Сборникъ объ унiи (fb2)


Настройки текста:



Сборникъ объ уніи

Напечатано по благословенію Преосвященнаго ЛАВРА Архіепископа Сиракузскаго и Троицкаго

Отъ Издательства

Въ октябрѣ мѣсяцѣ 1996 года исполняется 400 лѣтъ съ того печальнаго событія, какъ въ Брестѣ была насильственно введена унія. Въ связи съ этимъ скорбнымъ юбилеемъ мы печатаемъ СБОРНИКЪ статьей объ уніи и католичествѣ, въ которыхъ наглядно показаны коварныя дѣйствія и церковная политика Рима для утвержденія римо-католичества среди западно-русскихъ православныхъ людей.

Приводимый матеріалъ представляетъ описаніе католичества и уніи и поэтому въ немъ повторяются нѣкоторые моменты, но это, мы считаемъ, послужитъ тому, что читатели лучше увидятъ и убѣдятся въ тактикѣ и обманѣ католичества, къ чему они способны прибѣгать для достиженія своихъ цѣлей.

Ниже мы приводимъ главу изъ книги («Церковь, Русь и Римъ», Н. Н. Воейкова, 1983 г. Джорданвиллъ, Н.І., стр. 313–324), о злосчастной уніи.


Брестская унія

(Глава изъ книги «Церковь, Русь и Римъ», Н. Н. Воейкова, стр. 313–324, Джорданвиллъ, 1983 г.)

Латиняне, полемизируя съ православными, особенно укоряли ихъ въ зависимости отъ плѣненныхъ турками Восточныхъ патріарховъ. Благодаря развитію торговыхъ отношеній европейскихъ странъ съ Портой, латиняне, предводительствуемые отцами іезуитами, пользуясь продажностью турецкихъ визирей, скоро пріобрѣли въ Константинополѣ, въ ущербъ Православію, не малое вліяніе. Такъ какъ съ момента покоренія Византіи султаны взяли себѣ право утверждать патріарховъ, эта зависимость не замедлила породить самыя пагубныя послѣдствія. Султаны стали пользоваться этимъ правомъ для обогащенія своей казны, вымогая у православныхъ деньги, прежде чѣмъ утверждать кандидатовъ на патріаршій престолъ. Тарифъ за утвержденіе достигалъ иногда весьма крупныхъ суммъ и бѣдные греки не всегда были въ силахъ таковыя собрать. Это привело къ всевозможнымъ злоупотребленіямъ и къ открытому произволу турокъ надъ беззащитными пастырями.

Іезуиты и другіе латинскіе ордена открыто агитировали противъ Православія, всѣми средствами дѣйствуя на султана и его совѣтниковъ, часто прибѣгая къ подкупу для поставленія на греческую каѳедру недостойныхъ кандидатовъ; позже, въ таковые латиняне старались провести своихъ приверженцевъ, либо воспитанниковъ пресловутаго «Греческаго колледжа», основаннаго въ Римѣ Григоріемъ XIII. Можно себѣ представить, къ какимъ безпорядкамъ и эксцессамъ приводили подобные безсовѣстные методы! Та же тактика примѣнялась Римомъ во всѣхъ православныхъ земляхъ, гдѣ господствовали турки, которымъ взаимная вражда между христіанами приносила крупные барыши, одновременно способствуя проповѣди ислама на Балканахъ, островахъ Греческаго архипелага и т. д.

Слѣдовательно, греческая притѣсняемая іерархія, лишаемая школъ, правъ и имущества, должна была ежечасно отражать то турецкія, то латинскія коварства, чтобы существовать и охранять въ чистотѣ свою вѣру. Чудо Божіе, что изъ многовѣкового плѣна греческое Православіе вышло цѣлымъ.

Однако, отдѣленной отъ Византіи русской митрополіи становилось все труднѣе прибѣгать къ греческой каѳедрѣ, что мѣшало правильному рѣшенію многихъ сложныхъ вопросовъ, часто требующихъ изученія мѣстныхъ внутри-русскихъ условій. То, что въ западныхъ государствахъ не представляло бы ни малѣйшаго затрудненія, по примѣру папъ Николая І-го и Гильдебранда: отдѣленіе отъ патріархіи на Руси столѣтіями казалось немыслимымъ. Многовѣковая связь Кіева, затѣмъ Москвы съ Царьградскимъ престоломъ, рядъ мудрыхъ и святыхъ греческихъ митрополитовъ, воспитавшихъ русское благочестіе, органически связали Русь съ Византіей. Мы видѣли, что даже заключеніе греками Флоренской уніи, измѣна Исидора, неслыханное дѣло обращенія самого императора въ ересь, не смогли поколебать Василія Темнаго въ его преданности древней каѳедрѣ. Даже турецкое иго не прервало зависимости русскихъ митрополитовъ отъ Греческой Церкви.

Все это объясняетъ съ какой осторожностью и осмотрительностью царь Ѳеодоръ Ивановичъ (1584–1598) и шуринъ его — Борисъ Годуновъ — приступили къ вопросу учрежденія патріаршества въ единственномъ свободномъ отъ ислама Русскомъ царствѣ.

Усилившіяся въ Польско-Литовскомъ государствѣ гоненія на Православіе, коварные происки іезуитовъ, ихъ сочиненія расхваливающія мощь и независимость римскихъ первосвященниковъ, были хорошо извѣстны въ Москвѣ и немало кручинили благочестиваго наслѣдника Грознаго, кроткаго царя Ѳеодора. Въ Москвѣ, между прочимъ, аргументами въ пользу патріаршества, указывали на то, что глаза православныхъ въ Литвѣ могли бы обратиться на патріарха Всероссійскаго, какъ на обще-русскаго архипастыря.

Лѣтомъ 1586 года въ Москву пріѣхалъ Антіохійскій патріархъ Іоакимъ ѴІ-й (1586–1587). Пользуясь этимъ, царь поднялъ вопросъ объ учрежденіи патріаршества во время засѣданія въ Боярской Думѣ и сказалъ нижеслѣдующее: «По волѣ Божіей, въ наказанье наше Восточные патріархи и прочіе святители только имя святителей носятъ, власти же едва-ли не всякой лишены; наша же страна, благодатью Божіей, во многорасширеніе приходитъ и потому я хочу, если Богу угодно и Писаніе Божественное не запрещаетъ, устроить въ Москвѣ превысочайшій престолъ патріаршескій». Духовенство и бояре выразили свое одобреніе, прибавивъ, что слѣдовало бы испросить согласіе всей Восточной Церкви, «да не скажутъ пишущіе на святую нашу вѣру латиняне и прочіе еретики, что въ Москвѣ патріаршій престолъ устроился одной царской властью».

Патріархъ Іоакимъ согласился предложить этотъ проектъ Собору Греческой Церкви.

Въ 1587 году въ Москвѣ узнали о согласіи патріарховъ Константинопольскаго и Антіохійскаго, но ожидались еще отвѣты отъ патріарховъ Александрійскаго и Іерусалимскаго. Въ 1588 году Іеремія II-й, патріархъ Константинопольскій, пріѣхалъ, въ свою очередь, въ Москву, гдѣ поднялся вопросъ о переселеніи его самого во Владиміръ въ качествѣ патріарха Всероссійскаго. Проекту этому помѣшали незнаніе языка и русскихъ обычаевъ, а, кромѣ того, выборъ его могъ быть обиднымъ для митрополита Московскаго Іова.

Наконецъ, 26 января 1589 года, изъ трехъ кандидатовъ: митрополита Іова Московскаго, архіепископа Александра Новгородскаго и архіепископа Варлаама Ростовскаго, соборомъ выбранный Іовъ былъ посвященъ въ патріархи. Карамзинъ такъ описываетъ торжество этого избранія: «28 января 1589 г., послѣ вечерни, сей наименованный первосвятитель въ епитрахилѣ, въ омофорѣ и въ ризѣ пѣлъ молебенъ въ храмѣ Успенія со всѣми епископами, въ присутствіи царя и безчисленнаго множества людей; вышелъ изъ алтаря и сталъ на амвонѣ, держа въ рукѣ свѣчу, а въ другой письмо благодарственное къ государю и духовенству. Тутъ одинъ изъ знатныхъ чиновниковъ приблизился къ нему, держа въ рукѣ пылающую свѣчу, и сказалъ громко: “Православный царь, Вселенскій патріархъ и соборъ освященный возвышаютъ тебя на престолъ Владимірскій, Московскій и всей Россіи”. Іовъ отвѣтствовалъ: “Я рабъ грѣшный; но если самодержецъ, вселенскій господинъ Іеремія и соборъ удосуживаютъ меня столь высокаго сана, то пріемлю его съ благодареніемъ”. Торжественное посвященіе совершилось 31-го января на литургіи. Когда патріархъ, отпѣвъ литургію, разоблачился, государь собственною рукою возложилъ на него драгоцѣнный крестъ съ Животворящимъ Древомъ, бархатную зеленую мантію съ источниками или полосами, жезлъ св. Петра-митрополита и въ привѣтственной рѣчи велѣлъ именоваться главою епископовъ, отцомъ отцовъ, патріархомъ всѣхъ земель сѣверныхъ, по милости Божіей и волѣ царской» (Карамзинъ, «Ист. Гос. Россійск.», т. X. гл. 2).

Замѣтимъ, что, въ отличіе отъ епископовъ, восточные патріархи имѣли слѣдующіе знаки отличія: посохъ, поллиставрій, саккосъ, стихарь съ гаммами и треугольниками.

Патріархъ далъ званіе митрополитовъ архіепископамъ: Новгородскому, Казанскому, Ростовскому и Крутицкому (въ Москвѣ); шесть епископовъ стали архіепископами: Вологодскій, Суздальскій, Нижегородскій, Смоленскій, Рязанскій и Тверской.

Только въ іюнѣ 1591 года митрополитъ Терновскій привезъ Іову утвержденную всѣми патріархами грамату на Московское патріаршество, въ которой Москвѣ отводилось пятое мѣсто, послѣ Іерусалима, вмѣсто папы Римскаго.

Царскіе послы въ Литвѣ повѣствовали объ этомъ событіи такъ: «Изъ давнихъ лѣтъ на семи Соборахъ уложено быть въ Римѣ — папѣ греческой вѣры, а въ греческомъ государствѣ — четыремъ патріархамъ. Но когда Евгеній, папа Римскій, составилъ суемысленный восьмой соборъ (Флорентійскій), то съ этого времени папы римскіе отъ греческой вѣры отстали. Если бы по сіе время въ греческомъ государствѣ были благочестивые цари христіанскіе, то патріархи поставили бы папу въ греческомъ государствѣ, а теперь они, всѣ четыре патріарха, совѣтовались со всемъ вселенскимъ соборомъ греческихъ государствъ, дабы, вмѣсто папы Римскаго — поставить Вселенскаго патріарха Константинопольскаго, а на его мѣсто поставить четвертаго патріарха въ Московскомъ государствѣ» («Дѣла польскія», № 21, стр. 82).

Разумѣется, это объясненіе пословъ было весьма вольнымъ трактованіемъ іерархіи древней Церкви и самой схизмы, но назначеніе Іова патріархомъ вызвало всеобщее облегченіе на Юго-Западѣ. Зато латинское духовенство было этимъ разгнѣвано до крайности.

Назначенный согласно новымъ правиламъ не епископатомъ, а королемъ, Кіевскій митрополитъ Онисифоръ всемѣрно старался потворствовать католикамъ, забывая о своихъ священныхъ обязанностяхъ. Въ 1585 году этому нерадивому пастырю галицкіе дворяне написали съ сейма слѣдующую грамату: «Великому несчастью своему приписать должны мы то, что во время вашего пастырства всѣ мы страшно утѣснены, плачемъ и скитаемся, какъ овцы пастыря не имущія. Хотя Вашу Милость старшимъ своимъ имѣемъ, однако, Ваша Милость не заботитесь о томъ, чтобы словесныхъ своихъ овецъ отъ губительныхъ волковъ оборонять, нисколько не заботитесь о благочестіи. Съ жалобою на всякія несправедливости, намъ содѣланныя, мы пріѣхали на сеймъ въ Варшаву, въ надеждѣ на ваше обѣщаніе явиться туда же, чтобы вмѣстѣ бить челомъ королю, защищать права и вольности закона нашего греческаго. Но Ваша Милость не хотите исполнять своихъ обязанностей, не хотите быть дѣятельнымъ при такихъ великихъ бѣдахъ, больше которыхъ не было и не будетъ. Во время вашего пастырства вдоволь всякаго зла въ законѣ нашемъ сталось; насилія святыни, замыканіе Святыхъ Таинъ, запечатаніе церквей святыхъ, запрещеніе звонить, выволакиваніе отъ престола изъ церквей Божіихъ поповъ, какъ злодѣевъ, запрещеніе мірскимъ людямъ молиться въ церквахъ; такихъ насилій не дѣлается и подъ погаными царями (т. е. турецкими государями), и все это дѣлается въ паствѣ Вашей Милости. Но этого мало: рубятъ кресты святые, захватываютъ колокола въ замокъ, отдаютъ ихъ въ распоряженіе жидамъ; а Ваша Милость листы свои открытые противъ Церкви Божіей жидамъ на помогу даешь.

«Изъ церквей дѣлаются костелы іезуитскіе, имѣнія Церкви Божіей данныя — теперь къ костеламъ привергнуты. Но что еще хуже: Ваша Милость поставляешь одинъ епископовъ, безъ свидѣтелей и безъ насъ, братіи своей, что и правила запрещаютъ, вслѣдствіе чего негодные люди становятся епископами… Наставилось епископами много, на одну епархію по два — оттого и порядокъ сгибъ.

«Мы по обязанности Вашу Милость остерегаемъ, молимъ и просимъ: Бога ради, вспомни святыхъ предшественниковъ своихъ, архіепископовъ Кіевскихъ, и возревнуй благочестію ихъ, а на насъ не прогнѣвайся — жаль намъ души и совѣсти вашей: за все отвѣтъ Господу Богу должны вы отдать».

Начинали сказываться послѣдствія коварныхъ анти-православныхъ мѣръ, продиктованныхъ латинскими патерами королю Стефану Баторію.

Къ счастію, возвращаясь изъ Москвы въ 1589 г., послѣ посвященія Іова, Константинопольскій патріархъ Іеремія ІІ-й посѣтилъ Литву и дѣятельно занялся устройствомъ тамошнихъ церковныхъ дѣлъ. Онисифоръ, обвиненный въ двоеженствѣ, къ великому неудовольствію поляковъ, былъ отправленъ въ монастырь; на его мѣсто патріархъ посвятилъ Минскаго архимандрита — Михаила Рагозу. Понимая пользу братской дѣятельности, Іеремія ІІ-й учредилъ Виленское братство при церкви Святой Троицы, поручивъ ему особо печись о школьномъ образованіи, книгопечатаніи и благотворительности. Онъ также расширилъ права Львовскаго братства.

Князь Константинъ Константиновичъ Острожскій выхлопоталъ у короля Сигизмунда III-го (преемника Баторія и близкаго друга и воспитанника іезуитовъ) окружную грамату, подчиняющую патріарху Іереміи іерархію и дѣла православной Западной Церкви. Это позволило Іереміи оздоровить церковную жизнь, возмущаемую латинянами, осудить и низложить нѣсколько недостойныхъ пастырей и возстановить древнее правило избранія въ архіереи исключительно монаховъ.

Патріархъ до отъѣзда изъ Литвы назначилъ своимъ «экзархомъ» для надзора за западно-русской паствой, съ правомъ суда, епископа Луцкаго — Кирилла Терлецкаго. Этотъ выборъ не понравился нѣкоторымъ, особенно Рагозѣ и епископамъ Діонисію Холмскому и Леонтію Пинскому. Недовольство это вскорѣ стало извѣстно іезуитамъ, которые умѣло воспользовались имъ для усиленія нажима на епископовъ, доказывая имъ, что патріархъ, де, не имѣлъ права распоряжаться въ Литвѣ столь своевольно. Соотвѣтствующій нажимъ былъ ими сдѣланъ и на короля, что вызвало новыя мѣры противъ «схизматиковъ». Пропаганда уніи достигала повсюду огромныхъ размѣровъ, тѣмъ болѣе, что іезуиты и Ватиканъ опасались вмѣшательства новаго патріаха Іова, поставленнаго въ Москвѣ.

Любопытно, что, когда умеръ Стефанъ Баторій въ 1586 году, нѣкоторые круги выдвинули кандидатуру на польскій престолъ (какъ извѣстно, короли въ Польшѣ являлись выборными монархами) царя Ѳеодора Іоанновича. Царскимъ посламъ въ Варшавѣ были по этому поводу заданы слѣдующіе вопросы: приступитъ-ли Ѳеодоръ къ вѣрѣ римской? Будетъ-ли онъ послушенъ папѣ? Будетъ-ли причащаться опрѣсноками? Соединитъ-ли Церковь Греческую съ Римской?

Послы категорически отвѣтили, что государь останется въ православной вѣрѣ, но папу уважать будетъ; онъ не станетъ препятствовать ему въ управленіи польскимъ духовенствомъ, но не дозволитъ вмѣшиваться въ дѣла Православной Церкви. При такихъ условіяхъ паны сказали посламъ, что кандидатура Ѳеодора невозможна (С. Соловьевъ, т. VII, гл. III, стр. 569).

Неудачный выборъ Кирилла Терлецкаго въ качествѣ патріаршаго экзарха весьма скоро сказался на церковной жизни. Видя усиленіе гоненій, сопровождаемыхъ іезуитской пропагандой, смущавшей умы, епископъ Львовскій Гедеонъ Балабанъ и Терлецкій стали уговаривать митрополита Рагозу созвать соборъ въ Бельзѣ, но безъ участія мірянъ, для обсужденія нестроеній. Михаилъ созвалъ соборъ въ г. Брестѣ въ іюнѣ 1590 г. На соборѣ присутствовали: митрополитъ Михаилъ, Мелетій, еп. Владимірскій (Хребтовичъ), Кириллъ Луцкій (Терлецкій), Леонтій Пинскій (Пельчинскій), Діонисій Холмскій (Збируйскій) и Гедеонъ Львовскій (Балабанъ). Приглашенъ былъ также Адамъ Поцей, Брестскій каштелянъ и всѣ соборные клирики. Соборъ разобралъ притѣсненія, творимыя латинянами и дѣятельность нѣкоторыхъ братствъ, рѣшивъ собираться въ Брестѣ ежегодно въ іюнѣ мѣсяцѣ.

Однако, незадолго до собора, тайно отъ митрополита въ Бельзѣ совѣщались уже епископы Кириллъ, Гедеонъ и Леонтій, между собой согласившіеся принять унію. На соборѣ эти архіереи жаловались на притѣсненія; они добились посылки отъ имени митрополита Сигизмунду III-му граматы, прося его прекратить гоненія. Прошеніе это только усугубило преслѣдованія.

Въ 1591 году къ королю обратились съ признаніемъ уніи, какъ единственнаго средства избавиться отъ бѣдъ, — епископы Кириллъ, Гедеонъ, Леонтій и Діонисій, обходя митрополита Михаила. Ренегаты признавали власть папы, но просили Сигизмунда гарантировать имъ неприкосновенность церемоній, службъ и порядковъ Святой Восточной Церкви. Грамата эта была послана въ величайшей тайнѣ, паствы этихъ епископовъ оставались въ полномъ невѣдѣніи. Ничего не говорилось объ этомъ и въ граматѣ, отправленной Львовскимъ братствомъ Константинопольскому патріарху, отъ 6 февраля 1592 года.

Въ томъ же году, на мѣсто умершаго епископа Мелетія Владимірскаго, выбранъ былъ Ипатій Поцей, бывшій каштелянъ Адамъ, ревностный сторонникъ уніи. Замѣтимъ, что Поцей, воспитанникъ Краковской іезуитской коллегіи, былъ сперва кальвинистомъ, затѣмъ перешелъ въ Православіе и теперь снова тайно ратовалъ за романизмъ. Ипатій сразу сошелся съ тайными уніатами-архіереями и сдѣлался главнымъ дѣятелемъ въ пользу Рима; очевидно, этотъ ученикъ іезуитовъ издавна игралъ роль очередного «Троянскаго коня», пущеннаго для разложенія въ ряды православныхъ пастырей.

Сигизмундъ ІІІ-й не сразу отвѣтилъ епископамъ, но, по совѣту латинянъ, въ январѣ 1592 года запретилъ свѣтскимъ лицамъ вмѣшиваться въ церковныя дѣла. Только 18-го марта онъ выслалъ имъ свою «привилегію» слѣдующаго содержанія: «Мы, господарь, имъ самимъ, епископамъ, пресвитерамъ и всему духовенству Церкви Восточной и религіи греческой — обѣщаемся сами за себя и за потомковъ нашихъ, что если кто-нибудь изъ патріарховъ и митрополитовъ наложилъ на нихъ клятву, то эта клятва имъ и всему духовенству ихъ ни въ чемъ не будетъ вредить. Обѣщаемъ ни по какимъ обвиненіямъ и клятвамъ не отнимать у нихъ епархій и другимъ при жизни ихъ не отдавать; обѣщаемъ пріумножить къ нимъ ласку нашу, придавая имъ и каждому, кто склонится къ уніи свободъ и вольностей въ той же мѣрѣ, въ какой имѣютъ ихъ и римскіе духовные, что обѣщаемъ и другими привилегіями нашими утвердить». Грамата эта ясно доказываетъ творимый въ государствѣ произволъ надъ православными; изъ нея видно, на какія приманки пошли ренегаты-епископы тайкомъ отъ остальныхъ. Отвѣтъ имъ Сигизмунда также оставался пока секретнымъ.

Въ іюнѣ 1593 г. кн. Острожскій сталъ совѣтовать Поцею сговориться съ митрополитомъ и другими архіереями, чтобы они поѣхали въ Москву просить царя и русское духовенство «стараться, чтобы больше Церковь Христова смуты, а народъ русскій такого гоненія и ослабленія, не терпѣли» и разсказать въ Москвѣ какимъ крайностямъ подвергается Православіе отъ латинянъ. Князь былъ до такой степени потрясенъ бѣдами Церкви, что одно время даже онъ допускалъ мысль объ уніи, при непремѣнной гарантіи прекращенія безобразій съ церковнымъ имуществомъ и сохраненія обрядовъ Православія. Естественно, Поцей отклонилъ предложеніе князя ѣхать къ царю.

Только въ маѣ 1594 г. еп. Терлецкій сбросилъ маску и объявилъ своей изумленной паствѣ, что унія уже состоялась и что Поцей и онъ, по приказу Сигизмунда III-го, ѣдутъ въ Римъ къ «Апостольскому Намѣстнику Папѣ». Это вызвало всеобщее возмущеніе.

Въ слѣдующемъ году, Гедеонъ Львовскій созвалъ у себя собраніе архіереевъ, посвященное вопросу о принятіи уніи. Это засѣданіе снова состоялось тайкомъ отъ митрополита, отъ братства и отъ мірянъ, въ частности отъ кн. Острожскаго и другого ревнителя Церкви — Скумина.

Посланъ былъ королю новый актъ, «наказъ», датированный декабремъ 1594 г., изъявлявшій согласіе епископовъ на признаніе власти папы, но при слѣдующихъ условіяхъ:

«1. Чтобы церкви главныя, епископіи наши, остались навѣки нерушимо въ своихъ набоженствахъ и церемоніяхъ.

2. Владычество и церкви русскія, монастыри, имущества, пожалованія и все духовенство должны оставаться навѣки въ цѣлости, по стародавнему обычаю, подъ властью, благословеніемъ и жалованіемъ епископскимъ, во всякомъ послушаніи обычномъ.

3. Всѣ дѣла церковныя, служба Божія, церемоніи и обряды остаются нерушимыми и отправляются по старому календарю.

4. Чтобы былъ намъ на Сеймѣ почетъ и мѣсто въ Радѣ, дабы, находясь подъ благословеніемъ святѣйшаго пастыря Римскаго, мы тѣшились и веселились (подчеркнуто нами).

5. Чтобы проклятіе патріарховъ намъ не вредило.

6. Чтобы монахи изъ Греціи, которые пріѣзжаютъ сюда грабить насъ и которыхъ мы признаемъ шпіонами, никакой власти больше надъ нами не имѣли.

7. Чтобы уничтожены были всѣ привилегіи, данныя патріархами братствамъ, и другія, ибо черезъ нихъ размножились разныя секты и ереси.

8. Каждый новый епископъ посвящается митрополитомъ Кіевскимъ, а митрополита посвящаютъ всѣ епископы съ благословенія папы Римскаго и безъ всякой платы (латиняне польскіе, какъ и турецкіе государи, желая осложнить выборы православнаго Кіевскаго митрополита, ввели было за это плату!).

9. Чтобы всѣ эти артикулы королевская милость подтвердилъ имъ своими граматами, одной на литанскомъ, а другой — на русскомъ языкѣ.

10. Чтобы и святѣйшій папа также подтвердилъ эти артикулы» (Очевидно, епископы мало вѣрили гарантіи одного польскаго короля, зависящаго отъ духовенства).

Этотъ актъ собственноручно подписали епископы: Ипатій Владимірскій, Кириллъ Луцкій, Михаилъ Перемышльскій, Гедеонъ Львовскій и Діонисій Холмскій.

Михаилъ Рагоза оффиціально не былъ въ курсѣ всѣхъ этихъ тайныхъ переписокъ съ королемъ и продолжалъ внѣшне вести себя, какъ ревнитель Православія. Судя по нѣкоторымъ источникамъ, митрополитъ еще сильно колебался относительно принятія уніи.

Тѣмъ временемъ, не подозрѣвая еще этого коварнаго замысла, кн. Острожскій замѣтилъ, что Поцей крайне странно ведетъ себя въ своей епархіи и написалъ ему нѣсколько вразумительныхъ посланій.

Поцей лицемѣрно отвѣтилъ, что виной всему польскія гоненія и невозможность добиться помощи отъ патріарха. Поведеніе же другого тайнаго уніата, Гедеона Львовскаго, заставило митрополита привлечь его къ церковному суду, который удалилъ архіерея въ монастырь.

Въ мартѣ 1595 года, судя по письмамъ Рагозы къ кн. Острожскому, митрополитъ уже зналъ о заговорѣ епископовъ, и виновникомъ онаго считалъ Терлецкаго. Онъ пишетъ князю:

«Въ то время, какъ я обращалъ все вниманіе на обнаженіе этого скрытнаго фальша, случилось очень кстати, что въ монастырѣ Слуцкомъ нашелъ я владыку Львовскаго (Гедеона), отъ котораго, думаю, не встанетъ этотъ пожаръ, вредный Церкви нашей Восточной и всему православному народу. Онъ ничего не знаетъ о предпріятіяхъ другихъ епископовъ, совершенно противенъ ихъ злому умыслу, присягу въ томъ на Евангеліи далъ и обѣщалъ сторожить, что будетъ дѣлаться въ этомъ отношеніи въ Польшѣ, обо всемъ давать знать мнѣ и вашей княжей милости. Вслѣдствіе этого, вчелъ я нужнымъ уничтожить опредѣленіе духовнаго суда, противъ него выданное. Особенно вашей княжей милости, какъ православному оку церковному, всякимъ способомъ надлежитъ вывѣдывать объ уніи; остерегайтесь также этого змѣя райскаго и лисицы хитрой, о которой я вамъ говорилъ (Терлецкаго)».

Какъ видно, высшая іерархія считалась съ вліятельнымъ и богатѣйшимъ вельможей Острожскимъ, цѣня его положеніе въ государствѣ, несмотря на приверженность князя къ гонимой Церкви.

Раскусивъ заговоръ, кн. Острожскій открыто обвинилъ Рагозу въ соучастіи, что видно изъ грознаго окружного письма, писаннаго имъ епископамъ 24-го іюня 1595 года. Оно гласитъ: «Отъ преименитыхъ благочестивыхъ родителей, смолоду воспитанъ я былъ въ наказаніи истинной вѣры, въ которой и теперь, Божіей помощью, укрѣпляемъ пребываю; извѣстился я Божіей благодатью и увѣрился въ томъ, что кромѣ единой истинной вѣры, въ Іерусалимѣ насажденной, нѣтъ другой вѣры. Но теперь злохитрыми кознями вселукаваго діавола, самые главные истинной вѣры нашей начальники, славою свѣта сего прельстившись и тьмою сластолюбія помрачившись, мнимые пастыри наши, митрополитъ съ епископами, въ волковъ претворились, Святой Восточной Церкви отвергшись, святѣйшихъ патріарховъ, пастырей и учителей нашихъ вселенскихъ отступили, къ западнымъ приложились, только еще кожею лицемѣрія своего, какъ овчиною, закрывая въ себѣ внутренняго волка, не открываются, тайно согласившись другъ съ другомъ окаянные, какъ христопродавецъ Іуда съ жидами, умыслили всѣхъ благочестивыхъ съ собою въ погибель вринуть, какъ самыя пагубныя и скрытыя писанія ихъ объявляютъ.

«Но Человѣколюбецъ Богъ не попуститъ въ конецъ лукавому умыслу ихъ совершиться, если только Ваша Милость въ любви христіанской и повинности своей пребудете. Дѣло идетъ не о тлѣнномъ имѣніи и погибающемъ богатствѣ, но о вѣчной жизни, о безсмертной душѣ, которой дороже ничего не можетъ быть, такъ какъ многіе изъ обывателей здѣшней области Святой Восточной Церкви послушники, меня начальникомъ Православія въ здѣшнемъ краю считаютъ, хотя самъ себя считаю я не большимъ, но равнымъ каждому въ Православіи стоящему, то изъ боязни, чтобы не взять на себя вины предъ Богомъ и предъ вами, даю знать Вашимъ Милостямъ о предателяхъ Церкви Христовой и хочу съ вами за одно стоять, чтобы съ помощью Божіей и вашимъ стараніемъ они сами впали въ тѣ сѣти, которыя на насъ готовили. Что можетъ быть безстыднѣе и беззаконнѣе ихъ дѣла? Шесть или семь злонравныхъ человѣкъ злодѣйски согласились, пастырей своихъ, святѣйшихъ патріарховъ, которыми поставлены, отверглись и, считая насъ всѣхъ — православныхъ — безсловесными, своевольно осмѣлились отъ истины отрывать и за собою въ пагубу низвергать! Какая намъ отъ нихъ польза? Вмѣсто того, чтобы быть свѣтомъ міру, они сдѣлались тьмою и соблазномъ для всѣхъ. Если татары, жиды, армяне и другіе въ нашемъ государствѣ хранятъ свою вѣру нерушимо, то съ не большимъ-ли правомъ должны сохранять свою вѣру мы — истинные христіане, если только всѣ будемъ въ соединеніи и за одно стоять будемъ.

«А я, какъ до сихъ поръ служилъ Восточной Церкви трудомъ и имѣніемъ своимъ въ размноженіи священныхъ книгъ и въ прочихъ благочестивыхъ вещахъ, такъ и до конца всѣми моими силами на пользу братіей моихъ служить обѣщаю».

Православный народъ пришелъ въ негодованіе и начались громкіе протесты противъ зачинщиковъ обмана. Испуганный Гедеонъ Львовскій публично отрекся отъ уніи и написалъ въ свое оправданіе, что его обманулъ Кириллъ Терлецкій; его примѣру послѣдовалъ еп. Михаилъ Перемышльскій.

Князь Острожскій, обрадовавшись рѣшенію еп. Львовскаго, попросилъ Львовское братство примириться съ Гедеономъ, что и произошло.

Справедливо опасаясь какъ бы народная реакція не скомпрометировала бы ихъ — зачинщиковъ уніи — въ глазахъ Сигизмунда и папы, Поцей и Терлецкій осенью 1595 года поспѣшили отправиться изъ Кракова въ Римъ; предварительно, въ свою очередь, іезуиты, испуганные тѣмъ, что можетъ сорваться въ одинъ мигъ вся ихъ работа въ пользу уніи, убѣдили короля публично объявить 24-го сентября о соединеніи церквей.

Папа Климентъ VIII (1592–1605) принялъ Поцея и Терлецкаго въ частной аудіенціи въ ноябрѣ, а въ декабрѣ въ ихъ честь былъ устроенъ блестящій пріемъ въ присутствіи куріи и пословъ. Грамата объ уніи была оглашена по-латыни и по-русски и папа сказалъ имъ: «Не хочу господствовать надъ вами, но хочу немощи ваши на себѣ носить». Поцей и Терлецкій вручили папѣ актъ, въ которомъ признавались ими всѣ опредѣленія Тридентскаго собора. На Рождество оба архіерея сослужили папѣ въ храмѣ св. Петра. Мнимое возсоединеніе Русской Церкви съ Римомъ было папой ознаменовано особой медалью съ надписью «Ruthenis receptis» («Возсоединеніе русскихъ»). Бароній описалъ все это въ своихъ «Анналахъ».

Въ это время въ Вильнѣ царило возмущеніе по поводу объявленія уніи и православное духовенство написало Скумину посланіе, обвиняя въ предательствѣ митрополита и епископовъ. Замѣтимъ, по поводу Рагозы, что еще 1-го сентября, въ своемъ окружномъ посланіи, онъ взывалъ къ духовенству и мірянамъ: «Стойте твердо при своей Восточной Церкви! Не позволяйте себѣ колебаться, какъ тростинка, вѣтромъ бурливымъ, а я обѣщаю при вашихъ милостяхъ до смерти стоять».

Про митрополита продолжали ходить противорѣчивыя свѣдѣнія и многіе отрицали его причастіе къ измѣнѣ Поцея и Терлецкаго.

Противъ уніи написалъ нашумѣвшую книгу — «Книжица на Римскій костелъ» — священникъ Стефанъ Зизаній, бывшій учитель Братской школы во Львовѣ, переселившійся въ Вильну.

Православное дворянство Литвы отправило въ началѣ 1596 г. своихъ делегатовъ на Варшавскій сеймъ, приказавъ имъ:

1. Добиваться лишенія сана епископовъ, отступившихъ отъ Церкви.

2. На ихъ мѣсто просить назначить православныхъ епископовъ, согласно постановленію 1573 г. и жалованнымъ граматамъ прежнихъ королей, подтвержденными присягой самого Сигизмунда III.

Король, другъ и слуга іезуитовъ, конечно, на это не согласился. Тогда кн. Острожскій и депутаты торжественно объявили королю и сейму, что епископы-ренегаты не будутъ признаны ни ими, ни русскимъ населеніемъ.

Вмѣстѣ съ этимъ, они составили оффиціальный протестъ противъ творимыхъ притѣсненій православной вѣры. Кн. Острожскй настоялъ на внесеніи протеста въ актовыя книги сейма, заклеймивъ предательство Поцея и Терлецкаго.

Однако, манифестомъ отъ 29 мая 1596 года Сигизмундъ III извѣстилъ всѣхъ православныхъ о совершившемся соединеніи церквей, утвердилъ санъ Поцея и Терлецкаго и принялъ на самого себя отвѣтственность за состоявшуюся унію. Несмотря на это, волненія въ странѣ все усиливались.

Наконецъ, въ началѣ октября 1596 года, въ Брестѣ былъ созванъ соборъ для церковнаго рѣшенія вопроса объ уніи. Прибыли туда: экзархъ Константинопольскаго патріарха Никифоръ; экзархъ Александрійскаго патріарха Кириллъ Лукарисъ (Лукарисъ заслужил ненависть іезуитовъ, какъ бывшій въ то время ректоръ епископ Острожскаго училища); митрополитъ Михаилъ съ семью русскими епископами, многими архимандритами, игуменами и священниками. Среди православныхъ делегатовъ были, кромѣ того: Макарій, архимандритъ Аѳонскаго Симонопетрскаго монастыря, делегатъ епископа Паисія Венчацкаго (Сербскаго); Матѳей, архимандритъ Пантелеимонскаго Аѳонскаго монастыря; делегатъ Амфилохія Мукачевскаго (русскаго архіерея Венгріи). Всѣхъ было больше ста человѣкъ. Къ архіереямъ слѣдуетъ еще причислить Луку, митрополита Бѣлградскаго, бѣжавшаго отъ турецкихъ гоненій. Изъ мірянъ прибыли кн. Острожскій съ сыномъ и многочисленные дворяне съ вооруженной свитой. Брестъ, окруженный шатрами и пушками, имѣлъ видъ военнаго лагеря, ожидающаго нападеніе.

Среди делегатовъ-католиковъ выдѣлялись Петръ Скарга съ тремя іезуитами и три вельможи, королевскіе послы.

Православные представляли большинство, что очень испугало приверженцевъ уніи. Кн. Острожскій торжественно обѣщалъ, что спокойствіе въ Брестѣ не будетъ нарушено и сдержалъ свое слово.

Первое засѣданіе было назначено на 6-е октября, но соборъ сразу же раздѣлился на два лагеря: православныхъ и уніатовъ, что помѣшало устройству одного общаго собранія въ церкви, какъ было принято.

Замѣтимъ, что митрополитъ Рагоза, на котораго расчитывали, какъ на хозяина съѣзда, въ это время гдѣ-то скрывался.

Уніаты стали засѣдать подъ предсѣдательствомъ католическаго Львовскаго архіепископа Соликовскаго въ городскомъ соборѣ; православнымъ же Поцей, къ епархіи котораго принадлежалъ Брестъ, запретилъ доступъ въ городскіе храмы и имъ пришлось расположиться въ частномъ домѣ. Предсѣдательствовалъ на соборѣ экзархъ Никифоръ. Посрединѣ лежало Евангеліе. Послѣ обычныхъ молитвъ, еп. Гедеонъ Львовскій произнесъ рѣчь по-русски, которую переводилъ на греческій языкъ іеродіаконъ Кипріанъ. Онъ сказалъ, что всѣ собравшіеся намѣрены до смерти стоять за православную вѣру и что отрекшіеся отъ нея и измѣнившіе патріарху поступили незаконно.

Постановили послать за митрополитомъ Михаиломъ и четырьмя уніатскими епископами, но ни на одно изъ трехъ сдѣланныхъ призывовъ они не явились. Митрополитъ сперва отвѣтилъ, что онъ намѣренъ «подумать» съ католическими епископами, а затѣмъ прибудетъ на Соборъ, но не явился. На слѣдующій день отвѣтъ былъ болѣе яснымъ: «Напрасно насъ ждете: мы къ вамъ не придемъ». Наконецъ, третій отвѣтъ разсѣялъ всякое сомнѣніе: «Что сдѣлано, то сдѣлано; хорошо-ли, дурно-ли, мы сдѣлали, поддавшись Римской церкви, только теперь передѣлать этого нельзя». Такъ до конца Рагоза не рѣшился открыть своей игры, пока не принялъ унію.

На вопросъ экзарха, когда начались хлопоты объ уніи, Кіево-Печерскій архимандритъ Никифоръ Туръ отвѣтилъ: «Патріархъ Іеремія, узнавши о беззаконіяхъ Рагозы, отлучилъ его отъ Церкви, грозя, если не исправится, конечнымъ низложеніемъ; онъ и задумалъ отступить и отступилъ». Очевидно, судя по этому свидѣтельству, Рагоза дѣйствовалъ двулично, пока въ Брестѣ не скинулъ маску.

Соборъ опросилъ делегатовъ-мірянъ о данныхъ имъ наказахъ. Оказалось, что повсюду требовали только одного: не отступать отъ Восточной Церкви. Узнавъ, что въ томъ же домѣ іезуитъ Петръ Скарга старался склонить къ уніи кн. Острожского и его сына, экзархъ Никифоръ сказалъ: «Пусть Скарга придетъ на Соборъ и споритъ съ людьми учеными; зачѣмъ въ углу стараться убѣждать людей, въ богословіи несвѣдущихъ?» Скарга на Соборъ не рискнулъ показаться.

На четвертый день, 9-го октября, Соборъ, отвергши и проклявши унію, объявилъ лишенными сана митрополита Рагозу и епископовъ Владимірскаго, Луцкаго, Полоцкаго, Холмского и Пинскаго, за самовольное отступленіе безъ вѣдома Великаго Собора и отказъ явиться на Соборъ.

Уніатскій соборъ, со своей стороны, выдалъ декретъ о лишеніи сана и проклятіи епископовъ Львовскаго и Перемышльскаго, прося короля ихъ низложить съ каѳедръ и утвердить унію.

По иниціативѣ экзарха Никифора, Соборъ, доведя до свѣдѣнія ренегатовъ свои рѣшенія, попросилъ Сигизмунда III назначить на ихъ каѳедры другихъ епископовъ, а въ граматѣ отъ 11-го октября 1596 года, разосланной повсюду, Никифоръ повелѣлъ поминать, до избранія новаго Кіевскаго Митрополита — патріарха Константинопольскаго Гавріила.

Король, игнорируя православный Соборъ, утвердилъ унію, окрещенную Брестской, и съ тѣхъ поръ православная вѣра стала для правительства внѣ закона и, какъ таковая, подверглась уже офиціальнымъ гоненіямъ, а храмы — грабежамъ. Цѣль латинянъ, наконецъ, была достигнута.

Добавимъ, что отлученный отъ Церкви Рагозой за мнимую ересь, смѣлый проповѣдникъ Православія, о. Стефанъ Зизаній, былъ оправданъ православнымъ Соборомъ, вмѣстѣ съ двумя братскими священниками, съ нимъ осужденными. Постановленіе Собора отъ 8 октября гласило: «Такъ какъ митрополитъ въ послушаніи у Церкви Восточной не хотѣлъ быть, то и клятву свою на этихъ священниковъ положилъ ни за что другое, какъ только за книжку, сочиненную на Римскую церковь» (С. Соловьевъ, т. X, гл. I, стр. 1445–1449). Экзарху Никифору дорого обошелся Брестскій соборъ: въ началѣ 1597 г. король велѣлъ схватить его, какъ шпіона и бунтаря, и его удавили въ Маріенбургской крѣпости.


Ив. Малышевскій Правда объ уніи къ православнымъ христіанамъ[1]

Краткое ученіе: о Церкви Православной, церкви Римской и единеніи Церквей Христіанскихъ
1. Вѣра христіанская

Вопросъ: Почему мы называемся христіанами?

Отвѣтъ: Называемся христіанами потому, что исповѣдуемъ вѣру Христіанскую, т. е. ученіе Господа и Спасителя нашего Іисуса Христа. Это священное для насъ названіе идетъ отъ самыхъ временъ апостольскихъ (Дѣян. 11, 26).

2. Православное исповѣданіе вѣры или Православіе

В: Почему называемся христіанами православными?

О: Православными христіанами называемся потому, что держимъ исповѣданіе вѣры православное, проще сказать, исповѣдуемъ вѣру Христову православно. Исповѣдывать святую вѣру православно значитъ исповѣдывать ее право, истинно, т. е. такъ, какъ заповѣдалъ Господь нашъ Іисусъ Христосъ, научили святые Апостолы, передали святые Отцы, сохранила и опредѣлила исповѣдывать единая, святая, соборная или вселенская и апостольская Церковь; ибо она, по выраженію слова Божія, есть «столпъ и утвержденіе истины» (1 Тим. 3, 15), т. е. истиннаго ученія вѣры, каковое ученіе съ давнихъ поръ и называется въ Церкви Божіей ученіемъ православнымъ, или просто Православіемъ.

3. Православіе какъ благочестіе

В: Какъ еще называется Православіе?

О: Православіе называется еще благочестіемъ. Это названіе идетъ отъ св. Апостоловъ (1 Тим. 3, 16) и св. Отцовъ (Св. Василія Великаго и др.). Предки наши особенно любили называть свое Православіе благочестіемъ, а православныхъ — благочестивыми. И весьма разумно. Православіе христіанина есть само по себѣ великое дѣло благочестія, угодное Господу, Который требуетъ отъ насъ вѣры — и вѣры правой и твердой. Правая вѣра есть вмѣстѣ съ тѣмъ основаніе правой, истинно-благочестивой жизни, такъ что христіанинъ истинно или правовѣрующій стоитъ на болѣе вѣрномъ пути къ истинному благочестію, чѣмъ христіане неправовѣрующіе.

4. Неправославное исповѣданіе вѣры или инославіе

В: Когда исповѣданіе вѣры бываетъ неправославно?

О: Исповѣданіе вѣры бываетъ неправославно тогда, когда христіане исповѣдуютъ ее не по ученію всей Церкви Христіанской и — что то же — не по ученію апостольскому и Христову, а какъ-либо иначе, по своему толку, и такимъ образомъ имѣютъ свое особое ученіе, не только отличное отъ ученія единой Вселенской Церкви, но и противное ему. Такое-то ученіе и называется ученіемъ неправославнымъ или неправославіемъ, инославіемъ, а держащіеся его — неправославными, инославными. Но какъ правда въ вѣрѣ или Православіе всегда — одно, такъ неправда или инославіе имѣетъ разные виды или степени, которыя могутъ быть, однако, раздѣлены на двѣ главныя. Первая — ересь. Это такое неправое или лживое ученіе, которое извращаетъ самыя основы (основные догматы) вѣры, почему держащіеся его, или еретики, близки къ невѣрнымъ и совершенно отсѣкаются отъ Церкви Божіей. Другая степень — отщепенство, или расколъ. Отщепенство, или расколъ, бываетъ тогда, когда христіане или общества христіанскія, хотя и сохраняютъ основы или основныя, главныя истины вѣры, но примѣшиваютъ къ нимъ свои неправые толки, ученія, постановленія и изъ-за нихъ отдѣляются, отщепляются (но не отсѣкаются совершенно) от единенія съ истинною Православною Церковью. Такіе называются отщепенцами, раскольниками. Но какъ всякая ложь сбивается и путается съ другою, такъ путаются часто между собою ересь и расколъ, сходясь въ общемъ свойствѣ своемъ — неправославіи.

5. Сохраненіе Православія въ Церкви Христіанской

В: Можетъ-ли истребиться въ мірѣ христіанскомъ Православіе среди множества неправославныхъ ученій?

О: Православіе или истинное исповѣданіе вѣры въ мірѣ христіанскомъ истребиться не можетъ. Неправославныя ученія и общества бывали въ Церкви Божіей всегда — отъ начала ея до нынѣ. Не разъ бывало, что они казались сильнѣе Православія, грозили истребить его. Нечего удивляться тому: все это предсказано было Господомъ. Но еще св. пророкъ и псалмопѣвецъ Давидъ сказалъ, что «истина Господня пребываетъ во вѣкъ» (Псал. 116, 2). А самъ Господь предрекъ, что Церкви Его «не одолѣютъ и врата адовы» (Матѳ. 16, 18); слѣдовательно, ничто не одолѣетъ и той истины, для которой Церковь есть столпъ и утвержденіе, т. е. истинной, православной вѣры. Онъ же сказалъ, что въ Его законѣ или ученіи не прейдетъ, т. е. не истребится, не пропадетъ ни одна Іота — доколѣ стоитъ небо и земля. И сообразно такому обѣтованію, святое Православіе изъ вѣка въ вѣкъ сохранялось, сохраняется и будетъ сохраняться, тогда какъ ученія неправославныя смѣнялись, смѣняются и будутъ мѣняться одно другимъ, какъ бы ни казались они въ извѣстное время твердыми и сильными.

6. Православная Восточная Церковь

В: Гдѣ же именно хранится Православіе?

О: Въ Церкви Восточной, которая поэтому и называется Православною. Къ ней принадлежатъ православные греки, арабы, румыны, грузины, сербы, болгары, украинцы, бѣлорусы, русскіе. Потому она и есть намъ Церковь родная, отечественная. Называютъ ее Восточною потому, что она пошла съ Востока, откуда вообще вошла въ міръ и самая вѣра Христова, и потому еще, что и теперь православные народы живутъ большею частью на востокъ отъ другихъ христіанскихъ странъ.

7. Испытаніе Православія Восточной Церкви

В: Можно-ли намъ испытывать Православіе Восточной Церкви?

О: Истинно православный, благочестивый христіанинъ вѣритъ въ него прямо, безъ особенныхъ увѣреній. Сердцемъ вѣруетъ онъ въ правду Церкви, въ которой живетъ и спасается, вѣруетъ прежде всего, что могъ бы видѣть и слышать въ оправданіе такой вѣры: «Блажени, — по слову Господа, — не видѣвшій, и вѣровавше» (Іоан. 20, 29). Можно, однако, и нужно бываетъ намъ изслѣдовать правду нашей Церкви съ тѣмъ, чтобы и собственная вѣра наша въ нее была свѣтлѣе и тверже, и чтобы мы могли увѣрить въ ней другихъ, дать отвѣтъ о ней неправовѣрнымъ, могущимъ спросить насъ о нашей вѣрѣ, унижать ее и обольщать насъ своимъ неправославнымъ ученіемъ.

8. Доказательство Православія Восточной Церкви

В: Какъ наилучше можно увѣриться, что Восточная Церковь есть единая, истинная, Православная Церковь?

О: По сравненію исповѣданія Восточной Церкви съ исповѣданіемъ древней христіанской Церкви, которое ясно и опредѣленно выразилось въ исповѣданіи Семи Вселенскихъ Соборовъ. Правда, можемъ мы видѣть правду нашей Церкви прямо изъ слова Божія, т. е. можемъ видѣть, что ученіе ея согласно съ словомъ Божіимъ, ученіемъ Христовымъ и апостольскимъ (что и увидимъ). Но были и есть лжеучители, которые толкуютъ само слово Божіе по своему и превратно. Посему слѣдуетъ намъ видѣть, какъ вся Церковь разумѣетъ и исповѣдуетъ содержащееся въ словѣ Божіемъ ученіе вѣры. Чистѣйшимъ и полнѣйшимъ образцомъ такого разумѣнія и исповѣданія есть исповѣданіе древней христіанской Церкви. Она была ближе къ временамъ апостольскимъ, Христовымъ; въ ней тогда особенно много было святыхъ богопросвѣщенныхъ отцовъ и учителей вѣры, и хотя бывали также и лжеучители, но единство вѣры твердо хранилось во всей Вселенской Церкви. Это-то единство и выразилось на Вселенскихъ соборахъ. Вселенскіе соборы — это собранія отцовъ и мудрыхъ христіанскихъ мужей со всего свѣта христіанскаго, со всей Церкви. Проводились они по примѣру апостольскому и по поводу разныхъ лжеученій, искажавшихъ то, или другое ученіе вѣры. Надлежало противопоставить имъ единое, согласное исповѣданіе этого ученія всею христіанскою Церковью. Общій голосъ собора, какъ голосъ всей Церкви, всего христіанскаго міра, былъ здѣсь по истинѣ голосомъ Божіимъ, свидѣтельствомъ Духа Божія, какъ научилъ вѣрить сему Самъ Господь. Посему исповѣданіе вѣры Вселенскихъ соборовъ принималось всею христіанскою Церковью, какъ единое, непогрѣшительное, истинное, православное. Особенно важно и священно то исповѣданіе, которое извѣстно всѣмъ намъ подъ именемъ Символа Вѣры. Онъ составленъ на первыхъ двухъ Вселенскихъ соборахъ: Никейскомъ, на которомъ были св. Аѳанасій Великій, св. Николай Чудотворецъ и другіе великіе отцы, и Цареградскомъ или Константинопольскомъ, бывшемъ во времена великихъ вселенскихъ учителей и Святителей Василія Великаго, Григорія Богослова и Іоанна Златоуста, которые всѣ глубоко почитали эти соборы. Вся Церковь приняла этотъ Символъ, а послѣдующіе Вселенскіе соборы заповѣдали хранить его неприкосновенно, т. е. безъ всякой прибавки и убавки. Такъ и дѣлаетъ доселѣ Восточная Церковь, и по этому можно уже судить о прочемъ: то-есть, какъ вѣрно она хранитъ Символъ Вѣры, такъ вѣрно хранитъ и другія заповѣди и постановленія Вселенской Церкви и ея семи Вселенскихъ соборовъ. Потому она одна и есть истинная наслѣдница и представительница этой Церкви, ея православія и ея духа. Напротивъ, другіе христіане и христіанскія общества отступили отъ единства Вселенской Церкви. Такъ отступила и церковь Римская или Западная.

9. Отщепенство Римской церкви: его начало

В: Когда Римская церковь отдѣлилась отъ единой, Вселенской Церкви?

О: Уже послѣ семи Вселенскихъ соборовъ. Во времена этихъ соборовъ она была еще въ православіи и въ единеніи съ Вселенскою Церковью. И хотя всѣ семь Вселенскихъ соборовъ были на Востокѣ, гдѣ было наиболѣе мудрыхъ и богопросвѣщенныхъ отцовъ и учителей вѣры; но епископы Римскіе или папы и сами бывали и присылали пословъ на эти соборы наравнѣ съ епископами другихъ Церквей. Подобно имъ римскіе папы, со всею Церковью своею, съ послушаніемъ и любовью принимали исповѣданіе вѣры и постановленія Вселенскихъ соборовъ. Но недолго спустя послѣ этихъ соборовъ, а именно съ 9-го вѣка по Р.Х., папы со своею Церковью стали отдѣляться, а съ 11-го вѣка и совсѣмъ почти уже отдѣлились отъ единой Вселенской Церкви. Съ тѣхъ поръ Римская церковь и есть — отщепившаяся или раскольническая; Римскою же и Западною называется она потому, что начальникъ ея папа живетъ въ Римѣна западъ отъ православнаго міра, гдѣ, т. е. на западѣ, живутъ большею частью и народы, увлеченные Римомъ въ схизму или отщепенство. Оставшись вѣрною единой Вселенской Церкви, Восточная Церковь горько скорбѣла о римскомъ отщепенствѣ, часто и сильно убѣждала папъ и римскихъ учителей возвратиться къ прежнему единству, но тѣ не хотѣли образумиться: напротивъ, чѣмъ дальше, тѣмъ сильнѣе укоренялся въ нихъ духъ отщепенства.

10. Корень римскаго отщепенства: папство

В: Какой главный корень или духъ римскаго отщепенства?

О: Корень римскаго отщепенства есть папство или ученіе о папствѣ, вѣра въ папство. Это самое любимое ученіе Римской церкви. Изъ него, какъ изъ корня, выросли и другія отщепенства, толки и порядки Римской церкви. Посему она и называется часто папствомъ или церковью папскою, вѣрою папскою, какъ называли ее и наши благочестивые предки, а христіане этой церкви называются также папистами. Папство или ученіе о папствѣ представляетъ въ себѣ двѣ стороны: 1) ученіе о духовной власти или главенствѣ папы и его Римской церкви надъ всѣмъ свѣтомъ христіанскимъ и 2) ученіе о мірской власти ихъ.

11. Римское ученіе о главенствѣ папы

В: Откуда вышло ученіе о главенствѣ папы и въ чемъ оно состоитъ?

О: Вышло оно изъ духа гордости папъ и римскихъ учителей. Гордость, эта праматерь зла въ мірѣ Божіемъ, порождаетъ духъ любоначалія, властолюбія, своекорыстія. Этотъ духъ выразился въ ученіи о главенствѣ, т. е. начальствѣ папы и его Римской церкви надъ всею Христіанскою Церковью. Объ этомъ неслышно было въ Церкви Божіей отъ самаго начала ея и во все время Вселенскихъ соборовъ. Бывали, правда, и тогда гордецы-папы, да и св. Василій Великій уже жаловался на гордость западныхъ епископовъ, но такіе гордецы все еще бывали рѣдки: гораздо больше было папъ кроткихъ, мудрыхъ, святыхъ, которымъ за это и былъ свой почетъ въ Церкви. Со временемъ такихъ папъ становилось меньше, настали другіе папы, которые, разбогатѣвши и вошедши въ силу, отстали отъ духа христіанской любви и церковнаго братства, не захотѣли считать себя равными съ другими епископами, стали искать власти надъ всѣми ими, всѣми Церквами и, наконецъ, надъ всѣмъ свѣтомъ христіанскимъ. Тогда-то и выдумали они съ своими слугами ученіе о главенствѣ папы: будто бы Христосъ Богъ поставилъ папу намѣстникомъ Своимъ надъ всею землею Христіанскою, и потому папа имѣетъ власть всѣхъ учить, всѣхъ судить, а его никто не можетъ ни учить, ни судить, ни даже Вселенскій соборъ; говорили они еще, будто такая власть дана была апостолу Петру, какъ князю Апостоловъ, а онъ, уже ставши въ Римѣ епископомъ, передалъ ее папамъ, какъ своимъ преемникамъ.

12. Нечестіе римскаго ученія о главенствѣ папы

В: Какъ слѣдуетъ назвать римское ученіе о главенствѣ папы?

О: Это, во-первыхъ, ученіе нечестивое. Въ немъ есть три великіе грѣха. Грѣшитъ оно противъ Самого Господа Іисуса Христа, Который есть одинъ Пастыреначальникъ, единъ Глава Церкви (1 Петр. 5, 4; Ефес. 5, 23). Грѣшитъ противъ всѣхъ Апостоловъ Христовыхъ, особенно противъ св. Петра, который не имѣлъ папской гордости, не назывался ни княземъ Апостоловъ, ни главою Церкви, не давалъ всесвѣтской власти римскимъ епископамъ: притомъ же бывалъ онъ и оставлялъ по себѣ епископовъ не въ одномъ Римѣ, а и въ другихъ городахъ, какъ дѣлали и другіе Апостолы, ибо получили отъ Господа повелѣніе идти въ міръ весь и проповѣдывать Евангеліе, а не епископствовать въ томъ или другомъ городѣ. Грѣшную ложь свою на св. Петра римскіе учители хотятъ подкрѣпить ложнымъ толкованіемъ словъ Господа, сказанныхъ ему: «ты еси Петръ (Петръ значитъ камень), и на семъ камени созижду Церковь Мою» (Матѳ. 16, 18). Говорятъ, будто эти слова значатъ, что св. Петръ есть — какъ-то особенный, отличный отъ всѣхъ Апостоловъ — камень или основаніе Церкви, а слѣдовательно и владыка ея. Но кто лучше разумѣлъ слова Господа, какъ не сами же святые и богодухновенные Апостолы? А св. ап. Павелъ всѣхъ Апостоловъ и пророковъ считаетъ одинаково «основаніями Церкви», особеннымъ же, «краеугольнымъ Камнемъ» — одного Іисуса Христа (Ефес. 2, 20–21). Св. Отцы не только восточные, напримѣръ, Златоустъ, св. Кириллъ Александрійскій, но и западные, какъ св. Амвросій, блаж. Іеронимъ, слова Христовы: «ты еси Петръ», относятъ не къ лицу Петра, а къ вѣрѣ, которую онъ исповѣдалъ отъ лица всѣхъ Апостоловъ. Эти же и другіе св. Отцы придаютъ и другой смыслъ означеннымъ словамъ, но вовсе не такой, какой придаютъ имъ паписты. Если же св. Отцы называютъ св. Петра первымъ апостоломъ, то въ смыслѣ порядка, а не власти. Такъ въ смыслѣ порядка, чести, а не власти, называлась старѣйшею и каѳедра св. Петра, т. е. Римская. Папа Григорій Великій въ письмѣ къ Александрійскому Патріарху Евлогію усвояетъ одинаковую важность каѳедрѣ Петра въ Римѣ, Антіохіи, Александріи, которая «въ этихъ трехъ мѣстахъ принадлежитъ одному». Наконецъ, ученіе о главенствѣ грѣшитъ противъ всей Церкви Вселенской, ея св. Отцовъ и Вселенскихъ соборовъ, которые не только не были ниже папъ, напротивъ — сами властію Вселенской Церкви судили всѣхъ, въ томъ числѣ и папъ. Во-вторыхъ, ученіе о главенствѣ папы — нелѣпо. Если ужъ папа есть учитель и судія всей Христіанской Церкви, если безъ него не можетъ стоять Церковь Божія, какъ домъ безъ основанія, не можетъ жить, какъ тѣло безъ головы — какъ это именно твердятъ папскіе слуги, — то онъ непремѣнно долженъ быть непогрѣшимъ, чистъ, святъ, какъ Апостолы и Самъ Христосъ. А извѣстно всему свѣту, что между папами много бывало людей нечестивыхъ, большихъ грѣшниковъ; бывали прямые еретики, бывало за разъ по нѣскольку папъ, которые называли другъ друга нечестивыми и проклинали. Все это много разъ говорила мудрая Восточная Церковь папамъ и ихъ слугамъ, отводя ихъ отъ грѣшной и нелѣпой мысли о главенствѣ. Но тѣ лишь сердились и не только не думали отстать отъ мысли о главенствѣ или духовной власти своей надъ всѣмъ свѣтомъ, но погнались еще и за властью мірской.

13. Мірская власть папъ и ихъ Римской церкви

В: Въ чемъ состоитъ мірская власть папъ и ихъ Римской церкви?

О: Въ томъ, прежде всего, что папа есть не только верховный бискупъ римскій, но и свѣтскій, мірской государь. До недавняго времени, въ теченіе многихъ вѣковъ, онъ имѣлъ свое королевство, гдѣ правили бискупы-кардиналы, производили судъ и расправу, какъ всякіе мірскіе чины, дѣлали даже смертные кровавые приговоры, и папа подписывалъ ихъ тою же рукою, которою приносилъ на алтарѣ безкровную жертву Богу. Имѣетъ папа и свое войско, которымъ завѣдуетъ тоже бискупъ. Ставши царями у себя, въ своей землѣ, папы захотѣли царить и въ другихъ земляхъ: т. е. кромѣ духовной власти, захотѣли подчинить себѣ и власть мірскую, раздавать по своей волѣ королевскіе вѣнцы во всѣхъ странахъ, заправлять ихъ государями, властями, воевать то своимъ, то чужимъ оружіемъ противъ неугодныхъ себѣ странъ и государей, собирать на себя подать съ христіанскихъ земель и т. п. И въ такіе грѣшныя дѣла и затѣи они любили вмѣшивать все то же имя св. апостола Петра: воюя, они говорили, что дѣйствуютъ мечомъ Петра; собирая подать, называли ее лептою св. Петра. Заглядываясь на папъ и кардиналовъ, бискупы и ксендзы разныхъ странъ стали дѣлать то же, т. е. кромѣ духовной власти, духовнаго служенія — прибирать къ себѣ и власть мірскую. Вездѣ домогались они хозяйничать въ дѣлахъ государственныхъ, земскихъ, людскихъ, чтобы всецѣло подчинить ихъ интересамъ или выгодамъ одной Римской церкви, чтобы, такимъ образомъ, христіане и народы христіанскіе были не просто членами Римской церкви, а ея покорными слугами и какъ бы подданными. И въ старыя времена, они не въ шутку надѣялись сдѣлать изъ своей церкви единую, всесвѣтную, духовно-мірскую монархію — съ столицею Римомъ и духовно-мірскимъ государемъ надъ государями — папою.

14. Несообразность мірской власти папъ и Римской церкви съ духомъ истинной Церкви

В: Что должно думать о мірской власти папъ и ихъ Римской церкви?

О: Власть эта незаконна и противна свойствамъ Церкви Христовой. Церковь, по словамъ Господа, есть царство «не отъ міра сего» (Іоан. 18, 36), царство немірское, духовное. Какъ призваніе ея и служителей ея есть только духовное — служить дѣлу вѣры и спасенія человѣческаго, такъ средства къ такому служенію даны только духовныя: слово Божіе, ученіе, молитва, таинства съ ихъ благодатною силою и проч. Посылая Апостоловъ распространять въ мірѣ Церковь, Господь не далъ имъ мірской власти, оружія и другихъ мірскихъ средствъ, а вооружилъ ихъ мечомъ слова Божія, облекъ свыше силою Духа, благодатныхъ дарованій, знаменій, чудесъ (Матѳ. 10, 1. 8; Марк. 16, 18. 19). Съ этимъ Апостолы и побѣдили міръ вѣрѣ своей (1 Іоан. 5, 4), а власти мірской не искали, предоставляя ее бывшимъ тогда предержащимъ властямъ общественнымъ, внушая и христіанамъ повиноваться имъ, молиться за нихъ, хотя тѣ власти были еще невѣрныя, языческія. И около трехъ вѣковъ Церковь жила еще при властяхъ языческихъ, которыя не только не помогали ей, но еще жестоко преслѣдовали ее. Однако Церковь не думала восхищать у нихъ власти, становиться на мѣсто ихъ. Терпѣливо и мужественно перенося жестокія гоненія, Церковь продолжала дѣлать свое духовное дѣло — дѣло просвѣщенія невѣрующихъ свѣтомъ вѣры и спасенія людей чрезъ вѣру. Такимъ образомъ, непрерывно возрастая среди язычниковъ, она, наконецъ, привлекла къ себѣ и ихъ власти — въ лицѣ святыхъ Константина и Елены. Съ тѣхъ поръ государи и власти общественныя стали покровительствовать Церкви, давали ей гражданскія права, помогали въ самыхъ дѣлахъ вѣры, защищали отъ враговъ, но все это было уже дѣло ихъ благочестія, любви къ вѣрѣ. Сама же Церковь и теперь не домогалась стать на мѣсто государей и властей мірскихъ, подчинить ихъ себѣ во всемъ, прибрать въ свои руки всѣ дѣла ихъ: она оставалась вѣрною своему духовному призванію и служенію. Но такъ именно поступала всегда Церковь Восточная, вѣрная духу Христову и апостольскому. Напротивъ, Римская, измѣнивъ этому духу и отдѣлившись отъ Восточной, погналась какъ за духовною, такъ и за мірскою властью въ мірѣ христіанскомъ. Погоня эта и можетъ быть названа духомъ папства, т. е. духовно-мірского преобладанія Римской церкви.

15. Особенное выраженіе или примѣта духа папства

В: Въ чемъ особенно высказался въ мірѣ христіанскомъ духъ папства или мірской духъ церкви Римской?

О: Въ употребленіи всякаго рода мірскихъ средствъ даже и нечестивыхъ въ дѣлѣ вѣры. Отуманенные духомъ своекорыстія и властолюбія, папы, бискупы, ксендзы и ихъ пособники уже не такъ чисто и прямо смотрѣли на дѣло вѣры, а потому и повели его нечисто, непрямо. Они взяли обычай распространять свою вѣру и свою власть огнемъ и мечомъ: гдѣ не дѣйствуетъ слово Павла, тамъ нуженъ мечъ Петра, говорилъ одинъ папа, забывъ, что св. Петру Господь повелѣлъ вложить мечъ въ ножны (Іоан. 18, 11). Держась такого нечестиваго правила, папы, бискупы и ксендзы римскіе поднимали кровавыя войны противъ несогласныхъ съ ними христіанъ, завели страшныя судилища (инквизиціи), мученія, казни, костры, на которыхъ сожгли многіе десятки тысячъ христіанъ, чѣмъ особенно прославились ксендзы доминикане. Но всѣхъ превзошли ксендзы іезуиты, введшіе нечестивѣйшее правило, что цѣль освящаетъ средства: на этомъ основаніи они позволяли себѣ всевозможныя преступленія и неправды, лишь бы достигнуть святой, по ихъ мнѣнію, цѣли, т. е. подчиненія всѣхъ Римской церкви. Они научали королей, вельможъ, пановъ своей вѣры утѣснять народъ, когда онъ другой вѣры, поднимали бунты противъ государей не ихъ вѣры, подсылали убійцъ, отравителей къ неугоднымъ имъ государямъ и другимъ людямъ, оскверняли церкви и святыни людей не ихъ вѣры, неправдами захватывали чужія имущества, вносили рознь, ссоры, драки въ общества и семейства, расточали всякія клеветы, лжи, подлоги, обманы, пускались на всякія хитрыя сдѣлки и поддѣлки и т. п. Можно сказать, что іезуитство пуще всего осквернило и ославило Римскую церковь, такъ что еще наши предки за сотни лѣтъ предъ симъ называли римскую вѣру и папежскою, и іезуитскою, желая тѣмъ высказать осужденіе ей. Іезуитствомъ, можно сказать, заканчивается раскрытіе мрачнаго духа папства.

16. Отступленіе Римской церкви отъ каѳоличества, т. е. вселенскаго исповѣданія вѣры

В: Справедливо-ли церковь Римская называется Каѳолическою (вселенскою)?

О: Несправедливо. — Католическій (или Каѳолическій) — слово греческое, значитъ вселенскій, соборный, потому Истинно-Каѳолическая Церковь есть наша Православная, сохранившая единство вѣры съ Церковью Вселенскою, ея Вселенскими соборами. Напротивъ, Римская церковь отщепилась отъ этого единства, измѣнила каѳоличеству, т. е. вселенскому исповѣданію вѣры, исповѣданію Вселенскихъ соборовъ, потому она и не есть истинно каѳолическая. Эту измѣну ясно показала она на Символѣ вѣры. Мы видѣли, что этотъ Символъ есть исповѣданіе вѣры Вселенской Церкви, Вселенскихъ соборовъ, заповѣдавшихъ хранить его неприкосновенно, т. е. безъ прибавки и убавки. Но Римская церковь въ 8-омъ членѣ Символа, въ словахъ о. Св. Духѣ: иже отъ Отца исходящаго, прибавила и Сына. Тутъ есть великій грѣхъ! — грѣхъ противъ Вселенской Церкви, ея святыхъ Соборовъ, отцовъ и противъ Самого Господа, ибо слова Вселенскаго собора иже отъ Отца исходящаго взяты со словъ Господа, Который сказалъ: «егда пріидетъ утѣшитель, егоже Азъ послю отъ Отца, Духъ истины, иже отъ Отца исходитъ» (Іоан. 15, 26). Священнѣйшее для насъ таинство Святой Троицы есть таинство непостижимое, какъ и многія тайны вѣры. Тутъ мы должны твердо держаться ученія о нихъ Вселенской Церкви, которое одно и то же съ ученіемъ слова Божія. Римская же тому и другому предпочла мудрованія своихъ учителей. Мудрованія эти весьма разнообразны, затѣйливы, хитры. Ибо если истина православнаго ученія о Святомъ Духѣ ясна, видна прямо изъ словъ Спасителя, то ложь римскаго ученія, какъ и всякая ложь, требовала и требуетъ, для своей защиты, всякихъ ухищреній. Тутъ ихъ не перечесть. Вспомнимъ только нѣкоторыя поговорки, пущенныя ксендзами въ народъ для передачи ему этого лжеученія. «Если Отецъ, Сынъ Божій и Духъ Святый суть одно, то какъ можетъ быть, чтобы Духъ Святый, происходя отъ Отца, не происходилъ и отъ Сына?» На это можно спросить! если Богъ-Отецъ, Сынъ Божій и Духъ Святый одно, то почему же Сынъ Божій, рождаясь предвѣчно отъ Отца, не рождается предвѣчно и отъ Духа Святого? Забываютъ или лучше какъ бы хотятъ на этотъ разъ забыть римскіе учители, что Богъ Отецъ, Богъ Сынъ, Богъ Духъ Святый — одно по существу, а не лицамъ, ибо Лицъ три. То, что принадлежитъ существу Божію — обще, одно у всѣхъ Лицъ, а что принадлежитъ къ Лицу (особѣ), то особо различно у каждаго Лица и, принадлежа одному, не можетъ принадлежать другому. Такъ, Богу-Отцу, какъ Лицу Святой Троицы, принадлежитъ то, что Онъ ни отъ кого ни рожденъ, ни исходитъ, а Самъ рождаетъ Сына и изводитъ Духа Святого; Сыну — то, что Онъ рождается отъ Отца; Духу Святому то, что Онъ исходитъ отъ Отца. Смѣшивать эти личныя свойства Святой Троицы, значитъ смѣшивать самыя Лица, слѣдовательно уничтожать троичность Ихъ, а это великое заблужденіе — ересь! Къ ней-то и подходятъ римскіе учители, когда личное свойство Отца, т. е. что Онъ изводитъ Духа Святого, смѣшиваютъ съ личнымъ свойствомъ Сына Божія. Еще одно мудрствованіе, пущенное ксендзами въ народъ: «Если Христосъ говоритъ о Себѣ или отъ Себя: — пошлю Духа, пріимите Духъ Святъ, то, значитъ, Духъ Святый исходитъ и отъ Него: ибо какъ бы Онъ могъ посылать, даровать Духа Святого, если бы Духъ происходилъ отъ одного Отца, а не и отъ Него, Сына?» Отвѣтимъ. Иное дѣло предвѣчное исхожденіе Святого Духа, иное дѣло временное посланіе Его въ міръ, явленіе, дарованіе міру. Это послѣднее точно принадлежитъ какъ Отцу, такъ же Сыну и Самому Духу Святому. Сыну оно принадлежитъ какъ по единству (существа) Его съ Богомъ-Отцомъ и Св. Духомъ, такъ и по совершенному Имъ таинству искупленія, ради коего намъ и дарована благодать Святого Духа, посланъ, нисшелъ въ міръ Духъ Святой, почему Онъ и называется посылаемымъ, нисходящимъ чрезъ Сына, т. е. нисходящимъ временно въ міръ. Заключать отъ этого временнаго посланія, нисхожденія Духа въ міръ отъ Сына или чрезъ Сына къ вѣчному, личному исхожденію Его отъ Сына же — никакъ невозможно и крайне нелѣпо. Временно и Сынъ Божій посланъ въ міръ отъ Духа Божія, такъ же какъ и отъ Отца, почему и называется Христомъ, т. е. помазаннымъ на Свое служеніе Духомъ Божіимъ: Духъ Господень на Мнѣ, его же ради помаза Мя,… благовѣстити посла Мя. Мудрствуя по римски, слѣдовало бы поэтому сказать, что Сынъ Божій, какъ посланный въ міръ не отъ Отца только, но и Духа, и предвѣчно рождается не отъ Отца только, но и отъ Духа. Но это нелѣпость и нечестіе. Таковы и всѣ другія римскія мудрованія объ исхожденіи Святого Духа и отъ Сына.

17. Объясненіе римскаго отступленія отъ каѳоличества вѣры, т. е. вселенскаго исповѣданія ея

В: Какимъ образомъ Римская церковь позволила себѣ отступить отъ вселенскаго исповѣданія вѣры?

О: Это объясняется тѣмъ же духомъ папства. Пока духъ этотъ еще не укоренился въ Римѣ, до тѣхъ поръ сами папы съ любовью охраняли вселенское, православное исповѣданіе вѣры. Такъ, когда въ началѣ ІХ-го вѣка нѣкоторые самозванные учители, поддерживаемые мірской властью (Карла В.), вздумали требовать у папы Льва ІІІ-го, чтобы онъ ввелъ въ своей Римской церкви выдуманную ими въ Символѣ прибавку — и отъ Сына, то папа не согласился, даже велѣлъ написать этотъ св. Символъ совершенно неизмѣнно на двухъ доскахъ золотой и серебряной и поставить ихъ въ церкви съ надписью: Я, Левъ, поставилъ это изъ любви и для охраненія православной вѣры. Но къ концу того же вѣка, когда духъ папства сильнѣе прежняго обуялъ Римъ, папы уже сами повелѣваютъ бискупамъ и учителямъ своей церкви всемѣрно защищать осужденную прежде прибавку. Отъ чего же такъ? Отъ того, что въ эту пору мудрые восточные учители (особенно Патр. Фотій) стали обличать папъ за допущенную и распространяемую римскими учителями выдумку. Это само собою значило, что папы, усвоившіе только себѣ и своей церкви право учить Вселенскую церковь, дѣлаютъ это незаконно и сами нуждаются въ братскомъ наученіи отъ учителей этой церкви. Папы не могли допустить сего, и въ гордости своей, рѣшились скорѣе пожертвовать цѣлостью вѣры вселенской, каѳолической, чѣмъ мнимымъ правомъ на верховное учительство въ Церкви. Когда папы въ первый разъ были уличены (Николай — Фотіемъ) восточными учителями за новое лжеученіе ихъ о Духѣ Святомъ, то, не умѣя сами защищаться, вызвали на это дѣло мудрѣйшихъ, по ихъ мнѣнію, учителей своей церкви, повелѣвъ имъ во что бы то ни стало отстоять новое лжеученіе. Тѣ, разумѣется, натягивались изо всѣхъ силъ, выискивали и громоздили доводы на свое ученіе, какъ только могли. Не удивительно, что, говоря съ такимъ прямымъ задоромъ, учители эти наговорили нелѣпостей пропасть. Но то удивительно, что многія изъ этихъ старыхъ нелѣпостей повторились и послѣ, повторяются и теперь римскими учителями. Многіе изъ нихъ въ защиту новаго лжедогмата о Святомъ Духѣ приводили ложныя мѣста изъ святыхъ Отцовъ, т. е. такія, какихъ нѣтъ у Отцовъ, а еще чаще мѣста поврежденныя, переиначенныя папистами. Къ чести западныхъ христіанъ должно сказать, что въ ту самую пору, какъ папы призывали бѣдныхъ мудрецовъ своихъ отстаивать новое ученіе свое, на западѣ истинно мудрые ученые и свѣтлые учители, которые громко осуждали это ученіе, какъ ложное, новоизмышленное, нечестивое, громко объявляли себя на сторонѣ ученія Восточной Церкви, какъ ученія истиннаго, православнаго (Алкуинъ, Іоаннъ Скоттъ и др.). Были и въ лютеранствѣ ученые люди, познавшіе ложность новаго догмата римскаго о Святомъ Духѣ. Таковъ Адамъ Зерникавъ (†1691). Онъ посѣтилъ знаменитыя библіотеки Оксфорда, Кембриджа, Рима, чтобы въ древнихъ и лучшихъ спискахъ отеческихъ твореній видѣть ученіе отцовъ объ исхожденіи Святого Духа. Плодомъ этого была, во-первыхъ, полная увѣренность въ правотѣ ученія Восточной Церкви. Онъ прибылъ въ Россію къ просвѣщенному архипастырю Черниговскому Лазарю и соединился съ Православною Церковью. Во-вторыхъ — обширное и превосходное сочиненіе Зерникава «Объ исхожденіи Духа Святого отъ единаго Отца». Здѣсь собраны сотни мѣстъ изъ Отцовъ въ защиту православнаго ученія, собрано также много мѣстъ поврежденныхъ и приводимыхъ папистами въ защиту своего лжеученія.

18. Слѣдствіе римскаго отступленія отъ каѳоличества

В: Что должно было послѣдовать за римскимъ отступленіемъ отъ вселенскаго Символа вѣры?

О: Дозволивъ себѣ это важнѣйшее отступленіе, Римская церковь естественно дозволила себѣ потомъ и другія отступленія, другія выдумки въ вѣрѣ, самоправно выдавая ихъ за истины каѳолическія, вселенскія, божественныя. Она привыкла мнѣніе свое, голосъ свой и своей частной и мѣстной церкви ставить выше голоса всей Христіанской Церкви. Папы съ бискупами привыкли требовать, чтобы весь свѣтъ христіанскій думалъ о вѣрѣ не иначе, а такъ, какъ вздумается папѣ съ бискупами. Это римское самоправство подало большой соблазнъ всякимъ самозваннымъ учителямъ, которые также принялись ставить свои выдумки на мѣсто и выше ученія Вселенской Церкви. Чрезъ это Церковь сія и ея Вселенскіе соборы болѣе и болѣе забывались у христіанъ западныхъ, а Римская церковь составила рядъ своихъ вселенскихъ соборовъ, на которыхъ сама себѣ и утверждала свои новыя выдумки. И Богъ вѣсть куда бы она зашла на этой дорогѣ, если бы ее не останавливала своими обличеніями мудрая Восточная Церковь. Благодаря этому, благодаря также древнимъ православнымъ временамъ своимъ, Римская церковь все-таки болѣе другихъ западно-христіанскихъ обществъ сохранила основанія Вселенской Церкви. За это и можно назвать ее каѳолической, только не прямо каѳолической, а римско-каѳолической.

19. Римско-каѳоличество, какъ папство

В: Что значитъ названіе — церковь Римско-Каѳолическая?

О: Есть истинное и ложное толкованіе этого названія. Истинное — то, что въ этой церкви есть основанія вселенской христіанской вѣры, но содержимыя ею не совсѣмъ чисто, а съ примѣсью римскихъ выдумокъ, противныхъ ей. Ложное — то, которое даютъ этому слову сами римскіе учители, т. е. будто церковь Римская и Каѳолическая или Вселенская — одно и то же.

Такое толкованіе они любятъ подтверждать особенно тѣмъ, что Римская церковь наиболѣе распространена въ мірѣ, и христіанъ ея больше, чѣмъ христіанъ другихъ исповѣданій. Не такъ учили древніе св. учители, въ томъ числѣ и западные, какъ блаж. Августинъ, св. папа Григорій Великій или Двоесловъ и др. Они учили, что каѳоличество Церкви состоитъ главнымъ образомъ не въ большинствѣ членовъ ея въ то или другое время, а въ единствѣ ея вселенской вѣры, въ согласіи ея съ вѣрою Вселенской Церкви, начиная отъ временъ апостольскихъ, а этого-то, какъ сказано уже, и нѣтъ въ Римской церкви. Между тѣмъ, толкуя по своему каѳоличество, римскіе учители ведутъ это толкованіе къ тому, что Церковь Каѳолическая или Вселенская должна быть Римскою, имѣть Римъ съ папой своимъ средоточіемъ, основаніемъ, главою и проч.: словомъ, это то же папство, то же притязаніе папства. Не нелѣпо-ли оно, — еще разъ скажемъ? Возможно-ли, чтобы все христіанство смотрѣло въ одинъ уголокъ земли, чтобы всемірное Царство Христово, какъ называется Вселенская Церковь, стояло на одномъ городѣ, держалось имъ, слушалось одного человѣка — папы? Въ ветхозавѣтныя времена былъ у іудеевъ одинъ священный городъ — Іерусалимъ, но то было въ ветхозавѣтныя времена, когда при томъ и вѣра истинная жила у одного народа іудейскаго, въ одной странѣ — Палестинѣ. А Церковь Христіанская предназначена для всѣхъ людей, народовъ, странъ, словомъ для всего міра. Если уже есть для нея священныя мѣста, то это, конечно, тѣ, гдѣ жилъ Спаситель нашъ, откуда началась св. вѣра: это тѣ же восточныя мѣста, начиная отъ Іерусалима, гдѣ и Православіе тверже хранилось и сохранилось, чѣмъ въ Римѣ. Но Господь не благоволилъ и тамъ утвердить среды Своей Церкви, именно для того, чтобы такой среды не было, а была бы Церковь Вселенская, Соборная. Желать или чаять, подобно папистамъ, что когда-то всѣ народы обратятся къ Риму, и сдѣлается одно римско-каѳолическое христіанство, которымъ будетъ править папа со своими бискупами и ксендзами, — похоже на то, какъ іудеи чаютъ земного царства Мессіи, въ которомъ они будутъ стоять надъ всѣми народами, надъ всѣмъ свѣтомъ. Это похоже еще на гордость строителей Вавилонской башни, чаявшихъ сдѣлать себѣ имя и столбъ на весь свѣтъ. Это похоже, наконецъ, на гордость стараго языческаго Рима, который называлъ себя свѣтомъ (urbs — orbs): и надо сказать, что римское папство немало одушевлялось и одушевляется теперь именно памятью языческаго Рима.

20. Отступленія Римской Церкви — церковно-обрядныя: латинство вообще

В: Почему Римская церковь называется латинскою или латинствомъ?

О: Потому прежде всего, что служба Божія или литургія совершается въ ней повсюду на латинскомъ языкѣ. И это не законно. По обычаю Вселенской Церкви, согласному со словомъ Божіимъ (1 Кор. 14, 5–11), служба Божія должна совершаться на языкѣ понятномъ народу. Такъ она совершалась всегда у христіанъ и народовъ восточныхъ, на языкѣ которыхъ издавна переведены были и книги Священнаго Писанія, особенно Евангеліе, Апостолъ. Объ этомъ говорятъ Св. Іоаннъ Златоустъ и многіе другіе учители и писатели церковные. Да и на западѣ въ древнѣйшее время служба Божія во многихъ мѣстахъ совершалась на народномъ языкѣ. Но съ тѣхъ поръ, какъ папы римскіе стали стремиться къ неограниченному господству надъ міромъ христіанскимъ, стали они распространять и свою латынь какъ въ словѣ Божіемъ, такъ особенно въ службѣ или литургіи. Епископы и ксендзы скоро стали помогать имъ въ этомъ, измѣняя языку своего народа, своей страны. Тутъ былъ слѣдующій разсчетъ: чтобы ксендзы и бискупы странъ и народовъ, служа по-латыни, какъ служитъ и говоритъ папа въ Римѣ, тѣмъ болѣе, такъ сказать, породнились съ папой, съ Римомъ, тѣмъ болѣе отрывали свое сердце отъ родныхъ имъ странъ и народовъ и прилѣплялись имъ къ Риму, видя въ немъ какъ бы свое священное отечество. Отъ ксендзовъ такое понятіе должно было сообщиться и народамъ христіанскимъ, которые, слушая слово Божіе и богослуженіе на латинскомъ языкѣ, языкѣ папы и Рима, должны были пріучиться видѣть въ Римѣ свою всемірную столицу, а въ папѣ своего духовно-мірского монарха. Словомъ, единый языкъ богослуженія и слова Божія, языкъ латинскій долженъ былъ служить къ тому, чтобы закрѣпить, запечатать, заковать христіанство вселенское въ христіанствѣ папскомъ или латинствѣ. Съ другой стороны, повелѣвая совершать службу Божію и читать слово Божіе только на латинскомъ языкѣ, непонятномъ народу, Римская церковь имѣла въ виду и то, чтобы самъ народъ не могъ ничего познать въ вѣрѣ своей, а все узнавалъ только отъ ксендзовъ и кланялся имъ за это. Такое желаніе держать народъ въ невѣдѣніи доходило въ Римской церкви до того, что иногда она прямо запрещала народу читать слово Божіе, преслѣдовала тѣхъ, которые переводили его на народные языки, издавали на этихъ языкахъ; приказывала жечь такіе переводы и изданія. Со временемъ волею или неволею, должна была она позволить народу читать слово Божіе, молитвы, пѣть духовныя пѣсни на народномъ языкѣ, но самую службу все-таки совершаетъ она по-латыни. Было также время, когда папы позволяли самую службу или литургію совершать на народномъ языкѣ; такъ нѣкогда позволяли они единоплеменнымъ намъ славянскимъ народамъ совершать по-славянски службу, которая переведена была съ греческаго великими учителями словянскими свв. Кирилломъ и Меѳодіемъ. Однако же потомъ папы со своими бискупами запретили эту службу, провозгласили ее еретическою, даже прокляли ее, охуливъ при этомъ и самихъ святыхъ учителей славянскихъ, изгнали, наконецъ, изъ этихъ народовъ и службу ихъ и православное ученіе ихъ, насадивъ на мѣсто того свою латинскую службу и свое римское ученіе. Послѣ того славянская служба осталась только у русскихъ и у нѣкоторыхъ другихъ славянскихъ племенъ, сохранившихъ съ нею и древнее благочестіе и православіе. Потомъ заводя унію въ нашихъ краяхъ, папы опять дозволили было совершать литургію на народномъ языкѣ или славянскомъ. Но то была уступка невольная, допущенная съ цѣлью заманить въ унію; ксендзы и бискупы всегда косились на нее, всегда рады были бы потѣснить славянскую службу и замѣнить ее латинскою. И трудно представить, чтобы Римская церковь когда-либо искренно признала равноправность народной славянской службы съ латинской. Латинская служба доселѣ царствуетъ у всѣхъ католическихъ народовъ, а Римская церковь только теперь думаетъ замѣнить ее службою на народныхъ языкахъ ихъ. Такимъ образомъ, Римская церковь, какъ заковалась въ латинство, такъ и держится его и хочетъ держаться на будущее время. Латинство это состоитъ, однако же, не въ одномъ только языкѣ римскаго богослуженія, а въ самомъ богослуженіи латинскомъ.

21. Общее различіе богослуженія латинскаго отъ православнаго

В: Чѣмъ вообще различается богослуженіе латинское отъ православнаго?

О: Тѣмъ, чѣмъ вообще отличается Православіе отъ римско-католичества. Православное богослуженіе и въ цѣломъ содержаніи или составѣ своемъ, и во всѣхъ священнодѣйствіяхъ и обрядахъ своихъ — сообразно съ ученіемъ слова Божія, преданіемъ апостольскимъ и Вселенской Церкви, гдѣ надъ полнымъ устройствомъ и украшеніемъ его потрудились еще древніе отцы и учители Вселенской Церкви, мужи великой святости и великаго христіанскаго просвѣщенія, такіе какъ Св. Василій Великій, Іоаннъ Златоустъ. Богослуженіе это отличается чистотою исповѣданія и духомъ умиленія въ молитвахъ, пѣсняхъ, славословіяхъ, глубокою знаменательностью въ обрядахъ, священнымъ благолѣпіемъ въ цѣломъ видѣ своемъ. Во всемъ этомъ латинское богослуженіе много уступаетъ ему, много различается отъ него. Впрочемъ, эти различія двоякаго рода. Одни изъ нихъ умѣстны, законны: это, большею частью, особыя молитвы, священнодѣйствія, обряды, которые еще изъ древности обычны были Римской церкви, иногда заимствованы ею отъ Церкви Восточной. Ихъ осуждать вовсе не слѣдуетъ, по той причинѣ, что въ Христіанской Церкви съ самыхъ древнихъ временъ бывали различія въ службѣ церковной, бывали различныя священнодѣйствія, обряды, свойственные частнымъ, мѣстнымъ церквамъ, — и это не мѣшало единству вѣры и любви этихъ церквей. Сравнивая по этимъ различіямъ римское богослуженіе съ православнымъ, можно говорить только о превосходствѣ богослуженія православнаго, какъ лучше приспособленнаго къ духу вѣры и Церкви, чѣмъ богослуженіе латинское. Но есть въ этомъ послѣднемъ такія особенности, которыя свидѣтельствуютъ именно объ его искаженности, т. е. прямой несообразности съ ученіемъ слова Божія, преданіемъ апостольскимъ и Вселенской Церкви. Эти особенности введены уже позже и большею частью случайно, отъ небрежности, неразумѣнія, забвенія апостольскихъ и отеческихъ преданій, также произвола, иногда — по мірскимъ, нечистымъ видамъ. Укажемъ безраздѣльно на нѣкоторыя изъ тѣхъ и другихъ особенностей римскаго богослуженія, особенно же литургіи, какъ важнѣйшей части его.

22. Различіе въ составѣ литургіи римской и православной

В: Какія есть различія въ составѣ литургіи римской и православной?

О: Во-первыхъ, литургія или мисса (мша) римская гораздо короче православной: это потому, что православная литургія, въ главномъ составѣ своемъ, сложена еще въ древности, когда христіане были набожнѣе и любили много молиться, сложена трудами великихъ и пламенныхъ молитвенниковъ, какими были древніе св. Отцы. Литургія же римская, какъ она есть теперь, составлена позднѣе, когда набожность у христіанъ упала, и сложена людьми, у которыхъ уже не доставало такого молитвеннаго духа, какъ у древнихъ св. Отцовъ. Окончательный видъ свой римская литургія получила уже на извѣстномъ Тридентинскомъ соборѣ въ ХѴІ-мъ вѣкѣ. И не только литургія, но и другія церковныя службы, напримѣръ, вечерня, утреня въ Римской церкви гораздо короче, чѣмъ въ Православной — все по той же причинѣ. Въ укороченной литургіи римской не достаетъ многихъ назидательныхъ священнодѣйствій и обрядовъ, напримѣръ, нѣтъ въ ней проскомидіи, напоминающей прекрасный обычай первенствующихъ христіанъ приносить хлѣбы для совершенія таинства Евхаристіи, изъ какихъ хлѣбовъ или просфоръ устроялись потомъ вечери любви. Нѣтъ въ ней молитвъ за оглашенныхъ (хотя часть литургіи и называется у нихъ литургіей оглашенныхъ), напоминающихъ древній священный обычай вѣрующихъ молиться о готовящихся къ крещенію или вообще кающихся, чтобы Господь помиловалъ ихъ, просвѣтилъ и принялъ въ полное общеніе съ Церковью. Нѣтъ въ ней нашихъ эктеній (пространныхъ молитвословій), превосходно выражающихъ то единство общей церковной молитвы, по которому, съ древнихъ временъ христіанскихъ, всѣ христіане, стоявшіе въ храмѣ, участвовали въ молитвословіи, отвѣчая на возгласы священниковъ и діаконовъ краткими молитвенными воззваніями. Изрѣдка только бываютъ такіе возгласы и воззванія, уцѣлѣвшія отъ древности, въ сокращенной римской литургіи. Вообще молитвы устроены въ ней такъ, что священникъ молится самъ по себѣ, а народъ самъ по себѣ, такъ что и здѣсь видится въ Римской церкви стремленіе предстоятелей ея стоять особо отъ народа, надъ народомъ. Въ самомъ содержаніи нѣкоторыхъ молитвъ римской литургіи есть знаменательное различіе отъ молитвъ литургіи православной. Такъ, напримѣръ, въ первой же молитвѣ (канона) римской миссы есть прошеніе, чтобы Богъ удостоилъ Католическую (т. е. Римскую) церковь управлять всѣмъ міромъ: такое прошеніе напоминаетъ духъ преобладанія, усвоенный позже Римской церковью. Напротивъ, однимъ изъ первыхъ прошеній первой литургійной эктеніи нашей есть прошеніе: о мирѣ всего міра, благостояніи святыхъ Божіихъ Церквей и соединеніи всѣхъ: это прошеніе братской любви, сложенное еще во времена апостольскія. Въ нашей литургіи каждый разъ поется или читается во всеуслышаніе народа — Символъ вѣры, и такимъ образомъ это вселенское, православное исповѣданіе непрерывно, всенародно и торжественно свидѣтельствуется и повторяется въ церкви нашей въ священнѣйшія минуты служенія ея Богу. Напротивъ, въ римской миссѣ Символъ вѣры читается не во всѣ дни и притомъ читается онъ самимъ священникомъ, а не вмѣстѣ съ клиромъ или народомъ, который и не можетъ участвовать въ этомъ чтеніи, совершающемся на непонятномъ ему языкѣ, и который на этотъ разъ какъ бы удаляется отъ свидѣтельствованія едиными устами своими вѣры Христовой, взятаго на себя однимъ ксендзомъ: и, къ сожалѣнію, это свидѣтельствованіе его неправо, нечисто — по допущенію незаконной прибавки въ Символѣ. Можетъ быть, это отдѣльное отъ народа, отъ всей Церкви или братіи христіанской, свидѣтельствованіе вѣры самими только предстоятелями, облегчало Римской церкви ввести въ Символъ и незаконную прибавку. По крайней мѣрѣ извѣстно, что, завлекая въ унію православныхъ христіанъ на Востокѣ или на Руси, папы изстари дозволяли имъ употреблять въ богослуженіи Символъ въ древнемъ видѣ, безъ прибавки, боясь, чтобы подобная прибавка не произвела всеобщаго соблазна при извѣстномъ обычаѣ православныхъ пѣть Символъ во всеуслышаніе, какъ бы всѣмъ народомъ, всею Церковью. Бывшіе наши уніаты почти до Замойскаго собора 1720 года пѣли Символъ безъ «и Сына». Недаромъ и папа Левъ ІІІ хотѣлъ опереться на голосъ всей Церкви въ своемъ желаніи охранить неприкосновенность Символа, выставивъ въ церкви этотъ Символъ на 2-хъ доскахъ. Даже послѣ того, какъ съ половины ІХ-го вѣка прибавка принята была самими папами, они еще долго не рѣшались ввести ее у себя въ богослуженіе. Говорятъ, что случилось уже не ранѣе половины XI-го вѣка (на Ліонскомъ соборѣ 1040 года).

Не упоминая о другихъ молитвахъ и пѣснопѣніяхъ нашей литургіи, которыхъ нѣтъ въ латинской миссѣ, имѣющей, впрочемъ, свои, также набожныя и умилительныя молитвы, упомянемъ о недостаткѣ нѣкоторыхъ знаменательныхъ обрядовъ. Такъ, нѣтъ въ ней Малаго входа съ Евангеліемъ, знаменующаго шествіе Господа на проповѣдь Царствія Божія; нѣтъ Большого входа, знаменующаго шествіе Его на вольное страданіе. Вообще въ литургіи православной живѣе, чѣмъ въ миссѣ, представляется образъ жизни Спасителя отъ Его рожденія до вознесенія. А чтеніе Евангелія (какъ и Апостола) на непонятномъ языкѣ еще болѣе лишаетъ молящихся возможности возноситься къ образу Спасителя, такъ живо представленному въ Евангеліи — въ собственныхъ словахъ и дѣлахъ Его. Чувствуя это, латинскіе ксендзы читаютъ Евангеліе на понятномъ языкѣ послѣ обѣдни (если при церкви одинъ ксендзъ) предъ проповѣдью, какъ бы ради уже своей проповѣди, а не самаго Евангелія, и часто прочитываютъ только нѣкоторыя слова изъ Евангелія, изъ которыхъ берутъ мысли для своей проповѣди. Какъ будто и тутъ они хотятъ, чтобы народъ христіанскій слушалъ болѣе ихъ собственныя слова, чѣмъ слова Евангелія, котораго, замѣтимъ кстати, даже нѣтъ на престолѣ въ римскихъ церквахъ. Понятно, послѣ сего, что римскіе учители могли забывать слова Евангелія, слова Спасителя относительно главнаго священнодѣйствія литургіи — таинства Евхаристіи.

23. Неправильности латинской миссы въ самомъ таинствѣ Евхаристіи: опрѣсноки

В: Какая первая неправильность миссы въ таинствѣ Евхаристіи или причащенія?

О: Употребленіе опрѣсноковъ вмѣсто обыкновеннаго, кваснаго хлѣба. И это незаконно. Ибо Самъ Господь, установившій это таинство на послѣдней вечери Своей, совершилъ его на квасномъ хлѣбѣ, а не на опрѣснокахъ. Всѣ св. евангелисты говорятъ, что Онъ «пріемъ хлѣбъ, и благословивъ преломи, и даяше ученикамъ, и рече: пріимите, ядите» (Матѳ. 26, 26; Лук. 22, 19). Извѣстно, что Евангеліе и весь Новый Завѣтъ писаны св. Апостолами на греческомъ языкѣ. Потому должно обратиться еще къ греческому языку, греческому слову, чтобы видѣть, что разумѣется здѣсь подъ словомъ хлѣбъ. Въ греческомъ здѣсь стоитъ ἅρτος (артосъ), что значитъ хлѣбъ поднявшійся (отъ ἅρω, эро, поднимаю) или вскисшій. Хлѣбъ же безквасный, прѣсный называется вездѣ въ Священномъ Писаніи — ἅρτος, азимонъ, — опрѣснокомъ, если же называется хлѣбомъ, ἅρτος, то всегда съ прибавленіемъ — опрѣсночный (ἅρτος) хлѣбъ (Числ. 6, 19).

На хлѣбѣ же, а не опрѣснокахъ, совершали Евхаристію св. Апостолы и первенствующая Церковь: «хлѣбъ, егоже ломимъ, не общеніе-ли Тѣла Христова есть?» — говоритъ св. Павелъ христіанамъ коринѳскимъ (1 Кор. 10, 16). Вспомнимъ, что хлѣбъ для таинства Евхаристіи приносимъ былъ народомъ, и приносимъ конечно такой, какой обыкновенно употреблялся и употребляется въ пищу, т. е. квасный, а не опрѣснокъ, потому что этотъ же хлѣбъ употреблялся послѣ Евхаристіи вообще для общей вечери, или вечери любви, и для вспоможенія бѣднымъ (Дѣян. 2, 42. 46; 1 Кор. 11, 21. 22). Св. Отцы (св. Епифаній) говорятъ, что опрѣсноки употребляли въ Евхаристіи только нѣкоторые еретики, державшіеся закона іудейскаго, отмѣненнаго уже св. Апостолами. Наконецъ, извѣстно, да и сами римскіе учители иногда сознаются, что опрѣсноки появились въ ихъ церкви уже поздно (съ Х-го или даже съ ХІ-го вѣка). А явились они, — говорятъ, — по слѣдующему поводу. Когда у христіанъ охладѣла уже набожность, и они перестали приносить хлѣбъ для Евхаристіи, или приносили нехорошій, то причтъ или клиръ сталъ самъ приготовлять его. По небрежности, оплошности, поспѣшности, онъ сталъ печь опрѣсноки, потому что это скорѣе и подручнѣе, чѣмъ печь хлѣбъ; потомъ это вошло въ общій обычай, хотя многіе добрые священники, пастыри, жаловались тогда на это. Пусть употребленіе опрѣсноковъ и не уничтожаетъ силы самаго таинства, въ которое римо-католики вѣрятъ такъ же, какъ и мы. Жаль, однако, видѣть, какъ легко, по простой небрежности, нарушенъ уставъ Христовъ въ такомъ великомъ Таинствѣ; это показываетъ какъ вообще легко забывались уставы Христовы, апостольскіе, отеческіе въ Римской церкви, слишкомъ дорожащей, однако, своими самовольными уставами. Жаль также, что дѣло, допущенное по небрежности, взялись даже защищать многіе римскіе учители, твердя, будто Самъ Христосъ совершилъ Евхаристію на опрѣснокахъ, забывая или не хотя знать, какъ толковали объ этомъ св. Отцы, лучше ихъ разумѣвшіе Евангеліе и, однако, никогда не установлявшіе опрѣсноковъ.

24. Причащеніе мірянъ подъ однимъ видомъ

В: Справедливо-ли установлено въ римской миссѣ причащать мірянъ подъ однимъ видомъ — хлѣба?

О: Совсѣмъ несправедливо. Господь нашъ Іисусъ Христосъ, устанавливая на послѣдней вечери таинство Евхаристіи, преподалъ хлѣбъ и сказалъ: «Пріимите, ядите: сіе есть Тѣло Мое». Потомъ чашу со словами: «Пійте отъ нея вси: сія есть Кровь Моя…» Онъ заповѣдалъ, чтобы, причащаясь Тѣла, всѣ христіане причащались и Крови Его. Такъ было и во времена апостольскія, ибо св. Павелъ говоритъ: «Да искушаетъ человѣкъ себе, и тако отъ Хлѣба да ястъ, и отъ чаши да піетъ». Слѣдовательно, онъ внушаетъ всякому человѣку, по испытаніи совѣсти своей, причащаться хлѣба и вина, т. е. Тѣла и Крови Христовой. И во всей Церкви Христовой исполнялась эта заповѣдь Христова и апостольская. Объ этомъ единогласно говорятъ древніе св. Отцы; то же говорятъ и древніе папы римскіе, а иные изъ нихъ причащеніе подъ однимъ видомъ называли даже суевѣріемъ и поруганіемъ святыни. Папа Геласій, жившій въ Ѵ-мъ вѣкѣ, писалъ: «Мы открыли, что нѣкоторые, довольствуясь только святою частію Св. Тѣла, воздерживаются отъ чаши Св. Крови. Не знаю, какимъ суевѣріемъ научаются они ограничивать себя, но безъ всякаго сомнѣнія, они или должны всецѣло принимать Св. Таины, или вовсе не быть допускаемы къ нимъ, потому что раздѣленіе одного и того же таинства не можетъ быть безъ великаго поруганія святыни». Такъ же училъ и св. папа Левъ Великій.

Даже новые римскіе учители сознаются, что обычая причащать мірянъ подъ однимъ видомъ хлѣба не было въ ихъ церкви въ первые двѣнадцать вѣковъ, а все-таки защищаютъ этотъ обычай разными толкованіями, вообще слабыми, а иногда и жалкими, какова, напримѣръ, сложенная ксендзами поговорка: «гдѣ тѣло, тамъ и кровь». Не грѣшно-ли стараться какою-либо поговоркою замять, закрыть слова Христа Спасителя! Не грѣшно-ли, не обидно-ли для народа христіанскаго, отнимать у него Кровь Христову! А сдѣлано это, должно быть, уже не по нерадѣнію только, какъ ввелись опрѣсноки: нѣтъ! тутъ, должно быть, былъ такой разсчетъ, съ какимъ служба Божія облечена въ латынь, т. е. чтобы побольше отличить, показать превосходство ксендзовъ предъ народомъ, давъ право имъ однимъ причащаться Тѣла и Крови Христовой. Таковъ духъ папства и латинства! — У дѣтей, которыхъ такъ любилъ Іисусъ Христосъ, какъ еще невинныхъ, незлобивыхъ, что ставилъ даже въ примѣръ взрослымъ, Римская церковь совсѣмъ отняла Тѣло и Кровь Христову, такъ что, если они умираютъ до извѣстнаго возраста, то умираютъ ни разу не причастившись Св. Таинъ, а это причащеніе есть для насъ — въ жизнь вѣчную. Въ древней Христіанской Церкви причащали и дѣтей; причащали ихъ въ Римской церкви (до Х-го и даже ХІІ-го вѣка), пока не стала она выдумывать своихъ новыхъ порядковъ.

25. Тайная мисса или литургія читанная (мша) у латинянъ

В: Откуда вышелъ у латинянъ обычай совершать миссу тайно, шопотомъ и приличенъ-ли онъ?

О: Думаютъ, что этотъ обычай вышелъ отъ упадка благочестія въ народѣ и нерадѣнія ксендзовъ. Такъ какъ пѣтая литургія гораздо длиннѣе читаемой, то ради поспѣшности и стали совершать послѣднюю, особенно въ будни. Думаютъ также, что тутъ дѣйствовалъ давній обычай латинскій — закупать миссы, побуждавшій ксендзовъ стараться побольше совершить литургій въ извѣстный срокъ, потому укорачивать ихъ чтеніемъ. Обычай этотъ противенъ духу Православной Церкви: обѣдни закупной, т. е. совершаемой именно только для закупившаго, быть не можетъ, ибо безкровная жертва, совершаемая на литургіи, есть жертва о всѣхъ и за всѣхъ. Православные христіане подаютъ имена свои или умершихъ сродниковъ для поминовенія на литургіи, иногда даже каждый день или на цѣлый годъ, даже на вѣчное поминовеніе, но никто изъ нихъ не думаетъ, что литургія, на которой поминаютъ ихъ, принадлежитъ, такъ сказать, имъ. Можетъ быть также, обычай закупныхъ миссъ, если не произвелъ, то распространилъ, усилилъ другой латинскій обычай — совершать на одномъ и томъ же престолѣ нѣсколько миссъ въ одинъ день. (Сами латинскіе писатели сознавались, что крайнему усиленію означеннаго обыкновенія способствовалъ именно обычай — служить миссы по закупу /кардиналъ Бона/). Это также неосновательно, ибо съ древнихъ временъ въ Церкви на одномъ престолѣ въ одинъ день совершалась одна литургія — въ знакъ единства Христовой жертвы принесенной разъ и навсегда, и служащей основаніемъ безкровной жертвѣ — приносимой на литургіи. — Впрочемъ, какъ бы ни возникъ обычай тайной миссы, вѣрно то, что и онъ явился поздно и только на Западѣ, и сталъ распространяться особенно съ тѣхъ поръ, какъ распространено было правило служить миссу непремѣнно на латинскомъ языкѣ. Какъ народъ не понималъ этого языка, то и не для чего казалось совершать литургію во всеуслышаніе. Такъ одно злоупотребленіе ведетъ за собою другое! Въ связи съ этими обыкновеніями находится и слѣдующій обычай латинянъ.

26. Обычай молиться каждому по своей книжкѣ во время литургіи

В: Почему введенъ этотъ обычай у католиковъ и какъ судить о немъ?

О: Введенъ этотъ обычай опять потому же, что литургія совершается у католиковъ по-латыни. Такъ какъ при этомъ народъ не могъ принимать участія въ общемъ богослуженіи, общей церковной молитвѣ, то и составлены нарочныя книжечки на народномъ языкѣ, чтобы по нимъ каждый молился самъ по себѣ. Разумѣется, нельзя сказать, чтобы въ этой особной или частной молитвѣ не выражалось, не питалось набожное христіанское чувство. Но такъ какъ литургія есть общественное богослуженіе и совершаемое въ ней таинство Причащенія выражаетъ наше общеніе во Христѣ, какъ членовъ единаго тѣла, у коего глава — Христосъ, то не сообразнѣе-ли молиться здѣсь такъ, какъ бы мы составляли единое тѣло, единую душу, молиться единымъ сердцемъ и едиными устами? И для чего мы и собираемся въ церковь, если не для единомысленной и единогласной молитвы, какъ собирались и какъ молились и первенствующіе христіане въ духѣ братства и единенія во Христѣ. Даже великіе подвижники, жившіе въ пустыняхъ и вертепахъ, собирались въ урочныя поры для общей, единодушной и единоустной молитвы, зная, что такая братская молитва особенно угодна Богу и сильна предъ Нимъ. Правда, молитовники (олтажики) католическіе бываютъ приспособлены къ содержанію литургіи, такъ что, читая ихъ, молящіеся участвуютъ въ общихъ литургійныхъ молитвахъ, воззваніяхъ. — Подобные молитвословы употребляются иногда и православными христіанами, которымъ, впрочемъ, удобнѣе при этомъ сливать свою молитву съ литургійнымъ богослуженіемъ, совершаемымъ на понятномъ языкѣ и непремѣнно во всеуслышаніе, а не шопотомъ. Но далеко не всегда именно такіе молитвословы употребляются католиками во время литургіи. Часто, если еще не чаще, бываютъ въ это время въ рукахъ ихъ общіе сборники разныхъ молитвъ, литаній, хотя добрыхъ и назидательныхъ, но не приспособленныхъ именно къ литургіи, такъ что эта важнѣйшая часть христіанскаго богослуженія все-таки какъ бы исчезаетъ для нихъ, и во время миссы они все-таки молятся особнякомъ, съ особеннымъ какимъ-либо прошеніемъ (интенціею), обѣтомъ и притомъ очень часто бываютъ и обращены совсѣмъ не туда, гдѣ служится мисса. Во всякомъ случаѣ, молитвословы никогда не могли замѣнить богослуженія на понятномъ языкѣ и во всеуслышаніе, ибо всегда было несравненно болѣе неумѣющихъ читать, чѣмъ умѣющихъ. А богослуженіе, какъ вообще вѣра — не для грамотныхъ только, а для всего христіанскаго народа. Правда, ксендзы позаботились и о простомъ народѣ, составивъ для него на народномъ языкѣ пѣсни, стихи, которые легко изучиваются по слуху и поются народомъ между прочимъ — и при литургіи, особенно читанной, какъ это было и у уніатовъ. Пѣсни эти сами по себѣ — доброе дѣло. Доброе дѣло и то, что онѣ поются всѣмъ народомъ, мужчинами и женщинами. Это именно церковное, братское пѣніе. Но пѣсни эти не приспособлены къ литургіи и поются безъ вниманія къ ней: ксендзъ служитъ миссу самъ по себѣ, не слушая пѣнія народа, а народъ поетъ самъ по себѣ, не слушая ксендза: словомъ, тутъ не достаетъ единства литургійной молитвы. Потому если пѣсни эти хороши для времени до и послѣ литургіи, вообще для другихъ богослужебныхъ собраній, то они все-таки не замѣняютъ для народа богослуженія — литургіи, скрывающейся для него въ латинскомъ языкѣ, шопотѣ ксендза, да еще игрѣ органиста.

27. Музыка при богослуженіи у латинянъ

В: Употреблялась-ли музыка при богослуженіи въ древней Церкви?

О: Не употреблялась. Самъ Спаситель и Апостолы хвалили Бога живымъ голосомъ, пѣніемъ. Самая Тайная вечеря закончена пѣніемъ. «И воспѣвше, изыдоша въ гору Елеонскую» (Матѳ. 26, 30). Пѣніемъ, а не музыкой, славили Бога и первенствующіе христіане (Дѣян. 16, 25; Колос. 3, 16, Ефес. 5, 16). Такъ же было и во время св. Іоанна Златоуста, который, притомъ, говоритъ еще, что употребленіе музыки при богослуженіи у іудеевъ допущено было по слабости и жестокосердію ихъ. Это достаточно объясняетъ, что христіанамъ не слѣдуетъ оправдывать музыку при богослуженіи примѣромъ іудеевъ, какъ то дѣлаютъ латиняне. Да и Западная церковь долго не употребляла музыки при богослуженіи: и блаженный Августинъ прямо говоритъ, что она неумѣстна при богослуженіи. Уже весьма поздно (съ ХІІІ-го вѣка) завелись на Западѣ въ храмахъ органы, а потомъ и другіе музыкальные инструменты, даже бубны. Впрочемъ, Римская Церковь на этотъ разъ не забываетъ, что она отступила отъ древняго обычая христіанскаго: такъ при папскомъ служеніи въ Римѣ бываетъ пѣніе, а не музыка. Хвалили когда-то папы (Бенедиктъ XIV въ граматѣ 1749 г.) и русскихъ, бывшихъ въ уніи, что они не употребляютъ въ церквахъ своихъ музыки, хотя потомъ уніаты, подражатели латинянъ, завели было, наконецъ, у себя органы. — Конечно и музыкой можно выражать душевныя чувства и при томъ глубоко, но не свойственнѣе-ли собственно молитвенныя чувства къ Богу выражать живымъ голосомъ, словомъ, чтобы такимъ образомъ по истинѣ славословить Бога? Не доступнѣе-ли это для каждаго христіанина?! И не лучше-ли выражается единство общей церковной молитвы и участіе въ ней предстоящихъ въ храмѣ, когда они слушаютъ ясныя и раздѣльныя слова церковнаго пѣнія или сами присоединяются къ нему, чѣмъ когда они слушаютъ нѣмые звуки инструмента? Правда, органисты обыкновенно припѣваютъ при игрѣ своей (если служится не тайная мисса); вообще съ хоромъ музыкальнымъ соединяется иногда въ костелахъ хоръ пѣвческій, но и тутъ музыка заглушаетъ пѣніе. Извѣстно, наконецъ, что церковные органисты, нерѣдко позволяютъ себѣ, особенно при концѣ богослуженія, заигрывать свѣтскія пѣсни или игры, и, конечно, не безъ разрѣшенія ксендзовъ, которые этой поблажкой мірскимъ прихотямъ, свѣтскому вкусу, можетъ быть, разсчитываютъ завлекать къ себѣ слабыхъ христіанъ. Должно думать, что этотъ же разсчетъ былъ одною изъ главныхъ причинъ и при первоначальномъ введеніи музыки въ костелахъ, особенно послѣ того, какъ непонятный народу латинскій языкъ и непонятность богослуженія, стали отзываться скукою и пустотою въ душѣ христіанъ, собиравшихся на богослуженіе.

28. Устройство храмовъ католическихъ

В: Чѣмъ отличается устройство католическихъ костеловъ отъ храмовъ православныхъ?

О: Тѣмъ, прежде всего, что храмы наши обращены алтаремъ всегда къ востоку, а костелы большею частью къ западу, иногда въ другія стороны. Очевидно, первое приличнѣе послѣдняго. На востокѣ былъ Рай, гдѣ поселилъ Богъ первыхъ людей. На востокѣ, въ обѣтованной землѣ Палестинѣ, родился, жилъ, училъ, страдалъ и умеръ Спаситель нашъ. Тамъ Виѳлеемъ, Назаретъ, Іерусалимъ. Іорданъ, Ѳаворъ, Голгоѳа. Тамъ являлась Святая Троица во время крещенія Господня въ Іорданѣ. Тамъ, въ Сіонской горницѣ, нисходилъ Духъ Святой на Апостоловъ. Оттуда они посланы во всю землю проповѣдывать Евангеліе, и началась Церковь Христіанская. Самъ Спаситель нашъ называется Востокомъ, — какъ поетъ и Церковь — Востокъ имя Ему, и говорится въ Евангеліи: «посѣтилъ есть насъ Востокъ свыше» (Лук. 1, 78). Итакъ не къ востоку-ли должны быть обращены наши храмы и наши лица во время молитвы? Правда, Богъ вездѣсущъ, и сила молитвы зависитъ отъ вѣры и внутренняго расположенія, а не отъ внѣшняго положенія нашего тѣла. Но развѣ это положеніе не можетъ выражать и возбуждать и внутреннихъ расположеній души? Для чего же мы возносимъ очи свои горѣ, къ небу, какъ возносилъ и Спаситель нашъ, хотя знаемъ, что Богъ вездѣ, на небѣ, на землѣ и на каждомъ мѣстѣ? Не для того-ли, чтобы живѣе представить себя въ присутствіи Отца Небеснаго, легче вознестись мыслями отъ земного къ небесному, отъ временнаго къ вѣчному? Такимъ же образомъ, когда Православная Церковь пріучила насъ строить храмы и молиться на востокъ, то не для того-ли, чтобы мы живѣе представляли себя въ присутствіи посѣтившаго насъ свыше Востока — Христа Спасителя, чтобы оживляли и укрѣпляли нашу вѣру тѣми великими и священными воспоминаніями, образами, какіе соединяются съ именемъ Востока въ Церкви Христіанской. Наконецъ, обращаясь со своими храмами и молитвами къ востоку, Православная Церковь не выражаетъ-ли тѣмъ, что она остается и хочетъ остаться вѣрною тому апостольскому и отеческому ученію, которое передано міру съ востока, тогда какъ направленіе костеловъ, обращенныхъ въ разныя стороны, особенно къ западу — не можетъ-ли напоминать о направленіи и самой Церкви Католической, оторвавшейся отъ единаго и общаго преданія церковнаго, пошедшей по распутіямъ человѣческихъ вымысловъ и думающей найти новое средоточіе, новую основу вѣры на западѣ, въ Римѣ и папѣ? (Въ Бѣлоруссіи, въ Польшѣ и на Украинѣ можно нерѣдко видѣть старинные костелы, построенные на востокъ. Во многихъ изъ нихъ это служитъ знакомъ, что они передѣланы съ древнихъ православныхъ церквей или же уніатскихъ, но бывшихъ нѣкогда православными).

29. Устройство алтаря въ католическихъ костелахъ

В: Чѣмъ различается устройство алтаря въ костелахъ отъ устройства его въ нашихъ храмахъ?

О: Изъ многихъ различій укажемъ на нѣкоторыя. Во-первыхъ, въ храмахъ нашихъ одинъ престолъ во образъ единства Церкви: если хотятъ имѣть другіе, то устраиваютъ особые придѣлы, отдѣленные стѣною: это то же, что особенные храмы — съ особымъ престоломъ каждый. Такъ было и въ древности: «У насъ одинъ престолъ, — говоритъ св. Игнатій Богоносецъ, — подобно тому, какъ одинъ епископъ съ пресвитерами и діаконами». Напротивъ, въ костелахъ устрояется по нѣскольку престоловъ, не отдѣленныхъ другъ отъ друга стѣною, такъ что и здѣсь есть отступленіе отъ древняго христіанскаго обычая. Во-вторыхъ, въ нашихъ храмахъ престолы или придѣлы со своими престолами, всегда устрояются въ одну сторону, и при томъ еще литургія въ одно и то же время совершается на одномъ престолѣ, что и даетъ предстоящимъ во храмѣ одно направленіе, объединяетъ ихъ молитву въ знаменіе единства Церкви и братства христіанскаго. Напротивъ, въ костелахъ престолы или алтари устрояются, какъ попало, по разнымъ сторонамъ и угламъ, такъ, что стоя лицомъ къ одному, придется очутиться бокомъ, спиной къ другому. И такое неприличное стояніе бываетъ во время самой литургіи, которая можетъ совершаться въ одно и то же время на нѣсколькихъ престолахъ, такъ что и молящіеся должны раздробляться по престоламъ и, такъ сказать, раздроблять свою молитву. Въ-третьихъ, престолы въ православныхъ храмахъ стоятъ посреди алтаря и имѣютъ четыре стороны, сообразно 4-мъ сторонамъ свѣта, знаменуя тѣмъ всемірность единой жертвы Христовой, а у латинянъ престолъ не выдвинутъ на средину алтарнаго мѣста, какъ было, однако, въ древности и въ костелахъ, а прижатъ къ стѣнѣ, за то значительно возвышенъ. Эта возвышенность даетъ возможность ксендзамъ сосредоточивать на престолѣ всю красоту, весь блескъ костельнаго убранства, такъ что кромѣ распятія, св. сосудовъ и др. необходимыхъ принадлежностей, на престолѣ бываютъ у нихъ стороннія вещи, напримѣръ, зеркала, цвѣты, что все точно можетъ поражать, привлекать глазъ. Престолъ въ нашихъ храмахъ устроенъ проще, зато въ немъ болѣе священнаго знаменованія, особенно потому, что на немъ всегда еще находится и образъ Христа, Учителя вѣры — Евангеліе, которое, къ удивленію, позабыли латиняне ставить на своемъ престолѣ. Въ-четвертыхъ, въ костелахъ при престолѣ нѣтъ жертвенника для проскомидіи, какой есть въ православныхъ храмахъ и былъ въ древности подъ именемъ предложенія. Подобіе проскомидіи, состоящее, впрочемъ, только въ облаченіи священника, вырѣзкѣ опрѣснока и приготовленіи св. сосудовъ, совершается въ ризницѣ. Въ-пятыхъ, алтарь въ костелахъ не отдѣленъ иконостасомъ, какъ въ нашихъ храмахъ и какъ было въ древности, особенно со времени св. Константина Великаго. Иконостасъ придаетъ глубокую знаменательность святынѣ алтаря. Прикрывая его отъ взоровъ народа, онъ облекаетъ нѣкоторою таинственностью алтарь, который древніе отцы называли святая святыхъ, гдѣ приносится таинственная жертва Тѣла и Крови Христовой, почему въ древности никто изъ непосвященныхъ, даже цари, не входили въ алтарь изъ благоговѣнія къ его святынѣ. Древняя троичность вратъ въ иконостасѣ, изъ которыхъ среднія назывались царскими, знаменуя вхожденіе чрезъ нихъ Царя славы къ престолу благодати. Отверстіе ихъ св. Златоустъ называетъ отверстіемъ небесъ, хожденіе чрезъ нихъ — восхожденіемъ и нисхожденіемъ Ангеловъ. Остальныя же двое устроялись въ знаменіе принятія іудеевъ и язычниковъ въ достояніе Божіе. Священныя изображенія на иконостасѣ, по замѣчанію учителей Церкви, открывали взорамъ вѣрующихъ Іерусалимъ небесный, Церковь святыхъ, на небесѣхъ написанныхъ и нашихъ руководителей къ жизни небесной. Образы Спасителя и Богоматери, по сторонамъ вратъ, говорятъ намъ о таинствѣ вочеловѣченія Сына Божія, въ Которомъ и мы усыновляемся Отцу Небесному для жизни вѣчной, а образъ Тайной вечери надъ вратами напоминаетъ намъ о значеніи великаго священнодѣйствія, совершаемаго въ алтарѣ. Понятно послѣ сего, что уничтожить иконостасъ, какъ то сдѣлали католики и, по подражанію имъ, сдѣлали было и уніаты, значитъ изубожить священное и знаменательное благолѣпіе алтаря.

30. Священныя изображенія въ католическихъ костелахъ

В: Чѣмъ отличаются священныя изображенія въ костелахъ отъ священныхъ изображеній въ нашихъ церквахъ?

О: Во-первыхъ тѣмъ, что въ костелахъ бываютъ изображенія не только живописныя, но еще, даже чаще, рѣзныя, въ видѣ статуй; въ православныхъ же храмахъ — только живописныя, за весьма немногими исключеніями. О живописныхъ образахъ или, собственно, иконахъ извѣстно съ самаго начала Христіанства. Такъ, Самъ Спаситель послалъ Нерукотворенный Образъ Свой на убрусѣ царю Авгарю. Св. евангелистъ Лука писалъ икону Божіей Матери. Извѣстны были иконы и во времена мученическія, какъ свидѣтельствуютъ церковные бытописатели (Евсевій). Седьмой Вселенскій соборъ, защитившій почитаніе св. иконъ отъ нечестивыхъ иконоборцевъ, разумѣлъ именно иконы живописныя. Напротивъ, рѣзныя изображенія неизвѣстны въ древней Христіанской Церкви. Только нѣкоторыя, опредѣленныя изъ этихъ изображеній или фигуръ допускались въ древности, и это почти только тѣ, которыя и теперь допускаются въ православныхъ храмахъ. И въ самомъ дѣлѣ, не приличнѣе-ли въ церквахъ быть живописи, какъ искусству болѣе тонкому, болѣе способному выражать образы духовной жизни, чѣмъ рѣзьбу, ваяніе? Допущеніе въ самыхъ крайнихъ размѣрахъ этихъ искусствъ для священныхъ изображеній въ Римской церкви объясняется тѣмъ, что ей то особенно достались въ наслѣдство памятники этихъ искусствъ — языческіе, передѣланные потомъ въ христіанскіе, а еще тѣмъ, что допущеніемъ въ своихъ храмахъ всѣхъ искусствъ, она думала болѣе подѣйствовать на народъ. Но при этомъ допущеніи въ храмы всѣхъ искусствъ, тѣмъ страннѣе и самолюбивѣе кажется изгнаніе ею изъ храмовой службы живого слова человѣческаго въ его живыхъ, народныхъ языкахъ. Во-вторыхъ, въ Римской церкви издавна былъ, да и теперь еще не вывелся обычай изображать, а тѣмъ болѣе украшать, священные образы слишкомъ уже по мірскому, подлаживаясь подъ мірскіе, свѣтскіе вкусы; и этотъ обычай доходитъ иногда до крайней пустоты (напримѣръ, модная одежда и модное убранство для фигуры Божіей Матери), даже до неприличія и соблазна… Произошла такая погрѣшность можетъ быть оттого, что Римская церковь, объятая мірскимъ духомъ, по мірскому смотрѣла иногда и на иконы, видя въ нихъ не столько иконы, сколько картины, которыя могутъ просто плѣнять взоръ, занимать присутствующихъ, разумѣется и назидать ихъ. Конечно, бывали и есть въ знатнѣйшихъ римскихъ костелахъ великолѣпныя и дивныя священныя картины, но такихъ, очевидно, не можетъ быть много. Вообще же какъ скоро икону разумѣютъ, какъ картину, то легко тутъ искажаться священному значенію иконы. Православная Церковь, хотя и не хвалится какимъ-либо необыкновеннымъ художествомъ въ своихъ иконахъ, за то въ нихъ вообще болѣе правдивости, вѣрности (исторической), духовности и храмового приличія, ибо Православная Церковь заботится не о томъ, чтобы священными образами плѣнить взоръ, усладить людской вкусъ, часто прихотливый, а о томъ особенно, чтобы отъ образовъ вознести нашу мысль къ лицамъ изображаемымъ, напомнить объ ихъ святой, духовной жизни на землѣ и славѣ на небѣ. Въ связи съ этимъ различіемъ въ свойствѣ священныхъ изображеній въ церкви Римской и Церкви Православной находится и то, что Римская допускала при своемъ богослуженіи нѣкоторыя представленія, зрѣлища. Въ старину они бывали весьма часты и нерѣдко весьма странны. Теперь осталось изъ нихъ очень немногое, болѣе скромное и по большей части только въ большихъ монастырскихъ костелахъ, что, впрочемъ, все-таки можетъ напоминать намъ о мірскихъ привычкахъ, принимавшихся въ Римской церкви, или нарочно усваиваемыхъ ею для приманки къ себѣ людей.

31. Нѣкоторыя особенности обрядового благочестія у латинянъ

В: Какія это особенности — въ сравненіи съ особенностями обрядовъ Богопочтенія у православныхъ?

О: Укажемъ лишь на нѣкоторыя изъ нихъ. Крестное знаменіе — въ обычаѣ какъ у православныхъ, такъ и латинянъ. Но у первыхъ оно совершается гораздо чаще и въ храмѣ, и внѣ его, напримѣръ, при входѣ въ домъ, при выходѣ изъ дому на работу, службу, вообще предъ началомъ всякаго дѣла, что всѣ соблюдаютъ, впрочемъ, благочестивые христіане. Латиняне крестятся пятью протянутыми пальцами въ знаменіе пяти ранъ Іисусовыхъ, что, конечно, назидательно. Православные же слагаютъ для этого пальцы такъ, что первыми тремя знаменуютъ таинство Святой Троицы, ибо мы крещены и крестимся во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа, а двумя остальными — соединеніе въ Іисусѣ Христѣ двухъ естествъ, т. е. что Онъ — Богъ и человѣкъ, почему Онъ только и могъ совершить наше спасеніе. Образъ же крестнаго страданія Спасителя напоминается у насъ если не пальцами, то самимъ крестнымъ знаменіемъ. Итакъ, оно у насъ совершается вообще назидательнѣе. Православные обыкновенно (за исключеніемъ нерадивыхъ) носятъ на себѣ кресты, которые даются у насъ каждому еще при крещеніи. Этого столько приличнаго и назидательнаго обычая нѣтъ у латинянъ, забытъ онъ былъ и у уніатовъ. Далѣе чествованіе св. иконъ у православныхъ выражается частымъ лобзаніемъ ихъ, ношеніемъ во время крестныхъ ходовъ, предложеніемъ ихъ во время литій, молебновъ и проч. Такой образъ чествованія бываетъ и у католиковъ, но гораздо рѣже, а то совсѣмъ забывается во многихъ мѣстахъ. Также забывается ими и обычный православнымъ способъ чествованія св. мощей, которыя у нихъ большей частью подъ спудомъ, укрыты подъ алтари, стѣны, такъ что и невозможно приложиться къ нимъ. Итакъ, у православныхъ строже удержался образъ чествованія св. иконъ и мощей, свойственный Церкви временъ Вселенскихъ соборовъ и опредѣленный на Седьмомъ Вселенскомъ соборѣ. И если во времена мученическія христіане, изъ благоговѣнія и любви къ св. мученикамъ, лобызали ихъ останки, даже одежды, орошенныя страдальческою кровію ихъ, то почему же не чествовать такъ и нынѣ ихъ останковъ и ихъ образовъ? Замѣчательно, что, умаливъ почитаніе иконъ и мощей святыхъ, Римская церковь установила для папы такіе знаки почитанія, какіе въ Церкви Христіанской издревле воздаются первымъ. Такъ въ нѣкоторыхъ крестныхъ ходахъ (процессіяхъ) папу носятъ на носилкахъ, будто образъ какой: такого же свойства обычай цѣловать ногу папскую. Можно подумать, что ревностные паписты чтятъ папу болѣе, чѣмъ святыхъ. Въ самомъ дѣлѣ не забыли-ли они многихъ преданій святыхъ, преданій Апостоловъ, отцовъ Церкви, исповѣдниковъ вѣры — ради несогласныхъ съ ними ученій и постановленій папскихъ? Чествованіе иконъ Спасителя, Богоматери, святыхъ и вообще чувство молитвеннаго сокрушенія предъ Богомъ выражается у православныхъ поклонами, которые кажутся иногда странными католикамъ. Но нуженъ-ли еще другой примѣръ для оправданія обычая православныхъ, какъ примѣръ Спасителя, о Которомъ говорится въ Евангеліи, что Онъ «паде на лицѣ Своемъ, моляся» (Матѳ. 26, 39). Но призывая къ поклонамъ, Православная Церковь все-таки не обязываетъ насъ къ другому болѣе тяжелому подвигу, къ которому ксендзы обязывали особенно простыхъ людей. Это — лежаніе накрестъ (ницъ), напримѣръ, въ теченіе цѣлой литургіи или нѣсколькихъ литургій. Далѣе въ римско-католическихъ костелахъ молятся большею частью сидя, для чего костелы и уставлены скамьями, а въ православныхъ храмахъ — стоя. Стояніе во время молитвы приличнѣе, чѣмъ сидѣніе. Самъ Спаситель представляетъ молящихся стоящими: «Егда стоите молящеся, отпущайте, аще что имате на кого» (Матѳ. 11, 25). И святые небожители изображаются стоящими окрестъ престола Божія. И въ древней Церкви во время общественныхъ молитвъ было въ обычаѣ стояніе, а не сидѣніе (Тертулліанъ — о молитвѣ). Въ Православной Церкви разрѣшается сидѣніе для слабыхъ людей, или во время продолжительныхъ чтеній (каѳизмъ), но не всегда и не вообще, какъ у католиковъ, хотя богослуженіе ихъ вообще короче православнаго. Должно быть, сидѣніе введено въ костелахъ изъ угожденія людямъ знатнымъ, у которыхъ особенно любили заискивать ксендзы. Можетъ быть, по тому же побужденію въ костелахъ легко измѣняютъ, сообразно людскимъ привычкамъ, и времена богослуженія. Напримѣръ, самая литургія, особенно поемая, и въ большихъ костелахъ, обыкновенно совершается съ полдня (съ 12 ч.), чего не допускаетъ Православная Церковь, приближая часъ литургіи къ часу сошествія Святого Духа (Дѣян. 2, 15) и желая, чтобы христіане приходили на литургію съ болѣе свѣжею мыслію, не переполненною еще мірскими впечатлѣніями, и даже до принятія пищи, какъ то и дѣлаютъ добрые христіане. Впрочемъ, не исчисляя всѣхъ подобныхъ различій обычаевъ римско-католическихъ отъ православныхъ, поспѣшимъ сдѣлать предостереженіе, что сила христіанскаго благочестія все-таки не въ обрядѣ, не во внѣшнихъ дѣйствіяхъ, а въ духѣ, въ расположеніи сердца, направленіи воли. Можно усердно чтить иконы и мощи святыхъ, лобзать ихъ, класть поклоны, и въ то же время быть далекимъ отъ жизни святыхъ. Можно рано и постясь спѣшить на обѣдню, но съ тою мыслію, чтобы потомъ цѣлый день провести въ праздности, гуляньи, безчиніи: это весьма неблагочестиво.

32. Праздники въ церкви Католической и Церкви Православной

В: Тѣ же-ли праздники въ церкви Католической, что и въ Церкви Православной?

О: Главные праздники — почти тѣ же, но въ Православной Церкви праздники, какъ эти, такъ и другіе, богаче церковными службами, молитвами, пѣснопѣніями, каковы, напримѣръ, каноны, литіи, поліелеи, вообще молитвословія утрени, вечерни, всенощнаго бдѣнія. Самое расположеніе праздниковъ, наименованіе недѣль съ приспособленными къ нимъ евангельскими и апостольскими чтеніями, молитвословіями — сдѣлано въ Православной Церкви съ лучшимъ смысломъ, лучшимъ, такъ сказать, духовнымъ вкусомъ, чѣмъ въ латинской. Разъяснять это было бы долго, но это можетъ увидѣть всякій, кто внимательно углубится въ содержаніе и духъ праздничныхъ и недѣльныхъ службъ нашихъ. Впрочемъ и изъ большихъ праздниковъ христіанскихъ у латинянъ нѣтъ праздника Крещенія или Богоявленія Господня, вмѣсто котораго они празднуютъ трехъ волхвовъ, или по ихнему, св. трехъ королей. Праздникъ 3-хъ королей могъ бы быть, но странно забыть о праздникѣ Крещенія, столько почитаемомъ въ древней Церкви, гдѣ въ этотъ особенно день или наканунѣ его (также Пасхи, Рождества Христова) совершалось и крещеніе новообращенныхъ, почему и пѣли: Елицы во Христа крестистеся и проч. Нѣтъ у католиковъ и священнодѣйствія Іордани или водосвятія, также бывшаго въ древности, какъ свидѣтельствуетъ и Св. Златоустъ, присовокупляя, что вода богоявленская набожно хранилась христіанами и, по ихъ вѣрѣ, оставалась непорченною на долгое время, являла даже цѣлительную силу. Но забывая праздники Вселенской Церкви, Римская церковь устанавливаетъ у себя праздники иногда безъ должнаго основанія. Таковъ праздникъ безгрѣшнаго зачатія Божіей Матери, догматъ о которомъ постановленъ папою Піемъ ІХ въ 1854 году. И Православная Церковь празднуетъ зачатіе св. Анны, т. е. зачатіе ею Пресвятой Богородицы. Это праздникъ древній, но онъ не заключаетъ лжедогмата о безгрѣшномъ или безпорочномъ зачатіи. Православная Церковь чтитъ Божію Матерь не менѣе Римской: сколько у насъ молитвъ, пѣсней, акаѳистовъ Божіей Матери, сколько праздниковъ, иконъ Ея, въ томъ числѣ чудотворныхъ! Всѣ службы, эктеніи сопровождаются у насъ моленіемъ и Божіей Матери, Которую Церковь наша называетъ Пресвятою, Пречистою, Честнѣйшею Херувимъ и Славнѣйшею безъ сравненія Серафимъ. Но вѣруя такъ, наша Церковь не считаетъ Ее зачатою безгрѣшно, т. е. безъ первороднаго грѣха: такъ зачатъ только Іисусъ Христосъ, ибо Онъ — Богъ и человѣкъ и зачатъ отъ Духа Свята, а Пресвятая Дѣва — человѣкъ и родилась такъ же, какъ и другіе люди. А чтобы стать Божіею Матерью, Она была предуготовлена, предочищена Христомъ, предосвящена Духомъ Святымъ, такъ что и содѣлалась Она Пречистою, Пресвятою. Намъ не нужно и мы не въ силахъ прибавить Ей славы болѣе той, какую Она имѣетъ и какую мы должны исповѣдать благоговѣйно. Такъ учили объ этомъ многіе древніе св. Отцы, хотя, впрочемъ, они не имѣли особенной нужды излагать это ученіе. Взялись за это уже съ XII вѣка ксендзы-школяры на западѣ; поднялся споръ, его подхватили потомъ ксендзы францискане и доминикане, а тамъ іезуиты, и такъ шло долго, доходило до соблазна, такъ что папы приказывали ксендзамъ замолчать. Въ 1854 году совсѣмъ нечаянно поднялъ и порѣшилъ это дѣло тогдашній папа. Для чего? А для того, чтобы показать, что папа можетъ, имѣетъ власть «непогрѣшимо» постановлять новые догматы. Напрасно! Знаемъ, что многіе изъ прежнихъ папъ не признавали новаго догмата, что другіе отдавали его, какъ мнѣніе, на свою, каждаго мысль и вѣру. Кто же непогрѣшимъ: Пій IX, или прежніе папы?

33. Посты у латинянъ и православныхъ

В: Чѣмъ разнятся посты у латинянъ отъ постовъ у православныхъ?

О: Прежде всего разнятся они временами. Такъ, Православная Церковь заповѣдуетъ поститься въ среду и пятницу, а римская — въ пятокъ и субботу. Православный обычай болѣе сообразенъ съ примѣромъ древней Церкви, чѣмъ римско-католическій. Въ Римско-католической церкви нѣтъ двухъ, извѣстныхъ съ древнихъ временъ, постовъ, а именно: Петрова и Успенскаго, и самый Великій постъ въ ней короче, чѣмъ въ Православной Церкви. Конечно, сила постовъ не въ ихъ количествѣ, а свойствѣ: ничего не пріобрѣтаетъ отъ поста тотъ, кто не ѣстъ скоромнаго, а въ то же время, напримѣръ, пьянствуетъ. Да и вообще тѣлесный постъ не имѣетъ цѣны безъ духовнаго, почему св. Церковь и говоритъ намъ: постящеся, братіе, тѣлеснѣ, постимся и духовнѣ. Потому, если мы сравниваемъ посты православные съ римско-католическими, то для того, чтобы видѣть, что вообще учрежденія Церкви нашей, въ томъ числѣ и учрежденіѣ о постахъ, носятъ на себѣ печать болѣе древняго и болѣе усерднаго благочестія, чѣмъ учрежденія римско-католическія, любящія подлаживаться подъ людскія прихоти, слабости, вкусы. Отсюда возникаетъ еще одна особенность: и Православная Церковь даетъ разрѣшеніе отъ поста людямъ слабымъ, немощнымъ, вообще соблюденіе поста она полагаетъ на христіанскую совѣсть людей, но Римская церковь очень часто даетъ такое разрѣшеніе въ видахъ простой услужливости, поблажки, особенно людямъ знатнымъ, чтобы такимъ образомъ, угождая ихъ чувственности, тѣмъ легче завлечь ихъ къ себѣ или удержать въ своей духовной власти. Этою угодливостью, обѣщаніемъ послабленія въ постахъ, римскіе учители думали завлечь на свою сторону и Кіевскаго князя Владиміра, когда онъ искалъ еще истинной вѣры, о чемъ скажемъ впослѣдствіи.

Укажемъ, наконецъ, на отсутствіе у латинянъ православнаго обычая, имѣющаго мѣсто преимущественно въ Великій постъ — обычая говѣнія. Въ древнія времена христіане причащались каждый день, искушая или испытывая предъ тѣмъ свою совѣсть и исповѣдуя согрѣшенія свои. Это было возможно при той пламенной любви къ вѣрѣ, ко Христу и чистотѣ духовной, какою отличались первенствующіе христіане. Потомъ, съ оскудѣніемъ любви и святости въ христіанахъ, исповѣдь и причастіе повторялись рѣже и рѣже среди нихъ и требовали уже особеннаго приготовленія отъ христіанъ для того, чтобы они достойнѣе и съ большею пользою для души приступали къ этимъ таинствамъ. Православная Церковь даетъ прекрасный способъ для такого приготовленія въ подвигѣ говѣнія, внушая, чтобы христіане не успокаивались на одной силѣ таинства, напримѣръ, на силѣ таинства Исповѣди — въ разрѣшеніи ихъ отъ грѣховъ, а и сами подвизались бы для своего очищенія отъ грѣховъ, для своей праведности и объ этомъ поразмыслили бы въ теченіе долгаго говѣнія. Упущеніе такого обычая въ Римской церкви объясняется тѣмъ, что она пріучала христіанъ полагать силу таинства гораздо болѣе (и почти исключительно) въ самомъ дѣйствіи его, чѣмъ во внутреннемъ расположеніи, съ какимъ оно принимается, а это въ свою очередь должно было внушать христіанамъ полагаться во всемъ на власть церкви, т. е. папы и ксендзовъ. Легкость взгляда на приготовленіе къ исповѣди и св. причастію простиралась у римско-католиковъ, а по подражанію имъ и у уніатовъ, до того, что считалось достаточнымъ прійти къ обѣднѣ натощакъ, чтобы исповѣдаться и пріобщиться. Отсюда-то частая исповѣдь у римско-католиковъ и уніатовъ. Впрочемъ это пояснится шире въ рѣчи о таинствахъ.

34. Таинства въ церкви Римско-католической и Церкви Православной

В: Есть-ли у латинянъ отличія отъ Православной Церкви въ таинствахъ?

О: Вмѣстѣ съ таинствомъ Евхаристіи, совершаемымъ на литургіи, латиняне содержатъ всѣ семь таинствъ. Но есть у нихъ отличія въ совершеніи таинствъ, отчасти въ самомъ взглядѣ на нихъ. По ученію Православія, въ таинствѣ подъ видимымъ образомъ подается невидимая благодать Божія, подается такъ, якоже хощетъ Духъ Святый и потому непостижимо для насъ (Іоан. 3, 8). Потому Православная Церковь не присвоила себѣ права по произволу распоряжаться дѣйствіями благодати въ таинствахъ, свято и въ цѣлости храня самые видимые образы и обряды ихъ, какъ искони установленные во Вселенской Церкви. Отсюда совершитель ихъ — есть только строитель тайнъ Божіихъ, орудіе благодати, дѣйствіе которой не зависитъ отъ его лица и доступъ къ которой открытъ равно и совершающему и пріемлющимъ таинство. Это настраиваетъ обѣ стороны къ миру и духовному союзу вѣры, устраняя мысль о духовномъ порабощеніи народа священствомъ. Не то видимъ въ латинствѣ. Здѣсь захотѣли, такъ сказать, всецѣло постичь благодать Божію, овладѣть ею, чтобы потомъ распоряжаться ею по своему произволу. Средствомъ къ тому послужила для латинскихъ мудрецовъ особая школярская наука ихъ (схоластика), въ которой умъ заходилъ за разумъ и которая любила упражняться болѣе въ пустыхъ словопреніяхъ, чѣмъ въ познаніи слова Божія, ученія, преданія и духа Вселенской Церкви и св. Отцовъ, на чемъ стоитъ наука православная. Съ этой-то наукой своею латинскіе ксендзы школяры принялись разбирать тѣ видимые образы, видимыя дѣйствія, чрезъ которыя сообщается благодать въ таинствахъ, и достигли будто бы того, что сумѣли во всей подробности и тонкости познать связь благодати со своимъ видимымъ дѣйствіемъ въ таинствахъ, какъ бы совершенно примѣрить ихъ между собою. Отсюда извѣстныя въ книгахъ латинскихъ выраженія: матерія и форма каждаго таинства. Отсюда опять вышло, что благодать Божію они такъ примѣрили, приковали къ видимому дѣйствію, совершаемому въ таинствѣ, что почти лишили здѣсь свободы Того, Кто даетъ ее якоже хощетъ и якоже вѣсть. Но какъ видимое дѣйствіе есть внѣшнее, представляемое вещественнымъ образомъ, то силу свою оно получаетъ отъ живой силы совершителя, отъ его мысли, намѣренія (интенціи). Онъ здѣсь не служитель только благодати, а обладатель ея, господинъ надъ нею, распорядитель ея. Такъ на мѣсто Христа и Духа Святого сталъ у латинянъ въ таинствахъ ксендзъ, бискупъ, а тамъ папа, какъ бы заслоняющій у нихъ Христа. Это сейчасъ видно въ обхожденіи ихъ съ таинствами. Такъ, въ крещеніи и мѵропомазаніи вмѣсто древняго, православнаго призыванія: «крещается рабъ Божій», «печать дара Духа Святаго», ксендзы и бискупы говорятъ: «я крещая тебя, я запечатлѣваю тебя». Не оправдываются-ли на нихъ слова блаж. Августина, который по поводу словъ Господа: «отпущаются грѣси ея мнози» (Лук. 7, 47), говоритъ: «Благій Врачъ не только современныхъ больныхъ исцѣляетъ, но и будущихъ предвидѣлъ, ибо имѣли явиться люди, которые станутъ говорить: я отпущаю грѣхи; я оправдываю; я освящаю всякаго, кого только крещу». Хотя въ разрѣшительной на исповѣди молитвѣ священникъ говоритъ у насъ: «Азъ недостойный іерей властію Его, мнѣ данною, прощаю…» и проч., но слова эти, мысль ихъ совершенно подчинены начальнымъ словамъ: «Господь и Богъ нашъ Іисусъ Христосъ да проститъ ти…» и проч. А Св. Іоаннъ Златоустъ, показывая, какъ Господь нашъ былъ чуждъ тщеславія, говоритъ: «Не сказалъ Онъ: васъ же Я крещу Духомъ Святымъ, но: имате креститися, научая насъ смиренномудрію». Утративъ это смиренномудріе, римское священство стало самоправно распоряжаться таинствами, видимыми дѣйствіями ихъ и благодатными дарами таинствъ, желая такимъ образомъ держать христіанъ въ духовномъ рабствѣ у себя. Мы видѣли уже, какъ самоправно распорядилось оно таинствомъ Евхаристіи, лишивъ весь народъ святѣйшей Крови Христовой и мудрствуя по школярски: «гдѣ Тѣло, тамъ и Кровь». Но верхъ самоправія показало оно въ таинствѣ Покаянія, такъ что объ этомъ скажемъ особо ниже. Теперь же о нѣкоторыхъ другихъ таинствахъ: такъ въ Крещеніи упущенъ тотъ образъ, какимъ крестился Господь и какимъ потому и должно оно совершаться. А Господь нашъ крестился въ Іорданѣ чрезъ погруженіе (Матѳ. 3, 16; Марк. 1, 5; Іоан. 3, 23); такъ крестили и св. Апостолы (Дѣян. 8, 37. 38). Примѣнительно къ такому образу совершенія крещенія, оно представляется въ словѣ Божіемъ подобіемъ потопа (1 Петр. 3, 19–21), банею водною (Ефес. 5, 26; Тит. 3, 5), спогребеніемъ Христу въ смерть для новой жизни о Немъ (Римл. 6, 4; Кол. 2, 12). Потому и въ древней Церкви крещеніе совершалось чрезъ погруженіе, какъ свидѣтельствуютъ многіе отцы и учители, въ томъ числѣ и Св. Василій Великій, говорящій: «Великое таинство Крещенія совершается тремя погруженіями». Дозволяла древняя Церковь совершать крещеніе и чрезъ обливаніе или окропленіе, но въ особенныхъ случаяхъ, особенно для больныхъ — въ видѣ исключенія. Дозволяетъ это и наша Церковь, признавая, что обливаніе или кропленіе не уничтожаетъ силы таинства. Но не тѣмъ-ли болѣе заслуживаетъ она почтенія, что сохранила въ большой силѣ тотъ образъ крещенія, которымъ крестился Самъ Господь, и который, поэтому, есть самый приличный и для всѣхъ, во Христа крестящихся. Въ таинствѣ Мѵропомазанія папство уперлось на томъ, что однимъ бискупамъ, а не ксендзамъ, даетъ право совершать его. Если же даетъ иногда и имъ, то по особой льготѣ, милости папской, какъ будто въ таинствѣ важнѣе милость папская, чѣмъ установленіе Вселенской Церкви, о которомъ мы точно знаемъ изъ св. Отцовъ и соборовъ. Такъ, напримѣръ, Св. Златоустъ и блаж. Іеронимъ говорятъ, что епископъ (по отношенію къ таинствамъ) ничѣмъ другимъ не отличается отъ пресвитера, какъ только одной хиротоніей, т. е властію рукополагать во священство. Такъ, обидѣвъ въ таинствѣ Евхаристіи народъ, папство въ мѵропомазаніи хочетъ обидѣть священниковъ: ни того, ни другого нѣтъ въ Православіи. Впрочемъ, было бы долго перечислять всѣ (часто не важныя) латинскія отличія въ таинствахъ. Упомянемъ только о таинствѣ Брака. Признавая всю святость и крѣпость брачнаго союза, Православная Церковь разрывъ его допускаетъ въ опредѣленныхъ случаяхъ, указываемыхъ словомъ Божіимъ и примѣромъ Церкви Вселенской. Римская церковь какъ будто строже смотритъ на дѣло, какъ будто совсѣмъ не допускаетъ опредѣленныхъ случаевъ разрыва. Зато она на дѣлѣ даетъ себѣ такую полную власть разрѣшать и расторгать бракъ по своему усмотрѣнію, что кажется не могло быть, особенно въ старину, случая, когда бы папа не могъ этого сдѣлать, если бы хотѣлъ. Примѣромъ величайшаго самоправства въ этомъ дѣлѣ служитъ расторженіе однимъ папой браковъ всѣхъ латинскихъ священниковъ и запрещеніе для нихъ брака, о чемъ будетъ рѣчь. Вообще самоправное распоряженіе бракомъ въ таинствѣ послужило началомъ того униженія брака, которое у нѣкоторыхъ западныхъ христіанъ кончилось уничтоженіемъ его, какъ таинства, даже обряда. Подобное случилось и съ нѣкоторыми другими таинствами.

35. Индульгенціи

В: Что такое индульгенціи?

О: Слово «индульгенція» значитъ снисхожденіе, послабленіе, отпустъ. Подъ этимъ названіемъ скрывается слѣдующее ученіе римское: хотя въ таинствѣ Исповѣди или Покаянія христіанину отпускаются грѣхи и вѣчныя наказанія за нихъ, но не всегда отпускаются временныя наказанія, которыя непремѣнно долженъ понесть христіанинъ въ этой-ли жизни или по смерти (въ чистилищѣ) для удовлетворенія, какъ бы выплаты правдѣ Божіей. Но онъ можетъ избавиться, выкупиться отъ этихъ наказаній, этой выплаты, — получить отпустъ въ нихъ при пособіи какого-то скарба церковнаго, состоящаго изъ заслугъ Христовыхъ и запаса, излишка добрыхъ дѣлъ, накопившихся въ церкви отъ святыхъ. Сокровищница эта находится будто бы въ рукахъ папы, который и можетъ выдать изъ него людямъ, сколько и когда хочетъ, на выкупъ отъ грѣховъ, т. е. наказаній, кары за грѣхи. Имѣя самъ такое, особенное предъ всѣми святителями, право давать отпусты или индульгенціи христіанамъ и народамъ христіанскимъ всего свѣта, папа можетъ по своей волѣ удѣлять это право и другимъ. И точно: изъ Рима право это удѣлялось епископамъ, ксендзамъ разныхъ странъ, выдавалось церквамъ, монастырямъ, привязывалось къ какимъ-либо храмовымъ престоламъ, праздникамъ, молитвамъ, которыя поэтому и назывались отпустовыми, индульгенціонными. Было, напримѣръ, заведено, что кто сходитъ на богомолье въ такое-то мѣсто, выслушаетъ литургію въ такомъ-то храмѣ, сдѣлаетъ приношеніе такому-то монастырю, прочтетъ такія-то молитвы, тотъ получитъ отпущеніе столькихъ-то грѣховъ, на такое-то время и не только прошедшее, но иногда и будущее: онъ могъ получить отпустъ или индульгенцію на три, пять, шесть дней, недѣлю, мѣсяцы и даже годы. Особенно же щедры были такія отпусты для тѣхъ, кто ходилъ въ Римъ, разумѣется, съ богатыми приношеніями, или же посылалъ туда деньги. Когда-то посылались изъ Рима нарочитые ксендзы по разнымъ землямъ христіанскимъ продавать такіе отпусты, — будто какія шляхетскія бумаги или отпускныя, купивши которыя, человѣкъ могъ уже считать себя почище другихъ и не очень бояться кары за грѣхи. Давались еще такіе отпусты за какія-либо дѣла, угодныя Риму, напримѣръ, если кто поднимался на войну противъ православныхъ христіанъ. Изъ ксендзовъ же римскихъ богаче были на такіе отпусты доминикане, а всѣхъ богаче іезуиты, которые богатствомъ этихъ отпустовъ умѣли подкрѣплять свое господство надъ легковѣрными людьми. Давались такіе отпусты и разнымъ обществамъ или братствамъ религіознымъ изъ римско-католиковъ съ цѣлью завлечь въ нихъ побольше людей и покрѣпче привязать ихъ къ Риму и папству. Разнясь сроками, отпусты разнились и степенью или силою. Были, напримѣръ, отпусты неполные и полные. Самый полный отпустъ усвоенъ юбилею, т. е. особенному чрезвычайному празднеству, похожему на продолжительное говѣніе, и установленному папами, за отсутствіемъ въ Римской церкви настоящаго или обыкновеннаго говѣнья.

36. Незаконность индульгенцій

В: Что же должно думать объ установленіи индульгенцій или отпустовъ?

О: Это установленіе есть искаженіе таинства Покаянія. Въ Церкви Божіей есть одинъ отпустъ — это въ таинствѣ Покаянія или Исповѣди, гдѣ пастыри даютъ кающимся отпущеніе грѣховъ, по заповѣди Господа: «имже отпустите грѣхи, отпустятся имъ». Отпущеніе это даруется по силѣ безконечныхъ заслугъ Христа Спасителя, Который подъялъ на Себя грѣхи всѣхъ людей и кару за грѣхи и разъ навсегда, на вѣкъ удовлетворилъ за грѣшныхъ людей правдѣ Божіей. Людямъ остается только усвоять эти искупительныя или отпустительныя заслуги Христовы покаяніемъ, вѣрою, добрыми дѣлами, и это вполнѣ достаточно для ихъ оправданія предъ Богомъ, т. е. отпущенія грѣховъ и вѣчной кары за грѣхи. Временныя же наказанія ничего не значатъ, ничего не прибавятъ для этого оправданія. Если бы они нужны были именно для этой цѣли, этого дѣла, то значило бы, что или заслуги Христовы недостаточны для насъ, или же вѣра, покаяніе, добрыя дѣла недостаточны для усвоенія сихъ заслугъ. То и другое было бы величайшимъ заблужденіемъ, противохристіанскимъ ученіемъ. Правда, на исповѣди назначаются христіанамъ эпитиміи или наказанія, но эти наказанія — отеческія, только исправительныя; они служатъ лишь къ тому, чтобы исправить насъ, исцѣлить отъ душевныхъ болѣзней или грѣховъ, наставить или укрѣпить насъ въ покаяніи, вѣрѣ, благочестіи, а совсѣмъ не къ тому, чтобы только просто помучить насъ и чрезъ это удовлетворить правдѣ Божіей, чего они, сами по себѣ никогда не могутъ сдѣлать для насъ. Снимать эти эпитиміи слѣдуетъ, значитъ, только по вниманію къ душевному состоянію кающихся грѣшниковъ, — къ тому, исправились-ли они или нѣтъ. А снимать ихъ безъ всякаго разбора, просто по какой-то милости, поблажкѣ, т. е. индульгенціи, значитъ злоупотреблять священной властью и притомъ безъ всякой пользы для кающихся грѣшниковъ, а скорѣе ко вреду ихъ. Столь же нелѣпа и мысль о скарбѣ церковномъ — въ томъ видѣ, какъ она вставлена въ ученіи объ индульгенціяхъ. Сокровище заслугъ Христовыхъ, покрывающихъ грѣхи всего міра, дѣйствительно неистощимо, но усвоять себѣ духовное богатство изъ этого сокровища можно только чрезъ вѣру, покаяніе, добрыя дѣла, а не по чьему-либо распоряженію. Въ этомъ смыслѣ скарбъ заслугъ Христовыхъ доступенъ всѣмъ христіанамъ, принадлежитъ всей Церкви, и никто не можетъ присвоить себѣ право на особое обладаніе имъ. Такимъ образомъ, и отпустъ, даруемый въ покаяніи или исповѣди, доступенъ всякому истинно кающемуся при посредствѣ церковной власти, общей всѣмъ священнослужителямъ: раздаяніе его не можетъ быть какимъ-либо особымъ правомъ папы или какого-либо бискупа, ксендза. Что касается до скарба или запаса добрыхъ дѣлъ, накопившихся отъ святыхъ, то это самая нелѣпая выдумка папежства. Для святости христіанской нѣтъ границъ (Матѳ. 5, 48); не можетъ быть у христіанина дѣлъ, которыя были бы лишни для его святости (Лук. 17, 10), сверхдолжнаго дѣла благочестія никто не можетъ сдѣлать: величайшіе святые не почитали себя достигшими полнаго совершенства (Фил. 3, 13). Святые могутъ помогать намъ своими молитвами, можемъ и мы молитвами помогать другъ другу, но чтобы кто-либо могъ взять у святыхъ долю изъ добрыхъ дѣлъ ихъ и передать другимъ — это нелѣпость. Напрасно римскіе учители ссылаются на древнюю Церковь, которая по ходатайству мучениковъ и исповѣдниковъ, прощала отпадшихъ отъ вѣры, снимала съ нихъ эпитиміи и наказанія, заслуженныя ими, и, слѣдовательно, какъ бы давала индульгенціи именемъ святыхъ страдальцевъ. Эти прощенія совсѣмъ не были римскими индульгенціями: они давались не иначе, какъ тогда, когда у падшихъ видно было истинное раскаяніе и исправленіе, а безъ этого не могло имѣть мѣста и самое ходатайство мучениковъ, и если они ходатайствовали, то потому, что сами лично знали и видѣли, а съ ними видѣла и Церковь, за кого и почему они ходатайствуютъ. Такъ учитъ объ этомъ особенно св. священномученикъ Кипріанъ, великій учитель Церкви, хотя въ его ученіи, также въ ученіи древнихъ св. Отцовъ, римскіе учители и хотятъ видѣть сходство со своимъ ученіемъ объ индульгенціяхъ, ибо имъ вообще довольно обычно лгать на св. Отцовъ. Ложное въ своихъ основахъ ученіе объ индульгенціяхъ ложно и въ дальнѣйшихъ примѣненіяхъ своихъ. Такъ, нелѣпо, будто индульгенціи или отпусты могутъ быть раздаваемыми папами, бискупами, ксендзами какимъ-либо мѣстамъ, праздникамъ (особенно юбилейнымъ), молитвамъ. Былъ въ Церкви обычай давать обѣты или совершать дѣла богоугодныя съ какимъ-либо особеннымъ прошеніемъ, намѣреніемъ (интенціею); напримѣръ, ходить къ святымъ и чудотворнымъ мѣстамъ, построить или украсить храмъ, раздать состояніе бѣднымъ, держать извѣстные посты, читать особыя молитвы и т. п. Но все это зависѣло отъ вѣры и благочестія добрыхъ христіанъ. А чтобы кому-либо дана была власть распоряжаться такими обѣтами, распредѣлять по нимъ отпусты или милости Божіи, благодать Божію, раскладывать ее на тѣ или другія мѣста, праздники, молитвы — объ этомъ никогда не слышно было въ Церкви Божіей. Благодать Божія присуща всей Церкви; она подается вездѣ и всѣмъ, ищущимъ ея съ сокрушеніемъ и вѣрою. Есть въ Церкви Божіей мѣста, святыни, празднества, особенно чтимыя, ознаменованныя особенными явленіями благодати Божіей. Но и здѣсь благодать Божія можетъ сообщаться людямъ только по мѣрѣ ихъ вѣры и благочестія, а отнюдь не по распредѣленію и раскладкѣ Рима или чьей бы то ни было. Особенно жалостно то, что Римская церковь завела у себя въ извѣстныхъ храмахъ такъ называемыя индульгенціонные престолы, которымъ чрезъ индульгенцію папскую дана какая-то особенная привиллегія, такъ что совершаемая на нихъ литургія имѣетъ будто бы особую, ей только свойственную силу для избавленія живыхъ отъ грѣховъ, временныхъ наказаній за нихъ, а умершихъ отъ чистилища. Это уже близко къ богохульству! Это значитъ, что папа можетъ прибавить нѣчто къ той безконечной силѣ искупительной жертвы Спасителя, приносимой на литургіи, на какомъ бы престолѣ она ни совершалась. Величая себя едиными и общими для всей Церкви намѣстниками Христа, папы въ духовной гордости отважились, наконецъ, посягать на честь, славу Самого Христа. За духовною гордостью видится и нѣчто другое въ грѣшномъ ученіи объ индульгенціяхъ и скарбѣ церковномъ, ключи отъ котораго у папы и его слугъ. Извѣстно, что на счетъ этого скарба папы, бискупы, іезуиты умѣли скоплять большіе скарбы денежные, что индульгенціи были родъ подати, которую хотѣлъ налагать Римъ на весь міръ христіанскій, считая себя столицею его. Въ старыя темныя времена былъ обычай собирать пошлину (пеню, штрафъ) съ людскихъ преступленій, за которыя потому и отдѣлывались платою, — и даже за такія преступленія, какъ, напримѣръ, убійства. Должно быть, этотъ мірской обычай и сошелся съ индульгенціями Римской церкви, желавшей всегда господствовать по мірскому. Извлекая большіе доходы для себя изъ индульгенцій, Римская церковь, въ другихъ случаяхъ, находила въ нихъ способъ задабривать, заманивать къ себѣ христіанъ, — чрезъ ту поблажку ихъ грѣховной жизни, какая давалась въ индульгенціи, какъ самомъ легкомъ, особенно для богатыхъ, способѣ примиренія съ Богомъ, удовлетворенія за грѣхи предъ Нимъ.

Извѣстно, что въ нашихъ краяхъ и теперь пускаются подчасъ въ ходъ разсказни объ отпустовыхъ мѣстахъ, праздникахъ, молитвахъ польско-католическихъ для обольщенія людей невѣдущихъ. То же дѣлаютъ папы и ксендзы и въ другихъ странахъ, напримѣръ, въ единоплеменной и единовѣрной намъ Болгаріи. Успѣвши разными хитростями завлечь немногихъ изъ тамошнихъ христіанъ православныхъ въ унію, они обольщаютъ и ублажаютъ ихъ своими льстивыми индульгенціями («День», 1863 года № 7). Бывшій папа Пій IX выдалъ 8-го декабря 1864 года энциклику или окружное посланіе, къ которому приложена особая грамата о мѣсячномъ юбилеѣ, т. е. полной индульгенціи на одинъ мѣсяцъ. Призывая римско-католиковъ къ особеннымъ молитвамъ въ этотъ юбилей, папа говорилъ въ своей граматѣ: «Такъ какъ безъ сомнѣнія молитвы людей пріятнѣе Богу, когда они приближаются къ Нему съ душами очищенными отъ всякаго пятна, то мы положили раскрыть щедро для христіанъ небесныя сокровища Церкви, ввѣренныя въ наше распоряженіе, и потому даруемъ всѣмъ и каждому изъ вѣрныхъ того и другого пола, во всей католической вселенной, полную индульгенцію въ формѣ юбилея, которою можно воспользоваться только въ теченіе одного мѣсяца въ 1865 году, по ближайшему назначенію епископальной власти». Изъ этого видно, что Римъ ни на шагъ не хочетъ отстать отъ прежнихъ выдумокъ и злоупотребленій, даже такихъ постыдныхъ, какъ индульгенція. Намъ, православнымъ, остается пожалѣть о тѣхъ, которые еще вѣрятъ, будто у папы въ самомъ дѣлѣ есть какія-то особенныя сокровища небесныя, т. е. скарбъ излишнихъ добрыхъ дѣлъ, святости, благодати, и будто особенное очищеніе души отъ грѣховъ можетъ быть получено именно отъ милости папы въ какой-то льготный мѣсяцъ. Печальный и грѣшный обманъ! Какъ будто не всѣмъ христіанамъ равно открыты небесныя сокровища, т. е. сокровища благодати Божіей, очищающей, освящающей и спасающей всякаго христіанина, если только онъ постарается пріобрѣсть ее вѣрою, покаяніемъ, святою жизнью, участіемъ въ церковныхъ таинствахъ — этихъ для всѣхъ и всегда открытыхъ источникахъ благодати Божіей.

Съ ученіемъ объ индульгенціяхъ стоитъ, какъ уже видно, въ прямой связи и ученіе о чистилищѣ.

37. Чистилище

В: Что разумѣетъ Римская церковь подъ именемъ чистилища?

О: Подъ именемъ чистилища она разумѣетъ такое мѣсто или состояніе очищенія, въ которомъ пребываютъ души христіанъ, хотя и умершихъ въ вѣрѣ и покаяніи, но не успѣвшихъ принесть плодовъ, достойныхъ покаянія, для полнаго очищенія отъ грѣховъ и не понесшихъ при жизни временнаго наказанія за грѣхи, необходимаго для удовлетворенія правдѣ Божіей. Въ этомъ-то среднемъ между адомъ и небомъ мѣстѣ или состояніи, души таковыхъ христіанъ терпятъ мученія и чрезъ эти мученія очищаются отъ грѣховъ, удовлетворяя за нихъ правдѣ Божіей и такимъ образомъ заслуживая для себя полное блаженство. Эти чистилищныя мученія могутъ облегчаться или сокращаться для нихъ по молитвамъ, милостынямъ за нихъ живущихъ христіанъ, вообще Церкви, особенно же ради приносимой ею на литургіи безкровной жертвы о живыхъ и умершихъ. А какъ власть Церкви всецѣло сосредоточена, совмѣщена въ папѣ и отъ него удѣляется епископамъ и ксендзамъ, то папа, а по его полномочію, — епископы, ксендзы, могутъ давать особенное послабленіе или сокращеніе чистилищныхъ страданій и даютъ его въ индульгенціяхъ.

38. Ложность ученія о чистилищѣ

В: Справедливо-ли римское ученіе о чистилищѣ?

О: Несправедливо. Въ немъ искажено православное ученіе о состояніи душъ по смерти. Во-первыхъ, по ученію Православной Церкви, нѣтъ по смерти средняго состоянія между состояніемъ спасаемыхъ, отходящихъ на небо, и осужденныхъ, идущихъ во адъ: она учитъ только, что до послѣдняго суда это двоякое состояніе душъ не бываетъ окончательно, т. е. ни блаженство праведныхъ, ни мученіе грѣшныхъ не суть совершенны, окончательны — до послѣдняго всеобщаго Суда. И слово Божіе постоянно говоритъ намъ только о небѣ и адѣ, и нигдѣ не говоритъ о чистилищѣ. Во-вторыхъ, если грѣшники, хоть и покаявшіеся предъ смертью, терпятъ, однако же, мученія по смерти, то не потому, что они не понесли при жизни временнаго наказанія за грѣхи для удовлетворенія правдѣ Божіей, и, слѣдовательно должны нести это наказаніе въ какомъ-то вымышленномъ чистилищѣ: нѣтъ! отсутствіе временнаго наказанія не могло нисколько умалить для нихъ той вседовольной, очистительной силы, какая находится въ заслугахъ Спасителя, подъявшаго на Себя грѣхи всего міра и казнь за сіи грѣхи для удовлетворенія правдѣ Божіей. Если грѣшники, умершіе въ покаяніи, терпятъ еще мученія по смерти, то потому, что не успѣли еще вполнѣ усвоить заслугъ Христа Спасителя по слабости вѣры своей, недостаточности покаянія, а главное, что не принесли плодовъ достойныхъ покаянія и, такимъ образомъ, самымъ дѣломъ не очистились отъ грѣховъ. И потому, въ-третьихъ, какія бы мученія ни претерпѣвалъ грѣшникъ въ мнимомъ чистилищѣ, мученія эти сами по себѣ ничего не прибавили бы къ его чистотѣ, къ оправданію его предъ Богомъ: по смерти нѣтъ покаянія, учитъ слово Божіе и св. Отцы, — нѣтъ тамъ мѣста для заслугъ, самоисправленія, самоочищенія. А если сами грѣшники не могутъ ничего сдѣлать для своего очищенія путемъ покаянія, то, въ-четвертыхъ, и Церковь не можетъ разрѣшать ихъ отъ посмертныхъ узъ въ мнимомъ чистилищѣ. Ей сказано: еже аще разрѣшите на земли, будетъ разрѣшено на небеси. Значитъ, она можетъ разрѣшать кающихся отъ грѣховныхъ узъ дотолѣ, пока они на земли, и имъ доступно учрежденное въ Церкви таинство Покаянія. Вотъ почему древняя Церковь, налагая на кающихся грѣшниковъ эпитиміи или исправительныя наказанія, предъ смертью снимала ихъ съ кающихся въ той вѣрѣ что разрѣшительная власть ея не продолжается на умершихъ что, съ другой стороны, эпитиміи, которыми они связаны были при жизни, не могутъ, по смерти ихъ, служить сами по себѣ къ очищенію, къ примиренію ихъ съ Богомъ. Много можетъ дѣлать Церковь для умершихъ въ силу безконечныхъ заслугъ Христовыхъ, имѣющихъ силу и для нихъ, можетъ дѣлать своими молитвами, милостынями, приношеніемъ о нихъ безкровной жертвы на литургіи, причемъ предоставляетъ власти Самого Господа внимать или не внимать ея молитвамъ, разрѣшать или не разрѣшать грѣшниковъ отъ наказаній. Думать же, что кто-либо въ Церкви, напримѣръ, папа, можетъ разрѣшать умершихъ, высвобождать ихъ изъ мнимаго чистилища прямо по своему усмотрѣнію, предлагая за нихъ Богу заслуги Христа и святыхъ, какъ толкуютъ Римскіе учители, — это нелѣпость. Такимъ образомъ въ чистилищѣ римскомъ не оказывается ни надобности, ни толку. Напрасно говорятъ иногда католики, будто наша разрѣшительная молитва надъ умершимъ — то же, что чистилищная индульгенція. Кромѣ того, что мы отвергаемъ чистилище, самая эта разрѣшительная молитва совсѣмъ не то, что индульгенція: это только общая заключительная молитва объ умершемъ и вмѣстѣ свидѣтельство сохраненнаго имъ при жизни общенія съ Церковью, необходимаго для спасенія, или же — совершившагося при жизни примиренія съ Богомъ, съ Церковью, достигнутаго покаяніемъ, разрѣшеніемъ отъ грѣховъ. Потому-то отъ разрѣшительныхъ молитвъ Православной Церкви никогда не было и быть не можетъ такихъ соблазновъ, какъ отъ римскихъ чистилищныхъ индульгенцій. Напрасно говорятъ иногда римляне, будто ихъ чистилище то же, что такъ называемыя мытарства, о которыхъ говорятъ учители Православной Церкви. Посмертныя мытарства суть только испытанія души, ея добрыхъ и худыхъ дѣлъ; если эти испытанія бываютъ для нея страшны, мучительны, то все же они не служатъ къ очищенію ея отъ худыхъ дѣлъ и къ прибавленію заслугъ ея: они ведутъ только къ опредѣленію нравственнаго достоинства ея, къ приговору о тѣхъ заслугахъ жившаго человѣка, съ какими онъ уже переходитъ въ тотъ свѣтъ. Словомъ: это образъ того частнаго суда, который бываетъ съ каждымъ человѣкомъ тотчасъ по смерти, а не что-либо похожее на чистилище. О частномъ судѣ въ образѣ мытарствъ говорили многіе древніе мужи, а о чистилищѣ — нѣтъ.

39. Особенныя учрежденія папства, необычныя древней Церкви

В: Какія особыя заведенія были или есть въ Римской церкви для поддержанія папства?

О: Во-первыхъ, — безженность ксендзовъ. Слово Божіе совѣтуетъ жизнь дѣвственную только тѣмъ, которые могутъ вмѣстить это (Матѳ. 19, 12). Такихъ можетъ быть немного, и люди эти изстари имѣли особый, приличный имъ родъ жизни въ пустыняхъ, монастыряхъ. Вообще же священнослужителямъ не запрещено имѣть женъ ни словомъ Божіимъ (1 Тим. 3, 2), ни св. Отцами и соборами (1-й Всел. соборъ). Болѣе тысячи лѣтъ не было этого запрещенія и въ Римской церкви. Потомъ папа (Григорій VII), задумавши властвовать надъ всѣмъ свѣтомъ, приказалъ ксендзамъ бросить женъ, и то для того, чтобы, будучи безсемейными, отрываясь отъ роду-племени, они никому и ничему не были такъ преданы, какъ папству. Такимъ образомъ, ради своей власти и выгодъ папство завело у себя такое дѣло, отъ котораго можетъ быть (да и бываетъ не мало) соблазну въ народѣ христіанскомъ, ибо ксендзы не по своей волѣ остались и остаются безъ женъ и, само собою, вправѣ разсчитывать на поблажку. Странно, что, приневоливъ ксендзовъ къ безженству, папы и бискупы позволили, однако, себѣ и имъ въ одеждѣ и убранствѣ лица, головы, подражать мірянамъ, что облегчаетъ ксендзамъ усвоять и другія мірскія привычки, дружиться съ духомъ міра. Напротивъ, православное священство сохранило тотъ внѣшній видъ, какой мы видимъ въ ликахъ Спасителя, св. Апостоловъ и отцовъ. Онъ и приличнѣе ему какъ клиру, т. е. классу отдѣленному отъ міра, избранному на священное служеніе Богу.

Рядомъ съ такимъ невольнымъ, несвоемѣстнымъ монашествомъ, и въ Римской церкви завелись, во-вторыхъ, монашескіе ордена; — это какъ бы товарищества, цехи, какъ-то: доминикане, бернардины, іезуиты и др. Такихъ орденовъ не было въ древней Христовой Церкви, нѣтъ и теперь въ Православной Церкви. И духъ этого орденскаго монашества не таковъ, каковъ долженъ быть духъ истиннаго монашества. Такъ, напримѣръ, для доминикановъ и іезуитовъ важнѣйшее дѣло составляла всегда не молитва, какъ это изстари привычно православному монашеству, а власть надъ христіанами и народами христіанскими, — власть орденовъ ихъ и вообще власть папства. Для этого-то они рыскали по всему свѣту, повсюду пристраивали для себя владѣнія и стоянки (въ монастыряхъ); всюду старались прибрать къ рукамъ государей, власти, а чрезъ нихъ и народъ, являлись и живали межъ людей не въ своихъ костюмахъ или одеждѣ, а въ видѣ мірянъ. Наконецъ, не брезгали никакими средствами, даже жестокими и нечистыми, какъ уже сказано. Кромѣ духовныхъ орденовъ монашескихъ, были духовно-мірскіе, т. е. монахи-рыцари или монахи-воины, которые уже просто обращали людей къ вѣрѣ Христовой мечомъ и кровію. Такимъ же образомъ хотѣли они обращать и православныхъ, на что папы давали имъ свое благословеніе. Много зла надѣлали было встарину эти монахи-воины какъ нашимъ русскимъ предкамъ, такъ и Литвѣ.

Въ-третьихъ, — ставши духовно-мірскимъ царствомъ, Римская церковь завела у себя папскихъ нунціевъ, т. е. пословъ повѣренныхъ, которые разсылались во всѣ римско-католическія страны или опредѣлялись изъ туземныхъ бискуповъ и ксендзовъ, чтобы сторожить за властью и выгодами папства. Изъ этихъ-то трехъ заведеній, во главѣ которыхъ стоитъ самъ папа съ кардиналами въ Римѣ, образовалась такая круговая стачка, порука и какъ-бы заговоръ папства противъ міра христіанскаго, что долгое время трудно было народамъ выпутаться изъ сѣтей его. Но, наконецъ, настали перемѣны и для папства.

40. Неизбѣжность паденія папства

В: Должно-ли когда-либо пасть папство, т. е. духовно-мірская власть папъ и ихъ Римской церкви?

О: Должно, и есть примѣты, что паденіе это началось. Теперь духовно-мірская власть папъ далеко уже не такъ сильна, какъ въ былыя времена. Чѣмъ болѣе умнѣли и просвѣщались народы, тѣмъ болѣе падала эта власть. Часть народовъ, принадлежавшихъ къ Римской церкви, давно уже отвергла духовную власть папы надъ собою (съ нею, конечно, и мірскую), хотя, къ сожалѣнію, и сама ударилась въ нехорошую сторону: другая, хотя и оставила за папами власть духовную, но перестала давать имъ надъ собою власть мірскую, или же сильно уменьшила эту власть. Съ тѣмъ вмѣстѣ стала падать и мірская власть бискуповъ, ксендзовъ, даже іезуитовъ. Эти послѣдніе своими замашками вмѣшиваться въ дѣла государственныя, земскія, прибирать все къ своимъ рукамъ — и то со всякаго рода неправдою, — такъ надоѣли и опротивѣли всѣмъ, что ихъ изгоняли изъ всѣхъ христіанскихъ земель, хотя, по привычной имъ хитрости, они опять пробирались къ нимъ, — часто подъ чужимъ именемъ, какъ дѣлаютъ они нерѣдко и теперь. Вообще Римская церковь для поддержанія падающей духовно-мірской власти своей, прибѣгаетъ не къ угрозѣ и силѣ, которыхъ никто не боится, а къ особеннымъ искуснымъ сдѣлкамъ (конкордаты) и продѣлкамъ. Полную власть мірскую до 1870 г. папа, его кардиналы, бискупы, ксендзы имѣли еще только въ небольшомъ папскомъ королевствѣ съ его главнымъ городомъ Римомъ, а позднѣе папская область была присоединена къ территоріи итальянскаго королевства. Видимо, что это уже крайнее дѣло для свѣтской папской власти, и она идетъ къ паденію, хотя бискупы и ксендзы изо всѣхъ силъ стараются поддержать ее, показывая тѣмъ, что въ нихъ живъ еще старый духъ.

41. Слѣдствіе паденія папства

В: Что должно выйти для Христіанства изъ паденія мірской власти папъ?

О: Трудно, разумѣется, угадать все, что можетъ выйти изъ этого. То, однако же, всего вѣрнѣе, что за паденіемъ мірской власти папъ должна, со временемъ ослабѣть и постепенно пасть и Духовная.

42. Единеніе христіанъ и Церквей Христіанскихъ: потребность его

В: Должно-ли желать намъ единенія съ римско-католиками?

О: Должно желать намъ всею душею такого единенія съ римско-католиками и со всѣми другими христіанами и христіанскими обществами. Самъ Господь нашъ Іисусъ Христосъ молился Отцу Небесному о вѣрующихъ въ Него: «Отче Святый, соблюди ихъ во имя Твое, ихъ же далъ еси Мнѣ, да будутъ едино, якоже и Мы» (Іоан. 16, 11). И святая Церковь каждодневно молится съ нами: о мирѣ всего міра, благостояніи святыхъ Божіихъ Церквей и соединеніи всѣхъ (всѣхъ православно вѣрующихъ, всѣхъ членовъ святой Православной Христовой Церкви). Такое единеніе возможно, если съ Православной Церковью возсоединятся всѣ отколовшіяся части такъ называемыхъ христіанскихъ церквей. Такое возсоединеніе было бы величайшимъ счастіемъ для человѣчества и Христіанства. Сколько соблазна, вражды, кровопролитій происходитъ между людьми и народами изъ-за розни въ вѣрѣ! Сколько несчастій въ семействахъ! Сколько, напротивъ, прибыло бы добра, радости, красоты въ жизни человѣческой, если бы христіане жили въ единеніи вѣры и любви, какъ дѣти единаго Отца Небеснаго, братья во Христѣ. «Се, что добро и что красно, — говоритъ псалмопѣвецъ, — но еже жити братіи вкупѣ» (Псал. 132,1).

43. Возможность единенія

В: Возможно-ли единеніе Церквей Христіанскихъ?

О: Возможно, ибо Самъ Господь предсказалъ, что оно будетъ: «и будетъ едино стадо и единъ Пастырь» (Іоан. 10, 16). Пастырь — это Самъ Господь, какъ и сказалъ Онъ о Себѣ: «Азъ есмь Пастырь добрый», а стадо — это Церковь Христова, это — вѣрующіе въ Него, за которыхъ Онъ положилъ душу Свою и которые знаютъ Его и слушаютъ гласа Его, какъ овцы пастыря (14–16). Предсказаніе Господа сбывалось въ первобытной Христовой Церкви, которая подлинно была единымъ стадомъ, братствомъ, гдѣ, по свидѣтельству слова Божія, «бѣ сердце и душа едина» (Дѣян. 4, 32). Сбывалось оно и впослѣдствіи — во времена Вселенскихъ соборовъ, которые именно и выражали собою единство всемірной Христіанской Церкви, какъ единаго стада подъ единымъ Пастыремъ — Христомъ Господомъ. Хотя съ отщепленіемъ Римской церкви единство это нарушилось, но не исчезло совершенно. Напротивъ, несмотря на нѣкоторыя отступленія въ вѣрѣ, Римская церковь сохраняетъ, какъ сказано, общія съ нами основанія вѣры. Вѣруетъ она въ слово Божіе (хотя и толкуетъ иногда не право), вѣруетъ въ Бога Тріединаго, въ Сына Божія, Господа и Спасителя Іисуса Христа, чаетъ спасенія и жизни вѣчной, пріемлетъ семь св. таинствъ, почитаетъ Богородицу и святыхъ, молится за умершихъ и проч.; знаетъ она ученіе о христіанской любви, благочестіи, милосердіи, молитвѣ, воздержаніи и др. добродѣтеляхъ; были и бываютъ въ ней люди и добрые, благочестивые, могущіе стяжать жизнь блаженную на небѣ. Есть христіане и христіанскія общества, происшедшія отъ церкви Римской, которыя уже далѣе ея отступили отъ православнаго исповѣданія вѣры, но и они не отступили отъ основаній вѣры, отъ вѣры въ Евангеліе, въ Тріединаго Бога, Христа Спасителя, жизнь вѣчную, въ заповѣдь о любви Христовой и проч. Такимъ образомъ, въ основаніяхъ вѣры и теперь есть единство между христіанами разныхъ Церквей и обществъ, и теперь слѣдовательно оправдывается, въ извѣстномъ смыслѣ, извѣстной степени, предсказаніе Господа объ единомъ стадѣ и единомъ Пастырѣ — Христѣ Спасителѣ, по вѣрѣ въ Котораго, какъ римско-католики, такъ и другіе неправославные христіане, все-таки называются христіанами, вѣрующими, а не невѣрными. Надлежитъ, поэтому, вѣрить, что предсказаніе Господа будетъ, со временемъ, еще болѣе оправдываться, т. е., что единеніе вѣры будетъ увеличиваться между христіанами.

44. Путь къ истинному единенію христіанскому

В: Каковъ же путь къ полному, истинному единенію христіанъ?

О: Тотъ путь, чтобы христіане разныхъ Церквей и обществъ христіанскихъ обратились къ Единой, Соборной, Апостольской Церкви и во всемъ согласились съ нею. А какъ вѣрнѣйшею наслѣдницею и представительницею этой Церкви есть Православная Восточная Церковь, то христіанамъ Церквей и обществъ неправославныхъ, и надлежитъ соединиться именно съ нею, чтобы въ ней найти для себя единую, истинную, Вселенскую Церковь и пріобщиться къ ней. При этомъ ни насъ, ни другихъ не должно смущать то, что православныхъ христіанъ меньше, чѣмъ, напримѣръ, римско-католиковъ, а тѣмъ болѣе — всѣхъ неправославныхъ христіанъ, взятыхъ вмѣстѣ. Если теперь Православная Церковь не такъ велика, за то она безмѣрно увеличивается единствомъ со всею древнею Христіанскою Церковью, при томъ количество само по себѣ еще не все значитъ. Если Православная Церковь меньше церквей неправославныхъ, то не забудемъ, что всѣхъ христіанъ взятыхъ вмѣстѣ, меньше на свѣтѣ, чѣмъ невѣрныхъ. Какъ вообще о Христіанствѣ, такъ въ частности и о Христіанствѣ православномъ, истинномъ, должно сказать слова Спасителя: «много званныхъ» въ него, «но мало избранныхъ», — мало пришедшихъ на зовъ. И въ исторіи Церкви ветхозавѣтной мы часто видимъ, что истинная вѣра хранится только у немногихъ избранныхъ мужей народа израильскаго, а потомъ опять она привлекаетъ къ себѣ весь народъ. Въ исторіи Церкви новозавѣтной, Христіанской, тоже видимъ нерѣдко, что православные временно оказываются какъ бы малымъ стадомъ среди неправославныхъ, у которыхъ даже бывали соборы многочисленнѣе соборовъ православныхъ. Но надъ малымъ стадомъ всегда оправдывалось слово Спасителя: «не бойся, малое стадо: яко благоизволи Отецъ вашъ дати вамъ Царство» (Лук. 12, 32). Будемъ же вѣрить, что и нашей Православной Церкви, — этому, пока малому въ христіанскомъ мірѣ стаду, — завѣщано Отцомъ Небеснымъ Царство, т. е. что ей суждено явиться міру христіанскому во всемъ истинномъ свѣтѣ, истинномъ достоинствѣ своемъ, чтобы и христіане другихъ церквей и обществъ христіанскихъ возлюбили ее, соединялись съ нею, а чрезъ нее и другъ съ другомъ.

45. Братство, какъ основа единенія Христіанскихъ Церквей

В: Каково же то единеніе, путь къ которому открываетъ Православная Церковь?

О: Это — единеніе всемірнаго христіанскаго братства во имя единаго Главы и Пастыря Церкви Господа Іисуса Христа. Церковь Православная не ищетъ сама власти надъ всѣмъ свѣтомъ, и ни за кѣмъ однимъ не признаетъ права на такую власть. Союзъ, ею предлагаемый, не есть союзъ господства и подчиненія, въ такой союзъ братства, при которомъ бы общества или Церкви Христіанскія разныхъ странъ и народовъ, сами вѣдали и строили свои дѣла, были другъ предъ другомъ, какъ независимыя, свободныя и равныя, и только споспѣшествовали другъ другу любовію, т. е. помогали совѣтами, увѣщаніями, жертвами и проч., а не принуждали другъ друга. Въ случаяхъ же чрезвычайныхъ, когда бы потребовалось заявленіе общей для всего христіанства власти церковной, оно имѣло бы мѣсто на Вселенскомъ соборѣ, гдѣ каждая Церковь имѣла бы своего представителя и гдѣ надъ соборомъ не стояла бы никакая власть, кромѣ невидимой власти Духа Божія, говорящаго устами собора. Само собою разумѣется, что это всемірное братство Христіанскихъ Церквей или обществъ, предполагаетъ братство самихъ христіанъ, какъ каждой Церкви отдѣльно, такъ и всѣхъ церквей вмѣстѣ. Такое-то братство съ самаго начала легло въ основу, стало душею христіанскаго общества въ мірѣ, такъ что для первенствующихъ христіанъ, кромѣ названія христіанъ, другимъ общимъ названіемъ было — братіе. Хотѣли подражать имъ и наши благочестивые предки, составлявшіе между собою церковныя братства, въ которыхъ они дали намъ и міру христіанскому примѣръ христіанскаго единенія.

46. Долгъ православнаго христіанина по отношенію къ дѣлу христіанскаго единенія

В: Какъ можемъ мы содѣйствовать единенію съ нами христіанъ и Церквей Христіанскихъ другихъ исповѣданій?

О: Такъ какъ основой христіанскаго единенія должно быть братство, то во-первыхъ, мы должны оказывать иновѣрнымъ христіанамъ братскую любовь, а по сей любви терпимость къ ихъ вѣрѣ, иначе — вѣротерпимость. Мы должны помнить, что они все-таки братья наши по человѣчеству и по христіанству. Держатся общихъ съ нами основаній вѣры и благочестія христіанскаго: къ ихъ же заблужденіямъ мы должны быть терпѣливы, какъ вообще къ человѣческимъ немощамъ: «любовь все терпитъ» (1 Кор. 13, 7). Ихъ вѣрованія, святыни такъ же дороги имъ, какъ намъ наши. Преслѣдуя ихъ за эти вѣрованія, оскорбляя ихъ святыни, мы не обратимъ ихъ, а еще болѣе оттолкнемъ отъ себя. Даже за вражду разновѣрцевъ, напримѣръ, римско-католиковъ, мы, по заповѣди Христовой, должны платить любовью. Но при этой любви къ разновѣрнымъ, мы должны имѣть, во-вторыхъ, ревность по своей православной вѣрѣ — изъ любви къ самой этой вѣрѣ, какъ истинной вѣрѣ Христовой, слѣдовательно, изъ любви къ Самому Христу. А ревность сія обязываетъ насъ, во-первыхъ, стараться обращать къ Православной Церкви христіанъ неправославныхъ, заблуждающихся братій нашихъ, но не силою и угрозою, а добрымъ словомъ, мольбою, совѣтомъ, любовью. Это было бы для нихъ благодѣяніе, а для насъ заслуга предъ Богомъ (Іак. 5, 19–20). Этимъ подвигалось бы спасительное дѣло христіанскаго единенія. Если же это невозможно, то во-вторыхъ, обязаны по крайней мѣрѣ сами всецѣло и твердо стоять въ своей вѣрѣ, утверждать въ ней одновѣрцевъ тогда, когда имъ предстоятъ обольщенія отъ неправославныхъ. Особенно же должно беречься, чтобы, вмѣсто истиннаго единенія христіанскаго, не вдаться намъ въ какое-либо ложное единеніе, въ какое наиболѣе любитъ заманивать православныхъ церковь Римская, называя его уніей.

47. Единеніе православныхъ съ Римской церковью, или унія

В: Что такое унія?

О: Унія — слово латинское, значитъ единеніе. Но давно уже вошло въ обычай называть этимъ словомъ то ложное единеніе, въ какое изстари любитъ заманивать православныхъ Римская церковь. Это единеніе не во имя Христа и Его Единой, Соборной и Апостольской Церкви, а во имя папы и его Римской церкви: иначе сказать, это унія не христіанская, а папежская, римская. Она хочетъ, чтобы православные подобно римско-католикамъ признали главенство, власть папы и его Римской церкви надъ всею Вселенскою Церковью, а потому и надъ самими собою, надъ своею Православною Церковью; съ тѣмъ вмѣстѣ они должны согласиться со всѣмъ римскимъ ученіемъ или исповѣданіемъ вѣры. При этомъ папежники обыкновенно говорятъ еще, что тѣмъ, кто приметъ унію, они не будутъ навязывать римскихъ обрядовъ, а позволять удержать свои прежніе обряды и обычаи, будутъ даже почитать ихъ наравнѣ съ римскими, съ тѣмъ только, чтобы и уніаты почитали римскіе, какъ свои собственные, не поставляли различія между ними и своими, между своими церквами и костелами и такимъ образомъ были за одно, по братски съ римско-католиками. Такъ-то толкуютъ они свою унію.

48. Неискренность римско-католическаго взгляда на унію

В: Такъ-ли въ душѣ разумѣютъ свою унію папежники, какъ говорятъ о ней?

О: Несовсѣмъ такъ. Чего они требуютъ отъ уніи, того требуютъ неотмѣнно, но что обѣщаютъ для нея, то обѣщаютъ неискренно. Когда они требуютъ отъ уніи признанія главенства папы и Римской церкви, согласія съ римскимъ ученіемъ, вѣры, почитанія римскихъ обрядовъ и обычаевъ, то требуютъ неотмѣнно; безъ этого, по ихнему, и быть не можетъ. Когда же они говорятъ, что будутъ почитать наши церковные обряды, уставы и обычаи, какъ свои, то это неискренно. Свои церковные обряды, обычаи они считаютъ гораздо лучше, достойнѣе, выше нашихъ, потому что ихъ держится самъ папа, (мнимый) глава всего свѣта христіанскаго; держится Римская церковь, — (мнимый) образецъ и учительница всѣхъ Церквей. Потому, если они гдѣ-либо терпѣли, позволили уніатамъ держать свои старые, православные обряды, то только до поры, до времени, и то неохотно, по нуждѣ, между тѣмъ, при каждой возможности, они старались мало-по-малу выводить ихъ и замѣнять своими, чтобы, наконецъ, унія во всемъ слилась съ латинствомъ или римско-католичествомъ. Словомъ, унія, по ихнему, должна быть только какъ-бы мостомъ к латинству. Имъ всего пріятнѣе было бы перекинуть православныхъ прямо въ латинство. Но когда этого нельзя сдѣлать, тутъ они подставляютъ унію, думая про себя: «Пусть ужъ будетъ эта бѣдная унія, только бы не чистое Православіе или благочестіе». Однако же, за эту унію они далеко не назовутъ насъ братьями, равночестными себѣ въ вѣрѣ и Церкви Христовой. Себя всегда они будутъ считать выше, благороднѣе. Особенно такъ думали всегда латинскіе ксендзы, всегда смотрѣли они на унію только какъ на дѣло переходное, что она должна рано или поздно стать ихъ добычею, т. е. латинствомъ.

49. Судъ православнаго христіанина объ уніи

В: Какъ же должны смотрѣть на унію, судить о ней мы, православные христіане?

О: Послѣ того, что мы знаемъ о нашей Православной Церкви, церкви Римской, наконецъ, объ истинномъ единеніи Церквей и о томъ, что зовутъ уніей, — можемъ мы имѣть прямой взглядъ и здравый судъ объ этой уніи: смѣло и твердо можемъ мы сказать теперь, что она: 1) непотребна намъ. Въ самомъ дѣлѣ къ чему она намъ, когда и безъ нея у насъ истинная, православная вѣра или Святое Православіе? Къ чему намъ подчиняться папѣ и Римской церкви, когда мы стоимъ въ сыновнемъ послушаніи матери нашей Единой, Соборной и Апостольской Церкви и въ ней чаемъ спастись о Господѣ нашемъ Іисусѣ Христѣ, Который есть единъ Глава этой Церкви? Что можетъ еще дать намъ эта унія, которая, притомъ: 2) и сама въ себѣ незаконна, неправа. Какъ скоро мы знаемъ, что папское или римское главенство есть дѣло неправое, незаконное, что неправы и незаконны и другія выдумки римскаго исповѣданія вѣры, то незаконна и неправа унія, требующая отъ православныхъ принятія всего этого: — этой неправоты не можетъ оправдать то, что за уніею обѣщаютъ сохранить древніе православные обряды. Всякій разумный христіанинъ долженъ знать, что обрядъ имѣетъ свою цѣну, силу отъ вѣры, его одушевляющей, что вѣра — больше обряда, что, отрекшись отъ большаго, легче отречься потомъ и отъ меньшаго, на что, какъ мы видѣли, и разсчитываютъ папежники въ своей уніи. А когда все это такъ, то унія, 3) есть не истинное единеніе, а ложное. Не духъ Христіанства внушалъ папамъ и папежникамъ хлопотать повсюду объ уніи, а духъ корыстнаго любоначалія. Не союза и братства съ православными искали они, а подчиненія ихъ себѣ, господства надъ ними. А потому и устрояли они свои уніи въ разныхъ мѣстахъ не по братски, не общимъ братскимъ уговоромъ, совѣтомъ, а разными продѣлками. Не на Вселенскихъ христіанскихъ соборахъ они устрояли ихъ, а на своихъ продѣльническихъ сборищахъ. Не думали они для такой уніи по христіански сознаться предъ православными какъ предъ братьями въ своихъ винахъ, отступничествахъ и познать истину православнаго исповѣданія.

50. Грѣховность принятія уніи

В: Было-ли бы грѣхомъ для православнаго христіанина принимать унію?

О: Прежде всего такое дѣло, т. е. принятіе уніи, было бы прямымъ неразуміемъ со стороны православнаго христіанина, особенно послѣ того, какъ онъ знаетъ, что унія ему непотребна, неправа сама въ себѣ, портитъ его вѣру, что, наконецъ, въ ней нѣтъ христіанскаго единенія и братства. Но былъ бы тутъ также и грѣхъ, да еще грѣхъ большой. То была бы полу-измѣна, полуотступничество отъ Единой, Истинной, Святой Православной Церкви. Разумѣется, еще болѣе тяжкимъ грѣхомъ было бы полное отщепенство, полная измѣна, т. е. совращеніе въ самое латинство. О такихъ отщепенцахъ слѣдуетъ всѣмъ православнымъ христіанамъ горько жалѣть, какъ объ овцахъ, отбившихся отъ своего стада и могущихъ рано или поздно пропасть, погубить душу свою.

51. Начало уніи въ Польшѣ

В: Если унія такова, какъ мы теперь знаемъ ее, то какъ могло статься, что она забралась было въ наши края?

О: Случилось это не съ добра и не съ воли нашихъ предковъ. Издавна, какъ земля наша крестилась при св. князѣ Владимірѣ, отцѣ св. Бориса и Глѣба (въ 988 году по Р.Х.), въ ней стало Христіанство православное, пришедшее къ намъ съ востока, и предки наши были и назывались православными. Собрались потомъ и Римскіе учители изъ разныхъ странъ навязать праотцамъ нашимъ свое римское исповѣданіе. Это имъ не удавалось. Весь народъ Русскій, жившій въ этихъ краяхъ, русскіе князья и вельможи здѣсь жившіе, всѣ до одного были православными, ни за что не отрывались отъ родной вѣры и родного племени. Такъ было цѣлыя столѣтія, годы и роды. Но потомъ настали для нашего края времена несчастныя: завоевали его татары, послѣ которыхъ утвердились было здѣсь литовскіе князья. Сначала и сами они становились русскими и православными христіанами; русская и литовская земли стали за одно и были сильны. Но потомъ сосѣди-поляки стали предлагать свою польскую корону князьямъ литовскимъ (съ 1386 года) съ тѣмъ, чтобы тѣ притянули подъ эту корону русскую и литовскую земли и развели тамъ на мѣсто Православія латинство, либо хоть унію. Съ тѣхъ поръ литовскіе князья, они же короли польскіе, вмѣстѣ съ польскими панами, бискупами, ксендзами, подущаемые, притомъ, папами изъ Рима, и стали заводить то лестью, то угрозою, — гдѣ латинство, — и то, впрочемъ, съ огнемъ и мечомъ. Напротивъ, русскіе христіане и православные литвины нигдѣ не поддавались ни на угрозы, ни на обольщенія королей, пановъ и ксендзовъ, особенно доминикановъ. Такъ тянулись дѣла еще около 200 лѣтъ. Наконецъ, на подмогу прежнимъ врагамъ нашей вѣры явились страшные ксендзы-іезуиты. Пустивъ въ ходъ всевозможныя хитрости и продѣлки, они успѣли поставить въ русскіе епископы людей, втайнѣ дружившихъ съ ними, или завлечь въ такое дружество уже бывшихъ епископовъ, которыхъ сумѣли опутать своею нечеловѣческою хитростью. Съ этими-то лжепастырями (таково было тогда несчастное время!) да еще нѣсколькими польскими панами, бискупами они въ 1596 году составили въ Брестѣ сборище и тамъ прокричали унію, проклявши всѣхъ, не желающихъ принять ее, которымъ, съ своей стороны, грозилъ всякими страхами король Сигизмундъ ІІІ-й. Но тогда же, въ томъ Брестѣ, составился великій соборъ изъ множества духовныхъ лицъ, въ томъ числѣ лучшихъ епископовъ, князей, пановъ русскихъ, выборныхъ отъ разныхъ городовъ и приходовъ, особенно церковныхъ братствъ и братчиковъ со всей Бѣлоруссіи, Украины и Галичины. На этомъ соборѣ всѣ единодушно отвергли унію, обвинили отступниковъ, принявшихъ ее, и дали за весь край и православный народъ — зарокъ или обѣтъ твердо стоять за Православіе до смерти. Такъ-то послѣ 600 лѣтъ Православія началась унія — не какъ истинное единеніе, не какъ христіанское дѣло, но какъ дѣло обмана, дѣло нашихъ враговъ и немногихъ отступниковъ, принесшее не братство, а рознь и вражду.

52. Судьба уніи до паденія ея

В: Что же было дальше съ уніей, какова была доля ея?

О: Каково было начало ея, такова и доля. Не съ добрымъ родилась она, не съ добрымъ выросла; принесла много несчастій нашему краю, была и сама несчастна. Польскіе паны, бискупы, ксендзы всякими способами старались развести дальше унію и вывести Православіе: православнымъ не давали епископовъ, священниковъ, отнимали церкви и отдавали ихъ въ аренду жидамъ, которые брали съ христіанъ подать за всякую службу, крестины, свадьбу, похороны и проч.; муками принуждали православныхъ принимать унію, ударами гнали ихъ въ уніатскія церкви. Для другихъ же, особенно людей побогаче и познатнѣе, не жалѣли лести, обмановъ, обѣщаній, обольщеній, распуская разныя книжки, граматки съ проповѣдью объ уніи и латинствѣ, заводя для ихъ дѣтей школы, гдѣ іезуиты и учили ихъ своей вѣрѣ. Панамъ и ксендзамъ горячо помогали во всемъ этомъ свои отступники, перекинувшіеся въ унію, каковъ, напримѣръ, заядлый мучитель православныхъ, душехватъ Іосафатъ Кунцевичъ. Такими-то способами часть православныхъ отщепилась отъ Православія, но эта часть и сама распалась на двѣ части. Всѣ отщепившіеся князья, паны русскіе пошли прямо въ полное отщепенство, въ польское католичество, гдѣ скоро ополячились, и въ этомъ двойномъ отщепенствѣ — родной вѣрѣ и родному племени — пребываютъ ихъ правнуки доселѣ. Напротивъ, народъ не поддавался на полное отщепенство, слишкомъ любя старую вѣру съ ея обрядами, порядками церковными. Ему-то и навязывали унію, — тѣмъ болѣе, что и ксендзы римскіе гонялись болѣе за панами и не очень-то лакомились на бѣдный народъ, да и паны-то не хотѣли ужъ слишкомъ скоро брататься съ простымъ народомъ, чрезъ принятіе его въ свою вѣру. Вообще и тѣ и другіе хотѣли болѣе добивать Православіе, чѣмъ гладить унію. Они расширяли ее, жаловали ее, чтобы потѣснить Православіе, но какъ только сама унія становилась на ноги, хотѣла жить сама собой, они тотчасъ прижимали ее, отнимали у нея церкви, монастыри, церковные доходы. Унія эта заубожала вмѣстѣ съ державшимся ея народомъ; паны и ксендзы польскіе стали кликать ее вѣрою хлопскою, мужицкою, какъ называли прежде вѣру православную. Долго не знала несчастная унія, что сдѣлать съ собою, но ее вывела на дорогу, на свѣтъ — болѣе ея счастливая — Церковь Православная, такъ неразсудно оставленная ею. Православная Церковь, сколько не теряла сыновъ своихъ, все стояла крѣпко и твердо. Защищала ее и знать православная этого края доколѣ была вѣрна праотцовской вѣрѣ; еще дружнѣе защищали братства или братчики, бывшіе при монастыряхъ и церквахъ въ городахъ и селахъ. Они защищали ее въ судахъ и въ книгахъ, въ церквахъ и школахъ, списывались съ собою съ разныхъ мѣстъ, городовъ, давая другъ другу совѣты, помощь въ борьбѣ съ общимъ врагомъ. Такъ было въ Литвѣ, особенно Вильнѣ, было въ Бѣлоруссіи, Подоліи, Волыни, Украинѣ до Днѣпра и Кіева и далѣе.

53. Возсоединеніе уніи

В: Съ какихъ поръ и какъ совершилось возсоединеніе уніи?

О: Началось оно въ концѣ 18-го столѣтія, т. е чрезъ 200 лѣтъ послѣ возникновенія ея. На Украинѣ, Подоліи, Волыни и Полѣсьи уніаты тогда быстро стали возвращаться въ Православіе особенно тамъ, гдѣ они живо помнили, что еще отцы ихъ, даже они сами, были въ Православіи. Въ 1795 году считалось болѣе 1,000,000 уніатовъ и болѣе 2,300 уніатскихъ церквей, возсоединившихся съ Православною Церковью. Около 1830 г. епископъ Виленскій Іосифъ (Сѣмашко) сталъ душою управленія Уніатской Церкви на Виленщинѣ и въ Бѣлоруссіи и руководителемъ избранныхъ и просвѣщеннѣйшихъ представителей уніатскаго (бѣлаго) духовенства, думавшихъ объ освобожденіи Уніатской церкви отъ рабства папскому латинству. Свѣтлая дума эта какъ утренняя заря, прояснялась особенно тамъ, гдѣ были главныя мѣста духовнаго управленія и образованія уніатовъ бѣлорусскихъ, какъ въ Полоцкѣ, и виленскихъ, какъ въ Жировицахъ, и гдѣ, поэтому, и соединены были избранные представители уніатскаго духовенства. Тогда же появились новыя попытки ксендзовъ увлечь уніатовъ на свою сторону, но это послужило лишь къ новому обличенію лживости латинства въ глазахъ просвѣщеннѣйшихъ изъ уніатскихъ духовныхъ лицъ.

Объ одной изъ такихъ попытокъ разсказываетъ Преосвященный Антоній, бывшій тогда (съ 1827 г.) ректоромъ Духовной семинаріи въ Жировицахъ, съ 1834 г. — епископъ-викарій Виленской епархіи, впослѣдствіи, Минскій Архіепископъ. Въ 1830 году разсылалась безплатно уніатскимъ священникамъ толстая книга, написанная въ защиту Римской церкви противъ Православной. Книга такая доставлена была и ректору Антонію. Ректоръ со своими сотрудниками — какъ люди ученые, захотѣли провѣрить мѣста изъ св. Отцовъ, приводимыя въ книгѣ въ защиту римскаго ученія. Они остановились, особенно, на свидѣтельствахъ св. Аѳанасія, гдѣ этотъ великій отецъ и учитель Церкви, говоря о происхожденіи Святого Духа, къ словамъ «отъ Отца» прибавляетъ «и отъ Сына». Посмотрѣли въ самую книгу св. Аѳанасія, гдѣ творенія его были въ греческомъ подлинникѣ и латинскомъ переводѣ. Оказалось, что въ подлинникѣ нѣтъ словъ и «отъ Сына», а есть только въ переводѣ. Дальше, посмотрѣвши, нашли, что латинскій переводчикъ самъ сознается, что въ своемъ переводѣ онъ поправлялъ тѣ мѣста св. Отцовъ, какія несогласны съ ученіемъ Римской церкви, т. е. онъ искажалъ, портилъ эти мѣста, извращалъ св. Отцовъ. Такимъ образомъ, открылось, что та хитрая книга, которую разсылали ксендзы уніатамъ въ 1830 г., была повтореніемъ обычной лжи латинства.

Скоро высшее духовенство уніатское, само уже свободное отъ папско-латинскаго гнета, устроило и то, что и приходское духовенство высвобождено изъ подъ власти пановъ, державшихъ его въ рукахъ своимъ правомъ на презенты, т. е. дачу приходовъ, и приведено въ ближайшую зависимость отъ своихъ архипастырей. Въ ряду ихъ съ 1834 г. являлись новыя лица, одной мысли съ Преосвященнымъ Іосифомъ, какъ преп. Василій (Лужинскій) для Бѣлорусской епархіи, Преосвященный Антоній (Зубко), викарій Виленской епархіи. Съ этого же особенно года, стараніемъ, отеческими и дружескими внушеніями архипастырей и старшаго священства уніатскаго, приходское уніатское духовенство стало принимать православныя богослужебныя книги и замѣнять ими поврежденныя уніатскія: болѣе и болѣе въ уніатской Церкви стало выводиться то, что незаконно вкралось отъ латинства; стали возстанавливаться православные уставы и обряды. Уцѣлѣвшіе въ уніи остатки древняго благочестія или Православія, помогали уніатамъ въ возстанавливаемыхъ уставахъ и обрядахъ видѣть отвѣчное и родное достояніе свое. Вразумляя старое уніатское духовенство, просвѣтители уніатовъ дѣйствовали и на юное поколѣніе его силою духовной православной науки, засвѣтившейся въ преобразованныхъ или вновь открытыхъ училищахъ и семинаріяхъ въ Полоцкѣ и Жировицахъ. Живы и будутъ живы въ насъ отраднѣйшія воспоминанія объ этомъ первоначальномъ воспитаніи — этомъ, такъ сказать, духовномъ возрожденіи нашемъ! За всѣмъ тѣмъ между избранными представителями уніатовъ, православными людьми русскими, духовными и свѣтскими, укрѣплялось дружеское, братское общеніе, особенно тамъ, гдѣ были средоточія духовнаго управленія и образованія уніатовъ. Такъ мирно подготовлялось дѣло возсоединенія уніи, устраиваемое, одушевляемое мудростью и любовью уніатскихъ архипастырей со старшимъ священствомъ, во главѣ которыхъ былъ архипастырь Преосвященный Іосифъ, предсѣдательствовавшій въ уніатской коллегіи. На отеческій голосъ глубоко почитаемыхъ пастырей, старшаго священства, отозвалось и остальное духовенство уніатское, давшее 1305 своеручныхъ подписей въ согласіи на возсоединеніе съ Православной Церковью. Если нѣкоторые въ духовенствѣ и не соглашались на возсоединеніе, то весьма немногіе — главнымъ образомъ базиліане, которые были испорчены іезуитами, иногда заходили въ унію изъ латинства съ тайною цѣлью превратить унію въ латинство. Такимъ дана была свобода въ теченіе нѣсколькихъ лѣтъ возвратиться восвояси или одуматься; силою, муками никого не принуждали къ возсоединенію, какъ то дѣлали папы и ксендзы заводя унію. Сдерживали, отсылали на размышленіе, весьма, впрочемъ, рѣдко, тѣхъ, которые хотѣли мутить другихъ по одному лишь крайнему упорству своему. Мирно и твердо приготовленное, святое дѣло возсоединенія окончательно принято, провозглашено по христіански на Освященномъ соборѣ, бывшемъ въ г. Полоцкѣ 1839 г. 12-го февраля въ недѣлю Православія. 25-го марта совершилось принятіе въ общеніе Уніатской церкви на Вилещинѣ и Бѣлоруссіи съ Православною Церковью. Число возсоединеннаго духовенства возросло до 1607. За священствомъ слѣдовалъ и весь бывшій въ уніи народъ, числомъ около 1,500,000 человѣкъ.

Уніатскіе священники и народъ на Холмщинѣ и Подляшьѣ, вслѣдствіе особыхъ неблагопріятныхъ обстоятельствъ тамъ, были такъ заглушены, задавлены, что не могли въ 30-хъ годахъ возсоединиться одновременно съ Виленскими и бѣлорусскими уніатами. Но когда они освобожденные свободнѣе вздохнули, — одни отъ панщины, а другіе отъ папскаго патроната, — тогда они ободрились и просвѣтились, и 1875 годъ 11 мая далъ Православной Церкви 250,000 новыхъ возсоединенныхъ отъ уніи чадъ, сыновъ Холмской Руси и Подляшья.

Отторгнутые насиліемъ, возсоединены любовью. Въ память возсоединенія уніи въ 1839 году выбита медаль со слѣдующими знаменательными изображеніями и надписями. На одной сторонѣ — Нерукотворенный образъ Спасителя съ надписями вверху: Такова имамы Первосвященника, Евр. VIII, 1, и внизу: Отторгнутые насиліемъ (1596) возсоедины любовью (1839). На другой сторонѣ — крестъ въ лучахъ съ надписями сверху по краямъ: Торжество Православія, внизу: 25-го марта 1839 г. Любопытно сравнить съ этой медалью медаль, выбитую въ Римѣ на начало уніи и описанную у Баронія, который говоритъ, что на одной сторонѣ ея изображенъ папа Климентъ VIII, а на другой — онъ же, сидящій на тронѣ, а передъ нимъ падшій ницъ русскій, съ латинской надписью: Ruthenis receptis, т. е. на принятіе русскихъ.

Есть еще и теперь уніаты, русскіе же: это — въ Галиціи, древней русской странѣ, входившей въ недавнемъ времени въ составъ Австро-Венгерской монархіи. Они давно уже съ успѣхомъ высвободились изъ подъ рабства папскому латинству, возстановили у себя православные уставы, обряды, такъ же какъ и родной языкъ и родную грамоту, но еще не могли отвязаться отъ папы, пока находились въ Австріи, ибо къ вѣрѣ папской принадлежалъ тамъ и самъ цесарь. Но теперь, въ либеральной Республикѣ Польской, освободившись отъ австрійско-іезуитскаго гнета, они добровольно и охотно цѣлыми селами и приходами возсоединяются съ Православной Церковью.

54. Общій отвѣтъ ложнымъ учителямъ уніи

В: Какъ вообще отвѣчать тѣмъ, кто бы вздумалъ заманивать насъ въ унію?

О: Если бы какіе-либо самозванцы обратились съ такими заманками къ намъ, православнымъ христіанамъ въ нашихъ краяхъ, то мы лучше всего сдѣлали бы, не пожелавъ даже слушать ихъ, какъ лгуновъ и обманщиковъ, и посовѣтовавъ имъ поскорѣе убираться туда, откуда пришли. А если бы намъ захотѣлось или понадобилось поговорить съ ними объ уніи, то легко найдемъ мы отвѣтъ на ихъ лжи въ томъ, что уже было выше сказано въ нашихъ бесѣдахъ. Въ случаѣ затрудненія можемъ обратиться къ своимъ пастырямъ или отцамъ духовнымъ. Кратко можемъ отвѣтить имъ такъ: «Не надобно намъ вашей уніи: у насъ своя истинная, правая вѣра, СВЯТОЕ ПРАВОСЛАВІЕ — благочестіе. Мы — сыны Единой, Святой, Соборной и Апостольской Церкви. Зачѣмъ намъ единиться съ Римской церковью, учиться у ней, когда она и сама отщепилась отъ Святой Церкви, исказила вѣру своими выдумками, ищетъ не столько вѣры, сколько своей власти. Многія столѣтія жили наши предки въ святомъ благочестіи, спасались, имѣли многихъ святыхъ (напримѣръ, св. Бориса и Глѣба), не зная ни римско-католичества, ни уніи и отвергая ихъ. Если же потомъ праотцы наши поддались на унію, то поневолѣ или по невѣдѣнію, увлеченные страхомъ или обманомъ. Богъ проститъ имъ этотъ грѣхъ невѣдѣнія и невольный. И этотъ грѣхъ имъ уменьшается еще тѣмъ, что они все-таки пошли не въ самое отщепенство и полную измѣну, какъ сдѣлали паны, а только въ унію, гдѣ еще сохранились остатки древняго благочестія. Чрезъ это они дали намъ, потомкамъ своимъ, возможность поправить грѣхъ ихъ и возстановить это благочестіе. Мы не чуждаемся единенія истиннаго, братства христіанскаго, но унія не была такимъ единеніемъ и братствомъ. Не для братства ее устроили, не для братства держали, а для розни, вражды, корысти. Не принесла намъ унія добра. Бѣдны были за нею наши храмы, темны и бѣдны были и мы сами. Съ Православіемъ обновляются и украшаются наши церкви, разростается наше просвѣщеніе, наконецъ, въ Православіи пришла намъ братская свобода, тогда какъ въ уніи мы были въ неволѣ. Не обольстите насъ своими обѣщаніями: много и много разъ обманывали вы насъ и нашихъ предковъ. Не дадите того, чего никогда не давали, чего не можете дать, ибо сами не имѣете. Всею душею хотимъ мы, чтобы и всѣ паны здѣшніе стали съ нами за одно, по братски, возвратясь къ вѣрѣ и племени, отъ коихъ оторвались ихъ праотцы. Надѣемся, что рано или поздно они опомнятся, если же не они, то ихъ дѣти, внуки или правнуки. Молимъ Бога, чтобы это было. А за себя благодаримъ и славимъ Его, что возстановилъ намъ наше святое, отеческое благочестіе, въ которомъ хотимъ жить и умереть, чая въ немъ и спастись».


Митрополитъ Антоній Бесѣды православнаго священника съ уніатскимъ о заблужденіяхъ латинянъ и уніатовъ греко-католиковъ[2]

«Якоже единаго корене отрасли богосадны, Сынъ и Духъ возсіяша: ибо Отецъ единовиновенъ есть, безлѣтный безлѣтнымъ лицамъ единочестенъ»

(Изъ канона св. Патріарха ѴI-го вѣка Германа въ честь первыхъ шести Вселенскихъ соборовъ. См. Минея 16 іюля).
Бесѣда первая

Уніатъ: Скажи мнѣ, прочиталъ-ли ты книжку нашего защитника Юлія Гаджеги о правдѣ католической вѣры и о главенствѣ апостола Петра и пастырей римскихъ?

Православный: Дважды прочиталъ эту книжку и до сихъ поръ никогда не слышалъ, чтобы кто-нибудь осмѣлился правду защищать ложью.

Уніатъ: Какую нашелъ ты тамъ ложь?

Православный: Истины я тамъ не нашелъ, а лжи очень много. Но такъ какъ я знаю, что будешь всякими лживыми хитросплетеніями затемнять мои обличенія, то укажу тебѣ прежде всего на тѣ мысли, лживость которыхъ для всѣхъ очевидна, и когда авторъ той книги предлагалъ эти пустыя измышленія, то только надѣялся на невѣжество и простоту своихъ читателей.

Уніатъ: Думаю, что не онъ, а ты лжецъ и клеветникъ на автора той книжки. Укажи, какія измышленія въ той книжкѣ явно ложныя?

Православный: Сначала скажу не о главнѣйшихъ заблужденіяхъ уніатской и латинской вѣры, но о нелѣпѣйшихъ изъ нихъ. Читай на стр. 13 слѣдующія безстыдныя слова: «папа римскій Николай I, котораго и греческая и русская Церковь почитаютъ святымъ…» Я съ опредѣленной цѣлью прочиталъ всѣ наши святцы и великій Требникъ, но ни этого безстыднаго еретика, ни предшествовавшихъ ему Арія и Македонія не нашелъ тамъ, но зато нашелъ въ Требникѣ «Чинъ пріятія въ Церковь отъ латинскія ереси приходящихъ» и эту ересь Николаеву повелѣвающій предать проклятію.

Уніатъ: На какую ересь укажешь у папы Николая I?

Православный: Николаеву ересь можно усмотрѣть въ томъ, что онъ исказилъ Символъ нашей божественной вѣры. Ибо Второй Вселенскій соборъ сказалъ: «Отъ Отца исходящаго». Этотъ же папа Николай I, а за нимъ и всѣ латиняне, уніаты и лютеряне и прочіе еретики западныхъ странъ, прибавили и «отъ Сына». И если бы эти слова не содержали въ себѣ никакой ложной мысли, то все-таки читающіе въ такомъ видѣ Символъ вѣры осуждены на отлученіе отъ Церкви, потому что Третій Вселенскій соборъ налагаетъ анаѳему (проклятіе) на всякаго, кто только дерзнетъ прибавить какое-нибудь слово къ Символу. Поэтому папа Левъ III и Адріанъ, бывшіе на римскомъ престолѣ, осудили это новое и нелѣпое латинское ученіе и повѣсили на соборной стѣнѣ серебрянную доску, на которой написали Символъ безъ этихъ безумныхъ словъ, чтобы никто никогда не прибавлялъ этихъ словъ: «и отъ Сына исходящаго». И такъ латиняне и уніаты уже за это Третьимъ соборомъ, то же, что и Святымъ Духомъ, прокляты.

Уніатъ: Не лжешь-ли ты на святой Третій соборъ?

Православный: Этотъ вопросъ я ожидалъ отъ тебя услышать, потому что таковъ нравъ латинянъ и уніатовъ. Когда ихъ неправда обнаружится, то говорятъ, что основаній, приводимыхъ противникомъ, нѣтъ въ догматахъ и канонахъ церковныхъ. Однако, раскрой книгу, на которую я ссылаюсь, и читай: Третій Всел. соборъ правило 7: По прочтеніи сего Символа Вѣры святой соборъ опредѣлилъ: «Да не будетъ позволено никому произносити или писати или слагати иную вѣру, кромѣ опредѣленныя отъ святыхъ Отцевъ въ Никеѣ градѣ, со Святымъ Духомъ собравшихся. А которые дерзнутъ слагати иную вѣру или представляти или предлагати хотящимъ обратитися къ познанію истины или отъ язычества, или отъ іудейства, или отъ какой бы то ни было ереси: таковые, аще будетъ епископъ, или принадлежащіе къ клиру да будутъ чужды — епископъ — епископства, и клирики клира: аще же міряне — да будутъ преданы анаѳемѣ». — Правило II Всел. собора 1-е: «Святые Отцы, собравшіеся въ Константинополѣ, опредѣлили: да не отмѣняется Символъ Вѣры трехсотъ осминадесяти отцевъ, бывшихъ на соборѣ въ Никеѣ, что въ Вифиніи, но да пребываетъ оный непреложенъ и да предается анаѳемѣ всякая ересь…»

Уніатъ: Слѣдовательно, мы сильно погрѣшаемъ, если одно слово внесли въ Символъ Вѣры?

Православный: Думаю, что злѣйшую погибель чрезъ таковую дерзость приносите, если бы даже и правильно было ваше ученіе о Святомъ Духѣ. Смотри, какъ христіане осмотрительно оберегали Символъ Вѣры. Пожелалъ благочестивый царь Юстиніанъ къ словамъ: «воплотившагося отъ Духа Святого и Маріи Дѣвы» не цѣлое слово, но полъ слова прибавить, говоря «приснодѣвы». Но этому, хотя и правильному измѣненію, св. Церковь воспротивилась и не допустила вписать его въ Символъ, но приняла отъ Юстиніана молитву, которую на литургіи каждый день поемъ: «Единородный Сыне и Слове Божій…» и тамъ читаемъ «и Приснодѣвы Маріи». И если бы вы внимательно читали книгу, въ которой находятся постановленія Вселенскихъ соборовъ, вы бы не измѣняли ложно догматовъ.

Уніатъ: Какая эта книга? Мы ее не знаемъ.

Православный: Читай названіе ея: «Книга Правилъ св. Апостолъ и Святыхъ Соборовъ Вселенскихъ и Помѣстныхъ и св. Отецъ».

Уніатъ: Развѣ все сказанное на помѣстныхъ соборахъ и св. Отцами истина есть?

Православный: Этого-ли не знаютъ учители паписты, что не всѣ ученія отеческія тамъ записаны, но только тѣ, которыя были утверждены Шестымъ и Седьмымъ Вселенскимъ соборомъ, также постановленія только девяти помѣстныхъ соборовъ, которыя также Шестымъ и Седьмымъ Вселенскимъ соборомъ утверждены.

Уніатъ: Развѣ можетъ имѣть великую силу эта книга, если она никогда не была утверждена нашими папами?

Православный: Папы не только не утверждали и не имѣли права утверждать рѣшеній Вселенскихъ соборовъ, но сами соборами были судимы. Такъ, на соборахъ папу Ливерія за аріанство и Гонорія за монофизитство осудили и анаѳемѣ предали и вся Римская церковь этому вполнѣ подчинилась безъ всякаго возраженія. Однако, эту священную книгу латиняне всячески отъ своихъ скрываютъ, и когда свою унію насильственно ввели въ Карпатской и Преднѣпровской Руси, то и отъ тѣхъ прельщенныхъ эту книгу скрыли, чтобы они не знали истинной вѣры и тѣхъ многихъ проклятій, которымъ подлежатъ ваши пастыри и всѣ римско-католики и уніаты, потому что за субботній постъ и безбрачіе клириковъ и за колѣнопреклоненіе въ дни недѣльные и въ св. Пасху и за употребленіе въ пищу во время поста молока и яицъ и за прочія иныя вины они преданы проклятію на св. соборахъ.

Уніатъ: Говоря такъ дерзко, скажи, почему вы такъ почитаете эту книгу?

Православный: Потому, что она есть учительница вѣры христіанской, потому что невозможно узнать Божественную Библію, т. е. Новый и Ветхій Завѣты и отличить отъ многихъ отверженныхъ и ложныхъ еретическихъ Евангелій и посланій, если бы не Шестой соборъ и предшествовавшіе ему помѣстные соборы, какъ, напримѣръ, Лаодикійскій и др. научили насъ, какія изъ книгъ истинныя, нынѣ внесенныя въ Св. Библію, а какія ложныя.

Уніатъ: Тотъ соборъ, который вы называете Шестымъ не есть Шестой, но Трульскій пято-шестой и мы, римско-католики и уніаты, его не принимаемъ, также какъ и 9 помѣстныхъ.

Православный: Я хорошо знаю это ваше безуміе и ложь. Но какимъ образомъ вы можете отвергать этотъ соборъ, принимая Седьмой соборъ, который первымъ своимъ правиломъ утвердилъ и правила Трульскаго собора и утвержденные имъ девять помѣстныхъ соборовъ, и апостольскія и отеческія правила и, сверхъ того, присоединилъ слѣдующія слова объ Отцахъ и соборахъ: Всѣ отъ Единаго и того-же Духа бывъ просвѣщены, полныя узаконили, и кого они предаютъ анаѳемѣ, тѣхъ и мы анаѳематствуемъ, и кого изверженію, тѣхъ и мы извергаемъ, и кого отлученію — тѣхъ и мы отлучаемъ. Поэтому слѣдуетъ всякому христіанину имѣть книгу Св. Соборовъ и читать съ усердіемъ, вамъ же — еретикамъ — надлежитъ знать, что вы не только изъ-за искаженія догмата о Св. Духѣ, но и по многимъ другимъ провинностямъ, отлучены отъ Церкви и отъ спасенія Шестымъ и Седьмымъ соборомъ до тѣхъ поръ, пока не покаетесь и не придете въ соединеніе съ нею.

Уніатъ: Ты такъ восхваляешь книгу Вселенскихъ Соборовъ, что будто бы безъ нея неразумно вѣровать и въ Св. Евангеліе. Мы же, католики и уніаты вѣруемъ всему, что содержится въ Св. Библіи, хотя и не принимаемъ постановленій Трульскаго собора.

Православный: Въ этомъ-то и заключается ваше безуміе, что вѣра ваша построена на пескѣ, не имѣя твердаго основанія. Ибо хотя и говорите, что имѣете двадцать латинскихъ соборовъ, но они составлены были уже послѣ вашего изверженія изъ лона святой Церкви. Тѣхъ же лживыхъ соборовъ я не знаю, думаю же, что болѣе тысячи пятисотъ лѣтъ отъ Рождества Христова ни одинъ изъ вашихъ соборовъ не могъ дать свидѣтельства о книгахъ Ветхаго и Новаго Завѣтовъ и потому являетесь подобными еретикамъ-лютеранамъ, которые до настоящаго времени не могутъ отвѣтить въ свое оправданіе, если бы кто-нибудь спросилъ у нихъ, почему они вѣруютъ св. четыремъ Евангеліямъ и прочимъ книгамъ нашей Библіи, осужденныя же соборами нашими книги отвергаютъ, хотя соборовъ самихъ не принимаютъ.

Уніатъ: И я ничего не могу тебѣ отвѣтить, почему мы семь соборовъ принимаемъ, утвержденые же ими девять помѣстныхъ соборовъ и 85 правилъ св. Апостоловъ отвергаемъ, такъ же, какъ пято-шестой соборъ, но я вижу, что ученіе уніатское и латинское объ исхожденіи Духа Святого отъ Отца и Сына называете ересью не потому, что оно ложно, но только изъ-за того, что мы придерживаемся его вопреки соборному постановленію, чтобы ни единаго слова къ Символу Вѣры не прибавлять.

Православный: Да, скажу тебѣ, если бы и такъ было это, вы были бы отвержены отъ святой Церкви, но и, кромѣ того, великую неправду содержитъ это ваше ученіе объ исхожденіиСв. Духа и отъ Сына.

Уніатъ: Этого я никогда отъ православныхъ не слышалъ и думаю, что никакимъ образомъ невозможно это доказать. Въ указанной же книжкѣ Гаджеги всѣ слова Божественнаго Писанія о Святомъ Духѣ указаны.

Православный: Нѣтъ, другъ, лжешь ты или лжетъ твой Гаджега, или оба вы лжете. Ибо Гаджега лукаво умолчалъ о словахъ Св. Писанія, обличающихъ его ересь, а также и о бывшихъ въ Церкви дѣлахъ и словахъ отеческихъ, противныхъ вашей ереси. И до того доходитъ въ своемъ лукавствѣ, какъ и вообще всѣ латинскія учители, что если, по ихъ мнѣнію, извѣстное мѣсто изъ св. книгъ благопріятно для нихъ, приводятъ его цѣликомъ подрядъ и указываютъ, въ какой главѣ Св. Писанія оно находится или въ какой книгѣ церковныхъ лѣтописей. Если же лживо, ссылаются на священныя книги, то не указываютъ ни книги, ни правилъ соборныхъ. Пишетъ, напримѣръ, что русскій патріархъ Никонъ сократилъ молитвы на св. литургіи, что Шестой соборъ запретилъ клирикамъ носить длинные волосы, что митрополитъ Россійскій Филаретъ говорилъ и то, и другое, но въ какой книгѣ, или въ какомъ правилѣ — объ этомъ молчитъ, потому, что говоритъ ложь. Да и Шестой соборъ не въ 629 году былъ, какъ въ книгѣ сказано, а въ 680 году и тогда не установлено было ни одного канона, а каноны установлены на соборѣ 692 г., который мы тоже называемъ Шестымъ, а латиняне, какъ уже сказано было, совершенно его отвергаютъ.

Уніатъ: Вижу, что не хочешь привести мнѣ слова Св. Писанія, въ которыхъ вы находите осужденіе нашего ученія объ исхожденіи Св. Духа отъ Сына.

Православный: Открой повѣствованіе трехъ Евангелій о крещеніи Христовомъ, а изъ четвертаго возьми слова св. Предтечи о томъ же и читай прежде по Марку: «Прійде Іисусъ отъ Назарета Галилейскаго и крестися отъ Іоанна во Іорданѣ, и абіе, восходя отъ воды, видѣ разводящаяся небеса и Духъ, яко голубь, сходящъ нань» (1, 10), или читай по Іоанну: «И свидѣтельствова Іоаннъ глаголя: азъ видѣхъ Духа сходяща яко голубя съ небесе, и пребысть на Немъ. Азъ не видѣхъ Его, но пославый мене крестити въ водѣ, Той рече, на Него же узриши Духа сходяща и пребывающа на Немъ, Той есть крестяй Духомъ Святымъ» (1, 32–33). Если бы Духъ Святой исходилъ отъ Отца и Сына, какъ бы Онъ могъ сходить на Сына Божія? Но Сыну Отецъ даетъ Духа, что подтвердилъ и св. Предтеча говоря о Сынѣ: «Его же посла Богъ, глаголетъ словеса Божія ибо не въ мѣру даетъ Богъ Духа. Отецъ бо любитъ Сына и вся предаде въ руцѣ Его» (Іоан. 1–3, 34–35). Не безумствуете-ли, когда проповѣдуете объ исхожденіи Духа отъ Сына Божія? Если Духъ отъ Сына исходитъ, какимъ образомъ опять на Сына нисходитъ? Найдете-ли, чтобы гдѣ-нибудь было сказано, что Духъ на Бога Отца сошелъ, отъ Котораго Духъ дѣйствительно исходитъ?

Уніатъ: Станешь-ли ты отрицать слова Господни: «Егда же пріидетъ Утѣшитель, Его же Азъ послю вамъ отъ Отца, Духъ Истины, иже отъ Отца исходитъ» (Іоан. 15, 26)?

Православный: Эти слова внесъ въ свою книжку и Гаджега, и при помощи многихъ лживыхъ измышленій пытается обосновать ту мысль, что Духъ Святый и отъ Сына исходитъ, между тѣмъ здѣсь высказывается истина, совершенно протиположная этому ученію. Если бы и отъ Сына исходилъ Святый Духъ, зачѣмъ было присоединять эти слова: «Его же Азъ послю вамъ отъ Отца», и опять: «иже отъ Отца исходитъ». Если бы латинское ученіе было правильно, сказалъ бы Господь: «иже отъ Отца и отъ Мене исходитъ».

Уніатъ: Но если Духъ Святой не исходилъ отъ Сына, какимъ образомъ Сынъ Его посылаетъ?

Православный: На это найдешь отвѣтъ въ тѣхъ же словахъ: посылаетъ отъ Отца, какъ и выше въ той же бесѣдѣ говоритъ Господь: «Азъ умолю Отца, и иного утѣшителя дастъ вамъ, да пребудетъ съ вами во вѣкъ, Духъ истины…» (Іоан. 14, 16), и еще: «Утѣшитель же Духъ Святый, Его же пошлетъ Отецъ во имя Мое, Той научитъ васъ…» (14, 26). Если же Ты спросишь, почему Христосъ обѣщался послать Духа въ то время, какъ Духъ не отъ Него исходитъ, то это похоже на то, какъ если бы какой-нибудь царь упросилъ бы другого царя, чтобы онъ послалъ своего брата въ какую-нибудь страну. Тогда бы первый могъ сказать, что онъ послалъ отъ того царя брата его. Итакъ, знай, что Святый Духъ отъ одного Отца исходитъ въ томъ смыслѣ, что посредствомъ этого исхожденія отъ этого одного свое бытіе получаетъ, Отцемъ же и Сыномъ посылается людямъ; и не только Сыномъ, но и архіереями подается молящимся, какъ пишется въ Дѣяніяхъ: «видѣвъ же Симонъ яко возложеніемъ рукъ апостольскихъ подается Духъ Святый, принесе имъ сребро…» (8, 18). Итакъ, скажешь-ли, что Духъ Святый не только отъ Отца исходитъ, но и отъ Отца и Сына и отъ Апостоловъ? Горе тво ему неразумію!

Уніатъ: Этихъ словъ я не зналъ, или — точнѣе сказать — забылъ, такъ какъ на нихъ не указываютъ намъ учителя наши.

Православный: Вотъ, не только на саддукеяхъ, но и на латинянахъ сбываются слова Господни: «заблуждаетесь, не вѣдуще писаній, ни силы Божіей» (Матѳ. 22, 29), и опять: «взясте ключи разумѣнія, сами не входите, ниже входящимъ даете внити».

Уніатъ: Я тоже скорблю о томъ, что наши священники и сами не читаютъ Св. Писанія и мірянамъ читать не позволяютъ.

Православный: Мірянамъ читать воспрещаете, чтобы они не обличали вашихъ ересей, сами же, читая — трудитесь напрасно, ибо искажаете Св. Писаніе, дабы возможно было оправдать свое лжеученіе. Смотри, какими безумными словами твой Гаджега отвѣчаетъ православному и заставляетъ латинянъ и всѣхъ протестантовъ говорить: «Отъ Отца и Сына исходящаго».

Уніатъ: Если это ученіе настолько безумно и несогласно съ Св. Писаніемъ, почему просвѣщеннѣйшая Европа его придерживается?

Православный: Изъ-за своей гордости. Когда это ученіе возникло, западная Европа была очень невѣжественная, а могущественнѣйшій царь Карлъ Великій, будучи приверженцемъ этого лжедогмата, захотѣлъ распространить его всюду. Поэтому и паписты, по человѣкоугодію, приняли это лжеученіе, поставивъ ни во что святые соборы, особенно изъ-за желанія унизить ихъ, и за то были прокляты св. Православной Церковью.

Уніатъ: Помнишь-ли ты, какъ нашъ вѣроучитель Гаджега примиряетъ это ученіе съ соборнымъ?

Православный: И не примиряетъ и примирить не можетъ. Онъ придумываетъ смѣхотворныя объясненія, говоря, что этого нечестиваго ученія о Св. Духѣ придерживались и соборные отцы, но не внесли его въ Символъ Вѣры изъ боязни, чтобы еретикъ Македоній съ духоборцами не сталъ говорить, что и соборъ исповѣдуетъ Духа тварью Сына Божія, какъ ложно учатъ еретики (стр. 40). Но если бы соборъ только Македонія дѣйствительно опасался, то не скрывалъ бы истины, но въ порядкѣ ее бы предложилъ, подобно тому, какъ и отцы ІѴ-го собора изрекли о соединеніи естествъ въ Сынѣ Божіемъ противъ монофизитовъ и подробно опредѣлили: «неслитно, неизмѣнно, нераздѣльно, непреложно». И если бы латинское ученіе объ исхожденіи Св Духа содержалъ соборъ, то не скрывая ни единаго слова, подробно это изложилъ бы. Думая же, что нелѣпое разсужденіе объ этомъ соборѣ латинянъ и сами латиняне не принимаютъ, но, не будучи въ состояніи сказать что-либо въ защиту своей ереси, приводятъ его.

Уніатъ: Однако, тотъ же Гаджега приводитъ благопріятствующія латинскому ученію слова св. Кирилла Іерусалимскаго и Іоанна Дамаскина.

Православный: Слова эти я читалъ, но ничего благопріятнаго для латинскаго ученія я не нашелъ въ нихъ. Эти отцы говорятъ, что и Сынъ имѣетъ все, что имѣетъ Отецъ. Изъ этихъ словъ латиняне дѣлаютъ ложный выводъ: если Сынъ все имѣетъ, то и Духу даетъ бытіе черезъ исхожденіе. Но тогда можно было бы сказать: такъ какъ Духъ тоже все имѣетъ, какъ Отецъ, то и Духъ рождаетъ Сына и Сынъ рождаетъ Сына и другія безсмысленныя слова.

Уніатъ: Полагаю, что если и неправильно наше ученіе о Св. Духѣ, то нельзя назвать его погибельнымъ, такъ какъ ни одной христіанской добродѣтели не умаляетъ и въ грѣхъ людей не вводитъ.

Православный: Я уже сказалъ тебѣ, что грѣхъ въ томъ заключается, что попрали заповѣдь Господню о послушаніи Церкви дерзостно посягнувши на священный Символъ Церкви и не принося въ томъ покаянія. Поэтому-то и извержены отъ святой Церкви и на васъ падаютъ страшныя Христовы слова: «аще-ли Церковь преслушаетъ, буди тебѣ, якоже язычникъ и мытарь». Такъ и паденіе прародителей не потому повлекло за собою такое зло, что плодъ, который они вкусили, былъ ядовитъ, но потому что преступили заповѣдь Божію, какъ и ап. Павелъ говоритъ: «преслушаніемъ единаго грѣшни бышала мнози» (Рим. 5, 19). Поэтому наибольшая вина въ искаженіи догмата это непослушаніе, отторгнувшее латинянъ и уніатовъ отъ Бога, какъ и Адамовъ грѣхъ. Однако, сказалъ я тебѣ, что искаженіе догмата всегда влечетъ за собою недоразумѣніе относительно добродѣтели, какъ, напримѣръ, Македоніева ересь уменьшаетъ ревность ея послѣдователей о духовной жизни. Однако, объ этомъ скажемъ, когда разсмотримъ главнѣйшія латинскія ереси и уніатскіе прегрѣшенія изъ-за которыхъ они были отторжены отъ св. Церкви.

Уніатъ: Если осмѣливаешься называть насъ отторженными отъ Церкви, прочту тебѣ слѣдующія слова изъ книжки Гаджеги: «когда сильный вѣтеръ отрываетъ отъ дерева сучекъ, тогда нельзя сказать, что дерево оторвалось отъ сучка» (стр. 11). Греческая Церковь, а за ней въ 12 вѣкѣ и Русская оторвались отъ своей матери единой католической церкви (стр. 18).

Православный: Какимъ образомъ дочь оказалась матерью, а мать дочерью? Ибо мать всѣхъ церквей есть Церковь Іерусалимская, какъ и воспѣваемъ мы на воскресныхъ вечерняхъ: «радуйся Сіоне святый, мати церквей, Божіе жилище, ты бо пріялъ еси первѣе отпущеніе грѣховъ Воскресеніемъ». Почему же церковь римская называется деревомъ, а остальныя вѣтками? Вѣтки вырастаютъ отъ дерева, а отъ римской только западно-европейскія церкви получили начало, и то не всѣ, ибо Галлія была просвѣщена Востокомъ, Испанія апостолами Іаковомъ и Павломъ, а не римскими папами.

Уніатъ: Потому такъ говорю, что паства нашего папы вдвое, а можетъ быть и втрое больше православныхъ, а дерево больше, чѣмъ вѣтви.

Православный: Но никогда не бываетъ, чтобы дерево родилось отъ вѣтки, какъ и Римская церковь отъ Іерусалимской. Однако, многолюдство ея не можетъ служить оправданіемъ, ибо знаемъ и такія времена, когда аріанъ было больше, нежели православныхъ, также и моноѳелитовъ и иконоборцевъ. Были и такія лютыя времена, когда и римскіе папа Гонорій и три восточныхъ патріарха оказались единовольниками, или моноѳелитами, и только преп. Максимъ Исповѣдникъ съ немногими учителями оставались православными и не хотѣлъ причащаться съ единовольниками. Ему говорили въ то время, когда онъ былъ за истину заключенъ въ темницу: «Смотри, уже три патріарха съ моноѳелитами причащаются», что онъ сказалъ? «Аще и вся вселенная, — говоритъ онъ, — причастится съ ними, азъ единъ не причащуся». Кто же въ тѣ времена оставался въ истиной Церкви, Максимъ или его противники многочисленные?

Уніатъ: Долженъ сознаться, что Максимъ, хотя я и не слышалъ никогда о томъ, что ты говоришь.

Православный: Вообще, ты мало добраго слышалъ, какъ и другіе латиняне и уніаты. Ибо не изслѣдуютъ ни Св. Писанія, ни отеческихъ твореній, ни житій святыхъ и молитвъ, но только свои латинскія басни, которыя они позаимствовали отъ папистовъ римскихъ и позднѣйшихъ западныхъ писателей, какъ, напримѣръ, Ансельма, Ѳомы Аквината, Ломбарда и проч., которые черпаютъ основанія для себя не въ писаніяхъ Божественныхъ отцовъ, но у языческаго философа Аристотеля, какъ говоритъ о нихъ русскій богословъ князь Курбскій, который за триста лѣтъ до нашего времени писалъ объ этомъ князю Острожскому.

Уніатъ: Все-таки думаю, что греко-россійская Церковь и вѣра ни коимъ образомъ не могутъ называться вселенскими, потому, что не имѣютъ общаго для всей Церкви начальника, какъ мы, ибо всѣ католики подчиняются одному папѣ.

Православный: Прежде всего, никогда не дерзай называть нашу Церковь Греко-россійской, потому что входятъ въ составъ Православной Церкви шесть патріархій; изъ нихъ одна Россійская и одна Греческая. Прочія четыре слѣдующія: двѣ арабскія, одна сербская и одна греко-арабская въ Александріи. Сверхъ того, имѣется еще великая по многому числу архіереевъ и мірянъ, церковь румынская. И если бы мы, русскіе люди, больше прежняго прогнѣвили Господа, а также и греки, то не останется ни одного русскаго и ни одного грека въ Православной Церкви Христовой, Церковь Православная все же пребудетъ во вѣки, каковой была она отъ временъ апостольскихъ и пребываетъ донынѣ.

Уніатъ: Пребываетъ, не имѣя общей главы.

Православный: Имѣемъ общую главу — Господа Іисуса Христа, о Которомъ говоритъ апостолъ въ посланіяхъ къ Ефесянамъ и Колоссянамъ: «Вся покори подъ нозѣ Его» (Ефес. 2, 22), и еще: «Христосъ глава Церкви и Той есть Спаситель тѣла. Но якоже церковь повинуется Христу такожде…» (Ефес. 5, 23).

Уніатъ: Христосъ вознесся на небо, а Церковь поручилъ пасти Петру, а Петръ — римскимъ папамъ.

Православный: Объ этихъ римскихъ басняхъ устроимъ съ тобою другую бесѣду, теперь же тебѣ скажу, что св. Апостолы предписали (Прав. 34-е) и Вселенскіе соборы повелѣваютъ, чтобы епископы всякаго народа одного изъ нихъ считали главой, для всей же Вселенской Церкви не сказано ни о какой главѣ, кромѣ Господа Іисуса Христа.

Бесѣда вторая

Православный: Объ извращеніи вами Символа Вѣры и объ отпаденіи Римской церкви отъ Христова тѣла мы довольно бесѣдовали: нынѣ время бесѣдовать о главенствѣ въ Церкви, которое вы ложно усвоили своимъ папамъ.

Уніатъ: Объ измѣненіи Символа Вѣры ты побѣдилъ меня, а здѣсь будешь побѣжденъ, ибо не мы выдумали слова Евангелія: «Ты еси Петръ, и на семъ камени созижду Церковь Мою, и врата адова не одолѣютъ ей: и дамъ ти ключи Царства Небеснаго: и еже аще свяжеши на земли, будетъ связано на небесѣхъ; и еже аще разрѣшиши на земли, будетъ разрѣшено на небесѣхъ» (Матѳ. 16, 16–19).

Православный: Слова эти мы разберемъ, но прежде скажу тебѣ, что они изречены Петру, а не римскимъ папамъ.

Уніатъ: Но Петръ былъ епископомъ въ Римѣ и всю власть свою передалъ своимъ преемникамъ.

Православный: Онъ же былъ и въ Антіохіи, и патріархи антіохійскіе тоже считаютъ себя его преемниками и имѣютъ печать съ изображеніемъ Петра и Павла. Если ты даже желаешь считать Петра епископомъ Рима, что все-таки сомнительно, то ни откуда не докажешь что не только епископскую власть, но и всѣ свои дарованія онъ передалъ своимъ преемникамъ. Такъ, Іоанна Господь наименовалъ сыномъ Пресвятой Богородицы, но его преемники въ Церкви Ефесской того званія не имѣли; апостолъ Іаковъ наименованъ столпомъ Церкви, и онъ, а не Петръ, предсѣдательствовалъ на соборѣ Апостоловъ въ Іерусалимѣ, ибо былъ тамошній епископъ; онъ изрекъ постановленіе собора какъ предсѣдатель, о томъ смотри въ Дѣяніяхъ (15, 13–22). Однако, никто не требуетъ, чтобы Іерусалимскій епископъ былъ предсѣдателемъ всѣхъ соборовъ и предлагалъ соборное постановленіе.

Уніатъ: Ты меня удивляешь. Всегда собесѣдники соглашались съ нами о главенствѣ папъ во всей Церкви, когда соглашались съ нашимъ ученіемъ о главенствѣ Петра и объ его епископствѣ въ Римѣ.

Православный: И о первенствѣ Петра я не согласенъ, но о томъ скажемъ послѣ, а теперь скажу, что многія церкви имѣли епископами апостоловъ, но ихъ преемники, кромѣ епископской власти, не получили ихъ дарованій. Господь сказалъ и Филиппу съ Наѳанаиломъ: «Узрите небо отверсто и ангелы Божіи восходящыя и нисходящыя надъ Сына Человѣческаго» (Іоан. 1, 51). Однако, ихъ преемники въ Церквахъ Азійскихъ сего не удостоились.

Уніатъ: Тогда читай по книжкѣ Гаджеги, что власть римскихъ епископовъ, яко преемниковъ Петра, признавалась всею Церковью.

Православный: А я знаю, что не признавалась. Читалъ я у твоего Гаджеги, что «Петръ училъ въ Римѣ, яко епископъ. Тоже каждый наслѣдникъ его на римскомъ престолѣ имѣетъ, какъ и онъ имѣлъ, первенство въ Церкви». Откуда онъ взялъ это — тоже я не знаю.

Уніатъ: А дальше что пишетъ Гаджега. «И сіе признаетъ вся Церковь».

Православный: Это онъ пишетъ, а приводитъ затѣмъ слова св. Отцовъ, вовсе не подтверждающихъ того, или приводитъ слова ложныя, которыя св. Отцы не говорили и не писали, напримѣръ, св. Игнатій Богоносецъ не называлъ римскаго епископа главою всѣхъ церквей, а что Церковь Коринѳская запрашивала у св. Климента Римскаго совѣта въ дѣлахъ церковныхъ, то сіе не есть главенство, ибо и св. Василія Великаго множайшія церкви спрашивали о догматахъ и канонахъ и полагались на его рѣшеніе, о чемъ можешь читать въ Книгѣ Правилъ, также и къ Аѳанасію Александрійскому.

Уніатъ: А дальше написано, что отцы на ІѴ-мъ Вселенскомъ соборѣ называютъ папу головою всѣхъ церквей.

Православный: Четвертый соборъ того не говорилъ; если же сіе восклицали нѣкоторые отцы, то были обычные комплименты, восхвалявшіе мудрость св. Льва, римскаго папы, а не папскую власть. Знаешь-ли, какой титулъ отъ древнѣйшихъ временъ имѣютъ патріархи Александрійскій и Антіохійскій?

Уніатъ: Не знаю.

Православный: А если бы зналъ, то ни ты, ни твой Гаджега не говорили бы глупостей о папской власти. Слушай же: въ титулѣ Патріарха Константинопольскаго говорится: архіепископъ Константинополя, Новаго Рима и Патріархъ Вселенной, а въ титулѣ Антіохійскомъ: пастырь пастырей архіерей архіереевъ, — въ титулѣ же Александрійскаго Патріарха тѣ же слова, да еще и больше: — тринадцатый апостолъ и судія вселенскій.

Уніатъ: Но такихъ словъ нѣтъ даже и въ папскомъ титулѣ.

Православный: Зато мнѣ и смѣшно читать Гаджегу, когда онъ думаетъ доказать власть папъ, указывая на то, что обиженные епископы обращаются иногда къ его защитѣ. А знаешь, кто обратился къ суду судіи вселенскаго, т. е. Патріарху Александрійскому? Самъ императоръ, когда поссорился съ Патріархомъ Константинопольскимъ Сергіемъ. И если многіе отцы на Четвертомъ соборѣ, заслушавъ посланіе св. Льва, восклицали, что самъ Петръ говоритъ его устами, то здѣсь похвалялась мудрость св. Льва, какъ обличителя монофизитовъ, а вовсе не власть папская. О Златоустѣ отцы говорили и писали, что его уста — уста Христовы, но никто не думалъ именовать его и его преемниковъ въ Царьградѣ единственными намѣстниками Христа.

Уніатъ: А если такъ, то зачѣмъ бы сталъ Гаджега видѣть въ этихъ восклицаніяхъ первенство папы?

Православный: Ясно, почему. Никакихъ соборныхъ изреченій о главенствѣ папы онъ не могъ подыскать, то пришлось собирать восклицанія и комплименты да надѣяться, что читатели не знаютъ, какъ такія же восклицанія и комплименты обращаемы были и не къ папамъ, а къ другимъ патріархамъ и епископамъ.

Уніатъ: Но если ты отрицаешь власть папъ надъ всею Церковью и сохраненіе ими власти Петровой, то на чемъ же основывалось ихъ первенство среди пяти патріарховъ?

Православный: Это пояснено уже не восклицаніями отдѣльныхъ святителей, а прямымъ и яснымъ постановленіемъ Вселенскихъ соборовъ Второго, Третьяго и Четвертаго, который опирается на тѣ два, въ 28 Правилѣ: «во всемъ послѣдуя опредѣленіямъ святыхъ Отецъ, мы опредѣляемъ и постановляемъ о преимуществахъ святѣйшей Церкви того же Константинополя Новаго Рима: ибо престолу Ветхаго Рима отцы прилично дали преимущества, поелику то былъ царствующій градъ. Слѣдуя тому же побужденію и сто пятьдесятъ боголюбезнѣйшіе епископы (т. е. Второй Вселенскій соборъ), предписавши равныя преимущества святѣйшему престолу Новаго Рима, праведно разсудивъ, да градъ, получившій честь быть градомъ царя и синклита и имѣющій равныя преимущества съ ветхимъ царственнымъ Римомъ, и въ церковныхъ дѣлахъ будетъ вторымъ по немъ».

Уніатъ: Папа этого правила не утвердилъ.

Православный: Не папа утверждалъ соборы, а соборы папъ и возвеличивали и низлагали и проклятію предавали еретиковъ между папами. Да не въ томъ и дѣло, а въ томъ, что здѣсь приведено свидѣтельство не только Четвертаго собора, но и Второго, да еще основаннаго «на ученіи древнѣйшихъ отцовъ». Римъ возвеличенъ среди другихъ архіерейскихъ престоловъ не потому, что папъ считали носителями власти Петра (также измышленной позднѣйшими латинянами), а потому, что онъ былъ столицею царя, а въ столицу люди съѣзжаются по дѣламъ и оттуда удобнѣе вести управленіе своимъ округомъ, но вовсе не всею Церковью, которой Единый Глава есть Христосъ.

Уніатъ: Неужели духовная власть должна слѣдовать гражданскому порядку: гдѣ царь, тамъ и высшіе іерархи?

Православный: Собственно духовная высшая власть есть власть епископа: онъ посвящаетъ священниковъ, освящаетъ храмы, отлучаетъ отъ Церкви нераскаянныхъ и проч., а митрополиты и патріархи поставляются для сохраненія порядковъ. Они собираютъ соборы и предсѣдательствуютъ на соборномъ избраніи и опредѣленіи новыхъ епископовъ, на соборныхъ обсужденіяхъ предметовъ вѣры, но совершаютъ все это соборы епископовъ, а не патріархи и не папа.

Уніатъ: Докажи мнѣ постановленіями соборовъ, что преимущества іерарховъ заключаются въ рѣшеніи такихъ внѣшнихъ дѣлъ и что поэтому они поставляются въ столицахъ и въ окружныхъ городахъ.

Православный: Изволь, — вотъ тебѣ 9-е правило Антіохійскаго собора, коего постановленія утверждены VI и VII Вселенскими соборами: «Въ каждой области епископамъ должно вѣдати епископа, въ митрополіи начальствующаго, и имѣющаго попеченіе о всей области, такъ какъ въ митрополію отовсюду стекаются всѣ имѣющіе дѣла». Итакъ преимущества этихъ іерарховъ передъ другими зависятъ не отъ другихъ причинъ, а отъ удобства сообщенія съ главными городами.

Уніатъ: Итакъ, Римъ только по сей причинѣ возвеличенъ наравнѣ съ Константинополемъ?

Православный: Да, конечно. Впрочемъ, мы знаемъ одно возвеличеніе града по духовнымъ причинамъ. Но это касается не Рима, а Іерусалима, хотя онъ не былъ ни главнымъ городомъ въ государствѣ, ни въ большомъ округѣ, но былъ матерью Церквей, а потому вотъ что постановили о немъ соборы: Перваго Вселенскаго собора правило 7-е: «Понеже утвердися обыкновеніе и древнее преданіе, чтобы чтити епископа, пребывающаго въ Еліи, то да имѣетъ онъ послѣдованіе чести съ сохраненіемъ достоинства, присвоеннаго митрополіи». То же говорится въ 36-мъ правилѣ ѴІ-го собора. Елія — есть Іерусалимъ, такъ названный послѣ іудейскаго возстанія. Видишь, здѣсь не за знаменитость города, а за святость его возвеличенъ епископъ «по древнему преданію».

Уніатъ: А есть-ли хоть одно правило, которое указываетъ, что папы не имѣютъ власти надъ прочими церквами?

Православный: А ты думаешь, нѣтъ? Вотъ твой Гаджега ссылается на св. Тарасія Константинопольскаго патріарха (VIII вѣка), что онъ писалъ къ Адріану папѣ, какъ къ содержащему престолъ апостола Петра, но вѣдь св. Тарасій не только не признаетъ за папой преимуществъ Петра, но въ этомъ самомъ посланіи, притомъ утвержденномъ ѴІІ-мъ Вселенскимъ соборомъ, требуетъ, чтобы папа прекратилъ симонію. Еще сильнѣе показалъ свою власть надъ папами соборъ Карѳагенскій, котораго постановленія утверждены ѴІ-мъ и ѴІІ-мъ Вселенскими соборами; онъ составилъ и послалъ папѣ нарочитое каноническое посланіе, требуя, чтобы онъ не вмѣшивался въ дѣла Церкви Карѳагенской и, въ частности, не принималъ бы жалобъ на мѣстныхъ епископовъ, ибо, если найдутся такіе наглые люди, которые будутъ обращаться съ жалобами къ папѣ, то будутъ лишаемы своего сана. Вотъ твой Гаджега приводитъ примѣръ, когда кто приносилъ папамъ жалобы, но умалчиваетъ о томъ, что за это жалобщиковъ соборы строго наказывали. Итакъ, эти случаи жалобъ были или частными письмами, или злоупотребленіями.

Изъ Каноническаго посланія Карѳагенскаго собора къ Келестину, папѣ Римскому. «Умоляемъ васъ, господине брате, дабы вы впредь не допускали легко до вашего слуха приходящихъ отселѣ и не соизволяли впредь пріимати въ общеніе отлученныхъ нами: ибо твоя досточтимость удобно обрящетъ, яко сіе самое опредѣлено и Никейскимъ соборомъ (т. е. Первымъ Вселенскимъ).

Разумно и праведно призналъ онъ, (т. е. Первый Всел. соборъ), что какія бы ни возникли дѣла, онѣ должны оканчиваемы быти на своихъ мѣстахъ. Ибо отцы судили, что ни для единыя области не оскудѣваетъ благодать Святаго Духа, чрезъ которую правда іереями Христовыми и зрится и содержится твердо, и наипаче, когда каждому, аще настоитъ сомнѣніе о справедливости рѣшенія ближайшихъ судей, позволено приступати къ соборамъ своея области, и даже ко Вселенскому собору. «Развѣ есть кто-либо, который повѣрилъ бы, что Богъ нашъ можетъ единому нѣкоему вдохнути правоту суда, а безчисленнымъ іереямъ, сошедшимся на соборъ, откажетъ въ ономъ.

И такъ не соизволяйте, по просьбѣ нѣкоторыхъ, посылать сюда вашихъ клириковъ изслѣдователями, и не попускайте сего, да не явимся мы вносящими дымное надменіе мира въ Церковь Христову, которая желающимъ зрѣти Бога приноситъ свѣтъ простоты и день смиренномудрія».

Уніатъ: Какъ бы то ни было, но Церковь должна имѣть на землѣ видимую главу, ибо Христосъ, какъ пишетъ Гаджега, хотя и считается Главою Церкви, но «Глава невидимая, и, хотя Онъ и былъ съ Апостолами, но вознесся на небо и съ тѣхъ поръ Апостолы управляли Церковью подъ водительствомъ Петра». И далѣе онъ пишетъ: «Церковь подобна товариству, а на землѣ товариство не можетъ быть безъ одного главнаго урядника. Такъ и Церковь маетъ мати одного наивысшаго распорядителя, одну главу» (стр. 23, и 30).

Православный: Ты въ одинъ разъ сказалъ двѣ неправды. Товариство часто бываетъ безъ урядника. Школяры изъ своей среды не имѣютъ начальника, а правятъ ими учителя, которые въ сіе товариство не входятъ, а живутъ особо. Вторая ваша ложь состоитъ въ томъ, что гоняясь за мірскими дѣлами, вы ослабѣли въ вѣрѣ, и не можете принять, что Самъ Спаситель нашъ правитъ Церковью. «Се, Азъ съ вами есмь во вся дни до скончанія вѣка, аминь», говоритъ Онъ предъ Вознесеніемъ на небо (Матѳ. 28, 20). Если бы вы читали священныя книги, а не ваши схизматическія басни, то знали бы по книгѣ Дѣяній, что Самъ Господь продолжаетъ управлять всею Церковью, а не Апостолы: Онъ являлся Петру передъ обращеніемъ Корнилія, посылаетъ ангела, чтобы вывелъ апостоловъ изъ темницы, поручаетъ чрезъ ангела Филиппу идти на проповѣдь къ каженику Мурину. Онъ все время руководитъ Павломъ, являясь ему и въ Коринѳѣ, и въ храмѣ Іерусалимскомъ. Много такихъ событій указано въ Дѣяніяхъ, а не меньше того въ посланіяхъ Петра и Павла, откуда мы узнаемъ, какъ должно учить и какъ поступать. Потому мы говоримъ, что вѣруемъ во Единую, Святую, Соборную и Апостольскую Церковь, что должно вѣровать въ постоянное, хотя и невидимое, присутствіе въ ней и управленіе ею Господа Іисуса Христа, какъ Господь и говорилъ Апостоламъ, отходя на страданія: «Не оставлю васъ сиры, пріиду къ вамъ» (Іоан. 14, 18).

Уніатъ: Но былъ же въ Ветхомъ Завѣтѣ первосвященникъ, а Новый Завѣтъ лучше Ветхаго: за что же мы лишены видимаго главы Церкви?

Православный: То не есть лишеніе, а преимущество, и все это такъ ясно раскрылъ апостолъ Павелъ въ Посланіи къ евреямъ, какъ будто предвидѣлъ ваши латинскія измышленія и хитросплетенія. Вотъ слушай, что я прочитаю тебѣ изъ одного архіерейскаго посланія:

«Аще-ли паки возглаголютъ вамъ латины, яко подобаетъ въ Христовой Церкви единому быти первосвященнику и Христа, вознесшагося отъ насъ на небо, замѣстителю, яко же и въ Ветсѣмъ Завѣтѣ единъ бысть первосвященникъ, то и сей глаголъ противенъ есть Божественному писанію, и такое лжесловесіе латинское провидѣвъ Павелъ апостолъ въ Посланіи своемъ ко евреомъ научаетъ насъ, яко преемникъ первосвященниковъ Ветхаго Завѣта никто же инъ есть, но точію Господь нашъ Іисусъ Христосъ (Евр. 4, 14–16; 7, 23, 28), глаголетъ бо, яко іудейстіи «множайшіи священницы быша, зане смертію возбранени суть пребывати: Сей же, занеже пребываетъ во вѣки, непреступное (непреходящее) имать священство». Но и сіе провидѣ Божественный апостолъ, яко латины сице рещи имутъ (якоже и глаголютъ выну) потребно намъ на земли имѣти намѣстника Христова, зане Самъ Христосъ на небо отъиде, намъ же подобаетъ живаго имѣти первосвященника, о насъ ходатайствующа. На сію убо неправду отвѣщеваетъ апостолъ, сице продолжая глаголати о Христѣ: «тѣмъ-же и спасти до конца можетъ приходящихъ черезъ Него къ Богу, всегда живъ сый во еже ходатайствовати о нихъ (о людехъ)».

Чесого убо ради сихъ не разумѣютъ латины? чесого ради еще и другого главу и ходатая о своей вселенской Церкви требуютъ? Отвѣщаемъ: маловѣрія ради своего; не могутъ бо, маловѣрни суще, житіе свое и всея Церкви управленіе Христу предати, ниже ежедневныя нашея ектеніи знаютъ: «сами себе и другъ друга и весь животъ нашъ Христу Богу предадимъ». Того ради измыслиша словеса лукавствія сицевая: Церковь земная требуетъ первосвященника, сіесть папу Римскаго, плотію обложена и спострадати немощнымъ могуща. Но сими словесы паки противницы Божественному Писанію являются глаголющу Павлу о Христѣ Богѣ: «Не имамы бо архіерея не могуща спострадати немощемъ нашимъ, но искушена по всяческимъ, подобію развѣ грѣхѣ; да приступаемъ убо съ дерзновеніемъ къ престолу благодать, да пріимемъ милость и благодать обрящемъ во благовременную помощь» (Евр. 4, 15–16).

Уніатъ: И на этомъ ты меня одолѣлъ. Но вотъ въ чемъ мы, католики, непобѣдимы. Папской власти вы не признаете, но будешь-ли отрицать главенствующую власть надъ всею Церковью, и даже надъ Апостолами, св. первоверховнаго Петра? Будешь-ли отрицать сказанныя Христовы слова: «Ты еси Петръ и на семъ камени созижду Церковь Мою, и врата адова не одолѣютъ ей. И дамъ ти ключи Царствія Небеснаго, и елика аще свяжеши на земли, связана будутъ на небеси, и елика разрѣшиши на земли, разрѣшена будутъ на небеси» (Матѳ. 15, 18–19).

Православный: Словесъ Христовыхъ отрицать я не дерзну, но и перетолковывать ихъ по еретически тебѣ не позволю. Говори: одному-ли Петру сказаны эти слова?

Уніатъ: Цѣликомъ они сказаны Петру, но послѣднія слова Господь сказалъ по Воскресеніи всѣмъ Апостоламъ, а о ключахъ и объ основаніи Церкви только Петру.

Православный: Какіе же это ключи?

Уніатъ: Власть отверзать или закрывать Царствіе Небесное.

Православный: Если въ этомъ власть Петра, то у него нѣтъ никакого преимущества передъ прочими апостолами, ибо имъ сказано вмѣстѣ съ Петромъ еще нѣчто большее: «примите Духъ Святъ. Имъ же отпустите грѣхи, отпустятся имъ, а имъ же держите, держатся» (Іоан. 20, 22–23).

Уніатъ: Но Петру эта власть дана раньше, какъ главному апостолу за то, что онъ первый исповѣдалъ Христа Сыномъ Божіимъ.

Православный: Двѣ неправды сказалъ ты въ этихъ немногихъ словахъ, но извиняю тебѣ, потому что ты съ дѣтства наученъ говорить ложь, которая находится въ римско-католическихъ учебникахъ и въ книгѣ Гаджеги. Апостолъ Петръ вовсе не первымъ исповѣдалъ, а апостолъ Наѳанаилъ: «Равви, Ты еси Сынъ Божій, Ты еси Царь Израилевъ», и за сіе получилъ отъ Христа великое обѣтованіе: «отселѣ узрите небо отверсто, и Ангелы Божіи восходяща и нисходяща надъ Сына Человѣческаго» (Іоан. 1, 49. 51). Если бы Господь сказалъ Петру, то вы бы и изъ нихъ доказывали его главенство. Впрочемъ, можетъ быть, въ будущемъ найдутся и такіе еретики, которые будутъ Наѳанаила и Филиппа считать главою Апостоловъ и всей Церкви. Итакъ, первымъ по Евангелію исповѣдующимъ Христа Сыномъ Божіимъ былъ ап. Наѳанаилъ, а вторымъ тоже не ап. Петръ, а всѣ Апостолы, которые послѣ хожденія Господа по водамъ и утишенія бури, когда Онъ вошелъ къ нимъ въ лодку, поклонились Ему и сказали: «Истинно Ты Сынъ Божій». Это описано въ 14 главѣ Евангелія отъ Матѳея, а о Петровомъ исповѣданіи въ 16 главѣ. И ты, и твой Гаджега совсѣмъ не знаете даже Евангелій.

Уніатъ: Но все же власть рѣшать и вязать дана Петру раньше, чѣмъ прочимъ.

Православный: Неправда. Дана она ему вмѣстѣ съ прочими по Воскресеніи Христовомъ, какъ написано въ 20 главѣ отъ Іоанна, а Петру по Евангелію отъ Матѳея она была только объщана въ будущемъ, какъ еще раньше Наѳанаилу обѣщаны небесныя видѣнія.

Уніатъ: А все-таки я не отпущу тебя отъ этихъ словъ Христовыхъ: «на семъ камени созижду Церковь Мою, и врата вдова не одолѣютъ ей». Кто камень и основаніе? Петръ.

Православный: Если бы и былъ Петръ, вашимъ папамъ никакой корысти отъ того бы не было. О ключахъ и о связываніи и разрѣшеніи я тебѣ объяснилъ, что это дано всѣмъ, а о камени вотъ что мы поемъ при освященіи новой церкви: «иже на камени вѣры создавый Церковь Твою, Блаже, въ той пріими моленія наша». Твой Гаджега самъ приводитъ слова Писанія, изъ коихъ видно, что краеугольный камень Церкви есть Христосъ, а прочіе камни — Апостолы и пророки (Ефес. 2, 19–20); о томъ же пишетъ апостолъ Петръ (1, 2. 4–8), — что всѣ сыны Церкви, живые камни приложенные къ краеугольному камню — Христу.

Уніатъ: Если Петръ такой же камень, какъ и всѣ, то почему же Господь назвалъ его камнемъ?

Православный: Господь такъ назвалъ его не за власть, которую, яко-бы, получитъ, а за ревность его къ вѣрѣ, какъ онъ и пояснилъ въ Нагорной бесѣдѣ, что тотъ, кто слышитъ слово Его и исполняетъ, подобенъ строющему свой домъ на камнѣ, а двоедушный подобенъ строющему на пескѣ: его домъ разрушится, если наступитъ буря и наводненіе (Матѳ. 7, 25–26). Петра же Господь назвалъ такъ по его рѣшимости сейчасъ же исполнить то, во что увѣровалъ: такъ, онъ дважды бросался въ море, чтобы скорѣе дойти до явившагося Христа (Матѳ. 14, 29; Іоан. 21, 7); ударилъ раба враговъ Христовыхъ (Іоан. 7, 8. 10) и вообще былъ человѣкъ рѣшительный и пылкій.

Христосъ Спаситель давалъ наименованія своимъ ученикамъ не по той власти, которую они получатъ въ будущемъ, а по свойствамъ души ихъ, какъ Сердцевѣдецъ. Такъ о Наѳанаилѣ Онъ изрекъ: «Се, воистину израильнянинъ, въ немъ же льсти нѣсть». Іоанна же и Іакова Заведеевыхъ Онъ за ихъ ревность о вѣрѣ назвалъ: Сыны громовы-Воаннергесъ (Марк. 3, 17).

Уніатъ: А все-таки на Петрѣ, какъ на камнѣ, Господь обѣщалъ основать Церковь, и ваша Церковь называетъ его основаніемъ.

Православный: Не на немъ, а на камнѣ вѣры, какъ я уже объяснялъ тебѣ: ты еси Петръ (Петросъ) и на семъ камени (Петра) а не на Петрѣ, т. е. на камнѣ вѣры созижду Церковь Мою.

Уніатъ: Это по-гречески Петра и Петросъ, а по еврейски — одно слово — Кифа. Спаситель же говорилъ по-еврейски.

Православный: Неправда, Спаситель тогда, какъ и всѣ евреи, говорилъ по-арамейски, и когда по-еврейски воскрикнулъ на крестѣ слова: «Или, или, лима савахѳани» (Матѳ. 27, 46), то его не поняли воины и сказали: Онъ Илію призываетъ. — Это одно, а второе — почему же твой Гаджега отгадываетъ какія слова говорилъ Господь на восточномъ языкѣ, и какое еврейское слово соотвѣтствуетъ греческому Петросъ и греческому Петра. Если вся ваша вѣра основана на догадкахъ, то какая ей цѣна?

Уніатъ: Да вѣдь ваша же Церковь называетъ Петра основаніемъ вѣры и Церкви.

Православный: А апостола Іоанна называетъ «чистѣйшимъ основаніемъ нашей вѣры» (служба 26 сент.), Андрея — лучшимъ изъ апостоловъ (30 ноября). Но этого мало. Знаешь-ли кондакъ св. Василію Великому?

Уніатъ: Не знаю.

Православный: Потому, что не читаешь благодарственныхъ молитвъ по причащеніи Св. Таинъ, какъ всѣ ваши уніаты. Послѣ литургіи Василія Великаго и причастныхъ молитвъ, читаемъ Св. Василію: «Явился еси основаніе непоколебимое Церкви». О томъ же пишетъ апостолъ Павелъ евреямъ: «наздани бывше на основаніи апостолъ и пророкъ» (2, 20).

Уніатъ: Пусть такъ, но Петръ есть главное основаніе послѣ Іисуса Христа.

Православный: Вотъ этого никто изъ васъ никогда не докажетъ, хотя бы два дня подрядъ говорилъ.

Уніатъ: Но ты докажи, что Апостолы въ одинаковомъ смыслѣ именуются основаніемъ Церкви.

Православный: А если докажу, то ты раскаешься въ своемъ папизмѣ?

Уніатъ: Раскаюсь.

Православный: Неправда, не раскаешься, потому что въ Писаніе мало вѣрите, а, какъ древніе римляне-язычники, вѣрите только въ то, чтобы весь міръ покорить папѣ и Риму, а Римъ теперешній самъ не признаетъ папу, а взбунтовался противъ него и избралъ себѣ свѣтскихъ королей.

Уніатъ: Ты мнѣ доказательства-то приведи.

Православный: Доказываю тебѣ, что всѣ двѣнадцать Апостоловъ въ равномъ смыслѣ именуются основаніемъ Церкви изъ словъ Апокалипсиса. Вотъ какъ намъ описывается Христова Церковь: Ангелъ вознесъ меня въ духѣ на великую и высокую гору и показалъ мнѣ великій градъ святый Іерусалимъ, который нисходилъ съ неба отъ Бога… Стѣна города имѣетъ двѣнадцать основаній и на нихъ имена двѣнадцати Апостоловъ Агнца (21, 10–14). — Согласно съ симъ и въ Евангеліи Господь предсказывалъ Своимъ Апостоламъ, когда Петръ сказалъ Ему: «Се мы оставихомъ вся и вслѣдъ Тебе идохомъ, что убо будетъ намъ», то никакого преимущества Господь не обѣщалъ Петру, но сказалъ: «аминь глаголю вамъ, яко вы, шедшіе со Мною, въ пакибытіи, егда сядетъ Сынъ Человѣческій на престолѣ славы Своея, сядете и вы на двоюнадесяте престолѣхъ судити обѣманадесятема колѣнома Израилевыма» (Матѳ. 19, 28). Всѣ Апостолы — Судіи, всѣ основанія, всѣ камни зданія Церковнаго, но краеугольный камень единъ — Христосъ: «основанія, бо иного никто же можетъ положити паче лежащаго, еже есть Іисусъ Христосъ» (1 Кор. 3, 11).

Уніатъ: Ты колеблешь главный догматъ нашей Церкви, безъ него разрушается католическая истинная церковь.

Православный: Если ваша церковь была бы истинной Церковью, то Спаситель такъ и сказалъ бы Апостоламъ: «вотъ вамъ отецъ и начальникъ Петръ. Слушайтесь его во всемъ и потомъ его преемниковъ», а Онъ что сказалъ имъ: «вы же не нарицайтесь учители, единъ бо всѣмъ Учитель — Христосъ, вы же братіе есте» (Матѳ. 23, 8). Видишь-ли безуміе вашего ученія?

Уніатъ: Теперь и я тебя посрамлю. Слова Спасителя о Петрѣ, сказанныя по Воскресеніи Своемъ: Егда же обѣдоваша, глагола Іисусъ Симону Петру: «Симоне Іонинъ, любиши-ли мя паче сихъ?» Глагола Ему Петръ: «ей, Господи, Ты вѣси яко люблю тя». Глагола ему Іисусъ: «паси агнцы Моя». Глагола ему паки второе: «Симоне Іонинъ, любиши-ли мя?» Глагола Ему: «ей, Господй, Ты вѣси яко люблю Тя». Глагола ему Іисусъ: «паси овцы Моя». Глагола ему третіе: «Симоне Іонинъ, любиши-ли Мя?» И рече Ему: «ей, Господи, Ты вся вѣси, Ты вѣси, яко люблю Тя». Глагола ему Іисусъ: «паси овцы Моя» (Іоан. 21, 15–17).

Православный: Ты и на Евангеліе лжешь: зачѣмъ пропускаешь слова: «оскорбѣ же Петръ, яко рече ему третіе: любиши-ли Мя?» Или можетъ быть въ вашихъ уніатскихъ евангеліяхъ эти слова опускаются? Вотъ и Гаджега твой эти слова не приводитъ, когда говоритъ о троекратномъ вопрошеніи.

Уніатъ: Мы печатаемъ евангеліе безъ пропусковъ, я же пропустилъ эти слова, потому что они ни касаются нашей бесѣды.

Православный: Нѣтъ, очень касаются. Гаджега по словахъ Христовыхъ пишетъ то, что и всѣ вы латиняне навязываете имъ. Іисусъ Христосъ даетъ Петру власть пасти не только ягнята, но и овцы. Другими словами Іисусъ Христосъ поставилъ св. Петра верховнымъ пастыремъ не лишь простыхъ вѣрниковъ, но и самыхъ апостоловъ (стр. 23).

Уніатъ: А развѣ не такъ было?

Православный: Если бы было такъ, то зачѣмъ бы скорбѣть было Петру? Развѣ ваши папы скорбятъ, когда ихъ избираютъ на сію должность? Петръ же со слезами увѣряетъ Христа, что любитъ Его, ибо понимаетъ что эти три вопрошенія ставятъ его не во главу Апостоловъ, какъ выдумалъ совершенно бездоказательно Гаджега, а только укоряетъ его за трикратное отступничество. «Не вѣмъ человѣка того» (Марк. 14, 71). Христосъ, подавая ему прощеніе за его слезы и за любовь, уравниваетъ его съ прочими апостолами, а не возвышаетъ его надъ ними. Такъ и воспѣваетъ наша Церковь: «Трикратнымъ вопрошеніемъ еже Петре любиши Мя, трикратное отреченіе Христосъ исправилъ есть» (стихира на 29 іюня).

Уніатъ: Ты меня совсѣмъ съ толку сбиваешь, но чѣмъ ты доказываешь, что Господь не удовлетворился слезами Петрова покаянія, когда запѣлъ пѣтухъ, а потребовалъ еще его возстановленія въ апостольскомъ достоинствѣ?

Православный: Изволь. Повтори слова Христовы при морѣ Тиверіадскомъ.

Уніатъ: Симоне Іонинъ, любиши-ли Мя?

Православный: Видишь, Господь уже не называетъ его Петромъ и даже не просто Симономъ, а Симономъ Іонинымъ, какъ бы предавая на время забвенію близкое Свое съ нимъ общеніе и какъ бы снова знакомясь съ нимъ. И еще раньше въ самый день Воскресенія Христова, ангелъ говоритъ мѵроносицамъ: «Идите и рцыте ученикомъ Его и Петрови, яко варяетъ вы въ Галилеѣ» (Марк. 16, 7). Итакъ, Петръ уже не считался однимъ изъ учениковъ Христовыхъ до тѣхъ поръ, пока Самъ воскресшій Господь не возвратилъ его въ ихъ общество, «трикратнымъ вопрошеніемъ еже Петре любиши-ли Мя».

Уніатъ: А послѣ вопрошенія не поставилъ-ли его выше всѣхъ. Зачѣмъ онъ говорилъ прежде: «паси агнцы Моя», а потомъ: «паси овцы Моя».

Православный: Если хочешь разумѣй подъ агнцами мірянъ, а подъ овцами діаконовъ и іереевъ, но не Апостоловъ, какъ ложно пишетъ Гаджега, и не управленіе всею Церковью. Послѣднее видно изъ чего? Вслѣдъ за этими словами Господь отозвалъ Петра, чтобы открыть ему предстоящій ему мученическій подвигъ: «видѣвъ же Петръ ученика стояща, во слѣдъ идуща, ею же любляше Іисусъ… рече: Господи, сей же что?» Но Господь не дозволилъ ему вступать въ жизнь другого апостола: «Іисусъ же рече ему: аще хощу тому пребывати дондеже пріиду, что къ тебѣ? Ты по Мнѣ гряди» (Іоан. 21, 20–22).

Уніатъ: Итакъ, по твоему Петръ не былъ главою Церкви, а только ея учителемъ, однимъ изъ ея высшихъ двѣнадцати пастырей?

Православный: Конечно такъ. Онъ и самъ о себѣ такъ выражается: «пастырей вашихъ умоляю я, сопастырь и свидѣтель страданій Христовыхъ» и проч. «И когда явится Пастыреначальникъ, вы получите неувядаемый вѣнецъ славы» (1 Петр. 5, 1), по-гречески же такъ: «пресвитеровъ вашихъ какъ сопресвитеръ». А посланіе свое заканчиваетъ словами: «цѣлуетъ вы, яже въ Вавилонѣ [церковь] соизбранная [избранная надобно вамъ] и Маркъ, сынъ мой» (1 Петр. 5, 14).

Уніатъ: Вотъ сей Вавилонъ Римъ есть, гдѣ былъ епископомъ св. Петръ. Но онъ не желалъ называть его Римомъ, чтобы враги узнавъ его мѣстожительство, не убили его.

Православный: Я нарочно упомянулъ Вавилонъ, ожидая, скажешь-ли ты ту глупость, которую написалъ Гаджега въ своей книгѣ. Апостолы не скрывали своего пребыванія, да и Петра все-таки убили въ Римѣ, а оттого немногіе бы и узнали, гдѣ онъ пребываетъ, если бы онъ и написалъ, что въ Римѣ, ибо тогда не было типографій и писанія Апостоловъ изъ рукъ въ руки медленно передавались.

Уніатъ: Зачѣмъ же св. Петръ назвалъ Римъ Вавилономъ?

Православный: Онъ вовсе не въ Римѣ и писалъ, а въ Александріи, гдѣ и пребывалъ съ Маркомъ въ предмѣстьи города, которое называлось Вавилономъ, какъ мы узнали изъ житій египетскихъ отшельниковъ. Маркъ тамъ и былъ впослѣдствіи взятъ язычниками и преданъ мучительной смерти, Петръ же скончалъ дни свои въ Римѣ, что мы, православные, не отрицаемъ, какъ то дѣлаютъ лютеране, говоря, что Петръ въ Римѣ никогда не былъ.

Уніатъ: Значитъ не все лгутъ католики, когда говорятъ о Петрѣ.

Православный: Но лгутъ очень много и безъ стыда. Вотъ твой Гаджега говоритъ: «на Первомъ Вселенскомъ соборѣ въ Никеѣ и на Третьемъ въ Ефесѣ св. Отцы св. Петра называютъ великимъ начальникомъ Апостоловъ». Ничего того не было, а Дѣяній (протоколовъ) Перваго собора и не дошло до насъ. Не начальникомъ, а предначальникомъ Апостоловъ называется Петръ въ службѣ на 29 іюня.

Уніатъ: Ну, видишь, ты самъ уступаешь католикамъ.

Православный: Не будетъ вамъ хорошо отъ такой уступки. Начальникъ въ церковной рѣчи вовсе не то, что въ нашей мірской. Начальникъ значитъ начинающій. «Возопіимъ вѣрніи, Гавріила имуще чиноначальника». Гавріилъ первый прославилъ Богородицу и мы возопіемъ «Благодатная, радуйся, съ Тобою Господь».

Уніатъ: Это по-славянски, а какъ по-гречески?

Православный: А по-гречески — корифеа, корифеонта. Такъ именуется лучшій пѣвецъ въ хорѣ равныхъ ему сотоварищей, лучшій ученикъ въ школѣ, но не начальникъ въ томъ смыслѣ, что по-гречески архонъ. Вотъ архіерей — начальникъ іереевъ, архидіаконъ былъ начальникомъ діаконовъ.

Уніатъ: Да неужели же наши католическіе богословы могутъ такъ нарочно и такъ безстыдно лгать?

Православный: Да, Гаджега можетъ, когда онъ надѣется, что читатели его книги не знаютъ о томъ, что онъ выдумываетъ. Онъ надѣется, что, чѣмъ смѣлѣе будетъ лгать, тѣмъ легче привлечетъ довѣріе простаковъ. Извѣстно, напримѣръ, что уніаты упразднили проскомидію; у нихъ кухарь нарѣжетъ просфоры, а священникъ сложитъ кусочки на дискосъ и больше ничего; православные же священники читаютъ все, что напечатано въ Служебникѣ на проскомидіи. Между тѣмъ Гаджега пишетъ: «нашъ обрядъ чистѣйшій чѣмъ греческій, напримѣръ, въ Греческой Церкви мало гдѣ отправляется проскомидія въ службѣ, а у насъ вшитко поддержано». Вѣдь это все равно, какъ если бы Іуда сказалъ Іоанну Богослову: «Я всегда былъ вѣренъ Христу, а ты Его предалъ».

Уніатъ: Много горькаго сказалъ ты въ такой бесѣдѣ. Неужели вся наша Католическая Церковь изолгалась вконецъ?

Православный: Ложь есть то, будто Святой Духъ исходилъ отъ Отца и Сына, ложь и попраніе заповѣди церковной — не искажать Символа Вѣры; ложь есть то, будто ап. Петръ былъ главою Апостоловъ, главою всей Церкви. Ложь есть то, будто онъ передалъ не только епископскую власть, но и всю полноту своихъ дарованій, дѣйствительныхъ и выдуманныхъ вами, всѣмъ римскимъ епископамъ. Ложь есть то, будто древняя Церковь ихъ признала своею главою.

Уніатъ: А догматъ непогрѣшимости папы? Непорочнаго зачатія Пресвятой Дѣвы Ея родителями Іоакимомъ и Анною, индульгенціи и чистилища тоже ложь?

Православный: Ложь скверная и нелѣпая непогрѣшимость папы: познаніе истины Божіей дается праведности (Матѳ. 5, 8; Прем. Сол. 1, 45), а не должности.

Уніатъ: Но зачатіе Пресвятой Дѣвы прославляется и вашей Церковью 9 декабря.

Православный: Еще болѣе прославляется зачатіе Предтечи 23 сентября, но ни то, ни другое не освободило ихъ отъ первороднаго грѣха, а только воплощеніе и искупленіе Сына Божія. Если желаешь, буду говорить о всѣхъ прочихъ ересяхъ вашихъ, но на сей разъ довольно. Если желаешь знать истину, если душа тебѣ дороже, чѣмъ ложь, въ которой вы растете и старѣете, если ты боишься Бога, если любишь Іисуса Христа, то крѣпко обдумай все, что слышалъ отъ меня и покайся въ твоихъ ересяхъ и проси о принятіи тебя въ святую Православную Церковь.

Уніатъ: Ты прекращаешь бесѣду, но уступи мнѣ, по крайней мѣрѣ въ томъ, что наша Римско-католическая церковь имѣетъ болѣе правъ именоваться вселенской, чѣмъ ваша Греко-россійская.

Православный: Я уже запретилъ тебѣ называть Православную Церковь Греко-россійской, потому что она остается на землѣ, если даже сохрани Богъ, исчезнутъ и всѣ греки и всѣ русскіе. А вотъ свою церковь ты напрасно называешь римско-католической. Если уничтожить итальянскій городъ Римъ, то уничтожится и ваша церковь, потому что невозможно будетъ повторять вашихъ басней о Римѣ, какъ мѣстопребываніи намѣстника Христова и главы всей церкви.

Уніатъ: Это правда, но мы надѣемся, что Римъ пребудетъ вѣчно.

Православный: Надежда тщетная: вѣдь нѣсколько десятковъ лѣтъ ваши папы бывали изгоняемы изъ Рима, когда было «Авиньонское плѣненіе папъ». Да, ваша вѣра не католическая, т. е. не вселенская, а провинціальная, Римская, итальянская, какъ у магометанъ: если разорить ихъ священный городъ Мекку, то конецъ магометанству, а если разорить Римъ, то конецъ римскому католичеству.

Уніатъ: Остается еще, чтобы ты нашу вѣру уподобилъ и поганскому многобожію.

Православный: Не я уподобляю, а я желаю вамъ добра, а уподобилъ вашъ папа Пій IX, выдумавъ вмѣстѣ съ Ватиканскимъ соборомъ такую нелѣпость, что когда сядетъ новоизбранный на свой папскій престолъ, то получаетъ отъ Бога силу непогрѣшимо разсуждать о вѣрѣ и церкви. Вотъ такъ и было у язычниковъ, когда жрица, именовавшаяся Пиѳіей, садилась на треножникъ у пещеры, то ей открывались будущія судьбы народа и всего міра.

Уніатъ: А чѣмъ противорѣчитъ сіе ученіе наше словамъ Христовымъ? Это мой первый вопросъ, а второй и послѣдній: зачѣмъ ты называешь нашу церковь не только римской, но и итальянской?

Православный: Противорѣчитъ слову Спасителя: «не рекутъ о Царствіи Божіемъ: се, здѣ оно или ондѣ, се, бо Царствіе Божіе внутрь васъ есть» (Лук. 12, 21), а итальянскою называю вашу вѣру и церковь потому, что папа вашъ обязательно долженъ быть итальянецъ, а Господь сказалъ черезъ апостола Павла что во Христѣ, въ Церкви «нѣсть еллинъ, ни іудей, обрѣзаніе и необрѣзаніе, варваръ и скиѳъ, рабъ и свободъ, но всяческая и во всѣхъ Христосъ» (Кол. 3, 11). Надѣюсь, не будешь больше меня задерживать новыми придирками; прощай и будь болѣе правдивъ.


Н. Тальбергъ Гонитель православныхъ

Въ настоящее время, какъ извѣстно, идутъ разговоры, дѣлаются отвѣтственныя заявленія, возникаютъ совѣщанія, намѣчаются и осуществляются встрѣчи, имѣющія одну общую цѣль: найти общій языкъ и подготовить почву для сближенія между разными христіанскими исповѣданіями. Какъ извѣстно, принимаютъ участіе въ этомъ согласительномъ общеніи и нѣкоторые православные круги, причемъ нерѣдко особенно подчеркивается именно, независимо отъ вопроса объ устраненіи догматическихъ разногласій, задача установленія дружественной близости. Со стороны католической нерѣдко слышимъ и читаемъ утвержденія о томъ, что прошлое должно быть покрыто и какъ бы упразднено сознаніемъ взаимныхъ ошибокъ, погрѣшностей, несправедливостей. Оставляемъ сейчасъ въ сторонѣ вопросъ, въ его цѣломъ, о возможности возсоединенія церквей, но не можемъ не остановить вниманія читателя на одномъ обстоятельствѣ, которое для людей, съ исторіей взаимоотношеній русскаго Православія и латинства мало знакомыхъ, можетъ казаться безразличнымъ, но которое для людей свѣдущихъ не можетъ не восприниматься, какъ растравленіе живой раны, если не какъ угроза нанесенія новыхъ ранъ, прямая и въ лицо сказанная. Мы имѣемъ ввиду нерѣдкое появленіе на устахъ современныхъ католическихъ дѣятелей имени Іосафата Кунцевича. Особенно разителенъ тотъ фактъ, что на торжествѣ византійскаго обряда, возглавленномъ самимъ папою, которое и нынѣ воспоминается Католической прессой, обозрѣвающей 1960 г., какъ знаменательное явленіе особаго значенія, рядомъ съ именемъ св. Іоанна Златоуста раздалось имя Іосафата Кунцевича.

То, что сейчасъ нарочито прославляется св. Іоаннъ Златоустъ, какъ нѣкій символъ единства исходной почвы, общей католицизму и Православію, понятно, естественно, утѣшительно, поскольку въ этомъ проявлялось бы дѣйствительное устремленіе къ святому прошлому, не тронутому еще дальнѣйшими тягостными явленіями, вызвавшими схизму. Но если рядомъ ставится имя Іосафата Кунцевича, то по истинѣ зловѣщій смыслъ пріобрѣтаетъ и самое обращеніе къ великому учителю Православія. Нижеслѣдующія строки имѣютъ цѣлью дать фактическую справку о томъ, что являлъ собою Іосафатъ Кунцевичъ. Выводы читатель сдѣлаетъ самъ.

Тяжелыя испытанія претерпѣвали съ 1596 г. православные въ русскихъ областяхъ Рѣчи Посполитой. Волею польскаго короля Сигизмунда III, послушнаго и усерднаго выполнителя заданій іезуитовъ, введена была въ Брестѣ унія. Сразу послѣ этого начались сильныя гоненія противъ тѣхъ, кто остался въ лонѣ Церкви Христовой.

Іезуиты, совершивъ во славу папства свое злое дѣло, непосредственное проведеніе его въ жизнь поручили послушнымъ имъ ренегатамъ, изъ коихъ особенно опорочили свои имена два преемника уніатскаго митрополита Михаила Рогозы, до Бреста проявлявшаго слабоволіе и двуличіе, послѣ же совершеннаго имъ отреченія отъ Православія обнаружившаго полную ничтожность.

Ревностными и ожесточенными гонителями русскихъ, оставшихся вѣрными истинной, древле-отеческой вѣрѣ, были замѣстители Михаила: Ипатій Поцѣй (или Потѣй), ранѣе православный епископъ Владимірскій, и выдвинутый послѣднимъ Іосифъ-Веляминъ Рутскій, сынъ московскаго воеводы, передавшагося Литвѣ въ 1568 г. послѣ сраженія при Улѣ. Іосифъ, увлекшись распространеннымъ тогда въ Литвѣ нововѣріемъ, сталъ сначала кальвинистомъ, потомъ же сдѣлался католикомъ. Умѣло былъ онъ обработанъ въ Римѣ іезуитами, принявшими его въ свой орденъ.

Они оба, особенно Рутскій, занялись созданіемъ уніатскаго монашества. Къ дѣлу этому ими привлечены были іезуиты и кармелитскіе монахи. Уставъ монашества объявленъ былъ основаннымъ на правилахъ св. Василія Великаго, на самомъ же дѣлѣ былъ осколкомъ латинскихъ орденовъ. Къ этому уставу примкнули другіе уніатскіе монастыри и образовался новый монашескій орденъ, базиліанскій, сдѣлавшій очень много для окатоличенія уніи. Главой ордена назначенъ былъ прото-архимандритъ Рутскій съ званіемъ генерала. Орденъ не подчинялся епархіальнымъ архіереямъ и былъ подчиненъ особому прокуратору въ Римѣ. Орденъ долженъ былъ, по мысли его создателей, сдѣлаться средоточіемъ уніатскаго образованія и разсадникомъ всѣхъ уніатскихъ властей. Ипатій Поцѣй не дожилъ до осуществленія этой задачи. Онъ умеръ въ 1613 году. Рутскій, управлявшій митрополіей 24 года, обогатилъ и расширилъ орденъ. Созданы были базиліанскія школы. Подъ вліяніемъ ихъ питомцевъ унія все болѣе уклонялась въ католичество не только въ ученіи, но и въ обрядности. Средоточіемъ воинствующаго уніатства былъ, отобранный отъ православныхъ, виленскій Троицкій монастырь, архимандритомъ котораго при Поцѣѣ былъ Рутскій.

Ставъ уніатскимъ митрополитомъ, Рутскій назначилъ архимандритомъ Троицкаго монастыря Іосафата Кунцевича. Послѣдній, въ мірѣ Іоаннъ, родился въ 1580 году во Владимірѣ-Волынскомъ въ семьѣ сапожника. Воспитанный іезуитами и принятый въ орденъ базиліанъ, онъ сталъ затѣмъ ярымъ фанатикомъ и врагомъ православныхъ. Считавшійся аскетомъ, онъ умѣлъ вліять на массы. Въ Вильнѣ многіе были обращены имъ въ унію.

Въ 1618 году Іосафатъ вступилъ въ управленіе полоцкой епархіей и принялся усиленно преслѣдовать православныхъ въ Могилевѣ, Оршѣ и Полоцкѣ. Онъ отнималъ у нихъ церкви и монастыри. Православные на опытѣ познавали, какимъ лютымъ врагомъ для нихъ является Іосафатъ.

И. Чистовичъ, въ своемъ трудѣ «Очеркъ Исторіи Западно-Русской Церкви» указываетъ, что Кунцевичъ въ октябрѣ 1618 года рѣшился посѣтить Могилевъ. Дальнѣйшее авторъ излагаетъ такъ: «Но когда православные узнали, что онъ подъѣзжаетъ къ городу, то зазвонили въ вѣчевой колоколъ на ратушѣ, подняли тревогу и заперли городскія ворота, а на валахъ вокругъ города разставили народъ съ оружіемъ. Члены магистрата, бургомистръ, райцы (совѣтникъ, думецъ, членъ думы) и лавники и прочіе горожане во множествѣ, съ разнымъ оружіемъ и цеховыми хоругвями, вышли изъ города на встрѣчу Іосафату, вооружившись какъ бы противъ непріятеля и, ругая его, великимъ крикомъ возбраняли въѣздъ въ Могилевъ и угрожали убійствомъ. Видя такое народное нерасположеніе, Іосафатъ принужденъ былъ удалиться отъ города и возвратился въ Полоцкъ, а по прибытіи затѣмъ въ Варшаву, лично подалъ королю жалобу на могилевскихъ мѣщанъ. Дѣло это поступило на королевскій судъ и рѣшено тѣмъ, что главные зачинщики бунта, обвиненные въ оскорбленіи власти, осуждены были на смертную казнь. Неизвѣстно, было-ли дѣйствительно это рѣшеніе исполнено, но могилевскіе монастыри, церкви и духовенство, отданы подъ управленіе Кунцевича и, такъ какъ въ Могилевѣ мало было уніатовъ, всѣ запечатаны, кромѣ одной Спасской церкви, въ которой уніатскіе монахи совершали богослуженіе. Въ то же время православнымъ строжайше запрещено было строить и поновлять церкви во всѣхъ мѣстахъ бывшей полоцкой епархіи. Въ 1623 году православные, въ поданной на сеймъ суппликаціи, жаловались: "въ Бѣлоруссіи полоцкій архіепископъ пять уже лѣтъ держитъ запечатанными православныя церкви Орши и Могилева. Граждане полоцкіе и витебскіе, не имѣя въ городѣ даже простого дома для отправленія богослуженія, принуждены по воскреснымъ и праздничнымъ днямъ выходить для того за заставы въ поле, и то безъ священника, такъ какъ ни въ городѣ, ни близъ города имъ не позволено имѣть священника. Бѣдные люди, не привыкшіе къ иной вѣрѣ, кромѣ той, въ которой они родились и выросли, принуждены возить своихъ дѣтей для крещенія за десять миль и болѣе, а во время такого дальняго пути многіе дѣти умираютъ не крещеными". Также далеко принуждены ѣздить и для полученія благословенія на бракъ. — Въ суппликаціи выражается, далѣе, горькая жалоба на то, что епископъ апостатъ приказалъ въ Полоцкѣ выкопать изъ земли недавно погребенныя въ церковной оградѣ тѣла православныхъ и выбросить на съѣденіе псамъ. Этимъ онъ выразилъ свою месть православнымъ полочанамъ за то, что они не хотѣли признать его власти. Но даже и тогда, когда православные совершали богослуженія въ частныхъ домахъ или въ плетеныхъ шалашахъ за городомъ, они и тамъ не были оставляемы въ покоѣ, подвергались нападеніямъ и привлекаемы были къ суду. Однажды, во время праздника Пасхи, уніаты напали на православнаго священника могилевской крестовоздвиженской церкви Зарю, совершавшаго литургію въ плетеномъ шалашѣ на выгонѣ по виленской дорогѣ, людей разогнали, а священника захвативши, мучили, и невѣдомо куда завезли или убили».

Въ 1620 году на сеймѣ волынскій депутатъ — «посолъ» — Лаврентій Древинскій, въ такихъ яркихъ словахъ изложилъ то, что терпѣлъ русскій народъ. Онъ говорилъ: «Въ войнѣ Турецкой ваше королевское величество едва-ли не большую часть ратныхъ людей потребуете отъ народа Русской Греческой вѣры, того народа, который если не будетъ удовлетворенъ въ своихъ нуждахъ и просьбахъ, то можетъ-ли поставить грудь свою оплотомъ державы вашей? Какъ можетъ онъ стараться о доставленіи отечеству вѣчнаго мира, когда не имѣетъ внутренняго спокойствія? Каждый видитъ ясно, какія великія притѣсненія терпитъ этотъ древній Русскій народъ относительно своей вѣры. Уже въ большихъ городахъ церкви запечатаны, имѣнія церковныя расхищены, въ монастыряхъ нѣтъ монаховъ, — тамъ скотъ запираютъ; дѣти безъ крещенія умираютъ; тѣла умершихъ безъ церковнаго обряда изъ городовъ, какъ падаль, выводятъ; мужья съ женами живутъ безъ брачнаго благословенія; народъ умираетъ безъ исповѣди, безъ пріобщенія. Неужели это не Самому Богу обида, и неужели Богъ не будетъ за это Мстителемъ? Не говоря о другихъ городахъ скажу, что во Львовѣ дѣлается: кто не уніатъ, тотъ въ городѣ жить, торговать и въ ремесленные цехи принятъ быть не можетъ; мертвое тѣло погребать, къ больному съ Тайнами Христовыми открыто идти нельзя. Въ Вильнѣ, когда хотятъ погребсти тѣло благочестиваго русскаго, то должны вывозить его въ тѣ ворота, въ которыя одну нечистоту городскую вывозятъ. Монаховъ православныхъ ловятъ на вольной дорогѣ, бьютъ и въ тюрьмы сажаютъ…»

Съ Кунцевичемъ велъ борьбу тогдашній православный полоцкій епископъ Мелетій Смотрицкій, разсылавшій «универсалы», находившіе сочувственный откликъ у православныхъ. Іосафатъ обратился къ литовскому канцлеру Льву Сапѣгѣ, упрекая его въ отсутствіи должной помощи уніатамъ и настаивая на принятіи мѣръ противъ православныхъ.

Замѣчателенъ отвѣтъ ему 12 марта 1622 года Сапѣги. Приводимъ его въ извлеченіяхъ: «Безспорно, что я самъ хлопоталъ объ уніи и покинуть ее было бы неблагоразумно, но мнѣ никогда на мысль не приходило, чтобы вы рѣшились приводить къ ней такими насильственными средствами. Уличаютъ васъ жалобы, поданныя на васъ и въ Польшѣ, и въ Литвѣ. Развѣ не извѣстенъ вамъ ропотъ глупаго народа, его рѣчи, что онъ лучше хочетъ быть въ турецкомъ подданствѣ, нежели терпѣть такое притѣсненіе своей вѣрѣ? По словамъ вашимъ, только нѣкоторые монахи епархіи Борецкаго (новаго православнаго Кіевскаго митрополита) и Смотрицкаго и несколько киевской шляхты противятся унии; но просьба королю подана от Войска Запорожского, чтоб Борецкого и Смотрицкого въ ихъ епархіяхъ утвердить, а васъ и товарищей вашихъ свергнуть; и на сеймахъ мало-ли у насъ жалобъ отъ всей Украины и отъ всей Руси, а не отъ нѣсколькихъ только чернецовъ! Поступки ваши, проистекающіе болѣе изъ тщеславія и частной ненависти, нежели изъ любви къ ближнему, обнаруженные въ противность священной волѣ и даже запрещенію республики, произвели тѣ опасныя искры, которыя угрожаютъ всѣмъ намъ или очень опаснымъ, или даже всеистребительнымъ пожаромъ. Отъ повиновенія казаковъ больше государству пользы, чѣмъ отъ вашей уніи, почему и должны вы соображаться съ волею короля и съ намѣреніями государственными, зная, что власть ваша ограничена и что покушеніе ваше на то, что противно спокойствію и пользѣ общественной, можетъ по справедливости почесться оскорбленіемъ величества. Если бы вы посмѣли сдѣлать что-нибудь подобное въ Римѣ или Венеціи, то васъ бы научили тамъ, какое надобно имѣть уваженіе къ государству… Что касается до опасности жизни вашей, то каждый самъ причиною бѣды своей: надобно пользоваться обстоятельствами, а не предаваться безразсудному своему стремленію… Прочтите житія всѣхъ благочестивыхъ епископовъ: не сыщете въ нихъ ни жалобъ, ни объявленій, ни исковъ, ни судебныхъ свидѣтельствъ. А у васъ суды, магистраты, трибуналы, ратуши, канцеляріи наполнены позвами, тяжбами, доносами, но этимъ не только не утвердится унія, но послѣдній въ обществѣ союзъ любви расторгнется…

…Вы требуете, чтобы непринимающихъ унію изгнать изъ государства: да спасетъ Богъ наше отечество отъ такого величайшаго беззаконія! Давно въ этихъ областяхъ водворилась святая Римско-католическая вѣра, а пока не имѣла она подражательницы благочестія и повиновенія св. отцу, до тѣхъ поръ славилась миролюбіемъ и могуществомъ какъ внутри, такъ и внѣ государства; то теперь, принявъ въ сообщество сварливую и безпокойную подругу, терпитъ по ея причинѣ, на каждомъ сеймѣ, въ каждомъ собраніи многочисленные раздоры и порицанія. Кажется, лучше и полезнѣе было бы для общества разорвать съ этою неугомонною союзницею, ибо мы никогда въ отечествѣ своемъ не имѣли такихъ раздоровъ, какіе родила намъ эта благовидная унія. Христосъ не печаталъ и не запиралъ церквей, какъ вы это дѣлаете… Король приказываетъ церковь ихъ въ Могилевѣ распечатать и отпереть, о чемъ я, по его приказанію, къ вамъ пишу, и если вы этого не исполните, то я самъ велю ее распечатать и имъ отдать; жидамъ и татарамъ не запрещается въ областяхъ королевскихъ имѣть свои синагоги и мечети, а вы печатаете христіанскія церкви! Вы говорите: "Справедливо-ли будетъ оказывать такое снисхожденіе для неизвѣстнаго будущаго спокойствія!" Отвѣчаю: не только справедливо, но и нужно, потому что неминуемо родится въ обществѣ неустройство, если будемъ дѣлать имъ еще большія притѣсненія въ вѣрѣ. Уже гремятъ вездѣ слухи, что они хотятъ навсегда разорвать съ нами всякій союзъ. Что касается Полочанъ и другихъ крамольниковъ противъ васъ, что, можетъ статься, они и въ самомъ дѣлѣ таковы, но сами вы побудили къ возмущеніямъ. Новгородъ-Сѣверскій, Стародубъ, Козелецъ и многіе другіе города унія отъ насъ отторгнула; она главная виновница тому, что народъ Московскій отъ королевича устраняется, какъ это очевидно изъ русскихъ писемъ, присланныхъ къ нашимъ вельможамъ, и потому не желаемъ, чтобы эта пагубная унія вконецъ насъ разорила».

Письмо Сапѣги не воздѣйствовало на Кунцевича. Въ ноябрѣ 1623 года, прибывъ въ Витебскъ, онъ изгналъ православныхъ изъ всѣхъ церквей, разгромилъ за городомъ шалаши, въ которыхъ они вынуждены были совершать богослуженія. Вспыхнулъ бунтъ. На Кунцевича, лично руководившаго погромомъ, напали съ камнями и палками. Онъ былъ убитъ, тѣло его бросили въ Двину.

Взбудораженъ былъ католическій міръ. 10 февраля 1624 года папа Урбанъ VIII писалъ королю: «Враги наши не спятъ, день и ночь отецъ вражды плевелы сѣетъ, дабы въ вертоградѣ церковномъ терніе произрастало вмѣсто пшеницы. Слѣдуетъ и намъ съ неменьшимъ прилежаніемъ исторгать ядовитые корни и обрѣзывать безполезныя вѣтви. Иначе всѣ страны заглохнутъ, и тѣ изъ нихъ, которыя должны быть раемъ Господнимъ, станутъ разсадникомъ ядовитыхъ растеній и пастбищами драконовъ. Какъ легко это можетъ случиться въ Россіи, — научаютъ настоящія бѣдствія. Непримиримый врагъ католической религіи ересь схизматическая, чудовище нечестивыхъ догматовъ, вторгается въ сосѣднія провинціи и, хитро прокравшись въ совѣщанія казацкія, вооружившись силами храбрѣйшихъ воиновъ, осмѣливается защищать дѣло сатаны и грозитъ гибелью православной истинѣ. Возстань, о, царь, знаменитый пораженіями Турокъ и ненавистью нечестивыхъ! Пріими оружіе и щитъ и, если общее благо требуетъ, мечомъ и огнемъ истребляй эту язву. Дошла до насъ вѣсть, что тамъ устраиваются схизматическія братства, издаются новые законы противъ уніатовъ; пусть королевская власть, долженствующая быть защитою вѣры, сдержитъ такое святотатственное буйство. Такъ какъ нечестіе обыкновенно презираетъ угрозы, наказаніями невооруженныя, то да постарается твое величество, чтобы лже-епископы русскіе, стремящіеся возбуждать волненія и господствовать въ казацкихъ кругахъ, достойное такого дерзкаго поступка понесли наказаніе. Да испытаетъ силу королевскаго гнѣва факелъ мятежа и вождь злодѣевъ, патріархъ Іерусалимскій, и своимъ бѣдствіемъ сдержитъ дерзость остальныхъ. Хотя это и кажется дѣломъ труднымъ, однако чего не преодолѣетъ благочестіе, покровительствуемое Небомъ и вооруженное королевской властію? (Патріархъ Іерусалимскій Ѳеофанъ въ августѣ 1620 года, на обратномъ пути изъ Москвы, тайно совершилъ въ Кіевѣ въ нижней церкви Лавры хиротонію семи епископовъ, изъ нихъ одного — Іова Борецкаго — какъ митрополита). Извѣстный Никифоръ грекъ (архидіаконъ константинопольскаго Патріарха, былъ въ 1596 году его представителемъ на православномъ соборѣ въ Брестѣ. Послѣ собора онъ былъ схваченъ поляками и судился Сенатомъ по обвиненію въ шпіонажѣ въ пользу Москвы и Турціи. Заключенный въ Маріенбургскую крѣпость, онъ тамъ преставился, пострадавъ за вѣру), который, сдѣлавшись оруженосцемъ діавола и знаменосцемъ мятежей, возбудилъ столько бурь противъ русскихъ уніатовъ, запертый, наконецъ, въ вѣчную темницу, примѣромъ своимъ показалъ, что преступленіе не только отвратительно само по себѣ, но и гибельно по своимъ слѣдствіямъ. Если дерзость схизматическая часто будетъ видѣть подобные примѣры, то не такъ будетъ выситься и научится бояться Господа отмщеній. Вслѣдствіе этого, просимъ твое величество, защищать это дѣло всею своею ревностью и властью, и, прежде всего, позволь уніатскимъ епископамъ имѣть свободный доступъ ко дворцу и въ совѣты королевскіе, и чтобы они ни въ чемъ не были ниже остальныхъ епископовъ». Папа такъ писалъ королю объ убійствѣ Кунцевича: «Кто дастъ очамъ нашимъ источникъ слезъ, чтобы могли мы оплакать жестокость схизматиковъ и смерть Полоцкаго архіепископа?… Гдѣ столь жестокое преступленіе вопіетъ о мщеніи, проклятъ человѣкъ, который удерживаетъ мечъ свой отъ крови! Итакъ, могущественнѣйшій король! Ты не долженъ удерживаться отъ меча и огня. Да почувствуетъ ересь, что за преступленіями слѣдуютъ наказанія. При такихъ отвратительныхъ преступленіяхъ милосердіе есть жестокость».

Слѣдственная комиссія, подъ предсѣдательствомъ Сапѣги, приговорила къ смерти двухъ бургомистровъ Витебска и 18 гражданъ города. Около ста человѣкъ, спасшихся бѣгствомъ, были заочно приговорены къ смерти. Городъ потерялъ свои привилегіи. Двѣ православныя церкви были разрушены. Запрещено было повсюду строить и починять православныя церкви. Рутскій, извѣщая объ этомъ кардинала Бандина, такъ оканчивалъ письмо: «Великій страхъ послѣ этого напалъ на схизматиковъ; начали понимать, что когда сенаторы хотятъ приводить въ исполненіе приказы королевскіе, то не боятся могущества казацкаго». Единственными защитниками Православія дѣйствительно оказались малороссійскіе казаки. Они не разъ возставали въ защиту Русской народности и православной вѣры. Съ трудомъ одолѣвая ихъ, власти жестоко расправлялись съ ними. Въ 1597 гетманъ Наливайко съ тремя полковниками былъ сожженъ въ Варшавѣ на площади въ мѣдномъ быкѣ. Въ 1637 году съ Павлюка живого содрали кожу и пяти его сотрудникамъ отрубили головы. Въ 1638 году измѣннически былъ схваченъ Остраница съ 37 знатнѣйшими малороссіянами; они были казнены съ жестокостью въ Варшавѣ.

Въ 1655 году, когда войска царя Алексѣя Михайловича заняли Полоцкъ, уніатскій архіепископъ Антоній Селява бѣжалъ съ тѣломъ Кунцевича въ Жировицы, откуда уніаты перевезли его въ Замостье. Послѣ перехода Полоцка вновь къ полякамъ останки Іосафата были привезены туда обратно. Когда въ началѣ XVIII в. Полоцкъ былъ занятъ царемъ Петромъ I, тѣло перевезено было въ г. Бѣлу (Польша), гдѣ въ 1797 г. было поставлено открыто въ уніатской церкви для поклоненія.

Въ 1643 году папа Урбанъ VIII призналъ Іосафата блаженнымъ. Папа Пій IX въ 1867 г. призналъ его святымъ, провозгласивъ патрономъ Руси и Польши.


О непогрѣшимости и главенствѣ папъ

Рѣчь католическаго епископа Штроссмайера[3]

Не думайте, что Я буду обвинять васъ предъ Отцемъ: есть на васъ обвинитель Моисей, на котораго вы уповаете. Ибо если бы вы вѣрили Моисею, то повѣрили бы и Мнѣ, потому что Онъ написалъ о Мнѣ. Если же его писаніямъ не вѣрите, — какъ повѣрите Моимъ словамъ?

(Іоан. 5, 45–47)

Такъ говорилъ Господь нашъ Іисусъ Христосъ невѣрившимъ Его проповѣди іудеямъ. Онъ указывалъ имъ на Моисея, котораго они считали своимъ законодателемъ: «Если Мнѣ не вѣрите, повѣрьте Моисею, котораго учениками вы себя выставляете, — онъ обличаетъ ваше невѣріе».

Не вѣрятъ и намъ католики, когда мы указываемъ имъ на ихъ заблужденія. «Вы схизматики, — говорятъ они въ свое оправданіе, — потому такъ и говорите». «Пусть будетъ такъ, — уступимъ мы имъ по примѣру Господа: — но если намъ не вѣрите, то повѣрьте хотя своему бискупу, вѣдь вы же считаете бискуповъ своими учителями».

Въ прошломъ году скончался въ глубокой старости дьяковскій и стрѣмскій бискупъ Іосифъ Юрій Штроссмайеръ. Знаете-ли, что онъ говорилъ предъ папой и многочисленнымъ соборомъ кардиналовъ? Прочтите. Это ужъ не наши слова, это правдивое обличеніе вашего учителя. Думаете, что его за такія рѣчи отлучили и прокляли? Нѣтъ, онъ оставался католическимъ бискупомъ и былъ въ милости у папъ до самой своей смерти. Почему такъ? Потому что говорилъ правду. Хотя изъ-за гордости и нераскаянности не послушались его, но все же противъ той правды, которую онъ высказалъ въ лицо папѣ и собору, идти не посмѣли.

Рѣчь католическаго епископа на ватиканскомъ соборѣ о главенствѣ и непогрѣшимости папы римскаго

Въ 1870 году папа Пій девятый созвалъ въ Римѣ соборъ, на которомъ постановили, что будто папа римскій есть намѣстникъ Христа на землѣ и въ дѣлахъ вѣры не можетъ погрѣшать. Это была такая новая и противная ученію Христа выдумка, что даже католическіе епископы не всѣ согласились съ нею. Вотъ что сказалъ на томъ соборѣ дьяковскій епископъ Штроссмайеръ.

«Проникнутый чувствомъ отвѣтственности, которую долженъ буду дать Богу, я принялся за изученіе Священнаго Писанія Ветхаго и Новаго Завѣта съ самымъ серьезнымъ вниманіемъ, и я искалъ въ этой неоцѣненной сокровищницѣ истины отвѣта на вопросъ, дѣйствительно-ли святый первосвященникъ, предсѣдательствующій здѣсь, есть преемникъ святого Петра, намѣстникъ Іисуса Христа, и непогрѣшимый учитель Церкви?

Для рѣшенія этого важнаго вопроса я былъ принужденъ забыть на время настоящее и съ свѣточемъ Евангельскимъ въ рукѣ переноситься къ тѣмъ днямъ, когда учителями Церкви были святые Павелъ и Петръ.

Я открылъ священныя ихъ писанія. Что же! Какъ осмѣлюсь я выразить это? Я не нашелъ въ нихъ ничего, что подтверждало бы мнѣнія ультрамонтанъ (Ультрамонтане — это самые ярые паписты. Они собственно и добивались, чтобы утверждена была вѣра въ непогрѣшимость папъ). Еще болѣе, къ моему величайшему изумленію: при обозрѣніи этихъ апостольскихъ дней я не нашелъ ни малѣйшаго намека на папу, какъ преемника святого Петра и намѣстника Іисуса Христа, точно такъ же, какъ не нашелъ никакого намека на Магомета, который въ то время не существовалъ.

Итакъ, прочитавши священныя книги съ тѣмъ вниманіемъ, которымъ наградилъ меня Господь, я не нашелъ ни одной главы, ни одного стиха, въ которыхъ Іисусъ Христосъ давалъ бы Петру первенство надъ Апостолами, его сотрудниками. Если Симонъ, Сынъ Іонинъ, былъ тѣмъ, чѣмъ, по нашему вѣрованію, въ настоящее время есть его святѣйшество Пій IX, то удивительно, какъ Господь не сказалъ ему: когда Я взойду къ Моему Отцу, то всѣ Апостолы должны повиноваться тебѣ, какъ повинуются Мнѣ; Я поставлю тебя Своимъ намѣстникомъ на землѣ. И не только Христосъ Іисусъ ничего не сказалъ объ этомъ, но даже, когда Онъ обѣщалъ престолы Своимъ Апостоламъ судить двѣнадцать колѣнъ Израилевыхъ, Онъ обѣщалъ имъ всѣмъ одинаково, не упоминая, что между этими престолами — престолъ, принадлежащій святому Петру, будетъ выше, чѣмъ прочіе. По всей вѣроятности, если бы это было благоугодно Ему, Онъ такъ и сказалъ бы. Что мы должны заключить изъ этого молчанія? То, что Христосъ не желалъ сдѣлать Петра главою Апостоловъ. Когда Христосъ посылалъ Апостоловъ на Евангельскую проповѣдь, Онъ всѣмъ имъ далъ одинаковую власть вязать и рѣшить, и всѣмъ далъ обѣтованіе Святого Духа. Позвольте мнѣ повторить: если бы Онъ благоволилъ поставить Петра Своимъ намѣстникомъ, Онъ вручилъ бы ему главное начальство надъ своимъ духовнымъ воинствомъ.

Христосъ, такъ говоритъ Священное Писаніе, запретилъ Петру и прочимъ Апостоламъ господствовать и стремиться къ господству, или имѣть власть надъ вѣрующими подобно царямъ языческимъ (Лук. 22, 25). Если бы святый Петръ былъ избранъ папою, то Господь Іисусъ не сказалъ бы такъ, потому что, по католическому преданію, папство держитъ въ своихъ рукахъ два меча — символы духовной и свѣтской власти.

Одно чрезвычайно изумило меня. Раздумывая объ этомъ, я сказалъ себѣ: если бы апостолъ Петръ былъ избранъ папою, то ужели могло быть дозволено прочимъ Апостоламъ послать его вмѣстѣ съ Іоанномъ въ Самарію для проповѣданія Евангелія Сына Божія? (Дѣян. 6, 14). Что подумали бы вы, достопочтенные братья, если бы въ эту минуту намъ было дозволено послать его святѣйшество Пія IX и его преосвященство монсиньора Плантьэ (Пій IX — тогдашній папа римскій; Плантьэ — главный его совѣтникъ) — къ патріарху Константинопольскому просить его положить конецъ восточной схизмѣ?

Но здѣсь есть другой, еще болѣе важный случай. Въ Іерусалимѣ собирается вселенскій соборъ рѣшить вопросъ, разъединяющій вѣрующихъ. Кто созвалъ бы этотъ соборъ, если бы святый Петръ былъ папою? Святый Петръ. Кто предсѣдательствомъ бы на немъ? Святый Петръ или его уполномоченные. Кто составлялъ бы и обнародовалъ опредѣленія собора? Святый Петръ. Такъ, но, однако, ничего этого не было. Апостолъ присутствовалъ на соборѣ, какъ и другіе, и не онъ созвалъ соборъ, но святый Іаковъ; и когда были обнародованы опредѣленія, то они были обнародованы отъ лица Апостоловъ и старѣйшихъ братьевъ (Дѣян. XV). Такъ-ли мы поступаемъ въ нашей церкви? Чѣмъ болѣе я изслѣдую Священное Писаніе, достопочтенные братья, тѣмъ болѣе я убѣжденъ въ томъ, что въ Священномъ Писаніи сынъ Іонинъ не представляется первымъ. Теперь, когда мы учимъ, что Церковь основана на святомъ Петрѣ, святый Павелъ въ посланіи къ Ефесеямъ говоритъ (2, 20), что она основана на основаніи Апостоловъ и пророковъ, сущу краеугольну Самому Христу. И тотъ же самый апостолъ такъ мало вѣруетъ въ главенство святого Петра, что открыто порицаетъ тѣхъ, которые говорятъ: мы Павловы, мы Аполлосовы (1 Кор. 1, 12); равно какъ и тѣхъ, которые скажутъ: мы Петровы. Потому, если бы этотъ послѣдній апостолъ былъ намѣстникомъ Господа Іисуса Христа, то святый Павелъ не рѣшился бы такъ сильно порицать тѣхъ, которые принадлежали къ его собственнымъ приверженцамъ. Тотъ же самый апостолъ, перечисляя служенія въ Церкви, упоминаетъ объ Апостолахъ, пророкахъ, евангелистахъ, учителяхъ и пастыряхъ. Ужели должно думать, достопочтенные братья, что святый Павелъ, великій апостолъ языковъ, забылъ упомянуть о первомъ изъ этихъ служеній, о папствѣ, если бы папство было Божественнаго установленія? Онъ, по всей вѣроятности, написалъ бы длинное посланіе объ этомъ важнѣйшемъ вопросѣ. Итакъ, когда воздвигается зданіе Церкви, ужели можно было забыть основаніе и фундаментъ для онаго? Теперь, если вы не признаете, что апостольская Церковь была еретическою, чего никто изъ насъ не желаетъ и не осмѣливается утверждать, то мы должны сознаться, что Церковь никогда не была прекраснѣе, чище, святѣе, какъ во времена апостольскія, когда не было папъ.

Я не нашелъ ни малѣйшаго слѣда или намека на папскую власть ни въ одномъ изъ посланій святыхъ Павла, Іоанна и Іакова. Святый Лука, написавшій о проповѣдническихъ подвигахъ Апостоловъ, также молчитъ касательно этого важнѣйшаго вопроса. Молчаніе этихъ святыхъ мужей, которыхъ посланія составляютъ часть канона Боговдохновеннаго Писанія, всегда представлялось мнѣ сомнительнымъ и невозможнымъ, если бы Петръ былъ папою, и такъ же неизвинительнымъ, какъ если бы Тьеръ (Тьеръ написалъ исторію Франціи. Наполеонъ Бонапартъ — знаменитый французскій императоръ, который завоевалъ всю Европу и въ 1812 году завладѣлъ Москвой), описывая исторію Наполеона Бонапарта, забылъ назвать его императоромъ.

Но что меня изумило наиболѣе, то это — молчаніе святого Петра. Если бы апостолъ былъ тѣмъ, чѣмъ мы называемъ его теперь, т. е. намѣстникомъ Іисуса Христа на землѣ, то онъ, вѣроятно, зналъ бы это; если же онъ зналъ это, то почему же онъ ни единожды не дѣйствовалъ, какъ папа? Онъ могъ бы дѣйствовать такъ въ день Пятидесятницы, когда произнесъ свою первую рѣчь, — и не дѣйствовалъ; равно также онъ не выставляетъ себя папою ни въ Первомъ, ни во Второмъ своемъ посланіи, — написанныхъ къ Церкви. Теперь можете-ли вы, достопочтенные братья, представить себѣ святого Петра папою? Впрочемъ, если вы желаете доказывать, что онъ былъ папою, то естественно должны доказать, что онъ самъ не зналъ объ этомъ. Теперь я спрашиваю всякаго разсудительнаго и мыслящаго человѣка, совмѣстимы-ли эти два предположенія?

Обратимся къ началу. Я говорю, при жизни Апостоловъ, Церковь никогда не думала, что долженъ быть какой-либо папа. Если желаемъ доказать противное, то мы должны бросить въ огонь всѣ книги Священнаго Писанія, или совсѣмъ его не слушаться.

Не нашедши никакихъ слѣдовъ папства во времена апостольскія, я сказалъ себѣ: я найду то, чего ищу, въ лѣтописяхъ Церкви. Да, говорю откровенно, я искалъ папу въ первыя четыре столѣтія, и не нашелъ его. Надѣюсь, никто изъ васъ не сомнѣвается въ великомъ значеніи ученія святого епископа Иппонійскаго, великаго и блаженнаго Августина. Этотъ благочестивый учитель, честь и слава католической церкви, былъ секретаремъ на соборѣ Меливійскомъ (Melive). Въ опредѣленіяхъ этого достопочтеннаго собранія находятся слѣдующія замѣчательныя слова: кто захочетъ аппеллировать къ тѣмъ, которые находятся по ту сторону моря, тотъ нигдѣ не будетъ принятъ въ общеніе въ Африкѣ. Африканскіе епископы признавали Римскаго епископа такъ незначительнымъ, что даже наказывали отлученіемъ тѣхъ, которые пожелали бы жаловаться ему. Тѣ же самые епископы, на шестомъ Карѳагенскомъ соборѣ, подъ предсѣдательствомъ Аврелія, епископа этого города, писали къ Целестину, Римскому епископу, для предостереженія его, не принимать жалобъ ни отъ африканскихъ епископовъ, ни отъ священниковъ или клириковъ; и что онъ не долженъ болѣе присылать своихъ уполномоченныхъ, и что онъ не долженъ водворять въ Церкви человѣческую гордость.

Что Римскій патріархъ съ самыхъ первыхъ временъ старался сосредоточить въ себѣ всевозможную власть, это очевидно, но равно также очевидно, что онъ не имѣлъ того главенства которое приписываютъ ему теперь. Если бы онъ владѣлъ имъ, то какъ африканскіе епископы, и блаженный Августинъ — первый въ числѣ ихъ — могли осмѣлиться воспретить жаловаться на ихъ опредѣленія его верховному суду? Я безъ затрудненія сознаюсь, что Римскій патріархъ занималъ первое мѣсто. Въ одномъ изъ законовъ царя Юстиніана говорится: согласно съ опредѣленіемъ четырехъ соборовъ, мы постановляемъ, чтобы святой папа древняго Рима былъ первымъ изъ епископовъ, а чтобы святѣйшій архіепископъ Константинопольскій, Новаго Рима, былъ вторымъ. Итакъ, склонись предъ главенствомъ папы, — скажете вы мнѣ. Не будьте такъ поспѣшны, достопочтенные братья, въ своихъ выводахъ, что будто бы законъ Юстиніана былъ написанъ въ пользу защищаемаго вами ученія. Первенство есть — одно, а власть — другое дѣло. Представимъ себѣ, напримѣръ, что въ городѣ Флоренціи составился соборъ всѣхъ епископовъ королевства, — первенство, конечно, было бы отдано примасу Флоренціи, какъ между восточными оно было бы предоставлено патріарху Константинопольскому, а въ Англіи — архіепископу Кэнтерберійскому. Но ни тотъ, ни другой, ни третій изъ-за занятаго ими положенія не могутъ разсчитывать на владычество надъ своими собраніями. Важность Римскихъ епископовъ проистекала не отъ какой-либо Божественной силы, но отъ важности того города, въ которомъ находилась ихъ каѳедра. Монсиньоръ Дарбуа (латинскій епископъ въ г. Парижѣ) не выше по своему достоинству архіепископа Авиньонскаго, но, несмотря на то, Парижъ даетъ ему преимущество, котораго онъ не имѣлъ бы, если бы его дворецъ, вмѣсто береговъ Сены, находился на берегахъ Роны (на р. Сенѣ стоитъ г. Парижъ, а на Ронѣ — г. Авиньонъ). То, что истинно и справедливо въ религіозныхъ дѣлахъ, точно также истинно и справедливо въ дѣлахъ гражданскихъ и политическихъ. Флорентійскій префектъ нисколько не выше префекта города Пизы, но въ гражданскомъ и политическомъ отношеніяхъ онъ имѣетъ большую важность.

Я сказалъ, что съ самыхъ первыхъ столѣтій Римскій патріархъ стремился къ вселенскому господству надъ Церковью. Къ несчастью, онъ почти достигъ этого, но не успѣлъ всецѣло въ своихъ притязаніяхъ потому, что императоръ Ѳеодосій II постановилъ закономъ, чтобы Константинопольскій патріархъ имѣлъ одинаковую власть съ Римскимъ (Theod. codex, de sesr. etc.). Отцы Халкидонскаго собора поставили епископовъ новаго и древняго Рима въ то же самое положеніе относительно всѣхъ дѣлъ, даже церковныхъ (Прав. 28). Шестой Карѳагенскій соборъ запретилъ всѣмъ епископамъ принимать на себя титулъ князя епископовъ или верховнаго епископа.

Что касается до титула вселенскаго епископа, который приняли на себя папы позднѣе, то святой Григорій I, полагая, что преемники никогда не подумаютъ украсить себя имъ, написалъ слѣдующія слова; «Да не пожелаетъ ни одинъ изъ моихъ преемниковъ принять на себя это нечестивое имя, потому что, когда какой-либо патріархъ, присвояетъ себѣ названіе вселенскаго, то титулъ патріарха не заслуживаетъ довѣрія. Итакъ, пусть христіане чуждаются желанія присвоивать себѣ такой титулъ, который поселяетъ недовѣріе къ ихъ собратіямъ». Слова святого Григорія были направлены противъ его Константинопольскаго собрата, который претендовалъ на первенство въ Церкви. Папа Пелагій II называетъ Іоанна, Константинопольскаго епископа, который домогался верховнаго священства, безбожнымъ и нечестивымъ. Не заботьтесь, — говорилъ онъ, — о титулѣ «вселенскій», который незаконно присвоилъ себѣ Іоаннъ; пусть никто изъ патріарховъ не беретъ на себя этого нечестиваго наименованія, потому что чего намъ ждать, если въ средѣ священнослужителей являются подобныя стремленія? Надъ нами сбудется то, что было предсказано: онъ есть князь сыновъ гордости (Pelag. II. Письмо 13).

Эти важныя свидѣтельства, — а я могу представить болѣе сотни подобныхъ, — не доказываютъ-ли яснѣе солнечнаго свѣта въ полдень, что первые римскіе епископы никогда не были признаваемы за вселенскихъ епископовъ и главъ Церкви? И съ другой стороны, кто не знаетъ, что съ 325 года, въ которомъ былъ собранъ Первый Никейскій соборъ, до 680 года, въ которомъ былъ созванъ Второй Константинопольскій вселенскій соборъ, между болѣе чѣмъ 1109 епископами, присутствовавшими на шести первыхъ вселенскихъ соборахъ, западныхъ епископовъ находилось не болѣе девятнадцати человѣкъ?

Кто не знаетъ, что эти соборы созывались императорами безъ оповѣщенія, а иногда помимо желанія Римскаго епископа? Быть можетъ, вы скажете, что Осія, епископъ Кордовскій, предсѣдательствовалъ на Первомъ Никейскомъ соборѣ и издалъ постановленія его? Но тотъ же самый Осія впослѣдствіи предсѣдательствовалъ на Сардійскомъ соборѣ, на которомъ, впрочемъ, отсутствовалъ легатъ Юлія, епископа Римскаго. Не говорю болѣе, достопочтенные братья, а перехожу теперь къ сильному доказательству, на которое вы сослались прежде для подтвержденія главенства Римскаго епископа.

Подъ камнемъ (petra), на которомъ основана святая Церковь, вы разумѣете Петра (Petra). Если бы это было истинно, то споръ прекратился бы, но наши предки, — а они, конечно, что-нибудь да знали, — думали не такъ, какъ мы. Святой Кириллъ, въ своей четвертой книгѣ о Святой Троицѣ, говоритъ: я думаю, что подъ камнемъ мы должны разумѣть непоколебимую вѣру Апостоловъ. Святой Иларій, епископъ Пуатьерскій, въ своей второй книгѣ о Святой Троицѣ говоритъ: камень (petra) есть благословенный и единственный камень вѣры, исповѣдаемой устами святого Петра; и въ шестой книгѣ о Троицѣ онъ говоритъ: на семъ камнѣ исповѣданія вѣры основана Церковь. Богъ, по слову святого Іеронима (въ шестой книгѣ на святого евангелиста Матѳея), основалъ Свою Церковь на этомъ камнѣ, и отъ сего камня апостолъ Петръ получилъ свое названіе. Послѣ него святой Златоустъ въ пятьдесятъ третьей бесѣдѣ на евангелиста Матѳея говоритъ: на семъ камнѣ Я создамъ Церковь Мою, т. е. на вѣрѣ исповѣданія. Теперь, каково было исповѣданіе апостола? Вотъ оно: Ты Христосъ, Сынъ Бога Живаго. Амвросій, святой архіепископъ Медіоланскій (въ толкованіи второй главы Посланія къ Ефесеямъ), святой Василій Селевкійскій и отцы собора Халкидонскаго учатъ точно такъ же. Изъ всѣхъ учителей христіанской древности святой Августинъ занимаетъ одно изъ первыхъ мѣстъ по учености и святости. Итакъ, прислушайтесь къ тому, что онъ пишетъ въ своемъ второмъ трактатѣ на Первое посланіе святого Іоанна: что означаютъ слова: созижду Церковь Мою на семъ камнѣ? Они означаютъ — на сей вѣрѣ, — на тѣхъ словахъ: Ты Христосъ, Сынъ Бога Живаго. Въ 124-й его бесѣдѣ на святого Іоанна мы находимъ слѣдующее знаменательное выраженіе: на семъ камени твоего исповѣданія Я создамъ Церковь Мою. — Камень же былъ Христосъ. Великій епископъ такъ мало вѣрилъ, что Церковь была основана на святомъ Петрѣ, что въ своей тринадцатой бесѣдѣ къ пасомымъ сказалъ слѣдующее: ты Петръ, и на семъ камнѣ (petra) твоего исповѣданія, на семъ камнѣ словъ твоихъ: Ты Христосъ, Сынъ Бога Живаго, Я создамъ Церковь Мою…

Мнѣніе Августина объ этомъ знаменитомъ мѣстѣ было мнѣніемъ всего Христіанства въ его время. Посему для краткости, я высказываю слѣдующія положенія:

1. Іисусъ Христосъ далъ Своимъ Апостоламъ ту же самую власть, какую и святому Петру.

2. Апостолы никогда не признавали въ святомъ Петрѣ намѣстника Іисуса Христа и непогрѣшимаго учителя Церкви.

3. Святой Петръ никогда не думалъ быть папою и никогда не дѣйствовалъ, какъ дѣйствуютъ папы.

4. Соборы четырехъ первыхъ столѣтій, признавая высокое положеніе, занимаемое римскими епископами въ Церкви ради важности Рима, приписывали ему только первенство чести, — но никогда первенства власти, или юрисдикціи.

5. Святые Отцы, въ знаменитомъ мѣстѣ: ты Петръ, и на семъ камнѣ создамъ Церковь Мою, никогда не думали находить тотъ смыслъ, что Церковь основана на Петрѣ (super Petrum), но на камнѣ (super petram), т. е. на исповѣданіи вѣры апостола.

Я торжественно заключаю, на основаніи данныхъ исторіи, разума, логики, здраваго смысла и христіанской совѣсти, что Іисусъ Христосъ не далъ никакого главенства святому Петру, и что римскіе епископы сдѣлались владыками Церкви не иначе какъ подавляя постепенно, одинъ за другимъ, всѣ права епископства.

Монсиньоръ Дюпанлу, въ своихъ извѣстныхъ замѣчаніяхъ по поводу настоящаго ватиканскаго собора, сказалъ, и весьма основательно, что если мы признаемъ Пія IX непогрѣшимымъ, то по необходимости должны, и, вслѣдствіе естественной логики обязаны признать равно непогрѣшимыми всѣхъ его предшественниковъ. Хорошо! Но здѣсь, достопочтенные братья, исторія возвышаетъ свой авторитетный голосъ въ доказательство, что нѣкоторые папы погрѣшали. Вы можете протестовать противъ этого, или отрицать это, какъ вамъ угодно, но я докажу это. Папа Викторъ (192) сначала одобрилъ монтанизмъ, а потомъ осудилъ его, Марцеллинъ (296–303) былъ идолопоклонникомъ: онъ вошелъ въ храмъ Весты и принесъ жертву богинѣ. Вы скажете, что это было дѣло слабости, но я отвѣчаю: намѣстникъ Іисуса Христа умираетъ, но не дѣлается отступникомъ. Либерій (358) согласился на осужденіе Аѳанасія и рѣшился принять аріанство, для того, чтобы его вызвали изъ ссылки и возвратили прежнюю каѳедру. Гонорій (625) придерживался моноѳелитизма; отецъ Гратри основательно доказалъ это. Григорій I (578–590) называетъ того антихристомъ, кто беретъ на себя титулъ вселенскаго епископа, и не смотря на то, Бонифацій III (607–608) понудилъ отцеубійцу императора Фоку дать себѣ означенный титулъ. Пасхалій II (1088–1099) и Евгеній III (1145) одобряли дуэли; Юлій II (1609) и Пій IV (1560) воспрещали оныя. Евгеній IV (1431–1439) признавалъ Базельскій соборъ и возстановленіе употребленія святыя чаши въ церкви богемской. Пій II (1458) уничтожилъ эту привиллегію. Адріанъ II (867–872) объявилъ гражданскія браки дѣйствительными; Пій VII (1800–1823) осуждалъ ихъ. Сикстъ V (1585–1590) обнародовалъ изданіе Библіи и извѣстною буллой одобрилъ чтеніе оной. Пій VII осуждалъ читающихъ оную. Климентъ XIV (1770–1791) уничтожилъ орденъ іезуитовъ, дозволенный Павломъ III; Пій VII возстановилъ оный.

Но къ чему обращаться къ столь отдаленнымъ доказательствамъ? Святѣйшій отецъ нашъ, присутствующій здѣсь, въ своей буллѣ, заключающей въ себѣ правила для настоящаго собора, не уничтожилъ-ли, на случай своей смерти во время засѣданій онаго, то, что въ прошломъ могло противорѣчить ему, — даже рѣшенія своихъ предшественниковъ? Я никогда не кончилъ бы, достопочтенные братья, если бы хотѣлъ предложить вашему вниманію всѣ противорѣчія папъ въ ихъ ученіи. Итакъ, если вы провозглашаете непогрѣшимость дѣйствительнаго папы, то вы должны или доказать невозможное, то-есть, что папы никогда не противорѣчили одинъ другому, или, иначе, заявить, что, по откровенію Духа Святого, вамъ бывшему, непогрѣшимость папства имѣетъ свое начало только съ 1870 г. Осмѣлитесь-ли вы сдѣлать это?

Простой народъ весьма легко можетъ относиться безразлично и пропускать безъ вниманія тѣ богословскіе вопросы, которыхъ не понимаетъ и которые считаетъ маловажными, но какъ бы безразлично ни относился онъ къ религіознымъ вопросамъ, касательно фактовъ онъ держитъ себя иначе. Теперь не обольщайте себя. Если вы подпишите догматъ папской непогрѣшимости, то наши враги — протестанты, тѣмъ смѣлѣе войдутъ въ протестъ, что имѣютъ на своей сторонѣ исторію, тогда какъ мы имѣемъ противъ нихъ только наше собственное отрицаніе. Что мы скажемъ имъ, когда они выставятъ предъ нами всѣхъ Римскихъ епископовъ — до его святѣйшества Пія IX?

Папа Вигилій (538) купилъ папство у Велизарія, полководца императора Юстиніана. Конечно, вѣрно и то, что онъ нарушилъ свое обѣщаніе и ничего не заплатилъ за него. Согласно-ли съ постановленіями апостольскими покупать тіару? Второй Халкидонскій соборъ положительно запретилъ это. Въ одномъ изъ постановленій мы читаемъ слѣдующее: епископъ, получающій свой санъ за деньги, да лишится онаго и да отлучится. Папа Евгеній III (въ оригиналѣ IV) (1145) подражалъ Вигилію. Святой Бернардъ, блестящая звѣзда своего вѣка, порицалъ папу слѣдующими словами: «Можешь-ли ты показать мнѣ въ этомъ великомъ городѣ Римѣ какое-либо лицо, признающее тебя за папу, если только оно не было подкуплено золотомъ и серебромъ?».

Достопочтеннѣйшіе братья! Будетъ-ли вдохновенъ Святымъ Духомъ тотъ папа, который производитъ куплю при вратахъ храма? Имѣетъ-ли онъ какое-либо право учить Церковь непогрѣшимо?

Вы очень хорошо знаете исторію Формоза, чтобы прибавлять къ ней что-либо. Стефанъ IX приказалъ вырыть его тѣло, одѣть въ папское облаченіе, персты, которые онъ слагалъ для благословенія, отсѣчь: — и потомъ бросили его въ Тибръ, объявивши клятвопреступникомъ и беззаконнымъ. За это онъ былъ, впослѣдствіи, заключенъ въ темницу, отравленъ и удавленъ. Но смотрите, какъ велось дѣло впослѣдствіи. Романъ, преемникъ Стефана, и послѣ него Іоаннъ X, возстановили память Формоза.

Но вы скажете мнѣ, — это басни, а не исторія. Басни! Ступайте, монсиньоры, въ Ватиканскую библіотеку и прочитайте Платина, историка папства, и лѣтописи Баронія (897). Это такіе факты, которые, для чести папскаго престола, не слѣдовало бы обнародовывать, но когда идетъ дѣло о нововведеніи такого догмата, который можетъ произвести въ нашей средѣ великій расколъ, то ужели любовь къ святой Церкви, каѳолической, апостольской и Римской — должна наложить на наши уста молчаніе? Я продолжаю. Ученый кардиналъ Бароній, говоря о папскомъ дворѣ, замѣчаетъ (обратите особенное вниманіе на эти слова), — чѣмъ явилась Римская церковь въ эти дни. Какъ она безславна. Въ Римѣ управляютъ только всесильные придворные. Они-то продаютъ, промѣниваютъ и покупаютъ епископство, и, страшно сказать, — они осмѣливаются возводить на престолъ святого Петра своихъ любимцевъ, лже-папъ (Бароній — 912 г.).

Скажете-ли вы, что эти лже-папы не истинны? Пусть такъ, но въ такомъ случаѣ, если въ продолженіе пятидесяти лѣтъ Римскій престолъ былъ занятъ анти-папами, то какъ вы сохраните связь епископскаго преемства? Могла-ли церковь, по крайней мѣрѣ, въ продолженіе полутора столѣтія, существовать безъ главы и оставаться безъ вождя? Теперь смотрите: большая часть этихъ анти-папъ занимаютъ мѣсто въ генеологическомъ древѣ папства и, вѣроятно, тѣ самые, которыхъ описалъ Бароній, потому что даже Дженебрардо, великій льстецъ папства, осмѣлился замѣтить въ своихъ лѣтописяхъ (901): это столѣтіе несчастливо, такъ какъ почти въ продолженіе 150 лѣтъ папы не имѣли ни малѣйшихъ добродѣтелей своихъ предшественниковъ и сдѣлались скорѣе отступниками (apostates), чѣмъ апостолами (Apostoles). Можно понять, какъ долженъ былъ краснѣть знаменитый Бароній, передавая потомству дѣянія этихъ Римскихъ епископовъ. Говоря объ Іоаннѣ XI (931), законномъ сынѣ папы Сергія и Мароціи, онъ записалъ въ своихъ лѣтописяхъ слѣдующія слова: святая церковь, т. е. Римская, была дерзко попрана такимъ чудовищемъ; Іоаннъ XII (956), избранный папою на восемнадцатилѣтнемъ возрастѣ, по вліянію придворныхъ, былъ нисколько не лучше своего предшественника. Мнѣ совѣстно, достопочтенные братья, осквернять вашъ слухъ такими мерзостями. Я умалчиваю объ Александрѣ VI, отцѣ и любовникѣ Лукреціи; я отвращаюсь отъ Іоанна XXII (1316), который отвергалъ безсмертіе души и былъ низложенъ святымъ соборомъ Констанцскимъ.

Нѣкоторые возразятъ, что этотъ соборъ былъ только частный; пусть такъ, но если вы отвергаете авторитетъ его, то, по законамъ логики, должны признать незаконнымъ и избраніе Мартина V (1417), бывшее на ономъ. Что сдѣлается тогда съ папскимъ преемствомъ? Можете-ли вы отыскать нить его?

Я не говорю о волненіяхъ и расколахъ, которые безчестили тогда церковь. Въ эти несчастные дни Римскій престолъ былъ занимаемъ двумя, а иногда и тремя соперниками. Кто изъ нихъ былъ истинный папа? Повторяю еще разъ: если вы опредѣляете непогрѣшимость настоящаго римскаго епископа, то должны признать непогрѣшимость всѣхъ его предшественниковъ, безъ всякаго исключенія. Но можете-ли вы сдѣлать это, когда исторія съ ясностью солнечнаго свѣта подтверждаетъ, что папы заблуждались въ своемъ ученіи? Можете-ли вы сдѣлать это и доказать, что корыстолюбивые, кровосмѣсители, убійцы, святокупцы-папы были намѣстниками Іисуса Христа?

Монсиньоры! Истинно вѣрующіе обращаютъ къ намъ свои взоры, ожидая отъ насъ хоть какого-нибудь врачевства для излѣченія безчисленныхъ золъ, безчестящихъ церковь; неужели вы обманете ихъ надежды? Какова будетъ наша отвѣтственность предъ Богомъ, если мы оставимъ безъ всякаго вниманія этотъ торжественный случай, посланный намъ Богомъ для уврачеванія истинной вѣры? Воспользуемся имъ, мои братья; вооружимся святою храбростью; сдѣлаемъ сильное и благородное усиліе; возвратимся къ ученію Апостольскому, потому что безъ него мы имѣемъ одни только заблужденія, тьму и ложныя преданія. Воспользуемся нашимъ разумомъ и умственными силами для того, чтобы признавать единственно непогрѣшимыми учителями въ дѣлѣ нашего спасенія Апостоловъ и пророковъ.

Твердые и непоколебимые на камнѣ боговдохновеннаго Священнаго Писанія, мы съ полною вѣрою пойдемъ предъ лицомъ міра, и, подобно апостолу Павлу, въ присутствіи вольнодумцевъ, мы будемъ знать единаго Іисуса Христа, и Сего распята (1 Кор. 2, 2). Мы одержимъ побѣду проповѣдію безумія Креста, какъ Павелъ побѣдилъ ученыхъ людей Греціи и Рима, — и Римская церковь будетъ имѣть свой славный годъ».


Николай Воейковъ Правда объ уніатствѣ[4]

Митрополитъ Петръ Крутицкій, умученный въ совѣтской ссылкѣ, мѣстоблюститель Патріаршаго престола, въ своемъ посланіи отъ 25 іюня 1925 года, писалъ о католическомъ «Восточномъ обрядѣ» слѣдующимъ образомъ: «Много враговъ у Православной Христіанской Церкви. Теперь они усилили свою дѣятельность противъ Православія. Католики, вводя нашъ богослужебный обрядъ, совращаютъ, особенно въ западныхъ, издревле православныхъ Церквахъ, вѣрующій народъ въ унію, и тѣмъ самымъ отвлекаютъ силы Православной Церкви отъ болѣе неотложной борьбы съ невѣріемъ».


Мы недавно праздновали на родинѣ и за рубежомъ 1000-лѣтіе Крещенія Руси св. княземъ Владиміромъ въ Кіевѣ. Этимъ положено было начало небывалаго расцвѣта православной культуры, на которой созидалась Россійская имперія. Благодаря вѣрѣ, столь ревностно принятой и хранимой нашими предками, Русь стала великой семьей разноплеменныхъ народностей, привлекаемыхъ къ ней изъ самыхъ отдаленныхъ и дикихъ окраинъ. Туда несли свѣтъ христіанской истины смиренные монахи Кіевской Руси и вокругъ ихъ бѣдныхъ обителей стали селиться жители, постепенно строиться села и города. Въ тяжкіе вѣка татарскаго ига, монастыри эти, разсѣянные повсюду, явились хранилищами православной культуры и убѣжищемъ для безчисленныхъ инородцевъ, изъ которыхъ исторически слагалась имперія.

Мы всѣ должны бережно охранять наслѣдіе нашихъ предковъ, эту Церковь, про которую Гоголь писалъ: «Мы владѣемъ сокровищемъ, которому нѣтъ цѣны…» Въ Церкви заключено все, что нужно для жизни истинно русской. Чтобы лучше осознать чѣмъ разнится Православіе отъ всякихъ лжеученій, слѣдуетъ вкратцѣ напомнить на какихъ основахъ слагалась «Единая, Святая, Соборная и Апостольская Церковь», какъ гласитъ этотъ догматъ въ Символѣ вѣры.

О церкви.

Признавая единымъ Главой Церкви Спасителя, епископы первыхъ вѣковъ Христіанства слѣдовали правиламъ Апостольскимъ, а также ученію св. Отцовъ въ дѣлѣ управленія своими общинами. По мѣрѣ расширенія Церкви среди языческихъ народовъ, нѣкоторыя епархіи образовались въ митрополіи, возглавляемыя митрополитами. Таковыми стали: въ Сиріи — Антіохійская Церковь, въ Египтѣ — Александрійская, въ Малой Азіи — Ефесская, въ Греціи — Филиппійская и Коринѳская, въ Италіи — Римская, въ Палестинѣ — Іерусалимская и т. д. Взаимоотношенія между Церквами основывались на Апостольскихъ правилахъ. Вѣдѣнію и власти каждаго епископа подлежали дѣла только епархіальныя, дѣла же общія подлежали, какъ касающіяся вѣры, соборному обсужденію. Въ этомъ епископы ничего не дѣлали безъ старшаго среди нихъ, который, въ свою очередь, ничего не дѣлалъ безъ обсужденія съ подвѣдомственными ему епископами. Дѣла эти были: возникновеніе лжеученій (ересей), составленіе общихъ правилъ и узаконеній и т. д. Каѳедры главныхъ городовъ были центрами церковныхъ округовъ и ихъ архіереи позже получили наименованіе архіепископовъ, митрополитовъ и, наконецъ, патріарховъ.

Слѣдуя строго принципу соборности, исключающему всякое превышеніе власти, всѣ епископы были равны въ своемъ санѣ и избирались вѣрующими. Высшимъ органомъ Церкви стали соборы, созываемые для согласнаго разсмотрѣнія разныхъ вопросовъ и для уточненія христіанской доктрины. Они созывались въ первые вѣка дважды въ годъ, затѣмъ ежегодно, наконецъ, по мѣрѣ надобности. Каждый изъ всенародно избранныхъ епископовъ, долженъ былъ отправить своимъ собратіямъ свое «исповѣданіе вѣры», по разсмотрѣнію котораго, прочіе епископы принимали его въ свое общеніе.

О вселенскихъ соборахъ.

Христіанское ученіе опредѣлялось на Вселенскихъ соборахъ, созываемыхъ преимущественно императоромъ Византіи, естественнымъ защитникомъ Православія. Соборы вырабатывали догматы, т. е. обязательные для всей Церкви истины, выведенныя изъ Божественнаго откровенія послѣ всестороннихъ обсужденій ихъ всѣми епископами Церкви. Выраженіе «изволися Духу Святому и намъ» сопровождало опредѣленія всѣхъ Вселенскихъ соборовъ и означало, что законодательная власть въ Церкви принадлежитъ Богу. Постановленія эти не были изложеніемъ чего-либо новаго, а лишь разъясненіемъ законовъ Христа и Апостоловъ. Опредѣленія производились единодушно всѣми отцами собора, а не демократическимъ методомъ большинства голосовъ.

Когда столицей Римской имперіи сталъ Константинополь (Византія), императоръ Константинъ Великій созвалъ въ 325-мъ году Первый Вселенскій соборъ въ Никеѣ. На немъ и на послѣдующемъ 2-мъ соборѣ въ Константинополѣ въ 381 году, былъ выработанъ Никейско-Константинопольскій Символъ вѣры, поющійся на каждой литургіи и содержащій сокращенно принятые Церковью догматы. Эти соборно принятыя рѣшенія стали нерушимы во вѣки, какъ постановленія непогрѣшимой Церкви, возглавляемой Самимъ Христомъ. Всякое отклоненіе отъ догматовъ или ихъ измѣненіе считалось ересью, еретики предавались анаѳемѣ, т. е. отлученію отъ Церкви.

Борьба съ ересями была не легкой, такъ какъ въ число отступниковъ попадали и императоры, и папы, и патріархи, что иногда повергало въ ересь цѣлыя области и вызывало безпорядки и даже войны. Церкви, отдѣлявшіяся отъ Вселенской, впадали въ схизму (расколъ) и назывались схизматиками. Много ересей возникло изъ-за смѣшенія христіанскаго ученія съ культами древнихъ народовъ (персовъ, египтянъ, индусовъ и т. д.), занесенными въ имперію варварами и вообще язычниками-философами. Ересямъ способствовали и остатки языческихъ культовъ Греціи и Рима, противъ которыхъ пришлось бороться блаженному Августину, св. Кипріану и многимъ восточнымъ отцамъ Церкви.

На Вселенскихъ соборахъ (которыхъ было семь), установленъ и узаконенъ былъ также порядокъ управленія Церковью чтобы устранить превышенія власти въ области юрисдикціонной. По образцу 1-го Никейскаго собора, осудившаго ересь аріанства, слѣдуя Апостольскимъ правиламъ, были опредѣлены права и преимущества возвысившихся архіерейскихъ каѳедръ: Римской, Константинопольской, Александрійской, Антіохійской и Іерусалимской, которыя стали патріархіями. Отцы соборовъ совершенно одинаково расцѣнивали права этихъ патріарховъ, не предоставляя ни одному изъ нихъ особыхъ привилегій надъ другими. Чтобы почтить древнюю столицу имперіи, прославленную въ эру гоненій на Церковь кровью мучениковъ, Римскому патріарху, Папѣ, было дано почетное «первенство среди равныхъ». Патріархъ былъ равенъ по благодати остальнымъ епископамъ Церкви, имѣя въ предѣлахъ своей юрисдикціи административное старшинство, какъ раньше митрополиты въ своихъ областяхъ. Это не давало ему права что-либо мѣнять въ ученіи, принятомъ Вселенскими соборами, ставшимъ обязательнымъ для Церкви въ ея цѣломъ. Послѣ отдѣленія отъ Вселенской Церкви Римской каѳедры въ 11-мъ вѣкѣ и завоеванія Византіи турками въ 15-мъ вѣкѣ, пятое мѣсто среди православныхъ патріарховъ было опредѣлено Патріарху Московскому и всея Руси въ 1589 году.

Отмѣтимъ, что на 3-мъ Вселенскомъ соборѣ въ Ефессѣ въ 431 году, отцы собора особымъ правиломъ запретили дѣлать какую-либо приставку къ Символу вѣры. На 7-мъ Вселенскомъ соборѣ, созванномъ въ 787 году въ Никеѣ, была осуждена ересь иконоборцевъ и установлено почитаніе иконъ, послѣ долгихъ и ожесточенныхъ распрей въ Византіи и другихъ областяхъ имперіи.

Римскія притязанІя на главенство въ церкви

(см. Н. Воейковъ «Церковь, Русь и Римъ», 1983 г., Джорданвиллъ)

Перенесеніе столицы имперіи изъ Рима къ границамъ Азіи въ Византію въ 325 г., болѣзненно поразило латинянъ. Изъ центра вселенной, Римъ сталъ губернскимъ городомъ, а греки, покоренные римскими легіонами, несравненно опередили своихъ побѣдителей въ области культуры, искусства, быта и т. д. Греческій языкъ завоевалъ римскую литературу, а боги древней Греціи перекочевали въ римскую миѳологію подъ другими именами.

Новая столица Византіи процвѣтала на диво всему міру, тогда какъ упадокъ Рима завершился успѣхами варваровъ, покорившими Западную Европу. Съ ними въ римскія провинціи влился чуждый этническій элементъ, съ которымъ вскорѣ пришлось считаться.

Среди причинъ, побудившихъ римскихъ папъ добиваться главенства, было желаніе возвратить утерянный престижъ Рима. Восточные патріархи занимали области, входившія раньше въ римскую имперію какъ заурядныя провинціи, вѣками управляемыя проконсулами. Послѣ же перенесенія столицы въ Византію, папы, подобно прочимъ епископамъ, вступали въ должность только послѣ утвержденія своего избранія греческимъ императоромъ. Кромѣ того, на Западѣ, увеличенію папскаго престижа способствовали нашествія варваровъ; его авторитетъ оставался нетронутымъ среди всеобщаго разрушенія и со временемъ пріобрѣлъ ореолъ неприкосновенности и крѣпости.

Первыя притязанія папъ носили болѣе характеръ личныхъ выпадовъ, чѣмъ преднамѣреннаго толкованія въ свою пользу евангельскихъ текстовъ. Съ 3-го вѣка, стали наблюдаться ихъ попытки вмѣшиваться въ управленіе другихъ епископовъ. Такъ папы Дамасъ (366–384), Иннокентій І-й (402–417) и Вонифатій І-й (418–422) требовали, чтобы епископы другихъ областей обращались въ Римъ во всѣхъ важныхъ случаяхъ. Противъ такихъ притязаній, выступили отцы Меливійскаго собора, секретаремъ котораго былъ св. Августинъ и постановили слѣдующее: «Кто захочетъ аппелировать къ тѣмъ, которые находятся по ту сторону моря (т. е. въ Римъ), тотъ нигдѣ не будетъ принятъ въ общеніе въ Африкѣ». Вонифатій III-й (607–608) просилъ у греческаго императора Фоки указъ о предоставленіи Риму главенства надъ всѣми Церквами съ титуломъ «вселенскаго». Всѣ подобныя попытки встрѣчали отпоръ отъ Отцовъ Церкви и епископата.

Для укрѣпленія своихъ притязаній, латиняне придумали тогда основать ихъ на томъ, будто-бы апостолъ Петръ былъ главой Апостоловъ и Церкви… Свои права онъ, яко-бы, передалъ рукоположенному имъ римскому епископу, а тотъ, въ свою очередь, своимъ преемникамъ папамъ. Изъ этого видно, какое огромное значеніе имѣетъ для католичества вопросъ о положеніи св. апостола Петра среди другихъ Апостоловъ. Это вопросъ жизни и смерти, такъ какъ съ паденіемъ первой предпосылки (о главенствѣ Петра), падаетъ естественно и весь католическій силлогизмъ: если ап. Петръ не имѣлъ тѣхъ исключительныхъ привилегій, которыя приписываютъ ему католики, то разумѣется, онъ не могъ никому и передать ихъ, а слѣдовательно, римскіе папы должны отказаться отъ своихъ властолюбивыхъ претензій.

Мы вѣримъ, что Вселенская Церковь имѣетъ и можетъ имѣть только одну Главу — Самого Христа, обѣщавшаго пребывать съ нею до окончанія вѣка (Матѳ. 28, 20), другой главы никогда не было и быть не могло (1 Кор. 3, 11). Мы вѣримъ, что ап. Петръ, какъ апостолъ, обладалъ всѣми правами апостольства, данными ему и другимъ апостоламъ: правомъ, со властью непогрѣшимаго учительства, проповѣдывать Евангеліе всей твари, совершать таинства, поставлять епископовъ, основывать Церкви во всѣхъ странахъ міра и управлять ими съ апостольскимъ полномочіемъ. Ввиду его исключительно твердой и пламенной вѣры во Христа, онъ, наряду съ ап. Павломъ, Церковью именуется «Первоверховнымъ». Но это не прибавляло къ его апостольству никакихъ особенныхъ, ему только свойственныхъ, правъ или привилегій: онъ былъ первымъ среди равныхъ.

Католики не отрицаютъ того, что Христосъ есть Глава Церкви, но прибавляютъ, что Онъ, кромѣ того, для видимой, земной Церкви, поставилъ еще главу въ лицѣ ап. Петра. Такимъ образомъ, онъ является намѣстникомъ, викаріемъ Христа и княземъ апостоловъ. Главенство Петра понимается католиками не только въ смыслѣ власти надъ апостолами и Церковью, но, будто, онъ былъ единственнымъ ординарнымъ вселенскимъ пастыремъ Церкви, а прочіе апостолы лишь экстраординарными пастырями, получившими свои дары и права апостольскія черезъ Петра, или, по крайней мѣрѣ, пользовавшіеся ими въ безусловной зависимости отъ него.

Слова Св. Писанія слѣдуетъ понимать при свѣтѣ Св. Преданія, то-есть, руководясь толкованіемъ св. Отцовъ и учителей, признанныхъ и православнымъ Востокомъ и католическимъ Западомъ. Однако, ни одинъ изъ св. Отцовъ и учителей Церкви не признавалъ ап. Петра главою апостоловъ и намѣстникомъ Христа.

Послѣ апостольскаго собора 51-го года, ученики Христа разошлись во всѣ концы міра съ проповѣдью Его ученія. Всѣ новозавѣтные писатели и древнія преданія доказываютъ несомнѣнно, что никакой земной главы среди нихъ не было. Никакихъ претензій ни отъ кого они не получали и ни за какими совѣтами или инструкціями ни къ кому не обращались. Если христіане временъ апостольскихъ всѣхъ мѣстъ и народовъ составляли единую, нераздѣльную Церковь Христову, то это потому, что ихъ всѣхъ связывало единство всегда съ ними пребывающаго Главы-Христа, единство вѣры, единство таинствъ, единство благодати Св. Духа, одушевлявшей всѣхъ вѣрующихъ.

Проходя съ проповѣдью Евангелія, апостолы основывали всюду первыя христіанскія общины и ставили тамъ епископовъ. Такъ и св. Петръ, несомнѣнно, основалъ Церковь въ Антіохіи и рукоположилъ тамъ перваго епископа Еводія. Былъ онъ и въ Римѣ, гдѣ и скончался мученической смертью, вмѣстѣ съ ап. Павломъ, рукоположивъ перваго Римскаго епископа Лина.

Укрѣпленію папскихъ притязаній на главенство способствовало образованіе въ 8-мъ вѣкѣ Западной имперіи, въ противовѣсъ ненавистной Византіи. Коронованный въ Римѣ въ 753 году королемъ Пипинъ Короткій, вождь племени Франковъ, въ знакъ благодарности, поднесъ Папѣ Стефану II-му (752–757) Равеннскій экзархатъ, принадлежавшій грекамъ и другія земли въ Италіи. Съ тѣхъ поръ, папы сдѣлались свѣтскими государями, наряду съ ихъ духовной властью. Образовавшаяся Франція, получила въ Европѣ неоспоримое первенство и стала пользоваться поддержкой папъ, что содѣйствовало ея расширенію. Съ согласія греческаго императора, Пипинъ получилъ званіе патриція Римской имперіи, а сынъ его Карлъ Великій въ 800 году, коронованъ былъ папой въ Римѣ императоромъ Запада. За это, онъ еще увеличилъ для папы «земли св. Петра». Всѣ протесты Византіи, находившейся тогда въ трудныхъ политическихъ обстоятельствахъ, остались тщетными, и ей пришлось признать новаго императора Карла.

Ставши свѣтскими государями, папы приложили всѣ усилія, чтобы сдѣлаться арбитрами въ области политики, пользуясь поддержкой западныхъ императоровъ. Они стали проводить сложнѣйшія интриги при европейскихъ дворахъ для увеличенія своего престижа и римскихъ владѣній.

Римскія новшества и подлоги.

Вмѣсто того, чтобы наставлять крестившихся язычниковъ въ христіанскомъ благочестіи, папы сами не замедлили запятнать свою каѳедру недостойнымъ поведеніемъ и засорять святоотеческое ученіе разными лже-толкованіями. Римскіе епископы, отдаляясь отъ восточнаго Православія, все болѣе и болѣе погружались въ царящее на Западѣ невѣжество.

Карлъ Великій энергично предпринялъ христіанизацію своего государства, одновременно покоряя новыя области. Завоевавъ Саксонію, онъ переселилъ половину ея населенія во Францію, гдѣ принудилъ ихъ вождя Витикинда принять крещеніе. Его методы прозелитизма не отличались отъ магометанскихъ, насаждавшихъ Коранъ огнемъ и мечемъ среди невѣрныхъ. Позже такъ же стали дѣйствовать Брандебургскіе герцоги въ Пруссіи, а папскіе рыцари-монахи на Руси.

Карлъ увлекся церковными порядками и энергично принялся за проведеніе религіи въ жизнь своихъ подданныхъ: онъ сочинилъ «Капитуларіи», т. е. гражданскіе законы для примѣненія декретовъ помѣстныхъ соборовъ Римской Церкви; учредилъ воскресный отдыхъ, обязанность посѣщенія богослуженій, крестинъ дѣтей и т. д. Смертная казнь угрожала всѣмъ, не желавшимъ принятія Христіанства, какъ и отвергающимъ постъ и питающимся мясомъ по пятницамъ. Онъ слѣдилъ за соблюденіемъ монахами уставовъ и сочинилъ для грѣшниковъ строгія эпитиміи, самъ ведя весьма соблазнительный образъ жизни.

Карлъ увлекся еретической приставкой «филіокве» (и отъ Сына) къ догмату о происхожденіи Св. Духа, изобрѣтенной въ 7-мъ вѣкѣ на Толедскомъ соборѣ въ Испаніи. Несмотря на увѣщанія папы Адріана І-го, онъ приказалъ пѣть въ императорской капеллѣ «Вѣрую…» съ приставкой, позже соборомъ въ Бари принятой Римомъ. Кромѣ того Карлъ возсталъ противъ иконопочитанія, утвержденнаго 7-мъ Вселенскимъ соборомъ, испытывая, какъ многіе германцы, нелюбовь къ изображенію Божества.

Итакъ, постепенно въ Римѣ укоренились слѣдующія еретическія новшества:

1. Лжеученіе о главенствѣ Римскаго Папы надъ Церковью.

2. Лжеученіе объ исхожденіи Св. Духа «и отъ Сына», исказившее Никейско-Константинопольскій Символъ вѣры. При Папѣ Урбанѣ II-мъ (1088–1099), филіокве было провозглашено догматомъ въ 1098 году на соборѣ въ Бари (Италія).

3. Лжеученіе объ «Индульгенціяхъ», мнимомъ освобожденіи грѣшниковъ отъ наказанія на томъ свѣтѣ, посредствомъ сверхдолжныхъ заслугъ святыхъ, каковыми заслугами, якобы, вправѣ распоряжаться Римская курія (дворъ Папы и управленіе Церковью).

4. Лжеученіе о Чистилищѣ, средней инстанціи между Раемъ и адомъ.

5. Лжеученіе о непричастности Богоматери къ первородному грѣху (догматъ, принятый въ 1854 году).

6. Лжеученіе о непогрѣшимости папъ въ вопросахъ «вѣры и нравовъ», когда они говорятъ «эксъ катедра» (догматъ І-го Ватиканскаго собора 1870 г.).

Для принятія этихъ и прочихъ лжеученій, осужденныхъ Вселенской Церковью, папами были созваны соборы, незаконно прозванные католиками «вселенскими», вопреки своего отдѣленія отъ Православія.

Отпаденіе Рима отъ вселенской церкви.

Ставши, благодаря королямъ Франковъ, свѣтскими государями, папы всячески устремлялись распространить свою власть надъ другими Церквами. Наиболѣе яркимъ представителемъ римскаго властолюбія былъ Папа Николай І-й (848–867). Онъ утверждалъ, что имѣетъ право, какъ преемникъ Петра, князя апостоловъ, не только на первенство въ Церкви, но и на монархическое господство на землѣ, что апостольскій престолъ въ правѣ судить всѣхъ, а самъ ничьему суду не подлежитъ. На Римскомъ соборѣ 863 года онъ изрекъ анаѳему на тѣхъ, кто не признаетъ его вселенскаго первенства. Таковыя дерзкія притязанія были, разумѣется, строго осуждены Православными Церквами. Такъ, въ 867 году знаменитый богословъ св. Фотій, Патріархъ Константинопольскій, въ окружномъ посланіи къ другимъ патріархамъ заклеймилъ папскія лже-толкованія и претензіи.

Въ Византіи былъ созванъ соборъ, отвергшій римскія еретическія требованія и лжеученія, что вызвало негодованіе Папы. Однако, остальныя Церкви продолжали чтить въ папахъ патріарховъ древняго Рима, приписывая ихъ претензіи царящему въ Европѣ невѣжеству. Латинскія притязанія все возрастали и къ прежнимъ заблужденіямъ прибавились еще новыя, какъ употребленіе на литургіи опрѣсноковъ вмѣсто кваснаго хлѣба и проч.

Новые споры между Римомъ и Византіей закончились тѣмъ, что въ 1054 году легаты Папы Льва ІХ-го (1048–1054), составили актъ отлученія на Патріарха Михаила Керулларія и всю Восточную Церковь и во время литургіи въ св. Софіи, положили его на престолъ и удалились. Греки пришли въ такое негодованіе отъ этого дерзкаго поступка, что едва не растерзали легатовъ. Патріархъ Михаилъ тогда созвалъ соборъ, отлучившій отъ Церкви папскихъ пословъ. Папа принялъ ихъ сторону, и съ тѣхъ поръ въ Православныхъ Церквахъ прервалось поминовеніе папъ при богослуженіи и латиняне стали схизматиками.

Историкъ Михаилъ Пселлъ справедливо считалъ, что раздѣленію Церквей способствовали не столько новшества, допущенныя Римомъ, сколько извращеніе догмата о Св. Духѣ. «Филіокве» сдѣлалось для Рима вопросомъ самолюбія и принципа, съ тѣхъ поръ какъ эта приставка подверглась осужденію и критикѣ со стороны ненавистной соперницы Византіи. Ересь, введенная Карломъ Великимъ и его невѣжественными архіереями и двѣсти лѣтъ терпимая папами, въ 11-мъ вѣкѣ должна была оффиціально быть принятой Римомъ, дабы не преклониться передъ греками.

Римъ въ средніе вѣка.

Кромѣ невѣжества, Риму приходилось къ тому же бороться съ распущенностью нравовъ среди духовенства. Рядъ помѣстныхъ соборовъ посвящены были спеціально этому злу. Въ 909 году соборъ въ Тросли запретилъ священникамъ имѣть любовницъ, въ Аугсбургѣ было постановлено таковыхъ женъ сѣчь и стричь. Этими же вопросами занимались соборы 994 и 1000 годовъ въ Аузѣ и Пуатьѣ (Франція). Въ 1023 году соборъ въ Павіи приказалъ дѣтей священниковъ и монаховъ отдавать въ рабство. Въ Бременѣ епископы обращались къ полиціи, чтобы выгонять любовницъ у своихъ канонниковъ. Западные лѣтописцы Глаберъ и Гумберъ де Нойанъ сѣтуютъ на французскихъ епископовъ, осуждаемыхъ соборами за то, что у нихъ имѣлось три-четыре ребенка…

Естественно, подобный нравственный упадокъ, равнаго которому никогда не знала Восточная Церковь, содѣйствовалъ и шаткости западнаго вѣроученія, и появленію въ массахъ различныхъ ересей, порожденныхъ язычествомъ и суевѣріемъ. Пользуясь слабостью клира, маги и колдуны усердно совращали простонародье. Въ 1022 году въ Орлеанѣ обнаружена была секта, проповѣдующая бунтъ противъ Церкви и иконъ и отвергавшая Воскресеніе Христа. Участниками секты оказались многіе священники, канонники, профессора университетовъ и духовникъ королевы Франціи… Король Робертъ Благочестивый приговорилъ 14 главныхъ еретиковъ къ сожженію на кострѣ. Они сгорѣли, не отказавшись отъ своихъ лжеученій. Это было первое «аутодафе» въ Католической Церкви. Позже папская Инквизиція ввела по всей Европѣ обычай сожженія на кострѣ всѣхъ ею подозрѣваемыхъ еретиковъ послѣ страшныхъ пытокъ и истязаній.

Какъ писалъ епископъ Ратеріусъ, жившій въ 10-мъ вѣкѣ, «…Итальянскіе епископы проживали во дворцахъ, блиставшихъ золотомъ, пурпуромъ и бархатомъ; ѣли, подобно принцамъ, на золотыхъ блюдахъ, вино пили изъ драгоцѣнныхъ чашъ или роговъ. Церкви же ихъ стояли закопченныя сажей, а бочки украшались живописью. На пирахъ взоръ ихъ услаждался танцовщицами, а слухъ музыкантами. Оставляя свои алтари, предъ которыми со шпорами въ сапогахъ и съ привѣшенными сбоку кинжалами совершали они мессу (литургію), они отправлялись на соколиную охоту, сидя на украшенныхъ золотомъ коняхъ и на сексонскихъ сѣдлахъ». Въ самомъ Римѣ, какъ пишетъ католическій ученый о. Мерсенье, слѣдовалъ рядъ папъ, прославившихся своей скандальной жизнью: «Между св. Фотіемъ и Керулларіемъ (886–1043) въ Византіи смѣнилось 16 патріарховъ, изъ коихъ многіе были поистинѣ выдающимися, въ то время какъ въ Римѣ чередовались 44 папы и антипапы, изъ которыхъ 22 царствовали меньше года, 8 умерли насильственной смертью и 6 были низложены. Ничего нѣтъ удивительнаго въ томъ, что Востокъ, блиставшій утонченной цивилизаціей, презиралъ такихъ первосвященниковъ, такъ мало уважавшихъ свой собственный санъ и свой городъ, ставшій театромъ подобныхъ безобразій. Папство стало добычей императоровъ-потомковъ Карла Великаго, римскихъ бароновъ и отпрысковъ Альбериха Рускулумскаго». Любопытно, что въ началѣ 11-го вѣка, наканунѣ дерзкой демонстраціи легатовъ папы Льва въ Византіи, въ Римѣ неистовствовали три папы, подѣлившіе столицу на три части и проклинавшіе другъ друга…

Въ 14-мъ вѣкѣ, разразилась «Западная схизма», продлившаяся съ 1305 до 1417 гт. Причиной ея былъ Папа Вонифатій VIII-й (1294–1303), воплощеніе и завершеніе «папоцезаризма», подкрѣпленнаго подложными «Исидоровыми декреталіями» и мнимой «Дарственной грамотой Константина Великаго». Въ своей буллѣ «Унамъ Санктамъ», этотъ Папа заявилъ, что непогрѣшимому преемнику ап. Петра по праву принадлежитъ всякая власть какъ викарію и намѣстнику Христа, такимъ, образомъ присваивая себѣ духовную и свѣтскую гегемонію надъ всѣми государствами на землѣ. Возмущенный папскими интригами противъ Франціи, король Филиппъ Красивый, поддержанный всѣмъ духовенствомъ и университетами, осудилъ Вонифатія въ ереси, богохульствѣ, симоніи и т. д. и попытался схватить Папу. По его смерти король созвалъ соборъ епископовъ во Франціи, который избралъ папой Француза Климента Ѵ-го (1305–1314). Ему предоставленъ былъ южный городъ Авиньонъ, гдѣ онъ и организовалъ свою каѳедру. Въ Римѣ итальянскіе кардиналы не признали Климента, стали выбирать своихъ, что породило на Западѣ двое и троепапство. Папы-соперники проклинали другъ друга, что привело ученыхъ богослововъ остро осуждать самъ принципъ непогрѣшимости римскихъ епископовъ, раздѣлившихъ Европу на враждующихъ между собой своихъ приверженцевъ…

Римскіе попытки уніи съ православіемъ

Между тѣмъ, используя ослабленіе Греческой имперіи, тѣснимой турками, папы всячески старались добиться любой цѣной возстановленія церковнаго единства, разумѣется, при условіи признанія православными римскаго первенства. Для этого созывались особые помѣстные соборы, причемъ, грекамъ предлагалась военная помощь западныхъ государей взамѣнъ признанія авторитета папъ. Путемъ сложныхъ и недостойныхъ интригъ, для спасенія своего государства, патріархъ и императоръ, наконецъ, рѣшились подписать унію на Флорентійскомъ соборѣ въ 1438 году. Они повѣрили ехиднымъ обѣщаніямъ Папы Евгенія IV, но никакой помощи отъ него не получили. Въ Византіи, узнавъ объ уніи, вѣрующіе глубоко возмутились и рѣшительно отвергли подписанное въ Италіи соглашеніе.

Послѣ паденія Константинополя въ 1453 году турецкіе султаны проявили гуманность въ отношеніи религіи грековъ и дозволили имъ слѣдовать своей вѣрѣ, передѣлавъ въ мусульманскую мечеть величественный соборъ Св. Софіи. Такъ, въ 1484 году, въ столицѣ состоялся соборъ при участіи всѣхъ четырехъ православныхъ патріарховъ. Они выработали рядъ постановленій касательно отношенія къ католикамъ, которые оффиціально приравнивались къ еретикамъ второй категоріи, какъ приверженцы еретическихъ новшествъ и лжеученій, приведенныхъ выше. Возвратъ ихъ въ Православіе долженъ быть дозволенъ лишь по возобновленію надъ ними таинства Мѵропомазанія и по прочтеніи ими особой формулы отреченія, а такъ же Символа вѣры.

Итакъ, запятнавъ православное вѣроученіе рядомъ заблужденій, Римская Церковь остается еретической и по сей день, покуда она не откажется отъ своихъ новшествъ.

Кіевская Русь осуждаетъ уніатство.

Русская Церковь, послѣ Крещенія св. Владиміра въ 988 году, была причислена къ Константинопольскому патріархату какъ митрополія Кіевская и всея Руси. Вмѣстѣ съ чистотой вѣроученія греки надѣлили насъ всѣми богослужебными и святоотеческими книгами, переведенными на славянскій языкъ свв. Кирилломъ и Меѳодіемъ. Столь велико было значеніе Кіева, что даже послѣ перенесенія изъ разрушенной татарами столицы каѳедры во Владиміръ, затѣмъ въ Москву, русскіе митрополиты, до 1461 года, продолжали именоваться Кіевскими и поставлялись греческимъ патріархомъ. При царѣ Ѳеодорѣ Ивановичѣ, въ 1589 году, была учреждена патріархія Московская и всея Руси, занявшая среди восточныхъ патріарховъ пятое мѣсто во Вселенской Церкви.

Иностранные путешественники дивились красотѣ столицы князей Владиміра и Ярослава, распространенію всѣхъ отраслей искусства и зодчества, принесенныхъ въ Кіевъ греческими мастерами. Недаромъ бельгійскій историкъ Жакъ Пиреннъ подчеркнулъ выдающееся мѣсто Кіевской Руси среди ея грубонравныхъ западныхъ современниковъ и писалъ: «Новгородско-Кіевское государство являлось въ 10-мъ вѣкѣ самымъ дѣйственнымъ и цивилизованнымъ центромъ континента». Тутъ умѣстно напомнить, что дочь Ярослава Мудраго Анна, выйдя замужъ за короля Франціи Генриха I, поразила своихъ подданныхъ своей образованностью, тогда какъ супругъ ея едва умѣлъ подписывать свое имя…

За какія-нибудь 70 лѣтъ, кіевское законодательство, сложившееся благодаря греческому вліянію послѣ крещенія, явилось въ ту эпоху самымъ гуманнымъ и передовымъ въ Европѣ. Суровые славянскіе обычаи исчезали, уступая мѣсто христіанскимъ. Распространеніе вѣры среди дикихъ народностей русскаго сѣвера, проводилось ревностными миссіонерами-монахами, смиреніе которыхъ привлекало къ нимъ инородцевъ.

По времени небывалый расцвѣтъ Кіева совпалъ съ отдѣленіемъ Рима отъ Православія въ 1054 году. Какъ и въ другихъ восточныхъ Церквахъ, латинскія лжеученія осуждены были и въ Кіевѣ. Митрополиты обнародовали посланія, рѣзко осуждающія отступниковъ латинянъ. Въ 1073 году, митрополитъ Георгій (1067–1077) написалъ трактатъ, перечисляющій не менѣе 70 католическихъ заблужденій. Преемникъ его св. Іоаннъ II (1077–1089) запретилъ вѣрующимъ всякое общеніе съ католиками, изложивъ причины отверженія ихъ Православія. Онъ называетъ Римскую Церковь «гнилымъ членомъ, отрѣзаннымъ и отброшеннымъ отъ Соборной Церкви». Подобно ему и митрополитъ Никифоръ (1103–1121) въ посланіи къ Владиміру Мономаху, особенно осуждаетъ Римъ за приставку филіокве и пишетъ слѣдующее: «Злую мысль держатъ они (латиняне) испорченнымъ и скуднымъ смысломъ дѣлая прибавленія въ св. правилѣ («Вѣрую»). Св. Отцы написали такъ: «…и въ Духа Святаго Господа Животворящаго, Иже отъ Отца исходящаго», а они прибавили «Иже отъ Отца и Сына». Это есть великое зловѣріе, приводитъ къ жидовству и Савеліевой ереси. Прибавкой этой они отвергаютъ вѣру св. Отцовъ 1-го и 2-го соборовъ и слово Христово, сказанное апостоламъ о ниспосланіи Св. Духа: «Егда пріидетъ Утѣшитель, Духъ Истины, Иже отъ Отца исходитъ». Если Христосъ не сказалъ: «и отъ Сына», то какъ они дерзнули прибавить? …Латинскіе отступленія укоренились съ тѣхъ поръ, какъ старый Римъ заняли нѣмцы и овладѣли той землей… Старые люди, хранившіе законъ Христа, апостольскій и святоотеческій, скоро перемерли. По смерти ихъ, молодые и неопытные, послѣдовали прелести нѣмцевъ и вошли въ различныя отступленія. Несмотря на увѣщеванія и совѣты другихъ Церквей, они не хотѣли отстать отъ зла, творимаго ими и потому были отринуты нами». Митрополитъ заключаетъ свой трактатъ слѣдующими словами: «Прочитай это, князь, и не разъ, но два раза и больше, самъ и сыновья твои. Князьямъ, какъ отъ Бога избраннымъ и призваннымъ на правовѣрную вѣру, надобно разумѣть слова Христовы и основаніе церковное твердое на свѣтъ и наставленіе порученнымъ имъ отъ Бога людямъ». Никифоръ оставилъ подобное поученіе и другимъ князьямъ, какъ бы предчувствуя готовившіяся для Руси испытанія католиковъ. Въ свою очередь, св. Ѳеодосій Печерскій, основатель Кіево-Печерской Лавры и нашего монашества, писалъ: «Вѣра ихъ (латинянъ) зла и законъ ихъ нечистъ, они иконъ не цѣлуютъ, въ постъ мясо ѣдятъ, на опрѣснокахъ служатъ… Множествомъ ересей своихъ они всю землю обесчестили… Нѣтъ жизни вѣчной живущимъ въ вѣрѣ латинской».

Попытки латинизаціи Руси насиліемъ.

Сохранилось любопытное письмо 12-го вѣка Матѳея, епископа Краковскаго, въ которомъ польскій пастырь коварно пытается заманить западныхъ крестоносцевъ на Русь. Представляя русскихъ какъ нѣкихъ варваровъ, онъ предлагаетъ вдохновителю II-го крестоваго похода Бернарду Клервосскому, перевести ихъ въ латинскую вѣру и пишетъ слѣдующее: «Русскіе многочисленны какъ звѣзды и живутъ какъ бы въ иномъ мірѣ: имъ знакомо лишь имя Спасителя… Смягчите сердца этихъ варваровъ и вы станете вторымъ Орфеемъ, новымъ Амфіономъ… Русскій народъ не желаетъ сообразовываться ни съ латинской, ни съ греческой вѣрой, но, отдѣляясь отъ той и отъ другой, не пребываетъ ни въ одной изъ нихъ въ общеніи таинствъ». Однако, Кіевская Русь тогда еще была очень сильна, чтобы панскія войска посмѣли напасть на ея земли.

Пользуясь покореніемъ и разореніемъ Руси татарами Батыя, римскіе папы, завязавшіе съ Золотой Ордой сношенія, устремили свой взоръ на уцѣлѣвшія отъ ига западныя русскія земли. Рига, основанная нѣмцами въ 1200 году, стала форпостомъ католичества, одновременно противъ языческихъ племенъ Прибалтики и русскихъ. Папа Иннокентій III-й (1198–1216), для поощренія завоеванія нѣмцами новыхъ владѣній, созвавъ новый крестовый походъ на Востокъ, обѣщалъ имъ щедрыя индульгенціи и разрѣшилъ распредѣленіе между ними покоренныхъ областей, при обращеніи жителей въ католическую вѣру. Изъ нѣмецкихъ и датскихъ рыцарей, Папа образовалъ ордена рыцарей-монаховъ Меченосцевъ и Тевтонцевъ, которые насильно крестили туземцевъ, обращали ихъ въ рабство и крайне жестоко съ ними обращались. Король Швеціи Эрикъ Картавый, завидуя продвиженію крестоносцевъ, въ свою очередь выступилъ противъ невѣрныхъ. Папа Григорій ІХ-й (1227–1241) объединилъ оба ордена и направилъ своихъ рыцарей-монаховъ въ новый походъ для обращенія русскихъ «схизматиковъ», стремясь до татаръ захватить ихъ владѣнія. Со своей стороны, литовцы рѣшили воспользоваться походомъ, чтобы подвинуться къ Смоленску.

Къ счастью, въ Новгородѣ княжилъ въ это время Ярославъ Всеволодовичъ, умный и энергичный государь. Въ 1234 году новгородская рать ударила на наступавшихъ меченосцевъ съ такой силой, что нѣмцы потерпѣли полное пораженіе, а въ 1239 году разгромила и литовское войско. Сынъ его Александръ Ярославовичъ, блестяще расправился съ нападавшими на новгородскія земли, почти одновременно, нѣмцами, шведами и литовцами. Сперва онъ напалъ неожиданно на шведскихъ крестоносцевъ, которыми командовалъ лучшій изъ шведскихъ полководцевъ Биргеръ, основатель Стокгольма. Въ 1240 году на рѣкѣ Невѣ, при впаденіи въ нее Ижоры, произошла жестокая битва, и враги были разбиты на голову. Успѣхъ русскаго войска особо отмѣченъ былъ въ лѣтописяхъ какъ побѣда Православія надъ латинствомъ, и Александръ получилъ за нее прозвище «Невскій». Въ 1241 году, онъ напалъ на нѣмцевъ и отобралъ у нихъ города Изборскъ и Псковъ. Въ 1242 году на льду Чудскаго озера, произошло знаменитое Ледовое побоище, закончившееся русской побѣдой и полнымъ разгромомъ папскихъ рыцарей-монаховъ. Потери врага были таковы, что латиняне не посмѣли съ тѣхъ поръ касаться русскихъ областей. Въ 1245 году, обернувшись противъ литовцевъ, Александръ разбилъ ихъ у озера Жизна, такимъ образомъ закончивъ окончательное освобожденіе новгородскихъ владѣній отъ непріятелей. Послѣ кончины Ярослава, Александръ Невскій унаслѣдовалъ Владимірскій великокняжескій престолъ.

Слава о его подвигахъ облетѣла весь тогдашній міръ. Татарскій ханъ пожелалъ устроить въ его честь пріемъ въ Золотой Ордѣ, гдѣ разрѣшено было православнымъ учредить архіерейскую каѳедру въ столицѣ Сараѣ.

Со своей стороны, Папа Иннокентій ІѴ-й (1243–1254), круто измѣнилъ свою политику въ отношеніи Руси и отправилъ къ Александру во Владиміръ своихъ двухъ кардиналовъ. Побѣдителю крестоносцевъ Папа велѣлъ принести завѣренія въ дружбѣ и предложилъ союзъ западныхъ государей, взамѣнъ признанія …папскаго авторитета. Разумѣется, Александръ отказался отъ льстивыхъ предложеній и кардиналы вернулись въ Римъ ни съ чѣмъ…

Убѣдившись, что насиліемъ невозможно склонить Русь на унію, католики прибѣгли къ другимъ методамъ совращенія «схизматиковъ». Позже, выбравъ Польско-Литовское государство базой своихъ операцій, былъ изобрѣтенъ католиками Восточный обрядъ, главными дѣятелями котораго стали іезуиты.

Западная реформа и ея послѣдствія.

О протестантской реформѣ 16-го вѣка, Достоевскій писалъ: «Идея освобожденія духа человѣческаго отъ католичества, облеклась именно въ самыя темныя формы католическія, заимствованныя въ самомъ сердцѣ духа его, въ буквѣ его, въ матеріализмѣ его, въ деспотизмѣ его, въ нравственности его… Вѣра эта есть протестующая и лишь отрицательная и чуть исчезнетъ съ земли католичество, навѣрно, исчезнетъ за нимъ вслѣдъ протестантство, потому что не противъ чего будетъ протестовать, обратится въ прямой атеизмъ и тѣмъ кончится» («Дневникъ писателя», январь 1877 г., гл. I).

Реформа, потрясшая Римскую Церковь, явилась слѣдствіемъ нѣкоего произвола чинимаго папами въ области духовной. Присвоивъ себѣ абсолютныя права на народы и государства, отмежевавшись отъ Вселенской Церкви, они засорили православное вѣроученіе приведенными нами выше извращеніями. Соблазны роскоши и разврата ватиканскаго двора, пылавшіе всюду костры Инквизиціи и деспотизмъ «намѣстниковъ Христа», давно возмущали массы вѣрующихъ. Эпоха Возрожденія способствовала среди знати и интеллигенціи, успѣху свободомыслія, а въ Церкви — схоластическаго «раціонализма», подъ вліяніемъ языческихъ философій древности. Повсюду ослабѣвало уваженіе къ религіи, въ особенности когда привилась безстыдная торговля индульгенціями, обогащавшая Ватиканъ. Проповѣди Лютера и Кальвина оторвали отъ Церкви больше половины вѣрующихъ и вызвали въ Европѣ кровопролитныя междоусобныя войны.

Протестантство, вступивъ въ борьбу съ Римомъ, не обрѣло въ себѣ смѣлости порвать сь латинскимъ раціонализмомъ и вернуться къ Христіанству первыхъ вѣковъ Церкви. Оно лишь подмѣнило римскій раціонализмъ «свободой выбора», то-есть, правомъ спасенія внѣ Церкви, путемъ личнаго толкованія Св. Писанія каждымъ.

Отрицая или извращая догматы, протестанты не создали единой Церкви, а раздѣлились сами на безчисленныя секты: квакеровъ, ищущихъ наитія Духа въ судорожныхъ тѣлодвиженіяхъ, баптистовъ, адвентистовъ, мормоновъ и прочихъ, существующихъ до сихъ поръ.

Не находя въ религіи удовлетворенія своимъ духовнымъ запросамъ, разочарованныя въ своихъ пастыряхъ, массы, постепенно заражались скептицизмомъ и свободомысліемъ, ведущимъ къ безбожному матеріализму. Англійскій философъ Джонъ Локкъ (1632–1704), явился предвѣстникомъ матеріалистическаго свободомыслія, позже развитаго въ трудахъ Руссо и ставшаго основой идеологовъ и творцовъ французской революціи 1789 года.

МИссіонерство ордена іезуитовъ.

Судьба послала Римской Церкви неожиданную подмогу въ лицѣ ордена іезуитовъ Общества Іисуса, утвержденнаго Папой Павломъ III-мъ въ 1540 году. По своему уставу это былъ воинствующій орденъ. Его монахи, всесторонне образованные и спаянные желѣзной дисциплиной, предназначались стать Христовымъ воинствомъ, безпрекословно подчиненнымъ папскому авторитету. Габріель Моно такъ писалъ о нихъ: «Общество Іисуса связало свою судьбу съ папствомъ, желая одновременно ему повиноваться, его защищать и его направлять».

Задача іезуитовъ была побѣждать враговъ Рима, а врагами являлись всѣ отрицающіе папское главенство. Имъ разрѣшалось, по надобности, мѣнять свои уставы, носить любыя одежды для успѣха своей дѣятельности, руководясь безнравственнымъ принципомъ: «Цѣль оправдываетъ средства». Орденъ развилъ систему «казуистики», то-есть, перемѣщенія лжи съ правдой, разрѣшая всякіе грѣхи и преступленія для достиженія своей цѣли, все это подъ лозунгомъ: «Для наибольшей славы Бога»…

Достигнувъ крупныхъ успѣховъ въ высшихъ кругахъ общества, іезуиты стали духовниками принцевъ и королей, неуклонно проводя въ жизнь методы могущіе принести пользу Церкви. Въ массахъ, они не стѣснялись проповѣдывать фанатизмъ и допускали преступленія, чтобы устранять всячески мѣшавшихъ имъ лицъ.

Главной ихъ задачей являлось завоеваніе Риму новыхъ католиковъ, взамѣнъ милліонной паствы, порвавшей съ нимъ вслѣдствіе протестантской реформы. Получивъ всестороннюю поддержку римской куріи, щедрые индульгенціи и благословенія Папы, они проникли вскорѣ въ Индію, Китай и страны Южной Америки. Согласно вышеуказаннымъ принципамъ, іезуиты примѣняли различные методы прозелитизма, въ зависимости отъ мѣстныхъ порядковъ. Въ областяхъ Южной Америки, покоренныхъ и ограбленныхъ алчными испанскими конквистадорами-авантюристами, обращеніе въ Христіанство дозволяло примѣненіе насилія. Такъ, въ Парагваѣ, находившемся всецѣло въ рукахъ іезуитовъ, они ввели по всей странѣ строгій монастырскій уставъ: несчастные индѣйцы принуждались работать на рудникахъ и плантаціяхъ, въ самыхъ тяжкихъ условіяхъ. Не желавшіе креститься, предавались всевозможнымъ пыткамъ, вплоть до закапыванія заживо въ землю. За первыя 50 лѣтъ іезуитскаго миссіонерства, съ 1530 по 1580 гг., индѣйское населеніе сократилось на треть… Наконецъ, вспыхнувшіе бунты принудили испанскихъ губернаторовъ жаловаться королю, который приказалъ изгнать іезуитовъ изъ этихъ земель, а затѣмъ и въ Испаніи ихъ орденъ былъ запрещенъ за всякія интриги и злодѣянія.

Въ Китаѣ они прибѣгли къ другимъ способамъ обращенія невѣрныхъ. Прикинувшись приверженцами доктринъ Конфуція и Лао Пе, изучивъ всѣ тонкости языка, они изъявили языческимъ жрецамъ свою готовность принять ихъ религію… Переодѣтые въ жрецовъ, іезуиты стали совершать всѣ обряды но, поклоняясь идоламъ, незамѣтно для взоровъ, рисовали на полу капищъ крестики… Благодаря такимъ уловкамъ, имъ разрѣшили остаться въ странѣ, гдѣ они составили китайскій катехизисъ, приводя всѣ языческія вѣрованія но съ прибавкой къ нимъ имени римскаго Папы. Этимъ путемъ были заложены основы ихъ Миссіонерской дѣятельности.

Ватиканъ противъ Московской Руси.

Независимымъ отъ Ислама оставалось русское государство, на которое, послѣ паденія Византіи, смотрѣли всѣ православные народы, какъ на вѣрнаго защитника и покровителя. Иванъ III-й, великій князь Московскій, продолжилъ предпринятое Иваномъ Калитой объединеніе вокругъ своего престола удѣльныхъ княжествъ, одновременно украшая Кремль великолѣпными храмами и дворцами, пригласивъ лучшихъ художниковъ и зодчихъ Италіи. Въ 1472 году греческая царевна Софья Палеологъ, выходя замужъ за русскаго государя, принесла въ приданное византійскій императорскій гербъ — двуглаваго орла, ставшаго позже эмблемой Россійской имперіи. Иностранные государи поражались быстрому расцвѣту и укрѣпленію Москвы, Третьяго Рима, и стремились устанавливать тѣсныя сношенія съ Иваномъ III-мъ.

Со своей стороны, Ватиканъ мечталъ возобновить противъ строптивыхъ «схизматиковъ» кампанію, столь позорно кончившуюся въ 13-мъ вѣкѣ разгромомъ папскихъ рыцарей-монаховъ. Новымъ плацдармомъ была выбрана Польша, короли которой являлись среди прочихъ западныхъ монарховъ самыми покорными и преданными папскому престолу. Съ 14-го вѣка къ ней присоединилась Литва, въ составъ которой входили земли древнихъ русскихъ удѣловъ, избѣжавшихъ татарское иго: Бѣлоруссія и Малороссія были искони православными и церковно зависѣли, до 1458 года, отъ митрополитовъ Московскихъ. Какъ писалъ проф. Вернадскій, «Польша рано сдѣлалась главнымъ вооруженнымъ лагеремъ латинства для всей Восточной Европы. Изъ этого лагеря предпринимались дальнѣйшія нападенія на Востокъ и Юго-Востокъ, шла отчаянная пропаганда латинства, высылались миссіонеры, а подкрѣпляли ихъ вооруженныя силы польскаго государства».

Послѣ сліянія при Ягеллонахъ Польши и Литвы въ одно государство, православные Литвы, гдѣ вѣками процвѣтала русская культура, стали подвергаться притѣсненіямъ: ихъ не допускали къ участію въ жизни страны, ихъ права ограничивались въ ремесленныхъ цехахъ, въ торговлѣ и т. д. Католики издѣвались надъ вѣрующими во время богослуженій или совершенія таинствъ, отнимали храмы, грабили монастыри и проч. Въ 1480 году, поляки учредили Галицко-Кіевскую митрополію съ епархіями въ Галиціи, Вильнѣ, Холмщинѣ и другія, что значительно укрѣпило ихъ позицію. Католическія власти питали къ Россіи враждебныя чувства, завидуя успѣхамъ великихъ князей Московскихъ. Напомнимъ, что литовская граница находилась тогда всего въ 150 верстахъ отъ московскихъ палатъ…

Появленіе въ Польшѣ ордена іезуитовъ.

Съ пріѣздомъ въ Польшу іезуитовъ, посланныхъ Папой въ 1564 году, борьба съ православными приняла болѣе острый характеръ. Они не замедлили пріобрѣсти сильное вліяніе на короля и его окруженіе, превративъ ихъ въ послушное орудіе своей политики. Іезуиты сознавали, что перевѣсъ силъ былъ на сторонѣ властей, но что одной силой нельзя сломить «схизму», поэтому они прибѣгли къ инымъ способамъ дѣйствій.

Александръ Поповъ пишетъ: «Прежде всего, ими было организовано замѣшательство, какъ въ рядахъ церковной іерархіи, такъ и среди православнаго рядового духовенства и вѣрныхъ. По иниціативѣ іезуитовъ, польскіе короли взяли на себя назначеніе такъ называемыхъ «попечителей» (патроновъ) надъ епархіями, храмами и монастырями. Ими назначались хорошо извѣстныя королю лица изъ вельможъ и помѣщиковъ. Позже, попечителями назначались даже евреи… Они назначали на приходы священниковъ, для монастырей игуменовъ, распоряжались ихъ имуществомъ, отдѣльными храмами, творили судъ и расправу среди прихожанъ и т. д. Среди этихъ неограниченныхъ властелиновъ-попечителей, часто проявлявшихъ на дѣлѣ всевозможныя отрицательныя качества личнаго характера, постепенно стали появляться и католики, непосредственные ученики и сподвижники іезуитовъ. Въ Польшѣ водворились, благодаря энергіи королевскихъ попечителей, безчисленныя интриги, злоупотребленія, ссоры. Они создали кадръ безмѣстнаго духовенства, конкурирующаго съ приходскимъ. Первый этапъ выступленія Рима на Православіе въ Польшѣ можно считать за Римомъ: фундаментъ замѣшательства былъ заложенъ» (А. Поповъ, «Гоненія на Православіе и русскихъ въ Польшѣ въ 16-мъ вѣкѣ»).

ВведенІе іезуитами обманнаго «Восточнаго обряда»

Заручившись благословеніемъ Папы и всемѣрной поддержкой своего воспитанника короля Сигизмунда ІІІ-го (1587–1632), орденъ приступилъ къ подготовкѣ кадровъ особыхъ миссіонеровъ для православныхъ, расчитывая подорвать ихъ вѣру путемъ обмана. Используя тѣ же способы, что въ Китаѣ, іезуиты, изучивъ досконально всѣ обряды и обычаи православныхъ, стали повсюду создавать ячейки «Восточнаго обряда». Во всемъ похожія на нашихъ клириковъ, они служили литургію опуская «филіокве», допускали бракъ священниковъ и т. д., ограничиваясь поминовеніемъ «патріарха вселенскаго Папы Римскаго».

Таковъ способъ насажденія уніатства среди православныхъ, употребляемый католиками до нашихъ дней, будь то среди меньшинствъ въ Западномъ Краѣ, на Дальнемъ Востокѣ или въ восточныхъ патріархатахъ согласно ихъ обрядамъ. Послѣ 2-й Міровой войны, іезуиты пользовались бѣдственнымъ положеніемъ славянскихъ бѣженцевъ, спасавшихся въ лагеряхъ отъ Совѣтовъ, чтобы такимъ образомъ переводить ихъ въ католичество. На это Восточная конгрегація отпускала большія субсидіи и переодѣтые уніаты повсюду проникали среди эмигрантовъ въ Южной Америкѣ и другихъ центрахъ, одновременно оказывая помощь неимущимъ, дѣтскимъ школамъ, бѣженскимъ организаціямъ и т. д. Нерѣдко обманутые родители присутствовали при причащеніи своихъ дѣтей уніатскими миссіонерами… Когда они смѣли возражать противъ такихъ злоупотребленій, имъ отвѣчали, что истинная вселенская Римская Церковь въ правѣ пользоваться, какъ ей угодно, всѣми обрядами…

Иванъ Грозный и іезуитъ Поссевинъ. Брестская Унія 1596 г.

Захвативъ русскій Галичъ и овладѣвъ древними княжествами путемъ своего сліянія съ Литвой, Польша, послушная Риму, задалась цѣлью вытравлять изъ этихъ областей ихъ вѣру и культуру, со временъ Кіева въ нихъ хранимыя.

Для возврата этихъ русскихъ земель, Грозный началъ войну съ королемъ Стефаномъ Баторіемъ, продолжая дѣло Ивана ІІІ-го. Папа Григорій XIII-й, покровитель іезуитовъ, ознаменовалъ свое царствованіе прославленіемъ кровавой «Варѳоломеевской ночи» (избіеніе въ Парижѣ протестантовъ) и введеніемъ въ Церковь неканоничнаго новостильнаго календаря. Онъ зорко слѣдилъ за этапами русско-польской войны и, убѣдившись, что перевѣсъ оказался на сторонѣ Баторія, поспѣшно отправилъ въ Москву посломъ іезуита Антона Поссевина. Задачей ученаго посла было пріобрѣтеніе довѣрія царя и внушеніе ему мысли о необходимости принять уніатскую вѣру, признавъ главенство Папы. Взамѣнъ, Поссевинъ долженъ былъ обѣщать Грозному союзъ западныхъ государей противъ турокъ, чтобы добиться освобожденія плѣненнаго Константинополя.

Историческіе диспуты Поссевина съ Грознымъ продлились съ февраля до марта 1582 года. Какъ извѣстно, царь ошеломилъ папскаго посла своей твердостью и познаніями въ области богословія, разбилъ всѣ его аргументы и отказалъ ему въ разрѣшеніи постройки въ Москвѣ латинскихъ костеловъ. Раздосадованный посолъ, вернувшись въ Польшу, донесъ Папѣ о полномъ провалѣ своей миссіи, написавъ слѣдующее: «Поелику вѣра Московскаго государства прежде всего зависитъ отъ той части Россіи, которая нынѣ подъ державою польскаго короля, то весьма бы способствовало къ обращенію Московскаго народа, если бы епископы и владыки королевской оной Россіи присоединились къ Католической Церкви». Это былъ совѣтъ Ватикану воспользоваться оторванностью отъ Русской Церкви и государства крупныхъ православныхъ центровъ для ихъ уніи съ латинствомъ, используя политическое господство надъ ними польскихъ королей.

Поссевинъ выработалъ принятый Папой планъ разрушенія Православія на юго-западѣ (въ Кіевѣ и Вильнѣ). На слѣдующій же годъ, начались акты гоненія на вѣрныхъ. Баторій въ 1583 году поспѣшилъ угодить Риму, отнявъ у всѣхъ Полоцкихъ церквей и монастырей земли, которыя были переданы іезуитамъ. Кромѣ того, королевскимъ декретомъ въ Польшѣ былъ введенъ новый календарь, изобрѣтенный Папой Григоріемъ. Это вызвало крупные безпорядки, особенно въ православномъ населеніи Львова, а Патріархъ Константинопольскій Іеремія II-й, строго запретилъ духовенству переходъ на новый стиль.

Наканунѣ Рождества 1584 года, польскій архіепископъ Львова натравилъ своихъ людей на православные храмы и обители, гдѣ стали грубо хватать священниковъ и выволакивать ихъ изъ алтарей, нѣкоторыхъ послѣ освященія Св. Даровъ… Церкви были опечатаны и службы въ нихъ запрещены. Повсюду усиливались судебные поборы съ православныхъ.

Въ 1589 году, при царѣ Ѳеодорѣ Ивановичѣ, по постановленію четырехъ патріарховъ, Московскій митрополитъ Іовъ былъ возведенъ въ Патріархи Московскіе и всея Руси. Католики, разгнѣванные этимъ назначеніемъ, еще усилившимъ престижъ Москвы, не замедлили реагировать. Съ помощью короля, усилился нажимъ на православныя епархіи. Въ Кіевѣ іезуитамъ удалось склонить малодушнаго митрополита Рагозу къ обращенію въ Римъ, чтобы путемъ признанія главенства Папы, то-есть уніи, улучшить положеніе гонимыхъ вѣрующихъ. Туда, тайно отъ паствы, отправились два епископа, торжественно принятые въ Ватиканѣ Папой Климентомъ ѴІІІ-мъ (1592–1605). Папа завѣрилъ ихъ въ своемъ желаніи мира и сказалъ: «Не хочу господствовать надъ вами, но хочу немощи ваши на себѣ носить». Они подписали актъ уніи по-латыни и по-русски, въ честь чего была выбита особая медаль «О возсоединеніи русскихъ».

Узнавъ объ этой измѣнѣ, въ Вильнѣ возмутилась православная паства, обвиняя въ предательствѣ Рагозу и епископовъ. Православное дворянство Литвы, въ началѣ 1596 года, отправило въ Варшаву своихъ делегатовъ, чтобы на Сеймѣ протестовать противъ уніи. Разумѣется, король, другъ іезуитовъ, не согласился на требованія лишенія сана епископовъ-ренегатовъ, а принялъ на себя утвержденіе уніи, что усугубило волненія православныхъ во всей странѣ.

Въ октябрѣ 1596 года въ Брестѣ состоялся соборъ для церковнаго рѣшенія вопроса объ уніи. Православные делегаты оказались въ большинствѣ: несмотря на нажимъ польскихъ властей, унія была отвергнута соборомъ и предатели лишены своихъ епархій. Король, игнорируя соборное постановленіе, поспѣшилъ утвердить унію и съ тѣхъ поръ Православіе было въ Польшѣ объявлено внѣ закона и подвержено гоненіямъ властей, а храмы грабителямъ.

Замѣтимъ, что присутствовавшій на соборѣ экзархъ греческаго Патріарха Никифоръ, былъ схваченъ поляками какъ турецкій шпіонъ и бунтарь и удавленъ въ Маріенбургской крѣпости…

Самозванцы — орудія Ватикана противъ Россіи.

Со смертью царя Ѳеодора Ивановича пресѣклась преемственность Московской монархіи отъ Ивана Калиты и, вплоть до 1613 года, Русь испытала тяжкіе годы Смутнаго времени и польскаго засилія.

Въ 1604 году въ Литву бѣжалъ изъ Москвы нѣкій Гришка Отрепьевъ, вздумавшій выдавать себя за сына Грознаго, царевича Димитрія, будто бы спасшагося отъ царя Бориса Годунова, который былъ избранъ на престолъ послѣ смерти царя Ѳеодора.

Въ Литвѣ, этотъ ловкій авантюристъ принялъ католичество отъ іезуитовъ, придумавшихъ использовать самозванца въ цѣляхъ насильственной акціи противъ Московскаго царства. Имъ удалось убѣдить короля Сигизмунда III-го признать Гришку царевичемъ Димитріемъ и направить на Москву значительное войско.

Воспользовавшись царившими въ столицѣ смутами и измѣной, послѣдовавшихъ по убійствѣ царя Бориса, поляки овладѣли Москвой и въ 1605 году самозванецъ, лже-Димитрій І-й, достигъ трона, несмотря на анаѳему, произнесенную противъ него, какъ еретика, продавшагося Папѣ. Свергнувъ непокорнаго Патріарха Іова, поляки поставили грека Игнатія, признавшаго Гришку. Польша торжествовала, достигнувъ неожиданно исполненія своего завѣтнаго желанія — завладѣть русскимъ Кремлемъ. Женившись на Маринѣ Мнишекъ и вѣнчанный на царство какъ истинный сынъ Ивана Грознаго, Отрепьевъ щедро надѣлилъ семью своей супруги и поляковъ, тѣсно окружившихъ его тронъ. Черезъ своихъ покровителей іезуитовъ, онъ увѣдомилъ Папу Павла Ѵ-го о своей твердой преданности Католичеству. Обрадованный Папа приказалъ своему нунцію поднести Димитрію императорскій титулъ, взамѣнъ обѣщанія добиться отъ своихъ подданныхъ уніи съ Ватиканомъ.

Скоро лже-Димитрій показался народу тѣмъ, кѣмъ онъ былъ на самомъ дѣлѣ. Онъ глумился надъ церковными обрядами, не крестился передъ иконами, не молился до ѣды и всячески унижалъ своихъ подданныхъ. Такъ же вели себя чванные поляки, погруженные въ пьянство и развратъ. Самозванецъ, выгнавъ изъ Арбатскихъ домовъ священниковъ, помѣстилъ въ нихъ своихъ польскихъ друзей. Въ маѣ 1606 года, наконецъ, вспыхнулъ народный бунтъ и лже-Димитрій былъ убитъ.

Смута все возрастала и на Русь напали шведы, тогда какъ повсюду разбойничали всякіе «воры». На мѣсто убитаго самозванца, появился, снова изъ Литвы, новый лже-Димитрій, поощряемый тѣми же католиками. Такъ какъ многіе вѣрили въ спасеніе перваго самозванца, лже-Димитрій ІІ-й, въ свою очередь, изъявилъ претензіи на царство. Онъ такъ же окружилъ себя поляками и литовцами, къ которымъ примкнули казаки, искавшіе поживы въ общей сумятицѣ. Такъ какъ для Ватикана главной цѣлью было добиться уніи, то Папа Павелъ Ѵ-й и король рѣшили сдѣлать ставку и на второго авантюриста, которому удалось достичь села Тушино, находящагося въ 10 верстахъ отъ Москвы, откуда и кличка его «Тушинскій воръ». По настоянію іезуитовъ, вдова лже-Димитрія І-го Марина, согласилась на бракъ съ воромъ и была съ нимъ обвѣнчана… Со своей стороны, король призналъ вора, котораго усиленно торопилъ добиться уніи съ Римомъ. Кромѣ того, онъ убѣждалъ его запретить въѣздъ въ Россію всѣмъ противникамъ уніи, особенно греческимъ монахамъ, всюду учредить уніатскія церкви и семинаріи Восточнаго обряда и т. д. Это показываетъ, что ожидало Русь въ случаѣ окончательной побѣды Польши…

Къ счастью, во время смуты, единственной реальной силой явилась Русская Церковь. Св. Патріархъ Гермогенъ (1606–1612) далъ всѣмъ примѣръ мужества и непреклонности: будучи окруженъ врагами въ Кремлѣ, на положеніи узника, онъ своими грамотами повсюду воодушевлялъ Русь на ратный подвигъ противъ еретиковъ и недруговъ. Также надо особо отмѣтить героизмъ монаховъ Троице-Сергіевой Лавры. Въ продолженіи 16 мѣсяцевъ, она выдержала жестокую осаду поляковъ и тушинцевъ (самъ «воръ» былъ убитъ въ 1610 году). Подъ защиту стѣнъ Лавры собрались толпы народа, спасаясь отъ насилій и грабежей. Братія и стрѣльцы творили чудеса, отбрасывая всѣ атаки и выдерживая обстрѣлъ артиллеріи и минные подкопы. По примѣру Патріарха монахи разсылали патріотическія грамоты, всячески содѣйствуя начавшемуся въ Нижнемъ Новгородѣ освободительному движенію, руководимому Мининымъ и Пожарскимъ. Выдержавъ тяжкую осаду, Лавра поспѣшила снарядить на свои средства ополченіе, не прекращая оказывать помощь населенію, всѣхъ призывая къ походу для освобожденія Москвы, гдѣ былъ замученъ поляками Св. Гермогенъ.

За зиму 1611–1612 гг., къ нижегородскому ополченію примкнули отряды изъ другихъ городовъ, отъ Казани до Коломны. Въ октябрѣ 1612 года столица была, наконецъ, очищена отъ поляковъ, а въ 1613 году Земскій соборъ земли русской избралъ на царство юнаго Михаила Ѳеодоровича Романова, чѣмъ и прекратилось Смутное время.

Такъ Ватиканъ и Польша потерпѣли новое пораженіе насильственной латинизаціи Русскаго государства.

Трагедія православія въ Польшѣ.

Какъ было сказано, послѣ обманной Брестской уніи католики получили полную свободу къ насилію надъ православнымъ населеніемъ, подъ предлогомъ оффиціальнаго запрета королевской властью ихъ Церкви. Гоненія, покрываемыя закономъ, поощряемыя іезуитами, особенно ожесточились въ Виленской области. Народъ всячески противился произволу польскихъ чиновниковъ, съ помощью самоотверженныхъ православныхъ братствъ, а такъ же такихъ стойкихъ церковныхъ очаговъ, какъ Кіево-Печерская и Почаевская лавры. Послѣ русско-польской войны 1648–1651 гг., Россія получила обратно свои южныя области и Кіевъ, гдѣ сохранилась вѣра, несмотря на всѣ насилія и принужденія къ уніи. Кромѣ братствъ, печатавшихъ многочисленные труды въ защиту вѣры, большую поддержку гонимые получали отъ казаковъ Запорожья, вѣрныхъ Церкви, которыхъ польское правительство опасалось издавна и ничѣмъ не смогло усмирить.

Въ 1686 году состоялось заключеніе русско-польскаго договора, и Россія добилась присоединенія Малороссіи, а кромѣ того, обѣщанія короля не принуждать къ уніи оставшихся въ его власти четырехъ православныхъ епархій. Конечно, обѣщаніе это оказалось вскорѣ нарушеннымъ и всякія притѣсненія продолжались. Уніаты затребовали всѣ церковныя имѣнія бывшей Кіевской митрополіи и они были переданы въ руки іезуитовъ и ихъ ставленниковъ. Такъ, больше 700 храмовъ были насильно превращены въ уніатскіе, а въ 1692 году была принуждена къ уніи послѣдняя православная епархія — Львовъ. Наряду съ церковнымъ произволомъ, проводилось и ополячиваніе русскаго населенія: въ іезуитскихъ школахъ Львова оно усиленно проводилось, причемъ, ученикамъ — противникамъ уніи, преграждалось всякое высшее образованіе…

Согласно донесеніямъ русскихъ императорскихъ пословъ въ Варшавѣ, съ 1732 по 1743 гг. было захвачено въ унію 128 православныхъ монастырей и монашествующіе предавались всевозможнымъ униженіямъ и истязаніямъ, несмотря на протесты въ Сеймъ русскихъ пословъ. Кромѣ того, были отняты уцѣлѣвшія церковныя имѣнія, по приговору королевскихъ судовъ, во всемъ послушныхъ уніатамъ.

Въ числѣ отнятыхъ обителей оказалась и Почаевская Лавра, прославленная подвигами св. Іова, стойкаго борца за Православіе. Уніаты учредили въ ней свои порядки, ввели латинскіе праздники и уставы, изображеніе западныхъ святыхъ и т. д.

Конецъ уніи въ Польшѣ.

Въ концѣ 18-го вѣка, династическія внутреннія затрудненія въ Варшавѣ и побѣды Суворова, привели къ разложенію польскаго государства. Въ 1773 году возсоединилась съ Россійской имперіей многострадальная Бѣлоруссія, а въ 1793 году Екатерина Великая получила обратно области Подолья, Минска и Витебска, столь претерпѣвшія отъ уніатовъ. Въ 1795 году, послѣ взятія Варшавы Суворовымъ, присоединились такъ же Литва и Курляндія. Къ сожалѣнію, послѣ раздѣла Польши древняя русская Галиція оказалась во власти католической Австріи…

Послѣ возврата Россіи ея западныхъ земель въ нихъ постепенно стала налаживаться нормальная жизнь, а православная вѣра снова исповѣдываться во всей ея чистотѣ, благодаря церковной іерархіи и ревностной бдительности государей — помазанниковъ Божіихъ.

Римская курія сильно была задѣта разваломъ многолѣтней работы въ Польшѣ, тѣмъ болѣе, что съ 1781 по 1783 гг., болѣе 120,000 уніатовъ добровольно примкнули къ Православію, а на каѳедры были снова выбраны православные епископы. Съ 1835 года, съ согласія уніатскаго клира, повсюду возвращены были церковные древніе обычаи, а въ храмахъ возстановлены иконостасы. Въ 1838 году была образована Греко-уніатская коллегія для выработки вопросовъ связанныхъ съ возсоединеніемъ уніатовъ съ Русской Церковью. Актъ возсоединенія былъ подписанъ въ 1839 году и на опредѣленіи Синода о принятіи уніатовъ, императоръ Николай І-й начерталъ: «Благодарю Бога и пріемлю». Въ ознаменованіе этого событія, была отчеканена медаль съ образомъ Спасителя и надписью: «Отторгнутые насиліемъ (1596), возсоединены любовью (1839)».

Гоненія на православныхъ въ Австріи.

Въ серединѣ 18-го вѣка, къ русскимъ государямъ непрерывно поступали жалобы отъ притѣсняемыхъ православныхъ въ Австрійской имперіи. Такъ, православные жители Хорватіи и Трансильваніи просили защиты Россіи и заступничества передъ Венскими властями. Вѣрующіе Трансильвано-волошскаго края принуждались іезуитами къ уніи съ Римомъ и писали въ Синодъ, что противниковъ уніи, съ вѣдома императрицы Маріи-Терезіи поносятъ, бьютъ, лишаютъ имущества и гражданскихъ правъ. У нихъ запрещаютъ совершеніе богослуженій, таинствъ, съ приходовъ берутъ двойныя подати и т. д.

Всѣ протесты русскихъ посланниковъ отклонялись подъ разными предлогами и австрійскіе канцлеры относились къ жалобамъ съ равнодушіемъ, разсматривая ихъ какъ выдумки. Тѣмъ временемъ, въ пріобрѣтенной Австріей Галиціи, усердно проводилась анти-православная и анти-русская политика: уніаты поощряли всячески украинизацію простонародія и интеллигенціи, вытравляя всѣ традиціи изъ этихъ древнихъ земель оторванныхъ отъ единовѣрной Россіи. Не удивительно, что подобная вѣковая пропаганда, со временемъ, способствовала зарожденію украинскаго сепаратизма, усердно поддержаннаго Ватиканомъ и существующаго до нашихъ дней заграницей. Ими была, кромѣ того, исковеркана русская исторія, а св. князь Владиміръ, съ одобреніемъ Папы, превращенъ въ государя никогда не существовавшей украинской державы…

Гоненія на православІе въ 20-мъ вѣкѣ.

Большевицкая революція, съ помощью міровыхъ тайныхъ силъ взорвавшая Россійскую имперію, устранила самого вѣрнаго защитника Православія царя — помазанника Божія, злодѣйски убіеннаго въ Екатеринбургѣ въ 1918 году.

Немедленно послѣ паденія Россіи, ставшей СССР, Ватиканъ поспѣшно реорганизовалъ отдѣлъ пропаганды Восточнаго обряда. Папа Венедиктъ ХѴ-й (1914–1922) возглавилъ Восточную конгрегацію и іезуиты основали въ Римѣ свое училище для будущихъ миссіонеровъ въ СССР «Руссикумъ», существующее и теперь. Его преемникъ Пій ХІ-й одобрилъ проектъ «двуритуализма», то-есть одновременнаго существованія латинскаго и восточнаго обрядовъ, для облегченія обращенія «схизматиковъ» въ уніатство.

Избравъ снова Польшу центромъ своей работы, іезуиты заручились поддержкой властей и въ Альбертинѣ основали свой двухобрядный монастырь. Пользуясь, какъ и прежде, тяжкимъ положеніемъ православныхъ меньшинствъ, іезуиты продолжили свою миссію, предпринятую въ 16-мъ вѣкѣ на русскихъ окраинахъ.

Тѣмъ временемъ, Ватиканъ сдѣлалъ попытку вступить въ переговоры съ Совѣтами, въ надеждѣ получить возвратъ католическаго церковнаго инвентаря и выяснить возможность прозелитизма въ СССР. Въ Москву отправился іезуитскій прелатъ де-Эрбини, которому удалось провести въ Кремлѣ рядъ бесѣдъ съ красными «товарищами». Хотя это не увѣнчалось успѣхомъ, но остался позоръ для Рима добровольнаго братанія съ безбожниками, разрушавшими храмы и казнившими тысячи священнослужителей… Напомнимъ, что только въ 1949 году Римъ анаѳематствовалъ коммунизмъ, когда Совѣты стали притѣснять католиковъ за «желѣзнымъ занавѣсомъ».

Приведемъ нѣкоторые результаты новой антиправославной акціи уніатовъ до 2-й міровой войны въ Польшѣ; на Холмщинѣ, изъ 14 храмовъ осталось 2; на Волыни, конфискація братства свв. Кирилла и Меѳодія; въ Львовѣ, разрушеніе военнаго кладбища съ оскверненіемъ могилъ солдатъ 1-й міровой войны; въ Волынской епархіи отобрано въ пользу уніатовъ 15 храмовъ, въ Гродненской 42, въ Виленской 7, въ Полѣсьѣ 6, въ Варшаво-Холмской епархіи 155. Уніаты присвоили 7 крупныхъ монастырей, уже бывшіе силой захваченные ими прежде. Площадь отобранныхъ церковныхъ земель превышала 70,000 гектаровъ (А. Поповъ).

Къ этому слѣдуетъ прибавить постоянныя выходки противъ клира и мірянъ, грабежи храмовъ, кощунства, профанація Св. Даровъ, избіеніе монаховъ и священниковъ и проч.

Какъ и въ прошлые вѣка, жалобы властямъ, покорнымъ Риму, оставались безъ слѣдствія, а суды предъявляли приходамъ иски, приведшіе въ общей сложности къ конфискаціи 718 церквей, кромѣ земель и кладбищъ.

Слѣдуетъ тутъ отдать должное несчастнымъ жертвамъ уніатскихъ гоненій; уже въ 1929 году, Ватиканъ смогъ убѣдиться, что силы, положенныя на достиженіе уніи, не сломили Православіе. Въ Галиціи — этомъ бастіонѣ уніатовъ, за шесть лѣтъ гоненій, къ Православію вернулись 30,000 вѣрующихъ, а къ началу 2-й міровой войны ихъ оказалось 600,000.

Наканунѣ войны, закончившейся совѣтской оккупаціей Польши, Ватиканъ перевелъ іезуитскихъ дѣятелей Альбертина въ другія страны, для работы по обращенію русскихъ въ болѣе благопріятныхъ условіяхъ…

Гоненія на православныхъ въ Хорватіи (1941–1945).

Послѣ отдѣленія Хорватіи отъ Югославіи въ 1941 году, нацистское правительство «усташи», возглавленное Анте Павеличемъ, начало гоненія на православныхъ сербовъ.

Въ Бѣлобарскомъ уѣздѣ, усташи окружили четыре села и, согнавъ въ поле жителей, во главѣ съ духовенствомъ, погребли заживо 250 душъ. Въ Косинѣ были растерзаны 600 человѣкъ, взрослыхъ и дѣтей, а въ Босанско-Новомъ уѣздѣ, православнымъ прокалывали глаза, рѣзали носы и уши… Уніаты сгоняли жителей въ концлагеря, а въ публичныхъ мѣстахъ вѣшались плакаты «Входъ запрещается сербамъ, жидамъ, цыганамъ и собакамъ».

Гоненія поощрялись папскимъ примасомъ Степинацемъ и всѣмъ хорватскимъ клиромъ. Примасъ выпустилъ особое воззваніе, предлагая сербамъ переходъ въ уніатство. Не желавшіе уніи лишались правъ, отстранялись отъ ученія въ университетахъ, принуждались жить лишь въ извѣстныхъ кварталахъ города и обязывались носить на рукавѣ голубую повязку съ буквой П (православный), по образцу желтой повязки для евреевъ. Къ концу 2-й міровой войны, жертвы уніатовъ включали 100 священниковъ и болѣе 180,000 сербовъ всѣхъ возрастовъ, разрушены были 243 храма и сотни клириковъ погибли въ концлагеряхъ…

Вѣковой подвигъ Карпатской Руси.

Древнерусское Галицкое княжество находилось въ 11-мъ вѣкѣ на границѣ съ Венгріей, между Карпатами и рѣкой Прессою, на югѣ отъ Галича, и насчитывало нѣсколько сотъ тысячъ русскихъ уроженцевъ. Послѣ разрушенія Кіева татарами, эта область Угорская или Червонная Русь, была въ 14-мъ вѣкѣ присоединена къ Литвѣ. Послѣ сліянія Литвы съ Польшей, вскорѣ она подверглась гоненіямъ со стороны католиковъ, какъ и весь Западный край. Брестская унія съ Римомъ дозволила венгерскимъ вельможамъ призвать туда изъ Галиціи уніатскихъ епископовъ. Въ 17-мъ вѣкѣ, они насильно уничтожили православную каѳедру въ Мукачевѣ.

При Екатеринѣ Великой произошелъ раздѣлъ Польши и Галицко-Владимирское королевство, насчитывающее два съ половиной милліона коренного русскаго населенія, было пріобрѣтено Австріей.

Вѣками оторванный отъ отчизны, этотъ край крѣпко держался своей вѣры, языка и обычаевъ старины, несмотря на ухищренія католиковъ привить повсюду польскій языкъ вмѣсто русскаго. Какъ и въ Польшѣ, право назначенія священниковъ принадлежало господамъ католикамъ. Всякія возстанія жестоко карались властями и многіе карпатороссы стремились пробраться къ казакамъ въ Запорожьѣ, какъ это дѣлали бѣгущіе отъ уніатовъ жители Восточной Польши.

Съ поддержкой папъ, культура и традиціи усердно искоренялись хозяевами Карпатской Руси: венграми, нѣмцами, австрійцами, поляками, а въ нашъ вѣкъ чехами, послѣ 1-й міровой войны образовавшихъ Чехословакію. Особенно пострадалъ этотъ край отъ Австріи, опасавшейся прихода русскихъ войскъ въ 1914 году: тысячи жителей отправлялись въ концлагеря, гдѣ погибло 200 священниковъ, послѣ всякихъ издѣвательствъ. Несчастныхъ схватывали и арестовывали, преимущественно по доносамъ самостійниковъ-уніатовъ, ненавидѣвшихъ карпатороссовъ за ихъ привязанность къ Православію и Россіи. Огульно обвиненные въ шпіонажѣ, они подлежали разстрѣлу или висѣлицѣ, обычно безъ суда и слѣдствія. Такъ погибло свыше 60,000 жителей.

Въ проводимой тамъ «украинизаціи», особенно неистово дѣйствовалъ польскій графъ Шептицкій — Львовскій митрополитъ, мечтавшій стать «Патріархомъ всея Украины». Онъ со своими епископами, пользуясь поддержкой іезуитовъ восточнаго обряда, причинили аресты почти всей русской интеллигенціи Галичины. За гонимыхъ, ссылаемыхъ въ глубь Австріи, вступился благородный король Испаніи Альфонсъ XIII-й, которому удалось спасти отъ казни нѣсколько тысячъ карпатороссовъ.

Наканунѣ 2-й міровой войны, отмѣтимъ возвратъ къ Православію 68 уніатскихъ приходовъ и болѣе 100,000 вѣрующихъ, что доказываетъ лишній разъ неуспѣхъ политики Ватикана въ отношеніи перевода въ католичество вѣрующихъ, находящихся въ самыхъ неблагопріятныхъ житейскихъ условіяхъ.

Мы надѣемся, что приведенные нами примѣры, послужатъ каждому русскому предупрежденіемъ о грозящей Церкви опасности со стороны Ватикана, а кромѣ того, укрѣпятъ въ насъ долгъ защиты той вѣры, которая вѣками являлась духовнымъ цементомъ славной Россійской имперіи.

1 марта, 1990.

Историческая справка.
Уніатскій сепаратизмъ

Однимъ изъ уродливыхъ плодовъ вѣкового польско-католическаго произвола надъ русскимъ Православіемъ, является въ наше время сепаратизмъ украинскихъ шовинистовъ. Такъ какъ этому миѳическому вымыслу открыто содѣйствуютъ враги національной Россіи, чающіе ея раздробленія, намъ кажется полезнымъ напомнить объ истокахъ и развитіи этого движенія, процвѣтающаго зарубежомъ.

Прежде всего, прибѣгнемъ къ свидѣтельству древнихъ памятниковъ нашей исторіи — лѣтописямъ. Какъ замѣчаетъ проф. г Зызыкинъ, на Руси существовало много мѣстныхъ патріотизмовъ: кіевскій, новгородскій, суздальскій, черниговскій и т. д. Однако, всѣ областные лѣтописцы, современные историки, всегда и прежде всего, считали эти области русскими. Напримѣръ, въ Ипатьевской лѣтописи слова «Русь», «Русская земля», «русскій» встрѣчаются много сотенъ разъ, а слово «украйна» всего три раза. Украинами назывались окраинныя части русскихъ княжествъ или самыя окраинныя княжества, а вовсе не какое-то отдѣльное государство или нація. Таковыхъ «украинъ» въ домонгольскій періодъ было нѣсколько: въ той же Ипатьевской лѣтописи значатся Украина Переяславская, Украина Полоцкая, Украина Волынская, что отвѣчало географическому положенію данныхъ княжествъ. Лѣтописи не упоминаютъ ни о какомъ украинско-національномъ патріотизмѣ въ этихъ областяхъ, окраины которыхъ являлись лишь «украиной» или окраинной частью единаго цѣлаго Русской земли. Всѣ лѣтописи, напротивъ, изобилуютъ утвержденіями національнаго единства Руси, причемъ однимъ изъ органовъ скрѣплявшихъ это единство, являлась единая Православная Русская Церковь. Ея первоіерархи, со временъ крещенія Руси св. Владимиромъ, митрополиты, затѣмъ патріархи, носили титулъ «всея Руси», подобно тому, какъ наши государи именовались монархами «Великія, Малыя и Бѣлыя Руси». На печатяхъ митрополита Кіевскаго Кирилла ІІ-го (13-й вѣкъ) значилось «смиренный инокъ, Митрополитъ Русскій». Самые ярые «украинцы»-галичане, ведутъ свое начало отъ княжества Галицкаго, входившаго въ систему Кіевской Руси, заодно съ прочими юго-западными княжествами.

Какъ извѣстно, правобережная Малороссія оставалась подъ властью поляковъ вплоть до второго раздѣла Польши въ 1793 году. Это дало поводъ многочисленнымъ народнымъ волненіямъ, изъ которыхъ самое сильное — «гайдамачина» вдохновлялось подложной «Золотой грамотой» Екатерины II-й, якобы призывавшей въ 1772 году бить поляковъ и жидовъ и присоединиться къ Россіи… Напротивъ, принявъ участіе въ раздѣлѣ Польши, императрица торжественно заявила, что не возьметъ ни пяди польской земли, а присоединенныя къ Россіи земли — суть исконно русскія, какъ это значилось на медали, выбитой въ честь этого событія: «Отторженная возвратихъ». Поляки принялись всячески выискивать доводы, опровергающіе утвержденія Екатерины. Писатели Янъ Потоцкій и графъ Чапскій, въ серединѣ 18-го вѣка, впервые упоминаютъ объ Украинѣ, какъ о нѣкой самостоятельной этно-политической единицѣ.

Они изображали ее какъ родственную Польшѣ землю, покоренную «москалями», а Чапскій опредѣлилъ, что украинцы — это народъ происходящій, въ его воображеніи, отъ нѣкихъ «укровъ», не то кельтскихъ, не то скиѳскихъ племенъ, заселявшихъ югъ Россіи въ 4-мъ вѣкѣ по Р. Х. Полонизація юго-западной Руси въ началѣ 19-го вѣка, была первопричиной утвержденія въ польской литературѣ такъ называемой «украинской школы»; изъ представителей польскихъ писателей и поэтовъ, воспитавшихъ «польскую Украину», напримѣръ, Мальчевскій. Этой акціи тайно содѣйствовалъ князь Адамъ Чарторійскій — другъ и министръ Александра І-го, позже участвовавшій въ возстаніи Костюшки.

Украинское движеніе, какъ антиподъ здоровому патріотизму Малороссіи, зародилось, однако, не въ Варшавѣ, а во Львовѣ, при поддержкѣ Австріи, получившей при раздѣлѣ Польши древнее русское княжество Галицію. Поэтому, основой литературной «украинской мовы» было положено галиційское нарѣчіе, мало понятное какъ малороссамъ, такъ и великороссамъ, какъ наиболѣе ополяченное. Цѣлый рядъ словъ былъ заимствованъ изъ польскаго языка. При щедрой поддержкѣ австрійскихъ властей, во Львовѣ основалось «Литературно-наукове товариство имени Шевченко», которое стало издавать украинскую политическую литературу, всячески поощряя сепаратизмъ Малороссіи въ ущербъ Россійской имперіи.

Оторванная отъ отчизны Прикарпатская или Червонная Русь, рано превратилась въ арену борьбы двухъ міровоззрѣній: украинскаго, насаждаемаго сперва польскими, затѣмъ австрійскими властями и русскаго, которымъ были проникнуты народныя массы. Соотвѣтственно съ интересами власть имущихъ, измѣнялось и именованіе народа этого древне русскаго края. Такъ, Австрія, присоединивъ Галицію, назвала въ 1848 году своихъ подданныхъ «рутенами», такъ какъ графъ Стадіонъ, губернаторъ Галиціи, почелъ политически опаснымъ сохранять русское имя для населенія… Замѣтимъ тутъ, что какъ разъ тогда императоръ Николай І-й поспѣшилъ на помощь Австріи въ подавленіи венгерскаго возстанія… Неблагодарный Францъ-Іосифъ, завистникъ Россіи, всячески содѣйствовалъ вытравленію изъ народа всего русскаго, слѣдуя директивамъ Ватикана, ненавидящаго Николая I-го за недавнее присоединеніе къ Русской Церкви уніатовъ Западнаго Края. Какъ и въ Польшѣ, начались въ Прикарпатской Руси гоненія на Православіе и насажденіе уніатства, а съ другой стороны, всемѣрная украинизація. Въ австрійской политикѣ украинскій сепаратизмъ и унія стали нераздѣльны, благодаря чему въ 1913 году названіе «рутеновъ» было признано не благонадежнымъ и замѣнено «украинцами». Францъ-Іосифъ узаконилъ это наименованіе при открытіи украинскаго университета во Львовѣ. Австрія приступила къ подготовкѣ кадровъ пропагандистовъ-галичанъ для проведенія всесторонней антирусской кампаніи въ самостійномъ украинскомъ направленіи.

Когда вспыхнула Первая міровая война, Вѣна поспѣшно прибѣгла къ самымъ жестокимъ мѣрамъ, опасаясь содѣйствія карпатороссовъ русскимъ войскамъ: возлѣ Граца возникъ концлагерь Талергофъ, куда ссылались тысячи жителей по доносамъ украинскихъ самостійниковъ, изъ коихъ болѣе 200 священниковъ. Несчастныхъ подвергали мученіямъ и издѣвательствамъ, обвиняя въ шпіонажѣ въ пользу Россіи, часто разстрѣливали или вѣшали безъ суда и слѣдствія… Число жертвъ превышало 60,000…

Повторимъ, что украинизація и насилія къ уніи съ Римомъ, производились при полной поддержкѣ Ватикана, чему рьяно содѣйствовалъ митрополитъ Львова польскій графъ Шептицкій, мечтавшій стать патріархомъ Великой Украины… (см. Н. Воейковъ «Церковь, Русь и Римъ», Джорданвиллъ, 1983 г. Ч. II, гл. 4).

Любопытно, что въ программахъ революціонныхъ партій, готовящихся къ сверженію любыми способами царскаго престола, значилось требованіе о созданіи автономной республики Украины. Используя зараженность большинства украинской интеллигенціи марксистскими теоріями, галичане легко смогли провести въ вожди самостійничества своихъ людей. Изъ нихъ, въ 1917 году, составилась Центральная Рада, возглавленная Грушевскимъ и Винниченко. Послѣ революціи Керенскаго, Временное правительство поспѣшило признать автономію края, во главѣ съ Генеральнымъ Секретаріатомъ, выдвинутымъ Центральной Радой. Съ паденіемъ Керенскаго, пала и Рада, сбѣжавшая передъ наступленіемъ на Кіевъ большевиковъ, подъ командой Муравьева.

По заключеніи съ нѣмцами позорнаго міра въ Брестъ-Литовскѣ, на Украинѣ воцарилась анархія, вплоть до взятія Кіева нѣмецкими войсками. Мірный договоръ съ большевиками включалъ признаніе независимой Украины Германіей и Австріей. Весь край былъ оккупированъ послѣ сверженія демократическаго правительства Рады. 29-го апрѣля 1918 года, въ Кіевѣ былъ избранъ «гетманомъ всея Украины» генералъ Скоропадскій. Его правленіе окончилось съ уходомъ нѣмецкихъ войскъ, когда въ Германіи вспыхнула революція. Власть перешла къ Украинскому Національному Союзу, возглавляемому Швецомъ, Макаренко и Петлюрой. Отмѣтимъ тутъ, что до своего паденія, украинцы успѣли заключить съ Польшей договоръ 21 апрѣля 1920 года, согласно которому полякамъ отдавались Галиція, Волынь и часть Подоліи!.. Послѣ побѣды красныхъ войскъ, Ленинъ включилъ въ РСФСР Малороссію подъ названіемъ Украинской республики (УССР), каковой она пребываетъ до нашихъ дней.

Бѣжавшіе заграницу самостійники организовали свои общины и союзы, создали враждебные Россіи органы печати, распространяя повсюду ложную информацію, на пользу врагамъ Россійской имперіи, оказавшимъ сепаратистамъ поддержку въ своихъ интересахъ. Особенно преуспѣли украинцы въ США и западной Канадѣ, гдѣ въ 1988 году они устроили торжественный пріемъ Папѣ Іоанну-Павлу ІІ-му — поляку, не постѣснявшемуся признать св. князя Владимира государемъ никогда не существовавшей Украинской державы…

Къ счастью, за рѣдкими исключеніями, украинскій сепаратизмъ не имѣетъ корней въ народныхъ массахъ на родинѣ и, вѣримъ мы, не станетъ помѣхой, когда, послѣ паденія совѣтской власти, возродится единая и недѣлимая національная Россія.

Тогда возстанетъ и многострадальная Малороссія, воспѣтая Гоголемъ и рядомъ нашихъ лучшихъ поэтовъ и писателей, прославившихся и въ своихъ произведеніяхъ:

«Край, гдѣ все обиліемъ дышитъ
Гдѣ рѣки льются чище серебра»…

10 апрѣля, 1990.

Отъ Издательства

Книга «Правда объ уніатствѣ» составлена Николаемъ Николаевичемъ Воейковымъ, который прекрасно изучилъ вопросъ о Римскихъ поползновеніяхъ, посколько онъ много лѣтъ работалъ надъ нимъ и результатомъ этого его изслѣдованія явилась его книга: «Церковь, Русь и Римъ», изданная въ 1983 году (Джорданвиллъ, Н.І.). «Правда объ уніатствѣ» является краткимъ резюме всей вышеуказанной книги. Это — послѣдній трудъ Николая Николаевича и печатается посмертно. Николай Николаевичъ писалъ эту работу уже будучи тяжело больнымъ, скончался онъ въ іюлѣ 1990 года. Вѣчная ему память!

Св. праведный отецъ Іоаннъ Кронштадтскій и римско-католическій папизмъ

Въ переживаемое нами время, когда столько лживыхъ рѣчей слышится о такъ называемомъ «соединеніи церквей», когда ширится и укрѣпляется, вызывающее восторгъ многихъ «экуменическое движеніе», и періодически собирается на свою очередную «сессію» Ватиканскій «Вселенскій соборъ», благовременно будетъ всѣмъ истинно-православнымъ христіанамъ вспомнить, какого мнѣнія держался о римско-католическомъ папизмѣ нашъ только что свѣтло прославленный великій праведникъ, молитвенникъ и чудотворецъ св. Іоаннъ Кронштадтскій.

Вотъ какъ, напр., пишетъ онъ въ своихъ «Мысляхъ о Церкви» (стр. 13):

«Ни одно исповѣданіе Христіанской Вѣры, кромѣ Православнаго, не можетъ привести христіанина къ совершенству христіанской жизни или святости и къ совершенному очищенію грѣховъ и къ нетлѣнію, потому что другія исповѣданія неправославныя «содержатъ истину въ неправдѣ» (Рим. 1, 18), примѣшали суемудріе и ложь къ истинѣ и не обладаютъ тѣми богодарованными средствами къ очищенію, освященію, возрожденію, обновленію, коими обладаетъ Православная Церковь. Опыты вѣковъ, или исторія Православной Церкви и прочихъ церквей, показали и показываютъ это съ поразительной очевидностью. Припомните множество святыхъ нашей Церкви, прежнихъ и нынѣшнихъ временъ, — и отсутствіе ихъ, по раздѣленіи церквей, въ другихъ, неправославныхъ церквахъ, католической, лютеранской, англиканской».

А вотъ потрясающія мысли св. Іоанна, направленныя какъ разъ противъ послѣдняго «экуменическаго» постановленія Ватиканскаго собора:

«Множество существуетъ отдѣльныхъ вѣроисповѣданій христіанства, съ различнымъ устройствомъ внѣшнимъ и внутреннимъ, съ различными мнѣніями и ученіями, нерѣдко противными божественной истинѣ Евангелія и ученію свв. Апостоловъ, вселенскихъ и помѣстныхъ соборовъ и свв. отецъ. Нельзя считать ихъ всѣ за истинныя и спасительныя: безразличіе въ вѣрѣ, или признаніе всякой вѣры за одинаково спасительную, ведетъ или охлажденію къ вѣрѣ, къ нерадѣнію объ исполненіи правилъ и уставовъ вѣры, къ охлажденію христіанъ другъ ко другу. «Симоне, Симоне, се сатана проситъ васъ, дабы сѣялъ, яко пшеницу (Лук. 22, 31). «Это онъ, сатана, и сдѣлалъ и дѣлаетъ, то-есть породилъ расколы и ереси. Строго держись Единой, Истинной Вѣры и Церкви: «Едина вѣра, едино крещеніе единъ Богъ и Отецъ всѣхъ» (Ефес. 4, 5) (стр. 31).

Въ чемъ безмѣрное превосходство нашей св. Православной Церкви?

«Православная Церковь превосходитъ всѣ церкви неправославныя, во-первыхъ, своею истиною, своимъ православіемъ, соблюденнымъ и, завоеваннымъ кровію апостоловъ, іерарховъ, мучениковъ, преподобныхъ и всѣхъ святыхъ, во-вторыхъ, тѣмъ что вѣрнѣйшимъ образомъ руководитъ ко спасенію (ровнымъ, прямымъ и вѣрнымъ путемъ); что вѣрнымъ образомъ очищаетъ, освящаетъ, обновляетъ посредствомъ іерархіи, Богослуженія, таинствъ, постовъ; въ-третьихъ, что наилучшимъ образомъ научаетъ угождать Богу и спасать душу свою, наилучшимъ образомъ руководствуетъ къ покаянію, исправленію, молитвѣ, благодаренію, славословію. — Гдѣ есть такія молитвы, славословія, благодаренія и прошенія, такое чудное Богослуженіе, какъ въ Православной Церкви? — ». (стр. 38).

Какъ сильно и выразительно говоритъ св. Іоаннъ о всей нелѣпости краеугольнаго камня догматической системы папизма — лжеученія о главенствѣ римскаго папы, какъ непогрѣшимаго «намѣстника Христова»! Вотъ его слова:

«Азъ съ вами есмь во вся дни до скончанія вѣка» (Мѳ. 28, 20). Самъ Господь всегда присущъ Своей Церкви — для чего же намѣстникъ — папа? и можетъ ли грѣшный человѣкъ быть намѣстникомъ Господа? — . Намѣстникъ Царя, намѣстникъ Патріарха въ какомъ-либо городѣ можетъ быть и бываетъ, а намѣстникомъ, замѣстителемъ Господа, Безначальнаго Царя и Главы Церкви, никто не можетъ быть. Вѣрно. Католики заблуждаются. Внуши имъ, Господи, яко нелѣпи суть тако утверждающій и гордостію обложены какъ ожерельемъ». (стр. 43–44).

Отъ этого пагубнаго ложнаго «догмата», по мысли о. Іоанна, ведетъ свое происхожденіе, какъ отъ своего корня, и все зло въ папизмѣ:

«Самое вредное дѣло въ христіанствѣ», говоритъ онъ: «въ этой Богооткровенной, небесной религіи есть — главенство человѣка въ Церкви, напримѣръ, папы, и его мнимая непогрѣшимость. Именно въ его догматѣ непогрѣшимости и заключается величайшая погрѣшность, ибо папа есть человѣкъ грѣшный, и бѣда, если онъ возмнитъ о себѣ, что онъ непогрѣшимъ. Сколько погрѣшностей величайшихъ, гибельныхъ для душъ человѣческихъ выдумала католическая, папская Церковь — въ догматахъ, въ обрядахъ, въ каноническихъ правилахъ, въ богослуженіи, въ мертвящихъ, злобныхъ отношеніяхъ католиковъ къ православнымъ, въ хулахъ и клеветахъ на Православную Церковь, въ ругательствахъ, обращенныхъ къ Православной Церкви и къ православнымъ христіанамъ! И во всемъ этомъ виноватъ непогрѣшимый, якобы, папа, его и іезуитовъ доктрина, ихъ духъ лжи, двоедушія и всякихъ неправильныхъ средствъ "ad maiorem Dei gloriam"; (къ большей, славѣ Божіей)» (стр. 44).

«Необходимо принадлежать къ Церкви Христовой, коей Глава есть Всемогущій Царь, Побѣдитель ада Іисусъ Христосъ. Царство Его есть Церковь воинствующая съ началами и властями и міродержителями тьмы вѣка сего, съ духами злобы поднебесными, которые составляютъ искусно организованное царство и воюютъ крайне опытно, умно, мѣтко и сильно со всѣми людьми, хорошо изучивши всѣ ихъ страсти и наклонности. Одинъ человѣкъ тутъ въ полѣ не воинъ; да и великое общество, но — ничего не можетъ сдѣлать съ такими врагами, хитрыми, тонкими, постоянно бодрствующими, превосходно изучившими науку своей войны. Христіанину православному нужна сильная поддержка свыше отъ Бога и отъ св. воиновъ Христовыхъ, побѣдившихъ враговъ спасенія силою благодати Христовой, и отъ Церкви земной Православной, отъ пастырей и учителей, потомъ — общественной молитвы и таинствъ. Вотъ такая-то помощница человѣка-христіанина въ борьбѣ съ невидимыми и видимыми врагами есть именно Церковь Христова, къ которой, Божіей милостью, мы и принадлежимъ. Католики выдумали новую главу, унизивъ Единую Истинную Главу Церкви — ; лютеране отпали и безъ Главы остались; англиканцы — тоже: Церкви нѣтъ у нихъ, союзъ съ Главою порванъ, помощи всесильной нѣтъ, а Веліаръ воюетъ всею силою, коварствомъ и всѣхъ держитъ въ своей прелести и погибели. Погибающихъ множество въ безбожіи и развратѣ» (стр. 52).

А вотъ, что, какъ глубоко и мѣтко указываетъ св. праведный Іоаннъ, является первопричиной зла въ римско-католическомъ папизмѣ:

«Причина всѣхъ фальшей римско-католической церкви есть гордость и признаніе папы дѣйствительной Главой Церкви, да еще — непогрѣшимою. Отсюда весь гнетъ западной церкви. Гнетъ мысли и вѣры, лишеніе истинной свободы въ вѣрѣ и жизни, на все папа наложилъ свою тяжелую руку: отсюда — ложные догматы, отсюда — двойственность и лукавство въ мысли, словѣ и дѣлѣ; отсюда — различныя ложныя правила и постановленія при исповѣданіи грѣховъ; отсюда — индульгенціи; отсюда — искаженіе догматовъ; отсюда — фабрикованіе святыхъ западной церкви и несуществующихъ мощей, не прославленныхъ Богомъ; отсюда — «взиманіе на разумъ Божій» (2 Кор. 10, 5) и всякое противленіе Богу подъ видомъ благочестія и ревности о большей славѣ Божіей» (стр. 58).

«Папа и паписты до того возгордились и вознесли себя, что вздумали критиковать Самого Христа, Саму Ѵпостасную Премудрость Божію и простерли (подъ предлогомъ развитія догматовъ) гордость свою до того, что извратили нѣкоторыя Его словеса, заповѣди и установленія, которыя не должны быть измѣняемы до скончанія вѣка, напр., слово о Духѣ Святомъ, заповѣдь о чашѣ пречистой Крови Его, Которой они лишили мірянъ, ни во что поставили слова апостола Павла: «Елижды бо ясте Хлѣбъ сей, и Чашу сію піете, смерть Господню возвѣщаете, дондеже пріидетъ» (1 Кор. 11, 26); вмѣсто кваснаго хлѣба употребляютъ на литургіи опрѣсноки». (стр. 59).

Эта гордость и явилась источникомъ безмѣрнаго фанатизма и убійственной ненависти ко всѣмъ инакомыслящимъ, которой такъ прославился римско-католическій папизмъ на протяженіи исторіи:

«Ненависть къ Православію, фанатизмъ и преслѣдованія православныхъ, убійства — проходятъ красной нитью чрезъ всѣ вѣка жизни католичества. Отъ плодовъ ихъ познаете ихъ. Таковъ ли духъ заповѣданъ намъ Христомъ? Если кому, то католикамъ, лютеранамъ и реформаторамъ можно всегда сказать: «Не вѣсте, коего духа есте» (Лук. 12, 51–52)». (стр. 58).

Вотъ къ чему привела римо-католиковъ подмѣна Главы Церкви Христа папою!

«У католиковъ глава Церкви собственно , и католики о папѣ ревнуютъ, а не о Христѣ, за папу воюютъ, а не за Христа, и ихъ ревность по вѣрѣ переходитъ всегда въ фанатизмъ страстный, человѣконенавистный, остервенѣлый, фанатизмъ крови и меча (костры), непримиримости, двоедушія, лжи, хитрости» (стр. 87).

Въ нашей Православной Церкви, по мысли св. праведнаго Іоанна, даже самое богослуженіе наше постоянно напоминаетъ намъ о нашемъ духовномъ единствѣ подъ общимъ для всѣхъ насъ, христіанъ, , что нарушено совершенно и у римо-католиковъ и у протестантовъ, исказившихъ самую идею Церкви.

«При всякомъ богослуженіи церковномъ», говоритъ св. прав. Іоаннъ: «домашнемъ, частномъ и общественномъ — духовному взору православнаго христіанина представляется мысль, , которое есть тѣло Христа, столпъ и утвержденіе истины, Глава коего есть Самъ Христосъ Богъ; эта Церковь Христова, или духовное Тѣло Христа состоитъ изъ трехъ колѣнъ — небеснаго, земного и преисподняго, потому св. Церковь земная (или колѣно земное) ежедневно ходатайствуетъ предъ своимъ Главою о прощеніи грѣховъ усопшихъ въ вѣрѣ и покаяніи и о водвореніи ихъ въ Царствѣ Небесномъ, и въ посредники своего ходатайства призываетъ членовъ Церкви небесной и Саму Начальницу мысленнаго назданія церковнаго — Матерь Божію, да молитвами ихъ Господь покроетъ грѣхи ихъ и не лишитъ Царства Небеснаго. Намъ, живущимъ на землѣ членамъ Церкви Божіей, — весьма отрадно и утѣшительно всегда вѣровать, знать и надѣяться, что духовная Мать наша св. Церковь непрестанно тайно день и ночь молится и за насъ, что мы находимся всегда подъ покровомъ благодатнымъ Самого Господа, Богоматери, св. Ангеловъ, Предтечи и всѣхъ святыхъ. У католиковъ глава Церкви — папа, человѣкъ погрѣшительный (хотя и провозглашенъ онъ неправильно непогрѣшимымъ) и, какъ таковой, допустилъ множество погрѣшностей въ Церкви Христовой, и самыми дѣлами сказался таковымъ, и самое понятіе о Церкви Божіей исказилъ и сковалъ духовную свободу и совѣсть христіанъ-католиковъ, подвергая въ то же время неправильной хулѣ и непріязни католиковъ св. Православную Церковь, столпъ и утвержденіе истины. У протестантовъ — нѣмцевъ и англичанъ, совсѣмъ извращено понятіе о Церкви, ибо нѣтъ у нихъ благодати законнаго священства; нѣтъ таинствъ, кромѣ крещенія и (самаго главнаго) причащенія Тѣла и Крови Христовой; нѣтъ колѣна небеснаго — Церкви небесной: не признаютъ святыхъ; нѣтъ и колѣна преисподняго — умершихъ не признаютъ и не молятся за нихъ, считая это ненужнымъ. Слава Церкви Православной! Слава Христу Богу — Святѣйшей Главѣ, единой Главѣ Церкви Божіей на землѣ! Слава Богу въ Троицѣ, что мы не впали въ хулу на Бога, не признали и не признаемъ во вѣки главою Церкви святой (стр. 65–66).

А вотъ какъ смотрѣлъ св. прав. Іоаннъ на всѣхъ непринадлежащихъ къ нашей св. Православной Церкви:

«Благодарю Господа, послушавшаго и слушающаго молитвы мои при видѣ всеспасительной и страшной Жертвы (Тѣла и Крови Христовыхъ) католическаго, лютеранскаго, англиканскаго и иныхъ» (стр. 59).

«Чинъ обращенія отъ разныхъ вѣръ и исповѣданій и присоединенія къ Православной Церкви — Необходимость — оставленія ложныхъ вѣръ и исповѣданій, отрицанія заблужденій, исповѣданія Истинной Вѣры и — покаянія во всѣхъ прежнихъ грѣхахъ и обѣщанія Богу хранить и твердо исповѣдывать , беречься грѣховъ и жить въ добродѣтели» (стр. 57).

Вотъ — ясное и категорическое осужденіе св. Іоанномъ Кронштадтскимъ столь моднаго теперь «экуменизма», уже захватившаго всѣ помѣстныя православныя церкви, вотъ — сильный и рѣшительный отвѣтъ всѣмъ «экуменистамъ», пропагандирующимъ подъ предлогомъ мнимой «христіанской любви», равноцѣнность и равноправіе всѣхъ вѣръ и исповѣданій!

Въ заключеніе необходимо намъ упомянуть, въ качествѣ наглядной и красочной иллюстраціи къ словамъ св. праведнаго отца нашего Іоанна Кронштадтскаго о «духѣ лжи» въ римско-католическомъ папизмѣ, какъ римско-католическіе ксендзы въ нашемъ Западномъ Краѣ усиленно распространяли клевету на св прав. Іоанна, что будто бы онъ перешелъ въ католичество и потому такъ прославился своей прозорливостью и чудотвореніями Эта клевета, несмотря на всю ея нелѣпость, повторялась и впослѣдствіи. Въ 1932 году въ г. Вильно въ іезуитскомъ журналѣ «Къ соединенію» нѣкій ксендзъ Сѣмяцкій не постыдился напечатать слѣдующія строки: «О. Іоаннъ Кронштадтскій много совершалъ чудесъ, пока былъ католикомъ, но какъ только отрекся отъ католичества, сила чудотворенія оставила его».

Вотъ какъ отвѣчаетъ на такую фантастическую небылицу самъ св. праведный Іоаннъ въ своемъ словѣ, сказанномъ въ г. Витебскѣ въ Петро-Павловской церкви 7-го апрѣля 1906 года:

«Сильно желалъ я, дорогіе отцы, братіе и сестры, побесѣдовать съ вами здѣсь въ вашемъ городѣ и храмѣ, во славу Божію и святой, непорочной нашей вѣры и Церкви, и къ утвержденію вашему на спасительномъ пути. Почему я хотѣлъ съ особеннымъ желаніемъ побесѣдовать съ вами? А вотъ почему. Живя и служа въ Кронштадтѣ священникомъ вотъ уже пятьдесятъ первый годъ, я, за послѣднее время получалъ много писемъ изъ западнаго польскаго края, особенно гродненской и виленской губерній, — писанныхъ, такъ сказать, кровавыми слезами, съ горькими жалобами на католическихъ патеровъ и ихъ приспѣшниковъ мірянъ-католиковъ, на гоненіе отъ нихъ православныхъ христіанъ и принужденіе ими всякими насильственными мѣрами къ переходу въ католичество, при чемъ патеры безъ всякаго зазрѣнія совѣсти , да и самъ Царь якобы сдѣлался католикомъ, и всѣмъ велитъ принимать католическую вѣру. Столь безсовѣстно и Царя, католики многихъ православныхъ крестьянъ заставили принять католичество и навязать имъ чуждую вѣру. Это ли духъ Христовъ? Не доказываютъ ли патеры образомъ своихъ дѣйствій, что католическая вѣра не имѣетъ сама въ себѣ жизненной силы, покоряющей умъ, сердце и волю человѣка къ добровольному послѣдованію ей, — и что послѣдователи ея завлекаютъ людей правомыслящихъ только

Дорогіе отцы и братія! Вы знаете мое твердое пребываніе и служеніе вотъ уже пятьдесятъ лѣтъ; знаете, можетъ быть, и мою всегдашнюю ревность по , знаете о моихъ многочисленныхъ писаніяхъ во славу Божію и Церкви и о многочисленныхъ знаменіяхъ силы Божіей, явленныхъ не только надъ православными христіанами, но и надъ католиками и лютеранами и даже евреями и магометанами, когда они съ вѣрою обращались къ посредству моихъ молитвъ? Объ этомъ свидѣтельствовали и свидѣтельствуютъ хроники газетныя, — и не ложныя, правдивыя показанія очевидцевъ. Свидѣтельствую и я нынѣ предъ всѣми вами и предъ Всевидящимъ Богомъ, что и понынѣ не оскудѣваютъ у насъ чудеса исцѣленій. Значитъ ли это, что Вѣра, Православная — мертвая вѣра, какъ клевещутъ католики? Не свидѣтельствуетъ ли она непрестанно о своей жизненности и спасительности, о своей Богоугодности?

Я не хочу приводить во свидѣтели безпристрастную тысячелѣтнюю исторію: она довольно извѣстна всему образованному міру. Еще свѣжа память злополучной уніи семнадцатаго вѣка у насъ въ Россіи: — свѣжа память , съ которой истреблялись католиками православные храмы въ западномъ краѣ; памятны всѣ ужасныя поношенія и ругательства, коими обзывалась православная вѣра и Православная Церковь и несчастные православные христіане. Теперь возобновились опять времена уніи. И это когда? Когда католикамъ дана полная свобода, свобода, конечно, не для гоненія Православія и православныхъ, а для взаимнаго, мирнаго, братскаго сожитія съ православными согражданами.

Я привелъ въ началѣ слова Апостола Павла о Церкви, какъ Тѣлѣ Іисуса Христа, и о Христѣ, какъ Главѣ Церкви, «Которая есть полнота Наполняющаго все во всемъ» (Ефес. 1, 23).

Мы твердо вѣруемъ въ эту единую Главу Церкви, и другой, видимой главы непогрѣшимой признать не можемъ, ибо нельзя работать двумъ господамъ. Вполнѣ довольно намъ единой Главы, всеправедной, всевѣдущей, всемогущей, всенаполняющей (полнота Наполняющаго все во всемъ). Эта Глава управляетъ нами, защищаетъ насъ и укрѣпляетъ въ вѣрѣ Духомъ Святымъ, священнодѣйствуетъ, просвѣщаетъ, спасаетъ, приводитъ къ совершенству.

А если хотите видѣть славные и богопріятные плоды вѣры нашей православной, — то мы укажемъ врагамъ нашимъ на множество орловъ небесныхъ, возлетѣвшихъ отъ земли нашей на небо къ Самому Солнцу Правды — всѣхъ Святыхъ нашихъ древнихъ и новыхъ, прославленныхъ равноангельной жизнью, нетлѣніемъ мощей и безчисленными чудесами.

Въ заключеніе скажу, что истина нашей вѣры заключается въ ней самой, въ самомъ существѣ ея: въ ней — «да», и въ ней самой — «Аминь».

И я кончаю мое слово словомъ — аминь».

Для всѣхъ, кто свято чтитъ нашего новоявленнаго великаго угодника Божія св. праведнаго отца Іоанна Кронштадтскаго, вышеприведенныхъ свидѣтельствъ его болѣе чѣмъ достаточно, — тѣмъ болѣе, что правдивость и убѣдительность ихъ подтверждается самою жизнью и безпристрастной исторіей.

Какое же послѣ этого довѣріе можемъ мы имѣть къ основанному на лжи и пропитанному насквозь ложью римско-католическому папизму, пока онъ не отречется рѣшительно и всенародно отъ своей пагубной лжи и порожденныхъ ею гибельныхъ для душъ людскихъ заблужденій?

Никакихъ компромиссовъ съ нимъ не можетъ быть и никакого общенія, ибо «кое причастіе правдѣ къ беззаконію? или кое общенія свѣту ко тьмѣ?» (2 Кор. 6, 14).

Единственный правильный путь въ наше лукавое, исполненное всякой лжи и обмана время, это путь, указываемый тѣмъ же нашимъ великимъ праведникомъ:

«Борись со всякимъ зломъ, немедленно гаси его, воюй съ нимъ даннымъ тебѣ отъ Бога оружіемъ Святой Вѣры, Божественной мудрости и правды, молитвою, благочестіемъ, крестомъ, мужествомъ, преданностью и вѣрностью!» (Слово 30 авг. 1906 г.).


Архіепископъ Аверкій.


Примечания

1

Печатается с нѣкоторыми исправленіями, Варшава Синодальная Тѵпографія 1928 г.

(обратно)

2

Переп. съ изданія Срем. Карловци, Сербская Мон. Тип. 1922.

(обратно)

3

Переп. съ изданія Почаев. Лавры на Волыни. 1906 г.

(обратно)

4

Примѣчаніе: Статья перепечатана съ изданія Св.-Троицкаго Монастыря, «Правда объ уніатствѣ», 1990 г.

(обратно)

Оглавление

  • Отъ Издательства
  • Брестская унія
  • Ив. Малышевскій Правда объ уніи къ православнымъ христіанамъ[1]
  • Митрополитъ Антоній Бесѣды православнаго священника съ уніатскимъ о заблужденіяхъ латинянъ и уніатовъ греко-католиковъ[2]
  • Н. Тальбергъ Гонитель православныхъ
  • О непогрѣшимости и главенствѣ папъ
  • Николай Воейковъ Правда объ уніатствѣ[4]
  • Св. праведный отецъ Іоаннъ Кронштадтскій и римско-католическій папизмъ
  • *** Примечания ***



  • MyBook - читай и слушай по одной подписке