КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы  

Фарт (fb2)


Настройки текста:



Фарт

Глава 1

Высунувшись с сигаретой в окно Сергей осмотрел двор:

Спальный район, в котором жил Сергей, представлял собой типичную застройку конца правления Хрущева: панельные и кирпичные девятиэтажки, выстроенные параллельно-перпендикулярным способом, с подъездными дорогами и «личным» мини-парком между ними. В «личном» парке – «своя» детская мини-площадка. В принципе, уютненько. Было. Пока весной во дворы не пришли смуглые парни в оранжевых спецовках и с бензопилами в руках. И не уничтожили практически все деревья на придомовых территориях, оставив стоять столбами редкие тополя. На вой жильцов внимание не обращали. «Нам сказали – мы делаем. Жалуйтесь префекту». Сергей искренне не понимал зачем и кому это понадобилось. Разве что вуайеристы были рады, ибо теперь можно было без помех наблюдать за жизнью жильцов дома, стоящего напротив.

«Ух ты! Несанкционированный митинг» – обрадовался зрелищу Сергей и недоуменно нахмурился. В привычных очертаниях двора было что-то неправильное. Он еще раз внимательно осмотрел все пространство доступное взгляду, но все было обычно. Даже машины, припаркованные во дворе, стояли более-менее на своих местах. За одиннадцать лет проживания в квартире курящий Сергей успел изучить марки авто жильцов дома, стоящего на против, а также предпочитаемые места стоянок. И тем не менее, все же что-то было явно не так. Встряхнув головой, Сергей обратил внимание на детскую площадку. Там собралась кучка пенсионеров, человек пятнадцать, с пакетами и тележками в руках, а также несколько молодых мамаш с колясками, бестолково тыкающие в свои смартфоны. Взрослого населения и молодежи не наблюдалось. Сергей понимающе ухмыльнулся: «вчера Пятницу праздновали, сегодня отдыхаем».

Бабушки активно и громко обсуждали животрепещущие темы, как то: отсутствие света, воды и т.д., наглые кассирши не хотят отпускать товары, мало ли что у них кассы не работают! А особо подлые и бессовестные вообще магазины закрыли!!!

Кое-где уже выдвигали теории относительно всего этого безобразия. Первое место, судя по громкости выкриков, держала теория «Проклятые мериканцы таки скинули бомбу». Менее популярны были «Авария где-то» и «Магнитные бури, я читала, я знаю». Одна старушка с пеной у рта доказывала всем и каждому что тут замешаны инопланетяне. Также звучали версии о конце света. «Ага» - подумал Сергей – «Как там было у классика? Земля налетит на небесную ось – точно вам говорю».

Группка радикально настроенных граждан предлагала прямо сейчас отправится в управу и во всем, и со всеми разобраться.

- Что-то гвардейцев кардинала не видно. - пробормотал Сергей – У нас же, как только где соберешься больше трех и начнешь возмущаться – они тут как тут. Все такие красивые, в шлемах, со щитами и дубинками. А тут что-то запаздывают - непорядок.

Вместо гвардейцев прибыли кто-то другие. Намного страшнее.

Внимание Сергея и толпы внизу привлек звон разлетевшегося стекла и женский визг, раздавшийся слева. Там, после полосы чахлых кустиков и узкой пешеходной дорожки, стояла очередная, на этот раз кирпичная, 9-этажка. Во двор, слева, стремительно выметнулись две быстрые тени. Вначале Сергей принял их за людей в каких-то костюмах, но люди не могут так быстро двигаться пешком. Буквально за 3 секунды, как показалось Сергею, первая тень пересекла расстояние от угла дома до собрания и, не снижая скорости, врезалась в толпу. Раздались какие-то невнятные звуки, бульканье, хрипы, вскрики. Во все стороны полетели обрывки какого-то мусора. Что там именно происходит – понять было невозможно. Один из кусков такого мусора отлетел чуть ли не под окна дома, из которого выглядывал Сергей, и позволил рассмотреть себя во всей красе.

Рука.

Обычная человеческая рука, оторванная по плечо и продолжающая сжимать пакет местного супермаркета веселенькой, желтенькой раскраски.

Картина была настолько неправдоподобная, невозможная здесь и сейчас, что Сергей вначале отказался поверить своим глазам, а потом мозг выдал успокаивающую мысль что это всего лишь протез, или вообще рука манекена. Что и зачем манекен делал в толпе старушек – мозг не утруждался пояснить. Противореча потугам мозга как можно более обыденно объяснить происходящее, рука рефлекторно дернулась и исторгла из оторванного плеча лужу крови. Сергей вздрогнул и перевел взгляд на детскую площадку.

Туда как раз подоспел спутник первого монстра. Как Сергей заметил, он был скромнее габаритами и уступал в скорости первому. Тем не менее, второй монстр явно превосходил и ростом, и шириной плеч среднего человека. Приблизившись к творящейся вакханалии метра на три, монстр совершил прыжок и приземлился на плечи молодой мамаши, стоявшей с краю. Бедная девушка даже не успела вскрикнуть, когда монстр повалил ее на землю и, вцепившись зубами в горло, резко рванул голову в сторону. Из разорванной шеи вверх и куда-то вбок ударила струя крови, разукрасив двух оставшихся в живых старушек, которые просто застыли в ступоре, в алые цвета. Старушки вздрогнули, развернулись и, бросив сумки, бросились бежать. Вернее, попытались бросится. Монстр, из положения «сидя», совершил еще один прыжок, в полете достав лапой одну старушку и своим весом впечатал в землю вторую. Сергей перевел взгляд на дальнюю сторону площадки. Как раз успел увидеть финал трагедии. Первый монстр, махнув длинной передней конечностью, просто снес голову очередной беглянке. Безголовое тело отлетело с площадки в редкую траву и там задергалось, обильно поливая кровью все вокруг. Лишь парализовавший Сергея ужас не позволил ему перегнуться через подоконник и не исторгнуть из себя все, что попало в его желудок за сегодняшнее утро, а заодно и за вчерашнее, и за позавчерашнее. Возможно, именно это его и спасло.

Выпрямившись, чудовища медленно поводили уродливыми головами, как полководцы, осматривая поле битвы, издавая при этом постоянное, низкочастотное урчание.

Наконец-то Сергею удалось рассмотреть их более подробно. Первый был около двух с половиной метров в высоту, голова больше похожа на морскую раковину треугольной формы. Пасть полна острых зубов в несколько рядов и Сергею совсем не хотелось оказаться поближе, чтобы пересчитать их. Короткая, толстая шея практически сразу переходила в могучие плечи борца-тяжеловеса. Ширина плеч превышала стандартный дверной проем минимум в полтора раза. Мощные передние конечности (Руки? Лапы?) опускались до колен и заканчивались огромной кистью с настоящими, звериными когтями на пальцах. Грудь и торс напоминали таковые и у обычного человека. Человека, который жрал анаболики ведрами и не вылезал из спортзала, «накачивая» себе мышечную массу. Ноги до колен, опять же, напоминали ноги пережравшего стероидов качка, а после коленного сустава, странным образом, ногу какого-то динозавра. Все тело монстра покрывала сегментированная, природная броня. Тут и там, в художественном беспорядке, были разбросаны различные шипы и зазубренные наросты, а с нижней стороны руки, от локтя и до запястья, выросли волнистые «гребни», своей формой напоминающие лезвие известного фламберга[1]. Результат работы этих «пил» Сергей мог наблюдать воочию: из примерно пятнадцати человек, находящихся на площадке, второй монстр убил только троих, всех остальных порубал своими руками-мечами первый.

Второй монстр во всем проигрывал первому. Но только если сравнивать их между собой. Человек по сравнению с ним не смотрелся никак. Около двух метров высотой. Голова напоминала формой голову питекантропа, однажды виденную Сергеем в антропологическом музее: массивные нижние челюсти, полные крупных, острых зубов. Практически безгубый рот. Плоский, сильно проваленный нос. Глубоко запавшие, маленькие глаза под выступающими, массивными надбровными дугами. Лоб сильно скошен, практически отсутствует, плавно переходя в вытянутый затылок. На затылке расположился редкий пучок волос, как украшение какого-нибудь индейца. Если бы ситуация располагала к веселью, Сергей даже улыбнулся. Тело, как и у первого монстра, напоминало тело пережравшего стероидов качка, правда габаритами, все же, уступало. Руки, как заметил Сергей, тоже были заметно длиннее чем руки человека и пальцы на пятипалой ладони оканчивались уже совсем не ногтями. Это были настоящие прямоугольные когти. Сергей сделал этот вывод глядя на останки второй старушки, которую монстр зацепил в прыжке лапой: мясо с той стороны шеи, на которую пришелся удар, было вырвано чуть ли не до позвоночника.

Цвет монстров невозможно было определить. Оба были заляпаны грязью, состоящую из крови и пыли, с головы до ног.

Первого монстра Сергей назвал про себя «Рыцарь» - уж больно его впечатлила броня, второго – «Качок».

Казалось, на этом островке смерти, в которую превратилась детская площадка, жизнь представлена только этими двумя чудовищами. Но нет. Сергей с изумлением увидел, как какой-то белый сверток у края площадки шевельнулся и тонко запищал. «Ребенок!» - понял он – «Из коляски вылетел. Как только не убился?». В ответ раздался тихий стон и одно из тел, лежавшее на животе, поползло к ребенку, оставляя за собой кровавый след. Сердце Сергея замерло. Казалось – это все не по-настоящему. Казалось – он просто смотрит передачу канала Animal Planet, где прайд львиц охотится за антилопами и отбили от стада самку с детенышем. Но внизу, под окнами, лежали не антилопы. И охотились на них не львицы. Кто-то более страшный. Более жестокий. И абсолютно безжалостный.

«Качок» кинулся, было, к ребенку, но «рыцарь» угрожающе уркнул и более мелкий понятливо изменил траекторию. Подскочив к ползущей женщине, он пинком перевернул ее на спину, схватил одной рукой за ноги, второй за лицо и с размаху опустил свою голову ей на живот, вгрызаясь в еще живую плоть. Женщина протяжно завыла на одной ноте. Это совсем не помешало монстру. Довольно урча, он продолжал выгрызать ей внутренности. «Рыцарь» же, убедившись что на ребенка больше никто не покушается, неспешно подошел к нему, поднял, держа в одной лапе как человек держит брикет с мороженным и просто засунул его целиком в пасть, вместе со всеми пеленками-распашонками, после чего захлопнул её. Во все стороны плеснуло красным. Сергей, оцепенев, торчал в открытом окне с начала расправы. Максимум на что его хватало – небольшой поворот головы. Сигарета давно дотлела в скрюченных пальцах и потухла. В голове не было ни одной мысли.

Неожиданно от противоположного дома раздался звук, сравнимый со звуком пожарной сирены и воем авиабомбы одновременно. Приглядевшись, Сергей своим профессионально посаженным зрением разглядел в окне 4 этажа мечущийся комок рыжей шерсти на подоконнике. «Кот» - дошло до Сергея – «Чего ты там орешь? Прячься, идиот!». Но кот не собирался прятаться. Он метался по подоконнику кухни, как понял из расположения окон Сергей и вызывал противников на бой. «Рыцарь» радостно уркнул и пушечным ядром сорвался к дому. «Качок», отстав на пол секунды, отправился за лидером. Тот, используя припаркованный по пути внедорожник как трамплин, оттолкнулся и совершил немыслимый, невозможный ни для человека, ни для животного, прыжок. «Трамплин» сослужил «рыцарю» плохую службу. Не выдержав веса монстра, крыша внедорожника сложилась внутрь и, вместо 4 этажа, «рыцарь» влетел в окно второго, выдавив своей тушей стеклопакет. Секунду стояла тишина, затем из выбитого окна раздался женский визг, урчание твари и звуки разносимой квартиры. «Качок» такими выдающимися данными по прыжкам похвастать, наверное, не мог. Поэтому перемахнув внедорожник и оставив ему дополнительных вмятин на капоте, поступил более хитро. С ловкостью обезьяны вскарабкавшись по торцевой стороне балконов до 4 этажа и там, сжавшись в шарик, прицеливался как бы перепрыгнуть комнатное окно и добраться до кухонного. Видимо монстр не знал планировку квартир, иначе зашел бы через балкон. Наконец распрямившись разжатой пружиной, монстр прыгнул к своей цели. И ведь попал! Но из-за того, что угол полета был достаточно острый, его рикошетом отбросило в сторону. Тем не менее ему удалось зацепится одной лапой за отлив и, секунду спустя, монстр уже высаживал стеклопакет на кухне. Видя что дело пахнет керосином, рыжий воин шустро слинял вглубь квартир. Через мгновение, радостно урча, за ним последовал и «качок». Звуки раздавшиеся за этим, в точности повторили звуки, ранее раздававшиеся из квартиры на втором этаже. В которой, к этому времени, уже все стихло. Сергей сфокусировал взгляд на втором этаже как раз вовремя для того, чтобы увидеть как в окне появилась массивная фигура «рыцаря». Тот повел головой влево, вправо и вдруг остановил свой взгляд, как показалось Сергею, прямо на нем. «Вот и все…» - подумал Сергей – «Пиздец!». Сердце перестало биться. Дыхание тоже исчезло. Казалось так продолжалось целую вечность. Наконец с четвертого этажа раздался очередной грохот и такой душераздирающий «мяв» кота, что услышали, кажется, все в радиусе десяти километров. Рыжий так просто сдаваться не собирался. «Рыцарь» протиснулся в выбитое окно, одним махом преодолел расстояние до четвертого этажа, и монстры начали гонять несгибаемого бойца кошачьего племени уже вдвоем.

Сердце сделало один удар, второй, третий. И вдруг заколотилось об грудную клетку изнутри со скоростью иголки в швейной машинке. Сергей с трудом втянул воздух сквозь стиснутые зубы и грузно осел на пол: ноги не держали. В голове, как в заезженной пластинке, билась только одна мысль: «Ну нахуй такое кино». Тело, ведомое самым древнем инстинктом, инстинктом самосохранения, на карачках заползло в ванну и закрыло за собой дверь. Последней разумной мыслью перед тем, как впасть в полную и окончательную панику, была мысль «А я ведь еще сетовал что утро выдалось хреновым» …

[1] клинок волнистой (пламевидной) формы, который монтировался на двуручные (реже — одноручные или полуторные мечи)

Глава 2

Ранее этим же утром…

Продрав глаза и со стоном потянувшись, Сергей сел на кровать, невидяще глядя перед собой. Он знал об этом свойстве своего организма: проснувшись, мозг отказывался включаться в работу сразу. На загрузку мыслительных процессов ему требовалось минут пять минимум. Второе свойство – вставал Сергей всегда очень рано. Его личный рекорд – проспать до девяти часов утра, это при том, что лег он в шесть. После этого он обычно весь день ползал снулой рыбой, чем жутко раздражал коллег и начальника. Либо, если это были выходные, прихватывал днем пару-тройку часов на подремать. При условии, что добрые соседи по многоквартирному дому не затеют очередную переделку жилплощади и не расчехлят свои боевые перфораторы.

Слепо нашарив на прикроватной тумбочке «дежурную» кружку с холодным чаем Сергей отхлебнул и, почесываясь во всех местах, направился в комнату уединения, прихватив по дороге сигарету. Производить «загрузку» мозговой операционной системы он предпочитал именно там. Этому ритуалу было уже много лет и ни ядерная война, ни какой либо другой конец света не могли заставить его отказаться от утреннего священнодействия. Щелкнув выключателем и неприятно удивившись отсутствию света: «Лампочка перегорела, что ли?» Сергей забрался в кабинку, оставив дверь приоткрытой. Так как жил он один, стеснятся было некого. Загрузившийся мозг приступил к тестированию организма. Общее состояние можно было описать как «легкое похмелье». Сергей поморщился: «Старею. Вроде бы от двух литров пива, выпитого накануне, раньше такого не было».

Его нельзя было назвать «мальчиком» или «парнем». В принципе и на «молодого человека» Сергей уже не тянул, хотя его иногда так еще называли дамы в возрасте шестьдесят с плюсом, хоть немного повышая самооценку. Тридцать восемь лет, не хухры-мухры, почти сороковник. Считай – пол жизни прошло. Сергей был реалистом и прекрасно осознавал, что прошла эта половина коту под хвост. К своим прожитым годам он не скопил богатств, не обзавелся семьей, растерял друзей и работал на должности дежурного, «суточного» сисадмина у местного провайдера. Причем он прекрасно знал причину всего этого. Как говорила его покойная мама: «Лень родилась раньше тебя».

Тем не менее, Сергея все полностью устраивало. Крыша над головой есть – покойные родители оставили наследство, хватившее на трехкомнатную квартиру в спальном районе Москвы. Пусть даже в хрущевке, зато - своя. Зарплата полностью покрывает текущие потребности, а их у него совсем мало. Если бы не конские тарифы за ЖКХ, то и на машину можно было бы скопить. Семья? Чтобы завести семью, для начала необходимо познакомится с женщиной, которой доверяешь. А отношение к женщинам у Сергея, после двух ударов судьбы, были далеки от доверия.

Формирование личности у маленького Сергея пришлось на ту пору, когда в семье не было отца. Сергей не знал причины, да и не пытался узнать, почему отец с матерью развелись. У мамы был довольно жесткий, деспотичный характер. Скорее всего причина была в этом. Как позже для себя Сергей сделал вывод – «затрахала мозг до срыва резьбы». В итоге – маленький Сергей жил вместе с мамой и сестрой, старше его на восемь лет. Женский коллектив, плюс разнообразные книги, сформировали в мозге ребенка образ эдакой принцессы. Которую нельзя обижать ни в коем случае, даже словом. О том чтобы руку поднять на девочку – вообще речи не шло. Принцессой можно только восхищаться. И еще любить. Тайно. На расстоянии. Такой вот образ Сергей навешивал на всех знакомых девочек, которые были ему симпатичны. Мама момент упустила, не рассказала вовремя об отношениях мужчины и женщины, да и некогда ей было. На шее сидели двое детей, которых надо кормить, одевать, обувать, еще и уроки проверять, чтобы остолопами не выросли. А времена были тяжкие. Веселые девяностые. Кроме того люди, выросшие в СССР, вообще на тему секса говорили очень неохотно. Как известно, «в СССР секса не было», хотя в девяностые он лез уже почти что из утюгов. Абсолютно внезапное для Сергея появление биологического отца в семье, когда Сергею было уже четырнадцать лет, уже не исправило ситуацию. Мама с папой решили сойтись обратно, но для Сергея это был абсолютно чужой человек, не обладающий ни каплей авторитета. Смутные образы, который запомнил трехлетний ребенок, никак не ассоциировались с этим мужчиной, у которого был мягкий и податливый характер. Ну да другой рядом с матерью и не выжил бы.

В итоге все эти образы «сказочных принцесс» сыграли с ним дурную шутку и привели к двум случаям, после которых Сергей решил остаться холостяком.

Первый произошел еще в школе. Юношеская влюбленность, пятнадцать лет, гормоны в крови уже бурлят. Практически все девочки вокруг выглядят красивыми, таинственными и загадочными. Нормально общаться с девочками, которые ему нравились, Сергей никогда не умел. Всегда краснел, переминался с ноги на ногу, начинал заикаться, забывать слова, как больной с поражением мозга тянуть гласные. Вспоминая себя в эти моменты Сергей крутил головой и, усмехнувшись, произносил постоянное: «Вот барааааан…». Что характерно, общение с девочками, не вызывавших особого влечения, никакого дискомфорта не приносило. Так же он прекрасно осознавал, что не входит в топ-5 самых красивых мальчиков в классе. Не конченный урод, конечно, но где-то на самых нижних строчках, как он считал. С высоты прожитых лет Сергей понял, что внешность у него была и не такой уж низкооценочной. Самая обычная внешность среднестатистического парня. Два глаза, два уха, нос и рот. Ну может более щекастый, чем большинство окружающих.

Тем большей неожиданностью стало согласие девчонки-одноклассницы на совместный поход в кино и согласие встретится на следующий день. Целую неделю в душе Сергея пела весна, хотя на улице был февраль. Казалось это будет продолжатся вечно, но нет. Оказывается, начинающие стервочки решили устроить тренировку, заодно и развлечься. В один совсем не прекрасный день в школе, перед всем классом, Сергей узнал какой он урод, чмо и т.д., и т.п. Что ни одна девчонка во всем мире с ним никогда гулять не будет. И что ему побыстрее надо давать имена своим рукам, ибо это будут самые ближайшие подружки на всю оставшуюся жизнь. Сергей стоял перед ржущим классом не просто оплеванным, он стоял обосранным жидким поносом с ног до головы.

Он не любил вспоминать последующий за этими событиями год жесткой депрессии и еще три года метания от любой представительницы прекрасного пола, как от огня. Уже в институте, когда ему было девятнадцать, гормоны и спермотоксикоз сжали горло железной хваткой. Буквально пересилив себя, Сергей познакомился с симпатичной девушкой младше его на год, из подмосковного городка, рядом с которым у его семьи была дача. Вопреки его опасениям, отношения развивались вполне нормально и довольно стремительно. А уж когда Аня подарила ему радость первого секса Сергей, выкинув из памяти весь негативный опыт общения с женским полом, влюбился страстно и безоговорочно. После месяца периодических встреч он понял, что хочет видеть эту девушку рядом с собой постоянно. Они сняли квартиру и прожили вместе уже полгода. Анюта полностью устраивала Сергея и в быту, и в постели. Как он понял – он тоже ее устраивал. Сергей уже всерьез задумывался перевести отношения на новый уровень и сходить в ЗАГС, но все радужные планы были перечеркнуты одной радостной фразой доктора из КВД: «Поздравляю молодой человек, у вас гонорея!». Так как он точно знал, что у него никаких измен не было, да он даже на других девчонок не смотрел, подозреваемый был только один. Потом были отвратительные разборки, море слез, отрицание «Да это не я», обвинения «Сам с какими-то шлюхами натрахался, а я теперь виновата!» и, в итоге, даже стояние на коленях, с размазыванием соплей по милой мордашке «Ну прости меняяяяя! Я дууурааааааа!». Не простил.

Тем не менее, история имела положительные последствия. Образ прекрасной принцессы окончательно потух, и Сергей научился смотреть на девушек под другим углом. Так, как должен был смотреть еще тогда, лет в пятнадцать. Обычные люди, такие же как он. Те же потребности, те же желания. Точно также хотят секса. Только физиология и мышление немного отличается, ну и тараканов в голове больше даже не на один порядок, а на порядки. Просто нужно воспринимать их такими, какие они есть. К счастью, Сергей не оскотинился полностью, не стал относится к девушкам чисто утилитарно, как к куску мяса с дыркой. Относился к ним как к людям. Да и коммуникационный барьер пропал. А так как язык у него был подвешен неплохо, знал массу анекдотов и смешных баек, словарный запас, благодаря огромной горе книжек самой разной направленности прочитанных в детстве был неплохим, то и знакомится с девушками оказалось легко и просто. И не только в совместных компаниях, но и просто на улице. Ноги уже не становились ватными от одной только мысли что надо подойти к девушке на улице и попытаться заговорить. А вдруг пошлет? Сейчас же – ну пошлет, и чо? Посмотрите налево, посмотрите направо - это не последняя девушка в городе!

Еще он понял, что если хочется напиться и забыться, то это нужно делать до того, как начнешь курс лечения антибиотиками. Ибо на ближайшие тридцать дней самым крепким алкогольсодержащем напитком, который тебе будет доступен - кефир.

Так что своей семьи у Сергея не было. Ее занимала семья сестры. В отличии от Сергея, Светлана, его сестра, довольно рано выскочила замуж, в девятнадцать лет, и подарила мужу двух пацанов и двух девчонок. Обосновались они в Подмосковье. Снесли старую дачу и отгрохали довольно большой, двухэтажный коттедж. Можно было бы назвать и трехэтажным, так-как мансардный этаж тоже был жилым. Все свои отцовские инстинкты Сергей гасил с племянниками. На упреки знакомых «Когда своих заведешь?» Сергей обычно отшучивался «За меня сестра постаралась». Он довольно часто бывал у сестры, благо недалеко. Один раз в два-три месяца. Это не считая майских, новогодних и прочих праздников. Любимые племяннички укатывали дядю так, что он только утверждался в правильности решения не заводить семью. Ну а половое напряжение снимала постоянная подруга, живущая в соседнем микрорайоне и которую такие отношения тоже полностью устраивали.

В виски стрельнуло острой болью. «Де ёпт! Про паленую водку слышал. Про паленое пиво – ни разу. Может траванулся?» - подумал Сергей. Начал вспоминать чем он ужинал. Котлеты с пюрешкой. Не «с пылу с жару» конечно, дня три в холодильнике простояли уже, но раньше таких проблем не было. В еде Сергей был абсолютно неприхотлив. Обычно он готовил одну большую кастрюлю чего-то съедобного, которой хватало на четыре-пять дней, закидывал в холодильник и, по мере надобности, разогревал порцию в микроволновке. Просто не видел смысла делать из еды культ и тратить каждый день на кухне по два-три часа, исключительно чтобы похлебать «свеженького». Конечно были и у него «любимые» и «не любимые» блюда. Но, в принципе, съесть мог все из блюд кухни бывшего СССР и Европы. Про Китай, Японию и прочие Камбоджи был уже не уверен. «Доширак», когда лень готовить – обычное дело.

«А может виновата не еда, а та противная вонь?» - припомнил Сергей ночь накануне. Вчера, вернее уже сегодня, он лег спать довольно поздно, впрочем, как и обычно, уже в четвертом часу утра – книжка попалась очень интересная, хотелось узнать, чем все закончится. И когда отлипнув от книжки он бросил взгляд на часы, то искренне удивился. Буквально заставил себя выключить электронку со словами «завтра узнаем», Сергей вышел на балкон покурить перед сном. Небо уже собиралось светлеть – летом рассветает рано. Тогда-то он и почувствовал резкий, неприятный запах чего-то химического, оставив на языке привкус уксуса. Еще он заметил какой-то легкий туман, заметный под фонарем уличного освещения. Помнится, еще удивился тогда – «Туман в городе, летом? Дождь, что ли будет?» - поднял голову к небу, но оно было абсолютно чистым, лишь звезды подмаргивали в вышине. Да прополз самолет, обозначая свои габариты навигационными огнями. Пожав плечами, Сергей выбросил недокуренную сигарету, ибо курить при такой вони – удовольствие ниже среднего, тщательно запер окна во всей квартире и завалился в кровать, пожелав сам себе спокойной ночи.

«Точно! Где-то утечка чего-то ядовитого была» - согласился он сам с собой – «Не даром эта вонь химией отдавала». Закончив свои дела в туалете, продолжил свой утренний моцион в ванной. Вернее, попытался продолжить. Щелкнул выключателем – света не было. «Таааак» - пробормотал он и, предчувствуя недоброе, прошелся по комнатам, везде включая свет. Открыл холодильник и тупо посмотрел в темное нутро. Света не было. Постояв с минуту его озарила мысль. «О!» - сказал Сергей, подняв палец в небо. По-быстрому накинув домашние «треники» и футболку, вывалился в тамбур, которую делил с соседкой – милой бабушкой-пенсионеркой Лидией Ивановной. В свое время его заколебали всякие «А вы верите в бога» и коммивояжеры, продающие ножи по цене сталелитейного цеха. Отсыпаясь после суток Сергей, обычно, отключал телефон и дверной звонок, но эти непонятливые люди начинали стучать в дверь. В конце концов, договорившись с соседкой, он вызвал мастеров, которые сноровисто поставили металлическую дверь, отделив тамбур с двумя квартирами от общего подъезда. Тамбур встретил темнотой. Маленькие минусы «личного» тамбура. Свет из подъезда сюда не попадал. Матюкнувшись, Сергей вернулся в квартиру и начал судорожно вспоминать куда он дел фонарь и вообще, когда он им в последний раз пользовался. То, что фонарь есть и он даже светит – это он помнил абсолютно точно. При этом напрочь забыв по сотовый телефон. В котором и фонарик есть, да и экран в качестве подсветки использовать можно. Через десять минут переворачивания квартиры вверх дном, сопровождающейся матом, который с каждой минутой становился все более экспрессивным, искомый предмет был обнаружен в кладовке, в которой каждый уважающий себя мужчина хранит инструмент, пусть он даже брал этот инструмент последний раз два года назад и в ближайшую пятилетку брать в руки не собирается. Инструмент у мужчины должон быть – точка. Также там хранится гора хлама, которая остается после ремонта и устранения небольших неисправностей как самой квартиры, так и различных приборов. По принципу – «пускай будет». С фонариком и видом победителя Сергей вернулся в тамбур, уверенным жестом открыл дверцу, за которой прятались электрические автоматы и застыл с растерянным видом. Все автоматы стояли в положении «вкл». Для надежности пощелкав каждый автомат туда-сюда, Сергей вернулся в квартиру и щелкнул выключателем в коридоре. Света не было.

Вспомнив, что еще не умывался, он поплелся в ванную. Открыв воду с неприязнью смотрел на тоненькую, исчезающую струйку воды, которая наполняла подставленные ладони. Наконец, смачно харкнув в ладони чем-то грязным, ржавым и неприятно пахнущим струйка иссякла.

- Да еб твою мать! Что же за день-то сегодня?! – в полный голос заорал Сергей не выдержав.

Боль от громкого голоса тут же мстительно стрельнула в виски. Немного подумала и добавила контрольный в затылок. Зашипев и обхватив голову руками Сергей постарался успокоится. «Как там было написано на кольце царя Соломона: И это пройдет». Вспомнил что на кухне должен стоять полный чайник. Дело в том, что горячим он предпочитал пить только кофе. Чай же употреблял исключительно холодным. Теплым, в крайнем случае. Потратив половину чайника на умывание, он вернулся на кухню. «Да» - подумал – «Кофе будет в самый раз» - и щелкнул выключателем электрочайника. Секунды три смотрел на него, ощущая какую-то неправильность, затем хлопнул себя по лбу – «Ах да! Свет!». Поковырявшись на полках, достал небольшую кастрюльку, перелил в нее воду из чайника и поставил на газовую плиту. То, что газ отсутствовал Сергея почти и не удивило. Помянув закон Мерфи добрым словом, он пошлепал в спальню. Неприятные ощущения в голове заставили вернуться и наполнить бокал оставшейся водой. Подумав, Сергей отлил половину обратно и вернулся на прежний маршрут. Из ящика стола, в котором хранилось все, что связано с медициной, параллельно с остальным хламом, к медицине отношения не имеющим, Сергей выудил упаковку растворяемого аспирина. Бросил одну таблетку в бокал, понаблюдав как та зашипела рассерженной змеей, и прислушавшись к своим ощущениям добавил еще одну. Выпив лекарство, Сергей уселся на кровать и уставился в стену. «А может это только у меня такое?» - подумал он – «Вернее, по нашему стояку? Надо у соседки спросить». Бросил взгляд на часы. Половина девятого уже. Старушка не спит. Встает она рано, да и не дадут ей коты поспать. Сергей ухмыльнулся, вспомнив домашних любимчиков соседки – двух закормленных до состояния «свиньи» котов. Дети Лидии Ивановны давно уже жили своими семьями и растили для нее внуков. Навещали старушку редко. Вот она и направила всю свою нерастраченную любовь на домашних питомцев. Чем две наглые, откормленные, усатые хари беззастенчиво пользовались.

Подхватив фонарик Сергей направился к соседке. Задержался у зеркала до пола и критически себя оглядел. Рост – сто восемьдесят семь. Его уверяли что это – высокий, хотя Сергей был уверен, что он – среднего роста. Окончательно в этом убедился попав недавно в родную Бауманку по каким-то делам. Среди студенческой молодежи такие лоси встречались, что даже ему приходилось смотреть на них снизу-вверх. И не сказать, чтобы редко встречались. Таких было очень много.

Вес – сейчас в районе девяносто-девяносто пяти. Так-то он всегда был пухлым. А после разрыва с Аней вообще разожрался до ста двадцати. Вспомнил как нашел свои старые джинсы, развернул и охренел. Его теперешнего если не два, то полтора в те джинсы запихнуть можно. Самое интересное, что абсолютно никаких усилий для похудения он не прилагал. Ну может жрать стал меньше. Сейчас ему вполне хватало одного-дух принятий пищи в сутки. Лет пять назад он как-то сам начал «сдуваться», за год сдулся до нынешнего веса и остановился.

Телосложение – среднее. Сергей поднял руки, согнул их в локтях и напряг мышцы. Мде. Мышцы отсутствуют как класс. Сидячая работа и затворнический образ жизни делают свое дело. Со спортом Сергей не дружил от слова «совсем». Само это слово – «спорт» вызывало в нем отвращение. За одним исключением – когда спортом занимались на экране телевизора или монитора, а сам он находился перед монитором, на диване, с бокалом пива в одной руке и очищенной креветкой в другой. Вот тогда спорт заходил на «ура». Самому же заняться чем-то подобным ему и в голову не приходило. В последний раз физические нагрузки Сергей давал своему телу еще в школе, классе в восьмом, в девятом по новой системе образования. После этого всеми правдами и неправдами и последние два года в школе, и в институте Сергей физ-ру избегал. Немного напрягал выезд на сборы от военной кафедры. Но там, как оказалось, студенты никому не нужны. В той части, где они проходили сборы, все казались какими-то затраханными, от рядовых, до майоров, выше звания Сергей не видел. При этом летали по территории как электровеники. Еще было заметно что офицеров намного больше рядового состава. Цельный лейтенант, к которому их «пристегнули», отвел студенческое стадо в отдельно стоявшую казарму и сказал буквально следующее: «Тут вы будете спать. Я вас умоляю, постарайтесь за две недели не убиться, ничего себе не сломать, не сломать ничего из того, что вас окружает и наводить чистоту каждый день. С этим у нас строго. По территории части без надобности не шароебится. Меня вызывать только в случае ЧП!» - после чего умчался в закат. Так и прошли для Сергея эти две недели страшных сборов со шваброй в зубах. Хотя должны были длиться месяц. Единственное развлечение – два раза поход в баню и два ПХД с настоящей «пенной вечеринкой». Правда, уже после получения «лейтенанта запаса» военкомат еще пару раз попытался позвать его в гости на сборы, но понимая со стороны Сергея не встретил. Так что Сергей был полностью согласен с изречением однокурсника: «Программистам мышцы даже вредны, от мышц программисты тупеют».

Перевел взгляд на лицо. Обычное лицо обычного человека. Не красавчик, не урод. Конечно же Сергей предпочел бы иметь более мужественную внешность. Или, хотя бы, более впалые щеки. Правда при этом будет выделятся крупноватый нос с толстой переносицей. Впрочем, к своему лицу, за столько-то лет, Сергей привык. Даже нравился колючий, исподлобья взгляд, появившийся у него после розыгрыша школьных сучек и оставшийся на всю жизнь. И который ни раз выручал в конфликтных ситуациях, когда конфликт мог перерасти в «острую» фазу. А драться Сергей не любил, да и не умел, честно говоря, предпочитая все конфликты решать разговором. Как говорил один его коллега, уже после того как Сергея приняли в коллектив: «Заходим в комнату, в углу, за компом, сидит амбал и на всех злобные косяки кидает. Думали – не сработаемся. Оказался добрейшей души человек».

Он улыбнулся воспоминаниям и тут же испустил тяжелый вздох. Помимо не лечащейся грыжи межпозвонкового диска, которая, впрочем, лет с двадцати семи уже не особо беспокоила - «Тьфу-тьфу-тьфу!» - сплюнул Сергей три раза, у него нарисовалась еще одна проблема – зубы. Года три назад зубы начали темнеть, хотя гигиеной рта он никогда не пренебрегал. Стоматологи только разводили руками. Спустя некоторое время зубы почернели и начали разрушаться. Не все, осталось четыре целых. Слетели две коронки, про которые Сергей уже и забыл, повылетали все пломбы. Столичные стоматологи очень обрадовались, предложили провести санацию рта, вкрутить в челюсть саморезы и пристегнуть на них вставную челюсть. При этом назвав такую цену, что Сергею пришлось бы менять свою трешку на однушку с доплатой и еще брать кредит. Все попытки вызнать что это с ним и с какого перепугу произошло - успехом не увенчались. Сказав, что подумает, Сергей ретировался из этого прибежища платных садистов. После этого он оббегал половину Москвы и Подмосковья, пытаясь выяснить что с ним. Стоматологи, крутя горбатыми носами и блестя черными, на выкате глазами, как один отвечали: «Нэ ызвэстно, но ми вам…» - после этого начиналась заезженная пластинка про шурупы в челюсть, с прейскурантом. Удача улыбнулась, когда сестра повела в местную детскую поликлинику племянника, дабы выдрать зуб. Детский стоматолог, бабушка, уже давным-давно на пенсии, но продолжающая работать, рассказала, что сталкивалась с такими случаями два раза. И оба раза – это было отравление. Выяснив что Сергей никогда не работал на тяжелом производстве, не находился длительное время на Кавказе, посоветовала полностью сменить металлическую посуду и ждать, пока еще есть чем жевать. А вот когда он уже перейдет на манные кашки – вот тогда и надо будет саморезы в челюсть и все, этому сопутствующее. Заодно пригласила обращаться лично к ней, она сведет с нужными специалистами и цены будут в десятки раз ниже московских. Так что теперь на Сергея из зеркала щерился в улыбке рот восьмидесятилетнего старика, всю жизнь жрущего сахар ложками, на лице почти сорокалетнего мужика.

Домашние «треники» с отвисшими коленями, мятая домашняя футболка, застиранная до состояния, когда изначальный цвет определить уже невозможно, и отличные круги под глазами, спал-то часов пять максимум, дополняли героический образ.

- Мдаааааа – протянул Сергей. – Красааааааавец. Хоть сейчас на обложку женских журналов.

Хохотнув, он направился к соседке. Постучав в дверь и услышав, как старушка зашаркала к двери, Сергей предупредил – «Лидия Ивановна! Это Сергей! Ваш сосед!». А то были прецеденты, когда он выходил из темного подъезда, а в это время детишки или подростки в подъезд ломились. Потом в стороны с писком метались.

- А! Это ты Сережа, проходи-проходи.

- Здравствуйте Лидия Ивановна. Я чего зашел-то, у вас свет есть?

- Нету, с утра встала – ни воды, ни свету, ни газу нету.

- Вот блин! Что-ж делать-то? У вас хоть вода-то есть? В смысле в чайнике, или в кастрюле?

- Да, полчайника еще осталось. Может скоро дадут?

- Может дадут, а может и нет. Кто знает.

- Так в ЖЭК надо позвонить.

- Точно! Чего-то я не сообразил. Голова с утра дурная какая-то.

- И не говори! У меня тоже как встала – и голова болит. И ноги не ходют. Давление, наверное.

- Наверное… Ладненько, пойду я попробую до ЖЭКа дозвонится.

- Попробуй, попробуй, потом мне расскажешь чевой они говорят.

- Обязательно.

Сергей вернулся к себе, схватил сотовый, связи не было. Даже надпись «только экстренные службы» отсутствовала.

- Так. – сказал Сергей – Связи нет, света нет, воды нет, газа нет… Блин! Жизни нет, населена роботами. – процитировал он фразу из известного советского мультфильма. – О! У бабки ведь стационар стоит. – вспомнил он и опять поспешил к соседке.

- Лидия Ивановна, чот мой телефон связь не ловит. У вас же стационар стоит?

- Это как?

- Это обычный, не сотовый.

- А, ну да.

- А вы не проверяли его – есть связь?

- Да как-то нет. Не нужон он мне был.

- А давайте проверим?

- Давай.

Сергей прошел за старушкой в ее квартиру. Один из котов, видя несанкционированное вторжение еще одного рта на вверенную территорию, попытался пресечь это безобразие. Выдвинулся из комнаты в коридор и лег на проходе «лежачим полицейским». На более активный протест его вес рассчитан не был. Сергей, улыбнувшись, переступил через кота одной ногой... Но кот не собирался сдаваться просто так. Когда Сергей переносил через кота вторую ногу, тот ловко стянул с ноги пришельца тапок и начал его самозабвенно драть. Чертыхнувшись, Сергей отобрал у кота свой тапок и, наконец-то, добрался до комнаты с телефоном, где и остановился. Телефон, какой-то навороченный Панасоник, работал от двух розеток. Телефонной и электрической. Бабушка уже стояла у телефона с трубкой у уха и колотила по рычажку сброса связи.

- Не работает. – отняв трубку пояснила она.

- Ясно дело – не работает. Электричества то нет. – Сергей указал пальцем на вторую розетку.

- Что-ж делать то?

- У вас же второй телефон есть, параллельный. - вспомнил Сергей – Где он у вас, на кухне?

- Ага! Точно! На кухне.

Он прошел на кухню, старательно задирая ноги повыше над подлым котом. «Слава СССР!» - подумал, глядя на обычный, дисковый аппарат. Увы, трубка вместо гудения хранила тишину. Сергей пару раз ударил по рычажку, зачем-то дунул в трубку, потом внимательно посмотрел на нее и положил назад.

- Нет связи. – ответил на вопросительный взгляд соседки.

- Что-ж делать то?

- Что делать… Что делать…. Так. Еда у вас есть?

- Да еда-то есть. А ты что, голодный? Так садись! Баба Лида сейчас угостит!

- Не-не-не. Я не об этом. Еда есть – воды нет. И у меня полчайника, и в холодильнике половинка минералки с газом. Значит так. Я сейчас сбегаю куплю воды, а вы свою дверь не запирайте пока, чтобы я сразу смог занести. Я тамбурную закрою.

- Хорошо, Сережа, хорошо.

Метнулся в свою квартиру, быстро переоделся в голубые джинсы и футболку «на выход в люди», по привычке рассовал по карманам кошелек, телефон и пакет. Бросил взгляд на часы – «О! начало десятого уже». Выскочив в подъезд сбежал вниз по лестнице со своего, четвертого этажа, вниз он всегда шел пешком, заодно выбросив по дороге прихваченный пакет с мусором в мусоропровод. Нажав на кнопку отпирания подъездной двери и не услышав знакомого пиликанья осторожно толкнул дверь. Дверь с легкостью открылась. «А, ну да!» - сообразил он – «Света нет – все подъезды нараспашку. Заодно и лифт не работает, мммать!». Перспектива подниматься с водой пешедралом его откровенно не обрадовала. Быстрым шагом пересек двор и направился к ближайшему магазину, благо он был в соседнем здании. Увидев конечную цель своей ранней вылазки, Сергей еще увеличил скорость и… поцеловал закрытую дверь. Которая должна была открыться автоматически при приближении покупателя, но не открылась. Да она вообще должна быть открыта! Летом магазин оставляет двери в открытом положении! Сергей взглянул в полутемный торговый зал, где призрачными тенями скользили редкие работники в красных фартуках. «Так» - начал соображать он – «Свет отсутствует и у них. Нет света – кассы не работают. Кассы не работают – товар не отпускается. Наверное, кассиры задолбались объяснять сто раз одно и тоже скандальным старушкам, а именно они с утра пораньше, как голодные акулы, исследуют ближайшие магазины в поисках крови. Тьфу! Скидки. И просто закрыли магазин.»

Он отошел от магазина на пару метров и закрутил головой вдоль дороги. «Тэкс! Ну хоть автомобильный траффик есть…» - он проводил взглядом отъезжающий от остановки автобус, который нагло подрезал патруль ППС – «Тьфу! Чего я так туплю сегодня? Ну спал мало, в первый раз что ли? Соберись!» - скомандовал себе. «Итак! Нам нужна вода. Билла закрыта, слева в пределах одной остановки – Магнит, справа на таком же расстоянии – Пятерочка. На противоположной стороне дороги от Магнита – Дикси. Вопрос – куда идти? Ответ – никуда. Порядок отпуска товара во всех магазинах одинаков и, если света нет, а я отсюда вижу, что, по крайней мере в Дикси его нет, судя по кучке раздраженных старушек у входа – хрен мне что обломится.» Сергей активнее закрутил головой и его взгляд уткнулся в вывеску «Табак», на противоположной стороне дороги. Там он постоянно брал себе сигареты. Также он припомнил, что помещение табачный прилавок делил с маленьким отделом «фрукты-овощи». Попытался вспомнить есть ли там что-то жидкое, но точно сказать не мог. Просто он ни разу туда не подходил, не было смысла. И фрукты, и овощи он брал в Билле. «Кажись холодильники для напитков там стояли» - с сомнением подумал Сергей, направляясь к магазинчику.

Вода в магазине была. И даже ажиотажа еще не было. Купив две пятилитровые баклажки и, заодно, блок сигарет Сергей направился домой. И хоть расстояние от магазинчика до подъезда дай бог было метров четыреста, по дороге его умудрились спросить где он воду взял раз десять. «Ага! Засуетились…» - с каким-то злорадством подумал Сергей, поднимаясь по лестнице – «Кто рано встает, тому бог дает». Закинув одну баклажку и сигареты в свою квартиру, он постучался к соседке и приоткрыл дверь.

- Лидия Ивановна! Это Сергей! Я воду принес. – В квартире остро пахло лекарствами. Корвалол или валокордин. Что-то такое.

- Лидия Ивановна!

В груди у Сергея похолодело. Он быстро прошел в комнату и увидел старушку, лежащую на диване.

- Лидия Ивановна! Вам плохо?

Сергей осторожно потряс старушку за плечо. Та открыла мутные глаза.

- А, Сережа. – слабым голосом сказала она.

- Да. Я тут это, воды принес.

- Спасибо. Ты поставь ее там… На кухне.

- Вам плохо? Может скорую? – Сергей с сомнением посмотрел на телефон.

- Да нет, не надо… Просто слабость какая-то накатила… У меня такое бывает иногда – давление. Старость – не радость.

- Да перестаньте, какая же вы старая? Вы еще – «Ух!». Всех нас переживете!

Старушка слабо улыбнулась:

- Я полежу немного, может подремлю. А ты иди. Не надо тут рядом со мной сидеть. У тебя дела, наверное.

- Да какие дела… Ладно, я воду на кухне оставлю.

- Ага. Оставь там.

- А дверь закрыть?

- Я встану – потом закрою. Ты же тамбурную закрыл?

- Замкнул.

- Ну вот и хорошо.

- Если станет совсем худо – вы стучите мне.

- Добро. А сейчас иди, а я посплю.

Сергей поставил баклажку на кухонный стол, вышел из квартиры соседки, тщательно закрыл дверь и прошел к себе. По привычке замкнув свою дверь, он повернулся к холодильнику и протянул: «Делаааааа…».

Немного постояв у холодильника, его слух привлек шум, доносящийся из-за окна. Высунувшись с сигаретой в окно Сергей осмотрел двор…

Глава 3

Очнувшись, Сергей не смог сказать сколько времени прошло. Ему очень хотелось опять скользнуть в такой притягательный мрак полубезумия и полуобморока, но два раздражителя не дали ему это сделать.

В уши ворвался шум, как будто все соседи вокруг схватились за кувалды и приступили к перепланировке своей жилплощади. К радикальной перепланировке. Со сносом несущих стен и вентиляционных коробов. Дом ходил ходуном. Кроме техногенных звуков постоянно раздавались крики и визги людей. Вот, вроде бы, грохнул выстрел.

Пошарив в темноте вокруг Сергей понял, что находится в ванной. Как он сюда попал – он не помнил абсолютно. Последнее его воспоминание – как на него из окна противоположного дома смотрит «рыцарь». Цепочка воспоминаний от «рыцаря» потянулась к растерзанным телам на детской площадке, поедаемой заживо молодой маме и младенце, в качестве десерта.

Резко нащупав края ванны, он перегнулся через бортик. Полоскало его не меньше пяти минут. Выдавило все, вплоть до кишечника. В конце это были уже спазмы с горькой, едкой слюной. Отплевываясь, Сергей сел на холодный, кафельный пол, привалившись к стене. Припомнив двор и чуть опять не начав обниматься с ванной понял, что его смутило, когда он только высунулся из окна.

Тень.

Тень от его дома.

Время было около одиннадцати утра. Окна квартиры Сергея выходили на восток и тень от здания появлялась не ранее четырех-пяти часов вечера. Тем не менее она была. «Либо я где-то потерял шесть часов, либо проклятые монстры раскрутили Землю в обратную сторону.» - подумал Сергей.

Пол ванной комнаты под задницей взбрыкнул не хуже скакуна на соревнованиях ковбоев. Сергея подкинуло в воздух и опустило уже в компании посыпавшейся со стен облицовочной плитки. Перекрывая и так не маленький шум, снаружи раздался долгий, плавно затихающий грохот.

«Да что же там происходит? Может армия на помощь пришла? Тут, недалеко, Балашиха. А там и дивизия Дзержинского, и вообще полно воинских частей. Посмотреть? Не… Из этой комнаты меня и на бульдозере не вытянешь.» - мысли метались как сумасшедшие. Приняв решение, он на ощупь расчистил себе пятачок на полу, подстелил под пятую точку лежащую под раковиной половую тряпку и, таким образом, устроившись с максимальным комфортом в текущем положении твердо решил, что будет сидеть здесь до морковкина заговенья.

Тем не менее, выходить «в люди» все же пришлось. Как говорил один из коллег Сергея: «Если вы не хотите идти за счастьем, счастье само придет за вами». На это повлияло три фактора:

Во-первых, спустя довольно продолжительное время, шум разносимого здания начал стихать и, наконец, превратился в отдельные звуки выбиваемых окон, высаживаемых дверей и ломаемых межкомнатных перекрытий, которые раздавались все реже. Часов с собой Сергей не взял, но по субъективным ощущениям, в течении часа он уже таких звуков вблизи не слышал. Где-то вдалеке что-то было, но не рядом. Во-вторых, самочувствие Сергея становилось все хуже и хуже. Головная боль, с утра позволявшая себе лишь кратковременные приступы, теперь поселилась под черепушкой на постоянной основе и только наращивала свою мощь, как опытный полководец, концентрируя войска в одном месте, чтобы нанести решающий удар. Внезапно накатывающиеся волны слабости, когда казалось, что к рукам привязали по пудовой гире, на голову привязали дополнительные килограмм десять, а попытка подняться вообще приравнивалась к подвигу, тянущему на «Героя». Постоянные приступы тошноты спазмом сводило пустой желудок, хотя тот мог отдать только свой сок, что и делал, не добавляя приятных ощущений и лишь провоцируя «в-третьих». Жажда. Дикая, всепоглощающая жажда. Было до слез обидно сидеть в комнате, в нормальной жизни ассоциирующейся с водой и страдать от отсутствия таковой. Сергей на своей шкуре убедился, что выражение «язык царапает пересохшее горло» ни хрена не фигуральное.

Он осторожно приоткрыл дверь ванной на пару сантиметров, изо всех сил сдерживая себя, чтобы не бросится к заветной баклажке. Выждав пару минут и убедившись, что по его квартире не расхаживают гости, Сергей ужом выполз из ванны и, не рискуя выпрямляться во весь рост, на корточках покрался на кухню. Вода. Больше его не интересовало ничего. Обшарив кухню взглядом и убедившись, что воды здесь нет, чуть не хлопнул себя от досады по лбу, вспомнив что бросил баклажку в коридоре. Вернувшись в коридор и обнаружив искомое, он издал радостное урчание, прямо как монстр и, в мгновение ока сковырнув крышку, сразу же присосался к бутылке, радуясь что горловина такая широкая.

Утолив первую, потом вторую, а затем и третью жажду Сергей, отдышавшись, перешел к инспектированию своей квартиры, благо что и тошнота, и слабость пока отступили, оставив лишь тяжело ворочающуюся головную боль. Но ее пока можно было и потерпеть. Удивительно, но у него в гостях никто не побывал, судя по целым окнам и двери. Хотя по балкону потоптались основательно. В комнате достал аптечку, выудил из нее пару таблеток растворимого аспирина, прислушавшись к ощущениям, добавил пару баралгина и направился в кухню за стаканом. Да так и замер на пороге, забыв зачем шел. В комнатах шторы были закрыты, и Сергей не стал их тревожить, справедливо полагая что лишние движения только привлекут ненужное внимание. Лишь через небольшую щель осмотрел балкон. На кухне штор изначально не было. Одна фрамуга так и оставалась открытой нараспашку, добавляя к визуальной картинке еще и тонкий букет «аромата апокалипсиса». Отмерев, Сергей все-таки нашарил в сгущающихся сумерках бокал, наполнил водой, бросив туда аспирин и, пока таблетки растворялись, весело шипя, подошел ближе к распахнутому окну.

Город готовился к ночи. Солнце, вопреки всем законам астрономии, опускалось на востоке. В сгущавшихся сумерках Сергей рассмотрел стоящую напротив девятиэтажку. Вернее то, что от нее осталось. Наиболее близко зрелище походило на кадры из зоны боевых действий. Выбитые окна, свисающие тут и там окровавленные тряпки, отсутствующие балконы, одного подъезда просто не было. Вместо подъезда №2 был провал, с оборванными краями, через который был виден следующий дом. В провале все, до второго этажа, было завалено строительным мусором. Ранее цельная девятиэтажка разделилась на два отдельно стоящие здания на один и два подъезда. Тем более удивительно было наблюдать на окна квартир, сохранивших свою целостность. Не только один Сергей оказался такой везучий. Приглядевшись, он убедился, что таких квартир не так уж и мало. Хотя с первого взгляда дом казался выпотрошенным полностью, от крыши до подвала.

Налюбовавшись на дом, Сергей закинул в рот таблетки баралгина и запил аспирином, после чего осторожно выглянул во двор, стараясь не приближаться к окну. Первое что его поразило – по двору ходили люди. Люди, Карл!!! В душе вспыхнула надежда, а сердце наполнилось радостью. «Мы спасены! Пусть солнце садится где хочет, пусть окна повыбивали и целый пролет обрушили. Люди никого на улице не боятся! Значит – монстров отогнали!» - пела душа. Однако чем больше Сергей присматривался к людям, тем меньше мажорных нот душа издавала. Во-первых, люди подозрительно наплевательски относились к хаосу, творящемуся вокруг. Все также, не спеша, двигались в одном направлении. Во-вторых, походка у людей была пугающе знакомой. Сергей часто видел такие походки в фильмах, где со всех сторон обсасывался конец мира, когда люди превращались в зомби. Еще немного придвинувшись ближе к подоконнику, он осмотрел детскую площадку, где с утра произошла бойня и подтвердил свои худшие опасения. Вокруг каждого убитого образовалась своя «группа поддержки», плотно облепив главное блюдо и стоя на коленях, или сидя на корточках, что-то тщательно выедали. На подмогу к ним стекались люди, пардон, зомби с окрестностей. Прислушавшись, Сергей различил урчание, так хорошо знакомое по большим монстрам. Только было оно более тихое и за счет большого количества «говоривших» сливалось в некий гул. Похожий можно услышать на пасеке от пчел. Да и тот терялся в общем звуковом фоне. «Ну, пиздец!» - подумал Сергей – «Сначала монстры, потом зомбиапокалипсис, что будет следующее – астероид?». Он с опаской покосился на небо, но пылающего болида там видно не было. Пока.

Понаблюдав некоторое время за зомбаками Сергей убедился, что раньше они точно были людьми, причем людьми местными. Вряд ли вон тот дядька в семейниках притопал с другой планеты, или из другого измерения, или откуда эти монстры набежали. Сергей, кажется, его вообще встречал раньше на улице. И он как бы не с Сергеева дома, только с соседнего подъезда. Или вот та девочка, лет двенадцати, в розовой пижамке и с миленьким личиком, сейчас заляпанная кровью от бровей, до куда видно. Как раз выпрямилась, стоя на коленях, давая себя рассмотреть, при этом что-то с аппетитом пережевывая. Сергея передернуло.

На маячившего в окне Сергея зомби никак не реагировали, продолжая свою трапезу. Он рискнул высунутся, чтобы увеличить угол обзора и получше осмотреться вокруг. Это Сергей сделал зря. Налетевший порыв жаркого ветерка щедро швырнул ему в лицо порцию гари, сдобренной тяжелым духом начинающей гнить плоти. Всхлипнув, Сергей стремглав бросился в ванну, зажимая руками рот и уже фонтанируя на бегу. На его счастье, никто из монстров не заинтересовался довольно громкими «призывами Ихтиандра». Отдуваясь и пошатываясь Сергей вышел из ванной, тщательно закрыв за собой дверь. Отступившая было головная боль тут же напомнила о себе, ей поддакнула небольшая слабость.

- Вот блин! Только воду и таблетки зря перевел – сказал он сам себе.

Зайдя на кухню он первым делом плотно закрыл окно. После чего прополоскал рот и лишь сплюнув, спохватился что вода не бесконечная. Затем прошелся по комнатам также запирая везде окна. Приготовил очередной коктейль имени аспирина с баралгином, в уполовиненной версии и со стоном сел на кровать. «Интересно, как там Светка?» - вспомнил сестру Сергей – «Надеюсь, у них все в порядке. Все равно я отсюда им помочь не смогу. Самому бы помощи дождаться». Мысли от сестры плавно перетекли к соседке. И если сейчас до сестры Сергей никак не мог добраться, то проведать одинокую старушку он был в состоянии.

Как бы ему не хотелось этого делать, тем не менее, Сергей встал, подобрал фонарик и пошел к двери. Зачем он это делал? Сергей и сам не знал. Подобравшись к входной двери, он замер на несколько секунд, прислушиваясь. Не услышав ничего подозрительного, стараясь не шуметь, медленно, буквально по миллиметру, отомкнул замок и приоткрыл дверь на пару сантиметров. Из щели было видно лишь кромешную тьму. «Ну да, свет… Но темнота – это хорошо, это значит, что тамбурная дверь на месте» - приободрился Сергей. Включив фонарик, он медленно приоткрыл дверь шире. «И хорошо, что меня скрип петель все время раздражал и я их смазывал» - завершил мысль. Осмотрев тамбурную дверь, Сергей убедился, что она целая, хоть и обзавелась парой небольших вмятин. Лишь бы не заклинила. После чего подшагнул к двери соседки и опять замер, прислушиваясь. Ничего. Осторожно надавил на ручку. Не заперто. Чуть приоткрыл дверь, готовый мгновенно ее захлопнуть и шепотом позвал:

- Лидия Ивановна! – немного послушал тишину и опять – Лидия Ивановна!

Никакой реакции.

Осторожно проникнув в квартиру соседки Сергей, мельком глянув на кухню и маленькую комнату, направился в большую, где оставил бабушку в прошлый раз. Морально он был готов что застанет вместо соседки кровавое пятно на кровати. Или бабушка, радостно заурчав, бросится к нему обниматься. Учитывая того знакомого мужика в семейниках – такая вероятность существовала, и Сергей был готов свалить при первых признаках опасности. Единственное к чему он не был готов – что бабушки не окажется в квартире. Как и котов. Правда, насчет котов было подозрение на убийство, так как спальня была засыпана кошачьей шерстью. Но крови нигде не было. Как и самой соседки. Сергей два раза перерыл всю квартиру, заглядывая даже в тумбочки, не говоря о шкафах и под кроватью. Как сквозь землю провалилась. «Вышла?» - размышлял Сергей – «При этом закрыв за собой тамбурную дверь и оставив открытой дверь в квартиру? Да ну, бред. Монстр утащил? При этом квартира не разгромленная, даже на балконе целенькие окна. Может с балкона навернулась?». Сергей прошел на балкон и, задержав дыхание, с осторожностью выглянул наружу. Под балконами кого-то доедали. Среди согнутых спин Сергей не увидел халата знакомой расцветки и искренне пожелал, чтобы Лидия Ивановна не была главным блюдом на этом празднике смерти. «А здесь движняк интереснее» - бросил взгляд на двор Сергей. Окна соседки выходили на фасад дома, обращенного вглубь квартала. Да и рядом стоящие здания обзор не закрывали. Зомбей тут было побольше, чем во дворах. Даже какие-то быстрые фигуры вдалеке мелькали. Проведя в квартире соседки те же процедуры: тщательно закрыть все окна и плотно задернуть шторы, Сергей вернулся к себе.

Наткнувшись взглядом на холодильник, он вспомнил что сегодня еще не ел. Мысль о еде вызвала очередной приступ тошноты. Запив ее водой, Сергей потянулся к сигаретам, что вызвало еще большее возмущение желудка. Еле удержав его содержимое, Сергей понял, что его мечта, бросить курить, начинает сбываться. Притащив, стараясь шуметь как можно меньше, в кухню свое любимое компьютерное кресло, он вернулся к наблюдениям. В принципе, ничего интересного не происходило. Зомби потихоньку доедали свой «шведский стол» и разбредались по сторонам. Некоторые оставались стоять на месте, некоторые брели подальше. Зрелище разрываемых людей как-то не особо затронуло Сергея. Фильмы категории «R», компьютерные игры, документальные кадры из зон боевых действий по всему Земному шару, кадры охоты хищников на «природных» каналах как-то, исподволь, приучили его к виду крови. Нет, Сергей не стал маньяком и до сих пор морщился при виде умерщвления какого либо млекопитающего, включая человека, если кадры были документальные. Что интересно, к насекомым, рыбам и прочим рептилиям он никаких чувств не испытывал. Вот и сейчас, вид из окна Сергей воспринимал как картинку на мониторе. Но запах!!! Запах резко добавлял реализма. Жаркое, душное московское лето, с температурой за плюс тридцать пять в тени ускорило процесс разложения останков. И теперь запах разлагающегося мяса сразу же включал у Сергея рефлекс тошноты. Несмотря на плотно закрытые окна этот запах все равно проникал в квартиру. В конце концов было найдено средство борьбы с этим недугом – смоченный в слабом уксусном растворе платок, повязанный на нижнюю часть лица.

Вскоре после начала наблюдения из окна кухни стало практически не за чем наблюдать. Большинство зомби ушли со двора, направляясь в сторону метро и центра. Оставшаяся парочка застыла в разных точках двора, время от времени медленно поводя головой.

Сергей решил перенести свой НП[1] в квартиру соседки.

[1] Наблюдательный пункт

Глава 4

Ночное небо начинало медленно блекнуть, предвещая скорый рассвет. Сергей сидел на кухне, в квартире старушки, мрачнее тучи. Даже стоявшая перед ним на столе ополовиненная баклажка с водой не радовала глаз. Он четко осознавал, что из города надо уходить. И уходить как можно скорее. Иначе его найдут. Найдут и сожрут. Или он сам тут вскоре загнется от жажды. Или от головной боли, с которой таблетки справлялись все хуже. Оставался один вопрос – уходить «КУДА», «КАК» - это уже частности.

Он перебрался в квартиру соседки перед самым закатом, захватив с собой только воду и таблетки. Самого заката Сергей не наблюдал, так как он происходил на востоке, а окна у соседки выходили на запад. Но и того что он наблюдал было достаточно, чтобы понять, что тут что-то нечисто. Небо медленно теряло свои краски, сумрак становился гуще, а потом как будто кто-то щелкнул выключателем и наступила темнота. Такие закаты абсолютно не характерны для средней полосы. Сергей такое наблюдал в горах, в Крыму и на Кавказе, но не здесь. А потом начало проявляться ночное небо и вот тут Сергей выпал из жизни на неопределенное время, застыв с раскрытым ртом. Ибо космос не был тем космосом, который наблюдается с Земли: черная бездна с точками звезд на ней. Больше всего местный космос походил на снимки НАСА, которые оно выкладывает на свой сайт. Яркие, огромные звезды. Туманности, переливающиеся всеми цветами радуги. И, дабы окончательно сорвать крышу, ДВА спутника планеты, две Луны. Но НАСА делает такие картинки путем наложения нескольких снимков одного участка космоса, сделанные радиотелескопом в разных диапазонах. Человеческий глаз не сможет увидеть такой красоты. Для него это все равно будет чернота. Здесь же – пожалуйста, любуйся на здоровье. Не поверив себе, Сергей поспешил на балкон и, забыв про осторожность и наплевав на запах, открыл балконную фрамугу и высунулся наружу чуть ли не по пояс. Потом протер глаза и посмотрел на ночное небо еще раз. Небо осталось прежним – ярким и разноцветным. Сергей, закрыв окно на балконе, вернулся на кухню и плюхнулся на табурет.

- Одно из трех: либо я просто поехал кукушкой и вижу то, чего на самом деле нет. Либо хватанул инсульт и нахожусь в коме, или просто помираю, а мозг выдает красивые картинки. Либо мы перенеслись на другую планету. – пробормотал он.

Сергей даже припомнил фантастический роман, прочитанный давно, с похожим сюжетом. Когда целый город переместился на другую планету. Монстры, кстати, там тоже присутствовали.

Основные действия перенеслись вглубь квартала – там постоянно что-то шумело, взрывалось, слышны были выстрелы, в том числе и автоматные очереди, а несколько раз прогрохотало что-то явно крупнокалиберное. Тем не менее, действующих лиц хватало и перед домом Сергея. Более светлое ночное небо нового мира, а также ярко полыхающее здание напротив, давали неплохое освещение, что помогло в дальнейших наблюдениях над зомби и монстрами, время от времени появляющихся во дворе. Сергей с удивлением понял, что все монстры произошли из обычных зомби, то есть из людей. Эволюция тут шла бешенными темпами. Кроме обычных, неуклюжих зомбаков он несколько раз наблюдал их более продвинутую версию. Эти парни уже не ковыляли как куклы на ниточках. Они довольно бодро носились по двору. От обычных отличались отсутствием нижней части гардероба, раздутыми мышцами ног и более тяжелой нижней челюстью. Сергей назвал таких «спортсмены». Один раз мимо пробежал довольно развитый «спортсмен», по габаритам и внешнему виду вплотную подобравшись к «качку». Еще он увидел, как одна дамочка-зомби, до этого не выделяющаяся из общей толпы, после очередного перекуса вдруг поднялась, постояла и неожиданно стала покачиваться с пятки на носок, чем немедленно привлекла к себе внимание. Когда толпа зомбей, реагируя на кошачий «мяв», колыхнулась в сторону звука, дамочка, вместо того, чтобы не отрываться от коллектива и шагать дружной толпой, вдруг сорвалась с места и стремглав бросилась вперед, оставив позади конкурентов.

Иногда через двор пробегали различные монстры, представлявшие собой «промежуточное звено» между «качком» и «рыцарем». У некоторых была странная подпрыгивающая походка и при этом они издавали стук при беге, как лошадь на асфальте. Некоторые почти не отличались от «рыцаря», но явно уступали тому в габаритах. Освещение хоть и было довольно сносным для ночи, но все-таки не позволяло рассмотреть подробностей. Тем более монстры не стояли на месте, позволяя рассмотреть себя во всей красе, а стремительно пересекали двор, двигаясь в сторону главного пиршества. «Старшие братья» ни в грош не ставили своих «младшеньких» и, пробираясь через топы зомби, если те не убрались с пути, смело раздавали оплеухи направо и налево, от чего последние разлетались в стороны как кегли. Иногда фрагментарно. А один раз Сергей увидел, как монстр целенаправленно убил одного из зомбей и начал его жрать. Впрочем, не долго. Видать мясо не очень понравилось. «Обычные» зомби явно понимали опасность, исходящую от монстров и пытались от них держаться подальше.

Еще Сергей наблюдал три попытки прорыва людей из своего дома.

Первый мужик пошел по «силовому» варианту. Выскочив из подъезда справа от НП Сергея, он несколькими выстрелами из помповика расчистил себе путь, чем немедленно возбудил всех зомби во дворе, добежал до Паджерика и запрыгнул внутрь. Зомби, в лучших традициях фильмов, окружили машину и стали бестолково тыкаться в закрытые окна. Мужик завелся и уже начал движение со двора, когда на крышу машины откуда-то сверху спрыгнула тварь. Кто-то из переходного звена. От ее веса крыша Паджеро вмялась, а боковые окна брызнули дождем осколков. Одним движением выдернув мужика из-за руля, монстр впечатал свою жертву в крышу машины и начал раздирать на части.

Вторым был парень, который сделал ставку на скорость. Выскочил он тоже справа, взял хороший темп и погнал наискосок через двор, в сторону центра, ловко уклоняясь от протянутых рук. Медленные зомби не успевали среагировать и лишь печально ковыляли следом. Неожиданно от одной из групп зомби, бредущей наперерез парню, отделилась одна фигура и, сделав небольшой рывок, во вратарском прыжке кинулась парню в ноги. Оба покатились по земле. Парень попытался вскочить, но зомби, обняв его ногу, никак не отпускал. Ну а спустя секунду подоспел основной комитет по встрече.

Перед самым рассветом Сергей заметил крадущуюся фигуру слева, тоже направляющуюся вглубь квартала.Ему показалось что это была девушка. Она довольно успешно пряталась от групп зомби, используя кусты, припаркованные машины и груды мусора. Надолго замирала в укрытии, ждала пока зомби отвлекутся на что-то и делала рывок к следующему укрытию. Даже если зомби смотрели в ее сторону, когда девушка была неподвижна, зомби ее не замечали. Ей почти удалось выйти. Но все-таки, при очередном рывке, девушку заметили. Зомбак, вытянув руки, направился к ней своей дерганной походкой. От зомбака, как от камня, брошенного в воду, начала расходится волна внимания. И через несколько секунд уже все ближайшие группки зомби начали стягиваться к девчонке, беря ее в кольцо. Та запаниковала, заметалась, попыталась проскочить в брешь. Попалась в лапы одному зомби, вывернулась, оставив ему на память свой рюкзачок, но подоспевший товарищ цепко вцепился девушке в руку. А дальше ее поглотила волна из мертвяков.

Из увиденного Сергей понял, что: во-первых – шуметь нельзя. На звуки выстрелов сразу же возбудился весь двор. Да и монстрик сверху нарисовался. Во-вторых – идти на скоростной прорыв – не вариант. Даже медленный с виду зомби может оказаться с сюрпризом. Плюс к этому где-то бегают «спортсмены» и не стоит забывать утреннюю расправу во дворе. Там «рыцарь» двигался так стремительно, что от такого, пожалуй, и на автомобиле не убежишь. Да и сам он не спортсмен ни разу. Даже в молодости никогда физо не любил, а уж в его-то годы… Ну и в-третьих – лучше всего использовать тактику девчонки, молясь всем богам, чтобы не заметили. А уж если заметят – вырываться необходимо сразу же, не дожидаясь пока заметивший расскажет всем и каждому о твоем присутствии.

Теперь «куда» уходить. Сергей решил, что будет прорываться за МКАД. До него совсем не далеко – пару километров.А там Балашиха, военные, оружие и люди, которые этим оружием должны уметь пользоваться. Правда в той стороне стояла подозрительная тишина, в то время как со стороны центра все еще раздавались звуки боя. На секунду Сергея одолели сомнения. «Может быть и правы были те люди, которые пытались пробраться к центру?» - подумал Сергей – «Нет!» - он решительно тряхнул головой – «Ты сам видел к чему это привело. Да и монстры туда оттянулись, они все на выстрелы пошли, так что нам надо в противоположную сторону!». Как помнил Сергей, за его домом стояли еще три однотипных девятиэтажки, потом маленький пустырь, поросший кустарником, школа, высотка, улица, какой-то производственно-гаражный комплекс и МКАД.

Приняв решение Сергей приступил к сборам. Освободив свой рюкзак, пятидесятилитровый Surplus — Molle Backpack, от всего лишнего он закинул в него все имеющиеся в наличии чистые носки, трусы, футболки, оставив по одному экземпляру для переодевания, добавил пару штанов типа карго, теплую толстовку с капюшоном и всякую мелочевку типа носовых платков, салфеток для рук и т.д. Прошелся по квартире и собрал все зажигалки и спички. Всунул сигареты. Собрал аптечку. На кухне прихватил пару ножей. Соль, сахар, специи, по пачке макарон, риса и гречки. Подумал, что варить все равно не в чем, а кастрюлю он не попрет – последнее выкинул, зато засунул нос в холодильник на предмет консервов. Продукты уже ощутимо начали попахивать, а из консервирования нашлась только начатая банка маринованных огурцов. Задумчиво покрутив ее в руках, Сергей решил посмотреть, что есть из консервов у соседки, справедливо полагая что та не будет против. Заодно взгляд наткнулся на початую полторашку минералки. Вытащив воду и поставив ее около рюкзака, пошел мародерить соседку. Холодильник бабушки одарил Сергея парой банок рыбных консервов и почти полной бутылкой водки. Универсальный продукт. Годится и для внутреннего, и для наружного применения.

Итогом этих суматошных сборов стал довольно раздутый рюкзак, включая все отделения. Плюсом еще висели притороченные бутылки с водой. Во время сборов рюкзак перетряхивался и перекомпоновывался еще три раза, но, вроде бы, все нужное удалось взять. Попробовав его поднять Сергей недовольно поморщился – долго с таким не побегаешь. Затем он озаботился средствами самозащиты. Ножи для этого не годились абсолютно. Изделия исключительно для резки хлеба с колбасой. Изъяв из кладовки гвоздодер, он повертел его в руке и остался доволен. Помнится, Гордон Фримен довольно ловко им управлялся в Half-Life. Да и дверь отжать, замок навесной сорвать можно. Универсальный инструмент.

Раздевшись и намочив водой пододеяльник Сергей тщательно обтерся. Одевшись во все чистое, нацепил на ноги кроссовки и накинув легкую ветровку он прошел к окну на кухне. Внимательно осмотрел двор. Что порадовало, в сторону прорыва зомбаков не наблюдалось. Вообще ни одного. Но подъезды были с другой стороны. Сергей прошел в соседнюю квартиру. А вот тут зомбаки были. Уже не так много, как было ночью, но все равно стояли кучками по интересам. И пусть они находились метрах в семидесяти-ста от подъезда, он уже знал, стоит заметить одному – встрепенуться все. Тем более, при выходе на «парадную» сторону, Сергею еще предстояло обходить дом. И лучше это делать по «длинной» стороне, так как там был более скрытый выход к МКАД.

- Кстати, а куда это ты вообще собрался дружок? – сказал сам себе Сергей – Может быть вначале стоит провести разведку? Может еще и дверь тамбурная не откроется, во весело будет. Или там, за дверью, тебя поджидает на завтрак кто-то, с распахнутыми когтями?

Прихватив гвоздодер Сергей вставил ключ в тамбурную дверь и замер, прислушиваясь. Вроде тихо. По миллиметру проворачивая ключ и чертыхаясь от каждого щелчка засова, выходящего из запора, он продолжал слушать. Тихо. Сергей потушил фонарь и приоткрыл чуть скрипнувшую дверь на пару сантиметров. Даже сквозь платок, смоченный в уксусе пробивался запах разложения. В плотно запертых квартирах он не был таким навязчивым. Сергей аккуратно приоткрыл дверь и, высунув голову, осмотрелся. Вроде чисто. Снизу доносился какой-то невнятный шум. Решившись, на цыпочках начал спускаться. На третьем этаже обе тамбурные двери были закрыты. Никого. На втором – тоже самое. На первом этаже одна из дверей была вынесена вместе с косяком и куском стены. Повезло – квартира располагалась точно под квартирой Сергея, а значит и окна выходили во внутренний двор. Шум, который Сергей услышал ранее, доносился слева и чуть дальше. Что там происходит он не видел. Подкравшись к углу Сергей выглянул. Ага. Одинокий зомби, одетый лишь в семейные трусы, сидя на корточках как заправский зэк, кем-то завтракает. «Что-ж ты его раньше не доел и не свалил?» - с досадой подумал Сергей – «Надеюсь ты еще не эволюционировал во что-то опасное». Свет от окон сюда не проникал и полумрак не позволял Сергею подробно разглядеть зомбака. «Блин! В любом случае это препятствие само не уйдет, придется убирать» - решил Сергей. Многочисленные поделки Голливуда на эту тему убедили даже закоренелых пацифистов, что зомби человеком не являются. И никаких душевных терзаний после убийства оных испытывать не надо. Взяв гвоздодер на замах, он начал тихонько подкрадываться к зомбаку, хотя расстояние было всего метра три. Как только Сергей вышел из-за угла зомби бросил свой завтрак и быстро, очень быстро развернулся к Сергею. «Пиздец! Походу спортсмен» - обреченно подумал тот.

Зомби и Сергей бросились друг на друга одновременно. Зомби – с радостным урчанием, Сергей – молча, хотя хотелось орать. Сделав удар, Сергей сильно прогнулся вперед и тварь, прыгнувшая с места растопырив лапы, вместо головы человека поймала летящий на встречу гвоздодер. Поймала головой. Инструмент вырвало из рук Сергея, а сам он, не удержавшись на ногах, плюхнулся на пол, чуть не угодив в объедки. Зомби пролетел над Сергеем и на пол упал уже агонизирующим телом. Из одной из закрытых квартир заурчали и начали биться в дверь. Урчание подхватили на втором этаже, затем волна начала расходится выше. Кто-то пытался открыть подъездную дверь внутрь, хотя она открывалась наружу. Ошалевший Сергей на парах адреналина белкой взлетел на свой четвертый этаж, захлопнул и замкнул дверь тамбура, благо ключ оставался в замке и вскочил в свою квартиру.

Вскочил и тут же сел на пол. Его била крупная дрожь. В голове метались обрывки мыслей «убил человека», «я таки его завалил!» и «ну не пиздец!». В конце концов одна из мыслей стала главенствующей: «Это адреналиновый отходняк. Я о таком читал. Надо успокоится. Дыши глубже.» Сергей сделал несколько глубоких вдохов и обнаружил что платок с уксусной пропиткой он посеял где-то по дороге, а запахи стали только хуже – проникли через открытую дверь. Матюгнувшись, он пошел в комнату, вырвал из простыни кусок и сделал себе еще одну повязку. Запах и действия помогли отвлечься, и Сергей уже смог нормально соображать, хотя мелкий тремор все равно остался. Первым делом он выглянул в окно на кухне. Во внутреннем дворе движения не наблюдалось. Затем прошел на кухню соседки. Там движуха была. Зомби сбились в толпу около подъезда и требовали мяса и крови. Послушав у тамбурной двери Сергей понял, что этажи полностью поддерживают требования митингующих у подъезда. Из монстров пока что никто не заявился. Дверь не ломали.

Прошло не меньше часа, пока зомби окончательно не успокоились и не стали расходится. Этажи тоже больше не урчали. Победа над «спортсменом» придала Сергею уверенности и он, вооружившись молотком, так-как гвоздодер был утерян, решился снова выйти в подъезд. Комитета по встречам Сергей в подъезде не обнаружил, зато нашел гвоздодер. Со всеми мерами предосторожности он проник в квартиру с выломанной дверью. Ранее трехкомнатная квартира превратилась в шикарную «студию». Это если убрать весь мусор. Из четырех окон присутствовало только одно. Остальные проемы радовали глаз отсутствием стеклопакетов. Таким образом, проблема выхода на улицу с нужной стороны была решена.

Не откладывая проблему эксфильтрации «на потом», ибо, зная себя, он мог уже на такое и не решиться, Сергей в последний раз поднялся к себе. Заготовил еще несколько масок для дыхания. В последний раз проверил рюкзак и карманы. Еще раз проверил территорию двора, даже рискнул открыть окно и высунулся в него. Наконец, взгромоздив на спину рюкзак, Сергей в последний раз осмотрел свою жилплощадь и вышел из квартиры плотно закрыв дверь. Запирать не стал, как и тамбур.

Без проблем вылез из окна и, пригибаясь и прижимаясь к стене, двинулся вдоль дома влево. Там находилась пешеходная дорожка, за которой стоял еще один дом, вытянутый в нужное направление. Справедливо рассудив, что двигаться по дорожкам в данной ситуации будет верхом идиотизма, Сергей решил, что лучше всего будет двигаться вдоль стен домов, стараясь не мелькать под окнами. Здорово напрягало, что ему придется двигаться к дому, находящемуся к нему задним фасадом и под прицелами сотен окон. Но альтернативы не было.Удачно достигнув заданной самому себе точки, осторожно двинулся к выходу из города, внимательно осматриваясь. При этом он почувствовал какую-то неправильность, но сейчас все его внимание было сосредоточено на соседнем дворе. Ибо там обнаружился одинокий зомбак. Правда, стоял он довольно далеко и боком, заинтересованно уставившись на следующую девятиэтажку. Но Сергей не хотел рисковать и, вжимаясь в стену, буквально со скоростью гусеницы преодолевал пространства, где кусты не могли его скрыть. Наконец пройдя до места где угол здания скрыл его от треклятого зомбака и не обнаружив никого в следующем дворе Сергей завертел головой стараясь понять, что его напрягло. Так как конец здания, за которым находился пустырь, сейчас скрытый кустами и затем школа, и т.д. был уже близок, он понял: здания школы не видно. Так же не было видно и высотку, которая должна была быть за школой.

«Че за нах?» - подумал он и покрался вперед. К счастью, за углом дома его никто не поджидал и вскоре, продравшись через кустарник, Сергей вышел на пустырь. Пустыря не было. Как не было и школы, и всего что за ней. Вместо этого был травяной луг, который с небольшим понижением простирался метров на сто и упирался в реку. Самую обычную реку, не очень широкую, метров сто пятьдесят. На лугу там и сям колыхались какие-то цветочки, над которыми порхали бабочки и гудели шмели. Справа, над рекой склонила свои ветви плакучая ива. Слева разрослись заросли камышей и осоки. На другом берегу луг продолжался тоже метров на сто пятьдесят и упирался в колосящееся поле каких-то зерновых, веселенького желтого цвета. «Пшеница» - почему-то подумал Сергей. Слева поле пшеницы упиралось в лес. Картинка была настолько пасторальной, что вот прям сейчас доставай мольберт и краски, и садись писать картину. Он моргнул несколько раз, но пейзаж никуда не исчез. Завороженный и потерявший всякую осторожность Сергей, все равно не веривший в реальность происходящего, сделал несколько шагов по лугу, сорвал травинку, сунул в рот. Травинка была реальной. Подходя к реке, он прикинул, что река проходит примерно там, где раньше была дорога. Сергей повернул голову влево и, прищурившись, рассмотрел нитку моста на том месте, где раньше у дороги был выезд на МКАД. Что-то все равно было здесь неправильным. Что-то не давало Сергею покоя. Еще раз окинув все внимательным взглядом, он понял – в природе не бывает таких четких переходов между лугом и полем, полем и лесом. А тут как будто ножом нарезали. Строго параллельно-перпендикулярно. И слишком тут уж все… мирно, учитывая ужасы последних суток. «А может и ужасов никаких не было» - мелькнула спасительная мысль. Он обернулся, дабы удостоверится что ужасы были. Они были. Из окна третьего этажа дома, вдоль которого Сергей только-что пробирался, высунувшись по пояс, с гастрономическим интересом за ним наблюдал «качок». Встретившись глазами с жертвой, «качок» утробно заурчал и выметнулся из квартиры в облаке цементной пыли. При виде воплощения смерти, идущей за тобой, в организм хлынула мощная волна адреналина, которая смыла поднакопившуюся усталость, непрекращающуюся тошноту и головную боль, а также остатки и так испытующего колоссальные нагрузки разума. Сергей развернулся и, что-то бессвязно крича, бросился к реке. Прочь. Подальше от этого ужаса.

Очнулся он уже на противоположном берегу. Мокрый как мышь. Без рюкзака. Как он здесь очутился – Сергей совершенно не помнил. Куда делся рюкзак – тоже. На том берегу «качок» метался вдоль кромки воды, как-то разочаровано урча. В воду, однако, старался не лезть. Сергей флегматичным взглядом наблюдал за ним, одновременно пытаясь попасть рукой в карман и достать сигареты. Мыслей не было ни одной. В городе что-то грохнуло так, что даже на таком расстоянии земля дрогнула, а по реке пошли небольшие волны. Сергей перевел взгляд на город. Где-то, как он прикинул, в районе метро, вверх поднималось огромное облако черного дыма, похожий на след от ядерного взрыва. «Интересно, что там могло так бумкнуть?» - отстраненно подумал Сергей – «Или вояки ядреную бомбу бахнули? Так вроде вспышки не было». Взрыв заинтересовал и «качка». Обернувшись в ту сторону он секунду смотрел на облако, а затем, резко сорвавшись, скрылся в городских застройках.

Нащупав, наконец, сигареты, вытащил мокрую пачку из кармана. Несколько секунд невидяще смотрел на нее, а затем, размахнувшись, со злостью закинул ее в сторону реки со словами «Да ё…». Нерастраченный адреналин в этот раз нашел себе выход в довольно продолжительной, не менее пяти минут, крайне эмоциональной и полностью нецензурной речи, где из цензурного было только союзы и междометия. Окончание речи было скомкано неожиданно навалившейся слабостью, с которой пришла дикая тошнота и головная боль. В глазах у Сергея потемнело. Он упал на бок в позу эмбриона, даже не в силах встать хотя бы на четвереньки, дабы не испачкать себя рвотными массами. Сколько его так колбасило - сказать не мог. В очередной раз очухавшись, немного полежал, приходя в себя. Затем поднялся и на ватных ногах потопал к реке. По дороге осмотрев себя Сергей с омерзением снял и отбросил в сторону куртку. Умывшись и прополоскав рот, почувствовал себя полегче. Плюнув на предрассудки и здраво рассудив, что подохнуть от холеры в этом мире – привилегия, которую еще надо заслужить, он от души напился прямо из реки, тем более что вода была чистая и дно просматривалось довольно далеко от берега.

Усевшись на бережке, аки Васенцовская Аленушка, Сергей решал, что делать дальше. Рюкзак пропал. С ним пропало все что он собирал с собой в дорогу. «Все что нажито непосильным трудом» - усмехнулся невесело. Самое главное – вода и лекарства. Осталось только то, что имеем при себе. А кстати, что мы имеем? Шмон по карманам, в том числе и куртки, явил на свет несметные богатства: паспорт, кошелек со всей наличностью на сегодняшний день, носовой платок, утопленный телефон, две зажигалки и складной туристический нож, тот который «все в одном»: нож, ложка, шило, штопор и открывалка. Поразмыслив, Сергей решил, что такими богатствами как куртка, в его положении, разбрасываться не следует и, тщательно ее отстирав, развесил стекать на прибрежную растительность. Одежда, бывшая на нем, при нынешней жаре уже почти просохла.

С таким «набором выживальщика» соваться в неизведанную местность – чистое самоубийство. Но возвращаться в город – самоубийство еще более вероятное. Один раз сыграв в «русскую рулетку» со смертью, Сергей ни за что не желал повторять это. Значит – город исключаем. Кстати! Он же видел мост. Раз есть мост – есть дороги. Если есть дороги – должны быть люди, которые эти дороги строили и для которых они предназначены. Либо монстры. Как Сергей заметил, они не очень любят воду, но через реку как-то перебрались. Он отошел по лугу чуть выше, залег и начал всматриваться в сторону моста. С расстояния примерно в километр - полтора он не особо чего мог различить, но движение по мосту явно было. Причем в одну сторону. В город. Кто это там, интересно? Люди или монстры, идти или не идти, вот в чем вопрос. Шекспировские терзания разрешила хорошо узнаваемая, даже с такого расстояния, антропоморфная фигура. Вот только пропорции у нее были не человеческие. И росту, судя по расстоянию, метра три. От такого зрелища Сергей ужом, на пузе, съехал к воде, зарекаясь приближаться к дорогам вообще, и к мостам в частности.

Итак, осталось только два направления. Либо вдоль реки, на север, по географии этого шизанутого мира. Либо на запад, по полям и лесам. Сергею как-то не очень нравилось открытое пространство, лес ему импонировал больше. Там хоть, в случае чего, спрятаться есть где. Ну или на дерево залезть. А если топать на север – то только в пшеницу жопой кверху нырять. Решено – идем на запад!

Приняв решение, он от души напился, пытаясь сделать это «про запас». Собрал свои нехитрые пожитки. Повязал куртку за рукава вокруг пояса. Намочил маску, обнаруженную на шее, в воде и повязал на голову на манер платка. Дышалось тут намного легче и надобность в маске отпала. После чего, опасливо кося глазом в сторону моста, юркнул в пшеницу и, пройдя достаточное расстояние, чтобы деревья закрывали его от гипотетического взора тварей на мосту, резко взял влево. Передвигаться решил по кромке леса, особо не углубляясь, чтобы все время было видно поле. Ибо Дерсу Узала из него еще тот и он, как истинный сын каменных джунглей, был уверен, что заплутает, как только потеряет ориентир.Спрятавшись под деревья, он почувствовал себя немного увереннее, что, впрочем, не отобразилось на его поганом состоянии здоровья, и двинулся вперед.

Ну что же, здравствуй новый мир!

Глава 5

Толстый, мохнатый шмель на секунду завис, прицелившись к цветку клевера, и тут же спикировал на добычу, уцепившись в нее всеми лапами. Цветок под немалым грузом опасно закачался, стараясь скинуть с себя наездника. Полосатый ковбой не собирался просто так сдаваться и веселое родео набирало обороты, но было нагло прервано ногой в грязной кроссовке.

Сергей брел дерганной походкой зомби по полю. В его состоянии сосновый бор, где деревья отстоят друг от друга на несколько метров, был непреодолимой преградой. Поэтому в один из моментов просветления сознания было принято решение идти по открытой местности, держа лес слева. Если Сергей думал, что на берегу реки ему было плохо, то он жестоко ошибался. Тогда еще было терпимо.

Когда он «включался», то испытывал постоянную тошноту и головную боль. Загустевшая кровь стучала в виски барабанами. К ногам, казалось, приковали по пудовой гире и их приходилось тащить за собой. Глаза практически ничего не видели из-за забившего их гноя. Жажда уже давно держала Сергея цепкой хваткой за горло и теперь лишь медленно, с наслаждением, сжимала свои пальцы. Если человек на семьдесят процентов состоит из воды, то Сергею казалось, что у него осталось не более тридцати.

В таком состоянии он изобрел свой способ передвижения. Намечал какой либо ориентир и соскальзывал в полуобморок, где его мучения были не настолько острыми. Далее тело само, кто знает на каких инстинктах, телепалось до выбранной точки и Сергею снова усилием воли приходилось возвращаться в реальный мир, чтобы наметить новый ориентир.

Сколько он брел таким образом – понятия не имел. Куртка осталась где-то сзади. Поле с пшеницей, которое было в начале его путешествия, сменилось лугом. Затем выжженной на солнце степью, с редким кустарником. Потом опять полем, но уже с другой культурой, которую Сергей даже и не пытался рассмотреть. Все эти метаморфозы его никак не удивляли.

Несколько раз Сергей не удерживался в полуобморочном состоянии и скатывался в полноценный обморок. Тем не менее, очухавшись, он заставлял себя подняться и упорно идти вперед. Зачем ему это надо – Сергей уже забыл. Куда идти – он тоже уже не понимал. Просто помнил, что необходимо держаться кромки леса. Если бы Сергей был в адекватном состоянии он бы заметил, что дорога, от которой он пытался держаться подальше, сделала плавный изгиб вправо и теперь уже просматривалась сквозь деревья.

Обонятельные рецепторы уловили очередную молекулу и передали информацию в мозг. Мозг, проанализировав поступившую информацию, подал общую команду «Опасность!». Истощенные последними событиями надпочечники выпустили в кровь очередную порцию адреналина.

Вывалившись в очередной раз из своего полуобморока Сергей непонимающе завертел головой. Что-то его тревожило. Какой-то раздражитель заставил его вынырнуть раньше намеченного ориентира. Он принюхался. Вот оно! В успокаивающий запах соснового леса и полевых цветов вплетался сладковатый аромат смерти. Он протер, как мог, футболкой глаза и осторожно двинулся вперед. С удивлением заметил, что самочувствие немного улучшилось. Нет, все те симптомы, что терзали его последнее время, никуда не делись, но немого поумерили свой градус.

По мере продвижения вперед запах разложения усиливался. Сергей активнее закрутил головой, остро жалея, что нечем промыть глаза. Естественно, после того как вволю напьется. И сразу же дал сам себе мысленный подзатыльник за неуместные сейчас мыли.

Вскоре Сергей увидел в лесу, среди одинаковых деревьев, какую-то неправильность. Он осторожно направился к заинтересовавшей его аномалии, тем более и нос вел туда же. Подобрался поближе и пораженно замер. На сосне висела бронемашина. Что за бронемашина и как сосна не сломалась под ее весом Сергея сейчас не волновало. Он увидел ЕГО. Среди деревьев, рядом с кучкой черного тряпья, из которой выглядывала кость с остатками черного, гниющего мяса, лежал большой рюкзак. Весь в разводах засохшей крови, под которой угадывался камуфляж типа «цифра». Мозг сразу выдал ассоциацию: рюкзак равно вода.

Как загипнотизированные бандерлоги шли в пасть к удаву Каа, так и Сергей шагал с вытянутыми руками к рюкзаку. Сейчас он как никогда напоминал зомбака. Но рюкзак так просто даваться в руки не спешил. Когда до добычи оставалось метров пять, Сергея буквально бросил на колени спазм желудка. Тошнота и до этого мучила почти постоянными спазмами, как только он учуял запах разложения, но тут этот запах был в огромной концентрации и представлял из себя уже химическое оружие.

Сергей кое-как отполз назад. Желудок еще пару минут поизображал что из него можно что-то выдавить, потом поняв, что только его самого, настороженно успокоился. Вытерев слезящиеся глаза, хотя откуда слезам было взяться, Сергей как тигр в клетке заходил возле опасной зоны. Проклятый рюкзак занимал все его мысли и не позволял размышлять рационально. Сначала он хотел найти ветку подлиннее и зацепить рюкзак, но оглядевшись понял, что в сосновом бору это будет сделать проблематично. Затем пошарил по карманам и уставился на содержимое, пытаясь понять, как это поможет ему добыть трофей. Переведя взгляд ниже Сергей протянул:

- Вот я дебииииил!

Вновь подойдя к границе опасной зоны Сергей снял футболку, плотно намотал на лицо, закрыв нижнюю часть и начал глубоко дышать, вентилируя легкие, как перед длительным погружением в воду. Когда голова немного закружилась от избытка кислорода Сергей, задержав дыхание, бросился вперед. Ему казалось, что он бьет все рекорды по бегу хотя, на самом деле, его скорость не превышала скорость обычного человека, идущего быстрой походкой. Достигнув рюкзака Сергей попытался его поднять, но это оказалось не по силам измученному организму. Скрипнув зубами, он ухватил добычу за лямку и волоком потащил его прочь. Когда от недостатка кислорода в глазах начало темнеть, Сергей рискнул сделать вдох. С радостью поняв, что может дышать, он бросил, наконец, лямку, содрал со рта импровизированный противогаз и тяжело задышал.

Жажда требовала приступить к потрошению немедленно. Однако тошнота была против соседства рядом с гнилой плотью и настоятельно рекомендовала убраться отсюда подальше. Тяжело вздохнув, Сергей вернул футболку на место, поудобнее перехватил рюкзак и поволок трофей в более благопахнущее место.

Оттащив свою ношу метров на сто в сторону, он плюхнулся рядом, тяжело отдуваясь. Было такое впечатление что рюкзак набит наковальнями, а свободное пространство между ними засыпано песком. Впрочем, жажда не дала долго рассиживаться, и он приступил к потрошению. Открыв основное отделение на самом верху увидел вожделенную бутылку. Полуторная пластиковая бутылка, наполненная мутноватой жидкостью желтого оттенка. Дикая жажда смела все барьеры предосторожности, и Сергей готов был выпить сейчас даже соляную кислоту, лишь бы что-то жидкое. Трясущимися руками открутив пробку он торопливо сделал три богатырских глотка, подавившись на четвертом.

Как-то в гостях, в одной из деревенек в Курской области, Сергея угощали самогоном, сделанным на кормовой свекле. С тех пор он был свято уверен, что худшего пойла в мире нет. Но тот самогон был просто амброзией, напитком богов, по сравнению с этим… этой… этим не понятно, чем. Судорожно пытаясь утихомирить взбунтовавшийся желудок и не упустить ни капли драгоценной жидкости Сергей, часто дыша, пытался проанализировать что же он все-таки в себя влил. Это явно была не вода. Напиток был алкогольный, что внушало надежду что это не отрава. Вкусовой букет – премерзопакостнейший. Послевкусие такое, что Сергей на одном упрямстве удерживал только что проглоченное у себя внутри.

Повозмущавшись пару минут, желудок начал успокаиваться. Одновременно вместе с ним, к изумлению Сергея, начала успокаиваться и головная боль. Постепенно отступала жажда и даже общая слабость ушла куда-то в тень.

- А нефиговый похмелятор. – приподняв бутылку и посмотрев через нее на свет пробормотал Сергей – Вкусовые качества еще бы улучшить – цены бы не было.

Посидев некоторое время, он с удовольствием отмечал как проясняется зрение. Уши, кроме стука собственного сердца, начинают различать посторонние звуки. Улучшается обоняние и вообще, организм начинает приходить в норму. Для ускорения этого процесса Сергей решил повторить прием чудо жидкости. Произнеся сакраментальное «не пьянства ради, а томко здоровья для» он резко выдохнул и запрокинул бутылку, заранее содрогаясь.

На удивление, второй прием прошел гораздо легче. И даже желудок почти не возмущался. Тем не менее, больше двух глотков Сергей сделать не смог.

- Какая же все-таки гадость, эта ваша заливная рыба! – вытерев губы ладонью произнес он.

Аккуратно завинтив крышку, Сергей положил бутылку около себя, откинулся на спину и прикрыл глаза, прислушиваясь к себе.

Буквально через десять-пятнадцать минут самочувствие стало лучше, чем было позавчера. Еще до того, как всё началось. Заодно появился аппетит. Сергей вспомнил что в последний раз ел позавчера вечером, а физические нагрузки за последние сутки превысили недельную норму в обычной жизни.

- Так и похудеть недолго. – бодро пробормотал Сергей и поморщился.

Слабый порыв ветерка принес волну запахов от места, где странный аппарат висел на дереве. Да и от рюкзака пахло совсем не фиалками. Обострившееся обоняние сыграло с хозяином злую шутку. Закрутив головой в поисках места, где можно спокойно продолжить потрошение рюкзака, Сергей, наконец-то, сквозь деревья заметил дорогу.

- Опа! – пробормотал он –А что это ты тут делаешь? Или правильно будет что я здесь делаю? Дорога же должна быть от меня километрах в двух – трех…

Увидев дорогу, он сразу же вспомнил тварей, от которых убегал с утра. Резко подобравшись, спрятался за дерево. Но на дороге, насколько хватало взгляда, все было спокойно. Никакого движения не наблюдалось. Оглянувшись назад, Сергей увидел противоположную кромку леса, за которой было поле. Значит, с пути он не сбился. Или лес пришел к дороге ближе, или дорога в какой-то момент свернула.

-И что теперь делать? – вопросил Сергей в пустоту. Желудок квакнул. – Правильно, сначала надо поесть. Думать будем позже.

Прикинув направление ветра, приносящего неприятный запах, он по широкой дуге обошел его источник и расположился метрах в трехстах. Рюкзак на этот раз не казался неподъемным и легко переместился вместе с новым хозяином.

Постаравшись со всем возможным комфортом расположиться на корнях большой сосны, Сергей приступил к вдумчивому потрошению рюкзака на предмет «чего поесть». Но первым в его руки, не считая живчика, попал нож. И не просто нож, а НОЖ. С таким Рэмбо, в одноименном фильме, бегал и резал глотки сначала американским полицейским, потом вьетнамским коммунистам. Ну а в третьей части уже и до русских добрался.

- И на хрена он такой нужен? – вопрошал Сергей, с восторгом смотря на нож – Это же не нож, это древнеримский гладиус какой-то! Ладно, отложим пока.

Через две минуты начинающий мародер извлек из рюкзака шесть квадратных банок с тефтелями и различными кашами. И две объемные банки без надписей, зато в легко узнаваемом техническом вазелине и промасленной бумаге.

- Вот это раритеееет! – протянул Сергей – И откуда только достали?

Он тщательно оттер банку от вазелина и озадачено хмыкнул, найдя год изготовления – 2018.

- Да не. – пробормотал себе под нос – Их же годах в 80-х перестали выпускать.

Тщательно осмотрев банку на предмет вздутия и коррозии, не найди ни того, ни другого, решился на дегустацию.

Как-то один знакомый военный поделился армейской мудростью, как лучше всего употреблять холодную тушенку, если нет возможности ее разогреть. Банку необходимо вскрывать с донца. Тогда весь жир, которым заливают тушенку, останется снизу. И можно спокойно употреблять чистое мясо. Впоследствии жир, с остатками мяса, намазывается на галеты. И такие «бутерброды» идут «на ура» и с кашами, и с чаем.

Намучавшись с ухорезом, все-таки он великоват для подобных операций, Сергей открыл банку. Так как он преднамеренно вскрывал снизу, то весь жир остался внизу, а сверху предстали, во всем своем великолепии, крупные куски мяса. Осторожно понюхав тушенку, он унюхал запах от рюкзака, пропитавшегося трупным смрадом. В раздражении отошел на пару метров подальше и повторил попытку. Вроде ничем посторонним не пахло. Мясо и пряности. Осторожно попробовал на вкус и очнулся уже тогда, когда выскребал пальцем последние крохи по бортикам.

Закусив великолепную тушенку парой банок с кашей и запив водой, бутылку с которой нашел чуть позже, Сергей почувствовал себя вообще замечательно. Начала накатывать сытая дрёма – сказались бессонная ночь, длительные физические нагрузки и общая стрессовая ситуация последних дней. Помотав потяжелевшей головой Сергей отвесил себе пару пощечин, понимая что такая беспечность может привести к трагическим последствиям. Помогло не очень. Достал чудо-похмелятор, повертел в руках, прислушался к ощущениям. Расставаться с отличным обедом совсем не хотелось, если вдруг желудок начнет дурить. Желудок на внешний вид никак не отреагировал, и Сергей решил сделать глоток. Организм благосклонно принял такое подношение, да и вкус уже не казался таким гадостным.

Отхлебнув еще раз Сергей закрыл лекарство – идти неизвестно сколько и удастся ли еще найти такое лекарство – неизвестно. Хотя… Там, где был один рюкзак, может оказаться и второй, и третий. Может стоит проверить? На такие мысли желудок отреагировал довольно негативно.

- Эй! Эй! – воскликнул Сергей – Успокойся, приятель! Не пойду я туда, пока ты все не переваришь.

Тело от лекарства наполнилось бодростью, и Сергей решил посмотреть, чем его еще одарит чудо-рюкзак. В нем нашлись вещи: запаянные в пластик комплект нижнего белья, носки и комплект черной униформы с шевронами «Институт». Сергей такому подарку очень обрадовался, ибо упакованные вещи не впитали в себя запах разложения. Впрочем, радовался Сергей, как оказалось, рано. Владельцем одежды, судя по размеру, был какой-то низкорослый дрыщ. Как он мог переть такой рюкзак – Сергей категорически не представлял. С другой стороны, они же на броне были.

В одном из карманов нашлась пачка одинаковых брошюр, похожих на рекламные. Яркая обложка, хорошая глянцевая бумага. Обложка сразу же привлекла к себе внимание крупной надписью: «Новичку STIKS». Сверху, небольшими буквами, опять отметился загадочный институт.

Сергей, с улыбкой, в быстром темпе «протрещал» несколько страниц с конца брошюры, но вдруг дернулся, как от удара током и отмотал несколько страниц вперед. И уже без улыбки всмотрелся в великолепную фотографию на всю страницу. С фотографии на него смотрел скалящийся «качок». Подпись под фото гласила: «Лотерейщик».

Он открыл брошюру на первой странице и углубился в изучение.

- Значится не «спортсмен», а «бегун». Не «качок», а «лотерейщик». Не «рыцарь», а «рубер». Кластеры, перезагрузки, живчики, спораны, горохи, и вся остальная поебень! Добро пожаловать в Улей, Сереженка! Блеать!

Сергей вскочил и от души наподдал ногой по толстому сосновому корню. Боль в отбитом пальце немного отрезвила. Сергей спохватился и внимательно осмотрелся. То, что он попал не в сказку – это было понятно с самого начала. Но такой жопы он явно не ожидал. Самое обидное, что выход из этого уютного филиальчика ада, судя по брошюре, был исключительно вперед ногами.

Прищурившись, он глянул на местное светило. Солнце уже давно перевалило зенит и уже прошло половину пути до горизонта. Оставаться ночью на открытой местности в Улье брошюра крайне не рекомендовала. Сергей резво подскочил к рюкзаку и, особо не церемонясь, вытряхнул все содержимое на землю. Таскаться с источником дурного запаха за плечами ему не хотелось. Нашел то, что он видел в глубине, а именно обычный пакет из сетевого супермаркета. Вытряхнув содержимое, там оказались ботинки, Сергей в темпе начал закидывать в пакет необходимые для дальнейшего путешествия вещи. Взять хотелось все, но пакет, к сожалению, не резиновый. В пакет однозначно отправилась ополовиненная бутылка воды, пара банок консервов, футболка бывшего владельца, в качестве тряпки, аптечка, найденный мешочек со споранами и еще несколько вещей. В обязательном порядке был прихвачен живчик – так правильно назывался похмелятор. Лекарство, без которого имунному в Улье не выжить. Финальным аккордом Сергей прицепил Рэмбовский ухорез за клипсу к своему ремню.

Он решил продолжать свой путь также, как и шел до этого. Вдоль кромки поля и леса. Только сейчас он не будет телепаться слепым зомбаком, а будет высматривать убежище. Все-таки дорога Сергею не нравилась. Он еще помнил КТО по ней прошел до моста.

Вот уже пару часов Сергей топал бодрой походкой по намеченному маршруту. Дорога, опасно приблизившаяся к краю бора, сделала плавный изгиб влево и вскоре скрылась за деревьями. Справа поле опять сменилось зеленым лугом, с редким вкраплением кустарника. Слева просторный сосновый бор уступил место смешанному лесу, гораздо худшему, в плане наблюдения.

Несколько раз Сергей видел вдали, за полем, какие-то строения. Но что это было – рассмотреть не смог. А терять время и выяснять что там - не хотелось. Да и трусил выходить на открытое пространство, честно говоря. В конце концов он решил, что если не найдет в ближайшее время подходящего убежища, то сможет переночевать и в лесу. На дереве. И уже когда Сергей подумывал свернуть налево и заняться поиском подходящего дерева для ночлега, перед ним, из-за дерева, вышел человек в камуфляже и наставил на него оружие.

Оба замерли. Незнакомец молча рассматривал Сергея. Тот тоже не решался нарушить тишину, в свою очередь глазея на первого нормального местного, так негостеприимно встретившего его в Улье.

Лет тридцать на вид. Среднего роста. Худощавое телосложение. Острое, крысиное лицо. Очень неприятный, ощупывающий взгляд темных глаз. Открытые участки кожи покрывал темно-коричневый загар. Такой бывает у местных жителей курортных зон, где много солнца. Короткая стрижка «под машинку» черных волос и трехдневная щетина завершали образ. «Неприятный тип» - решил Сергей. Как правило, первые впечатления его не обманывали. Одет незнакомец был в камуфляжные брюки и такую же куртку. На ногах что-то либо военное, либо туристическое с высоким берцем. А вот глядя на снаряжение, у Сергея заблестели глаза. Незнакомец был упакован как крутой спецназовец из кино. Тут тебе и тактическая кобура на бедре. И разгрузка с какими-то подсумками. На ремне висят фляги, нож и топор? Сергей присмотрелся – действительно топор, чем-то напоминающий разновидность чекана, с шипом вместо обуха. Судя по широким лямкам незнакомец явно не налегке, за спиной висит рюкзак. Оружие в его руках с такого ракурса не удалось рассмотреть, но, судя по толщине ствола – что-то с глушителем.

Сергей уже набрал в легкие воздуха, чтобы поздороваться, глупо молча стоять друг перед другом, надо начинать общение, когда незнакомец перевел взгляд ему за правое плечо и дернул подбородком вверх, как будто на что-то указывая. Как оказалось, жест предназначался не Сергею.

- Никого. – прогудело, как из бочки, справа от Сергея.

Он шарахнулся в сторону от голоса, ибо был уверен, что рядом с ним секунду назад никого не было, а увидев кто это произнес, чуть не убежал в лес. Ибо на расстоянии метра от него стоял лотерейщик! Лишь внезапный страх, сковавший ноги, не позволил Сергею пустится в бега. Лотерейщик не нападал. Лишь чуть успокоившись Сергей сообразил, что это человек. Да и немудрено было спутать, тем более новичку.

Рядом с ним стоял здоровенный детина. За два метра ростом точно. С развитым плечевым поясом. Приглядевшись, Сергей понял, что хоть фигурой и напоминает лотерейщика, но все-таки нет. Просто парень дружит, или дружил, со спортом. Фигура накачанная, но не гипертрофированно, а именно гармонично, как у хороших культуристов. На мощной шее покоилась обычная, человеческая голова. Лицо для такой фигуры доброе, открытое. Тяжелая нижняя челюсть сначала ввела Сергея в заблуждение при первом взгляде, позволив принять за зараженного. Пухлые, детские губы. Тонкий нос. Высокий лоб под волосами пшеничного цвета. И огромные, просто неприлично большие для мужчины голубые глаза. Загоревшая кожа намекала что он тоже из местных. На вид парню больше двадцати пяти лет дать было нельзя. Упакован он был не хуже первого незнакомца, а в руках держал Печенег с оптическим прицелом, глушителем и тактической рукоятью.

- Что же ты так от Малыша дергаешься? – решил нарушить тишину первый незнакомец, опустивший к тому времени свое оружие – Он не кусается. Будем знакомится. Он – Малыш. Меня звать Геббельс. А тебя?

Собиравшийся ответить Сергей подавился воздухом и с изумлением уставился на говорящего, вытаращив глаза и открыв рот.

- Что, знакомое имя? – недобро сощурился Геббельс, при этом чуть двинув стволом и он опять смотрел точно на Сергея.

- Конечно! – опомнился Сергей – Только самый последний двоечник в школе не знает имени министра пропаганды третьего рейха.

Стороны поменялись местами. Теперь Геббельс, опустив ствол, смотрел на Сергея с изумлением, выпучив глаза и откинув челюсть.

- А это правда вы? – не дал ему опомнится Сергей – Так вы же вроде отравились. – он с сомнением посмотрел на Геббельса – Да и внешне не очень похожи. Я фотки в инете видел. Или в этом безумном мире можно внешность поменять?

Геббельс хихикнул раз, другой, а потом, запрокинув голову, захохотал во все горло. Слишком громко. Сергей суетливо закрутил головой – он помнил, что громкие звуки привлекают тварей. А Геббельс никак не успокаивался. Он подошел к ближайшему дереву и, согнувшись и уперев в ствол руку, уже тихонько подвывал. Бормоча при этом «ну надо же, расскажи кому – не поверят». Сергей переглянулся с Малышом. Тот недоуменно пожал плечами. Сергей тоже не совсем понимал причину веселья.

Наконец Геббельс утихомирился и, вытирая слезы, подошел к Сергею.

- Если бы ты не был новичком, я бы решил, что ты издеваешься.

- А что, видно что я новичок?

- Ну а кто еще по Улью загвазданный как пустыш и с пакетиком в руках гуляет? Да и бледный ты, как поганка.

Сергей осмотрел себя. Ну да, после путешествия на откате, да еще и со споровым голоданием его трудно было назвать франтом. Если откровенно, то выглядел он как бомж.

- Парень, ты в Улье. Тут теперь все по-другому. – продолжил тем временем Геббельс.

- Я в курсе. – невежливо перебил Сергей.

- Да? – Геббельс вопросительно изогнул бровь. – И откуда такой образованный свежак берется?

- Прочитал. – Сергей, порывшись в пакете, достал брошюру и протянул вперед. – Вот. Только там про имена ничего не сказано.

Геббельс, взяв брошюру, одобрительно покачал головой.

- Институтская штучка. Хорошая вещь. Но тут много, о чем не сказано. Тут только начальные сведения, чтобы новичок не сдох в первые дни. Где взял? – сменил он тему.

- Там рюкзак нашел. – Сергей неопределенно махнул себе за спину, решив не вдаваться в подробности. – Вот в нем и было. А также живчик, нож, жратва. Ну и по мелочи. Тряпки, там.

- Ясно. Сам откуда?

- Из Москвы.

- Из Москвы? – переспросил Геббельс недоверчиво.

- Ну да. Из Москвы.

- Москва же на западе грузится. Малыш? – Геббельс вопросительно посмотрел на напарника.

- Там какой-то район с домами грузится. – Малыш мотнул головой в сторону, с которой пришел Сергей. – Гнилое место. Горбатые пару колонн посылали – никто не вернулся. Да и не выползает оттуда почти никто.

- Очень странный район. – Геббельс задумчиво посмотрел на восток. – Сам давно уже здесь? – вновь обратился он к Сергею. – Сколько времени прошло после кисляка?

- Нуууууу… - протянул тот, вспоминая – Вторые сутки получается.

В глазах у Геббельса зажегся огонек интереса.

- Дай-ка я тебя гляну. – он шагнул вперед, одновременно поднимая руки.

- Эй-эй-эй! Ты чего! – Сергей отступил на шаг.

- Да не дергайся ты! Я – знахарь.

- Ты же сказал, что ты – Геббельс.

- Да блин! Дар у меня знахаря.

- Что за дар? В брошюре об этом ничего не написано.

- Малыш, подержи его. – Геббельсу надоело танцевать с Сергеем.

Мощные руки обхватили Сергея за плечи сзади, прижав к туловищу. В тот же момент он почувствовал себя маленькой деталькой, зажатой в мощных тисках. Он мог дергаться, пыхтеть и даже кричать, но двигаться не мог. Геббельс подошел к нему и, воздев руки над головой Сергея, стал водить ими аки заправский экстрасенс.

В тот же момент Сергей почувствовал, как под черепом забегали сотни маленьких тараканов. Не очень приятное ощущение, но ничего страшного не произошло. Геббельс еще минут пять крутился вокруг Сергея, размахивая руками. Иногда он что-то бормотал себе под нос. Иногда вскрикивал «Ну надо же!», «Просто замечательно!», «Вот это повезло!».

- Этого берем с собой. Наконец-то попался нормальный материал для исследования. Я бы даже сказал – идеальный. – отлипнув, наконец, от исследуемого Геббельс коротко кивнул Малышу.

У Сергея сразу же возникло сто вопросов и тысяча возражений. Но ему не дали произнести ни единого слова. Мощный удар по затылку швырнул его в объятия темноты.

Глава 6

Голова раскалывалась. Опять. Очнувшись от собственного стона, Сергей открыл глаза. Припомнив последние события, он снова застонал. Теперь уже от досады. В брошюре много рассказывали про сам Улей и различных тварей, населяющих его. Но как-то обошли тему самой страшной твари во все времена и на любой территории – человека. Хотя сам ведь не мальчик уже, мог бы и догадаться. И с чего он вдруг решил, что люди, перед лицом смертельной опасности, все вдруг как соберутся вместе, как начнут любить друг друга. И всем новеньким будут рады до усрачки. Как же, еще один конкурент пожаловал! И ведь смотрел лекции антропологов в инете. А они ни раз повторяли, что даже в древнейшие времена, когда шанс сдохнуть, не дожив до двадцати пяти, от болезней и когтей хищника приближался к ста процентам, люди с удовольствием проламывали друг другу черепа и протыкали копьями. «Homo homini lupus est» - еще Плавт сказал, до рождения Христа[1].

Он обвел взглядом помещение, где находился. Небольшой закуток два на три метра. С трех сторон стены оббиты грубыми деревянными щитами из нестроганых досок. Сергей ковырнул пальцем щель между досками и поднес его к глазам. Земля. Вернее, похоже на глину. Да ему-то какая разница! С четвертой стороны комнату перекрывала металлическая решетка из толстых, вертикально стоящих прутьев. Там же находилась и решетчатая дверь.

Из удобств – деревянный топчан с ватным матрацем, на котором он сейчас лежал. Табуретка, с ворохом тряпья и ведро в углу. «Параша» - догадался Сергей – «Ну зашибись, каталажка в стиле вестерн, только еще и под землей, кажется».

В комнате, да ладно, в камере царил полумрак, единственным источником освещения был тусклый свет из коридора, куда выходила решетка. Коридор заканчивался проемом в более просторное помещение. Полностью рассмотреть, что находится в том помещении не удавалось, но и того что было видно Сергею очень не понравилось.

Посередине стояла кушетка самого медицинского вида, со свисающими ремнями. Вокруг которой Геббельс, весело насвистывая, устанавливал какую-то аппаратуру. Учитывая последние слова, которые он слышал перед тем, как его вырубили, Сергей даже не сомневался для кого готовят это прокрустово ложе.

- А! Очнулся наконец! – в проем заглянул Геббельс – Уверен, что у тебя множество вопросов. Сейчас тут закончу и загляну. А пока – одежда на табурете, живчик в углу.

«Чтобы ты там за что-нибудь зацепился и шею себе свернул» - от всей души пожелал в ответ Сергей, правда, мысленно. Нарываться пока не стал.

Сев на топчан, Сергей обнаружил себя полностью голым. Заподозрив самое страшное для каждого настоящего мужчины, с тревогой прислушался к себе. Но нет. Задница, вроде, не болела. На табуретке его дожидались трусы, футболка и спортивные штаны. Судя по размерам – из гардероба Малыша. «Ну да, от этого крысеныша на меня вещи не налезут» - подумал Сергей. С подозрением обнюхав каждый предмет одежды он убедился, что вещи чистые. Более того – новые. Есть в новых вещах, из магазина свой, оригинальный запах.

На полу дожидались тапочки. Сергей вначале даже не поверил своим глазам. Обычные домашние тапочки. К счастью, вполне нормального, сорок пятого размера. Ласты от Малыша Сергей вряд ли смог носить. Пол, кстати, как и потолок тоже были земляные, что подтверждало его гипотезу о подземном месте пребывания. И если потолок кое-как соизволили зашить доской, то пол неприятно холодил ноги.

Отхлебнув живчика Сергей сел и стал размышлять, зачем он понадобился этой паре психов и как отсюда сделать ноги. В конце концов он умудрился вырваться из кишащего монстрами города. Понемногу его мысли скатились к вопросу о предстоящей медицинской процедуре. А так как собственное воображение - лучший палач, то к приходу Геббельса Сергей уже всерьёз подумывал о том, как бы половчее покончить жизнь самоубийством, лишь бы не попасть на стол вивисектору.

Наконец Геббельс закончил и зашел в коридор, неся в руке такой же табурет, как и тот, что был в камере. Подойдя к решетке и сев на него, он заговорил:

- Как я говорил, я готов ответить на твои вопросы, но сначала съешь это.

Геббельс протянул ладонь, на ней перекатывался шарик красного цвета.

- Что это? – спросил Сергей.

- О! – Геббельс закатил глаза – Это вторая по величине ценность в Улье. Красная жемчужина!

- Вторая? – уточнил Сергей.

- Ну извини. – Геббельс картинно развел руками – Белую не завезли. Ешь.

- А если это отрава?

- Парень, не дури. Если бы я захотел тебя убить, то свернул бы шею еще там.

- Но если эта такая великая ценность как ты говоришь, зачем тебе ее давать мне? Какие цели ты преследуешь?

- Я бы мог позвать Малыша, и ты бы не только съел эту жемчужину. Ты бы с удовольствием выхлебал ведро помоев и закусил подгнившим пустышем, но я сегодня добрый. Свежак, принявший жемчужину в первые три дня нахождения в Улье, становятся хигтером. У таких людей дар раскрывается полностью сформированным и очень сильным.

Сергей, успокаивающий свой желудок после перспектив, нарисованных ему Геббельсом, уцепился за знакомое слово:

- Дар?

- Ты сам съешь жемчужину или зовем Малыша? – проигнорировал на этот раз вопрос Геббельс и вопросительно уставился на Сергея.

- Сам.

Сергей протянул ладонь. Как говорится, если изнасилования избежать не удалось, то постарайтесь расслабиться и получить удовольствие. Он зажал жемчужину между большим и указательным пальцами и внимательно ее рассмотрел. Действительно, похожа на жемчуг. От прикосновения, как показалось, она стала нагреваться. Сергей вздохнул, закинул жемчужину в рот и проглотил. В животе потеплело.

- В животе потеплело? Живчиком запей. – посоветовал Геббельс – А так как в твоих глазах сейчас тысячи вопросов – я сначала рассказываю тебе то, чего нет в брошюре, а потом ты мне задаешь свои вопросы. Начну, пожалуй, с даров.

Из вступления Геббельса Сергей узнал о так называемых Дарах Улья. Какие они бывают. Как их прокачивать. Естественно, не поверил. Все это слишком уж на сказку походило. Геббельс в ответ лишь пожал плечами – скоро, мол, сам увидишь.

- Интересно, а какой у меня будет дар? – раскатал губу Сергей.

- Вообще-то, это известно лишь Улью. Но вот в этом конкретном случае я тебе помогу. Вернее, ты мне поможешь. – загадочно улыбнулся Геббельс и Сергей заметил фанатичный огонек в его глазах.

- А вообще, Улей никогда не дает бесполезных даров. – продолжал между тем Геббельс – Бесполезных даров нет. Есть люди с ограниченной фантазией, не умеющие применить свой дар себе на пользу. Вот был я знаком с одним иммунным, у него был дар срать по желанию. Ты вот смеешься, а зря. В рейдах, зачастую, приходится преодолевать огромные расстояния. Все равно – пешком или на колесах. И внезапно скрутивший живот может стоить тебе жизни. Ты ведь не будешь твари кричать «Занято!» сидя в кустах? Вот то-то.

Затем перешли непосредственно к иммунным. Где Сергей понял, что стал практически бессмертным. Правда, глядя на кушетку, он не был уверен, что это надолго. В брошюре говорилось что нельзя есть протухшие консервы и избегать мест с радиационным заражением. Но умалчивалось, что со временем организм приходит к биологическому идеалу, а в дальнейшем наращивает потенциал. Становясь сильнее, быстрее, выносливее и т.д.

- Можешь попрощаться со своими пеньками. – указал на его рот Геббельс – Через неделю вылезут, а потом новые отрастут. Также можешь попрощаться со всеми своими болячками.

После, на простом примере, прошелся по географии Улья.

- Теоретически Улей бесконечен. Представь себе связку сосисок, вытянутых в прямую линию, лежащую на земле. Нет, лучше сарделек. – поправился он.

«Ага» - подумал Сергей - «Давайте, к примеру, возьмем Х. Нет, Х – это мало. Давайте лучше возьмем Y!»

- Сардельки – это регионы проживания иммунных. На восточной стороне сардельки – внешка. Черные кластеры, внешники и муры. О них попозже. На западной – Пекло, Ад, Инферно. Кластеры с мегаполисами и тварями размером с деревенский дом, если не больше. И еще кое с кем, пострашнее. Вот между ними остальные рейдеры и живут. Теоретически, двигаясь на север, или на юг - между регионами можно проходить. Практически – внешка и Пекло настолько сближаются, что это удается сделать лишь немногим счастливчикам.

Прошлись по типам кластеров и теории мультиверсум, применительно к Улью. Сергей заметно расслабился зная, что ТАМ, в принципе, ничего не изменилось.

В финале Геббельс долго рассказывал о фракциях и их непростых взаимоотношениях. Кто такие внешники и муры, какие бывают рейдеры и чем они различаются. Зачем нужны торговцы-барыги и Институт. И, наконец, прошелся по вопросам религий и верованиям Улья.

- Я вижу, ты для себя уже решил кто плохой, а кто хороший. – улыбнулся Геббельс. – Но не стоит делать скоропостижных выводов. Помни о дуализме.

- У меня всегда было плохо с философией. – огрызнулся Сергей – По крайней мере, нормальные других людей на запчасти не режут.

- Конечно. – согласился Геббельс – Они режут их просто так.

- И внешникам не прислуживают. – продолжал упорствовать Сергей.

- Не сотрудничают с ними, ты хотел сказать? – уточнил Геббельс – Это не совсем так.

- Как это?

После чего Геббельс погрузил его в пучину местной политики. Все эти дрязги между своими, союз даже с мурами, лишь бы нагадить ближнему своему. Сдача стабов за деньги, применительно к Улью – за жемчуг.

- Понимаешь, что муры, что «честные», как они себя называют, рейдеры. – тут Геббельс гаденько усмехнулся – Принципиально друг от друга не отличаются. Знаешь, как муры ловят иммунных? Давай расскажу. Выбирается кластер с поселением. Желательно быстрый. Выделяются достаточные силы, чтобы вокруг него можно было замкнуть кольцо. Это не значит, что бойцы должны стоять большой стеной. Просто устраиваются блок посты на точках входа: дороги, мосты и т.д. На открытой местности – снайперские точки, на расстоянии один-два километра друг от друга. Силы размещаются за пару дней до перезагрузки. Перед перезагрузкой начинается исход – твари валят из города, а муры валят тварей. Не всех конечно, кому-то удается уйти. После перезагрузки стволы разворачиваются в другую сторону и валятся те твари, которые спешат полакомится свежатинкой. Ждут пока большинство населения не обратится и не подъест нерасторопных иммунных, обычно пару дней, зависит от кластера. А затем запускают броню с матюгальниками: мы спасатели, пришли вас спасти, выходите – мы поможем. Ну и прочесывают дома с сенсами. Люди сами к ним выходят. А уж после живчика – лучше друзей у них нет.

Сергей слушал, сжимая кулаки.

- А теперь представь себе большой «честный» стаб. Там тысяча постоянного населения и еще две – три приезжего. Их всех надо кормить-поить, одевать-обувать. Ты представляешь какую прорву продуктов может перевести на дерьмо три тысячи человек за одни сутки?

Сергей представил и ему поплохело.

- Кто этим будет заниматься? Специальные команды добытчиков. Только вот потери у них такие, что идти туда никто не хочет. Кроме них есть еще много совсем не героических профессий, на которые люди не стремятся. Тот же ассенизатор – ну, дальше сам додумаешь. И от этих обязанностей все стараются отвертеться как можно скорее. Но без этих людей стаб не сможет функционировать. Как людей на такую работу заманить? Большими зарплатами? Ха! Спораны владельцам стаба самим нужны. Надо кандидата вогнать в долг! И пусть отрабатывает на благо стаба. Но те, кто уже пообтерся в Улье, держаться настороже. Можно, конечно, по пьяной лавочке рейдера на штраф посадить – но это капля в море. Нужны наивные новички. Где их взять? Выбирается кластер с поселением… Далее смотри как действуют муры. Только это у честных называется «спасательная операция». Правда спасенных не предупреждают что эта операция за их счет. Так-то!

- Все равно, они людей на потроха не пускают. – упрямо повторил Сергей.

- Да. – подтвердил Геббельс – Только у новеньких команд добытчиков смертность – около семидесяти процентов.

И подлил еще масла в огонь:

- Ты, наверное, считаешь, что муры – это такие моральные уроды. Зэки, убийцы и прочие маньяки? Действительно, среди них есть такие. Впрочем, как и среди «нормальных». Но сколько их? В Улье у человека раскрываются все скрытые желания. И если мужик всю жизнь мечтал трахнуть десятилетнюю девочку, но его сдерживал фактор наказания за содеянное, то, попав сюда, он ее трахнет – уж будь уверен. Ибо полное беззаконие, оружие в руках – что еще нужно человеку, чтобы ему сорвало крышу? О! Придя в стаб, он будет вести себя тише воды и ниже травы. Но, оставшись в свежем кластере один, он ни в чем себе не откажет. Так что среди «нормальных» процент моральных уродов не ниже, чем у муров. Кстати, многие рейдеры переходят на сторону муров, по разным причинам. Начиная от слюнявых историй про гада-насильника, который убил любимую, предварительно попользовав во все отверстия. И дикого желания отомстить. До банального и наиболее многочисленного случая, когда жертвуют одним членом отряда, чтобы остальные могли уйти.

- Добровольно жертвуют?

- Да щаз! В ногу подстрелят и лежит болезный рейдер. Отстреливается от зараженных до последнего патрона. А тут муры – помогли, перевязали, спек вкололи. И с предложением – «хочешь отомстить?». Ну кто же откажется? И не сверкай на меня так глазами. Мало того, что стабы спят и видят, как бы вцепится соседу в глотку, это происходит на всех уровнях, вплоть до малых отрядов.

Сергей попытался графически представить себе взаимоотношения всех фракций между собой и людей внутри фракций. Мозги начали закипать. Как-то раз он пытался посмотреть в интернете лекцию, где рассказывали о мире с десятью пространственными измерениями. До третьего все было хорошо. Четвертое с трудом, но осилил с перегревом мозга. А вот на пятом мозг сказал «давай дальше без меня» и ушел на перезагрузку. Вот сейчас состояние Сергея было очень близкое к тому. Он ошалело помотал головой.

- Что, тяжко представить? – усмехнулся Геббельс.

Сергей кивнул головой.

- Ну представь себе упрощённую схему. Я как-то вывел такую для себя. Вот друг перед другом стоят два прямоугольника – правый это муры с внешниками, левый, соответственно, честные рейдеры. Представил? Они враждебны друг к другу. А теперь раздели прямоугольник на четыре квадратика. Первый квадратик правого прямоугольника условно нейтрален к третьему квадрату левого прямоугольника. И такие связи можно построить для каждого квадратика. Но в целом, оба прямоугольника враждебные. Сверху от прямоугольников расположи еще два квадрата – это институт и барыги. Эти нейтральны ко всем. И снизу два квадрата – это будут атомиты с сектантами. Эти ребята ко всем враждебны. Так легче?

Сергей неуверенно кивнул.

- И все равно запутано. – сказал он.

- Это еще не запутано. – усмехнулся Геббельс – А теперь мысленно скопируй эту картинку, уменьши в десять раз и помести в каждую фракцию. И так повторяй до бесконечности. Ибо пока есть коллектив, внутри всегда будет явная и тайная вражда, дрязги, интриги и т.д.

Сергей покачал головой.

- Ничего не изменилось. Все как на старой, доброй Земле.

- А что должно поменяться? – удивился Геббельс – Чтобы что-то поменялось, человек сам должен поменяться.

- И что, и у внешников тоже такое... такая банка с пауками?

- А что, внешники не люди, что ли?

- А как же нолды?

- Ты, наверное, чего-то недопонял. Нолдами мы называем всех внешников, чей уровень в технике превосходит наш многократно. У нас тут тоже две группировки нолдов.

- Так внешники еще и неоднородны?

- Конечно нет. Особо друг с другом стараются не грызться, но, бывает, что и повоевать могут.

- А если они настолько крутые в оснащении, что им мешает подмять всю зону под себя. Сидят же. Терпят. Далеко от баз не вылезают.

- Старожилы рассказывали, лет пятьдесят назад тут было четыре группы внешников. Оснащение у них было на нашем уровне. Потом появились два новых игрока. Как раз те, которые сейчас остались. Быстро выкинули «старичков» из песочницы, поделили охотничьи угодья и пошли, как ты выразился, подминать зону под себя. Иммунным совсем житья не стало. Загнали их чуть ли не в Пекло. И тогда из своих берлог повылезали хваты. Раньше так рейдеров называли, а теперь это имя собственное. Это такие иммунные, которые прожили в улье от двадцати лет и больше. Представляешь сколько у них даров и до каких высот они подняты? Загнали внешников на базы и встали. Дальше идти сил не хватает, уж очень большое преимущество у внешников рядом с базами, но и не выпускали их далее пары километров. А внешники здесь ради чего? Ради прибыли. Нет потрохов – нет и прибыли. Да и хватам, в конце концов, надоело караулить их базы. В общем, договорились. Отдали внешникам часть территорий на востоке и порешали – за этой линией шалить не будем, но, если перейдете – уж не обессудьте. Претензии принимать не будем. Также и своим сказали. Что за эту линию – на свой страх и риск. Таким образом, в этом регионе образовались три условные зоны. Восток – Красная Зона. Царство внешников и муров. Центр и Запад – Зеленая, зона ответственности «честных» рейдеров. Между ними – Серая Зона. В которой и муры, а порой и внешники, и рейдеры постоянно пробуют друг друга на зуб. Основное место боестолкновений, постоянные попытки экспансий как с одной, так и с другой стороны. А также мутные стабы, которые с одинаковым удовольствием подмахивают и тем, и этим, при этом сами оставаясь в сторонке. До поры, до времени. Ну и прибежище многочисленных ренегатов как с одной, так и с другой стороны. Да-да, у муров тоже диссиденты бывают.

- Молодцы мужики! – с восторгом сказал Сергей, выражая одобрение действиям хватов.

- Этот случай далеко не единичен. Более того, он периодически повторяется в разных регионах. Улей не терпит доминирования чего-то одного. Ему нравится гармония. Да и не все внешники такие уж звери. В некоторых регионах с ними вполне мирно торгуют. Да даже в нашем я знаю пару таких стабов в серой зоне.

- Что, своих людей на фарш пускают?

- Ну почему сразу на фарш? Нарушил ты какое правило стаба – вот тебе выбор: либо штраф споранами, горохом, жемчугом, если влетел по-крупному. Либо отрабатывай добытчиком. Либо чего-то вырежем не слишком нужное. Печени там, половинку. Или яйцо одно, у тебя их все равно два. – Геббельс посмотрел в ошалевшие глаза Сергея и рассмеялся – Забыл, что я тебе про регенерацию говорил? Через пару недель новое отрастет. Да и донорство есть. На Земле же кровь и сперму сдают за деньги? Тут только ассортимент расширили. Платят честно и много. Тем более внешников не только внутренности интересуют.

- Чего им еще надо?

- Они сюда пришли за ресурсами. Так что все ценное: драгоценные металлы, редкоземельные, предметы искусства. Нефть и газ их не интересует.

Сергей помолчал, пытаясь переварить гигабайты информации, выброшенные на него. Потом встрепенулся и задал более актуальный вопрос.

- Я-то тебе зачем? Тоже выпотрошить и сдать?

Геббельс внимательно посмотрел на него, чуть склонив голову на бок.

- Слушай, ты произвел впечатление умного человека. Стал бы я тебе скармливать жемчужину, если бы хотел вытащить потроха? Сам же теперь представляешь ее стоимость. Знаешь почему меня назвали Геббельсом?

- Пиздишь до хуя? – предположил Сергей.

- Потому-что доктор! – громыхнул Геббельс и глаза его полыхнули гневом – И еще потому, что у моего крестного было извращенное чувство юмора. Я попал сюда доктором биологических наук семь лет назад. Сумел заинтересовать Институт. Работал у них пять лет. Пока мою работу не прикрыли с формулировкой «нецелевое расходование средств» и «исследования, угрожающие стабильности СТИКСа». А чуть позже вообще выкинули из Института.

- Сурово. Что же ты там исследовал?

- У меня было две работы. Первая - по корректировке внешности на этапе формирования кваза. Малыша видел? А ведь он – кваз! Моя работа.

- Значит, все-таки не совсем ошибся, когда его за лотерейщика принял.

- Ну да. Он бы и стал как лотерейщик без моего вмешательства. Лысенький и страшненький. – хихикнул Геббельс – А вот вторая работа – корректировка дара на этапе формирования.

- Ничего себе! Это что, ты можешь любой дар «вырастить»?

- Далеко не любой, ксеров и знахарей, к примеру – нет. Но из ограниченного списка - да. Могу.

- И я могу себе выбрать? – не поверил своему счастью Сергей, мысленно облизываясь.

- Нет. Я взял тебя не для того, чтобы твои хотелки выполнять, а для того, чтобы продолжать исследования. – Геббельс весело посмотрел на Сергея – С тобой мы как раз и будем список расширять.

Сергей быстро спустился с небес на землю. Вернее, под землю. Он лабораторная мышка. И более никто. А у мышек не принято спрашивать в каком из экспериментов они желают участвовать.

- Но почему именно я? Я ведь новичок и ничего не понимаю. Ты рассказывал, как иммунные трясутся над своим даром. Жрут горох в три горла и глотают жемчужины не задумываясь, хотя риск превратится в кваза довольно велик. Да тебе стоило бы свистнуть – и у тебя очередь была бы из желающих заполучить крутое умение, вместо способности срать вовремя.

- На первую часть твоего вопроса я тебе сам отвечу. Далеко не каждому имунному можно подкорректировать дар. Примерно одному из тысячи. С новичками выбор возрастает до одного из ста, примерно. Новички еще не отравлены Ульем. Их организм еще пластичен. А у тебя, плюсом ко всему, очень удачно переплелись… – Геббельс пощелкал пальцами в воздухе, подбирая слова – Нет, ты не поймешь. Для этого нужно быть знахарем. Короче, с такой энергетикой, как у тебя, иммунных очень мало. Один из десяти тысяч. Идеальный вариант для работы. Ну а на второй вопрос ты мне ответь. Только включи логику и подумай.

Сергей задумался, одновременно переваривая ту информацию, что получил ранее по Улью. Стабы нанимают бойцов для защиты, а некоторые, побогаче, содержат свою собственную армию. Боевых даров у иммунных не очень много. Если верить Геббельсу, то процентов двадцать. И даже эти двадцать процентов стоят на первых ролях в Улье. Раскармливать бойцов жемчугом – та еще лотерея, да еще и затратная. Слишком накладно. А с Геббельсом - это не просто лотерея со стопроцентным результатом. Это - возможность штамповать бойцов под конкретные задачи. Да любой стаб никаких жемчужин на это не пожалеет. Невидимые диверсанты, умеющие ходить сквозь стены. Шпионы, обманывающие ментатов и меняющие внешность. Снайпера, попадающие белке в глаз на любой дистанции. Штурмовики, с броней вместо кожи и стреляющие из зенитки с рук. Да много чего придумать можно.

Любой стаб жемчужин не пожалеет, но соседи будут против. Учитывая, как все тут друг друга «любят». Как только станет известно, что кто-то начал выращивать бойцов, а известно станет в любом случае, стаб сотрут с лица земли, вернее Улья. Со всеми жителями, включая кошечек и собачек. Просто так, на всякий случай. А потом и про источник узнают, и будут гонять, пока не достанут. И тоже прибьют. Для общего успокоения. Сергей, по крайней мере, поступил бы именно так.

Он внимательно посмотрел на Геббельса.

- Дошло?

- Не понимаю, как ты с таким счастьем - и на свободе? В смысле, почему еще голова на плечах?

- О! Молодежь не забывает классику. Похвально, похвально.

- Молодежь? – возмутился Сергей – Да я старше тебя!

- Биологически мне шестьдесят восемь лет, молодой человек! – выделил голосом последние слова Геббельс. И, глядя на оторопевшее лицо Сергея, продолжил – Ты все время забываешь о возможностях регенерации иммунных в Улье. Я же тебе говорил, что и возраст откатывается. Тут проходят все болезни и возраст тоже. Можешь забыть про СПИД, рак, инфаркт – тут это не грозит. Помню случай, как рейдеры иммунного притащили с ДЦП. Уж не знаю, чем он им заплатил. Так выздоровел! Хотя ДЦП не лечится вообще. Это…

- Доктор! – перебил Сергей начавшего было разглагольствовать Геббельса – Почему ты еще жив? – вернул он беседу в конструктивное русло.

- Ты действительно хочешь это знать?

- После твоего признание про дары я думаю, что ты меня уже не выпустишь.

- Ну… Я как-то не думал о твоей дальнейшей судьбе. Есть варианты. – туманно ответил Геббельс – Тебе интересно что было после Института? Что же. Примерно полгода я колесил по «правильным» стабам, зарабатывая себе на жизнь. Уже присмотрел себе хороший, богатый стаб, где можно было развернуть лабораторию и заняться продолжением исследовательской деятельности, когда кто-то из понимающих в Институте прочел мои работы. Или до начальства, наконец, дошло чем я занимался. В итоге – Институт спустил на меня всех собак. Пришлось уходить к мурам. Хоть Институт к мурам и нейтральный, все-таки отношения у них более напряженные, чем с рейдерами. С мурами общаются лишь в крайнем случае.

- Что так? Идеальные же поставщики для ваших живодерских экспериментов.

- Я тебе еще раз повторяю: рейдеры от муров практически ничем не отличаются. К рейдерам даже лучше обращаться – берут дешевле. Наловят сколько нужно, причем, по строго заданным параметрам. Еще и бантиком перевяжут по желанию заказчика. Муры, в этом отношении, более безалаберны – привыкли грести всех подряд.

- И что было после того как ты ушел к ним? В смысле, к мурам?

- Потыкался. Осел в богатом муровском стабе.

- Ну да. – понимающе кивнул головой Сергей – Материала для исследований – завались.

- Материала действительно было много, но вот исследований. – Геббельс поморщился – Нос, глава стаба, никак не мог понять перспектив моих исследований, а я не мог ему сказать. У Носа, видишь ли, были стратегические планы. У него было неуемное желание продвинуться еще дальше на запад и подмять под себя несколько кластеров. А для этого нужны были средства. Оружие, боеприпасы, желательно от внешников. А внешников интересовали потроха. «Твои исследования, Геббельс, ничего, кроме геморроя не приносят, только горох со спеком выкидываю как в черную дыру» - Геббельс явно передразнил Носа.

- Ты не рассказал ему о своих исследованиях?

- Я не враг себе. О них никто не знает. Кроме Института. – поправился Геббельс.

- А Малыш?

- Малыш – это Малыш. Не смотря на его внешний вид, у него разум как у семилетнего. Задержка в развитии.

- И не страшно тебе с семилетним ребенком по Улью шататься?

- О нет. – Геббельс улыбнулся – Как боец он любому сто очков форы даст. Да и на бытовом уровне вполне нормально ориентируется. Но вот все, что касается высоких материй – тут он ребенок-ребенком. Так что не пытайся с ним обсуждать Ницше и теорию струн. – Геббельс хихикнул – Не поймет. Кроме того, он мне предан беззаветно.

- Думаешь семилетнего ребенка нельзя сманить вкусной конфеткой?

- Пытались. – Геббельс пожал плечами.

- И что?

- Два трупа. Знаешь, как Малыш меня называет? «Батя». Так что нет, утечки со стороны Малыша я не боюсь.

- И как только Институт за твою голову награду не назначил.

- Почему не назначил? Назначил. На тот момент было две красных жемчужины. Теперь – пять. – Геббельс довольно зажмурился – Расту как цены на бензин. У вас же там опять цены на бензин растут? – спохватился он.

- У нас... У них, там. – сбился Сергей – Сейчас цены на все растут. Только на зарплату падают.

Помолчали.

- И что, никто не попытался отрезать тебе голову и принести на блюдечке Институту? – вернулся из тяжких дум Сергей.

- А зачем? Я Носу давал стабильный доход в черную жемчужину в неделю. Зачем резать голову курице, несущей золотые яйца? Меня еще и охраняли как какого ни будь ксера в стабе.

- Это на чем ты так круто зарабатывал?

- Мы с Носом договорились что я у него работаю буквально за еду. Доктором, знахарем. В ответ он мне предоставляет защиту и дает материал на исследование. Иногда по моей просьбе таскает оборудование с кластеров. Нос хоть и говнистым мужиком был, но бабки считать умел.

- Был? – уцепился Сергей за слово – Судя по всему, в итоге вы не пришли, как говорил один политик, к консенсусу.

- Да. Однажды мы с ним здорово разругались. Нос видел во мне только мясника. Но я не практик. Я – исследователь. Тем более и новая, перспективная тема появилась. – Геббельс подмигнул Сергею – Так что ты будешь принимать участие сразу в двух исследованиях. Гордись!

- Мне и одного слишком много. – пробурчал в ответ Сергей.

- В итоге я понял, что дышать мне здесь не дадут и начал готовится к тому, чтобы исчезнуть. – продолжил между тем Геббельс – Вывез основное оборудование, подготовил сюрпризы, чтобы посильнее «хлопнуть дверью». Ты даже не представляешь, как опасны могут быть безвредные вещества, если их смешать в нужной пропорции. Осталось дождаться, когда у Носа на руках скопится большое количество ингредиентов, необходимых мне в исследованиях, и вуаля! Уйти не попрощавшись, прихватив стабовскую кассу. Впрочем, там не с кем было прощаться. Трупы не особо разговорчивые. – Геббельс хохотнул.

- Ингредиенты для исследований – это жемчуг? – уточнил Сергей.

- Жемчуг, горох, спек, спораны тоже. – подтвердил Геббельс.

- Да за тобой и без тайны твоих исследований весь Улей гоняться должен!

- Есть такое дело. – довольно улыбнулся Геббельс – Однако, вот я сижу. Живой и здоровый. А особо ретивые охотнички уже пошли на перезагрузку. Ну или на удобрение, через желудочно-кишечный тракт тварей. Да и за год ажиотаж немного спал. Пару лет еще посидим тут – и будем думать, как перебраться в соседний регион.

- Кстати. - Сергей решил узнать где они находятся – А где это – тут? И с чего ты решил, что, в конце концов, об этом месте не узнают?

- О! Об этом можешь не беспокоится. – Геббельс самодовольно усмехнулся – Последний, кто знал сюда тропинку, умер на моих руках.

- С чего ты решил, что последний?

- Вся рейдерская группа, которая знала об этом месте, погибла от лап элитника. Проезжающие мимо муры элиту отогнали, забрали тела – не пропадать же добру, и на потрошение. Один оказался живой, хоть и безнадежный. Ничего, моего дара целителя, знаний и спека хватило для того, чтобы он вспомнил и рассказал мне все о своей жизни, включая какого цвета шорты он носил в детском саду, прежде чем я его отпустил.

- Набрели одни, могут набрести и другие.

- Могут. И что они увидят? Одинокую избушку в лесу. Те парни даже не догадались что под избушкой расположен схрон. Для этого необходимо обладать соответствующим даром. Довольно редким, между прочим. Тут не стаб, не поселок. Само место расположено вдалеке от кластеров, где можно поживиться. Тропинка начинается метрах в двадцати от дороги. Рейдерам всех мастей тут делать нечего. Разве что зараженные загонят. Ответь мне, какова вероятность того, что сюда загонят группу рейдеров и среди них окажется человек с нужным даром? Я сам тебе отвечу – она равна нулю.

- Стремится.

- Что?

- Вероятность не может быть равной нулю, доктор. Она может стремится к нулю.

- Ну-ну, умник.

Снова помолчали.

- Ладно, сегодня у тебя был трудный день, завтра будет не менее легкий. Лежи, переваривай информацию. – Геббельс поднялся – Ах да, чуть не забыл. Надо же тебе имя дать, а то так и ходишь, безымянный.

- Мне и со старым хорошо.

- Нет, парень. Со старым нельзя. Старое имя нужно оставить в старом мире. А тут ты в мире новом. И имя, соответственно, должно быть новым. Да и не любит Улей, когда старые имена остаются. Наказывает. Только женщинам можно оставлять. Ты, надеюсь, не женщина?

- Вот ты вроде ученый, доктор наук, если это правда, конечно, а во всякую мистику веришь.

- Э, парень. Я за семь лет здесь такого навидался, что уже во все верю.

- Я сам могу имя выбрать?

- Нет. Имя дает крестный.

- Послал же бог крестного. – еле слышно пробормотал Сергей.

К счастью, Геббельс его не услышал. Картинно подперев рукой подбородок и уперев взгляд в потолок, словно искал там подсказку, он подбирал имя новичку.

- Учитывая тот вид, в котором мы тебя встретили, тебя можно было бы назвать Бомж. Но-но, не вскидывайся ты так. Как мы яхту назовем, так она и поплывет. Хе-хе. В принципе, ты мне очень удачно подвернулся. Удача? Не, бабское какое-то имя. Удачливый? Длинно слишком. Какие там синонимы для «удачи»? Фортуна? Фартовый? Фартовый, фартовый… Фарт!

Геббельс встал прямо, торжественно воздел руки и произнес:

- Именем Улья нарекаю тебя «Фартом»! Отныне ты забудешь свое старое имя и будешь отзываться только на новое! – и добавил уже совершенно нормальным голосом – Ну а теперь отдыхай, Фарт. Завтра и всю следующую неделю у нас много работы. Надеюсь, имя тебе пойдет на пользу и принесет мне удачу.

Развернулся и вышел в комнату, оставив Сергея, теперь уже Фарта, наедине со своими мыслями.

[1] Человек человеку – волк.

Глава 7

- Подъем, лежебока! Належишься еще!

Открыв глаза, Фарт прислушался к своим ощущениям. После вчерашних нагрузок тело отзывалось болью во всех местах сразу. Кряхтя, с трудом принял вертикальное положение. Стоявшая возле кровати бутылка с живчиком казалась недостижимой целью. Немного подвигав корпусом, чуть размял мышцы. Со стоном потянулся к заветной бутылке. «Как алкаш последний.» - мелькнула мысль – «Хотя, собственно, почему как? Тут все алкаши.». С трудом разогнулся и сделал несколько глотков. Облегчение наступало, но не так быстро, как хотелось. Пришлось опять присасываться к живчику.

- Эй! На живчик особо не налегай! – в коридор заглянул Геббельс.

- Да я после вчерашнего марш-броска вообще тела не чувствую! – возмутился в ответ Фарт – Я там. – он махнул рукой – Не более полутора километров ходил. И то, по асфальту! А вчера я даже не знаю сколько отмахал. И заметь, асфальта там не было.

- Ну кто тебе виноват, что ты не по дороге поперся. – развеселился Геббельс.

- Издеваешься?! – у Фарта с утра не было никакого настроения шутить – Твари! Твари мне виноваты! Вся номенклатура с брошюры!

- Ладно, ладно, успокойся. – Геббельс поднял руки в примиряющем жесте – Сиди, откисай. Ах, да! Ведро не пачкай. Сейчас Малыш подойдет – отведет на утренний моцион.

«Блин!» - со злостью подумал Фарт, медленно приходя в себя – «На Земле тюрьмы удалось избежать, так здесь из меня честного сидельца сделали. Или честного арестанта? Еще и кликуху дали, как у блатных».

К решетке подошел Малыш. Опять весь упакованный и с пулеметом на ремне. Открыл дверь и мотнул головой – на выход мол. Фарт встал, не удержался и завел руки за спину, сгорбил спину и пошаркал по коридору.

- Не паясничай. – хмыкнул Геббельс, увидев процессию – Держи. Мыльно-рыльные. Бритва и пена.

- А чего вы меня, в таком случае, в клетке держите? – возмутился Фарт – Как зека какого!

- Потому что нас тут всего двое с Малышом. И нам совсем не хочется, чтобы глупый новичок, возомнив себя Индианой Джонсом, начал бегать по лесам, пока не попадется в когти какой-нибудь твари. Так что можешь считать – для твоей же безопасности.

- Кстати, доктор. - Фарт не спешил уходить, пытаясь как можно тщательнее осмотреться – Пару вопросов.

- Если только пару. – Геббельс сидел перед каким-то, монструозного вида, аппаратом и что-то там подкручивал, и подстраивал.

- Мыльно-рыльные – откуда такие выражения, доктор?!

- С кем поведешься… - недовольно поморщился Геббельс.

- Ага. Ну да. Ну да. Дети иммунные в Улье же имеются?

- Не так, чтобы часто, но да, встречаются.

- И им тоже живчик надо пить?

- Естественно.

- На алкоголе?

- В молоке спораны не растворяются.

- То есть иммунные дети здесь – малолетние алкоголики?

Геббельс непонимающе уставился на него. Потом, скривившись как от лимона, рявкнул:

- Вали уже отсюда!

Фарт, довольный что с утра кому-то удалось испортить настроение, насвистывая, двинулся к лестнице.

Подземная часть убежища, что была доступна взгляду, представляла из себя довольно большое помещение. Фарт оценил его примерно десять на пятнадцать метров. Кроме проема с коридором к камере было еще несколько проемов, задернутые занавесками. Посередине помещения стояла ранее виденная кушетка. Сейчас обставленная штативами с капельницами и различной аппаратурой. Рядом стоял стол, заваленный всякой канцелярщиной. У одной стены высился штабель из ящиков темно-зеленого цвета, выдавая свое армейское происхождение. Также присутствовал еще один стол, заваленный различной оргтехникой, напротив которого стояла доска, с пришпиленным листом бумаги огромного размера. Что там изображено Фарт не рассмотрел. Скудное освещение давали три маломощных лампочки, подвешенные к потолку. Где-то глухо стучал генератор, питая всю эту вакханалию. Дизель или бензин – такие тонкости на слух Фарт определить был не способен. У одной из стен располагалась довольно добротная лестница, ведущая наверх.

«Хоть ноги на всяких стремянках ломать не придется» - удовлетворенно подумал Фарт.

Поднявшись наверх они попали в обычный деревянный домик. Фарт с жадностью рассматривал новую обстановку, но глазу зацепится было абсолютно не за что. Жилье одинокого дачника. Учитывая то, что избушка была в лесу – лесника, наверное. Продавленный диван, кресло-качалка, набор из стола и стульев, которые еще Брежнева видели, такой же шкаф, телевизор с ЭЛТ кинескопом и всё. Единственное что выбивалось из обыденности – это хитро спрятанная ниша, ведущая из подземного схрона, в шкафу. «Добро пожаловать в Нарнию» - сплюнул себе под ноги Фарт. Малыш неодобрительно покосился на него, но промолчал.

Снаружи домик тоже не поражал архитектурными изысками. Таких в любом садовом товариществе – каждый первый. Зато пейзаж радовал глаз. Настоящий мрачный ельник окружал полянку, на которой стоял дом. Фарт с трудом рассмотрел тропинку, которая сюда вела. Солнышко светило с ясного неба. Вокруг щебетали какие-то пичужки. Казалось, что приехал к знакомым на шашлыки, а не попал в кровавый мир СТИКСа.

- Туда. – ткнул стволом пулемета Малыш.

Фарт зашел за угол и чуть не прослезился от умиления – почти возле кромки леса торчал туалет, типа «скворечник», с вырезанным отверстием в виде сердечка на двери. Он даже пригляделся к границе леса и полянки получше. Создалось такое впечатление, что эта полянка с домиком – отдельный кластер. Но, вроде бы, нет. Хотя, с его опытом, определить это было затруднительно.

- Это что – отдельный кластер? – спросил Фарт, повернувшись к Малышу. Увидев в глазах непонимание, поспешил уточнить – Поляна и дом – отдельно, лес – отдельно.

- Нет. – ответил Малыш. Вот и понимай как хочешь.

- А ты не очень разговорчивый. – произнес Фарт и направился к кабинке – Я надолго. И да… Близко советую не подходить. И вообще, лучше держаться наветренной стороны.



Когда он, свежий и выбритый, вошел в дом, там его уже поджидал Геббельс, с машинкой для стрижки волос в руках.

- Садись. – указал он на табурет.

- Зачем? – спросил Фарт, проведя рукой по довольно короткой прическе.

- За шкафом! – рявкнул Геббельс и Фарт понял, что с пререканиями лучше повременить.

Геббельс быстро обрил его машинкой «под ноль», а затем, плюхнув на голову полбаллона пены, довел ее состояние до гладкости бильярдного шара.

Вытирая голову полотенцем, Фарт быстро посмотрел расклад. Малыш снаружи дома, Геббельс стоит спиной, склонившись над столом и что-то там делает, всего в паре метров. Более удобного шанса для побега может и не представится. Знания окружающей местности нет, плана подземных помещений тоже нет. Но идти покорной овечкой на заклание не очень хотелось. Тем более, что он был уверен – после всего услышанного вчера Геббельс его не отпустит. Может быть, его удастся захватить в заложники, а там и с Малышом как-то решить, прикрываясь Геббельсом. Или под землей может быть еще один выход. План так себе, возникший в мозгу спонтанно за секунду, но другого не имеется, значит будем исполнять этот.

Фарт подобрался и рванул к Геббельсу, занося руку для удара и поражаясь собственной смелости. И тут же рухнул на пол, распластавшись как лягушка, которую переехал каток. Такое впечатление, будто на плечи рухнула железобетонная плита. Единственное чем он мог двигать – глазами. Да покряхтывать от натуги.

- Ну наконец-то! – повернулся к нему Геббельс – А я уж думал, что ты так и не решишься.

Он подошел к Фарту и сел перед ним на корточки.

- Фарт, вот чем ты вчера слушал? Я же объяснял тебе про дары. Да и без даров. Любой иммунный, пробывший в Улье пару месяцев, становится сильнее, быстрее, выносливее обычного человека. И не надо смотреть на внешний вид. Субтильный типчик из Улья с легкостью уложит Майка Тайсона, когда тот был на пике своей физической формы. А я, между прочим, здесь уже семь лет. На что ты рассчитывал? Но то, что попытался дернуться – молодец. А теперь вставай и пошли на процедуры, больной. – Геббельс мерзко захихикал.

Давление исчезло. Фарт судорожно сделал несколько глубоких вздохов и медленно поднялся, мрачно смотря на Геббельса.

- Подушку взять можно?

- Какую подушку? Зачем она тебе?

- Обычную подушку, перьевую. Завхоз вчера выдать забыл. Спать на ней буду. – неудача с покушением вылилась в сарказм.

- Аааа… - протянул Геббельс – Не, подушка в ближайшую неделю тебе не понадобится. Спускайся. – он кивнул на шкаф.

Они спустились вниз.

- Раздевайся и ложись. – показал Геббельс на кушетку.

Та была довольно мягкая, оббита коричневым кожзамом и с отверстием посередине. Фарт заглянул под кушетку. Точно под дыркой, на полу, стояло полуведро-полутаз.

- А это зачем? – спросил он.

- А гадить ты на пол собираешься? – вопросом на вопрос ответил Геббельс.

- Ну, я думал, что буду вставать, на двор ходить. – обескуражено пробормотал Фарт.

- Индюк тоже думал. Давай, располагайся.

- Эй! А позавтракать? – встрепенулся Фарт.

- На внутривенном посидишь, Малышу меньше таскать придется. – отрезал Геббельс и вдруг жестко посмотрел Фарту в глаза – Фарт, ложись сам, не заставляй меня применять силу.

- Ну, если изнасилования избежать не удалось… - пробормотал Фарт и начал раздеваться.

Геббельс сноровисто спеленал его ремнями. Было видно, что эту процедуру он проделывал сотни раз. Постоял, помахав над головой Фарта руками. Мурлыкнув «прелестно», Геббельс намазал его лысую голову гелем и натянул на нее шапочку с десятками проводков. Провода шли к загадочному прибору. Геббельс немедленно подскочил прибору и начал чем-то щелкать. Виски Фарта пронзило острой болью.

- Эй! – возмущено воскликнул он.

- Еще чуть-чуть. – увлекшийся Геббельс его не слышал.

Затем он метнулся к компьютеру и забарабанил по клавишам со скоростью пулемета. На затылок навалилась тяжесть, исчезнувшая через пару минут.

- Ну вот! Настройка и синхронизация завершены! – торжественно объявил Геббельс, как будто объявлял, что человек, наконец-то, высадился на Марс.

Фарт мрачно смотрел на него. Сейчас Геббельс как никогда напоминал сумасшедшего ученого. Лицо вдохновенное. Глаза безумные. Если бы прическа не была короткой то, Фарт был уверен на сто процентов, была бы как у Эйнштейна на знаменитой фотографии.

Он начал подтягивать к Фарту штативы с капельницами, на сей раз снизойдя до объяснений. «Живчик» - правая рука. «Спек» - левая. «Горох» - нога.

-Эй! Эй! – забеспокоился Фарт - Горох же на уксусе делают!

- Не бойся – кислоту я нейтрализовал. – Геббельс обещающе улыбнулся ему и добавил, открывая капельницу со спеком – Спокойной ночи.

Фарт ухнул в темноту не успев сказать ни «А», ни «Б», ни «Кукареку». Некоторое время он плавал в ней, словно в толще воды и это ему нравилось. Здесь не было никакого СТИКСа, ни кровожадных тварей, ни Гоблина, ни забот и волнений. Лишь спокойная, умиротворяющая темнота. Затем картинка мигнула и перед глазами появилось изображение. Фарт узнал его. Это был рисунок бегуна из брошюры про Улей, с отмеченными слабыми местами, куда нужно стрелять. Плоская картинка в трех проекциях, вид спереди, сзади и сбоку, вдруг сложилась в трехмерную фигуру. Но абсолютно не реалистичную. Как будто изображения на картинке вырезали и из них составили трехмерную, бумажную модель. Бумажный бегун, подтверждая свое название, побежал на Фарта, а он внезапно увидел у себя в руках такой же «бумажный» автомат, чем-то напоминающий АК. Фарт выстрелил в бегуна и попал в живот. Тот споткнулся, упал, но затем встал и побежал снова. Фарт тщательно прицелился и попал в голову. Бегун снова упал и больше не поднялся. Вместо него появилась картинка лотерейщика из той же брошюры.

Подобное «обучение» длилось до тех пор, пока не закончились все твари, представленные в брошюрке. Если очередной нарисованный монстрик добегал до Фарта – тварюшка отодвигалась на стартовую позицию и все начиналось сначала. Фарту это понравилось. Такое впечатление, что поиграл в очередную стрелялку с «эффектом присутствия». Автомат в руках не имел веса, отдачи никакой не ощущалось. Немного необычно было наводить оружие на цель – приходилось совмещать целик с мушкой, вместо привычного «крестика» прицела. Но Фарт довольно быстро приноровился. И если бегун с лотерейщиком особых проблем в убиении не доставили, то начиная с топтуна пришлось попотеть. А рубера удалось упокоить только с двадцать седьмой попытки.

«Интересно, что будет дальше?» - подумал Фарт.

Вспышка! Вспышка! Вспышка!

Фарт стоял посреди улицы небольшого городка, пережившего апокалипсис. С двух сторон улицу подпирали блочные пятиэтажки. Виднелись разбитые и просто брошенные автомобили. На улице валялись груды мусора и обглоданных костей. В воздухе витал запах смерти – запах гниющего мяса. Руки приятно оттягивала тяжесть боевого оружия. А по улице к нему спешил лотерейщик. Фарт задергался, пытаясь навести прицел на тварь, но тело его абсолютно не слушалось. Вместо этого оно самостоятельно присело на одно колено, тщательно прицелилось и дало очередь по колену твари. Отдача упруго толкнуло в плечо, ствол чуть подбросило. Лотерейщик споткнулся и покатился по земле. Не собираясь отказываться от добычи, он приподнялся на передних лапах, собираясь встать и тут же получил еще одну короткую очередь, на этот раз в голову. Фарт видел, как от морды лотерейщика отлетают куски мяса с брызгами крови. Тварь завалилась вперед головой и задергала нижними конечностями. Фарт поднялся, сплюнул на землю и протянул чужим голосом:

- Откуда же ты взялся, паскуда?

Понимая, что ему показывают «кино» с полным эффектом присутствия, включая даже мысли, он перестал дергаться и только наблюдал. Было очень необычно ощущать себя совсем другим человеком, и в тоже время собой.


Вспышка! Вспышка! Вспышка!

Фарт лежит, укрывшись маскировочной накидкой, на границе леса и поля, за которым находится стаб муров. На вышке, у ворот, торчит фигурка. Этот – его. Фарт заглядывает в оптический прицел СВД и плавно подводит «птичку» к голове цели. Палец мягко выжал свободный ход спускового крючка и теперь достаточно короткого нажатия, чтобы произошел выстрел. Но Фарт не стреляет. Не ему играть первую партию в этой симфонии смерти. Вдалеке глухо ухнул выстрел из «Взломщика». А вот теперь пора. Фарт выжимает крючок, винтовка по-дружески толкает в плечо. Его цель на вышке улетает за ограждение, оставив после себя красное облачко из головы. «Хороший выстрел» - решает Фарт. Но расслабляться еще рано. Муров осталось много и надо помочь парням при штурме. Поддержать огнем.


Вспышка! Вспышка! Вспышка!

Фарт изо всех сил бежит по лесу. Впереди мелькают спины Хриплого и Винта. Сматываются налегке, рюкзаки все сбросили. Сзади поджимает рубер. В лесу у него маневренность со скоростью похуже, но все равно тварь довольно прыткая. Позади раздается пронзительный женский вопль. Капле, единственной девушке из их группы, не повезло. Хотя эта сука сама виновата! Какого хера поперлась в рейд с месячными?! Не могла неделю подождать? Подставила, в итоге, всю группу. Надо прибавить ходу, пока рубер ей занят.


Вспышка! Вспышка! Вспышка!

Группа на двух машинах, УАЗы «козлик» и «буханка», переделанные под реалии Улья, стоит в воротах стаба, готовая отправится в рейд. Он и «солнышко» здорово поиздержались в последнее время и необходимо смотаться на охоту, дабы поправить материальное положение. Перед Фартом стоит девушка. Лет двадцати на вид. Невысокая, всего ему по грудь. Каштановые волосы. Миленькое личико. Большие, миндалевидной формы, карие глаза под черными, густыми бровями. Маленький, тонкий и чуть вздернутый нос. Пухлые губы. Одета девушка в белую футболку с надписью блестяшками на иностранном языке. Голубые джинсы «в облипку» подчеркивают стройную фигурку. На ногах белые кроссовки. Она проводит правой рукой по щеке Фарта и целует его. Заглядывает снизу-вверх ему в глаза и с просяще-щенячьим взглядом произносит:

-Возвращайся. Пожалуйста.

Фарт от нежности, нахлынувшей на него, задыхается. Ему хочется прижать эту девчонку к себе крепко-крепко. И больше никогда не отпускать.


Вспышка! Вспышка! Вспышка!

Они встряли. Элитник выскочил буквально из воздуха и первым ударом лапы снес «Корд» в кузове головного Уазика, вместе с сидевшем за пулеметом Быком, заодно перевернув машину. Сидевшего на пассажирском сидении Фарта, как пробку из бутылки, выкинуло наружу. Он удачно не попал под кувыркавшийся УАЗ и теперь наблюдал как элитник, здоровенная тварь, напоминающая гориллу-переростка с головой тираннозавра, вскрывает «буханку». Бежать – не вариант. Его здорово приложило о землю при падении и сейчас он не пробежит и ста метров. В руках – мощный АШ-12 под 12,7 мм. патрон. Необходимо отвлечь тварь и дать парням в машине шанс. У ребят есть гранатометы и у них, всех вместе, есть возможность завалить даже такую зверюгу. Приклад упирается в плечо. Точка на коллиматорном прицеле нащупала сочленение на задней лапе. Очередь в три патрона. Сразу же еще одна. Элитник недовольно урчит и несется, прихрамывая, к Фарту. Чувство радости «Достал-таки!». Короткий замах и тыльная сторона лапы элитника врезается Фарту в грудь. Ощущение полета. Удар. Небо и земля несколько раз меняются местами. Накатывающая на глаза темнота. «Прости, любимая, я не смогу вернуться». И острая, разрывающее сердце тоска.

Вспышка!

Судорожно втянув в себя воздух Фарт распахнул глаза. О! Это состояние ему знакомо. Называется «похмелье после трехдневного загула». Хоть он позавчера и испытывал нечто худшее, легче ему от этого не стало. Со стоном сев на топчан, осмотрелся. Чуда не произошло, и он находится в своей камере. Покосившись в угол и убедившись, что бутылка с живчиком находится там, пошаркал к «лекарству от всего» в Улье. Отхлебнул пару глотков понял, что его решили изощренно умертвить. Вместо живчика в бутылке была простая вода.

- Эй! – возмущенно завопил он – А вфе вывфик? – и осекся.

Аккуратно исследовал языком полость рта. Зубов не было. Ни одного.

- Фо фа фаху? – пробормотал он.

- Очухался? – в коридор зашел Геббельс – Как самочувствие?

- Хуфе фекуфа. – понурился Фарт – И фто фа фах ф фубами?

- А… - заулыбался Геббельс – Зубки вылезли?

Фарт обреченно кивнул головой.

- Ложись на кровать. - отпирая клетку произнес Геббельс – Сейчас тебя подлечим.

Он зашел и начал водить руками над разлегшимся Фартом. После пяти минут сеанса знахарства самочувствие у того заметно улучшилось. Однако Геббельс не отпустил его с топчана и сосредоточился на голове, озабоченно хмурясь.

- Вфё пвохо? – встревожился Фарт.

- Чего?

Фарт, не выдержав, изобразил как он пишет что-то на листе бумаги.

- Да, ты прав, побудешь пару дней немым. Это лучше, чем в твоем языке беззубых разбираться. Пошли.

Они вышли в комнату. На сей раз они в ней не задержались. Геббельс повел Фарта к одной из ниш. За занавеской обнаружилась еще одна комната. Что-то между кухней и столовой в деревенском стиле. Посередине стоял длинный деревянный стол, с двумя лавками. Вдоль стены, по периметру, расположилась длинная столешница, снизу закрытая дверцами шкафов, набитых продуктами питания длительного хранения. В углу столешница упиралась в плиту, питающуюся от газового баллона.

Фарт тоскливым взором посмотрел на все это великолепие. Желудок квакнул, а потом взвыл на одной ноте. Фарт с ненавистью уставился на Геббельса.

- Не надо смотреть так, как будто сейчас бросишься на меня и всю кровь высосешь. Найдем мы тебе чего-нибудь пожевать. То есть пососать. – Гоблин захохотал, довольный собственной шуткой.

Глаза Фарта начали наливаться кровью.

- Все-все-все. – Геббельс поднял руки – Вот смотри что тут есть. Такая еда была у наших космонавтов. Для кого в другой версии вселенной это выпускалось – не знаю. Может для диверсантов, может у космонавтов отобрали и тут схоронили. Ты что на первое будешь? Борщ, солянка, уха?

Фарт показал на пальцах «один» и «два».

- Борщ и солянку?

Фарт кивнул.

- На второе имеется… - Геббельс зарылся в шкаф – Так. Котлета по-киевски, плов, гуляш, пельмени?! - он сам удивился – И «хек, тушенный с овощами». Как-то они рыбоедов не любят. В консервированном виде и то больше разнообразия. Чего изволите?

Фарт попросил котлету и гуляш.

Геббельс кинул четыре упаковки, в таких на Земле у Фарта продавали майонез с кетчупом, на стол.

- Как употреблять – сам разберешься. Чайник горячий. – ткнул он пальцем в сторону пузатого, закопченного чайника – Заварку с сахаром тоже сам найдешь. Поешь – подойдешь ко мне. – после чего вышел из кухни.

Изучив первую упаковку Фарт округлил глаза. На лицевой стороне, сверху вниз было написано: «Министерство обороны СССР. Борщ Украинский. Дата выпуска. Годен до.» Сразу вспомнилась «советская» тушенка из рюкзака институтовца. Может один склад грабанули? Убедившись, что срок годности еще не вышел, Фарт перевернул тару и начал изучать ее с обратной стороны. Ага. Картинки для неграмотных. Оторвать снизу предохранительную полоску, дернуть за колечко, подождать одну минуту и можно есть.

Сделав все по инструкции, он получил в руки пятьсот грамм, как утверждала упаковка, горячего, ароматного блюда. По консистенции это было похоже на суп-пюре, что смотрелось немного необычно, зато на вкус это был стопроцентный борщ! Да еще и со сметаной сразу. Остальные блюда были тоже выше всяких похвал. Роднило их одно – консистенция.

Благодушно поглаживая вздувшийся живот, Фарт размышлял зачем воякам понадобилась еда в таком виде. С диверсантами версия отличная, группа может принимать горячую пищу прямо на ходу, но большие буквы на упаковке «Министерство обороны СССР» ставили крест на такой красивой версии. Вся маскировка псу под хвост. Впрочем, какая разница?

Пошуровав по шкафам, достал кубик индийского чая, со знакомой еще с советского детства картинкой слона, а также коробку сахара-рафинада, уже ближе по внешнему виду к «его» миру. Заварив и напившись чаю, он отправился к Геббельсу.

Тот сидел за столом и писал что-то в большом альбоме. Подобные Фарт видел на некоторых предприятиях. Посетителей туда записывали.

- Садись. – указал ручкой на стул напротив Геббельс.

Дописав строку, он захлопнул свой талмуд и подошел к Фарту. Опять воздев руки над его головой, начал свое шаманство.

- Ну что же. Для начала неплохо. – сказал Геббельс спустя пять минут. – Как самочувствие?

Фарт показал знак «О’кей».

- Ну тогда на сегодня-завтра свободен, а послезавтра продолжим.

Удивленный Фарт попытался изобразить пантомиму «И что мне тут делать?», не преуспел в этом и вновь показал, как пишет ручкой.

-Ах, да! – Геббельс залез в ящики стола и достал блокнот с ручкой. – Держи, языкастый.

«Что можно делать?» - написал Фарт и показал написанное Геббельсу.

- Да что хочешь. – пожал плечами тот – Можешь погулять, можешь поспать после обеда, можешь фильмы посмотреть.

- Можно гулять?! – не поверил своему счастью Фарт.

- Да, ты же не в тюрьме. – хмыкнул Геббельс – Толька за поляну не уходи, ищи тебя потом. Там снаружи Малыш сидит, так что не балуй, даже если не увидишь никого. Но все-таки, я бы тебе посоветовал принять душ и переодеться.

- А где тут душ?

- Снаружи. Летний. А одежду подберешь себе вон там. – Геббельс указал на одну из ниш. – Там же и полотенце. Шампунь, мыло и мочалка.

Зайдя в очередную нишу Фарт увидел помещение с идущими вдоль стен полками, забитыми разным барахлом. Подобрав себе одежду и банные принадлежности, он потопал на поиски душа.

Душ обнаружился на противоположной, от туалета, краю поляны. Сварная металлическая рама, с трех сторон зашитая пластиком. С четвертой стороны – полиэтилен в качестве входа. На полу – деревянная решетчатая подставка, чтобы ноги не пачкать. Сверху – железная бочка с вваренным снизу краном, заканчивающимся душевой лейкой. Простенько и со вкусом.

Фарт с удовольствием поплескался и переоделся в чистое. Пошатался немного по поляне, наслаждаясь природой. Рискнул сделать несколько шагов по тропинке. Через пару десятков метров был перехвачен появившимся из ниоткуда Малышом. Понятливо кивнув, вернулся на поляну. Посидел, зажмурившись, на скамейке возле дома. Впрочем, вскоре такое времяпрепровождение ему надоело.

Он спустился вниз, прихватив сверху подушку и более приличный матрац. Заодно нашел постельное белье. Не новое, но чистое. Перестелил свою постель, вытащив старый матрац на верх. После чего начал доставать Геббельса на счет чего бы почитать, или посмотреть. Раздраженный Геббельс выделил ему планшет с флешкой, где Фарт нашел подборку книг и фильмов. Потыкав несколько фильмов Фарт, неожиданно для себя, увлекся одним из них, в жанре альтернативной истории.

По сюжету, группа молодых и решительных армейских и гэбэшных офицеров отстранила от управления членов ГКЧП, в августе девяносто первого, и взяла власть в свои руки. Отдав приказ на открытие огня, они быстро справились с народными волнениями в Москве. Ельцин был арестован и, после быстрого суда, публично повешен на Красной площади. Вместе с ним были казнены его соратники, а также несколько агентов влияния из американского госдепа. СССР сохранил свою целостность. Националистические выступления в кавказских и среднеазиатских республиках были подавлены с особой жестокостью. Ребята не боялись проливать кровь. Пользуясь и так огромным доверием в армии, они зарабатывали себе еще больше авторитета из-за того, что предпочитали лить кровь чужую, а не свою. Широко применялись различные артиллерийские системы и авиация. В ответ на выстрел из кишлака – этот кишлак ровнялся с землей. В тоже время постоянно шла пропаганда, что правительство не намеренно терпеть всяких отщепенцев на своей земле. И если местные жители пускают в свой дом сепаратистов, которые в ответ на гостеприимство отвечают обстрелом, тем самым подставляя под удар хозяев, то хозяева сами виноваты. Такая политика принесла свои плоды. В довольно короткий срок Кавказ и Средняя Азия успокоились. Местные возмутители спокойствия, попавшие под арест, вскоре были публично казнены. Также никто не собирался давать амнистии и рядовым бойцам. Стрелял в солдат? Будь так любезен ответить по всей строгости закона. Рядовых исполнителей не казнили, но срока им давали огромные, отправляя на лесозаготовки в Сибирь.

В странах Прибалтики и на Западной Украине удалось справится без помощи оружия. Хватило сил МВД с дубинками и щитами. Но НАТО, откликнувшись на призыв лидеров сепаратистов о помощи, решилось на прямое вторжение. Первые боестолкновения показали, что Советская Армия образца девяносто первого года ничего не может противопоставить западным вооруженным силам. Тогда были демонстративно приведены в повышенную боевую готовность все, имеющиеся на тот момент, стратегические ядерные силы. Что сразу заставило натовцев сесть за стол переговоров. Была достигнута договоренность, что западники откатываются до своих границ, в ответ СССР выпускает всех недовольных нынешним положением из стран Прибалтики и Западной Украины.

Фильм заканчивался тем, что группа офицеров выдвинула на пост председателя одного из своих. Остальные заняли высокие места в правительстве.

Офигевший Фарт осознал, что он только-что просмотрел не художественную фантазию, а фильм-реконструкцию реальных событий. Что было понятно из титров. Приводились даже фотографии прототипов, рядом с кадрами актеров.

«Ну нихрена себе история вильнула» - ошарашенно подумал он – «Вся прелесть мультиверсум».

Сверившись по часам в планшете, он увидел, что уже девять вечера. «Кстати» - подумал Фарт – «Надо часами обзавестись и озаботится синхронизацией времени. Хрен знает как они тут в подземелье живут. Не видно же нихрена». Не откладывая вопрос на завтра, он притопал к Геббельсу, который так и сидел за столом и озаботил его своей проблемой. На что тут же был послан в далекое эротическое путешествие. Немного подкорректировав маршрут, обиженный Фарт отправился на кухню, где от души наелся и ушел в свою клетку спать. Странно, но живчика ему не хотелось абсолютно. Даже мысли о нем вызывали неприятные ощущения.

Ночью ему приснилась девушка из темноты, которая просила вернуться и Фарт проснулся с угасающим чувством острой тоски и полностью разбитым.

Следующий день практически ничем не отличался от предыдущего, за исключением одного важного, для каждого иммунного, эпизода. Фарту активировали первый дар.

Перед обедом Геббельс позвал его, усадил на табурет. Помахал руками над головой и начал объяснять:

- Дар сенса полностью сформировался. Теперь тебе необходимо его активировать. Некоторые для этого предлагают двигать ушами, пальцами, яйцами, бог его знает еще чем. Мол, со временем научишься активировать мысленно. Но мы пойдем другим путем. Учится будем сразу мысленной активации. Ибо опытный иммунный сможет просто по вильнувшему взгляду определить, что ты собираешься что-то сделать. Так опытный боец, лишь по легкому движению плеча, уже знает какой удар его соперник сейчас нанесет и успевает принять меры противодействия. Так что, как говорилось в одном мультфильме: «Лучше день потерять, зато потом за пять минут долететь». Приступай.

Фарт в течении часа мучился, пыжился, напрягался, краснел, расслаблялся чуть ли не до опорожнения кишечника. Все было зря. Он узнал какой Геббельс в спокойном состоянии, в гневе, в бешенстве, в отчаянии. Услышал о себе очень много нового. Нелицеприятного, в основном.

В конце концов Фарт замер, пораженный. Он увидел. Нет, к зрению это видение никакого отношение не имело. Он осознал, что знает планировку здания, где сейчас находятся Геббельс и Малыш. Внутри его воображения как будто нарисовался радар. Такой рисуют в компьютерных играх–стрелялках. Только у Фарта радар был трехмерным. Он видел не только весь план помещения, как на бумаге, но также коробку дома сверху. И серую муть снизу. Скорее всего – землю без полостей. Причем снизу область, пускай будет «зрения» была намного тоньше. Живые организмы воспринимались зелеными точками на этом радаре.

«Как в компьютерной игре!» - с восторгом подумал Фарт и улыбнулся.

- Что? – подскочил к нему Геббельс – Получилось? Ну наконец-то. Отлично. А теперь выключи дар. Отлично. А теперь включи.

Вспомнив что и как он делал, Фарт, с небольшим усилием и задержкой, снова запустил «радар».

- Вижу, что получилось. Попробуй несколько раз быстро включить-выключить.

С каждым разом включение дара проходило все легче.

- Ну и славненько. – произнес Геббельс, поднимая руки – Поигрались и хватит. Выключай.

Поводив у него над головой руками Геббельс снова вернулся к столу и начал что-то там писать с бешенной скоростью. Фарт попробовал снова включить дар и у него ничего не получилось. Предприняв еще несколько бесплодных попыток, он описал проблему в блокноте и направился к Геббельсу.

- Да, я знаю. – мельком глянув в блокнот сказал Геббельс – Я заблокировал дар.

Фарт чувствовал себя маленьким ребенком, которому показали конфетку, а потом на его глазах съели. Кулаки сжались в приступе гнева, однако он держал себя в руках, помня как барахтался на полу, придавленный неимоверной тяжестью.

- Зачем? – написал он.

Геббельс откинулся на кресле и посмотрел в глаза Фарту длинным, холодным взглядом.

- Послушай Фарт, ты у себя там избирательной амнезией не страдал? – начал он надменным тоном – Нет? Тогда почему ты все время забываешь свой статус? Почему путаешь нас? Запомни! Это не я здесь нахожусь, чтобы помогать тебе. Это ТЫ здесь еще воздухом дышишь, чтобы помогать мне! А теперь не мешай. Свободен!

Поставленный на свое место Фарт побрел в свою клетку, прихватив по дороге планшет.

На следующий день его снова обрили, но сразу в кушетку запрягать не стали. Геббельс усадил его за обеденный стол и выставил на него большой поднос. Затем сходил к столу, порылся там и вернулся с холщовым мешочком в руках. Расслабил завязки и высыпал содержимое на поднос. Это были жемчужины. Много. На вскидку Фарт не смог бы определить сколько. Ему показалось, что около сотни. Около двух третей были жемчужины черного цвета. Остальные – красные.

- Что испытываешь, глядя на них? – внезапно спросил Геббельс, внимательно наблюдая за Фартом.

Тот прислушался к себе. Теоретически он знал, что перед ним лежит огромное богатство. Он видел во сне из каких опасных тварей это добывают, когда охотник и жертва за секунду могут поменяться ролями. Он понимал, что вот эти маленькие шарики – гарантия, не стопроцентная, но все же, получить новый дар, над которыми иммунные так трясутся, или улучшить старый. Или и то и другое вместе. Может быть, если бы он не попался Геббельсу и не начал получать жемчуг на халяву, а попал к обычным иммунным, помыкался в стабах в нищете и голоде, он бы и оценил выложенное перед ним богатство. Но сейчас он воспринимал все это богатство просто как шарики. Разноцветные. Ни как величайшую драгоценность.

Да и на Земле Фарт особого пиетета ко всяким драгоценностям не испытывал. Как и к другим материальным благам. Воспитали его так, что ли. Есть крыша над головой? Можешь в магазин зайти и купить себе продукты какие тебе хочется, а не на которые деньги остались? Ну так и замечательно! Он искренне не понимал людей, которые рвали жопу только для того, чтобы повесить на стену плазму с еще большей диагональю. Или купить самый крутой внедорожник, который пьет бензин как рыба воду и облагается конским налогом. И это в условиях большого города, где везде асфальт и развитая сеть городского транспорта, и машина, по-хорошему, вообще не нужна. Фарт, например, вполне сознательно отказался от нее девять лет назад и ни разу не пожалел, особенно когда возвращался с работы вечером, попивая пиво и смотря на бедолаг, запертых в московских пробках.

Поэтому совершенно искренне написал:

- Ничего.

- Ты понимаешь, что перед тобой жемчуга хватит, чтобы жить в приличном стабе много-много лет?

- Да.

- И не хочется им завладеть?

- Нет.

- Давай-ка я тебе еще раз объясню, что такое Улей, с точки зрения экономики простого рейдера. За хороший шмот, ствол, или десяток споранов тебя могут грохнуть в свободных кластерах, или прирезать по-тихому в поганеньком стабе. Есть такие стабы в серой зоне, что непонятно кто там обитает. И не муры, и не «честные» рейдеры. Отбросы, не брезгующие ничем. За горох могут рискнуть напасть и в средненьком, по говнистости, стабе, где на правила смотрят сквозь пальцы. Или где глава стаба - самодур. Такие тоже встречаются и довольно часто. А вот за это... -он поднял жемчужину на уровень глаз – На тебя могут рискнуть напасть в насквозь законном стабе. Где просто за покушение на чужую собственность вешают. Ты это понимаешь?

- Теперь да.

- И ничего?

Фарт еще раз посмотрел на рассыпанный жемчуг.

- Нет. Ничего.

Геббельс сокрушенно покачал головой.

- Если бы я не встретил тебя, Фарт, тебя бы грохнули. Вот на первом же стабе и грохнули. Если бы твари раньше не сожрали. Ладно, давай подберем для тебя жемчужину.

Он поводил над головой Фарта руками. Затем, проведя руками над подносом, замер над одним местом. Сгреб жемчуг над местом, которое его заинтересовало в сторону, а оставшийся пересыпал назад в мешок. Поиграв, подобным образом, в игру «Как лисица сыр делила», он протянул Фарту черную жемчужину.

- Глотай и добро пожаловать на процедуры.

Темнота обволакивает сознание.

Из темноты появляются рисунки монстров.

День, вернее Ночь Сурка.

Вспышка!

В процессе бодрствования тоже ничего не поменялось, разве что процедура посещения душа сменила приоритет и утвердилось на втором месте, уступив пальму первенства лишь «скворечнику», которого только полный писец, вместе с атомным взрывом, мог подвинуть с пьедестала.

Геббельс был более озабоченный и раздраженный, чем в момент перед вторым сеансом. Он долго не отпускал Фарта ходя вокруг него и исследуя руками все его тело, начиная от макушки и заканчивая пальцами ног. По его виду нетрудно было догадаться, что где-то, что-то не получается.

Из приятных новостей было то, что у Фарта отросли новые зубы и он смог разнообразить свое меню. Также он заметил, что потребление пищи у него заметно возросло. Фарт списал это на внутривенное «голодание» в течении недели и не придавал особого значения.

Вопреки его опасениям, второй дар удалось активировать без проблем. На этот раз Геббельс подарил ему «скрыт» и в момент активации Геббельса страховал Малыш, блокирующий выход. Впрочем, это было скорее перестраховкой, так-как только Фарт пытался двигаться хотябы со скоростью пешехода – маскировка слетала. Тщательно заблокировав дар, Геббельс чуть ли не пинками погнал от себя Фарта, пытающегося узнать поподробнее о новом даре.

На следующий день все было, как и в прошлый раз: побрили, жемчужина, Ночь Сурка.

Опять «похмелье» после пробуждения, помощь совсем уж мрачного Геббельса и все по новой. День Сурка.

Девушка каждую ночь исправно продолжала умолять его, оставляя после пробуждения поганейшее состояние.

Третьим даром у него оказался «клокстоп», который он активировал стреноженный в кушетке. «Чтобы не убился», как пояснил Геббельс. Правда у Фарта было другое объяснение.

Четвертым – дар снайпера. Для его активации понадобилась мишень на елке, пистолет в руках, с шестью патронами и Малыш, вложивший ствол своего пулемета Фарту в ухо. Во избежание.

Все дары Геббельс надежно блокировал.

За полторы недели бодрствования, что набежали суммой в перерывах между процедурами, Фарт заметил за собой некоторые физические изменения: кости на руках и ногах укрупнились, исчезла сутулость – вечный спутник сидячих работников, зрение стало стопроцентным. Он стал богаче различать вкусы и запахи. Более тонко различать и вычленять звуки. Как он подозревал, расстояние восприятия тоже увеличилась, но проверить этого он не мог. Также сейчас ему хватало четырех часов в сутки, чтобы полностью выспаться и не испытывать дискомфорта. Улей приводит физическую оболочку к идеалу? Или виноват Геббельс со своими экспериментами?

Но сильнее его тревожили психические изменения. Фарт менялся и неизвестно в какую сторону. Раньше он изо всех сил старался избегать конфликтов. Сейчас он несколько раз ловил себя на том, что думает, как бы спровоцировать Геббельса. И ведь он прекрасно понимает, что этим не добьется освобождения. Также он совершенно спокойно, с какой-то отстраненностью, представлял себе, как будет убивать его и Малыша. В мельчайших деталях представляя, как пуля попадает в лоб, оставляет маленькую дырочку входного отверстия и выходит через затылок, выламывая большой кусок черепа и вынося белесый мозг, в окружении красной взвеси из крови.

Пятый дар не появился. Ни через неделю, ни позже.

В конец обозленный Геббельс наконец сорвался:

- Почему у тебя дар новый не проклевывается? Я тебя тут жемчугом кормлю, как стаб ксера! Какого хрена ты вообще в кваза не превращаешься?! По моим расчетам, изменения должны были наступить еще на первой неделе! Что вообще происходит?! Того коктейля из гороха, живчика и спека, что тебе заменяет кровь, хватит чтобы превратить в квазов средний стаб! Или сдохнуть! А тебе хоть бы хны! Хотя процесс изменения в теле идет полным ходом. Во что ты меняешься?!

Фарт пожал плечами и опасливо отошел в сторону, опять поймав себя на мысли что хочется ответить довольно резко. Но пока нельзя.

Подождав пока Геббельс успокоится, он задал ему интересующий вопрос о своих сновидениях как под капельницами, так и в обычном состоянии. Вопреки опасениям, Геббельс не послал его подальше, а заинтересовался. Он подробно расспросил что видит Фарт, что чувствует, особо сосредоточился на эмоциях, Фарт благоразумно промолчал про мысли об убийстве расспрашивающего, и очень сильно обрадовался.

Находясь в благодушном, редком теперь для него, состоянии, Геббельс поведал о сути третьего эксперимента. Первый – получение заранее запланированных даров, вместо тех, что предложит Улей. Второй – формирование кваза, который, к счастью для Фарта, с треском провалился. И третий – получение знаний погибшего рейдера. Этот больной на голову Геббельс смог переписать электрические сигналы погибающего мозга рейдера, который и подсказал об этом схроне, в цифровой формат. В принципе – ничего сложного. Фарт припомнил что это умели давно. Энцефалограмму же как-то снимают. Но у этого маньяка были далеко идущие планы. И идея у него зрела давно.

Еще будучи работником института, ему удалось скопировать наработки отдела, который занимался не только извлечением данных из мозга, но записью в него. Суровые ученые мужи мечтали вернуть к жизни пустыша, залив в его мозги новую личность. Пока у них это не получалось, но наработки перспективные имелись. Вот их-то Геббельс и прихватил, когда понял, что дело пахнет керосином. И теперь пытался запихнуть сознание рейдера в мозги Фарта.

От подобных перспектив Фарт пришел в ужас. Его категорически не устраивала цель третьего эксперимента. Он дорожил своей личностью и не собирался ее терять. Вопрос с побегом перешел из разряда «гипотетических» в задачу первостепенной важности.

Видимо Геббельс что-то уловил в его взгляде. Ибо, через мгновение, Фарт оказался в темноте. На сей раз без картонных тварей и без сновидений. Хоть на этом спасибо.

Очнувшись, Фарт обнаружил себя на кушетке. Уже обритый, с шапочкой на голове, спеленатый и готовый к употреблению. В поле его зрения появился Геббельс. Выглядел он так, как и в первую встречу: камуфляж, разгрузка, на груди автомат.

- Нам тут с Малышом отойти ненадолго надо. За реактивами и ингредиентами. Что-то много на тебя уходит, а ты никак меняться не собираешься. – пожурил он Фарта – Но ты не бойся – мы вернемся еще до твоего пробуждения. Я тут подумал, может быть это я на тебя так влияю, что ты никак не меняешься. Знаешь, как в квантовой физике, наблюдатель может изменить результат эксперимента. Ну а чтобы вероятность увеличить…

Он вдруг резко придвинулся к Фарту, схватил того за щеки одной рукой и резко сжал, заставив открыть рот, другой рукой быстро засунул что-то в рот и, не дав опомниться, вбил туда же открытую бутылку с водой. Фарт инстинктивно сглотнул жидкость. В животе взорвалась термическая граната и ее жар начал быстро распространяться по всему телу. Фарт глухо застонал и задергался в путах.

- Сразу две жемчужины. Максимально тебе не подходящие. Красная и черная. Ты или сдохнешь, сука, или я все-таки своего добьюсь, и ты станешь квазом. – пояснил Геббельс, открывая капельницу со спеком – Не скучай!

Вместо привычной темноты Фарта встретила темно-багровая туманность, которая пульсировала в такт биения его сердца. С умопомрачительной скоростью.

Он уже не видел, как Геббельс заглушил генератор, тщательно замаскировал лаз в доме наверху, и они с Малышом скрылись на тропинке.

Глава 8

Темнота…

Утробный стон. Вестибулярный аппарат взбесился и показывал одновременно три разнонаправленных силы притяжения. Он попытался повернуть голову и улетел в…

Темнота…

Боль с огромной силой навалилась на многострадальную голову. Глаза, казалось, сейчас выскочат из орбиты. В ушах нарастал противный писк, окончившийся громким щелчком и …

Темнота…

Желудок подпрыгнул к горлу и перекрыл дыхание долгим, непрекращающимся спазмом. Легкие судорожно пытались сделать вдох, но это никак не удавалось сделать. На сознание медленно наступала…

Темнота…

Фарт рывком пришел в себя. Судорожно вздохнул и закашлялся. Открыл слезящиеся глаза. Разницы между открытыми и закрытыми не было никакой. Он ослеп? Попытался позвать кого-нибудь, но сил хватило только на слабый стон. Он опять ощущал себя на кушетке. Голым и привязанным. Хотя, нет. Не совсем привязанным. Правая рука обрела свободу. Почему? Непонятно.

Медленно попытался передвинуть руку к лицу и зашипел от боли, когда иглы из вен выдрались на свободу. Протер глаза. Нет, зрение не вернулось. На ощупь отстегнул ремень, стягивающий грудь. Затем освободил левую руку и пояс. Сел на кушетке и чуть не упал от нахлынувшего головокружения. Освободил ноги. Осторожно спустил ноги с кушетки и встал, придерживаясь рукой. Еще раз попытался позвать кого-нибудь – бесполезно. Отпустил руку. Постоял, покачиваясь и решился сделать шаг, потом второй. На третьем мизинцем ноги вмазался во что-то. Темень сразу расцвела праздничным салютом. Охнув, Фарт повалился на пол держась за ногу, при этом что-то уронив. Немного полежал, приходя в себя. Решил, что передвигаться на четырех конечностях более устойчиво, чем на двух. Пускай и более унизительно. Добрался таким образом до стенки.

Он помнил, что в комнате с барахлом видел несколько фонарей. А на кухне стоял огарок свечи, рядом со спичками. Справедливо решив, что в «барахолке» просто потеряется, Фарт решил двигать на кухню. Насколько он помнил, кухня была третьей комнатой от лестницы. Пройдя вдоль стены по периметру Фарт нащупал лестницу, уходящую на верх. После этого отыскал кухонную комнату и, помня о том, что тут стоит стол и лавки, а мизинцы у него не казенные, двинулся вдоль шкафов приставными шагами, обшаривая столешницу руками. Нащупал спички.

Момент истины. Либо он ослеп. Либо просто в подземелье нет света. Фарт чиркнул спичкой.

Хорошая новость – он не ослеп. Плохая – он баран. Широко распахнутые глаза, привыкшие к темноте, восприняли легкие искры спичечной головки как вспышку от ядерного взрыва. Проматерившись и проморгавшись, Фарт предпринял еще одну попытку, на этот раз плотно зажмурившись. Нашел, при помощи спички, свечу и зажег ее. С древним источником освещения уже довольно легко нашел в «барахолке» фонарь.

Первым делом вернулся на кухню и от души напился. С отступившей жаждой вернулась способность мыслить конструктивно. Скорее всего он очнулся раньше, чем вернулся Геббельс. Таким шансом просто необходимо было воспользоваться. Бежать надо прямо сейчас. Несмотря на то что общее состояние организма – «лечь и помереть на месте». Несмотря на то, что нет никакого оружия и представления об окружающей местности. Геббельс его живым не отпустит. А снаружи всегда есть хоть мизерный, но шанс.

Фарт проковылял назад в барахолку. Быстро, насколько мог, оделся. Особо не привередничал, надевал то, что подходило по размеру. Выцепил небольшой, городской рюкзачок. Закинул туда пару комплектов трусов, футболок и носков. Вернулся в столовую. Не глядя бросил несколько банок консервов и пару бутылок воды. Схватил нож – хоть какая-то защита и направился к лестнице.

Люк сдвигался в сторону. И это было хорошо, ибо как только он его сдвинул на голову посыпалось разное тряпье – Геббельс замаскировал вход, когда уходил. Если бы люк откидывался вверх – не факт, что Фарту удалось бы его поднять. Выбравшись наружу он замер, прислушиваясь. В ушах мощным набатом, аритмически стучало сердце. Поняв, что от слуха ему помощи не будет, Фарт осторожно выглянул за дверь, осмотревшись. Местное светило клонилось к закату. В пределах видимости никого не наблюдалось.

Решившись, Фарт попытался сделать стремительный рывок к тропинке, но сил хватило лишь на то, чтобы еле-еле перебирать ногами, не заваливаясь при этом. Наплевав на осторожность, не в его состоянии красться, он побрел по тропе, чувствуя, что с каждым шагом становится хуже. «Хоть тушкой, хоть чучелом, но сваливать отсюда нужно» - бормотал Фарт сквозь зубы слова из старого анекдота и упорно брел дальше. А метров через восемьсот он встретил Геббельса и Малыша.

Сначала он их почувствовал, метров за сто уловил знакомый запах. Запах Улья. Запах разлагающегося мяса. Вряд ли бы Фарт узнал Малыша в той куче окровавленного тряпья, но вот огромный рейдовый рюкзак опознал сразу. Сломанные ветки подсказали в какой стороне искать Геббельса. Вернувшись на тропу Фарт постоял пару секунд в раздумьях и повернул назад.
Побег терял смысл. Сейчас, наоборот, необходимо отлежаться, подождать пока организм придет в порядок, а там уже думать.

Он вернулся назад к подземелью. Из последних сил выволок ведро, воняющее как общественный туалет, из-под кушетки на улицу. Сил донести до туалета уже не было. Зацепив по дороге пустое ведро вернулся назад, спустился и закрыл люк на защелку. Выбрал из коробки стационарный фонарь с функцией «ночника», прихватил пару бутылок воды и отправился в свою клетку. Где и провалился в полусон-полубред.

Сколько он находился в этом состоянии Фарт не знал. Никаких таблеток в логове Геббельса не было. Да и бесполезно было их глотать – организм активно чистился. Мысль о живце вызывала только острый приступ тошноты. Единственное лекарство что ему осталось – обычная вода. В этом полубредовом состоянии к нему заглянул покойный Геббельс и они о чем-то спорили. Прибегали также племяшки с сестрой и знакомые с Земли. Знакомая незнакомка просила возвращаться.

Когда Фарт решил, что уже окончательно рехнулся и назад дороги нет, его, наконец, начало отпускать. Постепенно исчезла тошнота, во всяком случае, стала не такой навязчивой, когда глоток воды сразу же выходит наружу. Головная боль перестала терзать череп изнутри и поселилась в глубине, изредка показывая свои зубы. И появилось чувство голода. После перекуса пищей из тубуса, сильно потянуло в сон. Фарт утащил ведро с рвотными массами подальше от клетки и провалился, на этот раз, в обычный, оздоравливающий сон без сновидений.

Проснулся почти здоровым. И голодным. Отвратительный запах помойки в убежище не способствовал удовлетворению чувства голода. Открыв люк и убедившись, что гостей на поляне нет, он вытащил ведро из убежища. Снаружи была ночь. Опорожнил оба ведра в туалет и вернулся. С опозданием догнала мысль что он тут, вообще-то, один. Его никто не прикрывает. А он рассекает как по Бродвею. Запоздало испугался и юркнул под землю.

Насколько Фарт помнил, где-то здесь должен стоять генератор. Рассеянный свет фонаря начал уже раздражать и он отправился на поиски. Первая зашторенная ниша вела в комнату, скорее всего, Малыша, судя по размерам одежды. Во второй проживал Геббельс. «Даже зеркало себе повесил, комфорт любил, бля» - хмыкнул Фарт и споткнулся, зацепившись взглядом за отражение. «Это что такое? Где мои почти сто кагэ веса?!» - мысленно возопил он.

Из зеркала на Фарта смотрел узник концлагеря в крайней стадии истощения. Глубоко запавшие глаза и щеки. Острые скулы. Под глазами синяки, как будто получил в нос дня два назад. Тощая, «цыплячья» шея. Фарт стянул футболку. Выступающие ребра и ключицы. Через живот, казалось, можно рассмотреть позвоночник. Он обратил внимание на свои руки. Было полное впечатление что между костью и кожей ничего нет.

«Что за ерунда? На кушетку я ложился нормальный.» - подумал Фарт. Он прислушался к себе. Да, есть хотелось. И с каждой минутой все сильнее. Но он никак не ощущал себя немощным. Когда очнулся на кушетке – было стократ хуже.

- Листья дубовые падают с ясеня, вот нихуя себе, сказал я себе. – пробормотал Фарт и помотал головой – Так. Сначала генератор. Потом уборка. Затем душ, при этом попытаться не дать сожрать себя, а потом уже самому пожрать и разбираться со всем этим.

Нарезав, таким образом, себе задачи, он целенаправленно двинулся на поиски генератора. Попутно обнаружил «вкусную» комнату, забитую продолговатыми зелеными «армейскими» ящиками, с белой и желтой маркировкой. Но даже не стал заходить туда зная, что может там потеряться навсегда. Также буквально «за шиворот» вытащил еще из одной комнаты, забитой разными камуфляжными тряпками. За очередной занавеской, вместо помещения, обнаружился тоннель. Пройдя по нему Фарт увидел отходящий влево проем. Посветив туда фонарем, разглядел обвал земли. «Странно…» - подумал Фарт – «Когда тестировали первый дар, никаких завалов я тут не помню. Может и ошибся.». В конце тоннеля была генераторная.

Хоть Фарт никогда и не имел дел с генераторами, инструкция «для дураков», нарисованная на боку, позволила ему со второго раза запустить его. Появилось нормальное освещение.

Следуя плану, Фарт освободил центр большой комнаты от кушетки и капельниц. Поднял штатив с видеокамерой, которую он свалил в темноте. И, используя футболки из «барахолки» в качестве тряпок, тщательно замыл место, на котором стояла кушетка, избавляя помещение от источника неприятных запахов.

С интересом постоял перед листом формата А1, пришпиленной к доске и оказавшейся картой. Пусть она была нарисована от руки, но сделано это было с большой любовью. Разлинованная на квадраты, с буквенно-цифровым обозначением. В каждом квадрате присутствовали надписи. По всей карте имелись схематичные рисунки ориентиров, иногда с пояснениями. Масштабной линейки, к сожалению, не было.

Неожиданно тревожно расквакалась жаба, которой вторил хомяк. Перед глазами встал рюкзак Малыша. И то, как неизвестные люди его утаскивают прочь. А ведь там наверняка что-то ценное!

Дышать ароматом гниющего мяса совсем не хотелось. Тем более Фарт знал реакцию своего организма на такие запахи. Мотать на морду повязку с уксусом – тоже. Немного подумав и щелкнув в воздухе пальцами, он направился в комнату с военной экипировкой. После непродолжительных поисков, в отдельном ящике, он нашел что искал – противогаз. Правда был он совсем не таким, каким Фарт их помнил. Никаких «папа, пускай слоники еще побегают». Этот больше походил на маску для глубоководного погружения. Однако инструкция, найденная в том же ящике, утверждала что это противогаз. Быстро разобравшись, с помощью инструкции, как, куда, чего надевать и чем дышать, он выбрался наверх. Люк при этом оставил нараспашку, для проветривания. Да и для стремительного отступления, в случае чего.

Осторожно добрался до останков. Долго крутил головой, прислушиваясь и приглядываясь, но похоже, останки плоти привлекали только местных насекомых. Чудной противогаз надежно отсек неприятный запах и Фарт волоком утащил рюкзак, сил поднять не хватило, к себе, теперь уже к себе, под землю. Также поступил и с рюкзаком Геббельса. Правда при этом пришлось побродить и поискать его. Когда Геббельса рвали, рюкзак улетел в сторону. В процессах поиска рюкзака наткнулся на оторванную голову Геббельса. В своей всплыл их диалог: «И как только Институт за твою голову награду не назначил. - Почему не назначил? Назначил. На тот момент было две красных жемчужины. Теперь – пять.». «А почему бы, собственно говоря, и нет?» - подумал Фарт и решительно отправился по комнатам в поисках подходящего контейнера.

Оный нашелся на кухне. Большая жестяная банка из-под консервированных овощей прекрасно подошла для этих целей. Овощи долой, тару сполоснуть и оставить сушиться. Фарт задумался о том, что можно использовать в качестве консерванта. В древности, для транспортировки усопшего боярина, на Руси, да и не только, использовали мед. Или воском заливали. Иногда увлечение историей бывает полезно. Мед был, но не в таком количестве. Решив не заморачивать себе мозги, Фарт вытянул мешок соли. Он не был совсем уверен, что соль не «съест» мягкие части, но это пускай уже институтские с идентификацией заморачиваются.

Не найдя перчаток в «барахолке», вынужден был взять пару штурмовых из комнаты со снарягой. Было жалко, перчатки, да и одежду потом на выброс. Но там подобного добра было еще много. Сыпанув на дно банки немного соли Фарт вернулся к месту «разделки» и вбил голову Геббельса в тару. Решив, что все-равно вывозился, покопался в тряпье останков. Запах надежно отсекался противогазом, а в остальном, он особой брезгливостью не отличался. Тем более, не голыми руками лезет.

С обоих снял одну рацию, вторая разбилась. Пару ножей, аптечки. Несколько непонятных контейнеров – потом разбираться будет. Ворох бумаг у Геббельса. Короб с лентой от Печенега у Малыша и четыре магазина у Геббельса. Все-таки твари их неплохо пожевали, оставив для мародерки довольно немного. Увидев боеприпасы Фарт озадачился поиском оружия.

Автомат Геббельса нашелся метрах в десяти, висящем на дереве. Печенег Малыша был в пятнадцати метрах дальше по тропе. Абсолютно бесполезный. Ствол погнут, короб раздавлен, прицел разбит. Такое впечатление что его переехал танк. Или наступила тварь. Фарт вытянул ленту из поврежденного короба.

Пистолетов в кобурах, почему-то, не было.

Зашвырнув подальше в кусты покалеченный пулемет, Фарт за две ходки утащил добычу поближе к дому. Во время второй ходки прихватил пару бутылок уксуса и тщательно полил оба места, где были останки. Заодно скинул свою одежду.

Вернувшись, засыпал банку с головой солью до верху. Вытянув на улицу футболку тщательно протер все, что насобирал. Оставил проветриваться на улице, а сам, прихватив новый комплект одежды, отправился, наконец, в душ. За все время работы никто из зараженных, или иммунных его не беспокоил. Несмотря на довольно привлекательные, для тварей, запахи. Только белка один раз резко зацокала над головой, напугав до икоты и заставив подпрыгнуть.

После душа и плотного обеда Фарт сел за переборку трофеев. Вернее, наследства крестного. Необъятный рюкзак Малыша был набит, в основном, патронами. Немного одежды, запасная обувь, консервы, вода, живчик. В общем, ничего интересного. Рюкзак Геббельса, кроме стандартного набора мог похвастать хитрым планшетом, мягким, как лист бумаги. И такого же формата А4. Планшет можно было свернуть в трубочку, или сложить несколько раз и положить в карман. Он все равно продолжал работать. На одной стороне у планшета имелось утолщение, с выходами под разные интерфейсы. Имелся и обычный планшет, разбитый в хлам. Также находился контейнер с, теперь уже, непонятным оборудованием. Видимо, очень хрупким.

Собранные коробочки хранили в себе спораны и горох. Толи с собой брали, в качестве обменного фонда, толи по дороге добыли.

Ворох бумаг оказался картами. Схематично нарисованные населенные пункты с точками и пояснениями: «Отд. Пол.», «ФСБ», «Арм.», «Жратва», «Снаряга» и т.д. Сзади каждого листочка присутствовала буква и цифра, типа «Б-17». Фарт сначала недоуменно смотрел на эту надпись, затем бросил оценивающий взгляд на большую карту. Подошел к ней, нашел квадрат Б-17. Так и есть. Кластер с городом. И надписью поверху: «П-14». Ну тут уж не надо быть Шерлоком Холмсом, чтобы догадаться что кластер грузится каждые четырнадцать дней.

В один квадрат была воткнута красная канцелярская булавка. «Стало быть, мы здесь» - понял Фарт. Кластер не был стабильным. Зато был долгим. Грузился каждые двести тридцать семь дней. Вот бы еще узнать у кого, сколько осталось.

Автомат Геббельса представлял из себя знаменитый «Вал», только магазин довольно большой. И внешние детали были, в основном, пластиковые. Даже магазин из прозрачного пластика. Естественно, как любому мужчине, оружие Фарту нравилось. Интересно было узнать о разных новинках. Но такого он не помнил. Представление об оружии он имел, в основном, из компьютерных игр и роликов в интернете. Пару раз дали выстрелить знакомые на охоте, да обязательные три патрона на сборах – не в счет. Но и его познаний хватило, чтобы отсоединить магазин и передернуть затвор, выщелкнув патрон из ствола. Ствол вверх. Контрольный спуск. Оружие разряжено. Оружие на предохранитель.

Досадуя на себя, что не сделал это раньше, Фарт крутил в руках красавца. Легкий, со сложенным прикладом довольно компактный, откидная тактическая рукоятка, по всей длине крышки ствольной коробки – планка Пикатинни. На ней – раздолбаный в хлам коллиматорный прицел. Еще одна маленькая планка была справа, на цевье. «Для фонарика или ЛЦУ» - догадался Фарт. На левой стороне увидел аббревиатуру «СР-3М4». На другой – номер. «Что еще за М4?» - подумал Фарт – «Наши так никогда не обозначали оружие. Это американцы любят. Это у них полно всяких М3 и М4, запутаться можно».

Давя в себе желание побыстрее запустить руки в комнату с притягательными зелеными ящиками, Фарт перешел к столу Геббельса. Сверху бумаги с рабочими записями. Альбом, в котором Геббельс что-то помечал. Ну-ка, ну-ка… «Пациент №47. Имя: Фарт.» … Так... Это оставить на потом, для вдумчивого изучения. Сорок седьмой, значит? Сука!

В столе три выдвижные полки. В верхней пистолет и куча бумаг. В средней просто куча бумаг. В нижней три пищевых контейнера. Ингредиенты? Они самые. Спораны. Горох. Жемчуг. Много. Фарт не стал уподобляется Кощею Бессмертному, который над златом чахнет. Он реально не представлял, какой именно ценностью обладает. Однако понимал, что даже за простой споран его могут убить. За жемчужину убьют обязательно.

Вместо рефлексии он решил еще раз перекусить. Организм подавал намеки на это уже давно и недвусмысленно. «Вроде недавно ел.» - удивился Фарт – «И довольно много. Мясо наедать стал?». Смолотив двойной обед и запив чаем с печеньками, он продолжил инвентаризацию.

Добравшись до комнаты со снарягой Фарт потерял счет времени. Чего там только не было. То, что он принял вначале за разный камуфляж, оказалось модульной системой, по типу американских ECWCS или PCU. Летний, демисезонный и зимний слои отличались по цвету камуфляжа. Четыре размера, каждый в десяти экземплярах. Подобрать есть из чего. Кроме того, отдельно футболки «милитари стайл», такие же флисовые свитера, это без учета того, что нижнее белье входит в комплект формы. Несколько десятков пар ботинок на любую погоду, цвет и вкус. РПС с набором подсумков – комбинируй себе что хочешь. Рюкзаки различного объема, разгрузочные системы, ремни, бронежилеты, шлемы, тактические перчатки с пальцами и без, не менее тактические очки, со сменными линзами, наколенники и налокотники, противогазы, коллиматорые, голографические и оптические прицелы, ЛЦУ и тактические фонарики, гарнитуры для радиостанций в виде активных наушников с ларингофонами и микрофонами, и сами радиостанции к ним, ИРП, ножи, складные лопатки, туристические топорики… Легче перечислить чего там не было. Нашлись даже нашлемные камеры. Правда не совсем понятно в каком формате они пишут и где, потом, это можно будет воспроизвести. Все аккуратно упаковано в ящики. Везде штамп: «Министерство обороны СССР». Мультиверсум?

Вот тут Фарт не удержался и немножко поизображал Кощея. Почах над материальными ценностями. Очень хотелось сразу же облачится в новый камуфляж с обувью и приобрести донельзя крутой тактический вид. С трудом уговорив себя, что он уже не мальчик, что от упаковки навыков не появится, а вот в грязь тут вляпаться как два пальца обоссать Фарт вышел из комнаты. Отметил как в этой комнате располагались вещи и как они были набросаны в «барахолке». Невооруженным взглядом было заметно, что комната со снарягой прилетела сюда с кластером. Что это? Схрон военных? Учитывая то, что в зеленых ящиках просто обязано быть оружие – то да.

От избытка впечатлений опять устроил себе знатный перекус из трех блюд. Тело требовало жратвы.

После еды Фарт приступил к самому «вкусному». Руки тряслись от предвкушения, сердце замерло в ожидании. И ожидания превзошли все самые смелые предположения. Благо угадывать с названиями не пришлось. На все экземпляры присутствовала «инструкция по эксплуатации».

Один ящик с пистолетами Ярыгина ПЯ-М3С. Пятьдесят штук в ящике. Каждый в отдельном пластиковом кофре. В кофре сам пистолет, ПБС, три магазина, инструкция и три типа кобур. Пластиковая открытая поясная, пластиковая открытая набедренная и набедренная, из кордура, с пластиковыми вставками и клапаном на кнопке. Трех кофров не хватает. Фарт покрутил пистолет в руке и сразу же измазался в конверсионной смазке. Покачал головой, сходил в «барахолку» за футболкой. Она ему понадобится в виде тряпки. Смазывали тут на совесть. Протерев руку и оружие Фарт поигрался пистолетом. Ничего так. Внушает. Навернул ПБС. Вскинул на уровень глаз. Мдя… Навыков – ноль. В принципе, по внешнему виду, почти не отличается от ПЯ мира, из которого Фарт прибыл. Но вес указывает на то, что конструкторы пошли по пути Глока – пластик там, где можно.

Еще один ящик с пистолетами. ПК-3С. Тоже пятьдесят отдельных кофров. Фарт распотрошил один. Та же самая комплектация: три магазина, ПБС, инструкция, кобуры. Плюсом шел комбинированный ЛЦУ. Он взял в руки пистолет. Ого! Этот заметно тяжелее ПЯ. Хотя и не утюг – грамм пятьсот-шестьсот. Навернул ПБС, прицепил КЛЦУ, включил. Вещь! Глядя на пистолет Фарт никак не мог избавится от чувства, что он подобный уже видел. Он раскрыл инструкцию. Всмотрелся в фотографию главного конструктора и вспомнил. В последний год у него все СМИ носились с новым пистолетом, как дурень с писанной торбой. Впрочем, они всегда так носятся. Был разработан новый пистолет на замену общевойсковому. И даже, кажется, поступил на вооружение. Или рекомендован туда. Пистолет получил имя собственное «Удав». Мощный боеприпас 9х21 мм. Несколько типов патронов. Сказка, а не машинка! Правда, с ПБС используется дозвуковой патрон, а значит меньше навеска пороха, ниже скорость полета пули. Вряд ли таким кого-то выше лотерейщика удивишь. С другой стороны, если достал короткоствол – значит дело дрянь. А у этой машинки есть и бронебойные патроны. В любом случае надо разбираться. Оружие новое, на оружие из мира Фарта очень сильно похоже, но и отличия есть. Наверняка эти ребята и с боеприпасами чего-то намутили.

Фарт перешел к следующему штабелю. Четыре ящика с одинаковым индексом. Открыл верхний. Всего четыре кофра. Зато длинные. Достал один – тяжелый. Распахнул и счастливо заулыбался. АШ-12. Вернее именно перед ним – АШ-12М3. Сам автомат. Традиционно внешний корпус весь из пластика. Планки Пикатинни только на заднике приклада отсутствуют. Встроенная тактическая рукоятка. Девять магазинов на двадцать патронов из прозрачного пластика. Два ПББС – обычный и тактический. КЛЦУ и, сюрприз, штатный коллиматорный прицел, с откидывающейся нашлепкой увеличителя. Нифига не отечественного производства, судя по надписи «Aimpoint» на боку. Удобная анатомическая рукоять. Совмещенный предохранитель и переводчик огня. На одиночный огонь, два выстрела и очередь. Если память Фарту не изменяла, такого в «родном» АШ-12 не было. Фарт вскинул автомат к плечу. Все-таки тяжеловатый и здоровый, зараза. И это без снаряженного магазина.

Пугала любовь «альтернативщиков» к пластику в оружии. Понятно, что пытаются всеми способами облегчить изделие. Но как же прочностные характеристики? Или там научились делать пластик, не уступающий стали? Или оружие – одноразовое? Тогда его ценность в Улье резко понижается.

Дальше пошла стрелковка. Что порадовало Фарта, каждая единица хранилась в отдельном пластиковом кофре. Каждый комплект, помимо самого автомата, в обязательном порядке включал в себя комбинированный ЛЦУ. Компактная коробка, включающая в себя два лазерных целеуказателя, для обычного и инфракрасного спектра, видимого только в ПНВ, плюс довольно яркий фонарик. Питание от двух обычных, пальчиковых батареек. ДТК закрытого типа, он же глушитель, он же «банка», там, где это было нужно. И девять магазинов из прозрачного пластика, для контроля за расходом боеприпасов. Один – пристегнут к автомату и восемь – в разгрузку. У всех изделий, в обязательном порядке, была удобная, анатомическая, пистолетная рукоять. Все единицы комплектовались удобными, трехточечными ремнями. При необходимости легко трансформировались в двух- и одноточечную систему крепления.

Итак, чем же порадовала пещера Али-Бабы?

Четыре ящика по десять кофров с уже знакомыми СР-3М4.

Четыре ящика по восемь кофров с АК-20М2. Визуально – тот же АК-15 образца 2016 года. Все что можно – заменено на пластик. Добавили откидную тактическую рукоять. Добавили флажковый предохранитель\переводчик огня под большой палец с возможностью вести огонь очередью, отсечкой по два патрона, одиночными. Дублированный на левую и правую стороны. Калибр 5.45х39.

Четыре ящика по восемь кофров с АК-20М3. Все тоже самое, кроме калибра - 7.62х39.

Два ящика с двумя кофрами и пулеметами РПК-20М2. И два ящика с РПК-20М3. Различия только в калибрах, как и у АК. Визуально – РПК-16, который на Земле Фарта проходил испытания. Он немедленно притаранил барабанный магазин от РПК на 75 патронов и попытался присоединить к АК. Встала как родная.

Еще восемь ящиков по восемь кофров каждый порадовали моделью АЕК-977 и АЕК-978. На 5,45 и 7,62 соответственно. У Фарта дома были похожие изделия, правда именем собственным они не обзавелись. Проходили под индексом 6П67 и 6П68. Здесь пластиковые были только магазины. Наверное, вес имел значение для работы сбалансированной автоматики. Да вернулись к более классическому, откидному прикладу. Такому же, как и на АК. Телескопическому, с компенсатором отдачи.

И по пять ящиков с РГО и РГН. А еще патроны. Очень много патронов. Разных типов и калибров.

Усталый, но довольный Фарт выбрался в общую комнату.

- Ну вот и третья причина нарисовалась уложить меня под дерн. – проговорил он весело – Итак, подытожим: первая причина – исследования Геббельса, вторая – жемчуг. Много жемчуга. Ну и вот – стандартный кластер с хорошими стволами.

Геббельс упоминал, что хороших, действительно хороших стволов в Улье не так уж и много. Все известные кластеры, где они появляются, давным-давно поделены между командами рейдеров, которые рьяно охраняют свою поляну. Особо жирные куски контролируют стабы. Одиночка может иметь такой куш только при одном условии – абсолютная тайна. Стоит кому-то что-то пронюхать – мигом отожмут. А тут оружие не просто хорошее. Тут находятся в серийном и даже уже модернизированном варианте образцы, которые на Земле Фарта еще испытания проходят. Ну и боеприпасы. Расход их в Улье огромен. Хотя насчет последнего не стоит особо беспокоится. Это для одиночки здесь много патронов. Для стаба тут смотреть не на что.

Он приоткрыл люк и высунул нос на улицу. Уже стояла ночь.

- Вот млять… Надо себе гаджет выбрать и восход поймать. Шесть утра будет. – ругнулся Фарт и пошел совершать вечерний моцион.

В эту ночь неугомонная девушка опять просила его вернуться. Как итог – опять разбитость после сна.

После завтрака Фарт решил проверить одно подозрение. Когда активировался дар сенса, и он просканировал помещения, ему показалось что за этим ответвлением есть проход. Раздобыв наверху лопату, он прошел к ответвлению с завалом. Прокопал пару метров вглубь. Штык лопаты ударился об доски.

- Таки не ошибся. – удовлетворенно сказал Фарт.

Быстро очистил проход, топором разбил доски и, прихватив фонарик, отправился на разведку. Замаскированный проход тянулся, на удивление, довольно далеко. Не менее трехсот метров пришлось протопать Фарту, пока ход не привел в еще одно помещение, заставленное зелеными ящиками. Надписи на ящиках ни о чем ему не говорили и Фарт вскрыл ближайший.

- Поняяятно почему так далеко расположили. – протянул Фарт, разглядывая блины противотанковых мин – Все же схрон для диверсантов.

Так как он с минно-взрывным делом был не знаком от слова «совсем», решил ничего не трогать, от греха подальше. Но названия с ящиков переписал, на всякий случай. Из знакомых названий удалось найти МОН-50 и МОН-90.

Помещение имело отдельный выход на поверхность. Фарт немедленно высунул любопытный нос наружу. Перед ним открылся вид на опушку леса. Метрах в ста виднелась колея от автомобильных колес. Что находится дальше было не разглядеть из-за неудобного ракурса. Сам выход находился на склоне небольшого холма и был тщательно замаскирован травой, которая уже пустила корни и начала рваться, когда Фарт немного приподнял створку. Он не стал нарушать маскировку и спустился вниз. Похоже, именно через этот выход и осуществляли загрузку схрона истинные хозяева. Если распахнуть обе створки, то получится проем метра два с половиной.

Он вернулся в большую комнату. Постоял, раскачиваясь с пятки на носок. В голове был сумбур. Если с вопросом «Кто виноват?» недопонимания не возникало, то вот «Что делать?» был довольно актуальным. Взгляд его упал на журнал с пациентами, лежащим на столе. Тот, где он был записан под номером сорок семь.

- Ладно доктор Менгеле, посмотрим, что ты там исследовал. – сказал Фарт и направился к столу.

Глава 9

Прошло семь дней, после того как Фарт очнулся в темноте.

Он пытался понять, что же с ним все-таки сделал Геббельс, ибо поведение организма настораживало. Нет, он не стал квазом. Но потреблял пищу за троих и по четыре-пять раз в сутки. Мышечная масса медленно приходила в норму, при этом сам организм показывал повышенную выносливость и силу. На второй день, после обеда, Фарт почувствовал необъяснимый зуд. Тело не хотело сидеть над бумагами. Оно требовало действий. Хотя бы пробежать по округе. А еще лучше уйти из тесного подземелья навсегда. На простор. Немного озадаченный своими, или не своими, желаниями и справедливо опасаясь, что легкая пробежка может закончится на клыках у зараженного, он решил дать телу то, что оно просит – физических нагрузок. Фарт никогда не дружил со спортом. Тем больше было удивление, когда он с легкостью выполнил сто отжиманий и даже не устал. Приседания и упражнения на пресс тоже были выполнены с легкостью.

Да в старом мире Сергей уже после десяти отжиманий астматически задыхался бы. А тут… Воздух целебный? Фарт припомнил что Геббельс рассказывал о том, что Улей меняет иммунного со временем. Делает его быстрее, сильнее, выносливее. Может в этом дело? Он попытался вспомнить сколько он уже здесь находится. По его расчетам, выходило около трех месяцев. Это если считать неделю за семь дней и четыре недели в месяце. «И при этом до сих пор новичок» - улыбнулся Фарт – «Но с этим сумасшедшим телом надо что-то решать. Расскажи кому что спортом занялся не добровольно, а по принуждению тела - засмеют».

Он прошел в «каптерку», так он решил назвать комнату со снаряжением от советских военных и выбрал себе рюкзак литров на тридцать-сорок. В кухне забил его сначала консервами. Но получилось неудобно, консервы выпирали, где не надо, громыхали и перекатывались. Тогда Фарт перепаковал рюкзак различными крупами, сахаром, солью. Сразу стало легче, да и вес контролировать проще. Получилось набить пятьдесят килограмм. Плотно перетянув рюкзак, он попробовал заниматься с импровизированным утяжелителем. Результат не заставил сказаться. Теперь сотни повторов хватало, чтобы тело успокоилось. На время. Немного пришлось повозится с упражнением на пресс. Но, в конце концов, Фарт приспособил для этого дела табуретку, на которой сидел, и щель между досками, за которую цеплялся ногами во время упражнений.

Никакой системы в занятиях не было. Никаких целей он перед собой не ставил. Появился зуд в заднице, тяжело усидеть на месте? Рюкзак на плечи и алга. По десять отжиманий, приседаний с выпрыгиванием и пресс. Прислушался к себе, мало? Повторим. Правда с утра, чтобы умотать организм до обеда, Фарт делал сразу серию десять по десять. Нарциссизмом он никогда не страдал и что там у него где растет, и какие кубики в интересных местах появляются Фарт перед зеркалом не отслеживал.

При этом живчик первые три дня вообще не употреблял. Лишь потом начал. И то, на сутки ему вполне хватало ста пятидесяти – двухсот грамм. В принципе, понятно. Он не был вполне уверен, чего больше в той жидкости, что течет по его венам. Крови, или гадости Улья.

Больше всего его занимали бумаги. Самое плохое, что Фарт в них ни черта не понимал. То немногое, что он понял из журнала стоило пяти красных жемчужин за голову Геббельса. Основным профилем работы чокнутого доктора были квазы. Обходились не в пример дешевле. Всего одна черная жемчужина. Хоть трансформацию в кваза можно было спровоцировать и передозировкой гороха, или даже живчика, Геббельсу для работы был необходим именно «жемчужный» кваз. И если Малыша он вырастил для себя, с любовью к искусству, то с остальными работал как в хорошей фирме, на заказ. Добровольно стать квазом желающих мало. Но на этом свете имеются еще и рабы, которых никто не спрашивает. Для хозяина удовольствие тоже не дешевое. Одну жемчужину непосредственно самому квазу и еще две, причем красных, Геббельс брал в уплату. Или черными по курсу. С хозяином обговаривались желаемые характеристики. Сила, ловкость и т.д. Внешность. Хотите будет вылитый лотерейщик? Пожалуйста. Хотите тираннозавра? Да ради бога, любой каприз за ваши деньги, то есть жемчуг. И вуаля – получите и распишитесь. В процессе формирования, Геббельс каким-то образом привязывал нового кваза к хозяину. Эксперименты с прививанием чужих воспоминаний, скорее всего, берут начало оттуда. Для нового кваза хозяин был подобен Богу. Ослушаться, или нанести вред хозяину кваз не мог. Идеальный телохранитель. Не стоит забывать и про дар, обычно инициируемый жемчугом. Естественно Геббельс подстраховывался. Всем своим «изделиям» он ставил ментальную заплатку, что его и Малыша трогать нельзя. В случае опасности – защищать также, как и хозяина. Уж больно велик был соблазн у клиентов натравить свежеиспечённую машину смерти на создателя и вернуть свой жемчуг, а то и с прибылью завершить этот договор. Бедные квазы просто отключались от противоречивых приказов, а клиент влетал на штраф в еще одну жемчужину. Ибо новый кваз валяется в отключке, а Малыш вот он. Рядышком. Недобро поигрывает пулеметом. Желающих налететь на штраф было очень много. Практически каждый первый.

Таких же как Фарт было всего четверо в журнале. Насколько он сумел разобраться, все шли по одному сценарию. Все они трансформировались в квазов уже к третьему приему жемчуга. И дальше доктор работал с привычным материалом. Почему же Фарт не пошел на перерождение? Непонятно. Да и по дарам он оказался самым бедным. У двоих было по шесть даров. У одного восемь и последнего доктор раскормил аж до десяти. Впрочем, Фарт им не завидовал. У всех четверых в конце истории стояла надпись «скончался». Как мило, «скончался».

В остальных бумагах был вообще полный мрак. Фарт понимал там одно слово из десятка. Возможно, если показать эти бумаги специалисту, знахарю, там, он что-то и поймет. Но Фарт скорее всего даст отрезать себе ногу, чем покажет это хоть одному человеку. Пускай даже несведущему.

Ничего ему не сказали и записи в химической лаборатории, найденной в одной из комнат. Сплошные формулы с непонятными пояснениями. Скорее всего Геббельс изготавливал тут спек. На что намекает готовый продукт, в количестве аж ста двадцати семи штук уже набранные в шприцы. Десять из них отличались более насыщенным желтым цветом. Фарт сразу положил на них глаз. Ну и внутривенные растворы для Фарта, наверняка, тут изготавливались. На всякий случай бумаги из лаборатории тоже пойдут на уничтожение.

Файлы на электронных устройствах, опять же, не внесли никакой ясности. Стационарный компьютер немного посопротивлялся, для приличия, пытаясь не допустить в свое нутро, но Фарт на своей работе и не таких строптивцев обламывал. Ну а после доступа к стационару ковырнуть планшеты и смартфоны было делом времени. Тем более что из восьми штук, только три были под паролем. Ничего там интересного не было. Опять непонятные документы. Файлы видеоотчетов об экспериментах и рядовой, так сказать, работе. Интересно и страшновато смотреть как человек превращается в кваза. Но, по основному вопросу, малоинформативно.


Посмотрел Фарт и данные с видеокамеры, стоящей у его кушетки. Что сказать. Не очень приятно смотреть на себя голого, когда ты мечешься, привязанный за руки, за ноги. Стискивая челюсти так, что крошиться эмаль, а на лбу вены, кажется, сейчас просто лопнут. Хотя последняя запись показалась Фарту любопытной. Несмотря на то, что съемка велась и в ночном режиме качество, на удивление, было отличным. Он рассмотрел, как в определенный момент по телу пошли волны спазмов. От груди к ногам. В более ранних видео такого не было. Каждая волна «съедала» часть объема его тела. Вот куда все мясо делось. Он насчитал восемь волн. И как раз на восьмой ремень правой руки и не выдержал – порвался. Вот и тайна свободной руки раскрылась. После этого он обмяк и лежал в таком состоянии еще около суток, судя по хронометражу.

Фарт твердо решил уничтожить все носители этой опасной информации. Как электронные, так и бумажные. Слишком опасное знание. Слишком.

Камеру, впрочем, он решил оставить себе. Легкая. Компактная. Прямоугольник, легко умещающийся в ладони. Она подкупала своей возможностью работать неприлично долго и внутренним объемом в десять терабайт. Оптический зум 128х только добавлял ей плюсов. Причем зум честный, а не как у земных камер – все в квадратиках. Фарт проверил. Откуда такая прелесть? Технология нолдов? Никаких надписей на корпусе он не обнаружил. Ни названия производителя. Ни «Мэйд ин». Ничего.

Подсознательно Фарт уже на второй день понял, что будет уходить и, сам того не замечая, стал готовится.

Он подобрал себе смартфон, или маленький планшет, такой же гибкий, как и планшет Геббельса. Который тоже решил оставить себе. Интерфейс у обоих устройств был похож на привычный Андроид, так что он быстро разобрался с ними. Полазил по файлам, не нашел ничего интересного. В разделе фотографий были фото какой-то местности и нескольких человек. На всякий случай запомнив и лица, и местность Фарт скинул устройства на заводские настройки с форматированием флешки. Настроив устройства под себя, оказывается, экран можно было сделать прозрачным, он первым делал отщелкал большую карту. Затем листки с городами. Переименовал фото по названию квадратов. Скопировал информацию на другое устройство и сразу же поставил аж три степени защиты доступа на оба устройства. По отпечатку пальца, по радужке глаза и, наконец, свой фирменный, админский пароль, состоящий из шестнадцати знаков. Пускай подбирают.

В комнате забитой барахлом обнаружил что-то похожее на умные часы. Понравился большой экран и мелкие вкусности, типа подзарядки от тепла человеческой руки. Выставил время, Фарт таки поймал восход, и обрубил все звуки и вибрации.

Еще на второй день, хорошенько поразмыслив, Фарт выбрал себе экипировку по размеру и начал ее обнашивать. Из обуви по душе пришлись полуботинки-полукроссовки. Легкие, не очень высокий берц, тем не менее, прекрасно фиксируют щиколотку. На пояс прицепил кордуровую тактическую кобуру, в которую засунул ПК-3С. Подвесил нож. Нужно привыкать к таким вещам.

Пистолет, предварительно сверившись с инструкцией, избавил от излишков смазки, почистил. На улице стрелять не решился. Выбрал место в тоннеле, ведущем к минам, где было метров двадцать чистого пространства. Расстрелял два магазина бронебойных в лист формата А4 на дистанции десять метров. Вроде, даже, куда-то попал.

Аналогичным образом привел в готовность Ярыгина. Сразу же навернул на него глушитель.

Долго думал какой автомат брать. Решил остановится на СР-3. Все-таки мощный глушитель, плюс тяжелая пуля. Да и нравился он Фарту, чисто эстетически. Сначала сунулся к новым, потом решил, что лучше взять уже стрелявший, от Геббельса. Снял разбитый коллиматор. В инструкции прочел об уходе за оружием – пошел искать приспособления для чистки. Нашел в оружейке, в отдельном ящике. Кое-как почистил оружие. Отстрелял два магазина во дворе, матеря на разные лады Геббельса, что заблокировал дар снайпера. Добился того, что со ста метров попадал в лист А4. Попытался поставить коллиматор с другого набора, но после этого пули стали лететь куда угодно, только не туда, куда он целился. Плюнул и снял. Заменил магазины на новые, из набора.

Пересчитал «ингредиенты». Как те, что были в столе, так и те, что нашел на Геббельсе с Малышом.

Получилось восемьсот сорок пять горошин. Шестьсот двадцать три спорана и восемьдесят семь жемчужин. Из них пятьдесят одна – красные. Хоть споранов было меньше гороха, объем он занимал больше. Жемчуг решил забирать весь в любом случае. Гороха две сотни и сотню споранов.

На шестой день Фарт встал с четким осознанием того, что делать ему в подземелье нечего. С одной стороны, он мог бы здесь сидеть пока еда не кончится. С другой – он не курочка Ряба, золотое яичко не высидит. В конце концов сюда заявится кто-то, не очень дружелюбный. И пусть сам Фарт сидит жопой на довольно богатом арсенале, толку с того. Применять он его не умеет. Необходимо найти нормальных людей. Не все же такие суки, как Геббельс. Обязаны быть нормальные! Найти людей, обучится, получить опыт. Да тупо с дарами разобраться. А то сидит как собака на сене. У самого четыре просто отличных дара, а использовать может ноль! Решено! Сбор. Уточнение маршрута. И «Дранг нах Остен»! То есть «нах Вестен». Тем более, это зудящее чувство, выгоняющее его наружу, с каждым днем усиливается.

Решив поменять приоритеты, он, для начала, отправился к карте. Да и завис там до обеда.

На запад от убежища находились два ближайших стаба. Климовский и Воскресенск. Климовский севернее, Воскресенск, соответственно южнее. Оба были отмечены значками «кружок». Фарт посмотрел по карте на другие стабы. Восточнее все были отмечены косым крестом. Несколько стабов, разбросанных по территории, были с прямыми крестами. Решил, что косой крест – признак муров, а кружок – нормальных рейдеров. Оставался прямой крест, но это можно будет аккуратно узнать у других людей, когда он их встретит. Скорее всего, нейтралы. Ибо как раз сидят в серой зоне. Кстати, как и булавка, обозначающая убежище.

Расстояние до выбранных стабов было примерно одинаковое – сто шестьдесят километров до Климовского и сто семьдесят до Воскресенска. Во всяком случае, Фарт надеялся, что цифры в километрах рядом со стабами обозначают расстояние от логова Геббельса. Ему предстояла непростая задача выбрать куда направить стопы. Казалось бы, сто шестьдесят километров. Два часа пути на машине. Но в Улье, да еще и пешком, да еще и для неподготовленного человека это огромное расстояние. Смертельно опасное расстояние. И сейчас Фарт, глядя на карту, накидывал предварительный маршрут.

Двигаться, как и после попадания в этот мир, он решил по лесу. Держась кромки, чтобы не заблудится. В плюс шли попадающиеся по дороги маленькие деревеньки, или промышленные объекты, где можно было устроится на ночлег. В конце концов Фарт выбрал северное направление.

Решение принято, теперь осталось более тщательно проработать маршрут. Чем Фарт и занимался до обеда. Также несмотря на то, что карта была у него на планшете и на смарте, он не поленился перерисовать на простой листок участок от убежища и до этих двух стабов. Со всеми надписями и ориентирами. Даже координатную сетку с обозначениями накарябал.

После обеда и уже традиционным занятием физкультурой, приступил к сборам.

В каптерке отобрал себе второй комплект камуфляжа с обувью. Зачем? Хрен знает. Малыш с Геббельсом таскали – значит надо. Камуфляж был серо-зеленого цвета в исполнении «цифра» и неплохо подходил как и к лесу, так и к полустепи. Те местности что Фарт уже видел в Улье. Прикинув что добираться будет не меньше десяти дней, закинул трусов из расчета штука на день и носков – две пары на день. Футболок положил пять штук.

Дале перешел к сбруе. Ненадолго задумавшись, все-таки отверг разгрузку и шагнул к РПС. Вытащил один комплект, в отдельной упаковке. Сходил за магазином к СР-3. Опытным путем определил необходимые подсумки. Отложил два. Каждый на два магазина и… И завис... Опыта – ноль. Что еще надо – непонятно.

Отложив этот вопрос на потом, Фарт повернулся к рюкзакам. Выбрав огромный, литров на сто тридцать рюкзак, опутанный системой MOLLE. Пластиковая рамка, широкий пояс, четыре кармана. Подхватив добычу, он направился в оружейку.

Итак, что он собирается взять с собой? Изначально, Фарт хотел забрать все. Потом – хотя бы два Калаша на продажу и патронов, патронов побольше! Прикидывая десятидневный переход и полную неприспособленность к пешему туризму вообще и Улью в частности, он решил урезать осетра. Калаш брать придется. И не понятно каким стволом. Наверное, все же, вторым. Возьмет 5.45, хотя и слышал от Геббельса, что этот калибр в Улье не любят. Зато пуля быстрее и БК меньше весит.

Итак, Калаш 5.45. Цинк патронов 5,45 бронебойные и цинк УСов. Пачками то, что останется после набивки. Целый цинк БП для СР и в пачках то, что останется от набивки магазинов. Цинк 9×19 для Ярыгина, тоже с повышенной бронепробиваемостью. Остаток после набивки – в рюкзак. Пару Ярыгиных прямо в кофрах – на продажу. Двадцать пачек СП-10 и столько же дозвуковых для ПК. Фарт запнулся, ПК у него ассоциировался с пулеметом Калашникова. Решил называть новый пистолет по старинке – «Удавом». Перечисляя все это, он бродил по оружейке и сгружал названное в рюкзак.

Достал Калаш, очистил поверхность от смазки, установил ПББС. Вскрыв цинки набил пять магазинов патронами УС и четыре бронебойными. Запасные обтюраторы из ящика с УСами – в отдельный кармашек. Хоть глушитель нового образца и не был похож на старые ПБС и не использовал обтюратор, но пускай будет. Сходил в барахолку, нашел желтую изоленту и обмотал магазины с бронебойными патронами – пометил. Положил изоленту в карман. Проштудировал инструкцию. Подхватив Калаш поперся на улицу – пристреливать. Выкручивая целик влево-вправо добился попадания со ста метров в лист А4 и успокоился на этом, держа в уме что при стрельбе сверхзвуковым боеприпасом целится придется ниже.

Вернулся к рюкзаку. Будучи уверен, что все равно что-то забудет, забил в рюкзак тряпки, жемчуг, горох, спораны, восемь шприцов понравившегося спека. Полторашку воды, столько же живчика, бутылку хорошего коньяка перелил в пластиковую тару и в рюкзак, нож, ложку, салфетки обычные и влажные и еще тысячу мелочей. На пояс от рюкзака прикрепил на систему молле два подсумка для фляг. Одна для воды, вторая – живчик.

Крякнув, взвалил себе это все на плечи. Застегнул. Ничего. Нормально. Зато понятно, что об РПС резко забываем. Скинул рюкзак, пошел к нагрудникам. Выбрал не совсем широкий, чтобы не мешался рюкзаку. В соответствии с инструкцией повесил четыре подсумка для магазинов, административный подсумок для карт, карандашей и так далее, аптечку и нож. Хорошо, что рации нет. Ту, что снял с Геббельса забросил в рюкзак. Советские трогать не стал.

Планшет, свернув, сунул в карман рюкзака. Смарт – в административный подсумок на нагруднике. Туда же – свои художества по карте.

Продолжил экипировку. Подогнал наколенники и налокотники. Подобрал очки и два типа линз, затемненные и простые. Шлем решил не брать. Вместо этого подобрал себе симпатичную панаму. Перчатки без пальцев – на руки. С пальцами – в рюкзак.

Нацепил всю сбрую на себя, начал подгонять. Вспомнил что забыл про лопатку с топориком. Матюкнувшись, принес и приладил к рюкзаку. Опять все на себя, опять подгонка ремнями. Сесть на одно колено. Второе. На оба. Лечь. Поползти. Проверить как достает до топора и передвинуть его.

Вспомнить что забыл собрать аптечку. Поматериться. Все сбросить и идти из двух армейских аптечек делать одну для Улья. Все долой, кроме перевязочных и турникетов. Один турникет в аптечку, второй – на нагрудник. Добавить две оставшиеся дозы спека. Именно такие аптечки были у Гоблина с Малышом.

Короче – замумукался. Но все сделал.

Несмотря на то, что угомонился он довольно поздно, Фарт никак не мог уснуть. Ворочался на кровати, то вспоминая все ли он уложил, то мысленно проходя маршрут, то загадывая, что его ждет завтра, и не закончится ли его поход, так и начавшись. В конце концов плюнул и решил вставать. Все равно уже было 4 утра на его часах. Посидел на кухне. Попил чай. Сходил в туалет и душ – когда теперь попадет? Очень плотно, даже для его организма, позавтракал и принялся неспешно экипироваться. Еще раз внимательно себя осмотрел. Проверил карманы быстрого доступа на рюкзаке – туда положил снаряженные магазины от Калаша. Вода, живец в рюкзаке. Вода, живец во флягах. Подтащил ближе к выходу сумку с трудами Геббельса – не забыл о данном себе обещании. Кроме всех найденных бумаг и планшетов со смартфонами, свинтил еще и жесткие диски со стационарного компьютера.

Ну все… Пора.

Заглушил генератор, Фарт выбрался наружу. С какой-то тоской закрыл люк. Тщательно его замаскировал в шкафу разными одеялами, свернутым матрацем и прочим хламом. Отошел на шаг назад, придирчиво осмотрел. Как-то слишком правильно все стоит. Дал по куче пинка. Во! Теперь более обжитой вид.

Рюкзак за спину. Передернуть затвор Калаша, поставить на предохранитель и – туда же. Загнал патроны в ствол пистолету и «Вихрю» - наконец вспомнил как назывался СР-3 у него дома. На предохранитель и пистолет в кобуру, автомат болтается на груди стволом вниз. Долбаная сумка с работами Геббельса сковывает движение. Даже мертвый умудрился подгадить Фарту. Ничего. Потерпит. Тут, в нескольких километрах, кластер грузится каждые четыре дня. Вот там он наследство и оставит. Огляделся в последний раз – ничего не забыл? Вот блин. Пострелянный лист бумаги белеет на дереве. Подбежать, сорвать, сунуть в карман. Все? Все! Ну, с богом!

Фарт довольно бодро дошел по тропинке до дороги, идущей с востока на запад, в километре от домика с секретом. Хотя, это даже дорогой трудно было назвать. Проселок. На востоке он упирался в давным-давно заброшенную машинно-тракторную станцию. А вот на западе, через цепочку кластеров, переходил в дорогу, ведущую к Воскресенску. Правда, Фарт выбрал Климовский, так что должен будет уйти направо. Но в любом случае, ему сначала идти вдоль дороги.

Он оглянулся. Все-таки удачное место нашел Геббельс. Тропинка, ведущая к дому, заканчивалась метрах в двадцати от кромки леса и с дороги абсолютно не просматривалась. Наткнутся на нее можно только передвигаясь пешком по лесу. Ну что же. Геббельс нашел, передал Фарту. Теперь его задача – это место не потерять.

Выдвинувшись к дороге, Фарт внимательно осмотрелся и резким рывком пересек открытое пространство. Вломился в лес на противоположной стороне и замер, прислушиваясь. Тихо. Смысла в пересечении дороги именно сейчас не было. Но для него это был некий символ. Свой Рубикон. Он его пересек и назад уже дороги нет. Только вперед. В стаб Климовский.

Двигаясь вдоль дороги, Фарт достиг кластера, который был выбран для захоронения сумки. Изменения дорожного полотна и ровно разрезанная автобусная остановка говорили об этом. В Улей всегда прилетала только половина остановки. За прошедшие четыре часа Фарту, к счастью, никто не попался. Именно после этого кластера он должен был сворачивать на север. И двигаясь вдоль границы кластера, держа его в качестве ориентира, выходить на направление к Климовскому.

Он углубился в лес метров на пятьдесят. Зашел в новый кластер. Скинул с себя рюкзак, отцепил и разложил лопатку. В принципе, сумку можно было и просто оставить на кластере. Но он не хотел давать наследию Геббельса даже гипотетическую возможность на продолжение. Не очень умело, но со всей старательностью, вырыл неглубокую ямку. Остро заточенная лопатка неплохо справилась с лестным грунтом, перерубая многочисленные корни. Не зря Фарт накануне посидел с точильным камнем, доводя до ума отобранные в дорогу ножи, топор и лопату. Похоронив сумку и прикрыв место дерном, он скептически осмотрел место. Видно, конечно, что тут копали. Отойдя в сторону, набрал лесной подстилки и посыпал на месте захоронки. Ладно. Места тут безлюдные. Зараженные встречаются редко, иммунным вообще ничего интересного в округе нет. По-хорошему, стоило бы остаться здесь и дождаться перезагрузки. Но у Фарта, другая цель. Сломав ветку на дереве метрах в пяти, в качестве маркера перезагрузки, он вернулся к дороге.

Без особых проблем преодолев кластер, в соответствии с планом, свернул на север. Ориентироваться по границе кластера было довольно просто. Вот у тебя справа мрачный ельник, в котором направление теряешь уже через сотню метров. Особенно если ты городской житель. А слева лиственный лес. Тоже не асфальт, конечно, но хоть просматривается более-менее нормально. Фарт вспомнил сосновый бор, по которому он шел в первые дни попадания в Улей и с тоской вздохнул. Вот уж где легко шагать было.

Достигнув края леса, покрутив головой по сторонам и, убедившись в отсутствии опасности, Фарт достал свои перерисовки с карты и попытался сориентироваться на местности. Ну, в принципе, понятно. Вот он на границе кластера. Западнее лесные кластеры будут забирать на север. Фарт посмотрел налево – так и есть, стена леса потихоньку уходила на север. Вокруг, судя по карте, никаких населенных пунктов. Ближайший город грузится километрах в… а хрен его знает сколько. Масштаба нет. Но далеко на северо-западе. Тут только леса и поля. Изредка попадаются деревни, если он правильно понял схематичное изображение избушки.

Определившись с дальнейшим маршрутом, Фарт глянул на часы. Почти двенадцать. Прислушался к своим ощущениям. В принципе, он не очень устал, не смотря на то, какой груз он пер на себе и сколько уже отмахал. Но, наверное, стоит воспользоваться спокойной обстановкой и устроить привал. Заодно и пообедать.

Фарт углубился в лес, держась границы кластера. Присмотрел подходящее местечко и с удовольствием скинул рюкзак. Что бы он себе не говорил, но ножки, все-таки, гудели. Достав несколько упаковок с «жидкой» едой Фарт принялся обедать. Этими упаковками он постарался забить все свободное пространство рюкзака. Саморазогрев, не надо с таблетками сухого спирта, или, не дай бог, с костром, корячится. Легкая, пластичная тара. Да и, чего греха таить, отличный вкус. Сплошные достоинства. ИРП Фарт отмел сразу – слишком большой объем занимала упаковка. А у него и так рюкзак по швам трещит, не смотря на его немалый объем. Потрошить же эти ИРП – да ну нафиг. Вместо этого Фарт набрал дополнительно несколько банок консервов с кашами и тушняка. И накидал в карманы разных шоколадных батончиков. Их можно прямо на ходу жевать.

Отобедал. Прихватив Вихрь отнес мусор на соседний кластер. Как-то неправильно показалось оставлять его на этом. Пускай с перезагрузкой исчезнет. Заодно и сам скинул лишнюю массу. Дал себе двадцать минут отдыха и теперь полулежал, наслаждаясь солнцем, проглядывающим сквозь ветки и пением птичек.

Внезапно раздавшийся резкий звук заставил сердце подпрыгнуть к горлу, а руку метнуться к автомату. Из переплетения веток, метрах в десяти, на Фарта смотрели два желтых глаза. Это первое что он увидел. Сердце потихоньку успокаивалась, вес оружия в руках придавал уверенность. Глаза располагались на кошачьей морде. Уши торчком, с кисточками. «Рысь.» - понял Фарт – «И как ты так бесшумно подобралась, зараза». Зверь опять мяукнул. «Вроде не зараженный. Те урчат.» - Фарт попытался припомнить все, что знал о рысях. Кажись, к человеку не агрессивны, официальных случаев нападения не было зафиксировано. Хотя баек ходило очень много. Вернее, байка одна, с вариациями. И главный герой все время разный. То геолог, то охотник, то комсомолец-бамовец. Размышляя, он внимательно рассматривал кошака. Хоть Фарт вживую видел рысей только в зоопарке, больше по ТВ и интернетам, эта показалась ему какой-то мелкой. Да и сама кошка была худющей, ребра выпирали, шерсть в колтунах. На боку, который был виден Фарту, тянулся длинный шрам.

Зверь опять подал голос. Агрессии в нем, вроде, не было. Но Фарт не считал себя специалистом по рысям, чтобы гадать чего кошке надо. Толи прогоняет, толи, учитывая ее внешний вид, жрать просит.

- Все-все, уже ухожу. – Фарт аккуратно, стараясь не делать резких движений, поднял руки – Налог сейчас заплачу.

Опять же, без резких движений потянулся к рюкзаку, порылся в нем и достал полукилограммовую банку тушенки. Оценивающе посмотрел на рысь и добавил еще такую же с кашей.

- Перловку с говядиной будешь есть? – спросил он у рыси.

Та ничего не ответила. Но наблюдала за манипуляциями очень внимательно.

Фарт вскрыл консервы, высыпал двумя отдельными кучками. Пустые банки зашвырнул на соседний кластер. Не желая понапрасну нервировать хозяина, или хозяйку, местных краев, быстро утянул нагрудник, который немного разболтался за время ходьбы. Закинул рюкзак, тоже подтянул, подхватил оружие.

- Приятного аппетита. – пожелал вежливо и продолжил свой путь.

Было немного страшновато поворачиваться к рыси спиной. Успокаивало то, что на спине рюкзак возвышался чуть ли не до макушки. А забит он так, что вполне может заменить бронежилет. Уж от когтей дранной кошки точно защитит. Получасовой отдых, плюс пара глотков живчика придала бодрости и Фарт, не забывая об осторожности, двинулся по направлению к далекому, пока, Климовскому.

До вечера ему, слава богам, никто не встречался. Он осторожно топал вперед, стараясь шуметь как можно меньше. Населенных пунктов у леса не наблюдалось. Почему-то Улей переносил сюда либо поле, с какой-нибудь сельскохозяйственной культурой, либо травяные луга, радующие глаз зеленью, либо просто кусок лесостепи, покрытую редким кустарником. Один раз попался участок плотно засеянный кукурузой. Что заставила Фарта понервничать. Ибо в высоких, выше человеческого роста, зарослях уже через двадцать метров ничего не было видно.

Лес тоже радовал, представляя себя во всей красе от кластера к кластеру. Попался кластер и с сосновым бором, который просматривался чуть ли не насквозь. Что вынудило Фарта уйти метров на сто в глубину. Но все-равно идти по нему было не в пример легче, чем по другим зарослям.

Несколько раз он наблюдал и зараженных. Бешенные бегуны проносились вдалеке парами и тройками. Заставляя Фарта падать на колено и сопровождать их движением ствола.

Редко попадающиеся строения и повышение местности на несколько километров в сторону полей затрудняло ориентирование по карте. Фарт тщательно записывал время, когда встречал знакомый, по карте, ориентир. Сейчас можно было очень грубо высчитать где он находится.

Крутое тактикульное снаряжение не выдержало проверку реальностью и тактические очки отправились в карман куртке еще на первых километрах марша. Может быть в них и удобно ездить на машине. Или зачищать кластеры. Но когда прешь на своих двоих, отдуваясь, за спиной рюкзак – запотевают довольно быстро. Что бы там реклама не говорила. Через пятнадцать минут путешествия по лесу «обрезанные» перчатки поменялись местом с нормальными. Исцарапанные пальцы явно показали, что такой элемент экипировки к лесу не подходит.

На часах время приближалось к восьми вечера, и он озаботился поиском ночлега. По его наблюдениям, рассвет в Улье наступал часов в шесть-семь утра. Это если учесть то, что первые часы он выставил на шесть утра, когда начало светать. К сожалению, устройства в подземелье Геббельса не были синхронизированы и каждый показывал свое время. Темнело же часов в десять-одиннадцать вечера. Довольно трудно точно зафиксировать закат и рассвет, когда тебя окружает лес деревьев.

Фарт достал свой листочек с картой и принялся за изучение. Он находится примерно вот в этом районе. Фарт очертил карандашом овал. Севернее на некотором расстоянии, две схематично нарисованные избушки. Сколько до них? Неизвестно. Карта хоть и нарисована с любовью, масштабом никто не заморачивался. Может и два километра, а может и десять. Фарт взглянул на север. Нихрена не видно, придется выходить на пригорок. Показать себя, так сказать, во всей красе.

Привыкнув к лесу, ему совсем не хотелось выходить на открытую местность. Фарт даже задумался о возможности ночевки в лесу. Потом мотнул головой. Нет. Крыша и стены – это крыша и стены. Да и лес не будет тянуться бесконечно. В любом случае придется выходить. Ну, или назад, забиться, как крот, под землю и трястись от страха. Фарт передвинул предохранитель на Вихре в положение «огонь по два выстрела» и решительно двинул на север, активно крутя головой.

Добравшись до пригорка, внимательно осмотрелся. Улей, добрый доктор, довел остроту зрения до ста процентов. Кластер лесостепной, не кукуруза – уже радует. Строений не видно. Движения тоже не заметно. Компас в Улье не работает. Придется выдерживать направление на глаз, или по солнцу. Фарт, прищурившись, зафиксировал положение солнца. Мысленно провел линию заката. Будет запад. Левое плечо всегда должно смотреть туда. Выбрал дерево впереди, метрах в трехстах и двинулся к нему. Достигнув цели осмотрелся, встал левой стороной к условному западу, наметил очередные кусты и двинул к ним.

Передвигаясь таким образом, прошел около пяти километров, когда его внимание привлекло темное пятно, выбивающееся из общего цветового фона, слева. Присев на колено достал бинокль, взятый в каптерке. Фарт выбрал себе довольно простенький аппарат с изменяемой кратностью восемь – двадцать четыре и встроенным дальномером. Были там и более продвинутые варианты. И приборы наблюдения для снайперов, как он понял. Но, так как пользоваться ими Фарт не умел, да и вес с габаритами там был не маленький, то решил не выделываться. Тут же на объект посмотрел, кнопочку на три секунды зажал – получи дистанцию.

В бинокль были видны деревенские дома. Дальномер показал дистанцию в три километра, двести восемьдесят метров. Фарт, пользуясь случаем, что достал бинокль, пошарил по окрестностям. До сих пор никого не было видно. Он сплюнул три раза через левое плечо и достал карту. Попытался сориентироваться на местности, к какой именно деревне вышел, но нихрена не вышло. Плюнув, пошел в сторону домов.

Еще помня первые дни в городе и какие твари могут вырастать из жителей, сразу в деревню не пошел. Обошел по широкой дуге и вышел к холму, который нависал над поселением. Скинул рюкзак за кромкой и, прихватив автомат с биноклем, переполз на другую сторону. Деревенька состояла всего из пары десяток домов. Никаких коттеджей не было. Даже кирпичных Фарт насчитал только три штуки. Дорога, накатанная земля, разрезала деревню на две половины и в ней же заканчивалась. Позади домов виднелись прямоугольники огородов.

Зараженных Фарт обнаружил сразу. Двое бегунов, уже потерявшие нижний гардероб, стояли посередине единственной улицы, покачиваясь с пятки на носок. Еще одного он увидел в зарослях, метрах в десяти от первой парочки. Больше, сколько Фарт не шарил взглядом по деревне, ему никто на глаза не попался. Он отполз назад к рюкзаку.

Дилемма. И что делать? Уйти и не связываться? Вечно он бегать не сможет. Попытаться прокрасться в крайний дом и там тихо сидеть? С такими соседями ночью глаз не сомкнешь. Биться за место под солнцем? То есть под крышей? А если кроме этой троицы там кто-то большой и страшный сидит? Как выпрыгнет, как выскочит, пойдут клочки по закоулочкам. От Фарта.

Кстати о месте под солнцем. Он посмотрел на склоняющееся светило. Решать надо быстрее. В принципе, он для себя все давно решил, еще когда выходил с утра из убежища. Он понимал, что ему постоянно придется уничтожать зараженных, или погибнуть в их пасти. И то, что до сих пор Фарт не попался никому на глаза – это исключительно случай. Ну и новое имя помогло. А сейчас он просто оттягивает время.

- Не стоит тянуть резину в долгий ящик. – пробормотал Фарт и решительно поднялся.

Так. Вихрь на предохранитель и за спину. Проверить, чтобы легко можно было перекинуть вперед. СП-6 бегунам слишком жирно будет. Хватит с них и Калаша. Калаш в руки, подтянуть ремень, чтобы не мешался. Отрегулировать приклад под себя с нагрудником, как-то вчера, в суете, забыл. Два магазина с УСами из рюкзака – по карманам. Топорик с рюкзака – на пояс справа. Блин! Справа будет мешаться к пистолету лезть. Тогда – на жопу, главное себе чего не подрезать – острый. Тактические очки – на нос. Фарт нервно хихикнул. Все-таки не на страйкбол собирается. На схватку, как бы это пафосно не звучало, смертельную. Первую в его жизни. «Вторую» - поправил себя Фарт, припомнив прибитого гвоздодером зараженного. Мандраж все равно потряхивал. Сделал три больших глотка живца. Перебор. Мандраж ушел, теперь тело подрагивало от переполняющей его жажды действия. Хотелось пойти в деревню и разодрать бегунов голыми руками. «Да что, блин, со мной не так?!» - с досадой подумал Фарт. Переключив переводчик огня в очередь на два патрона, двинулся в деревню.

Обойдя поселение так, чтобы бегуны стояли к нему спиной, Фарт пробрался огородами на участок облюбованного дома и, присев, осторожно выглянул из калитки. Бегуны стояли метрах в семидесяти, все также раскачиваясь с пятки на носок.

- Поплавки ебанные. – сплюнул Фарт и выдохнул – Ну, с богом!

Осторожно выдвинулся к середине дороги, чтобы всю троицу было хорошо видно. Присел на одно колено. Прицелился в ближайшего. Палец выбрал свободный ход спускового крючка. Чуть прижал. Очередь! Пули попали чуть ниже линии прицеливания. Вместо широкой спины, куда Фарт целился, разорвали поясницу и швырнули бегуна вперед. Хоть ПББС и скрывал шум, лязганье затвора никуда не делось. Второй бегун, вернее бегунья, развернулась и, радостно урча, рванула к Фарту. С отставанием в десять метров старт произвел третий спортсмен. Расстояние позволило Фарту спокойно совместить целик, мушку и голову бегуньи. Учесть результат предыдущей стрельбы и взять поправку. Очередь! Мимо. Еще очередь! Опять мимо. Да что-ж такое! Фарт решил не строить из себя Вильгельма Телля и всадил третью очередь в грудь бегунье. Ее это не убило, но откинуло назад. С четвертой очереди он, наконец, попал ей в голову. А тут и третий бегун подскочил. Его удалось срезать с первых выстрелов.

Поднялся на ноги и осмотрел место битвы. Два бегуна готовы, третий, урча, довольно шустро ползет к добыче на руках. Ноги волочатся сзади. Наверное, пули перебили позвоночник. Фарт заменил магазин на полный. Оценивающе посмотрел на ползуна поневоле и потянулся рукой к топору.

Впереди, метрах в пятидесяти, раздался громкий треск, звон разбитого стекла и на дорогу, разметав штакетник, выскочил лотерейщик. «А вот и папка» - мелькнула мысль. Лотерейщик глянул влево, вправо, увидел Фарта и сразу же метнулся к нему, набирая максимальную скорость, низко наклонив туловище и чуть ли не помогая себе руками. Калашников улетел в пыль. Фарт судорожно рванул «Вихрь» из-за спины, одновременно давя на предохранитель. За это время лотерейщик сократил дистанцию до тридцати метров. Стрелять он начал, толком еще не приняв устойчивое положение и не вжав приклад в плечо. К счастью, страх не сковал спазмом пальцы и Фарт раз за разом быстро давил на спусковой крючок. Первые две пули выбили фонтанчики перед мордой твари, третья улетела неизвестно куда. Четвертая попал в бедро. Тяжелая пуля со стальным сердечником подбила лотерейщику ногу, заставив того грохнуться в пыль и заскользить по направлению к Фарту, стесывая морду, на довольно приличной скорости. А Фарт все давил и давил на крючок. Он успел всадить в лотерейщика пуль десять, прежде чем понял, что тот не пытается добраться до вкусного мяса, а уже бьется в агонии.

Фарт смотрел на бьющуюся в пыли тварь, а в голове вертелась мысль: «Ну вот знал же, что так и будет». Испугаться он не успел. Слишком быстро все произошло. Но пальцы подрагивали. Адреналин требовал выхода. Тут как раз и последний бегун, вернее ползун, о котором Фарт уже успел позабыть, подоспел, обижено урча.

- Ну здравствуй, малыш! – злобно улыбнулся Фарт и шагнул навстречу, доставая топорик.

Обойдя деревню и не обнаружив больше зараженных, Фарт сбегал за рюкзаком. Ночевать решил в одном из кирпичных домов. Солнце уже сильно склонилось к горизонту и грозилось вот-вот покинуть эту сумасшедшую землю.

Первая ночевка вне убежища принесла определенный опыт. Отключив логику и сдуру сунувшись в холодильник, Фарту, с матами и слезящимися глазами, не помогли даже тактические очки, пришлось искать новое место жительства. Во втором кирпичном доме слышался какой-то подозрительный стук и шебуршание. Он на сегодня навоевался и, решив не выгонять хозяев, отправился к последнему дому из кирпича. Открытая гостеприимно входная дверь намекала на отсутствие жильцов. Быстрая проверка подтвердила это. Довольно уютный домик. Три комнаты и кухня. Судя по обуви, жила семя: мама, папа и ребенок. Кровавых пятен и костяков не видно. Запах не отличается от общего запаха в деревне, если, конечно, холодильник не открывать. Но Фарт уже ученный. В самой деревне тоже далеко не фиалками пахнет. Нет-нет, да и пахнет мертвечиной. Но либо Фарт уже привыкать начал, либо просто концентрация не такая-уж и большая, но пока не выворачивало. В отличии от газовой агрессии холодильника. Там Фарт еле сдержался.

Пока еще совсем не стемнело, он освежевал добычу. Три бегуна и лотерейщик подарили ему четыре спорана. Один бегун был пустой, лотерейщик компенсировал двумя виноградинами. Бросил добычу на стол и вдруг почувствовал, как он устал за сегодняшний день. Резко потянуло в сон. Даже есть не хотелось.

Он запер двери. Стянул с хозяйской кровати хороший, пружинный матрас на пол, в угол. Сама кровать стояла рядом с окном и Фарт не рискнул спать на ней. Бросил подушку, одеяло и, не раздеваясь и обняв Вихрь, упал на ложе.

Проснулся Фарт за час до рассвета. Опять его звала девка. Опять он встал разбитым. Плюс тело вносило свою лепту, ноя натруженными мышцами. «С этой сукой надо что-то делать.» - подумал Фарт и потянулся – «А может сегодня отдых устроить? Домик приличный, тварей я почистил.». Впрочем, пару глотков живца решили вопрос усталости и разбитости. Сразу же резко захотелось есть. Даже не есть, а ЖРАТЬ! Но сначала… Где тут у них «туалет, типа сортира, обозначенный на схеме буквами мэ и жо»?

Как бы сильно не хотелось есть, сначала он умылся под летним душем, обнаруженным на участке. Почистил зубы. Бриться не стал. Достав чистые носки вымыл ноги. Вчера так в обуви и завалился, свинья. Только после этого сел к столу. Ранний завтрак по объему напоминал полноценный обед. Причем для трех персон. Глядя на горку пустых пакетов из-под пищи для космонавтов, Фарт задумался о дальнейшем пропитании. Он и сам вон, жрет в три горла. Так еще и рысь пару банок подрезала. Так и ноги протянуть недолго.

На кухне ничего интересного не было. В основном крупы, макароны и специи. Фарт очень сомневался, что будет в дороге кашеварить. Консервы семья не жаловала. Конечно что-то могло быть в холодильнике, но Фарт к нему подходить не рискнул.

- Интересно, а есть ли тут погреб? – пробормотал он.

Погреб был, но кроме картошки-морковки-лука, в сбитых деревянных ящиках, и закатанных огурчики-помидорчики-грибочки, в трехлитровых стеклянных банках, там ничего не было. Нет, маринованные огурчики Фарт тоже любил, но тащить трехлитровую банку – увольте. Все-таки он поднял одну банку с огурцами наверх, надеясь отложить несколько штук в пакет. Открыв банку, откусил кусок огурца и скривился – не маринованные, соленые. А вот соленья Фарт не уважал. Как-то не сложилось.

Постучав пальцами по столу и мрачно посмотрев на банку-предательницу, он решительно встал, повесил Вихрь за спину, топор на задницу и, взяв Калашников в руки, решительно вышел за дверь.

Результатом мародерского налета на деревню стали три упокоенных пустыша, попавшие под горячую руку, пять банок тушенки и столько же завтраков туриста, банка маринованных огурцов с помидорами, пару пачек галет, хороший шмат сала и целый копченый окорок.

В отличии от хозяев дома, где ночевал Фарт, остальные жители деревни оказались люди запасливыми. Вначале он греб все подряд. Потом, осознав, что, если он ограбит всю деревню, придется искать грузовик, Фарт уже начал перебирать харчами. Открывал банки, дегустировал. Сворачиваться он решил после того, как в отдельной комнатке, в подвале, увидел свисающие на крюках копчености. Иначе он останется в этой деревне навсегда. Галеты прихватил, вспомнив что ничего хлебного не брал.

Сгрузив добытое на стол, он занялся оружием. Ему совсем не понравилось, что пули с Калаша уходят ниже точки прицеливания, и это на пятидесяти-семидесяти метрах. Подхватив автомат, он отправился на улицу. Нихрена не добившись, ибо в новом автомате пристрелка по горизонтали осуществлялась регулировкой мушки специальным ключом, который остался в ящике с автоматами, расстроенный Фарт вернулся в дом и приступил к чистке. Пришлось сделать в памяти зарубку, что при стрельбе из Калаша, точку прицеливания надо выносить повыше. Вчерашнее происшествие наглядно показало, что от оружия тут зависит очень многое, если не все. Поглядывая одним глазом в инструкцию, раскидал автомат на запчасти, отметив что в неполной разборке новый Калаш немного сложнее АК-74. На соседнем столе раскидал Вихрь, достал баллоны с маслом, распустил чистую простынь на тряпки и пропал на целый час.

Когда закончил с оружием, доснарядив магазины, времени было уже около одиннадцати. Пообедал окороком с галетами и маринадами. Окорок схавал почти полностью. Пяток огурцов убрал в пакет и упаковал в рюкзак, вместе с оставшимся окороком. Повалялся минут двадцать. Где-то он читал что в походах не стоит срываться сразу после приема пищи. Достаточно дать покой организму минут на пятнадцать-двадцать, чтобы последующее передвижение проходило легче. Начала одолевать дрема и диверсионные мыли остаться тут до завтра. Фарт встряхнулся, хлебнул живчика. Дрему как будто мокрой тряпкой стерли. Накинул на себя нагрудник, рюкзак. Калаш за спину, Вихрь в зубы. Прошелся по комнатам. Ничего не оставил? Вроде все в порядке. Вперед.

На входе в лес его поджидала рысь. Не успев как следует углубится Фарт услышал знакомое мяуканье.

- Слышь! Не наглей! Вчера я тебе налог на проход по твоим землям заплатил. Или ты решил, что вся земля твоя? – возмутился он.

В ответ раздался жалостливый «мяв».

- Ладно, хрен с тобой. Отъедайся, тощий.

Он скинул рюкзак и достал остатки окорока. Треть там точно осталась. Плюс кость с мослами. Понадеявшись, что теперь рысь от него точно отстанет, Фарт пожелал ей приятного аппетита и потопал дальше.

Четыре дня путешествия не преподнесли неожиданных сюрпризов. Ничего удивительного, Фарт выстраивал маршрут так, чтобы держаться подальше от населенных кластеров. Максимум с кем он сталкивался – бегуны. Зараженных выше не попадалось. Рысь преследовала его по лесу, выклянчивая еду раз в день. В деревни, однако, не совалась. Фарт уже смирился и безропотно делился пищей.

Он привычно пробирался по лесу, когда кластер с пустым распаханным полем, находившийся рядом с лесом, решил перезагрузится. В воздухе появился кислый запах, всколыхнувший воспоминания о попадании сюда. Над полем начал концентрироваться туман ядовито-зеленого цвета. Зная о перезагрузке только со слов Геббельса, Фарт во все глаза смотрел на шоу. Туман становился все плотнее и полез вверх, заполняя объем кластера, при этом не выходя за его границы. Такое впечатление, будто в аквариум напустили зеленого дыма. Разряды молний, сопровождаемые громом, гуляли внутри этого гигантского аквариума. Привкус кислоты на языке стал особо концентрированным. Огромная молния уперлась в землю где-то в центре кластера, раздался особо сильный грохот, который, как будто, разбил стенки невидимого аквариума. Туман начал резко оседать, расползаясь по округе. Запах уносило налетевшим ветерком.

Фарт моргнул. Поле было недопаханное. Метрах в стапятидесяти стоял виновник халтуры – трактор с плугом. Из кабины вывалился тракторист и завертел башкой, оглашая окрестности восклицаниями. В основном, нецензурными. Решение пришло спонтанно. Фарт выскочил из леса и помчался к трактористу.

- Мужик! Тут нельзя стоять. Пошли в лес. – выпалил он, добежав до очередного попаданца.

- Не, ты видел! Ну ты видел?! – тракторист, мужик лет тридцати, одетый в спецовку, был в шоке – Куда поле делось?! Лес откуда?!

- Мужик! Услышь меня, мужик! Здесь – опасно. Пошли в лес!

- Не, ну ты видел?! Это что, война?! – тракторист, как глухарь на току, ничего не видел и не слышал.

Фарт уцепил его за рукав и потащил к лесу. Сначала мужик безропотно шел за ним, потом начал вяло сопротивляться и, в конце концов, резко вырвал руку.

- Очухался? Здесь опасно, надо уйти в лес.

- Что происходит? Кто ты такой? – глаза тракториста оббежали Фарта, задержавшись взглядом на его оружии.

- Там я тебе все объясню. – Фарт ткнул пальцем в сторону леса - А здесь стоять нельзя!

- Никуда я с тобой не пойду! – заявил тракторист – В лес зачем-то тянет.

Внезапно Фарта затопила злоба. Тут жизнью рискуешь, ради некоторых. Стоишь, уговариваешь. А они выделываются, как целка перед дефлорацией. Он вскинул к плечу Вихрь.

- Пшел в лес! Быстро! Бегом, бля!

Тракторист сбледнул с лица и задрал руки вверх.

- Эээ! Мужик, слышь…

- Заткнулся! Пшел! – Фарт качнул стволом.

Тракторист развернулся и направился в сторону леса.

- Быстрее! Бегом!

Проломившись сквозь кустарник и загнав мужика метров на пятьдесят под деревья, Фарт приказал ему остановится. Теперь он стоял и, глядя на тяжело дышащего мужчину, соображал нахрена он это сделал. Синдром Матери Терезы? Вот чего он к нему кинулся? Да и еще так жестко загнал в лес. Он ему сват? Брат? Может он вообще зараженный. Ладно, не выгонять же назад. Это вообще по-идиотски будет выглядеть.

- Нельзя находится на открытой местности. Опасно очень. – как можно миролюбивее сказал Фарт.

Мужик настороженно его разглядывал.

- Читать умеешь?

Тот кивнул, так и не торопясь вступать в диалог. Фарт скинул рюкзак и, порывшись, достал брошюру от института, которую взял с собой.

- Держи. Да расслабься ты, никто тебя тут убивать не собирается. Ну, я, по крайней мере. – поправился он и протянул журнальчик.

Мужик, с опаской, взял брошюру. Со скептическим видом пролистнул несколько страниц.

- Присаживайся. Читай внимательно. Все, что там написано – правда. Для того, чтобы убедится в этом, оглянись вокруг. Ты говорил, что здесь должно быть поле.

Фарт сел, привалившись к рюкзаку. Оружие, на всякий случай, держал в руках. Тракторист остро глянул на него и, поразмышляв пару секунд, последовал его примеру.

Сначала он пробежал пару страниц по диагонали, затем, хмыкнув, вернулся к первой странице и начал читать более вдумчиво. Чтение иногда комментировалось восклицаниями. Фарт попросил его вести себя тише, ибо у тварей хороший слух. Просьба удовлетворялась лишь на некоторое время, потом мужик опять расходился. Закончив чтение и рассмотрев картинки тракторист некоторое время сидел на месте, уставившись в невидимые дали невидящими глазами. Фарт не беспокоил его, давая прийти в себя.

- Значит, это все правда? – наконец ожил он.

Фарт покрутил пальцем, указывая на окружающий лес.

- А вот... эээ... – мужик нашел нужное место в брошюрке – «Скопировались», это как?

- Ты ксерокс видел?

- Обижаешь. Чай, не в каменном веке живем.

- Ну вот как лист бумаги копируют, точно также. Только местность. И то, что на ней находится, включая живых существ. А ты реальный, там, на Земле, сейчас закончишь пахать, возьмешь пузырь и пойдешь к своей Зинке.

- Я не пью. – буркнул тракторист - И не к Зинке, а к Машке.

- Ну к Машке.

Помолчали.

- Как вы здесь вообще живете, вот с этим вот?! – мужик потряс брошюрой, а Фарт закатился от смеха.

- Ну и чего ты ржешь? Чего я смешного сказал?!

- Бля, ой! Мужик ты не поверишь… Фу! – отдуваясь пропыхтел Фарт – Ты третий живой человек в Улье, которого я вижу. Можно сказать, что я тут появился… – он задрал голову вверх, прикидывая – Четыре дня назад. Так что я тоже новичок.

Тракторист окинул его недоверчивым взглядом.

- Тут каждому новичку оружие и экипировку выдают?

- Это обстоятельства. – ушел от ответа Фарт – Что делать дальше думаешь?

Тракторист подвигал бровями.

- Вот без понятия. А сам ты что?

- Я иду в стаб. Это место, где проживают люди…

- Да-да, я помню из брошюрки.

- Ну вот, собственно и все. Если хочешь, можешь присоединится. Вдвоем, я думаю, безопаснее будет.

Тракторист обдумал предложение за пару секунд.

- В любом случае, идти некуда. В той стороне где была моя деревня теперь вот. – он широко махнул рукой – Лес.

- Ну и славно. Я – Фарт. – Фарт протянул руку.

- Михаил. – тракторист удивленно приподнял брови, но руку пожал.

- Не обращай внимание на имя. Местные суеверия. Тебя тоже перекрестят, если… - Фарт запнулся.

- Если окажусь… – Михаил раскрыл брошюру и прочитал – Иммунным?

- Да. – не стал его обнадеживать Фарт – И, если удастся дойти до стаба. А шансы далеки от ста процентов, поверь. За четыре дня я в этом уже убедился.

- Ствол дашь? – показал глазами на Калаш Михаил.

Фарт задумался. Михаил терпеливо ждал. С одной стороны, вот просто так взять и отдать автомат незнакомому человеку… С другой – Михаил новичок, еще не оскотинился в этом мире, действует инерция мышления из старого. Да и без оружия Михаил для него – обуза.

- Служил, в спину не стрельнешь? – решился Фарт, протягивая Калаш.

- Обижаешь, Войска Дяди Васи. Разведбат. – надулся от значимости Михаил и покрутил в руках калашников – Чудной какой.

- Это новый. – пояснил Фарт, отдавая запасные магазины – Те, что с желтой изолентой – бронебойные патроны. Без изоленты – дозвуковые.

- Понял. Сам где служил?

- В диванных войсках.

- Не понял. В каких войсках?!

- Не служил я. Пиджак. – рассмеялся Фарт.

- Поняяятно. – разочарованно протянул Михаил. – А прикинут прям как вояка. И магазины грамотно отметил.

- Читал где-то. – махнул рукой Фарт. – А вообще тут очень быстро учишься соображать. Тут ты либо сообразительный, либо мертвый.

- Пристрелян куда? – спросил Михаил, прикладываясь к автомату.

- Куда-то в ту сторону. – махнул рукой Фарт и в ответ на недоуменный взгляд пояснил – Кто пристрелкой заниматься будет? Я – не умею. И вниз бьет. На расстоянии пятидесяти метров, примерно сантиметров на десять пули вниз уходят.

- Это не дело. – Михаил помотал головой – Надо привести к нормальному бою.

- Не выйдет. По горизонтали пристрелка регулируется целиком, по горизонтали – мушкой. И если целик еще можно сдвинуть подручными средствами, то для мушки ключ специальный нужен, чтобы выкрутить-вкрутить на определенное расстояние, а у меня его нет. Давай ты сейчас несколько раз стрельнешь, чтобы хоть иметь представление куда целить.

- Чушь какая. – Михаил неодобрительно повертел Калаш в руках.

- Новая модель, новые веяния. – туманно пробормотал Фарт - И нужно уходить. Сейчас на свежий кластер могут твари подтянуться, а слух у них хороший и запахи отлично чуют. Тебе ведь не хочется, чтобы они пришли? А сейчас хлебни-ка живчика…


Порядок выдвижения определили следующий: впереди Михаил, за ним, метрах в пяти, Фарт. Михаил легко скользил между деревьями и кустами, под ногами не трескались ветки, лишь страдальчески морщился и косился на Фарта. Тот пер с элегантностью бегемота, задевая, казалось, все растения на своем пути. Хотя, глядя на Михаила, прилагал максимальные усилия, чтобы двигаться бесшумно. Посмотрел Михаил и на зараженных вживую. Через пару часов после начала движения они, засунув жопы в кусты, проводили стволами лотерейщика с двумя бегунами, спешившими на перезагрузившийся кластер.

К вечеру Михаилу поплохело. Фарт и раньше, за час примерно, начал замечать, что с ним не ладно. То скользил как змея промеж кустов и деревьев. А тут то в кусты вломится, то от ствола уклоняется, как будто дерево ему навстречу несется. Хрипеть начал, а минуту назад все же пожаловался.

- Слышь, Фарт, что-то мне нехорошо.

- Давай привал сделаем, отдохнем.

Оттянулись поглубже в лес.

- Похоже, не повезло мне. Не вошел я в счастливый процент иммунных. – грустно улыбнулся Михаил, а в глазах – тоска.

Фарт поудобнее перехватил автомат. Хрен знает, что там в голове у перерождающихся. Михаил заметил его движение.

- Ты, пожалуй, забери это. – он снял с шеи и протянул Фарту Калаш - Только на предохранитель поставь.

- Может это откат после перезагрузки? – с надеждой спросил Фарт – Меня полтора суток так колбасило – думал сдохну.

- Может и откат. – безразлично ответил Михаил и сел, привалившись к дереву.

- Ты живчика еще хлебни – полегчает. – засуетился Фарт.

Он напоил тракториста живчиком и теперь стоял над ним, сжимая в руках калашников. Михаил посмотрел Фарту в глаза долгим взглядом и вдруг подмигнул. После чего обессилено повалил голову на грудь. Минут пять ничего не происходило. Лесной шумовой фон Фарт воспринимал уже как тишину.

- Михаил. Эй, Миша! – тихонько позвал Фарт.

Михаил заворочался, засучил ногами и поднял голову на Фарта. В глазах у него уже не было ничего человеческого. Их затопила тьма Улья. Он радостно заурчал, будто увидел лучшего друга и попытался подняться. Раздался одиночный выстрел.

Фарт постоял немного, глядя как кровь того, с кем пытался разделить путь по Улью, впитывается в лесную подстилку. Тяжело вздохнул. Поставил Калаш на предохранитель и закинул за спину. Присел перед тем, что раньше было Михаилом и достал запасные магазины из карманов. Отошел на пару метров и забросил магазины в рюкзак. Еще раз посмотрел на неудавшегося попутчика и, развернувшись на северо-запад, пошел вперед. У него есть цель – добраться до Климовского.

Глава 10

На десятый день Фарт, наконец, вышел к границе стаба.

После смерти Михаила он еще три дня пробирался по лесным кластерам. Стычек с зараженными старался избегать. Однажды даже предпочел заночевать в лесу, когда увидел в полуразрушенной деревне двоих лотерейщиков.

Рысь настолько привыкла к человеку, что сопровождала его во время переходов, особо не скрываясь. Обедали, традиционно, вместе. Но выходить из леса и дальше продолжать путь вдвоем отказалась наотрез. Когда Фарт уже покинул лес и двинулся по лесостепи, в спину раздался такой душераздирающий «мяв», что его сердце не выдержало. Он вернулся в лес и оставил все банки с мясными консервами, что у него были, открытыми между деревьев. Отложив себе парочку на обед. Рысь подошла и ткнула его лобастой головой в ногу. И даже позволила себя осторожно погладить. За время совместного путешествия она успела немного округлится, шрам исчез, колтуны слезли и шерсть радовала красивым, пятнисто-дымчатым окрасом. Фарт так и не понял, толи — это котенок, толи порода такая. Но он представлял рысей немного крупнее. А потом кошка, отойдя на пару метров от леса, долго сидела и смотрела в спину уходящему человеку.

На открытых кластерах Фарт также избрал тактику передвижения подальше от населенных пунктов и дорог, при первой возможности забиваясь хоть в небольшую рощицу. Обходя зараженных и прячась сразу, как только был слышен шум мотора автомобиля.

Такая тактика принесла свои плоды. За время путешествия по открытым кластерам ему всего дважды пришлось столкнуться с бегунами, да одинокий лотерейщик, уже кем-то хорошо погрызенный, поднялся среди пшеницы недалеко от Фарта, напугав его до икоты.

Чем дальше он продвигался на запад, тем чаще начали появляться развитые твари, что Фарта чрезвычайно напрягало. Несколько раз он видел топтунов, или развитых лотерейщиков. Фарт пока не особо их различал. А однажды мимо прошел рубер со своей свитой, заставив Фарта потерять час времени, вжимаясь в землю. К счастью, твари находились довольно далеко и его не учуяли. А Фарт еще не чувствовал в себе достаточно сил, чтобы выходить против таких зверюг.

Он уже встречал маленькие стабы, судя по карте, и примерно знал, как их отличить от стандартных кластеров. Основным маркером являлось ветхость конструкций, расположенных там. Дома, электрические столбы, техника. Когда все это стоит десятилетиями под открытым небом и без присмотра – быстро начинает дряхлеть. Сады и огороды захватывает сорняк. Наверняка есть еще какие-то маркеры, но Фарт пока не знал на что стоит обращать внимание.

Встретив насквозь проржавевшую опору ЛЭП, он сначала засомневался. Вполне возможно, что она такой уже и прилетела в Улей. Бетонная конструкция непонятного назначения, попавшаяся на глаза чуть позже, развеяли его сомнения. Да и постоянный гул моторов, раздававшийся вдалеке, косвенно подтверждали его выводы. Траффик около города был довольно плотный. В Улье так часто на машинах не передвигались.

Выбрав подходящую лесополосу, Фарт выдвинулся на звук моторов. Километра за три до дороги он подобрал себе НП и еще часа два наблюдал за движением. Машины различных форм и окрасок катались в оба направления довольно часто. Как по одиночке, так и в составе колонн. В легковом транспорте местное население отдавало предпочтение полноприводным моделям. Несколько раз Фарт замечал военные «Тигры», а однажды промчался настоящий «Хаммви», в песчаном окрасе. Очень распространены были «тачанки» на основе различных пикапов, с установленным пулеметом в кузове и обшитые кустарной броней в стиле «Безумный Макс».

Из грузовых также предпочитали полноприводные модели. В основном – машины с кунгами, обшитые кустарной броней так, что уже было непонятно кто был в качестве донора. Зачастую из кунга, сверху, торчал пулеметчик. Хотя Фарт видел и вполне гражданские грузовички. А однажды пропылила колонна из пяти фур, под прикрытием двух бэтэров.

Последние тоже довольно активно использовались местным населением. Фарт увидел несколько БТР-80 и БТР-80А. Один раз пролетел «Бумеранг».

Удовлетворившись увиденным, он опять спрятался в лесополосе. Отошел немного назад, к торчащей опоре ЛЭП. Прошел лесополосу насквозь. Ширина была около ста двадцати метров. Хотелось бы больше, но увы… Километрах в пяти увидел стены поселения. Нормально. Не далеко и не близко. Фарт очень надеялся, что за этим участком не ведется пристального наблюдения, а на опоре ЛЭП не установлены системы безопасности. Хотя, вряд ли. В ином случае сюда бы уже приехали и поинтересовались, а какого, собственно, хрена он тут шарится. Вернувшись к той стороне, где торчала опора, он отсчитал вглубь зарослей пятьдесят шагов, скинул рюкзак и отстегнул лопату. Наученный выкапыванием ям в лесу, расстелил на земле запасную футболку. Аккуратно снял дерн и выкопал неглубокую ямку. Землю скидывал на футболку. Достал контейнеры со споранами, горохом, жемчугом и спеком. Отсыпал себе десять горошин и пятнадцать споранов, все остальное зарыл, прикрыв дерном. Накидал сверху лесного мусора и пару раз прошелся сверху. Отошел в сторону метров на пять и там сломал ветку на дереве.

Осмотрел со всех сторон место захоронки, вроде неплохо получилось. Главное самому найти потом. Подхватив рюкзак, Фарт пошел на выход из лесополосы, по направлению к опоре ЛЭП, на ходу подламывая веточки деревьев. После чего свернул в сторону дороги. Пора выбираться к цивилизации. Он очень надеялся, что здесь незнакомцев в клетки не сажают и к кушеткам не привязывают. Дождавшись, когда на дороге не будет машин, Фарт резво выскочил на обочину и, с независимым видом, пошел в сторону Климовского.

Не успел он пройти и пяти минут как сзади раздался звук мотора. Грузовик, судя по звуку, увидел Фарта и начал притормаживать. Поравнялся с ним. Сзади открылась бронированная дверь и оттуда выглянул мужик лет тридцати пяти. Камуфляж, разгрузка, на голове шлем, в руках АК.

- Здорово рейдер! В Климовский?

- Ага. – кивнул Фарт.

- Запрыгивай – подбросим!

Фарт не стал ломаться и резво забрался в кунг. Грузовик фыркнул и начал набирать скорость.

Вдоль бортов, на сиденьях, сидели еще пять человек, которые с интересом смотрели на Фарта. Впереди, под потолком, торчали ноги пулеметчика, расположившегося в своем гнезде. На полу стояли разнокалиберные ящики и мешки.

- Падай тут. – мужик похлопал по сидушке рядом с собой - Я – Клещ. – он протянул руку.

- Фарт. – ответил на рукопожатие.

- Удачный рейд? – Клещ указал глазами на объемный рюкзак Фарта.

- Еще не знаю. – абсолютно искренне ответил тот - Слушай, как тут вообще город? А то я первый раз здесь. – Фарт попытался прощупать почву.

- Раньше нормальный стаб был. – Клещ скривился – А в последнее время что-то гниль поперла. Наверное, мы будем менять место.

- Да? Что так?

Клещ ответить не успел. Они добрались до КПП и Фарта попросили на выход.

Он вылез и осмотрелся. Ожидалось чего-то более монументального. Железные ворота, вмурованные в бетонную стену. Сбоку отдельный проход для пешеходов. Перед воротами, по обе стороны дороги – ДОТы из бетонных обломков и мешков с песком. Пять человек вооруженной охраны в разномастном камуфляже.

- Первый раз к нам? – к Фарту подошел охранник.

- Да.

- Проход в стаб – три спорана.

Фарт задумался. Взятые с собой пятнадцать споранов уже не казались ему такой великой суммой.

- С каких пор стало три? – к ним подошел Клещ – Всегда один был. Ты, случаем, не охуел ли, Боб?

Охранник поморщился.

- Ну, один споран.

«Вот так. Добро пожаловать в цивилизацию, Фарт. Второй встреченный человек на ровном месте попытался тебя наебать. Но не все тут падлы. Клещ, вроде, нормальный.» - подумал Фарт и достал споран.

- Магазины у автоматов отсоедини, оружие разряди и на предохранитель. После чего – туда. – охранник ткнул пальцем в сторону двери и отошел.

- Теперь понял, что я имел ввиду, когда говорил насчет гнили? – Клещ пошел рядом с Фартом. Тот кивнул.

Пройдя сквозь дверь Фарт, вопреки ожиданиям, оказался не на улице, а в коридоре какого-то здания. По обе стороны располагались обычные деревянные двери без поясняющих надписей. Сам выход на улицу виднелся в конце коридора. Там его остановил очередной охранник.

- Впервые здесь?

- Да.

- Иди за мной.

Охранник завел его в одну из дверей. За ней располагался небольшой кабинет. Стол с разной канцелярщиной, два стула для посетителей и шкаф, доверху набитый папками. Вот и вся обстановка. За столом сидел худой мужчина с вытянутым лицом и глазами вареной рыбы.

- Снулый, перворазник к тебе. – проговорил охранник. Выходить при этом не стал. Остался в кабинете.

«Как точно окрестили худого» - поразился Фарт.

- Садись. – Снулый указал на стул. Голос был под стать внешности. Таким колыбельные петь хорошо.

- Отвечать честно. Ты мур?

- Нет.

- Ты внешник?

- Нет.

- Ты работаешь на муров?

- Нет.

- Ты работаешь на внешников?

- Нет.

- Ты хочешь нанести вред Климовскому?

- Нет.

Снулый замолчал, достал какой-то бланк и начал заполнять его.

- Имя?

- Фарт.

- Кто крестный?

- Геббельс.

Через секунду Фарт оказался впечатанным мордой в стол. Правую руку больно вывернули в плече, а в скулу уперся срез дульного тормоза-компенсатора. Охранник что-то крикнул. Резко простучали ботинки по паркету. С Фарта ловко содрали нагрудник, вытащили пистолет из кобуры и нож. Руки за спиной сковали пластиковые стяжки. Кто-то пробежался по карманам, опустошая их содержимое. В конце концов, на голову накинули черный мешок, выволокли из здания, забросили в машину и куда-то повезли.

«Ну пиздец «добро пожаловать»!» - только и успел подумать Фарт.

После непродолжительной езды, его заволокли в помещение, сдернули с головы мешок и освободили руки.

- Сиди тут пока. – бросил один из охранников, захлопывая дверь.

Фарт огляделся. Комната была подозрительно похожа на камеру для преступников, как их показывают в кино. Длинное, узкое помещение, бетонные стены, две пристегивающиеся к стенам деревянные лежанки, железная дверь. И все. Окна отсутствуют. Тусклая лампочка в патроне на потолке освещала центр камеры, оставляя темные пятна по углам.

Отстегнув один из лежаков, Фарт расположился на нем и предался черной меланхолии. Он вдоволь успел поразмышлять на тему «Стоило ли менять комфортную клетку в подземелье, на жесткую лежанку в бетонной коробке», когда в дверях загремели ключи. Здоровенный детина, со зверской рожей, заглянул в камеру. Такого на улице увидишь – на другую сторону дороги перейдешь.

- На выход! И смотри у меня. – он поднял кулак, больше напоминающий арбуз по размерам.

Фарта погнали по лестнице вверх. На третьем этаже провели по коридору и заставили остановится у помпезной двери. Здоровяк постучал, заглянул, спросил разрешение и впихнул Фарта в кабинет. Просторная комната. Высокий потолок. Три больших окна, тяжелые шторы. Шкафы с разной херней и рядком выстроенные стулья вдоль стены. В углу – массивный железный сейф. Посередине Т-образный стол, за которым сейчас сидели трое. Одного Фарт узнал – ментат с рыбьими глазами. Снулый. Рядом с ним примостился молодой парень с породистым, но усталым лицом, модной, на Земле, стрижкой с выбритыми височками и внимательными, злыми глазами. На месте начальника восседал грузный мужик, поразительно похожий на пожилого Депардье. Снулый мазнул по Фарту взглядом и отвернулся. Весь его внешний вид выражал смертную скуку. Парень с «Депардье» буравили взглядом гостя. Фарт ответил тем же. Сесть никто не предложил.

После десяти минут взаимного молчания «Депардье», наконец, подал голос:

- Значит это ты Геббельсов крестничек?

Так как вопрос был из разряда риторических, Фарт продолжил хранить молчание.

- Меня зовут Кирпич, и я глава этого стаба. Это. – он указал на парня – Наш начальник службы безопасности – Скрипач. Снулого ты знаешь.

- Фарт. – коротко представился гость.

- Садись, Фарт и расскажи нам, как ты получил Геббельса в крестники?

- С чего мне это делать? – Фарт пожал плечами – Только за одно имя вы меня упекли в кутузку. Боюсь даже представить, что вы со мной сделаете после моей истории.

«Блин! Это не я!» - в голове Фарта метнулась паническая мысль – «Я бы уже после пяти минут молчания трусился бы всеми конечностями. Да я бы еще в камере начал трястись!». Тем не менее, Фарт сохранял ледяное спокойствие. Страх спрятался в дальнем уголке организма и лишь изредка светил тусклым светом слово «опасность».

- А с того. - тем временем продолжал диалог Кирпич – Что с именем твоего крестного связаны реки крови. И если тут появляется его крестник, то это может угрожать безопасности стаба. А за стаб отвечаю я. Так что садись за стол, по-хорошему. Иначе вернешься в свою комфортабельную камеру, а к тебе в гости придет специалист. Хороший специалист. Кусочки от людей умеет отрезать ооочень долго. А на иммунных заживает все, как на собаке. И через пару дней клиент готов к новым процедурам. Единственная причина, по которой мы с тобой разговариваем… Я, Глава Стаба, с тобой говорю – это то, что Снулый подтвердил, что ты не собираешься вредить городу. Но остается твой крестник.

Фарт заметил, как сморщился гэбэшник, так для себя он окрестил Скрипача, видать, не по душе ему добрые, старые, средневековые пытки. Он прикинул все плюсы и минусы. В принципе, риск минимален. Тем-более, что Фарт – жертва. Главное – умолчать о сути эксперимента Геббельса и сохранить в тайне местоположение убежища. Правда, тут ментат. Но ведь не обязательно рассказывать все?

- А Геббельс действительно правду говорил. – пробормотал Фарт шагнув к столу – Рейдеры от муров ничем не отличаются.

- Ты нас с мурами не ровняй! – заорал вдруг Кирпич, мгновенно покраснев.

Фарт не стал обострять, мимолетно отметив, что теперь понятно за что Кирпич получил свое имя. За столом, с его стороны, стоял только один стул, что исключало возможность выбора. Усевшись на него, Фарт оказывается лицом к лицу со Скрипачом и Снулым. Кирпич будет справа, на своем «директорском» месте. Он читал о таких штучках. Ему, во время разговора, придется постоянно вертеть головой туда-сюда, испытывая при этом дискомфорт, что повышает вероятность ошибки в ответе. Да и просто сидеть прямо вывернув шею почти под девяносто градусов – приятного мало. Советские руководители знали толк в том, как задрючить подчиненных. Т-образные столы – советское наследие. Поэтому, ухмыльнувшись, Фарт подхватил под спинку свой стул, перенес его в торец стола, где и расположился. Теперь в крайне невыгодном положении оказались Скрипач и Снулый.

Скрипач обеспокоенно посмотрел на Кирпича.

- Ээээ… - начал тот.

- Спасибо, мне и здесь комфортно. – невежливо перебил его Фарт.

Кирпич побарабанил пальцами по столу, глядя на Фарта исподлобья.

- Ладно. Рассказывай.

- А что рассказывать? Я только провалился в Улей. На второй день Геббельс со своим подручным, Малышом, меня захватили. Притащили к себе. Посадили в клетку. Потом их сожрали твари, а мне удалось выбраться. Всё.

Снулый секунду посидел с закрытыми глазами, затем кивнул. Скрипач и Кирпич заговорили одновременно, перебивая друг друга.

- Геббельс мертв?

- Геббельса сожрали?

- Так стоп! – Кирпич поднял руку – Парень, ты точно уверен, что Геббельс умер? Вести о его смерти только мне поступали пять раз. И каждый раз эта тварь оказывалась жива. Если ты сможешь это подтвердить – то это будет самая радостная новость за весь год.

- Ну, у вас вон ментат сидит. – Фарта начали одолевать сомнения – Лично я видел кучу окровавленного камуфляжа, в котором уходил Геббельс. Камуфляж не просто окровавленный, а с человеческими останками. Рюкзак, с которым уходил Геббельс. Автомат, с которым уходил Геббельс. И в лесу нашел оторванную голову Геббельса. Этого достаточно?

Кирпич впился глазами в Снулого. Сбоку его пожирал глазами Скрипач. Тот подтвердил слова Фарта кивком головы. Скрипач с Кирпичом откинулись на спинки и радостно заулыбались. Как будто сами Геббельса замочили. «Надо будет поподробнее узнать о крестном.» - подумал Фарт – «Видать, не мало он кровушки у местных попил.».

- Парень, ты даже не представляешь, что ты сейчас сказал! – довольно щурясь произнес Кирпич – Так, стоп! – он снова поднял ладонь – Ты говорил, что Геббельс утащил тебя в свое логово?

- Да. – ответил Фарт, уже предчувствуя неприятности.

- И ты оттуда смог выбраться и добрался сюда?

«Блин, вот и вторая часть марлезонского балета. От экспериментов внимание удалось отвлечь, а от убежища – нет.» - с тоской подумал Фарт и не стал отрицать очевидное:

- Ну да.

Кирпич метнулся к шкафам. Достал рулон свернутой бумаги. Расстелил рулон на столе и тот превратился в карту.

- Показывай – где убежище!

Фарт подошел поближе. С интересом рассмотрел карту. Да, это не Геббельсова поделка. Тут все более подробно и информации намного больше. Даже масштаб пытались соблюдать. Вон, в углу линейка намалевана. Он вернулся на свой стул.

- Нет.

Кирпич воззрился на него в немом изумлении.

- Что – «нет»?

- «Нет» - это частица речи, обозначающая отрицание.

Кирпич мгновенно покраснел, налился дурной кровью. Если бы дело было на Земле, Фарт решил бы что у него высокое давление. «Ща он покажет тут всем свой командный голос.» - подумал он.

- Ты!!! Сейчас же!!! Покажешь!!! Где!!! Находится!!! Убежище! – заорал Кирпич.

- Да хер тебе! – не остался Фарт в долгу и вскочил на ноги – Почему это я должен тебе показывать?! - «Надеюсь, он меня не пристрелит раньше времени» - мелькнула мысль.

- Ты даже не знаешь, что там! – продолжал надрываться Кирпич.

Ошарашенные Скрипач со Снулым только головами крутили влево-вправо. Как будто наблюдали игру в пинг-понг.

- Аааа! – Фарт обвинительно ткнул пальцем в Кирпича – Так ты хочешь захватить документы Геббельса и самому продолжить его дело?

- Я хочу уничтожить их!

- Он говорит правду? – быстро спросил у Снулого Фарт. Три пары глаз впились в ментата.

Снулый, автоматически, отрицательно помотал головой. Спохватился и замер, с опаской косясь на главу стаба.

Выражение лица гэбэшника Фарт, к сожалению, не видел. Так-как он тоже смотрел на Кирпича.

- Готов тебя разочаровать, Кирпич. – спокойно сказал Фарт – В убежище Геббельса нет ни бита информации о его деятельности. Готов подтвердить перед ментатом.

- И что же там такого ценного, что ты так упорствуешь? – после выходки с ментатом Кирпич тоже сбавил обороты, но угрозы в его голосе прибавилось на порядок.

- Место, Кирпич. – Фарт не стал вдаваться в подробности – Геббельс там сидел и его никто не мог найти. Полезно иметь в запасе такой козырь, на всякий случай. А случаи. – Фарт широко обвел помещение рукой – Бывают разные, как я смог уже убедится.

- Оно тебе не понадобится. – зашипел Кирпич рассерженной гадюкой – Ты останешься в камере до тех пор, пока я все не узнаю.

- По какому обвинению? – понимая, что тут он тоже вляпался и уже прикидывая, как бы выгоднее слить убежище Кирпичу, Фарт не особо сдерживался и добавил в голос максимум сарказма – Или просто потому что твое Королевское Величество так захотело? Все-таки прав был Геббельс, вы ничуть не хуже муров.

- Ты… - Кирпич опять начал стремительно краснеть, но тут, внезапно, вмешался гэбешник.

- Парень прав, Кирпич. Какой из законов стаба он нарушил?

Кирпич подавился фразой и перевел взгляд на Скрипача.

- Ты не понимаешь… - начал он.

- Да все я понимаю. – перебил его Скрипач. Лица его Фарт не видел, но в голосе явно была насмешка. «Ого! А у мужика есть яйца. Впрочем, на такие должности других не берут.» - подумал он.

- Скрипач! – прорычал Кирпич – То, что ты работаешь последний день, еще не дает тебе права так со мной разговаривать.

- А ты подумал, почему я работаю последний день, Кирпич? Почему люди бегут отсюда? Почему слухи о Климовском расходятся один дурнее другого? И да. Спасибо что напомнил, что я еще работаю. Парня пропускаем через расширенный опрос ментата. Если после этого ничего нет и стабу он не несет угрозы – его надо отпускать.

Некоторое время Кирпич буравил взглядом своего гэбэшника затем заорал:

- Халк!

В дверь заглянул мордоворот-охранник.

- Постой-ка с ним. – Кирпич кивнул на Фарта – Пока в коридоре.

Сопровождаемый Халком Фарт вышел из кабинета. Увидел стул для посетителей и немедленно на него уселся. Сначала он пытался прислушиваться, что там происходит, но кроме «бу-бу-бу» ничего нельзя было разобрать. Оно было то тише, то громче, то совсем громко, но, при этом, абсолютно неразборчиво. «Хорошая у них дверь.» - подумал Фарт и занялся самокопанием.

Что это вообще было? Его нынешнее поведение абсолютно не соответствовало земному психотипу. Как только Кирпич упомянул про убежище, земной Сергей сразу же выложил бы его на блюдечке, с голубой каемочкой. Да и раньше бы дрожал как осиновый лист. А тут? Попер буром. И на кого?! На Главу стаба! Эксперименты Геббельса были успешными и теперь мертвый рейдер захватывает его тело? Но, вроде, мысли остались его. Старые. А он уверен, что это его мысли? Больной шизофренией никогда не признается, что болен. Он просто абсолютно уверен, что здоров.

Погрузившись в размышления Фарт прозевал, когда его позвали назад. Только когда Халк за шкирку поволок его к двери – очнулся.

- Значит так. Сейчас ментат тебя опросит. На все вопросы отвечать честно. – Скрипач показал рукой на стул.

Фарт сел напротив ментата. Перед тем лежали листы опросника. В течении двадцати минут у Фарта узнали, что он не мур, не внешник, не их пособник, никак не угрожает стабу, не убивал людей, тут Фарт запнулся и в двух словах рассказал историю с Михаилом. Хоть он и переродился, все-таки Фарт считал его человеком. Немного посовещались и прошлись по убийствам всех категорий, от простых иммунных до внешников. Никого Фарт не насиловал и так далее.

- Кирпич, он чист. Парня надо отпускать. Если кто-то узнает, а узнают обязательно, его вязали на глазах у кучи людей, что мы тут держим человека без оснований, стаб запишут в беспредельный. И так уже слухи ходят… – Скрипач повернулся к Кирпичу.

У того на лице ходили желваки. Взгляд такой, что вот прямо сейчас вынет пистолет и пристрелит. Он долго молчал, неотрывно смотря на Фарта, затем с ненавистью процедил:

- Ты объявляешься нежелательной персоной для стаба Климовский. У тебя есть два часа, чтобы покинуть его.

Понятно. Сейчас за ворота выпрут, а там «Закон — тайга, прокурор — медведь.».

- Кирпич! – снова влез Скрипач – Беспредел творишь. Даже черносписочникам из других стабов дают ночлег.

Он кивнул в окно. Солнце стремительно скатывалось к горизонту. Гебешник в последний день работы решил достать своего босса. Какие-то нездоровые отношения между ними. Красная краска с рожи Кирпича не сходила с того времени, как Фарт вошел в кабинет во второй раз. Сейчас Кирпич стал вообще свекольного цвета. Полный ненависти взгляд уперся уже в Скрипача. Но тому было хоть бы хны.

- Завтра. – каркнул Кирпич и продолжил выплевывать слова по отдельности – Восемь. Утра. Духу. Твоего. Здесь. Не было. Все. Вон.

- Вещи верни. – буркнул Фарт.

Кирпич забулькал и зашарил рукой по кобуре.

- Пойдем. – Скрипач подхватил Фарта под руку и потащил на выход.

Вывалились в коридор. Снулый невнятно распрощался и буквально растворился в воздухе. А Скрипач повел Фарта на первый этаж.

- Мой тебе совет, парень. Завтра, в семь утра, уходит караван торговцев на Воскресенск. Получишь вещи и беги к караванщику – бронируй место. Это для тебя единственный шанс прожить подольше.

Зайдя в дежурку и приказав выдать Фарту вещи, он убежал по своим делам.

Молодой паренек привел Фарта в комнату, где на столе валялся его распотрошённый рюкзак с нагрудником. Матерясь сквозь зубы, он начал все упаковывать обратно. Удивительно, но на первый взгляд ничего не пропало. Тем не менее, Фарт тщательно проверил спораны с горохом, комплектацию пистолетов в кофре, не разбили ли прицелы с автоматов и бинокль и так далее.

- Мы не беспредельщики, чужого не берем! – обиделся охранник, заметив его манипуляции – На продажу? – он кивнул на кофр с Ярыгиным – Я бы себе взял.

Фарту очень хотелось ответить, что в этом стабе он даже лопату говна никому не продаст, но сдержался. Эти-то ни в чем не виноваты. Действовали по инструкции. Хотя осадочек, как в том анекдоте, все равно остался.

- В личное пользование. – буркнул он.

- Ну-ну… – многозначительно протянул охранник.

Навьючив на себя рюкзак и уточнив, где можно найти караванщика, Фарт отправился на поиски. Тот, как ни странно, обнаружился возле каравана, который еще активно грузился. Свободные места были, караванщик лишь уточнил: сажать Фарта как пассажира, или как бойца. Здраво рассудив, что с его опытом пассажиром ехать будет безопаснее для окружающих, Фарт попросился в пассажиры. Караванщик запросил десять споранов. Крутя в руках горошину Фарт уточнил, смогут ли они подобрать его на выезде из стаба? Объяснил тем, что поссорился с местной администрацией и она его попросила отсюда в шесть утра. И почти не соврал. Караванщик долго крутил носом, гипнотизируя горошину. Фарт добавил к первой горошине вторую. Караванщик, все же, согласился. Забрал горошины и потащил Фарта к машине, в которой предстояло ехать, где познакомил с водителем. Объяснил ситуацию. Тот от предстоящих манипуляций тоже был не в восторге. Пришлось раскошеливаться еще на пять споранов. Водила обещал тормознуть, но, буквально, на секунду. И на том спасибо.

Разобравшись с караваном Фарт отправился на поиски того, для чего он, вообще-то, и стремился в стаб. Ему был нужен знахарь.

Люди на улице подсказали нужный дом. Правда, выразили сомнение, что знахарь его примет в такое время. Если бы не обстоятельства, Фарт и потерпел бы до Воскресенска. Но ситуация с Кирпичом требовала активации даров как можно быстрее.

Он решительно постучался и заранее приготовил сотню слов извинений за столь поздний визит, и слезливую просьбу о помощи с дарами. Слово «знахарь» ассоциировалось у Фарта с чем-то монументальным. Здоровенный мужик, косая сажень в плечах. Почему-то в рясе. Бородища до пупа и такой же длины волосы, обязательно перетянутые шелковой веревочкой на лбу. А взгляд голубых глаз такой добрый и в тоже время мудрый, всепонимающий. Геббельс, как знахарь, Фартом не воспринимался. Хоть и был им.

И поэтому все заготовки вылетели из головы, когда дверь открыл молодой, не старше двадцати пяти лет, остроносый парень. Вместо косой сажени была болезненная худоба и рост не выше ста семидесяти сантиметров. Вместо рясы – черные джинсы и такого же цвета свободная футболка с принтом «Цой – жив!». Длинные волосы присутствовали, правда торчали в разные стороны.

Несколько секунд они молча разглядывали друг друга. Первым решился нарушить молчание парень:

- Эээ… Чем могу?

- Извините, а можно увидеть знахаря? – отмер Фарт. Этот парень был похож на кого угодно, только не на образ, нарисованный его воображением.

- Можно. – парень усмехнулся – Смотри.

- Вы – знахарь?

- Да. Я – знахарь. И давай на «ты».

- Блин… Слушай, эээ… Фарт. – он протянул руку.

- Рок. – представился парень. Ну уж с такой-то футболкой…

- Рок, я понимаю, что уже поздно, но у меня возникли проблемы с дарами и мне нужна помощь.

- С дарами? – парень вопросительно изогнул бровь.

- Да, с дарами. – подтвердил Фарт.

- Ну, в таком случае лучше поздно, чем никогда. Проходи. – парень посторонился. – Тебе жутко повезло. Завтра утром я сваливаю с этой помойки.

Фарт обратил внимание на пару упакованных баулов.

- Не на караване ли случайно? И почему помойка?

- На караване. И не случайно, а специально. Ну а помойка… Поживи тут неделю, сам все поймешь. Скидывай свой рюкзак с артиллерией сюда. – он указал рукой на пол рядом с баулами – И лифчик тоже убирай – тут никто воевать не собирается.

- Я бы и пожил, может быть. – ответил Фарт, разоблачаясь – Да уже оценил местное гостеприимство и завтра на том же караване валю отсюда. Так что попутчиками будем. Если в одну машину попадем, конечно.

- Пассажиром или бойцом едешь?

- Какой из меня боец. Пассажиром.

- Упакован ты прилично. И стволы зачетные.

- Толку с них без опыта и без дара. Кстати. Об этом…

- Активация дара – семь споранов.

- Горошиной возьмешь? – дождавшись кивка, Фарт уточнил - Прямо сейчас приступим?

- Ну а чего ждать? – Рок вытащил на середину комнаты табуретку – Садись. Расслабься.

Он навис над сидящим Фартом, закрыл глаза и начал медленно водить руками над его головой. Постепенно его движения убыстрялись. Становились дерганными. Он пошел вокруг Фарта, обследуя не только область головы, но и все тело. Время от времени Рок вскрикивал что-то типа «Невероятно!», «Как такое возможно?» и тому подобное.

После пятнадцати минут шаманских плясок Фарту надоело изображать из себя манекен, и он неестественно прокашлялся.

- Доктор, не хотелось бы прерывать ваше камлание, но может быть вы мне скажете, что там с дарами?

- А? С какими дарами?

Рок выглядел как человек, которого резко выдернули из сна. Взгляд отсутствующий. Волосы в разные стороны. Только следа от подушки на лице не хватает.

- Ааааа, с дарами… С дарами подожди. Кто с тобой это сделал? – он придвинул еще один стул и сел напротив Фарта.

- Слышь, батюшка, я сюда не на исповедь пришел. – разозлился Фарт – А за кое-чем другим.

- Ты не понимаешь. То, что с тобой сделали… С одной стороны, чудовищно, с другой – прекрасно. Я просто обязан знать имя автора. Дары – бесплатно.

- Ты уверен, что хочешь услышать это имя? У меня и так из-за него проблем выше крыши. После того, как я назвал его на КПП, мне завернули ласты и бросили в местную кутузку. А потом не выперли из стаба прямо сегодня только потому, что наступала ночь. Разрешили остаться до завтра.

- Интересно, кто бы это мог быть? – огонек любопытства в глазах Рока разгорелся еще сильнее.

Фарт прикинул расклад. С одной стороны – говорить не хотелось. С другой – чей он крестник знали ментат, Скрипач и Кирпич. А также дежурная смена на КПП. И если первая тройка болтать особо не будет, то охрана… Он был уверен, что уже половина стаба знает кто его крестил. Ну хоть двадцать восемь споранов сэкономит.

- Обещай, что не будешь кидаться на меня с ножом.

- Говори уже! – Рок подался вперед.

- Геббельс.

Року как будто со всего маха врезали кулаком, так резко он откинулся на спинку. На лице проступила бледность. Зрачки расширились.

- Эй! Я не с ним! – Фарт поднял обе руки – И, если тебе от этого станет легче – он сдох.

- Это точно? – выдохнул Рок.

- Точнее не бывает. – усмехнулся Фарт.

- Ты должен мне все рассказать!

- Еще один… - пробормотал Фарт – Я! Никому! Ничего! Не должен!

- Это в твоих же интересах.

- Да с чего вдруг? И вообще, я пришел сюда не для того, чтобы языками чесать. Ты будешь работать? Или я пошел. – Фарт поднялся.

- Подожди. – придержал его Рок.

- Ну?

- Предлагаю тебе взаимовыгодное сотрудничество.

Фарт изумленно вытаращил глаза.

- И в чём же моя выгода? – все-таки выдавил он.

- Ты получишь персонального, бесплатного знахаря.

- Который не может даже активировать дар. – саркастически продолжил фразу Фарт.

- Да дались тебе эти дары! – разозлился Рок. – Дары я тебе могу активировать хоть сейчас. Только ты на первой секунде сойдешь с ума, а на второй убьешься об стену. Самое интересное находится в тебе, а не в твоих дарах.

- Да я, вроде, не собирался самоубиваться. Эй! Подожди! Ты сказал, что интересное во мне?

- Именно.

- И что же там такого интересного?

- Что ты знаешь о старожилах Улья?

- Ну… - Фарт задумался – Практически ничего. Крутые дядьки. Куча даров. Руками ствол пушки завязывают. А! Еще нолдов на базы загнали.

- Ну да, было дело. – усмехнулся Рок – А еще, их уже трудно назвать людьми. Улей меняет не только тело человека, но и разум. Категории, которыми они мыслят, непонятны обычному человеку. А также, у каждого из них имеется персональный знахарь. Мы, знахари, иногда собираемся на… Назовем это конференцией. Обмениваемся опытом. Поднимаем собственный уровень. Это очень интересно. Но опыт и результат работы со старожилами Улья – табу. Да и не приезжают те знахари на такие сборы.

- Теперь твой интерес понятен. Но при чем тут я?

- Я вижу, что ты появился в Улье не более шести месяцев назад.

- Ну, немного поменьше, ну да ладно.

- Потом с тобой что-то сделали, что подстегнуло… Развитие. Да. Развитие человека в Улье. И по своим параметрам ты сейчас соответствуешь имунному, который прожил в Улье лет семь-восемь.

- Уверен?

- А ты на свой баул посмотри. – посоветовал Рок – Ты у себя там, дома, на Земле, я имею ввиду, вообще от пола смог бы его оторвать? А здесь сколько с ним прошел?

- Километров сто шестьдесят. – ответил Фарт, задумчиво глядя на рюкзак.

- И все – ножками?

- Как догадался?

- Да одежка твоя, как бы, намекает.

Фарт осмотрел себя. Ну да. Явно не только-что из магазина. Пообтрепалась. Выгорела на солнце. Вся в потертостях, пятнах от оружейного масла, смолы с деревьев, листьев и бог знает, чего еще. Забыл переодеться в новый комплект, так к людям спешил. Которые приняли его прямо с распростертыми объятьями. Он украдкой понюхал в подмышке. Хм, а неприятного запаха нет.

- Ну допустим. Допустим семь-восемь лет. Неужели такие иммунные настолько редкие и уже переходят в категорию старожилов?

- Как тут любят говорить… – Рок опять усмехнулся – Если прожил в Улье месяц, можешь считать себя ветераном. К тебе это не относится. Ты жить начал, считай, только когда сюда пошел.

- Да я понимаю. – протянул Фарт.

- Восьмилетние иммунные тут встречаются, конечно. Не сказать, чтобы часто, но встречаются. Но мой интерес не в изучении организма восьмилетнего иммунного. Вернее, не совсем в этом.

- А в чем же?

- Ты продолжаешь развиваться. – Глаза Рока сверкнули – Изучить эволюцию человека в Улье не за двадцать-тридцать лет. А всего за год. Или два! И попасть в закрытый клуб знахарей!

Фарт надолго задумался. Рок ему не мешал.

- Такие случаи раньше были? – ожил Фарт.

- Если да, то мне о таких неизвестно.

- Если я правильно понял рассказы Геббельса, то к подобным, уникальным случаям проявляет повышенное внимание Институт. И платят неплохо. Где гарантии, что ты меня не сдашь?

- Ты за кого меня принимаешь? – оскорбился знахарь – За мура? Чтобы ты знал, то, что посетитель скажет знахарю, или знахарь посетителю, остается ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО между знахарем и посетителем. Ну, за исключением разных рекомендаций по применению живчика или гороха. – уточнил он.

- Вот как-то совсем я в местную тайну исповеди не верю. – Фарт хихикнул, припомнив как Геббельс сравнивал рейдеров и муров. Как же они кичатся тем, что не муры.

- А зря. Тут Улей. И он умеет наказывать. Уж поверь то, что новичку кажется глупыми суевериями, иногда оборачивается жестокой правдой. Одна из заповедей знахаря – о посетителе, из посторонних, может знать только другой знахарь. Который тоже связан заповедью. Были разные языкастые знахари. Теперь их нет. Я сам-то почему отсюда съезжаю? Потому-что Кирпич начал требовать, чтобы я сливал информацию по дарам. И если раньше просто просил, то теперь начал давить, наркоман шизанутый.

- Вот сам говоришь, что другие знахари узнать могут… Погоди! Кирпич – наркоман?!

- Да весь стаб уже в курсе. Подсел на спек примерно год назад. Сначала держался, а в последнее время вообще тормоза отпустил.

- То-то я смотрю у него поведение не совсем адекватное было. Как это вообще возможно? Глава поселения – и наркоман? Почему он до сих пор – Глава?! Ну теперь хоть понятно, что ему в убежище Геббельса понадобилось. И почему ментат подтвердил, что он лжет.

- Что, успел уже пообщаться? Ментат проверял Кирпича? Что у вас там за общение такое было?

- Успел, собственно он мне и объявил об изгнании. А как мы общались – как-нибудь расскажу, а то мы сейчас в вопросах запутаемся. Пока задаю я. Почему Кирпич до сих пор Глава?

- Раньше он если и вмазывался, то по малу. И на его работе это заметно не было. Даже наоборот. Резкий стал. Везде свой нос совать начал. Люлей раздавал налево-направо. Стаб ожил, засуетился. Но спек такая штука. Как и любой наркотик. В итоге он тебя сжирает. Вот месяца два назад Кирпича и сорвало с резьбы.

- Так, с Кирпичом разобрались. Теперь с вашим, шаманским племенем. Поехал ты на свой симпозиум по обмену опытом. – Рок поморщился. Фарт злорадно продолжил - И там какой-то знахарь из далекого стаба, который знать тебя не знает, а меня тем более, услышал твой доклад. А институтские положили за информацию… Кстати, что самое ценное в Улье?

- Ну… Белая жемчужина.

- Расскажешь мне потом про нее. А то слышал, а с чем едят – не понятно. У Института он есть?

- Наверняка.

- Вот. Положили за информацию двадцать белых жемчужин. – увидев расширяющиеся глаза Рока, Фарт поспешил уточнить – Много? Хорошо, урежем осетра вдвое. Положили всего десять жемчужин. Думаешь тот незнакомый знахарь устоит?

- Де…Десять?!

- Десять! – рубанул рукой Фарт.

Рок сначала смотрел на него, широко раскрыв глаза. Потом неуверенно хихикнул. Затем залился истеричным смехом.

- Десять! Ой не могу! Ха-ха-ха!!!! За него! У-ху-ху!!!

Фарт, посмотрев на это безобразие, сходил на кухню и вернулся со стаканом воды.

Кое-как успокоившись, Рок принялся объяснять:

- Белая жемчужина – это товар стра-те-ги-чес-кий. Это как ядерная бомба на Земле. Каким бы ты богатым ни был, тебе его не продадут. Торгуют только стабы. Ты вообще представляешь ценность жемчуга? Да и остальных потрохов?

- Не совсем. – честно признался Фарт.

- Потроха тем ценнее, чем опаснее тварь, из которой их добывают. Самые дешевые и основная единица расчета – споран. Можно выковырять из бегуна и выше. Сталкивался уже с бегунами?

Фарт кивнул.

- Кроме того, споран – основа жизнедеятельности организма иммунного. Не будет спорана – не будет живчика. Не будет живчика – протянешь ноги. Горошины редко бывают у лотерейщиков, чаще – у топтунов. Топтунов видел? – Фарт снова кивнул. – Драться доводилось? – отрицательно помотал головой – Что так?

- Пока не по Сеньке шапка. – пробурчал Фарт.

- Вот! Уже что-то понимаешь. Жемчужины, исключительно черные причем, можно достать из рубера, но тут как повезет. И на сто процентов из элиты. Плюс красные, из нее же. Элиту видел?

- Только на картинке.

- Вот поэтому живьем до стаба и добрался. На нее охотятся в составе бронегрупп и при поддержке тяжелого вооружения. В условиях Улья, конечно. То-есть крупнокалиберные пулеметы, ручные гранатометы и огнеметы, может и СПГ у кого-то есть. И то, до конца неизвестно кто-кого. Есть, конечно, ловкачи, что умудряются и в одиночку элиту подстрелить. Но таких по пальцам на руках можно пересчитать. И живут они очень недолго. За одну красную жемчужину ты можешь прожить в Центральном, это самый дорогой стаб в наших краях, нууу… Примерно год. Причем нормально прожить, а не бомжом за воротами. Стоимость же белой жемчужины несоизмеримо выше. За одну белую жемчужину продаются и покупаются колонны танков, со всем обеспечением, а это еще две колонны грузовиков. С боеприпасами, запчастями, ГСМ и т.д. Представляешь из каких зверюг ее добывают? Да что я перед тобой распинаюсь! Знаешь сколько Институт назначил за Геббельса?

- Он говорил – две красных жемчужины, потом пять.

- Вот! И это за создателя. А ты, извини конечно, но всего лишь его продукт. Так что никто за тебя, такого красивого, даже если и узнают, больше двадцати горошин не даст. Но скорее всего не узнают. Пойдешь по теме долгожителей, с неразглашением. Спрошу у главы нашего района.

- Я, вообще-то, согласие еще не давал. – заметил Фарт.

- Да брось. – махнул рукой Рок – Ты уже согласился. Ведь так? – и протянул руку.

- Да. Так. – Фарт пожал протянутую ладонь.

- Только не забывайся. Я – твой знахарь, а не раб или мальчик на побегушках. Обижусь, придешь ко мне пальчик прищемленный лечить, а я тебе на лбу член выращу. Будешь ходить – мужиков пугать, девок радовать.

- Что, реально сможешь? – не поверил Фарт.

- Угум. – мурлыкнул Рок - Ну а теперь рассказывай. Подробно рассказывай, что делал Геббельс.

Фарт долго рассказывал, как проводил время у Геббельса. Рок внимательно слушал. Иногда задавал вопросы. Что-то чиркал в блокноте, который принес из комнаты.

- Так. С дарами ясно… Ну все же, ничего себе! – присвистнул он – Подправлять дары на этапе формирования. То-то они мне неестественными показались. Все-таки жаль, что ты все документы уничтожил.

- Никто… - начал было Фарт.

- Да понимаю я все! – перебил его Рок – Мне не как практику жалко, а как исследователю. Мы, знахари, тоже пытаемся исследовать Улей. Со своей стороны, конечно. Итак, смотри сюда. Вот твой дар, как только он появился. – он нарисовал на листе кружочек – Ты его кормишь горохом, раскачиваешь применением. Он потихоньку растет. – сверху маленького кружочка появился кружок побольше – Потом принимаешь жемчужину. Появляется новый дар, что, в принципе, необязательно. – в стороне от первых двух кружков появился третий – Но при этом жемчужина влияет и на первый дар. Провоцируя просто взрывной рост. – на месте первого дара-кружочка появился огромный круг – Пока понятно?

Фарт кивнул.

- Теперь по твоей ситуации. Вот появился твой первый дар. Пускай его подкормили на капельнице с горохом… - Рок перевернул листок и снова нарисовал кружок – Вот Геббельс его заблокировал. – на круг лег квадрат – Вот скормил еще одну жемчужину. У первого дара идет взрывной рост. Но расти ему некуда. – круг растекся по всей площади квадрата – И он начинает расти внутрь себя. – дорисовал два треугольника.

- Короче, Склифосовский, это лечится? – Фарту надоела эта риторика.

- Я попытаюсь развернуть твои дары. Правда, это будет несколько сложнее, чем я ожидал. И результат… Чем больше дары подвергались такому воздействию, тем больше они сворачивались в себя. Так что самый первый, что там, сенс? Вот он наверняка будет не совсем обычным. С каким-то дефектом. Соответственно последний, я почти уверен, удастся развернуть полностью. Сейчас я тебя усыплю и начнем. – Рок потер ладони. – Предупреждаю сразу – на сенса и клокстоппера не рассчитывай. Только скрыт и снайп.

- Ну хоть что-то. А почему эти два нельзя?

- От сенса ты на стабе с ума сойдешь. Сколько людей было рядом, когда ты его впервые активировал? Двое?

- Один. Один человек и один кваз.

- Двое. – махнул рукой Рок – Ты недомогания не почувствовал?

- Да нет. – припомнил свои чувства Фарт – Любопытство. Удивление. Восторг.

- У тебя просто эмоции все забили. Поверь. Когда ты «увидишь» сенсом столько людей вокруг – мозг с нагрузкой не справится. Такие вещи надо активировать либо под землей, либо вдалеке от людей.

- Поняяятно. А в чем сакральный смысл активации под землей? – не понял Фарт.

- Ну под землей живых людей нет. Во всяком случае, при обычных условиях. Вот потихоньку-полегоньку из-под земли сенсы и привыкают.

- Странно. Мне как раз активировали под землей, но Малыша на поверхности я увидел.

- Да?! – изумился Рок.

- Ну да. – тоже удивился Фарт на реакцию собеседника. – А с клокстоппом что не так?

- Тоже надо на открытой местности активировать. Или в специальном зале. И осторожно учится пользоваться. А то сделаешь шаг в замедлении, вывалишься в реальное время – и шмяк! Со скоростью пули об стену. Я могу и бессильным оказаться. Хоронить придется в закрытом гробу.

- Делааа. – Фарт поскреб затылок – Поневоле задумаешься, а стоит ли активировать такой дар?

- Стоит-стоит. – Рок покивал головой – Дар отличный, когда научишься его грамотно применять. Ладно, пойдем.

- Это… - Фарт глянул на часы – Время уже пол второго. Может отложим? Вставать рано завтра. Мне так вообще в шесть надо быть у ворот. И кстати. Сколько сейчас время по-местному, а то я свои по Солнцу выставлял.

- Почти угадал. Час восемнадцать. Насчет рано вставать – ты и так спать будешь, а я в караване отосплюсь. Не терпится посмотреть, что там с твоими дарами, куда они свернулись.

- Я так понимаю, что все равно у тебя ночую. Тогда можно в душ? – Фарт засмущался - Я быстро.

- Да иди, конечно. Вторая дверь по коридору налево. – Рок продублировал направление рукой.

Фарт достал из рюкзака последний комплект сменного белья. Мыльно-рыльные. Новый камуфляж и кроссовки, или ботинки, он так и не определил, что это. Пускай будут кроссовки. И припустил по коридору. Через двадцать минут чистый, выбритый с почищенными зубами и в новой форме он предстал перед Роком.

Старую форму с ботинками сложил в пакеты и хозяйственно прибрал в рюкзак – пригодится.

- Интересная у тебя форма. – протянул Рок – От Геббельса осталась?

Фарт кивнул.

- Ладно, ложись сюда. – Рок указал на кровать, подождал пока Фарт устроится поудобнее, положил ему ладонь на лоб и приказал - Спи.

- Эй-эй-эй! - задергался Фарт.

- Что? Что такое? – всполошился Рок.

- В пять меня разбудить не забудь!

- Тьфу ты! Не забуду. Спи!

Рок разбудил Фарта в пять, как и обещал. Выглядел он неважно. Лицо осунулось, под глазами залегли тени, сами глаза потухшие. Фарт, чувствуя неловкость, человек из-за него старался, а сам то он выспался просто отлично, поинтересовался самочувствием.

- Ничего. – махнул рукой Рок – Бывало и хуже. Зато все развернул нормально. – глаза вновь заблестели – Давай завтракать, и я тебе все объясню.

В темпе совершив утренний моцион, Фарт присел за стол на кухне. Рок уже вскипятил чайник. После быстрого завтрака Рок принялся объяснять:

- Смотри, снайп развернулся вообще без проблем. Он был последним твоим даром и воздействие катализаторов, в виде раствора гороха и жемчужин, на него было наименее разрушительным. Стелс стоял второй по очереди, так что его немного деформировало. Как он будет работать – я не берусь угадать. Но работать обязан. Для того, чтобы активировать дар, тебе нужен какой-нибудь триггер, например, …

Фарт припомнил как активировал дары под руководством Геббельса и исчез.

- Гм… -подавился на полуслове Рок – Активировать, значит, умеешь. Теперь снайп попробуй. Стрельнуть бы во что-то.

Прищурившись, Фарт активировал снайп и сфокусировался на правом глазе Рока. Рука автоматически потянулась к пистолету. Дар работал. Поспешно его скинул, пока рука не дотянулась до кобуры.

- Все нормально. Работает. Спасибо огромное. Сколько с меня?

-Нисколько. У нас же договор. Я – твой знахарь. Ты – мой пациент. Вообще-то было очень интересно поработать над тобой. Бесценный опыт. Вряд ли кто-то еще в Улье владеет таким. Так что это я тебе платить должен.

- Хм. Интересное предложение.

- Эй!

- Да шучу я, шучу. – рот Фарта сам собой расплылся в улыбке Чеширского кота.

- Но есть и ложка дегтя, в твоей бочке с дарами. Благодаря принятым, в последнюю очередь, жемчужинам, которые не дали никакого результата, твои дары вышли в максимум и прокачивать их горохом не надо.

- И где тут ложка дегтя? Сэкономлю на горохе.

- Кроме того. – продолжил, между тем Рок – Из-за этих жемчужин, а также высокой концентрации раствора потрохов тварей в твоей крови, жемчуг, для получения нового дара, принимать бесполезно. Минимум три года. Можешь сделать только хуже. И естественным путем, новый дар тоже, за такой срок, не проявится.

- Может, оно и к лучшему? – почесав затылок, оптимистично пробормотал Фарт – Тут бы с имеющимися разобраться, научится пользоваться и применять на сто процентов. Да и так Улей, то есть Геббельс, не обидел. Пусть на том свете черти про огонь, под его сковородой не забывают. А «сделать хуже» - это в кваза превратится?

- Нет. Благодаря твоей… - Рок пощелкал пальцами – Короче, в кваза ты никак не превратишься, хоть черный жемчуг горстями жри каждый день. Сдохнуть от передоза – это запросто. В кваза – нет. А хуже – можно нанести еще больший вред существующим дарам. Хоть я их и развернул.

- Ну и бог с ним. И на жемчуге сэкономлю. – Фарт не унывал, но не спросить не мог – Исправить дефект даров как-то можно?

- Хм… - задумчиво хмыкнул Рок и неуверенно произнес – Вполне возможно, белая жемчужина поможет. Или Великий Знахарь…

– Опять эта белая жемчужина, еще и какой-то босс знахарей нарисовался… - Фарт осекся и глянул на часы – Вот черт! Половина шестого уже! Все, я побежал.

- Подожди. Я с тобой. Покажешь в какую машину сел.

Быстро собравшись, они поспешили к каравану. Караванщики уже сновали между машинами, а может и не прекращали работы со вчерашнего вечера. Фарт показал на машину, в которую его определили и Рок убежал договариваться о смене места проезда. В толпе мелькнула знакомая физиономия Скрипача. Блин, надо как-то отблагодарить мужика. Поймал водилу и еще раз напомнил ему, что Фарта надо будет подобрать перед выездом из стаба. Заодно договорились о конкретном месте – последняя лесополоса на стабе. Он подумывал оставить рюкзак сразу в машине. Потом решил, что находиться в Улье, пусть и в стабе, без вещей, с одним БК к автомату – последнее дело. Вот не остановится машина – и привет.

Побежал к воротам. Красивое ночное небо Улья, Фарт не уставал им восхищаться, уже начало бледнеть. Вот-вот наступит рассвет. На воротах сегодня стояла другая смена охраны. Никто не тыкал в Фарта пальцами и не цеплялся с вопросами. Перед воротами уже стояли несколько машин. Рейдеры с утра пораньше разъезжались по Улью в поисках добычи. Проигнорировав проход для пеших, Фарт прошел сквозь открытые ворота. Охрана его не остановила, ничего не сказала, лишь проводили внимательными взглядами.

По дороге несколько машин притормаживали рядом, любезно предлагали подвезти. Фарт, помня о конфликте с Кирпичом, вежливо отказывался. Тюкнут еще по голове и завезут неизвестно куда. Достигнув нужной лесополосы и дождавшись отсутствия машин, он юркнул под деревья. Сразу же забился поглубже, метров на сто, присел на колено, выставил перед собой ствол Вихря и замер, настороженно прислушиваясь. Вроде бы никого. Глянув на часы Фарт чертыхнулся и быстро направился к приметной вышке ЛЭП. Надломленные ветки помогли добраться до места, где он прикопал ценности. Попинав ногами дерн быстро нашел точку и выкопал контейнер. Запихнул его как можно глубже в рюкзак. Вернулся назад к дороге, но из-под деревьев пока не выходил. По времени, колонна минут через пять должна была выехать из города, так что успел впритык.

Колонна опоздала на двадцать минут, заставив Фарта изрядно понервничать. Услышав вдалеке рык мощных моторов, он выбрался на обочину. Скинул на землю рюкзак и прислонил к нему Вихрь с Калашом. И вообще попытался придать себе как можно более миролюбивый вид. Не хватало еще, чтобы какой-нибудь ретивый пулеметчик в него пальнул. Мимо Фарта прошли первые машины колонны. В качестве головного дозора две «тачанки» на базе пикапов. За ними БТР, с тридцатимиллиметровой пушкой в боевом модуле. Потом пошли грузовики. Все будто вышли из одной мастерской. Закрытые листами брони. Наваренные решетки, уголки, шипы по всему корпусу. В кунгах ряды бойниц. Сверху пулеметчики. На Фарта пулеметчики посматривали настороженно, но оружие в его сторону не поворачивали. И на том спасибо.

Увидев знакомую машину Фарт замахал руками. Грузовик сменил тональность звучания мотора и начал притормаживать. Сзади возмущенно засигналили. Фарт подхватил рюкзак с оружием и бросился навстречу. Машина еще не успела остановится, когда дверь в кунге открылась и Фарта настоятельно поторопили пройти в салон. Он закинул как попало внутрь вещи, чуть не пришибив при этом охранника и влетел сам. Охранник буркнул что-то в рацию, и грузовик начал набирать скорость.

Фарт осмотрелся, привыкая к полумраку, царящему внутри. Изнутри кунг напоминал салон автобуса дальнего следования. Два ряда комфортабельных кресел. Явно сняли с автобуса. Полки вдоль бортов над головами, забитые рюкзаками и сумками разных форм и расцветок. Только вместо больших стекол – узкие бойницы. А вместо широкого лобового стекла с закутком водителя – глухая стена и лесенка в логово пулеметчика.

Из глубины салона замахал руками Рок. Фарт, подхватив свои вещи, пошел на свое место. Увидел Скрипача. Кивнули друг другу. Отметил, по дороге, что свободных мест нет. Это он правильно сделал, что вчера договорился о проезде. Закинул вещи на полку. Калашников разрядил и туда же. Посмотрел, что у всех пассажиров, даже у Рока, один длинноствол находится под рукой. Не говоря уже про пистолеты. Сел с краю и поставил Вихрь между ног.

- А… - начал он, повернувшись к Року.

- Фарт. – перебил его Рок – Давай мы в более спокойной обстановке поговорим. – он показал глазами на окружающее пространство – А то так увлечемся и сболтнем лишку. И вообще, это ты ночью на массу давил, а я работал. Подремлю немного.

- Тогда давай местами меняться. – немного подумав, предложил Фарт – Тебе все равно где спать, а так я хоть на Улей посмотрю.

- Не насмотрелся еще? – скептически изогнул бровь Рок – Ладно, давай.

Они поменялись местами и Фарт прильнул к бойнице. Пока ничего интересного видно не было. Зараженные не появлялись. В трех километрах от стаба, на обочине, встретились два УАЗика, переделанные под нужды Улья. Вокруг стояли вооруженные люди. Фарт их узнал. Эти ребята были из тех, кто предлагал его подвезти, когда он шел по дороге к лесополосе. Настойчивости, впрочем, не проявляли. А вот сейчас встали здесь. Ждут Фарта? Стоят по своим делам? Кто их знает. Фарт, на всякий случай, попытался запомнить их лица.

Ну что же. Климовский его не принял. «Не приняла земля русская ног татарских» - хихикнул Фарт, вспомнив анекдот. Посмотрим, как будут обстоять дела в Воскресенске.

Глава 11

Грузовик-автобус убаюкивающе гудел, мягко глотая километры. Но отлично выспавшийся Фарт ему не поддавался и с интересом глазел в бойницу. Пейзаж снаружи радовал своей непредсказуемостью. Оказывается, в своем первом путешествии, он выбрал маршрут по более-менее гармоничным кластерам. Или Улей в этой местности решил раскидывать кластеры в художественном беспорядке.

Поле с желтой пшеницей могло резко сменится на сибирскую тайгу. А та, в свою очередь, на выжженную степь. Дорога, та что была видна из бойницы, и по собственным ощущениям Фарта, варьировалась от отличных автомагистралей, с четырьмя полосами для движения, до грунтовки, похожей на стиральную доску.

Переход между разными кластерами отлично чувствовался, так как стыковка дорог всегда сопровождалась небольшим перепадом по высоте. И не плавным, а, зараза, обрезанным под прямым углом. Впрочем, подвеска грузовика отлично справлялась с этими неровностями и салон лишь плавно покачивало. Вместо ожидаемого пинка кресла в задницу, а то и полета с этого кресла. Явно сняли с комфортабельного автобуса. А может и сам автобус переделали. Сейчас абсолютно невозможно узнать, что это было за транспортное средство в стоковом варианте.

Встречающиеся время от времени объекты придорожной инфраструктуры: кафешки, магазинчики, гостиницы, АЗС и так далее, «радовали» глаз выбитыми окнами и витринами. Выломанными дверьми и потеками на стенах подозрительного, бурого цвета.

В «природных» кластерах техника встречалась довольно редко и была, в основном, разбита. Фарт даже увидел сгоревший БТР, который съехал в сторону от дороги и уткнулся носом в дерево. Зато при приближении к кластерам с жилыми постройками количество автомобилей возрастало в геометрической последовательности. И не все они были в аварийном состоянии. Он с тоской проводил глазами полностью целый Тойота Лэнд Крузер 200, стоявший на обочине с распахнутыми дверьми. Недостижимая, для него, мечта там, на Земле. И абсолютно бесполезная жестянка здесь. Если только в стабе попонтоваться.

В городские кластеры колонна не заходила, но небольшие поселки и коттеджные застройки по дороге попадались. Смерть, разрушение и запустение. Вот три слова, которыми можно охарактеризовать подобные места.

Первое нападение зараженных на колонну Фарт не увидел. Они с Роком сидели у левого борта. Нападение было справа. Когда, внезапно, раздались пулеметные очереди, Фарт подпрыгнул на кресле и снял Вихрь с предохранителя. На что сразу же сзади посоветовали не изображать из себя Рембо и поставить оружие назад, на предохранитель, пока он тут не пристрелил кого-то. Караванщики, мол, сами справятся. И прекрасно справлялись.

ПКМы на крышах выбивал бегунов с лотерейщиками. Крупняки занимались тварями от топтуна и выше. Один раз Фарт услышал, как сработала тридцатимиллиметровка в голове колонны. По кому караванщики долбили - рассмотреть, к сожалению, не удалось. Когда машина с Фартом проезжала мимо боестолкновения, в поле лежали только трупы зараженных. Один выделялся своими размерами, но кто это был, Фарт так и не разобрал.

Сначала Фарт провожал мертвых тварей взглядом, полным недоумения и жадности. Колонна для потрошения не останавливалась. «Это же сколько добра пропадает!» - сокрушенно думал он. Потом понял, что люди здесь не дурнее паровоза. Понял он это тогда, когда две юрких машинки, похожие чем-то на земные багги, только с пулеметом над крышей, шустро обогнали колонну и тормознули от недавно упокоенных мертвяков. Из первой выскочили двое бойцов и довольно быстро начали извлекать содержимое споровых мешков, без сортировки закидывая его в большой полиэтиленовый мешок. Вторая машинка в это время прикрывала добытчиков своим пулеметом.

Разобрался Фарт и с назначением различных уголков и шипов на броне. Колонна, следуя по дороге, очень удачно для наблюдения изгибалась влево, когда из лесопосадки ее атаковали рубер с топтуном и тремя лотерейщиками. Пока пулеметчики самозабвенно разбирали на запчасти наиболее опасных тварей, лотерейщики успели достичь машин. Фарт увидел, как ближайший к нему лотерейщик прыгнул на стенку кунга грузовика, пытаясь зацепится. Укололся об шипы и резво отпрыгнул в сторону. Где и был срезан очередью из пулемета.

В половине двенадцатого была техническая остановка.

Улей удачно вырвал из какого-то мира загородную автозаправку. По обе стороны от дороги на несколько километров простиралась открытая местность. Бойцы охраны резво зачистили внутренние помещения, прибив парочку пустышей. Тачанки с бэтэрами организовали охраняемый периметр. Несколько человек вскрыли люки в цистернах с топливом, зарытых в землю, и опустили внутрь мощные электронасосы. Подключили насосы к подъехавшему грузовику с дополнительным оборудованием за кабиной. После чего приступили к процедуре заправки. Все было проделано быстро и четко. Было видно, что подобная процедура караванщикам не в новинку. Первыми заправляли машины из охранения. Они по одной покидали периметр и, сразу после заправки, быстро занимали оставленное место, уступая заправочный шланг своей соседке. Потом подошла очередь грузовиков.

- Кому приперло – на выход! – гаркнул охранник в машине – Мальчики – налево, девочки – направо. Шучу. Можете засрать туалет. Тем более, он «био». Того, кто попытается на заправке покурить – пристрелят.

Народ потянулся к выходу. Заметил Фарт и несколько девушек, в рейдерском одеянии и с оружием в руках. Он тоже решил размять ноги. Проснувшийся от вопля охранника Рок составил ему компанию. Выглядел он ни в пример лучше, чем с утра. А после того как глотнул живчика, вообще ожил.

Пикников на природе никто не устраивал. К просьбе не курить отнеслись серьезно. Машины заправлялись быстро и уже через пол часа колонна снова вытянулась по дороге.

Оживший народ в «автобусе» потянулся к рюкзакам и сумкам. На свет извлекались банки с тушенкой, завтраками туриста, различные рыбные консервы, галеты, хлебцы, кто-то развернул бумагу, в которой было завернуто копченое сало и по салону поплыл божественный аромат. Люди не дичились, в одну харю не трескали. Конструктивные особенности салона не позволяли организовать общий стол, но по парам народ разбился. А в одном месте Фарт заметил, как четверка рейдеров активно обменивается банками.

После обеда, договорившись, на место за Фартом пересел Скрипач. Поручкались.

- Слушай, Фарт. – сказал он – Чего к тебе Кирпич так прицепился?

Перехватив заинтересованный взгляд соседа Скрипача Фарт ответил:

- Знаешь Скрипач, давай доберемся до Воскресенска и в спокойной обстановке поговорим. Расскажи лучше про город, куда мы едем. А то после Климовского у меня сложились не очень приятные впечатления о стабах Улья.

- Ну под одну гребенку всех грести не стоит. Да и Климовский был нормальный, пока…

- Пока Кирпич на спек не подсел. – пришел на помощь Скрипачу сидевший рядом с ним рейдер и протянул ладонь – Мух.

Познакомились. Из рассказа Скрипача, с дополнениями Муха и Рока, Фарт узнал, что Воскресенск – довольно крупный стаб. Более тысячи постоянного населения и около двух в постоянной ротации – рейдеры-бродяги и торговцы-барыги. Благодаря удачному расположению, стаб не испытывает проблем с продовольствием и предметами быта. Расположенный неподалеку кластер со складским комплексом, обновляющийся каждые тридцать дней, обеспечивает город продовольствием и различными товарами народного потребления. Дополняет его кусок грузовой железнодорожной станции, где тоже можно найти много вкусного. По воспоминаниям Муха, там появляется целый состав с вагонами-рефрижераторами, забитыми мясом и рыбой. Самое главное – отбить его у зараженных сразу после перезагрузки. Но, из-за ограниченной видимости, слева и справа стоят составы, туда команды добытчиков стаба стараются не лезть – потери бывают большими. И еще два городских кластера, с кучей магазинов, грузятся каждые сорок пять дней. Расположены они не так уж и близко, по меркам Улья, в пятидесяти пяти и шестидесяти километрах от стаба. Это позволяет с одной стороны избежать беспокойного соседства с кучей зараженных, с другой – все же организовать колонну из добытчиков. Кластер с заводом ЖБИ поставляет стабу различные стройматериалы раз в три месяца. Сам же стаб плотно сидит на куске от складов артвооружения. Активно торгует дефицитными в Улье боеприпасами и считается зажиточным.

Лет пять назад стаб представлял из себя плохо укрепленное, маленькое поселение с анархией, вместо порядка. Имея под рукой такую ресурсную базу, руководство ничего не делало для укрепления и улучшения уровня жизни стаба. Заботилось исключительно набиванием собственного кармана. «Все как у нас.» - подумал Фарт. Все изменилось с тех пор, как его отжали себе два бывших стронга, Гвидон и Кулер. Фарт уже был в курсе о категориях рейдеров и помнил, что стронги – это рейдеры, которые охотятся на внешников и муров. Об этих интересных личностях его просветили поподробнее. Двое военнослужащих, сержант-срочник и капитан, оказались единственными иммунными из всей воинской части, провалившейся в Улей. Им удалось отбиться от заурчавших коллег и вырваться на оперативный простор, где они сразу же попали в лапы к мурам. Товарищей по несчастью определили на ферму.

Фарту пояснили что ферма муров - это такое место, где у иммунных вырезают внутренние органы, по одному, и сцеживают кровь понемногу. Потом активно поят живчиком, ждут пока регенерируют и снова чего-нибудь отчекрыживают. Он внутренне содрогнулся. Об этом Геббельс не рассказывал.

За неделю пребывания на ферме бывшим военным удалось организовать восстание среди местного контингента, состоящего из полутрупов. Перебив немногочисленную охрану и прихватив все, что представляло ценность, группа иммунных рванула на запад. Дошли далеко не все. Пришли в Воскресенск, тогда еще анархический. Там ребят раздели почти что до трусов и выкинули за забор. Группа бывших узников распалась, каждый пошел своей дорогой. Гвидон с Кулером подались в стронги. К мурам у них был неоплаченный должок. Провоевав вместе со стронгами почти что год, ребята решили осесть на землю. При выборе места жительства вспомнился поганый стаб, где их так обидели. Собрав отряд единомышленников из опытнейших бойцов-стронгов, парни двинули в Воскресенск. Никто точно не знает, что и как там произошло. Людская молва гласит, что стронги были в своем праве, на них напали первыми. Факты же таковы: за одну ночь они вычистили стаб от всего криминального элемента, включая руководство. Во главе встали Гвидон и Кулер. Гвидон занялся администрированием и внутренней безопасностью стаба. Кулер отвечал за внешние операции и начал собирать собственную армию. На все ключевые должности расставили своих людей.

С тех пор Воскресенск увеличился раз в десять по площади и обзавелся неплохой защитой периметра. Армия составляет почти шестьсот штыков, что считается очень прилично по меркам Улья. На офицерских и командирских должностях – граждане стаба. Простых бойцов нанимают. Войска в полной мере насыщены бронетехникой и средствами усиления. Неоднократно проводили крупные операции против муров, из-за чего стаб считается стронговский, хотя это и не так. Просто руководство не забывает о своих первых днях в Улье.

Законы стаба просты и сводятся к трем главным: не убий, не укради и не нанеси вред стабу. Остальные законы только уточняют три первых. Наказание за нарушение одно – смерть. В зависимости от тяжести нарушения может быть разной. Могут гуманно пустить пулю в затылок. А могут отрубить ноги и подкинуть пустышам. Жевать будут долго.

Разницы между гостями стаба и гражданами почти никакой. Перед законом все равны. В отличии от Центрального, где процветает почти что фашизм. И гости очень сильно поражены в правах. Да и ценовая политика заставляет продавать товары гостям в два раза дороже, чем гражданам. В Воскресенске наиболее заметные различия между двумя категориями населения – это существенные налоговые льготы у граждан. Ну и, если доподлинно будет известно, что гражданин Воскресенска погиб не от естественных причин, смерть в когтях зараженного считается естественной причиной для Улья, даже вне стен стаба, то будет назначено разбирательство. И, если окажется что гражданин является жертвой преступления, преступников попытаются достать. Срока давности по таким случаям не существует. А если гражданин будет захвачен мурами, стаб приложит все усилия для его освобождения. Силового освобождения, ибо Воскресенск с мурами поступает как Израиль с террористами. Переговоров не ведет.

Благодаря удачному географическому положению, стаб находился на пересечении крупных торговых путей, мудрой внутренней и жесткой внешней политике, Воскресенск считался удачным местом для проживания и получения гражданства. Разбросанные вокруг стаба многочисленные кластеры с небольшими городскими и сельскими застройками с одной стороны привлекали зараженных и пополняли их армию, что делало окружающую местность совсем не безопасной, с другой – за тварями потянулись рейдеры-трейсеры – охотники на зараженных. Многочисленная добыча позволяла тварям относительно быстро отожраться до довольно опасных зверушек, типа рубера, в чем Фарт уже успел убедится. Но вот элита встречалась крайне редко. Трейсеры активно сокращали поголовье опасных тварей, да и пропасть между рубером и элитой была довольно большой. Не успевали так отжираться. Все-таки это не запад. Не Пекло. По страшилкам, услышанным Фартом, выходило что на западе элита на элите сидит и элитой погоняет. И все – сплошь матерые, высотой с пятиэтажный дом. Ну а уж если пройдет слух что здесь все-таки засекли элиту, то жить ей оставалось не долго. На охоту за жемчужником разве что безногие не выходили.

Те же кластеры, не интересные руководству стаба, привлекали внимание многочисленных рейдеров-сталкеров – людей, занимающихся добычей различных материальных ценностей. Всего, что имело хоть какую-то ценность в Улье. Либо конкретной вещи на заказ. Хочется тебе гадить в золотой унитаз – не вопрос. Припрут золота сколько надо, только отливкой сам озаботься. Была мечта детства погонять на Феррари? Найдут и привезут, только плати. Подумывал на Земле завести алабая, да такую махину в квартире держать невозможно? Прочешут все доступные зоомагазины, если обнаружат – дождутся перезагрузки и принесут щенка. Еще и бантиком перевяжут. Только если он переродится, все-таки за критическую массу выходит, убивать будешь лично. Последнее относится и к людям. Привел свежака в стаб, а он переродился – упокоеваешь самостоятельно.

Относительная близость крупного стаба к внешке, невозможность внешников дотянуться до города своими беспилотниками и лояльное отношение администрации делали стаб интересным и для стронгов. Сами отряды стронгов действовали со своих замаскированных баз гораздо восточнее. Где точно – никто не знал. Сам же Воскресенск использовали как некий пункт постоянной дислокации. Им там даже выделили отдельный район, куда посторонним, даже гражданам стаба, без приглашения вход был закрыт. Постоянно шла ротация отрядов. Одни приходили на отдых и пополнение боеприпасов, отдохнувшие уходили на восток. Но стронги это не только раздражающий фактор для муров и внешников. Стронги – это трофеи. Трофеи нолдов. Высокотехнологическое оружие и устройства, которые в Улье просто негде достать. Фарту рассказывали про рации и планшеты, не требующие зарядки по двадцать лет. Бинокль, совмещенный с ПНВ, тепловизором и видеокамерой, выглядящий как тактические очки. Прицелы, позволяющие рассмотреть член комара на расстоянии в пять километров, самостоятельно подсвечивающие контур цели и высчитывающие точку попадания, в зависимости от погодных условий и скорости бокового смещения цели. Достаточно один раз ввести начальную скорость и вес пули. А также сделать пару пристрелочных выстрелов. И все это размером не больше коллиматора. Бронекостюмы, весящие не больше детской пижамки и спокойно выдерживающие очередь из АК. При этом не дающие засветки ни в ПНВ, ни в тепловизоре. Ножи, режущие броневую сталь как бумагу. И так далее, и тому подобное. Самое интересное, конечно же, уходит стабу. Но кое-что перепадает и простому народу. Редко. Очень редко. И умопомрачительно дорого. Но с прилавков все равно исчезало очень быстро. Слушая рассказ про стронгов, у Фарта создалось ложное впечатление, что в стабе идет партизанская война времен Великой Отечественной. Каждый день к небу взлетают тысячи тонн боеприпасов и горючего. Уничтожаются колонны бронетехники. Летят под откос поезда… Оказалось – нет. Постоянно действующих отрядов стронгов – три-пять штук. Численностью в пять-десять человек. Даже по сравнению с мурами, находящимися на этом направлении – капля в море. Укус слона блохой. Блоха, правда, может укусить довольно больно. Но и муры не сидят, свесив ручки. Гоняют стронгов очень плотно. И иногда группы просто исчезают. Тогда он заинтересовался каким образом стронги умудряются противостоять внешникам, учитывая подавляющее техническое преимущество последних. На что получил ответ, что сами стронги используют вооружение и снаряжение нолдов, а еще у иммунных есть такая штука. Называется «дары Улья».

Фарт слушал эти дифирамбы, которые сводились к простому «Если и есть рай на Земле, тфу-ты, в Улье, то он находится в Воскресенске.» и не мог поверить, что все так хорошо, как ему тут рассказывают. Если все так замечательно, почему Воскресенск не перетянул одеяло «главного стаба» у Центрального? Звание, конечно, неофициальное. Но именно Центральный считается чуть ли не столицей региона. Да и весь исторический опыт твердит, что из военных не получается хороших руководителей мирного времени. Их удел, в таком случае – жесткая диктатура и постоянный террор собственного населения. Даже в древности, во времена родоплеменных отношений, у племени было два разных вождя. Один – для мирной жизни, второй – для войны. Может быть влияет фактор, что каждый день в Улье идет война, причем не просто война, а тотальный геноцид? «Ладно, доедем и будем посмотреть, что там и как.» - подумал Фарт.

Он заинтересовался, откуда ребята знают такие подробности про Воскресенск. Оказалось, что Скрипач в течении почти года трудился заместителем начальника службы безопасности Воскресенска. И неплохо знаком почти что со всей администрацией стаба. Потом согласился на должность начальника СБ в Климовском. Рок полтора года проходил практику и набирался опыта сразу после обучения знахарскому искусству под руководством местного знахаря – Сивого. Ну а Мух, как свободный рейдер, бывал в Воскресенске не один десяток раз.

Затем Фарт вспомнил про белую жемчужину и попросил Рока прояснить что это такое и почему она такая ценная. В беседу немедленно влез Мух и, под насмешливым взглядом Рока, прочел целую лекцию. Из которой выходило, что, если жемчужину дать даже зараженному, он немедленно излечится, получит пару десятков максимально прокачанных даров, причем все – сплошь боевые, а физические кондиции будут таковы, что матерых элит будет убивать исключительно щелбанами. При этом будет абсолютно неуязвим.

Рок уточнил, что доподлинно известно только о следующих свойствах белой жемчужины: принявший ее человек, до перерождения, становится иммунным, плюс получает максимально прокачанный дар. И да, условно бесполезных даров, типа призыва бабочек, она не дает. Не обязательно боевые, но дары всегда полезные. Ксер или знахарь, например. При принятии иммунным, добавляет дар также, как и для обычного человека, плюс выводит в максимум уже существующие дары. Вообще всегда при принятии белого жемчуга условия с дарами соблюдается. Откатывает назад внешность кваза до человека. Риск превратиться в кваза от белой жемчужины отсутствует. Выступает в роли панацеи для иммунных. Любые повреждения на физическом, или энергетическом уровне залечиваются. При этом Рок бросил быстрый взгляд на Фарта.

Фарт все равно не понял, почему вокруг этой жемчужины такой ажиотаж. Ему рассказали какой он лох и нубяра, Улья еще не нюхавший. Особо усердствовал Мух. Рок объяснил в более спокойной манере.

- Вот смотри. Допустим ты встретил здесь девушку, и вы страстно полюбили друг друга. – Фарт скептически хмыкнул – Потрахались по гостиницам пару месяцев и решили создать новую ячейку общества – семью. – продолжал, между тем Рок – В чем смысл семьи? В более плотном общении? Нет. Смысл семьи, как и смысл существования человека, с биологической точки зрения, в детях. Человек, как и любое живое существо на Земле, стремится оставить после себя свой генетический материал. Зараженных, с этой точки зрения, брать в пример не будем. Они не являются биологическим видом с Земли, хотя и получаются из земных существ. Но тут не Земля. Тут Улей. И вероятность того, что твой ребенок окажется иммунным ничтожна мала. Ты представляешь чувства родителей, когда они три-четыре года растят своего малыша. Пылинки с него сдувают. Каждый день под смертью ходят лишь ради него одного. А в один, совсем не прекрасный день, твой миленький карапуз наберет критическую массу, заурчит, и попытается откусить от тебя кусочек. Люди с ума от этого сходили. Такие случаи зафиксированы. Тут любой родитель поневоле задумается о белой жемчужине. И заплатит за нее любую цену. Включая собственную жизнь. Про жизни других я даже не говорю.

- Так может рожать не стоит? – спросил Фарт – И кстати, критическая масса – это сколько?

- Шестнадцать-восемнадцать килограмм. А насчет рожать – не рожать. К сожалению, не все мыслят рационально, особенно когда гормоны бушуют. Или, к примеру, квазы. Думаешь им нравится ходить с такой рожей? Постоянно под смертью даже в стабах, не говорю уже про стандартные кластеры. Каждый новичок, увидев кваза, сразу пытается в него пальнуть. Кстати, увидишь одетого зараженного в городе, плевать какого, пустыш, бегун, лотерейщик – не вздумай тянуться к стволу. А ведь среди них есть очень влиятельные персоны. И ни за что не откажутся поиметь белую жемчужину. Да даже простые рейдеры. Ты просто никак не можешь оценить даже черную жемчужину. И вообще роль даров в жизни иммунного. Любой рейдер, как только получит жемчуг в руки, ни на секунду не задумываясь, сразу же отправит его в рот. И это учитывая то, что прием жемчуга не гарантирует открытие нового дара. А при приеме черной жемчужины риск превратится в кваза примерно шестьдесят процентов. И дар, если он будет, то будет поначалу слабеньким, гору гороха надо сожрать, чтобы раскачать его до нормальных величин. И все равно глотают самостоятельно черный жемчуг. Не могут дотерпеть до знахаря, который может парировать процессы, приводящие к квазированию. А потом плачутся: «Ой-ой-ой, помоги!» - Рок явно передразнил кого-то – А тут – белый жемчуг, новый и старый дары в потолок. Кто устоит?

Фарт надолго задумался, переваривая информацию. А потом все же решил разузнать, из каких тварей добывают такой чудо жемчуг. Окружающие рейдеры, с интересом прислушивающиеся к разговору, разом загомонили. Из какофонии звуков Фарт вычленил, что ему стоит заткнуться, если он не желает вылететь из автобуса прямо сейчас, с простреленной башкой. Не совсем понимая причины такой агрессии, он предпочел внять совету. Скрипачу с Роком удалось успокоить разбушевавшихся мужиков и пояснить что Фарт – новичок. В реалиях Улья ориентируется слабо. И косяк упорол исключительно по незнанию, а не по злобе.

Ребята резко подобрели и посоветовали просветить новичка в том, что делать в Улье нельзя. Оказывается, в Улье много чего нельзя. Нельзя поминать всуе ту тварь, из которой добывают белый жемчуг, вне стен стаба. Да и на стабе лучше этого не делать. А если делать, то в глубоком подвале, под одеялом и шепотом. Нельзя настойчиво выяснять какой дар у человека, можно обзавестись лишним отверстием в теле. Нельзя есть просроченные консервы. Ибо ботулизм – единственное смертельно опасное заболевание у иммунных. Об этом упоминалось в брошюре Института, но как-то вскользь. Хотя, не единственное. Хлопья и прочий мусор, оставшийся после процеживания раствора споранов и гороха, является смертельным ядом для иммунных. Не рекомендуется, чтобы они попадали даже на открытые участки кожи. Если попадет в открытую рану, или на слизистую – гарантированный труп. Как для иммунных, так и для большей части зараженных. Высших зараженных, рубера и элиту, сильно замедляет и способен вогнать в кому. При этом, время от времени появляются отморозки, пытающиеся охотится с помощью этого яда. Обычно, не долго. Нельзя оставлять себе старое имя или самостоятельно выбирать себе новое. Исключение – женщины. Ну об этом Фарт знал. И еще много мелких «нельзя», которые можно классифицировать как «не рекомендуется». Например, нельзя обижать новичков. А при встрече со свежаком, настоятельно рекомендуется снабдить его средствами обороны, если он свои не приобрел еще, поделится живчиком и рассказать, как тут выживать. После чего указать направление на ближайший стаб. А еще лучше, взять за ручку и отвести самостоятельно. Улей такие поступки поощряет. Да и стабы рады новому члену общества, особенно если это молодая и симпатичная девушка. И платят за свежаков звонкими споранами. Естественно, все это не во вред своим интересам. И не стоит забывать, что при сопровождении свежака мужского пола одиноким рейдером, или малой группой, без транспортных средств, шанс добраться до стаба составляет около восьмидесяти процентов от изначальных ста. При сопровождении женщины, падает до шестидесяти. Если попался ребенок – около сорока. Так что тут каждый решает сам, как ему поступить.

После темы про запреты беседа странным образом вильнула в сторону баек. Тут уж подключился весь автобус, включая охранника. Фарт пожалел, что он не Шурик из фильма «Кавказская пленница» и не собирает местный фольклор. Материала хватило бы на две кандидатские, да еще и на докторскую осталось. Чего он только не услышал. Тут тебе и легенда о Черном Рейдере. О Золотой Жемчужине, которая в сто раз круче белой. Хотя куда уж больше? О Нулевом Кластере, достигнув которого, можно управлять Ульем. Но достичь его невозможно, ибо он находится в самом сердце Пекла. Влезла одна из девок и рассказала романтическую байку о разумной элите, которая ночами поет серенады под Лунами. За что была поднята рейдерами на смех. После чего надулась, скрестив руки на груди, отвернулась к бойнице и больше в разговор не лезла…

За общими разговорами путь пролетел быстро. Даже время от времени раздававшиеся пулеметные очереди уже не так напрягали.

- О, парни! – сказал Скрипач, выглядывая в бойницу – А мы уже приехали. Первая линия.

Глава 12

«Вот, блин!» - задергался Фарт – «Ведь хотел же предупредить, чтобы меня перед стабом выкинули! С этими «ля-ля, тополя» все на свете забыл! Пустобрехи чертовы!».

- Ты чего это вдруг задергался? – обратил внимание на его поведение Скрипач.

- Да так… - неопределенно ответил Фарт.

- Боишься повторения ситуации как в Климовском? – Скрипач понял по-своему.

- Ну да. – Фарт решил воспользоваться подсказкой.

- Попробую разрешить это недоразумение. Ты, главное, без меня внутрь не суйся. Сначала меня дождись.

- Во-первых – спасибо, с меня еще за Климовский поляна. И без возражений! – повысил голос Фарт заметив, что Скрипач хочет что-то сказать – Во-вторых, не могу не задать вопрос, с чего вдруг такая доброта?

- Ну, во-первых – явно передразнивая Фарта, ответил Скрипач – новичкам в Улье надо помогать. А ты, несмотря на то, что уже достиг стаба и едешь в караване торговцев, по сути – зеленый новичок. Во-вторых, у меня такое чувство что, помогая тебе, я поступаю правильно. А чувствам в Улье принято доверять. А теперь – смотри. – он кивнул на бойницу – Такое ты вряд ли еще видел.

А посмотреть было на что. К безопасности тут подошли со всей серьезностью. Везде, куда доставал взгляд, простиралось ровное поле, покрытое травой. Все кустарники с деревьями были вырублены и выжжены. Вдаль уходил забор, метра четыре в высоту, из решетчатых панелей, установленных на массивных бетонных опорах. Поверху забор украшала колючая проволока «егоза».

Возле крайнего столба, со смотанной в рулон сеткой-рабицей, стояла тачанка с Кордом и БМП-2. Рядом расположились бойцы охраны. Сразу видно – люди серьезные. Все в тяжелых бронежилетах, на головах – штурмовые шлемы с забралами. В руках у пары бойцов Фарт заметил массивные силуэты АШ-12.

Он обратил внимание на дорогу. Потрепанный асфальт сменился бетонными плитами. Колеса автобуса приятно постукивали на стыках. Ширина дороги соответствовала двухполосному шоссе. За обочиной виднелась набитая колея, идущая вдоль дороги.

-А... – Фарт указал на колею.

- Для гусеничной техники – понял его Рок – Что бы дорогу не разбивали.

- Умно. - Фарт опять прильнул к бойнице.

Навстречу постоянно проходили машины. В основном – грузовики и джипы, переделанные под Улей. Фарт к таким уже привык. Лишь две встречи выбивались из общей картины. Мимо колонны пронеслась какая-то спортивная машина, похожая на Форд Мустанг в старом кузове, выкрашенная в вызывающе желтый цвет и с двумя черными полосами на капоте и крыше. Да прошла колонна из двух необычного вида БТРов, сопровождающих не менее необычные машины. Бронемашины показались Фарту смутно знакомыми. Корпус, похожий на сплюснутое яйцо, был посажен на шесть зубастых колес. Сверху, ближе к корме, торчал необитаемый боевой модуль с длинной пушкой. Калибр Фарт рассмотреть не успел, но судя по толщине ствола, не более тридцати миллиметров. По бокам модуля висели четыре контейнера для противотанковых ракет. Плавные, зализанные формы. Никакой угловатости. Между колес располагалась дверь в боевое, или десантное отделение. Матово-серая окраска. Фарт явно видел подобную машину, но никак не мог вспомнить где. Автомобили, которые сопровождали БТРы, он узнал сразу. Футуристического вида Oshkosh L-ATV в пассажирском варианте, угольно-черной расцветки. «Надо же, они только недавно в армию США начали поступать, а уже тут катаются.» - подумал он.

- Ааа.. – потыкал пальцем в бойницу Фарт, пытаясь выяснить кто это тут такой красивый.

- Что там? – Рок выглянул наружу, но колонна уже скрылась из глаз.

- Институтские куда-то намылились. – пояснил сзади Скрипач и добавил – Пижоны, мать их.

И тут Фарт вспомнил, где он видел похожий БТР. На второй день пребывания в Улье, когда он нашел живчик, точно такой же БТР висел на сосне.

Прилетел довольно массивный квадрокоптер. Некоторое время повисел рядом, сопровождая колонну. Прошелся вдоль машин и, резко ускорившись, умчался вперед.

В поле зрения появились противотанковые ежи. Фарт потряс головой. Действительно противотанковые ежи. Такие, какими их показывают в кадрах кинохроники. Сваренные из рельсов. Стояли по четыре штуки в шахматном порядке. Линия заграждений плавно изгибалась к городу и терялось из вида. Фарт все же увидел отличие. Концы рельсов были срезаны под углом. И теперь поблескивали под солнцем острыми гранями. Снова потянулось пустое поле. За колеей стали пробегать металлические таблички. Со стороны Фарта это было обычное, покрытое черной краской железо. Он успел извернуться и прочитал на убегающей назад табличке: «Внимание! Мины!» и череп, нарисованный снизу. Глянул вперед. До стены города было еще довольно прилично. Прикинув заминированную площадь и присвистнул.

- Это что – все заминировано? – спросил он.

- Ага. – ответил Рок.

- И не жалко было столько мин переводить?

- Дело в том. - влез Скрипач – Что Воскресенск уже подвергался нашествию Орды.

- Что еще за орда?

- Не орда, а Орда! – взял слово Рок – Стаи ты уже видел? Вот представь стаю не из трех, а из тысяч зараженных.

- Так уж и тысяч? – не поверил Фарт.

- Сюда доходят сотни, но вообще-то да. Орды, состоящие из тысяч зараженных, существуют. Никто не знает точно, как и по какой причине зарождается Орда. На данный момент считается, что на определенной площади, в Пекле, общая масса зараженных достигает критического размера. Твари сбиваются в стаю и начинают миграцию из Пекла. Точное направление предугадать невозможно. Но восточное выбирается довольно часто. Орда движется вперед, разрушая и выедая все на своем пути. Вбирая в себя по дороге новых зараженных. Ведут Орду элитники, зачастую высшие. Ну а в самой массе есть все, кто водится в Улье. От молодых элитников, до пустышей.

- И что с такой напастью делают?

- Обычно – бегут. Западники пытаются разбить Орду, пока она еще не набрала силу, на более мелкие стаи. Но это не всегда удается.

- И что тогда?

- Тогда – хана.

- Они к внешникам идут?

- Нет, со временем Орда сама разбивается на мелкие стаи и разбредается по окрестностям.

- Вот такая и пришла к Воскресенску. – подхватил нить повествования Скрипач – Это было в первый год правления Гвидона и Кулера. Стаб еще не успел укрепиться и населению пришлось спасаться бегством. Сами люди не пострадали, но стабу были нанесены значительные разрушения. Может оно и к лучшему. Вернувшиеся экс-стронги провели новую границу города, спланировали оборонительные линии и приступили к строительству. О! А вот и стена!

Фарт вновь прилип к бойнице. Колонна как раз сбросила скорость и начала выписывать зигзаги между «антишахидским» заграждением из бетонных блоков. Как понял Фарт, близость кластера с ЖБИ диктовал выбор материала для сооружений.

Стена представляла из себя циклопическое сооружение высотой этажа в четыре, как прикинул он на глаз. Материал – все тот же бетон. Наклонена под углом градусов восемьдесят. Наверху зубцы для укрытий. «Прям Кремль.» - подумал Фарт. Над стеной торчали башни танков и БМП, что немало его удивило.

- Они что, танки наверх затащили?! – в изумлении спросил он.

- Где? – Рок наклонился к бойнице – А! Нет. Боевые модули с башнями со сломанных машин сняли и поставили на стену.

Фарт продолжил рассматривать защитное сооружение. Посередине, примерно на уровне второго этажа, шла цепочка амбразур. Из некоторых торчали стволы пулеметов. Сама стена, показавшаяся Фарту вначале гладкой, на самом деле изобиловала неровностями и потеками. «Как они ее сотворили все-таки? Заливали? Четыре этажа – нереально.» - думал он. Разглядел в одном пятне торец бетонного блока, выглядывающий наружу.

- Стена что, из бетонных блоков сделана? – вновь пристал он к Року.

- Ну да. Из блоков, плит, еще чего-то. Я в этом особо не разбираюсь. Завод ЖБИ рядом. Таскай – не хочу.

- А стену они как гладкой сделали? Стесывали что ли?

- Улей дарит разные дары. – Рок загадочно ухмыльнулся.

- Блин, если они наверх танковые башни затянули, какая же толщина наверху должна быть? Метров пять? У основания тогда сколько? Десять? Пятнадцать? А длина? – Фарт взглянул на уходящую вдаль стену - Да ни один завод, тем более не работающий, не обеспечит столько материала.

- Там две стены. – пояснил Скрипач.

- В смысле?

- Стена не монолитная. Спереди бетон, за ней еще одна стена из бетона. Между ними – земля. Вон смотри – видишь ров?

Фарт присмотрелся. С его ракурса было видно плохо. Перед стеной тянулись заграждения из колючей проволоки в несколько рядов. За ней был небольшой земляной вал.

- Там еще и ров?!

- Да, там еще и ров. – подтвердил Скрипач - Вот когда его копали – землю забивали между стенами. Да и не только землю. Любые обломки. Технику разбитую. Мусор. После того как Орда порезвилась, мусора было много. Так что и стену поставили, и территорию прибрали. И ширина там больше пяти метров.

- Все равно параноики какие-то. – Фарт ошарашено покрутил головой – Это же сколько материала надо? Сколько людей? Сколько времени?

- Параноики, не параноики, а вторую Орду отбили. Никто из тварей даже до стен не дошел. И муров в ноль раскатали. Когда те нанесли визит вежливости, при поддержке танков. Не ушел никто. А насчет материалов, людей и времени... Строили же не лопатами и кирками. Техники в Улье полно, в том числе строительной. И кластеры постоянно обновляются. Смысла беречь и ремонтировать технику нет. Сломалась – закинули между стен и взяли новую. Завод ЖБИ, со складами забитыми готовой продукцией, тоже рядом. Люди? Люди, в основном, вернулись те, кто от первой Орды убегал. И делали они тут все для себя. Себе строили новый дом. По другим стабам кинули клич – кто будет стоять у истоков нового стаба – тому привилегированное положение, отсутствие налогов и еще куча плюшек. Свежаков постоянно таскали с окружающих кластеров. Так что народу тут собралось достаточно. А по времени – стену поставили довольно быстро. За неполный год. Потом начали отстраиваться внутри стены.

- Ну а мины, танки – это же сколько денег надо? – не сдавался Фарт.

- А ты не считай спораны в чужом кармане. – хохотнул слушающий Скрипача Мух.

Фарт недовольно отвернулся к бойнице. Дорога, и так широкая, еще больше раздалась в стороны, захватывая колею для гусеничной техники. Теперь это был даже не автобан. Больше напоминала парковку перед торговым центром. У края дороги Фарт увидел приземистую бетонную коробку ДОТа, обложенного мешками с песком, или землей. Из амбразуры торчал длинный ствол с характерной блямбой ДТК на конце. «Даже ДШК откуда-то свинтили!» - восхитился Фарт. Сверху стояла ЗУ-23-2, в которой нес службу боец. Колонна медленно вползла на площадь и остановилась.

- Станция «Березайка», а ну-ка вылезай-ка! – гаркнул охранник и довольно заржал.

«Позитивный тип.» - подумал Фарт.

Народ задвигался, начал доставать вещи, двигаться к выходу. В проходе стало тесно. Фарт и на Земле, в подобных ситуациях, не стремился выбраться первым. Все равно выйдет. Минутой позже или раньше – какая разница? Поэтому остался на месте. Рок и Скрипач, видимо, думали точно также. А вот Муху на месте не сиделось. Он вскочил и, раскорячившись, начал вытягивать с полки свой рюкзак. Застопорив, при этом, все движение по проходу. За что сразу же получил массу лестных отзывов о себе и даже пару тычков под ребра.

Наконец, Фарт с Роком и Скрипачом выбрались наружу. Осмотрелся. Довольно большая забетонированная площадь была забита машинами и людьми. И если автомобили более-менее выстраивались в подобие колонн, то люди перемещались абсолютно хаотично. Камуфляжи всех фасонов и расцветок, различные разгрузочные системы и бронежилеты. На головах шлемы, бейсболки, панамы, подшлемники, банданы или просто короткий ежик волос. На груди и за плечами весь арсенал стрелкового вооружения от Первой Мировой Войны и до современности. Фарт увидел и Мосинку, и разнообразные Калашниковы, и западные образцы. Несколько человек таскали АШ. Среди них, своим единообразием в форме, экипировке и вооружении выделялись бойцы охраны. На левом плече у каждого был прилеплен шеврон. Фарт присмотрелся. Кулак, сжимающий автомат Калашникова на красном фоне. Надпись по кругу сверху – «Служба безопасности», снизу – «Воскресенск». «А эмблему-то у «Витязей» свистнули.» - подумал Фарт.

Он обратил внимание, что многие люди болтают по сотовым телефонам. Ткнул локтем Рока.

- В Улье есть сотовая связь?

- В Улье нет, в стабе – есть.

- ?!

- Да есть тут двое ушлых парнишек. Натаскали оборудования с кластеров. Нашли, или сами написали ПО. Теперь лежат на диване кверху пузом и спораны стригут. Они еще и что-то типа интернета внутристабовского организовали.

- Интернета?!

- Я же говорю – ушлые парнишки.

Внутрь города вели аж четыре штуки ворот. Сейчас три из них работали на въезд и только через одни выпускали наружу. По бокам от крайних ворот, с каждой стороны, в стены были вмурованы два двухэтажных строения. Отделкой фасада никто не озаботился и здания радовали глаз унылой, серой окраской. Над дверью прикреплена табличка с надписью: «КПП «Восточный»». Перед левым зданием стоял танк, что-то из серии Т-72, одетый в блоки динамической защиты, справа несла боевое дежурство ЗСУ-23-4 «Шилка».

Машины фыркали двигателями, перемещаясь в очереди на въезд, люди бегали, ходили, ругались с охраной, потрясая какими-то бумагами, общались друг-с другом, заскакивали в здания и выскакивали из них. «Муравейник.» - подумал Фарт.

- Тут всегда такая суета? – спросил он своих спутников.

- Обычно нет. – ответил Скрипач, крутя головой – Просто, как я вижу, перед нами пришел еще один караван торговцев. Рейдеры как-то толпой приехали. Да добытчики несколько новых иммунных нашли.

Мимо, воняя бензином и соляркой, проползла колонна бензовозов. Этих пропустили без очереди.

- Посиди пока. – Скрипач ткнул пальцем на лавочки, около правого здания. – Без меня никуда не ходи. Я постараюсь быстро. – и убежал в дом.

- Я с тобой побуду, пока не заселишься. – Рок уселся рядом – А то еще уведут у меня мой билет в высшую лигу. Или сам во что-нибудь вляпаешься.

- Во что тут можно вляпаться? – спросил Фарт, вытягивая ноги и рассматривая броуновское движение вокруг.

- Ну это я так, к слову. После ментата тебе дадут буклетик с картой города и сводом законов. Законы настоятельно рекомендую изучить. Тогда и не вляпаешься. В самом городе есть несколько закрытых зон. Они огорожены и проходы охраняются. Вот через забор не советую туда лезть. Могут и пристрелить.

- Стронги?

- Стронги, торговцы, администрация, территория военных и СБ. – перечислил Рок.

- Внутри досматривать будут?

- Зачем? – удивился Рок.

- Ну а вдруг я ядерную бомбу несу?

- А ты несешь?

- Нет, ну а вдруг кто-то пронесет?

- Коптер помнишь? Там, на дороге?

Фарт кивнул головой.

- Вот он и проверил, чтобы машины не фонили, не воняли заразной химией, и бог его знает, что еще.

- Что-то я на нем никакого оборудования не заметил. Видеокамера, разве что.

- Нолдовские штучки.

Услышав, что обыскивать его не собираются, Фарт немного успокоился. Жемчуг с горохом заставлял нервничать и не сводить глаз с рюкзака. Вдалеке треснул одинокий выстрел.

- Это что? – вскинулся Фарт.

- Снайпер со стены зараженного прибил.

Скрипач вернулся минут через пятнадцать, в сопровождении мужика, лет тридцати, одетого в форму СБ. Фарт уже понимал, что внешности тут доверять нельзя. Выглядящий на восемнадцать лет мОлодец вполне мог оказаться умудренным опытом, восьмидесятилетним дедом.

Мужик был высокий, не ниже Фарта. Широкие плечи. Атлетическая фигура. Из кобуры на поясе выглядывает рукоять пистолета. Лицом мужик напоминал повзрослевшего комсомольца, с плакатов времен СССР. Квадратная челюсть. Правильные черты лица. Внимательный взгляд голубых глаз. Высокий лоб. Сверху аккуратная, короткая прическа.

- О! Ты тоже тут? Привет Рок. – он протянул широкую ладонь Року.

- Здорово Дикий. – Рок встал и пожал протянутую ладонь. – Да вот, что-то в Климовском совсем житья не стало.

- В курсе уже. Но это ты удачно приехал. Сивый, на днях, собирается на профилактику трясучки, а заменить некем.

- Ну вот и славненько.

- Он? – Дикий кивнул на Фарта и повернулся к Скрипачу.

- Да. – тот кивнул головой.

- Начальник службы безопасности Воскресенска. Дикий. – представился тот и протянул руку для рукопожатия.

- Фарт. – сказал Фарт поднимаясь, пожимая руку и замешкался – ээээээ...

- Пока – новичок. – пришел ему на помощь Скрипач.

- Ну что-ж, пошли «пока новичок», расскажешь свою историю. Но сначала – ментат и процедура регистрации.

Фарта завели в здание. Внутри бетонные стены закрыли пластиковыми панелями «под дерево», на пол бросили линолеум. На потолок повесили лампы дневного освещения. Длиннющий коридор, с пятнышком природного света в конце, намекал на противоположный выход. Двери в кабинеты по обе стороны коридора. Вооруженная охрана.

- Магазины отомкнуть. Оружие разрядить. Поставить на предохранитель.

Уже знакомая процедура.

Фарт отсоединил магазины от автоматов. Подергал затворы. Произвел контрольный спуск, отвернувшись от людей и направив ствол в пол помня, что здание двухэтажное.

Его проводили в кабинет, точную копию кабинета Снулого. За столом сидела полноватая барышня средних лет, одетая в деловой костюм темно-синего цвета.

- Милочка, по ускоренной процедуре. – вперед выдвинулся Дикий.

- Дикий, он же в первый раз, есть определенный регламент. – возразила барышня.

- Мила, какая у меня должность? – ласково спросил Дикий.

- Начальник СБ. – буркнула та.

- Так вот! Если тебе начальник СБ говорит «по ускоренной процедуре», ты делаешь по ускоренной процедуре! – раздраженно проскрипел Дикий и сел на один из стульев.

- Садись. – сказала дама, неприязненно поглядывая на Фарта. – Руки давай.

- Что? – не понял Фарт.

- Положи руки на стол, ладонями вверх.

Сбитый с толку Фарт подчинился. Барышня взяла его ладони в свои таким образом, что ее большие пальцы оказались на запястьях Фарта, в районе вен. После чего задала уже знакомые вопросы. Убедилась, что Фарт не мур, не внешник и не загадочный килдинг, про таких зверей в Климовском не спрашивали. Стабу не угрожает. После проведения быстрого опроса, дама открыла журнал и начала заполнять.

- Имя?

- Фарт.

- Кто крестил?

- Пиши – Скрипач. – вмешался Дикий.

Фарт с удивлением посмотрел на него.

- А Скрипач сам знает? – перехватила дама взгляд Фарта.

- Знает, знает. – подтвердил начальник СБ.

- Ну ладно. – Мила пожала плечами. – Где появился? - видя затруднение Фарта, пояснила – В какой стороне от стаба?

- Восток. – неуверенно промямлил Фарт.

- Восток, так восток. – почиркала ручкой в журнале и вдруг вперилась в глаза Фарта долгим, немигающим взглядом.

Поиграв в гляделки пару минут, она дописала в журнал строчку, состоящую из точек, черточек и крючочков. Достала какой-то бланк, быстро переписала туда информацию с журнала, протянула бланк Фарту и неестественно любезно ощерилась Дикому, склонив голову набок.

- Готово, пройдите на регистрацию.

Они вышли в коридор, где их поджидали Скрипач с Роком, и прошли к другому кабинету. Дикий нагло обошел очередь жаждущих получить регистрацию и ввалился в дверь, прихватив с собой Фарта. Молодой, вихрастый паренек, сидящий за столом с оргтехникой, вскинулся было что-то сказать, но увидев кто к нему зашел предпочел промолчать. Перед парнем сидел один из посетителей.

- Его – следующего. И побыстрее, мне некогда. – буркнул Дикий.

- Заканчиваю уже. – пробурчал парень и протянул посетителю буклет и пластиковую карточку, вылезшую из принтера для карт – Готово. Сле… Ээээ… Садись. Бланк давай.

Фарт протянул бланк и уселся на стул.

Парень заправил бланк в сканер и повернулся к фотокамере, стоящей рядом на штативе.

- Сядь прямо. Смотри в объектив. Не моргай. Готово.

Затрещал пальцами по клавиатуре, поглядывая в монитор. Ткнул пару раз мышкой. Принтер загудел и выплюнул новую, еще горячую карточку.

- Готово. Следующего позови. – произнес парень, протягивая карточку с буклетом.

-Пойдем. – потащил Фарта на выход Дикий.

Они вышли в коридор и вчетвером отправились на второй этаж. Точная копия первого. Возле одной из дверей Дикий задержался.

- Рок, подожди пожалуйста здесь. – попросил он – Не бойся, не съедим мы твоего друга. Разве что понадкусываем немножко. – и, увидев озадаченное лицо Фарта, рассмеялся.

Кабинет здесь был побольше, чем у ментата, но такой же чиновнично-стандартный. В кабинете сидел человек в форме СБ. Массивная фигура. Широченные плечи. Немного вытянутое лицо. Тяжелая нижняя челюсть. Тонкий рот. Курносый нос. Зеленые глаза. Русые волосы выгорели на солнце.

- Фарт, это Вик. Вик, это Фарт. – представил друг другу Дикий.

- Вик? – удивился Фарт необычному имени.

- Сокращенно от «Викинг». - пояснил Вик.

Расселись за столом.

- Итак, Фарт. – начал Дикий – Скрипач уже рассказал твою историю в двух словах. Теперь хотелось бы послушать тебя.

Фарт ненадолго задумался и вновь пересказал историю своего нахождения в Улье, старательно обходя темы экспериментов Геббельса, местоположения и наполнения убежища. После окончания рассказа Дикий вопросительно посмотрел на Вика.

- Ну, парень не врет. Очень много недоговаривает. Но лжи в его словах нет. – сказал Вик.

«Еще один ментат.» - подумал Фарт – «Их тут что, штампуют?»

- Мы понимаем, что у всех есть свои тайны. То, что находится в убежище Геббельса, нас не интересует. А теперь ответь мне на два вопроса. – сказал Дикий – Ответь предельно откровенно. Ты ЛИЧНО видел мертвого Геббельса?

- Я, лично, видел его голову, отдельно от тела. Голова была мертвая.

- В своих словах уверен на сто процентов. – подтвердил Вик.

- Ты УВЕРЕН, что документы из убежища уничтожены? – продолжил Дикий.

Фарт немного поразмышлял. Его не торопили.

- Нет. Не на сто процентов. – уточнил он – Все носители информации: бумага, планшеты, жесткие диски с компьютера я закопал на кластере, который грузится каждые четыре дня. Перезагрузки не дождался.

Вик кивнул головой.

- А откуда ты узнал, что кластер грузится через четыре дня? – спросил Дикий.

«Вот ёб! Гебня гребанная.» - с досадой подумал Фарт и решил немного приоткрыть завесу.

- У Геббельса была карта окружающих кластеров. На карте было проставлено время перезагрузки.

- И чего ты так напрягся? – спросил Дикий – У нас тоже такая карта есть. Никто твою отнимать не собирается. Интересно, конечно, было бы сравнить, но, если не захочешь показывать – руки тебе никто крутить не будет.

Он замолчал, погрузившись в размышления.

- Зайдешь завтра в управу, я выпишу тебе премию, десять горошин. – наконец решил он.

- За что? – удивился Фарт.

- За Геббельса.

- Так его твари порвали. Я не при делах.

- Да ты бы и не смог. Геббельс еще той зверюгой был.

- Тогда за что премия?

- За подтверждение его смерти. Ты вряд ли представляешь, как он всем мешал.

- Догадываюсь. И что, вот так просто любой человек со стороны может прийти, сказать «а я Геббельса мертвым видел» и потребовать премию?

- Не просто, а через ментата.

- И сколько человек уже получали эту премию?

- Двое, оба видели Геббельса с дырами в теле, всего в крови. Контроль не провели. И оба раза он выживал.

- Что с ними сделали?

- Да ничего. – Дикий пожал плечами – Горох с процентами вернули и все.

- А я чем лучше?

- Ты видел его голову. А иммунные, даже такие живучие как Геббельс, без головы не живут.

- А вдруг у него брат-близнец есть? Или двойник? – Фарт уже сам себе не верил, что держал в руках голову истязателя – Нет, пожалуй, от премии я откажусь.

- Двойник? Двойник может быть… Ладно. Уговаривать я тебя не собираюсь. – Дикий немного помолчал – Чем в Воскресенске заниматься планируешь?

- Ну… - Фарт задумался – А! Вот! У вас тут есть какие-нибудь курсы выживания в Улье? Или школы? А то я ничего не умею. Мне бы подучится.

Дикий побарабанил пальцами по столу.

- Нет. Ни курсов, ни школ у нас нет. Обычно, новичка всем премудростям обучает крестный. Но, учитывая какой крестный был у тебя… Ладно, ты принес в стаб хорошую новость и отказался от премии. Не жадный, пока. Я тебе немного помогу. Есть у нас инструктор. Еще там спецов обучал. Сейчас занимается обучением бойцов армии и СБ. Иногда берется за обучение рейдеров. Я с ним поговорю. Попрошу чтобы посмотрел на тебя. Но учти – дерет он три шкуры. Как в финансовом плане, так и в плане обучения. Вытянешь?

- Постараюсь.

- Подойдешь завтра к восьми утра на проходную в третий сектор. Спросишь Пепла.

- Третий сектор?

- По карте посмотришь. – отмахнулся Дикий. – Все, иди. Скрипач – останься.

Фарт вышел в коридор.

-Все? – спросил поджидающий его Рок.

- Отстрелялся. – улыбнулся Фарт.

- Пошли?

- А тебе разве к ментату не надо?

- Я уже сходил.

Они спустились на первый этаж и вышли на улицу из точно такого же здания, в которое заходили, только уже за стеной. Фарт оглянулся на стену. С этой стороны она была прямая. На верх вели широкие лестничные пролеты, все из того же бетона. Явно предназначались для подъездов. Вместо перил стояли пластиковые щиты. Посередине, вдоль стены, проходила широкая площадка. Виднелись проемы, которые вели к бойницам. Все выглядело монументальным, сделанным на года.

Площадка у ворот тоже не жаловалась на размеры. С нее вели три выезда. Если они заезжали с востока, то, получается север, юг и запад. Сама площадка плавно переходила в огромную стоянку, на которой находились многочисленная колесная техника. От обычных Жигулей, кому они нужны в Улье, до БТРов.

- А гусеничная где? – спросил Фарт.

- Для них другая стоянка. – махнул рукой влево Рок.

Фарт пригляделся. Вдали виднелись большие строения, похожие на ангары.

- А что там?

- Гаражи, склады, ремонтные мастерские. Пойдем тебя в гостиницу заселим, да и мне надо еще к Сивому сходить.

- Да, конечно. Если у тебя дела, может я сам? Карта города есть. Топографическим кретинизмом не страдаю.

- Да ладно, все равно по дороге.

Двинулись вперед по улице. Скорее всего, раньше это был областной центр. Либо просто поселок городского типа. Зданий, выше пяти этажей Фарт не увидел. Многие дома носили следы разрушений и поспешного ремонта. У одной из пятиэтажек вообще остались два подъезда из четырех. Многоквартирные дома соседствовали с явным новостроем, напоминающие коттеджи. На первых этажах распологались многочисленные гостиницы, магазинчики, рестораны, кафе. Фарт порывался зайти и посмотреть ассортимент. Рок объяснил ему, что рядом с воротами все дороже. Это рассчитано на рейдеров, прибывших в стаб лишь для того, чтобы переночевать. Приличные места расположены в глубине города. Внезапно Фарт резко остановился. На противоположной стороне улицы стояло массивное здание из красного кирпича. Металлические буквы над входом гласили что здесь находится банк.

- Банк?! – изумленно ткнул пальцем Фарт.

- Банк. – подтвердил Рок.

- В Улье есть деньги?

- Вексели есть. Ты можешь в одном стабе положить в банк спораны, или горох и по векселю получить их в другом стабе. Удобно. Многие пользуются. Да я и сам пользуюсь.

- Что-то я в Климовском банка не видел.

- А что ты там вообще видел? – усмехнулся Рок.

- А кому он принадлежит? Стабу?

- Торговцы банк держат.

- И стаб ни разу не попытался наложить на него лапу?

- Исключено. Одни уже попытались.

- И что?

- Торговцы перестали поставлять свои товары.

- Но ведь в Улье полно перегружаемых кластеров.

- Еда, вода, одежда – да. Найдешь без проблем. А вот оружие, боеприпасы, я не говорю уже про бронетехнику – с этим сложнее. Тот же Воскресенск сидит на боеприпасах. Если не будет торговли с другими стабами – толку с этого?

- Самостоятельно колонну организовать?

- Слишком накладно. Да и в дороге есть нюансы. А ты чего вдруг затормозил, хочешь положить что-то?

Фарт напряженно размышлял. Ходить по стабу с рюкзаком, полным жемчуга, категорически не хотелось. Несмотря на все заверения что тут не воруют и смертную казнь за нарушение. В то же время, светить жемчуг перед банкирами-торговцами не было ни малейшего желания.

- Слушай. – вспомнил он об услугах, предоставляемых земными банками – А у них можно арендовать. Блин! Как это называется? Ячейку, для ценных вещей.

- Да. Только забирать будешь тут же.

- Это понятно. Сами банкиры надежные? Нос не сунут?

- Ты что! Это для них потеря репутации. Как только подобный случай подтвердится – им можно будет сворачивать лавочку.

- Рок, извини что задерживаю, но мне нужно туда. Давай ты мне на карте отметишь гостиницу, куда надо заселится и иди по своим делам. В конце концов я не маленький, а тут не стандартный кластер, элитник из-за угла не выпрыгнет.

- Ладно. Доставай карту. Так. Вот сейчас мы здесь. – Рок нарисовал на карте кружочек ручкой, которую достал из нагрудного кармашка. – Тебе нужно вот сюда. Гостиница называется «Хаус».

- Хаос? - переспросил Фарт.

-ХаУс. – поправил Рок – У вас был такой сериал, «Доктор Хаус»?

Фарт кивнул.

- Вот и хозяин гостиницы, кстати его зовут Крюк, является поклонником этого сериала. Так и гостиницу назвал.

- Ясно.

- Так. К Крюку я зайду. Скажу насчет тебя. Вечером еще заскочу. Не теряйся. Ну все, я тогда побежал.

- Постой! – Фарт поймал Рока за рукав - Не покажешь еще где приличный оружейный магазин находится?

- Вот. – Рок отметил место на карте – Только сегодня не ходи, чтобы я тебя по всему стабу не искал. Потерпи до завтра. Спораны есть? – спохватился он.

- Найду. – пообещал Фарт.

Они распрощались и Фарт направился к банку. Внутри оказался узенький холл, упирающийся в стойку. С другой стороны, к стойке немедленно подошел молодой парень, одетый в классическую офисную одежду. Белый верх, черный низ. В глубине помещения сидел еще один парень, в яркой гавайке и шортах, на ногах болтались сандалии, плевать он хотел на дресс код. Парень яростно рубился в какую-то стрелялку на компьютере.

- Здравствуйте, меня зовут Воробей, чем могу помочь? – «белый воротничок» улыбнулся во все тридцать два зуба.

- Воробей? – удивился Фарт. Таких имен он еще не слышал.

- КАПИТАН Джек Воробей. – захихикал из глубины помещения парень в гавайке. Воробей поморщился.

- Простите. Не хотел вас обидеть. – принял манеру общения Фарт – У вас можно арендовать ячейку?

- Да, конечно. Какой размер нужен?

- Хм. А они разного размера?

- Естественно. Кому-то нужно что-то компактное положить. Кто-то хочет редкое оружие до поры оставить. Длина до трех метров. Ширина и высота до одного.

- Нет-нет. Мне такой гроб не нужен. – Фарт прикинул размер контейнера и показал на руках – Примерно вот такая.

- Ясно, малая. Аренда малой ячейки – пять споранов за тридцать дней.

«Вот кровососы!» - подумал Фарт, а вслух сказал:

- Идет, тем более торговаться, как я понимаю, бесполезно?

- Правильно понимаете. Позвольте ваш АйДи.

- АйДи?

- Регистрационную карточку. Впервые в Воскресенске?

- Да. - признался Фарт, протягивая карточку.

- Все сокращают ее название до АйДи.

Воробей взял карточку Фарта в руки. Посмотрел на нее, потом несколько секунд смотрел Фарту в глаза, затем вновь взглянул на карточку и засунул ее в какой-то прибор. Прибор пискнул и зажег зеленый диод. Воробей сел за компьютер, положил карточку перед собой и начал вбивать данные. Достал из-под стойки фотоаппарат, подключенный к компьютеру и сфотографировал Фарта.

- Эй! Турист! Иди поработай!

Парень в гавайке, по имени Турист, поставил игру на паузу и, вздохнув так тяжело, как будто весь день вагоны с цементом разгружал, пришел уставший домой, а тут жена просит вынести мусор, поднялся с кресла. Зашел куда-то за перегородку и вышел из неприметной двери уже в холле. Подошел к Фарту, попросил не дергаться. Положил ему руки на голову и застыл на минуту. После чего молча вернулся за стойку, склонился к компьютеру и что-то на нем отстучал.

Под стойкой зашумел разогревающийся принтер. Воробей вынул еще одну карточку сверил данные с АйДи Фарта. Положил новую карту на стол и поводил над ней рукой. Эту же самую процедуру повторил и Турист.

- Ваш АйДи. – Воробей протянул Фарту одну карточку – Ваш вексель. – протянул вторую.

- Так. Стоп. – Фарт немного опешил – Я не просил вексель. Я хотел арендовать ячейку. Вы видимо не так меня поняли.

- Все правильно. Но без векселя замок ячейки не сработает.

- Тогда на что вексель?

- Не понял?

- Ну, вексель выдается на какую-то сумму. Я должен что-то положить? Или открыть счет? Как у вас это называется?

- Ах, вот вы о чем. Нет-нет, «Вексель», в данном случае, имя собственное. Просто название карточки. На самой карточке существует чип, в который записывается текущий баланс.

- Электронный кошелек. То есть и расплачиваться в магазинах тоже можно?

- К сожалению, нет.

- Но почему? Это же очевидно. Банковские карты на Земле работают по похожему принципу.

- Дело в том, что считыватели крайне редки и чрезвычайно дороги. Нолдовские технологии. Кроме того, для работы с векселем необходим ментат.

- Понятно. – Фарт крутил обе карточки в руках, а то так и не успел рассмотреть, что ему на КПП дали.

Обе карточки были стандартного, «банковского» формата. Фон АйДи был бежевым, векселя – аквамариновый. Лицевая сторона была одинаковой и похожа на водительское удостоверение с Земли. Фотография, Имя и непонятная запись от ментата: черточки, крючочки… На обратной стороне АйДи красовался кулак, сжимающий автомат. Внизу подпись – «Гость». На векселе надписей не было. Зато, как на банковских картах, присутствовали магнитная лента и чип. Вспомнив о земных банковских картах Фарт спросил:

- А абонентская плата есть?

- Абонентской нет, но взымается один споран с операции. – улыбнулся Воробей.

То есть. - немного поразмышлял Фарт – Я кладу на вексель сто споранов, прихожу на следующий день и снимаю только девяносто восемь?

- Именно.

«Вот жучары!» - восхитился Фарт.

- Наследника будете оформлять? – вопрос Воробья поставил Фарта в тупик.

- Какого наследника?

- Улей – опасное место. Если вы погибнете, все вложения на векселе и содержимое ячеек перейдет вашему наследнику. Если наследника нет – перейдет банку.

- А каким образом вы узнаете, что я погиб? – поежился Фарт.

- У Туриста особый дар. Он чувствует статус человека, живой или мертвый. Кроме того, ваши параметры записаны на векселе. Плюс продублирована в компьютере. Информация распространяется между филиалами с помощью караванов. Не единая база данных, но хоть что-то. В каждом филиале присутствует человек с подобным даром. В конце каждого двенадцатого месяца, то есть года, проводится проверка баз данных. Если человек умер, уведомляются наследники. Если наследник отсутствует – все переходит в собственность банка.

- Да, кстати, а если я просрочу аренду ячейки?

- Ячейка оплачивается минимум на двенадцать месяцев. Если вы изымите содержимое ячейки раньше – разница в стоимости аренды будет вам возвращена. Если срок аренды превысит двенадцать месяцев – проверка по базе данных вашего статуса. Если вы будете мертвы – процедура такая же, как я описал выше. Если вы будете живы и у вас есть наследник – его уведомят об окончании срока аренды. Если наследника нет – содержимое ячейки переходит банку.

- Понятно.

Надо срочно искать наследника. «Кому отсыпать жемчуга, если я сдохну?» - подумал Фарт. Кроме Рока и Скрипача, он особо никого не знает. И желание оставлять им жемчуг в наследие нет никакого. Хотя перспектива оставлять жемчуг банку вообще вызывало отвращение. Ладно. Для начала надо хоть пару дней осмотреться.

- Итак. Будете оформлять наследника?

- Пока воздержусь.

- Как желаете. Пройдите в ту дверь, пожалуйста. – Воробей указал на дверь в холле – Сейчас я открою.

Они прошлись по коридорам внутри здания, спустились в подвальные помещения и пришли в хранилище с ячейками. Там Воробей быстро опросил Фарта. Убедился, что тот не собирается хранить продукты питания, взрывчатые, химические, отравляющие, легковоспламеняющиеся либо другие вещества, могущие навредить сотрудникам банка или клиентам. Затем вынул металлический ящик из ячейки с открытой дверцей и торчащем в замке ключом. Оставил Фарта одного, плотно прикрыв дверь в хранилище, попросив позвать его, когда Фарт закончит. Фарт отложил себе на расходы все спораны и отсчитал пятьдесят горошин. Шестьдесят споранов сразу отложил за аренду. Все что осталось – горох, жемчуг и спек сложил в металлический ящик и позвал Воробья. Воробей попросил вставить вексель в специальный приемник, рядом с ячейкой, и закрыть дверь ключом. После чего достал свой ключ и закрыл ячейку на второй замок. Поднялись наверх, где Фарт расплатился за аренду, прослушал лекцию какие кары грозят ему за утерю ключа и, наконец, покинул банк.

Скинув с души камень, и ни на что больше не отвлекаясь, он быстро дошел до гостиницы. Та представляла из себя красивое, трехэтажное, кирпичное здание. Явный новострой. Фарт зашел внутрь. Стены обшиты настоящим деревом. На полу – паркет. Сверху струится мягкий свет. Широкие кожаные диваны и кресла для ожидающих. На журнальном столике ворох каких-то буклетов. Фарт из интереса взял один. Тьфу ты! И тут реклама! «Если вы не посетите наш оружейный магазин – будете жалеть всю жизнь…». Такое впечатление что, когда он пересек стену города, то вернулся назад, на Землю. Магазинчики, банк, реклама. Люди на улицах ходят в гражданском. Девушки прогуливаются в легких платьицах и белых босоножках. Фарт по дороге видел даже стайку подростков! И это, несмотря на то, что ему говорили, что женщины и дети в Улье выживают крайне редко. Он прошел к стойке администратора.

- Здравствуйте, я – Фарт.

- Крюк. – приземистый, кряжистый мужик протянул руку.

Любитель Доктора Хаоса имел круглое лицо, широкие скулы, приплюснутый нос, глаза – щелочки. Сверху одет в незатейливую футболку голубого цвета. Что там на нем снизу – мешала разглядеть стойка. «Бурят или якут.» - решил Фарт –«А может вообще, китаец. Хрен их разберешь.».

- Рок заходил, говорил про тебя. – продолжал, между тем Крюк – Тебе ведь номер на одного нужен?

- Ну да. Сколько?

- Ну… - Крюк почесал затылок – Учитывая, что за тебя просил Рок, да и Дикий словечко замолвил…

Фарт в удивлении округлил глаза. А этот-то, когда успел? И, главное, как узнал, что Фарт тут поселится? Да Фарт даже сам не знал, что сюда заселится, когда выходил из кабинета Дикого. Вот же гэбня!

- Короче, сутки – три спорана. – продолжил Крюк – Если с завтраком и обедом – плюс два. Ужин отдельно.

Фарт поразмышлял немного, много это или мало – не совсем понятно. Да и обеды… Сидеть на жопе в гостинице он, вроде, не собирался…

- Давай пока без обедов, на три дня. А там посмотрим. – сказал Фарт, отсчитывая девять споранов. Увидев на лице хозяина разочарованное выражение, поспешно добавил – Вполне возможно, я буду только приходить ночевать.

- Как знаешь. Кафе с баром там. – Крюк ткнул пальцем в левую дверь – Спортзал – там. – ткнул в левую - С девочками договаривайся самостоятельно. Вот ключи. Двести семнадцатый номер. Второй этаж, по коридору - направо.

- Тут и спортзал есть? Погоди, с какими девочками?

- Спортзал, да, есть. А девочки? Ты, вроде, взрослый уже. Что, девочек никогда не видел?

- Проститутки, что ли?

- А ты королев хотел?

- Я думал тут приличный стаб.

- Дык у меня и девочки приличные. – захохотал Крюк.

- Понятно. Вещи в номере можно оставлять?

- Обидеть хочешь?

- Извини, в первый раз у вас.

- Законы почитай, если в первый раз.

- Неужели совсем не воруют?

- Тех, кто пытался, давно по деревьям за яйца развесили.

- Ну, извини еще раз.

- Проехали. Да, кстати, баня – один споран.

- Не любитель. – отрицательно помотал головой Фарт.

Он пошел заселятся. А ничего так. Не царские хоромы, конечно, но одному больше и не надо. Шкаф-купе, с зеркалом на двери. Полуторная кровать, застеленная покрывалом, из-под которого выглядывает белоснежное белье. У окна стол, с ноутбуком и настольной лампой. Отдельный, Фарт назвал бы это верстак, вдоль стены, с пятнами масла. Наверное, для чистки оружия. Ишь, озаботились. Над верстаком ряд электрических розеток. Офисное кресло и деревянный стул. Санузел совмещенный. Правда, ванны нет, зато стоит душевая кабинка. Шампунь, мыло, мочалка и полотенце были в комплекте.

Первым делом Фарт залез в ноутбук. Что там за местный интернет? Стартовая страница. Свод законов, надо, все-таки, почитать. Новостная лента. Поисковик. Местная социальная сеть. Как миленько. Видосики. Фоточки. Ух ты! Это кого они пристрелили? Что там еще? Магазины. Реклама. Доска объявлений. Информация по Улью. Ладно. Надо потом более подробно полазить. А сейчас – в душ.

Когда он уже потянул с себя куртку формы то вспомнил, что переодеваться ему не во что. Сменное нижнее белье, с футболками и носками – тю-тю. Закончились. Бросил рюкзак со стволами в номере, прихватил с собой всю наличность, захватил карту стаба, запер дверь и спустился вниз.

- Уважаемый Крюк. – предельно вежливо начал Фарт – Не подскажешь, где тут можно прибарахлиться? А то захотел помыться, а переодеться не во что. Да и в номере в этом камуфляже, осточертевшем, не хочется сидеть.

- Отчего же не подсказать? Подскажу. Сейчас выйдешь из дверей и повернешь налево…

Выслушав объяснения Крюка, на всякий случай попросив показать на карте, Фарт двинулся на шоппинг. Быстро отыскал нужный магазин и вошел внутрь. Довольно приличное по площади помещение было буквально забито гражданской одеждой разного фасона, размера и цвета висевшей, лежащей аккуратно сложенной и просто сваленной кучей на стеллажах. В торговом зале шебуршались две девушки, прикладывая к себе какие-то блузки. Рядом с входом, за столом скучал продавец, или охранник, или хозяин, глядя в ноутбук. Судя по звукам, он смотрел какой-то фильм.

- Здравствуйте. – Фарт решил сохранять вежливость – Не подскажете какие тут цены, а то я ценников не увидел.

- Три спорана – корзина. – ответил продавец, не отрывая глаз от ноутбука.

- В смысле. – не понял Фарт.

Продавец поднял на него глаза.

- Три спорана. – он указал на коробку со споранами, стоящую рядом с ноутбуком – Корзина. – показал пальцем на большие корзины, такие же были в супермаркетах на Земле, стоящие столбиком.

- Коммунизм… - пробормотал Фарт – А если мне будет мало одной корзины?

- Три спорана – корзина. – уже раздраженно произнес продавец.

- Все-все. Я понял, не дурнее паровоза. – Фарт поднял ладони.

Бросив спораны в коробку и подхватив не раз помянутую корзину, он отправился за покупками. В первую очередь в корзину полетели футболки, носки, трусы. Затем Фарт нашел неплохие спортивные штаны. Посмотрев на девушек в гражданском, пошел искать джинсы. Выбрал летние, любимого черного цвета. Размер взял свой. Старый. Приложив к себе, дабы померять длину, засомневался в размере. Пошел в примерочную кабинку. А оказывается, он здорово похудел за это время. В итоге подошли джинсы, на три размера меньше старого. Выкинул набранные трусы и подобрал новые, ориентируясь на джинсовый размер. Спортивные штаны тоже заменил. Ну а футболки он всегда любил свободные. В обувном отделе нашел мягкие, домашние тапочки и легкие кроссовки. Уложился в одну корзину.

Вернувшись в номер, Фарт первым делом залез под душ и долго там надраивал себя мочалкой. Надев новые штаны с футболкой и запрыгнув в кроссовки, он снова спустился вниз. Пожрать бы не мешало. Но нужно уточнить еще один вопрос.

- Извини, что опять надоедаю. – Фарт подошел к Крюку – А где тут можно одежду постирать?

- Рейдеры, обычно, не стираются. Новую одежду покупают, старую выбрасывают.

- Этот камуфляж дорог мне как память.

- Да Машке отдай, завтра чистое и сухое заберешь.

- А Маша – это кто?

- Тьфу ты. Маааааааааааааш!!! – заорал Крюк в глубины помещений за стойкой.

Из коридора выплыла, именно выплыла дородная женщина небольшого роста, с добрым лицом. Глядя на нее, сразу же вспоминались бабушкины пирожки в детстве, а рот, сам собой, расплывался в улыбке.

- Вот, клиент постираться хочет.

- Так хай несет. – ответила Маша с украинским выговором.

- Пять секунд! – Фарт сорвался в свой номер.

Закинув в пакет оба комплекта формы, он сбежал вниз и вручил пакет Маше.

- А где мне завтра искать одежду?

- Та я тут и оставлю – кивнула Маша на стойку.

- Спасибо огроменное!

- Ой, было бы за шо. – Маша опять исчезла в коридоре.

- Сколько с меня за стирку?

- Да нисколько. За счет заведения. – хихикнул Крюк.

- Спасибо еще раз!

Он, наконец-то, добрался до кафе. Довольно просторное помещение. Приглушенный свет. Тихо играет музыка. Справа - длинная барная стойка. Трое посетителей сидят на высоких, барных стульях. За стойкой какой-то прилизанный хлыщ, в белой рубашке и черной жилетке. На горле – галстук-бабочка. Фарт мог на что угодно поспорить что снизу у него черные брюки, а обут в лакированные туфли. Хлыщ не понравился Фарту с первого взгляда.

По залу порхали несколько официанток одетых в свою униформу. Обтягивающие мини-юбки, белые блузки и передники. Глядя на длину юбок, Фарт начал догадываться, о каких девочках говорил Крюк.

Народу в зале было не очень много, примерно половина столов были свободны. Фарт забился за стол, стоящий в углу. Меню отсутствовало. Скучая, он принялся разглядывать публику. В основном за столами сидели люди в разнообразном камуфляже и ботинках, с высоким берцем. «Рейдеры.» - понял Фарт. Пару столов оккупировали люди в цивильном. Народ, в основном, бухал. Из еды предпочитал салаты, мясную и сырную нарезку, да разные соленья-маринады в тарелках. Горячие закуски предпочитало абсолютное меньшинство. Зато на каждом столе стояли разнокалиберные бутылки с яркими этикетками. И у каждого человека на поясе была кобура с пистолетом. Тут Фарт сплоховал. Оставил оружие в номере. Через минуту к столу подошла официантка, с блокнотом и ручкой в руках.

- Чего желаете? – с улыбкой спросила она.

Глядя на нее, так и хотелось ответить – «тебя». «Симпатичная, зараза. Еще и юбочка эта.» - подумал Фарт.

- Что из готовых блюд можете посоветовать?

- Нуууу… - девушка чуть повернула голову, подняла глаза к потолку и прикусила кончик ручки, став еще красивее – Сейчас есть котлеты «по-киевски», гуляш, свиной эскалоп, рыба в кляре. На гарнир – картофельное пюре, рис, гречка. Если желаете первые блюда, придется подождать. Разные салаты, нарезка.

- Тогда принесите мне… эммм… овощной салат есть? Вот его, котлеты «по-киевски» с пюрешкой и эскалоп с рисом.

- Что пить будете?

- Чай.

- Чай?! – девушка удивленно подняла брови.

- Да. Чай.– твердо ответил Фарт. Желания бухать у него не было.

Официантка упорхнула за заказом, а Фарт принялся скучать дальше.

Спокойно отужинав вкусными блюдами, он поднялся к себе. Начала одолевать сытая дрёма. Но надо было дождаться Рока. Фарт встряхнулся и решил перебрать рюкзак. Что на продажу – выкладывал на верстак. На середине процесса в дверь постучали. На пороге стоял Рок. Он сообщил что поживет в доме Сивого, пока тот будет путешествовать по кластерам. Заодно просветил Фарта что такое трясучка.

- Слушай, Фарт, а может ко мне переедешь?

- Блин, Рок, а ты по ориентации вообще-то кто? – подозрительно спросил Фарт.

- В смысле? – не понял Рок.

- Ты, случаем, не пидорас?

- За такие слова заешь что бывает?! – мгновенно набычился Рок.

- Ну так а чего ведешь себя как стопроцентный пидор?! – взорвался Фарт – Ты, еб твою мать, последи за своими поступками! И за словами! Я от твоей опеки со вчерашнего вечера избавиться не могу! А сейчас ты вообще съехаться предлагаешь! Как любовники, после конфетно-букетного периода! Блядь!

Рок молчал, уставившись в пол. Через некоторое время он ожил.

- Да, что-то я как-то… - смущенно пробормотал Рок – Увидел тебя и крышу снесло. Не в смысле – «тебя» - вскинулся он – А твою энергетику, изменения, свернутые дары.

- Да понял я. – пробурчал Фарт, все еще испытывая злость и, одновременно, смущение за свою вспышку гнева.

- Просто стало страшно потерять такой объект для наблюдений. – продолжил Рок.

- Спасибо, что не для экспериментов, а то мне хватило. – ввернул Фарт.

- Да и, чего греха таить. - не слышал его Рок – Перспектива сравнятся со знахарями, которые работают с долгожителями, застила глаза.

Рок снова замолчал, глядя в пол. Фарт поднял стул и сел напротив.

- Значится так, персональный знахарь, давай договоримся. Ты перестаешь квохтать надо мной, как наседка над цыплятами. А если не желаешь потерять такой «объект для наблюдений» … - передразнил он Рока – Чего я тоже не желаю, кстати. Ты активируешь все дары и обучаешь ими пользоваться. В стабе я вечно сидеть не буду, а дары, как мне кажется, увеличат мои шансы на выживание в Улье. Идет?

- Идет. – согласился Рок – Только ты, минимум раз в неделю, должен приходить на обследование. Идет?

- Я, блин, не знаю, что завтра будет, а ты уже на неделю вперед загадываешь. Да, кстати. – ассоциативный ряд выдал цепочку «завтра», «инструктор», «Дикий» – А как Дикий узнал в какую гостиницу я поселюсь?

Было у Фарта подозрение. Только Рок знал в какую гостиницу пойдет Фарт. Он его сюда сам и направил. Да и поздоровался он с Диким, как со старым приятелем. Стучит? Или из-за своей паранойи попросил присмотреть?

- Вот без понятия!

Фарт продолжал смотреть на Рока испытывающим взглядом.

- Да ничего, никому не говорил! Не веришь? Можем к ментату сходить!

- Ладно, проехали.

Еще поболтав немного, Фарт выставил Рока за дверь, разделся и растянулся на свежем белье. Какое блаженство!


К восьми утра Фарт был у третьего сектора. Камуфляж еще не просох, так что оделся в джинсы и футболку. На ногах – кроссовки. Вчерашний косяк с пистолетом учел и теперь на его бедре пристроилась открытая кобура с Ярыгиным. Хотел сначала повесить поясную, но длинная футболка «на выпуск» мешала его доставать. А заправляться Фарт разучился еще тогда, когда был пухляком.

Сам третий сектор был огорожен бетонным забором и имел собственный КПП рядом с воротами. Фарт попросил дежурного позвать Пепла, назвав собственное имя. Тот куда-то позвонил и через десять минут на КПП стремительно ворвался мужчина в черной «горке» и кроссовках такого же цвета. Среднего роста. Среднего телосложения. Черты лица резкие, рубленные. Карие глаза смотрят цепко. На голове черный ежик волос.

Он смерил Фарта взглядом, задержав его на пистолете.

- Фарт? – скорее утвердил, чем спросил Пепел.

- Да.

- Этот – со мной. – сказал Пепел дежурному – Пошли. – это уже Фарту.

После чего развернулся и, также стремительно, как и вошел, исчез с КПП. «Если он такой же красноречивый и при обучении, то могут возникнуть проблемы.» - подумал Фарт, поспешив за Пеплом.

Внутри третий сектор представлял из себя типичную военную часть. Хоть Фарт и не служил, видео и фото в инете полно. Коробки казарм и хозяйственных помещений, отдельно стоящее здание штаба, парк техники, спортгородок, был даже плац, с нарисованной разметкой для занятий по строевой подготовке. Но были и отличия. За зданиями виднелась полоса препятствий. За полосой препятствий – полуразрушенные здания высотой в три – пять этажей. Полигон для отработки боя в городских условиях? И, судя по раздававшимся время от времени выстрелам, где-то здесь находилось стрельбище.

Пепел завел Фарта в одно из помещений. Отпер кабинет и пригласил его войти. Маленькая каморка, стол, два стула, стеллаж с бумагами. Пепел сел за стол, кивком указал Фарту на второй стул.

- Итак. Про тебя мне сказал Дикий. Попросил посмотреть. – начал Пепел.

«Ух-ты! Говорить он, все-таки, умеет.» - подумал Фарт.

- Скажи, чего ты хочешь. Я объясню почему это у тебя не получится. И ты не будешь тратить мое время. – продолжил Пепел.

- Я? – Фарт задумался, пытаясь правильно сформулировать мысль и не вылететь еще на этапе собеседования – Я хочу повысить свои шансы на выживание в Улье.

- Тебя все равно сожрут. – Пепел не желал сдаваться, хотя в глазах, как заметил Фарт, промелькнул интерес.

-Насколько я понял, здесь от старости никто не умирает. Мне бы хотелось умереть как можно позже. – упорствовал Фарт.

Пепел откинулся на спинку стула и несколько минут рассматривал Фарта как какое-то насекомое. С такой же гримасой любопытства и брезгливости.

- Ладно! – принял он решение – Что Дикий говорил про меня?

- Говорил, что ты три шкуры дерешь.

- Ну, это он явно преуменьшил. Мой курс состоит из тридцати занятий. И мне плевать, что ты знаешь, что умеешь и сколько уже элит победил голыми руками. Одно занятие стоит две горошины и это не обсуждается. – Пепел вопросительно посмотрел на Фарта.

- Согласен. – поспешно кивнул Фарт.

- Оплата полностью за весь курс обучения. Если не выдержишь и сломаешься – оплата не возвращается. Боеприпасы за свой счет.

- Окей.

- Занятия будут через день. А теперь, пойдем посмотрим на что ты способен.

- Прямо сейчас? – растерялся Фарт.

- А чего ждать? – удивился Пепел.

- Да я, как то, не подготовился. – Фарт посмотрел на свою новую одежду.

- Так это же замечательно! – обрадовался Пепел.

- Ну, хорошо. Секундочку. У меня небольшая просьба.

- Чего еще?

- Дело в том, что я не служил срочную. – брезгливости в гримасе Пепла, после слов Фарта, прибавилось – И некоторые вещи, простые и понятные любому военнослужащему, для меня могут оказаться тайной за семью печатями. Может быть можно организовать что-то типа КМБ? Шагистики и как правильно отбивать кантики - не надо. А вот что-то по форме одежды, бытовые, может быть, вещи?

- Добавь еще два занятия. – после недолгих размышлений согласился Пепел – За одну горошину. А теперь – пошли.

Он привел Фарта на полосу препятствий и заставил бегать вокруг нее. Фарт, с возросшими физическими параметрами, никакого дискомфорта не испытывал. После третьего круга Пепел приказал ему продолжать, а сам исчез. Появился спустя пять минут с потрепанным рюкзаком в руках. Злорадно поглядывая на Фарта, он наполнил рюкзак песком из кучи, лежащей неподалеку. После чего водрузил его Фарту на плечи. Бег из легкой прогулки превратился в тяжелую работу. На лбу выступил пот. Появилась отдышка. Прогнав несколько раз Фарта по периметру полосы Пепел скомандовал:

- А теперь, не останавливаясь, на тропу! Живчик не пить!

- На какую еще тропу? – спросил Фарт, сплевывая тягучую слюну.

- На тропу разведчика. – Пепел указал рукой на полосу препятствий.

В тот день тропу Фарт не прошел. Стоя на проходной КПП и оформляя пропуск он понял, что для занятий необходима сменная одежда. Причем не менее трех комплектов. Чистенькая и аккуратная с утра, сейчас одежда на нем представляла собой жалкое зрелище. В разводах пота и грязи. Рукав футболки порван. Как в таком виде он будет добираться до гостиницы, Фарт не представлял.

- Да, кстати. – озаботился вдруг Пепел – А стволы-то у тебя есть?

- Есть.

- Какие?

- СР-3, АК-20, Ярыгин, Удав.

- Даже спрашивать не буду откуда у человека, не умеющего стрелять, такой арсенал. Что еще за АК-20?

- Тот же самый АК-15, модернизированный.

- На 5.45?

- Да.

- Для Улья калибр маловат, но для отработки навыков пойдет. Вот его на занятия и носи, а еще лучше – смени на обычный АК-74. А то с Вихрем на патронах разоришься. Но на первое занятие тащи всё. Патроны для Калаша есть?

- Бронебойные и УСы.

- Ну надо же! А ты на мелочи не размениваешься. К остальным стволам тоже все боеприпасы понтанутые? Сходи в любой оружейный и закупись обычными 7Н6. Для начала, пару цинков будет достаточно. Для СР и Удава ты вряд ли что найдешь, а для Ярыгина поищи обычные 9х19.

Фарт кивнул и пошел в гостиницу. На удивленный взгляд Крюка пояснил, что проходит обучение у вояк. Больше он в таком виде не появится. Просто не ожидал, что сразу в грязь загонят. К счастью, выстиранный камуфляж уже дожидался его за стойкой. Фарт поднялся к себе и первым делом принял душ. Переоделся в чистое. Спустился на первый этаж, оплатил номер за семьдесят дней и пообедал. Договорился насчет регулярной стирки. Собрал все патроны 5.45, весь обвес на АК, сам АК-20, кофры с Ярыгиным и отправился в оружейный магазин под названием «У Семеныча».

Сам Семеныч, хозяин магазина, оказался неплохим мужиком, хорошо знающим свое дело. Там Фарт сменял все, что он притащил, на довольно новый еще АК-74М и два цинка обычных патронов. Забрал разницу в стоимости и, выяснив где тут торгуют нормальной экипировкой, отправился туда. Приобрел себе три комплекта самых дешевых маскхалатов и дешевенькие берцы. Гробить свою обувь на тропе ему не хотелось. Также взял пару ремней и рюкзак на сорок литров. Все-таки его баул для стаба излишен. По дороге назад зашел в банк и забрал весь оставшийся горох. Всерьез задумался о продаже одной жемчужины. Горох утекал сквозь пальцы как вода. Сходил к местным операторам сотовой связи, где приобрел подключенный аппарат. Купил две общие тетради и пишущие принадлежности. После чего залез в интернет в своем номере, где и проторчал до ужина.

А с утра для Фарта начался персональный ад.


Еще до того, как провалится в Улей, Пепел не понаслышке знал, как готовить бойцов. Призвавшись в ряды Советской Армии в 1985 году, он попал в сто семьдесят седьмой отдельный отряд, пятнадцатой отдельной бригады специального назначения ГРУ СССР. И прошел все этапы полугодовой подготовки перед тем, как их перекинули в Афганистан. На своей шкуре испытал как восемнадцатилетним мальчишкам, которым до этого все эти годы родители, детский садик, школа вдалбливали в голову постулаты что девочек обижать нельзя, драться нехорошо и прочие моральные ценности, так ценимые в мирном обществе, ломали психику всего за три-четыре недели, а потом вылепляли хладнокровных убийц. Нацеленных лишь на одно – выполнить задачу любой ценой. Найти и уничтожить. «Рексы». СпецНаз ГРУ.

Уже много позже, закончив военное училище, перейдя в другую бригаду, пройдя по карьерной лестнице от командира группы, до заместителя комбрига по боевой подготовке и выйдя на пенсию он никак не мог понять, почему так резко понизили уровень подготовки. Да, бойцам давали необходимые навыки. Учили тактике и задрачивали на учебных выходах. Но вот та составляющая, психологическая обработка, что делала обычного, хоть и хорошо подготовленного солдата рексом – исчезла.

Провалившись в Улей и, пройдя извилистый путь, заняв знакомую должность при хорошем стабе, помолодевший военный пенсионер обрадовался. Есть где развернуться. И кандидатов не надо ломать психологически. Сам Улей ломает психику человека намного качественнее, чем любой инструктор спецназа. Но в очередной раз был разочарован. Начальству не нужны были качественные, эксклюзивные бойцы. Начальству, как и на бывшем месте службы, нужна массовость. В ответ Пепел так задрал планку подготовки, что на этапе тестирования отсеивались девять кандидатов из десяти. А до конца первого курса доходил один из пяти.

И вот сейчас, вспоминая «коммерческого» курсанта, Пепел всерьез задумался. А не прогнать ли его через полную мясорубку подготовки бойца спецназа ГРУ СССР образца восемьдесят пятого года? Хотя нет. Полную не получится. Все-таки, тридцать занятий. Да еще и с отдыхом через день. Но что-то приближенное можно устроить. А дни отдыха забить отработкой навыков. Вполне возможно. Да тут и не армия. Нарядов и всяких ПХД нет. Решено! Постарается из него вылепить «рекса». Посмотрим, что на выходе получится. Если, конечно, не сломается. Вы хотели страданий за ваши же деньги? Таки их есть у меня! Пепел хищно улыбнулся.



Каждое занятие Пепел начинал с пробежки вокруг тропы разведчика. Рюкзак с песком был обязателен. Дожидался, пока Фарт не начинал дышать как загнанная лошадь и, без перерыва, гнал его на тропу. На первых, вводных занятиях Фарт обучался премудростям экипировки и средств защиты. Он узнал, как наматывать портянки и на вопрос «нахера они нужны, ведь есть же носки» получил получасовую лекцию, чем портянки лучше носков и когда их стоит применять. Узнал, для каких условий необходимы различные разгрузочные системы и основные принципы комплектования их подсумками. Какие бывают подсумки и как их лучше компоновать между собой. С удивлением узнал, что шнурки, вшитые в форму, служат не для стягивания ее по фигуре, а выступают временными жгутами при ранении в конечность. Что с помощью хлястика на рукаве можно организовать временную перевязь при ранении в руку, или если рука сломана. Какие бывают шлемы и когда их стоит носить. Какие бывают бронежилеты и когда их стоит носить. Чем перчатки с обрезанными пальцами хуже обычных, а чем лучше. Как быстро высушить одежду и обувь без костра. Как подготавливать для пеших рейдов ИРП. Что можно найти питательного и безопасного в уже разграбленном магазине. И еще тысячи мелочей, на которые Фарт не просто не обращал внимания, но даже и не подозревал об их существовании. Вплоть до того, как безопасно ходить в туалет на кластере, не привлекая внимание тварей. Всю информацию Фарт тщательно конспектировал.

Потом перешли к огневой подготовке. Пепел строго-настрого запретил использовать какие либо дары Улья. Начали с азов. Фарта обучили как приводить оружие к нормальному бою по специальной, пристрелочной мишени и мишени обычной, спортивной. Как пристреливать, вернее обнулять оружейные платформы западных образцов и имеющие схожие с ними принципы прицеливания, такие как АК-20 и новые АЕК. Сериями по три и четыре выстрела. Как правильно обслуживать оружие после стрельбы. Что нужно чистить и когда, и чем надо смазывать. Когда оружие нуждается в чистке и когда его можно не трогать. Как убирать консервационную смазку. Как правильно занимать положение для стрельбы стоя, сидя, лежа, за укрытием. Как правильно выбрать укрытие. Как правильно выглядывать из-за укрытия. И сама стрельба. Очень много стрельбы. Два цинка, приобретенных накануне, хватило на четыре занятия. Стрельба из разных положений и укрытий. Стрельба в движении вперед, назад и вбок. Стрельба по стационарным и движущимся мишеням. Стрельба на открытой площади и в зонах с ограниченной видимостью. Стрельба на вспышку, на звук и просто на интуицию. Фарт научился считать выстрелы и знал, когда нужно менять магазин. В какой-то момент стали стрелять в ответ. Конечно не точно по Фарту, но поверх головы и по укрытиям, где он прятался, приучая действовать под ответным огнем и не боятся пуль. Учили быстро менять магазин, скидывая пустой в специальный подсумок, либо заправляя к полным и не путаться при выборе. Когда он поинтересовался почему не учат быстрой смене с длинного на короткий, ему ответили, что если он начнет заниматься такой херней при наличии патронов к основному оружию, то он стопроцентный труп. И заставили нацепить на яйца подсумок с патронами врассыпную. После чего, под обстрелом, Фарт быстро набивал магазины. Обучили смене правой руки на левую, что для Фарта, который был стопроцентный правша, вылилось в настоящее мучение. Он изучал, приводил к нормальному бою, стрелял, разбирал и чистил различные образцы стрелкового вооружения. Начиная от пистолетов и заканчивая крупнокалиберными пулеметами. Прошел обучение на гранатометчика и сделал три выстрела из РПГ-7, и один из РПГ-26. Была возможность выстрелить из РПО «Шмель», но выстрел был настолько дорогой, что Фарт ограничился занятием на пустом пусковом контейнере. Его учили радиообмену и минно-взрывному делу.Сапером Фарт не стал, но установить мину, не подорвавшись сумеет. Ручные гранаты, подствольные, помповые и барабанные гранатометы. Медицинская помощь при ранениях. Ему показали, как с помощью бухты репшнура и карабина можно спустится с крыши дома, или балкона, если тебя заблокировали зараженные. После этого, бухта с карабином навсегда прописались на рюкзаке Фарта.

После двадцатого занятия Фарту дали перерыв на пять дней. Затем занятия продолжились уже в группе. Фарта прикрепили к армейским курсантам. Отрабатывали тактику работы в двойках и тройках. На открытой местности и при зачистке помещений. Начались выезды на природу. Передвижение по лесу в одиночку. В двойке. В тройке. Маскировка на местности. Поиски источника воды в различных лесных массивах. Как разжечь бездымный костер. Почему надо маскировать открытые участки кожи, действуя на природе. В результате Фарт приобрел балаклаву, которая никак не скрывала черты лица, но прекрасно маскировала среди листвы и позволяла нормально дышать. И еще много «как». В городские кластеры не пускали. Финальным аккордом, можно сказать экзаменом, для Фарта и курсантов было задание уничтожить бегуна и пустыша, не прибегая к помощи оружия. Практически голыми руками. И если пустышу Фарт довольно легко свернул шею, то с бегуном замешкался. И тот его чуть не порвал.

Напряженность занятий была настолько велика, что у Фарта иногда не оставалось сил на то, чтобы спустится и поужинать. Не помогал даже живчик. Хотя та официанточка, которая ему понравилась в первый день, по имени Стелла как выяснилось позже, активно стреляла в него глазками и дарила многообещающие улыбки. Но даже между занятиями Фарт не мог отдохнуть.

Презрительно-снисходительное отношение Пепла вскоре сменилось на вполне дружелюбное. Как оказалось, он ранее пытался обучать рейдеров, но опыт оказался негативный. Зубры Стикса, каковыми они себя считали, постоянно оспаривали приказы инструктора, пытались учить его сами и, в итоге, не завершив обучения уходили, разругавшись вдрызг. Фарт же, понимая, что он платит нехилую сумму, впитывал подаваемые знания как губка. Стараясь законспектировать как можно больше. А когда выдавалась свободная минута, нарабатывал навыки на быструю смену магазина, в различных разгрузочных системах, извлечение пистолета и изготовке к стрельбе и так далее. Глядя на рвение Фарта, Пепел свел его с мужиками из гаражей. Где Фарт за десять дней и десять горошин обучился вождению различных грузовиков. От обычных бортовых КАМАЗов, до длиннющих фур. Заодно объяснили какие могут возникнуть неприятности с машиной в дороге и при каких из них еще стоит попытаться что-то исправить, а при каких лучше хватать все самое ценное и пешком валить в лес. Заглядывался Фарт и на БМП, но его к ней не пустили. Кроме того, ребята показали, как без ключа можно завести автомобиль. Не все марки, конечно, но отечественный автопром, тем более старый, Фарт смог бы угнать. Он даже сходил, вернее съездил в настоящий рейд, в качестве водителя грузовика, вместе с добытчиками стаба. Естественно, рядом сидел настоящий водитель, но машину туда и обратно вел Фарт. В слесарке он познакомился с мужиком, который за две горошины обучил Фарта вскрывать квартирные замки и выточил набор отмычек. Великим медвежатником Фарт, конечно, не стал. Но тихо вскрыть квартиру сумеет.

Он осторожно спросил у Пепла, не знает ли тот приличного инструктора по мордобою. В ответ Пепел привел Фарта к гэбешному инструктору-рукопашнику. Он долго не хотел брать Фарта, но, когда уяснил что Фарту надо всего лишь поставить удар и заучить две-три связки, согласился. Аж за двадцать горошин. Для начала Фарта здорово поколотили, проверяя бойцовские качества оказавшиеся ниже плинтуса. Потом взялись за обучение. Отсутствие техники инструктор компенсировал богатой практикой. Половину времени, отведенное для одного занятия, Фарт проводил в ринге. Он подозревал, что рукопашник просто натаскивает на нем своих курсантов. Однако, особо не возражал. Ибо в ринге опыт получают оба бойца. Теперь Фарт по вечерам светил своей разбитой рожей. Хорошо, что все следы к утру сходили. К наработке навыков перезарядки, в свободное время, которого итак не было, еще добавились занятия с грушей в спортзале гостиницы. Показал инструктор и примеры работы с ножом. Теперь на поясе у Фарта висел не просто предмет украшения.

Когда оружейник, Семеныч, при очередной закупке боеприпасов, поинтересовался у Фарта почему он не носит «клюв», Фарт даже не нашелся что ответить. Семеныч быстро описал все плюсы убийства низших зараженных этим оружием и предложил выбрать подходящий. Фарт перебрал несколько клювов и топоров, но ни один ему не понравился. Вместо этого, он вспомнил про такое замечательное оружие средних веков, как булава. Только не такая, как на картине у Васенцова «Три богатыря», а настоящая. Исторически достоверная. Он направился в слесарку и спросил там, смогут ли они выточить подобный продукт? Хотя, по уму, ее отливать надо. Там ему ответили, что выточат даже член на палочке, лишь бы платили. Сначала Фарт хотел сделать все по канону. Но деревянная рукоять, при его возросшей силе, банально ломалась от удара. Пришлось рукоять делать металлической. Долго подбирать длину и баланс. Фарт сам был уже не рад что загорелся этой идеей. Но, в итоге он, все же, стал обладателем редкого для Улья оружия ударно-дробящего свойства.

Ему пришлось продать одну черную жемчужину. Цены на боеприпасы были высокие, а расход во время обучения - катастрофическим. Фарт не хотел светится и поэтому операцию провернул при помощи Рока, без сожаления отстегнув тому десять процентов. Хотя Рок и возражал. Если кого-то бы и заинтересовало наличие жемчужины у новичка, да еще и на продажу, то знахарем не заинтересовался никто.

Разобрался он и с оставшимися дарами. Рок развернул их, и они с Фартом несколько раз выезжали за пределы стаба, на обучение. Если с клокстоппом особых проблем не было. Не считая того, что Року пришлось несколько раз сращивать у Фарта кости на ногах и руках, да трещины в ребрах. То вот дар сенса вел себя как ему Улей на душу положит. То он честно отрабатывал, показывая всех в радиусе восемьсот-тысяча метров. То ужимался до десяти. То менял плоскость сканирования и Фарт замечательно «видел», что у него под ногами и над головой, при этом не «видел» ничего перед собственным носом. То он определял живых или зараженных за препятствием. То нет. То видел только иммунных, то только зараженных. То из зараженных подсвечивал только определенную категорию. Глазами Фарт видел, что по полю передвигаются рубер и два лотерейщика. Дар же утверждал, что там только один рубер. Фарт был разочарован. Наверное, лучший дар из всех четырех, и с такими выкаблучиваниями.

Все имеет свойство когда-нибудь заканчиваться. Вот и обучение Фарта подошло к концу. Накануне они с Пеплом сходили в магазин экипировки. Там Пепел подобрал для Фарта баллистический шлем, бронежилет, РПС и набор подсумков к ней. Нагрудник, в котором Фарт пришел в стаб, одобрил. Добавил только пару подсумков. Посмотрел на рацию, доставшуюся от Геббельса, присвистнул, сказал что это нолдовская штука. Жутко дорогая и редкая. При благоприятных условиях может добить аж до десяти километров. Но это очень редко. Уверенная связь на четыре-пять километров. Земные образцы могут связаться на два-четыре километра. Кроме того – сканер частот, вскрывает любые шифрованные каналы. Полудуплексный и дуплексный способ связи. Работу этой радиостанции засечь земными образцами невозможно. Показал, как настраивать частоты, как включать сканер и посоветовал купить у Семеныча инструкцию. Подобрали к ней две гарнитуры. Одна с активными наушниками, другая – просто за ухо цепляется.

А сейчас, Пепел провожал Фарта, стоя на КПП третьего сектора.

- Все-таки, зеленый ты еще. Учится тебе и учится. Не желаешь пройти еще один курс обучения. Более углубленный?

- Нет уж, спасибо! У меня и от базового все болит до сих пор.

- Ясно. Наработки навыков не бросай. Пригодится. Чем планируешь заниматься?

- Пока не знаю. В рейд, наверное, пойду.

- Хммм. Послезавтра планируется операция по спасению.

- Спасению кого?

- Новичков. С кластера.

Фарт припомнил, что о чем-то подобном рассказывал Геббельс.

- Такие операции считаются условно безопасными. Не хочешь присоединится? И подзаработаешь неплохо, и практику получишь.

- Послезавтра?

- Да. День на отдых и подгонку снаряги.

- А кто пойдет? Армейцы?

- Армейцы сейчас где-то в другом месте действуют. В основном, наемников набирают. Тех же рейдеров. Да курсанты пойдут. Им тоже практика нужна.

- Можно.

- Найди тогда своего старого знакомого, Скрипача. Он там как-то участвует.

- Скрипач? Сто лет его не видел. Закрутился с этой учебой.

- Ну не сто лет, а чуть больше двух месяцев…

- Тут два месяца – это срок.

- Это да… Ладно Фарт! Давай! Не теряйся!

- Успехов, Пепел.

Они распрощались и разошлись в разные стороны.

Глава 13

Раскачиваясь, Фарт сидел на жесткой скамейке в темном нутре кунга едущего монстрмобиля. Он направлялся в рейд. «Операция спасения новичков» …

После того, как он попрощался с Пеплом, Фарт отправился в гостиницу. Туго сжатая пружина, державшая его в напряжении все время обучения, потихоньку распрямлялась. Неспешно шагая по улицам стаба, он не мог поверить, что завтра не нужно будет вскакивать по сигналу будильника, когда в небе еще сияют звезды. Не нужно падать мордой в лужу с грязью на тропе разведчика, а добрый рюкзак добавляет тебе по затылку. Не нужно переться в кластер и изображать из себя лешего, пытаясь пройти сквозь густые заросли, не потревожив и веточку. А если потревожил – добро пожаловать на исходную позицию. Хотя, на последнее грех жаловаться. Фарт, который родился в городе, всю жизнь провел в городе и настоящий лес видел только на картинках, неожиданно полюбил эти занятия в лесах. Он инстинктивно чувствовал, что лес его защитит, спрячет. Скорее всего, сработал какой-то выверт психики. Ведь он и на второй день в Улье, и позже, когда пошел к Климовскому, пробирался именно по лесным массивам. Но Фарту на это было плевать. Да и возвращались ребята с таких выездов, зачастую, не с пустыми руками. Пару-тройку споранов, а то и горох, удавалось добыть. Как говорится, пустячок, а все равно приятно.

Он добрался до гостиницы, поднялся в номер. Скинул вещи и упал на кровать, раскинув руки. Тело одолевала лень. Мысли сковывала дрема. Делать абсолютно ничего не хотелось. Для обеда поздно, для ужина рано. Вздремнуть? Не, не стоит. Сейчас выспится, проснется ночью и всю ночь будет бродить, как тень отца Гамлета, а завтра весь день на живчике сидеть придется. О! Живчик! Фарт дотянулся до рюкзака, достал заветную флягу и сделал пару глотков. Волна бодрости прошла по организму. Нет! Кто бы что не говорил, а живчик надо делать на хорошем алкоголе. На водке, даже качественной, он получается довольно мерзким. А вот хороший коньяк, или виски – совсем другое дело. А можно еще порошковый напиток туда добавить, тоже неплохо получается. Только не химию какую – испортишь все. Или кофе растворимый, с сахаром…

Мысли, даже подстёгнутые живчиком, все-равно свернули не туда. Фарт волевым усилием вернул их в конструктивное русло. Пепел говорил, что в предстоящей операции, каким-то боком участвует Скрипач. Его номера у Фарта нет. Надо звонить Року. Надеюсь, у него номер Скрипача есть. А если нет, то надо топать ножками… Интересно – куда? Где сейчас Скрипач обитает?

Он принял вертикальное положение. Все-таки, надо еще живчика хлебнуть. Потянулся к столу, на который выложил свой сотовый. В дверь постучали. Разогнувшись, Фарт встал с кровати и, потянувшись, пошел открывать. На пороге стоял Скрипач.

- Привет Фарт! – жизнерадостно заулыбался он – Давно тебя не видел! Я зайду?

- Здравствуй Скрипач. – заторможено ответил Фарт, с опаской глядя на гостя – Проходи.

Они прошли в комнату. Скрипач упал в кресло перед ноутбуком. Фарт сел на кровать, подальше от Скрипача, настороженно разглядывая его исподлобья. Улыбка у Скрипача погасла. Лицо приобрело озабоченное выражение. Он осмотрел свою одежду спереди, пощупал лицо и спросил:

- Я что, не вовремя? Или между нами черная кошка пробежала? Только вот я не могу вспомнить – когда?

- Да нет, вовремя. Ты даже себе не представляешь, как вовремя. Я помню, что ты рассказывал, что у других про дар спрашивать нельзя, неприлично. Но я все же спрошу. У тебя дар читать мысли?

- С чего ты взял? – Скрипач округлил глаза – Насколько мне известно, такого дара вообще нет. Надо у Рока, или Сивого уточнить. Даже ментаты мысли не читают.

- Да вот, ты не поверишь, валяюсь я на кровати, и думку гадаю. Где мне найти Скрипача? Потянулся уже к телефону, у Рока спросить. Может он знает, где ты обитаешь? И тут ты сам ко мне в дверь стучишь. И что мне думать?

Скрипач радостно заржал.

- Что, суеверия Улья тебя тоже одолели?

- Да с вами поведешься, еще и не такого нахватаешься.

- На самом деле – простое совпадение. Узнал, что ты закончил курс обучения и вот, зашел поздравить.

- Вот знаешь Скрипач, учитывая твою предыдущую должность, я, скорее всего, поверю в простое совпадение, когда мне на голову с неба мешок с белым жемчугом упадет, чем в твое пришествие. Кстати, сейчас ты кем трудишься?

- Кем и раньше тут был. Заместитель начальника СБ.

- Ну кто бы сомневался. А предыдущего зама куда дел?

- В смысле, предыдущего? – не понял Скрипач – А! У Дикого несколько замов. Одна вакансия была свободна.

- Вот же гэбня кровавая. Горбатого только могила исправит. – беззлобно произнес Фарт, улыбаясь.

- Ага! – кивнул Скрипач, тоже скалясь во все тридцать два зуба.

- Так чего ты пришел?

- Узнать, чем ты дальше планируешь заниматься.

- Не знаю. Вот, планировал в рейд по спасению иммунных сходить… Пепел сказал, что ты там тоже участвуешь.

- Я? Не, Пепел что-то напутал. Этой темой Гром занимается.

- Ты что-то хотел предложить?

- Как ты смотришь на то, чтобы поработать на стаб?

- То есть, как я понимаю, на СБ?

- Правильно понимаешь.

Фарт задумался. Почему именно он? И СБ, опять же. Нет, на Земле, читая различные книжки, он неоднократно ставил себя на роль главного героя, представляя, что работает замаскированным агентом могущественной спецслужбы. Мечтать было здорово. Но при этом прекрасно понимал, что в реальной жизни от всех этих спецслужб нужно держаться как можно дальше. Ибо там, где начинаются интересы государства, заканчиваются свободы граждан. И тут такое…

- А почему, собственно я? – Фарт решил прощупать почву – Чем зеленый новичок привлек ваше внимание? Причем не просто новичок, а новичок, не доказавший свою лояльность. С довольно свободными взглядами.

- Хм. – Скрипач немного помолчал - Насчет «зеленый» - можешь не прибеднятся. Кто курс подготовки у Пепла выдержал – никак зеленым быть не может. То, что рожей по барам не успел примелькаться, тоже добавляет плюсов. Ну а конкретно почему ты. И насчет твоей лояльности… Скрывать не буду. Мы работали и продолжаем работать с вновь прибывшими…

«Уже «Мы»» - отметил Фарт.

- Помимо снятия ментокарт, составляются досье. Опрашиваются люди, контактирующие с новичком. Ну и так далее.

- Джордж Оруэлл во всей красе. А в душе тоже видеокамеры стоят? Подглядываете? Особенно за бабами. – не удержался Фарт.

- Фарт… - Скрипач наградил его снисходительным взглядом – Ну что за детские представления… А кто такой Джордж Оруэлл?

Фарт вернул снисходительный взгляд, добавив толику превосходства, но объяснять не стал.

- Потом с этими данными работает человек, обладающий определенным даром. – не дождавшись объяснений продолжил Скрипач – на Земле его бы назвали аналитиком, или психологом. Но тут все сложнее. На основании полученных данных он делает вероятностный прогноз поведения человека. Опасен для стаба или нет? Готов ли к сотрудничеству? Как поведет себя, если попробуют подкупить и так далее.

- И что, помогает?

- За то время, что я тут нахожусь, он выявил трех явных агентов внешников и двоих, которых использовали «в темную». При этом, наши ментаты их прошляпили. Вот и делай выводы.

- Хрена себе, у вас тут невидимая война идет.

- Ты правильно сказал Фарт, очень точно подобрал выражение. Именно невидимая война. И в последнее время она начинает набирать обороты.

- Это не я сказал. – начал отнекиваться Фарт.

- Неважно. Воскресенск – бельмо в глазу. И не только внешникам и мурам. Соседи тоже спят и видят, как бы сковырнуть нас отсюда. Хотя внешне – сама любезность.

- Все, как на Земле. Все, как рассказывал Геббельс… - пробормотал Фарт – ну так, а я тут при чем?

- Кри… - Скрипач запнулся – Тот человек, который аналитик, сказал, что ты будешь верен стабу, если будешь считать его своим домом. И если администрация не будет на тебя давить.

- Не знаю, не знаю…- пробормотал Фарт – После того, как я услышал про слежку, как-то мне не очень хочется тут оставаться.

- Не слежка, Фарт! Одноразовая проверка. На тебя посмотрели, признали безопасным, и делай ты, что хочешь.

- Так ты мне пришел предложить гражданство, дом, бабу и миллион споранов в придачу?

- С чего ты это взял?!

- Ну, а как еще заставить человека считать своим домом незнакомое место?

- Нет. С бабами, домами и так далее сам разбирайся. Достаточно того, что ты потенциально лояльный. Я пришел предложить тебе работу.

- Да почему в СБ?! Почему я?! У меня опыта - никакого!

- Ладно, скрывать не буду. Мы сейчас испытываем кадровый голод.

- Это вы то?! – не выдержал Фарт – Да на улице плюнуть невозможно, чтобы в харю вашего опричника не попасть! Ходят по трое, как будто боятся, что их украдут! Упакованные, как на войну собрались! – Фарт уже пару раз сталкивался с представителями местных правоохранительных органов. И не сказал бы, что эти встречи были приятными. Менты – они и в Улье менты.

- Действительно, патрулей у нас достаточно. Я говорю про других людей.

- Только не говори, что вы меня в местную «Альфу» позовете. Или, лучше, сразу Главным Генералом. – буркнул Фарт.

- Нет. – Скрипач улыбнулся – Стать Генералом я тебе не предлагаю. И вообще, работать в СБ я не предлагаю.

- То есть как? Ты же сам только что говорил…

- Разница между предлогами «В» и «На», по отношению к СБ – огромная.

- Сексотом? Стучать не буду.

- И не надо. Мы сейчас формируем новую группу из рейдеров, для работы за стенами стаба. Тебя, между прочим, сам Пепел рекомендовал. А это, поверь мне, очень хорошая рекомендация. Не все его ученики заслужили такую.

- Задачи?

- В основном – разведка и наблюдение. Иногда – спасение и ликвидация.

- ДРГ, что ли?

- ???

- Диверсионно-Разведывательная Группа?

- Нет. Не совсем. Считай – группа рейдеров, изредка выполняющих специфичные задания, которые хорошо оплачиваются. Потому что вы не будете безвылазно сидеть в стабе, ожидая работы. Надо – сходили в самостоятельный рейд. Не знаю… Тварей пострелять. Что-нибудь интересное принести. Голову кому-нибудь открутить. Но наши просьбы – в приоритете. Ну, а не понравится – всегда сможешь уйти. Своими ногами.

- Экипировка, вооружение, боеприпасы, я так понимаю, за свой счет?

- Естественно.

- И в штате не числимся?

- Нет.

- Удобная штука для вас. В случае чего – стаб вообще не при делах.

Скрипач пожал плечами, разведя руки в стороны.

- Замечательно! А если, благодаря вашим оперативным комбинациям, я «черную метку» в нормальных стабах, которые находятся рядом, получу? Сам же говорил – постоянно друг с другом грызетесь. А вы тут, типа, не при чем. Он сам решил ваших граждан пострелять.

- Для других стабов есть другие группы. – Скрипач тонко улыбнулся – Так топорно использовать вашу группу никто не будет. Разве что для охраны.

- Для охраны, или для усиления? – уточнил Фарт.

- Исключительно для охраны. – твердо ответил Скрипач, глядя Фарту в глаза – Вы будете работать на восточном направлении. Серая зона. Внешники, муры и прочая околокриминальная сволочь, которая до муров не дотягивает, но петля по ним плачет.

- И в чем тогда профит для рейдеров?

- Во-первых – эксклюзивные задания… - начал Скрипач.

- Связанные с повышенным риском. – ввернул Фарт.

- Не без этого. – согласился Скрипач и продолжил – Но! При этом, еще и богатые трофеи.

- Ага. На разведке и ликвидации. Особенно на последнем. Там бы свои «трофеи» в штанах унести.

- Ты дашь договорить или нет? Так вот, миссии очень, очень щедро оплачиваются. Такого ты на бирже не найдешь. Во-вторых – доставка. Туда и назад. Со всем добытым хабаром. Ну и мелкие преференции от стаба. Дефицитные, а то и эксклюзивные товары. Скидки на боеприпасы и прочие расходники. На медицинскую помощь.

- Ты еще скажи – молоко за вредность выдавать будут. Не знаю, не знаю… - все еще сомневался Фарт – Все-таки, я не разведчик. И не боевик.

- Ну так и я там. – Скрипач мотнул головой за спину – В госбезопасности не работал.

- Кстати, а кем ты там был?

- Музыкантом. – Скрипач улыбнулся.

- Скрипачом?

- Скрипачом.

- И как это тебя угораздило в СБ попасть?

- Да как-то случилось. Вообще, действительно толковых специалистов попадает очень мало. Сотрудники милиции…

- Полиции. – поправил Фарт.

- Полиции. – согласился Скрипач – Госбезопасности, военные, толковые администраторы и так далее. А те, кто попал, редко продолжают свою профессиональную деятельность. Вот ты кем там был?

- Программистом…

- А стал? – видя затруднение Фарта, Скрипач помог ему – Считай – рейдером. А почему?

Фарт задумался. А действительно, почему? Почему он не кинулся, в первую очередь, к таким знакомым железкам? Да потому, что они ему еще на Земле остопиздели.

- Людям, попадающим сюда, предлагают начать новую жизнь. – продолжил, между тем, Скрипач – Отринуть все старое. Даже имя забыть. И жизнь, при определенных условиях, конечно, считай, что вечную. Помнишь то чувство, когда ты стоял на пороге школы во время выпускного, и перед тобой были открыты все дороги? Вот, считай попав в Улей, ты перенесся на порог школы. Своя специфика присутствует, конечно. Дары, опять же. Но кому захочется пойти второй раз по дороге, по которой ты уже прошел? Нет, такие люди есть, не отрицаю. Но, большинство выбирает новый путь. И вот пожалуйста: бухгалтер, который всю жизнь перекладывал бумажки и ставил штампы на документы, выходит в рейд, обвешанный оружием. А милиционер, всю жизнь гоняющий алкашей резиновой палкой, открывает ресторанчик.

- Да ты, прям, философ. – проговорил Фарт, немного ошарашенный речью Скрипача.

- Все мы немного философы. – пожал плечами тот.

- Вообще-то я в рейд хотел сходить… - начал было Фарт.

- И правильно! – с энтузиазмом поддержал его Скрипач – И сходи! А я еще и с Громом поговорю, чтобы он тебе впечатлений по гроб жизни обеспечил. А то стыдно сказать. Сколько ты уже в Улье? Полгода? А, по-настоящему, Улья еще не видел.

- Вообще-то, я самостоятельно до Климовского добрался! – возмутился Фарт – И на занятиях мы в кластеры выезжали.

- Ой! – отмахнулся Скрипач – Не смеши меня! Что ты там видел, когда по лесам прятался? Пустышей с бегунами? А выйти на кластер с Пеплом – считай то же самое, что и в личном бункере выехать. Вообще, смотрю я на тебя и поражаюсь. Тут новички за месяц ветеранами становятся. Ну или трупами. А ты… Вообще, каждый имунный в Улье – везунчик. Просто по факту, что он выиграл в лотерею Улья и не стал тварью. Если умудрился живым добраться до стаба, нормального стаба, не муровского – везунчик в квадрате. Ты же - везунчик в кубе. И имунный, и из своего кластера выбрался, и полгода в Улье проболтался, не сталкиваясь с опасностью, и подготовку прекрасную прошел. Завидую!

Фарт не стал говорить ему про дары и какой ценой они ему достались. Вместо этого он уточнил:

- Слушай, а зачем вам такая группа нужна? Неужели у вас подобных нет? Или у армейцев?

- У нас, в данный момент – нет. Я же говорил: кадровый голод. А армейцы – это армейцы. Информацией они, конечно, делятся. Но, в первую очередь, работают на себя.

- Я думал, вы вместе работаете.

- На благо стаба – да, вместе. Но, методы и привлекаемые силы – разные.

- То есть кавалерию, в случае чего, не ждать?

- Лучше рассчитывать на собственные силы.

- Блин…

- Рейдеры всегда рассчитывают на собственные силы. Так что, привыкай.

- Рейдеры, по заданию СБ, по Улью не бегают. – огрызнулся Фарт.

- По хорошо оплачиваемому заданию. – уточнил Скрипач – Какая рейдеру разница, от кого и за что он получит сорок горошин? То ли от СБ, за то, что посидит денек на сосне, с биноклем. То ли от тети Клавы, которой моча в голову стукнула, и ей захотелось ангорскую кошечку. Вероятность сложить голову и там, и там – одинаковая.

- Пятьдесят процентов? – уточнил Фарт – То ли сложишь, то ли нет?

- Ага! – рассмеялся Скрипач.

- Ладно, если на Курскую дугу посылать не будете – согласен.

- Что еще за Курская дуга? – не понял Скрипач.

- Блин! Скрипач! Я все понимаю. Можно не знать Оруэлла. Можно называть полицейских старым названием. Но Курская битва! У тебя что по истории было?

- Пять. И в школе, и в институте. – Скрипач явно недоумевал.

- Ты что, про Вторую Мировую Войну и участие в ней СССР не слышал?

- Почему? Слышал.

- И что ты слышал?

- Пятнадцатого июля немцы напали на СССР. Были остановлены на границе. Потом советские войска перешли в наступление. К седьмому ноября, празднику Великой Октябрьской Социалистической Революции, окружили и взяли Берлин.

Фарт слушал его с вытаращенными глазами.

- А Гитлер? – пролепетал он.

- Отправлен под суд и повешен. – отрезал Скрипач.

- Охренеееть! Все время забываю про этот мультиверсум. Извини за наезд. Просто у нас немного по-другому было.

- Ты из той версии, где немцы взяли Москву?

- А они Москву умудрились взять?!

- Ну да, есть и такое развитие событий.

- Нет, слава богу, у нас они Москву не взяли. Но подошли очень близко.

- А, слышал… Не легко вам там пришлось.

- Да уж, нелегко… Только не нам, а нашим дедам.

- Это да…

- Надо будет как-то встретится, поговорить на эту тему. Жутко интересно! – у Фарта заблестели глаза – Тем более, я тебе поляну должен.

- О! Вспомнил про поляну… - сказал Скрипач – Ты в курсе, что на следующий день, после нашего отъезда, Климовский уничтожили.

- Как? Кто?!

- Точно неизвестно. – Скрипач пожал плечами – Судя по потекам на камне, использовали тяжелое оружие внешников. А значит либо сами внешники, либо муры. А ты в самом деле не знал? Тут все неделю на ушах стояли.

- Мне тогда не до новостей было. Лишь бы жопу до кровати донести. – Фарт вспомнил первую неделю обучения – Неужели свидетелей нападения не осталось?

- Насколько мне известно – нет. Во всяком случае, мы не нашли. – Скрипач немного помолчал – Вот тебе еще одно подтверждение суеверий Улья.

- Это какое?

- Если со стаба резко уезжает знахарь – значит, скоро стабу хана.

- А как же Сивый?

- Что – Сивый? – не понял Скрипач.

- Ну он же тоже уезжал.

- Так Сивый не резко собрался и свалил. А поехал на профилактику. Заранее запланированную. Да и вернулся он уже.

- Ясно. Буду знать. И наблюдать за знахарями.

- Кстати, Фарт, а чего к тебе Кирпич так прицепился тогда? Что там такого было? – Скрипач хитро прищурился.

- Спековая лаборатория там была. – сдал малую часть Фарт.

- Ну тогда все понятно. Ты сказал «была»?

- Была. Колбы остались, но все записи по технологическому процессу я уничтожил. А что, в Улье такая штука – большая редкость?

- Да как грязи! В любой больнице спек делают. Да и знахари умеют.

- Чего тогда Кирпичу вожжа под хвост попала?

- Ну, свое производство – это свое производство. Ладно, засиделся я… А дела не ждут.

- Минутку, по поводу рейда не подскажешь? А то я ни фига не знаю.

- Чего хотел узнать?

- Куда идти-то хоть?

- В смысле, в какой кластер? Не в курсе, у Грома надо выяснять.

- Нет, я имел ввиду, куда идти записываться. В администрацию?

- А! Нет. На биржу.

- Что еще за биржа? Второй раз упоминаешь.

- Ты чем тут два месяца занимался? На биржу труда. Вон. – Скрипач кивнул на ноутбук – В сети посмотришь.

- Да уж не груши околачивал. Понятно, посмотрю. Давай, до встречи! – попрощался Фарт.

После того, как Скрипач ушел, он спустился в кафе. Наступило время ужина. Сел за облюбованный им угловой столик. Буквально через секунду появилась сияющая Стелла.

- Добрый вечер, Фарт. – произнесла она радостным голосом.

- Добрый вечер, Стелла.

- Вы так редко у нас появляетесь. – она наклонилась и тронула Фарта за плечо, заглядывая в глаза – Вам не нравится, как у нас готовят?

«Опа! Тактильные контакты в ход пошли. Знакомые штучки.» - подумал Фарт, а в слух ответил:

- Ну что вы, готовят у вас просто божественно. Просто абсолютно нет времени.

- Тогда, давайте вас покормим! Итак, сегодня у нас…

«И что это было?» - задумался Фарт, когда Стелла, приняв заказ, упорхнула на кухню. Девочка нравилась Фарту. Чисто эстетически. Для отношений слишком молодая для него – на вид не более двадцати. Хотя с этим Ульем не угадаешь. А так – в дочки годиться. Да и какие отношения с ее подработкой?! Фарт содрогнулся от отвращения, представив сколько и каких побывало внутри этой девушки, с внешностью ангела. Так-то он ничего не имел против проституции. Девочки зарабатывают. Мужики получают разрядку, не тратя деньги и время на конфетно-букетный период. Что тем более актуально в Улье, когда рейдер не знает, где он будет завтра и вообще, будет ли это «завтра». Чего она к нему прицепилась? Клиентов, вроде, хватает. Каждый вечер полный зал. Или рассчитывает на что-то большее? Как-то ее поведение, на поведение проститутки не похоже. Больше напоминает влюбленную девчонку. Только этого не хватало!

За размышлениями не заметил, как съел ужин и теперь допивал чай. Недоуменно посмотрел на прозрачную кружку в руках. Оставив на столе три спорана – два за ужин и один «на чай», пошел к выходу.

С утра Фарт топал к бирже. Удобная штука для рейдеров. Не надо самостоятельно искать клиентов. Пришел на биржу, просмотрел список заказов, прочитал условия договора и цену – и все. Можно в рейд. Биржа, а по сути – стаб, является гарантом, что рейдера не кинут. Ну и процент за посредничество берет. Куда без этого.

Нашел нужное здание. Явно чей-то офис раньше был. Зашел. Да, рейдеры безработицей точно не страдают. В большом холле было не более пяти человек. Фарт прошел к работнику за стойкой.

- Здравствуйте. Я слышал, что стаб набирает людей, для участия в операции по спасению иммунных.

- Привет! Да, есть такое.

- Условия?

- Стандартный договор на такие мероприятия. Боеприпасы компенсируются стабом. Тебе – двадцать процентов с потрохов зараженных, убитых твоей рукой. Восемьдесят – стабу.

- А если у меня боеприпасы редкие и жутко дорогие?

- Хм… Забыл предупредить, есть перечень боеприпасов, которые стаб не компенсирует. В таком случае, лучше сменить оружие под другой тип боеприпасов.

- Что-то еще есть мелким почерком?

- Ну… Лучше сам почитай. – клерк протянул Фарту бланк договора.

Так… Оплата – горошина плюс процент с потрохов. Много это, или мало? Плюс премия с каждого спасенного. В перечень боеприпасы Фарта не попадают. Значит – компенсируют. Лечение, в случае ранения, пятьдесят на пятьдесят. Жлобы.

- Сколько продлится рейд и каковы условия пребывания?

- Эм… - клерк явно растерялся – Тебе лучше обратится непосредственно к представителю заказчика.

- И где мне его искать?

- В администрации стаба.

- Дурдом.

Фарт отошел от стойки и набрал Скрипача.

- Алло, Скрипач. Я на бирже. Договор пока не подписал. Где найти хоть кого-то, кто мне непосредственно про рейд расскажет?

- А что тебя интересует?

- Сколько он будет по времени? Как будем добираться? На каких тварей рассчитывать? Что мне там вообще делать?

- Ясно. Договор, в любом случае, подписывай. Я через пару минут перезвоню.

Договор, после недолгих размышлений, Фарт подписал. Через пять минут зазвонил телефон.

- Фарт, идешь сейчас в гаражи и ищешь человека по имени Гром. Покажешь ему договор, и он тебе все объяснит.

Гром оказался непосредственный руководитель рейда и наверняка про Фарта ему рассказали. Что-то он больно любопытно на него поглядывал. Кормежкой все озадачиваются сами. Расчет – четверо суток, хотя должны уложится меньше, чем в двое. Доставка на машинах непосредственно на место. Поинтересовался у Фарта даром. Увидев его замешательство пояснил, что командиру рейда необходимо знать про дары подчиненных, чтобы использовать их с наибольшей эффективностью. Фарт недолго поразмышлял какой из даров открыть и признался, что он сенс. Правда, тут же разочаровал обрадовавшегося было Грома, абсолютно честно признавшись, что дар у него с дефектом. Разузнав про проблемы с даром, Гром поставил Фарта сначала на прикрытие снайперской пары, потом - в команду спасателей. Узнав какие у него стволы, Гром посоветовал сменить калибр с 5.45 на 7.62. Глушители нужны только в городе. Завтра, в шесть утра, быть перед Восточным КПП.

Сходив в гостиницу и забрав все боеприпасы к АК-74 и сам автомат, Фарт отправился к Семенычу.

- Привет, Фарт! Опять за патронами?

- Здорово, Семеныч! И за ними тоже.

- А что еще?

- Ствол надо сменить. Вот это - тебе. – Фарт выложил на прилавок автомат и патроны. – А мне нужно что-то на 7.62, с ПБС.

- Фарт! – воскликнул Семеныч, разобрав АК-74 и заглядывая в ствол – Ты что с ним сделал? Я тебе отдал, два месяца назад, новенький автомат. А ты приносишь хлам.

– Ну поработала машинка немного.

- Немного?! Да ее сразу в ремонт надо! Извини, но возьму только за половину стоимости.

- Семеныч, во-первых, ты мне не отдал, а продал Калаш. Во-вторых – семьдесят четвертый был не первой категории. Причем, далеко не первой. И перевод его в четвертую, был лишь вопрос времени. Я только ускорил это дело. [1]

- Мудрые все стали. – пробурчал Семеныч, собирая Ак-74 – Даже такие вещи как «категория оружия» запомнил.

- Что? – весело спросил Фарт – Расстрелянные в ноль, охотничьи вертикалки, свежакам выгоднее продавать?

В ответ Семеныч лишь подвигал бровями.

За два месяца обучения, Фарт постоянно заходил к нему за боеприпасами, снабженец третьего сектора задрал стоимость в потолок, когда Фарт подошел к нему поговорить. Неизвестно на что он рассчитывал. В итоге, Фарт решил снабжаться в частном секторе. И не прогадал.

Семеныч оказался реальным фанатиком оружейного дела.

От него Фарт получал информации об оружии, не менее чем от Пепла. И если от Пепла это было, в основном, применение. То от Семеныча – уход и сохранение ресурсов всего стреляющего. Фарт пару раз замечал, как сморщивалось лицо оружейника, когда он заглядывал в стволы, которые ему приносили.

О категориях оружия он тоже узнал от Семеныча.


- И сколько ты хочешь? – спросил Семеныч.

- Знаешь, Семеныч… - Фарт махнул рукой – Вот нам только стоит разругаться из-за полуубитого Калаша. Хотел за пол стоимости? Забирай. Мне другой нужен.

- Не… Ну он вполне еще… Могу и за две трети взять. – пошел на попятный Семеныч.

- Соблазнительно, конечно… - ответил Фарт – Но…

- Так чего ты хочешь?

- Чего я хочу? – Фарт задумался – Хочу коробочку с кнопочкой. Я на кнопочку нажимаю, а все зараженные в округе приходят, сами себе споровые мешки вскрывают, содержимое аккуратно раскладывают, и уползают умирать подальше – чтоб не воняло. Есть такая коробочка?

-Есть, есть. Как не быть? «Губозакаточная машинка» называется. Только стоит дорого – белую жемчужину.

Посмеялись.

- А серьезно?

- Я же сказал. Нужно что-то на 7.62, с ПБС.

- Отечественное? Зарубежное?

Фарт задумался. Конечно, хотелось побегать с чем-нибудь буржуйским. Но патроны… Да и в убежище Геббельса только 7.62х39.

- Отечественное.

- Обычные Калаши?

- А что еще есть?

- РПК есть. АЕК-973…

- Это со сбалансированной механикой?

- Он самый.

- Не, этот только ограниченной серией приняли. Что еще?

- А-91.

- Что за зверь?

- Вот. – Семеныч выложил на прилавок необычный автомат, выполненный по схеме булл-пап, с прикрепленным подствольным гранатометом.

Фарт взял оружие в руки. Покрутил. Вскинул к правому плечу. Повертелся. Перекинул на левое плечо. И, с сожалением, вернул на прилавок.

- Интересная машинка. Но к ней привыкать надо, а мне уже завтра в рейд. Так-что, давай Калаш.

- Какой?

- Сотой серии есть?

- Сто третьи и сто четвертые. – кивнул Семеныч.

- Сто третий в какой модификации? Тройка есть?

- Это с отсечкой по три патрона? Для такого клиента – найду. Ты у меня почти весь запас пятерки выгреб. А то валялась почти полгода, не знал кому сплавить.

- Тогда АК-103-3. К нему ПБС и девять магазинов. А! Пару обтюраторов еще. Из патронов – пару цинков с УСами и четыре с БП. И еще. Пристрелочные мишени штук пять и обычные ПС шестьдесят штук. Только в пачках, а не россыпью.

- А чем тебя россыпью не устраивает?

- Так для пристрелки же.

- У меня все оружие приведено к нормальному бою! Это только ты непристрелянные стволы таскаешь. – Семеныч припомнил Фарту АК-20.

- Как будто сам не знаешь! – не остался в долгу Фарт – Хоть в «наставлениях» и пишут, что приводить к нормальному бою должен лучший стрелок подразделения, по факту - каждый пристреливает себе сам. Тем более – в Улье. Так что, не бухти.

- Оптику, коллиматоры, подствольник?

- Ммм… Нет, пожалуй, не надо.

- Все?

- РГО и РГН, по восемь штук. Светошумовые есть?

- Факел-С и Заря-2. – кивнул Семеныч.

- Четыре каждой.

Расплатившись с Семенычем, он отправился в магазин с экипировкой, где взял рейдовый рюкзак на шестьдесят пять литров. А то на сорок, все же маловат. А тащить ста десяти литровый, наполовину пустой, не хотелось. Прихватил и пару подсумков для гранат. Взял ремень-трёхточку для нового АК. Понравился он ему еще со времен, как с убежища шел.

Забежал в продуктовый. Приобрел четыре суточных ИРП и две двухлитровые бутылки воды.

«Рейд еще не начался, а уже сплошные расходы.» - грустно подумал Фарт.

Затащил все в номер, перекинул на АК-103 новый ремень, подхватил пачку мишеней, патроны и убежал пристреливать на стабовское стрельбище. Где был неплохой станок для пристрелки, а у хозяина, за дополнительный споран, всегда можно было разжиться мушководом. Вернулся, произвел полную разборку автомата. Видно было что за стволом и УСМ следили, но полностью оружие не разбирали аж с завода. Разобрал ПБС. Люди, которые им пользовались, наверное, вообще не слышали, что ПБСы тоже нужно чистить. Все тщательно вычистил. Заменил обтюратор на новый.

Сто раз слышал, что обтюратор в ПБС для АК нужен для снижения звука. Оказывается – нет.

Навеска пороха в патронах, использующихся с ПБС, те же самые 7.62 УС, не может обеспечить эффективный отвод пороховых газов для перезарядки механизмов АК, если на АК стоят стандартные ДТК.

Обтюратор в ПБС решает эту проблему.


В пять-сорок утра он уже стоял на КПП «Восточный». Одет в поношенный, но чистый камуфляж из убежища Геббельса. Полу-кроссовки, оттуда же. Закрытые перчатки. Бронежилет, сверху нагрудник. На голове – баллистический шлем типа Ops-Core. На шлеме закреплена видеокамера Геббельса. Потом посмотрит запись, на предмет ошибок. На носу – тактические очки. АК-103 на груди, за спиной рюкзак и Вихрь. Справа на бедре Удав, в закрытой кобуре. На поясе булава и подсумки с гранатами. На нагруднике подсумки с магазинами, нож и рация. Гарнитура с активными наушниками дожидается в рюкзаке.

«Осталось только увидеть себя в зеркале и обосраться от страха» - ухмыльнулся Фарт.

Обе площадки у КПП были полностью забиты машинами и людьми. Откуда их столько набралось – Фарт не понимал. Попытался пересчитать и сбился на пятом десятке. Ворота работали исключительно на выезд. Кого тут только не было. Грузовики различных марок, размеров и типов кузова. Включая фуры. Тачанки на основе пикапов и разнообразные джипы. БМП, БМД и БТРы. Все это гудело, рычало, выбрасывало в воздух удушающие облака копоти. В Улье Фарт успел привыкнуть к чистому воздуху, не загаженному разнообразными выхлопами. И сейчас контраст между городским и свежим воздухом ощущался особенно остро.

Вокруг сновали сотни людей. Камуфляж, экипировка, вооружение не поддавались никаким стандартам. Однажды увидел огромный рюкзак, не меньше чем тот, с которым он шел к Климовскому, передвигающийся на тоненьких ножках. Приглядевшись, рассмотрел, что рюкзак прет миниатюрная блондинка, полностью теряющаяся на фоне рюкзака. Мало того, она в руках еще несла АСВК.

Народ потихоньку втягивался в машины. Фарту тоже показали на грузовик с бронированным кунгом. Он залез внутрь. Две деревянные скамейки вдоль бортов. Лестница пулеметчика. Над головой бойницы. Шесть человек, вразнобой, уже сидели на скамьях. Фарт выбрал себе свободное место, скинул рюкзак с оружием и уселся. Двинулись только около семи утра.

И сейчас Фарт сидел, раскачиваясь, на жесткой скамейке в кунге.

Народу в машине прибавилось. Сосед справа, как только машина тронулась, сразу же сомкнул глаза и засопел. Слева оказался молодой, жизнерадостный парень, который не прочь был поболтать. Разговорившись Фарт узнал, что Бивень, так звали парня, участвует в подобном мероприятии уже в пятый раз. И в третий – конкретно в Ольгинке, так назывался город, в который они направлялись. Городок стоит в излучине реки и из него ведут три двуполостных дороги. Сам городок не очень большой. Не более двадцати тысяч населения. Многоквартирные дома – максимум девять этажей. Частный сектор. На реке – небольшой терминал и складской комплекс. Так же Бивень пояснил, что колонна не одна, на самом деле их шесть. Три с добытчиками и три со спасателями. По одной сводной колонне на каждый выезд из города. Тактика при подобных операциях похожа на ту, о которой рассказывал Геббельс. Блокпосты на дороги и снайперы по округе. Перезагрузка происходит перед закатом. Перед перезагрузкой стреляют тех, кто выходит, после перезагрузки – тех, кто входит. Узнав, что Фарт пойдет в прикрытие к снайперам, успокоил словами, что местность давно изучена и пристреляна. В паре минимум один опытный снайпер, который сюда уже ездил, лежки давно намечены и вообще не о чем беспокоится. Кластер из быстрых, так что перерождаются тоже быстро. Но, для надежности, ждут до обеда, одновременно отстреливая гостей. Хотя добытчики идут сразу после перезагрузки – в городе холодильники без света не работают. Потом машины с матюгальниками в город, чтобы иммунные сами выходили и чистят многоэтажки. По три человека на подъезд. Зараженных – в расход, иммунных – в машину.

Фарт, под аккомпанемент пулеметных очередей, внимательно слушал Бивня. Услышав про то, что придется работать ночью, заерзал. Приобретением ПНВ он не озаботился. Как-то не подумал. Занятия у Пепла происходили только днем. Вот что значит отсутствие опыта.

Наконец грузовик начал сбавлять ход. Немного подергался и остановился. Рейдеры, разбирая рюкзаки и оружие, потянулись к выходу. Вышел на воздух и Фарт. Колонна действительно похудела раза в три. Впереди по обеим сторонам от шоссе, спешно устанавливали Корды. На разделительной линии дороги нагло встал БТР. Вдали виднелись жилые строения. Местность была действительно удобная для снайперов. Практически ровная поверхность, с редкими бугорками холмиков, небольшим уклоном спускалась к городу. Кое-где виднелись прозрачные кустики. Фарт обернулся. Поле тянулось еще с километр, упираясь то ли в рощу, то ли в редкий лес.

Люди напоминали муравьев. Бегали между машинами, таскали ящики, пулеметы. Фарт увидел даже пару минометов, которые унесли куда-то в сторону. Машины охранения занимали периметр. Цепочка снайперов потянулась влево и вправо от дороги. Лишь один Фарт стоял столбом посередине этого броуновского движения.

- Ты почему, мать твою, на вызов не отвечаешь?! – налетел на него сзади Гром.

- На какой вызов? – не понял Фарт.

- По рации! – Гром ткнул пальцем в рацию Фарта.

- А мне кто-нибудь частоты для связи дал?

- Вот же блядь! Бардак! И так каждый раз. – пожаловался Гром – Вбивай частоту.

Фарт быстро настроил рацию. Благо, частота была всего одна.

- Твой позывной – «две тройки». Мой – «Главный». Канал болтовней не забивать, а лучше вообще молчи! Если будет что доложить – доложит старший. – сказал Гром и тут же начал вызывать:

– Три один - Главному! Три один - ответь Главному! Белка! Мать твою! Хули ты молчишь?!

- Три один – на связи. – отозвалась рация женским голосом.

- Где находишься, три один?

- Стоим у второй коробочки, ждем наше прикрытие.

- Сейчас он подойдет три один, конец связи! Слышал? Давай, жопу в горсть и ко второму грузовику. – Гром указал рукой направление.

У грузовика его поджидала миниатюрная блондинка с огромным рюкзаком, та самая, которую он видел на выезде из стаба, и незнакомый, высоченный и худой, как жердь, мужчина с длинным лицом. На котором застыло выражение смертной скуки. Он живо напомнил Фарту Снулого.

«Тарапунька и Штепсель» - Подумал он.

- Ты, что ли, наше прикрытие? – неприязненно поглядывая на Фарта спросила блондинка.

- Если ты – Белка, то да.

- Да, я –Белка, это – Длинный. – представилась сама и представила своего спутника Белка.

- Фарт.

- Тебя где носило, Фарт?

- Частоту для связи не дали.

- Бардак! – повторила девушка слова Грома – Ладно, пошли на точку.

- Секунду. – Фарт достал из рюкзака активные наушники. Натянул под шлем и включил их. Подключил гарнитуру к рации – Все, готов.

- Первый раз? – спросила Белка.

- Ну да. – Фарт изумленно поглядывал на блондинку. Та шла, абсолютно не испытывая никакого дискомфорта. Как будто у нее на плечах не рюкзак, размером в две трети Фарта, а легкий пуховик.

- Значит, слушаем меня! С тварями, со стороны города, мы справимся сами. Твоя задача – что бы к нам не подобрались сзади, или сбоку. И не пооткусывали задницы. Если не сможешь справится – кричи.

- А если вы не будете справляться?

- Ну тогда позовем на помощь такого великого защитника. – явно издеваясь, произнесла Белка.

Фарт лишь скрипнул зубами.

- И да, контракт внимательно читал? Ты можешь претендовать на двадцать процентов потрохов, только если тварь была убита ТВОЕЙ рукой. Так что не обессудь.

Хотя Фарт пошел в рейд не за наградой, а за опытом, было все равно немного обидно. Да и хер бы с ним!

Вскоре дошли до снайперской точки. Еле возвышающийся бугорок. Снайперы скинули рюкзаки. Резво разложили себе коврики, натянули сверху маскировочный тент, достали кучу приборов, Фарт таких и не видел. Разложили магазины. Выставили стволы винтовок наружу… Достали сухпайки и начали есть.

- Слышь защитничек, ты бы перекусил, пока время есть, а то потом некогда будет.

И вот чего эта блондинка на него так взъелась? Фарт скинул рюкзак, достал ИРП и тоже принялся чревоугодничать. Позавтракать он не успел, так что суточный паек нормально уместился в его желудке.

- Где мне позицию занять? – спросил Фарт.

- Метрах в семи сзади, только не стой столбом. На колено опустись. А лучше вообще - ложись.

Фарт посмотрел через навес на лежащую блондинку, которая прильнула к прикладу АСВК. Блин, да она сама ненамного длиннее винтовки. Ее после первого же выстрела принесет как раз Фарту на позицию. Фарт выбрал себе место чуть в стороне от снайперов. Вытащил из рюкзака все магазины для АК и Вихря. Положил рюкзак на землю, умял. Залег перед рукотворным холмиком с АК в руках. Вихрь положил рядом. В магазинах только бронебойные. Сейчас нужно шуметь.

Вскоре в рации заквакали команды. С левой стороны, по направлению к городу, послышались далекие пулеметные очереди. Понятно, твари пошли. Скоро и у них объявятся. Подтверждая его мысли справа, со стороны дороги откуда они пришли, защелкали одиночные выстрелы. Как Фарт понял из брошюры и сети, зараженные предпочитали перемещаться по дорогам. Поэтому основная огневая мощь располагалась там.

Улей сегодня был благосклонен к Фарту и дар сенса накрывал окружающее пространство метров на семьсот. Он включал его раз в пять секунд, чтобы быстро «осмотреться». Такой режим Фарт назвал «импульсным». Он позволял значительно экономить силы.

Звуки боя со стороны дороги начали стихать.

- Всем цифрам, это Главный! Мы отбросили их с дороги, сейчас они пойдут по окраинам. Удвойте бдительность. – прозвучало в наушниках. Посыпались доклады подтверждений.

Все-таки у тварей есть зачатки интеллекта. Или сработал инстинкт самосохранения. Поняв, что толпой по дороге им не вырваться, они отошли в город, рассеялись и начали прорываться по одиночке и мелкими стаями по другим направлениям.

Стало слышно, как с правой стороны, на фоне пулеметного огня, несколько раз сработали снайперы. Сзади гулко ухнул АСВК. Наушники приглушили звук выстрела. Фарт покрутил головой. Нет, вопреки его надеждам, девчонку с позиции не унесло. А жаль. Он даже заготовил уничижительную речь. Сухо треснула винтовка Длинного. Фарт так и не понял, что у него за оружие. Какой-то западный образец.

Война сзади то набирала, то сбавляла обороты. В секторе ответственности Фарта почти никого не наблюдалось. Зараженные не стремились в кластер, который скоро пойдет на перезагрузку. Не смотря на оглушающую пальбу. Лишь одинокий пустыш вышел из-за деревьев и пошел на звук выстрелов. Фарт весь измаялся дожидаясь, когда он пересечет поле, пока не прибил булавой. Да пара бегунов протрусила вдоль рощи. Проверяя дар снайпера на оружии, не предназначенном для таких дистанций, Фарт с третьего выстрела все-таки снял одного.

Как бы Геббельс не издевался над Фартом, он сделал ему царский подарок. Достаточно было сфокусироваться на месте, куда желаешь попасть, направить ствол в сторону цели и потянуть за спусковой крючок. Тело самостоятельно доворачивало оружие до нужного положения, учитывая скорость бокового смещения цели и скорость полета пули из текущего оружия, и в нужный момент придавливало спуск. Не абсолютное умение, как сумел убедится Фарт на примере бегуна, потратив на него три пули. И это учитывая то, что зараженный бежал прямолинейно и с постоянной скоростью. А если цель будет постоянно менять вектор движения и скорость? Надо бы проверить, да где найти добровольца? И все равно дар очень полезный. Интересно, откуда дар знает о скорости полета пули? Берет из головы Фарта? Необходимо поискать доступную документацию на любое оружие и заучить баллистические характеристики. Сам дар работал исключительно с огнестрельным оружием, как Фарт убедился ранее, при его изучении. При бросках чего бы то ни было, от камешков до ножей, при стрельбе из арбалетов и рогаток, даже при использовании гранатометов, от подствольных до ручных, дар не помогал. Так что прав был Пепел, запретив во время обучения использовать дары.

Стрельба резко усилилась. Пошли доклады о прорывах. Фарту приказали сменить позицию и сосредоточится на городском секторе, не забывая поглядывать назад. Он перебрался на правый фланг снайперской лежки. До окраин города было около двух километров. Перед Фартом стояли одноэтажные избушки, изредка разбавленные кирпичными коттеджами. Частный сектор. Твари, не заботясь об укрытиях, по одиночке и мелкими стаями выскакивали из-за домов и старались как можно быстрее покинуть негостеприимный кластер и добраться до рощи. Иногда бежали вдоль разрушенных заборов, пытаясь нащупать брешь в огневой ловушке. Зараженных, разожравшихся до топтуна и выше, было не так уж и много. Основную массу составляли бегуны и лотерейщики разной степени развития.

Белка со своей двенадцатимиллиметровой дурой, работала на дистанции от километра, стараясь выбить крупных тварей. Тощий давал ей целеуказания и подключался, когда дистанция до мертвяков сокращалась до пятисот-шестисот метров, работая, в основном, по лотерейщикам. Фарт, прыгая с правого фланга на левый, начинал стрелять, когда расстояние до зараженных было двести метров и ближе. Также в первую очередь стараясь выбить тех, кто покрупнее. Дар снайпера, при этом, старался не использовать, чтобы не слить силы в ноль. Все-таки Пепел его неплохо натаскал. На дистанции двести метров в корпус бегуна попадал уверено. Ну а там оставалось добить раненную тварь, когда она, потеряв прыткость, подбиралась поближе. Хоть он и пытался минимизировать время пользования дарами, расход живчика все равно увеличился. Судя по тому, как снайперы активно прикладывались к флягам, они тоже пользовались подарками Улья.

Сами твари выплескивались из города волнами, позволяя в перерывах набить магазины. В лобовую на позицию не перли. Предпочитали обходить опасное место далеко по флангам. Тем не менее, было их очень много. А такими силами надежно блокировать зараженных в городе не удавалось. Прорывов было довольно много. Когда Фарт всадил очередь в спину убегающему лотерейщику, Белка крикнула ему, что бы он не отвлекался от основного направления. Лишь следил, что бы мертвяк резко не сменил курс и не решил перекусить ими. Несколько раз Фарт полностью опустошал магазины АК. Тогда приходилось бросать его и хвататься за Вихрь. Он порадовался что захватил все патроны БП, которые приобрел у Семеныча.

Если по началу Фарт испытывал какие-то чувства, то вскоре наступила апатия. Хоть зараженные и представляли из себя нешуточную опасность, целенаправленно атаковали людей лишь отдельные экземпляры. Это была не охота. Это была бойня. Он механически целился, стрелял, менял магазины и набивал патронами опустошенные. Мыслей никаких не было. Тупая, однообразная работа. «Обучалка» во сне, во время экспериментов Геббельса, помогла бить по слабым местам на теле монстров.

Вечером натиск тварей, и так не маленький, резко усилился. Пошли первые доклады о потерях. Группа зараженных смяла снайперский заслон. В прорыв хлынули толпы тварей. Мимо Фарта, подскакивая на неровностях, по полю пронесся пикап с пулеметом, набитый людьми в салоне. Если бы пулеметчик не висел на страховочных ремнях – давно вылетел за борт. Вскоре в той стороне раздалось басовитое уханье Утеса, сопровождаемое хлесткими выстрелами винтовок. Дыру закрыли.

Постепенно волна тварей начала спадать. Двадцать-тридцать минут – и вот уже раздаются только отдельные выстрелы, добивая нерасторопных мертвяков. Фарт проводил глазами пустыша, бредшего неподалеку и сел у рюкзака. Делать ничего не хотелось. Он потянулся к фляге с остатками живчика. Не забывая, время от времени, проверять сканом окружающее пространство. Из-под маскировочной накидки вылезла Белка. Сделала пару наклонов, разминая тело.

- Все. Перерыв. Есть часика три отдохнуть. – окинула взглядом поле перед городом, заваленное трупами зараженных – Неплохо поработали.

- Тварей больше не будет? – спросил Фарт.

- Минут пятнадцать до перезагрузки осталось. После перезагрузки снова полезут. Но уже с той стороны. – она кивнула на рощу.

- Через три часа?

- Примерно.

Фарт припомнил как быстро развитые зараженные появились в его городе. Получалось часов шесть-семь.

- Как-то быстро они. У нас появились часов через шесть.

- А ты где появился?

Простой вопрос, выяснением ответа на который Фарт так и не озаботился.

- На востоке где-то. Точно не знаю.

- Может их просто рядом не было? Обычно зараженные два-три часа, после перезагрузки, в кластер не суются, даже если находятся рядом. Смотри. – она кивнула в сторону города.

Солнце уже склонилось к горизонту, удлинив тени. Между домами клубился зеленый туман. Перезагрузка на закате выглядела еще красивее и нереальнее чем днем. Туман опять сконцентрировался в невидимом аквариуме, скрывая постройки. Снова внутри гуляли молнии. Рация резко загудела и затрещала помехами. Фарт поморщился и отключил связь. Яркая вспышка. Расползающийся по округе туман. И перед глазами предстал обновленный городок. Темные окна. Мрачные постройки. Свет, что не удивительно, отсутствует. Мелькнул силуэт человека. Раздались звуки автомобильных сигналов.

«Град обреченный.» - в голове у Фарта вылезло название произведения братьев Стругацких – «Точнее и не скажешь.».

Со стороны дороги раздались звуки двигателей грузовых автомобилей. Через несколько минут шум стих вдали. «Добытчики в город рванули.» - понял Фарт.

После перезагрузки расстояние сканирования у дара сенса упало до пяти метров. Делая его практически бесполезным на открытой местности.

- Вот, блядь! – выругался Фарт.

- Что? – Белка вопросительно вскинула брови.

- Сканер схлопнулся.

- Что еще за сканер?

Фарт поморщился. Не хотелось говорить про дар, но раз уж сказал: «А», говори и «Б».

- Я – сенс.

- И ты молчал? – цокнула языком Белка.

- Никто не спрашивал. Тем-более, мне говорили, что про дары лучше не распространятся. И других не спрашивать.

Белка набрала в грудь воздуха, чтобы ответить, но вдруг замерла, склонив голову набок. Потом потянулась к тангенте рации:

- Три один на связи… Статус: зеленый… Сейчас уточню. – и обратилась уже непосредственно к Фарту – Тебе что нужно?

- В смысле?

- В смысле, патроны нужны? И рацию включи!

Фарт обрадовался. Он уже добивал последний цинк бронебойных для Калаша и более чем на половину опустошил цинк с патронами для Вихря. Думал уже открывать УСы. Поэтому заказал для себя четыре цинка с БП, для АК-103 и цинк СП-6, или, если есть, БП для Вихря.

Небо тем временем потемнело и разукрасилось звездами и туманностями. Некоторые окна в домах города посветлели. «Генераторы или свечки жгут» - подумал Фарт. Он прикинул, что освещения от ночного неба вполне достаточно для дистанции, на которой он работает. Снайперы немного передвинули свою лежку и установили на винтовки другие прицелы. Ночные или тепловые – выяснять не стал.

Сели перекусить. Аппетита у Фарта не было. Он порылся в карманах рюкзака и достал пару шоколадных батончиков. Перехватил заинтересованный взгляд Белки и протянул ей. Та не отказалась. Достал себе новые и пожевал, запивая водой из фляги. Подошла машина снабжения и одарила всех патронами и живчиком. Позаботились. Разговорились с Белкой. В принципе, нормальная девчонка оказалась. Поначалу прицепилась к Фарту из-за его экипировки. Слишком спесивым он ей показался в своем обвесе. Вот она эту надуманную спесь и хотела сбить. При разговоре девушка активно цокала языком, вызывая улыбку и внося ясность в происхождение своего имени. На вопрос Фарта, как будут выяснять от чьей руки погиб зараженный, девушка рассмеялась и сказала, что все трофеи идут в общую копилку и потом делятся на троих. Просто она над ним издевалась. Длинный оказался тем еще молчуном и за время разговора не произнес ни слова. Фарт заинтересовался его винтовкой и выяснил у Белки что это немецкая PSG1. Хорошая винтовка. Дистанция уверенного поражения - пятьсот-шестьсот метров. НАТОвский патрон 7,62х51 мм. Довольно распространенный в Улье. Сбегали парами в кустики. Пусть зараженные и не должны в ближайшее время появится, но это Улей. А сцапанным за филейные части, когда сидишь в гордой позе орла со спущенными штанами, не хотелось быть никому.

- Время! – произнесла Белка, взглянув на часы – Занимаем позиции.

- Опять такой кошмар будет? – Фарт мотнул головой за спину.

- Обычно после чистки в город пытаются прорваться гораздо меньше тварей. Но это Улей, так что раз на раз не приходится. Хоть, в основном, работать будешь в сторону рощи, но за спину все равно поглядывай. Не хватало еще, чтобы какой-нибудь пустыш в гости зашел.

- Понял. – кивнул головой Фарт.

И опять роль первой скрипки в увертюре боя сыграл блокпост на дороге. С той стороны заухало, загрохотало, небо озарило вспышками. Вскоре к ним присоединились снайперские пары. Фарт уверенно замечал движение на пятистах метрах. На дистанции в двести уже можно выбирать точку прицеливания. Все-таки ночи здесь гораздо светлее, чем на Земле. Снова пошла тупая работа мясника. Снова пошли доклады о прорывах, только уже в сторону города. В этот раз Белка приказала ему, по возможности, отстреливать прорвавшихся тварей. Особенно уделяя внимание тем, кто развился до лотерейщика и выше. С использованием дара снайпера расстрел в спину убегающих тварей особых трудностей не доставлял. Тем более, что зараженных пытающихся прорваться в город было гораздо меньше, чем тех, кто пытался из него вырваться днем. Дар сенса скачками увеличивал радиус покрытия и к утру достиг своего максимального значения. Сколько они с Роком не морщили лбы, сколько экспериментов ни ставили, но так и не смогли понять, от каких факторов дар может засбоить. «Это Улей, детка» - универсальное объяснение. Подходит для любых случаев.

С рассветом снайперы снова сменили прицелы. Часам к десяти утра основная волна зараженных схлынула. Тем не менее, все оставались на своих позициях, напряженно всматриваясь в рощу. Уже изредка постреливали снайперы. Фарт прикинул количество тушек, которых они намолотили за неполные сутки и присвистнул.

- Ты чего? – высунулась из-под накидки Белка.

- Да я вот думаю – это же сколько времени придется тут еще повозится, чтобы всех их вскрыть.

- Не бери в голову. – отмахнулась Белка – Трофейщики займутся.

Фарт хотел уточнить, что за трофейщики и не затрофеят ли они их долю, когда, при очередном включении радара, засек зараженного. Он уже научился по яркости свечения метки на «радаре» определять категорию зараженного. До видов дело не дошло, но рубера от бегуна Фарт различить был в состоянии. Эта метка пылала как белый фосфор. Таких Фарт еще не встречал. Он судорожно вскинул автомат и направил его в сторону цели. Смотревшая в это время на Фарта Белка юркнула к своей винтовке и припала к прицелу. На поле зараженных не было. На сканере метка приближалась. Что это? Очередной выверт дара?

- Что? – напряженным голосом спросила Белка из-под накидки.

Фарт не ответил. Он не был до конца уверен, что это не глюк дара. Тем временем, метка подобралась на дистанцию в пятьсот метров и продолжала сближаться. Визуально, по-прежнему, ничего не было видно. Он бросил взгляд на свой рюкзак, перевел на находящихся рядом снайперов, одним прыжком оказался около них, сорвал маскировочную накидку и схватил бинокль. Не обращая внимание на возмущенные возгласы Белки, тщательно осмотрел сектор, где находилась метка. Вот оно! Трава на поле пригибалась, как будто по ней шел кто-то невидимый. Невидимый и тяжелый.

Он присел на колено рядом с Белкой.

- Цель – один час! Дистанция – четыреста! Приближается! – он указал рукой направление.

- Не вижу! – проорала Белка. Напряжение Фарта передалось и ей.

- Не наблюдаю. – проскрипел Длинный.

- Цель – один час! Дистанция – триста! Приближается!

- Да нет там никого! – Белка.

- Не наблюдаю. – Длинный.

Фарт вскинул Калашников к плечу.

- Смотри куда стреляю!

Он дал серию из трех очередей, по три патрона, в предполагаемое местонахождение… Кого? Прозрачный воздух расцвел искрами рикошетов. Белка засекла место попаданий и всадила туда двенадцатимиллиметровую пулю. Длинный, не мешкая, добавил свои 7.62. Обстреливаемый воздух задрожал и из ничего возник… Сначала Фарту показалось что это трицератопс, как их показывают на картинках. Размером, правда, со слона. Пасть не закрывается от зубов, выпирающих наружу. На лапах пятипалые кисти, или стопы, не понятно, как правильно называть, ибо зверь был не прямоходящий, заканчивающиеся длинными когтями. Шипастая булава на кончике хвоста. Тело монстра было покрыто пластинами сегментированной брони и украшено шипами различной длины. С первого взгляда было понятно, что калибры, имеющиеся у Фарта в наличии, против такого товарища не пляшут.

Поняв, что его обнаружили, монстр издал полу-рев, полу-урчание и бросился к людям.

- Белка, стреляй! – заорал Фарт. Выстрела не последовало - Стреляй, Белка!

Он бросил взгляд на Белку. Та, судорожно сжав побелевший палец на спусковом крючке, завороженно, поверх прицела, смотрела на приближающегося монстра. Второго снайпера на месте не было. Только винтовка лежала. Фарт оглянулся. Длинный, огромными скачками, с отличной скоростью удалялся в сторону города.

Решение пришло мгновенно. Здраво рассудив, что девять миллиметров, даже дозвуковые, лучше, чем семь, Фарт сбросил АК на землю. Метнулся к рюкзаку и схватил Вихрь. За это время монстр сократил дистанцию до ста метров. Фарт включив дар снайпера всадил очередь в сочленение передней лапы, заставив монстра дернуться и немного сбросить скорость. Выхватил из подсумка светошумовую «Зарю» и, сорвав чеку, бросился монстру наперерез. Подбросив гранату на траекторию движения монстра, резко свернул в сторону и зажмурился, не прекращая бежать. «Как бы у девочки сетчатку не выжгло.» - мелькнула мысль. Вспышка света была заметна даже сквозь сжатые веки, а грохот разрыва активные наушники не успели полностью подавить.

Фарт развернулся. Монстр, мотая головой и сбросив скорость, до скорости пешехода, все равно упорно пер на лежку снайперов. Фарт побежал по дуге, сближаясь с тварью, одновременно заходя ей за спину. Вошел в ускорение, еще попытался увеличить скорость и, оттолкнувшись, прыгнул. Вышел из ускорения. Результатом стал эпичный полет над хвостом монстра. В воздухе Фарт подключил дар снайпера и всадил длинную очередь, на сколько хватило магазина, под «капюшон» твари. Туда, где у каждого зараженного находится споровый мешок. Успел заметить искры попаданий и как дрогнули передние лапы. Благодаря тренировкам с Роком и ценой поломанных костей, Фарт научился выходить из таких прыжков. Вновь включил ускорение и, борясь с инерцией, медленно покатился по земле. Аккуратно подгибая конечности и укладывая автомат так, чтобы он ему чего-нибудь не сломал и не отбил. Вышел из ускорения и, прокатившись еще пару метров, поднялся на ноги.

Сердце ёкнуло. Монстр лежал на позиции снайперов, подрагивая задними лапами. Белке хана? Услышав протяжный стон, Фарт бросился вперед. С нового ракурса картина выглядела более радостно. Монстр не добрался до позиции каких-то пять метров. Белка сидела перед винтовкой, плотно зажмурив глаза, закрыв уши руками и, постанывая, мотала головой. Зато живая.

- Три один - Главному. – проскрипела рация.

- Главный, три три на связи. Три один – контужен. – доложился Фарт.

- Что у вас там происходит, три три?

- Главный, попытка прорыва. Попытка ликвидирована. Прием.

- Понял три три. Помощь Белке нужна?

- Попробую отпоить живчиком. – Фарт тоже отошел от правил радиообмена – Не поможет – вызову помощь.

- Принял три три. Конец связи.

Посмотрев на дохлого монстра, Фарт вздохнул и достал с пояса флягу с живчиком. Поболтал у уха и направился к рюкзаку – надо наполнить. Эмоции, всколыхнувшиеся при виде монстра, снова спрятались под одеялом, уступив место апатии. Что с ним происходит? Это Улей так его меняет? Рок говорил, что долгожители уже не совсем люди. А Фарт идет по этому пути семимильными шагами. Или, все-таки, причина в гребанных экспериментах Геббельса с сознанием мертвого рейдера? Да любой новичок, каковым до сих пор считал себя Фарт, глядя даже на мертвого монстра, ссался бы и срался, не снимая портков. У него же – ни-че-го. Оглушенная Белка и то вызывает больше эмоций, чем этот монстр. Ну монстр. Ну страшный. Ну большой. Ну чуть не сожрал. Ну и что?

Он вернулся к Белке, напоил ее живчиком. Потом оторвал кусок бинта, смочил в живчике и протер глаза и уши, забыв при этом, что живчик делается из спиртосодержащих напитков. Нда, теория медпомощи – это одно, практика – другое. После чего, долго дул Белке на глаза. Еще после первой засечки от монстра, Фарт не переставал контролировать окружающее пространство. Никого не было. Длинного он тоже не смог ни засечь, ни увидеть глазами.

Через десять минут Белке заметно полегчало. Через пятнадцать она смогла различать смутные образы. Через пол часа она была почти в норме. Сидела, уставившись на монстра. Впрочем, скоро отмерла.

- Можно сворачиваться. – сказала она.

На вопросительный взгляд Фарта пояснила:

- К элитнику, даже к дохлому, ни один зараженный не приблизится.

- Это – элитник? – уточнил Фарт.

Белка молча кивнула. Фарт прислушался к себе. Нет. Ни эйфории, ни радости, ни молодецкого «Ай, да я!». Как будто он этих ужасных элитников десятками валит до завтрака. И сотнями – после.

- Куда Длинный делся? – очнулась вдруг Белка.

- Проснулась… - Фарт ухмыльнулся – Погулять пошел.

- Погулять?! – изумилась Белка – Куда?

- Туда. – Фарт махнул в сторону города рукой.

- Фарт, ты можешь нормально объяснить? – она помотала головой – После твоей долбанной хлопушки у меня все мозги перемешались, и я ни хрена не соображаю.

- Что ты не понимаешь? Убежал, свинтил, съебался – выбирай любой синоним.

- Понятно… Если бы меня не клинануло, я бы тоже бежала. – пробормотала Белка и уточнила – Впереди него.

Зараженные мелькали среди деревьев в роще, но на поле не выходили. Вернулся сконфуженный Длинный.

- Я тут немного это… как бы… - начал он и закончил совершенно непоследовательно – Пустышей в городе – во! – провел себе по горлу рукой.

Фарт вспомнил, что его приключения еще не закончились…

Вскоре подъехал Тигр. Из армейского вездехода выпрыгнули водитель со стрелком.

- Хера себе! Кто это элиту завалил?! – в восхищении вопросил водила.

- Она. – Фарт ткнул пальцем в Белку, начавшую было говорить.

Та поперхнулась и сделала удивленные глаза. Фарт ей подмигнул. Водитель обошел элитника по кругу, почесал волосы под панамой и обернулся к тройке бойцов.

- Ну вы, блин, даете! – произнес он бессмертную фразу генерала Булдакова, из «Особенностей национальной охоты» - Так, ладно, кто Фарт?

- Я. – Фарт поднял руку.

- Собирайся, поедем на блокпост.

- А прикрытие?! – возмутилась Белка.

- Вон. – водитель указал на молчащего до сих пор стрелка – Дроид подменит.

Распрощавшись со снайперами, Фарт запрыгнул в Тигр и уже через несколько минут стоял перед Громом.

- Через пару часов в город пойдут спасатели. Пока отдыхай и подумай, тебе что-нибудь дополнительно надо? Патроны, живчик?

- Пару часов есть, говоришь? Дополнительно? – подумал Фарт пару секунд – Кусок брезента найдете?

- Брезент?! – изумился Гром – Брезент-то тебе зачем?!

- Оружие почистить.

Вскоре, расстелив на земле кусок брезента, он, под недоумевающие взгляды, резво разбирал автоматы. На взгляды ему было плевать. Пепел хорошо вбил Фарту в голову, что оружие после интенсивной стрельбы, а пострелял он вчера и сегодня от души, нуждается в чистке. Даже такое надежное, как автомат Калашникова. Кто бы что ни говорил. Нарваться с грязным оружием на утыкание, прихват или банальную осечку в экстремальной ситуации – как два пальца обоссать. И если, в случае с Калашниковым, можно было еще пофилонить, то вот Вихрь был более нежным и нуждался в тщательном обслуживании. В любом случае, Фарт не собирался соваться в город, полный зараженных, с нечищеным стволом.


Его привели к колонне машин. Монстрмобили Улья, тачанки, БТРы. Возле колонны Фарт увидел двоих знакомых – Джигу и Мальборо. Курсанты из армейки, вместе с которыми Фарт проходил обучение у Пепла. Экипированы ребята были также как Фарт. Нагрудники, бронежилеты, шлемы, тактические очки. В руках – ВАЛы с коллиматорами. Одна школа! Парни его тоже узнали, обрадовались. Рассказали, что находятся здесь на практике. Как и сам Фарт, собственно. Решили держаться вместе.

На стук Грома в крайний монстрмобиль, из него выглянул здоровенный детина, с абсолютно лысым черепом.

- Череп, у тебя же только три тройки? Вот и отлично. Возьмёшь еще одну, до комплекта?

- Да пускай грузятся. Не потеснят. – он посторонился.

- Грузитесь. – кивнул на машину Гром.

Запрыгнули в кунг. Осмотрелись. Внутри – точная копия кунга, на котором его сюда привезли. Там находились десять человек, включая пулеметчика. Ребята уселись на скамейку одной группой. Фарт заметил, как у остальных рейдеров жадно блестят глаза, когда они рассматривали их экипировку. Сами спасатели были одеты в разномастный камуфляж и различные разгрузочные системы. Шлемы на головах отсутствовали. Между ног расставлены различные автоматы. Преобладают отечественные стволы, но есть парочка, с похожими на AR-15. У всех коллиматоры, оптика, ЛЦУ. Машины заурчали моторами и плавно двинулись вперед.

- В первый раз? Меня зовут Череп. – представился рейдер.

- Джига.

- Мальборо.

- Фарт.

- Мы сейчас пойдем в город. Наша задача – обнаружение и спасение иммунных. Работаем так: Подходим к дому. Две тройки с пулеметчиком остаются на охране. Две тройки идут чистить подъезды. Куцый – на приемке. – он ткнул пальцем в одного из рейдеров - С технологией зачистки знакомы? – ребята отрицательно помотали головами. Череп поморщился – Заходите в подъезд, фиксируете двери, чтобы к вам в гости никто не пришел, и пошли наверх, зачищая всех зомбаков, каких встретите. Потом идете вниз, по пути вскрывая квартиры. Зомбаков чистите, иммунных собираете в кучу и приводите к грузовику. Инструмент есть, чтобы дверь вскрыть? Нет? Ну кто бы сомневался. Куцый – дай свою фомку, все равно в машине сидеть будешь. Потом идете к следующему подъезду и повторяете процедуру. У другого дома меняетесь с охраной. Они чистят, вы – охраняете. Все, что понравится в квартирах, можете брать себе. Тройки у меня сработанные и разбивать я их не собираюсь, так что учится будете на ходу.

- Иммунных много попадается? – спросил Мальборо, сняв вопрос с языка Фарта.

- Когда как, обычно – два-три человека, на четырех-подъездную пятиэтажку.

- А меняться с охраной зачем? – не понял Джига.

- Пока вы там будете рюкзаки набивать, парни будут от пустышей отмахиваться. Вот в следующем доме и меняетесь. Они себе спораны подбирают, а вы клювами… - он осекся, глядя на булаву Фарта и решительно закончил – машете. И это, второй ствол оставь, запутаешься в подъезде.

Фарт кивнул, подумал и снял с шеи АК. После чего перепаковал подсумки с магазинами. Поморщился. Колонна достигла густонаселенных районов и радар сенса, который он держал в импульсном режиме, практически полностью окрасился в красный цвет. «Прикрутил» дальность обнаружения до десяти метров.

- Насколько я понимаю, света в городе нет и в подъездах темно? – спросил он.

- Естественно. – ответил Череп.

Фарт молча снял шлем и начал устанавливать фонарик на боковой рельс. Глядя на него, Джига с Мальборо занялись тем же самым.

Машина начала сбавлять ход, некоторое время ползла вперед с черепашьей скоростью, потом начала сдавать назад, куда-то выворачивая и, наконец, пшикнув пневмотормозом, остановилась.

- Новички – вы первые из машины. – сказал Череп, глядя в бойницу.

Парни собрались у двери, сняли оружие с предохранителей, резко открыли дверь и сразу же рассыпались в стороны, беря периметр под контроль, сели на колено, вжали автоматы в плечо и замерли, крутя головами.

Фарт осмотрелся. Монстрмобиль заехал на придомовую территорию у панельной пятиэтажки. Несколько пустышей заинтересованно брели в направлении машины. Тратить на них СП-6 было расточительством. Для булавы – далековато. Других зараженных не наблюдалось.

- Чисто!

- Чисто!

- Чисто!

Рейдеры, вылезающие из кунга, удивленно на них поглядывали.

- Чего расселись? Вон те два подъезда, с правой стороны – ваши. Идите, работайте. – Череп указал клювом на подъезды.

Ну что же, для Фарта, Мальборо и Джиги вполне привычный сценарий. Упражнение «зачистка помещения в составе тройки». Парни собрались вместе и, контролируя каждый свой сектор, выдвинулись к крайнему подъезду. Дойдя до дверей, прибив по дороге особо ретивого пустыша, замерли.

- Внимание, граждане! - со стороны дороги раздался голос, усиленный динамиками. Мужики вздрогнули – Город подвергся биологическому заражению! Если вы в состоянии покинуть помещение – выходите на улицу и ищите грузовики темно-зеленого цвета. Там вам окажут помощь. Если вы не можете покинуть помещение – обозначьте свое место: повесьте на перила балкона, или на подоконник, длинную и яркую ткань. Помощь обязательно прибудет. Внимание! Не пытайтесь оказать зараженным какую либо помощь! Это опасно для жизни! Если зараженный вас укусит, или поцарапает – не бойтесь! Он не сможет вас заразить… Внимание, граждане! - запись пошла по кругу.

«Умно.» - подумал Фарт – «И иммунных предупредят, и тварей со дворов на себя оттянут.».

- Так. – сказал Мальборо – А лидера мы так и не назначили. Кто командует? – на упражнениях командира назначал Пепел, стараясь всех курсантов прогнать через эту должность.

- Мужики, у кого какой дар? – спросил Фарт.

- Фааарт. – укоризненно протянул Джига.

- Сейчас не до выебонов с хорошим тоном. – огрызнулся Фарт – Мы на городском кластере с тысячами зараженных вокруг. Я – сенс. – правда не стал уточнять, что дар у него довольно своевольный.

- Вот ты и командуй. – нашел выход из положения Джига.

- Джига. – с угрозой произнес Фарт.

- Ладно! Я – призрак. Сквозь стены хожу. – пояснил Джига на вопросительный взгляд Фарта.

- Стрелок. – похвастался Мальборо.

- В смысле, снайпер? – уточнил Фарт.

- Нет. Я могу мгновенно произвести выстрел из оружия, которое находится рядом со мной. И попаду. В глаз.

- Понятно. Ладно парни, никто не будет против, если я покомандую? Нет? Тогда работаем. Я никого в подъезде пока не вижу. Хотя… На третьем этаже кто-то мелькает.

- Ты что, объемный сенс?! В смысле и вверх видишь? – изумленно спросил Джига.

- Да. На три этажа.

- Везет…

- У меня сенс с придурью, так что не завидуй.

- С какой?

- Потом расскажу, а то на нас вон охрана уже недовольные косяки кидает. Приготовились!

Джига, шедший в тройке первым, сместился правее железной двери подъезда, открывающуюся вправо и, ухватившись за рукоять, замер. Мальборо сместился чуть левее двери и присел на колено, зацелив дверь. Над ним навис Фарт, также беря дверь на прицел и принимая положение для стрельбы. Секунда. Выдох. Фарт кивнул головой. Джига резко распахнул дверь. Два толстых глушителя уставились в темный проем, готовые исторгнуть из себя десятки специальных пуль. Никого.

Тройка бойцов скользнула на площадку за дверью. Включили нашлемные фонарики. Мальборо достал из подсумка кусок репшнура. Вот же запасливый, а растяпа-Фарт не догадался отрезать небольшой кусок заранее. Так бухта и висит на рюкзаке. Ничего, все пойдет в копилку опыта, если выживет. Зафиксировали репшнуром подъездную дверь. Пошли по лестнице, задрав стволы вверх. Посередине пролета Фарт, идущий последним, хлопнул по плечу впередиидущего Мальборо. Тот мгновенно скопировал жест Джиге. Тройка замерла.

- Что? – шепотом спросил Джига.

- Держите лестницу. – ответил Фарт.

Он спустился на два пролета к двери, ведущую в подвал. Увеличил радиус сканирования на двадцать метров. Да. Не показалось. Аккуратно надавил на дверь, но та не поддалась. Вернулся к бойцам.

- В подвале один имунный. – доложил Фарт.

- Работаем? – Джига.

- Нет. – отрицательно мотнул головой Фарт – Подвал заперт. Если он просидел там столько времени, потерпит еще десять минут. Вперед!

Группа пошла вверх по лестнице.

- Первый этаж – иммунных нет. – сказал Фарт, и группа двинулась дальше.

- Второй этаж. Иммунных нет…

- Третий этаж. Иммунных нет. Внимание! На пятом этаже зараженный.

- Четвертый этаж. Внимание! Зараженный в открытой квартире.

Джига опустил автомат на грудь и достал из петли на поясе клюв. Они с Мальборо скользнули в приоткрытую дверь, оставив Фарта в прикрытии. Раздался чавкающий звук. Фарт прислушался, пытаясь расслышать звук упавшего тела, но его не было.

- Клюв не убирай. – посоветовал Фарт, когда бойцы вернулись на площадку.

Они поднялись на площадку между четвертым и пятым этажами. Черт! Не пустыш, успел разожраться до бегуна. Бегун, увидев обед из трех блюд с доставкой, радостно заурчал и прыгнул с площадки пятого этажа. Приземлился он, правда, уже в виде настоящего мертвеца, рефлекторно дергая ногами. А рядом с ним стоял Мальборо, с дымящимся ПБ в руке. И когда только достать успел?

- Вот так мой дар и действует. – сказал Мальборо.

Поднявшись, для очистки совести, на пятый этаж, хотя Фарт и так видел, что иммунных там нет, они спустились к подвалу. Подергали дверь.

- Кажется она не заперта, а привалена чем-то с той стороны. – сказал Мальборо.

- Ну что же, Призрак, твой выход. –театрально указал на дверь Фарт.

Джига подошел к двери, взял ВАЛ на изготовку, вдруг стал полупрозрачным и провалился внутрь.

- Вот фокусник! – восхищенно прошептал Фарт.

Некоторое время ничего не было слышно. Потом из-за двери послышалась возня и она открылась. Вместо открытого помещения подвала, в темноту уходил коридор из кирпича.

- Что за хрень? – пробормотал Мальборо.

- Вот и я так подумал. – согласился Джига – Мы ведь тройкой работаем?

- Да. – сказал Фарт - Строимся.

Группа построилась в боевой порядок и пошла по коридору.

- Справа, десять. – предупредил Фарт.

Свернули направо. Ах вон в чем дело! Жильцы дома поставили в подвале перегородки из кирпича, разнообразные двери в проемы и превратили подвал в погреб. Вернее, в погреба. Тройка подошла к деревянной двери, на которую указал Фарт. Подергали – заперто. Вежливо постучались – никто не ответил. Джига подошел вплотную к двери и раскорячился, собираясь шагнуть сквозь дверь. Фарт отрицательно помотал головой. На двери обычный врезной замок. Он достал из кармана рюкзака набор отмычек и подступил поближе – вот и для взлома практика будет.

Внутри, на полу, лежал мужчина в домашней одежде. Выглядел он откровенно плохо. Судорожное, хриплое дыхание, капли пота на лбу, глаза закатаны под лоб.

- Он иммунный или нет? – повернулся к Фарту Мальборо.

- А я знаю? – огрызнулся Фарт – У меня показывается как имунный.

- Может, живчиком напоить? – внес предложение Джига.

- Давайте попробуем. Вот ты и пои.

- Ай, бля! – подступающий к мужчине с фляжкой в руках, Джига резко отпрыгнул в сторону, выронил флягу и взял мужика на прицел.

Мужчину трясло как в лихорадке, руки и ноги сводило судорогой. Хрип стал еще страшнее. Некоторое время, под взглядами бойцов, он дергался на полу, затем вытянулся и затих.

- Не успели? – с грустью спросил Мальборо.

- Наоборот, мы как раз вовремя. – возразил Фарт. Зеленая метка иммунного на его сканере сменилась на красную точку зараженного – Смотрите!

Существо, которое уже не являлось человеком, медленно село. Парни смотрели во все глаза. Как понял Фарт, сам процесс перерождения они еще не видели. Свежеобразовавшийся пустыш повернул голову в их сторону. Радостно сверкнул своими буркалами, в свете фонарей, заурчал и начал неуклюже подниматься. Крутые вояки, экипированные по последней моде спецназа, застыли в ступоре. Превращение пусть и больного, но человека, в бездушную тварь произвело на них сильное впечатление.

- Ладно, хватит этого кино. – произнес Фарт, опуская булаву на голову пустыша.

Хруст проломленного черепа сработал для парней будильником. Они вздрогнули и синхронно отступили назад.

- Вы что, пустышей не видели? – насмешливо спросил Фарт нагло забыв, что и сам, совсем недавно, готов был нестись впереди собственного визга при виде низшего зараженного.

- Видели, конечно. Но вот так. Вот он человек. Раз! И уже тварь. Брррррр. – поежился Мальборо.

- Ладно, собрались. У нас еще один подъезд – и на охрану. – Фарт двинулся в сторону выхода.

- А если такое вот. – Джига кивнул назад – Ну, пот на лбу, хрипы, глаза закатил – это сразу глушить?

- Ага. – согласился Мальборо – И прибьешь иммунного, на споровом голодании. Сам, что ли, не испытывал?

- Да вот как-то не доводил. А на кластере меня рейдеры быстро нашли. Вернее, это я их нашел. А если бы мы этого мужика в машину притащили, и он там переродился?

- Джига, не тупи! Правила забыл? Притащил зараженного – лично убивать будешь.

Аналогичным образом зачистили соседний подъезд. Иммунных не было. Фарт попытался растянуть свой дар на весь дом, но от обилия красных меток закружилась голова, и он вернул все назад. Либо надо привыкать, либо в свежем городе больше двадцати метров не «увидишь».

Отошли к грузовику. Первая тройка все еще чистила первый подъезд. Связались с Черепом по рации, доложились что закончили и предложили досмотреть третий подъезд. Тот дал добро. Из третьего подъезда достали ошалевшего мужика. Бедолага накануне ушел в крутой запой и все веселье благополучно пробухал, посылая на три веселых буквы всех, кто ломился к нему в дверь. Увидев Фарта с товарищами, которые вломились к нему в квартиру, мужик решил, что соседям надоели его пьяные выходки и они вызвали полицейский спецназ. После чего дал деру. Так что ловить его пришлось по всей квартире. С переворачиванием столов, разбитыми бутылками и прочем антуражем. Пришел в себя он только в грузовике.

Вернулась первая тройка с заметно потолстевшими рюкзаками. Фарт с парнями мародеркой не занимались.

Грузовик передвинулся к следующему дому, и тройка Фарта встала на охрану периметра, изредка отмахиваясь от наползающих пустышей. Основная масса зараженных стремилась на дорогу, к «агитмобилю». Было видно, что агитация действует: из некоторых окон висело разнообразное постельное белье ярких расцветок.

Так и пошли дальше, чередуя зачистки с охраной. Вытаскивали иммунных из квартир и подбирали на улице. Фарт досыта насмотрелся на последствия трагедии. По следам можно было определить, что произошло в квартире. Были места, где родители съедали своих детей. Были где дети закусывали родителями. Множество останков на лестничных клетках. Фарт порадовался, что времени прошло немного, и останки еще не успели завонять. В одной квартире обнаружили мужика, который сидел на табуретке и укачивал на руках пацана с проломленной головой, что-то тихо напевая. Топор, которым пацану проломили голову, стоял рядом, аккуратно прислоненный к стенке. Взгляд у мужика был абсолютно пустым. Не стали его трогать, от греха подальше. Только доложились по рации и получили одобрение. Развитых зараженных не попадалось. Немногие местные добрались до начинающих бегунов, а прорвавшие блокаду твари предпочитали источник громкого звука на дороге. С той стороны несколько раз работал пулемет.

За три часа работы полностью заполнили кунг и уже собирались сворачиваться. К сожалению, всех спасти не удастся. Иммунные ютились на скамейках и просто сидели на полу, перелистывая брошюры для новичков. Четыре пятых из них составляли мужчины. Все – в возрасте от семнадцати, до сорока восьми лет. Действительно, женщинам и детям в Улье выжить трудно. Пожилым, как видно, тоже.

Фарт со своими товарищами возвращался с последней, уже, зачистки, когда услышал непонятный звук. Он остановился и покрутил головой, пытаясь поймать направление. Но звук, казалось, раздавался в его голове. Тогда он решил, что это просто глючили наушники. Снял их. Не помогло. Тоненький, прерывающийся всхлипами, плачь маленького щенка. Вот что он слышал. Одновременно, со стороны частного сектора, что находился за многоэтажными постройками, пришла волна отчаянья и безнадежности, щедро разбавленная страхом. Как он это понял – он сам не смог бы себе объяснить. Ничего подобного Фарт раньше не испытывал.

- Вы ничего не чувствуете? – спросил он, обращаясь к своим спутникам.

- Нет. – Джига с Мальборо одновременно помотали головами.

- И не слышите? – уточнил Фарт.

- Моторы работают. Больше, вроде, ничего. – ответил Джига.

- Наушники сними. – потребовал Фарт.

Джига стянул шлем, с закрепленными на нем активными наушниками. Пару секунд вслушивался и отрицательно покачал головой:

- Кроме моторов и гомона рейдеров – ничего.

- Чего встали? - притормозил проходивший рядом Череп – Пошли грузится и возвращаемся. И так уже все лимиты времени выбрали.

- Если бы кто-то не мародерил за нами по подъездам – давно бы сидели на блоке. – недовольно высказался Джига.

- Фарт чует что-то. И слышит. – сдал Фарта Мальборо.

- Что? – мгновенно насторожился Череп – Опасность?

- Нет. – Фарт мотнул головой – Ммм. Тоска. Страх. Просьба о помощи. Нет. – поправился он – Мольба о помощи. Надо туда сходить.

- Фарт – нет. – Череп перекрестил руки – Всех не спасти. Мы закончили и уходим назад.

- Туда. Надо. Сходить. – раздельно произнес Фарт.

- А я говорю – нет!

Поиграли пару секунд в гляделки.

- Хер с тобой! Я сам схожу. – решил Фарт.

- Мы - с тобой. – тут же отозвался Джига.

- Напомните-ка мне, солдатики, что с вами будет, когда колонна вернется, даже не поцарапанная, и вас там не обнаружат? – ласково спросил Череп – Когда выяснится, что вы просто по городу погулять захотели?

Парни посмурнели.

- А что вам будет? – спросил Фарт.

- В принципе, ничего страшного. – ответил Мальборо – Но могут быть и неприятные последствия. Мы же сюда не сами по себе поехали, а в составе армейской группы.

- Не понял, а почему тогда действуете в отрыве?

- Так нас специально раскидали. Опыта набраться, у опытных рейдеров.

- Они вас научат. – Фарт вспомнил, как действовала их тройка и как абсолютно безграмотно работали рейдеры – Как рюкзаки мародеркой набивать.

- Слышь ты! – немедленно вскипел Череп – Да ты еще на Земле сисю сосал, когда я уже…

- Хватит! – перебил его Фарт – Пошли, автомат заберу. А вы, парни. – обратился он к ребятам – Не берите в голову. Быстренько сбегаю, посмотрю, что там, прыгну в тачку и вернусь.

- Все равно, это неправильно. – пробурчал Джига – Один. Без прикрытия.

- Джига, я один, без прикрытия, топал по Улью сто шестьдесят километров. И как видишь – живой. Так что успокойся.

Они дошли до грузовика. Фарт залез внутрь и отобрал свой АК у какого-то резвого парнишки. Хорошо, что разряженным оставил. Куда только принимающий смотрит? Вспомнив анекдот про русского и два металлических шарика, осмотрел оружие. Проверил плотность насадки ПБ, снял крышку ствольной коробки, осмотрел УСМ, не разбирая. Вроде все на месте, ничего не сломано и не погнуто. Походив по подъездам и не сделав ни одного выстрела Фарт рассудил, что элиту тут вряд ли встретит, а бегуну и 7.62 хватит. Поэтому основным оружием выбрал АК. Уточнил частоту для связи с блокпостом.

- Фарт, учти: колонна отправится через два часа. – Череп помахал перед носом часами – Опоздаешь – будешь ножками до стаба добираться.

- Добро. - принял информацию Фарт, развернулся к армейцам – Чего носы повесили? Сделайте лица проще. Вы ведь будущие офицеры! Давайте!

- Удачи!

- Удача – это шлюха, дает любому. Лучше пожелайте успеха.

- Ой, пиздуй уже!

Фарт, с улыбкой на лице, пошел по направлению к частному сектору. Все-таки отличные ребята, эти вояки.

До частного сектора Фарт добрался минут за двадцать. Двигался как можно быстрее, не скрываясь. Основная масса зараженных оттянулась к дороге, по которой они приехали, привлеченная громкими звуками. Так что дорога была почти свободной. Изредка появляющихся пустышей не обходил, встречал булавой.

В частном секторе эмоции стали сильнее. Или просто лучше воспринимались. Плачь в голове тоже увеличил свою громкость. Плохо. Можно прозевать шум, который издает атакующая тварь: треск кустарника, скрип забора, урчание. Он попробовал растянуть область сканирования сенса. Удалось достичь радиуса в сто метров. И все. Больше не увеличивался. Своенравный дар опять показал свой дурной характер.

Он взглянул на часы. Дал себе один час на поиск. Интересно, поиск чего? Что он вообще тут хочет найти? Иммунных он, пока, не видит. Зараженных проверять? Чушь какая-то. Ладно, побродим по улочкам. Посмотрим, что тут есть. Благо застройка здесь как в Нью-Йорке. Сплошные стрит и авеню. Пересекающиеся под прямым углом.

Иммунного Фарт обнаружил через сорок минут. На месте трехэтажного коттеджа светилась зеленая точка. Рядом крутилась отметка зараженного, время от времени перекрывая отметку иммунного.

- Что за хрень? – пробормотал Фарт.

Забор на участке соответствовал коттеджу – с разбега не перепрыгнешь. На самом участке, если верить дару, находился еще один зараженный. Через забор лезть не пришлось. Дверь на территорию была приоткрыта. Выставив перед собой толстый ствол глушителя, Фарт скользнул на участок. Перед крыльцом стоял, переминаясь, пустыш. Войти внутрь он не решался, хотя входная дверь также была открыта.

Тихо подкрался к пустышу и упокоил того булавой. Убрав ее в петлю, вошел в дом. Судя по внешнему виду прихожей, тут явно порезвилась одна из тварей, прошедшая через заслон. Фарт засомневался, было, в правильности выбора основного ствола, но менять не стал. Достал Удав, убедился, что патрон находится в патроннике, снял его с предохранителя и вложил в кобуру, оставив клапан расстегнутым. Осторожно, стараясь не допускать шума, двинулся на звуки доносящиеся из глубины дома: знакомое урчание твари и, вызывающий мурашки, скрип железа по стеклу. Подобрался к проему, за которым должны были быть имунный и зараженный. Осторожно, одним глазом, выглянул. Теперь понятно, почему дар давал пересекающиеся отметки. На полу, спиной к Фарту, в весьма неприглядной, для этого типа существ, позе «раком» стоял лотерейщик и шумно принюхивался к исцарапанному, металлическому люку. Имунный, скорее всего, заперся в подвале. Дар Фарта позволял более-менее разборчиво «смотреть» вверх. Низ же он представлял, как единую плоскость. Хотя и заглядывал на пару-тройку метров. Когда хотел.

Более удачной позы у лотерейщика было сложно представить. Если отвлечься от неестественно синих ягодиц. Споровый мешок был как на ладони. Фарт выскочил в проем, одновременно вскидывая АК. Дар снайпера. Решил не рисковать. Потянул спусковой крючок. Осечка! Лотерейщик резко повернулся на шум. Передернуть затвор. Дар снайпера. Сфокусироваться на левом глазе твари. Потянул спусковой крючок. Вторая осечка!

Третью попытку лотерейщик ему не дал. Фарт успел увидеть лишь смазанное движение лапы и попытался закрыться автоматом. Что-то сильно ткнуло в левое плечо и его унесло в коридор. Здорово приложило об стену, в конце полета, и вышибло воздух из легких. Цинки с патронами, уложенные на дне рюкзака, добавили «приятные» ощущения почкам. Лотерейщик появился в коридоре через секунду после приземления, или, если быть более точным, «пристенения». Оглушенный и ошарашенный Фарт даже не попытался воспользоваться своими дарами. Зато сработал навык, упорно нарабатываемый в любую минуту свободного времени. Не успел лотерейщик сделать и пары шагов в сторону Фарта, как в его сторону полетели бронебойные пули из Удава. Тяжелые пули из СП-10, пробивающие бронежилет 2 класса, на дистанции до семидесяти метров, легко дырявили несовершенную броню лотерейщика, вырываясь из спины в фонтанах крови. Одна из пуль попала ему над левой бровью, опрокинув лотерейщика на спину и заставив плясать ирландскую джигу.

Фарт уронил руку с пистолетом. Посидел немного, приходя в себя. После пальбы без глушителя, звук плачущего щенка в голове и чужие эмоции отрезало. Хорошо, что на голове активные наушники. Иначе слух отрезало бы тоже. Если он не хочет заполучить в гости друзей твари, необходимо по минимуму обезопасить себя. Фарт, со стоном, поднялся. Левая рука висела плетью и не действовала. Разодранный рукав на плече стремительно набухал кровью. Первая мысль у Фарта была «Вот же сука! Такой камуфляж испортил! Теперь только на выброс.». Ощущения в пояснице намекали что пару дней Фарт будет любоваться красивым, красным цветом своей мочи. Кое как скинув рюкзак, он достал из аптечки спек и сделал себе укол: рука стремительно наливалась болью. Вытащил жгут и перетянул руку. Достал флягу и сделал несколько больших глотков живчика. Повесил руку на перевязь. Пригодились занятия по устройству и назначению элементов на форме. Доковылял до входной двери и закрыл ее. Одной рукой сменил магазин в Удаве. Сущее мучение. Подхватил рюкзак с Вихрем и прошел в комнату с люком. Проверил время. С момента, как он вошел в дверь, ведущую на участок и до момента, когда он посмотрел на часы прошло всего-то пять минут. А кажется, что не меньше часа. Фарт встряхнулся. До окончания срока, который он сам себе выделил, осталось всего десять минут.

Он нашел глазами АК, отброшенный в сторону когтистой лапой, поднял и постучал по люку прикладом:

- Сова! Открывай! Медведь пришел!

В ответ не раздалось ни звука. Он постучал еще раз.

- Послушай! Кто бы ты ни был! С тобой, или без тебя, я ухожу отсюда через десять… уже через девять минут! Если нравится компания монстров – можешь оставаться! Время пошло!

Через пару секунд люк залязгал запорами и приподнялся на несколько сантиметров. В щель выглянули настороженные глаза. Быстро пробежались по Фарту, по комнате. Задержались на лотерейщике, лежащему в коридоре, напротив проема. И опять уставились на Фарта.

- Дядя, а вы всех монстров убили? – раздался тоненький голосок.

Фарт мысленно застонал. Да что же такое? Что за непруха? Улей щедро ему отсыпал удачи на старте и теперь приходится расплачиваться? Две осечки подряд. Как следствие – лотерейщик и еще неизвестно что с рукой. И вот теперь, пожалуйста – ребенок. Как он вообще железный люк открыть смог?! Лучше бы там и остался. Фарт рассчитывал на взрослого человека. Который сможет отвезти его к блок посту. Время и так поджимает. А тут мало того, что рука не действует. Так еще и обуза на шею появилась. И ведь никто не виноват ему. Сам поперся сюда. Без ансамбля. Сам, бля. Один, бля.

Он стиснул челюсти, чтобы не застонать вслух. Все равно придется тащить. Не бросать же его здесь?

- Да, деточка, всех монстров я убил. – как можно ласковее ответил Фарт – Ты вылезать будешь, или под землей останешься?

- Буду. – пискнули снизу.

- Тебе люк помо… - начал Фарт и заткнулся.

Люк с легкостью откинулся вверх. «Это что за мини-Геракл?» - удивился он. Из проема в полу выскочил, вернее выскочила девочка. Не более десяти лет, как определил Фарт на глаз. Чумазая мордашка. «Детские» черты лица. Большущие глаза глубокого, синего цвета. Светло-русые волосы собраны в хвост. Одета в розовую, Фарт назвал бы это пижамой, но несколько раз видел детей на улице в подобном одеянии, так что будем считать одеждой. Облегающей тело. Вернее, тельце. Худющая, как смерть. На тонких ножках-спичках массивные кроссовки. И как она ноги еще поднимает?

Девочка несколько секунд всматривалась в Фарта, затем, абсолютно неожиданно для него, бросилась вперед, обняла и прижалась, заставив дернуться от прострелившей боли в руке и заскрежетать зубами. После чего замерла, перестав, кажется, дышать. Фарт тоже боялся сделать вдох. Простояв так целую минуту, он осторожно погладил ребенка по голове и произнес:

- Ну все. Монстров в доме нет. Ты можешь меня отпустить.

В ответ девочка прижалась еще сильнее.

- Послушай, дочка. – Фарт и сам не понял, почему у него вырвалось это слово – Если мы через пять минут отсюда не уедем, то останемся здесь навсегда. Ты ведь не хочешь тут остаться с монстрами?

Девочка, плотно прижатой головой, умудрилась изобразить «нет».

- Вот и хорошо. Тогда отпусти меня и скажи – ты тут живешь?

Ребенок неохотно отлип от Фарта и кивнул головой. Удивительно, но ни слез, ни истерики не было. Побоявшись упоминать родителей, дабы не спровоцировать девочку, Фарт спросил:

- А где можно взять машину, покататься?

- У нас в гараже джип есть. – похвастался ребенок.

- А кл… -Фарт поперхнулся.

Сейчас ответит, что ключи у папы, или мамы – и все. Здравствуй ниагарский Водопад. Сам найдет. Немного подумав, как оставить девочку одну нашел выход.

- Давай ты спрячешься в подвале, а я посмотрю, не остались ли еще монстры?

На удивление послушный ребенок кивнул и юркнул в проем люка. Фарт подошел, чтобы помочь закрыть металлического монстра. Ага! Вон оно что! Система противовесов. Открыть, закрыть сможет и ребенок.

Он закрыл люк и пошел в раздолбанную прихожую. Если хозяева ушли с ключами в кармане – это будет… Ну не катастрофа, конечно. Но неприятно. В мусоре, который составлял раньше обстановку в прихожей, Фарт обнаружил только ключ от гаража. Решил посмотреть хоть чего он лишается. Осторожно открыл дверь и осмотрелся, сжимая Удав в руке. Хоть сенс и не показывал зараженных поблизости, Фарт решил не рисковать. На сегодня с него хватит. Сбегал и закрыл дверь в заборе.

Отпер гараж и откинул створки. Из гаража на Фарта, своими лупатыми фарами, смотрел четвертый Паджеро. Фарт застонал. Этот ему без ключа не завести. Никогда и ни за что. Надо по окрестным участкам поискать что-нибудь отечественное. Ни на что не надеясь, подошел к пассажирской двери и заглянул в салон. Губы Фарта расплылись в глупой улыбке.

- Вот же буржуи! - с чувством произнес он.

Из замка зажигания торчал ключ.

Не веря в удачу, Фарт залез на место водителя и, с замиранием сердца, повернул ключ. Мотор взрыкнул и тихо заурчал. Он бегом вернулся в дом, подхватил оружие с рюкзаком и забросил на заднее сидение. Снова заскочил в дом, секунду посмотрел на дохлого лотерейщика и решительно достал нож. Нет уж! Эту падлу он выпотрошит. Тварь оказалась довольно развитой и подарила Фарту горошину, не считая трех споранов. Достал из-под земли ребенка и отправил к рюкзаку, на заднее сидение. Открыл створки в заборе и, наконец, выехал на улицу.

Примерно прикинул направление движения. Уточнил у девочки, выедут ли они на дорогу и, получив подтверждение, надавил на газ. Коробка автомат позволяла легко управлять одной рукой. Рядом, на пассажирском сидении, подпрыгивал на неровностях дороги Удав. Наконец-то познакомился с девочкой. Красивое имя Василиса, как ни какое другое, подходило к ее внешности. Увидев впереди зараженных, Фарт попросил Василису лечь на сидение и плотно закрыть глаза. И не открывать, пока он ей не скажет. Девочка немного покочевряжилась, но, увидев пустыша с окровавленной мордой, пискнула и шустро нырнула вниз.

Грунтовка частного сектора, итак не отличающаяся качеством, перед выездом на дорогу, ведущую к блоку, превратилась вообще во что-то невообразимое. Как будто здесь играли в танковый биатлон. Фарт снизил скорость до двадцати километров в час. Иначе можно было лишится подвески даже на Паджеро. Низкая скорость и увеличившееся количество зараженных здорово нервировало его. Перед самым выездом справа, среди пустышей, появился бегун. Он целеустремленно несся к джипу, не сводя с него жадного взгляда.

«Ну вот, не обошлось без приключений.» - с досадой подумал Фарт, бросая руль, вскидывая Удав и выжимая спусковой крючок. Лишь в последнее мгновение Фарт отдернул палец. «Бегун» был одет в чистую одежду, а за спиной у него подпрыгивал рюкзак. Добежав до машины и упав на переднее сидение, он заорал:

- Ходу! Ходу, бля!!!

- Не ругайся при ребенке матом. – поморщился Фарт.

- Каком еще ребенке? – нестандартный ответ сбил иммунного с толку.

Фарт мотнул головой назад. Имунный развернулся и внимательно осмотрел Василису, рюкзак и оружие. Потом, наконец, обратил внимание на внешний вид Фарта. Было видно, что он порывается что-то спросить, но, в текущей ситуации, сформулировать вопрос без использования нецензурной лексики у него не получалось.

- Скоро все узнаешь. Пока помолчи. – произнес Фарт выруливая на дорогу к блокпосту.


- Блок Фарту! Прием…….

- Блок Фарту! Блок Фарту! Прием…

- Блокпост! Ответь Фарту! Прием!

Блокпост молчал. Они уже почти выехали из города. До блокпоста должно было оставаться не более трех километров. В таких условиях рация должна добивать. Машину вел свежий имунный, Фарт отдыхал на пассажирском месте. Он переключился на первый канал. На котором общался с Главным.

- Главный две тройки! – назвался он старым позывным.

- Главный на связи. Чего тебе еще? Не можешь жопу оторвать и двадцать метров пройти? Обязательно рацию насиловать? – недовольным голосом отозвалась рация. Фарт понял, что его позывной передали другому.

Главный, две тройки - это Фарт! – уточнил он

- Фарт? – отозвалась рация и разразилась бранью, наплевав на правила радиообмена – Где тебя носит… - и далее две минуты отборного, ни разу не повторяющегося, мата. Фарт порадовался что радиостанция подключена к наушникам - …почти уехали! – закончил Главный.

- Главный! Подхожу со стороны города. Серебристый Паджеро. Со мной два иммунных. Сам – трехсотый. Не могу связаться с блоком. Как принял? Прием!

- Принял Фарт! На блок передам! Сильно досталось?

- Доберусь. Конец связи!


Он сидел, раскачиваясь, на жесткой скамейке в кунге.

На левом, обнаженном, плече белела тугая повязка. Как Фарт не упрашивал Белку, которая взялась помочь ему с перевязкой, она все-таки срезала рукав с камуфляжа, превратив куртку в полу-жилетку. Сама рука висела на перевязи из бинта. Лотерейщик одним ударом лапы сломал ему руку и здорово порвал мышцы.

Правую руку крепко обняла уснувшая Василиса, забавно сопя носиком. Она наотрез отказалась ехать с другими спасенными, вцепилась в Фарта и не отпускала его ни на шаг. Удивительно, но девочка так ни разу и не заплакала. Фарт нацепил на ее голову отключенные наушники, чтобы уменьшить окружающий шум. И теперь она напоминала юную меломанку, слушающую любимую песню и покачивающую головой в такт музыке.

Напротив расположилась Белка. Долго, с непонятным выражением лица, рассматривала эту картину. Потом подалась вперед и, указав подбородком в сторону ребенка, спросила:

- Оно хоть стоило того?

Фарт глянул на сопящую Василису. Улыбнулся. Посмотрел Белке в глаза и уверенно ответил:

- Стоило!

[1]Для стрелкового оружия и гранатометов установлены следующие категории:

1-я категория – новое (не бывшее в использовании) исправное и годное к боевому применению оружие;

2-я категория – оружие, находящееся и бывшее в использовании и не выработавшее межремонтный ресурс (период) эксплуатации, а также оружие, прошедшее капитальный ремонт, исправное и годное для боевого использования;

3-я категория – не устанавливается;

4-я категория – оружие, выработавшее межремонтный ресурс (период) эксплуатации до капитального ремонта, а также оружие, требующее капитального ремонта по техническому состоянию;

5-я категория – оружие, негодное для боевого использования, восстановление которого по техническим причинам или экономически нецелесообразно.

Глава 14

- Ну и куда ты ее? – Белка согнала рейдера, сидевшего слева от Фарта и уселась на его место.

- А что со свежаками вообще дальше будет? – в еврейской манере ответил Фарт.

- Ну… - Белка задумалась – Насколько я знаю, им сейчас всё растолкуют, что не в сказку попали.Пройдут ментата. Потом поселят в общагу, три дня бесплатно. Для определения чем будут заниматься. Потом вперед – на отработку долга.

- Какого еще долга?

- Долга перед стабом за то, что их спасли. Альтруистов тут нет.

- Понятно… Все как Гебб... – Фарт вовремя заткнулся – Ну а если человек за три дня не найдет ничего подходящего?

- Если мне память не изменяет, ждут еще три дня и на принудительную отработку.

- Прям исправительно-трудовой лагерь?

- Ну не так, конечно. В добытчики, ассенизаторы, уборщики. Я не в курсе, короче.

- Вообще-то, они не просили их спасать. – Фарт поиграл желваками.

- Ты предпочитаешь, что бы их сожрали? – Белка удивленно вскинула брови.

В ответ Фарт промолчал.

- Фарт, я тут уже эээ… - Белка закатила глаза – Около года, короче. И, примерно, полгода в самом Воскресенске. Ольгинка, из которой мы едем, стабильно грузится раз в месяц. За эти полгода до Воскресенска из Ольгинки самостоятельно не добрался ни один свежак. Сейчас мы их тащим ну, примерно, около ста пятидесяти человек. Все вместе, три колонны.

- А сколько оставили?

- Всех не вытащить… Подожди, не сбивай! Я в подобной операции участвую во второй раз, но точно знаю, что была еще одна. Три операции за шесть месяцев. Примерно четыреста пятьдесят спасенных, плюс-минус. Ты хочешь сказать, что лучше бы эти четыреста пятьдесят человек остались на кластере и в окрестностях, в виде куч дерьма из желудков зараженных? Или, все-таки, им лучше остаться в живых, пусть и с долгом? Ты настолько кровожадный, Фарт?

- Да понял я, понял! – Фарт поморщился – Все равно это как-то… Приходите! Мы вас спасем! Мы вам поможем! А потом, мелким шрифтом: за деньги. Ну за спораны.

- А ты прикинул сколько мы боеприпасов, топлива, ресурса машин и стволов потратили?

- Ой, вот только не надо мне петь военных песен! – Фарт зло сверкнул глазами – С учетом того, сколько тварей намолотили и восьмидесятипроцентной доли стаба в потрохах. Да стаб остался бы в плюсе, даже если бы каждому спасенному по десятку споранов отсыпал! И еще одно… Ты говоришь мол вооот, за полгода, четыреста пятьдесят человееек. – передразнил он Белку – А теперь, красивая моя, включи логику и подумай, откуда такая убыль населения, что раз в два месяца приходится тащить полторы сотни свежих? А я тебе скажу откуда! Вот как раз из этих свежих, в основном, и есть убыль. Дохнут они, как мухи, в командах добытчиков. Так что для них небольшая разница. Там сдохнуть, или через месяц тут. При этом горбатясь на стаб!

Помолчали немного, раздувая ноздри и успокаиваясь.

- Ну ты не совсем прав насчет убыли. – начала Белка.

- Все, стоп! Хватит! Не хочу об этом! – Фарт хотел поднять руку, но на правой спала Василиса, а левая висела на перевязи – Ты мне лучше скажи – детей тоже на отработку?

- Нет, что ты! Детям долг не вешают!

- Тогда куда их?

- Ты не поверишь, но в стабе полно пар, мечтающих о детях. Но вот проблема в том, что у иммунных не всегда получаются…

- Меня уже просветили на эту тему. – перебил Фарт – То есть детей раздают по семьям?

- Ну да. Хотя, можешь себе оставить. – Белка сверкнула глазами и улыбнулась – Папаша свежеиспеченный.

- Вот язва ты все-таки, Белка!

- А я и не отрицаю. – она показала Фарту язык – Так что, оставишь?

- Не знаю пока. Хотел бы ее Року показать. – увидев непонимание в глазах Белки, пояснил – Знахарю.

- А что с ней не так?

- Да, понимаешь, странные обстоятельства привели к ее спасению.

- Что за обстоятельства? – в глазах у Белки разгорелось пламя любопытства.

- Оно тебе надо? – Фарт уже сам был не рад, что сболтнул лишнего.

- Фарт, я же с тебя с живого не слезу, пока не узнаю!

- Да мы уже закончили с основными и должны были сворачиваться, когда она меня позвала.

- Из дома?

- Из дома. Только этот дом был километрах в трех, если не дальше.

- Это как?

- Телепатически.

- Чего?

- Ну когда голоса в голове. И вот я думаю, это она, или у меня шизофрения развивается?

- Ммм… Дар?

- Меньше чем через сутки? Хрен его знает. Вот и хочу, чтобы она у знахаря побывала.

- Ясненько… Держи меня в курсе.

- Тебе-то это зачем?

- Ну так интересно же!

- Любопытной Варваре…

Белка хотела что-то ответить, но тут завозилась Василиса. Отлипла от руки. Осоловевшими со сна глазами осмотрелась. Зевнула. Потянулась. Стянула наушники и произнесла, глядя на Фарта:

- Дядя Фарт, а можно попить?

- Конечно, золотце. – ответил Фарт и полез в рюкзак.

Протянул Василисе бутылку воды. Та присосалась к ней как пиявка.

- Эй-эй! Много не пей! Ехать еще долго, а туалетов тут нет. – всполошился Фарт.

Девочка нехотя отлипла от бутылки.

- Эээ… – протянула Белка – А у нее ведь споровое голодание началось.

- А что, у детей тоже бывает? – удивился Фарт.

- Ну она же иммунный деть? – логично ответила Белка.

- И что теперь делать?

- Ты маленький, что ли? Живчик давать.

- Какой ей живчик?! Он же на спиртном!

- Ну извини. Спораны в молоке не растворяются.

Василиса внимательно их слушала. Фарт решил уточнить:

- Васили… Тьфу! Пока твое имя выговоришь полностью – язык в узел завяжется. Давай я буду звать тебя либо Васей, либо Ли́сой?

- Хорошо. – кивнула девочка – Меня так и звали.

- Как именно? – уточнил Фарт.

- И так, и так.

- Ясно. Скажи Ли́са, у тебя сейчас жажда – это я видел. Голова не болит?

- Болит. – жалобным тоном пропищал ребенок.

- Что я говорила! – сказала Белка.

- Вот блин! У меня только на водке, который потом привезли. А он противный даже для меня. У тебя на чем? – спросил Фарт Белку.

- Такой же.

- Мужики! – крикнул Фарт всем – У кого есть живчик на коньяке, или на виски? У ребенка споровое голодание пошло. От водки ее вывернет.

Народ принял непосредственное участие. Нашелся и живчик на коньяке. И кружка. Один запасливый рейдер поделился остатками колы, для запивки. Разгорелся нешуточный спор насчет дозы.

- Сколько ей давать?

- Грамм сто.

- Сдурел? Посмотри на нее. Она от ста грамм тут и ляжет.

- В два приема. Себя вспомни, сколько ты принимал в первый раз. Пару глотков сначала и еще глотка три через пять минут.

- А, точно! Тогда пятьдесят сейчас и пятьдесят потом?

- Ну да.

- Эй! – привлек внимание Фарт – А может с колой развести?

- Не думаю, что наши девки от большой любви к вкусу живчика его чистоганом хреначат. – ответил кто-то – Может он так и не действует. Я бы не рисковал. В стабе у знахаря уточни.

- Логично. – вынужден был согласится Фарт.

Василиса, сначала напуганная таким вниманием к своей персоне, вскоре поняла, что эти страшные дяди не желают ей плохого. Сидела и, посверкивая глазками, с интересом наблюдала за спектаклем. Она еще не подозревала, что в этом спектакле ей предстоит сыграть главную роль. Наконец живчик отмерили и вручили Белке. Рядом, с кружкой колы, застыл один из рейдеров. Фарт сидел с открытым шоколадным батончиком наготове.

- Так! – сказал Фарт – Это лекарство. Как всякое лекарство, оно не вкусное. Но как только ты его примешь, сразу и голова пройдет, и пить больше так сильно не будешь хотеть. Только не нюхай. Нос рукой сожми и – залпом. Готова?

- А может лучше воды? – жалобно пропищала Лиса.

- Нет. Водой ты не напьешься, даже если цистерну выпьешь. Мы все так сначала болели. А потом вот это лекарство приняли – и все прошло. Ведь правда? – Фарт обратился ко всем.

- Да. Да. Точно. Пей, дочка. Так надо. – раздалось со всех сторон.

- Ну так что? – спросил Фарт.

- Ну, если надо. – Василиса.

- Надо. – отрезал Фарт – Только помни – не нюхай. Зажимай нос.

Лиса зажала нос пальцами. Ей всунули кружку с живчиком.

- Выдохни - и залпом! – напомнил Фарт – Давай!

Девочка кивнула, зажмурилась и опрокинула живчик в себя. Замерла, скривив личико. Все вокруг сразу засуетились:

- Запивай! Запивай быстрее! Вот шоколадка! Теперь закусывай!

Василиса, не открывая глаз, усиленно запихивала себе в рот батончик. Фарт придержал ее руку.

- Ну? – спросил он – Как себя чувствуешь?

Лиса приоткрыла один глаз. Склонила голову набок. Прислушалась к себе.

- Хорошо. – удивленно ответила.

- Пить больше не хочется? Голова не болит?

- Нееет. – ответила Лиса, косясь на остатки батончика.

- Ты шоколадку придержи. Минут через десять прием лекарства нужно повторить.

Василиса сразу скривилась.

- А может не надо? Мне же уже хорошо.

- Вот чтобы совсем хорошо стало – и надо повторить. И батончик доешь тогда. – Фарт был коварен как змей.

Ребенок тяжело вздохнул. Фарт знал, что ради шоколада большинство детей пойдут на все, что угодно. Сказался опыт общения с племянниками и детьми знакомых.

- Лааадно. – протянула Василиса.

Рейдеры поздравили девочку с вступлением в их ряды, рассказали какая она умница, потрепали по голове и начали рассаживаться по местам. Довольная Лиса сияла, как начищенный самовар.

- А это что? – спросила она – Стреляют?

Фарт уже и перестал замечать пулеметные очереди. Воспринимал как фон.

- Ну да. – ответил он – Стреляют.

- А в кого? – поинтересовалась девочка.

Фарт охреневал от ее спокойствия. От того, как она вообще воспринимает всю эту ситуацию. Учитывая то, что ее родители, скорее всего заурчали и ушли. Кровавых пятен он в доме не видел. А саму Василису лотерейщик пытался выковырять из подвала. Девочка вела себя аномально. Так что решил быть честным.

- В монстров.

- Теперь так всегда будет? – спросила Лиса.

Фарт внимательно на нее посмотрел. Но нет. Ни зарождающейся истерики. Вообще ни слезинки. Носом не шмыгает. Ее точно надо к Року.

- Скоро приедем в хорошее место. В город, окруженный стеной. Там монстров не будет. – ответил он – А вот за стеной этого города – будут и много.

Белка хотела ткнуть его локтем в ребра, но попала в раненую руку.

- АХ ТЫЖ Йоопп… - зашипел Фарт стискивая челюсти, чтобы не заорать матом – Чччшшшееггго тьебе?! – прошипел он, поворачиваясь налево.

- Фарт, извини! Извини, я не хотела! – испуганно пролепетала Белка.

- Еще не хватало, что бы ты этого хотела! – проговорил Фарт, отходя от вспышки боли – Есть же другие способы внимание привлечь! Голосом, там, позвать. Не знаю, покашлять деликатно. Что ж ты сразу по сломанной руке? Ладно. Так чего хотела?

- Тфу блин! Сбил! А! Ты не слишком ли круто с ребенком? Может надо было как-то осторожнее? Постепенно…

- Белка, я не собираюсь над ней как орлица, раскинув крылья, сидеть. Тем более, этот ребенок провел минимум двенадцать часов в зараженном городе. Как ты думаешь, успела она на что-то насмотреться? Ну и финал, так сказать. Когда я ее нашел, ее пытался из подвала выцарапать лотерейщик. Так как ты думаешь, можно ей правду говорить? Я думаю – можно. Она девочка сильная. Ты у нас сильная девочка? – Фарт повернулся к ребенку.

- Сильная? – Белка выглянула из-за Фарта.

- Да! Сильная! – звонко выкрикнула Василиса и тут же засмущалась.

Прислушивающиеся рейдеры вокруг одобрительно засмеялись, засвистели, захлопали в ладоши и, как один, показали Лисе большие пальцы. Чем ввергли ее просто в пучину смущения. Она жутко покраснела и спряталась у Фарта под рукой.

- Кстати, Фарт! – сказала вдруг Белка – Поздравляю тебя!

- С чем это? – подозрительно проговорил Фарт, уже чувствуя какую-то гадость.

- Теперь ты у нас крестный. – мило улыбнулась Белка.

- Какой еще в… - Фарт покосился на ребенка, который внимательно их слушал и выдохнул – крестный?!

- Что значит какой? Ты девочке имя новое дал? Дал. Значит – крестный.

- Ничего я ей не давал! Это сокращение от «Василиса».

- А не волнует. Ребята, подтвердите! Он – крестный, или нет? – обратилась она к внимательно слушающим рейдерам.

- Да! Конечно! Имя дал – по любому крестный! – раздалось со всех сторон.

- Так я ей два имени дал. – Фарт нашел лазейку – И что? Теперь я дважды крестный Советского Союза?

- А вот мы сейчас у нее и спросим, какое ей больше нравится. – захихикала белобрысая зараза.

- Видишь ли, Василиса. Ты заметила, что у всех у нас необычные имена? – обратилась она к Василисе. Девочка кивнула – Это потому что, попав в это место, имя нужно сменить. Нам, девочкам, можно оставить старое имя, или выбрать новое самой. Но Фарт, дядя Фарт. – поправилась она – Уже выбрал тебе два новых. Тебе какое больше нравится, Вася, или Лиса?

- Мне мое нравилось, можно мне его оставить? – спросил ребенок.

- Можно, тогда дядя Фарт не будет твоим крестным папой. А если станет – он должен будет о тебе заботится, присматривать за тобой. Ну, как родитель.

- Ты чего творишь, ссс... – Белка закрыла рот Фарта рукой.

- Ну так что? – спросила Белка – Оставляем старое?

- Нет. – ответила ребенок, подумав – Хочу, чтобы дядя Фарт был моим крестным папой! Тогда – Лиса.

- Ну что ж, поздравляю, крестный! – Белка победно улыбалась.

- Ну ты и ссс….

- Да-да-да-да-да. Я тебя тоже люблю.

- Вот зачем тебе это было нужно? – с досадой проговорил Фарт.

- Послушай, Фарт. – из голоса Белки исчезла вся веселость, глаза смотрели предельно серьезно – Я в Улье почти год. За это время успела убедится, что события здесь не происходят просто так. Если Улей позволил именно тебе услышать ее зов. Если он именно тебя на спасение отправил. Значит это так нужно.

- Если звезды зажигают, значит это кому-нибудь нужно. – пробормотал Фарт.

- Не ёрничай. Теперь ты в ответе за ребенка и ее дальнейшую судьбу. Может быть и меня Улей отправил с тобой в один рейд, чтобы ты не смог от нее отвертеться.

- Вы тут из Улья бога себе сотворили. Не стоит ли относится к нему попроще? – разозлился Фарт. Религию он не любил.

- Поброди по Улью. Уверена – точку зрения сменишь. – ответила Белка и добавила совсем другим тоном – Ну неужели тебе никогда не хотелось такую лапочку-дочку?

Фарту много чего было ей ответить. Но это совсем не предназначалось для детских ушей.

Так, с разговорами, они и добрались до Воскресенска. Василиса приняла живчик второй раз. Было видно, что ей этого совсем не хочется. Но половинка батончика и кружка колы перевесили отвратительный вкус «лекарства».

- Стаб! – крикнул один из рейдеров, выглянув в бойницу.

Все задвигались, начали собираться. Фарт попросил Белку помочь ему разрядить оружие и приторочить по обеим сторонам рюкзака. С рюкзаком, двумя длинностволами, да еще и девочкой, в придачу, он никак бы одной рукой не справился.

Вылез на площадку перед КПП, солнце уже клонилось к горизонту, и присвистнул. Три колонны на обратном пути снова собрались в одну и на площадке опять творилось светопреставление. К шоу добавились свежаки, испуганным стадом носясь с одного конца площадки, на другую. Заметил, как из одного грузовика достали пару носилок и перегрузили в стоящий рядом пикап. Пикап, клаксоном разгоняя толпу, рванул к воротам. Кого-то сильно порвали. Лиса завороженно рассматривала стену.

- Потеряться здесь как эээ… легко короче. – обратился Фарт к Лисе – Поэтому крепко держись за мою руку, или рюкзак. Отцепишься – не стесняйся, кричи. Поняла?

Девочка кивнула.

- Я присмотрю за ней. – Белка стояла сзади. Уже напялила свой чудовищный рюкзак и держала в руках монстробой.

- Слушай, Белка, я вот все спросить хотел, как ты, блин, с этим просто на ногах стоишь? Я уже не говорю о том, чтобы идти.

- Дары разные бывают. – хитро улыбнулась Белка.

- Ой! Ё! А куда нам за премией-то? – спохватился Фарт.

- Ха! Премию ему прям ща отсыплют. Размечтался!

- А когда?

- Дебет с кредитом сведут. Подумают. Дня три. И тогда, может быть… Но обычно, ранее чем через пять дней не суйся. Сейчас разве что, можешь только горошину, как основную плату, получить.

- Да где хоть получать-то?! – разозлился Фарт.

- А! Ты ж первак! Берешь контракт, идешь на биржу, там и получаешь.

- Спасибо. Ну а нам теперь куда?

- Что значит куда? Это-то ты должен знать. К ментатам.

- А нам зачем? Мы же не свежаки.

- А вдруг ты там иммунных убивал. – Белка покосилась на Лису – Или еще какие непотребства творил?

- Да тут народу – тьма! - Фарт хотел схватится за голову, но в единственную руку вцепилась, как клещ, Лиса – Мы до утра не пройдем!

- Не боись, в ЦК тоже не дураки сидят. – Белка намекнула на древний анекдот – Заметь, «Восточный» работает только на вход. Сейчас сюда ментатов с регистраторами нагнали – в обоих зданиях сидят, в два этажа пашут. Тем более тебя, раненного, да еще и отца-героина. – она хихикнула – И так, без очереди пустят.

Фарт злобно сверкнул глазами.

- В какое здание пойдем? – спросила Белка.

- В… - Фарт запнулся – А пускай дитё решит.

- Давай. – кивнула Белка, принимая игру – Дитё, решай! В какой мы вход пойдем? Левый, или правый?

Лиса растерянно переводила взгляд на два абсолютно одинаковых здания.

- Ты считалочку какую знаешь? Вот и посчитай. – посоветовал Фарт, видя затруднения девочки.

- Вышел ежик из тумана… - начал ребенок, поочередно тыкая пальцами в здания.

В итоге вышел правый вход. Пошли гурьбой туда. Фарт с Лисой впереди, Белка сзади контролировала, чтобы девочка не потерялась. Зашли. Показали охраннику разряженные стволы. Коридор, пустой в обычное время, сейчас бурлил. Белка посоветовала идти на второй этаж. Там было посвободнее. Прибились к кучке рейдеров. Фарт отнекался от того, чтобы пойти без очереди и довольно быстро, уже минут через пятнадцать, запустили Белку первой. Через минуту та вышла и в кабинет зашел Фарт с Лисой. Канцелярский кабинет. Канцелярского вида чиновница. Незнакомая.

- Кого первого? – спросила она, не возмущаясь, что зашли двое.

- Давайте меня. – сказал Фарт.

- Давайте. Имя?

- Фарт.

- Были на операции в Ольгинке?

- Да.

- Убивали иммунных?

- Нет.

- Ээээ… - дама покосилась на Лису, пытаясь сформулировать вопрос про изнасилование, но выкрутилась – Причиняли иммунным какой либо вред?

- К некоторым приходилось применять силу, ради их спасения. – Фарт вспомнил, как они гонялись по квартире за бухим мужиком – Ради собственной выгоды, или наслаждения – нет. – Фарт тоже выкрутился.

Ответив еще на пару вопросов, он уступил место Лисе. Ментат при таком клиенте разулыбалась и превратилась из канцелярской крысы в обычную женщину.

- Я так понимаю, свежая? – спросила она, доставая бланк.

- Ага. – ответил Фарт. – Лиса, сейчас тетя начнет тебя спрашивать. Отвечай только правду.

- Хорошо. – кивнула девочка.

- Как тебя зовут, деточка?

- Василиса.

- Стоп! - вмешался Фарт. Ментат зыркнула на него, снова превращаясь в канцелярскую крысу – Лиса, у тебя же новое имя.

- Ой, извините. Меня Лиса зовут. С ударением на «и». – уточнила она – Не привыкла еще.

- Кто крестный? – и снова метаморфоза в милую женщину. Фарт только диву дался.

- Он. – Лиса ткнула в Фарта пальцем.

- Тебя как-нибудь обижали, после того как наши спасатели тебя нашли?

- Какие спасатели? – удивился ребенок. «Началось.» - злорадно подумал Фарт – «Ну-с, мисс «Сухарь», как будем выкручиваться?»

- То есть как, «Какие»? А тебя разве не спасатели спасли? – растерялась ментат.

- Нет.

- Ты сама пришла?

- Нет. Меня дядя Фарт привез.

- Ага. – ментат бросила на Фарта еще один взгляд, но уже в крысу не превратилась.

- Вот когда тебя дядя Фарт нашел и до сих пор тебя никто не обижал?

- Нет. Только… - девочка задумалась. Фарт с ментатом напряглись – Лекарство горькое пить заставляли. То есть, просили. Два раза! – наябедничал вредный ребенок – Зато потом шоколадкой кормили!

- Что за лекарство? – и вновь крыса. Хотя нет. Уже оскалившийся доберман.

- Споровое голодание началось. Дали живчика. – спокойно ответил Фарт.

- А почему детского не дали?

- А что, и такой есть?!

- Есть! Так почему детского не дали?

- Вы знаете, уважаемая, вот как-то среди рейдеров фанатов детского питания не нашлось. Вы уж извините… - у Фарта начала болеть рука и его стал раздражать этот допрос.

- А почему она вместе с рейдерами ехала, а не вместе со свежаками?

- Я не понял, дамочка! – Фарт подпустил в голос металл – Перед вами клиент сидит. Его и спрашивайте. Что за допрос?

Ментат пару секунд буравила его глазами, затем опять обратилась к девочке:

- А почему ты ехала с… - она запнулась – Не поехала с другими спасенными? С такими же как ты. Тебе не предлагали?

- Предлагали. Я не хотела с ними ехать.

- Почему?

- Потому что дядя Фарт ехал в другой машине. А я хотела с ним поехать.

- А почему именно с дядей Фартом? – ментат опять недобро зыркнула на него. «Что она там себе вообразила?!» - совсем уж разозлился Фарт.

- Потому что дядя Фарт меня спас! Чудовище убил! Руку поранил! А там все чужие. Вот!

- Что за чудовище? – вновь потеплевшим взглядом ментат одарила Фарта.

- Не твое дело! – ответил вконец обозленный Фарт – Есть подозрение? Вызывай СБ! Там будем разбираться. Нет? Снимай с ребенка ментограмму и отпускай!

- Поучи еще меня работать! – вновь окрысилась ментат.

Фарт не ответил раздумывая, пора звонить Скрипачу, или у этой крысы профессиональный долг все-таки возьмет верх над материнским инстинктом.

Все-таки, профессиональный долг возобладал. Фарт выскочил от ментата пыхтя от злости.

- Чего так долго? Что у вас там произошло? Вопли аж через закрытую дверь было слышно. – подскочила к ним Белка.

- Да эта пи… - Фарт покосился на Лису. Таким Макаром он скоро матом ругаться разучится – Кому-то, вместо того, чтобы нормально работать, захотелось в следователя поиграть.

- Это я виновата? – Лиса смотрела жалостливыми глазами.

- Нет, дитя, ты то, как раз все правильно делала. Просто тетя нехорошая попалась. Где эти гребанные регистраторы? Если и там начнут мозги еб… Да блин! Короче! Удав у меня в кобуре, патрон в стволе!

- Я с вами пойду! – решительно заявила Белка.

- Да шучу я! Не такой я идиот… Пошли к регистраторам.

Оставили Белку в коридоре с рюкзаком. Нагло обошли очередь к регистратору. Зашли внутрь. Знакомый парень, тот который регистрировал Фарта, лишь покосился на них, но ничего не сказал. Толи увидел состояние Фарта. Толи вспомнил, что его начальник СБ приводил. Отпустив своего клиента, быстро и без вопросов произвел все процедуры. За что получил от Фарта искреннее «Спасибо».

Наконец троица вывалилась внутри стен.

- Ну что, пора прощаться? – сказала Белка – Давай телефонами обменяемся?

- Без проблем. Только в сторонку отойдем, чтоб под ногами не мешаться.

Обменялись номерами.

- Ты, вообще, где обитаешь-то? – спросила Белка.

- Вообще, гостиница «Хаус». Но Лису я туда не поведу, конечно. – быстро добавил Фарт увидев, как у Белки возмущенно поднимаются брови и уже открывается рот – Сейчас мы к Року пойдем. К знахарю. Там частный дом.

- А он где находится?

- А тебе зачем? Контролировать будешь?

- Конечно! Ты, давай, не увиливай. Рассказывай! – Фарт объяснил, как добраться до Рока и показал на карте, из Лисиного буклета.

- Ладно, давай Белка. Время для ребенка уже позднее, а нам еще туда дойти надо.

- Не вздумай обижать ребенка, Фарт. Приду – проверю. – она присела перед Лисой на корточки – Если этот злой дядя будет тебя обижать, ты мне все расскажешь, когда я приду. Хорошо?

- Дядя Фарт – хороший! – не согласилась Лиса.

- Вот всю дорогу ехал и думал - как бы ее обидеть. – буркнул Фарт.

- Ладно, пока вам! Не теряйтесь! – Белка подняла с пола свой чудовищный рюкзак, водрузила на узенькие плечики. Подхватила винтовку и потопала по улице.

Фарт только головой покачал вслед. Нашел номер Рока в телефоне. Набрал.

- Алло! Привет, Рок!

- Здоров, Фарт! Вернулся?

- Ага. Ты ща не очень занят?

- Да нет. А что хотел?

- Да вот, хотел подойти к тебе с подругой. И с ночевкой. Не стесним?

- Вот завидую я тебе Фарт! Поехал в первый рейд и уже себе бабу притащил. А почему ко мне с ночевкой? Веди к себе, мешать никто не будет.

- Если я ее к себе в номер, на ночь, притащу – меня на следующий день выгонят.

- Ого! Что ж там за баба-то? – хохотнул Рок – Надеюсь, не ручную лотерейщицу приволок?

- Хуже, Рок. – вздохнул Фарт – Гораздо хуже.

- Я весь в предвкушении от знакомства.

- Никуда не собирался? А то может мы не вовремя?

- Не-не-не. Теперь точно буду ждать.

- Ну тогда жди. А! Стоп!

- Что?

- У тебя коньяк дома есть? Или захватить по дороге? И на стол чего выставить. В смысле – пожрать.

- Для такого случая – самое лучшее найду.

- Ну тогда давай!

- Давай!

Фарт нажал «отбой».

- Ну что, мелкая, пойдем знакомится с моим товарищем? – он посмотрел на Лису.

- Пошли. – согласилась та.

Фарт взвалил рюкзак со стволами на плечо, протянул руку Лисе, и они зашагали по улицам.

Проходя мимо очередного магазина со снарягой Фарт вдруг произнес:

- Вот я старый маразматик! Как же мог забыть! Скорректируем маршрут! – и они направились к магазину «Корзина – три спорана».

Добрались до магазина. Зашли внутрь. Все как в первое посещение. Продавец-охранник-хозяин сидел за ноутбуком и смотрел фильм. По залу шныряла парочка посетителей. Хотя отличия были. Появление Лисы сразу же привлекло к ним внимание.

- Какая прелесть! – расплылся в улыбке продавец.

«Да тут рай для детей.» - подумал Фарт – «Видать, из-за редкости, их тут все любят. Правда, как я слышал, некоторые в прямом смысле. Урроды.» - поправил он себя.

- Уважаемый! – Фарт переключил внимание продавца на себя – А у вас не найдется для этой прелести чего-нибудь надеть?

Тот задумчиво окинул Лису взглядом и отрицательно покачал головой.

- Совсем ничего? – растерялся Фарт – Хотя бы на один-два дня. Хотя бы нижнее белье. Трусики там, маечки. Может быть в других магазинах есть?

- К сожалению, в стабе ты ничего не найдешь в магазинах. Только на взрослых. – продавец задумался – Но выход есть! Секунду.

Он достал свой сотовый и набрал номер:

- Ало! Привет, Жозель. Привет, дорогая… Да… Да… И тебя… - и так еще минуты три, затем – Послушай Жозель, чего звонил-то, твоя девочка, вроде, уже подросла немного? … Да ты что?!... Да я не… Да блин! Женщина! Послушай, наконец, меня!!! У меня тут стоит рейдер с малышкой. Хотел приодеться немного. А в стабе, сама знаешь, в магазинах только взрослое все. Как? Сколько лет малышке? – это уже Фарту.

- Кстати, а сколько тебе лет? – спросил Фарт Лису.

- Девять. – пискнула та.

- Девять. – Фарт отфутболил ответ продавцу.

- Говорит – девять. – передал продавец – Девять-десять? Нууу, не знаю… Я бы сказал – восемь-девять. Уж очень она дохленькая.

- Я не дохленькая. – пробурчала Лиса себе под нос, насупившись – Я – стройненькая.

- И скромненькая. – Фарт заржал в голос.

- Как зовут? – спросил продавец.

- Лиса. – ответил Фарт.

- Да не ее, тебя!

- А, Фарт.

- Фарт, говорит… Да ты их сразу узнаешь. Как будто у нас пол стаба с маленькими девочками и руками на перевязи ходят. Соберешь? Ну тогда отправляю. Спасибо! Короче! – продавец сбросил вызов и обратился к Фарту – Сейчас дуешь на Яблоневую улицу, дом пятнадцать. Там тебя будет ждать девушка. Имя – Жозель. Вот она и поможет с вещами на первое время.

- Даже не знаю, удобно ли? – засомневался Фарт. Как он понял из разговора, продавец позвонил знакомой, у которого тоже была девочка и попросил помочь.

- Удобно-удобно, даже не сомневайся. Парень, здесь настолько редко можно жив… детей встретить, что они считаются настоящей ценностью. И им все рады помочь. Так что давай, топай. А то уже темнеет. Ребенка скоро спать ложить надо.

- Огромное вам спасибо! – ответил Фарт.

- Спасибо! – пискнула Лиса.

- Заботливые все какие… – пробурчала она же, когда они покинули магазин. Фарт в изумлении посмотрел на нее. Не… Ее срочно надо к Року. Или просто отходняк от тяжелого дня и жутких впечатлений? Все равно – к Року.

У пятнадцатого дома на Яблоневой улице их уже поджидала женщина в рейдерском прикиде и с пакетом в руках. Увидев их издалека, она энергично зашагала на встречу. Достигнув цели она, не обращая внимания на Фарта, резко присела перед Лисой.

- Уй-ти какая миленькая! А худенькая! Как тебя зовут, моя прелесть?

Не ожидавшая подобного напора Лиса спряталась за спину Фарта.

- И пугливая. – она встала на ноги и протянула руку Фарту – Фарт, я полагаю?

- А вы – Жозель? – Фарт пожал протянутую ладонь. Рукопожатие оказалось по-мужски крепким – Очень приятно.

- Взаимно. И заканчивай «выкать», чай не на балу. Держи. – она протянула Фарту пакет – Я тут насобирала кое-чего. На первое время.

- Спасибо! Мне и надо на первое только. Сегодня только с рейда и не подумал. Да и некогда было, колонна уже уходила. – начал оправдываться Фарт - Да и ... – он показал глазами на левую руку.

- Перестань! Детей мало и мы, родители, должны помогать друг-другу. И так понятно, что вы только-что с Ольгинки пришли.

- Сколько с меня?

- Обидеть хочешь?

- Даже и не думал… Давай так – завтра вряд ли, а послезавтра, наверное, пойду в рейд, специально за всяким детским. Как я понял, у тебя тоже девчонка. Накидай на бумагу что тебе нужно – я захвачу.

- Я и без тебя в рейд сходить могу, герой. – Жозель усмехнулась – А вот то, что за детским пойдешь – это правильно. Подойдешь завтра после обеда, подскажу куда можно сходить и что ей нужно выбрать. И по размеру, и по вещам. Вижу, что опыта у тебя – ноль. А сейчас – веди малышку спать. Она уставшая у тебя – ужас.

- Ну так, чай не отсыпалась до обеда. – ответил уязвленный Фарт.

- Понятно дело. Сама в этот рейд раз пять ходила. Помню какой там ад. Давай номерами обменяемся и – домой.

- Спасибо еще раз! Лиса?

- Спасибо! – пискнул ребенок, но из-за спины Фарта не показался.


Пропетляв по стабу, они наконец подошли к дому Рока. После того как вернулся Сивый, Рок снял себе отдельный большой дом. Как положено знахарю – с хорошим подвалом. Знахари поделили зоны влияния, договорились что демпинговать не будут и зажили припеваючи. Стаб был большой, и они абсолютно друг с другом не конкурировали. Тем более, как понял Фарт, специализация у них была немного разная. Хотя врачевать могли оба. После стука дверь поспешно распахнулась, такое впечатление что Рок сидел под дверью. А может так оно и было. И на пороге возник сам Рок с дежурной улыбкой на лице.

Увидев Фарта с рукой на перевязи, улыбающееся лицо Рока сразу сменилось на озабоченное. А увидев Лису – на удивленное. Фарт еще никогда не видел, что бы у человека лицо за две секунды менялось так быстро и аж три раза.

- Эээ… - Рок прочистил горло – Это и есть твоя подруга, я полагаю?

- Она самая. - кивнул Фарт – Знакомьтесь. Лиса – это дядя Рок. Дя… Тьфу! Рок – это Лиса.

- Здрасти. – пропищала Лиса, с интересом рассматривая Рока.

- Привет! – Рок ответил взаимностью.

- Может в дом пустишь, все-таки? Или так и будем, на пороге, в гляделки играть? – буркнул Фарт. Рука начала дергать сильнее и чаще.

- Ой! Конечно! Проходите! – засуетился Рок.

Они прошли в дом. Лиса с интересом огляделась, скинула кроссовки и спросила:

- А можно в туалет?

- Пойдем, покажу. – Рок увел ребенка в коридор.

Фарт с удовольствием скинул осточертевший рюкзак со стволами. Аккуратно, расстегнув боковые и плечевые крепления слева, стянул нагрудник и замер над дилеммой – стоит ли снимать ботинки? Полтора суток в них. И не лежал, а активно двигался. Ребенка не отравит?

- Что с рукой? – в прихожую ворвался Рок.

- Ерунда, с лотерейщиком поздоровался. Обезболить можешь? Дергает. – Фарт поморщился.

- А чего не лечить? Пошли на кухню.

- Слушай, я боты снимать не буду? Боюсь ребенка потравить. – спросил Фарт. Рок махнул рукой – А не лечить… Погоди пока. Сначала посмотри, что с Лисой.

На кухне красовался стол, накрытый для легкого вечера: салатики, нарезка, маринады, нарезанный лимон на блюдечке. Посередине стояла бутылка Hennessy Ellipse. «Бестолочь!» - подумал Фарт – «Кто же такой коньяк закусывает? И из рюмок, даже красивых, пьет?!».

- А что с ней не так? – Рок усадил Фарта на стул и водил над бинтом руками – Поздравляю! Перелом со смещением, но зафиксировали грамотно. Плюс мышцы на руке. Два дня на лечение.

- Ты же раньше такие переломы за ночь сращивал. А с Лисой ты мне сам скажи, что не так. Дар у нее открылся, или просто какая-то своя энергетика.

- Дааар? Она же свежак.

- Еще вчера засыпала в своем мире. – заверил Фарт.

- Интерееесно… А что было?

- Я знал, что ты заинтересуешься, поэтому и привел ее. А что было – долго рассказывать. Ребенка спать уложим – вот и…

- Готово! – сказал Рок – Блокада на сутки. И я тебе только кости за ночь сращивал. А тут, считай, что мышц и нету.

Раздался приглушенный шум спускаемой воды. На пороге появилась Лиса. Посмотрела на накрытый стол голодными глазами.

- Кушать хочешь? – спросил Фарт. Девочка часто закивала головой – Ну иди…

- Ты что?! – вскричал Рок – Ребенку желудок хочешь испортить?!

Двинувшаяся, было, Лиса в испуге остановилась на пороге. Рок коршуном заметался по кухне. Открыл холодильник. Занырнул туда чуть ли не на половину. Достал стопку пищевых контейнеров. Разложил на столешнице, возле плиты. В тумбочке над раковиной достал тарелку. Из контейнеров набросал туда огромную порцию пюре и добавил три гигантские котлеты на пару. Закинул тарелку в микроволновку и включил ее.

Пока Рок метался у холодильника, Фарт втихаря стянул со стола нарезанный кусочек варено-копченой грудинки и протянул Лисе. Та, хитро блеснув глазами, сцапала вкусняшку и тут же засунула в рот. Так Фарт еще с племянниками развлекался, пока мама, сестра Фарта, что-то им жутко полезное выготавливала. И ничего. Никто от язвы желудка не страдает. Зато дядя Сергей был у племянников самым любимым.

- Вот! – Рок поставил на стол исходящую паром тарелку – Садись, девочка. Кушай.

Порция в тарелке была такая, что хватило бы накормить двух Фартов и еще бы осталось.

- Пошли в комнату, не будем смущать ребенка. – Рок прихватил со стола бутылку коньяка и две рюмки.

Фарт отобрал у него рюмки, залез в шкафчик, достал коньячные бокалы и, захватив шоколад, отправился за Роком.

- Рок. – произнес он, входя в комнату – Тебе говорили, что ты – варвар? Ты хоть знаешь, сколько этот коньяк стоит?

- Знаю. – меланхолично ответил Рок – Отгрызенную ногу он стоит.

- В смысле? – опешил Фарт.

- Ну… Как мы не пытаемся отринуть связь со старой Землей, инерция мышления велика. За лечение доктора надо отблагодарить. Даже если лечение – платное. – пояснил Рок.

- Аааа, а я уж думал ты за еду работаешь.

- У меня дома такая же осталась. – печально вздохнул Рок.

- Бутылка коньяка?

- Дочка, Фарт. Чуть постарше. Четырнадцать ей было, когда я провалился.

- А…

- Семьи рядом не было. Уехали на море. Повезло.

- Повезло. – Фарт понял, что ничего не знает о Роке. Не принято тут особо душу теребить.

Помолчали, потягивая коньяк.

- Слушай! – ожил Рок – А нафиг ты про коньяк спрашивал, если ты с ребенком пришел?

- Живчик хотел себе сделать. – улыбнулся Фарт – А то свой закончился, выдали на водке. А я его пить не могу… Воротит. Не, если от спорового голодания загибаться буду – то выпью, не вопрос. Но когда есть выбор, зачем пить дерьмо? Но этот на живчик переводить – кощунство.

- А что с ним не так? – Рок поднял бокал к потолку, рассматривая его на свет лампочки.

- Ах! Ап! Ах! – Фарт задохнулся от негодования – Что с ним не так?! Да это!!!

- Все равно я в них ничего не понимаю. – махнул рукой Рок – Так что, можешь делать.

- Варвар ты, Рок! Тебе бы только самогонку на свекле, с мужиками, в колхозном гараже хлестать!

- Не напоминай! – передернулся Рок – Не нравится этот – возьми другой. У меня их полно.

- Не нравится?! Ты хочешь, чтобы у меня инфаркт был?!

- Тут Улей, Фарт. Тут инфарктов не бывает.

- Ладно, закроем тему, а то сейчас будет первый, в истории Улья. Ты мне лучше вот что скажи. Есть какой-то особый, детский живчик?

- Ну да, а ты не знал? Подожди… Вы пересекли пару кластеров и у нее должно было быть первое споровое голодание, плюс откат. Вы что, ее обычным поили?

- Никто из тех, кто был в машине, про детский не знал. Да и что? Надо было смотреть как она загибается?

- Изверги! Ну хоть разбавили?

- Нет. Никто не видел, чтобы разбавляли.

- Идиоты! Вы чуть ребенка не угробили!

- Ша! Ребенок здоров, весел, сидит вон – тебя объедает. Устал только.

- Сколько хоть дали? – Рок безнадежно махнул рукой.

- Сто грамм. В два захода. Зато на коньяке. И запивку с закуской сразу.

- Ну хорошо хоть сразу пол литра не влили. Спасатели херовы.

- Пошли посмотрим, что она там делает. А то что-то притихла. А когда ребенок один и в комнате тихо – это не к добру.

Они прошли на кухню и застали умилительную картину. Лиса спала, прислонившись боком к спинке стула.

- Совсем уморилась девочка. – произнес Рок шёпотом – Я сейчас ей постелю, а ты принеси.

- Стой… Сначала посмотри ее. – также шепотом ответил Фарт.

- Давай завтра!

- Сейчас. – уперся Фарт.

- Ты больной? Ребенок устал, спит.

- Для того, чтобы ее посмотреть, тебе надо ее разбудить? Так я сделаю…

- Что ты там хочешь увидеть?!

- Вот ты и посмотришь. Только тщательно все посмотришь. Не на отъебись. И мне все расскажешь.

- Изверг!

- Да хоть сам Люцифер! Смотри давай!

Рок минут пятнадцать осторожно кружил вокруг Лисы, плавно поводя руками.

- Ничего. – в конце концов выдал он вердикт – Обычный имунный ребенок.

- Совсем ничего?

- Почки слабенькие, а так – все обычно.

- Ни даров, ни особых энергий?

- Да чего ты к ней прицепился? Какие дары в первый день?! Какие энергии?!

Фарт не ответил, задумчиво покусывая нижнюю губу.

- Эй! Ну так мы идем стелить?

- А? Да. – очнулся Фарт – Только как я ее попру одной рукой – ты подумал? Так что пошли, я тобой командовать буду. А ты все делать будешь сам.

Они прошли в спальню. После короткой, но бурной дискуссии, все-таки накрыли софу простым покрывалом и бросили на нее подушку, и еще одно покрывало. Рок собирался отдать свою постель. Но Фарт уперся. Девочка грязная, одетая, самостоятельно он ее раздевать не собирался, а будить из-за душа и переодевания было жалко. В конце концов Рок сдался логике, и он же перенес ребенка на софу. Та только почмокала во сне и свернулась калачиком. Оба немного постояли над ней, потом Фарт дернул Рока за руку, и они ушли на кухню, неплотно прикрыв дверь.

- Ну а теперь рассказывай – потребовал Рок.

И Фарт начал подробный рассказ, с момента как он услышал первый раз ее зов.



- Нет!!! Нет, нет, нет и еще раз – нет!!! Ты охренел, Фарт?! Ты соображаешь вообще, что ты предлагаешь?!

Фарт предлагал скормить Лисе жемчужину, пока у нее не проклюнулся дар.

- А если она нимфой будет? Сразу же, мощнейшей нимфой! Да даже слабеньких нимф в некоторых стабах стреляют, когда узнают! А в крупные не пускают. А тут – малолетняя нимфа с мощным даром сразу!

- Ты же сам говорил, что детям до шестнадцати дар не активируют. Вот и не активируй.

- Да он сам, бля, может активироваться в стрессовой ситуации! А она через год-другой перейдет в переходной период… А это – сплошной стресс, тем более, для девочки.

- Что-то я тут тринадцатилетних подростков не наблюдаю, которые от стресса стаб разносят.

- Потому что им горох не дают! Да пофиг нимфа! Пиротик, или кинетик. Не захочет уроки делать, ты будешь настаивать – она тебя по стене размажет! Тонким слоем! Легче будет заштукатурить!

- Ну а вдруг ксером? Прикинь?

- И что она ксерить будет своими ручонками и мозгом? Сережки в виде сердечек?

- Короче! Я – ее крестный. Я принял решение. И сделаю это с тобой, или без тебя! Но!!! Если без твоего пригляда она превратится в кваза. Маленького такого квазика. Горбатого и уродливого. Виноват будешь ты!

- Какой же ты, бля, упертый, Фарт!

- Конечно, я ведь баран по гороскопу.

- Кто?!

- Овен. – пояснил Фарт.

- Овно́ ты, а не Овен. – устало произнес Рок – Ладно, доставай свою жемчужину.

- Банк до скольки работает?

- Круглосуточно. – буркнул Рок – Погоди, она у тебя в банке? Блин… Мог и промолчать.

- Ну и что бы это изменило? Завтра бы сходил.

- Вот и сходи завтра. – уцепился за эту идею Рок – А пока ляг, поспи, может одумаешься. Утро вечера оно мудренее.

- Нет. Собирайся, пойдем.

- Я-то тебе зачем?

- Ты ее параметры запомнил? Я помню, как Геббельс из нескольких жемчужин выбирал наиболее подходящую. Также сможешь?

- Так у тебя еще и не одна? Богатенький Буратино.

- Ну да, три штучки. Наследие Геббельса. Что, думаешь уже как бы грохнуть за жемчуг?

- Думаю, как бы грохнуть за ребенка. – огрызнулся Рок.

- Харэ бухтеть, пошли.

- У нас там, вообще-то, ребенок спит.

- Ну поколдуй над ней, чтобы спала глубоко и до утра не просыпалась. Чай она на ночь не пила, не успела. Так что описаться не должна, пока не вернемся. А потом все равно на три секунды разбудим.

- Может, до утра?

- А ребенка куда девать с утра? Пошли!

Рок тяжко вздохнул, с явной неохотой встав со стула. Прошел к Лисе, немного постоял над ней с протянутыми руками. Вернулся.

- Все, будет спать крепко. Пошли, шизанутый.

- Ты параметры, или как там это называется у вас, шарлатанов, запомнил?

- Запомнил. И не лезь в высокие материи.

Они тихонько выскользнули за дверь.

На стук в дверь банка им открыл заспанный Воробей.

- Прошу прощения за столь поздний визит. Но обстоятельства дела не требует отлагательств. – витиевато извинился Фарт.

- Ну что вы! – Воробей запустил их внутрь и запер дверь – Мы ведь работаем круглосуточно. Что вы хотели?

- Доступ к ячейке.

- Пройдемте. А… – он глазами указал Рока.

- А он со мной.

Они спустились в хранилище. Открыли с Воробьем ячейку и тот покинул товарищей, оставив их наедине.

- Что смотришь? – спросил Фарт – Я инвалид, у меня ручка болит. Доставай.

Рок достал ящик, открыл его, вынул контейнер. Откинул крышку и застыл, не сводя глаз с содержимого.

- Рооооок… Эй Рок. – тихонько позвал Фарт, после пятиминутного ступора - Рок!!! Ебтваюмать!

- Три штучки, говоришь? – вздрогнув, наконец отмер Рок.

- Ну чуть побольше. Что, появился соблазн грохнуть?

- Если честно – то да. Но не буду.

- Почему?

- Потому что человек. Хотя кого я обманываю? Ты для меня живой бо́льшую ценность представляешь.

- Смотри, тут же на всю жизнь хватит, на вечную жизнь, в самом богатом стабе…

- Не соблазняй. – буркнул Рок – А то передумаю.

- Надеюсь ты понимаешь, что если хоть краем языка, даже среди своих, хоть шепотом под одеялом сболтнешь – и твоим мечтам о высшей лиге знахарей – хана? Так как подопытному, за такой куш, мигом голову отвинтят.

- Не дурак. Ну что? Выбираем? Не передумал?

- Не передумал. Я чувствую – так надо. А чувствам в Улье надо доверять. Выбирай Рок.

Уже по известному алгоритму Рок нашел жемчужину, максимально подходящую для Лисы.

- Хм. Красная. – сказал он, задумчиво крутя в руках аленький шарик. – Ладно, держи и возвращаемся.

- Не торопись Рок. А теперь – выбирай для себя.

- Зачем?

- Ну, наверное, для того, чтобы съесть?

- В смысле – за что?

- Это плата. Плата, во-первых, за молчание.

- Да я и так бы…

- Подожди, во-вторых – за Лису.

- А она тут при чем?

- А еще я чувствую, что мне вскоре придется надолго уехать. Не спрашивай – куда. Не знаю. Лису я не хочу бросать на кого попало. Я ей крестный, и Улей такого не простит, как я понял. А ты себя показал неплохим отцом сегодня. – Фарт улыбнулся – Ишь как всполошился, когда ее нездоровой пищей пытался покормить. Кроме того, опыт общения с ребенком у тебя есть. Да и сам посуди. Что может быть безопаснее наставника-знахаря для ребенка? Стаб не покидаете, в отличии от рейдеров. Как только угрозу стабу чуете – сразу на лыжи становитесь. Эмоциональные всплески, в пубертатном периоде, своим шаманством можете гасить. Шарлатаны. Да и что мне с этим жемчугом делать? Чахнуть над ним? Мы с тобой уже выяснили что и горох, и, тем более, жемчуг, в ближайшее время мне противопоказан. Расплачиваться им? Так я даже одну жемчужину через тебя продавал, вспомни. Если хоть кто узнает о наличии у меня жемчуга – всё. Отнимут вместе с жизнью. Даже эти непогрешимые отцы-основатели стаба. Так что выбирай себе жемчужину и пошли домой. Нас там еще ребенок ждет.

- Спасибо за теплые слова, Фарт. Был бы бабой – расплакался. – сказал Рок дрогнувшим голосом.

Он снова поделил жемчуг. Нашел свою, единственную.

- Хм. – хмыкнул Рок – Черная, надо же. Даже обидно.

Быстро сунув в рот жемчужину Рок запил ее живчиком из фляги. Собрав назад ячейку, они позвали Воробья. Закрыли ячейку, покинули банк и в темпе вернулись домой.

- Давай, Рок. Буди Лису. Только так, чтобы она полусонная была. Живчиком запивать обязательно?

- Да можно так глотать. Хотя лучше запить. Можно и водой. Все, аккуратненько буди ее. Только посади.

- И как я тебе одной рукой буду ее сажать и жемчужину давать? Умник… Сам ее сажай!

Переругиваясь друзья, теперь уже друзья, посадили спящую Лису.

- Лисеенок! – тихонько позвал Фарт – Лисенок, открой ротик, получишь вкусняшку.

Лиса послушно приоткрыла рот.

- А теперь глотай. А теперь водички попей. В животике потеплело?

Лиса пару раз кивнула головой, не открывай глаз.

- Вот и умничка. Спи дальше, золотце.

Они уложили ребенка и тихо вышли из комнаты.

Глава 15

Проснулся Фарт от бубнежа за стеной довольно поздно. Часов десять точно было. Что, в принципе, и не удивительно. По кроватям они с Роком разошлись перед рассветом. Хорошо, что ума хватило бутылку коньяка не добивать. Но наговорились от души, язык до сих пор болит. Да и сутки до этого не отсыпался, чай. Вот усталость, даже для нынешнего организма Фарта, и накопилась.

Спать он пошел в комнатку рядом с приемной Рока, на какую-то кушетку. Раздеваться и стелиться не стал. «По-походному», так сказать. Единственное что сделал – ноги помыл, да носки выкинул, предварительно герметично запаковав.

Бубнеж раздавался как раз из приемной – у Рока посетители. «Вот!» - подумал Фарт – «Нормальные люди с утра уже денежку зарабатывают. А ты как был лентяем, так и остался». Всунул ноги в предоставленные накануне тапочки. Отхлебнул утренний аперитив – живчик. Он таки стянул вчера у Рока еще одну бутылку коньяка и набодяжил себе целых полтора литра. Зевая и почесываясь в разных местах, пошел совершать утренний моцион.

- Не, это не дело! – пробормотал Фарт, выйдя из санузла посвежевший и раздраженный – Надо на Рока насесть. Пускай срочно руку чинит.
Отсутствие функционала одной руки человеку, привыкшему пользоваться двумя, доставило определенные проблемы в бытовом плане. Он даже штаны нормально натянуть не смог. И это его изрядно раздражало.

Рок еще не освободился. Фарт заглянул в спальню. Лиса нагло дрыхла, умудрившись своим маленьким тельцем раскидаться по всей, довольно-таки большой, софе. Устала она вчера, все-таки, сильно. Прошел на кухню. Щелкнул электрочайником. Секунду подумал и решил, что с утра будет неплохо выпить кофе. Кофемашины, конечно, у Рока не было, но обойдемся и растворимым. Полез по полкам искать напиток. Открыв навесную и уперся носом в ряды различных пищевых консервантов. Кофе стояло выше. Даже Фарту, с его немаленьким ростом, пришлось тянуться. Улыбнулся, вспомнив старенькую американскую комедию «Убрать перископ». Эпизод, когда старпом, роль которого сыграл Роб Шнайдер, распекал кока за то, что тот неправильно расставляет банки на камбузе:

«- Чечевица! Ты что делаешь мать твою?!

- Раскладываю консервы, сэр!

- Ты полный идиот, Чечевица! Потому что ты раскладываешь консервы, как идиот. Что в этих банках, Чечевица?

- Это кофе, а это свиное сало, сэр!

- И чем, по-твоему, мы будем пользоваться чаще? Кофе, или свиным салом? Ты думаешь, мы будем вставать утром с постели и выпивать чашечку крепкого, горячего, ароматного свиного сала?!

- Зависит от обстоятельств, сэр. Если утро холодное…

- Идиот! Кретин!! Ты – жопа с ушами, Чечевица!!!»

Фарт отступил на шаг, рассматривая ассортимент. Тот был богат. Он сначала искал что-то знакомое. Потом подумал – какого хрена? Чего он цепляется за старое? Тут же мультиверсум. По идее, с каждой новой перезагрузкой, вкус у одной и той же банки кофе должен быть другой. Хотя, кого он обманывает? В кофе Фарт разбирался также, как Рок в коньяке. Прицелившись одним глазом, нашел банку со знакомыми словами «Кофе» и «Арабика» на синей этикетке. Достал. Убедился по комиксу на задней стороне этикетки, что это именно растворимый, а не для варки. Блин! Опять эта однорукость. Чтобы открыть плотно закрытую крышку, пришлось садится на стул и зажимать банку между ног. Замечательно! Тут еще и мембрана. Банка совсем новая. С третьей попытки отодрал мембрану – отлично приклеили. Бросил в чашку сахар, кофе. По старой привычке полез в холодильник за молоком. Ну конечно же, как он мог забыть? Тут же, в Улье, коровы почти у каждого во дворе! И пастеризованного нет. Сплюнул с досады и полез искать хотя бы порошковые сливки. Перерыл все ящики – не нашел. Жаль. Он привык пить кофе хоть чем-то подбеленный. Ну и хрен с ним. И черный сойдет. Залил кипятком. Осторожно попробовал… Ну, кофе как кофе. Как в том анекдоте: «Сало оно и е сало. Чого ёого пробовать».

- О! Кофейничаешь с утра? Хорошее дело. – в кухню зашел Рок, закончивший с пациентами – Что тут? «Утренняя звезда»? Отличный выбор!

- Что ты светишься с утра, как майская роза? – подозрительно спросил Фарт – И ты что, в сортах говна, то есть я хотел сказать, кофе разбираешься?

- Так утро неплохое. И уже кое-что заработал! И да, в кофе я разбираюсь. Ты, я смотрю тоже, раз такой выбрал. И ведь не поленился на верх за ним лезть.

- Я в нем разбираюсь, как свинья в колбасных обрезках. А взял лишь потому, что знакомые слова увидел. И нахрена ты его на самую верхотуру запрятал?

- То есть? – удивился Рок- Тебе все равно что пить?

- Ну да, а что?

- А чего тогда обычный не взял?

- А он у тебя есть, обычный-то? Я там высматривал, высматривал – не нашел. И чего он у тебя так неудобно стоит?

- Блин! Да потому что это редкие сорта, даже для Улья! Обычный у меня вот! – Рок открыл нижнюю створку шкафа. Там стояли привычные Фарту банки Нескафе.

- Предупреждать надо. В этой секции хозяйки кастрюли с гречкой хранят.

- Вот ты… блин!!!

- Кофе – коньяк – 1:1 – хохотнул Фарт – Кстати, а сливки, или молоко, хоть порошковые у тебя есть?

- Такой кофе, еще и сливками портить? Да ты, деревня, туда еще небось и сахара насыпал? – Рок пошел к холодильнику и достал оттуда пакет порошковых сливок.

- Насыпал. – согласился Фарт, наблюдая за его манипуляциями – Рок, я всегда знал, что ты эксцентричен, но вот объясни мне, деревне, нахрена хранить продукты длительного хранения в холодильнике?

- Ай! – Рок махнул рукой – Все равно не поймешь.

- И то верно. – Фарт кивнул – Нечего зря воздух сотрясать. За кофе – извини. Буду теперь, за стенами, что-нибудь такое тебе присматривать. Давай лучше повторим о чем вчера договорились. Чтобы знать, что мне приснилось, а что было реальным.

- Давай.

- Лиса остается у тебя. Ты занимаешься ее воспитанием и образованием. Я – вашим обеспечением. Всякие шмотки, учебники. – Фарт хохотнул – Лисе – мальчиков. Тебе – пациентов.

- Пока ты только одного пациента привел – себя. – Рок не желал шутить на эту тему – Фарт, прошу тебя. Будь поосторожнее. Теперь ты не только за себя отвечаешь.

- Да, мамочка. Я не буду играть с плохими мальчиками, мамочка.

- Фарт! Блядь! Я абсолютно серьезно!

- Успокойся Рок. Вспомни, о чем мы договаривались с тобой в гостинице – ты не изображаешь из себя курицу-наседку. Тем более, теперь у тебя есть над кем квохтать. Только Рок, учти. Лису воспитывать не как девочку-припевочку с Земли. Чтобы выросла с уверенностью, что все вокруг ей должны, как земля колхозу. А она только на подушках будет лежать, под опахалами. И фрукты вкушать. Воспитывать жестко. В условиях Улья. Как рейдера. Все люди вокруг – последние мрази. Кроме нас с тобой, разумеется.

- Да помню я. Помню.

- Я видел твой тоскливый взгляд на нее. Вчера. Ты видишь в ней свою оставшуюся дочь. Только это уже не Земля. Я даже не против. Я целиком «за», чтобы она считала тебя своим отцом. Но!!! Увижу, что начал баловать. И похуй какая мотивация. Хоть «она еще маленькая». Хоть «пускай хоть немного поживет как ребенок». Если увижу, что не справляешься - заберу.

- Фарт, я не понял. Кто из нас тут больше прожил? Кто лучше осознает опасности Улья? Да я…

- Ты! Ты лучше осознаешь. Базара нет. Ты сам мне о них рассказывал. Но я прекрасно знаю, как дети умеют из родителей веревки вить. И разжалобить могут на ровном месте. Ты – отец. В смысле, у тебя был, то есть, имеется ребенок. Да еще и девочка. В тебе этот вирус родителя уже сидит. У меня такого вируса нет. Детей у меня не было. Не горжусь этим. Просто так сложились обстоятельства. Не надо сворачивать на старую колею стереотипов земного воспитания «она же девочка». Никаких розовых платишек со штанишками. Никаких маечек со стразиками. Вообще, лучше было бы, повседневная форма одежды – камуфляж. Сам в курсе что в Улье девочки не выживают. Выживают, в основном, пацанки. А удел девочек, из тех, кого привозят из рейдов, подобных вчерашнему – ноги в