней мере, цвет малюсенького лоскутка ткани, что прикрывал самую сокровенную часть девичьего тела, Матвей мог назвать безошибочно. Егор же, несмотря на пожелание "хозяина" (он-то точно знал, КАКАЯ контора ему хатку-то оплачивает!) квартиры чувствовать себя свободно, старался держать взгляд выше "опасных линий". У него даже получалось. Вроде бы.

В общем, судя по гуляющему в крови жару, пора было пройтись по салонам. И как можно скорее. Ольга, правда, иначе чем "бл*дюшниками" их не называла, но… поймать болячку срамную в борделе – неприлично, а в одобренном светом салоне – легкий конфуз, право не заслуживающий ничего более легкой шутки и сочувствующей улыбки даже во вполне приличном обществе. Понимать ведь надо, Ольга Григорьевна!

– А что, компьютеры, сеть, или хотя бы планшеты еще не изобрели? – нейтрально поинтересовалась девушка, отрывая молодого человека от изучения очень привлекательных образов в собственной голове.

– Уже разбили, – буркнул в ответ Матвей, не желая вдаваться в рассуждения о правилах хранения информации с грифами ДСП, секретно и сов. секретно.

– Ага, ага, и бумагой ты сейчас шуршишь вовсе не потому, что природные материалы идеальная основа для наложения печатей? – лукаво улыбнулась собеседница, выдавая одну из основ и констант магической науки.

– Чего ж спрашиваешь, раз сама все понимаешь, – беззлобно бросил в ответ парень, не отрывая взгляда от машинописных строк.

– Легонько троллю, – охотно призналась девушка.

– Ну, так и не чих-пых мне тут! – подвел итог Матвей.

Не то, чтобы ему мешало щебетание Демидовой, но информации в тишине воспринималась куда лучше.

Еще раз взвесив на руке приличную стопку печатных листов, вынутых Егором из небольшого кожаного портфеля, Матвей углубился в чтение. Ох как не завидовал юноша тому, кто попытался бы вскрыть его без воли хозяина – боевыми заклинаниями от "авоськи" несло так сильно, что даже далеко не самый слабый боевой маг легким покалыванием в пальцах ощущал остаточные эманации на листах бумаги!

Наконец, "по диагонали" просмотрев примерно половину, молодой человек отложил их в сторону.

– А если своими словами?

– А если своими словами, – задумчиво протянул вахмистр. – То картина вырисовывается весьма интересная: года полтора назад качественно начал меняться список "фирменных" статей наших кавалергардов. Если до этого момента основным "профилем" офицеров были дебоши, рукоприкладства и другие сопутствующие безудержному кутежу эксцессы, то после стали все чаще проявляться преступления на сексуальной почве, на 200 процентов увеличилось количество приговоров полкового Суда Чести на почве распространения и употребления дурмана[19]

На некоторое время, достаточное для того, чтобы Ольга начала нетерпеливо ерзать своей упругой попкой по креслу, Егор взял паузу, словно обдумывая следующие слова. Матвея же от движений девушки бросило в такой жар, что он совершенно точно решил, что в салон он отправится непременно сегодня. Вот сразу после того как выпроводит гостей.

– А что изменилось за это время? – вкрадчиво поинтересовался Матвей, стараясь отвлечься от навязчивых мыслей.

– Там мы поковырялись немного, посмотришь там, – бросил настолько небрежно Егор, моментально убедив юношу, что именно ТАМ посмотреть нужно посмотреть ОБЯЗАТЕЛЬНО. – Однако я бы обратил твое внимание, что в это время с Кавказа возвращается некий Кирилл Евгеньевич Лунин. Со слов… неформальных источников в полку, характер сего господина после участия в боевых действиях переменился кардинально. Весельчак и балагур ранее он все чаще теперь стал хмур и сосредоточен. Тем удивительнее его резкое сближение с главным заводилой всяческой бузы и ревнителем традиционного вольного духа в полку князем Волоконским. С его же подачи "актив" полка перебрался в дом известного тебе Саввы Яковлева, ну а нынешнее положение дел в этом вертепе ты вполне себе представляешь.

– Интересно, – буркнул под нос Матвей, "вписывая" полученную информацию в свою картину мира.

По сему выходило действительно интересно.

– Типа секта? – девушка тихонько рассмеялась, но тут же вновь озадачено свела брови.

Ее собеседники остались предельно серьезными.

– Что тебя удивляет в обществе, буквально пронизанном союзами, объединениями, клубами и иными формами коллективного преследования интересов? – просто спросил хозяин квартиры. – Секта – лишь удобная форма управления. Только и всего. Ну, назови ее орденом, например…

– Поняла-поняла-поняла, – мгновенно выдала Ольга. – Больше не отвлекаю!

Матвей на это лишь удивленно поднял бровь. В сторону Егора.

– Она участвует в операции, если изъявит желание, – развел руками вахмистр, – А потому я…

Матвей присоединил к первой брови вторую.

– Да чтоб тебя, – буркнул себе под нос гость.

Матвей взгляд не отводил, заставив своего куратора даже слегка понервничать.

– Решение принималось на самом верху, – заявил Егор таким тоном, словно получил одобрение самого Императора.

– Интересно…, - еще раз потер подбородок Матвей.

– Еще и как, – вахмистр ловко выдернул несколько листов из стопки. – Парни из инженерно-технической перехватили несколько любопытных передач из особняка Яковлева. Установить автора не удалось. Так же как и второго абонента…

Юноша слегка озадачился. Он представлял на что способны спецы по "подглядке и подслушке" "Тройки".

– Даже наши криптологи смогли расшифровать лишь часть депеш, но и этого оказалось достаточно, чтобы предполагать, что в скором времени часть их… общества будет приносить "клятву верности".

– И что? – в который раз пожал Матвей, которому действительно здорово полегчало.

Особенно по сравнению с утренним настроением.

– "Кровавая привязка", – просто проговорил гость.

– То есть, некто собирается повязать своих "неофитов" кровью? – переспросила получившая к досаде Матвея право голоса Ольга. – Что-то вроде круговой поруки?

– Что-то типа того, – легко соврал хозяин квартиры столь естественно, который благодаря своим "детским шалостям" гораздо лучше знал механику и результат ритуала.

– Ни фига себе у ребят тимбилдинг! – шутливо-восхищенно прощебетала девушка округлив глаза на зависть всем японским анимашкам.

Легкий смех парней смыл образовавшееся было напряжение.

– Есть идеи? – наугад спросил Матвей своего куратора, лишь бы уйти от очень скользкой темы.

– Как не быть-то! – в тон ответил тот.

– Что-то новенькое! Неужели в этот раз не по канону "пойди туда не знаю куда"?

– Увы, – развел руками вахмистр. – Вынужден тебя разочаровать. В этот раз будешь послан по вполне определенного адресу! Мы тоже будем держать руку на пульсе, но на учения с полком кому-то нужно отправиться обязательно.

Матвей молча встал, стараясь не наступить на осколки. Вот сколько раз он себе говорил, что в доме должны быть хотя бы хозяйские тапочки, да так и не сподобился! Чертыхаясь, он добрался до чудом не пострадавшего холодильника и вытащил бутылку минералки. Холодная газированная вода слегка прочистила мозги, так что за стол парень вернулся уже полностью готовый к мозговому штурму. Вообще-то особой проблемы в том, чтобы пригласить гражданского на учения не было… Но только единогласным решением Офицерского Собрания полка.

– И как ты предлагаешь это сделать? – на всякий случай уточнил он.

Вахмистр лишь усмехнулся:

– Что ты находишь удивительного в том, что прекрасная юница воспылала пылкой страстью к покатушкам на бронеходах, – мечтательным голосом чуть-ли не пропел Егор. – Мощь разгоряченного металла, фаллические навершия башен и бравые бронеходчики пропахшие потом, порохом и машинным маслом! И это не говоря уж о романтике ночевки в полевом лагере наших доблестных вооруженных сил. И уж совсем ничего удивительного, если слегка разгоряченная красотка попросит взять ее с собой на учения у доблестных офицеров Кавалергардского полка? Ну, и совсем уж ничего удивительного, в том, что при ней окажется сопровождающий, коего в свете почитают за ее любовника?

Матвей ожесточенно почесал затылок.

– Что?! – бросил он в ответ на слегка укоризненный взгляд Ольги. – Врачи давно доказали, что это увеличивает кровообращение и способствует работе мысли!

Взгляд девушки приобрел известную долю скепсиса.

– Не нуди, – отрезал парень, и тут же вернулся к разговору, пока кое-кто не начал читать ему лекцию по "приличествующему поведению в обществе". – Так где ты этих самых офицеров ловить собираешься? Не отправим же мы поддатую Ольгу в штаб квартиру полка? Не поймут же, азиаты-с! Вот прямо на КПП и не поймут! Оленьку, может даже, носом в землю ткнут со всем прилежанием, а потом еще и на вопросы всякие нетактичные дяденькам из СБ отвечать придется. Возможно даже долго. Возможно даже очень долго.

Егор усмехнулся про себя над небольшим безмолвным спектаклем девушки, но внешне ровно ответил:

– Во-первых, на стороне Ольги играет фамилия, – рассудительно ответил вахмистр, отметивший про себя легкую гримасу на лице девушки при упоминании ее рода. – Кроме того, через 11 дней князь Волоконский празднует свой 30-й день рождения, где большинство означенных офицеров будут обязательно. Ваша задача обратить на себя внимание так, чтобы вас непременно выслушали. Компренде?[20]

– Тенго уна идеа[21], - щегольнул в ответ знанием испанского Матвей после короткого раздумья. – Щаc все будет!

Подхватившись, парень в несколько шагов достиг холодильника, с видом фокусника небрежно вырвав из лежащей на "холодосе" тетради листок. Чуть смазала эффект от его "выступления" необходимость демонстрировать гостям задницу, поднимая закатившуюся ручку. Однако ему было не до зрителей. Его уже захватила Идея! Ехидно улыбаясь он быстрыми мазками накидал небольшой эскиз, после чего стал что-то быстро строчить убористым почерком, в котором искушенный взгляд моментально узнал бы попытку изобразить чертежный шрифт типа б ГОСТ 2.304-81. Хоть и достаточно корявый из-за слегка подрагивающих рук. Егор и узнал. Ольге было пофиг.

Через пару минут юноша протянул собеседникам слегка помятый листок, где было изображено нечто похожее на…

– Кроссворд?!! – вскинула брови Ольга. – Ты хочешь подарить на юбилей КНЯЗЮ Волоконскому простой кроссворд?

– Не простой, а "Кавалергардский", – слегка наигранно надулся Матвей.

Егор пока с выводами не спешил. Очень уж довольной была рожа хозяина дома, а значит он точно задумал какую-то пакость.

– Да и вопросы какие-то… Кхм.

– Каковы же ответы, – быстро вмешался вахмистр, видя что его подопечный уже собирается вновь ответить что-то совершенно ехидное, но от дела весьма далекое.

– Мда, – собрался парень, и, вновь вооружившись ручкой, споро вписал несколько букв в первый ряд по горизонтали.

Даже черновик сохранился с "авторскими правками" Матвея. Фото прилагается.

Тишина была ему ответом.

– На остальные вопросы ответ тот же, – пояснил он и так уже понятный всем присутствующим факт, так и не дождавшись реакции.

– Нас грохнут, – просто развела руками Ольга. – Обоих.

– Матвей, – вкрадчиво начал вахмистр. – Твоя задача произвести впечатление, а не сдохнуть на дуэлях. Ты понимаешь, что…

– А вот чтобы не сдохнуть на дуэлях, – перебил он куратора, не желая выслушивать нотацию. – Мне понадобится помощь нашей красавицы.

Ольга заинтересованно повела плечиком:

– Матвей Александрович, – официальным тоном начала она (ох, если б не эти веселые искорки в глазах!). – Говорю сразу, на подмену вас в поединке можете не рассчитывать. Поединщиком я быть не готова.

– А и не надо, – легко махнул рукой парень. – А вот упаковать сей шедевр в такую рамку, чтоб даже по меркам Демидовых эксцентрично выглядело…

Ольга заливисто расхохоталась.

– Беру свои слова назад, – усмехнулся. Егор. – После такого ты действительно на себя внимание обратишь… Не слабо! А там уж либо дуэли, либо из господ офицеров вы веревки вить сможете. Однако ж группу прикрытия мы вам обоим подготовим.

– Да уж, – озадаченно крякнул Матвей, еще раз проинспектировав пятерней собственный затылок.

Изменений ревизия не выявила.

– Кто бы мог подумать, что я меня и на именины без пары групп спецов теперь не выпустить!

– Не самый плохой вариант, – не приняв шутки серьезно заметил вахмистр.

– Хорошо, – не стал спорить парень, переключившись уже на другую мысль. – А как вы мирняк собираетесь обезопасить, или собираетесь использовать как наживку?

– Есть несколько идей, – пожал плечами Егор. – А что, есть предложение?

– Ну, одно есть одно предложение…

На изложение плана у Матвея ушло всего несколько минут.

– Садист! – только и прокомментировала Ольга, услышав подробности, и, на мгновение задумавшись, припечатала. – Маньяк!

Вахмистр же про себя лишь ухмыльнулся – растет подопечный. Один из его личных сценариев предполагал нечто подобное. Однако проснувшийся внутри педагог не позволил заявить об этом вслух. Вместо этого Егор по-простецки развел руками и просто сказал:

– В работу, – одобрительно кивнул он. – Вот ты, кстати, и подготовишь план мероприятий с расчетом необходимых сил и средств. Удачи!

* * *
День 58 с момента прибытия в столицу Российской Империи. Где-то в глубинке.

Жители небольшой деревеньки с мирным названием Андреевка столько неприятностей за один день не видели за все 500 лет существования поселения. С того самого мига, как группа охотников, покинувших родную Ивановку из-за недостатка воды, натолкнулась на полянку прямо посреди густого леса, где их земли били чистейшие родники. Две мировые бойни, бунты и другие катаклизмы как-то обходили этот прекрасный край стороной. Казалось, что жизнь здесь замерла навсегда, и ничто не может нарушить устоявшегося равновесия!

Однако же желающие нашлись. Они прибыли в желтых жилетах, касках и с кучей серьезных намерений в отношении благоустройства этого тихого края. Вот так, нежданно негаданно, последний солнечный вечер октября ознаменовался тем, что местные власти наконец-то решили завалить давно набившую всем оскомину яму прямо посреди центральной улицы, которая разрослась до таких размеров, что на дне уже стали видны какие-то трубы. Оказалось, что массовики-затейники считают, что песок, грунт и прочие сыпучие материалы для слабаков, а потому яму решено было ликвидировать грудой битого кирпича. Успех был. До некоторой степени. Поверхность дороги стала чуть более равномерной. Однако горе-ремонтники даже не успели собрать манатки, как фановые стоки из разрушенной кирпичами канализации стали заполнять улицы и ближайшие участки.

В воздухе запахло говном и пuздюлями. С недобрыми намерениями вокруг распространяющихся нечистот и обильно потеющих коммунальщиков стали собираться жители деревни.

Возможно, все ограничилось бы несколькими разбитыми лицами и вызванной из райцентра аварийной бригадой. Однако на беду местных у желтых жилетов трактор все же нашелся, а потому общим мнением было принято решение раскапывать и ошибочку свою исправлять. Жители эту идею поддержали горячо и убедительно, ограничившись лишь подзатыльниками. Тракторист же, понимая, что именно от скорости его работы зависит благополучие коллег, взялся за дело споро… но совершенно бестолково! Уже через десять минут стоки были разбавлены чистейшей водой… хлеставшей из развороченного водопровода! Так в считанные минуты в деревне наступил окончательный и бесповоротный коммунальный коллапс.

В толпе стали мелькать грабли, вилы и лопаты. Местный горлопан Прошка уже забрался на забор и оттуда агитировал односельчан к расправе над "криворукими меценатами". Значения последнего слова он не знал, но оценив сложность произношения явно отнес его к бранным. С забора, кстати, юродивый слезать не спешил – мужчины из ремонтной бригады выглядели под стать деревенскому кузнецу. То есть, достаточно крепкими, чтобы и самим кому-нибудь здоровье попортить!

Местный глава, увидав такое дело, решил, что пора и ему проявить себя, вернув пошатнувшееся в последние годы доверие местных жителей. Споро были подогнаны два самосвала с песком. Один из них уже через пять минут после приезда был затоплен по самую крышу, а ругающийся и вонючий водитель произвел столь сильное впечатление на своего коллегу, что тот просто развернулся и дал по газам. От греха.

Тем более, в толпе уже стали раздаваться очень недобрые смешки и подбадривающие матерки. Дед Пахом притащил свою знаменитую двустволку аж 37-го года выпуска, а урядник настолько бестолково лупал глазами, хватаясь то за кобуру, то за сердце, что местные уже преподнесли ему стакан отличного первача. Еще бы! Его-то двор был затоплен одним из первых…

Не успел местный полицейский чин опростать и половины стакана, как произошло еще одно неприятное для собравшихся событие! Второй самосвал, не успев далеко уехать, снес световую опору. Вялыми червями повисли оборванные провода. Андреевка же погрузилась во тьму…

Как ни странно, при всем размахе русского разгильдяйства, серьезных разрушений и жертв не случилось. Тем более сообразившие чем дело пахнет желтые жилеты воспользовались наступившей тьмой и смотались до того, как жители вспомнили чьи именно кудри примелькались тут первыми и кого скоро начнут за все это бить.

Ад и хаос длился около четырех часов, пока не были подтянуты аварийные бригады с времянками. Еще через час прибыло высокое начальство из райцентра, представители командования расположенного в пятнадцати километрах бронеходного полигона, а так же нефтяного картеля, имеющего немало "кустов" вокруг Андреевки. Недаром, компания "Российские Императорские Нефтепромыслы" была для местных основным работодателем…

Узкие улицы и придомовые территории моментально заполнились бегемотообразными внедорожниками и представительскими седанами. Далеко не свежий ночной воздух подсветили десятки бликов от проблесковых маячков. Коллективный разум высокого начальства медленно, но верно начал обуздывать рукотворный хаос…

* * *
Радиоперехват от 31.10.20 от Р.Х.

Абонент 1:

– Отбой, повторяю, отбой! Группы на исходные. Ликвидировать печать.

Абонент 2:

– Как? У нас все готово к ритуалу. Я прошу разрешить…

Абонент 1:

– Обстановка не располагает. Ликвидировать печать. Группы на исходные.

Абонент 2:

– Месяцы работы… Ты уверен, что это не операция?…

Абонент 1:

– Сам бы не поверил, но такое специально не сотворишь. Похоже, действительно совпадения. Результаты проверки обычным порядком через две недели, либо по мере появления данных. Мы же попытаемся еще раз ad majorem Dei gloriam…[22]

Абонент 2:

– … Inque homium salutem[23]. Принял.

Пометка: Со стороны Абонента 2 слышны звуки беспорядочной стрельбы.

Абонент 1:

– Что там у вас?!

Абонент 2:

– Ты не поверишь… Эти русаки…

* * *
– Матвей Александрович, я многое видел в своей жизни. Хорошего, плохого, жуткого, страшного и иногда курьезного, – задумчиво протарабанил пальцами по своему монументальному столу бодрый мотив глава "Тройки". – За моей спиной немало дел. Интересных, скучных, плохих, и даже неоконченных…

Хозяин кабинета ненадолго замолчал, словно вспоминая о чем-то, как всегда неосознанно исполняя затейливые пируэты любимой ручкой, но тут же сверкнул глазами, резко подавшись вперед сменил тему:

– Как, скажите на милость, вы умудрились заставить бронеходный полк ЛОВИТЬ РУСАЛОК?!!!

Матвей молчал, старательно придерживаясь выбранной заранее тактики, пока не совсем понимая порицают ли его или все же наоборот отдают должное заслугам.

– И вид лихой и придурковатый вам тут не поможет, – заверил князь Михалков. – Хотите узнать итог вашей забавы молодецкой? Конечно, хотите… Я даже побуду диктором для вас. Гордитесь, сам Главноуправляющий Третьего отделения Собственной Его Императорского Величества канцелярии как какой-то мелкий блоггер, прости Господи, для вас вести последние зачитывает. Подписывайтесь, ставьте любо, "бейте в колокол", что называется! Итак, в вашей забаве приняли участие сто четыре человека, при четырех старших офицерах, двадцать восемь из которых встретили утро на "губе"…

Матвей резко вскинул голову. Похоже, с рукотворным хаосом в части он реально переборщил.

– Сами дураки, – по-простецки развел руками князь. – Нет бы, как все нормальные люди после ловли русалок спать лечь, так они…

Молодой человек, еще раз мысленно "прогнав" в голове последнее заявление начальства поразился абсурдности его, при полной… логичности! Вот только граничащее с панибратством поведение князя… Да еще и глаза такие добрые-добрые. Быть бедам (внутренний голос юноши поставил ударение на букву "А"!)…

Где же он мог накосячить? В смысле помимо организации "рыбалки"? Да вроде бы и чисто все! Попасть на учения Ольге и Матвею удалось без труда. Едва увидев результат трудов девушки, парень впервые в жизни понял тех, кому хочется оставить купленный для кого-то подарок себе. И дело тут даже не в художественной ценности – хотя и тут знакомые Демидовой справились на ура, – просто молодой маг впервые держал в руках обеспеченную старость, очень добротное поместье на берегу моря или даже ОЧЕНЬ неплохой пансион. Пожизненный. Юности жадность чужда, но здесь даже он слегка растерялся. Что уж говорить о господах бронеходчиках. Первая волна возмущения и смеха схлынула быстро, едва собравшиеся разобрались, как именно оформлен незатейливый кроссворд. На какое-то время один из центральных залов дома Яковлева, стараниями слуг приспособленный под праздничный фуршет, погрузился в тишину. Секунд на пять, после чего грянул такой гвалт смеха, что Матвей на полном серьезе боролся с желанием заткнуть уши. Чертов этикет!

Конечно, после этакого перфоманса маааленькое замечание Ольги в духе "каждая приличная девушка должна хоть раз в жизни прокатиться на бронеходике" нашло полное одобрение общества и Офицерского Собрания. Конечно, многие бы хотели заменить слово "бронеходик" на "бронеходчик", но и они согласились, что по всем правилам сопровождающий у юной дамы быть просто обязан. Да и в конце концов, раз уж в народе говорят, что и муж не стена, то в чем проблема "подвинуть" какого-то недоросля?!

Место молодым людям предоставили козырное – в одном из тяжелых внедорожников господ офицеров, так что путь до полигона был не только быстрым, но и весьма комфортным. Уже к вечеру колонна была на месте. Как и любой мальчишка, независимо от количества прожитых лет, влюбленный в лаконичную красоту огнестрельного оружия, уже через час молодой маг плотно обосновался в тире, "отрываясь за все пропущенные тренировки". Все-таки "холощение"[24] немного не то. Каждому стрелку просто необходимо как можно чаще чувствовать своей ладонью отдачу пороховых газов, отправляя очередную обрамленную огненным цветком пулю в цель. Расчет Матвея был прост "часок постреляю и работать!". Однако жизнь внесла свои коррективы в лице ротмистра Сухарева. Понаблюдав за работой молодого человека с двух рук (мозгов парню вполне хватало на понимание, что стрельба по-македонски – путь к не самой долгой жизни в условиях реального конфликта, но в качестве тренировки почему бы и нет), служивый втащил телефон и по памяти набрал номер своего приятеля.

Через пять минут инструктор стрелковой подготовки Одоевский прибыл на место в сопровождении пятерых друзей.

Через семь, оценив работу вошедшего в легкий транс мага, он бросил вызов на товарищескую "дуэль".

Через двадцать минут после звонка новость о том, что Одоевский нашел в прибывшем малолетке достойного соперника, облетела полигон.

Через двадцать восемь минут начал работу тотализатор.

Полчаса спустя с "дорожкам" стал подтягиваться народ.

До того момента, как к действу присоединились расстроенные отменой путевки в СОЧИ[25] до Андреевки бойцы, расчитывавшие найти выпить и женского внимания (даже не подозревая во что бы мог вылиться их "самоход" именно сегодня), прошел час.

Матвей не помнил, кто поставил на кон первый ящик. Зато хорошо помнил, кто именно первым крикнул "Айда ловить русалок!" и взвалил себе на плечи гранатный ящик невесть зачем и кем притащенный к огневому рубежу.

– А ну, сучки, выходи строиться! – орал Матвей куда-то в сторону одинокого буя посреди небольшого озерца, отгибая усики чеки.

– А то всех тут раком ставить будем, – поддержала веселое безумие Ольга.

Господа офицеры поддержали "молодежь" не менее содержательными лозунгами.

С какого буя юноша был уверен, что именно за этим буем прячутся девы водные, не смог бы просчитать и самый современный вычислительный центр. Зато подобный центр мог бы зафиксировать результаты стрельбы. Из трех выпушенных во время тирады патронов из стечкина два точно сделали свой "бзынь" о поверхность давно некрашеного металла. А вот зачем нужно "добивать" пораженную цель еще и броском гранаты вряд ли смогла бы просчитать и современная нейросеть. И уж совсем непонятно было бы холодному искусственному разуму, почему к стрелку присоединились еще по меньшей мере пять дюжин стволов разного калибра и класса.

Откуда же Ольга вообще достала гранатомет не смог сказать даже Матвей.

На вопрос же как именно не менее остальных вкусившей игристого вина красавице удалось с первого выстрела разнести несчастный буй не смог ответить вообще никто!

– Ну, а теперь иди. – отвлек от воспоминаний голос непосредственного начальника.

Матвей на секунду замер, переваривая начальственное напутствие, но уже через миг встрепенулся и бодро вскочил гостевого кресла.

– Никита Владимирович, Андрей Иванович, – коротко попрощался короткими поклонами Матвей, оставив своего шефа и его зама в очень задумчивом состоянии.

Полковник Ефимовский всегда почитал человеком занятым, а время свое потому ценил и почитал за грех бесцельную его трату. Однако сейчас он молча наблюдал за уже как час безмолвно и сосредоточенно посасывавшего бриаровую трубку начальником, не демонстрируя никакого раздражения. В таком настроении к князю лезть явно не стоило – имелся немалый шанс узреть на что способен очень злой Главноуправляющий легендарной "Тройки", считавшийся одним из самых сильных магов Российской Империи в аспекте Тверди. Пришиб бы на хер, проще говоря.

– Вот ведь, бл…, - задумчиво пробормотал Никита Владимирович длинную фразу себе под нос, большую часть из которой полковник не разобрал.

* * *
– Синий-пять, на позиции, – пробормотал в гарнитуру удобно и основательно устроившийся в глубине грузового фургона, закончив считать поправку на ветер. – Подтвердите приказ.

Ответ пришел моментально, заставив стрелка сместить указательный палец со спускового крючка на край спусковой скобы.

– Жду, – пробормотал он, слегка меняя положение тела.

* * *
– У тебя будут проблемы?

Ольга взволнованной не выглядела совершенно. Матвей лишь пожал плечами. Сегодняшний разговор с князем был для него… непонятен. Такое чувство, будто что-то хотел от него услышать непосредственный начальник…

Лишь неприятный зуд, словно чужой взгляд в районе затылка, подсказывал, что разговор еще не закончился.

* * *
– Есть ли что-нибудь, что мне необходимо знать? – медленно произнес полковник Ефимовский.

– Каков шанс, что простой мальчишка организует такую вакханалию среди офицеров пусть и не самого склонного к дисциплине, но все же военного подразделения? – речь князя была монотонна, а тон ее… с легкими тревожно-грустными нотками.

– Могу сказать, что…, - начал было второй после Бога заместитель Первого, но ту же замолчал, пораженный мыслью о том, ЧТО именно он сейчас услышал.

– Проверка на остаточные эманации ментальных конструктов уже ведется, – подтвердил князь Михалков.

Абсолют с ментальным даром… Полковник почувствовал, как у него по спине прошла вполне явственная волна холодной испарины.

* * *
Синий-пять тем временем отвел перекрестие прицела влево и вверх от затылка цели. Нет, он вовсе не отказался от своей задачи, а просто поленился вносить настройки в оптику, а потому перенес точку прицеливания, компенсируя падение и отклонение пули от первоначальной траектории. Цель же тем временем удобно откинулась на стуле летнего кафе полакомиться мороженным в излюбленном кафе неподалеку от своего дома. Откуда же о любви именно к этому заведению узнал синий-пять? Так ведь не первый день наблюдение за потенциальной мишенью ведется.

– Внимание, – прорезался в эфире незнакомый голос с властными обертонами.

Палец вновь переместился со скобы на крючок.

* * *
Сигнал комплекса связи заставил вздрогнуть не только полковника Ефимосвского, но и хозяина кабинета. Задумались. Очень уж неприятно будет объяснять старому другу Гришке их нынешнее решение.

– Ментальные следы отсутствуют, – выслушав короткий отчет князь, кивнул своему заму.

– Но как тогда…

– Харизма, алкоголь, Венера в пятом доме, – пожал плечами хозяин кабинета. – Да кто его знает? Главное, что…

– Да, – согласился Ефимовский, потянувшись за рацией, прежде чем отправить вызов лишь пробормотавший. – Пригрели на груди… Долб@еба опасного!

Прекрасно уславший последнее утверждение Михалковй лишь вздохнул.

Формулировка хромала, но по сути согласен он был с ним более чем полностью.

* * *
– Выполняю, – бросил в эфир Синий-пять, одновременно подавая сигнал водителю – "Трогай".

Огни "аварийки" темного микроавтобуса в тот же миг погасли, а сам он уже через несколько секунд вплелся в полотно дорожного потока.

* * *
Ольга с удивлением наблюдала за своим однокурсником. Вот уже как полчаса Матвей явно нервничал, хотя и виду старался не подавать. Даже ложечка, которой он слегка нарочито-увлеченно уплетал очередной шарик мороженного с серебряной розетки, ни на миг не дрогнула в его руках.

В какой-то момент его лицо разгладилось и парень вздохнул свободно. Однако уже через секунду вибросигнал телефона оповестил о приходе нового сообшения, и только что разгладившаяся складка на переносице вновь заняла место на его переносице.

– Вот жеж ты…, - заложил Матвей такую тираду, что Ольге лишь только и осталось завистливо прищелкнуть языком. – Достали, демоны.

– Что такое, – стараясь скрыть любопытство ровно поинтересовалась девушка.

В ответ лишь Матвей запустил в ее сторону по столу свой телефон, где от контакта "Сраный Сволочь Зануда" было открыто сообщение из двух слов:

"ЖДЕМ НА БЕСЕДУ".

Молодому человеку предстояло дооолгое общение с главой Службы Дознания.

ЧАСТЬ 3. Товарищества бывают разные

Глава 8

"Берлога" Матвея. День 71 от прибытия в столицу Российской Империи.

Девочка была хороша. Почти куколка. Прекрасна той самой красотой юности и жизни, что свойственна абсолютно счастливым детям, пока их нежный возраст не смоет волной пубертата. Матвей знал, что ей всего шесть лет и очень надеялся что она действительно счастлива. По крайней мере сам он, несмотря на долгие разлуки и редкие встречи старался сделать для этого все возможное. Так почему же несмотря на задорную улыбку и яркий солнечный свет, заливающий опрятное школьное крыльцо, с которого девчушка слетела в три прыжка, сердце так крепко держит когтистая лапа страха. Паника накатывала волнами. Привычное волевое усилие, ранее вызывавшее силу Огня, способную разметать и танк, сейчас пропал втуне. Огонь не откликнулся! Привычный рывок к поясной кобуре… Тот же эффект. Тело на равных со Стихиями отказывалось подчиняться молодому магу. Все, что он мог, это зачарованно наблюдать за подброшенными ветром волосами девочки, словно сквозь вату слушать ее задорный звонкий смех, и изнемогать от возможности хоть как-то повлиять на ситуацию.

Сердце же словно пожелало научиться танцевать кадриль, разогнав пульс в район двухсот ударов за каждую адскую минуту, что ему довелось быть невольным и безучастным наблюдателем. Тяжелое уханье в груди было настолько сильно, что Матвей слышал звук каждого толчка крови, почти перебивающий сиплый посвист его прерывистого дыхания.

Девочка же продолжала улыбаться. Ей явно нравился солнечный летний день, конец уроков, музыка в спрятавшихся внутри ушек наушников. Напряжение, стискивающее тело, почти достигло пика, когда казалось, что следующее мгновение подарит спасительное беспамятство…

Тревога бесплотного свидетеля, казалось, вдруг передалась и девушке. Она стала беспокойно озираться по сторонам, вынув один из наушников, тут же повисший черным ужиком, ярко выделяясь на фоне белой форменной рубашки.

Визг тормозов и страшный крик так больно ударил Матвея по ушам, что он не отдавая себе отчета заорал:

– ЖЕНЬКААААА!… - резкий рывок заставил парня скрючится на кровати, разгоняя темные точки перед глазами.

В ушах все еще бешено колотилось сердце.

– Да ты охерел?! – словно сквозь вату пробился в сознание Матвея женский визг. – Ты че творишь, недоумок,?!

Автоматически прикрывшись рукой от града ударов очередной подружки, возмущенной столь экстремальной побудкой, парень пытался привести в норму дыхание и пульс.

– Отстань, – слабо рявкнул он, аккуратно, но жестко оттолкнув "налетчицу".

Та откатилась к стене и замерла, кое как прикрывшись одеялом. Не ожидала красотка, что тихий интеллигент (курс актерского мастерства парень освоил очень неплохо, равно как и умение "читать" людей), мгновенно превратиться в жесткого и довольно страшного типа. Она-то через пару встреч собиралась покинуть сей гостеприимный дом по-английски, постаравшись за это время раскрутить на как можно большее количество бабла, ну и прихватив на память пару-тройку сувениров. А чего? Таки на память о былой неземной, но увы, скоротечной любви. Впрочем, она даже не подозревала, что ее уже взвесили, оценили, а потому иллюзий особо и не строили. Однако на пару раз потерпеть еще были готовы. Уж больно хороша была чертовка, да и принадлежала к числу тех женщин, про которых говорят "Секс – это ее!".

Что ж, придется корректировать планы на ходу.

– Встала, собралась, ушла, – безэмоционально, но жестко проговорил, не отводя взгляд от какой-то видимой только ему точки на стене, выдал Матвей.

– Слушай, ну бывает…, - испуганно начала было очередная как-там-ее-зовут-прости-Господи поняв, ЧТО она сказала РОДОВИТОМУ любовнику.

Однако тут же буквально вжалась в стену, придавленная тревожными обертонами, влитыми в одно короткое слово:

– Собирайся.

Внутренняя энергия, напитавшая короткий приказ, заставила мимолетную постельную подружку тихо вскрикнуть и начать шустро перебирать разбросанную по полу одежду.

Матвей же равнодушно следил за изгибами голого, и что уж греха таить, действительно привлекательного женского тела, чья хозяйка пыталась разыскать разлетевшиеся по всем углам тряпки. Даже ныряя под стол за очередным элементом гардероба под стол деваха была столь соблазнительна, что если бы не противная дрожь во всем теле и крупные капли пота на коже, "расставание" могло окончиться гораздо приятнее. Не сложилось. Сейчас же молодой маг бездумно следил за уже бывшей любовницей, просто автоматически подмечая движение чужого уже тела на собственной территории. Эмоций не было никаких. Пустота.

– Запонку оставь, – равнодушно бросил он не отказавшейся от идеи прихватить какой-нибудь "сувенирчик" девахе. – Подарок.

Все тем же пустым взглядом он наблюдал как стройная блондинка слегка заторможенно вернула подогнанное перед какой-то жутко пафосной вечеринкой Демидовой украшение обратно на полочку. "Надо же соответствовать тусовке", мда. Мозг автоматически отметил, что впредь такие вещи впредь лучше хранить в оружейном сейфе.

Приняв решение Матвей заставил свое тело подняться с кровати и несколько механистически двинуться в сторону сейфа. Проходя мимо девки ("Сколько же ей? 23? 32? Хер сейчас их разберешь!") он ясно расслышал тихий всхлип. Когда же "гостья" догадалась, КУДА направился хозяин квартиры, то от нее просто шибануло неприятно кольнувшей кожу молодого мага волной ужаса. Внешне же она стала выглядеть едва ли не спокойнее, чем до того, как "приговорила" сама себя. Сдохну достойно, ага… Что ж, такое следовало уважать, наверное.

Привычным движением Матвей набрал код и распахнул дверцу. Второй код дал доступ к "патронной полке". Ловко отсчитав на три купюры больше из хранившейся здесь "котлеты", чем собирался (мужество вроде решили уважать, ага?), он протянул купюры девахе:

– На такси. Вон.

Та себя ждать не заставила, буквально растворившись из квартиры. Пока не передумал, что ли? Ну да, недорогую и глубоко подержанную бричку, если постараться, за такие деньги можно не только нанять, но и купить. Пусть ее, имидж нужно поддерживать, а в среде околовеликосветких шлюх слухи распространяются со скоростью света. Мажор он или нет, в конце то концов? Так и спишем перед финотделом "Тройки".

– Бл@дь, – ругнулся Матвей все тем же бесцветным голосом понимая, что просто оттягивает время.

Пара шагов до дивана, тридцать секунд на поиски в складках сбитого одеяла, и вот он уже слегка подрагивающими пальцами набирает накрепко вбитый в память номер, который традиционно не "забивал" ни в один гаджет. Минута ожидания, за которую нервы едва "не съели" остатки самообладания парня и вот…

– Братик…, - донес издалека тысячу раз родной сонный голосок. – Привеееет…

– Извини, Женечка, я просто…

– Опять?

Несколько секунд молчания и сигнал унес за тысячи километров смущенно-покаянный ответ:

– Да… Спи, малышка, все хорошо будет!

На том конце трубки послышалось невнятное бормотание уже проваливающейся обратно в объятия Морфея девочки, а затем вызов прервался. Перезванивать не стоило. В ее учебном заведение вообще не особо приветствовалось наличие средств связи у воспитанников, а уж чтобы пользоваться ими после отбоя речи вообще не шло. Правда парень имел на этот счет свое мнение. Так что недорогой смартфон у его сестренки все-таки всегда был при себе. Еще два в заначках поблизости. На всякий случай. Деда Гриша, кстати, о том знал. И полностью одобрял.

На сердце стало слегка попроще. Следующий абонент ответил почти стразу.

– Деда Гриша, доброй ночи…

– Матвей, не мямли, – голос отставного вояки как всегда был тверди спокоен. – По делу, пожалуйста.

Ну да, стал бы он звонить посреди ночи просто так…

– Предчувствия, – сознался парень, несколькими глубокими вдохами собравший свои чувства в кулак и слегка приведя мысли в порядок. – Сестренка. Деда… Мне действительно страшно и чувства направлены на близких.

Молчание абонента с той стороны длилось секунд тридцать. Впрочем, глухая тишина в динамике подсказывала, что его оставили "повисеть на проводе". Как всегда в экстремальной ситуации игнорируя любые правила вежливости. А дурные предчувствия мага – ВСЕГДА экстремальная ситуация.

– Объекты до категории "Д" взяты под защиту по "Набату". Поместье и прилегающие под протоколом "Колокол". К твоей сестре будут представлены "тени", конфигурация дежурных групп будет смещена до включении ее в "трехминутку". Переводим ее на домашнее обучение?

Матвей помолчал несколько секунд.

– Деда… Спасибо…

На том конце "провода" вновь повисло молчание. В этот раз немного неловкое.

– Матюш, ты же знаешь… Обсуждали же…

Матвей лишь вздохнул.

– Да, дед, обсуждали, – парень вновь взял в себя в руки – расслабиться можно будет и позже. – Думаю, этого достаточно. Нечего Женьку в четырех стенах запирать.

– Твоя правда, – согласился тот. – Хотя в случае опасности…

– А ты и рад, да! – усмехнулся Матвей.

Дед, чьи внуки уже выросли, но правнуками пока не порадовали, действительно души в шебутной девчонке не чаял.

– Да чего уж тут греха таить-то, – ничуть не смущаясь подтвердил тот. – Так что если что, так мы сразу ее за родовые стены, да осадные щиты! Ты-то как в столице своей, домой-то не тянет? А то слыхал краем уха, что нашлось кому твою энергию в мирное русло направить!..

– Сколько веревочке не виться, – согласился Матвей.

– А все пора остепениться! – радостно закончил дед.

Парень почти наяву увидел не по возрасту задорную улыбку собеседника.

– О, дед, не начинай опять! – буквально простонал парень, считавший что не пристало старому служаке с упорством молодых кумушек строить матримониальные планы.

Особенно на его счет!

Ну, пошла жара обычной пикировки! Дед явно решил подбодрить приемного внучка. Спасибо, деда!

Минут через двадцать Матвей был готов признать, что уже практически пришел в норму. Попрощавшись, он с почти чистой совестью. откинулся на смятые простыни, от которых еще тянуло резкими духами его ночной визитерши.

Сделав пару дыхательных упражнений, Матвей настолько успокоился, что не стал будить посреди ночи третьего абонента, а просто быстренько набросал короткое сообщение: "Доброй! Нужна встреча с Демидовым-старшим. Срочно.".

Вот так просто и буднично юный маг осознал, что в его жизни есть теперь две женщины, о которых он чувствовал необходимость заботиться.

Вот, блин!

Больше всего в этой истории повезло вахмистру Калашникову, который только за полчаса до отправки Матвеем сообщения добрался до подушки, и сейчас вкушал уже второй сон. Ведь если он получил бы его на 40 минут раньше, то пришлось бы немедленно ставить в известность начальство, что ставило на его планах хоть чуток поспать крест жирнее жирного. А так в его мире грез все было прекрасно. Пока.

* * *
Ефимовский был озадачен, что случалось с ним крайне редко. На такой-то службе! Однако сегодня он совершенно не представлял как преподнести своему начальнику просьбу одного проблемного подчиненного. Этот Абсолют недоделанный решил встретиться ни много ни мало самим Демидовым. Да не абы как, а с глазу на глаз! Вот так вот запросто. Причем озвучить свои мотивы мальчишка отказался наотрез. И вот как поступить в такой ситуации?

А вообще у князя опыта больше, так ему и карты в руки. Пусть думает как парня приструнить. Подполковнику за это не доплачивают! Эх, кто бы мог подумать, что под старость лет придется работать в ясельной группе для перспективных абсолютов. То хочу, это не буду, а ведь любые санкции должны с начальником "Тройки" согласовываться. А то не приведи Господь деточка обидится, да столицу пожжет, али от потенциальных поджигателей защищать откажется. Нельзя так работать, нельзя! Отпуск что-ли попросить заодно у начальства? Вот когда он с женой море в последний раз был?! Проведать бы брюшком как там песочек крымский поживает да полеживает!..

* * *
Чай на Руси уважали испокон веков. Как и любая Империя, Русь вобрала в себя культуру многих и многих народов. Нашлось место и ханьскому чаю, индийскому листу, японскому "крошеву" под названием матча, а так же и родному Иван-чаю. Что там говорить, если на части территорий до сих пор был в ходу "чай" на ячьем жире с солью! Главноуправляющий самой таинственной и ужасной, с точки зрения обывателя, специальной службы государства российского чай пил по-простому, со вкусом прихлебывая из лепного блюдца, да сахарком колотым заедая. Нынешний ординарец хозяина кабинета, естественно, не забывал следить за тем, чтобы на чайном столике не переводились сдобы свежайшие, да сласти заморские. Однако все это великолепие рассчитано было на гостей. Сохраняя редкую для его возраста пластичность ума, князь был на редкость консервативным именно в этом вопросе и яростно сопротивлялся любому изменению заведенного еще в курсантские годы ритуала. Интересно, что поглощал ароматный напиток князь, предаваясь любимому делу малолеток – просмотру ленты "Инсты". Внучка к привычке пагубной приучила в свое время. Правда, его уже давно не интересовали худощавые тушки годящихся ему в правнучки соплющек. А вот огородные советы, ведь частное земледелие было давней страстью князя, он просматривал с большим удовольствием. По крайней мере, такова была официальная версия для его жены. Тем более, что вышесказанное ничуть не мешало ему "фолловить" пару молодых девочек с упругими филеями и отлично развитыми молочными железами, и даже оставлять иногда провокационные комменты под очередной обнаженкой в ожидании порции "хейта" от всегда готовых изойти на неприятную субстанцию по любому поводу орлов. Комнатных, ага. Более того, ему нравилось иногда представлять лица тех, кто на словах "его дом труба шатал" и с мамкой нехорошим занимался, если бы этим сетевым бойцам удалось каким-нибудь чудесным образом раскрыть его инкогнито.

– Ну и что? – Спросил он разгоряченного полковника, абсолютно не собираясь прерывать свое чаепитие по столь незначительному поводу. – Хочет наш Абсолют пообщаться с оленькиным дедом, так и флаг ему в руки! Такой опыт молодому человеку будет весьма полезен!

Ефимовский оторвался от своих метаний по кабинету столь резко, что можно было предположить появление в замкнутом пространстве невидимых стен.

– То есть, вас совершенно не смущают последствия? – слегка прищурил глаза тот, мгновенно успокаиваясь.

Хозяин лишь взмахнул ресницами, что явно должно было означать ленивое согласие.

– Что ж, – выдохнул слегка "обескураженный" (профессиональная деформация – играть роли не столь повидавших всякого-разного на своем веку людей!) собственной недавней вспышкой мужчина. – Может, оно и действительно на пользу всем пойдет. Особенно учитывая матримониальные планы иных… персон.

Последние слова Ефимовский буркнул практически себе под нос, но старый командир все еще отличался острым слухом, что не раз помогало ему выживать в самых неприятных местах нашей планеты.

– Кстати, а тему разговора наш парень не обозначил? – Князь с некой даже ленцой поинтересовался у давнего соратника, намекая, что при нем этот театр одного актера можно и не разыгрывать.

– Нет, – пожал плечами тот, но тут же добавил. – Желает об этом побеседовать уже с вами. И непременно лично!

– Непременно лично… – слегка передразнил своего подчиненного Никита Владимирович.

– Именно так, – подтвердил "не заметивший" легкой шпильки Ефимовский, но тут же весьма ехидно ввернувший свою. – Сказал, что коли решение принимать долго изволите, то намекнуть, что речь он с Демидовым о некоторых аспектах дара Воды вести желает. Надеюсь, что вам эта белиберда скажет больше чем мне.

– Чего-чего он хочет, – глаза Михалкова, казалось, вот-вот вылезут из орбит.

Был ли тому виной горячий чай, которым князь подавился, услышав подобное заявление, или всё-таки крайняя степень удивления, так и осталось тайной. Скорее первое. Все-таки, повторимся, старый чиновник видел много всякой жути, а иную и сам творил без оглядки на всякие там Женевские конвенции.

Однако и ему не каждый день приходилось видеть человека, самостоятельно подписывающего себе смертный приговор. С гарантией.

– Я должен что-то знать о своем подчиненном? – равнодушно уточнил подполковник, старательно сохраняя вид лихой и придурковатый.

Получалось плохо. Неожиданно прорезавшийся холодный оскал вкупе с равнодушным взглядом снайпера стирал привычный образ к чертям собачьим.

Тем временем князь Михалков и сам вскочил со своего любимого кресла, словно резким движением заставляя свой могучий интеллект работать еще быстрее. В крайнем возбуждении он даже не заметил как его любимая ручка покатилась по полу сверкая толстыми лакированными боками. Недавнее благодушие было моментально забыто… Равно как и собрание глав экспедиций, которое он назначил не далее 15 минут назад.

– Так-так-так, – лихорадочно бормотал Никита Владимирович. – Что-то он задумал… Но ведь не может же он?… А если всё же…

Ефимовский равнодушно наблюдал за этой картиной. Хочет придуриваться шеф, изображая из себя колобка на амфетамине, так и пожалуйста! Впрочем… В таком состоянии он шефа действительно видел не в первый раз, но одно мог сказать совершенно точно: такое поведение – всегда ОЧЕНЬ серьезная ситуация. Наконец хозяин кабинета резко, как пару минут назад, остановился. Вздохнул несколько раз и повел плечами, в очередной раз решив, что гимнастика при его работе – самое настоящее благо.

– Организуй – спустя несколько секунд раздумий заключил он.

Кабинетное пространство погрузился в тишину. Благополучно был забыт недопитый чай, остывающий в вылепленном на заказ блюдце.

– Ваше Сиятельство, вы уверены, что мне не стоит знать что-то еще? – уточнил подполковник, но тут же продолжил, добавляя металла в голосе – Никита Владимирович, вы сами повеселились мне на шею этот жернов. Я имею право знать что происходит в моём подразделении.

Обозлился. Ефимовский всегда прибегал к титулованию, когда ему что-то ОЧЕНЬ не нравилось. Случалось это крайне редко, но вмешательства в дела его экспедиции с темными играми за спиной выглядели действительно… некрасиво.

– Сядь, – резко прервал "душевная метания" подчиненного Михалков. – Первое: встречу организуй. Второе: я действительно не считаю, что тебе стоит знать больше, чем уже доведено в части касающейся. Подумай, мне-то свалить вину будет не на кого, а у тебя, если что-то пойдет не так, всегда будет возможность честно заявить даже императорским мозголомам, что в игры начальства ты посвящен не был. Мне важно, чтобы пока так и оставалось!

Ефимовский нахмурился.

– Я давал когда-нибудь повод усомниться…, - только и начал он, но тут же был перебит своим давним командиром.

– Андрюш, послушай меня, – тяжело вздохнул князь, сбрасывая со своего оскала опытного, но сытого волкодава всяческие маски. – Я тебе всегда добра желал. Сейчас же складывается ситуация, когда ценой ошибки становится не просто карьера, но и сама голова. С тех пор, как у Матвея прорезались зачатки Абсолюта, даже сам император пока не знает, знает он или не знает о нашем… эксперименте. Если Матвей сорвется… плохо будет всем причастным. Сейчас ты спокойно можешь на любой вопрос менталиста заявить, что ничего не знал о моих планах, Однако стоит мне ответить на твой вопрос как ответственность ляжет тяжким грузом и на твоей плечи.

Ефимовский промолчал.

– Упорный – едва ли не про себя пробормотал хозяин кабинета.

Так ведь и винить в этом некого. Сам в своё время за это качество и выбрал в ординарцы неродовитого поручика, отличавшегося лишь холоднокровием, а затем долгие годы продвигал своего верного соратника по службе, помогая избежать хитросплетений великосветских игр и интриг доморощенных военных "экспертов" от аристократии. И все ради чего? Чтобы его протеже голову сложил из-за ошибок старика? С другой же стороны князь Михалков прекрасно понимал Ефимовского. Ну кому, скажите, понравится непонятный тип в подразделении от которого и избавиться нельзя, и ждать чего непонятно.

– Хорошо – подумав еще мгновение, заявил разом словно постаревший "сдувшийся" князь. – Помнишь, кто хуже всего поддается внушению? Так вот…

– Да мать же вашу, – Только и пробормотал поражённый подполковник через пятнадцать минут, переживший не одну авантюру своего начальства.

И очень надеявшегося что она не станет последней.

Еще через четверть часа Ефимовский буквально вывалился из кабинета, мучимый двумя вопросами: "Почему ЭТОТ еще жив?" и "Организовать ЭТОМУ "несчастный случай или нет?".

Старый же аристократ не обратил на откровенное хамство подчиненного никакого внимания, некоторое время невидящим взором уставившись на закрывшуюся за полковником створку двери. Он и сам бы высказался не хуже, но решение было принято на самом верху. Да и обещание дано старому другу позаботиться о его непутевом внучке. Как же непросто выглядела казавшаяся тогда элементарной операция теперь. Ровно с того момента, как в одном боевом маге очень средних способностей "в потолке" пробился Потенциал.

Еще через несколько минут старый князь вновь открыл "Инсту". Задумчиво потерев подбородок, он легко ударил подушечкой пальца по иконке личных сообщений и вполне сноровисто стал вбивать "весточку" пользователю с ником imp0000001ri.

Кто бы мог подумать, что иногда безопаснее использовать открытые каналы связи (да еще и подконтрольные вероятному противнику!), про которые никто не знает, чем защищенные по высшему уровню "официальные" сети.

Тем более, что стойкость самого совершенного шифра никогда не превышала стойкости отнюдь не совершенной шифровальщицы, верно?

Глава 9

Где-то в старых дворах центра Петербурга. День 73 от прибытия в столицу Российской Империи.

Огромная аскетичная пещера, украшенная шкурами и идолами тотемного животного… Нет, пусть будет вигвам со вздымающимся над ним маревом волшебных зелий, сгорающих в трубке мира! Или, может быть, огромный офис на двадцать пятом этаже сверхсовременного небоскреба, чей дороженный наборный паркет иногда окрамляют капли воска со свечей пентаграммы и кровь девственниц. Ой… Что-то Ольгу уже совершенно не в ту степь понесло! Ну, не так она представляла обитель шамана, ой не так!

Когда Матвей впервые заявил ей, что хочет провести небольшой ритуал с её участием, она по-началу решила, что он сошел с ума! Предлагать такое представителю Древнего Рода – значит оскорблять его подозрением в отсутствии хоть каких-то мозгов. Не говоря уже о проблемах со службой безопасности. Вот уж кто подобных предлагальщиков на раз жизни учит. Иногда, правда, до смерти. Но это же такие частности, право. В целом же предостережения и наставления от порч, наговоров и прочих магических неприятностей с детского возраста вбиваются в каждую голову не хуже правил гигиены и дорожной безопасности. Наравне с тезисом "нельзя болтать и соглашаться на предложения прогуляться от незнакомых дядь и теть" шел "никаких неизвестных ритуалов, либо магических обрядов с участием незнакомых лиц". И это в обычных семьях! Что уж говорить о Родах, где детей обучали лет с десяти на примере ситуаций из разряда "Что делать, если твоя охрана убита, а какой-то дядя пытается запихать тебя в машину?". Однако и в морду ее партнер-сокурсник сразу не получил. Все-таки идиотом он не был, так что девушка только решила взять тайм-аут, чтобы определиться со своей реакцией. Впрочем, долго думать не пришлось! Уже через несколько минут она расширившимися до размеров героинь японской анимации глазами читала официальную депешу от начальника родовой СБ с личной визой деда, а еще через пятнадцать минут, к ее безмерному удивлению, Патриарх лично подтвердил – ритуалу быть!

Короче, после таких сногсшибательных вестей от похода к Шаману Ольга даже и не знала чего ждать. Оставалось надеяться лишь на оставленную некой пресыщенностью благами земными невозмутимость и природное самообладание. Однако вся ее "броня" моментальна была скомкана в объятиях здоровенного парня, буквально до писка стиснувшего хрупкую девушку, едва они с Матвеем переступили порог небольшой студии йоги. Почему Ольга не стала вырываться, а так же взывать к своим талантам в крав-мага, она и сама объяснить бы не смогла. Может, дело в сумасшедшей харизме встречающего их хозяина логова?

– Да не так, – тем временем орал в ухо ошарашенной девушки Шаман, слегка отстраняясь и вновь смыкая стальные объятия с другой стороны. – От сердца к сердцу надо!

Легкий писк подсказал Матвею, что Ольга теплый прием прочувствовала, можно сказать, печенкой. Да и другими внутренними органами тоже! Впрочем, и сам маг уже через пару мгновений испытал на себе силу медвежьей хватки Шамана, но не отказал себе в удовольствии обнять старого товарища в ответ.

– Проходите, проходите, ролики-пиролики, – тем временем махнул хозяин своим гостям в сторону единственной озаренной электрическим светом комнаты, выдавая слова со скоростью едва ли не сто пятьдесят в минуту. – Располагайтесь, не стесняйтесь. Куртки прям на тот диван кидайте, щас только бутылки с водой уберу и сядем, хей-махалэй!

Еше раз подпрыгнув на месте, Шаман унеся куда-то в сторону почти не освещенного коридора. Лишь над входной дверью небольшая лампочка позволяла хоть чуть-чуть познакомиться с обстановкой. А посмотреть было на что! Чего только стоил гобелен со сложным орнаментом в индийском стиле в полстены, а вот…

– Стой, стой, стой, – протараторил невесть как оказавшийся рядом Шаман, хватая девушку за руку, – Ты лучше пока посиди, ролики-пиролики, а я тут фасану кой-чего по-бырому и вами займусь!

Ольга, все еще ошарашенная контрастом между настойчиво стучащейся в её восприятие реальности и собственными же представлениями о сегодняшнем вечере, покорно заняла указанное место. Шаман же уселся прямо на пол, фасуя по небольшим пакетикам сушеные листья.

– Чай? – спросила она у с удовольствием вытянувшего на том же диванчике однокурсника.

– Ага, – подтвердил тот, кивая головой на противоположный конец комнаты. – А там и все для чаепития имеется!

Действительно, на другом конце комнаты находился комфортный уголок, где явно угадывался небольшой столик с различной атрибутикой для настоящей чайной церемонии!

– Он им торгует?

– В том числе, – подтвердил ее мысль парень, наблюдая за тем, как ловко Шаман фасует сушеные листья по небольшим пакетикам. – Скорее он увлекается самой духовной практикой, коей любая чайная церемонии и является по сути.

– Да ну!

– Ну да, Миха надеется достичь высшего мастерства настоящего ценителя чая – входить в "поток", то самое состояние, что он испытывает во время церемонии, вообще без чая! Уверен, у него получится!

Вот оно! Вся суть шаманизма – приверженец этого пути не кидается огненными шарами, да и сосулькам не пытается пригвоздить ближнего своего к первой попавшейся стенке. Шаман работает над собственным состоянием, заставляя мир и Вселенную откликнуться на него и обрести тем самым гармонию. То есть, вовсе он не заклинаниями ли, киркомотыгой ли, влияет на окружающее прямым воздействием, а работает с внутренним миром, заставляя Вселенную подстраиваться под свой настрой.

– Да тут и травкой волшебной, смотрю, разжиться можно!

Ольга с удивлением крутила в руках слямзенную с ближайшей полочки вязаночку. Невероятно. Она никогда не видела столько травы Бел Танец в одном месте. Цена небольшой вязаночки, что с легкостью умещалась в девичьей ладошке была не то что бы ощутима для ее Рода, но… Матвей бы назвал ее буквально запредельной. "Настаивать ее и пить с прочими такими же травами или же и одну, – узнаешь всякие травы и на что надобны; если куда и пойдешь, то травы и всякие вещи с тобой говорить будут и скажутся, на что надобны; при том же и прочих животных, гадов и зверей голоса спознаешь, что они говорят между собой, и все премудрое знать будешь", – тут же выдала тренированная память строки из лет пять назад прочитанной книги[26]. "Разгонка восприятия сумасшедшая, – прокомментировал тогда очередной нанятый Родом инструктор для начитки молодой наследнице лекций по специальным и служебным элексирам. – Вот только через часок рубит с головной болью, будто с дюже лютого похмелья, а с утра будто кошки во рту лоток устроили! В общем, идеальное средство для краткосрочных акций и диверсионной работы в стиле "укусил-сбежал". Для длинных рейдов – непригоден. Снайперам противопоказан из-за отката по нервной системе."

Ольга еще раз взглянула на Шамана, увлеченного фасовкой чая по пакетикам. Не складывалась картинка. Парень молодой, вроде бы, лет двадцать пять всего. Хотя кто их поймет, на самом-то деле? Светлые волосы косичками дредов свисали за его спиной, удерживаемые красной банданой. Джинсы – обычные – модные и рваные, а широкие плечи покрывал плед, накидка? Девушка, несмотря на равнодушие к моде, в ней неплохо разбиралась, но классифицировать шерстяную хламиду сразу не смогла.

– Эй-эй-эй, – весело воскликнул Шаман. – Заставив Ольгу подпрыгнуть с дивана от неожиданности. – Ты там на дидж не сядь! А то только пересобрали. Была тут одна заварушка недавно… Парочка посланных на хер никак не хотела сваливать, пришлось помочь.

Ольга с пониманием уставилась на здоровенную трубу. Бамбуковую, судя по виду. Такой действительно удобно гонять всяких… С этой мыслью девушка не без интереса глянула на принюхивавшегося к одному из пакетиков Матвея.

– Что это?

– Я ж говорю, ебушки-воробушки, – не отвлекаясь от электронных весов провозгласил Шаман. – Дидж. Диджереду[27]! Ты в него такой раз, а все вокруг: "Ролики-пиролики, так это ж вау!". Австралийские аборигены считают его звучание первозвуком, с которого началась вся материя! Так же как и "ОМ"!

Неожиданно совсем немаленький парень буквально взмыл в воздух, схватил полутораметровую трубу и небольшое помещение заполнил раскатистый, пробирающий до самой души гул. Неизвестно, сколько девушка завороженно наблюдала за самым странным концертом в ее жизни, как слух ее уловил странную мелодию, естественно сплетенную с гулом диджа. Обернувшись, она увидела в руках Матвея небольшую детскую игрушку ханьского производства – веселого котика с небольшой клавишной раскладкой, из которой он с наслаждение выдавливал чуднУю мелодию. В любой другой момент издаваемый раздолбанным динамиком писк вызвал бы у нее лишь раздражение, но почему-то сейчас звучание двух странных инструментов сливалось в одно совершенно естественно.

– Чай, чай! – возликовал Шаман настолько неожиданно, что Ольга даже не успела заметить, когда странная мелодия смолкла. – Пошли пить чай!

Еще один невероятный кульбит, сопровождающийся взмахом шерстяной накидки (или что это, черт возьми, вообще такое!), и вот уже девушка усажена на подушки рядом с низеньким чайным столиком. Матвей же вообще заморачиваться не стал, растянувшись рядом. В качестве возвышения для головы он как нечто собой разумеющееся использовал ножки спутницы.

Ольга же только в очередной раз подивилась насколько по-разному выглядят парни – одетый в синие джинсы и синюю же классическую рубаху. Матвей даже в этой обстановке принадлежал миру этому. Дредастый Шаман же с пледом на плечах… Ольга не была уверена.

– Итак, – перебил ее мысли тот самый Шаман. – Есть два способа удержания пиалы…

Мысли девушки вновь неспешно потекли в голове, а реальность стала восприниматься слегка отстраненно. Стадию ассоциаций согретого дыханием чайных листьев, она прочувствовала словно в тумане, а теперь…

– Пробуй, – заставил вновь вернуться ее в реальность однокурсник, удерживающий пиалу хватом "три дракона обхватывают дин", как она только что узнала.

– Прикинь, я охерел 10 литров воды в бутылях и чайный набор тащить с собой на гору. Там ж высота две триста, – жизнерадостно вещал Шаман, не забывая обновить гостям пиалки. – Это нереально круто сидеть на вершине и пить чай вдвоем! А потом мы с моей Королевой полетели вниз, едва касаясь ногами земли… Пространство вокруг нас преобразилось, а я побывал в джунглях Амазонки, пустынях Сахары, степях Казахстана и… А, чертов псилоцибин[28]!

Сознание Ольги вновь "поплыло" под хохот парней.

– … Я ж вегетарианец, а мне шаурму с говядиной подсунули…, - выхватило сознание девушки часть разговора, прежде чем вновь отправиться "гулять" какими-то неведомыми путями.

Она только и успела удивиться пищевым привычкам хозяина, с учетом слегка выпирающего из под накидки живота, но может он недавно?

– … По морде им дал? – удивленный голос Матвея вновь на миг "привязал" девушку к "здесь и сейчас".

Он бы смог. Шаман. Матвей, судя по его "развлечениям" с коллегой, тоже подраться не дурак. Однако опытного рукопашника в нем разгадать было непросто. Здоровые же предплечья и сбитые кулаки чайного мастера явно намекали, что кулачные бои он не только любит, но и регулярно практикует!

– Кто это? – неожиданный вопрос буквально заставил парней споткнуться посреди беседы и удивленно уставиться на девушку.

– Ча Чуны, – ответил после небольшой паузы Шаман – Чайные питомцы. Мы делимся с ними первым, самым вкусным, проливом чая, работая над вожделением, а так же дарим им остатки напитка…

Ольга же вновь "выключилась" из беседы слегка кивая в такт замедлившейся речи Шамана, остановившимся взглядом разглядывая фигурку имперского штурмовика из знаменитой саги про войнов-магов джедаев Джорджа Лукаса, и все никак не могла понять, что у него на шее делает обезьянка! В какой момент девушка осознала себя стоящей на гвоздях, с каждым вздохом вбирая в себя энергию земли, а с каждым выдохом-криком избавляясь от накопившихся в теле зажимов, она так бы и не смогла сказать, сколько выдержала все это, тем более что практика показалась ей вечностью.

Этой минуты и тридцати секунд вполне хватило Матвею, чтобы аккуратно провести по шее девушки рукой, оставив артефактом в виде кольца небольшую царапинку на коже Ольги. В тот же миг капля крови впиталась в металл, а выгравированные на нем руны словно осветились неярким огнем, чтобы тут же снова исчезнуть. Нанесенный на кончик пальца Матвея элексир, оказавшись на коже девушки, моментально затянул ранку, не оставив от нее и следа.

Окончательно Демидова пришла в себя только через час, когда свежий ветер вымел из головы остатки сладкого чайного дурмана. В голове взрывались тысячу вопросов, чтобы через мгновение погаснуть и уступить место другим. Однако один из них крепко засел ее в голове, оформившись в удивленное:

– Это что… Было шерстяное пончо?!

* * *
С тех пор как Игнатий Лойола впервые нацарапал на алтаре бедной подземной часовни святой Марии Монмарской три буквы, что во многом изменили облик мира – "I.H.S." Iesus homium Salvatop[29], минуло много веков. "Товарищество Иисуса" давно уже не собиралось в тесных аскетичных церквушках, предпочитая им комфортабельные штаб-квартиры, что в достаточном количестве были рассыпаны по планете Земля. И пусть изначально считалось, что Орден состоит из тех, "кто во имя Бога желают быть вооруженными под знаменем креста и служить во имя единому Господу и первосвященнику римскому, его викарию на земле"[30], эти товарищи быстро показали насколько гибкой может быть мораль. Так несмотря на предписанная последователям Лойолы бедность легко обходилась мыслью, что человек подобен статуе, которой безразлично было одета она или нет. Так что несмотря на равнодушие иезуита к вещам он мог быть изысканно одет, коли того требовала обстановка. Надо ли говорить, что толкование этих требований оставалось за самим послушником? Да и как привлечешь сердца проповедью строгой аскезы? А вот утверждения вроде "кто овладел девицей насилием, угрозой или хитростью, тот обязан вознаградить ее… Однако если дело осталось совершенно тайным, то он, по совести, не обязан вознаграждать ее"[31] или "если ты видишь человека, который собирается обворовать бедняка, то удержи его и укажи ему на какого-нибудь богача, чтобы он обворовал его вместо бедняка"[32] людям были куда ближе. Вообще иезуиты теоретиками хитрых уловок и клятвопреступлений были прекрасными. "Позволительно давать клятву в важных и неважных делах с намерением не сдержать ее, если есть достаточное основание на это"[33]. неплохо, верно? Отсюда совсем недалеко до мысли "восстание духовного лица против государя той страны, где он живет, не составляет государственного преступления", а так же ее апофеоза "народ может убить незаконного государя; убить же тирана считается заслугой"[34]. Много в истории ордена было покушений на монарших особ, среди которых особо выделялся Гай Фокс[35], собиравшийся взорвать Британский парламент по наущению иезуитов целиком. Своих "товарищи" тоже, честно говоря, не щадили. Того же главу Ватикана Климента XIV, попытавшегося распустить Орден, несмотря на все клятвы служить папе, только папе и никому кроме папы, на высший суд наладили очень быстро и настолько мучительно, что более никому такое в голову не приходило!

Вопреки распространенному мнению о слабой стойкости людей с ммм… "гибкой моралью" иезуиты оставили и продолжают формировать по сей день свой след в истории этого мира. Да тот же Матвей вполне искренне восхищался судьбой Маттео Ричи, ставшего первым европейцем, ступившим в Запретный Город в Пекине. Талантливый математик, картограф и переводчик, рискнувший отправиться в пасть китайского тигра, и выйти из этой схватки умов, воли и хитрости победителем. Сами китайцы дали ему имя Ли Мадоу, что в вольном переводе могло быть трактовано как "добродетельный Матвей". В школярские года казалось юноше если и не мистическим совпадением, то добрым знамением точно!

Командиры и сторонники военизированного ордена отличались упорством, силой и мужеством, пусть и в рамках довольно двуличной с нашей точки зрения морали. Великие открытия и завоевания, сотни и тысячи школ по всему миру – вот лишь малая часть из заслуг. Не говоря уже о потрясающе эффективной системе психологической подготовки своих сторонников, которую разработал еще лично Лойола. В немалой степени она помогала добиться высот сторонникам Ордена. Вольтер, Артур Конан Дойл, Альфред Хичкок и многие-многие другие имена учеников школ и колледжей иезуитов прогремели на весь мир[36]. Великие ученые, первооткрыватели, чего греха таить, шпионы (или разведчики, но тут уж зависит от точки зрения!). С веками орден "притерся" к реалиям. Оставаясь тайной полицией Ватикана, иезуиты вот уже две сотни лет не практиковали политические убийства. По крайней мере, в отношении первых лиц государств. Зачем марать полы ряс самим, если можно доверить умыть руки в крови правильно обработанным марионеткам. Современная структура заточена на "просвещение", которое не только воспитывает сильных личностей, но и нередко отравляет умы различными "закладками". Вот, например, таким: "можно убить не только и узураптора, но и законного государя, если он обременяет несправедливыми налогами, продает правосудие и тиранически действует в видах личной выгоды"[37]. А судьи кто? Естественно, честные и независимые СМИ, международные организации и неполживые правозащитники! Вы смеете не доверять слову джентльменов?!

Возможно, что Матвей и по сей день восхищался бы последователями Лайолы, если бы командирами Ордена не было принято решение присоединиться к тем, кто собирался строить Новый Порядок "против Руси, за счет Руси и на обломках Руси".[38]

Один из опорных пунктов иезуитов в восточной Европе традиционно располагался в Вильнюсе на улице Пилес[39]. Интересно, что эта улица проходит через весь город в направлении Москвы. По ней исторически в город въезжали короли, иностранные послы и гости города. И пусть златоглавая давно перестала быть столицей великого соседа, фразы типа "рука Москвы" еще себя не изжили. Символично, что собравшиеся в небольшом трехэтажном доме на очередную встречу джентльмены до сих пор "противодействовали Москве в ее имперских амбициях". Кстати, именно здесь в 92 году был подписан Акт о независимости Литвы, когда казалось, что русский медведь уже не оправится от полученных ран. Однако империя устояла, потихоньку возвращая утраченное влияние на мировой арене… Что совсем не устраивало собравшихся за круглым столом довольно уютного офиса.

Все семеро собравшихся были одеты как вполне преуспевающие бизнесмены средней руки без единого стиля, но всех их объединял небольшой значок на лацкане с гравировкой "IHS".

– Итак, господа, я ознакомился с предоставленными братом Игорем итогами операции "Свободный ветер", – единственный оставшийся на ногах крепкий старик лет семидесяти внимательным взглядом обвел собравшихся. – Вам были разосланы ее итоги и выводы наших аналитиков. Хотелось бы еще раз услышать о причинах неудачи от непосредственного исполнителя. Брат Игорь, прошу.

В голосе не прозвучало и намека на осуждение, но у означенного брата, – крепкого мужчины лет сорока в костюме из светлой шерсти, – немедленно вспотел коротко стриженный затылок. Он прекрасно представлял, на что способен все так же задумчиво глядящий на прогуливающихся по улице туристов. Сезон все же.

– Операция была подготовлена силами 26-й и 72-й оперативно-тактических групп при поддержке приданым Ватиканом отрядом ритуалистов. В рамках поставленной задачи мы преследовали несколько целей: обеспечить лояльность нашего актива в Кавалергардском полку, как одном из центров воспитания будущей элиты империи, провести ритуал напитки Камня Силы для путем жертвоприношения от 130 до 140 разумных, создать условия для быстрого продвижения по службе наших людей. Предполагалось, что наши люди самовольно оставят полигон якобы с целью приобретения алкогольных напитков. Совершив бросок на десять километров до села Андреевка, они должны были замкнуть контур печати, став его частью. На месте все было готово для инсценировки столкновения бравых кавалергардов с магами крови, которая должна была "утечь" в СМИ и в нужном свете представлена командованию ВС Руси нашими агентами влияния. Помимо всего прочего это создавало метку на каждом из участников, позволяющих нам контролировать их… Вплоть до принудительной активации блокировки памяти и запуска самоликвидации для непредвиденных случаев. Естественно, до неофитов эта информация не доводилась…

– Спасибо, мы в курсе основных положений плана, – все так же мягко прервал старик своего подчиненного. – Переходите непосредственно к срыву операции. Все-таки в него были вложены достаточно… Крупные средства. Прошу.

При этом старик-председатель так и не оторвался от созерцания залитой солнцем улочки, словно и не интересовало его куда улетели достаточно большие деньги и почему многомесячная работа нескольких групп была спущена в унитаз. Брат Игорь уже не скрываясь провел рукой по затылку, ощутив ладонью крупные прохладные капли пота. Впрочем, никто из собравшихся даже и не подумал его осудить, вполне представляя себя на месте очень недалекого от полноценной опалы брата.

– В день завершающей фазы операции на полигон вместе с нашими офицерами прибыли двое гражданских – наследница Демидовых и внук графа Воронцова…

Изуродованное страшным ожогом лицо одного из присутствующих скривилось от воспоминания о давней, но еще не изжитой боли. Он очень хорошо помнил Старого Коршуна, чьи берсерки устроили настоящую резню его батальону каких-то тридцать пять лет назад, а сам воевода одним площадным ударом отправил в дым почти весь штаб его командования. Очень немногие из его соратников пережили тот день.

– По некоторым данным Воронцов…, - тут докладчик слегка замялся. – Организовал пари, которое переросло в спонтанную оргию с применением оружия вплоть до тяжелого, что заставило активизироваться бойцов охранной роты и командование полигона, так что незаметно покинуть расположение наши люди не имели никакой возможности. В то же время в месте проведения ритуала произошли ряд ЧП коммунального характера, привлекших внимание властей к населенному пункту. Вешне оба события выглядят случайностью. Найти какие-либо несостыковки в происходящем моим людям не удалось.

Старик наконец соизволил повернуться к докладчику лицом, которое в иных кругах вполне могли назвать аристократическим. Впрочем, с учетом сколько замков и дворцов владелец лица повидал в качестве особого гостя… Впрочем, судя по тому как дернулся кадык брата Игоря, он-то такому вниманию рад был не сильно!

– Особое мнение? – с интересом спросил Старик, чьего настоящего имени мир не слышал уже лет двадцать.

Мертвым имена не положены.

– Слишком много совпадений, – склонил голову непосредственный исполнитель. – Особенно если учесть, что устроивший это… представление на полигоне му… молодой человек, как нам удалось выяснить, потенциальный гридь Огня и сотрудник полиции Петербурга под прикрытием.

Старик вновь задумался. На этот раз молчание длилось гораздо дольше.

– Вот как, – наконец протянул он. – Я думал, что работа в органах правопорядка достаточно дискредитирована для того, чтобы настолько перспективные кадры шарахались от нее как от огня… Интересный каламбур получается, да… Брат Йонас?

Невысокий, но подтянутый мужчина буквально взвился со своего места, демонстрируя отличную для своего "полтишка" подвижность суставов и неуемную энергию.

– Работа ведется постоянно, – удивительно быстро, но четко затараторил он. – Несколько информационных центров снабжают местные СМИ рекомендациями по подаче материала и осуществляют подбор контента для лидеров общественного мнения. Основное направление: популяризация службы в ВС и специальных частях армии Российской Империи согласно планам Ватикана. В то же время служба в структурах, ответственных за стабильность государства и внутренний порядок маргинализируется как посредством работы СМИ, общественных организаций, так и нашими связями в Минкульте. На данный момент могу с уверенностью сказать, что служба в полиции в глазах общества гораздо менее почетна, чем в самом заштатном армейском подразделении. Статистика и данные социальных исследований были разосланы по списку А2. Так что могу с уверенностью заявить, что данный случай уникален.

– Уникален, значит, совпадения…

– Предлагаю ликвидацию, – резко буркнул Шрам.

– Брат Повилас хоть и излишне резок, когда речь заходит о Воронцовых, но в данном случае в чем-то прав, – задумчиво протянул Старик, в голосе которого, как всегда в минуты задумчивости, едва слышно проявился почти изжитый акцент уроженца Аппенин. – Нам вовсе не надо, чтобы соль империи ринулась наводить порядок в собственной стране. Пусть уж лучше формируют идеальную карательную машину… Она может быть полезной. Под правильным управлением, конечно.

Вновь кабинет на несколько секунд погрузился в тишину.

– Однако актировать его пока рановато, – наконец пришел к решению Старик, начисто игнорируя кислую гримасу, в которую превратилась улыбка брата Повиласа. – Нам не нужен мертвый сотрудник полиции, нам нужен скомпрометированный и морально раздавленный сотрудник полиции, чтобы все заинтересованные увидели к какому итогу ведет служба во… внутренней безопасности. Плюс компания в СМИ: со своим талантом он мог добиться, если бы не служба в полиции и все в таком ключе, да.

Шрам вновь заулыбался, хоть в этот раз и куда более осторожно.

– Да, брат, – окончательно решил председатель собрания. – Сначала сломать, потом скомпрометировать и предъявить обществу, а уже за тем, если твое чувство мести того требует… Но сначала дело!

– Ad majorem Dei gloriam, – склонил голову в согласии брат Повилас, пряча злую ухмылку.

Глава 10

Константин Игоревич Гусев нередко размышлял о том, повезло ему в жизни или не очень. Сын богатых промышленников он в возрасте 12 лет остался круглой сиротой. Это был страшный удар. Та автокатастрофа без преувеличений разделила жизнь на счастливое детство и моментально пробудившийся под грузом ответственности вполне взрослый взгляд на жизнь. Все же активы родителей по странной случайности были уже кому-то отписаны. Сколько не рылись адвокаты, надеющиеся на нехилый процент от возвращенных средств, а все одно под конец лишь развели руками. Концов было уже не найти. Однако парень не скатился на социальное дно и не позволил себе опустить руки, дав волю всем порокам человеческой души, а волей же случая попал в школу под патронажем иезуитов в небольшом латвийском городке.

По началу все было ровно. К новичку хоть и относились первое время слегка настороженно, но в коллектив приняли. Юный Костик, как звала его иногда матушка, уже понадеялся, что здесь сможет вполне неплохо устроиться до совершеннолетия, а там уж и способ найдет как-нибудь жить дальше. Однако в один миг он стал замечать, что однокашники стали коситься на него с явным… пренебрежением, неприязнью и даже ненавистью?! За считанные недели вокруг юного волчонка, пообещавшего себе на похоронах родителей, что вынесет все, образовался вакуум. Никто больше не здоровался, не улыбался юному Костику, а когда он решил, что в общем-то сможет обойтись без коллектива, начались пакости. Много ли надо, чтобы одного из членов детского коллектива превратить в парию? Всего-то и показать один раз пример. Дать молодой стае почувствовать вкус крови и вседозволенности. Спасали его лишь вечерние беседы с духовником – старым отцом Анселем. Вот уж кто знал о жизни и игре на струнах человеческой души все – он наставлял, помогал, иногда легонько, но в меру поддерживая не пришедшегося ко двору юношу.

Пубертат, по настоянию духовника, юноша встретил усиленными тренировками в военном деле. А куда еще прикажете девать нерастраченную энергию отвергнутого женской частью коллектива тела? Тем более, отец Ансельм договорился со своим старым другом на занятия в местном патриотическом клубе, где давалась вполне себе неплохая НВП. Военное дело юноше понравилось, и вот уже инструктор, господин Повилас, приглашает своих сослуживцев, дабы "показать щенку чего-нибудь этакого". "Этаким" нередко становились тактика, бой "с холоднячком", ручное огнестрельное оружие и даже минно-взрывное дело. А почему бы и нет? "Для тебя, шкет, ничего не жалко", – часто любил повторять один из инструкторов – старый казак Прохор. Впрочем, дальше определенной границы с ним не сближались и инструктора. Знания передавали – будь здоров, а вот обычные человеческие эмоции… Эх!

Однако неизбалованному вниманием Косте и этого казалось достаточно. Пока достаточно. Однако и эта стабильность длилась недолго. Куда-то под разными предлогами стали исчезать инструктора, да и сам Повилас все реже навещал стены тренировочного комплекса. Впрочем, тренироваться юноше не запрещали… Под ненавязчивым вниманием отца Ансельма. Тот тактично наблюдал из далека, как юноша шлифует свои навыки и тщательно следил за тем, чтобы Костя не пересекался с другими "обитателями" тренировочного комплекса. В груди же поселилась непонятная "дыра", от которой несло холодом и болью. И не было рядом человека, способного заткнуть ее добрым словом или дружеским плечом.

16-летие Костя встретил работая на небольшую банду, промышлявшую контрабандой и прочими "шалостями", не гнушаясь и убийствами тех, кто потенциально способен был разрушить их рискованный, но очень прибыльный бизнес. Парень же от откровенного криминала был далек, а потому занял место ближника главаря по вполне себе говорящему прозвищу Е-бань[40]. Раскосый азиат родом был из ханьцев, а потому сам в своем прозвище видел лишь символизм "ночных работников", не обращая внимания на легкие усмешки рускоязычных подчиненных. Да и почти безграничная жестокость, помноженная на азиатскую изощренность в пытках, с которой он решал конфликтные ситуации, ухмылочки стерла моментально. В иных случаях и вместе с теми лицами, "гасил облик" неугодного ханец быстро и без каких-либо рефлексий. Впрочем… не в ущерб делу, конечно же.

Работать на столь… противоречивого и резкого человека Костик не хотел абсолютно, да вот больно его духовник просил. Да пубертат диктовал свои условия – девушкой парень так и не обзавелся, а бордели требовали денег. Так что свое настоящее положение юноша оценил очень быстро. Ханец же тоже в накладе не остался, оценив работу юноши с короткостволом на дистанции "вплотную". Что связывало духовника и контрабандиста, столь легко доверившего спину незнакомому человеку свою спину? Костик если и задавался этим вопросом, то очень недолго – деньги сделали свое дело, а подсказки "старших товарищей" как их потратить с "пользой" для души и тела дали немало пищи для размышления и открыли огромное поле для экспериментов. Надо сказать, что отец Ансельм Константина из виду не выпускал, закрывая глаза на мелкие и не очень шалости, но пресекая любое разрушение ума и тела. Однако на людях они уже не встречались. Лишь изредка наставник приглашал своего ученика к себе.

– Ты воин, – глубоким голосом вещала сгорбленная годами и старыми травмами фигура, вечно укутанная старой сутаной, развалившись в любимом кресле. – Твоя задача жить и совершенствоваться в своих навыках. Люди не приняли тебя? Так докажи, что ты лучше их! Привязанность, дружба, сочувствие – все это для тебя должно стать пустым звукам. Непозволительными слабостями. Твой путь- путь одиночки – сильного, бесстрашного, тотально эффективного. Не позволяй лишним чувствам затуманивать твой великолепный разум. Все они…

На этих словах духовник обычно делал широкий жест в сторону единственного окна в келье школы.

– … Росли, жили и умирают так и не познав, что есть настоящая сила. Скажи мне, грех ли убить человека?

12-летний тогда еще Костик всего один раз отнес сей поступок к дурным, но зарекся повторять этот опыт после жесткой отповеди:

– А если он насильник, убийца, террорист, готовый рвануть бомбу в центре города? Всегда должны быть те, кто борются со Злом… радикальными методами. Как хирурги, осекая пораженный орган, спасают остальной организм. Ты солдат. Твой выбор всегда будет между плохим и ужасным. Это твоя судьба.

И Костик верил. Доверял он единственному близкому человеку. А как же иначе?

Казалось бы, живи да радуйся. Работа хоть и не слишком приятная, да ведь и навыки свои применять не приходится. Репутация Е-баня куда была куда лучшей защитой, чем ствол недотелохрана. Всего-то и обязанностей – маячить где-нибудь поблизости в готовности ко всему. А денежки-то капают… Да и времени на их трату стало куда больше, чем в иезуитском приюте.

Тогда-то и появилась Лера. Она была словно олицетворением всего того, чего так не хватало Константину. Добрая, смешливая девчушка буквально покорила его сердце настолько, что привитый ему в банде утилитарный подход к женскому полу по принципу "товар-деньги" дал трещину. Долгими часами они гуляли по старым латвийским улицам старого городка, которые теперь казались парню не угрюмыми и мрачными, а чуть ли не декорациями к рыцарскому роману с ним в главной роли.

Парень и сам не смог сказать, почему он впервые обманул отца Ансельма, скрыв свою влюбленность, но факт оставался фактом – делиться этим чувством ему не хотелось даже с духовником.

Целых два месяца Костик наслаждался неожиданно свалившимся на него счастьем, совершенно забыв, что большинство современных спецслужб используют наработки именно иезуитских сообществ в своей работе. Естественно духовник об увлечении своего воспитанника знал, но решил оставить все как есть. Пока…

Второй удар Судьбы, если она вообще существует, Костика почти сломал. Однажды его Лера просто не пришла на свидание. Молчал и ее телефон, отметки в мессенджерах "молчали". Через два дня нервы парня не выдержали напряжения, и он обратился к одному из "торпед" Е-баня, с кем у него сложились вполне себе приятельские отношения, с просьбой помочь найти девушку.

Уже через два часа он стоял перед холодным столом, не в силах отвести взгляд от изуродованного тела, лишь краем сознания фиксируя отчет патологоанатома: "обширные повреждения внутренних органов", "повреждения в области паха", "следы насилия", "множественные колото-резанные раны". А Костик все молчал. Молчал и запоминал. Запоминал каждую черточку не просто изуродованного, а изуродованного старательно, но все еще самого милого на свете для него лица… Так и не сказав ни слова, парень развернулся и вышел из мертвецкой.

Сутки он просто сидел на полу в своей квартире без движения, уставившись пустым взором в стену. В таком состоянии его и нашел обеспокоенный потерей воспитанников духовник.

Старый священнослужитель лишь обнял парня и прошептал всего три слова:

– Я. Найду. Кто.

Костик не отреагировал.

Отец же Ансельм свое обещание сдержал. Уже через 12 часов он назвал своему воспитаннику имя, адрес и примерный план работы по объекту.

С этой секунды у Костика появилась новая цель в жизни. Единственная цель в жизни. А вот мыслей не было. Совсем.

* * *
Усадьба Воронцовых. Оренбургская губерния. День 81 от прибытия в столицу Российской Империи.

Евгения Воронцова была в редком для нее настроении покапризничать. С самого утра. В такие моменты ее природное упрямство побеждало разум и подаренное Вселенной жизнелюбие. Угомонить девчушку в таком состоянии мог только брат. Но он был так далеко!..

– Не поеду! – Громко топнула ножкой Женечка, с явным намерением покапризничать. – Она мне не нравится! Просто не хочу!

– Девочка, послушай, мы просто прокатимся…, - начала штатный снайпер группы Лена-Кошка, коей сегодня выпало сопровождать сестренку Матвея в школу.

Однако договорить ей не удалось.

– Не хочу!

Командир группы меж тем лишь усмехнулся, напевая себе под нос:

Состояние у тебя истерическое,
Скушай, доченька, яйцо диетическое!
Или, может, обратимся к врачу?
Ни-че-го я…[41]
– Не хочу, – взвился к потолку ангара детский вопль. – Отпусти меня. Сейчас же!

Кошка лишь помотала головой, позволив кудряшкам, против обыкновения ниспадающим по плечам, пару раз хлестнуть ее по лицу. Растерянный же заместитель командира группы по прозвищу Могильщик, попытавшийся помочь девчушке забраться в машину, в смущении отдернул руку, что вызвало легкую усмешку окружающих. Двухметровый громила, что называется, поперек себя шире, разом приобретший вид какающего котика, действительно был забавен.

Тем временем, ситуация была с каждой минутой становилась все серьезнее. Запихать строптивую девчонку в машину не позволял прямой приказ графа, который в предчувствия обоих приемных внуков верил на полном серьезе. По крайне мере, в случае с Матвеем оно себя оправдывало всегда. На общих тренировках в этом мог убедиться каждый из собравшихся. Тем временем, еще пять минут провозиться, и на графике движения можно ставить крест, а это… просто непрофессионально, черт возьми!

– Ну, в чем дело? Тебе не нравится машина? – терпеливо спросил незаметно подошедший Андрей Крестов, похлопывая рукой по серебристому ребристому боку.

Чем ей не угодил графский Т-98 "Комбат" – было решительно непонятно. Еще вчера она с удовольствием каталась в исключительно комфортном салоне разработанного для перевозки VIP-персон в зоне боевых действий внедорожника. Впрочем, девчушка иногда цеплялась за какую-то мысль, и переубедить её стоило большого труда.

– Дааа, – притворно захныкала девушка, до этого момента никому не раскрывшая причин своего недовольства. – Мне она не нравится…

Вот так вот. Там, где другие вот уже 15 минут не могли понять, что происходит, 18-летний гвардеец Рода справился за 15 секунд. Так ведь то ж Андрей! Женечка хорошо помнила, с кем дружит ее брат. Да и в тайне от воспитателя у него всегда можно было найти небольшой кулек со сладостями для младшей сестренки лучшего друга.

– Хорошо, сейчас решим вопрос, – серьезно покивал он, глядя в сверкающие неподдельным возмущением из-под насупленный бровок детские глазки.

С этими словами он встал с корточек, и поправив костюм, отошел в другой конец гаража, чтобы поговорить с шефом. Гаражом, кстати, отдельное крыло графской усадьбы, назвать было сложно. Скорее на ум приходило определение "АТЦ – авто-транспортный цех". Здесь "квартировали" несколько десятков авто Рода: от дорогих внедорожников наследников, до машин трассового сопровождения охраны. Тут же проводился их ремонт и обслуживание. Нередко на прицепах завозились и вертолеты авиакрыла Воронцовых. Самолеты же, десяток лицензионных копий бразильского "Тукано", предпочитали чинить на небольшом аэродромчике, так же расположенном на территории Усадьбы. Под бизнес-джеты и транспортную авиацию были арендованы несколько ангаров в Пулково, так же уже освоенных техниками Рода.

Кстати, Женечка, решившая, что именно сейчас хочет побегать вокруг одной из "Тойот" охраны, со снятым на профилактику маго-кинетическим станкачом, об этаже под кодом "- 1" не знала. Между тем всего в пяти метрах от выбивающих веселую дробь по бетону детских сандалек, начинался потолок сопоставимого по размерам помещения, там своего часа ждали пусть старые, но содержащиеся в исключительном порядке БРДМ-2 и пара БТР-82. Род имел право на гвардию, а его история просто кричала о том, что содержать ее в готовности нужно всегда.

Кстати, был еще и этаж "- 2". О нем не знал даже Матвей.

– ТеееемааАААААА!!! – детский визг вновь заставил поморщиться старшего группы. Мысленно, конечно. Он же, б**дь, профессионал.

– Да, Женьк, – тут же появился молодой гвардеец, пряча телефон во внутренний карман пиджака. – Давай так, ты садись в машину, а я с тобой поеду. Провожу тебя до школы. Хорошо, милая?

– Дааааааа! – Ребенок был просто в восторге.

Еще бы! С Артемом вообще ничего не страшно. Всякий знает, что за сестренку лучшего друга молодой волкодав порвет вообще кого угодно не взирая на имя-звание.

– Так, тогда садись в машину, а я поеду с сопровождением.

– Нууууу, – снова надула губки Женечка.

– Евгения, – серьезно сказал широкоплечий парень, присаживаясь на корточки так, чтобы его голубые глаза оказались вровень с карими детскими. – Надо.

В этот раз кривляний не последовало. Матвеевская сестренка всегда знала, перед какой чертой про свои "хотелки" стоит забыть.

– Я не хочу никуда ехать.

Детская мордашка приняла не свойственное возрасту серьезное выражение лица.

– Вот как…, - протянул парень, но тут же спросил командира группы, жестом объяснив, что именно имеет ввиду. – Защита?

– Б7/Б8, - коротко ответил тот.

– Пойдет, – себе под нос буркнул парень, оборачиваясь к насупленной девчушке. – Тогда сделаем так…

– Уррааааа! – женькин счастливый визг подтвердил заключение "сделки".

– Только мне все равно придется ехать в другой машине, – усмехнулся парень, поднимаясь.

Улыбка девчушки слегка подувяла.

– Вот блин, – заключило чудное создание, и еще секунду поразмышляв, слегка наморщив лоб, констатировала. – Жопа!

Последнее заключение потонуло в хохоте телохранителей, легко перекрытом мощным ревом:

– ЭЭЭЭЭЭЙ, тебя кто так выражаться научил?!

Однако девушка уже юркнула в бронированное нутро внедорожника, вполне элегантно оставив вопрос без ответа.

Глава 11

Усадьба Воронцовых. Оренбургская губерния. День 81 от прибытия в столицу Российской Империи.

Худого парня с осунувшимся и посеревшим лицом уже сложно было назвать Костиком. Было что-то в этом имени легкое и беззаботное, что совсем не вязалось с пустотой и фанатичным блеском, поселившимися в глазах юноши. Вот только некому было рассматривать густо заляпанную грязью физиономию бывшего детдомовца – если бы кто и заметил его сейчас, то, скорее всего, это были бы мобильные группы гвардии Воронцовых, на границе владений которых он прятался вот уже несколько часов. Пока же его спасала замечательная разработка Американского Протектората, рассеивающая сигналы аналоговых сигнальных датчиков и щупов активации магических ловушек.

Да, братья-иезуиты были сильны, но и их спецам пришлось потрудиться, чтобы найти лазейку в обороне Усадьбы Воронцовых. Однако команде инструктора Повиласа это удалось. В конце концов, идеальной защиты не существовало никогда. Часов пять назад Константин получил ключик к небольшой лазейке.

– Парень, ты смотри, единственный шанс для тебя, как отработаешь, вернуться вот этим путем, – карандаш в руке инструктора описал извилистый зигзаг по разложенной на столе в зале тренировочного лагеря карте. – В противном случае…

– Инструктор, зачем ты врешь? – Голос парня напоминал шорох приминаемой сухой листвы на кладбище. – Ты прекрасно знаешь, что точку пуска засекут мгновенно, а так как работать мне придется из центра зоны покрытия орудий обороны поместья, то…

Повилас молча посмотрел в помертвевшие буквально за сутки глаза воспитанника.

– Ты стал мужчиной, – постаравшись скрыть печаль в голосе произнес он. – Это твой выбор и твой бой. Я верю, что ты исполнишь долг. Жаль, что нам лишь недолго довелось стоять плечом к плечу, но я почитаю эти мгновения за честь для себя.

Константин молчал, никак не реагируя на похвалу учителя. Наконец тот понял, что его слова бьются о стену потери ученика…

Тогда он просто отошел к стене и достал из шкафа небольшую шкатулку.

– Возьми, – открыл он свою ношу, вернувшись к так и не сдвинувшемуся с места парню. – Один сейчас, один через два часа перед самой акцией. Не будет больно и страшно, а блуждание ума не позволит отступиться от цели.

Механически протянув руку, молодой человек сгреб из ларца два шприц-тюбика, чтобы уже через пару секунд вогнать один из них себе в бедро, не обращая внимание на джинсы. Впрочем, какая теперь разница…

– Теперь иди, – старый учитель, на глазах которого, казалось, вот-вот выступят слезы гордости за воспитанника, крепко обнял высокого юношу. – Познакомься со снаряжением и… Удачного боя, брат.

Больше он ничего не сказал, так как длинные прощания были явно чужды старому вояке. А парень и вовсе ничего не ответил, – механически, но куда увереннее, развернувшись в сторону выхода. Боевой коктейль начал действовать.

Повилас в меру торжественным взором наблюдал за ним, стараясь чтобы взгляд изучал его лишь уверенность и гордость…

Да какая к черту разница за что! Дверь в зал уже хлопнула за спиной объекта № 314, как он проходил по внутренним отчетам Ордена, так что кривляться больше не перед кем. Словно маска медленно слезала с его лица, превратившись в легкий злорадный оскал. Он очень давно желал предъявить графу Воронцову некий счет. Ad majorem Dei gloriam, естественно. А как же иначе?

Постояв пару секунд, он достал из кармана пиджака телефон. Абонент ответил примерно через минуту.

– Триста четырнадцатый в работе. Группа прикрытия выдвинулась на позиции. Для них "Ч минус три часа двадцать минут. Основная задача к "Ч + два часа".

– Не жалко было такой материал использовать на одноразовую?

– А что с ним еще делать, – равнодушно пожал плечами Повилас. – Он стал слишком выходить за рамки рекомендуемой психмодели. Девчонку эту вот подцепил где-то… А ты в курсе, что он подавал запрос в МВД по поводу того, куда ушли деньги его родителей после смерти? Короче, пусть уж лучше с пользой сдохнет, чем самостоятельно его утилизировать.

На том конце трубки повисло недолгое молчание. Впрочем, чего теперь думать, когда объект уже выведен на цель, и послан сигнал пуска. В конце-концов их для этого и готовят – однажды сдохнуть со связкой взрывчатки на поясе. Образно говоря. Отца Ансельма же волновал вопрос не "продешевили" ли? Все-таки объект такого уровня подготовки можно было использовать куда рациональней.

– Ну, тебе виднее, – наконец произнес он негромко. – Не забудь щенку воронцовскому потом скинуть кто и за что ее… Все. Отбой.

– У короля много, – равнодушно поделился с коротким гудками Повилас, отнимая трубку от уха.

По легенде именно этой фразой провожает капитан флота Её Величества гибель своего или союзного корабля.

Постояв секунду и прикинув план дел на день, он бодрым шагом отправился на выход, уже почти выбросив из головы очередной использованный объект. Хотя… Девочка, послужившая спусковым крючком, была чудо как хороша. Он сам с удовольствием провел с ней немало времени, готовя "срыв" для тристачетырнадцатого.

А так…

Сколько таких было.

Сколько таких еще будет.

* * *
Тем временем человек, ранее носивший имя Константин, лежал не шелохнувшись, прикидывая сколько ему времени понадобится на приведение "инструмента" к бою и выстрел. Почему носил имя в прошедшем времени? Да много ли осталось от того веселого и любопытного паренька в сгоревшей оболочке, что сейчас подмерзающими пальцами все крепче стискивала оружейный баул.

Место братья выбрали удобное. Прямо перед поворотом, где машины просто вынуждены будут сбросить скорость, дабы не вылететь с трассы. Законы физики еще никто не отменял. Кто сказал "магия"? Так ведь это всего лишь способ влиять на мир при помощи других физических принципов.

Парень мерз. Хоть снаряжение было подобрано вполне грамотно, а грелка исправно поддерживала под курткой комфортную температуру, – 10 все равно не подарок. Особенно если лежать на голой земле несколько часов к ряду. Эх, коврик поролоновый не прихватил, промелькнула запоздавшая мысль. Да только в том состоянии апатии, что его охватило перед выездом, комфорт – последняя вещь о которой хотелось думать. Нет, холода он, после той химии, что его накачали, не испытывал абсолютно. А вот пальцы слушались все хуже. Перчатки забыл. Да и вообще после укола сознание какое-то путанное стало, плывущее. Зато ни страха, ни холода, ни сомнений!

А время шло.

Сменился дежурный разъезд на развилке при выезде с земель Воронцовых. А что, они тоже не дураки. Вполне себе представляют, где машины уязвимее всего. Вот только и их старый Повилас перехитрил. Он-то вон уже покуда забрался. Да еще и "реактивную палку" с собой притащил. Только бы не подвела.

Хотя всего каких-то 37 часов назад он лично и по пунктам проверил боеготовность "инструмента":

– Проверил срабатывание спускового механизма, "порадовавшись" звонким щелчком улара курка по бойку.

– Проверил сбоку трубы и патрубка, а так же убедился, что шайтан-машина не развалится до первого выстрела, а что будет после – уже не важно! Все равно пальнуть больше одного раза у него не получится.

А больше ничего проверять и не нужно – конструкция же простейшая.

При мысли о том, как он сотрет это чудовище с лица земли, парень жутковато улыбнулся, а руки автоматически сжали сумку со старой доброй ТБГ-7В, украшенную столь четкой и изящной вязью рун, что должна словно воздушный шарик иглой прошить любую магическую защиту. Ну а о вполне себе материальном металле и его цели в салоне позаботится термобарическая начинка гранаты. С гарантией.

Чуткое ухо "взбодренного" боевым коктейлем организма, уловило звук приближающегося самолета за полкилометра. Теперь только не шевелиться и молиться, чтобы накидка случайно не задралась, выдавая диверсанта (по определению Повиласа) и палача (по собственному мнению), противника. К его облегчению, "Тукано" весело прострекотал лопостями чуть ли не над его головой без всяческого отклонения от маршрута. А это значило две вещи:

1. Он будет жить. Еще сколько-то.

2. Кортеж скоро должен быть.

Действительно, всего через 8 минут рация "щелкнула" несколько раз. Наблюдатели подтвердили. Объект в движении. Еще минуты две спустя смертник и сам увидел движущие машины. Счет пошел на секунды.

"Заряжай", – мысленно отдал себе парень уставную команду, слегка усмехнувшись.

К этому моменту колпачок с гранаты был уже снят, а сама она собрана с пороховым зарядом. Чисто автоматически парень проверил не взведен ли курок, после чего выстрел занял свое место. Осталось ждать. Скрываться уже смысла не имело, так что он просто встал на одно колено, и стал ждать, когда машины замедлятся в расчетной точке.

Дальнейшее произошло, как и все зло в мире, обыденно и скучно, от чего становилось еще страшнее. Пороховой заряд отправил гранату к цели, попутно неслабо оглушив даже и не подумавшего о берушах стрелка. Миг, и головной Т-98[42] окутался облаком дыма, чтобы через несколько мгновений с веселым треском занялось пламя.

Вот только водитель "Тойоты" сопровождения не стал прикрывать от повторного обстрела свой "объект", а дал по газам, явно рассчитывая как можно быстрее свалить из зоны поражения. С другой стороны его можно понять, ведь жить-то всем хочется, а охраняемое лицо уже уничтожено…

К этой секунде наблюдатель на разъезде вычислил точку пуска, дав целеуказание снайперу, который с великой охотой "исполнил" убийцу не только объекта, но и коллег, еще не успел упасть на асфальт подлетевший метров на двадцать вверх капот уничтоженного авто.

Сам же парень в последний миг жизни так и не смог почувствовать счастья от свершившейся мести – коктейль в его крови глушил почти все эмоции. Однако краткий миг удовлетворения он успел осознать. Тяжелый бронированный джип был разорван взрывом почти пополам.

* * *
Кабинет раздосадованного князя Михалкова. Вечер того же дня.

Снег с дождем. Ох, и не любил княже такую погоду. Ни видно ничего на расстоянии пары десятков метров. Воды Мойки же казались ему мутными и навивающими тоску. Да и возраст уже, возраст. Реагирует тело на такую погоду. Не самым лучшим образом, да…

Впрочем, смотрящий невидящим взором в окно Михалков о погоде не думал совершенно. Только что ему пришлось немало выслушать от старого друга Гриши… Которому он так и не смог дать внятный ответ на простой, в общем-то, вопрос: "А во что ты, Никитушка, внучка моего втянул, что около моей Усадьбы теперь смертники с гранатометами толпами бегают?!". По результату разговора выходило, что теперь Род Михалковых должен Воронцовым. И должен неслабо!

– Андрей Иванович подошел, – негромко сообщил почти бесшу*мный помощник главы "Тройки".

Никита Владимирович уже почти перестал вздрагивать, когда неожиданно слышал тихий голос профессионального пластуна за спиной. Разве что когда сильно уходил в свои мысли. Вот как сейчас. Эх, хорошим пластуном был Коленька, да кабы не увечье… А просить хотя бы покашливать, обозначая свое присутствие вроде как главе такой серьезной службы вроде как и невместно. Эх… А, к черту все!

– Проси, – только и кивнул хозяин кабинета.

Легкий сквознячок подсказал ему, что дверь в помещение на секунду приоткрылась. Как всегда, помощник исчез абсолютно бесшумно.

Зато в кабинет вошел Ефимовский. Это можно было понять по аромату дорогого трубочного табака и легкому шороху бумаг. Какие-то отчеты принес, видимо. Как же раньше просто было: где свои понятно, где чужие – тоже! Задача всегда была проста: выживи, сохрани людей, и дави неприятеля! А сейчас… Отчеты, совещания, бюрократия… Тьфу!

Михалков помотал головой, разгоняя душевную слякоть, и повернулся к визитеру, дабы не видеть еще и слякоти заоконной.

– Садись, Андрей Иванович, – князь махнул рукой на гостевое кресло. – Что у тебя по этому смертнику?

Ефимовский устроился в кремле и неторопливо достал планшет. Действительно. ТЕПЕРЬ им совершенно точно спешить некуда. Задача в другом – размотать ниточку до самого конца.

– Наш смертник – Константин Игоревич Гусев, 20-ти лет от роду, – неспешно начал полковник доклад. – До последнего времени подвизался в охране главаря контрабандистов Е-беня. Справку подготовил отдельно. Предположительный мотив: месть. Люди генерала Воронцова потопили почти весь москитный флот Семьи Вэй, промышлявший контрабандой в зоне ответственности бригады. Среди погибших был и отец Е-беня. Объект прибыл с территории одного из Прибалтийских государств за 12 часов до акции неустановленным способом. На пунктах пограничного контроля не отмечался. Воспользовавшись "окном" в системе безопасности Усадьбы Воронцовых, он устроил лежку на границе их владений. Снаряжение западного образца позволило ему скрыться от датчиков Усадьбы и электронных систем наблюдения. Анализ радиоэфира дает предположить, что в районе действовала еще одна группа высокой выучки. Возможно, корректировщики. Следов группы, кстати, так и не нашли, хотя наши люди там буквально землю рыли… Засада организованна грамотно. Стрелок подловил машины на повороте, и, когда кортеж снизил скорость, произвел выстрел из гранатомета РПГ-7Д гранатой ТБГ-7В. Судя по всему, стандартный выстрел был каким-то образом усилен, так как купол просто лопнул, а броня…

Князь задумчиво покивал. Он не по наслышке знал, что такое термобарическая граната, что в помещении до 300 квадратных метров не оставляет шанса ничему живому. Что уж говорить о машине, пусть и бронированной.

– На этом все.

Князь задумчиво приподнял бровь.

– Григорий Никитич был… Очень расстроен произошедшим, – очень дипломатично передал слова графа Ефимовский. – А потому пригрозил пристрелить любого, кто попробует сунуться на их землю. А так как приказа начинать войны с Родом Воронцовых у меня не было, то…

Полковник развел руками.

Князь на это лишь кивнул, невесело усмехнувшись. Он вполне себе представлял, что именно услышали люди Ефимовского от разъяренного графа, но… Старый друг в своем праве.

– То есть, некто, имеющий возможности перебросить через границу смертника и серьезное снаряжение и вооружение, а так же серьезные ресурсы для анализа защитных систем уровня "Бастион" и выше проникает на территорию одного из Древних Родов и имеет возможность совершить выстрел, – с легкостью вычленил главное в докладе подчиненного князь. – Я правильно понимаю ситуацию? Ах, да, при этом еще рядом ошивается группа спецов, а мы не сном ни духом, так?

Никита Владимирович сохранял внешнее спокойствие, но полковник не обольщался – его шеф пребывал в самой настоящей ярости! Еще бы, его служба получила ощутимый щелчок по носу. О котором незамедлительно стоило сообщить Императору.

– Готовь группы и оперативное сопровождение, – отрывисто бросил князь Ефимовскому. – Нанесем ответный визит…

– Цель визита? – невозмутимо уточнил полковник.

– А вот тут надо хорошенько обдумать!

Ефимовский лишь коротко усмехнулся на оскал шефа. Злым и собранным тот нравился полковнику куда больше!

– А ты, давай, принеси мне свою гостевую!

О, так шеф еще и покурить решил, раз просит запасную трубку.

"Отлично", – злорадно усмехнулся Андрей Иванович. Сейчас князь думать будет. И кому-то по результатам этих "думок" сильно не поздоровится!

Глава 12

Контора в районе складов крупного латвийского порта. 4:15 утра.

Хорунжий Черноморского козачьего войска Коваленко Константин, по батюшке Прохорович, западные фильмы любил. Особенно боевички современные. Намедни он с удовольствием посмотрел очередную, как дед его говаривал, фильму о лысой груде мышц, что носится по джунглям в поисках сыночка какого-то мафиозного боса. Вот как, скажите на милость, опытному пластуну сдержать смех при виде громилы, палящего с двух (!), вытянутых (!!) рук из помповиков (!!!). Перемещаться при этом прямо посредь поля боя – да почему бы и да! И плевать, что вражины все сплошь автоматическим вооружены, а, значит, чисто статистически обязаны были устроить здоровяку демонстрацию понятия "дуршлаг"! Отличная комедия!

А вот проза жизни она другая. Например, имперский волкодав, ряженный в нечто походно-туристическое, "отдыхающий" на исходной позиции перед броском. Вот такое случается, цинично говоря, сплошь и рядом. Туристы они вообще "ребяты" такие – куда хошь пролезут! А уж если подобных ребятишек еще и расширенным набором выживания снабдить…

Коваленко с удовольствием осмотрел пространство перед интересующим их складам, и, к своему полному удовольствию не увидел ничего, что могло бы выдать притаившихся бойцов его десятка. Некстати, пришла мысль, что хрен бы он спрятал здесь подобную киношному "герою" гору мышц.

Впрочем, сегодня его задача мало отличалась от работы перекачанного лицедея…

Хлопок ладони по плечу. Так, через 40 секунд рывок. Внутренний таймер начал отчет.

– Вперед, – громко рявкнул он, пересиливая себя.

Как правило, операции его десятка проходят в полной тишине, но сегодня требовался шум, гам и азартные выкрики бравых штурмовиков. Без пошлого актерства, конечно. Но с нарочитой небрежностью.

Восемь одиночных выстрелов слились в один, лишая противника бойцов-наблюдателей, Тут же сменяясь хоть и скупой, но слегка заполошной стрельбой "на подавление". Жечь боезапас уже не по кому, однако картинка, картинка…

Пока четверка пластунов развлекалась невозбранной тратой казенного имущества, хорунжий еще с четырьмя бойцами словно тени неслышным броском подобрались к стене склада. Несколько ударов ножом в очередного мечущегося часового, и вот Мыколка уже дает сигнал "чисто!".

Опытному же человеку сразу ясно, что 8 из 9 колотых ранений – лишние. Однако для картинки – почему бы и нет?

Тем временем, над утренним портом поднимается стрельба. О, неужто местные "вояки" открыли ответный огонь? Нашим легче! Под шумовой завесой и прятаться легче!

Словно тень пластун сместился к комнате охраны, где слышался топот ног и невнятные команды на чужом языке.

– Ну, это дело нам знакомое, – едва слышно прошептал казак в усы, отгибая усики уже чеки гранаты.

Ребристый корпус вкатился в помещение, весело подпрыгивая по полу. Тугая волна взрыва привычна ударила по ушам, и уже через миг огненный ад в отдельно взятой комнате, сменился адом стальным. Две тени легко влетели в комнату, заливая очередями любое подозрительное шевеление. Благо правок почти и не требовалось. Однако – порядок! Тренированный слух хорунжего отметил, что стрельба на улице смолкла. Что ж, значит не осталось у этого вертепа "защитников". Али наоборот – его людей "подавили". В последнее он не верил. Фантастика. У нас же все-таки не кино совсем.

Выйдя в общий коридор, он с удовольствием обнаружил готовую ко всему тройку бойцов, со своими задачами уже справившуюся.

– Вперед, – вновь взревел командир, чувствуя себя полным идиотом. – Пошли! Быстрее!

До лестницы на второй этаж добрались без проблем, нескупыми очередями выкашивая все живое. Зря что-ли двойной от норматива на подобную акцию боезапас тащили.

Та-да-да-да-да…

Как-то туго ухнул пулемет на втором этаже. Да возблагодарим Государства Российское за производство отличных активных наушников! Они что, станкач на пролете поставили? Ну кто ж так воюет? Интересно, кто-нибудь из них еще что-то слышит?

Два щелчка в эфире от проникшего через крышу снайпера поставили в этом вопросе вескую точку – никто из расчета уже точно ничего не слышит.

К каморке местного командования прошли едва не как на параде. Потому Коваленко даже на предложение сдаться расщедрился некому Е-беню, но судя по плотному ответному огню был отправлен этим самым товарищем в далекие е-беня. Ну на нет и суда нет. Хорунжий тоже почитал верной заповедь не суди и не судим будешь, а потому быстренько организовал засевшим боевичкам путевку на высший суд при помощи пары гранат. А там уж пусть Всевышний разбирается.

* * *
В особняке на улице Пилес всегда царила деловая суета. Мощный вычислительный и аналитический центр обрабатывал данные от ячеек по всей Руси и бывшим её частям, потерянным в последнем противостоянии. В пресс-центрах проводились совещания, брифинги и планерки. На закрытых для общего посещения этажах тоже суета была более упорядочена, но и в ней угадывалась деловитость муравейника. Здесь люди несли за свои решений настоящую Ответственность. В иной раз даже и головой. В центре этого людского водоворота, что не останавливался ни на минуту, было лишь одно место покоя и расслабления. Своеобразным "оком шторма" служил кабинет Магистра. Строго говоря, такой должности в штатном расписании не было. Но все называли этого человека именно так.

Отделанный под старину кабинет с настоящим камином был со вкусом обставлен, напоминая антуражи времен Ост-Индийской компании – массивная мебель, огромный стол, обитый зеленым сукном и книжные шкафы вдоль каждой из стен. Два удобных кожаных кресла, между которыми расположился большой глобус-бар, позволяли Магистру и его гостю с комфортом расположиться в пол оборота к весело потрескивающему огню.

Оказаться приглашенным сюда – было мечтой каждого из братьев, ибо означало, что Сам их заслуги оценил и выделил среди остальных. Верный прицел на следующую ступеньку в иерархии Товарищества Иисуса.

Сегодня эта честь выпала старому вояке Повиласу.

– Может быть чаю? – гостеприимно предложил хозяин кабинета.

– Благодарю, я бы не отказался, – склонил голову в благодарном поклоне гость.

Сегодня ему пришлось большую часть дня буквально носом рыть в остатках базы контрабандистов под противным моросящим дождем, так что горячий напиток был весьма кстати.

К удивлению Повиласа, старик сам встал с кресла и направился к чайному столику, где на небольшом столике над газовой горелкой уже доходил небольшой прозрачный чайничек.

– Не люблю я современные электрические игрушки, – признался он, колдуя над напитком. – Нет в них изящества. То ли дело самому, над живым пламенем, когда нужная температура угадывается чутьем и многолетним опытом, а не бездушным щелчком кнопки.

Руки старика с удивительной для его возраста грацией и ловкостью порхали над столиком, переливая, смешивая и давая чуть настояться.

– Прошу, брат, – Магистр не погнушался сам преподнести гостю небольшую чашечку. – Согревайся и собирайся мыслями.

На некоторое время кабинет погрузился в тишину. Горячий напиток теплой волной обволок тело, согревая даже замерзшие за день пальцы, в то же время проясняя ум. Вкус был настолько хорош, что гость уделил несколько минут вдумчивой дегустации.

Магистр не торопил.

– Благодарю, Старший, – в очередной раз склонил голову Повилас. – Чай и вправду хорош!

Магистр тепло улыбнулся одними губами. Однако взгляд, как и обычно, был собран и холоден, что человеку понимающему говорило очень о многом.

– Тогда расскажи мне о том, что удалось узнать по поводу налета на базу нашего друга Е-беня.

Последние два слова старик произнес с ехидной усмешкой. Для него не было секретом, сколько "прилипало" к загребущим ручонкам контрабандиста имущества Ордена во время иных… негоций. Впрочем, до недавнего времени ханец пределы своей наглости видел, а процент "утряски и усушки" казначеем закладывался в сумму оплаты разнообразных услуг. Всех все устраивало ровно до того момента, когда кое-кто окончательно потерял разум от жадности. Увы, иногда это презренное чувство становится настолько сильно, что давит все базовые инстинкты. В том числе и осторожность.

– Около 4 часов утра в районе порта произошло боестолкновение с участием…

– Постой, – перебил старик гостя, поднимая ладонь вверх. – С официальными отчетами я знаком уже два часа как. Мне интересно твое мнение о произошедшем.

– Что ж, нашего друга Е-беня пожгли весьма основательно, попутно уничтожив весь его флот, что был в данный момент на рейде, – Повилас на секунду замолк, корректируя свой доклад с учетом пожелания хозяина кабинета. – Я бы сказал, что налет организован профессионалами, но замаскирован под разборки между местным криминалитетом.

Старик откинулся на спинку кресла, сведя руки перед собой, словно Ришелье из старого-доброго фильма (он вряд ли бы кому признался, но одного из его любимых фильмов вероятного противника).

– Продолжай, – попросил он. – Почему ты думаешь, что этот хитрый лис не оттоптал еще чью-то мозоль?

Повилас твердо взглянул на собеседника.

– Я сегодня целый день ковырялся в трупах, и могу сказать, что дырок в них намного больше, чем необходимо для решения задачи.

Поднятая бровь внимательного слушателя послужила сигналом к дальнейшему рассказу:

– Например, на второй палубе одного из не до конца сгоревшего катера я нашел тело. Одно пулевое ранение совершенно точно было смертельным, а остальные были нанесены буквально для антуража. При работе с баллистиками мы нашли 17 огнестрельных ранений, по-моему мнению в уже мертвое тело. При этом в стене были найдены еще с десяток следов от пуль, но даже мне было ясно, что попасть пули, если целились именно в этого бойца, под таким углом войти в переборку вообще не могли.

– Хм, – задумался Магистр. – То есть, некто аккуратно снял объект, после чего уже вплотную выпустил в мертвое тело половину магазина, а затем "хлестнул" по стене, чтобы создать впечатление перестрелки… Весьма интересно. Почему же они тогда не взяли живьем ханьца? С их профессионализмом…

Старик сделал расплывчатое движение рукой, показывая, что труда это действие для нападающих особенно не составило бы.

– Судя по анализу камер наблюдения, они пытались, – пожал плечами визитер. – Вот только то ли Е-бень что-то там подорвал, то ли штурмовая группа с гранатами перестаралась, но там рвануло так сильно, что и часть атакующих похоронило.

– И ты думаешь…, - поощрительно улыбнулся Магистр.

– Не стоит приписывать нашим врагам дьявольских возможностей, – слегка качнул бритой головой Повилас. – Скорее всего, просто ошибка. В конце концов, у ханьца в охране тоже не самые последние бойцы были.

Кабинет вновь погрузился в тишину. Сгорбившемуся в кресле старике требовалось время на анализ поступивших данных.

– Полагаешь, послание достигло адресата и он решился на ответный шаг?

– Наш контакт у казаков сообщил, что вчера Старый Коршун срочным порядком прибыл в штаб Черноморского козачьего войска. Пробыл он там несколько часов, присутствовав на двух встречах. К сожалению, их содержания нашему конфиденту раздобыть не удалось, но соотнося выучку налетчиков и эту информацию, можно предположить, что…

Повилас не стал заканчивать фразу, но старик твердо договорил:

– Можно.

Секундная заминка в разговоре была сметена одним единственным вопросом:

– То есть, к нам никаких ниточек не ведет?

Уродливое лицо вояки на миг застыло, вслед за подобравшимся телом вояки, но он все же нашел в себе силы твердо ответить.

– Следов нет. Подчистили на полную глубину.

– Что ж, – лицо Магистра чуть смягчилось. – Тогда волноваться не о чем. Благодарю за вашу работу, брат Повилас.

Визитер покинул кабинет, стараясь сохранить невозмутимый вид. В залог ТАКИХ обещаний ВСЕГДА оставляют свою голову.

Однако и сделанного не воротишь. Остается лишь еще раз проверить, не допустил ли он какой ошибки.

* * *
За 22 минуты до начала атаки хорунжего Коваленко на базу Е-беня.

Две тени проникли на охраняемую территорию словно призраки, и едва различимыми тенями залегли на крыше складского комплекса, где скрывался главарь местных контрабандистов. Каким образом они умудрились протащить с собой не только необходимые стреляющие, взрывающиеся и колюще-режущие игрушки, но и пару здоровенных баулов под сплошным перекрестным наблюдением не потревожив чуткой электроники, чувствительной магии и взоров бойцов парных постов было абсолютно непонятно. А сами бы они никому и ни за что этого не рассказали. Как-никак на обоих подписок со строгими грифами и печатями было столько, что в небольшой квартирке можно было обновить обои. Да и вообще их здесь не было, судари мои! Видел их кто? Нет? Ну, а вы говорите…

Тем временем, Тень № 1 буквально вжалась в теплый металл, прислушиваясь к окружающей среде ровно до того момента, пока Тень № 2 не выбила самыми подушечками пальцев знакомый лишь людям понимающем в суровом мире боевых пловцов ритм.

Чисто механически мозг первой Тени отметил, что "зубрилы" из отделения РЭБ взяли объект под контроль. Тело же начало обманчиво-медленное и плавное движение в сторону огромного светового окна на крыше здания. Недолгие манипуляции со специнструментом и вот круг из мутного от времени стекла аккуратно отложен в сторону, освободим путь диверсанту. Веревка, к счастью не понадобилась. Мощные перекрытия крыши вели как раз к к будочке, где во времена имперского подданства страны и рассвета порта сидели мастера, а вовсе не пяток головорезов со своим предводителем. Нужно уточнить, что точка эта находилась метрах в семи над пристройкой.

С начала операции прошло 4 минуты 28 секунд.

Ожидание напарника и крепление баулов на перекрытии заняли еще 37 секунд. Тщательно отмерив длину веревки, чтобы конец не стукнул по металлической крыше пристройке, Тень № 1 спустилась вниз, немало не опасаясь, что его заметит расположившийся в трех метрах от будочки расчет пулемета, занявший точку перед лестницей на первый этаж. Напарник-то тоже учен неплохо, а потому бдит и ствола не опускает.

Уже через несколько секунд после касания мягких подошв запыленного металла, в будочке стали раздаваться плевки и шорохи, кои вполне успешно погасил обычный для большого склада шум и гам. Лишь один из пулеметчиков лениво обернулся на шум резко опускающегося жалюзи, но рассмотреть что-либо в будке так и не успел.

Тень № 2 тем временем стала аккуратно транспортировать с высоты привезенные баулы в комнату мастеров, как гласила привинченная еще лет тридцать назад табличка. Пулеметный расчет теперь "держал" теперь второй боец.

С начала операции прошло 9 с половиной минут.

Зайдя в комнатушку боец затащивший боец убедился, что четверо из присутствующих угрозу уже не будут представлять никогда, а еще один надежно зафиксирован на полу и для надежности придавлен в шее коленом следящего через открытый прицел за расчетом напарника.

Как только вторая Тень заняла место наблюдателя, первый боец споро оттащил в уголок повязанного ханьца и поднес ему под нос небольшой пузырек. Через секунду мутный взгляд из мутно-потерянного стал зло-собранным. Если бы Тень № 1 сейчас мог позволить себе эмоции, то наверняка бы одобрительно хмыкнул. Профессионал. Таких уважать надо. Нет, этот день он не переживет однозначно. Но отнесутся к нему с уважением.

– Вы профессионал, – едва слышно начал шептать на ухо пленнику боец, не забыв включить диктафончик на память. – Кричать и пытаться выиграть время бесполезно. Мы зададим несколько вопросов, на которые получим честные ответы. Скополамин использовать просто нет времени, а альтернатива ясна. Жизнь не обещаю. Должны понимать. А вот "легкий уход" запросто.

После этих слов Тень крепко сжала горло, чтобы из него не могло вырваться и звука громче едва слышного сипения и аккуратно ослабил завязки кляпа. Однако все было зря. Упрямый ханец всем своим видом показывал, что говорить не желает.

Кляп вновь занял свое место.

"Уважаю", – все-таки промелькнула мысль в голове Тени, тут же "забитая" боевым режимом в самый уголок сознания. Это персонаж далекий от невидимых войн может поиграть в героя. Он просто не представляет, что можно сделать с человеческим телом в считанные минуты. Профессионал же делает выбор в пользу "молчанки" полностью осознавая последствия.

Ханец продержался целых семь минут, перед тем как выдать свою сорокасекундную исповедь. Впрочем, осталось ли после запредельной боли в сломанной кукле хоть что-то человеческое? Кто знает.

"Уважаю", – мелькнула столь же мимолетная мысль у командира группы за миг до того, как тонкий стилет прервал мучения оказавшегося столь крепким врага.

Впрочем, не успел боец отвернуться, как мысль о новопреставившемся ханьце вылетела из его головы. Обратно она так и никогда не вернулась. Специфика, однако…

Сделав пару знаков напарнику, боец вновь взял на прицел площадку перед комнатой мастеров. Тень же № 2 тем временем извлекал из баула форму и оружие, какими пользовались налетчики, что уже через несколько секунд должны были начать атаку. Освободившееся в баулах место заняло оружие и одежда местных. Вся. Вплоть до трусов. Брезгливые бы недовольно сморщились, но на работе подобные эмоции Теням были незнакомы.

Дождавшись, когда с шумом и гамом до места уже уничтоженного расчета добрались штурмовики-союзники, один из бойцов дал через стену очередь на пол короба из РПК, чтобы дать нужную картинку для камер наблюдения. В том числе и "секретных", которые нападавшие "не нашли".

Мгновение понадобилось на активацию подготовленного заряда и… Тени исчезли, как им и полагается. Хотя до полудня было еще ой как далеко.

Глава 13

ПИУ. День 83 от прибытия в столицу Российской Империи.

От сессии до сессии живут студенты весело! По крайней мере, студент Воронцов так точно! Правда, в то время, когда многие его однокурсники понимали веселье как отдых от нудных преподов и отрыв всеми силами молодой души, Матвей кайфовал в стенах alma mater. Зачастую на парах он с удовольствием охватывал свой поток умиротворенным взглядом – под сотню корпящих над трудами классиков, древними языками, либо спецпредметами молодых людей и девчонок. Тихо, спокойно, и никто никому не пытается залезть в трусы, либо отравить организм каким-нибудь новомодным химическим соединением. Ну, хорошо, про отсутствие сексуальных поползновений он, конечно, загнул. Однако здесь все происходило настолько… невинно по сравнению с тем, что он успел повидать за последние полгода проживания в столице, что ничего кроме чувства некого умиления не вызывало. Даже Демидова в этот миг не пыталась проявить всю свою тягу к разрушению порядка вокруг себя, а чинно выполняла задания наравне со всеми. Ну, хорошо, намного быстрее, на две головы обставляя получившего очень неплохое родовое воспитание Матвея и еще нескольких аристократов. Впрочем, и в момент вынужденного безделия она не пыталась набить кому-нибудь морду или взорвать к чертям что-либо ей не понравившееся, а доставала планшет или ковырялась в каких-то своих записях. Даже с разрешения преподавателя, как ни странно.

– Ты чего такой довольный? – хмуро поинтересовался Кирилл, с подозрением разглядывая развалившегося на скамье Матвея.

Что ничуть не мешало последнему конспектировать довольно бодро начитывающего лекцию преподавателя.

– Тихо, спокойно, Демидова чем-то полезным занята, – не прерывая записей, ухмыльнулся он в ответ.

– Поссорились, что ли? – пользуясь правом приятеля, довольно невежливо поинтересовался Потапов, кивая в сторону умостившейся на четыре ряда ниже Ольги.

Матвей попытался перевести взгляд на девушку, но взгляд его остановился на срезе довольно высоко задравшейся юбочки старосты, навалившейся на парту, чтобы что-то прошептать на ушко соседке "снизу".

– Да нет, – слегка улыбнулся Матвей, разглядывая открывшуюся картину. – Но не можем же мы все время быть рядом. Надобно и личного пространства немного… иметь.

– Ну, про "иметь", я тебя понял, – довольно скабрезно пошутил Кирилл, перехватывая взгляд собеседника.

Воронцов даже порадовался про себя вспыхнувшему в глазах Боброва интересу. Все-таки не совсем в науку ушел, а значит есть шанс "сделать из него человека", как неоднократно приговаривала Ольга. Впрочем, Матвей подозревал, что главное в этом процессе не дать разгуляться фантазии шебутной девчонки. Кирилл – парень неплохой, а потому Воронцов для себя решил, что совсем уж "делать человека" из него Ольге не позволит. Не фиг. Этому городу нужны не только "супер-герои", но и нормальные адекватные люди! Хоть в каком-то количестве.

– А если серьезно? – продолжал канючить однокурсник, словив оооочень подозрительный взгляд "допрашиваемого".

– Ну-ка, – протянул Матвей самым задушевным голосом, на который был способен. – А теперь, друг мой, расскажи-ка мне, чего это в тебе такой интерес к моей личной жизни проснулся?..

Кирилл стушевался, но уже через несколько секунд, с каждой из которых взгляд Воронцова становился все холоднее, раскололся как перезревший арбуз: с треском, удовольствием и брызнувшими от с огромным трудом сдерживаемого смеха слезами.

– Ох, – наконец пробормотал юный маг, вытирая слегка покрасневшие глаза. – Дурак ты, Кир…

Тут уж и Матвей воспользовался правом приятеля выговорить товарищу все что думает не особо считаясь с выражениями.

– … Ты золотую рыбку поймал, а сидишь и хнычешь "что мне делать?"!

А история-то на самом деле комичная. Оказалось, что вся слава безбашенной наглухо девчонки, не отменяет двух простых фактов:

а) Демидова действительно красива, а буквально брызжущая из нее энергия и задорно-лукавая улыбка буквально походя разбила немало сердец.

б) Род Демидовых ОЧЕНЬ богат, что интерес общества к одной из его наследниц подогревал до запредельных высот.

На какие только хитрости и даже прямое давление не шли молодые отпрыски не только знатных родов, но и даже неблагородного сословия, в надежде выловить хоть грамм информации, которая помогла бы им подобрать ключик к сердцу строптивой красавицы. Вплоть до угроз физической расправы, что слегка напрягло Матвея. Однако уже через несколько секунд он вновь смеялся над объяснениями Кирилла:

– Подходит ко мне барон Рыльский и с места в карьер: я, сударь с вами стреляться желаю, так как стоите на пути вы моего счастья, – парень на миг замолчал, смахивая с красного лица выступившую от сдавленного хохота слезинку. – Впрочем, имеете возможность дуэли избежать. Поможете мне Демидовой сердце завоевать?

Матвей с трудом сдержал громкий смех. Зная манеры и воспитание Рыльского…

– Что, так и спросил?

На то, чтобы собрать силы на ответ, у Кирилла ушло несколько секунд:

– Да нет, конечно, – просипел он севшим голосом. – Зажали меня около мужского туалета и потребовали в стиле: "Короче, мудак малахольный, ты же хочешь, чтобы у подружки твоей достойный кавалер был?! Ну так я он и есть. А ты мне в этом поможешь!".

– А ты что на это ответил? – уточнил чуть посторожевший Матвей, которому перспектива издевательств над однокурсником не понравилась от слова совсем.

– Я уточнил, что правильно ли я понимаю, что тот хочет затащить Ольку в койку, да еще и деньжат на этом поиметь. Рыльский подтвердил. Ну, и кто я такой чтобы стоять на пути любящего сердца?

Матвей с интересом ждал продолжения.

– Раз человеку настолько невтерпеж, я решил дело не откладывать, а помочь человеку на месте. Он же от светлых "чуйств-с"! Предложил я ему помощь с объяснениями, тем более и Оля подошла как раз. Ну, я и выдал: "Оль, тут молодому человеку трахаться хочется, что аж не может, и он очень рассчитывает, что ты ему в этом деле поможешь"!

Лицо Матвея приняло столь же насыщенный красный цвет, что и у его собеседника.

– Не поверишь, Демидова даже в лице не изменилась, – возбужденно шептал Бобров. – Лишь уточнила "это все, чего он хочет?".

– Я же честно ответил, что нет, мол, доплатить ему еще за такое счастье надобно!

– Садиииииииииииист!

– А то, – согласился рассказчик. – В общем, Ольга посмотрела на нашего резко побледневшего героя, да и позволила засадить… Себе позволила… Ему…. Между ног… Коленом…

На некоторое время история прервалась.

– Ее потом к ректору вызывали, – чуть успокоился Кирилл. – Но я процитировал выражения Рыльского и выразил готовность повторить их под присягой менталиста. В общем, представитель Демидовых так раскатал Рыльских, что теперь…

Да Матвей и сам прекрасно представлял, что теперь. Извинения от Рода, компенсация, и всякое прочее.

А Воронцов-то эту историю из вида как-то упустил…

– И что, отстали?

– Да какое там, – махнул рукой Кирилл, с грустью обводя взглядом римскую аудиторию. – Только выражения стали выбирать изысканней, а так и не изменилось ничего! Разве что к гонке подключились еще и наши прекрасные дамы.

– Ого, нет, сейчас это, конечно, модно и по-европейски типа, – рассмеялся Матвей. – Но вот каких наклонностей я за Олькой не замечал…

Кирилл стал смеяться еще громче, отчего его только начавшее приобретать естественный оттенок лицо, вновь стало наливаться краснотой в стиль Сеньоро Помидоро из знаменитой сказки.

Так Матвей стал обладателем еще одного знания, проистекавшего из пунктов "а" и "б":

– в) Женщины существа безумно любопытные, а потому им стало очень интересно, чем именно он "зацепил" Демидову. Теперь охота была объявлена и на него.

Это знание заставило его задуматься над очень интересным вопросом: " А так ли случайно староста, пославшая ему улыбку минуту назад, выбрала именно этот момент для общения с подружкой, которое таки потребовало демонстрации крепкой девичьей попки "верхним" рядам?".

Ик.

– А ты что? – с подозрением спросил задумавшийся Воронцов.

– А я помочь обещал, – с удовольствием ответил тот. – Сам же мне про золотую рыбку толковал. У нас же сейчас латынь? Carpe Diem, стало быть!

Звонок телефона заставил Матвея невольно вздрогнуть, автоматически нажимая кнопку выключения. Лектор недовольно поморщился. Не любил он, когда его рассказ прерывали посторонние звуки, и всегда просил перевести гаджеты на время пары в режим "полета". Матвей и выключал. Однако этот контакт находился в аварийной группе. Дисплей тем временем уже в беззвучном режиме продолжил отображать входящий вызов. Дед.

– Ты куда, – зашипел Кирилл, видя, что его однокурсник норовит покинуть аудиторию. – Тебя же потом Семен Саныч пересдачами замучает! Пять минут до конца пары. Лучше сядь!

– Надо, – коротко отрезал Матвей, рукой по горлу обозначая срочность своего ухода.

Нацепив самую виноватую улыбку, на которую он был способен, парень тенью проскользнул за спиной преподавателя, где и нажал кнопку ответа.

– Дед?

– Матвей, слушай внимательно, – начал отставной генерал, в серьезных ситуациях игнорируя правила вежливости. – Первое: с твоей сестрой все в порядке. Предчувствия не подвели, два дня назад около семи утра на ее кортеж напали. Смертник выстрелил термобаром с рунической доводкой по ее машине на территории Усадьбы. Сама она с утра отказалась сесть в выделенный "Комбат", поэтому было решено выделить место в машине охраны. Четверо погибли…

На этом моменте дед приостановился на секунду.

– Не тяни, – потребовал Матвей.

– В "Комбате" находился Андрюша Крестов.

Матвей молча прикрыл глаза, снедаемый единственной мыслью: "Твою державу, Андрюха, да как же ты так!".

– Что…, - парень на секунду замолчал, сглатывая комок и тут же продолжил сухим тоном. – Что он вообще делал в машине? Он же в гвардии?

Иррациональная надежда, что может… А вдруг?…

– В гвардии, – тем же сухим тоном ответил деда Гриша. – Утром когда Женечка отказалась садиться в машину, именно он принял решение по ее замене и предложил ей "проводить" до школы. Но сам понимаешь, в машине лишь объект и охрана. Вот он и занял место в "Комбате".

Принятие…

Матвей застонал в слух, про себя проговаривая "да твою же…".

– Что, Матюш?

– Дед, – парень мгновенно стал серьезным и собранным. – Женька знает, что в машине охраны никто не выжил?

– Думаю нет, – секунду помедлив, ответил глава рода. – Насколько я знаю инструкции охраны, ее скорее всего сразу же прикрыли телами. Вряд ли она успела что-то понять. Хотя…

– С ней сейчас работают психологи?

– Да, процедура стандартна. Медики, психологи.

Глава Рода не торопил. Матвей же оперся на холодную бетонную стену спиной и несколько раз несильно ударил по ней затылком, собирая в кучу расползающиеся мысли.

– Деда, получается, что она УГОВОРИЛА Андрюху сесть в ту машину…, - совсем убитым голосом закончил парень.

– Твою же, – таки произнес дед слова, что в разных вариациях крутились на языке юного мага. – Понял, скорректируем реабилитацию. Нельзя, чтобы она винила себя. Это мы с тобой понимаем… А она ребенок!

Матвей коротко кивнул словам главы, пусть тот и не мог видеть этого жеста.

– Теперь о важном, – вновь собрался парень. – Почему ты молчал два дня? Что сделано за это время?

Рвать на себе волосы оттого, что ему не позвонили в тот же миг, юноша не собирался. Понимал, что причина для этого должна быть. И причина веская.

– О, – почти наяву парень увидел хищный оскал старого генерала. – Тут мы тризну по нашим парням справили как должно…

– Хорошо, – еще один кивок головы. – Расскажешь при личной встрече. Я вылетаю.

– Жду, – только и ответил деда Гриша, и отключился.

Обижаться на то, что ему сразу не сообщили о смерти друга, смысла не было. Значит, так было надо. Скорее всего, из-за подготовки ответа на столь наглое нападение. Но успеть на его похороны друга он был обязан.

Судьбе было угодно рассудить по-иному. Подробности нападения Матвей узнал намного позже, да и к выносу тела прибыть не смог.

Помощь понадобилась еще живым.

* * *
Спрятав телефон во внутренний карман, он резко потер руками лицо, пока мысли не обрели хоть какую-то ясность и точное направление – в аэропорт… Через буфет. Очень уж в горле пересохло с таких новостей, а 15 минут сейчас погоды не сделают. Собрать же мысли просто необходимо. Попивая вкусную прохладную воду из совершенно невкусного стакана из дрянного пластика, Матвей без всяких мыслей наблюдал в окно как удаляются в сторону машины две знакомые косички. С Ольгой можно объясниться и позже. Например, позвонить ей по дороге. Так, допил и в путь!

Выйдя из корпуса, он направился к стоянке, где сегодня утром оставил свой автомобиль, но еще за сто метров до нее мог точно сказать, здесь тоже что-то произошло. Об этом прямо кричало его чутье, а дурные предчувствия подтверждали с десяток молодых людей в белых рубашках, галстуках и… бронежилетах. В руках участи из них, что характерно, находилось оружие.

– Не засада, – пробормотал парень, вглядываясь в явно осмысленную суету, решив, что его-то машину эти бравые хлопцы ему уж точно забрать не помешают.

Следующий "звоночек" грохнул набатом, стоило Матвею рассмотреть на дверях транспорта боевичков гербы Демидовых.

Какого?!!!.. Если девушка только что была на паре, а через 20 минут у ее машины уже суетятся гвардейцы… Нехорошо это!

Едва ли не бегом он преодолел два десятка метров через дорогу к небольшой стоянке, где они с Ольгой частенько оставляли свои машины, дабы не "толкаться" у самого здания университета.

Судя по всему, сегодня девушка решила воспользоваться бордовой праворульной "Митсуокой Рок Стар", возле которой сейчас и крутились бойцы Рода.

– Что случилось, – резко бросил он одному из них, приблизившись почти в плотную.

– На хер пошел, – получил законный ответ явно раздраженного бойца.

– Слышь, боец, – проникновенно начал Матвей, подойдя вплотную. – Мое имя Матвей Александрович Воронцов. Изволь обращаться ко мне согласно статусу.

– Прощения просим, Ваше Благородие, – чуть менее раздраженно ответил тот. – Да только не мешали бы вы людям работать. Дело Рода Демидовых.

С этими словами боец чуть удобнее перехватил автомат, и чуть сместился влево, стараясь перекрыть вид парню и начинающей уже собираться толпе зевак. Однако Матвей успел разглядеть кровь на лобовом стекле и руле, какая бывает при рассечении тканей лба. Вроде и не опасно, но крови бывает… Вот только машина явно стояла на месте, а гвардейцы устроили вокруг нее ритуальные танцы. Если бы девушка была здесь, то суета бы сейчас шла в больнице, а раз так, то вывод один – похищение.

Причем похищение под самым носом у тревожной группы гвардейцев, которых вызвать она явно успела до того как…

Так, быстро связаться с главой Рода – нереально. Бодаться с гвардейцами – себе дороже. Тем временем машину явно сейчас увезут, или подгонят экспертов не место. А счет идет на минуты. Ему срочно надо пробраться к машине, пока еще цела память крови.

– Ольга!!!!

Неожиданно для всех в истерике взревел парень, бросившись к машине. Ошарашенная охрана успела перехватить его только у самой "Митсуоки", сбив на землю. Но он упрямо лез в салон. Пинок в бок буквально отбросил его в сторону, а сверху тут же навалилось чье-то недружелюбное тело.

– Стоять! – взревел у него над ухом все тот же автоматчик. – Поднимите его…

В нос ударил резкий запах, разгоняя туман безумия. Матвей буквально сдулся, едва не повиснув на руках "конвоиров" после приступа "истерики".

– Ну что ж вы так, Ваше Благородие, – ласково словно с душевнобольным начал объясняться боец. – Вы ж следы затоптать могли, отпечатки пальцев и ауры повредить. С чем же наш криминалист работать будет?..

Парень безучастно кивал головой, но во взгляде его вновь стала появляться некая осмысленность.

– Да-да, конечно, сконфуженно забормотал он, "приходя в себя". – Прошу извинить, такой стресс…

– Есть кому проводить?

– Да, я провожу, – от толпы отделился Кирилл, тут же подхватив все еще обмякшее тело под другую руку и быстро потащил подальше от толпы. – Так, Матвей, давай-ка по-тихонечку…

– Во дворы, – только и смог шепнуть парень. – Сверни в любые дворы.

О Питер, город маленьких проулочков и множества дворов-колодцев. Уже через несколько минут однокурсники удалились на достаточное расстояние, чтобы скрыться от нескромных взглядов зевак. Тут же тело мага напряглось так, что Кирилл и не успел уловить момента, как вот не он уже полутащит почти бессознательного однокурсника, а тот бодро вышагивает рядом. Да так резво, что Боброву едва ли не пришлось перейти на бег, чтобы не отстать.

– Платок, – неожиданно рявкнул Матвей, убедившись, что от большинства совершенно ему не нужных взглядов он скрылся надежно.

– К-к-какой платок? – начал заикаться от неожиданности однокурсник.

– Любой, – только и ответил Воронцов, но тут же, немного подумав, добавил. – Чистый!

Кирилл неловко зашарил по карманам, но тут же просиял.

– Есть бумажные. Надо?

Плохо вообще-то, с тканью отработать можно было бы и дома, а так придется проводить ритуал на месте – не сохранит бумага долго материал. Одна надежда – Кирилл не поймет, что именно творит его приятель.

– Доставай, – угрюмо выдохнул Матвей. – Быстрее!

Слегка дрожащими пальцами платок таки был извлечен на свет. Секунд за 10. Первым делом маг обтер с одной стороны лоскутка указательный палец, оставив на бумаге след от уже подсыхающей крови с приборной панели авто. Вторым движением той же процедуре подвергся мизинец правой руки, на котором еще хранилась кровь с асфальта.

Пара коротких мнемонических формул, загоняющих сознание в транс, и вот уже Матвей словно вдыхает аромат с уложенного в "лодочке" рук платка. Казалось, будто вместе с воздухом он загнал в себя и цвет разводов, которые моментально выцвели, словно на разом состарившейся фотографии.

Облегченно выдохнув, парень улыбнулся не открывая глаз. Жива! Легкое сотрясение не в счет. Если ее и вправду так учили на применение внутренней энергии, как она рассказывала, то залечить подобную травму она сможет и самостоятельно за пару часов.

Сделав еще пару успокаивающих вдохов-выдохов Матвей медленно открыл глаза… Чтобы тут же словно со стеной полного ужаса взгляда Кирилла.

– Ты…, - тот явно не мог подобрать слова, побелев настолько, что пластиковые рамы за его спиной казались серыми и грязными. – Ты… Так ты… ЖНЕЦ?!

Сука, что ж ты такой умный-то, а?

Ну, да, жнец, притом незарегистрированный, что могло бы стать фатальной для Воронцова ошибкой, если бы не покровительство главы Тройки, который предпочитал называть этот страшный для любого непосвященного дар "особым аспектом Воды". В простонародье же таких называли по-простому – кровавыми или магами крови. Нередко ими пугали детишек. И, черт возьми, вся история жнецов прямо-таки вопила, что пугали небезосновательно.

Встает вопрос:

Кирилл, и что ж с тобой таким умным теперь делать-то?

Глава 14

Магов крови мало было всегда. Даже в те времена, когда им не помогали активно сокращать численность всеми доступными способами. Чего бы, можно подумать, страшного? Склонность к этому направлению относилась к аспекту Воды. Казалось бы, изучай да пользуй на благо рода людского. Это ж какое направление подобной одаренности можно найти, скажем в медицине, а? Особенно если вспомнить, что те же хирурги клинками вострыми тело человеческое кромсают и ничего. Вполне себе уважаемая и почетная профессия. Однако было что-то в увлечении Кровью такое, что срывало с нарезки психику адепта. Не каждого. И все же по статистике каждый третий лет 200 назад заканчивал свой путь исключительно с чужой помощью, успев перед тем собрать немалую Жатву. Если проще выразиться, то устроить жертвоприношение. А упокоить жнеца, собравшего силы с посмертного вздоха, скажем, сотни человек, было той еще задачей. Иногда для ее решения использовались армии. Не даром в народе долгое время гуляла поговорка: "Пропал Жнец. Нашедшему – Царствие Небесное"!

Более современных данных влияния дара на психику нет. Однако законы на этот счет очень строги – каждый маг Крови обязан зарегистрироваться в специальном приказе сразу же по открытии в себе Дара. Почему именно так не поступил Матвей? Первые признаки он обнаружил через год после поступления в Классы, что и помогло ему разнести учебное заведение. Тогда ему казалось, что весь мир ополчился на него, и рассчитывать можно только на себя. А потом… Было страшно. Добиться головы боевого мага у оскорбленных в лучших чувствах Родов, чьи отпрыски пострадали в тот день, было намного больше шансов, если бы вскрылся факт призвания Крови. Впрочем, как парень сейчас крепко подозревал, год военный психиатр работал с ним не только для того, чтобы вернуть перспективному боевику лояльность государству, но и чтобы убедиться в его безопасности для окружающих. Вполне вероятно.

Да, маленький нюанс – любой незарегистрированный маг крови подлежал уничтожению на месте.

Исключение – бойцы Тройки, опричники государя и иных специализированных структур, исторически в любой стране стоящих над законом. Вспомним, например, какие права давал статус "два нуля" Джеймсу Бонду. Пусть он и литературный персонаж, вот только сказка – ложь, да в ней намек. Такие… товарищи для особых поручений с гибкой моралью и огромными полномочиями есть не только у Ее Величества. Даже точнее будет сказать, что подобные конфиденты есть у КАЖДОГО Величества.

Вот и сейчас наблюдая перед собой два блюдца расширенных от ужаса глаз, Матвей только вздохнул. В два скользящих шага он достиг не в меру умного однокурсника и нанес один единственный удар. Несильный. Даже не ладонью, а пальцами по щеке.

– Соберись, Кир, – резко бросил он. – Ольга в беде, а ты фигню какую-то несешь!

– Да-да, – пробормотал тот. – Фигню… Я понима…

Щщщелк.

Второй такой же удар заставил голову Боброва мотнуться в другую сторону. Зато и взгляд сразу же принял осмысленное выражение.

– Матвей Александрович, – раздельно и четко произнес он. – Прекрати меня бить!

Парень же удовлетворенно посмотрел на дело рук своих. Пришел-таки в себя хлопец!

Несколько секунд Кирилл яростно тер лицо, после чего уточнил:

– Чем я могу помочь?

– Пока помолчать.

Секунда понадобилась на извлечение телефона и нажатие кнопки быстрого набора. Еще две – на ответ абонента:

– Матвей, слушай внимательно. Тройка и официальные структуры помочь не могут – это война Родов, а государь не вмешивается в дела бояр. Отдел спецопераций поднят по тревоге, но его применение будет санкционировано только в том случае, если будут нарушены Грани Родовой Войны. До того момента… Просто присматриваем за ситуацией.

Матвей понимал. Разумом. Роды империи не пользовались даже полицейской защитой, только военной, укрепляя защиту государства "конно и оружно" в час беды. Однако в разборки бояр между собой не мог вмешаться даже император… Если они не выходили за рамки требований безопасности остальных граждан Империи. Стоило сегодня во время похищения Ольги погибнуть случайному зеваке, и вся мощь государственной машины была бы брошена на поимку злодеев. Однако этого не произошло, а, значит, род Демидовых должен разобраться с ситуацией сам. Или не разбираться. Если сочтет проблему незначительной. Однако парень полагал, что такую "пощечину" не могут оставить без ответа, так как репутация Семьи – наше все.

– Осознал? – тем временем спросил собеседник в трубке.

– Да, – глухо просипел Матвей.

– Отлично. Не наделай глупостей. Теперь о хорошем: Андрей Иванович подписал твое заявление на отпуск. С сегодняшнего числа в течение 14 дней можешь считать себя лицом гражданским.

– Но…

– Писал, писал! Ты что, своему куратору не веришь? Отдыхай.

С этими словами Егор положил трубку, оставив парня в совершеннейшем расстройстве. Неужели… Стоп!

Молодой маг вновь обратился к своему гаджету.

– Деда, здравствуй, – через несколько минут проговорил он. – Я…

– Матюш, стоп, – сразу же перебил юношу глава рода Воронцовых. – Я в курсе ситуации. Это Война Родов. Волоконские еще неделю назад подали государю прошение о начале боевых действий в рамках Высочайшего уложения. Оно было одобрено час назад. Сегодня вечером эта информация должна была прийти к тебе с общей аналитикой.

Час назад. Молниеносно. И все-таки Волоконские.

– Сейчас в Войну могут вмешаться лишь Союзные Рода, – продолжил тем временем дед. – Мы в эту кашу не полезем. Политика и репутация Семьи. Обеих семей… Однако… Не смотря на всю неприязнь между мной и нынешним главой Демидовых договор от 1927 года между нашими родами никто не отменял. Поэтому тебе даю разрешение на ограниченную помощь представителям союзников… Как жениху Ольги Владимировны!

Мнимому, правда…

– Спасибо, деда, – кротко ответил Матвей. – Не подведу.

– Только попробуй мне, – чуть сварливее, чем требовалось, напутствовал старый граф. – Будь аккуратен!

* * *
Закончив очередной разговор, Матвей несколько секунд постоял в задумчивости, с некоторой неприязнью глядя на гаджет. Не слышал парень "от него" за последнее время ничего хорошего. Еще не приведи Провидение какую фобию на телефонные звонки словить. А в его организации всяческие неврозы не приветствуются категорически. На неуемное потребление враз спишут, а что потом?..

Долго ли проживет на сем белом свете жнец-алкоголик? Ох, позвольте усомниться, судари мои!

– Так, – задумчиво протянул маг. – Что будем с тобой делать, Кирилл. Я не угрожаю, но ты и сам понимаешь, что узнал о моей жизни достаточно… интимные подробности. А прямо сейчас решать что-то еще и с тобой я не могу и не хочу. Времени нет. Просто дай даже не мне, а себе слово, что до решения вопроса с Ольгой эта информация никуда дальше твоей головы не пойдет. Поверь, это в наших общих интересах!

Последние слова Матвей договаривал уже на чистом "автомате", переключив внимание на более насущные задачи.

– Я тебе помочь могу? – серьезно поинтересовался Бобров.

– Что… А, не думаю, – жестко обрубил Воронцов, но тут же решил смягчить резкие слова. – Или ты случайно знаешь, где достать мощный резонатор?.. Кирилл!!

Матвей был действительно удивлен. Судя по ехидной ухмылочке штатного ботаника их компании, он знал, но…

– Откуда…, - только и выдавил из себя парень. – Ты же не…

– А что, у нас неодаренным так легко продают ингредиенты серии "О"? – в одесском стиле переспросил тот. – А Ольгу тоже всякий раз не напросишься достать тот или иной…. компонент. Да и должен я ей уже….

Последние слова фанатик теоретического знания, а от того в жизни полный раздолбай, произнес настолько серьезным тоном, что заставил Матвея по-новому взглянуть на своего однокурсника.

– Она единственная, кто подбрасывал меня домой после учебы, – с невеселой улыбкой прокомментировал свое заявление тот.

Ой, как интересно. Но потом…. А сейчас:

– Куда едем? – тут же спросил Матвей, но услышав ответ тут же вскинулся. – Бобров, ты понимаешь, что… некачественный товар мне мозги выжжет запросто? Я тебе настолько надоел, а, Потапыч?

Кирилл же на это заявление лишь рассмеялся, никак не отреагировав на "издевательство" над своим отчеством.

– Не ссы, – хлопнул он Матвея по плечу и, явно кого-то цитируя, закончил. – Я сто раз так делал!

Воронцов не знал, какому великому писанию принадлежат сии строки, но в душе его поселилось нешуточное такое сомнение в предстоящей поездке.

Впрочем, где еще достать хороший резонатор, он не представлял, а потому…

– Поехали, – обреченно махнул рукой он.

* * *
"И мы еще боремся за почетное звание дома высокой культуры", – только и пронеслись в голове Матвея слова их "главной кашеварки" в Усадьбе, когда они с Андрюхой вернулись с недельного учебного рейда в лесах имения, автоматически трансформировавшегося в дерзкую вылазку на кухню. Юные диверсанты не стали заморачиваться по поводу внешнего вида и заявились в обитель Великой и Ужасной (а попробуй выпросить у нее "чего-нибудь к чаю" после шести вечера!) Тамары Ивановны Брюс "как есть". Женщину монументальных форм едва не хватил удар, когда она застала два грязных тела в рваном камуфляже, увлеченно опустошающих вверенные ей холодильники. Ох, и досталось же им тогда мокрыми тряпками!

Эх, Андрюха…

Контраст же между чистенькой и сверкающей центральной улице Питера и этим закоулком был разительный. Примерно так бы смотрелась старая "копейка" на стоянке какого-нибудь аравийского принца меж породистых итальянских "скакунов". Привычный городской сменился резкими и гортанными выкриками уличных зазывал:

– Сигареты, уважаемые! Хороший, я говорю!

– "Норка" по 90! Вай, какой красивый девушка, тебе за тридцать отдам, – кричал парень абсолютно славянской наружности, но тут же заголосил вновь, видя что дородная тетка "срывается с крючка". – Примерь, красавица, за 25 отдам! Любой муж твой будет!

– Да ладно тебе, – выговаривал парень молодежно-хипстерской наружности недовольно сморщившейся девушке у палаткм с электронной мелочевкой. – Зато не в кредит.

Судя по сморщенному носику, модненькая "штучка" никак не верила, что китайский аналог будет лучше оригинальных "яблочных" наушников. Впрочем, если вспомнить о локализации производства, то вопрос что здесь есть аналог оставался открытым.

Еще через несколько метров оказалась, что "закоулок" неожиданно превратился в огромный рынок, наполненный гамом, криком, и абсолютно абсурдными картинами вроде вывесок "Китайский быстро", предлагающими вовсе не выучить язык, и несколько устрашающе выглядящих безголовых манекенов, обряженных в шмотки "все по Рублю!".

В этом водовороте людей, звуков и крепких черняво-бородатых ребятушек в спортивных костюмах, кучками тусующихся как у палаток, так и у побитых временем и неподобающей эксплуатацией машин, чей выпуск в некоторых случаях, был прекращен еще до рождения владельцев, Матвей мгновенно подобрался. Вбитые инструкторами в мозг алгоритмы тут же начали искать маршруты отступления на случай "ежели чего".

– Не волнуйся, – усмехнулся его провожатый. – Днем тут действительно безопасно!

– А ночью? – все так же сканируя подозрительным взглядом пространство уточнил Матвей.

– А ночью тут пусто, – только и пожал плечами Кирилл.

– И… давно тут так? – только и поинтересовался Воронцов.

– Да без малого лет 300, - только и усмехнулся Бобров. – Апрашка вообще вечна! Ее и разогнать пытались, и облагородить, но сам видишь… Законы здесь не действуют вообще никакие…

Матвей лишь покивал, провожая взглядом плывущие мимо стены сигаретных блоков. Ни на одном из них маркировки Таможенной Управы он не разглядел. Про то, что уже с десяток лет торговать табачком "с лотка" запрещено в принципе, здесь, похоже, тоже не слышали.

– … Зато безопасно, – продолжил Бобров. – Местные сами кого хочешь порвут за клиентов. Интересное место…

– Не говори…

– Мага, здравствуй, уважаемый, – взревел вдруг Кирилл, окунаясь в ответный поток слов на русском и одном из горских наречий от крепыша в спортивном костюме, щедро украшенном имперскими орлами везде, где только можно.

Судя по тому, что сумел выудить из речи дружелюбного горца Матвей, Мага "брата" Кирилла рад видеть не меньше, а то и больше, тем более некий Ахмет нашел что-то по его старому заказу, но "шайтан такой-то", не хочет… Тут Воронцов запутался в мешанине незнакомых слов, а потому во все тонкости негоции вникнуть не смог.

– Кир, мы торопимся, – нейтрально заметил боевой маг.

– Твой друг спешит? – поинтересовался бородатый здоровяк, с каждым словом из речи которого улетучивался акцент.

– Извини, Мага, – повинился Бобров. – Беда у нас. Срочно надо.

– Говори.

Вместо ответа Кирилл вынул низ кармана телефон, и, набросав в заметках пару строк, показал своему собеседнику. Тот задумался, никак не выдавая своего отношения к прочитанному.

Резкая гортанная фраза разрезала воздух, и вот уже пятеро или шестеро парней, тусовавшихся возле машин, торпедами сорвались с места и буквально растворились в толпе.

– Ждем, – несмотря на краткость речи было заметно, что акцент из речи южанина почти ушел.

Матвей благодарно склонил голову в благодарность за отступление от обычной "церемонии".

– Ждать нужно минут сорок, – заявил Кирилл. – Нужно что-то еще?

– Еда, мне нужно поесть, – ответил ему парень, вновь погружаясь в плохое настроение, отчего его фразы становились все более резкими и рублеными.

Использовать резонатор на голодный желудок – такое себе удовольствие. Так что калориями запастись было необходимо.

– Здесь?

– А то! – усмехнулся Бобров. – Сейчас язык свой проглотишь!

Матвей с сомнением огляделся вокруг, явно не ожидая от местных знания такой замечательной штуки как СанПиН.

Однако… Почему бы и нет. Организм одаренного крепче обычного человеческого, так что то, от чего не сдох Кирилл, не должно сильно повредить и ему.

Пара минут петляний сквозь ряды, и вот они уже в магазине "настоящей кожи женщины". в большинстве своем женские модели курток прозрачно намекали на то, что хозяин просто не очень знаком с русским языком, но смотрелось забавно. Сделав какой-то приветственный знак продавцу, Бобров уверено прошел к неприметной двери в дальнем конце торговой площадки, чтобы через миг оказаться в небольшом обеденном зальчике.

– О да, – кивнул Кирилл на слегка ошалелый взгляд "ведомого". – Руки вымыть негде, но на, держи…

Жестом фокусника проводник извлек из кармана пластиковую упаковку антисептика.

– Протри руки, – выдал он очевидную инструкцию. – И садись за столик.

С сомнением умостившись на не слишком надежном, на его взгляд стуле, парни уже через пять минут стали обладателями двух тарелок с супом и полулитровых пластиковых стаканов с листовым зеленым чаем.

Первая же ложка выбила все мысли из головы Матвея.

– Что это?!

– Фо-бо, – кратко ответил Кирилл, явно не желая отрываться от своей порции.

Воронцов тоже замолк, полностью увлеченный содержимым своего блюда, с удовольствием вылавливая здоровые куски мяса. И как вьетнамцы могут обладать столь… хрупким телосложением, если они ТАК питаются?!

Минут через пять все было кончено.

– Уау, – кротко выразил свое мнение Матвей, небольшими глотками попивая не самый плохой чай.

– А то, – ухмыльнулся "экскурсовод". – Местный хозяин еще с вечера начинает бульон готовить на костях. Семейные рецепты. Я пробовал его и отдельно. Это потрясающе! А уж с рисовой лапшой, мясом, зеленью, лимончиком и креветками…

– Да…, - только и смог выдавить из себя сытый "дегустатор" подпольной вьетнамской кухни.

К Маге они вернулись через пятнадцать минут.

Ждать пришлось недолго. Уже через несколько минут "трубка" здоровяка выдала восточный мотив в современно-попсовой обработке, и вот они с Кириллом уже следуют за рассекающим словно ледокол людской водоворот провожатым.

Маршрут запоминался плохо. Нет, Матвей не сбился бы с пути при выходе отсюда, но он не был уверен, что этот путь вообще бы оставался тем же! Вот они проходят через магазин сумками от "настоящей Прады и Дольчи", уже через секунду оказываясь на кухоньке небольшой уже китайской едальни, чтобы еще через миг зажимая носы пробираться сквозь россыпи коробок какого-то склада. В общем, в глазах рябило… Привычный "тайминг" дал понять, что несмотря на калейдоскоп перед глазами, шли они недолго, и уже через пяток минут вновь оказались на улице возле небольшого лотка со всякой мелочевкой из Китая. Заправлял всем хозяйством плечистый мужик, кавказской наружности, в ярких шмотках от той самой "Прады и Дольчи", сверкая грозными очами из-под натянутой на глаза "гандонки" от "Армани".

Пара коротких фраз на незнакомом языке, и одним движением ноги из-под прилавка извлекается замызганная, отсыревшая коробка, в какой и последний бродяга постеснялся бы хранить свой скудный скарб. Вот только под отсыревшими картонными "лепестками" крышки россыпью навалены шприцы тюбики. Нет, упаковка, конечно герметичная, но Матвею и в страшном сне не могло присниться, что о будет выбирать довольно редкие препараты, выгребая их под мокрым питерским снегом из начинающей разваливаться от сырости картонной коробки.

– Сколько? – спросил он через три минуты, показывая продавцу три шприц-тюбика на своей ладони.

Мага хотел что-то сказать, но хозяин товара лишь сделал небольшой знак рукой, и здоровяк умолк.

Тем временем, продавец задумчиво пожевал губами, после чего несколько раз тыкнул толстым пальцем в извлеченный из-за пазухи калькулятор.

Дешевле, чем ожидал Матвей, но…

– Столько нет, – твердо заявил он.

Продавец вновь понял без перевода, и тут же протянул руку, ожидая возврата неоплаченного товара. Однако вместо небольших упаковок обнаружил в своей руке ключи от машины.

– Через неделю верну в полтора от цены, – спокойно произнес Матвей. – Если нет – машина твоя. Обманешь – пожалеешь.

Еще одна длинная гортанная фраза от Маги, а к ее концу ладонь Воронцова вспыхивает неярким цветком огня, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. Все-таки обманывать магов это…

– Одын, – хмуро выдал сын гор, равнодушно наблюдая за светопредставлением.

– Этот, – согласно кивнул парень.

Глава 15

– Переплатил, – кротко прокомментировал Кир, едва одногруппники разместились в салоне такси.

Матвей лишь пожал плечами. Довольно редкий резонатор способностей одаренного этого типа в иных местах стоил значительно дороже. Обычно он подбирался индивидуально под особенности организма, чтобы максимально снизить "побочный ущерб". Парню же только и оставалось надеяться, что за такую цену содержимое небольшого шприц-тюбика не выведет его из строя, а со здоровьем и потом решить можно. Когда время будет. В конце концов, если вытащим Демидову, то можно и к деду ее обратиться за компенсацией "на таблетки"!

Шутка, конечно! Патриарх Рода Воронцовых такого точно не одобрит. А медицинский комплекс и в родной Усадьбе неплохой имеется.

– Что сейчас? – не отставал от задумавшегося парня его проводник в мир нелегальной химии.

Кстати, за наркотики суды сроки отвешивают гораздо меньше, чем за подобные "составы". Матвей в очередной раз за сегодня подивился вывертам мысли штатного ботаника их компании. На что не пойдешь ради знаний!

– Едем ко мне. Понадобится помощь. Побудешь ситтером во время трипа[43].

– Задача?

– Та же что и у наркош, – пожал плечами Матвей, но, поймав удивленный взгляд, объяснил. – Просто постарайся, чтобы хотя бы в окно не вышел. Первый час буду неадекватен, а с учетом не совсем ясного состава…

– Ты хоть раз это делал?

– Да не очкуй, Кир, – бодро соврал Воронцов. – Я сто раз так делал!

Вот и вернул цитату однокурснику, называется. Вот только на душе кошечки-то поскребывали. Молодой маг с процедурой был знаком чисто теоретически. Да и предположить, что резонатором послужит купленный на вещевом рынке из-под полы "коктейль" и в страшном сне ему прийти в голову не могло. Ведь дурь же!

Матвей помотал головой, изгоняя из черепной коробки вязкий туман неприятных мыслей.

– Здесь сверните и вон к тому заезду, пожалуйста, – обратился он к водителю, который наградил парня слегка насмешливым взглядом.

Ну конечно, "ситтер", "трип", да и диалог у них вышел тот еще…

"Похоже, водила нас принял за фанатов "кислоты"[44], - неожиданно развеселился про себя Матвей.

Пусть лучше так! Знал бы правду (и, если бы еще смог убедить в своем знании полицию!), вот где проблемы могли бы быть!

"Берлога" встретила парней двухнедельным беспорядком. Ну, занят был товарищ Воронцов, занят! Дал называется отдых уставшей нервной системе и неделю тупо отсыпался, поднимаясь лишь ради того, чтобы поесть и куда-нибудь "прошвырнуться". Сегодня вот в универ выбрался, например… Да какая разница-то? Не до порядка ему было две недели… Или три?

– Не разувайся, – бросил Матвей одногруппнику, вовремя вспомнив, что мысль о необходимости таки помыть пол ему подсказало ощущение песка под стопой.

– Отдыхаешь во всю, я смотрю, – только и усмехнулся тот, кивая на коробки из-под пиццы и роллов с логотипом одной из городских доставок.

– Чит мил[45], - строго поднял вверх указательный палец, выдал универсальную отмазку слегка смущенный Матвей, который и вправду далеко не слегка отступил от своего многолетнего достаточно строгого режима.

– Главное, чтоб не вечный, – пожал плечами не ставший развивать тему Бобров.

– За мной, – так же переключил разговор в деловое русло Матвей.

Пробираясь мимо остатков позавчерашнего пиршества к оружейному сейфу, парень подумал, что такие завалы в комнате и вправду лишние! Вот, Демидову как раз и озадачим! В благодарность за спасение!

Пальцы привычно легли на кнопки кодового замка, и вот на одним движением руки очищенный журнальный столик ложатся ижевская "вертикалка" ИЖ 27, верный "Глок". Рядом ложится уже собранный черный разгрузочный жилет. Еще один код, и на пол перед столиком падают пачки с патронами 12×76 и 9×19. Все это богатство мгновенно дербанится и занимает свои места кто в патронташе, а кто в магазинах соответственно. Следом на свет извлекаются еще пара патронов к ружью, завернутых в небольшую тряпочку. Эти отдельно. Самоделка, да еще и зачарованная самостоятельно, да с артефакторной начинкой… Неделю на эти четыре цилиндрика убил Матвей. Жаль, что так скоро пригодились…

Короткая ревизия подсумков жилета. Порядок. На кровать бросается "походный" набор одежды. Нечто тактически-туристическое, как молодежь любит. А что, в иной ситуации, без разгрузки и шпалеров, вполне себе удобно как для работы в городе, так и в лесу.

– Готов, – прокомментировал через минуту Матвей, убирая "бабахающие" игрушки обратно в железный ящик.

Дззззззиииииииинь…. Прервал сей увлекательный процесс дверной звонок. Причем судя по звуку, визитер не воспользовался домофоном, а уже стоит прямо перед дверью.

"Глок" вновь перекочевал с полки в ладонь хозяина, которому такие совпадения ой как не нравились!

* * *
– Ты, чтоль, Матвейкой будешь, – незнакомец с порога резко подал лицо вперед, демонстрируя прокуренные усы и хитрый крестьянский прищур.

– Кто вы и чего именно хотели? – тоном "иди на хер" вежливо осведомился хозяин "Берлоги", с большим трудом воздержавшийся от применения схороненного до поры за спиной ствола.

Испугался, млять. Больно уж резкий живчик нарисовался-хрен-сотрешь на его пороге.

– Аааааа, вот как ты со старшими! – возмущенно начал гость. – Я эту Империю вот этими руками поднимал…

Матвею тут же была продемонстрирована здоровенная лапища.

– Молодеееееежь, – тем временем продолжал вопить незнакомец. – Ниче не хочет, ниче не умеет, а все туда же – Степанычу хамить!.. Ооооооой довели Расеюшку, доколе жить-то так будем?!

– Назад, – резко бросил Воронцов на попытку гостя протиснуться в "Берлогу".

Тот подался назад, но тут же обнажил свой некомплект зубов, продолжил "заламывать руки":

– Вот мы с Иванычем на днях уазик разбирали, – начал он с другой стороны. – Все поснимали! Это не то, что современные твои иномарки. Вот это, скажу, трахомудия, слышь, там в карбюраторе конденсат…

Неожиданно в голове Матвея возник образ: немолодой, но даже под кожаной курткой видно, здоровый мужик вещает с броневика на фоне красного знамени о том, какой мудак Иваныч, то ли уронивший куда кардан, то ли карданом уже своим что зацепивший. И над всем этим алеет закат под звуки гимна из фантастической игры "Red Alert". Шиза-жиза…

А поток слов все лился и лился…

* * *
– Ежистую твою в раскоряку, а мы к депутату пойдем!…

* * *
– У меня у самого сын такой же! Дебилдер! Накачается своих протеинов и порно и давай…

* * *
– Так где сейчас нормальную бабу найти… Слышь, а давай до "Трех Пескариков", да по Петроградке за мадамами…

* * *
– Вот так мы с Кирилычем два часа и е*лись!

– Иванычем…, - совершенно автоматически уточнил Матвей.

– Да нет же, – возопил незнакомец. – Это же про спиннинг, а с Иванычем даааа… Мы неделю с его уазиком долбались, у уж с окушкой как его е*лись Но там можно… Она уже "совершеннолетняя"…. Там слышь как дело было!…

И вновь полился рекой поток, прерываемый лишь на громогласный "Агагагагаххахахага" гостя.

– Стоп, – неожиданно пришел в себя Матвей, сбросив странное оцепенение. – Проходите.

Сам хозяин стал медленно отодвигаться спиной вглубь квартиры.

Гость себя ждать не заставил, уже через миг захлопнув входную дверь с хозяйской стороны.

– Имя, цель визита, – коротко обрубил Воронцов, являя на свет пистолет.

– Ооооооооот ты как, – казалось искренне расстроился такому приему "гость", как ни в чем не бывало продолжая устраивать свою видавшую виды черную кожанку на вешалке. – Да я ж эту страну строил!… Вот этими руками… Ты это… Малой, щас серьезно расскажу, как я…

Бах! Бах! Бах!

Три хлестких выстрела стегнули по ушам, заставив Кирилла вскрикнуть от неожиданности, а "гостя" недоуменно протереть слегка припорошенную кирпичной пылью физиономию (пуля удачно раздробила кирпич, обдав визитера облачком пыли).

– Кхе, Кхе, – демонстративно начал перхать Степаныч, от усердия далеко высунув язык. – Пиииить…

Актер, ой, актер.

– Водку будешь? – неожиданно серьезно уточнил гость, видя, что на его кривляния "публика" не реагирует.

Матвей, размышлявший, а не попортить ли визитеру какую конечность от такого контраста слегка вздрогнул.

– Следующий в колено, – спокойно заметил он, поднимая пистолет в сторону цели.

– Письмо, письмо тебе, – резко возопил мужичок, задирая тельняшку и доставая из-за пояса синих "трехполосных" штанов мятый конверт.

Над ним тут же вспыхнула небольшая иллюзия малой личной печати Главы Рода Демидовых.

Парень на секунду замер, но тут же начал движение: разворот корпуса вынес левое плечо вперед, давая больше пространство между его целью и пистолетом.

– Медленно, печально, передай мне письмо с вытянутой руки, – прокомментировал он, ни на секунду не сводя пистолета с "почтальона".

– Танцуй, танцуй! – пропел тот, слегка подкидывая конверт на вытянутой руке.

– Давай без глупостей. я оооочень нервничаю. День плохой.

– А уж у меня-то, – просипел прокуренным голосом Степаныч, впрочем, исполняя требование. – Читай. Небось грамотный!

* * *
Пистолет занял свое штатное место в кобуре не успел Матвей дочитать и пары строчек. В достаточно вежливых фразах Константин Ефимович Демидов интересовался, не активировал ли юноша "каплю", на изъятие которой было дано разрешение самого Главы Рода? А если нет, то не мог бы господин Воронцов поторопиться, так как силы и средства для решения вопроса будут готовы к 19.00.

"То есть, через четыре часа", – тут же прикинул парень.

Ну да, с группами быстрого реагирования и телохранителями много не навоюешь, тут нужны спецы другого профиля. А учитывая "деликатность" обсуждаемого "предмета", который бы вовсе не хотелось попортить во время "переговоров" по крайней мере одной из сторон… Матвей был готов поклясться, что где-то в небе между Екатеринбургом и Питером сейчас болтается самолет с очень серьезной командой.

Далее Константин Ефимович очень рекомендовал по возможности определиться с местонахождением пропажи к моменту прибытия его людей, а помочь в этом должен был его "доверенное лицо". Кстати, говорилось в сообщении, в последний раз транспорт похитителей засекли в районе метро "Черная речка".

Матвей с сомнением окинул "лицо" взглядом, а то в ответ изобразило вид лихой и придурковатый. В большей степени придурковатый.

Кстати, в письмеце упоминалось, что податель сего еще и является воеводой в аспекте Тверди. За-ме-ча-тель-но. Нет, если бы Воронцов возжелал сравнять с землей жилой квартал, то все отлично! Но…

– Едем, – отбросил он всяческие мысли вместе с запиской. – Вы на машине?

– Так заработал уж на старость-то лет, – проворчал гость. – Сын вона ипотеку хотел, да я…

– Едем! – твердо прервал парень словоизлияния мужичка, который при ближайшем рассмотрении дядькой оказался крепким.

Вона как под старой тельняшкой с длинными рукавами бугрятся мышцы. Тьфу, бесовская пагуба, кажется, к кому-то стали приклеиваться словечки странного визитера.

– Зовут- то вас как? – поинтересовался парень, вновь извлекая из сейфа спрятанную амуницию.

– Степанычем зови малой, – залихватски цыкнул зубы тот. – Не ошибешься! Подарочек у меня тут есть. Передать велено. Чтоб лично в руки!

Заканчивающий собирать вертикалку Матвей обернулся к гостю. У того на указательном пальце, сложенной "пистолетиком" руки болтался небольшой револьвер.

– Это же не "Таурус", – моментально узнал опознал не боевое оружие парень. – "Лом" тринадцатый[46], что ли? И что мне с ним делать? С песней против танка переть?!

– Пулеметчика воевать отправлю… Гагагага, – вновь похабно заржал мужик, но тут же посерьезнел. – Про "золотничок" слыхал небось? Зря штоль тебя в этой вашей универе учат. То-то…Ты парень не промах говорят, у отца на трусах не засох, так что владей!

С этими словами клоун-недоучка протянул Воронцову два скорозарядника с патронами в пулях которых действительно клубилась легкая золотистая дымка.

– Ого! – только и выдавил из себя не забывший докладывать в сумку еще светошумовых гранат (Нахрена?! А шоб было!).

Действительно, подобная пуля требует уменьшенной навески пороха, а, значит, патрон и с травматикой должен неплохо работать. Если не лучше, чем с боевыми стволами. Там-то большой вопрос, хватит ли энергии уменьшенного заряда для срабатывания автоматики (хотя револьверы, по понятным причинам, подобных проблем не имеют вовсе!). Чем же хорош подобный боезапас? А это, судари мои, идеальное средство против мага! Простому человеку такая пуля, конечно, тоже ничего хорошего не принесет. Однако эффект будет действительно сравним с попаданием патрона 9 мм РА[47] в тело. Неприятно, но в большинстве случаев не смертельно. Любому же одаренного сразу посещает лютый северый пушной зверек. Золотистая дымка, секрет изготовления которой берегут едва ли не сильнее государевой семьи, всю энергетику моментально просто наизнанку вывернет, отправив на тот свет быстрее чем кусок металла со смещенным центром тяжести. А уж как она магические шиты шьет, да и иные "нефизические" препоны… Сказка, да и только!

– Солидно, – благодарно кивнул Матвей, тут же возвращаясь ко сборам.

– На выход! – объявил он через несколько секунд…

… Чтобы уже через пару минут озадаченно чесать (ревизировать, Демидова, ре-ви-зи-ро-вать!) затылок, глядя на то, что имел ввиду гость, утверждая, что машина у него есть. "Ярче солнца блестит ослепительный цвет – валиком красил дизайнер Ахмет!" – тут же пропел в голове Вороцова голос с ярким кавказским акцентом. Возможно, когда-то здесь и присутствовал колер "баклажан", но сейчас свет солнца отражали лишь большие (а кое где и сквозные!) ржавые пятна!

ВАЗ – граненый алмаз!
Фары в ночи как орлиный глаз.
Тыща шестьсот километров в час –
Космической кары нейтронный фугас!
Слова дурацкой разухабистой песенки[48] все крутились в голове, пока Матвей отмечал отваливающийся глушитель, покрытое не одной паутинкой трещин лобовое и разбитый габарит. Это не упоминая о такой мелочи как общий помятый вид стоящей на всех четырех разных дисках тарантайки шестой серии.

– Ее что, жевали? – недоуменно поинтересовался парень. – Тогда верни обратно. Пусть доедят!

Переход на ты с конфидентом Демидова прошел быстро и незаметно.

– Да что ты понимаешь, – тут же опять заголосил тот. – Только и знает молодежь сейчас, что гидры-усилители, да самобеглая трансмиссия, а ты на этой баранку покрути! Руки влет накачаешь, никакого дебилдинга не нужно[49]! Вдруг в тайге на месяц без бабы окажется, а оно раз, и пригодилось потом и возвращаться откажешься! Га-га-гагага!…

– Карта есть? – Матвей был не настроен на спор, а потому тут же вернул разговор в деловое русло.

– А то, – тут же обрадовался хозяин раритета. – Да я всю Русь по пачке "Беломора" объехал!

Вопреки своим словам Степаныч споро раскладывал на капоте довольно подробную карту Петербурга и окрестностей, тут же протягивая своему собеседнику заточенный до состояния иглы карандаш.

– Начинаем отсюда, – карту украсил крестик, расположившийся неподалеку от их нынешнего местоположения, после чего идем вот так по прямой, а затем закручиваем расширяющую спираль вот так. Ясно?

– Вполне, – бодро рявкнул будущий водила.

– Тогда вперед, – просто скомандовал Матвей. – Слушаем мои команды, меняем маршрут, если понадобится.

– П**дец, – отреагировал молчавший с самого появления в "Берлоге" незваного гостя Кирилл, держа в руках часть рукоятки двери, которую он только попытался открыть.

– Тебе, – хмуро отреагировал Степаныч, недобро хмуря брови – Я здоровье моей Ласточки ценю поболе твоего! Дай сюда!

Выхватив обломок, их новый союзник стал сердито сопя устраиваться в салоне.

При его габаритах места хватало впритык.

Глава 16

Глубокий вдох через нос, длииинный выдох через рот…

Повторить…

Я спокоен и собран… Эмоции отсутствуют… Я автомат… Чувств нет… Мысли плавно текут…

Перед глазами Матвея словно в старом кинотеатре пробежали кадры последних событий. С того момента, как шприц воткнулся в бедро, мир словно покрылся красноватой дымкой, а восприятие воспарило над улицами шумного города, над домами и потоками машин, между которыми ловко лавировал Степаныч, попыхивая "беломориной".

Огнем пылал артефакт на пальце, а парень пытался ощутить связь капли крови Ольги Демидовой с самой девушкой. Сколько клятв ему пришлось дать службе безопасности ее Рода страшно подумать. Однако сейчас тот самый случай, когда частичку плоти, полученную во время визита к Шаману использовать можно и нужно.

Шире…

Восприятие охватило еще большее пространство грозя сжечь центральную нервную систему юноши потоком мусорных ощущений – отголосков чужих эмоций, желаний, страхов и возбуждения.

Еще шире….

Боль… Словно десятки раскаленных игл вошли в подушечки пальцев Матвея. Набатом в виски стучала мысль "Хватит! Остановись! Прекрати это немедленно!". Но парень терпел, чему свидетелем были брызнувшие из глаз слезы и прокушенная в безуспешных попытках сдержать рвущийся откуда-то из разрываемого болью словно когтями хищного зверя нутра.

Вдох и выыыыыдох…

Очистить голову от воспоминаний.

Однако же как ярко стоят перед удары по щекам – следствие попыток Кирилла и Степаныча вернуть его в сознание, больше похожие на экстренную реанимацию.

Спокойствие…

Нега…

Тьма….

Удар! Медитативная безмятежность Матвея вновь подернулась рябью воспоминаний о том, как его сердце вновь стало биться, а легкие самостоятельно прокачивать кислород. Еще удар, и вот он уже перхает тягучей слюной на подтаивающий питерский непостоянный снежок, пытаясь унять пожар в груди. Степаныч не мелочился. Спасительный для сердца удар, вновь запустивший "моторчик", едва не переломал парню ребра. Видимо, и взаправду плох был. Не до марципанов…

Спокойствие…

Вновь спокойствие…

Кончики пальцев на руках и ногах покалывает приятным теплом, а внизу живота спиралью закручиваются тугие потоки энергии, что в нужный момент пружиной выбросят тело юного мага навстречу неизвестности, а пока спокойствие.

Никаких эмоций…

Словно посторонний зритель в своем же собственном теле Воронцов с интересом в который раз наблюдал за лицом представителя Демидовых.

– Нашел?!

Покачивание головой вновь навеяло ощущение недавно пережитой боли, но сейчас, внутренним взором, все воспринималось куда более спокойно.

– Значит, упустили, – треснул лопатой-ладонью по ноге Степаныч. – С**лись, суки, из города…

Легкий кивок вызвал лишь головокружение.

– Отдыхай, – занятый совсем другими мыслями Степаныч, уделил толику внимания и парню. – Ты держался семнадцать минут. Это… много.

Простые слова, но сколько за ними оттенков. Тут тебе и легкое удивление, совсем небольшое беспокойство из разряда "еще б и этот не сдох", и даже толика малая чего-то слегка напоминающего уважение. Все это раскладывалось на составные части перед его внутренним взором легко и естественно.

Вдох, выыыдооох…

Зачем он это сделал? Ведь мог бы просто отпустить Степаныча. Возможно, гвардия Рода Демидовых справилась бы лучше… И не пришлось юноше извращаться в медитации, готовя тело к одной единственной акции.

Всего-то и стоило промолчать.

Не смог…

А почему?

Сложно врать, когда перед своим же внутренним оком ты словно на ладони. Матвей так и заявил Самому-Себе-Наблюдающему-Со-Стороны: "Да хер его знает!".

Не промолчал.

Пальцы правой руки вмиг конвульсивно дернулись, чуть глубже впиваясь подушечками в нагретый ладонями рифленый пластик.

* * *
Это был жест отчаяния.

Из той серии, когда готов совершить самую большую глупость, лишь бы не терпеть муки бездействия. Едва Степаныч понял, что толку от поиска привязки в городе не будет, а еще чуть-чуть, и некий жнец просто отъедет в закрома Серой Дамы, как машина была остановлена, а еще находящийся в сознании экипаж приступил к реанимации. Матвей же парень крепкий – выкарабкался, но поражение признавать не собирался. Возможно, если бы у него была возможность взвешено подойти к ситуации, то… Впрочем, химический шторм в крови не оставлял разумным решениям ни малейшего шанса! У них было еще целых три часа до прибытия группы Демидовый, за которые можно было предпринять еще одну попытку. И Воронцов даже представлял, какую именно! Отчаянные времена требуют дурацких решений. Впрочем, иногда и глупые решения приводят к нужному результату. Успокаивая себя этой мыслью, парень сделал очередную глупость из разряда тех, что жизнь могут сделать ярче, но, увы, значительно короче! Воронцов выбрал один из контактов в телефоне и легонько ударил подушечкой большого пальца по иконке вызова. Ждать долго не пришлось.

– Слушаю, – на третьем гудке раздался донес до уха динамик телефона бодрый ответ.

– Здравствуйте, Кирилл Евгеньевич, – вежливо начал Матвей. – Матвей Александрович Воронцов беспокоит. Могли бы вы уделить мне толику вашего времени?

– Конечно, полагаю вы бы не стали звонить, если бы вас к тому не подтолкнули действительно серьезные обстоятельства, – Воронцов почти как наяву увидел, как скривилось лицо собеседника, но надо отдать ему должное – звонивший сразу послан не был. – Полагаю, что вопрос срочный, а потому предлагаю обойтись без светского шаркунства. Слушаю вас внимательно.

Вот как.

– Сегодня Родом Волоконских была похищена Ольга Григорьевна Демидова, – спокойно и почти без эмоций начал Матвей. – Прошу вас выступить посредником в переговорах между мной, и Родом Волоконских.

– А род Демидовых? И на каком основании вы поведете… диалог?

– По праву жениха! Демидовы присоединяться к нашим переговорам, если сочтут это уместным.

– Что мешает вам самостоятельно связаться с Родом Волоконских?

Матвей глянул на Степаныча, но тот лишь покачал всклокоченной головой.

– Волоконские не идут на контакт.

– Матвей Александрович, а почему я должен помогать вам?

Наконец собеседник задал самый скользкий вопрос. Сработает ли "заготовка"?

– Полк, – четко и раздельно произнес юноша. – У нас есть информация, что известный вам князь, не заручившись достаточной поддержкой своего рода, привлек к исполнению… своего плана бойцов Кавалергардского полка. Вы понимаете, что это может значить для всего подразделения. Я вовсе думаю, что вы своей кровью охраняли границы Руси вовсе не для того, чтобы по возвращении увидеть уничтожение полка только из-за амбиций одного, давайте говорить прямо, необстрелянного юнца. Юнца, который готов пожертвовать боевыми товарищами всего лишь ради интриги. Вы действительно считаете, что есть причины, оправдывающие ТАКУЮ жертву?

Боже, что он нес. Сейчас, вновь прокручивая перед внутренним взором события, Матвей понимал, что безумная идея со звонком Лунину в здравом уме ему в голову точно не пришла. Лишь затуманенные остатками резонатора в крови мозг и чувства могли решиться на воплощение столь дурацкого плана. И тем удивительнее было, что…

– Согласен, – донес до собеседника далекий ответ бездушный сигнал. – Вы подтверждаете… Ряд моих подозрений. Готов выступить посредником в ваших переговорах. Предлагаю встретиться в доме Яковлева через два часа. К тому времени, полагаю, мне удастся наладить связь с князем и определить первичные условия переговоров, а так же обеспечить себе некие гарантии безопасности… с обеих сторон.

Что это было? Намек на то, что и ему с бойцами Волоконских лучше не встречаться. Ой, интересно…

– Буду.

Короткие гудки были ему ответом.

Степаныч некоторое время очень задумчиво молчал, сверля парня очень недобрым взглядом. Кирилл тоже не произнес ни звука.

– Шах и мат, б**дь! – наконец разразился представитель Демидовых. – Мо-ло-дец! И какого?

Затуманенный остатками резонатора мозг Матвея лишь сейчас стал понимать, что о ТАКИХ идеях союзников действительно стоит предупреждать ДО их реализации.

– Степаныч, воздержись хотя бы от мата, – прав "связник", прав, да вот только позволять безнаказанно "давить" на себя – не самая лучшая тактика.

Даже с союзниками.

– Шах и б**дь, Матвейка! – взревел Степаныч, едва не хватая нетвердо держащегося на ногах парня. – Эй, ты куда пошел?!

– На встречу, – равнодушно пожал плечами парень, почувствовавший себя словно накачанный по самые брови анестезией кролик (да кто его знает, почему кролик – вот всплыло у парня в мутной голове).

- ***??!

– Я про полк наугад забросил наживку, – признался Матвей. – Но реакции… То ли знает, Кирилл Евгеньевич, нечто, то ли подозревает. Мне интересно, что именно! Нужно объяснять, чем все закончится, если мое предположение хотя бы отчасти верно?

Степаныч покачал головой.

Снесут Волоконских. Волей императорской снесут. Подчистую. Просто за сам факт использования имперских подразделений в Родовой Войне.

– И куда ты?

– Лунин на данный момент находится в отпуске, – пожал плечами Матвей. – Любовью к светской жизни он не отличается, а значит велик шанс, что выдвинется на встречу из своего дома. Если же я ошибся, то мы все равно успеем к месту встречи. Есть у меня небольшое подозрение, что если у них там действительно все так закрутилось, то…

– … Может и не доехать?

– А мало ли?

– Чуйка?…, - прищурился Степаныч.

– Да есть немного, – не стал отрицать очевидного Воронцов.

– Вот и у меня "моторчик" жмет, – задумчиво смял тельняшку в районе груди новый союзник. – Эх, молодежь, поехали. Щас Степаныч вам покажет!..

* * *
Степаныч показал.

Доехать за 26 минут практически от центра Петербурга до небольшого, но донельзя элитного поселка – задача нетривиальная. Он справился.

Хорошо хоть не пришлось оставлять машину за километр от их цели. По мнению Матвея, ржавая "шаха" на дорогах, что привыкли к протекторам чистокровных немецких и итальянских рысаков или, на худой конец, американских прожорливых монстров, будет "светиться" словно новогодняя елка посреди кладбища. Однако Степаныч в очередной раз оказался прав, заявив, что судя по идущим стройкам на новых улицах, здесь должно быть немало трудовых гостей с юга Империи, а, значит, местные видели еще и не такое! Воронцов пожал плечами, но согласился, что при таком раскладе чувство прекрасного местного "обсчества" действительно не даст долго любоваться очередной развалюхой на пейзаже их благополучной жизни.

Оставалось только проскочить на территорию коттеджного поселка.

* * *
– Ты молодой, чего удумал, – возмущался Степаныч, выговаривая возвышавшемуся над ним на добрую голову мордовороту, с трудом втиснутому в классический костюм. – У меня тут два мешка шпаклевки, бригада стоит, а Уткины вечером будут, ты им будешь объяснять, чего это сделано меньше муравьиной пипетки, а?

Лицо охранника осталось безучастным.

– Не велено, – вот и весь ответ на протяжении битых пяти минут.

– А простой бригаде кто оплатит, а? – с очередной стороны зашел представитель Демидовых. – Вот приедут спросят вечером хозяева, а чей-то у нас унитаз еще не стоит и посрать-то нам после рабочего дня негде? А я отвечу, да, отвечу: "А спросите-ка у орангутанга… тьфу ты, у охранника Димы!". Он свой бейджик недаром носит, так у него будка-то ничего… Ого-го я бы сказал! Нет, у вас-то туалет побольше, зато тут прямо на столе можно! Где вы еще в логове орангутангов… тьфу, охраны, испражниться сможете?! Сафари почти что! Как думаешь, что мне ответят?!

– Не велено, – в очередной раз ответил тот, все так же сохраняя выражение лица "кирпич глиняный, обыкновенный".

– Так что с мешками делать-то?!

– Требуется разрешение на проезд!

– Стоп, – неожиданно вмешался в беседу Воронцов. – Я правильно понял, что проезд машины запрещен до оформления пропуска жильцами, так?

– Да, – все так же никаких эмоций.

– В какой форме оно может быть получено?

Спокойствие, главное при общении с такими типами сохранять спокойствие.

– Достаточно звонка от заказчиков.

– То есть, пройти на территорию мы можем, – все так же безмятежно поинтересовался Матвей. – Дабы таковой звонок оформить.

– Конечно, – слегка пожал плечами их собеседник.

– Эк, бл…, - аж поперхнулся Степаныч.

– Где можно пока оставить машину?

– Сразу после заправки сверните направо, там будет указатель, – махнул рукой, практически не выдав своего скепсиса по поводу наименования транспорта Степаныча гордым словом "машина".

Оставленный "на всякий случай" в городе Бобров с охранником бы явно согласился.

– Кстати, а если бы не жили здесь Уткины, что бы ты охране плел? – поинтересовался Матвей, пока они возвращались со стоянки к офрмленному под средневековую башенку с полосатой будочкой в стиле тех, что установлены в Александровском дворце, КПП.

– Они везде есть, – пожал плечами тот, явно желая сравнять с землей не только обитель орангутангов… тьфу, охраны, но и весь этот поселок, где так пренебрежительно отнеслись к его "ласточке". – Застраивают инфраструктуру вот в таких вот оазисах для знати. Тьфу на них сто три раза.

– На кого именно? – не удержался от любопытства парень.

– Да на всех разом!

– А шпаклевка у тебя в машине откуда? – продолжил "докапываться" до мужичка Матвей.

– Сортир доделать, – огрызнулся тот. – На даче! Надоело зад морозить во дворе!

Воронцов не нашелся, что ответить.

* * *
Они не успели.

Прямо перед крыльцом дома Лунина стоял джип с гербами Волоконских. Не гвардейцы. Судя по повадкам что-то вроде ГБР. Видимо, князь просто отправил за своим "другом" ближайшую машину.

Интересно, это предусмотрительность, или кто-то "на шнурке" уши греет. Но в таком случае вопрос – на чьем "конце" произошла утечка?

– Этот человек может знать, где держат Ольгу? – неожиданно серьезно спросил Степаныч, прищурив глаза.

– Вероятно, он может помочь нам, но степень его осведомленности… Ну, во всяком случае, выше чем у этих.

Кивок головы в сторону оставшегося дежурить в машине водителя.

– Вот и я в том же направлении думаю, – кивнул каким-то своим мыслям связной Демидовых. – Сработать сможешь?

– Степаныч, ты…

– Я могу снести поселок, не вопрос, – прервал его "колхозник". – А вот аккуратно отработать по дуболомам, не задев объект – вряд ли. Не учили меня этому.

– А чему учили, – зло выплюнул Матвей.

– Искусству быстрого и грамотного с**ба, – пожал плечами тот. – Мы всегда цель номер один на поле боя. Сколько по стандарту полагается групп прикрытия для вывода воеводы на ударную позицию согласно Пехотного Устава?..

Матвей прикусил язык.

– То-то…

– Ну ты и сука, – только произнес он, по новому оглядывая ухоженный садик перед домом Лунина и небольшую площадку перед крыльцом, где остановился тяжелый джип.

А ведь расслабились бойцы ГБР Волоконских. Могли бы и бронированную машину прислать. А Степаныч "молодец"… Можно задать все интересующие вопросы, а ежели чего, то…

Гостю дорогому окажу почет![50]
Вот досада будет,
Если он помрет!
Спросят "Где?" отвечу:
"Умер как герой!"
Лживые собаки гонятся за мной!
– Род Демидовых берет на себя всю ответственность, – произнес уже выверяющему рывок Матвею.

Вспыхнувший на ладони знак Обета развеял последние сомнения в голове Воронцова.

– Согласен, – накрыл он своей рукой небольшой пылающий символ.

Рукопожатие древним обрядом скрепило договор.

* * *
Вдох, выыыыыдооооох…

Спокойствие…

– Пошел.

Никаких эмоций.

Двое "шкафчиков" уже выводят Лунина из дома, нетерпеливо подталкивая его в спину. Оружия в руках нет, но и расслабляться явно не спешат.

А диспозиция не так чтобы и проста: выход на силовую акцию со стороны водителя под углом в 45 градусов. Так, Кирилла свет Евгеньича наверняка посадят за передним пассажирским сиденьем. Значит, один из крепышей займет место за кучером, а второй сядет "за стрелка"[51].

Принял.

А заряженное тело уже в движении. Ничего не отменить.

"Заложника" уже усадили в машину, а один из сопровождающих направился как и всякий нормальный герой в обход джипа к задней пассажирской двери. Второй задержался около окна со стороны Лунина, зло жестикулируя.

15 метров… Мыслей нет…

Первый "гэбр" занимает место в машине, второй все так же разъясняет нынешнее положение "пассажира".

7 метров… Чувств нет…

Визуальная засечка, зрачки водителя расширяются, голова сидящего за ним только начинает поворот в сторону возможной угрозы, а "говорун" уже невиден за джипом.

Три метра… Действие!

Стремительным кистевым движением, почти не пошевелив рукой, Матвей перебросил скрытый за спиной "Глок" с глушителем так, чтобы без разворота послать две пули из положения "хрен знает куда попаду – сохранить бы кисть!" в сторону водителя. Мгновенный стремительный разворот, и вот уже он "дорабатывает" сидевшего за рулем боевика. Перехват оружия двумя руками и перенос оружия – пассажир ловит три "подарка". Кистевым движение уже левой руки легкий огневик в какую-то статую перед домом, а тело уже рванулось вперед, молниеносно огибая джип со стороны багажника. Легкий вынос тела из – за корпуса машины с рабочей рукой двумя выстрелами "успокаивает" последнего "клиента", уже успевшего вытащить оружие, но дернувшегося в сторону светопреставления за спиной, где красивыми осколками в огненных всполохах только что разлетелась какая-то лепнина. Вернуться на исходную.

Три шага назад, а левая рука на автомате вытаскивает из заднего кармана запасной магазин, который тут же сменил изрядно полегчавшего собрата. Оружие же ни на секунду не было отведено от салона.

Визуальный контроль целей.

Правки не требуется.

Отдельно мозг отмечает, что первая пуля попала в дверь, сантиметров на пять ниже стекла уже неактивного водителя, в вторая, хоть и оставила в стекле аккуратную дырочку, но явно задела металл, отчего предсказать ее рикошет не смог бы и Его Величество Случай!

Плохо. Нужно больше тренироваться из нестандартных положений.

Сердце дало легкий сбой, а дыхание нарушило свой равномерный ритм резким вздохом-всхлипом. Реальность вновь стала раскрываться перед парнем во всей своей полноте, а боевой транс уступать место некоему эмоциональному опустошению. А как иначе – ничто даром не проходит!

Сделав пару глубоких вдохов, Матвей осмотрелся по сторонам. Как и все зло в мире, акция прошла обыденно и быстро, так и не став достоянием широкой общественности. Негромкие хлопки не побеспокоили обитателей уютных домиков, не нарушив покоя обывателей. Ну кому нужно приглядываться к салону припаркованного у дома внедорожника, а тело последнего бойца, живописно раскинувшегося около переднего колеса, еще попробуй заметь!

* * *
На то, чтобы хотя бы слегка подавить адреналиновый шторм, Матвею понадобилось секунд пятнадцать. Все это время он не отводил ствола от салона, якобы что-то высматривая внутри. Не хотелось бы опозориться перед представителем Демидовых. До возраста, когда приходит понимание того, что "отходняк" после такого дела – это НОРМАЛЬНО, Воронцов еще не дорос.

"Дорастет еще, какие его годы!", – мысленно усмехнулся подходящий к машине Степаныч, прекрасно понимая, что сейчас творится внутри у юноши.

Наконец, парень почувствовал себя в силах "функционировать" дальше. Уверенным, как ему казалось, шагом он направился к заложнику. Шаг, другой, третий… Открыть дверь…

– СУКА, – рев Степаныча за спиной заставил Матвея вздрогнуть, но обернуться он уже не успел.

Лишь краем глаза отметил всполохи взрыва, как какая-то чудовищная сила буквально вдавила его в салон. Резкий вздох смутное ощущение резкого запаха…

– Ну, привет, – улавливает потухающее сознание злой голос Лунина. – Вот теперь пообщаемся!

Наступила тьма.

Антон Федотов ЖнецЪ. На службе Е.И.В.

Глава 1

Где-то и все те же

— Вот где бы где дюжина негритят-то не помешала, — ухмыльнулся Матвей, постаравшись извернуться так, чтобы "свернуться" чуть компактнее.

Желательно в позу эмбриона, если бы пускали кандалы, защелкнутые на руках и ногах. Поза не слишком героическая, но холод стоял такой, что захочешь согреться и не так раскорячишься! Каменные кольца кандалов не только фиксировали парня в очень неестественном положении, но и блокировали любое внутреннее движение Дара.

Ольга негромко рассмеялась лопнувшими губами.

— Завидно, Матвей Александрович?

— Да упаси все те, кто могут упастить! — не очень понятно, зато искренне ответил он. — Я уж лучше о дюжине девочек помечтаю. Можно даже негритянок, или азиаток, но вообще наших больше люблю…

Сидевшая чуть более вольготно, насколько можно себе позволить с обычными строительными стяжками на руках и ногах девушка, перекатилась так, чтобы лучше видеть лицо собеседника… Ну, насколько позволила веревка, давшая ей очень небольшое поле для маневра в противоположном от узника углу небольшой комнатушки.

— Козел и кобель, — припечатала Демидова, вывернув плечевые суставы под таким углом, что даже Матвею больно стало. — Все вы мужики такие!

О, старая как мир тема! Но пребывание в импровизированной камере вот уже вторые сутки не слишком радует разнообразием развлекательной программы, так что почему бы и нет?!

— А чей-то я-то, — по-простецки загундосил парень. — Ты за всех не говори! Я в этом плане вообще ух! Кремень.

— Ну да, ну да, ждала я от тебя признаний…, - скептически протянула Ольга. — Вот почему мужикам так сложно признать такие вещи? Да, кобели, да волочимся за каждой юбкой!..

Воронцов попытался пожать плечами, но тут же поморщился от прострелившей затекшие руки боли. Если бы не владение внутренней энергией, то уже и лучшие врачи вряд ли бы спасли конечность от последствий двухсуточного издевательства над передавленными кандалами кровотоками.

Комичная серьезность заставила парня негромко рассмеяться. Не выдержала и прыснула Ольга:

— Мужики, как обычно, отрицают вещи, которые им нравятся, — явно процитировала кого-то хихикающая девчонка. — Запоминай! 99 % проблем могли бы решиться в миг, если бы мужики признали, что любят три вещи: сладкие напитки, мьюзиклы и палец в жопе![52]

Смех в одном из концов комнаты мгновенно смолк в попытке осознать сказанное, а Демидова, пользуясь очень задумчивым молчанием собеседника, невозмутимо закончила:

— Но они не признают, и мир продолжает катиться в пропасть!

— Послуууууушай…, - принял вызов Матвей.

Жаркий спор начал набирать обороты!

* * *
— Не помню, как называется эффект, но представь небольшой городок, где все про всех знают. Так вот в этом городе живут 100 мужиков. 90 из них справно трудятся на благо общины, примерные семьянины, а тебя за предположения о пальцах просто на костре бы сожгли на хрен!

— Согрелась бы!.. Но ты продолжай.

— Так вот оставшиеся 10 алкоголики, мудаки и к каждой юбке, что им это позволила, зашли в гости уже не по разу. Поколотили, выпили все что горит, не удовлетворили и свинтили. Так если опросить, все женское население этого городка, то мнение обо всех мужчинах будет строиться именно по этим 10: хамы, холопы, быдло.

— Survivorship bias.

— Русских слов мало?

— Систематическая ошибка выжившего.

— А это с самолетами-то?

— Не поняла.

— Ну, во время Семидесятидневной войны одному математику задали задачу. Дело в том, что не все бомбардировщики возвращались на свои базы с боевых вылетов, а в "счастливчиках" находили множество пробоин от зениток и перехватчиков. Пробоины распределялись неравномерно. Большая часть на фюзеляже, гораздо меньше на топливной системе и уж совсем редко вражеским огнем повреждали двигатели. Почесали репы генералы, да и предложили навесить на эти места больше брони! Вот только в чью-то умную голову пришла мысль спросить об этом ученого. Тот же и спросил: зачем, с этими повреждениями самолеты ВОЗВРАЩАЮТСЯ![53]

— Поняла-поняла-поняла, это как с дельфинами!

— То есть? Разверни!

— Ну, нам же известно об их доброте со слов тех, кого они вытолкнули на берег, верно?

— Ну…

— Мнение тех, кого они толкали в обратную сторону, видишь ли, не учтено!

— Б*дь, Оль, оставь мне веру хоть во что-то светлое!

— В дельфинов?

— Хотя бы в них…

— И…

— И еще в пиво!

* * *
— Зачем тебе это все?

— Замуж я не хочу, понимаешь? Не то чтобы вообще, но вот пока…

— Насколько я понимаю, ты… Прекрасно осознаешь, все минусы своей репутации…

— Конечно, сколько сил на это убито.

— Не понял.

— Общественное мнение обо мне — это то, что вытянет не каждый Род моего будущего жениха. Нет, тебе и Воронцовым было бы все равно. Романовым, Гольцовым, Скуратовым и другим Древним Родам — тоже. Они могут позволить себе закрыть глаза на такие мелочи, а вот Семьям послабее так проигнорировать общественное мнение уже не получится.

— Все равно…

— Знаешь, сколько брачных предложений поступило моему деду от Родов? Первое пришло едва мне исполнилось одиннадцать! Нет, можно, конечно, и послать всех в пешее эротическое, но… Наше общество просто пронизано невидимыми большому миру союзами, договорами, братчинами. Сегодня одному отказал, второму, третьему, а завтра артель машиностроительная цены заломила, контракт сорвался, клиенты ушли… Зачем плодить недоверие и вражду там, где просто можно установить некий… "Входной порог"? Так же мои выходки еще и на пользу Роду идут!

— …?

— Репутация. Представь, Глава какого-нибудь Рода читает про наши с тобой ночные гонки, список разрушений и прочие непотребства!..

— …!

— Да-да, помню, ты в статьях почти и не появляешься. Бросил хрупкую девушку одну… Его мысли: немного сочувствия к деду: внучка оторва — горе в семье! Вертит им бедным как хочет! Но следующая мысль: "А сильны Демидовы! Такие выкрутасы "прикрыть!"

* * *
— А я не хочу, не хочу по закону, а я по любви, по любви хочу!..

— Заткнись!

— Хахахахах.

— То есть, ты… И все ради… Хахаха.

— Да, пусть не по любви, не в моем положении, но пока есть возможность погулять на воле, так почему бы и нет?! Ну не хочу я замуж пока…

— С негритятами оно веселее, да!..

— Дались тебе эти негритята!

— Ну…

— А по-моему, тебя сравнение с ними задело! Видела я твое лицо, когда я рассказывала про их болты…

— Ох, не могу, хах-ха!

— Да не спала я с ними, успокоился?

— Неа, мне все еще смешно… Хах…

* * *
— Боль-но, Матвей Александрович, с такими было бы просто боль-но!

— Ой, не могу… До свадьбы ни-ни! И кто? Демидова!

— Эй, ты там совсем-то не извращай! Были у меня мужики, но не так и не столько!..

* * *
— Ты как про последнее желание спросят, требуй, чтоб тебе палач лично прочитал вслух все тома "Войны и мира"!

— И пожрать!

— Матвей, ты только и думаешь, как брюхо набить! — Не только, но о втором только когда не голоден!

— А как же пища для ума?

— Например?

— Почитать что-нибудь…

— "О пользе голодания"?!

— Нет, спасибо, не сейчас!

* * *
— Астрахань.

— Нижний Новгород.

— Дубна.

— Архангельск.

— Кострома…

* * *
— Из далека доооолгооооо,
— Течет река Воооолгаааа!..
* * *
— Ну и я её…

— Фууууууууууу… Зачем мне это знать?

— А что такого? Горячее пиво — действительно вкусно!

— Да я про эту…

— А! Так я ж про твоих негритят знаю… Снилось даже!

— Матвееееееееей…

— Хахаха.

* * *
— Веселимся?

Новое действующее лицо появилось в камере достаточно неожиданно, пусть и было замечено Матвеем и Ольгой почти мгновенно. Такую "физию" грех было не заметить. Шрамы и ожоги покрывали его с левой стороны, делая похожим на страшную маску. В остальном же вошедший ни чем не выделялся. Черный костюм, облегавший широкие плечи словно влитой, и белая рубашка с каким-то неярким галстуком. Про обувь тоже мало что можно было добавить кроме черная, кожаная, надраенная до блеска. Вот разве что выправка… Никакой цивильный костюм не скроет, что раньше на его плечах красовались погоны. И довольно долго. Настораживал лишь серебряный значок "I.H.S.". Иезуит, ну надо же…

— Похоже, пора ужесточить режим содержания, — усмехнулся из-за спины "гостя" виновник их нынешнего пребывания в столь неприглядном месте Кирилл Евгеньевич Лунин.

Лаааааадно. С этим деятелем еще разберемся. А второму простим пока "вторжение". В конечном счете еще большой вопрос кто здесь у кого в гостях. Однако амнистия будет касаться только вторжения. Все остальное парень запоминал и был уверен, что этот счет он предъявить он обязательно сможет. Молодость она такая, да…

— Так с какой целью мы приглашены в это замечательное место, — светским тоном уточнил Матвей у "пережеванного", демонстративно игнорируя Лунина.

Тому показательное пренебрежение явно не понравилось, но только он собрался открыть рот, как "гость" сделал короткое движение рукой и кое-чей рот захлопнулся не успев поделиться с миром своим возмущением. Бывает, да.

— Я вам так нравлюсь? — все еще вежливо поинтересовался Матвей, не без сомнения наблюдая за тем, как гвоздь взглядом буквально ощупывает его самого.

— Вы мне безразличны, Матвей Александрович, — безмятежно соврал тот.

Старый Повилас прекрасно знал, что поврежденные мышцы, навсегда сделавшие его лицо маловыразительной, но оттого не менее страшной маской, не выдадут того огня ненависти, что вспыхивал у него внутри, стоило ему увидеть любого из воронцовских ублюдков. Очень уж хорошо он помнил, какую резню устроили берсерки Старого Коршуна, что позже возглавил Род Воронцовых, его батальону, каких-то 35 лет назад. Этого срока явно недостаточно, чтобы забыть всю ту боль, что он испытал на пепелище. Ту ночь пережили всего 23 человека. Из 914.

Смыслом его жизни стала месть. Она же помогла сохранить рассудок. Но сейчас, когда в его руках находился ключ от гнезда Старого Коршуна — Усадьбы Воронцовых… О, да… месть будет сладка!

— Впрочем, не скрою, мне будет приятно знать, что где-то взгрустнет один старый пердун, когда я пришлю ему твою голову, — ну вот, обещал же себе сдержаться, да опять сорвало.

Ничего не мог с собой Повилас, в иных, даже критических, случаях демонстрировавший изрядное здравомыслие.

— Что ж я тогда жив, — поднял удивленный взгляд Матвей, решивший держать марку и лицо даже при самой плохой игре.

Впрочем, марка маркой, а холодок-то внутри пробрал.

Старик продемонстрировал ему шприц с прозрачной жидкостью миллиграмм на пять.

— Не выйдет, — ухмыльнулся Воронцов, постаравшись это сделать как можно гнуснее. — Блокировка зонного типа плюс психоблокада. Еще варианты?

— А и не надо, — усмехнулся довольный "гость", пряча шприц в карман. — Интересно, что ты скажешь о боли. Старой доброй боли? Той самой боли, что сводит с ума и самых стойких, превращая их в рабов, готовых на все ради "легкого ухода"… Или по молодости считаешь, что стойко перенесешь все мучения и потом…

Старик что-то еще говорил, но Матвей уже не слушал. Пытки он не вынесет. Все те, кто утверждают обратное, мало представляет о чем идет речь. При том же полевом допросе инструктор учил его, что терпеть нужно сколько можешь, если только тебе надо дать время товарищам, либо еще как-то лишить противника нескольких минут времени. Имеет смысл попробовать соврать, либо ввести противника в заблуждение, но запираться в такой ситуации… Какой-то уровень боли тебя все равно "купит", а то, что останется от твоей бренной тушки после всех процедур, миру предъявлять будет ну решительно невозможно. Поэтому итог один — утилизация.

— Сегодня отдыхайте, Матвей Александрович — светским тоном предложил старик. — Вас даже покормят…

Уже в дверях Повилас остановился, и, обернувшись к парню добавил:

— Правда, сильно наедаться не советую, завтра вас ждет обширная программа!..

* * *
— Ну, а мне ты просто не нравишься, — выдал Лунин, едва за уродливым стариком закрылась дверь в явно импровизированную камеру. — Я был рад приказу. Жаль, что задача стояла доставить живым. Однако сейчас понимаю — Повилас оказался прав, как всегда. Уж кто-кто, а он-то умеет делать последние минуты жизни незабываемыми. А иногда, если повезет, эти минуты превращаются в часы…

Матвей на все это разглагольствование смотрел достаточно равнодушно.

— Ольга Григорьевна, как считаете, с молодым человеком все в порядке? — показательно игнорируя оратора, обратился парень к своей сокамернице. — А то вон как перекосило… В утреннюю кашу я ему не срал… Простите, что при дамах. Так, переформулируем… Несварение желудка я ему не устраивал. Так чего ж он меня не любит-то так, что аж кушать не может?!

Ольга, насколько позволяли путы, демонстративно пожала плечами.

— Может, у него маленький член?

Матвей не на шутку удивился.

— А это-то тут при чем?

Смешок был ему ответом:

— Ой, не знаю, не знаю, Матвей Саныч, он у вас всегда при чем…

— Хватит! — прервал зарождающееся веселье обсуждаемый тип.

Никто даже не повернул в его сторону головы.

— Как думаешь, а чего он такой злой?!

Ольга скорчила умильно-вдохновенную мордочку и тонким голоском протянула:

— А если б у тебя была маааааааленькая пипирка ты б злым не был?

Матвей предпринял попытку почесать затылок, но лишь скривился от возмущенного перестукивания каменных кандалов.

— Логииииичноо, — задумчиво протянул он.

Удар носком ботинка пришелся прямо в диафрагму Воронцову и был настолько силен, что на восстановление дыхания, не смотря на все старания внутренней энергии, на восстановление ему понадобились пара минут, на которые он просто выпал из реальности.

— … ядь ты такая, повезло, что живой нужна, — зло высказывал ненавистный голос угрюмо сжавшейся девушке. — Ну ничего, и тебя к покорности приведем. Смотри.

Зря ты так, парень, если бы Матвей поймал на себе столь ненавидящий взгляд Демидовой, то жить ему в этом мире было бы очень неуютно. Он ведь, в известных случаях, имел свойство становиться очень тесным. Вот уж непонятно было, добьются ли похитители от Демидовых заявленных целей, но на месте Лунина на долгую и счастливую жизнь после ТАКИХ взглядов парень бы не рассчитывал.

Тем временем, Воронцова буквально вздернули в воздух, вырывая суставы рук. Рррррр, больно!

— Вот сейчас поговорим, — заверил Лунин, нанеся первый удар.

Ого, а энергетический панцирь Кирилла, в простонародье прозванный "рубашкой" ослаб, когда хозяин поддался чувству ненависти. Словно мигнул, когда Лунин на миг потерял контроль над внутренней энергией.

Ну-ка.

— Знаешь, Оль, а ведь ты права, тут явно без короткоствола не обошлось. То-то я смотрю Кирилла у нас рукопашник знатный!..

И столь похабно юноша подмигнул сокамернице, что ни у кого не осталось и малейшего сомнения в том, что под "рукопашкой" Матвей имел ввиду вовсе не умение махать руками и ногами.

Девушка коротко и зло рассмеялась.

— С-с-сууууука, — выдохнул Лунин, нанося очередной удар.

Есть, слетела "рубашка"!

Воронцов скривился от боли в прокушенном языке, тут же почувствовав яркий привкус крови во рту.

Тьфу.

— Сука! — орал истязатель, пытаясь протереть глаза.

Ну да, жжется. Али Матвей не владетель своей Крови? Вот только боль — меньшая из твоих проблем, Кирилл Евгеньевич. Теперь Воронцов по Следу Крови рано или поздно до него доберется, куда бы тот не скрылся.

Если, конечно, переживет сегодняшний день!

Сука, выдохнул еще раз Лунин, нанося страшный удар в голову.

Сознание жнеца помутнилось. Что-то он слишком часто стал теря…

УДАР!

Как его тело упало на пол, едва кавалергард отпустил стопор, удерживавший тушку внештатного канцеляриста на весу, Матвей уже не почувствовал.

Глава 2

И оказался Кирюша Лунин не кобелем, а сукою.

С момента словесной перепалки прошло не менее двенадцати часов. По крайней мере, по словам Ольги. Сам Матвей еще не очень ориентировался в пространстве, так как сотрясение "не кобель" ему обеспечил с гарантией. Так же как и обязательный поход к дантисту. Так что у узника Волоконских (а Волоконских ли?) было время решить куда обращаться — к целителям или дантистам. Вторые "классическими" методами восстановят оскал, а первые, что будет естественнее и надежнее, просто отрастят выбитые или поломанные зубы. Есть одна мааааленькая загвоздка: ну вот не умеют целители работать безболезненно. От двух до четырех суток, в зависимости от сложности восстановления зубов, колбасить будет нещадно. Да еще и обезболивающие практически запрещены. Не совместимы они, видите ли, с тонкими вибрациями целительных заклятий! Парень распухшим от жажды языком пока не мог оценить полный ущерб, нанесенный своей фотокарточке. Ах, да… Если раньше раз в четыре часа им выдавали по маленькой пластиковой бутылке воды, то теперь, похоже, что решением Кириллушки, сей привилегии узники были лишены.

В таком разрезе и об обещании старика о кормежке тоже вспоминать не стоило.

А времени прошло немало…

Говорить тоже не хотелось. Рот лишний раз они перестали открывать еще часов семь назад, чтобы вместе с выдохом тратить меньше драгоценной влаги. Вот только и вся слюна, что удалось "скопить", была "выпита" много часов назад. И пусть тот, кто считает, что двенадцать часов без живительной влаги — не так много, проведет на себе эксперимент. Допускается даже без отягчающих обстоятельств в виде сотрясения и вони.

В туалет их не выводили вот уже пятнадцать часов.

"Ничего, Кириллушка, — думал про себя Матвей когда становилось совсем дурно. — Мы отсюда выберемся, и тогда сотворю я с тобой что-нибудь страшное!".

Впрочем, оценивая выражение лица очень неплохо державшейся Ольги, парень все чаще стал ловить себя на мысли, что "страшным" вполне может стать аренда тушки Лунина девушке на несколько часов. Уж она-то точно будет знать, что делать! И памятью плохой не страдает. "Молот ведьм"[54] по сравнению с судьбой придурка, решившего покуражиться за их счет, покажется доброй детской сказкой. Идиот явно выписал чеки, которые не сможет оплатить, если счет будет предъявлен. Вернее, "когда", а не "если".

Обсуждаемый объект появился еще минут через пятнадцать после того как Матвей стал всерьез задумываться, насколько еще ему хватит сил оставаться в сознании. В руках он держал тонкий стакан с водой. Сволочь.

Сделав смачный, с шумом и выдохом, глоток, он поставил стакан между пленниками на таком расстоянии, что ни один не смог бы до него дотянуться. Гадко ухмыльнувшись на прощание, он, так и не произнеся не слова, покинул импровизированную камеру.

А, нет, не сволочь. Сука!

Трижды.

Оставил стакан и ушел. Стеклянный стакан. Идиот. А он точно служил на Кавказе?

А то ведь как в той песне получается:

В танковой атаке бывает горячо,
Ну а писарем при штабе, так даже ничего![55]
Минут пять ушло у Матвея на смену положения. Если вытянутся на всю длину "поводка" кандалов, то он доставал до тары сааааамыми кончиками ботинок, которые с него так и не сняли (дважды идиоты!).

Идеально выверенным движением, он совершил ювелирный толчок, заставив влажный стакан проскользить сантиметров десять по ламинату. В сторону Ольги.

Та не подвела. Так же вытянувшись на всю длину, она смогла перенести скованные стяжкой щиколотки над вожделенной тарой. Зажав икрами стакан она подтянулась обратно к стене и сделав медленную, буквально выверяя каждый миллиметр "складку" таким образом, чтобы при подъеме ног под тяжестью оставшейся воды сосуд "проворачивался" в импровизированном захвате, вложила его в свою ладонь.

— Пей, — прохрипел пересохшим языком единственное за много часов слово Матвей, стараясь не слишком жадно пялиться на то, как девушка мелкими глоточками насыщает свой организм живительной влагой.

Матвей же, чтобы не думать о воде, поражался всему пафосу ситуации. Как древний герой он был скован кандалами. Нет, из курса артефакторики он прекрасно помнил, что именно такое строение блокираторов обеспечивало максимальное сдерживание Дара. Но сама ирония… Черт! Такие мысли не слишком отвлекали от саднящего пересохшего горла. А других он придумать не успел.

— До конца, — с тщательно скрываемым желанием добавил он, видя, что девушка остановилась ровно на половине.

С большим трудом остановилась.

Парню лишь осталось пожать плечами на ее вопрошающий взгляд. Не видел он способа передать сосуд, не разлив воду.

— Кинь мне стакан, — прохрипел он, убедившись, что последняя капля допита.

Но тут организм и глазомер Демидову подвели. Стакан разбился прямо у ног парня.

Ольга же виновато глянула на осколки, но Матвей лишь успокаивающе покачал головой.

Сделав нечто похожее на недавние экзерсисы Ольги, пусть и куда более "дубово", он ощутил правой ладонью донышко стакана, с торчащим острым осколком.

В тот же миг, острое стекло впилось в его левую ладонь.

— Ты что делаешь, — полувоскликнула, полупрохрипела Демидова.

Матвей лишь покачал головой, требуя не мешать. Отправлять себя на тот свет он не собирался. В конце концов, если бы так хотелось, то он давно мог откусить себе по примеру ниппонских шиноби язык. Смерть нелегкая, но… Смерть.

Иногда спасает.

Девушка же замолчала.

Вслепую собственной кровью при помощи стекла нарисовать на кандалах не самый простой символ ему удалось всего за полчаса.

Треск сработавшей Печати Разрушения едва не заставил парня заорать от боли в разодранных запястьях. Небольшой взрыв, буквально расщепивший камень, бесследно не прошел, вогнав крошево в его тело. Ходящими ходуном руками, он старательно вывел аналогичный символ на перемычке поножей. Сами "браслеты" он пока решил не снимать. Все равно после разрушения общего контура как подавители они уже никуда не годились, а если он лишиться еще и ног…

Спустя еще полчаса мучений и множество порезов у обоих, удалось срезать стяжку с рук девушки. Ногами она занялась сама.

— Сколько нужно…, - прохрипел Матвей, кивая на распухшие запястья и щиколотки Ольги.

— Минут двадцать, — ответила знакомая с внутренней работой девушка.

Воронцов лишь кивнул, буквально в этот миг выпадая в целительный транс.

Сколько-то до начала активной фазы побега он свое тело восстановить успеет.

Вот только достаточно ли этого?

* * *
Из теплого целительного транса Матвей "вывалился" резко и сразу. Не то чтобы ему очень этого хотелось, но пора было начинать действовать. Дар вернулся, но чуда за жалкие двадцать минут не произошло. Да, чуть меньше саднило горло и удалось хотя бы как-то остановить кровь. Вот только головокружение подсказывало, что все равно он ее потерял немало. А сколько еще предстоит?..

А весь внутренний резерв он уже потратил. Ну, не целитель он… Передача шла с ужасными потерями. Просто на то, чтобы выжить и сохранить хоть какую-то мобильность, потратить пришлось столько, что хватило бы на снос всего этого курятника. Мда… Огонь кончился. Остается Кровь.

— Ты как? — в голосе Ольги слышалось беспокойство.

Кажется, парень не только чувствовал себя паршиво, но и выглядел не лучше.

— Норма, — ответил он.

Удалось даже ободряюще улыбнуться девушке.

Вроде бы.

Демидова, по счастью, комментировать сие самоуверенное заявление не стала.

Еще минуту Воронцов потратил на быстрый самоанализ.

— Оль, я не боец, — признал он наконец, с трудом фокусируя взгляд на выплясывающих кадриль руках.

Короткий хмык стал ему подтверждением.

Девушка коротко кивнула, начав деловито разогревать запястья. Аутотренинг у нее, похоже, такой. Оставалось надеяться, что ее наставники действительно неплохо потрудились, натаскивая возможную наследницу в крав-мага. А так же на то, что уроки внутренней работы она усвоила на высоком уровне.

— Как мы отсюда выберемся, — деловито уточнила Ольга, продолжая выполнять короткий комплекс, и уже через несколько секунд добавила. — Готова!

Хорошо. Почти так же хорошо, как и решение девушки повременить с вопросами, которых, судя по прищуренному взгляду, у нее набралось на целый вагон и немаленькую такую тележку.

Ох-хо-хо… Когда-то на них таки придется ответить. И не ото всех удастся избавиться ссылкой на "страаааашные" подписки.

— Тогда вперед, — просто заключил парень, подбирая осколок.

Демидова тоже теряться не стала, оторвав от когда-то безумно дорогой брендовой маечки кусок, отправилась подыскивать еще один осколок.

Нашла.

"На один удар хватит", — заключил уже почти бывший узник, не раз видевший чертову девку в деле.

Моторику и навыки спрятать сложно. Особенно когда и тебя тренировали схожим образом.

Укол в руку был выполнен с хирургической точностью, чтобы получить ровно столько крови, сколько нужно для того, чтобы выбраться. Еще бы! Жнец, не знающий своей и чужой анатомии — мертвый Жнец.

А вот достойная печать получилась далеко не с первого раза — подводили трясущиеся руки. Однако тринадцатая попытка вышла вполне удачной. Воронцов же про себя лишь понадеялся, что это предзнаменование вовсе не им, а сволочам, что находятся за уже почти взломанной преградой.

Приложив окровавленную ладонь в центр чертежа, Матвей напитал рисунок энергией, произнеся пару гортанных фраз на давно мертвом языке, что тоже удалось не с первого раза.

Рисунок исчез, словно впитавшись в старое дерево мощной двери. Явно не в этом веке подвал строили… На совесть сделано. Когда смотришь на работу в разрезе столетий, результат получается вот таким. Монументальным. Даже в мелочах. Древний зодчий постарался на совесть.

— Еще пять минут.

Очередной кивок подтвердил, что девушка готова и ждет не дождется шанса поквитаться…

— Ольга, — счел нужным уточнить парень. — Наша задача не поубивать здесь всех прямо сейчас, а тихо и незаметно свалить отсюда. Понимаешь?

Девушка со все той же ненавистью и решимостью смотрела на дверь, сжимая в руках обмотанный тряпицей осколок.

Два шага. Одна пощечина, добавившая и без того чумазому личику еще пару красных разводов. Один долгий взгляд глаза в глаза. Ровно до того момента, пока на лице напарницы не стало проступать понимание.

— Мы. Уходим. Отсюда, — ровно и размеренно произнес Матвей, используя еще капельку из и так почти истощившегося резерва. — Тихо и незаметно. Ты слышишь меня? Тихо и незаметно. Повтори!

— Что? — подняла та взгляд, в котором еще плескались отблески только что охватившей Демидову холодной ярости, едва не превратившей хрупкую на вид пленницу (пока еще!) в нерассуждающего берсерка. — Что повторить?

— Мы уходим отсюда, — начал парень.

— Мы уходим…

— Тихо и незаметно, — еще чуть-чуть истончается внутренний резерв.

— Тихо и незаметно…

— Мы отомстим, — завершает мантру он, не давая разорвать зрительный контакт. — Но потом…

— Мы отомстим. Потом. Сейчас уходим тихо и незаметно, — наконец-то ее голос перестал напоминать рык раненой тигрицы перед броском, а во все еще полыхающих яростью глазах стал проступать проблеск разума. — Да, я поняла.

Что ж, на этом экспресс-терапию можно было считать оконченной.

Две минуты до старта тянулись часами, но вот…

— Сюда, — обозначил Матвей воображаемую точку на преграде к свободе. — Не слишком сильно.

Красивый, но жесткий удар девичьей ножки выломал замок из сгнившей двери, заставив ее распахнуться наружу. То, что не удалось совершить безжалостным векам, "поправило" древнее же заклятье.

Яркий свет ламп заставил обоих зажмуриться, выдавливая из отвыкших от света глаз непрошеные слезы. Парочка беглецов даже невольно отступила назад, стараясь унять неприятную резь. Заодно Воронцов впервые с толком осмотрел "приютившую" их комнатушку, опираясь на каменную стену. Похоже, когда-то это была молельня, о чем свидетельствовал каменный выступ, некогда исполнявший функции алтаря.

— Вперед, — скомандовал проморгавшийся первым парень через несколько мгновений, пропуская Ольгу вперед как единственного оставшегося в строю комбатанта.

Демидова молча кивнула, тенью скользнув вперед.

Настала пора покинуть сию гостеприимную обитель!

Глава 3

Какие же пленители (кто бы они ни были!) все-таки гады! Нет бы расположить кухню где подальше от импровизированных камер. Не пришлось бы сейчас глотать слюну и ждать, пока повара отвлекутся, чтобы стянуть бутылку воды. Вот они, всего-то в полутора метрах от входа. А поди ж ты доползи, не выдав себя урчанием живота от сочащейся и шипящей аппетитнейшими ароматами кухонной утвари. Тем более, Матвей (злодей такой, с точки зрения Ольги!) настрого запретил что-либо есть сейчас. С собой про запас что-нибудь компактное и не демаскирующее запахом — пожалуйста, а данный момент ни-ни. "Ни капли, ни сантиметра", как говорится в старой пошлой присказке. Нет, девушка тоже изучала физиологию и прекрасно понимала, что выброс инсулина, после которого потянет в негу и сон, а так же полные желудки — не лучшие помощники при побеге. Это не говоря уже о том, что еще неизвестно, какую реакцию выдаст оголодавший желудок. Но все же… Как хорошо, когда есть кто-то, кого можно "обвинить" во всех проблемах, пообещать мысленно жутко отомстить за вынужденную голодовку, а после спокойно делать, что должно!

Тем более ползти за заветными бутылочками, припасами и, по возможности, "холодняком", которого на любой кухне всегда более чем достаточно, выпало именно ей. Не Матвея же с его почти "выключенными" руками отправлять в разведывательной рейд. Увы, вопреки всем канонам сказок о принцессах из старых башен, что спасаются исключительно усилиями залетных принцев, роль ударной силы сегодня выпала ей. Реальность она всегда ближе к практической пользе от любого действия, чем к его "джентльменскому" виду! Тем более, со своей стороны парень уже сделал все, что смог.

И продолжал делать.

Вот и сейчас, прикрыв почерневшие от усталости и недосыпа веки, ярко выделявшиеся на бледном от потери крови и сотрясения лице, он "сканировал" пространство на предмет нежелательных свидетелей их дерзкого набега на запасы похитителей. Ольга, конечно, догадывалась, что "артефакт перчаточного типа", что якобы использовал ее соратник, не более чем прикрытие для средних сил стихийника, но вот Магия Крови…

Ладно, об этом после! Если… Нет, когда доживем!

А самое главное, что глава Рода Демидовых об этом знает наверняка. Не может не знать. Девушка очень хорошо представляла, насколько серьезно проверяются ее контакты и какие последствия для бойцов Гвардии сулит даже тень подозрения в халатности. С другой же стороны, удалось же её "спеленать" прямо посреди оживленной улицы Столицы? Но тут два варианта: либо охраняют как Государя, что и в туалет не сходишь без "теней", либо какая-то степень автономности, но с риском таких вот… коллизий. Они с дедом решили, что второй вариант лучше. Демидова и сейчас считала так же. В конце концов, если бы похищение было сопряжено с большими сложностями, то не отдал бы тактик противника приказ на ликвидацию? Какой бы крутой не была твоя личная охрана, но она сможет спасти только от второго выстрела. Первый раунд — всегда за нападающей командой.

— Оль, готовность, — вырвал ее из размышлений, все так и не открывший глаз Матвей, показавший ей три пальца.

Согнулся первый. Ольга выкинула все лишние мысли из головы, буквально вгоняя сознание в боевой транс. Согнулся второй. Обострившимися до звериных инстинктов чувствами девушка и сама ощущала, что в ближайшей к выходу в огромную кухню части помещения заметить ее некому. Лишь пара поварят копошились в противоположном ее конце. Согнулся третий. Энергетическая пружина мобилизованных Демидовой сил начала "распрямляться", убирая боль, страх и неуверенность, благодатным потоком напитывая мышцы силой. Взмах рукой — "Пошла!".

Бесшумным ужом охотница за водой, едой и прочими полезными прибамбасами, буквально ввинтилась в ярко освещенное пространство, тут же заняв место под столом, надежно скрывая себя от случайных взглядов поваров. Стянутая с вешалки небольшая платяная сумка, намеченная как цель номер один еще до броска, стала отличным "инвентарем", как говорят поклонники компьютерных игрушек. Сама она таким никогда не увлекалась, а вот к процессу сбора "лута" и "мародерству" подошла со всей ответственностью.

Сумку на пол, четыре полулитровых бутылки внутрь. Перекат. Схватить ножи, какие попались. Обратно… четыре банки консервов из стоящих в уголке ящиков, что Матвея, кстати, не очень порадовали. Вряд ли этим кормили местных старшИх, а вот если предположить, что из них комплектуют сухой паек бойцам… Немало здесь должно ошиваться всяческого сброда. Вновь ужом к лежащей под столом сумке…

Так, программа-минимум — есть!

Теперь схватить что под руку подвернется и ходу!

Еле слышный стук костяшек о косяк заставил ее вновь перекатиться под стол, замерев испуганной кошкой, но выпустив "коготки", чтобы в случае чего броситься на нежеланного свидетеля. Обошлось… Протопали мимо нее обутые в кроссовки ноги, задержались на пару секунд у рефрижиратора, после чего "унесли" своего владельца в обратном направлении. При этом семенящие шажки и некоторый асинхрон в движениях владельца красных "Адиков" выдавали напряжение и нервозность рыцаря ложек и кастрюль. Вот только размышлять об этом особо некогда. Ушел? Ну и славно!

Бросок сумки еле поймавшему трясущимися руками груз Матвею и резкий рывок к выходу.

Прорвалась!

Небольшой бросок до утопленного в полутьме коридора закутка (вот за что любил сейчас Воронцов зодчих старой школы, так это вот за такие "уголки", коих в их творениях всегда можно было насчитать немало — рай для диверсанта и головная боль охраны). Похоже, нынешние хозяева сей обители обустраивали ее все-таки с точки зрения собственного удобства, а не ведения боевых действий, предпочтя оставить здесь в старых коридорах хоть и уютное, но неяркое освещение.

"Интересно, каково здесь было когда вместо притушенных лампочек стены украшали факелы и масляные лампы? Наверняка зрелище было восхитительным!", — неожиданно пришла в голову парня совершенно излишняя на данном этапе мысль.

Романтик, блин.

Спрятались? Спрятались! Ну и хорошо… Вот теперь можно попить, передохнуть и подумать, как и, главное, куда им выбираться. По бутылке воды они прикончили на месте. Парень половину выпил почти влет, а вторую растягивал, стараясь не слишком спешить. Девушка же, утолившая первую жажду еще в "камере", свою долю смаковала со вкусом и неспешно. Ну, насколько время позволяло, естественно. Вес поклажи на плече Матвея тут же уменьшился почти на килограмм. В их условиях это серьезно! Там же молодые люди при помощи влажных салфеток (спасибо Демидовой за чисто женскую практичность!) насколько возможно решили вопросы первичной гигиены и оправились. Ну, не туалет же искать, судари мои, загоняя себя в ловушку с единственным выходом! Еще глупее начинать активные диверсионные действия в стане противника с полным мочевым пузырем. Как говорится в известной присказке, пусть уж лучше лопнет совесть, чем тот самый пузырь! Да и девушка особо не стеснялась и не привередничала. Ох, познакомиться бы с тем, кто вел у нее НВП. Руку бы пожал без тени сомнения!

Первичный осмотр "инвентаря" показал, что их дела не так уж и плохи. Удалось "затрофеить":

— Три керамических ножа (оба вздохнули с разочарованием — ни банку консервную открыть, ни сук срубить, разве что на втыкание в человеческое тело и годится!).

— Четыре банки тушенки (по счастью с кольцами для открывания, иначе Матвей попросту оставил бы их здесь как лишний вес — на ножи у него надежды не были никакой).

— Простой штопор с перпендикулярной деревянной рукоятью (им тут же завладел парень, превратив в опаснейший в умелых руках кастет с торчащим поражающим "шипом").

— Полотенце (тоже оставляем — гигиена/жгут).

— Банка оливок впопыхах стянутая со стола (в угол — лишний вес!).

— Девять нарезанных кусков хлеба, лежащих рядом с последним спертым ножом (сглотнув слюну, поровну фасуем по карманам).

— Скалка вся в муке и хлебных крошках (оставим здесь, но никакого смеха — в такой стрессовой ситуации могла и упаковку туалетной бумаги схватить на нервах… Что, кстати, в их ситуации было бы куда уместнее!).

Аккуратно распределив максимум веса по своим и ольгиным карманам, Матвей оставил в сумке лишь тушенку, проложенную, чтобы не "звякнула", полотенцем, превратив тем самым абсолютно мирные предметы в импровизированный кистень.

На все — пятнадцать минут.

Едва засеченный внутренним таймером Воронцова отсчет дошел до нуля, как он мгновенно оказался на ногах.

Единственный сигнал "Вперед!" из безмолвного словаря всяческих диверсантов, пластунов, спецназовцев, а так же прочих лихих личностей, и две тени вновь заскользили по довольно скудно освященным древним коридорам на встречу свободе.

* * *
Вот тебе и столкновение эпох. Небольшая дверь отделяла историю веков подвала от современного дома, построенного на надежном основании. Дом, кстати, гудел как потревоженный муравейник. Матвей грешным делом аж подумал, что их побег обнаружен, что было, кстати, вполне логично при наличии камер. Парень совершенно не предполагал добраться и до этой точки, рассчитывая скорее на разведку боем, которая поможет потом составить новый план. Ведь не грохнули же их сразу? И даже не покалечили! А это дает надежду, что и попытка к бегству не приведет к фатальным результатам. Однако все внимание "домочадцев" было обращено наружу. Похоже, кто-то злой и настойчивый готовился штурмовать загородную резиденцию, судя по портретам на стенах, принадлежащую все же Волоконским.

Хорошо, лишний шум не помешает. Однако и дожидаться штурмующих отрядов — дело последнее — кто его знает, кто там такой настойчивый, и не положат ли их под горячую руку, как свидетелей, либо просто потому, что у пока еще сдерживаемых осадными щитами имения товарищей, могут быть и личные причины по тихой грусти прикопать отпрысков Демидовых и Воронцовых, свалив все на поверженных, и, в таком случае, зачищенных в ноль, врагов. "Ну не успели мы ребятишек спасти, мои как увидели, что с ними супостаты сделали, так сразу всех и положили от полноты чуйств-с!", — картинка "оправдания" командира штурмовиков встала перед глазами парня настолько ярко, что он даже неожиданно для самого себя улыбнулся. Быстро погасив "лыбу", он украдкой обернулся к девушке, но и той, судя по ехидному выражению лица, на ум пришло нечто похожее. А что? Дело-то, в общем, вполне житейское.

Короче, Матвей принял решение выбираться самостоятельно. Очень вряд ли, что на камуфляже нападающих будут родовые знаки различия, а если и будут, то угадать, кто на самом деле под ними скрывается — та еще задача. Ее парень и решил перенести на "не здесь и не сейчас".

— Вперед, муфлоны тифозные, — проорал командный бас в полуметре от прячущихся за диваном беглецов. — Взяли и потащили!

Соседняя с их укрытием мебель была споро перетащена к двери. Похоже, "местные" возводили баррикады в доме, не слишком полагаясь на щиты. Хорошее решение!

Рывок из зала дерзкая парочка совершила как раз вовремя, так как управившиеся с первым приказом командира, вернулись уже за "их" диваном.

Еще одна небольшая неприметная дверь привела беглецов в крыло для прислуги. Вот уж где было тихо. То ли всех разогнали перед "войной", то ли, судя по тому, что повара все же кашеварят, свели штат к минимуму, и все, кто не принимает участие в активных действиях, сейчас искали укрытие. О том, что людей здесь и до нападения было немного, говорили следы ремонта. Похоже, хозяева решили обновить крыло, пока все лишние глаза удалены. Совместить, так сказать, приятное с полезным.

Комнаты на предмет "чего б затрофеить" обыскивать не стали. Времени в обрез.

Участок, на котором располагался дом, был явно был с уклоном. Как иначе объяснить, что выбравшись из подвала на первый этаж "хозяйской" части, в комнатах крыла обслуги к выходу им пришлось спуститься еще на этаж, где их и встретили первые серьезные проблемы — парный пост за укреплением в виде полусферы, которую местные фортификаторы возвели из мешков с цементом, похоже, разграбив строителей. Помимо пары ребятушек при автоматах на каждого, Матвея не очень обрадовал установленный на станке пулемет. Пусть он и не очень относился к штатовским оружейникам в целом, и к модели М60 в целом, но признавал, что понаделать в беглецах дырок этот пулемет может ничуть не хуже любых других!

Ладно, хоть спиной к лестнице стоят, что тоже правильно — теоретически есть куда отступать. Практически, конечно, шансов при подъеме по открытым всем ветрам и взглядам ступеням под огнем немного, но все же. Элемент самоуспокоения при выборе позиции, здесь явно присутствовал.

Короткий жест заставил Ольгу залечь и замереть.

Бесшумно сняв с плеча сумку, парень пополз по ступеням вниз. Хорошо, что ковролин постелен, не брякнешь чем случайно, однако стоит хотя бы одному из бодрых ребятушек обернуться, и им обоим конец!

Выйдя на рубеж атаки, Матвей воспользовался ножом, в который раз за сегодня пустив себе кровь. Приготовиться…

— Эй, бл*!

Прыжок "заряженного" тела совпал с негромким вскриком, и… Бойцы расчета ошиблись! Нет бы сначала повернуть оружие в сторону непонятного звука, так они давай головой вертеть! Будь бы они хоть чуть более бдительны, и Воронцов, долетел бы до них лишь в виде дуршлага. А так 80 кило живой массы кинуло незадачливых вояк на мешки, куда они упали уже без сознания. Зря что ли прыгун метил им в глаза? Моментально попавшая на слизистую пулеметчиков кровь с определенным наговором, надолго отправила обоих в страну грез. С обязательным посещением окулиста по пробуждении! Для тонкой слизистой не слишком полезно, когда в нее с размаху тычут грязными окровавленными пальцами с нестриженными ногтями.

Выдохнуть. Погасить адреналиновый шторм…

Кое-как хотя бы частично уняв дрожь в поврежденных конечностях, Воронцов дал команду Ольге на спуск. Однако гораздо больше встречи с выжившим таки товарищем, радостно пискнувшая девушка была рада заполучить в свои руки хоть какое-то оружие. И даже почти сразу поняла, когда Матвей не позволил забрать если и не пулемет, то хотя бы "вооооооон тот красивый автоматик и пару "рожков" к нему".

— Вес, демаскировка, цель для каждой из сторон, — коротко обрубил парень, призывая девушку проявить умеренность в своем хомячестве.

Ограничились тем, что взяли себе по ножу и пистолету. В общем тем, что можно легко спрятать под одежду, дабы не маячило на виду. Тут вам не кино. Бойцы любой из сторон скорее всего отреагируют на вооруженные силуэты очередью, а потом уже будут разбираться, кто именно попался им в прицел. Поэтому первым делом Воронцов удобно расположил ствол во внутреннем кармане. Ольга тоже убрала опасную игрушку подальше. От греха.

Жить хотелось обоим. Желательно долго и счастливо, где определяющим все-таки было слово долго!

Комментарий Ольги "Жадина. Шовинист. Сволочь!" он попросту пропустил мимо ушей. Хотя "шовиниста" пообещал себе несносной девчонке просто так не простить!

Глава 4

Странно ребята организуют оборону объекта. Именно такой вывод сделал Матвей за полчаса наблюдения из небольшой межи прямо на границе с силовым щитом, жить которому, по всем раскладам, оставалось совсем недолго. Такое чувство, что территорию поместья готовятся защищать несколько небольших отрядов не более пары десятка "бойцов" в каждом. Вроде как отдельными "бригадками" пытаются что-то изобразить, а чужому командиру подчиниться — ни-ни! Если во время их "трипа" по поместью парень наблюдал несколько серьезных вояк с нехилым вооружением, то эти защитники "Белого дома" на их фоне казались слабой карикатурой. Впрочем, почему-то Воронцов был уверен, что старого монаха уже и след простыл. Не попадались ему на глаза за время их игры в прятки в доме и дюжие ребятки, что молчаливыми, но от того не менее опасными тенями преследовали своего господина. Лунина, кстати, жнец тоже не чувствовал, а уж этот слизень точно светился бы перед внутренним взором мага как на ладони, не свинти он куда подальше. И что же это значит? А то, что мстить здесь некому. Этот сброд и так оставили здесь в качестве заслона, задача которого просто дать чуток времени. "Местные" же такой расклад толи не просчитали, толи не приняли во внимание, занятые куда более насущной задачей — тактическим выживанием! Хорошо хоть друг по другу не палили сгоряча. Пока. Хотя кто его знает, как оно обернется, когда начнется штурм.

Еще полчасика у пока еще числящейся в бегах парочки было. Оставалось сделать непростой выбор — пустить крохи "на дне резерва" восстанавливать организм, либо сберечь. Парень выбрал второе. Мало ли.

* * *
— С-с-с-глсны и на нгритят…

— Что? — не совсем поняв о чем говорит Ольга, переспросил Матвей.

Сам он до того прислушивался лишь к голосам готовящихся к отражению штурма бойцов. Похоже, побег их если и заметили, то теперь хозяевам и гостям сей обители явно не до них.

Прежде чем ответить Ольга потерла лицо ладонями, стараясь хоть чуть-чуть разогнать кровь замерзшими руками.

— Согласна и с негритятками, — чуть более внятно произнесла девушка. — Лишь бы согреться!

— Ага, пошли шуточки "за триста", — без тени улыбки ответил Матвей, отмечая посиневшие губы и покрасневшие пальцы рук Демидовой.

— Да хоть бы и тракториста, — совершенно невесело усмехнулась та. — Лишь бы был большой и теплый!

А девчонка-то молодец! Холод терпела давно. Сколько могла. Все-таки управление внутренней энергии — еще не владение Даром, а гостеприимный домик они покинули с полчаса назад, к удивлению парня, не потревожив взглядов его обитателей. Да и тем похоже стало резко не до беглецов. "Большие парни" за забором "местных" волновали куда сильнее чем пара своевольно покинувших подвал "ребятишек". А на улице пусть и не крещенские морозы, но и не месяц май. Явный минус, а на земле каша из снега и грязи, так что если вы одеты кое-как, а лежать приходится почти без движения на земле, притворяясь очередным сугробиком в небольшой меже… В общем, девушка терпела сколько смогла. Ровно до того момента, когда поняла, что холод сказывается на ее функциональности. То есть, еще чуток, и когда придется бежать, она попросту не встанет.

Хорошо хоть куртку пришло в голову забрать, сняв ее с одного из уснувших пулеметчиков. Правда, маскировки на снегу ради пришлось сильно попортить довольно качественную вещь, хорошенько припорошив ее известкой из сложенных в виде укрепления мешков. Себе парень подобный сувенир брать не стал, ведь он почти никогда не сталкивался с холодом, вполне годной для минус сорока считал джинсы, водолазку и пиджак. Огонь грел всегда, да.

Матвей даже почувствовал легкий укол иррационального стыда. В самом деле, не виноват же он, что его изнутри греет Древний Друг. Помочь же девушке… Ну, во-первых он был совершенно не был уверен, что в его состоянии попытка согреть партнершу, если говорить не о ее шуточках (тут он точно был мало на что способен — сотряс и истощение организма штука такая, да!), а об использовании Дара, не кончилась бы минутой молчания в ее честь над кучкой пепла, а, во-вторых, остаться совсем без резерва в их ситуации… В общем, не стоили того неудобства девушки. Однако сейчас ситуация изменилась полностью. С каждой минутой на холоде Ольга будет терять мобильность, превращаясь из активного участника из побега в гирю на ноге Матвея. Нет, конечно, парень даже не думал о том, чтобы бросить ее, но проблему нужно было решать срочно.

"Ладно, не помрем!", — решил парень, доставая нож. По крайней мере, он на это очень надеялся.

— Какая у тебя группа крови? — спросил он, проверяя заточку лезвия.

Та была просто превосходной, так что первый неглубокий порез юный маг получил чуть раньше, чем рассчитывал.

— Первая положительная, — нахмурилась Демидова, но от дальнейших комментариев воздержалась.

Силы оставляли ее. Похоже, она даже переусердствовала в своей внутренней борьбе с холодом.

— Идеальный донор, значит, — проигнорировал ее мини-пантомиму Матвей, уместив короткий приказ в одно-единственное слово. — Ладонь!

Девушка безропотно протянула руку. Ей было уже как-то все равно.

— Ай, — глухо даже не воскликнула, а скорее произнесла она, обозначая, что боль в порезанной кисти еще чувствует.

Второе короткое движение лезвия располосовало уже и так немало перетерпевшую за сегодня ладонь юноши.

— Руку, — все так же односложно потребовал он.

Получив желаемое, он стиснул тонкую, но сильную ладошку. Осталось лишь повелеть своей Крови проникнуть в тело Оли, и, терпя дурноту и черные пятна перед глазами, задать ей простую и ясную программу.

Жизнь возвращалась в облик девушки словно в кино кадрах — быстро и очевидно! Еще недавно синюшные трясущиеся губы порозовели, а спазмированное бледное лицо начало разглаживаться, радуя парня более естественным оттенком и даже легким румянцем.

— Достаточно, — Демидова аккуратно освободила ладонь, с сожалением убирая ее в карман куртки. — Побереги силы. Мне хватит, спасибо тебе.

Матвей лишь кивнул, про себя радуясь, что черные точки, "заслонившие" ему почти весь обзор, видны только с "его стороны". Вовсе незачем ей знать, чего стоила ему попытка поработать обогревателем. Этот стиль одаренности никогда не считался бытовым, во все времена лелеемый на самый крайний случай. Не даром гласит старая поговорка: "Кровь не водица!". "А ценный и быстро исчерпаемый ресурс", — добавляли жнецы. Уж кто-кто, а они то себе вполне неплохо представляли о чем говорят. Кстати, и потерю крови адепты этой школы всегда воспринимали куда болезненней, чем те, кому повезло родиться без этого страшного дара! С каждой каплей их покидала не только юшка, но и жизненная сила, после чего пополнять внутренние резервы было очень непросто. Правда, удивительно, что часть из них поддавалась искушению пойти по более легкому пути, забирая живительную энергию у других простейшим найденным к тому путем? Пусть и жестоким. Сами Маги Крови прозвали его просто Ритуалом. Остальные же именовали куда более емко и точно — жертвоприношением.

* * *
Щиты дома пали буднично и без всяких спецэффектов. Просто в какой то миг очередная волна заклятий аспектов Тверди, Огня и Воды не разбилась об истончающийся купол, а прошла дальше в сторону обороняющихся, гудящим валом стихий и прессом обычного давления сметая все на своем пути. Если бы ее не ослабила павшая защита, то побег бы прервался по вполне уважительной причине. Смерти участников мероприятия! Однако везение все еще было на стороне беглецов, так что щит Огня, выданный Матвеем на последних парах, все-таки смог прикрыть дерзкую парочку от ударной волны. А вот как они добрались до леса парень уже не помнил, стараясь одновременно шевелить ногами, сохранить сознание и не проблеваться. Да и расстояние-то там всего-то метров семьдесят было, вот только Воронцов крепко подозревал, что некой красотке пришлось не только быстро шевелить булочками самой, но еще и практически тащить его тушку. Преследования не было. Этот участок был не очень удобен для нападения — много мокрой грязи, технику не погонишь, да и бросок до цели пришлось бы в гору. А заметить пару силуэтов, буквально просочившихся между роковой для обороняющихся волной и куда более мощной следующей, задача не самая простая.

В общем, проскочили между каплями дождя.

Углубившись метров на триста в "зеленку", парочка остановилась, чтобы привести себя в порядок. Матвею требовался отдых, да и Ольга, только что прочувствовавшая на себе всю тяжесть роли буксира, особо не возражала.

Много ли это — пятнадцать минут? Для пылких любовников — не очень, а вот при появлении на свет результата их встречи — очень даже. Для Ольги и Матвея в данный момент — просто необходимость! Даже говорить сил не было. Оба упали почти где стояли, постаравшись лишь выбрать место посуше.

Силы восстанавливались медленно, и Воронцову стоило молниеносной, но нелегкой внутренней борьбы решение двигаться дальше. Уж он-то бы точно организовал прочесывание прилегающей территории, если бы понял, что главные фигуранты сделали ноги, а пленники (знали ли нападавшие о них?) последовали их примеру. Хорошо хоть до полной темноты, что уже пригласили на свидание быстро сгущающиеся сумерки, оставалось совсем недолго.

Хочешь не хочешь, а на ноги пришлось подниматься.

— Подъем, — прохрипел он, стараясь придать вертикальное положение недовольно заворчавшей Ольге. — Вперед.

Несмотря на все недовольство, девушка поднялась достаточно быстро. Вот что значит родовое воспитание!

Звуки боя за время их отдыха стихли.

"Позорище, б*дь, — мысленно констатировал Матвей. — Сам вырубился, и даже охранение не выставил. Совсем расслабился, командир херов!"

Теперь передвигаться приходилось гораздо медленнее. И пусть чувствительность Матвея, "развернутая" в полную силу, тихо дремала, не подавая признаков опасности, парень прекрасно понимал, что несмотря на неплохую подготовку для его сверстников, пехотой-профи он не стал, а значит опытного бойца или даже отряд может попросту не заметить! Каждые несколько десятков метров приходилось останавливаться и прислушиваться, намечая маршрут до следующей воображаемой точки, а затем достигать ее согнувшись в три погибели. Бег же в грязи по щиколотку — то еще удовольствие! Тем более, что Матвей, покидая с утра ставшие почти родными пенаты, никак не рассчитывал на такое приключение, а потому в полном соответствии с прогнозом погоды предпочел осенним ботам с высокой шнуровкой какие-то модные кроссовки. Он даже и марку не запоминал. Демидова выбрала, а он счел их достаточно удобными, чтобы не возмущаться остальными недостатками — молодежной аляповатостью и очень даже взрослой ценой. А так почему бы и нет, коль контора платит?

Радовало только, что и Ольга сегодня предпочла в тот злополучный день спортивный стиль. А то из чего бы сейчас ей обувку ладили, реши она пофорсить на высоченных шпильках. Бывало, накатывало на нее что-то такое… Девочковое! Вообще, Матвею это даже нравилось временами, но сейчас бы было вот совершенно не в тему!

* * *
Насколько же романтично смотрятся воздушные хлопья снега в украшенном гирляндами предновогоднем Питере, когда ладони греет бумажный стаканчик горячего шоколада с корицей, а душу возможность в любой момент вызвать такси и отправиться домой в тепло и уют. Так вот ровно настолько же в твоей душе вспыхивает раздражение при мысли о тех же самых хлопьях, когда ты меряешь собственными шагами чертов ночной лес по щиколотку в жидкой ледяной грязи. Вроде бы и идешь, как и полагается по наставлениям разведчиков для таких условий, неторопливо, чуть шире обычного расставляя ноги с опорой на вся ступню, а все же усталость-то свое берет. Да и тлеющий остатками резерва Древний Друг, буквально на последних парах спасший их от осадных заклятий, уже не был способен греть тело так же хорошо.

Одно радовало: подцепить простуду огневику сродни прилету инопланетян или встрече со снежным человеком. Конечно, иные блондинки из анекдотов и оценивают шансы на подобное как "пятьдесят на пятьдесят" с аргументами в стиле: "Ну, либо встречу, либо нет!", а в жизни-то оно все попроще будет.

Так что не болеть ему после этого приключения простудой, али еще какими соплями не маяться. Замерзнуть насмерть — то пожалуйста! Пристрелить вот еще могут, если догонят, а простуда — ни-ни!

Так, развлекая себя всяческими бессвязными размышлениями, Матвей словно бульдозер пер вперед. Медленно, но верно. Шаг за шагом. Ольга не отставала, иногда еле слышно оглашая ночную тьму короткими матерками. Воронцову же сетовать нецензурно на долю их тяжкую, поперек спины судьбинушкой перетянутую, надоело еще с часок назад. Вот почти сразу. Поэтому он просто пер.

Шаг, еще шаг, затем следующий и еще раз…

Эта монотонность просто била по мозгам, а потому он был почти рад, когда по нервам ударил сигнал тревоги, поданный его интуицией. Анализировать, что именно его насторожило он начал в момент полета к Ольге. Сбивая девушку с ног, он уже точно мог сказать: рядом чужие!

А классно получилось! Почти бесшумно. Даже Ольга не подала ни звука, дожидаясь прояснения ситуации. Хорошо ее все-таки учили.

"Женюсь", — мелькнула восхищенная мысль.

"Да ну на хер!", — тут же сменила ее мысль обдуманная.

"Да кто ж тебе даст-то", — вставила свои копейки мысль рациональная.

Ольга не поднимая чумазой мордашки от земли тем временем пыталась поймать взгляд Матвея. Парой жестов парень заставил ее плотнее вжаться щекой в мокрую грязь.

Чужаки же времени не теряли, если верить чуйке мага, приближаясь с нескольких направлений. По сути, парочка беглецов уже была в окружении. Можно, конечно, утешать себя тем, что теперь можно не мучить себя мыслью о выборе направления для контратаки, ведь бить можно в любую сторону. Однако ситуация с каждой секундой становилась все хуже.

На чудо вот еще можно понадеяться. Да, эта мысль пришла в голову Матвея на полном серьезе. Многие из тех, кто ходил рядом с Гранью, могут подтвердить, что таковое порой является. Правда, делиться своими размышлениями с девушкой, маг не спешил, все также удерживая на весу знак, что может быть переведен как "Затаись!".

Все, чудо не произошло. Чуйка подсказывала, что чужаки целенаправленно движутся в их сторону. 8 человек поблизости. Еще до десятка второй линией, а кто там дальше… Да какая разница, в общем, им и этих хватит.

Даже и за пистолетом тянуться бесполезно.

— Настало время какой-нибудь о**тельно древней и бородатой шутки, — едва слышно сквозь зубы прошипел он.

Глаза Ольги чуть сузились. Поняла.

— А, может, гранату швырнуть?! — нараспев словно услышав парня насмешливо поинтересовался голос из темноты.

— А, может, на хер пойдешь? — прохрипел в ответ Матвей, подавивший желание ответить классическим "А, может, там нет никого?!.

Что такое четыре секунды? Время горения запала УРЗГ. А еще довольно большой срок для разогнанного боевым трансом мозгом, который отметил, то едва между беглецами упал овальный корпус гранаты, как Ольга тут же накрыла его собой.

— С-У-У-У-У-У…

Мышцы буквально взорвал энергетический шторм, бросивший тело вперед. Выживет — будет очень херово!

— …К-А-А-А-А-А…

Рывок в сторону девушке. Сжать пальцы на куртке.

— …Д-У-У-У-У-У-У-У…

Перебросить через себя, отправляя легкую тушку в полет из чертовой ямы.

— Р-А-А-А-А-А-А-А-А-А…, - парень заканчивал уже чувствуя, как нечто тяжелое буквально вбивает его в стену канавы.

Звука взрыва он так и не услышал.

Глава 5

Звука взрыва он таки не услышал.

Не было его!

А по стене ямы парня размазало тушей одного из бойцов обещанной Степанычем команды, вес которого был многократно помножен на подстегнутое внутренней энергией воина ускорение.

Гвардеец с позывным "Шестой" же вовсе не хотел отправить на тот свет двух отпрысков Первых Родов империи. А вот приказ начальства устроить небольшой стресс-тест возможному союзнику Демидовых исполнил от и до! Не стал он вкручивать запал в гранатку. И на том спасибо. Жестко?! Да я вас умоляю. В этом плане аристократия Руси мало чем отличается от любой другой. К счастью, магическая медицина неплохо научилась восстанавливать пигментацию волос, иначе основным отличительным признаком принадлежности к старым Семьям, серьезно подходящим к вопросам воспитания отпрысков, стала бы седина. Лет так с 16!

Ох, как же ныла исхлестанная в кровь розгами задница при воспоминании о первых таких учениях. Лет пятнадцать тогда было парню. Приехал, называется, погостить "на деревню к дедушке" во время каникул. Тревога взревела корабельной сиреной часа через четыре после отбоя. То есть, в аккурат под утро. Ошалевший подросток, едва осознавая что происходит, буквально вылетел из кровати и, путаясь в одежде, стал натягивать на себя хоть что-то, лишь бы не встретить неведомую опасность с голым задом! Кое-как прикрыв срам, он выскочил в коридор, тут же наткнувшись на бездыханное тело гвардейца неподалеку от своих покоев. Оружие защитника Рода валялось рядом. На одних рефлексах парень схватил автомат и, проверив оружие на работоспособность (без стрельбы, правда, увы!), отправился дальше. Тональность тревожного сигнала, тем временем, изменилась, предписывая юноше вполне определенное направление движения.

Было страшно, но автомат в руках неплохо помогал бодриться. Медленно, но решительно парень пробирался темными коридорами родового Гнезда в сторону Малой столовой. Именно этот маршрут предписывал ему передаваемый по системе шифр "Код красный 4-4-3. Вариант 2". Весь путь он проделал за полчаса, так и не попавшись никому на глаза. Как оказалось, лишь потому… что нападавших-то и не было! На кухне ночного странника ждали дядьки-воспитатели, глава службы безопасности рода и, конечно, сам граф Воронцов. Жутко недовольный, надо сказать, граф Воронцов.

— Ну что ж, — только и сказал он, оглядев с ног до головы ночного вояку. — Пошли.

— К-куда, — робко заикнулся оторопевший от такого приема Матвей.

— На разбор полетов, — отрезал патриарх, покидая столовую.

Парню только и оставалось, что последовать за ним.

И свистели розги, а крики воспитуемого взлетали под высокий свод гаража, но дед не унимался, пока не счел, что Матвей действительно понял урок. Если раньше юный маг просто был проинструктирован о порядке действий во время подобных ситуаций, то теперь юноша совершенно четко ЗНАЛ, что инструкции безопасников нужно соблюдать от и до. Спустя годы парень был согласен, что лучшего способа для закрепления инструктажа он бы не нашел. Больше откровенных глупостей во время подобных учений он не делал. Нет, ну правда, чем поможет пятнадцатилетнему, пусть и неплохо обученному, парню автомат против штурмового отряда? Разве что превратит не просто в цель, а в цель вооруженную, по которой любой вояка на голых рефлексах отработает на поражение. А ведь список задач у членов Семьи на этот случай очень простой:

1. Выжить.

2. Добраться до безопасного места.

Если бы враги шли зачищать Воронцовых тотально, то сигнал был бы другим, а в данных условиях в случае обнаружения можно и нужно было сдаться. Как правило, даже при реальных конфликтах, аристократам удается договориться об обмене пленными после. Вот только на трупы подобные договоренности не распространяются в принципе. Все равно им уже, трупам-то!

А он в мишень себя превратил самостоятельно. Как парню стало известно позже, автомат был не единственной ловушкой на этом пути к укрытию, специально разработанной психологами службы безопасности Рода. Не последней, да, но самой дурацкой и очевидной!

Тогда парень не сразу понял важность полученного урока.

Однако позже, когда немножко поумнел и у него появилась сестренка, свое отношение к данному вопросу поменял. Как в том анекдоте:

"Сначала я пытался познать мир. Потом изменить этот мир. А после даже принять его таким какой он есть. В итоге пришло понимание, что если просто почистить обувь, то пользы будет куда больше!"

Возможно, это и не анекдот, а чья-то цитата не слишком точная, но главное молодой маг из этой мысли для себя извлек: есть правила, которым подчиняться нужно без всяких оговорок. Зачастую они написаны кровью тех, кто проявил к ним неуважение!

— Видишь, как хорошо все получается при небольшом насилии, — лишь улыбнулся дед, когда через пару лет Матвей поделился с ним своими мыслями.

— Может, все-таки усилии? — поинтересовался тогда юноша.

— Нет, — ответ генерала был жесток и короток.

По зрелом размышлении маг с ним согласился.

В общем, не мог Воронцов злиться на бойца-"приколиста". А уж как представил себя с приказом спеленать живыми двух загнанных подростков на адреналине и психе, да еще и с пушками в руках, так и вовсе досада испарилась словно капля росы при первых лучах солнца. С этой точки зрения брали их очень даже аккуратно.

Теперь же, вот уже как полчаса очнувшийся в медицинской секции одной одного из имений Демидовых Матвей, познавал заново мир, подаренный ему в ощущениях. А ощущения были так себе: боль, магическое истощение, сравнимое разве что со страшным похмельем, когда и до туалета дойти подвиг, и злость на самого себя. И все эти эмоции крутились вокруг одного фактора: парень ржал и не мог остановиться, не смотря на огненным цветком разливающееся по треснутым ребрам жжение!

Степаныч, конечно, сука, но извинился он по-царски за своих людей! Умеет ведь, стервец!

— Ты, это, малой, как сам? — возник он на пороге палаты, смущенно переминаясь с ноги на ногу, каких-то минут пятнадцать назад.

Вот совершенно непонятно, играет он или ему просто совершенно безразлично отношение окружающих. Впрочем, воевода (как минимум!) ресурс настолько ценный, что на многие странности можно глаза и приподзакрыть!

Матвей молчал. Ждал.

— Я тут эта… витаминчиков принес, — гость продемонстрировал сетку в руках. — Доктор посоветовал. Полезно говорит, а я даже думал тебе тыкву принести. Знаешь, какая у меня тыква в огороде растет. Я тебе покажу еще, а пока вот…

Нет, правда, в руках посетитель действительно держал продуктовую сетку. Воронцов такие только в фильмах о суровом быте и видел… Тех, которые лет 20 назад снимали!

— Апельсинчики там всякие, — продолжил визитер. — Яблочки! Знаешь, какие яблочки Марфа, растит? Даже мужа к своим яблочкам не подпускает, а у нее такие… Ммм. Только их и ел бы!..

Хитрый прищур глаз моментально сменился на мечтательный, а взгляд подернулся маслянистой поволокой.

Молчание затягивалось.

— Ты вообще это…

— Прошу известить Род Воронцовых о моем местонахождении, — наконец "поприветствовал" гостя парень.

Ритуал из разряда обязательных.

— Извещены, возражений нет, — вспыхнувший яркой искоркой на руке "колхозника" Лед подтвердил слова Степаныча.

— Чего хотел-то? — не совсем вежливо поинтересовался Матвей, видя что гость отвлекся от темы извинений на какие-то свои мысли.

Не порядок!

— Так я чего… А, да, — отвлекся от размышлений о том, чего же общего ему хотелось бы видеть между ножками Марфы и латинской буквой V, Степаныч. — Так, для настроения тебе чегой-то принес! Смотри.

Секунд пять понадобилось Матвею, чтобы сфокусировать взгляд на экране дорогого коммуникатора, который в мозолистой чуть подрагивающей руке мага Демидовых смотрелся как Феррари на выставке "Лучший ТАЗ Зажопинска".

Еще две на осознание увиденного… Секунды три Воронцов боролся с собой, но ржач победил, вырвавшись из травмированной грудины, он взвился к высокому потолку палаты, заставив медсестричку в коридоре выронить поднос от неожиданности.

Вот где смех сквозь слезы. Даже трещины в ребрах, которые местные колдомедики уже почти залечили, не могли остановить парня! Уж больно потешно смотрелась Ольга с огромной шишкой прямо на лбу. Хороший синий "холм" получился. Королевский!

Объяснения о том, что девушка, вылетая из импровизированного окопа, встретила на своем пути дерево, Матвей даже не услышал, избавляясь от накопившегося напряжения.

А Степаныч молодец, да!

П-психолог, чтоб его!

— Олечке не рассказывай, — довольный эффектом протянул гость. — Убьет же нахер. Обоих!

— С тебя копия, — только и сказал давящийся хохотом парень.

Гость лишь печально вздохнул, но на подобный шантаж лишь кивнул и молча вышел, оставив Воронцова в одиночестве.

Хорошо, что и несносная девка, в последнее время ставшая причиной множества ярких, но не всегда желанных моментов в жизни Матвея, жива и здорова. Парень был этому искренне рад!

Вот только ребра-а-а-а-а… Хахаха…

* * *
Время то же. Центры связи Гнезда Воронцовых и Усадьбы Демидовых.

— Константин Ефимович, не мог бы ты объяснить свои эксперименты над моим внуком, — внешне Старый Коршун не подавал никаких признаков раздражения или разочарования.

Только людям понимающим и способным расслышать отголоски раската грома в голосе крепкого еще мужчины, да распознать ТОТ САМЫЙ его прямой взгляд, невольно приходила мысль, что пора хорониться в ближайший бункер. Не успел выкопать? Твои проблемы. Скорее всего, в этой жизни ты не успеешь уже ничего.

В свое время особист штаба графа Воронцова, при таких симптомах, в окно щучкой сигал, хотя мужик был умный, до такого старался не доводить. Жаль, не дожил до Победы.

Его нынешний собеседник такие нюансы тоже "сек" на раз. Вот и сейчас новая угроза заставила его почувствовать себя неуютно даже не смотря на то, что центры связи Гнезда Воронцовых и Усадьбы Демидовых находились почти в тысяче километров друг от друга.

Об испуге речи, впрочем, тоже не шло. Он и сам прошел такие горнила сражений меж высокими кабинетами опытных аппаратчиков и широкими коридорами власти, что его личное кладбище было не многим меньше, чем у собеседника.

— Успокойся, Григорий Никитич, — Демидов позволил себе слегка поморщиться, намекая, что такой тон меж двумя серьезными людьми неприемлем. — Я должен был понять с кем имею дело. Это не говоря о том, что и мое поручительство перед государем вообще позволило ему дожить до этого дня… И я надеюсь, что мое решение окупится.

Старый граф недовольно посопел, для приличия посверкав глазами на собеседника так, что кое-кому снова стало слегка не по себе. Силен, Коршун, силен, раз даже по видеосвязи все еще способен так внушать.

— Род свой хочешь усилить, — наконец пробормотал он. — Умом понимаю. Только и ты помни: Матвей мне дорог. Я смертельно обижусь, если с ним что-то произойдет. Надеюсь на твое понимание. Всего несколько месяцев в столице, а ты уже втягиваешь его в свои операции.

— Вот как ты заговорил, — отреагировал не забывший отметить определение "смертельно" в последнем заявлении Демидов. — Напомню, что моего сына ты в такое пекло кидал…

— Твой сын был и остается кадровым офицером, — буркнул Воронцов. — Воспитывал бы лучше, так глядишь от тебя бы в военное училище не сбежал…

— … Да как ты…, — тут же вспылил Константин Ефимович, но мигом взял себя в руки. — Стоп, Гриш, давай на чистоту. Еще неизвестно, станет ли Матвей абсолютом и что у них там с Ольгой сложится. Я рассматриваю молодого человека как возможную, повторюсь, только возможную инвестицию Рода. Сейчас меня больше интересует оперативная картина и возможные заказчики похищения моей внучки. Что скажешь по поводу выводов моих аналитиков?

— Не добили! — зло буркнул патриарх Воронцовых.

А злиться было от чего. В последней бойне была выиграна война Ареса, но поклонники общечеловеческих ценностей, европейской интеграции и углубления "дальнейшей интеграции" в Думе государевой за долю малую спустили в унитаз войну Аполлона и Афины[56] не только упустив возможность пополнить казну за счет проигравших, но и не зачистивших до конца влияние организаторов бойни на их собственную страну. Многие из тех "решал" грели кресла шикарных кабинетов и по сей день.

— Если коротко, то я предлагаю повторить, — неожиданно жестко заявил Демидов.

— Вырезать, что ли, всех решил, — все так же недовольно ответил Коршун.

А огонек интереса в глазах таки мелькнул.

— Зачем же нам навлекать на родное государство недовольство "мировой общественности", — спокойно пожал могучими плечами некогда здоровенный мужчина, сейчас уже слегка потерявший в форме, но явно нашедший в районе талии. — Но вот ослабить их влияние на нашу смену лет на двадцать…

— Решил сыграть на поле покровителя искусств и муз? — усмехнулся старый вояка.

— Нет, этим займется Саша, а я, пожалуй, сыграю на более привычном поле мудрости и ремесел[57], — предельно серьезно ответил его собеседник.

— Понятно, — посторожел и Воронцов. — А я, значит, нужен, чтобы вам двоим головы в ваших затеях не открутили… Значит, Саша в курсе?

— Саша еще сам не знает, знает он или не знает, но если у нас получится додавить гадину, то перспективы для государства можешь представить сам.

— Ну да, вот только, если в столицах наших уважаемых партнеров завопят люто, то придется Саше наши головы им на блюдечке преподнести. Он — то, может и откажется, но тогда на заклание нам придется отправляться самим. Интересы государства.

Демидов пожал плечами. Он очень хорошо знал, что такое вопросы безопасности государства, и не раз творил ради них такое, за что в глазах людей к высшим интересам не причастных вполне мог быть назван чудовищем. Равно как и его собеседник. Обоих оправдывало то, что действовали они всегда с единой целью — в интересах Родины.

— Давно на охоте был? — вопрос не застал отставного генерала врасплох.

— Лет сто не выбирался, — фыркнул он словно старый конь.

Похоже, пришло время вновь проверить насколько глубокую борозду необходимо "прочертить" на этот раз, и смогут ли старики-разбойники сделать эту самую борозду не попортив. Вот уж действительно, в иных областях бывших не бывает. Особенно, когда речь идет о недобитках эпохи разрушительной для Российской Империи войны.

— Ты прилетай-прилетай, — предложил Демидов. — У меня знаешь в лесах какие олени бегают? Заодно и с внуком повидаешься, да и с Оленькой моей познакомишься.

— Буду, — кротко ответил генерал, отключая связь.

Заключение нового военно-промышленного союза состоялось.

Старый Коршун впервые за много лет летел в Усадьбу к старому некогда товарищу. "Нужно дать команду упаковать ружье, а то на охоте и впрямь вечность уже не был, — подумал Глава Рода Воронцовых, вызывая дворецкого. — А о согласовании с ним всех проверок и тестов Матвея можно договориться и позже. Никуда старый Демидов не денется. Согласится! Никитка-то его геройским парнем был. После войны, правда, на гражданку ушел, но до того пороху давал! Он же присягу давал? Давал. И какие после этого вопросы?"

От мысли, что все ему это очень не нравится, Григорий Никитич отказался почти сразу.

Начиналась работа.

Как в старые, но далеко недобрые времена!

Глава 6

Угодья при Усадьбе Демидовых.

Матвей, как всякий мужчина, оружие любил. И как всякий же мужчина, знающий каких бед оно может натворить с человеческим телом, предпочитал чувствовать старое деревянное цевье промысловой двустволки на сгибе локтя, а не бездушное касание щекой пластика семисотого "рема" в полном обвесе, с которым возможна лишь самая "развеселая" из охот — на человека. Ну, не особо нужен для охоты на зверя "ночник", глушитель и еще пара интересных приблуд.

А все-таки хорошо! Даже воспоминание о недавнем ночном приключении не могло испортить Воронцову удовольствие от прогулки по зимнему лесу. Благо было относительно тепло, снега немного, а одет он в этот раз вполне по погоде. Тем более, рядом шел дед. Да как шел! Вроде бы в полный рост, прогулочным шагом мерил лес, а хоть бы одна веточка хрустнула под подошвами его армейских ботинок сорок четвертого размера!

Выбрался таки Старый Коршун из своего Гнезда. Да кто бы сказал парню раньше, что он будет вот так вот запросто прогуливаться по землям Демидовых, да еще и вместе с главой Рода! Нет, на тренировках такие вводные, конечно, поступали, вот только компания у Матвея по тем сценариям была другая — команды огневой поддержки и штурмовые отряды. Ведь каждый житель империи знает, что уральские промышленники и оренбургские вояки — соперники во всем! От политических течений, до торговых маршрутов.

— Ну что, Матюх, вот и висят яйца воронцовских бойцов над демидовскими землями! — судя по озорному блеску в глазах, мысль генерала следовала тем же путем.

Парень негромко усмехнулся, давая понять, что шутку услышал и оценил, но отвечать ничего не стал. Уж больно хорошо было никуда не спешить, дышать свежим морозным воздухом и просто гулять рядом с одним из немногих дорогих людей.

Григорий Никитич, за много лет изучивший юного мага едва ли не досконально, состояние юноши понимал и принимал, а потому и сам не прочь был продлить мгновения беззаботного отдыха хотя бы на пять минут. Благо время позволяло.

— К делу, Матвей, — вздохнул Коршун через несколько минут, решив, что время на отдых вышло. — Обсудить нужно немало.

Старик остановился, и, чуть повозившись, достал из кармана охотничьего жилета трубку и кисет с табаком.

Через несколько секунд, наполнив пространство вокруг себя ароматным дымом, генерал бросил взгляд на егерей, выделенных гостеприимными хозяевами. Те расположились на расстоянии, давая гостям возможность пообщаться без лишних ушей. Однако тех все-равно скрыла "сфера тишины". Разработочка-то, кстати, судя по плотности купола, военная и достаточно свежая. Интересно, дед артефакт, положенный лишь действующим сотрудникам спецслужб, после завершения карьеры сдать забыл, али потом где приобрел? Безделушка-то полезная. Матвей бы и сам от такой не отказался. Если за разумные деньги.

— Спрашивай.

— Ольга, — коротко произнес Матвей. — В чем смысл подвода?

— Не отвечу.

Парень кивнул, признавая право главы Рода на собственные планы, которые до исполнителей доводятся лишь в части касающейся и в свое время.

— Моя линия? — только и уточнил он.

Дед усмехнулся, очередной раз скрываясь в ароматном мареве.

— Живи, веселись, время вы вместе неплохо проводите, — озорные искорки вновь вернулись во взгляд главы, а слегка сощурившиеся глаза обрамились сеточкой морщин. — Только, Матюш, змея своего в руках держи. Можешь даже придушить в меру и при необходимости, но…

Григорий Никитич уже откровенно скалился. Любил он такой солдатский и незамысловатый юмор.

— Жизнь покажет кто с кем ляжет, — с не менее широким оскалом ответил парень одной из любимых поговорок собеседника. — А то на безрыбье и рука блондинка, конечно, но не при наличии же…

Матвей осекся на полуслове, вовремя заметив, как смешинки во взгляде деда уступают место ледяной стуже. Тоже понять можно. Любые отношения между ним и Ольгой хоть чуть ближе приятельских, о чем подумать было достаточно странно, это вопрос связанный с большой политикой. А если на земном шарике и было место, где это слово не было синонимом таким понятиям как "грязь", "дерьмо", "кровь", то парень о таких не слышал.

— Я все понимаю, — поспешил заверить он уже серьезно, но тут же в шутливом тоне уточнил. — Женить-то случаем не собираетесь? А то я еще не нагулялся!

— Не забивай голову, — отрезал дед, не приняв шутливого тона. — Пока просто живи и об этом не думай. Веселись, отдыхай… Но помни, что еще лет пять я прадедом становиться не собираюсь. Усек, внучок?

— Вполне, деда, — вздохнул парень.

Не выдержался таки. Поморщился. Едва заметно, но своего отношения к ситуации от человека, с которым бок о бок прожил столько лет, скрыть не смог.

— Ты, Матвей, как часто ментальные допросы проходишь? — нейтрально бросил он. — То-то!

Оп-па, как интересно! Потом нужно обязательно проанализировать разговор. Похоже, дед сказал намного больше, чем парень услышал.

Правда, мимику удалось вновь взять под контроль, а потому дед, увлеченно наполнявший в очередной раз легкие дымом, азартно блеснувших воспитанника не заметил.

— Еще вопросы? — выдохнув очередную порцию дыма поинтересовался дед.

— У матросов нет вопросов, — нейтрально ответил Матвей.

Сфера начала рассыпаться, едва он договорил последнее слово.

— Пойдем уж, чудище ты мое водоплавающее, — как в детстве взъерошил волосы парню старый генерал. — А то так и без ужина останемся, если никого не подстрелим. А я возвращаться без добычи как-то не привык!

— Как Женька? — спросил парень, поспешив за совсем не по-старчески рванувшим в глубь леса дедом.

— Психика у нее пластичная еще, — вздохнул тот. — Сама не пострадала. Так что не волнуйся. А что до психики… Менталисты и психологи с ней работают классные. Думаю, что все обойдется! Только, как разгребешься немного, приехал бы в гости, навестил бы старика, что ли. А то скучает без брата девка, Да и я с тобой партеечку в шахматы бы сыграл!

Матвей кивнул, но тут же спохватился, логично предположив, что глаз на затылке у деда нет.

— Приеду, обязательно приеду. Вот только чуть разгребу весь этот бардак. Ты ей там передай, чтобы над гостинцем каким подумала!

— А привези ты ей цветочек аленький, — слегка подтрунил дед. — А чудовище, которое к нему полагается, на цепь посадим…. Пускай охраняет!

Глубокий вздох. Сфера не пропускала во внешний мир не только звуки, "изображение" и эманации одаренных, но и кислород. А дед трубку бросить и не подумал. Вот как в зимнем лесу можно отказаться от удовольствия насладиться свежим и сладким воздухом, променяв их на продукты горения табака? Впрочем, вопрос риторический и каждому свое, как говорится.

— Матюш, еще о важном, — продолжил дед спустя сотню метров. — Речь о твоей подготовке.

Парень промолчал. Уж он-то достаточно знал своего деда, чтобы понять: тот принял какое-то решение и сейчас мягко доведет его до своего внучка, оставляя место небольшой иллюзии выбора. И на том спасибо! С другой стороны, Коршун худого еще не советовал ни разу, так что…

— Тебе имеет смысл позаниматься со Степанычем.

Матвей промолчал, ожидая продолжения.

— Почему именно с ним? — спросил он, убедившись, что дед сам развивать мысль не стал.

Григорий Никитич остановился, поправив ремень своей "Сайги", накинутый поверх темного полушубка, и на секунду задумался.

"Во дает, дед, — восхитился про себя который раз юный маг. — Даже на дружественной территории оружие держит постоянно готовым к любому применению. Да и патрон вопреки всяческим наставлениям в ствол уже загнал. Школа! Закалка!".

Сам парень, кстати, демонстративно нес оружие на плече, да и патроны покоились в патронташе на прикладе. Вот не приведи Вселенная такой же опыт обрести, чтобы быть в постоянной готовности. Очень уж не хотел юный маг знать, что нужно пережить, чтобы вот этакие привычки в кровь въелись намертво!

Тем временем дед, слегка пожевав губами, объяснил:

— Армейская система подготовки рассчитана на уровень одаренных от отрока до воя. Уже гридь — продукт индивидуальной подгонки и отладки, над которыми бьются команды инструкторов и психологов. Воеводы, повелители и абсолюты готовятся отдельно принципиально. Армия Руси — регламентированная структура. Держать огромные мощности в холостую ради одного-двух кандидатов в десятилетие просто не способна. Равно как и писать свой собственный устав для взаимодействия с каждым таким кадром. В общем, не с компетенциями твоих дядек в такие тонкие материи лезть. У Демидовых же есть спец, способный создать систему подготовки для перспективного кандидата.

Так вот оно как… Шанс, значит, есть. Матвей помолчал, вписывая новые данные в свою картину мира. Недолго.

— Деда, чем придется заплатить за подобную… щедрость?

Тем более лучшим описанием отношений меж Демидовыми и Воронцовыми традиционно было "как кошка с собакой". Нет, никто не бросал роты спецназа штурмовать Усадьбу или звенья боевых вертолетов прощупывать границы Гнезда, но баталии в Думе, Торговой палате, а так же на общих приемах были горячими.

Глава Рода в очередной раз потрепал парня по волосам.

— Не думай об этом, — мягко произнес он. — На совете Рода было принято решение "вложиться" в тебя. Однако Демидовы чрезмерных условий не выставляли. Впрочем, это вовсе не исключает их расчета на союзнические отношения с тобой лично.

Матвей в очередной раз нахмурился.

— Не то, — оборвал его еще не оформившуюся мысль ухмыляющийся дед. — "Играть" тебя император никому не позволит, если, конечно, ты сможешь войти в силу, но вот просьбы, личные связи, да и хорошее отношение — это то, на что они могут рассчитывать в случае успеха. Мне ли тебе объяснять, что такое социальный капитал, и как его можно реализовать?

Нет, объяснять не надо. Что такое неформальные добрые отношения и насколько они порой эффективнее официально-деловых парень знал прекрасно. Но вот как-то не хотелось влезать в долги к волкодавам, которые в искусстве интриг и Макиавелли могли поучить уму-разуму! Почему он так решил? Они выжили в результате таких тектонических сдвигов прошлого века, что сотрясали планетку, имевшую несчастье стать пристанищем людей, что страшно даже представить.

— Успокойся, Матюш, — хлопнул его по плечу дед с лукавой улыбкой. — Ну, попросят тебя ребеночка заделать Ольге или Настьке, сестренке ее, например. Откажешь чтоль хорошим-то людям?

Парень на секунду застыл, глядя на удаляющуюся спину деда, выдавив сквозь зубы тихое:

— Вот… бл*дь…

Однако глава Рода расслышал. Обернувшись, он серьезно посмотрел в глаза своему воспитаннику.

— Такая игра, Матвей. Взрослей, — и тут же весело прикрикнул. — Ну, чего застыл? Догоняй! Тебе сегодня еще испытание у Степаныча проходить. Топ-топ!

Делать нечего… Отправился догонять!

* * *
Обещанное испытание началось с бассейна Усадьбы. Огромного такого. Глубокого. Не поскромничали Демидовы. А ведь это тренировочная зона местных бойцов… Среди которых, судя по размерам "водоема", и боевые пловцы присутствуют! Матвею очень было бы интересно посмотреть на хозяйские плавательные сооружения при таких размахах. Может быть, удастся уговорить Ольгу?

Тем временем будущий инструктор, со скучающим видом слонявшийся возле бортика бассейна и вроде даже поплевывавший за него (показалось, наверное, не может же быть?..), убедился что у кандидата в ученики при себе ничего лишнего не. Только плавки и пистолет.

— Так, давай сюда свой шпалер, — тут же заявил он. — Схороню я его!

Верный глок перешел из рук в руки.

— Знач так, — начал Степаныч, дожидавшийся парня у бортика. — Руки за спиной свел вместе. Ща бэдэсему делать будем!

Защелкнув на запястьях Воронцова наручники, он озадаченно почесал затылок, слегка сдвинув свою потертую кожаную кепку. И на кой черт она ему в бассейне? Не говоря уже о "беломорине" за ухом!

— Слышал я о таком испытании, — начал Матвей. — Морских котиков так… Хэкссс… Суу!..

Бульк.

Странная получилась фраза, оборвавшаяся в брызгах водицы бассейна. Но кто бы смог лучше сформулировать мысли и чувства парня, которому только что прилетел несильный, но быстрый и точный удар ногой в живот, вышибающий из равновесия тело и воздух из легких? И все это за время полета до поверхности воды!

— Плавай давай… Киска влажная, — сурово припечатал Степаныч, доставая из-за уха свою никотиновую заначку.

Условности по поводу того где можно курить, а где вовсе и не рекомендуется, его волновали мало.

Матвей же каким-то чудом умудрился не наглотаться воды на первых секундах, чудовищным усилием заставляя себя НЕ сделать вдох. Тело инстинктивно, без участия мозга, пыталось наполнить легкие кислородом, но ценой невероятного напряжения и потемнения в глазах сдержаться таки удалось.

Следующим делом юный "котик" определился со своей ориентацией. В пространстве. Где верх, где низ сообразил, если быть точным. Тоже не самый легкий момент, но вот и тело удалось стабилизировать вертикально. Теперь расслабиться и идти ко дну, несмотря на адское жжение в груди и стук сердца в ушах. Единственный способ не захлебнуться и получить шанс рано или поздно добраться до глотки Степаныча, опуститься на дно и оттолкнуться от него ногами, чтобы сделать один единственный вдох и вновь "провалиться" в пучину. Трехметровую, ага.

Тем временем пальцы ног почувствовали кафель. Согнуть колени… Толчок! "Выстрелив" к поверхности, Матвей в краткий миг "прорыва" толщи воды, успел глубоко втянуть в себя порцию живительного воздуха прежде чем вновь пойти ко дну. Стало легче, хоть перед закрытыми глазами (ну вот не мог он терпеть открывать глаза в воде без плавательных очков!) и плясали цветные точки. Теперь повторить все заново.

Шум в голове становился все сильнее. Ведь дыхание приходилось растягивать на время погружения и всплытия. Впрочем, разу к третьему Матвей привык это делать настолько, что "отключил" мозг, оставив вопросы выживания чистой "автоматике" тела.

Тушка его, похоже, вполне справлялась. Он даже перестал считать сколько "циклов" ему пришлось совершить прежде чем сильные руки буквально не выдернули его из воды.

"О, как же хорошо дышать!", — только и подумал Матвей, загоняя в легкие свежие порции кислорода, даже не осознав, что больше не чувствует сковавших его запястья наручников.

— Встать! Че как причендал "на полшестого" разлегся? А ну подъем! О бабах думай и поднимайся!

Резкая команда заставила парня подняться на ноги. На этом моменте он бы минут пять как дрался, пытаясь раскрошить чью-то усатую рожу. Если бы не маленький нюанс… Дед в него верит, а роду предстоят немалые траты на его обучения. В таких ситуациях все "хочухи" идут побоку.

— Встал, — Устало объявил Матвей очевидный факт, едва утвердился на ногах. — Дальше что? Заставишь весь кафель лбом переломать?

Парень широким жестом обвел помещение.

Степаныч же молча достал из своих растянутых в коленях треников глок Воронцова, который уже успел запихать себе за пояс.

Хотелось бы молодому магу сказать куда именно мог бы его себе засунуть будущий инструктор, но останавливало одно соображение — пистолет-то его! И достаточно недешевый!

— Задача: неполная разборка и сборка пистолета!

Матвей с подозрением посмотрел на своего будущего инструктора. "И это все?" читалось в его глазах.

— Одно мааааленькое условие, — не разочаровал его вновь хитро сощуривший глаза Степаныч, выщелкивая магазин и проверяя пистолет на наличие патрона в стволе. — Пока не сделаешь… Не всплываешь!

С этими словами пистолет отправился по пологой параболе куда-то в центр бассейна. Не успел проводивший взглядом полет верного глока парень обернуться, чтобы высказать собеседнику все что думает о таком обращении с его личным оружием, как тут же вновь полетел в воду. Правда, в этот раз он в легкие порцию воздуха набрать успел. Небольшую.

Доплыл до пистолета не успевший толком отдышаться парень в три мощных гребка. На том легкая часть задания закончилась.

Всякий, кому доводилось выполнять неполную разборку сего сколь дубового, столь же и надежного австрийского пистолета, знает, что "делится" он на четыре части. Однако то, что "на суше" занимало у Матвея считанные мгновения, под водой требовало куда больше времени. Сделав холостой выстрел, парень с трудом немного отвел назад затвор-кожух (руки слушались довольно плохо), и, с трудом нащупав непослушными пальцами фиксаторы, потянул из вниз. Снять кожух получилось раза с третьего. Достать из него ствол и возвратную пружину труда не составило совсем.

Процесс сборки, вопреки ожиданиям, прошел проще и быстрее. Разве что пружина почему-то не сразу "захотела" занять свое штатное место. Однако при помощи вырвавшегося пузырями упоминания такой-то матери и еще пары крепких слов в адрес одного конкретного человека справился. Вопреки всем шуткам на этот счет, даже деталюшек лишних не осталось. Впрочем, парню и не на тридцать три детали пришлось "раскидывать" оружие. Ну хорошо, тридцать две. Магазин-то остался в руках у Степаныча.

— Готово, — вынырнул Матвей со стволом в руках.

— Обсыхай, кися, — похабно ухмыльнулся будущий инструктор даже не желавшему знать, что именно имеется ввиду, Воронцову. — Через полчаса у ворот Усадьбы!

С этими словами Степаныч развернулся, и вразвалочку отправился в сторону раздевалках, довольно напевая о купавшихся в озере и что-то там нашедших девках. Почему именно находка помешала пойти им в школу Матвей уже не расслышал, вытирая голову заботливо оставленным полотенцем.

Его не самый простой день только начинался.

Чего только стоил бег да полного одурения с прыжками, шагом разведчика и другими вводными. В любую секунду в руках только "поймавшего ритм" канцеляриста мог оказаться предмет с вопросом "что это"?

Приходилось сдерживать вырывающееся "Б***ь, а я е**?!" и стараясь не выплюнуть горящие огнем легкие отвечать:

— Машинка подрывная ПМ-4. На вид исправна.

— Плойка женская. Неисправна. Отсутствует прижим.

— Кусок мяса. Свинина. Испорчен.

Зато после бега, прямо с морозца Матвей попал в спортзал, где его встретила офигенная девочка лет 30-ти в синих лосинах, очень правильно обтягивающих аппетитные округлости, и ярко оранжевом спортивном топе. Тряхнув фиолетовыми волосами до плеч, она с сомнением посмотрела на парня:

— Этот что ли?

Степаныч лишь кивнул.

— Ну заводи, чего встали?! — скомандовала она и, обращаясь персонально к Матвею, добавила:

— Скидывай ботинки и пошли к зеркалам!

Выполнив требуемое, Воронцов прошел к зеркальной стене, у которой следующий инструктор поставила шейкер с водой и телефон (действительно, на такой форме карманов нет, особенно никуда и не засунешь!).

— Так, встань тут, — бесцеремонно подтолкнув Матвея, девушка указала, где тому встать. — Теперь смотри: спина ровно, пресс напряжен, дышишь грудью, стараясь чтобы при вдохе ребра расходились в сторону! Таааааак… Ну, что-то похожее…

Миловидное лицо девушки-инструктора скривилось в скептической гримаске, которая могла бы в иной ситуации показаться даже милой.

— … Копчик подкрути, ягодицы сожми сильно-сильно! Макушкой тянемся вверх!.. Вот в таком положении ты будешь находиться всю тренировку. Запомнил?

Матвей кивнул, стараясь одновременно "дышать грудью" и не расслаблять живот… Он не был уверен, что у него хоть что-то получается.

— Это называется положение пилатес…

— Пилатес?! — от неожиданности парень поперхнулся, моментально "сломав" выстраиваемую из своего тела конструкцию. — Меня будут тестировать пилатесом?!!

Степаныч отреагировал на такое заявление даже раньше так и не представившейся красотки в лосинах.

— Ты задницу-то сожми, да так чтобы "ни сантиметра в жопу", — заявил он, решив, похоже, вспомнить сегодня все бородатые присказки мира. — Выполнять команды инструктора!

Через пять минут жжение в мышцах подсказало Матвею, что в чем-то он был не прав, снисходительно относясь к этому виду нагрузок. Еще через двадцать — мокрый как мышь парень стиснув зубы, старался чтобы его дрыганья хоть чуть-чуть походили на грациозные движения красотки. Получалось из рук вон плохо!

Черт побери! Вроде бы почти не двигался, а пот ручьем льет!

Вся пытка, ставшая самым тяжелым испытанием за день, заняла тридцать минут. Это были очень долгие полчаса!

Зато вечером удалось оторваться. Письменное сочинение Воронцова на тему "Почему нужно развивать свой дар?" началось со слов "Чтобы надрать задницу одному старому п****су!".

Ради этого светлого мига действительно стоило потерпеть некоторые неудобства!

Глава 7

И снова лишь перестук монументальной ручки по столу — вечный спутник размышлений князя Михалкова, тревожил тишину кабинета. Его гости молча ждали чем же закончится сей процесс на этот раз. Однако Никита Владимирович так просто "отпускать" интригу не спешил.

— Итак, — как всегда мягко и почти напевно начал хозяин кабинета спустя несколько минут. — Егор Степанович, как куратор Матвея, расскажите нам о "каникулах" молодого человека.

Глава V экспедиции граф Андрей Иванович Ефимовский тут же подтянулся. В конце концов, вызывавший у него немалое раздражение юноша относился именно к его подразделению. А как еще прикажете воспринимать сотрудника, на которого имеют виды такие силы, что легкого "Цыц!" любой из них вполне хватит, чтобы повлиять на любое решение его непосредственного руководства? Однако чувство долга не позволяло попросту "забить" на проблемного кадра, заставляя работать с тем что есть.

— В дополнение к уже имеющейся информации о похищении и освобождении Матвея Александровича Воронцова, — начал свой доклад вахмистр Калашников. — Могу добавить, что сейчас он здоров и находится на территории петербургской усадьбы Демидовых. По нашим данным, третьего дня туда же прибыл неустановленный, но высокопоставленный представитель Воронцовых. Информация проверяется. Личность посланника устанавливается.

— Отставить, — негромко, но властно отрезал Михалков.

Егор никогда не понимал, как при всей интеллигентности внешнего вида и плавности речи хозяина кабинета, он мог быть настолько властным, что сама мысль ослушаться воспринималась не иначе как кощунство.

— Принял, — только и ответил вахмистр, пару раз ударив подушечкой пальца по своему планшету. — Посланник покинул территорию усадьбы сегодня в первом часу ночи на одном из самолетов спец. парка Воронцовых. Место приземления пока установить не удалось.

— И не удастся.

— Принял.

Егор лишь мысленно довольно кивнул. В отличие от графа Ефимовского, уж он-то очень был рад новой "движухе", что гарантировала награды, премии и продвижение по службе. А в том, что его "подшефный" еще перетряхнет сонное болото V экспедиции, он лично не сомневался ни на секунду.

— Сегодня утром Матвей Александрович отправил мне уведомление о том, что его личным мастером согласился стать некто Николай Степанович Гриченко и просит… Эм.

Вахмистр Калашников на секунду запнулся — не каждый день видишь, как ошарашенно переглядываются люди, чьего опыта и влияний хватит на небольшой апокалипсис. Как минимум, на одной шестой всей территории планеты.

— Так что он там просит-то, — с любопытством уточнил мгновенно взявший себя в руки князь Михалков.

— Выделить полигон для тренировок, с соблюдением мер секретности…

— Дозволяю, — даже не дослушал хозяин кабинета, что на памяти Егора происходило едва ли не впервые. — Уточни по их запросам и подготовь площадки, но при условии участия в тренировках наших людей. Особенно из секций огневой поддержки одаренных.

Чего-то вахмистр в этой жизни не понимал, но повидал достаточно, чтобы четко для себя определить: многого лучше и не знать!

— Это был следующий пункт его…

Тут Егор на едва заметный миг споткнулся, подбирая слова. Не "пожеланий" же, да и не "требований". Не может внештатный канцелярист ничего требовать от главы Тройки!

— … Списка, — выкрутился Калашников. — Предоставление людей для отработки взаимодействия в составе малых групп, а так же со вспомогательными службами.

— Замечательно, — только и отметил Никита Владимирович, предвкушающе потерев ладони, ради чего пришлось пойти на немыслимое — отложить любимую ручку на край стола.

"Вот черт!", — только и подумал куратор. Обещал же себе не лезть, но и анализировать происходящее мозгу не запретить!

— Разрешите вопрос? — вахмистр вытянулся во фрунт, нагнав на лицо маску лихой придурковатости.

— Разрешаю, — серьезно (по крайней мере подчиненный хозяина кабинета мимолетную улыбку на губах князя заметить не успел) дал разрешение Михалков.

— В личном деле Матвея возможный пиковый уровень развития обозначен как гридь.

Егор замолчал, предлагая начальству самому оценить вопрос… и оставляя поле для маневра, если его вопрос касается недоступных ему по уровню "секретки" областей.

— Продолжай, — добродушно усмехнулся Никита Владимирович.

Собраться как перед прыжком в ледяную воду.

— Если наработку взаимодействия с командами огневой поддержки можно объяснить работой на будущее, то вспомогательные службы… Какой возможный уровень у Матвея Александровича?

— Голубчик, — обратился к нему глава Тройки таким тоном, что становилось сразу ясно, что если он и получит ответ на свой вопрос, то точно не сейчас. — Как будет нужно — до вас доведут.

И лучше бы ему не вспоминать больше об этом самому. На его службе излишнее любопытство может испортить карьеру не хуже пьянки или склонности к получению удовольствия от насилия. Очень нехороший для начальства сигнальчик.

— Доклад окончил, — склонил голову Егор, отдавая дань праву лиц начальствующих доводить до него информацию в том объеме и в то время, когда они решат.

— У вас есть еще вопросы?

Вахмистр немного помялся, но все же нейтрально произнес:

— Моего уровня допуска не хватает для получения информации о будущем наставнике Матвея Александровича.

Спустя пару секунд и несколько пируэтов ручки в руках князя, его голос разрезал тишину кабинета:

— Бильдергберская бойня. Ханьская зачистка. Плата за Норд-Ост.

Еще секунда на осознание и два изумленных мужских голова практически в унисон:

— Это был ОН?!!

— ОН существует?!!

Еще секунду слова висят в воздухе, но тут же два голоса заключают:

— П****ц!

Один, правда, едва слышно. Не пристало при начальниках выражаться, ибо под светлыми очами руководителя рекомендуется только делать вид лихой и придурковатый, но никак не вести себя соответствующим образом!

— Егор Степанович, я удовлетворил ваше любопытство?

Вахмистр, не смотря на некий шок от раскрытия личности своего тезки, собрался мгновенно, а потому на вопрос лишь степенно, как ему казалось, кивнул.

— Замечательно, — склонил голову князь. — Тогда я вас не задерживаю. И да… Егор, постарайтесь сегодня не ночевать на работе. Вы не бездомный, а один "перегоревший" сотрудник равняется двум диверсантам. Помните об этом! Не задерживаю.

Егор в очередной раз кивнул и вышел за дверь.

— Хорош, — прокомментировал Михалков, глядя на закрывшиеся за вахмистром двери. — Умен. Пора двигать. Что скажешь, Андрей?

Ефимовский пожал плечами:

— Вахмистру лишь недавно было присвоено внеочередное. Награждать пока что не за что. Свои предложения по его дальнейшему развитию я направил в своем ходатайстве… недели полторы как!

Князь зеркально повторил движение плечами Ефимовского. Действительно, входящих бумаг у него столько, что мог и не через один месяц добраться до ходатайства, если оно не имело срочного или сверхсрочного приоритета.

— Если коротко…

— Постепенное повышение сложности задач с увеличением личной ответственности за результат, — полковник откинулся на спинку кресла и задумчиво посмотрел в потолок.

Абсолютно неприемлемое поведение в присутствии князя!.. Если бы они не были знакомы столько лет.

— Предел компетентности, стало быть, ищешь, — ожидаемо проигнорировал вольность подчиненного Михалков.

Более того, Никита Владимирович и сам поднял взгляд, словно пытаясь вслед за Ефимосвским разглядеть нечто на белоснежном потолке.

— Хорошо, — наконец пришел к решению он.

Взгляды мужчин вновь встретились над столом.

— Заряжай своего Калашникова на "Просвещение". Пусть как раз своего подопечного подключит. С иезуитами они оба уже сталкивались. Иллюзий вредных не имеют. Вот и посмотрим как справятся, а по результатам всем сестрам по серьгам и раздадим.

Полковник сделался хмур и задумчив.

— Никита Владимирович, ты там не слишком круто?…

— Андрей…, — возмутился князь почти натурально. — Иди давай отсюда, а?! Второй час ночи уже! Ты тоже, кажется, не бездомный. А то будет мне Илона Никитишна опять пенять, что дети отца не видят. Ты вообще помнишь, что у Сашки завтра День Ангела?

— Твою!… — крепко выразился Ефимовский, выскакивая за дверь.

Князь лишь усмехнулся, наблюдая на метания полковника в приемной, требовавшего немедленно подготовить ему экипаж на выезд, пока доводчики мягко притормозили закрытие двери. Ничего, ему полезно! Торжество через две недели, но напомнить о том, что семье можно уделять чуть больше времени можно уже и сейчас.

Осталось только отбить сообщение:

"Илоночка, про праздник напомнил. Мягко, как ты и просила. Работой загружать не буду, да и сам постараюсь вырваться. Люблю. Целую. Папа".

— Какие пятнадцать минут?!! — донесся из коридора рев Ефимовского. — Чтобы через две были!

Никита Владимирович негромко рассмеялся. Это он "притормозил" экипажи. И было ему ни капельки не стыдно!

* * *
Тем временем вахмистр Калашников уже садился в свою машину, в который раз благодаря в промозглую питерскую непогоду тот Акт технического творения, что создал сигнализацию с автозапуском двигателя. Оказавшись внутри теплого и не столько шикарного, сколько уютного салона, потянулся за коммуникатором.

Абонент ответил на третьем звонке.

— Матвей, еще раз ночи доброй. Ты просил сообщить по решению отцов-командиров. Не спишь?

Трубка что-то недовольно булькнула в ответ.

— По твоим просьбам принято положительное решение, так что… Что за звуки у тебя там?

— …

— Какой детонатор, какая взрывчатка?

— …!

— На кого охотиться собрались?

— …!!

— Понял… Вернее, ни черта не понял, но желаю удачи!

— …

— Ага, и тебе!

— Весело у них там, — даже слегка позавидовал Егор, отключив связь.

Однако тут же встрепенулся и стал поспешно заводить машину. По жене он действительно соскучился!

* * *
День у Степаныча не задался с самого утра. С того самого мига, как инженерная бригада обнаружила под днищем его "Ласточки" взрывное устройство. Толково установленное. Не то чтобы в первый раз. Да и сам факт вряд ли мог смутить человека со столь богатой и неоднозначной биографией, но все же. Раздражала необходимость пользоваться подменной машиной. В гараже пусть и не основной, но все же резиденции Демидовых парочка таких имелась всегда. Вот только за рулем родной "шестерочки", чей корпус был многократно укреплен искуснейшей рунной вязью, а двигатель тщательно перебран его собственными руками, он чувствовал себя гораздо увереннее, чем в "камрюхе" охраны.

— Ты мне это, телепузик, "Ласточку" не царапни там, — кивнул он старшему саперной бригады, уже облаченному в бронированный костюм и теперь перебиравшего свои "железки". — А то без всякой бомбы в космос запущу!

Тот кивнул без всякого выражения на лице. Степаныча он знал давно, а потому объектом его раздражения не хотел становиться от слова совсем!

Сам же "как минимум воевода" рода Демидовых ругался сквозь зубы, устраивая свой зад в современном кожаном кресле:

— Талантливые детишки! Ну ничего, ничего, Степаныч покажет вам, где раки… Раком покажет. Поза ротного пулемета за счастье покажется! На бочку пороховую. Обоих… Минеры хреновы… Ничего, Степаныч покажет!

Вторая и третья неприятность случились практически одновременно.

Не успел он отъехать и на километр, как саперы сообщили, что взрывчатка все-таки рванула под днищем авто. Настоящего заряда не было, но хлопок был сильный. Машина в порядке. Вроде бы.

Не успел он пробормотать по поводу этого самого "вроде бы", что-то вроде "Хреновы таланты! Юные…". Как стекло украсилось паутинкой трещин прямо напротив водителя.

"Пуля. Крупнокалиберная", — только и успел подумать он, скатываясь под приборную доску и нажимая кнопку тревоги..

Ох, и больно же вдарил рычаг коробки по ребрам!

Однако второго выстрела не последовало.

Через пятнадцать минут охрана нашла лежку снайпера, а еще через десять — вторую позицию. "Неизвестные" явно рассчитывали выманить воеводу Демидовых на простор. Второй же стрелок держал позицию первого. Только Степаныч не дурак и жизнью учен. Досадно только, что стрелки успели смыться.

А вот кое-кому пришлось ждать почти полчаса, которые ушли на поиск позиций, выявление возможных новых и доставку очередной сменной машины.

День прошел спокойно. Равно как и обратная дорога до усадьбы. Впрочем, насчет дороги можно и поспорить. Если бы не грамотные действия инженерно-разведывательного дозора, буквально прочесавших трассу перед его приездом, то суждено было ему подорваться на паре МОНок, либо почувствовать на себе всю тяжесть ловушки в аспекте Земли, вставшей на боевой взвод практически перед самыми колесами автомобиля.

Спасли опыт и чутье! Хотя авто и под списание. Но до Усадьбы Степаныч, дабы не искушать Судьбу, добрался сам. С большим таким кругалем. Ну да ничего! Пробежаться по зимнему леску оно в любом возрасте полезно! Тем более, гвардейцы доложили об обнаружении позиции с заботливо припрятанным гранатометом.

За ужином же его встретили две пары невинных глазок. Голубые Матвея и карие Ольги не выражали ничего кроме кротости и смирения.

— Неплохие попытки, ребятня! — заявил он, едва покончив с первым. — Только Степаныч вам еще покажет! А чего яду в борщ не сыпанули?

— Тут же анализаторы везде, — постучал Матвей по столешнице, по совместительству служившей сложным артефактом. — Вмиг спалимся! Как тебе наши сюрпризы?

— Далеко вам еще с батькой то тягаться, — пригладил усы воевода. — Подрастите, сопляки!

В глазах молодежи вспыхнули недобрые огоньки, а на губах расцвели до того предвкушающие улыбки, что Степаныч поневоле задумался, а, может, зря он решил "спаивать" от слова "паять" Ольгу и Матвея таким интересным способом и уж совсем невовремя пообещал им пару дней отдыха, если хотя бы одно покушение удастся.

Пять дней почти "потогонки" и упражнений на взаимодействия. Никаких разговоров, только сигналы, но так, чтобы Ольга в ночи всхрапнула "Как связь?", а Матвей в другом конце дома пропукал "Пять на пять!". Взаимодействие на уровне рефлексов за пять дней, конечно, не построишь, но ребята явно прогрессировали. И будут прогрессировать! Уж он об этом позаботится!

В пятницу же воевода объявил:

— Ну что, молчаливые мои, все просто: организуете на меня успешное покушение — будет вам отдых пара дней. Только и впрямь не прикопайте по тихой грусти!

А почему нет? Вполне четкая задача с достижимым результатом. В теории. На практике попробуй "поймай" старого диверсанта.

— Так что, — поинтересовался Матвей. — Будут нам выходные?

— А за шо? — притворно изумился Степаныч, перейдя на диалект своей малой родины. — Хоть одна удачная?

На лицах молодежи вновь заиграли улыбки, но старый лис лишь усмехнулся про себя: "Пуская стараются!".

Кто подал знак воевода так и не заметил, но поднялись его ученики синхронно. Прогрессируют!

— Приятного аппетита! — прозвучало синхронное же пожелание, приправленное долей сарказма, и неугомонная парочка была такова.

Как не хотелось пойти спать, но пришлось топать на пост охраны.

— Как там, Коля? — спросил он у дежурного на посту видеонаблюдения. — Где наши гаврики шляются?

— Камеры их не фиксируют, — ответил молодой, но уже достаточно опытный сотрудник. — Видеонаблюдение гаража выведено из строя.

— Да ты шо? — слегка занервничал Степаныч.

Он состояние машины еще после утренней шутки ребятни оценить не успел, а они уже новую готовят!

Надо проверить.

Заходить в обитель его "Ласточки" он решил через дом. Чего лишний раз нос морозить? И фиг с ним, что его энергии хватит не только на личный обогрев, но и отопление небольшого поселка в течение суток.

Дверь в гараж была приоткрыта. Оттуда доносились достаточно громкие голоса детишек.

"Совсем оборзели, сказал же — тихо!", — мелькнула быстрая мысль, но тут же сменилась более приятной — вариантом наказания за подобное отступление от приказа.

— Ты ему еще слово х** на капоте напиши! — громко воскликнул смеющийся голос Ольки.

"Чего?!". Степаныч решил поторопиться.

— У меня нечем!

— Так помаду мою возьми!

Чувство опасности, воспитанное годами и развитое почти до сверхъестественного, предупредило его ловушках.

— Не, как-то не солидно, — протянул Матвей.

От сердца слегка отлегло.

Небольшую печать Огня на полу воевода деактивировал землей, а тонкую леску (ага, совершенно случайно натянутую на уровне груди) сноровисто привел в негодное состояние при помощи неизменного "Викторинокса". Больше опасных для жизни и здоровья "усовершенствований" он не заметил.

— О, держи!

— Что это?

— Что-что, ГВОЗДЬ!

Степаныч ворвался в гараж с пистолетом в руке и желанием побивать всех и вся, но его душевный порыв был тут же был охлажден ушатом холодной воды! То есть ведром. Простейший детский прикол с несложной системой веревочек и собственно тары. Его! Поймали. На. Детский. Прием.

Тридцать секунд, за которые у Ольги с Матвеем, моментально юркнувшими за машину инструктора (вполне справедливо полагавшими, что по ней то он точно палить не будет!), успели вспотеть ладони. Уж больно страшен был у Степаныча вид — усы торчком, глаза бешенные! Переборщили что ль?

Полминуты стояла гробовая тишина, разбившаяся в дребезги громовым хохотом воеводы!

— Будут вам выходные, засранцы вы этакие, будут!

Глава 8

О, это чувство свободы! Дарящее радость, словно сладкий финик после 7 дней аскезы, дурманящее словно стати персидской танцовщицы, сводящее с ума будто глоток виноградного вина из сокровищницы султана…

— О чем задумался?! — грубо вырвал Матвея из легкого транса такой обыденный вопрос Демидовой.

Парень несколько секунд помолчал, наслаждаясь видами украшенных снежком березок, мимо которых они как раз проносились в лучших традициях оленькиного стиля вождения — быстро и со свистом!

— Я жду, — напомнила о себе девушка.

— О том, что не стоит читать Хайяма перед сном, — зевнул Воронцов, уже несколько привыкший к манере вождения напарницы. — Нашел у тебя в библиотеке его рубайат[58].

По крайней мере, он уже не пытался схватиться за что-нибудь перед каждым поворотом.

— Врубилась, — отреагировала пилот, бросая одну из "выживших" после недавних развлечений машин охраны в очередной вираж. — Давай уже, возвращайся в реальность, посрамитель шайтана![59] Держииииись!..

К горлу подкатил ком, а к мозгу в очередной раз вопрос: "А чего это я сам не занял место водителя?". Эта машина явно нуждалась в замене прокладки. Между сиденьем и рулем!

— Я…, — Матвей удивленно оглянулся на Ольгу, услышав вместо привычной категоричности легкие нотки неуверенности в ее голосе. — Спасибо тебе сказать хотела. Не было как-то времени до этого… А я…

Действительно, в Усадьбе "бешенная парочка" почти не оставалась наедине. То родственники пожалуют с разговорами и наставлениями (ой, как интересно было бы послушать, какие инструкции получила девушка по его персоне!), то шило в заднице Степаныча провернет очередной оборот. В общем, дел хватало. А вот времени поговорить — вовсе даже и не очень!

— Это за что конкретно? — уточнил Матвей, в котором не вовремя проснулся педант.

— Ну, ты мог меня там и оставить…

Шлеп!

Черт бы побрал эти современные тачки, где спинка сиденья не позволяет даже нормального подзатыльника типа "Лещ" отвесить! Впрочем, возможно, оно и к лучшему на такой-то скорости.

— Поняла. Сглупила. Исправлюсь, — вот это уже ближе к привычному тону взбалмошной девчонки! — Кстати, вот любому другому я за это руки приказала бы оборвать!

Матвей равнодушно пожал плечами и отвернулся к березкам. Красивооо…

Немного помолчали.

— Нет, правда, — на долго Оленьку не хватило. — Я тебе благодарна за то, что вытащил оттуда.

— Благодарность принята, — кивнул Матвей, проводя очередную ревизию затылка своей пятерней, но тут же со смехом сознался. — Я не очень представляю как вести себя в подобной ситуации. Во всех сказках полагается тут же жениться на спасенной принцессе, а я готов лишь женихаться! Я вообще не против первой брачной ночи, но вот все остальное…

Ольга негромко рассмеялась, прервав разглагольствования парня:

— Значит, не я одна чувствую себя немного… скованно, — призналась она, но тут же добавила с привычной "язвинкой" — А о первой ночи пока и не мечтай!

— Ага, как извиняться, так скованно, а как репетировать брачную ночь, так вроде бы, и не против, но фиг тебе! Девушка, раскройте количественное значение слова "пока", — усмехнулся в ответ маг, поняв, что скользкий момент миновал (пока говорить о своих способностях и уточнять детали их взаимоотношений, которые следует воспринимать строго с учетом мнения глав двух Родов, он был не готов). — Тогда и подойду!

Вновь в салоне представительской "японки" зазвучал девичий смех. В этот раз в нем не чувствовалось напряжения. Девушка и сама понимала, что рано или поздно придется обсудить очень многое, однако делать это сейчас — верный способ убить возникшее между ними доверие. Оба еще не готовы, а уж если учитывать интересы Родов и целую паутину обязательств, опутавших молодых людей словно паутина незадачливую муху…

Типичная ситуация из серии "я знаю, что ты знаешь, ты знаешь, что я знаю", но… пока рановато!

— Хулиган ты, Матвей, — только и вздохнула она отсмеявшись. — Но не засранец, что приятно!

"Мда, вот это определение!", — мысленно хмыкнул парень, но вслух же произнес совершенно другое словами великого восточного мудреца:

Будь вольнодумцем! Помни наш зарок:
"Святоша — узок, лицемер — жесток".
Звучит упрямо проповедь Хайяма:
"Разбойничай, но сердцем будь широк!"
Его собеседница только кинула и тут же в свойственной ей манере перепрыгнула на новую тему:

— Итак, у нас два дня отдыха! Я с девчонками оторваться! Зажжем так, что содрогнется ночной Питер! Йюуххху!!!

Парень только усмехнулся при виде сияющего лица Ольги.

— Как отрываться будешь?! — не отставала она.

— О, я тоже отрыв планирую, — тоном "да-да, конечно!" просветил ее Матвей. — Вот сейчас по работе на одну встречу съезжу. Надо же начальству на глаза показаться! А потом сразу в трэш и угар!

Легкого скепсиса в голосе мага Ольга не услышала, охваченная картинами будущего кутежа!

— О да, пускай минет нас пуще всех печалей!..

— Может, минует? — уточнил не ожидавший подвоха парень.

— Минет, Матвей, минет, — так произнесла на почти на ухо парня девушка, согрев его своим дыханием, что Матвея бросило в жар (пора пройтись по салонам!) и холод (двести, сука, километров в час на спидометре, а она ему в ухо дует!). — И барский гнев, и барская… любовь!..[60]

Огонь в глазах девушки сменился смешинками почти мгновенно, заставив мага с трудом вытолкнуть воздух из легких. По салонам. Однозначно по салонам. Вот как встретится с Егором, так сразу по салонам.

Однозначно.

И в следующий раз за руль сам.

Однозначно.

* * *
До города добрались без происшествий, что уже само по себе в картине мира Матвея было очень жирным плюсом к настроению. Нет, правда, приятно же, когда никто не пытается запустить в тебя чем-нибудь убойным, похитить или, не мудрствуя лукаво, пырнуть железом хладным. Вместо всех этих "приключений" людная центральная улочка, погода из серии "мороз и солнце, день чудесный", горячий кофейный напиток на фундучном молоке… Что еще для счастья надо?

Полчаса, ставшие "зазором" между высадкой из машины Демидовой и посадкой в шведский кроссовер Калашникова, прошли крайне благостно: вкус кофе смешивался с звуками игры талантливой скрипачки в наушниках, под воздействием солнышка превращаясь в нечто похожее на прекрасное настроение!

Да и Егор хорошими новостями не обделил:

— Мои поздравления, герой, — заявил он не успев поздороваться. — Отчет по поводу твоих приключений писать тебе не придется.

— О как…, — аж удивленно крякнул Матвей, пусть и буквально балдевший от прекрасного дня, но ТАКИХ подарков от судьбы точно не ждавший. — Не подумай, что напрашиваюсь, но все же, с чего такая милость?

— Участие в столкновении Родов вещь довольно специфическая, — с удовольствием принялся объяснять вахмистр, кажется, искренне обрадовавшийся удачному завершению "похода" парня. — Согласно ряду имперских эдиктов, общий отчет готовится по данным, предоставленным Патриархами в нашем случае. На тебя целых два пакета документов пришло от спецов Демидовых и Воронцовых. Твоей задачей будет лишь ознакомиться с полученной нами информации и, по желанию и возможности, дополнить ее, если сочтешь, что нам необходимо знать что-то еще сверх этого. Однако я сильно сомневаюсь. Там такие спецы работали, что комар носа не подточит.

Матвей помолчал, устраиваясь поудобнее в кожаном кресле.

— Так это просто праздник какой-то, — наконец заключил он, глядя на вахмистра. — Спасибо, хорошая новость!.. Слушай, а водички у тебя в машине нету? После кофия горло промочить хочется.

Получив желаемое, Воронцов с удовольствием сделал пру больших глотков кавказской минералки.

— Так, — заключил он, едва восстановив водно-солевой баланс. — Если отчитываться мне не придется, то сегодня мы зачем встретились? Не подумай, что я не рад тебя видеть, но…

Егор тем временем перегнулся через кресло, доставая с заднего ряда свой кожаный портфель. Слегка повозившись с застежками (ой, хитра система, "чужого" бы на месте запросто спалила!), он достал обычный планшет в защитном исполнении. Следом, едва тот оказался в руках парня, на свет божий был извлечен обычный блокнот из магазина давно и надежно получившего в народе ярлык "Фиксик". Пара выверенных движений пижонской ручки по листу, и вот Матвей наслаждается парой циферно-буквенных обозначений.

— Запомнил, — серьезно спросил Калашников буквально через пару секунд. — Хорошо. Вечером войди систему с этими данными, она автоматически сгенерирует постоянную пару логин/пароль. Ее не будет знать никто. Надеюсь на твою память, так как восстановление постоянного доступа штука довольно хлопотная, да еще и связанная с отметкой в личном деле, урезанием премии и долгой задушевной беседой с нашими безопасниками. Оно тебе надо?

С этими словами он извлек откуда-то из кармашков водительской двери зажигалку и сжег листок, для верности размельчив остатки листа той же зажигалкой в пепельнице кроссовера.

— Надеюсь, не забудешь, — со вздохом, явно свидетельствовавшим о собственных неприятных переживаниях, заключил он. — Если мне придется повторить — обязан буду доложить. Механизмы самоликвидации почти все стандартные. Инструкцию по уникальным примочкам получишь при генерации постоянного пароля.

Матвей только головой помотал, словно говоря, что на память в общем-то не жалуется, на что получил беззвучное пожатие плечами, как бы говорящее "Хорошо, на твоей совести будет!".

— Что здесь? — спросил Матвей, "взвешивая" планшет на одной руке.

С такими системами он дело имел лишь однажды. Тогда на подобную машинерию был загружен план учебного выхода группы. Воронцов даже чуть скривился от неприятных воспоминаний. Именно тот день выбрал один ублюдок, чтобы продемонстрировать свое "Фи" однокашнику. Это было его восемнадцатое посещение госпиталя в бессознательном состоянии. Да, такие вещи он считал. И запоминал. Бог даст, подвернется случай предъявить счет за простынку тканевую, да пайку диетическую.

Всепрощение — не самая частая черта характера среди магов-боевиков!

— В планшет загружены данные по нашей новой задаче.

— В двух словах можно?

Перед ответом Егор слегка повозился с расположенной под приборной доской панелью, явно в штатной комплектации не предусмотренной. А уж когда уши привычно заложило на несколько секунд, можно было не сомневаться — хозяин активировал защитный полог.

— "Глухарь-3", — с гордостью сообщил Егор, будто сам эту систему собирал.

Хотя, если вспомнить о негласном табеле о рангах, установка подобной аппаратуры в личный автомобиль сотрудника людям хоть чуток сведущим в хитросплетениях службы в "Тройке" могла сказать о многом.

— На повышение идешь, Егор Степаныч, — весьма ехидно поинтересовался парень.

— А почему бы и нет, — не приняв шутки пожал плечами тот. — Итак, к делу. Операция "Просвещение". Приоритет: красный-три. Речь о наших старых друзьях иезуитах…

Матвей при упоминании "друзей" лишь скрипнул зубами.

— … Как ты знаешь, одним из важных направлений работы Товарищества Иисуса стало предоставление качественного бесплатного образования по всему миру как аристократии, так и выдающимся представителям "из народа". Для многих это действительно может стать путевкой в жизнь. Да, под шумок братья продвигают свое видение мира среди учеников, занимались "выкачкой мозгов" из империи и выстраивают свои структуры, позволяя своим воспитанникам довольно быстро продвигаться в рамках значимых частных и государственных структур. Это, как говорят наши "уважаемые партнеры", была "файр плэй". Честная игра. Какие-то моменты купировались в результате аппаратных игр, где-то работала наша разведка, а кое-какие эпизоды и вовсе пошли нам на пользу. В общем, нормальная агентурная работа. Дело-то по сути житейское. Пусть уж лучше на виду будут, чем продолжают заниматься тем же самым из-под полы. Тем более, благодаря их работе мы действительно получаем неплохой поток профессиональных кадров… Не подвергнутых соответствующей обработке.

Ну да, ну да. Матвей не первый день жил на земле, а потому понимал, насколько сложное дело — ликвидация подобной структуры в рамках государства. Почти как попытка "выкорчевать" ставленников транснационального капитала, еще лет пятнадцать назад занимавших ПЕРВЫЕ позиции в столь специфической организации как Центробанк Руси. Нет, Воронцов и сам знал немало адептов упрощенного взгляда на жизнь, предлагавших разом шашкой рубануть, и совершенно не учитывающих огромную систему связей, благодаря которой империя была встроена в мировую систему распределения труда. Хотите высокие цены на нефть (а что, кто-то думает, что они с потолка берутся, "рыночек решает"?)? Да пожалуйста, но пусть с вашей стороны процесс контролирует наше доверенное лицо! Увольняете господина имярек? Не возражаем, но вот что если завтра, а может уже и сегодня, кредитный рейтинг государственных компаний сразу несколько "независимых" рейтинговых агентств синхронно уронят на пару пунктов. Вот совпадет так! Итог: дорогие кредиты, замедление развития, стагнация экономики. Впрочем, на это у "диванных экспертов" тоже свое мнение имеется: сами будем кредиты выдавать! Отлично, скажет любой национально ориентированный экономист, но тут же спросит: а с помощью каких механизмов, откуда специалистов возьмем, а как… И вопросов таких миллион. Следующее возражение "упрощенцев", как правило, сводится к фразе "Так давайте такие механизмы создавать!". Никто, в общем, не против, вот только альтернативных экономических институтов нет, а любая попытка создать что-то стоящее моментально получает отпор от центрального банка и всей существующей системы, а так же полный список вышеперечисленных проблем А уж если еще и реализуемая рабочая идея имелась, то ее носитель имел все шансы на скорую и тихую кончину. Несколько таких случаев за 20 лет противостояния государя и главного банка империи зафиксированы были. Нет, справились, конечно, в свое время. Вот только борьба была долгой и упорной, а победа стала возможной только благодаря Мировому Бардаку. Фининтерну лет пять было просто не до нас, а потом уж и поздно было!

— Так почему мы именно сейчас занялись этой… структурой? — задал основной по его мнению вопрос Матвей.

— Разветвленная сеть филиалов учебных центров товарищества в последнее время стала использоваться в логистических целях.

— И…, — не совсем понял Матвей. — Что они такого… транспортируют, что ими занялась "Тройка"?

— Например, некоего Гусева Константина Игоревича вместе с тридцатью килограммами груза.

Воронцов нахмурился, но через несколько секунд вынужден был констатировать:

— Не помню. О чем мне должно говорить это имя?

— Ну ты даешь, — осуждающе покачал головой Егор. — Если бы кто по моей сестренке из гранатомета садил, я бы обязательно поинтересовался его именем. Так, на всякий случай.

Уши стиснувшего зубы Матвея моментально вспыхнули. Плотный график последней недели не дал ему возможности толком познакомиться с результатами расследования. Сегодня надо было восполнить этот пробел в знаниях обязательно.

— У тебя два дня выходных, — пожал плечами вахмистр. — Успеешь изучить. В понедельник жду на рабочем месте.

Матвей молча пожал руку куратору и вышел из машины.

Успеет. Обязательно успеет.

* * *
Тот же день. Спустя шесть часов. Берлога Матвея.

— Алё, — радостно звучал голос на удивление трезвый голос Демидовой, щедро приправленной ударами мощных басов на заднем фоне. — Тусуешь?! Может к нам? Мы в "Фараоне"!

— Неее, я тут с ребятами зажигаю, — не менее бодро ответствовал парень, действительно уже успевший изучить не такой уж большой объем данных по нападению на Женьку, и теперь отдыхавший. — Провожу время с отличными чуваками!

— Круто зажигаете?!

— А то! У нас тут целое приключение. Давай уж сегодня как-нибудь сама!

— Да не вопрос, — проорала трубка, и прежде чем сигнал прервался короткими гудками, Матвей успел услышать веселый визг: — Девчонки, я иду!..

Парень вздохнул, и вновь вернулся к отложенным на время "чувакам". Один из них в этот момент в очередной раз "натягивал свой рваный халат, прожженный во многих местах искрами дорожных костров, и удалялся потихоньку", ведь "за дверью громко храпел ленивый, глупый евнух в чалме и мягких туфлях с загнутыми кверху носами — нерадивый страж главного во дворце сокровища, доверенного ему. Дальше, врастяжку на коврах и кошмах, храпели стражники, положив головы на свои обнаженные ятаганы. Ходжа Насреддин прокрадывался на цыпочках мимо, и всегда благополучно, словно бы становился на это время невидимым".[61]

Глава 9

— Ха-ха-ха, — Ольга не смогла сдержать смех, глядя на всклокоченную шевелюру и помятую физиономию своего "партнера". — Вот теперь верю: отдохнул как надо!

Еще миг, и она с удовольствием бы снисходительно потрепала парня за волосы или даже за щеку, приговаривая что-то вроде "повзрослел наш мальчик, повзрослел!". Воронцову же было с этих заявлений не холодно, не жарко, благо их разделяли мониторы и расстояние, в модный ныне 5G хоть и существенно повысил качество видеосвязи, но тактильный контакт пока не освоил. Поэтому на все провокационные заявления маг отвечал широкими и искренними зевками.

— Жду развернутый отчет о твоих похождениях! — тут же заявила Демидова.

— О, это была ночь полная приключений, интриг и интрижек, — честно глядя в глазок камеры интригующе начал таки дочитавший историю до похождений товарища Насреддина до конца парень, но тут же обрубил напарнице "малину". — Вот только больше я об этом ничего не скажу. Должно же у мужчины в жизни быть что-то личное?

— Эх, я к нему со всей душой, а он… И где она, справедливость? Я вас спрашиваю, где?

— Я бы ответил, Михаил Самуилович, но, как сказал знакомый гинеколог, там ее тоже нет…[62]

— Не очень-то и хотелось, — ничуть не расстроилась все так же широко улыбающаяся Ольга, прекрасно чувствовавшая, где пролегают те границы, за которые пока заходить не стоит. — Надо будет как-нибудь с тобой в загул отправиться! Не по работе, а так… Интересно посмотреть, как отдыхает господин Воронцов, когда не связан по рукам и ногам уставом! Зрелище должно быть!..

— Я тебе организую как-нибудь отдых истинно с матвеевским размахом! — искренне пообещал парень, прикидывая где можно достать томик Соловьева в подарочном издании. — Могу с даже с доставкой на дом оформить!

Ольга еще раз одарила собеседника звучанием своего смеха, ответив:

— Жду не дождусь, Матвей Александрович!.. — согласилась та, и тут же с ехидцей уточнила. — Тем более, я уверена, что у тебя уже есть "планы на ветер"! Все ради того, чтобы вернуться к ненаглядной работе, верно?

Матвей лишь вздохнул, разведя руками в стиле "Что уж со мной таким поделать?", умудрившись даже не покоситься в сторону журнального столика, где его ждал полученный от вахмистра планшет.

— Не отвлекаю, — все с той же ехидной ухмылочкой прокомментировала Ольга. — Пока!

— Пока-пока, — задумчиво пробормотал в ответ потемневшему экрану видеочата Воронцов.

Вот теперь и правда за работу можно!

Только кто сказал, что он собирается с серьезным видом крапеть над ларцом информационным? Э, нет! В любой процесс можно привнести чуточку удовольствия!

Выполненный с чувством тренировочный комплекс в этот день занял у Матвея почти полчаса против обычных 15 минут. Как здорово чувствовать каждое движение от легкой растяжки до традиционных рывков пудовой гири… Каждая мышца словно заново открывается в моменте, позволяя наслаждаться каждым упражнением. Довольно "бодрую" серию завершил контрастный душ, после которого парень был готов признать, что избитое выражение "словно заново родился" вполне себе имеет право на существование!

Следом наступила пора кулинарных экспериментов. Если с яичницей Матвей мудрствовать не стал, то чай был "собран" из целого микса сушеных ягод, листьев малины, смородины и мяты, щепотки иван-чая и хорошей порции непосредственно черного цейлонского! Кра-со-та! Спасибо Женечке, лично ингредиенты собирала, да прислала с оказией! Знала, егоза, чем брата порадовать!

Вот теперь, с прекрасным настроением, можно завалиться на диван, чтобы познакомиться с переданным вахмистром заданием. Так, включить планшет, пройти идентификацию, изу…

— Черт! — выругался парень, вчитавшись в первые строки и познакомившись с классификатором.

Слышал он у одного старого картежника выражение "Насрать в руки тому, кто раздавал!". Вот и тут тому кто данные компоновал руки бы испачкать! Насколько же неудобоваримо все подобрано… Без поллитры не разобраться! Вот только если "по работе" Матвей был согласен травить свой организм огненной водой (что для мага намного опаснее, чем для не одаренного человека!), то делать это добровольно и во время отдыха был явно не готов.

Впрочем, пытливый ум и тут выход найдет!

— Иногда же можно, верно? — негромко спросил сам себя Воронцов, и тут же уверенно ответил. — Можно!

Планшет отложен еще на полчаса. За это время был сварганен еще один микс в дополнение к чайному, раскалены докрасна несколько угольков и собран монструозный кальян, что подарил, кстати, Андрюха после поездки куда-то в жаркие края. Куда именно смотался, так и не раскололся. Дела Рода и все тут! Впрочем, и сам Воронцов особо не расспрашивал. Секретность, однако, понимать надо…

Значит, заодно и помянем. Глядишь, и удастся достойную тризну справить, отправив виновников следом…

Итак, спустя полтора часа после окончания разговора с Демидовой, парень с комфортом развалился на диване, и, укутавшись клубами ароматного дыма и мягким шерстяным пледом, принялся пробираться сквозь обрывки исторической справки, свежей аналитики, а так же подборок домыслов и слухов, которые, по возможности, полагалось проверить.

Итак, что мы имеем с гуся?

Если обобщить все данные, то картина вырисовывалась интересная!

Вся история Общества Иисуса говорит о том, что Орден использовался папством для распространения католичества и вовлечение в сферу политического и экономического влияния все новых народов и стран. Тут понятно, любая сетевая структура стремится к расширению. От штатовской "Лицокниги" до "МММ". В этом ее суть. Стратегию иезуитов можно описать избитым выражением "Цель оправдывает средства". Если оставить в стороне вопросы морали, то можно заметить, что такой подход себя вполне оправдывал. Структура выстояла даже когда папство проиграло борьбу за господство в Европе, и успешно продолжает существовать и в наши дни. Тем более, ребятки в софистике совсем не дураки были, а потому смогли обосновать сей сомнительный принцип с точки зрения нравственности. Правда, иезуит всегда мог сам решать, что нравственно, а что нет ради достижения цели! Еще при жизни Лойоллы известны случаи, когда братья отправлялись с проповедями по борделям. И как тут не задержаться до утра с душеспасительными речами, коли того требует обращение очередной заблудшей души в католичество? Впрочем, зачастую во время подобных бесед, как указывают современники, лоно имелось (ввиду) отнюдь не церковное.

Одной из основ ордена стала разветвленная образовательная система, пустившая свои метастазы не только среди европейских католиков, но и среди язычников в Азии, Америке и других частях света.

На землицу русскую товарищи иезуиты прибыли аж в начале восьмидесятых годов шестнадцатого столетия в лице миссии Антонио Пассевино, участвовавшего в русско-польских переговоров и, по ряду свидетельств "подсуживал" отнюдь не нам! Да и вообще, данный "не-брат-нам-вовсе" легких путей не искал, а потому заявил царю: "Покайся, мол, и прими веру истинную. Своих священников гони, а наши обряды наладь!". Причем прямым текстом. На троне тогда, надо сказать, сидел некий Ваня, прозванный Грозным! Быть бы бедам, но Иван IV очень уж хотел заключить политический союз с папством, а потому не устроил наглому посланнику нечто из разряда "Пущай полетает!". Поддержку Рима русский царь, кстати. получил, а вот с церковной экспансией как-то не задалось.

В следующий раз Общество отметилось на землице русской поддержкой Лжедмитрия I. Этот красавчик очень рассчитывал уже на религиозную поддержку папства. Да только вот слишком уж явно вышли на сцену братья, что и стало если и не главной, то, как минимум, немаловажной причиной самозванца! Забыли товарищи совет Пассевино, рекомендовавшего тайное воздействие на русское общество. Тот, надо сказать, пусть основную миссию и провалил, но разведку боем провел знатную, разработав целый план организации посольств для покорения Руси-матушки. Очень толковая и подробная получилась методичка: вплоть до того как одеваться, описания даров и необходимых книг, а так же указаний какие посты соблюдать. предлагались и другие варианты инфильтрации. Однако стратеги ордена наиболее перспективным направлением укрепления власти в далекой северной стране считали развитие образовательной системы и печатного дела. Вот так вот.

За увлекательным чтивом Матвей пропустил момент, когда трубка в руках практически перестала исторгать из себя клубы дыма. Чертыхаясь, парень отправился к плите, не только закинув на огонь несколько кубиков угля, но и разом опростав пару стаканов воды с лимончиком. Пока свежая партия кальянного "топлива" не набрала жар, Воронцов привел в порядок тело быстрой разминкой и ведром ледяной воды после. Как всегда, холод помог взбодриться и приготовиться к приему новой порции знаний.

Еще через три минуты убедившись, что в кружке дымится свежий чай, а в кальяне вновь тлеет табак, парень вновь вернулся к чтению.

Итак, получив пару хороших плюх, Общество предприняло очередную, более удачную попытку проникновения в Россию во время регентства царевны Софьи, не без помощи ее тогдашнего фаворита из Рода Голициных. Еще не официально, но они все же проводят службы и даже начинают миссионерскую деятельность. Правда, патриарх тогда их изгнал, но как-то не до конца. История туманна, но в архивах Тройки, сей период ясно обозначался как первый этап инфильтрации Общества Иисуса.

Петр I не только топориком окно в Европу прорубил, но и облегчил жизнь иностранцам-христианам. С ограничениями, правда: верить-верьте, а вот смущать православных проповедями и мессами не смейте! Понимал кое-что первый русский император в этой жизни. Представители Ордена скрепя сердце и скрестя пальцы за спиной, согласились, тут же открыв несколько своих школ, типа, для повышения общего уровня образования. Петр был не против. Вот только не учел великий царь, что подобные заведения используются иезуитами в первую очередь для пропаганды своих идей и воспитанию такого прекрасного явления, которое в будущем назовут "пятой колонной". Впрочем, возможно, и наговаривают на хорошего человека, но злые языки шепчут, что причиной разлада первого русского императора и Общества Иисуса стала поддержка Римом царевича Алексея. Для царевича участие в интриге закончилось Петропавловской крепостью, а иезуитов отправили в направлении издревле известного на наших землях перуанского городка[63]. Подальше из Российской империи, в смысле. Но официально выставили их в 1719 году за католическую пропаганду, да.

Почти семьдесят лет о действии Общества на Руси не было никакой информации. Вновь на территории империи иезуиты попали лишь в 1772 году, когда Польшу первый раз делили по результатам договора Австрии, России и Пруссии. Поляки, кстати, до сих пор винят во всем Русь. Голоса разума, например, в виде известного историка Ежи Скворняка о том, что причиной ликвидации стал внутренний распад государства тонут в пучине стереотипов до сих пор. А дядька меж тем главным директором госархивов страны был, да! Вот тогда-то в состав родного государства и вошло в том числе и католическое население… Почти со всей правопобережной Белоруссией. И куда деваться? Потребовалось заново строить отношения с разными конфессиями. Интересно, что папа римский Климент XIVОбщество официально упразднил без выходного пособия уже через год после сего события, но Екатерина II все же решила сохранить Орден, поставив его под знамена государственной пропаганды. Кроме того, иезуиты совершенно заслужено носили славу лучших педагогов Европы. В краткосрочной перспективе императрица своей цели добилась… Заложив под будущее Руси мину с гнилым детонатором.

Время правления Павла I считается рассветом Общества Иисуса на Руси. Как политкорректно выразился автор подборки, "в силу психических особенностей" монарха. Ну и на поддержку Рима он уж очень рассчитывал. куда деваться. Политика.

В очередной раз по плану "чемодан-вокзал-Рим" иезуитов отправил Александр I, когда те слишком нагло стали вербовать представителей первых Родов Руси, в том числе и близких к императорскому. Почесал в затылке правитель, да и выселил неблагодарных гостей из обеих столиц в 1815 году. Еще через пять лет вообще повелел выгнать всех представителей Общества Иисуса "под присмотром полиции за пределы Государства и впредь ни под каким предлогом не впускать Россию".

"Ни под каким предлогом" длилось ровно до 1991 года, когда страну возглавил Павел II. Сей монарх, равно как его тезка-предок, в силу своих "психических особенностей" отметился многими "свершениями": ввязал страну мировую бойню, под влиянием финансового глобализма, встроил российское государство в систему мирового распределения труда на очень невыгодных условиях, ну и, конечно, запустил к нам всякие там течения типа радикального ЛГБТ и сайентологов. Ну и иезуитов, конечно. Куда ж без них. Натворить он успел многое до того, как скончаться от сердечного приступа в своем кабинете. По крайней мере, именно такую версию озвучили представители группы офицеров, за полчаса до этого печального события зашедших к самодержцу. Злые языки уверяют, что с оружием наголо. Врут, наверное!

Как бы там ни было, предшественник оставил нынешнему самодержцу Александру V, уже прозванному в западных столицах Сталиным от слова "сталь", приходиться чистить авгиевы конюшни немыслимых масштабов. По плечу ли ему ноша Геракла, что яростным потоком Воды (а именно в этом аспекте щедро одарен царь) очистит государство от всего лишнего? Время покажет. А Тройка поможет!

"Хм, с исторической справкой покончили. Осталось понять, к чему вообще весь огород городить было с секретностью и паролями-кодами. Всю эту информацию в сети найти можно за полчаса неспешного серфа… Лааааадно, отнесемся к этому как к процедуре выдачи аппаратуры спецвязи. В конце концов, когда патроны выдавали, ты тоже не одну бумажку подмахнул! — лениво размышлял Матвей, в который раз за день разминая затекшую за день шею. — Так, с историей покончили, пора переходить ко дню нынешнему!"

Сегодня "на балансе" Ордена насчитывается более 200 учебных заведений по всему миру. Неплохо. Интересно, что на Руси, абитуриенты по специальностям богословие и духовность в качестве экзамена должны написать сочинение, а вот направления психология и духовность уде требует собеседования с преподавателем-психологом и директором учебного заведения… Что очень даже напоминает специальный отбор в институты военной коллегии и Охранки. Интересно…

Но малоинформативно!

"Ну, хотят ребятЫ тестировать своих учеников по-своему…, — размышлял Матвей. — Да и пожалуйста! Хоть скополамином каждого обколите, коли претенденты согласны. Тем более, условий приема никто и не скрывает. Вот они, на вполне официальном сайте размещены. Надо искать в другом месте… А почему бы и нет?".

Решение, пришедшее в голову Воронцова, могло бы показаться глупым, если бы не несколько фактов:

— Интерес к иезуитам не секретен (в отличие от проекта "Просвещение", но он нем парень и сам пока ничего не знает).

— Идея настолько дурацкая, что может сработать!

— Его "источник" уже опутан рядом подписок, пусть и с грифами министерства обороны.

Итак…

— Кир, вечер добрый, — поприветствовал "откликнувшегося" со второго гудка штатного эрудита их компании Матвей. — Мне нужна твоя помощь. Я тут поступать дополнительно думаю. В иезуитский коллегиум. Порекомендуешь?

— Привет, — немного ошарашено от напора однокурсника пробормотал Бобров. — С твоими-то талантами в коллегиум… Кхм! Ну-ну!.. Эээээ… Дай мне секунду с мыслями собраться…

На "сборку" собеседнику понадобилось секунд 40. Звук слива туалетного бочка Матвей, как воспитанный человек, сделал вид, что не услышал.

— Не рекомендую, — наконец категорично разродился тот. — Сам планировал, но передумал.

Вот так поворот.

— А чего так? — непринужденно поинтересовался Матвей.

— Ну…

— Кир, очень надо, — чуть надавил парень. — Правда. Чего передумал?

Еще несколько секунд молчания, после чего однокурсник нехотя ответил:

— Вот как тебе объяснить? — начал он задумчиво. — Вроде и образование дополнительное дают хорошее, отзывы отличные, фамилии известные учатся, но вот есть такое слово "свербит"… В общем, решил я посмотреть чему и как там учат. Классы вроде красивые, оборудование хорошее, программа насыщенная и интересная. Да и связи опять же… Туда ведь не за знаниями в основном идут, а за знакомствами с теми самыми фамилиями. Для выпускников коллегиума слово братство и спустя годы не становится пустым звуком. Ты представляешь, я там с преподавателем пообщался, так домой чуть не на крыльях летел! Умнейший человек — мы с ним такой диспут устроили… А, не важно! Пришел я, в общем, домой, держу в руках листы анкеты для поступления, а тормозит что-то. Стал думать, вспоминать. Ощущение такое, что будто упустил какую-то деталь, словно мысль какая на крючок попалась, а подсечь не получается!

На какое-то время собеседник примолк. Матвей не торопил. Гарнитура не мешает, а чашка с чаем приятно обжигает руки. Чего ж еще, для благостного расположения духа пожелать?

— В общем, так я и не понял тогда, что меня насторожило. Стал копаться в открытых источниках. Знаешь, много интересного нашел! Ты, кстати, в курсе, что Пушкина хотели в коллегиум отдать? Уже и в карету посадили. Великий поэт так и написал в примечаниях к автобиографии: "Меня везут в П. Б. Езуиты. Тургенев. Лицей". Не окажись у его бати знакомого с Царскосельском лицее, еще неизвестно, каким бы вышел классик… Ладно, не о том! Решил я, не найдя достойной информации, обратиться к первоисточникам. Начал с "духовных упражнений", которые иезуиты рекомендуют послушникам, не говоря уже о тех, кто желает вступить в Орден. Я нашел их описания и методички. Это реально жесть! Полностью ломается психика и собственное я. Сейчас, подожди, найду…

В наушниках раздался стрекот клавиатуры, какой издается ловкими пальцами при скоростной печати.

Воронцов же, воспользовавшись паузой, подошел к окну, наблюдая за снежными хлопьями, стремящимися побить все рекорды по осадкам. Сделав большой глоток из так и не выпущенной из рук кружки, он мысленно протянул: "Лепотаааа!". На душе отчего-то стало легко и спокойно.

— Новичка на месяц запирают, связав обетом молчания, — тем временем продолжил эрудит. — За это время ему надо пройти ряд медитаций, разделенных на четыре блока. Во время одной из первых, — внимание, цитирую, — нужно "представить мысленно огромные языки пламени, и души осужденных, как бы заключенные в раскаленные тела. Услышать упреки, плач и вопли, предание проклятию Иисуса Христа и святых Его. Почувствовать запах дыма, серы, разложения и гнили. Внутренне ощутить горькое — слезы, скорбь и угрызения совести. Представить, что мы сами осязаем этот огонь, как он прикасается к душам и сожигает их"[64]. Вот каково? В общем, не готов оказался я. Слабоват для такого. Сидеть в темноте, один, и молча представлять себя сжигающим грешников… Не мое! Да и… Хотя, это личное. Не важно!

— Подожди-подожди, — встрепенулся Матвей, словно гончая, взявшая след (инстинкт, чтоб его!). — Может, поделишься? Все-таки личные впечатления они самые надежные! Если, конечно, они…

— Ладно, — раздраженно перебил разглагольствования однокурсника Кирилл. — Друг у меня был. Словно старший брат. Имя называть не буду, ни к чему оно… Так вот я вслед за ним в коллегию собрался. Он учиться начал, а я через год поступать планировал. Товарищ мой почти сразу предупредил, что на связь будет выходить редко. Вроде как у них там чуть ли не казарменное положение. Я значения этому не придал. У меня кузен в Высшем офицерском учится, тоже не часто поболтать удается. Вот только выходил мой друг, так называемый, на связь совсем редко. Через девять месяцев считай и увиделись!.. Знаешь, со стороны на него приятно посмотреть: стал спокойным, сдержанным, уверенным в себе, вот только между нами как стена встала с тех пор. Нет больше той легкости в разговоре, душевности, если хочешь! А потом… В общем, он к моей сестренке двоюродной "подкатил". Знал, ведь, сволочь, что я с ней ближе чем с родными общаюсь.

Матвей не шевелился, словно в медитации завороженно любуясь танцем снежных хлопьев за стеклом. Торопить товарища он не пытался, его и так не слишком грела мысль, что Кириллу приходится вновь переживать не самые приятные воспоминания по его милости. Однако ничего не попишешь. Работа.

— А потом он переспал с ней общаться, — грубо и отрывисто бросил в рубку Бобров.

— Перестал? — переспросил в первый момент подумавший, что ослышался Воронцов.

— Переспал, — отрезал оговорившийся "по Фрейду" однокурсник. — А затем перестал. Сволочь. Но знаешь, у него в глазах и капли раскаяния не было. Человек был уверен, что ему можно…

— Можно что?

— А все можно, Матвей, вообще все! И, давай, хватит об этом! Я на твои вопросы ответил?

— Да, спасибо, Кир, — парень прекрасно понял, что ему намекнули на скорейшее завершение разговора. — Ты извини, что я так о личном, но мне понять нужно было…

— Да нормально все, — резко обрубил Бобров. — Давай до понедельника!

С этими словами собеседник попросту отключился.

— Спасибо, — негромко еще раз повторил парень навстречу прерывистым гудкам.

Все это требовало тщательного осмысления.

Глава 10

Понедельник — день тяжелый!

А еще интересный.

В случае же с Матвеем будет последовательнее сказать интересный и тяжелый.

Нет, правда, не каждый день Воронцову выпадает увидеть типичного христианского батюшку при всех "регалиях" в виде рясы и креста на шее, любовно и весьма профессионально играющегося с боевым ножом. Было действительно интересно наблюдать за клинком, щучкой летающим в ловких пальцах. А вот когда этот самый бородатый здоровяк с криком "Господи, помилуй!", попытался " нашинковать" парня в тонкую лапшицу, стало тяжело…

А начать стоило с того, что Степаныч совершенно обленился…

Нет, опять не так.

Тогда пойдем по порядку!

Очередной понедельник встретил Матвея солнечной и морозной погодой. Проснулся он легко и как-то разом. Будто в сознании рубильник "отдых-работа" переключили. Кофе с утра тоже удался на славу, с первым же глотком отправив настроение к отметке "зашибись". Да и планы на день радовали:

— ПРОСТО познакомиться и провести первое занятие с инструктором, которого подобрал Степаныч.

— ПРОСТО съездить в университет.

Видит здесь кто-то пункты "кого-нибудь уконтропунктить" или "беседа с дознавателем"? Вот и Воронцов не видел, что дарило ему надежду на светлое будущее… Хотя бы на ближайшие 24 часа! Даже в кой-то веки захотелось ради любопытства почитать гороскоп на день, но до планшета личного было далеко тянуться, а выданный вахмистром он для этих целей пользоваться не решился, вполне резонно полагая, что все логи работы на этом устройстве сохраняются и анализируются "где надо". Молодой маг же сильно подозревал, что на его дальнейшей карьере перекладывание ответственности за свою жизнь на "звезды и небесные тела" может сказаться не хуже, чем строчка "неумеренное употребление психоактивных веществ" в личном деле. Может, он и сгущал краски, но проверять на практике теории с таким возможным исходом он не собирался от слова вообще!

Покончив с черным как ночь, и горячим, словно жена капитана дальнего плавания в момент возвращения мужа домой, кофе, Матвей решил даже ограничиться обычным душем, исключив из утренних водных процедур обливание ледяной водой. Давным давно он придумал себе замечательное объяснение необходимости данного действа: "Вот обольюсь, и все самое страшное за день со мной уже произойдет!". Сегодня же "страшного" не хотелось даже в такой малой дозе!

Отдельное спасибо Воронцов мысленно отправил тому человеку, что припарковал каршеринговый "Мерс" всего в двух минутах ходьбы от него. Обычно он предпочитал более дешевые модели, но именно сегодня не прочь был и шикануть! Даже почти привычные пробки сегодня не раздражали — уж больно удобное водительское сидение разработали немецкие инженеры! Да и не так много сегодня заторов-то на дороге, так что до набережной Фонтанки,16 удалось добраться за рекордные по такому раннему времени 15 минут.

Степаныч уже дожидался его у входа.

— Что, молодой, выделиться захотелось, футы-нуты, — ехидно прищурившись решил позубоскалить он вместо приветствия. — Да я в твои годы вот этими самыми руками БАМ строил…

— … В телогрейке с номером? — не менее ехидно перебил своего инструктора парень. — То-то я посмотрю, есть в тебе что-то этакое! Так вилкой в глаз, али в жопу раз?!

— Это мне-то, воеводе? — спокойно ухмыльнулся мучитель. — Почем ж я знаю, что ОНИ выберут? Могу и то, и то заставить провернуть, а потом еще сыграть на батарее и "зашить" бутылку заставить! А особливо "приветливым" еще и сесть на нее пособить смогу!

— Злой ты, Степаныч, — только и ответил парень с чуть ли не суеверным ужасом уставившись на свою пустую руку. — Нет в тебе ничего святого!

А ведь еще за миг до этого пальцы Матвея сжимали нежнейшее творожное кольцо, купленное в кофейне неподалеку.

— Угумс, — с удовольствием подтвердил тот, с блаженным видом пережевывая лакомство, захомяченное в один присест. — А вот насчет "святого" мы с тобой сейчас поговорим. Пошли!

Матвей молча последовал за инструктором, мысленно уже прикидывая, на какой стул и какую канцелярскую кнопку он подложит охотнику за чужими сладостями. Эти мысли наполняли сердце теплом задуманной и неотвратимо мести!

Обычно на переодевание и путь до тренировочной зоны молодой человек тратил около пяти минут. Сегодня он управился за две. Отлично отдохнувшее за выходные тело прямо-таки требовало движения!

Ввалившись в зал, он недоуменно застыл, наблюдая прелюбопытнейшую картину: любовно и с явным знанием дела играющегося с клинком священника! По-тря-са-ю-ще! Наблюдая за едва ли не размазывающейся в нечеткое пятно сталью, Матвей заворожено следил немаленьким таким боевым ножом в сильных руках служителя веры. Уже через секунду он был уверен, что в ряду огонь, льющаяся вода и работа других точно не хватает упоминания о батюшке, быстро и четко исполняющем сложнейшие перехваты! Наблюдать за этим можно бесконечно…

Однако, столько времени ему, конечно, никто не дал!

— Матвей, проходи, — моментально заметивший притаившегося "зрителя" Степаныч. — Знакомься, Ларионов Валентин Саввич…

— Предпочитаю, отец Михаил. — протянул лопатообразную ладонь батюшка, не забыв послать укоряющий взгляд в сторону инструктора.

— … Твой новый наставник по рукопашному бою и работе в ограниченном пространстве. — с абсолютным пофигизмом на лице закончил "вечно ехидный дядька".

Несколько секунд продолжалась борьба мягко укоряющего и нагло-дерзкого взглядов. Ровно до того мига пока батюшка… Не расхохотался. Смеялся он долго и со вкусом, держась за уже прилично выступающий из-под рясы живот.

— Колька, ты смотри…, — пригрозил пальцем он. — Шуруй отсюда, пока уши не надрал ка в детстве!

— Ухи-ухи-ухи, — завопил в притворном ужасе Степаныч, прикрывая ладонями сии стратегически важные органы. — Ухожу-ухожу-ухожу!

И действительно засеменил к выходу, всей своей фигурой демонстрируя страх, смирение и почтение. Ох, если бы еще не этот сдавленный ржач!

Отец Михаил лишь покачал головой, неожиданно по-доброму усмехнувшись:

— Не меняется, сколько лет шалопая знаю, а все такой же!

Впрочем, на отвлеченные темы новый наставник долго размышлять себе не позволил, а потому уже через несколько секунд объяснял Матвею суть предстоящих уроков.

— Рукопашный бой — это не совсем то, чем я занимаюсь, — вещал он хорошо поставленным голосом (таким бы проповеди читать!.. Ой, и правда!). Уверен, что по стандартной программе тебя натаскали отлично! Все эти стойки, заученные удары… Я же буду учить тебя обезвреживать противника и оставаться в живых.

— Хм, но ведь, например, армейский рукопашный бой как раз и специализируется на том, что…

— Нападай, — просто развел руками священник, которому, казалось, подобный вопрос задают если не в тысячный раз, а потому отвечать было просто лень.

Легче показать.

Кулак парня отправился в путь к лицу наставника резко и неожиданно, но…

Расслабленно висевшая рука священника молниеносно метнулась к паху Воронцова, звонко щелкнув тыльной стороной ладони по внутренней части бедра (спасибо, что не ТУДА!). Не успел Матвей согнуться от неожиданной боли, как в горло ему прилетела классическая "вилка". Тоже не сильно, но покашлять секунд 15 пришлось.

Однако и это не главное — ни один удар он не успел даже отметить! Просто не увидел! И это с его то реакцией боевого мага!

— Еще раз! — все так же улыбаясь предложил батюшка.

В этот раз Матвей ударил из "скрючившейся" позы, сделав вид, что никак не может откашляться после "вилки". Уже через миг он выл от боли во взятом "на контроль" локте, а еще через секунду, после того, как инструктор дал ему пару секунд "насладиться" положением, после чего буквально выбил дух "добивающим" ударом в диафрагму. Будь удар добивающим без кавычек, Матвею пришлось бы туго!.. Или, что скорее, не пришлось бы вообще. Ничего и никогда.

— Понял, чем заниматься будем? — спросил он, едва парень вновь обрел связь с окружающей действительностью.

Парень промолчал.

— Ничего, скоро поймешь, — жизнерадостно заключил отец Михаил. — Поднимайся, учиться будем!

Подождав прока парень преодолеет закон всемирного тяготения, что со всей ответственностью придавил его к дощатому полу зала, отец Михаил продолжил свои речи:

— Итак, я научу тебя работать с разумом, — пообещал он. — Обманут противника на уровне работы мозга, правильно "испугаться" самому, использовать безусловные рефлексы своего чужого тела…

— Так вот он где, опиум-то для народа… — еле слышно прокомментировал Воронцов, все еще восстанавливая дыхание.

Однако батюшка ремарочку-то услышал.

— Сейчас продемонстрирую! — заявил он, направляясь к кожаной сумке, оставленной на одной из лавок.

Матвей с неким сомнением посмотрел ему в след. Что-то еще он приготовил, этот странный поп (про себя прозвище наставнику маг уже "прилепил"). Однако все оказалось не так страшно. Святой отец вернулся, складывая пополам… ассигнацию в 500 имперских рублей. Неплохо, однако, батюшки живут!

— Смотри, — тем временем предложил поп, устроив сложенную уголком купюру на левом плече парня в виде своеобразного погона. — Сейчас я положу тебе руку на правое плечо и попробую продавить.

Выполнив обещанное, наставник спросил у практически не шелохнувшегося парня, продолжая давление:

— Ну как?

Фуууу… Купюра слетела с плеча Матвея, а сам он, буквально на секунду "упустив" внимание, оказался на полу.

— Понял?

— Примерно!

— Ну и прекрасно, — улыбнулся поп. — А сейчас мы с тобой будем учить молитву.

— Эм…, — неуверенно протянул Матвей, ожидавший от наставника-рукопашника несколько иных знаний. — Я не самый лучший христианин, если честно!

Вот они специально в семинариях эту всепонимающую улыбку учат, да?!

— Матвей, я не собираюсь тебе, как сейчас модно говорить, религиозную пропаганду толкать. Если ты когда-нибудь почувствуешь потребность найти путь к Христу в своем сердце, ты знаешь к кому обратиться, а пока я говорю лишь об особом состоянии бойца, достигаемое за счет молитвы.

— Что-то не слишком мирные речи, а, батюшка? — улыбнулся без всякой подначки Воронцов.

Ему было действительно интересно, как оценивает свое заявление инструктор с точки зрения христианской морали.

— Воины-монахи были всегда, — наставительно произнес тот своим глубоким голосом. — Вспомни хотя бы инока Пересвета, что сразил Челубея[65]. Знаешь ли ты, что подвиг его духовный внесен в анналы истории тибетским монахами? Челубей, да будет тебе известно, прошел суровую подготовку в их монастырях, и, по преданиям, владел боевой магией Бон-по, завещав свою душу бесам после смерти взамен помощи демонов в бою при жизни? Поэтому его и выставили как поединщика от войска татарского, чтобы сломить дух войска русского еще до сражения! Духовный, в первую очередь, подвиг Пересвета не только увековечен в памяти нашей, но и внесен в свитки проявления чуть ли не божественного вмешательства. Так-то!

Матвей лишь кивнул, принимая информацию к сведению.

— Тогда на колени, — скомандовал наставник, бросив парню в руки деревянный нож-имитатор, после чего занял зеркальное положение. — Сейчас мы исключаем движение ног. Работаем по схеме удар-отбой, удар-отбой, удар-отбой. Не успел отбить — будет больно. Чтобы все успевать, читаем молитву "Господи, помилуй!"[66]. Как русский воин… Если с нами Бог, то какая разница, кто против нас? Кто сказал?

— Апостол Павел.

В конце концов, образование Матвею дали действительно неплохое. Стыдно было бы сейчас опозориться перед своими учителями!

— Верно! Начинаем в среднем темпе!

Господи, помилуй… Господи, помилуй… Господи, помилуй!

Хватило парня всего на пару серий, после чего он "поймал" сразу несколько ударов имитатором. Больно!

— Хорошо, — покладисто согласился отец Михаил. — Начнем с темпа малого.

Ну, понеслась!

* * *
— А ты не из тех, случаем, не из заднеприводных?

— Эк, — только и крякнул Матвей в ответ на такое заявление бесшумно подошедшего Степаныча. — Ты часом не охренел с предположениями, старый?!

— А то я смотрю любуешься на себя в зеркало, словно девка перед выданьем! — улыбнулся своей щербатой улыбкой наставник.

Матвей лишь пожал плечами. Все его тело покрывали синяк и кровоподтеки. Ох, и нелегко далась ему первая тренировка со святым отцом.

— Одевайся давай, далматинец, — усмехнулся собеседник. — На учебу опоздаешь!

Убедившись, что Матвей начал нехотя собираться (тело ужасно болело даже при незначительном движении), Степаныч уже серьезно продолжил:

— По войне с Волоконскими: старшей ветви Рода более не существует, — заявил он навострившему уши Воронцову. — Кто смог — сбежал. Основные силы гвардии Демидовы зачистили. Однако бывшему Патриарху удалось уйти вместе с рядом приближенных и частью бойцов. Их следы теряются на литовской территории. В империю отдельным указом императора им вход заказан. Государь уже подписал указ об изгнании ветви. Сейчас во главе рода Ефим Христофорович, племянник прошлого Главы. Род Луниных отрекся от нашего общего знакомого, предоставив разбираться с ним нашим бойцам. Правда, этому хитровану удалось уйти. Увы.

Ну да, такие игры нам знакомы. При конфликте часть Семьи всегда вступает за "ту команду". Таким образом, в случае проигрыша основного плана Род не теряет все, оставляя за собой право на лен и манор. Пусть и в усеченном варианте. Контрибуции никто не отменял.

— То есть, мы с Олей можем выдохнуть?

Степаныч сделал два шага вперед, положив руку на плечо зашипевшему от боли парню (садист поп, хоть и священник!), лааасково так посмотрел в глаза. Как душевнобольному.

— Аль ты слушал меня невнимательно, Матвейчик, — с мягкой укоризной произнес он. — Иезуиты никуда не делись, приличная часть бойцов бывшего Главы живы и злы, а уж Кирюша Лунин как должен желать встреч с тобой. Вот уж не знаю, в чем его неприязнь к тебе была до этого, но сейчас для сего чувства он имеет полные основания. Как считаешь, стоит ли расслабляться? Хотя да, официально война закончена указом императора. Стало легче?

— Понял. — кротко пожал плечами парень, вновь поморщившись от боли.

Секунд десять Воронцов анализировал поступившую информацию, после чего утвердительно кивнул:

— На живца, значит, ловите, а, Степаныч?

— А чего ж бы и нет, раз оказия подвернулась? Заодно и тренировка в боевых условиях, а? — с этими словами инструктор несильно ткнул задумавшегося парня в бок.

— С-с-сука, — прошипел тот сквозь зубы. — Аккуратнее!

— Да ладно, — только и рассмеялся ничуть не обидевшись Степаныч. — Привыкай! У Валентина Саввича только так!

"И чего это старый все именует батюшку мирским именем?" — задумался Матвей, но вслух произнес другое:

— Олю надо подальше убрать на время.

— Отказано, — улыбнулся инструктор. — Главе рода выгоден нынешний ход событий.

— Знаешь, старый, — вздохнул Матвей, уже выходя из зала. — Подготовку уж больно разностороннюю Олечке дают: стрельба, штурмовка, рукопашка, а вот на экономику, например, времени, видимо, меньше осталось. Вот давеча мы…

Парень замолчал, буквально спиной ощутив, как расслабленный взгляд Степаныча мигом стал кинжально-острым.

— Догадался? — убойно-спокойным тоном спросил тот. — Молодец. Теперь забыть. Начисто. Дело Демидовых.

Матвей не оборачиваясь кивнул и продолжил путь.

Что ж, похоже, что они с Ольгой действительно в одной лодке.

Надолго.

Глава 11

Есть байка, что на самом дне ада живет маленький такой и пакостный чертенок. Это он тебе шепчет, едва успел ты проснуться: "Эй, приятель, забей на все. Отдохни и расслабься! Ты заслужил!". Имя ему — Одеявол! Страшный враг рода человеческого едва не победил решимость Матвея таки добраться сегодня до университетской аудитории. Очень уж не хотел измученный утренней встряской организм отправляться впитывать знания.

Смешно, но на соседнем кресле вновь арендованной машины лежала официальная бумага о том, что две недели занятий он пропустил по причине участия в военных действиях "во благо рода своего, либо союзного". Красивая такая, с печатями имперской канцелярии. Степанычем ему в руки лично врученная! И здоровенная…

Приятно…. Это вам не какая-нибудь справка из поликлиники о сразившем ОРВИ или триппере. Нет, тут совершенно иной уровень!

До того, как его радужное настроение развеялось в дым, оставалось всего 15 минут. Как оказалось, деканату было достаточно автоматического оповещения, что пришло еще декаду назад, а вот красивая, с вензелями, донельзя официальная бумага формата А4, вовсе даже и нет!

Возможно, Воронцов бы простил ушлому инструктору этот подкол, если бы не один маленький нюанс, после которого он пообещал себе читать не только мелкий шрифт, но и обратную сторону любого документа! А там, на тыльной части листа, описывались все его "подвиги", которые методистка не без удовольствия зачитывала своим товаркам, ничуть не стесняясь присутствия парня:

— Воронцов Матвей Александрович, являясь студентом… Так, тут не интересно… Даты… Не имел возможности присутствовать на занятиях, героически защищая честь рода и невесты, участвуя в боевых действиях против врагов суженой. Приложение списка геройств (см. стр 3). Ой, не могу девочки, гяроооооой, прям, веселилась полноватая кудрявая девица.

Еще две не слишком мудрые девицы ей старательно подхихикивали. Да нет, не полноватая она, а полная. Дура. Что уже сообразили еще три девицы, занимавшие столы у окна.

— Ой, щас зачитаааааааююю!.. — ликовала ораторша, упиваясь удовольствием поиздеваться над кем-нибудь.

— Вееер, не наааадо… — протянула одна из "разумниц".

— Надо, Вера, надо, — выступил Матвей. — Продолжай!

— Вот видишь, сам просит, — победно заявила "кудряшка", упиваясь возможностью побыть в центре внимания. — Я продолжаю!

Студент Воронцов М.А. за время участия в боевых действиях выполнял следующие геройства:

— Охрана периметра и секретных объектов, на карте командования обозначенных как "Эм" и "Жо".

— Лихие кавалерийские наскоки на полевую кухню союзников и болезненная и мучительная переработка испортившейся каши в секретном объекте "Жо", так как объект "Эм" был занят, что привело к спасению 12 бойцов отряда от отравления.

— Отвлечение внимание противника бегом в сторону от него.

— Единоличное уничтожение потенциально опасных веществ, во избежание отравления отряда. В их перечень входят: спирт, алкогольные напитки, парфюм из запасов прапорщика Укатайло.

— Обнаружение засад и ловушек по принципу "пустим вперед, кого не жалко". Бойцом обнаружена яма с нечистотами, призванная деморализовать отряд и сорвать геройское наступление!

— Психологическое давление на противника путем использования сил природы (ветра) и отказа мыться после выгребной ямы.

Ой, не могу, девочки!

Девочки с удовольствием хихикали, прикрывая ладонями раскрасневшиеся лица. Троица у окна, тоже сменили колер мордашек. На более бледный. Они-то прекрасно понимали, кому и что говорит их коллега.

— А кто у нас невесточка-то, что ты ради нее?… Ахахаха…

— Демидова Ольга Григорьевна. — настолько спокойно и холодно прокомментировал Матвей, что смех моментально сменился звенящей тишиной.

Это имя даже последняя дура в этом кабинете знала!

Однако Матвей думал уже о другом человеке:

— Грохну суку.

История умалчивает о том, что именно услышали девицы в его голосе, но теперь побледнели уже все.

— Дамы, — коротко поклонился Воронцов. — Сколь бы ни приятна мне была наша беседа, вынужден откланяться. Пары начнутся через пятнадцать минут. Не возражаете, если бумагу с собой заберу? Нет? Вот и славно!

* * *
— Итого, с точки зрения социологии складывается интересная и опасная для нашей империи ситуация, когда не одаренное большинство не имеет влияния на власть, действующей в тесной связке с так называемыми "магами", — эх, хороший ты мужик, Яков Людвигович, вот только в политику лезешь зачем-то, не слишком понимая, что чистая наука и реальная жизнь — две большие разницы. — Вы только вдумайтесь, ребенок в детстве изымается из семьи, лишен родительского тепла, а взамен получает лишь жесточайшую муштру вместо нормального взросления, и покровительство одного из Родов, который с малых лет уже включает будущего одаренного в свои расклады как ресурс! Кем вырастают эти люди, имеющие власть над силами природы и судьбами людей? Моральными уродами! Психопатами с кучей возможностей, но не имеющими и капли эмпатии!

Сидящая в ставшей уже почти родной римской аудитории рядом с Матвеем Ольга бросила обеспокоенный взгляд на парня. Тот равнодушно пожал плечами. Его сие заявление никак не беспокоило, тем более, он и сам придерживался схожих позиций, вот только прекраснодушный преподаватель никак не учитывал маааленьких таких моментов. Например, Воронцов не смог бы дать ответ на вопрос: " А как вне специальных центров подготовки учить детей брать Дар под контроль?". Дома позволять жить под родительским крылышком? Да без проблем! В первый же месяц при неконтролируемых выбросах не будет у неофита ни дома, ни родителей. Прецеденты имели место быть! Его история тому свидетельство — на эмоциональном пике он разнес укрепленное заведение! Предложите альтернативу? Нет, на первой же лекции парень задал этот вопрос вслух, но наткнулся на классическую позицию "Баба Яга против", что без предложенных альтернатив сводило позицию прекраснодушного теоретика к уровню "как в лужу пернул". Пузыри пустил, а толку-то?! Так хотелось продемонстрировать огневик, но он сдержался. Та самая муштра сказалась, ага!.. Второй важный момент: "А за счет какого ресурса, родной, ты свои хотелки исполнять собрался?". Даже сейчас, когда большую часть бремени обучения одаренных берут на себя Роды, отнюдь не бездонный бюджет империи подвергается огромной нагрузке! Оно и понятно: одаренные — стратегический ресурс любого государства! Так за счет чего реформируем систему: медицина, пенсии, социалка или инфраструктура?

Тишина…

Ольга вздохнула, но ушки навострила. Оно и понятно! Очередной кусочек в пазл системы знаний о своем напарнике. Их отношения пока не зашли настолько далеко, чтобы свободно спросить парня о его детстве. А ей же интересно!.. Девушка, кстати, в последнее время не слишком стеснялась проявлять человеческие эмоции. Наедине. Приятнооо…

— Вы только вдумайтесь, — тем временем продолжал вещать лектор. — Даже система оценки одаренности выстроены по военному образцу: отрок, вой, гридь, воевода, повелитель, абсолют! Вся система обучения выстроена на подавление личности и утаптыванию ребенка в рамки так называемого "служения родине". А выбор где?

Матвей негромко хмыкнул, моментально привлекая внимание Ольги и Кирилла, которые не только слушали лекцию, но и с интересом отслеживали реакцию одного их знакомого мага.

Воронцов же мысленно крутил пальцем у виска. Нет, серьезно, даже он, едва-едва взяв уровень гридя, при его подготовке чисто физической, мог устроить кровавую баню в аудитории и спокойненько свалить. Если с применением магии, то успеет спалить все живое в немаленьком корпусе, а еще и нехило так порушить все до чего дотянется в радиусе так метров двухсот, пока его не уничтожат! Даже на пистолет, что сейчас занимал свое штатное место под пиджаком, не требовал оформления разрешения. Зачем, если он и сам оружие? Ладно, оставим в покое стихийников. А целители, например? Да при минимальной переподготовке и хороший хирург легко превращается в отличного ликвидатора, что уж говорить об одаренном, в анамнезе которого боевой курс числится обязательно! Вот этих людей вы хотите отправить в жизненный путь без ценностного руля и вертил? Серьезно? А чего сразу тогда по гранатомету каждому жителю империи не раздать, а обитателям зон и психбольниц еще и по пулемету с полным боекомплектом дополнительно? Эффект не хуже будет!

Следующее поколение аристократии уже "упустили" под лозунги о свободе, отбиваясь от внешних сил. Что мы имеем по результатам? Авгиевы конюшни, вычищать которые придется не одно десятилетие!

Вот и получается, что услышав "Пора валить!" у магов срабатывает рефлекс "Кого?!", а у прекраснодушных свободолюбцев "Куда?!".

— А если они завтра Зимний дворец решать взять и диктовать свою волю империи?!! — пафосно возопил лектор, вскидывая руки к высокому потолку аудитории, словно призывая небеса стать свидетелем своих слов.

Матвея затрясло. Лицо его охватил жар лихорадочного румянца. Кто бы знал, как тяжело ему было скрыть гомерический хохот, что буквально рвался наружу, сминая на своем пути все понятия о нормах приличия и конспирации. Ох…

Вот правда, простота хуже воровства… Ну захватили одаренные власть. Сколько их там? Около 120 тысяч на страну ВСЕГО! На 200-миллионную империю! И это вместе с теоретиками и прочими техническими спецами от магической науки. Уровня гридь и выше — порядка 5 тысяч! Воевод уже около 3 сотен. Абсолютов и повелителей — неизвестно, но совершенно точно — ЕДИНИЦЫ! И никто из них, за очень редким исключением (в основном касающихся наследников Родов), не обучен по программам государственное управление, экономика… Ну и всяким таким прочим. Чего делать вся эта толпа будет. Да, решения принимаются дворянством (наследственным, либо заслуженным — любой член Думы личное дворянство получает автоматически!). А вот притворяет в жизнь эти самые решения служивое сословие. Поломал ты вот эту систему, и дальше что?

Впрочем, насколько Матвей знал, Яков Людвигович вообще ходок был по всяким оппозиционным митингам. И добро бы, коль выбирал лидеров, у которых есть идеи и предложения! Есть такие! Так нет же, ему подавай тех, кто с трибуны громко кричит, "за все хорошее против всего плохого" борется, школьников призывает ему с обеденных перерывов донатить, да на полном серьезе предлагал на прошлых думских выборах паспорта бабушек и дедушек прятать! Зачем? Да чтобы они не проголосовали за действующих товарищей, а уж молодежь-то точно проголосует так как надо! Ради интереса как-то Матвей зашел на сайт одного из таких "лидеров", но во вкладке "программа" только декларативные лозунги типа победы над коррупцией, повышения зарплат, каждому по леденцу, чтоб сосалось… Ой, не то! А за счет какого ресурса, кто все это будет реализовывать и как? Тишина…

С другой стороны, пару недель назад Воронцов наткнулся на статью академика РАН, доктора наук и прочая-прочая, предлагавшего свой вариант реформы экономики империи, в которой "дыр" было, по мнению парня, что в твоем дуршлаге! Толково, обоснованно, может сработать! Вот только где те оппозиционно-революционные толпы, что не поняли и вникли, то хотя бы ОЗНАКОМИЛИСЬ с документом? "Хозяин" их сказал "фигня!", и все! А "хозяин" и сам не в курсе, но с той стороны границы пришла команда, подкрепленная очередным финансовым траншем или грантиком, и вуаля!

Ладно, фигня все это, на самом деле!

— А как же скажем маги Крови?

А вот это, Кирюш, уже не фигня! Че началось-то, нормально же общались?!

— Маги Крови, — протянул посерьезневший преподаватель, сбитый со своего революционного "конька". — Интересный вопрос, Бобров. Они ничем не хуже и не лучше других одаренных. Идеальные следователи, генетики… Полевые хирурги, опять же… Если вы истекаете кровью на поле боя, и рядом случился жнец. то можете быть уверены — до госпиталя дотянете!

— Так почему же их аспект под запретом? — поинтересовалась с места симпатичная блондиночка в клетчатом мини.

Ой зря вы, Матвей Александрович, так мало времени однокурсникам уделяете! Однокурсницам в смысле…

— Он не под запретом, — мягко поправил вновь включивший мозг лектор. — А под жестким контролем! Понимаете, Анна…

"Спасибо, Яков Людвигович! Эх, жаль что вы по номеру телефончика не обращаетесь, но и так неплохо!.." — мелькнула мысль с голове Воронцова, как-то не слишком удосужившийся за полгода учебы выучить имена всех 120 студентов его потока.

— … дело в том, что… В общем, есть такое понятие, как "акселерация аспекта". То есть, краткосрочное усиление дара посредством контакта с первостихией, либо Источником. Степень повышения возможностей зависит от многих факторов, и составляет, насколько знаю, не более двухсот процентов, иначе оператор дара просто сожжет себе энергетические каналы. Так получилось, что на магов Крови "акселератор" действует как факел на пороховом складе! Повышение эффективности может достигать на некоторый период до 1000 процентов!

— А в чем проблема? — уточнила все та же жопастенькая староста параллельной группы (адепты мнения, что главное в девушке — богатый внутренний мир, я с вами согласен сейчас, но в 18 лет…).

— Акселерация аспекта Крови требует жертвоприношения, причем эффект достигается только при достижении определенного уровня эманаций Смерти, — начал разглагольствовать учитель, но тут же прервал сам себя, понимая, что студентам абстрактные размышления не слишком интересны. — Для того, чтобы достичь "акселерации" нужны сотни жертв! Однако и эффект настолько силен, что многие адепты Школы еще до ее запрета, подсаживались на него не хуже чем на героин! Вот и думайте… Кстати, именно поэтому Жнецов стараются не допускать к массовым боевым действиям. Просто чтобы уберечь от соблазна!

Каким-то шестым чувством Матвей понял, что два человека в аудитории, занявшие места справа и слева от него, сейчас незаметно скосили взгляды на него. Едва заметный кивок подтвердил слова преподавателя.

Взгляды с заинтересованных сменились на задумчивые.

Пусть их!

Думать тоже иногда полезно!

* * *
События — как первый блин. Частенько идут комом. Вот и Матвей, спокойно и благостно отсидев положенное "на галерах", совершенно не был готов к новым обязанностям, присущим его статусу жениха одной из самых завидных невест империи.

— Я и бал…, — протянул парень, мгновенно просчитавший ситуацию, и уже понимая, что да, придется. — Когда и где хоть?

— Юсуповский дворец, — бесстрастно протянула Ольга наблюдая за попытками Воронцова слегка "поныть" понимая, что тому не хочется участвовать ни в каком спектакле, но придется. — Декабристов, 21. Срок подготовки — неделя!

Матвей с мученическим видом покрутил в пальцах красиво оформленную визитку, наслаждаясь качеством полиграфии. Уровень, что уж тут говорить.

И отказаться нельзя. Noblesse oblige. Положение обязывает.

— Почему так поздно предупредила? — вопрос праздным не был — появление в паре с Ольгой на балу будет воспринято не иначе как элемент большой политики.

— Насколько знаю, деды решали стоит ли вообще давать согласие на наш совместный официальный выход в свет, — пожала плечами девушка. — Похоже, договорились.

Ну да, ну да… Интриганы оба те еще. У Матвея просто опыта не хватило бы просчитать все последствия подобного шага. Интересно, какие будут инструкции? Это со стороны кажется, что бал — лишь развлечение для великосветской молодежи. На деле же вся "движуха" используется заинтересованными сторонами для решения широкого спектра вопросов, заключения новых союзов, а иногда и начала новых войн. Бывает. Даже на уровне "молодежки".

— Ясно, — пробормотал парень в спину уже удаляющейся по своим делам с чувством выполненного Ольге. — Будем работать…

Уже через секунду он вспомнил об одном немаловажном моменте: стандартная программа его подготовки хоть и включала в себя обучение танцам, но значение полевому потрошению, например, или экстренной хирургии предавала куда больше. Вот только парень сильно сомневался, что умение орудовать скальпелем как для спасения жизни, так и во имя отнятия оной, поможет ему на паркете.

— …! — глухо выматерился парень, набирая выученный наизусть номер. — Егор, мне срочно нужен хороший хореограф! Уже в курсе да? А… Да, у Юсуповых. Спасибо!

Несмотря на краткость разговора, основную проблему удалось решить. Осталось договориться лишь с портным…

— Я и бал…, — еще раз то ли констатировал, то ли выругался парень, набирая номер Главы рода.

Необходимо было получить инструкции, чтобы знать к чему готовиться, и уже исходя из этого подбирать костюм.

Глава 12

— Дуэль. Сейчас. Немедленно. До результата.

Слова падали тяжело, словно нехотя, разгоняя волну тишины среди гостей Юсуповкого дворца. Эх, горяча же ты, кровь бретера! Ведь будь бы профессиональный забияка чуть сдержаннее — быть поединку на шпагах, что для кое-кого имело бы фатальные последствия, а теперь орудия защиты чести выберет уже Матвей.

Спектакль же был построен красиво! Неизвестный режиссер неплохо рассчитал момент, чтобы подловить парня.

Акт 1. Прибытие

К Юсуповскому дворцу подкатили с шиком на "Чайке" из гаража Воронцовых в сопровождении двух лимузинов особого назначения "Скорпион" Демидовых при семи бойцах в каждом.

"Понты, чего уж тут…", — подумал Матвей, подавая руку "своей" даме, чинно ожидавшей, пока кавалер обойдет машину и поможет ей выйти.

Ольга легко выпорхнула из шикарного салона, что уже лет 70 не терял своей актуальности, обдав парня едва слышным шлейфом дурманящих духов. Легкий разворот, заставивший не столь уж длинную юбку платья стегнуть по ногам юноши, позволил многочисленным зрителям полюбоваться чудным видением, а самой девушке одним грациозным движением поприветствовать всех, и вот парочка уже движется в сторону парадного входа.

"Хорошо, что пресса на такие шабаши не допускается, сейчас еще только вспышек не хватало", — слегка зло подумал Воронцов, пытаясь по привычке качать толпу.

Выходило плохо. Слишком много народу. Обилие звуков и разноцветных вспышек сбивало с толку, а короткие дистанции заставляли вспомнить, что он не профессиональный телохранитель. Да и в толкучке обучен работать постольку поскольку с главным напутствием инструкторов: "Выбирайся из толпы как можно скорее!". Обилие людей, окон, и лабиринт коридоров не позволяли хоть как-то контролировать обстановку и пространство вокруг. Отличное положение, верно?

— Расслабься, — посоветовала Демидова, не снимая с лица насквозь фальшивой прохладной улыбки. — Чужих здесь нет. Охрана на высочайшем уровне, что подтверждено нашими Родами. Уверена, что здесь немало бойцов и имперской гвардии. Все-таки — будущее Руси веселиться изволит.

Ольга с неким отвращением окинула ледяным взглядом уже начинающую разбредаться по группкам именитую молодежь.

— Я уверена, что здесь и Тройка ошивается, — закончила девушка. — Учитывая последние события, совершенно не удивлюсь, если кто-то из имперских волкодавов поблизости отираться все же будет.

Матвей лишь усмехнулся про себя, уловив в голосе спутницы легкий налет уважения и… опаски. "Ты даже не представляешь, насколько близко", — слегка злорадно подумал он, но тут же самокритично отметил, что до волкодава ему пока далековато. Не вышел еще из щенячьего возраста!

— Такое чувство, что тебе здесь не нравится! — вздохнул Матвей, окидывая взглядом внутренний дворик дворца в тщетной попытке вычислить коллег.

— Ты серьезно? — удивленно спросила девушка. — Думаешь, этот зверинец… Павлиний… Кому-то может понравится?!

Судя по тем бесконечным часам, что он провели у портного и той моральной бойне, что устроили Демидова и старичок-еврей с абсолютно родным на слух именем Иванов Петр Васильевич в попытке создать достойный образ парню на это событие, Ольга должна быть от балов без ума! И ждать каждого больше, чем его сестренка Нового года! Да черт возьми, перемерять более сотни пар брюк, чтобы остановиться на рваных джинсах — это просто ни в какие ворота!!! О простите, Петр Васильевич, вовсе не "сраных равных джинсах", а "модной модели с художественными потертостями и нарочитыми повреждениями из джинсовой ткани". Б***ь. Нет, Матвей был готов признать, что вид в зеркале его порадовал до изумления, но он бы с удовольствием выглядел и чуть хуже в обмен на сэкономленные время и нервы! И это без учета косметологов, парикмахеров, стоматолога и… Длинный список, в общем. К концу процедур он уже готов был убивать. Голыми руками. Утешало лишь одно: если бы он сорвался, то сделал бы это красиво, благодаря "заботливой" Олечке!

— Эм, — честно задумалась девушка. — Матюш, ты не расстраивайся только, но косметолог тебе давно нужен был, да и смена гардероба актуальна… Уже несколько лет как, насколько вижу! Ну, а бал… Бал — лишь предлог. Как бы я тебя по магазинам иначе вытащила, подумай?

— Я и бал, — в который раз констатировал парень, сдерживая готовые вырваться матерки. — Вещи не совместимые. Со-вер-шен-но!

Акт 2. Вращение в кругах

На "акклиматизацию" в достаточно новой для себя обстановке Матвею понадобилось минут 20. Он был очень благодарен Ольге, мудрой девушке, что она не потащила его сразу знакомиться с "нужными" и "важными" людьми, дав время слегка освоиться. Однако пора и за дело браться. Это только дешевая бульварная пресса может позволить себе предположения, что на таких тусовках водка вперемешку с шампанским льется водопадом, создавая повод к свальному греху. На самом деле здесь работают. Расчетливо и умело заводя знакомства, отыскивая точки соприкосновения. Да что там говорить, если прямо сейчас можно зайти в сеть и найти сотни предложений с обучением "нетворкингу" от современных цыган. Информационных. Для дворянско-аристократической среды связи — способ выживания и решения множества самых разных проблем. Даже фамилии Демидова и Воронцов не избавляли от необходимости "блюсти политес". Пусть даже некоторые здесь присутствующие представители сих Родов и избрали для себя образ оторвышей.

В общем, как говорится, скучно, хлопотно и никому не нравится, но… надо!

Хоровод лиц, улыбок и ничего не значащей мишуры слов закрутил Матвея ураганом практически моментально, едва его спутница решила, что пора начинать вращаться. Ольга с грацией акулы средь мелких рыбешек буквально рассекала толпу, даруя избранным улыбку снежной королевы, от которой парня мурашки пробегали по спине, а остальных удостаивая едва заметным кивком. Лишь отдельные счастливчики удостаивались пары слов и представления. Голицыны, Меншиковы, Долгорукие, Лопухины, Белозерские… Как ни старался маг запомнить всех, но на третьем десятке даже его тренированная память дала сбой, а сам он, мысленно решив позже освежить имена и "фотокарточки" наследников основных Родов империи в архивах Тройки, нагло пользовался довольно громко играющей музыкой, автоматически отвечая нечто очень похожее на "Царь, очень приятно, Царь!..". Хороший такой способ. Отлично работал. Ровно до того момента, пока красивый девичий голосок не переспросил:

— Очень приятно, государь-надежа, не вели казнить, вели слово молвить!..

Матвей на миг подвис, но тут же сориентировался:

— Как я могу устоять перед искушением выслушать столь редкую красавицу, чьи речи…

— Матвей Александрович, барон Воронцов, — все тем же тоном оборвала пустившегося в разглагольствование парня Ольга. — Мой жених.

— Вот оно как…, — серьезно протянула девушка лет 20, слегка нахмурив брови. — Поздравляю. Будет ли помолвка?

"Эй, мы так не договаривались!", — возопил некто свободолюбивый в голове Матвея. Сам же парень ограничился нейтральной улыбкой, без стеснения рассматривая очередную собеседницу. А полюбоваться было на что! В отличие от большинства присутствовавших "дам", часть из которых давно превратили это слово в глагол с приставкой"…всем подряд", темноволосая красавица предпочла закрытое платье, при этом вовсе не теряясь в круговерти "обнаженки". Она была высока, смугла и изящна, и даже свободное платье не могло скрыть, что природа не обделила ее и правильными округлостями. Однако вовсе не это заставило сердце Матвея пропустить такт. Незнакомка в полной мере обладала тем самым дарованием, что французы назвали очень точным словом шарм.

— Матвей Александрович, познакомьтесь, Зинаида Александровна, княгиня Юсупова, — все тем же тоном закончила Ольга, хоть Матвей и мог поклясться, что в момент наивысшего восхищения новой собеседницей глаза девушки опасно-насмешливо блеснули в полутьме внутреннего дворика дворца.

А он че? Он ниче! Это ж как Демидова — смотреть смотри, а трогать… Ну, сами понимаете!

— Ваша Светлость, — слегка склонил голову в положенном поклоне ничуть не смутившийся маг. — Рад свести знакомство! Если еще миг назад я восхищался стараниями зодчих, возведших такую красоту, то сейчас понял, что главное украшение сегодняшнего вечера — это вы!..

— Прошу, барон, давайте без титулования, — легко улыбнулась Зинаида. — Можете обращаться ко мне по имени и… Оль, ну че как не родная-то?!

Столь резкий перепад в речи красавицы не вызвал никакого отторжения. Казалось, что начни смуглянка сейчас декламировать словарь тюремного мата, даже арго в ее устах приобретет возвышенность и поэтичность. Порода, чего уж тут. В сей миг оттаяла и Ольга, с места бросившись на шею подруге. Матвей лишь усмехнулся, вспоминая длинную лекцию Демидовой о том, что на приемах допустимо, а что и категорически нет. Подобное открытое проявление чувств явно попадало под вторую категорию! Да, его напарница вообще практиковала очень гибкий подход к различного рода устоям.

Впрочем, оно и к лучшему! Минут через пять троица общалась уже совершенно свободно. Как и полагалось, две подружки начали с абсолютно "девчачьих" тем.

— Оль, этот… пьяный подоно… потомок гордых шляхтичей предложил мне найти с ним общий язык, имея ввиду вовсе не мой могучий и ужасный интеллект, — легко улыбнулась Матвею представительница Юсуповых, словно предлагая не воспринимать ее заявление слишком уж всерьез, на секунду прервав свой "доклад" Ольге о поездке в Польшу.

Демидова же, едва удерживая внутри рвущийся на волю хохот от прошлых пассажей, лишь махнула рукой:

— Как… Хах… Поняла…

— Так он попытался расчехлить свой… стенд для испытания моих артикуляционных способностей!

Ольга аж поперхнулась… Такой поступок тянул серьезную резню между государствами, стань о нем известно в обществе.

— А ты что же? — лишь спросила она, слегка прикрыв ладонью рот.

— А я лишь заметила, с обладателем этаких вот "достоинств" я вполне могла бы поддерживать беседу, даже во время реализации его желаний!

— Не поняла…, — протянула Демидова.

Матвей тоже слегка нахмурил брови, но уже через секунду его буквально согнуло от хохота, а сам он попытался изобразить жеребца, оглашая окружающее пространство совершенно бесстыдным ржачем. Хорошо хоть гулкие басы какого-то очередного модного коллектива скрыли конфуз от большинства свидетелей.

А Юсупова-то хороша! Так куртуазно сообщить надоедливому ухажеру, что его габариты, мягко говоря, не внушают, способна не каждая! Интересно, а…

— Сам-то он понял, что именно вы ему сказали? — поинтересовался Матвей, довольно быстро справившись с собой.

— Матвей, прошу обращаться ко мне на "ты", — попросила Зинаида. — Жених моей подруги достоин сей маленькой привелегии! А по поводу этого… Недоразумения… Нет, сей господин изволил попытаться перепутать фикус с туалетом прямо в обеденном зале и был почетно сопровожден слугами в покои. О нашем разговоре он, протрезвев, отчего-то так и не вспомнил.

Пятнадцать минут, что смогла выделить на них хозяйка вечера, пролетели в миг, уступив легкому взмаху рукой:

— Рада познакомиться, Матвей! Оля, не забывай про "Лунный сон"! Буду рада увидеться с вами.

— Ресторан такой, — развеяла недоумение во взоре парня Демидова. — Давно собирались встретиться, но ты же знаешь, что взрослая жизнь не самая приятная штука: обычно двое обещают время от времени друг другу встретиться, пока один из них не умрет.

Шутка получилась не слишком веселой.

— Не переживай, Оль, — приобнял за плечи девушку уже почти полностью расслабившийся Воронцов, в голове которого было легко и приятно после нескольких бокалов шампанского. — Встретитесь. Лично тебя к ней на руках принесу!.. С ленточкой и…!

— Пошли уж, Геракл! — перебила парня слегка приободрившаяся напарница. — Нам еще…

— Шлюха! — прервал планы молодых грубый голос за спиной.

Акт 3. Вызов.

Матвей медленно развернулся к очередному смертнику, повстречавшемуся ему на пути. Действительно, сразу в спину не ударили, так чего ж теперь спешить. Перед ним стоял смуглый парень худощавого телосложения явно южных кровей. Однако поза, моторика и плавность движений прямо таки кричали о том, что обманываться худобой его явно не стоит. Боец. Однозначно.

Демонстративно осмотревшись по сторонам, и не найдя других кандидатов на подобное звание, маг обратил внимание на подошедшего.

— Молодой человек, ты ничего не перепутал? — бесстрастно поинтересовался Воронцов, мозг которого мгновенно включился в боевой режим.

Желания узнать имя сего контрацептива ни у кого не возникло. Манера держаться, оскорбления " с глазу на глаз" в тот момент когда музыка приглушила слова хама для всех, кроме адресатов, и явная готовность к силовому решению конфликта. Развязность и лед в глазах. Все это с вероятностью в единицу выдавало в незнакомвц бретера. Узаконенного наемного убийцу, если хотите. Киллера, которому не сможет помешать как охрана Юсуповых, так и бойцы в "Скорпионах". Сейчас парня ловко и умело "разводили" на поединок… Ну что ж!

— Я ее трахал! — нагло усмехнулся южанин, буквально раздевая Ольгу взглядом.

И опять никто из посторонних оскорбления за "долбежкой" басов не услышал.

— Ну а кто ж ее не трахал? — равнодушно бросил Матвей, пожав плечами. — Дорогая, я думал у тебя со вкусом гораздо лучше.

Так, окинуть бретера презрительным взглядом с ног до головы. Пошел слом программы. Демидова молодчинка, в игру врубилась сразу.

— Очевидно же, что ничего… достойного упоминания здесь нет! — еще один взгляд окатил наемника ушатом презрения и брезгливости.

Пожав плечами, парень попытался отвернуться, краем глаза отслеживая движения провокатора, одновременно прикидывая траекторию движения ближайшего к нему официанта. Не успел Воронцов сделать и двух шагов, как взбешённый бретер (вот она горячая кровь!) вцепился в его руку, разворачивая к себе. Парень сопротивляться не стал, успев подхватить с "проплывающего" мимо подноса бокал с шампанским, чье содержимое тут же оказалось на лице неприятеля.

Тот от удивления застыл на миг, пару раз моргнув.

— Пошел отсюда, извращенец, — громко и четко припечатала южанина "невестушка", воспользовавшись паузой в композициях. — Это мой жених! Найди себе другой шесток на вечер, петушок!

Тихие разговоры вокруг сменились заинтересованным гулом. Молодежь во все времена падка на развлечения.

Провокатор медленно обвел взглядом заинтересованных зрителей. Похоже, он только сейчас понял, как выглядит ситуация со стороны. Кровь южанина вскипела моментально. Еще бы, на его родине вопросы чести мужчины воспринимались очень остро. И пусть международные организации с завидной регулярностью кричали о притеснениях прав геев в тех краях, никто отправиться лично на поиски хоть одного "притесненного" до сих пор не решился. Снести подобные обвинения он просто не мог! Однако и вызвать человека в такой ситуации на дуэль самому — непозволительный урон чести. Остается только…

— Вы подлец! — зло бросил бретер в сторону Матвея.

— Извольте извиниться! — был ему ответ, но, поняв, что такового не последует, парень закончил. — Ждите моих секундантов.

— К черту твоих секундантов, — сбросил все маски приличия поединщик. — Дуэль. Сейчас. Немедленно. До результата.

Толпа недовольно зашумела — на их глазах ломались вековые традиции поединка между аристократами. Впрочем, и у мага не было возможности теперь вильнуть. Оставалось только идти до конца.

Спасибо тебе, Оленька, подыграла! Раз уж поединка не избежать, то хотя бы выбор оружия стоило попытаться оставить за Матвеем, как за "оскорблённой" стороной, что ушлая парочка с успехом и проделала.

Глава 13

— Почему нож? — спросила Ольга, открыв рот впервые за последние двадцать минут.

Если бы не идеально прямая спина, как будто удобнейшее кресло "Чайки" ей вмиг стало неприятным, то Матвей мог бы подумать, что ей абсолютно все равно куда и зачем они едут.

— А ты мастеров ножевого боя много видела? — вопросом на вопрос ответил будущий дуэлянт, для которого схватка в подобном формате была первой. Да еще и до результата. То есть, до смертельного итога.

— Но клинковый…

— Клинковый, — согласился Воронцов. — Только в понятии аристократии клинок — это шпага, дага, рапира, меч, кинжал, но никак не нож.

— Но меня на боевке…

— Чему? — опять довольно грубо перебил маг, но Демидова совершенно не обиделась.

Каждый борется с нервами по-своему.

— Что именно ты имеешь ввиду под словом "чему"? — лишь спокойствие и мягкость в голосе.

Лишние нервы собеседнику Демидовой сейчас точно ни к чему. А счет за обидки, как сама про себя иногда смеялась девушка, "по бабской части" можно предъявить и потом!

— Чему тебя обучали? — вздохнул парень, поняв, что он впрямь переборщил с лаконичностью. — Задам вопрос по-другому: какие именно операции ты выполняла ножом?

Ольга задумалась.

— Не трудись, — усмехнулся Матвей. — Скорее всего нож ты использовала для вскрытия консервных банок, изготовлении ловушек, либо еще какой хитрой снасти, верно? Если тебе и объясняли общие принципы работы с ножом, то речь шла либо о снятии часовых, либо об общих принципах работы по разным супостатам, верно? Много ли здесь от системы мастерского владения оружием? Максимум поверю, что тебя загоняли в спарринги с использованием имитаторов. Как кардио и спорт — отлично! Ну что, чувствуешь себя готовой выйти против вооруженного "железом" противника?

Ольга задумчиво молчала.

— Холодное оружие в современном мире — удел аристократии. Тому же спецназовцу проще воспользоваться бесшумкой, а не изображать из себя первобытного охотника, кидаясь на противника со сталью. Нож в опытных руках, никто не спорит, как и любой предмет, становится страшным оружием, но поскольку постольку. Что же касается нынешний ситуации, то вызови меня этот тип на рапирах, и я труп. Без вариантов. Эти знания шлифуются и передаются поколениями, а человек, сделавший поединок своей профессией, просто обязан впитывать их как губка всю свою жизнь. Нож же исторически удел маргиналов — уголовников, подвыпивших морячков и уличных гопников. Плюнь в глаза тому, кто называет его оружием самообороны — у него совершенно другие задачи. Учиться у ЭТИХ аристократам невместно.

— А ты где учился?

— О, моими учителями стали уголовники со стажем, были несколько цыган, пластуны… Много учителей было…

— То есть, ты легко победишь? — уточнила чуть успокоившаяся девушка.

Матвей лишь ободряюще улыбнулся. На самом деле, подобной уверенностью он не ощущал от слова совсем. Демидова пропустила мимо ушей главное: в руках опытного бойца любой предмет — оружие. Воронцов надеялся, что аристократическая спесь помешала в свое время его противнику уделить достаточное время приемам владения "маргинальным" клинком, который на дуэлях почти не используется. Да что там говорить, на памяти Матвея даже на саперных лопатках дрались, а вот на обыкновенных ножах как-то и не очень! Все это лишь чуть повышало шансы Матвея против человека, чья подготовка сводилась к победам именно в дуэльных схватках. Но если Ольге так спокойнее, то почему бы и не приврать? Это ли не та самая ложь во благо?

— Кто хоть это такой? — поинтересовался Матвей, наблюдая за скользящим справа от "Чайки" словно акула "Скорпионом".

Сзади на "почтительном" расстоянии мелькали фары кортежа бретера. Дистанцию определяли неписанные, но оттого не менее строгие правила поведения подобных поединков. А так же корпус второго "Скорпиона".

— Алмас-Гирей. — кротко ответила Ольга, отвернувшись от созерцания городских огней.

Серьезно. Горская аристократия. Эту фамилию Воронцов знал прекрасно. Еще в начале девятнадцатого века лейб-гвардии Кавказско-горский взвод прибыл в Петербург под предводительством потомка крымских ханов Султана — Гирея под командование генерал-адъютанта Бенкендорфа, в то время возглавлявшего "родную" Тройку. Николай I тогда лично подписал указ о формировании горского полуэскадрона. Потомственный коллега, однако. Серьезный Род. Отличная школа подготовки наследников.

Хорошо хоть свидетелей окромя секундантов и малых групп сопровождения не предполагается. Не принято на Руси превращать защиту в чести в шоу. Просто бойцы и секунданты вежливо извинились перед присутствующими, расселись по машинам и отправились резать друг другу глотки. Не первый и не последний случай, в общем-то, даже не повлиявший на регламент праздника.

— Как тебе? — неожиданно порвала сплетение мыслей о превратностях судьбы и истории Ольга, сунув под нос Матвею коммуникатор, удивительно похожий по прочностным качествам на его собственный. — По-моему, вполне ничего!

Сфокусировав взгляд, парень разглядел улыбающуюся физиономию недавнего "знакомца", чей "Линкольн" разрезал лучами фар питерскую ночь в каких-то пятидесяти метрах позади.

— Хорош. — нейтрально, но совершенно искреннее уверил собеседницу Воронцов.

На фотографии Алмас-Гирей действительно внушал — ненавязчиво демонстрируя прекрасную физическую форму под тончайшей шерстяной тканью со вкусом подобранного пиджака. Выглядит такой "клифт" просто, но человек понимающий цену определит влет. Виднеющийся на заднем плане Колизей, может, и не купить, но вот колонну-другую можно и попытаться!

— На странице в профиле: байки, телки, тачки, горы, спортзал, парашют, сноуборд, кот, Эверест, кот, телки, клубы, уличная гонка, кот, кот, кот, фото из фехтовального зала, — без эмоций продолжила Ольга. — Ииии… Кот!

Судя по одежке, деньги ему не особо нужны. Что ж, тогда становится ясна та легкость, с которой его удалось вывести из себя в Юсуповском дворце… Он не хладнокровный убийца, а пусть и прекрасно подготовленный, но все же адреналинщик, которого "навели" на очередную интересную цель. Это для Матвея предстоящий поединок — вопрос жизни и смерти, а для него всего лишь очередная ставка. Гормональный шторм, столь необходимый наркоману для того, чтобы на какое-то время чувствовать себя удовлетворенным… Ровно до того момента, пока вечно голодный, лишь изредка засыпающий тревожным сном, червячок не потребует добавки.

— Про кота могла и не упоминать! — негромко проворчал парень.

— Это почему, интересно?

— Жалко животинку без хозяина оставлять!

Демидова лишь хмыкнула, вновь утыкаясь в телефон, одновременно наощупь пытаясь отыскать нечто в недрах своей сумки. И пусть неопытный юнец считает, что в маленьком клатче просто невозможно что-либо потерять, настоящий мужчина прекрасно знает, что в бездонной дыре, скрывающейся в недрах сего аксессуара, не всегда можно найти и ключ от танка! Хотя любой, кто видел эту крестообразную бандурину, готов душу заложить, что это невозможно… Ровно пока сам не столкнется с одним из этих страшных артефактов, что бережно хранят тонкие женские пальчики. И упаси вас Всевышний, если конечно вам не предстоит вскоре сойтись насмерть с опытном бойцом на одной из петербургских арен, сказать нечто вроде того, что пробормотал себе под нос маг:

— Навела бы порядок в сумке, что ли…

Ольга вновь хмыкнула.

Если выживет — не забудет!

Матвей же очень надеялся дотянуть до "страшной мести" красотки!

* * *
От Юсуповского дворца, что украсил собой набережную Мойки, до Черной речки с ее Комендантскими дачами путь по вечернему Петербургу не такой уж и далекий. Матвей время специально не засекал, но вряд ли больше получаса. Однако деньги готовы творить чудеса. Вернее, эти самые чудеса готовы творить люди. За очень большие деньги. В тот момент, когда колонна подъехала к выбранному противником месту (и тут во вкусе ему не откажешь!), где пару веков назад сошлись в смертельном поединке Пушкин и Дантес, все уже было готово. Уж каким образом Демидова умудрилась организовать кучу венков и огромный фотопортрет бретера с черной полосой в углу, довольно-таки жутко смотревшийся в обрамлении траурных лент с пожеланиями вроде из разряда "Земля тебе пухом!", парень не представлял. Лишь мимолетно улыбнулся, краем глаза выхватив надписи "От скорбящего Воронцова;)" и "Демидовой плевать!;Р".

Особенно доставлял черный автомобиль-катафалк, будто сошедший с кадров одной из частей о роботе-убийце, посланном спасти некоего Джона Коннора, возле которого отирались четыре угрюмых тела в похоронных костюмах. для антуража, наверное.

— Грубо, девочка моя, грубо! — только и хмыкнул он, вновь возвращаясь в состоянии настройки на боевой транс.

А вот противник шутку не оценил. Глаза его налились кровью, а щеки нездоровым румянцем. Он дернулся в сторону противников, но был остановлен одним из секундантов. Здоровенной такой белобрысой бестией, косая сажень в плечах, что называется. Несколько неслышных, но эмоциональных реплик, хмурый кивок и яростный взгляд в сторону противников.

Мудрить стороны не стали, а потому дуэлянты и их секунданты сошлись прямо перед обелиском, указывающим на место дуэли великого Александра Сергеевича.

Матвей, кстати, не мог отрицать, что было красиво: темноту питерской ночи словно отогнали четыре расположенных по углам площадки фонаря, а дополнительное освещение обеспечили мощные фары "Скорпионов" с одной стороны и внедорожных лимузинов "Азном Палладиум" с другой.

Алмас-Гирей к тому моменту уже вновь взял свои эмоции под контроль, а сопровождавший его подданный Великого княжества Литовского Ян Остикович, казалось, таковых лишен был и вовсе. А вот с секундантом Матвея вышла заминка. Не было в его свите мужчины, занимавшего достаточное положение, для исполнения сей роли, а женщинам на Руси она традиционно не отводилась никогда.

Впрочем, выбора не оставалось — бретеру нужна была дуэль любой ценой, пусть он и понимал, что даже в случае победы. подобное унижение Свет ему не то чтобы не простит, но запомнит. С другой стороны, о