КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы  

Ведьмачья сказка или секретная миссия для ведьмака. Том 3 (СИ) (fb2)

Возрастное ограничение: 18+


Настройки текста:



========== Часть 1 ==========


Комментарий к

Итак, это третий том Ведьмачьей сказки - фанфика, выросшего из маленькой стебной зарисовки в “нечто большее” и все продолжающего разрастаться. Надеюсь, вам, так же как и мне, доставляет удовольствие следить за отношениями главных героев. Этот том будет посвящен им практически полностью (в том числе и постельной части), но и без парочки интересных поворотов сюжета не обойдется. Объем ожидается внушительный)

Не забывайте писать комментарии, отмечать, что вам нравится и что вы ожидаете продолжения, если это так) Ваша активность - авторское вдохновение!

Ну что ж, начнем, пожалуй!

Ведьмак кивнул. Критерии, на основании которых женщины оценивали привлекательность мужчин, не впервой ставили его в тупик…

А.Сапковский


В Каэр Морхен портал открывать доверили мне. И я, несмотря на, наверное, сотню открытых за последнюю неделю порталов, вдруг заволновалась. Что меня там ждет? Или точнее кто?..

Большой зал крепости встретил меня пустотой. Истертые полы, потрескавшиеся стены с недостающими камнями, грязные, местами заколоченные окна, строительные леса, кучи ящиков, составленных в стопки и будто нарочно делящих помещение. Вот тут библиотека с письменным столом — гора ящиков отделяет ее от рабочего стола для починки оружия и доспехов. Еще гора ящиков и какие-то пустые клетки. С другой стороны был стол, за которым мы сидели с Весемиром. Он тоже был отделен ящиками от чахленькой рассады, через ящики от которой располагалась какая-то странная горизонтальная железная конструкция с ремнями неизвестного мне назначения. Подобным образом была заставлена вся зала. С одной стороны, функционально: помещение одно, а зоны разные. А с другой, создавалось впечатление обитаемого склада. Но, несмотря на все это, я вдруг очень остро ощутила, что вернулась. Всю прошедшую неделю я только и делала, что десятками поглощала новые, неведомые мне раньше, места. А тут я наконец вернулась! И не просто на ночевку к Трисс или Йен. Я вернулась в уже знакомую мне крепость, чтобы увидеться со старыми знакомыми. И это было определенно приятное ощущение, что не все в этом мире мне незнакомо. Заулыбавшись, я сделала несколько шагов вперед, с удовольствием снова скользя взглядом по знакомым мне старым стенам.

— Так-так, никто нас не встречает, — проворчала Йеннифер. Потратив не менее часа на приведение себя в порядок, она вполне могла позволить себе быть недовольной отсутствием встречающей делегации. Ее волосы объемными кудрями ниспадали на плечи в кажущемся беспорядке, а черный брючный костюм идеально сидел на отточенном магией теле.

— А ты уверена, что они уже здесь? — уточнила у нее Трисс, потратившая на приготовление к встрече не меньше времени. Ее восхитительные рыжие волосы были тщательно причесаны и уложены самым элегантным образом, а одежда куда более жизнерадостных оттенков была подобрана так, чтобы как можно выгоднее подчеркивать ее поразительно тонкую талию.

Я тоже готовилась, не буду врать, но до них мне было еще очень далеко. Вряд ли джинсы и джемпер с лисой можно было назвать изысканной одеждой, призванной очаровывать мимо проходящих мужчин, но мне нравилось, как я в этом выглядела. Отдельно душу грели те самые ботинки, в которых я попала в этот мир. Я специально надела их снова.

— Я их предупредила, что мы прибудем через неделю, — ответила ей Йен.

— Похоже, они подготовились к этому и спрятались, — решила я внести свою лепту в разговор.

— Кхе-хи… — фыркнула Трисс, заулыбавшись. — Ага, собрали вещи и убежали, куда глаза глядят, от одной только мысли, что здесь появятся сразу три чародейки.

Йен, поначалу явно собиравшаяся смерить меня одним из своих высокомерных взглядов, передумала и тоже усмехнулась.

— Пусть только попробуют, — с улыбкой пригрозила она отсутствующим тут ведьмакам.

Я еще больше развеселилась, представив, как Йен со всей присущей ей страстью находит ведьмаков на полпути отсюда в какую-нибудь деревню и отчитывает их, глядя самым строгим своим взглядом. Чародейки о чем-то еще говорили, но я слушала невнимательно. Мои мысли заняла проскочившая яркой молнией идея. Я поспешила к ближайшей колонне и, сгорая от любопытства, приложила к ней ладони. Замок отозвался на мою магию гулом, но звучал он, похоже, только в моей голове. Даже одна лишь цитадель была невероятно огромной для меня, а уж вся крепость, со всеми ее стенами и бастионами, и подавно. Я почувствовала, как у меня пошла кругом голова от невероятных размеров и мощи этого сооружения. Старые камни, еще помнящие морские волны, были крепки несмотря ни на что. Однако время и заброшенность медленно, но верно точили и их. Я же вдруг страстно захотела откатить это время, захотела увидеть этот величественный замок во всей его красе и силе, захотела испытать на нем свою силу Старшей крови. Открывшиеся с шумом огромные двери большого зала прервали мои уже приготовившиеся перейти к делу мысли. На пороге появился Весемир и сразу направился ко мне быстрым шагом. Все такой же седой, все такой же энергичный и желтоглазый и с искрой узнавания во взгляде. Точь-в-точь как я его запомнила. С его появлением я внезапно вспомнила, что нахожусь не у себя дома и творить, что пожелаю, тут не могу. Не раздумывая ни секунды, я поспешила к нему навстречу.

— Весемир! — воскликнула я, замерев в паре шагов от него. — Разреши мне восстановить замок!

Ведьмак, остановившийся напротив меня и явно собиравшийся что-то сказать, резко передумал и недоуменно взглянул на меня.

— Пожалуйста, — добавила я, чувствуя, что меня разорвет на части, если он откажет.

— Девушки из приличных семей сначала здороваются, прежде чем излагать просьбы, — нахмурившись, неожиданно громко ответил мне ведьмак.

Оторопев всего на мгновенье и не медля боле, я выдала реверанс. После чего медленно с достоинством поклонилась, как того требовал тот самый занудный королевский этикет, который я постигала в компании искушенной придворной львицы Филиппы.

— Приветствую вас, достопочтенный смотритель оплота ведьмаков, — медленно с пафосом произнесла я, очень стараясь удержать на лице приличествующее словам выражение. Ведьмак, явно на такое не рассчитывавший, замер, никак не реагируя. — Могу ли я теперь обратиться к вам со своей маленькой просьбой? — так и не дождавшись реакции, спросила я.

Старый ведьмачий наставник вернул свои поползшие на лоб брови на место и снова их чуть нахмурил.

— Здравствуй. Можешь, — чуть дрогнувшим голосом ответил он, после чего откашлялся.

— Весемир! Разреши мне восстановить замок! — прекратив спектакль, воскликнула я с тем же огнем, что и в первый раз. — Пожалуйста!

— В каком смысле восстановить? — теперь уже по-настоящему нахмурился старик.

— В прямом, — тут же ответила я. — Вернуть ему прежний вид.

— Как? Это же невозможно! — развел руки в стороны Весемир.

— Она сможет, — вместо меня ответила Йен. И они с Трисс, до того видимо наблюдавшие за представлением, подошли ближе. — Здравствуй, Весемир.

Трисс же, знавшая старика более близко, приветствовала его объятьями.

— Здравствуйте, здравствуйте, — отозвала он. — Прибыли, наконец. А мы ждали вас вчера.

— А сегодня уже не ждете? — вздернув одну бровь, уточнила Йен.

— Ну, — взмахнул руками ведьмак. — Кто вас знает, когда вы придете, если в назначенный срок не явились. А от виверн никакого спасу нет, прямо у стен крепости бродят, твари. Мальчики пошли на них охотиться. К вечеру будут.

— Все в грязи, в крови и упившиеся эликсиров, — поморщившись, дополнила картину Йеннифер. — Понятно.

Весемир на это никак не отреагировал.


========== Часть 2 ==========


— Где мы можем расположиться? — поинтересовалась Трисс.

— Как обычно, северо-восточная башня в вашем распоряжении.

— А как же королевский двор Ковира? — прищурившись, повернулась к ней Йен. — Неужели советница самого короля может так легко его покинуть?

— Я не собираюсь его покидать, — выделила последнее слово Трисс, недовольно поджимая губы. — Но нам с Брин вскоре нужно будет проводить тестирование ее средства. Это может потребовать моего длительного присутствия тут. К тому же я хочу продолжать быть в курсе ее успехов!

Я искоса глянула на рыжеволосую лису. Во время моего обучения на Скеллиге, за моими успехами она успешно следила из Ковира, регулярно наведываясь в гости и возвращаясь обратно. Опыты же с мазью тоже не привязывали ее к Каэр Морхену и позволяли приходить ко мне порталом в любое время. Я, конечно, была рада перспективе жить под одной крышей с веселой и легкой Трисс, но причины ее желания поселиться тут никакой критики не выдерживали, а значит, тут было что-то нечисто.

— А комната, в которой я спала в прошлый раз? — уточнила я. — Я могу снова в ней поселиться?

— Она в этой же башне, — кивнул Весемир.

— На втором этаже? — почему-то заинтересовалась моя наставница и, увидев второй кивок ведьмака, продолжила. — Чудно! Удобно будет утром подниматься ко мне на тренировку.

Я закатила глаза.

— А ты думала, твое обучение окончено? — саркастически поинтересовалась чародейка. — Ничего подобного! Ты еще так и не научилась открывать порталы в другие миры и не нашла Цири, а значит, мы продолжаем развивать твою силу. Здесь, в Каэр Морхене, как раз очень удачное уединенное место, чтобы не привлекать к твоим способностям внимание. Так что утром…

— Как штык, — уныло продолжила я за строгую женщину и, резко выпрямившись, четким движением изобразила отдание чести. — Так точно, госпожа чародейка-наставница! — Йеннифер лишь покачала головой. — Только этим, наверно, лучше не в помещении заниматься.

— Вот завтра все и решим.

Ответ меня вполне удовлетворил, так что я повернулась к ведьмаку и снова вернула разговор в нужное мне русло.

— Так что насчет восстановления крепости? Я могу этим заняться? — еще раз настойчиво спросила я.

— Брин, я не совсем понимаю, о чем ты, — признался ведьмак. — Ты только появилась, ни здрасте, ни как дела. Ну, ладно-ладно, ты поздоровалась! И вместо того, чтобы рассказать как поживаешь, тут же меня о чем-то спрашиваешь?

— Да что рассказывать? Сидела шесть лет в доме, постигала магию, а теперь вот меня выпустили! — опустив все подробности, укоротила я описание своего жития-бытия. — Мир наконец-то увидела, в который меня судьба закинула! А потом сюда. Рада тебя снова видеть!

— Шесть? — недоверчиво переспросил Весемир.

— Угу, специальное заклинание, — кивнула я.

— Восстанавливать крепость ты тоже хочешь специальным заклинанием? — недоверчиво прищурился ведьмак.

— Это особенность силы Старшей крови, — вмешалась Йен в наш диалог. — Она может…

— Я покажу, — решительно остановила я бесполезный пересказ того, что можно было один раз увидеть. — Заодно и посмотришь, чему меня научили. Вот, смотри!

Я быстрым шагом подошла к ближайшей колонне, выбрала первый попавшийся выщербленный и наполовину отколовшийся камень в кладке и подняла руку, расположив ладонь точно напротив него. Образ из прошлого выплыл сразу же, несмотря на долгие годы, отделяющие его от текущего момента. Вытащить его через время было уже совершенно привычно, так что оставалось только влить силу, и вуаля: камень в колонне как новенький. И даже края соседних с ним подновились, зацепленные моей магией. Я убрала руку.

— Что это? — подозрительно спросил Весемир, уже оказавшийся подле меня. — Иллюзия?

— Нет, посмотри сам, — предложила я ему, делая шаг в сторону. — Это настоящий камень, точно такой же, как когда-то стоял тут.

Ведьмак подошел еще ближе к колонне, наклонился к камню, почти упираясь в него носом, ощупал, постучал по нему, поднес свой медальон и только после этого выпрямился.

— То есть ты хочешь сказать, что ты можешь так отстроить всю крепость? — серьезно и даже несколько озабоченно спросил старик.

— Не сразу, конечно же, крепость огромна. Постепенно смогу восстановить всю, — пообещала я. — Если ты позволишь.

— Нет, — неожиданно зло выдал ведьмак.

Я даже чуть отпрянула от него.

— Но почему? — пробормотала я, сбитая с толку такой резкой реакцией.

Весемир строго смотрел на меня в упор.

— Для кого ее восстанавливать? — наконец заговорил он. — Для горстки ведьмаков, которые скоро вымрут? Кому оно надо? — бросил старик и, развернувшись, зашагал прочь.

Я даже головой потрясла, не веря своим ушам.

— В смысле?! Это ваш дом! Твой и остальных! — воскликнула я. Ведьмак остановился. — Какая разница сколько вас? Почему если вас только четверо, вы должны жить в руинах? Ты же сам замазывал дыры в стенах, чтобы крепость дальше не разрушалась! Так почему теперь, когда я говорю, что могу ее восстановить, ты отказываешься?!

Весемир развернулся обратно ко мне.

— В этом нет смысла, — равнодушным тоном ответил мне он.

— А какой смысл в том, чтобы позволить ей разрушаться? — спросила я. — Как минимум в крепости сейчас находимся мы, а что будет в будущем неизвестно. Может быть, удастся восстановить утерянные знания по созданию ведьмаков, а может быть, здесь будет что-нибудь другое. В любом случае, чем плохо жить в замке, который не роняет на головы камни и не несет в себе постоянную угрозу обрушения? К тому же это шикарное пособие для развития моей силы. Где еще я раздобуду такой масштабный материал для практики? Да и просто жаль, что такое сооружение дряхлеет и превращается в руины!

Когда эхо моих слов отзвенело, в большом зале наступила тишина.

— Раз это принесет тебе пользу… Позволяю, — обдумал все и переменил свое решение смотритель. — Каэр Морхен в твоем распоряжении! Надеюсь, ты не поможешь ему развалиться быстрее, чем мы все сгинем.

— Он не развалится, — пообещала я, просияв. — Пока я здесь — точно!


========== Часть 3 ==========


Ведьмак недоверчиво покачал головой, а потом неожиданно спохватился:

— Вот я тоже хозяин. Ни присесть не предложил, ни поесть! — обеспокоился он. — Вы голодные?

— Нет, — качнула я головой. — Мы недавно завтракали.

— Мы пойдем пока устраиваться, — подала голос до того молчавшая Йеннифер.

— Ага, — кивнула Трисс, после чего удостоилась еще одного недовольного взгляда от Йен, но проигнорировала его.

Я отправилась вместе с ними.

— Надо кстати с лабораторией что-нибудь придумать, — вспомнила я. — Я, конечно, могу и порталом ходить к себе, но все-таки лучше было бы устроить ее здесь.

— Лаборатория у ведьмаков в подвале, — ответила Йен. — Но они туда чародеек не допускают.

— Почему? — удивилась я.

— А вдруг мы утащим их драгоценные ведьмачьи секреты! — закатила глаза Трисс.

— Куда утащите? — не поняла я. — Какие секреты?

Трисс усмехнулась.

— Людям! А ведьмаки все опасаются, что потом их секреты им же во вред начнут использовать. Или вообще начнут снова ведьмаков создавать.

— Как можно использовать это против них? И что плохого в создании ведьмаков? — заинтересовалась я.

— А это ты уже у них спроси. Я не знаю, — пожала плечами Трисс.

— Так что в свою лабораторию они нас не пустят, — подвела итог Йен. — Но есть и другая часть подвала. Правда, насколько я помню, в прошлый раз она была затоплена. Вряд ли что-то изменилось с тех пор.

— Воду можно откачать, подвал осушить, стены укрепить, — тут же предложила я.

— После обеда займемся этим, — согласилась Йен.

— Ок, — кивнула я и развернулась к двери своей комнаты, до которой мы как раз поднялись по винтовой лестнице башни. — Увидимся!

Чародейки отправились выше, а я взялась за ручку и толкнула дверь. И без того не слишком яркий дневной свет, проходя через грязные окна, терялся еще больше, но даже так было видно полное запустение помещения. Я прошла в центр и осмотрелась. Та же мебель на тех же местах, что и в тот день, когда я отсюда ушла, разве что под толстенным слоем пыли. Даже разводы от тряпки, теперь припорошенные пылью, видны. Я подошла к кровати и замерла. Вот тут шесть лет назад я положила письмо Эскелю. Сейчас его не было. Сердце непроизвольно ускорило свой темп. Скоро мне предстояло встретиться с ведьмаком…

Шумно выдохнув, я крутанулась на каблуках и решительно вернула свои мысли к комнате. Для начала следовало привести в порядок ее саму, а уже потом думать о меблировке. Уж коль я подписалась сделать капитальный ремонт всего замка, а то и всей крепости, надо опробовать новый способ приведения помещений в порядок. В конце концов, высоченные замковые своды тактильным способом восстанавливать будет сложновато. Так что я раскинула руки в стороны и прикрыла глаза, охватывая мысленным взором все помещение и вытаскивая из закромов времени его первозданный вид. Держать в памяти весь образ комнаты оказалось делом весьма непростым. А потому я вынуждена была срочно придумать какой-то более надежный способ хранения информации, иначе возникал риск потерять часть канвы в процессе самого восстановления.

Решение проблемы с запоминанием больших объемов информации об архитектуре здания пришло в мою голову спонтанно. Я просто попыталась вспомнить все, что умею, и первым в списке значился лед. Вот уж для создания чего мне вовсе не приходилось напрягаться! Недолго думая, я поспешила претворить свою неожиданную идею в жизнь. Сосредоточив свою холодную магию в кончиках пальцев, я послала ее к стенам, полу и потолку комнаты, точно повторяя тот образ, что вытащила из глубин прошлого. Открыв глаза через пару минут, я узрела настоящие ледяные покои. Все-все-все поверхности комнаты были покрыты тонким слоем льда, а в местах отвалившейся штукатурки или даже недостающих фрагментов камней лед был толще. Внутри стен лед тоже был. Он восполнял пустоты или восстанавливал раскрошенные куски. В дневном свете лед переливался и сверкал тысячами маленьких искорок, наполняя комнату множеством бликов и отсветов. Красота неописуемая! Я даже рот раскрыла, любуясь деянием рук своих, постепенно задирая голову все выше и выше.

— Потолок ледяной, дверь скрипучая…

За шершавой стеной тьма колючая…

Как войдешь за порог, всюду иней,

А из окон парок синий-синий, — напела я и закружилась по комнате. Тут же поскользнулась, чуть не упала и рассмеялась.

Пришла пора переходить ко второй фазе. Я снова заняла стратегически важное место в центре комнаты и зачерпнула побольше магии. На сей раз я направила обе руки вперед и сосредоточилась на определенном участке стены. Под моим пристальным взглядом и при участии довольно сильного магического потока лед стал постепенно заменяться камнем. Преобразив таким образом одну стену, я остановилась и перевела дух. Полюбовавшись новенькими камнями с полминутки, я снова зачерпнула энергии и принялась за следующую стену. После получаса неторопливой осторожной работы вся комната уже не сверкала льдом, но радовала глаз свежеуложенным и отшлифованным камнем, а грязь вся оказалась на полу. Окно же, похоже, по-настоящему чистым тут не было никогда, так что его пришлось помыть отдельным заклинанием. А вот камин порадовал какой-никакой отделкой и довольно затейливой каминной решеткой. Вспомнив, где в замке хранятся дрова, я достала себе некоторый запас и уложила их в топку и в предназначенную специально для этого нишу.

«Это сейчас мне не холодно, а ночью точно пригодится!» — с этими мыслями я невзначай обратила внимание на свои руки.

Морозный узор на них покрывал уже далеко не только ногтевые пластины. Закатав рукава, я проследила морозные лозы почти до самых подмышек. Помимо этого, сама кожа, и так шесть лет солнца толком не видевшая, стала еще бледнее и покрылась изморозью, будто мелкой белой пудрой, едва заметно поблескивающей на свету. Выглядело, с одной стороны, красиво, а с другой — жутко, если помнить, что это вообще-то мои руки. Но я отчетливо понимала, что это следствие применения мной большого количества магии и скоро должно было пройти. Вернув рукава на место, я направилась в чулан. Никаких дополнительных размышлений не требовалось, чтобы сразу же придумать, как его использовать. Так что по уже опробованной технологии с чуланом я расправилась в два счета. Уж не знаю, что здесь было раньше, но теперь тут отлично поместился унитаз и раковина, а также маленькое зеркало, вешалка для полотенец, магический светильник и шкафчик со средствами для умывания. На ванну или хоть бы душ, к сожалению, места никак бы не хватило. А потому мне еще предстояло придумать, как организовать это в основном помещении. Тут же, в чуланчике, довольно быстро стало уютно от натасканных мной из своего дома вещей. Пожертвовав одной из ванных комнат, я стащила оттуда сантехнику и аксессуары. Запирающая магия на доме для меня, разумеется, никакой помехой не была, поэтому вскоре я полностью закончила с таким маленьким, но очень важным уголком своего текущего жилища.

Вернувшись в комнату, я еще раз окинула все взглядом, прикидывая какую мебель сюда перенести, куда ее поставить и можно ли использовать ту, что уже здесь есть. Если стол в целом мне даже нравился — монументальный и не слишком простой, приведенный к первозданному виду, он сразу заслужил свое место в комнате, — то стул, при всем своем внешнем соответствии столу, никакой критики не выдерживал. Я только представила, что мне придется просиживать на нем часами, как у меня уже заныла пятая точка. Стул определенно следовало выбрать более комфортный. Мысленно просканировав комнаты в своем доме, а также кладовку в подвале, в которую складировала не пригодившиеся, но перспективные плоды моего обучения, я одним махом избавилась от кровати и слишком уж маленькой книжной полки. А вот шкаф, напротив, восстановила. Бадья с ширмой отправились следом за кроватью. На их место у меня были свои кандидаты, нужно было только разобраться, где устроить банный уголок, где спальный, а где рабочую зону и зону отдыха, благо места на все это было предостаточно. Собственно, иначе бы я столько и не запланировала.

Комментарий к

В группе вк планирую по выходным делать небольшие спойлеры к проде (https://vk.com/umnowa_e_e).

Присоединяйтесь!


========== Часть 4 ==========


С рабочим столом было проще всего — он встал у окна, и оброс со всех сторон полками, тумбочками и ящиками для бумаг. В противоположный, самый темный, угол поближе к камину отправилась кровать. Несмотря на полностью современную начинку, дизайн ее был ближе к позднему средневековью, что делало ее слегка помпезной. Когда-то я вытащила ее, чтобы поставить в своей комнате еще в доме на Скеллиге, но не рассчитала с размером этого королевского ложа и пришлось подбирать поскромнее. Сюда же эта королевских размеров кровать вписалась идеально. И даже нашлось место для шедших к ней в комплекте тумбочек и банкетки. Посмотришь, и душа радуется. Наконец-то я нашла ей место! Для установки ванной в итоге осталось два места: у двери и у второго окна. Рассудив, что в окна заглядывать тут попросту некому, да и зачаровать мне их никто не помешает, я разместила ванну у окна, оборудовав там все необходимое для помывочных процедур и просто релаксации. Заодно и к чулану-туалету близко. Между кроватью и ванной удачно вписались шкаф и зеркало, а от двери ванну отгородила неброская светлая ширма, которую еще пришлось поискать в своем мире, а потом «купить». Как-то раньше мне ширмы не требовались, а тут вот нужда появилась. Место же около выхода сам собой занял один очень приглянувшийся мне диван, у которого возникли точно такие же проблемы как и у кровати. Он мне ужасно нравился, но никуда не помещался без ущерба для комфортного перемещения. Теперь этот, прямо-таки излучающий комфорт и мягкость, кусок мебельной промышленности моего родного мира идеально встал по другую сторону от камина. Между ним и кроватью так и напрашивался пушистый ковер. Не факт, что я в самом деле усядусь на него перед камином и буду смотреть в огонь, но это никак не мешало мне здесь его разместить. Кресло и низкий столик тоже лишними не стали.

Заставленная мебелью комната как-то сразу перестала казаться такой уж огромной. На минутку мне стало даже как-то неловко. Пришла тут вся из себя, устроила себе будуар. Но потом я напомнила себе, что мне вообще-то тут не переночевать, а жить и работать предстоит, и возможно долгое время. Кто знает, насколько затянутся поиски Цири? Так что я имела полное право устроиться со всевозможным для меня комфортом. В конце концов, я его себе сама организовала и за свой счет. Да и ликвидировать эти пару часов моей вдохновенной работы было делом нескольких взмахов. Так что я без каких-либо глупых угрызений совести добавила текстиль, пару украшений и немного дорогих моему сердцу мелочей типа фотографий и памятных статуэток. После чего чуть ли не в последнюю очередь вспомнила об освещении и заодно забрала сюда свой ноутбук, настольные книги, папки с наработками и прочие личные вещи, включая одежду и обувь. Уже почти удовлетворенно выдохнув, я вспомнила об окне прямо напротив ванной и снова принялась колдовать. Вместо одного простенького заклинания отвода глаз наложила на комнату весь пакет предписанных защитных заклинаний, среди которых были и от прослушивания, и от проникновения, в том числе магического. Захотят прийти в гости, постучат как порядочные люди.

С чувством выполненного долга, я взглянула на часы. Самое время было сходить пообедать. Так что я направилась к чародейкам, но по дороге передумала и, спустившись вниз, устремилась на кухню, ожидая найти там Весемира.

— Помочь? — спросила я, присаживаясь за стол и наблюдая за тем, как старый ведьмак помешивает в общем котелке.

— Да нет, уже почти готово, — отозвался старик, откладывая поварешку. — Расположилась?

— О да, теперь у меня есть, что разложить, — хихикнула я. — Не то, что одна тощая сумочка в прошлый раз.

— Может, расскажешь все-таки старику, как у тебя дела? — спросил Весемир, присаживаясь напротив.

— Так я все и рассказала, — слегка растерялась я. — Я все это время беспросветно училась, будучи запертой в доме посреди леса на Скеллиге. Вот с неделю назад меня оттуда выпустили и мир показали. Типа каникулы. А теперь вот дальше продолжаем.

— То есть ты еще недоучилась? — уточнил ведьмак.

— Ну… Классической магии я выучилась, а вот с силой Старшей крови совладать пока не могу. Будем ставить с Йен и Трисс новые эксперименты, чтобы продолжить развивать дар.

— Значит все-таки настоящая чародейка, — по-своему понял мои слова Весемир.

— Если можно так выразиться, — усмехнулась я.

— Но Цири ты пока найти не можешь?

— Нет, — качнула я головой. — Я вообще мало что пока могу. Восстанавливать предметы вот, да вещи из своего мира таскать. Пока даже к себе домой перенестись не получается. Да и даже если получится, и я научусь ходить по мирам, я понятия не имею, как найти Цири, — сразу честно сказала я.

— Жаль, — печально вздохнул Весемир. — Надеюсь, вы найдете способ.

— Я в любом случае буду продолжать. Поначалу я и до своего мира не дотягивалась, а сейчас легко. Нужно просто силу развивать.

— Ты поэтому хочешь замок восстанавливать? Чтобы силу развивать?

— И поэтому тоже. Пока училась, я домом занималась, но он маленький, а крепость огромная. Я надеюсь, что восстановление таких больших пространств простимулирует дар еще разрастись.

— А еще почему? — поинтересовался старик.

— Хочу увидеть Каэр Морхен таким, какой он был в расцвете сил, — улыбнулась я.

— Зачем тебе это?

— Не знаю, просто хочу. Мне нравится этот замок, и безумно жаль, что он рушится, — ответила я и задумалась. — Я в самом деле не знаю. Просто он мне понравился сразу, как я сюда приехала. И сейчас, когда я снова здесь оказалась, это чувство не изменилось. Может это потому, что Каэр Морхен стал первым местом в этом мире, где я провела несколько спокойных дней? В любом случае, мне очень хочется испытать на нем свою силу! Кстати, мне нужна лаборатория. Йен сказала, что у вас тут есть затопленный подвал. Можем мы его осушить и использовать?

— Можешь. Я же сказал, Каэр Морхен в твоем распоряжении. Делай, что тебе нужно.

— Спасибо! — обрадовалась я и заколебалась, задавать ли вопрос о ведьмачьей лаборатории или нет.

— И даже не спросишь ничего о нашей лаборатории? — прищурившись, сам спросил старый наставник, разрешив тем самым мою дилемму.

— Я помню ту книгу, что ты мне дал. Там писали, что у ведьмаков потрясающе тонкий слух, так что я уверена, ты слышал наш разговор, — выкрутилась я. — Объяснишь?

— Да Йен с Трисс тебе все за меня сказали. Храним ведьмачьи секреты, — усмехнулся Весемир, потирая бороду.

— Что в них такого страшного? И что страшного в том, что кто-то продолжит пришедшее в упадок создание ведьмаков? Ведь вас осталось совсем мало, а чудовищ что-то меньше не становится. Кто будет ими заниматься, если ведьмаки исчезнут?

— Сами люди справятся как-нибудь, — махнул рукой ведьмак. — Магов вон пошлют.

— Сомневаюсь, что маги будут этим заниматься, — скептически скривила я губы.

— Заплатят побольше, и займутся, — ни на секунду не усомнился в своих словах старик. — А ведьмаков больше создавать не надо.

— Почему? — снова спросила я. — Что в этом плохого?

— Все, — кратко ответил он. — Ты же читала, как подобных нам создают. Ты даже знаешь, сколько при этом выживают, а я тебе еще добавлю, что остальные умирают в страшных муках. Не перечесть, сколько истошных криков и бьющихся в агонии тел видели стены Каэр Морхена. Нет, Брин, — резко рубанул воздух ладонью ведьмак. — Я больше этим заниматься не буду и никому не позволю. Поэтому лаборатории Каэр Морхена закрыты для всех. Чтобы ни малейшего шанса повторить это не было.

— Я поняла, — тихо произнесла я, впечатлившись его речью.


========== Часть 5 ==========


— А чем ты собираешься заниматься в лаборатории? — спросил Весемир, видимо решив поскорее перевести разговор с неприятной ему темы.

— Я делаю мазь от шрамов для Трисс, — охотно отозвалась я.

— Насколько я знаю, ей не смогли помочь лучшие чародеи континента, — заметил ведьмак.

— У нее аллергия на магию в эликсирах, из-за этого были сложности в процессе лечения. Я же хочу сделать мазь с применением моей силы Старшей крови. Пользуясь этим механизмом, я восстанавливала глаза Филиппы.

— И восстановила? — заинтересованно спросил старик, даже глаза шире открыв.

— Да, но способ оказался крайне опасным для жизни. В здравом уме такой применять не будешь, да и не ради шрамов точно. Поэтому я хочу сделать магическую мазь на основе натуральных компонентов и добавить немного магии, чтобы избежать тяжелых последствий и подстегнуть регенерацию тканей. Собственно, я уже почти закончила, осталось внести некоторые изменения по итогам тестирования и попробовать, как к этому отнесется аллергия Трисс. Ну и довести уже до готового продукта.

— Да… Идей у тебя хоть отбавляй! Подвалы под лаборатории осушать, крепости восстанавливать, мази делать.

— У меня есть цель — мне нужно научиться пользоваться силой, — пожала я плечами. — Чем больше сложных задач, тем быстрее растет сила. Меня дома мама с папой ждут!

— Научишься, я уверен.

— Мне бы так верить в свои силы, как в меня верят окружающие, — пробормотала я и поспешила задать вопрос на другую тему, чтобы не побуждать к неловким успокоительным речам. Пока мне хвалиться было нечем. — Я еще хотела спросить, могу ли я позвать сюда Кейру? Я должна отдать ей кристаллы с записью, плюс она может мне понадобиться в работе над мазью.

— Кейру Мец? — несколько удивленно переспросил Весемир. — Тебе не нужно спрашивать за нее разрешение, она его уже имеет.

— Насколько я знаю, она разорвала свои отношения с Ламбертом. Видимо, она думает, что это может стать препятствием

— На этого балбеса ориентироваться… — махнул рукой Весемир и неодобрительно покачал головой. — Он со всеми готов рассориться!

— Что-то я уже столько негативных комментариев услышала на его счет, что мне с ним знакомиться страшно! — призналась я, усмехаясь.

— Не бойся, — качнул головой старый ведьмак. — У него только язык поганый, а так он верный товарищ и хороший ведьмак. Но вот такой вот у него характер противный.

— Кажется, я знаю кое-кого похожего, — хихикнула я.

Уточнять я не стала, так как дверь, ведущая в башню, открылась, и показались чародейки, но думаю, Весемир и сам прекрасно понял о ком я.

— Вот ты где! — едва разглядев меня за столом, воскликнула Трисс. — А мы тебя в комнате ищем!

— И, между прочим, не смогли туда попасть, — заметила Йен.

— Потому, что меня там нет, — развела я руками.

— А если бы нам что-то понадобилось? — нахмурилась Йен.

— Что может кому-то понадобиться в моей комнате, когда меня там нет? — наигранно удивилась я. На самом деле, мне все-таки было несколько неловко за свои магические излишества и показывать их очень не хотелось. Но и переделывать я была не согласна, мне понравилось то, что у меня в итоге вышло!

— Например, узнать, есть ли ты там! — заметила Трисс.

— Для этого достаточно постучаться.

— А если с тобой что-нибудь случится?!

— Вот тогда и выбьете дверь, — разрешила я. — Но пока со мной все в порядке, — заверила я их и заметила, как Весемир прячет улыбку в усах. — Кстати, нам дали добро на осушение подвала!

— Прекрасно, — ответила Йен таким тоном, что становилось сразу понятно, что все совсем наоборот.

— А Геральт, в смысле ведьмаки все еще не вернулись? — поинтересовалась Трисс.

— Еще нет, — ответил старик.

Предложение Весемира пообедать с ним атмосферу несколько разрядило. А после еды мы все вместе с ведьмаком направились в тот самый подвал обозревать масштабы работ. Воды было не то чтобы очень много, но стояла она тут давно и чистотой не отличалась.

— Сейчас я определю где течь и заделаю дырку, а вы после этого уберете воду, — распределила работу Йеннифер, когда Весемир ушел.

Мы остановились на последней незатопленной ступеньке, ведущей в подвал, и заготовили магию. На откачку воды много времени не понадобилось, но вот последующее осушение заняло не меньше часа. Вода, помимо основной бреши в стене, сочилась еще из нескольких трещин, и при заделывании одной, начинала течь из другого места.

— Не стена, а решето, — запечатывая очередным пассом новую дырку, возмутилась я.

— Тут проще на всю стену барьер наложить, чем точечно пытаться ликвидировать, — озабоченно согласилась Трисс, занимаясь тем же самым.

— Знаете, а давайте вы и правда барьер создадите и немножко его подержите, пока я восстановлю эту стену. А то напоминает игрушку для кошек, — предложила я.

— И сколько у тебя займет восстановление целой стены? — усомнилась в рациональности моего предложения Йен.

— Минут пять-десять, ну пятнадцать в самом плохом случае, — прикинула я. Стена, конечно, была большая, но я уже попрактиковалась на своей комнате.

Чародейки переглянулись.

— Ну давай, — согласились они и синхронно вскинули руки. — Aeadeiw’sgomlahgrian’nrutes!

С рук чародеек слетела легкая дымка, и прозрачный, чуть подрагивающий барьер замерцал перед стеной. Как только вода перестала течь, я направила свои раскрытые ладони на стену и принялась восстанавливать истощенную влагой стену, закусив уголок нижней губы для лучшего сосредоточения.

— Что это? — обеспокоенно спросила Трисс, увидев, как стена плавно покрывается льдом под щитом.

— Шпаргалка, — не открывая глаз, ответила я.

Закончив с визуализацией образа, я принялась заменять лед камнем. Работа спорилась, так что я была уверена, что в озвученный участок времени я уложусь.

— Готово, — сказала я, открывая глаза.

Чародейки убрали барьер.

— Недурно, — похвалила Йен, проводя рукой по стене.


========== Часть 6 ==========


— Э… Брин, а это нормально, что у тебя волосы инеем покрылись? — спросила Трисс, подходя ближе и осторожно касаясь моих волос.

Я качнула головой, закидывая к себе на плечо несколько прядей. В самом деле, местами волосы резко побелели, покрывшись тонкой корочкой льда. Я растерла пару волосков между пальцами, освобождая их из ледяного плена.

— Сейчас пройдет, — ответила я, отправляя пряди обратно за спину.

Я ненадолго задумалась, а потом и вовсе скрутила их в свободный узел на затылке, чтобы не мешались. Мне сейчас предстояло еще много пользоваться магией, а отвлекаться на них не хотелось.

— Я так понимаю, наша помощь в приведении помещения в божеский вид тебе не понадобится, — сказала Йен, отходя от стены. — Мы тогда позаботимся об оборудовании и реактивах. Тебе нужно что-то особенное?

— Да нет, Трисс знает весь состав снадобья, — качнула я головой. — Кейре передайте, чтобы она ко мне зашла, если будет возможность. Я сейчас параллельно поставлю тот кристалл перезаписываться, с остальными все в порядке. Пусть зайдет, заберет, Весемир в курсе.

— Хорошо, — согласилась Трисс.

Чародейки ушли порталом, я же, оставшись в одиночестве, размяла пальцы и приготовилась к долгому и упорному колдовству. Затопленная часть подвала была намного больше моей комнаты, но всю ее я восстанавливать сейчас не собиралась. Меня интересовала сама будущая лаборатория и еще одна небольшая комнатка, смежная с ней, которая вполне годилась для склада и холодильника. Впрочем, даже этот участок был намного больше моей комнаты. Так что, достав ноутбук, я настроила себе чем-то даже привычное радио из очередной лекции по эпидемиологии, подвесила его в пространстве с помощью левитации и положила кристалл прямо на клавиатуру. Убедившись, что запись пошла, я уверенно зачерпнула побольше силы и принялась за восстановительные работы. Трисс и Йеннифер вернулись, когда я уже почти закончила.

— Довольно быстро. Нас не было всего около двух часов, — заметила Йеннифер, осматривая почти полностью восстановленное помещение. Лишь небольшой участок потолка все еще был покрыт льдом. — Ведьмаки не возвращались?

— Никто не заходил сюда, — ответила я.

— Брин, ты уверена, что это нормально? — в голосе Трисс звучало неприкрытое беспокойство.

Я даже прервалась, чтобы осмотреть помещение на предмет того, что так сильно взволновало рыжеволосую чародейку, но ничего не нашла.

— Я имею в виду твое оледенение, — поспешно уточнила она предмет своего вопроса. — Ты же… ты же вся покрылась инеем!

Я взглянула на свои ладони, покрытые мелкими искрящимися не то снежинками, не то льдинками. Выглядело, надо признаться, довольно мило, хоть и странно. Я попыталась отряхнуть ладони, но не преуспела.

— Такая у меня магия, — пожала я плечами. — Площадь всех поверхностей довольно большая, много льда ушло, а он вот так вот на меня влияет. Сейчас закончу, и все пройдет.

Я вернулась к незавершенному участку потолка.

— А ты не боишься в ледяную статую превратиться, если всю крепость будешь так восстанавливать? — не удовлетворившись ответом, продолжила Трисс.

Я рассмеялась, представив себе это.

— Не, не боюсь, — смеясь, ответила я. — Это будет забавно! Брин — Снежная королева! Надо будет снеговика себе сделать!

— Йен! — не найдя отклика у меня, Трисс обернулась к другой чародейке. — Тебе не кажется, что это может быть опасно?

— Нет, — качнула головой черноволосая чародейка. — Она прекрасно владеет магией, у нее стабильные потоки, а побочный эффект нестойкий. Впрочем, разобраться в его природе все равно не помешало бы. Мне интересно другое. Ты чувствуешь, что тут холодно? — это уже ко мне обратилась наставница.

— Холодно? — задумалась я, снова прекратив творить магию. — Ну, прохладно, да, — кивнула я, прислушавшись к своим ощущениям. Я бы с удовольствием накинула теплый плащ или погрелась у камина, но холодом я бы это не назвала.

— И только? — настойчиво уточнила Йен, и только тут я заметила, что у нее изо рта вырываются облачка пара, когда она говорит.

Я на пробу дыхнула и ничего подобного у себя не увидела.

— Угу, — кивнула Йен. — То есть ты не чувствуешь, что тут уже мороз из-за твоей магии. Интересно-интересно.

— Пять минут, я закончу, — попросила я и вернулась к работе.

Когда все запланированное было отремонтировано, чародейки в два счета нормализовали температуру в подвале, после чего с меня быстро сошли все признаки долгого морозного колдовства, которые так беспокоили Трисс.

— Интересно, твое оледенение — это следствие понижения температуры в помещении или, наоборот, температура понижается, потому что ты льдом покрываешься, — задумчиво протянула Трисс, рассматривая мои ногти, с которых морозные узоры сходили дольше всего.

— Учитывая, что я тут все кругом замораживаю, думаю, я охлаждаюсь от помещения, — логично предположила я. — Другой вопрос, почему так вообще происходит. Рожденный управлять холодом сам не мерзнет?

— Возможно, — согласилась Йеннифер. — Я с подобным в своей практике не сталкивалась. Нужно понаблюдать.

Я лишь пожала плечами. Нужно, так нужно. Я была вполне согласна с Йен. Проблем моя ледяная магия мне никаких не создавала, работала так же, как и любая другая. А то, что холодно становилось и я морозными узорами покрывалась, ну так на то она и ледяная. Потом в любом случае все становится как прежде. Здорово бы было найти каких-нибудь магов из моего мира и спросить у них, что это все значит. Но я вполне допускала мысль, что раз о магии в моем мире никто не говорит, то я могу быть единственной в своем роде, а значит, спрашивать не у кого. Придется разбираться самой.

Следующие час-полтора мы занимались обустройством лаборатории. Ингредиенты чародейки почти все принесли с собой, а вот мебель я доставала из дома Йен.

— Ну и где эти ведьмаки? Уже вечер! — недовольно проворчала Трисс, в который раз поглядывая на вход в подземелье.

Крайне неодобрительный взгляд, который на нее бросила Йен, было сложно не заметить. Как и не понять какого конкретно ведьмака так хотела видеть Трисс, а заодно припомнить некоторые фразы, роняемые чародейками еще во время моего обучения, значение которых я до конца поняла только сейчас. Напрямую ни одна из них об этом не говорила, но теперь был вполне очевиден их общий интерес к одному мужчине, который, кажется, официально был все-таки закреплен за Йеннифер.

— Слушай, а ты так ведь можешь не только лабораторное оборудование доставать, — задумчиво проговорила Йен, отвернувшись от рыжеволосой чародейки.

— Почти все что угодно, — пожала я плечами, настраивая магические светильники.

Оставалось закончить только с ними и лабораторией можно будет начать пользоваться хоть завтра.

— Достань кровать из моего дома! — крайне заинтересованно повернулась ко мне Йеннифер.

— Кхм… Я себе всю комнату мебелью так заставила, — фыркнула я.

— Так вот чем ты там занималась, что фонило на весь замок! — воскликнула Трисс так, будто подловила меня на противозаконной деятельности.

— Фонило, скорее всего, когда я ремонт делала. Перенос предметов не такой энергоемкий, — справедливости ради заметила я, но сделала это, кажется, зря.

— Так ты там еще и ремонт сделала, — теперь на меня накинулась и Йен.


========== Часть 7 ==========


— Э-э, а что? Весемир же мне разрешил замок в порядок приводить, — заволновалась я.

— А нам предложить ты не подумала? — уперла руки в бока Трисс.

— Или думаешь, нам больше нравится с отвалившейся штукатуркой жить?! — возмущенно тряхнула волосами Йен.

— Ну да… не подумала, — созналась я, закончив со светильниками и инстинктивно отступая к двери.

— Ты смотри, она еще и убежать пытается! — обличительно ткнула в меня пальцем Трисс.

— От той, кто ее всей этой магии учил! — пафосно вторила ей Йен. — Вот она, благодарность! — чародейка даже руку к потолку воздела в показном возмущении.

— Да ладно-ладно, достану я вам кровати! — поспешно пообещала я, вскидывая руки в успокаивающем жесте и чувствуя, что вот-вот расхохочусь.

— И ванны! — звонко добавила Трисс, тоже с трудом борясь со смехом.

— А в качестве моральной компенсации покажешь свою комнату! — Йен игра удавалась без особых усилий.

Я тяжело вздохнула, опуская плечи, и понуро развернулась к выходу, с трудом сдерживая хихиканье.

— Пойдемте, — позвала я их. — Покажу вам святая святых… Вымогательницы…

— Это мы-то вымогательницы?! — взвилась Йен, нагоняя меня. — Мы! Верой и правдой обучавшие тебя долгих шесть лет!

На середине лестницы, я таки не выдержала и расхохоталась. Вслед за мной засмеялись и чародейки. Но стоило мне открыть дверь и впустить их внутрь своей комнаты, как смех немедленно прекратился.

— Ну ничего себе она ремонт сделала! — через полминуты разглядывания комнаты в гробовом молчании, наконец, сказала Йеннифер.

— Да она тут филиал дома на Хиндарсфьялле себе устроила! — более эмоционально воскликнула Трисс, взмахивая руками.

— Это же моя комната! — напомнила я. — Как еще она могла бы выглядеть?!

— И имея такие возможности, ты нам ни слова не сказала! Да и вообще комнату закрыла, чтобы мы не увидели?! — возмутилась Йен.

— Знаешь что? Одной ванной ты не отделаешься! — развернулась ко мне Трисс. — Я тоже хочу и кровать, и диван, и шкаф, а еще ковер и ремонт!

— Да не вопрос, — пожала я плечами. — Только ремонт завтра, сегодня я уже, признаться, подустала с непривычки столько силы выдавать.

— И мне тоже, — веско добавила Йен чуть прищурившись. — Мебель — сегодня, ремонт — завтра.

— Ок, — развернулась я к выходу, намереваясь заняться этим прямо сейчас.

Первой мы попали в комнату к Трисс. В отличие от моей, здесь из нововведений было только чисто и обжито. Кучи бумаг за письменным столом, одежда на вешалке, книги, заправленная кровать, бадья за ширмой, дрова в камине, магические светильники, шторы, пара картин. Посоветовав мне убрать те предметы мебели, что я заменю, в соседнюю башню Каэр Морхена, дабы их можно было использовать, если нужно, Трисс надиктовала мне целый список того, что следовало достать из ее апартаментов в Ковире. В этот момент в нашу теплую компанию влилась Кейра, которую встреченный ей Весемир отправил прямиком в эту башню. Я вспомнила, что забыла записанный кристалл в новенькой лаборатории и пообещала за ним спуститься, как закончу с добыванием мебели. Блондинка никуда не спешила, и они вместе с Трисс с неподдельным интересом начали наблюдать, как я добываю все названные предметы прямо из воздуха, чем меня немало повеселили. Это Йен присутствовала при многих моих экспериментах с силой Старшей крови, а Трисс обычно видела только результаты. Кейра же и вовсе никогда не видела ничего подобного.

Когда Трисс была удовлетворена новой обстановкой своей комнаты, мы поднялись еще выше, в комнату Йен, которая находилась прямо под крышей башни. Едва преодолев последнюю ступеньку, я сразу же почувствовала мощное заклинание на потолке. Определенно, Йен капитальный ремонт помещения был нужнее всех, иначе первый же дождик обещал ей незабываемые впечатления. Ну, обещал бы, если бы она заклинанием не экранировала потолок.

Круглая комната, уже даже почти зал, была в разы больше моей. В центре нее находился камин, а уже вокруг него была расставлена мебель. Помимо множества книг и свитков, занимавших все горизонтальные поверхности, здесь также был мегаскоп, обеденный стол с двумя стульями и… чучело единорога. Последний озадачил меня довольно сильно. Задать вопрос я, впрочем, не успела, на меня тут же посыпались указания: что, откуда и какого качества требовалось достать. Я прямо-таки джином себя почувствовала или золотой рыбкой. Жаль, желания были отчего-то не лимитированы! А то после замены трех кроватей, которые ей чем-то не понравились, долгого подбора штор и шкур, придирчивого выбора деревянной ванной именно с черными ободами я поняла, что трюмо для окончательного наведения неземной красоты мы будем искать до утра.

Кейра с Трисс, не занятые непосредственно в создании интерьера, давно отошли в сторонку и, усевшись на уже одобренную софу, негромко о чем-то беседовали, с любопытством посматривая только на новые экземпляры. Мне безумно хотелось бы присоединиться к ним, но джин еще не был отпущен на свободу. Когда Йен отвергла уже пятое по счету зеркало, я почувствовала, что больше не выдержу этого. Пока чародейка в очередной раз окидывала комнату взглядом, ища видимо к чему еще придраться в ожидании доставки очередного экспоната, я незаметно сотворила иллюзию прямо на зеркало, замаскировав потоки силы под чарами переноса. Увидев, что новый претендент на место в ее комнате успешно доставлен, чародейка поспешила рассмотреть его поближе и, конечно, невзначай заглянула в зеркало. Страшная маска на черном фоне, вытащенная мной из памяти о мультике про Белоснежку, появилась в нем именно в этот момент.

— Ты прекрасна, спору нет!

Ты на свете всех милее,

Всех румяней и белее, — громогласно возвестило зеркало, прямо в лицо не успевшей отпрыгнуть Йеннифер.

Звон разбитого стекла и разлетевшиеся во все стороны осколки и деревянные обломки подняли шума не меньше этой внезапной тирады. Йен, отскочившая уже метра на три от зеркала, все еще держала в руке голубоватый сгусток энергии, глядя на живописно рассыпавшиеся осколки. Я поцокала языком.

— Кто ж так с волшебными зеркалами обращается? — укорила я ее, качая головой. — Оно же тебе всю правду доложило! Как на духу!

— Волшебное, говоришь? — почти по-змеиному прошипела чародейка и начала медленно оборачиваться ко мне.

«Ой-ей!», — пронеслось у меня в голове, стоило мне увидеть ее глаза.

— Самое что ни на есть! — убедительно подтвердила я, бочком продвигаясь к выходу. — Точно говорю!

— Вот оно значит как!

Я даже дослушивать фразу не стала. Вскрикнула и бросилась бежать из комнаты, слыша за спиной заливистый смех Трисс и Кейры, с безопасного расстояния наблюдавших за развитием событий.


========== Часть 8 ==========


— Я тебе покажу сейчас волшебное зеркало! — разгневанно крикнула Йен, и в то место, где я недавно стояла, вписался тот самый энергетический шар, что был зажат у нее в руке. — Я тебе покажу, кто всех милее! Румянее! И белее! — грозно выкрикивала чародейка, на каждом слове запуская в меня очередным шариком.

Я с диким хохотом уже неслась по винтовой лестнице, так что ни один шарик меня не догнал. Да впрочем не думаю, что Йен и вправду в меня целилась.

— Не убивай меня, злая королева! — крикнула я, чуть притормозив на середине пути и продолжая хихикать. — Сжалься! Я не претендую на звание самой прекрасной и на короля не претендую!!!

Еще один разряд вписался в стену, а я снова подорвалась с места, оглядываясь через плечо.

— Я тебе ванную достану мраморную! Черную! Не убивай! — крикнула я вверх.

— И зеркало большое! — согласилось на подкуп их злое величество.

— Хорошо! Ой! — пообещала я и в этот момент врезалась во что-то или, точнее сказать, в кого-то.

Уже шарахнувшись в сторону, я заметила, что врезалась в беловолосого мужчину, а в следующий миг поняла, что падаю с лестницы. Причем падаю в сторону, а точнее в центр лестничного колодца, так как никаких перил у лестницы не было. Я в ужасе распахнула глаза, пытаясь вспомнить какое-нибудь подходящее заклинание, когда та самая беловолосая преграда, столь неожиданно возникшая на моем пути, поймала меня за руку и дернула на себя, не давая отправиться в полет. Я даже толком этот факт осознать не успела, как почувствовала резкий, жалящий удар тока от мужчины. Рефлекторно дернув рукой, я на автомате послала телекинетическую волну прямо в грудь своего спасителя, так что того снесло на пару метров от меня и впечатало в стену. Я же уставилась на свою руку. Место соприкосновения даже зудело так же, как будто меня током шарахнуло.

— Не претендуешь, значит, — уперев руки в бока, строго спросила Йен, появившись на лестнице. За ее спиной стояли все еще веселящиеся Трисс и Кейра. — Убить решила, чтобы не достался никому?! — грозно свела она брови к переносице.

— Так-так, — раздался незнакомый мужской голос откуда-то снизу. — Легендарный Белый волк был не просто отшит, а даже отправлен в живописный полет до стены при очередной попытке приударить за новенькой чародейкой. Это надо отметить!

— Что это на фиг было? — пораженно спросила я, разворачиваясь к своей наставнице. — Почему он меня током шарахнул? — спросила сначала у нее, а потом развернулась и посмотрела на не нуждающегося в представлении того самого беловолосого ведьмака Геральта. Внизу, очевидно, комментировал происходящее Ламберт, вычисленный методом исключения, как последний из троих ведьмаков. — Что за звездец?!

— Это не ток, — веско сказала Йеннифер, опустив одну руку вдоль тела, а вторую продолжая упирать в бок. Выглядело это все еще грозно.

Когда-то я рассказывала чародейкам о своем мире, и что такое электрический ток они знали. Однако Йен не сочла это слово подходящим.

— А что? — обернулась я снова к ней.

Замолчавшие было Трисс и Кейра переглянулись и снова хихикнули. Я озадачилась еще сильнее.

— А его мамашка-чародейка в чан с афродизиаком ухнула в младенчестве! — снизу крикнул Ламберт.

— А тебе завидно? — изогнула одну бровь Йеннифер.

— Это эманации, — ответила мне Трисс все еще улыбаясь.

— Эманации чего? — обратилась я к ней.

Ламберт внизу хохотнул в кулак.

— Ведьмаков.

— Ведьмаки что, радиоактивны?! — ужаснулась я.

Этого слова никто не знал, но видимо по выражению моего лица они поняли, что это что-то страшное.

— Это неопасно, — поспешно сказала Трисс.

Пожалуй, людям, долго общающимся с ними и до сих пор не заработавшим лучевую болезнь, можно было верить.

— Что это тогда за разряд такой?

— Это не разряд, — вздохнула Йен. — Еще раз прикоснись, почувствуешь.

— Ничего себе, Йеннифер сама разрешает потрогать Геральта другой чародейке?! — и тут не промолчал Ламберт. — Или если не Трисс, то можно?

Проигнорировав в самом деле несдержанного на язык мужчину, я с сомнением покосилась на ближайшего ко мне представителя ведьмачьего цеха и запоздало вспомнила, что даже не поздоровалась, не то, что познакомиться. Я почувствовала себя глупо.

— Ээ… Привет, — ничего умнее в голову приходить не спешило. — Я Брин.

Ведьмак от стены уже отошел, но приближаться ко мне не спешил. Лицо у него было хоть и бледное, с присущими ведьмакам желтыми глазами, но довольно располагающее, хотя скорее всего потому, что он едва сдерживал улыбку. Внешне он чем-то походил на Эскеля, только шрамы были другие: на лбу и под глазом, и волосы неестественно белые. Они особенно контрастно смотрелись с черной кожаной курткой, из незастегнутого ворота которой при отбрасывании выскользнул медальон в виде оскалившейся головы волка, такой же как у Эскеля.

— То самое дитя Старшей крови, — голос у мужчины оказался приятным.

— Угу, — подтвердила я и добавила, раз уж мужчина представляться не спешил. — А ты тот самый Геральт.

— Ага, криворукий ведьмак, — неожиданно продолжил и все-таки улыбнулся беловолосый.

«Блин, все-таки сказал!» — поняла я, лихорадочно соображая, что сказать в ответ.

— Ну… — я добросовестно осмотрела его руки и продолжила шутить, раз уж умных мыслей в голове не прибавилось. — Вроде прямые! Но нужно проверить! Можно?

— Если ты не собираешься опять впечатать меня в стену, то пожалуйста, — усмехнулся мужчина, улыбаясь шире, и протянул мне руку.

— Это непроизвольно вышло, извини, — потупившись, сказала я, но руку к его кисти все-таки протянула.

Едва коснувшись его кожи, я снова ощутила будто легкий разряд тока, но в тоже время это не было болезненным, просто слишком резкое, сильное и непонятное ощущение, так что руку я снова отдернула.

— Мда… — прокомментировала я свою вторую попытку. — Это ты один такой особенный?

— Не слушай Ламберта, этот вредный хрен ничего полезного тебе не скажет, — посоветовал Геральт.

— Это особенность всех ведьмаков, — пояснила Йен, поравнявшись со мной.

— Правда, сила эффекта разная, — добавила спустившаяся следом Трисс. — Эскель, например, эманирует сильнее, чем Геральт, — чародейка кивнула куда-то вбок и я, машинально обернувшись и опустив взгляд, увидела появившегося в дверном проеме третьего ведьмака.


========== Часть 9 ==========


Сердце екнуло и забилось быстрее. Эскель замер, скрестив руки на груди, и устремил на меня свой фирменный тяжелый взгляд. В отличие от Геральта и Ламберта, он был без куртки, в одной запашной рубашке с закатанными почти до локтя рукавами. С нашей последней встречи его волосы заметно отросли и теперь достигали подбородка. С одной стороны лица они были небрежно заправлены за ухо. В остальном же Эскель ни капли не изменился. И судя по тому, как быстро стучит сердце, мое отношение к нему за шесть лет тоже не поменялось, хоть я и очень старалась о нем не думать. Предназначение так работает? Или я действительно влюбилась как малолетняя дурочка?

— Куда еще сильнее? Сразу двести двадцать шарахнет? — ужаснулась я, едва представив, и поспешно отвела взгляд, чувствуя смущение непонятно отчего.

— Проверь, — усмехнулась Трисс.

Звучало довольно глупо и провокационно, но мне на самом деле хотелось узнать, что я почувствую, прикоснувшись к Эскелю. Так что я приняла предложение к исполнению и зашагала вниз по лестнице. Правда, решила опыты проводить по очереди, раз уж я изображаю научный интерес, поэтому сначала подошла к Ламберту.

— Привет, я Брин, — пошла я проторенным путем. — Можно твою руку?

Этот ведьмак был темноволос и так же высок и статен, как и другие, но вот улыбка у него в отличие от остальных была неприятная и к себе не располагала, но тем не менее не была лишена определенного шарма.

— А я Ламберт, — в отличие от Геральта сам представился ведьмак, протягивая мне руку.

— Вредный хрен, я помню, — кивнула я и осторожно коснулась его ладони.

— Именно так, — усмехнулся мужчина, кажется, действительно искренне довольный эпитетом, который ему приписали. От спустившихся следом за мной чародеек и Геральта послышались смешки.

Странные ощущения повторились, но куда приглушеннее и мягче, лишь слегка щекоча кончики пальцев. Совсем не такие, как от прикосновения к Геральту, когда простреливало сразу всю руку до ключицы. Я бы даже, наверное, рискнула охарактеризовать эти ощущения как приятные, но руку все же поспешила убрать. Многозначительно хмыкнув, я подошла к последнему и самому интересному мне подопытному.

— Привет, — не стала изменять я себе. — Ты знаешь, кто я. Можно твою руку? — попросила я и снова рискнула посмотреть ему в глаза.

Он выглядел абсолютно спокойно, усмехнулся одним уголком губ и предложил мне ладонь для эксперимента. К нему руку я протягивала с замиранием сердца, и едва коснувшись, тут же отдернула, да еще и шаг назад сделала.

— Жесть какая! — непроизвольно вырвалось у меня.

Разряд от Эскеля, казалось, пронзил меня насквозь, достав сразу до солнечного сплетения и оставив где-то внутри легкую дрожь, будто в самом деле от удара током. Ничего подобного от соприкосновения с ним я, разумеется, раньше не испытывала, и это нововведение меня, признаться, несколько испугало и смутило.

— Что это за чертовщина такая? Какова причина этих эманаций? От чего они зависят? Почему так воздействуют? — резко обернулась я к Йен за пояснением.

— Понятия не имею, — ответила она с совершенно невозмутимым видом. Трисс тоже пожала плечами.

— И вам не интересно? — удивленно вскинула я брови. — Столько лет сталкивались с этим и ни разу не было любопытно, что это за штука и как работает? А вдруг это опасно?

— Это абсолютно безопасно, — заверила меня рыжеволосая чародейка с хитрой усмешкой. — И даже более того…

— Это даже весьма приятно, если знаешь как использовать, — многозначительно добавила Йен после того, как Трисс замолчала.

Кейра лишь выразительно кивнула, опуская взгляд. Тут у меня в памяти всплыл наш недавний разговор с Йен. Кажется, теперь я начала понимать, чем ведьмаки такие особенные для чародеек. Стало еще интереснее, хотя от таких откровенных намеков сделалось еще более неловко.

— Откуда вы можете знать, что это не опасно, если даже не интересовались природой этого явления? — уцепилась я за основную тему разговора, игнорируя намеки.

— А как ты предлагаешь узнать? — вопросом на вопрос ответила Йен.

— Ведьмаки ребята скрытные, — усмехнулась Трисс.

— Эмпирически! — ответила я и, на мгновенье задумавшись, выдала. — Да хотя бы сравнительный анализ провести.

Не тратя время на лишние объяснения, я достала из пространственного кармана ручку и ежедневник, в который любила записывать внезапно посетившие меня идеи, если те настигали меня за пределами лаборатории. Открыв его на чистой странице, я быстро нарисовала четыре шкалы и подписала их именами чародеек. На той, над которой значилось мое имя, ненадолго задумавшись, быстро нанесла три метки, подписав именами ведьмаков, после чего протянула ежедневник женщинам.

— Отметьте на каком уровне ощущения от каждого ведьмака, — сказала я, добавляя к ежедневнику ручку, и только теперь заметила с трудом сдерживаемые улыбки на лицах всех присутствующих. Трисс не выдержала первой и тихо захихикала, следом за ней прорвало Кейру, потом и остальные заулыбались, переглядываясь. До меня запоздало дошло, в чем дело. — Я думаю, одного прикосновения будет достаточно, — мрачно добавила я, осуждающе глядя на чародеек. На ведьмаков я старалась не смотреть вовсе.

— Ну, давай попробуем, — усмехнулась Йеннифер, взяв в руки ежедневник. Смех в ее голосе был прекрасно слышен, но сама идея ее все-таки заинтересовала. Похоже, не мне одной было любопытно сравнить. — Господа, — обратилась она к ведьмакам. — Ваши руки, пожалуйста. Геральт, — первым подошла она к своему мужчине.

— Для тебя что угодно! — с усмешкой ответил он ей, не отводя от нее пристального взгляда.

— А больше ничего не надо? — спросил у нее Ламберт, когда она шагнула к нему.

— От тебя — нет, — прямолинейно ответила она ему, касаясь руки. — Благодарю!

— Меня можешь не благодарить, — сразу же сказал ей Эскель, протягивая руку, едва она развернулась к нему.

Я бросила короткий и несколько удивленный взгляд на ведьмака, озадачившись такой странной реакцией.

— Не буду, — согласилась чародейка, искривив губы в холодной улыбке.

Йен с Трисс и раньше видели мои письменные принадлежности, Кейра же тем временем с любопытством протянула руку к ручке.

— Что это? — спросила блондинка, крутя ее в руке.

— Ручка шариковая, — усмехнулась я. — Ей можно писать, не макая в чернила. Они у нее внутри.

Кейра с сомнением посмотрела на тоненький корпус и на пробу чиркнула внизу листка ежедневника, который Йен все еще держала в руках, убедилась в том, что ручка оставила след, и отдала письменную принадлежность требовательно протянувшей руку черноволосой чародейке. Расставив свои отметки, моя наставница передала записную книжку Трисс, и обход ведьмаков начался по новой, с той только разницей, что комментировал все три «замера» Ламберт, который явно питал к Трисс особые чувства. Последней была Кейра, которая даже несколько удивилась, что она в эксперименте тоже участвует. На этот раз отличился только Геральт, когда поинтересовался какими судьбами Кейра оказалась в Каэр Морхене. Ламберт же молчал, будто воды в рот набрал, только косые взгляды бросал на светловолосую чародейку. Я искоса следила за Эскелем, но он был непоколебим как скала.

Комментарий к

Мои дорогие читательница! Поздравляю вас с днем женской солидарности в борьбе за равные права!


========== Часть 10 ==========


После всех процедур мой ежедневник снова попал в мои руки, и я жадно всмотрелась в графики, однако никакого внезапного озарения не произошло. Графики плясали, как могли, и из общего можно было выделить только пару закономерностей. На трех графиках из четырех внизу был Ламберт, дальше шел Геральт. У Кейры же в самом низу оказался Геральт, а за ним шел Ламберт. Эскель у всех, кроме Йен, был на самом верху, — у нее же его обогнал Геральт. Расстояния же между рисками никакому анализу не поддавались, особенно впечатлял сильно утопленный показатель Ламберта у Трисс и загнанный почти под потолок показатель Эскеля у меня.

— Эх, данные относительные. Их бы с чем-нибудь соотнести… — задумчиво пробормотала я, пытаясь придумать какую-нибудь меру эманации или хотя бы более-менее стабильную величину. — Весемир! — вспомнила я, что ведьмаков у нас четверо.

— Что Весемир? — переспросила Трисс.

— Он тоже ведьмак! — пояснила я. — Идем!

И захлопнув ежедневник, оставив ручку внутри, сама первой зашагала в большой зал.

— Весемир? — позвала я, когда после беглого осмотра никого не увидела.

— Он во дворе, — ответил мне вместо старика Эскель, чем снова меня взбудоражил.

Я скованно поблагодарила за информацию кивком и торопливо зашагала в указанном направлении.

— Идем-идем, — позвала я за собой чародеек, чтобы те не отставали, но оборачиваться не стала, чтобы не встречаться с ведьмаком взглядом.

Старый ведьмак в самом деле нашелся в верхнем дворе у колодца.

— Весемир! — позвала я, подходя ближе. — Можно мы тебя отвлечем на минуточку? Мы тут эксперимент проводим, нам нужна твоя рука.

— Мне она тоже нужна, — ответил ведьмак, обернувшись к нам и с недоумением осматривая нашу чародейскую делегацию.

— Нет, мы ее не будем с собой забирать, — хихикнула я. — Мы только потрогаем.

Старый наставник нахмурился, но перчатку с правой ладони снял.

— И зачем же вам это нужно? — спросил он, протягивая руку.

Я первой прикоснулась к ней и поспешила поставить новую отметку на графике.

— Она хочет измерить эманацию, — ответила за меня Йен.

— Большей частью я хочу понять, что это вообще такое, — поправила ее я, передавая ей ежедневник с ручкой. — И не говори, что тебе это не интересное!

— Мне интересно! — призналась наконец чародейка. — Поэтому я и здесь.

— Да нам всем интересно, — усмехнулась Трисс.

С одним ведьмаком мы закончили быстро, так что ежедневник вскоре снова оказался у меня в руках.

— Спасибо! — звонко поблагодарила я, прижимая книжку к груди.

— Хе-хе, пожалуйста, — добродушно рассмеялся Весемир, качнул головой и вернулся к своему занятию, когда мы двинулись в обратный путь.

— По-моему, это ничего не даст, — заметила Кейра по дороге обратно. — Эти шкалы бесполезны.

— По крайней мере, это было забавно, — пожала плечами Трисс. — Эскель, выходит, действительно эманирует сильнее всех.

— А Весемир слабее всех, — кивнула Кейра. — Это единственное, что видно точно.

— Зато развлеклись, — усмехнулась Йен.

Я в разговоре не участвовала, пристально изучала полученные графики по дороге. Рассматривая идею взять показатели Весемира в качестве якоря и отсчитать от него остальные замеры. Не было никакой гарантии, что все чародейки чувствовали исходящие от него эманации одинаково. Но, с другой стороны, если уж кого-то и брать за основу, то именно его, как наиболее стабильную и нейтральную сторону. Взвесив все за и против, я все-таки решила рискнуть и попробовать построить теорию на этом. Войдя в замок, я сразу же устремилась к столу и, усевшись на том же самом месте, что когда-то давно с Весемиром, с энтузиазмом взялась перечерчивать графики на соседнюю страницу.

— Ну и что? — услышала я вопрос Геральта.

— Да ничего, — скучающим тоном ответила ему Йен.

Дальше я не слушала, погрузившись в размышления над по-новому представшими передо мной графиками, погрызла кончик ручки, постучала ей по странице, покрутила между пальцами и кинула на ежедневник. Мыслей было много, одна противоречивее другой. Я сложила ладони и медленно потерла их друг о друга, вспоминая ощущения от прикосновений к ведьмакам.

— Ну что там? — раздавшийся совсем рядом голос Ламберта вывел меня из состояния задумчивости.

— Да непонятно ничего, — отмахнулся от него Геральт.

Тут я заметила, что стол обступили и со всех возможных сторон заглядывали в мой ежедневник.

— Да все понятно, — опротестовала я заявление ведьмака.

— И что же тебе понятно? — поинтересовалась Йеннифер, присаживаясь на лавку рядом.

— Эманации ощущают только маги, — начала я.

— С чего ты это взяла? — тут же перебил меня Ламберт.

— С того, что пока мой дар спал, мне от Эскеля двести двадцать не прилетало, — ответила я. — И так как ощущают только маги, то значит, с магией это и связано. Точнее, с ведьмачьими способностями к магии, полученными неестественным путем. Рискну предположить, что из-за их искусственности и получается такой эффект при взаимодействии с естественным магическим фоном у чародеев.

— Ну, допустим, — согласилась Йен.

— Звучит довольно правдоподобно, — поддакнула Трисс.

— Но почему тогда у всех эффект разный? — задала вопрос черноволосая чародейка.

— Не такой уж и разный, — заметила я. — Если взять показатели Весемира, как самого стабильного, за основу и посчитать, что от него эманации все ощущают примерно одинаково хотя бы относительно остальных, то мы получим вот такую картину, — я указала на вторую страницу, с перечерченными шакалами.

На ней становилось очевидно, что Ламберт и Весемир имели довольно низкую отметку, тогда как Геральт и Эскель уходили резко вверх. Только у Кейры еще и Ламберт был отмечен достаточно высоко.

— Учитывая, что все завязано на магии, а полученные от мутаций способности у всех одинаковые, то дело, скорее всего, в естественных магических способностях. Правда, не знаю у кого именно они были до мутаций. У Весемира и Ламберта или у Геральта и Эскеля.

— Моя мать чародейка, — неожиданно подал голос Геральт.

— А мои родители простые люди, — вслед за ним сказал Ламберт.

— Ну, значит наиболее вероятно, что наличие врожденных способностей к магии увеличивает силу эманаций, — сделала вывод я, глядя на обоих ведьмаков попеременно.

— У меня, получается, были самые сильные врожденные способности к магии? — неожиданно подал голос Эскель.

— Судя по всему, — кивнула я, усилием воли переводя взгляд на него и стараясь отвести его не слишком поспешно.


========== Часть 11 ==========


— Хорошо, — усмехнулась Йен. — А как ты объяснишь вот это? — она подцепила ручку и указала ей на Ламберта в графике Кейры.

— А точно так же, как вот это, — я забрала у нее ручку и указала на то, что Ламберт у Трисс был практически вровень с Весемиром. — И вот это, — я указала на Геральта, который обогнал Эскеля у самой Йен. — И скорее всего даже это, — чуть замешкавшись, я указала на Эскеля в своем графике. — Дело не только в магии, но и в личных отношениях. Они, вероятно, резонируют с потоком энергии от разности магических потенциалов.

— А в этом действительно есть смысл, — задумчиво согласилась Йен.

Трисс и Кейра просто молча смотрели на график, видимо обдумывая мои слова.

— Эк ты загнула! — проворчал Ламберт. — А для малограмотных это как?!

Я повернулась к ведьмакам.

— Вот тебе, малограмотный, например, не нравится Трисс, — медленно начала я говорить, подбирая слова, — это невооруженным глазом видно, да и она от тебя не в восторге. Так вот ваши межличностные отношения, в данном случае отрицательные, вступают в резонанс, или точнее в антирезонанс, с тем потоком энергии, который образуется от разницы в ее магических способностях и твоих, и гасят его. Из-за чего Трисс ощущает твои эманации хуже. А Кейра тебе наоборот нравится, из-за чего ваша разница в магических потенциалах резонирует с межличностными отношениями и сила эманаций растет, причем настолько, что ощущается даже сильнее, чем от Геральта, с которым резонанса нет, — закончила я.

Ламберт озадаченно молчал.

— Хорошо, это все понятно, — снова обратила мое внимание на себя Йен и обрисовала шкалы всех чародеек кроме меня. — Но вот это, — она потыкала в Эскеля на моей шкале. — Нет.

— Я не знаю, — честно призналась я, так и не увидев никаких отличий кроме одного, крайне сомнительного. — У меня нет объяснения.

— Предназначение? — озвучила ту самую единственную бредовую идею Трисс.

— Сомневаюсь, что этот глобальный механизм стал бы влиять на такую ерунду, — озвучила я ей свои мысли.

— Тоже верно, — согласилась она.

— Погрешность в измерении? — предложила свой вариант Кейра.

— Может, — не стала спорить я.

— Так перемерь, — Трисс махнула рукой на Эскеля.

— Завтра или через недельку. Посмотрю результаты во времени, — покивала я, не глядя на ведьмака. Если уж я на него спокойно посмотреть не могу, то прямо сейчас снова ощущать весь этот фейерверк ощущений я была точно не готова.

Все замолчали, разглядывая графики.

— Ну что ж, это было занятно, — через некоторое время поднялась со своего места Йен. — Нечасто приподнимается завеса над очередной тайной ведьмаков.

— Это только теория, — поспешила напомнить я, захлопывая ежедневник и пряча его и ручку обратно в пространственный карман.

— Весьма правдоподобная, — отметила Трисс, также поднимаясь со скамейки.

— Надо записать, вдруг пригодится, — я встала следом, усмехаясь.

— Запиши, напишешь потом свою книгу о ведьмаках, — вполне серьезно посоветовала Кейра.

— Да кому оно надо, — отмахнулась я и хотела было добавить, что тут этих книг пруд пруди, но Трисс меня перебила.

— О, магическое сообщество много бы дало за информацию о ведьмаках!

И как-то мне не очень понравилась ее фраза, так что сразу подумалось, что, кажется, совсем не зря ведьмаки так тщательно охраняют свои секреты. А потому развивать тему я не стала, лишь дежурно чуть улыбнулась и сменила тему.

— Пойдем кристалл проверим. Я последний перезаписала, но еще не слушала, — обернулась я к Кейре, вспомнив, зачем та пришла.

Чародейка кивнула, и мы направились к моей комнате. Вытащив по дороге позабытый в лаборатории ноутбук, я сунула его подмышку, а кристалл сразу же отдала Кейре.

— Ого, как ты тут устроилась! — воскликнула блондинка, с любопытством осматриваясь едва переступив порог.

— Решила, раз уж я тут надолго, надо организовать себе комфорт, — усмехнулась я и взмахом руки деактивировала часть висящих на комнате чар. Все равно уже почти все увидели, да и у Йен с Трисс не хуже апартаменты вышли. Смысл скрывать пропал.

— У тебя получилось, — похвалила Кейра, присаживаясь на диван и проводя по его обивке рукой. — Это все вещи из твоего мира?

— Большинство, — кивнула я, вытаскивая оставшиеся кристаллы из ящика стола. — Мне они как-то привычнее. К тому же я их много натаскала, пока училась.

— Черную мраморную ванную тоже? — усмехаясь, напомнила Кейра.

— Нет, ее мне придется завтра еще поискать, чтобы вручить Йен, — качнула я головой, улыбаясь. — Но оно того стоило!

— Безусловно, — рассмеялась блондинка.

Проверив новенький кристалл, мы решили на всякий случай перепроверить и остальные, чтобы лишний раз убедиться, что все в порядке. Кейра выглядела очень довольной и любовно упаковала все кристаллы в специально принесенную с собой шкатулку, выстланную мягкой тканью. Попрощавшись со мной, она еще раз подтвердила свою готовность оказать мне посильную помощь с мазью, если она еще потребуется, и, открыв портал, исчезла.

Я же так и осталась сидеть на диване. В моей голове было столько мыслей, что следовало их привести в порядок, прежде чем покидать комнату. Больше всего меня волновал Эскель. В последние дни я много раз представляла, как я встречу его снова, что скажу, пыталась предугадать его реакцию. Реальность оказалась иной. Своим появлением он застал меня врасплох, а потом просто молча стоял с непроницаемым видом. Я не могла понять, о чем он думает, а от его взгляда мне становилось неловко. Расстались мы с ним по-идиотски, и теперь я не знала, как вести себя с ним. Броситься на шею, как старому знакомому или держаться отстраненно? Рад ли он меня видеть или ему все равно? Читал ли он мое письмо? Как он на него отреагировал? Когда я узнала, что он меня искал, я подумала, что он хотел продолжить общение. А сейчас? Может за год все изменилось? Вопросы, вопросы, вопросы. Да еще и эти эманации… От одного прикосновения мысли разбегаются!

Я вздохнула, откидываясь на спинку дивана. С Эскелем было легко путешествовать, выживать в лесу, скакать на одной лошади, готовить на костре, даже спать на одной кровати. С ним было легко болтать, легко молчать. Но все, что касалось взаимопонимания, всегда оказывалось очень непросто.

Второй темой для размышлений в моей голове были ведьмачьи эманации. Вот уж не было печали! Я бы может и не стала до этого так маниакально докапываться, если бы моя реакция была не такой острой. Весемир и Ламберт не в счет, да и даже к Геральту можно было бы привыкнуть со временем и по крайней мере не дергаться, но Эскель… Если меня от одного мимолетного прикосновения кончиками пальцев к его ладони насквозь пробирает, то что будет, если я задержу свою руку чуть дольше? Или не руку, а что-нибудь из того, на что мне явно намекала Йен?


========== Часть 12 ==========


Я вскочила с дивана и подошла к стулу. Ухватившись за спинку, какое-то время невидящим взглядом смотрела в окно, покусывая губы и размышляя, потом резко развернулась и направилась к выходу.

Чтобы понять, почему я так остро на него реагирую, следовало разобраться в самом явлении, а также действительно «перемерить» результат. Может, это просто в первый раз такое? Может, я себя просто накрутила? А, может, что-то другое. Надо спросить у Весемира. Может быть, в их книгах что-нибудь об этом писали. Шанс, конечно, небольшой, раз остальные ведьмаки не в курсе, но у него все-таки опыта больше, чем у них. С таким настроем я спустилась в большой зал и нашла Весемира у полок с книгами.

— Что-то ищешь? — несколько удивленно спросила я, подходя ближе.

— Да вот ты спросила про эманации, а я вроде бы что-то такое где-то читал, — ответил старый ведьмак, даже и не подозревая, что я к нему с этим вопросом и подошла.

— И как? Нашел? — спросила я.

— Нет, — с досадой качнул он головой.

— Жаль, что ничего об этом не писали, — вздохнула я.

— Писали, я точно помню, правда, мало. Но я уже два раза все полки пересмотрел, книги тут нет. Оболтусы мои, что ли, утащили почитать? — нахмурился Весемир. — Да вроде бы никогда они дневниками Маласпины не интересовались.

— Это та книжка, где он описывал эксперименты в процессе создания ведьмаков? — заподозрила местонахождение книги я. — Которую ты мне давал почитать?

— Да, — кивнул Весемир.

— Она у меня в комнате так и осталась, когда я с Трисс ушла, и до сих пор там лежит, — улыбнувшись своей удаче, пояснила я. — Значит, там можно найти информацию про эманации?

— Не рассчитывай на многое. Там буквально пара строк. Никому до тебя интересно не было, — предупредил меня старик.

— Я заметила, — усмехнулась я. — Кто-то же всегда бывает первым!

Я уже собралась было вернуться к себе в комнату, но Весемир остановил меня вопросом:

— Ты ужинала?

— Ужин? — удивилась я и глянула на наручные часы, которыми обзавелась едва научилась таскать вещи из своего мира. По ним было легче ориентироваться во времени в моем изолированном доме. — Ого, сколько времени! — воскликнула я, совсем не ожидав увидеть на часах девятый час вечера.

— Я так и думал, — неодобрительно покачал головой старик. — Все уже давно поели, одна ты голодная.

— Все? — удивилась я.

— Йеннифер с Геральтом сразу куда-то удалились, Трисс немного поболтала с нами и отбыла в Ковир, сказав, что вернется позже, а мы с Эскелем и Ламбертом поужинали, — подробно расписал ведьмак. — Пойдем.

Я отправилась за ведьмаком, в самом деле ощутив, что неплохо было бы поесть, прежде чем рыться в книге в поисках крупиц информации.

— Мальчики рассказали мне твою теорию, — сказал Весемир, усаживаясь за стол напротив меня. — Занятная.

Я заинтересованно запустила ложку в поставленную передо мной тарелку с мясной кашей.

— Угу, с кучей допущений и выдумок, — усмехнулась я, жуя. — Но я все равно хочу записать свои мысли. Только еще почитаю, что там Косимо по этому поводу думал. Вдруг когда-нибудь смогу проверить свои идеи, или кому-нибудь мои записи пригодятся.

— Информация о ведьмаках не должна покидать территории этой крепости, — очень серьезно глядя на меня сказал Весемир.

— Я помню, — негромко сказала я. — Я не собираюсь никому это показывать, разве что тебе. Ну, а вдруг что-то изменится?

— Не могу представить себе такое изменение, но знаю, что дети не должны больше гибнуть в мучениях.

Я согласно кивнула. Уж кто-кто, а я точно была неспособна убивать, тем более детей, даже ради великой цели. Я подопытных крыс-то жалела каждую!

— Виделась с Эскелем? — неожиданно сменил тему Весемир.

«Даже током меня шарахнул так, что искры из глаз посыпались», — чуть было не вырвалось у меня.

— Угу, — промычала я, на всякий случай не раскрывая рта, чтобы не сболтнуть лишнее.

— Понятно, — чуть помолчав, многозначительно сказал старик.

— Что понятно? — удивилась я, вскинув на него взгляд и бросив есть.

— Он с тобой не говорил, — чуть нахмурившись констатировал ведьмак.

— Ну… сказал, где тебя искать и что-то по теории эманаций спрашивал, — припомнила я ту пару фраз, которую он произнес, обращаясь ко мне.

— И все?

— Да как-то некогда было особо болтать, — в целом правду сказала я, хотя истинной причиной это и не являлось. С Кейрой я заперлась в своей комнате вполне целенаправленно.

— Выслушай его, — совершенно неожиданно попросил Весемир.

— Да я не отказывалась с ним говорить, — с трудом проглотив ложку каши, ответила я, пряча взгляд в тарелке.

«Я просто спряталась», — мысленно добавила я.

— Позволь ему сказать, — будто прочитав мои мысли, несколько изменил свою просьбу Весемир.

Я чуть дергано пожала плечами. Добавить к уже сказанному мне было нечего.

— Спасибо! Вкусно, — поспешила я закончить этот неловкий разговор, отправив последнюю ложку в рот. — Пойду почитаю, может, вычитаю что полезное, — сказала я, поднимаясь и взмахом руки очищая тарелку и отправляя ее на место.

— Хм… неплохо! — отметил это ведьмак.

— Привычка, — усмехнулась я. Заклинание, избавляющее от мытья посуды, было одним из моих любимейших.

Вернувшись в комнату, я поспешила найти книгу Косимо Маласпины среди расставленных на полках, куда я ее автоматически прописала вместе со своими. Надо было ее, наверное, вернуть… С другой стороны, Весемир ничего об этом не сказал, так что, думаю, на некоторое время я вполне могла оставить ее себе.

Усевшись в кресло, я начала перелистывать страницы в поисках нужной, постоянно одергивая себя и запрещая углубляться в чтение. Вся та непонятная тарабарщина, которую я пропускала при первом чтении этой книги, теперь не просто обрела для меня смысл, но и стала жутко интересной. Однако меня сейчас интересовала совершенно конкретная информация, остальное я собиралась перечитать позднее. Ближе к середине книги я нашла то, что искала.

«Трансмутации, целью которых являлось пробуждение у подопытных примитивных способностей к магии, дали неожиданный побочный эффект. При соприкосновении кожи успешно инициированных экземпляров с кожей исследователя-чародея в месте прикосновения появляется странный зуд. Интенсивность импульса у каждой особи индивидуальная, с течением времени не меняется. Экранируется любой даже самой тонкой прослойкой. Точную этиологию выяснить не удалось, однако эффект безошибочно свидетельствует об успешном появлении минимальных магических способностей у испытуемых. Других положительных и отрицательных свойств у данной особенности не выявлено. Перспектив не имеет, дальнейшее исследование явления проводить нецелесообразно, — прочитала я, а потом заметила небольшую приписку другим почерком. — Предположительно возникает из-за конфликта магических сил врожденного толка и мутациями приобретенного».


========== Часть 13 ==========


Я довольно громко хмыкнула. С одной стороны, лишь подтверждение, что никто этим не занимался, с другой — предположение с моим совпадало. Плюс вполне точная взаимосвязь эманаций и магических способностей у ведьмаков. Жаль, уровень способностей до мутации никто не проверял, а Испытания давно в прошлом, самой не взглянуть.

Громкий стук в дверь вырвал меня из размышлений, заставив вздрогнуть. Я перевела взгляд на дверь и почувствовала, что сердце застучало быстрее от одной мысли, что за дверью может стоять Эскель. Накатило раздражение на саму себя.

«Что я веду себя как школьница, влюбившаяся в старшеклассника?! Я давным-давно взрослая самостоятельная женщина, стыдно должно быть бегать от понравившегося мужчины, а не в глаза ему смотреть. Я с ним еще шесть лет назад переспать собиралась, а теперь дотронуться боюсь?» — мысленно отчитала я себя и поджала губы. Шесть лет назад меня от прикосновений к нему в дрожь не бросало…

Несмотря на все мои страхи и чаяния, за дверью оказалась моя наставница.

— Можно? — спросила она.

— Заходи, — посторонилась я, впуская ее в комнату и закрывая дверь за ней.

Чародейка присела на диван.

— Читаешь? — кивнула она на книгу, оставленную в кресле.

— Пытаюсь разобраться в эманациях, — кивнула я.

Интерес к книге у чародейки сразу угас.

— Помнишь наш разговор? — спросила она.

— У нас их столько было. О чем конкретно? — усмехнулась я, присаживаясь рядом с ней.

— О концентрации и способах ее улучшить, — весьма конкретно напомнила Йеннифер.

У меня вырвался смешок.

— Ты ждешь, что я прямо сейчас найду Эскеля и предложу ему перепихнуться? — скептически уточнила я у нее.

— Зная тебя, нет, — с большим разочарованием в голосе ответила она.

— А ты бы сама-то так сделала? — я попыталась усовестить эту черноволосую сводницу.

— Я уже так сделала, — веско ответила чародейка.

Мои брови поползли на лоб.

— Рада за тебя, — чуть откашлявшись, сказала я. — Так чего ты от меня хочешь, раз понимаешь, что я так не поступлю.

— Чтобы ты не откладывала в долгий ящик, — как всегда прямо ответила на поставленный вопрос Йен. — Я видела, как ты на него смотрела…

— Интересно как же? — даже перебила я ее, не совладав со своим любопытством.

— Он тебя волнует, — без обиняков ответила Йен и на этот вопрос, — но ты боишься. Я только не пойму чего.

— Если бы тебя Геральт будто током шарашил, ты бы тоже так не спешила в его объятья, — недовольно процедила я.

— Эманации ведьмаков штука довольно приятная, особенно в постели, — подчеркнула Йен. — Если от Эскеля у тебя такие сильные ощущения, то мне тем более непонятно, почему ты его избегаешь.

— Потому что приятными я бы их не назвала. Они меня скорее пугают своей силой. И это только от одного легкого прикосновения на секундочку! А что будет, если контакт продлится дольше? Постель просто страшно представить! — раздосадовано воскликнула я, поделившись хоть с кем-то одолевавшими меня мыслями. — На что это будет похоже? На электрический стул?

— Хм… — протянула чародейка, внимательно глядя на меня. — Я думаю, это потому, что ты с ним еще не переспала.

Я изобразила традиционный фейспалм, сопроводив его тяжелым вздохом. Сразу вспомнился расхожий мемчик с универсальной причиной любой проблемы: «Это у тебя просто мужика нормального не было!». У меня снова вырвался смешок.

— Я тебе, между прочим, вполне серьезно говорю, — настаивала Йен. — Ты сама сказала, что на эманации влияют взаимоотношения, а взаимоотношения — это в первую очередь чувства, эмоции. Соответственно, чем эмоции сильнее, тем больше резонанс. А первый раз всегда особенный.

— Ну какой первый раз, ты же помнишь, что я была замужем! — воскликнула я, возводя глаза к потолку.

— Я и не говорю, что ты девственница, но и явно не проститутка, у которой каждую ночь новый клиент, — Йен была явно недовольна, что ей приходится разжевывать мне каждое слово. — Я уверена, во второй раз эмоции не будут такими сильными и, следовательно, резонанс уменьшится.

Я смотрела на нее исподлобья, не соглашаясь, но и не протестуя. Это была теория, такая же необоснованная, как до того строила я, с той только разницей, что слова Йен я могла проверить на практике, а вот причины возникновения эманаций — нет.

— Также я думаю, что и первый раз не будет похож на электрический стул, — продолжила Йен, не дождавшись моего протеста. — Если ты расслабишься и перестанешь все пытаться проанализировать и понять, а просто начнешь получать удовольствие…

Я почувствовала, что щеки уже достигли максимальной температуры, а раздражение вот-вот перельется через край.

— Слушай, Йен… — резко перебила я ее, не в силах слушать дальше, но все-таки взяла себя в руки. — Я тебя услышала! Но с личной жизнью позволь мне разбираться самой, — твердо сказала я ей.

— Конечно, — неожиданно легко согласилась чародейка и поднялась с дивана. — Я просто хотела убедиться, что ты не собираешься избегать его вечно.

— Я не избегаю вовсе, просто занята была, — сердито ответила ей я, провожая гостью, исчерпавшую лимит моего терпения до двери.

— Правда? Значит, мне показалось, — никаких сомнений в притворном удивлении не возникало. — Ну, теперь-то ты свободна.

— До завтра, — как можно спокойнее сказала я.

— До завтра, — улыбнулась мне Йен, после чего я наконец смогла закрыть за ней дверь.

— Вот умеет же достать! — проворчала я, возвращаясь к книге, но запоздало поняла, что она мне, в общем-то, уже не нужна.

Все, что было нужно, я уже прочитала. Теперь оставалось только сесть и записать свои мысли по поводу ведьмачьих эманаций, если я на самом деле собиралась это сделать. А еще по крайней мере в одном Йен была права. Эскеля я избегала …

«Нет уж, я этого не признаю!» — с такими мыслями я решительным шагом направилась вон из комнаты и вскоре уже была в большом зале. Несмотря на не слишком позднее время, он был пуст. Чему я, с одной стороны, вроде бы порадовалась, а с другой, где-то в глубине души огорчилась.


========== Часть 14 ==========


К письменному столу решила не ходить, вместо этого завернула на кухню и прихватила оттуда яблоко, а после уселась на своем уже, считай, любимом месте, поближе к горящему очагу. Вытащив ежедневник и ручку, села писать. Проще было бы вносить информацию в ноутбук. С ней там и работать удобнее и хранить надежнее, но тогда никто, кроме меня, в этом мире не сможет ее прочесть. А это было уже не очень удобно, так что приходилось по старинке писать от руки. Впрочем, и записать нужно было немного, лишь чистые домыслы, никаких экспериментов и доказательств у меня все равно нет. За дело я взялась с энтузиазмом, сказав себе, что быстренько все допишу и с чистой совестью вернусь к себе в комнату.

Написать я успела едва половину, когда посреди большого зала появился портал, из которого вышла Трисс.

— Привет, — улыбнулась я ей. — Уже вернулась?

— Привет! — ответила она, подходя ближе и присаживаясь напротив. — Да, отдала кое-какие распоряжения и доделала некоторые дела. А ты чем занимаешься?

— Теорию эманаций решила все-таки законспектировать, — ответила я. — Может, смогу позже разобраться или кто-нибудь после меня этим займется.

— Не представляю, как у тебя до сих пор еще голова соображает что-то полезное. Я ужасно устала за этот день, — покачала головой Трисс.

— Привычка выработалась сутками заниматься, — усмехнулась я. — Хотелось побыстрее магию освоить, да и делать под щитом больше было нечего.

— Полезная привычка! Только ты отдыхать тоже не забывай!

— Не забуду, — заверила я ее. — Меня там такая кровать ждет! — вспомнила я об обновленной обстановке комнаты, которую неожиданно захотелось поскорее проверить на удобство.

— Она какая-то особенная? — заинтересовалась чародейка.

— Я ее еще два года назад себе присмотрела, но она в комнату не влезла, а теперь я наконец-то смогу поспать на этом огромном ложе! — с восторгом живописала я ей.

— Хи-хи, да я, честно говоря, не столько про сон говорила, хотя это, конечно, тоже важно, — тихо хихикнула Трисс. — Но большая кровать и для иных целей очень удобная вещь!

Я нахмурилась, заподозрив Трисс в сговоре.

— Тебя Йен подослала? — недовольно спросила я у женщины.

— Я ее даже еще не видела, — явно растерялась от моего вопроса чародейка. — Что такое?

— Да вот она ко мне по этому же вопросу не так давно подходила, теперь ты, — все еще подозрительно глядя на собеседницу, ответила я. — С чего бы вдруг?

Ну ладно у Йен идея фикс, мы с ней еще будучи на Хиндарсфьялле об этом говорили и результат беседы ее явно не удовлетворил, а Йен дама настойчивая. Но с Трисс никаких подобных разговоров никогда не было.

— Мы с ней как-то обсуждали, что было бы хорошо, если бы ты… — сдалась под моим пристальным взглядом рыжеволосая чародейка.

— Яс-сно, — прошипела я. — Еще одна сводница! Йен я уже сказала, скажу и тебе. Я как-нибудь сама разберусь со своей личной жизнью.

— Да я не настаиваю, ты чего? — неподдельно удивилась моей реакции Трисс. — Мне просто в самом деле кажется это занятной идеей. Вы с Эскелем могли бы неплохо проводить время вместе.

Ее искренность сильно снизила градус моего недовольства, но смотрела я на нее все равно строго. Высказывать какие бы то ни было идеи на подобные темы без просьбы об этом я считала неприемлемым!

— Поживем — увидим, — кратко ответила я, чтобы больше не развивать тему.

— Ладно, я пойду, — поднялась со своего места чародейка. — Меня еще Йен просила к ней заскочить на минутку, а время скоро будет совсем неподходящее для визитов. Продуктивной работы!

— Спокойной ночи, — пожелала я ей и вернулась к ежедневнику.

Но стоило мне только погрузиться в процесс с головой, как внезапно, будто материализовавшись прямо передо мной появился Геральт. Я вздрогнула от неожиданности. Определенно, к бесшумному появлению ведьмаков я была непривычна.

— Извини, — сказал мужчина, усаживаясь на то же место, что десять минут назад занимала Трисс. Он был без куртки, в одной небрежно завязанной на поясе рубашке, со слегка растрепанными волосами, частично собранными в хвост на затылке. — Не против?

— Нет, — я качнула головой.

Глупо было возражать. Не хотела бы общества, сидела бы в комнате и, честно говоря, я уже склонялась к мысли, что зря вышла. Продуктивно поработать в этом проходном дворе было невозможно, а иного смысла находиться здесь не было. Только глупо на провокацию Йеннифер поддалась и все.

— К Йен заглянула Трисс, и меня тактично попросили удалиться, — поведал мне причину своего появления тут ведьмак.

— Чародейские секретики, — криво усмехнулась я, подозревая, что их секретиком на сегодняшний вечер была я и моя пустая постель, которая к их компетенции явно не относилась.

— А что ты пишешь на ночь глядя? — поинтересовался Геральт.

— Записываю то, что сегодня вдохновенно навыдумывала за этим же столом, — я пару раз стукнула ладонью по столешнице. — Вдруг потом пригодится.

— Так это выдумка? — чуть дернул бровью Геральт.

— Научная теория, — усмехнувшись, более благородно поименовала я то, чем занимаюсь. — Хотя то, что эманации возникают после трансмутаций, направленных на появление у ведьмаков способностей к магии, факт проверенный.

— Кем? — заинтересовался ведьмак.

— Косимо Маласпиной, — усмехнулась я. — По наводке Весемира я нашла упоминание эманаций в его книге. После чего они возникают, он написал вполне точно, а вот механизм возникновения и суть процесса изучать не стал.

— Почему?

— «Перспектив не имеет, дальнейшее исследование явления проводить нецелесообразно», — по памяти процитировала я. — Чуть в стороне, правда, другой рукой там есть приписка, совпадающая с моими предположениями относительно природы эффекта. Так что как минимум не мне одной это пришло в голову, но, тем не менее, без проверки это все остается не более чем выдумкой.

— Проверять, надо полагать, не на ком, — за меня закончил мужчина.

— И не на ком, и не зачем, — подтвердила я. — Мне, конечно, интересно, но не настолько, чтобы полноценно заниматься исследованиями этого вопроса. Развлеклась и ладно! — поспешила я пояснить свое отношение к теме.

— Интеллектуальные у тебя развлечения, — усмехнулся ведьмак.

— Мне просто магия интересна, — пожала я плечами. — Кстати, раз уж ты тут, задам пару вопросов, если ты не против.

— Спрашивай, — разрешил Геральт.


========== Часть 15 ==========


— Ты сам отголоски эманаций никак не ощущаешь?

— Например?

— Ну, ты не чувствуешь разницу к обычному человеку ты прикасаешься или к чародею? — уточнила я.

— Нет, — качнул головой ведьмак. — Ведьмаки вообще к магии мало восприимчивы.

— На ведьмаков не действуют чары? — вскинула брови я.

— Некоторые, — подтвердил Геральт. — Сильное колдовство, разумеется, действует, но почувствовать, как маги, мы его не можем. Только через медальон.

— Медальон? Вот этот? — я кивком головы указала на оскалившегося волка на груди ведьмака.

Мужчина кивнул.

— Он начинает вибрировать, если рядом есть магия.

Я подняла брови еще выше.

— Можно? — попросила я разрешения прикоснуться к магической штучке.

Геральт пожал плечами и пересел поближе, чтобы мне не надо было тянуться через весь стол. Наученная горьким опытом общения с ведьмаками, я осторожно коснулась самого краешка оскалившейся морды волка и тут же отдернула палец. Однако ощущений кроме прохлады металла не было никаких. Тогда я уже коснулась его смелее и даже просунула под него пальцы, держа его на ладони. Какой-то особенно сильной магии я в нем не чувствовала, так что рискнула применить свою. Отклик почувствовала сразу же, легкая вибрация от волчьей морды передалась пальцам. Я усилила магический поток, медальон завибрировал ощутимее, а потом и вовсе начал подергиваться.

— Занятный артефакт, — уважительно сказала я, убирая руку от магического амулета, и взяв ручку, записала новую информацию в ежедневник.

Геральт же в это время с интересом заглянул мне под руку, очевидно читая текст.

— Что ты потом с этими записками будешь делать? — спросил он.

— Отложу в долгий ящик. Может быть, когда-нибудь продолжу изучение, — ответила я, дописывая последнее слово. — Весемир мне уже сказал, что информация о ведьмаках засекречена, можешь не беспокоиться, она не уйдет за пределы крепости.

— Ясно, — сказал Геральт, оторвав взгляд от текста и внимательно посмотрев на меня. Я отметила, что уже воспринимаю желтые глаза с вертикальным зрачком у человека как вполне нормальное явление.

— Никогда не замечал, чтобы кто-нибудь кроме чародеев ощущал эманации? — задала я следующий вопрос.

Ведьмак задумался.

— Если кто и чувствовал, мне не докладывал, — качнул он головой.

Я хмыкнула и сделала пометку и об этом.

— Не думал, что ты будешь мне вопросы задавать, — усмехнулся Геральт.

Я насторожилась. Еще только четвертого подпихивателя в объятья Эскеля мне не хватало! Или у меня уже паранойя и ему просто не нравится отвечать на вопросы?

— Кто попался, тому и задаю, — тем не менее я постаралась ответить равнодушно.

— Ты не подумай, я не против, — осознал, как это звучит, ведьмак и резко пошел на попятный.

Но у меня уже пропало желание задавать ему вопросы, хотя я планировала еще пару тестов провести, чтобы уж максимально полную картину явления иметь.

— Поздно, уже подумала! — забраковала я запоздалый маневр. — Буду спрашивать у Весемира.

— А почему не у Эскеля?

«Та-ак, еще один», — уже почти уверенно определила я.

— Весемира найти проще, он крепость почти не покидает. А почему именно Эскель, а не Ламберт? — встречно поинтересовалась я, прищурившись.

— Не знаю таких людей, которые бы предпочли иметь дело с Ламбертом, если у них есть выбор, — попытался выкрутиться Геральт.

— Кейра не человек? — вскинула я одну бровь, копируя излюбленное выражение лица своей наставницы.

— Да, упустил ее, — признал свою ошибку беловолосый. — Но, как видишь, и она недолго его выдержала, — заметил он. Я уже было почти расслабилась, решив, что тема исчерпана, как он добавил. — А Эскелю ты нравишься.

Я медленно подняла взгляд, вложив в него все, что я думаю о болтунах, лезущих не в свое дело.

— Я думаю, он в состоянии сам сказать о своих симпатиях и антипатиях, — процедила я, глядя на мужчину исподлобья. — А еще думаю, что Трисс с Йен уже все обсудили и ты можешь вернуться к Йен и заодно передать ей мой пламенный привет.

Если бы я не знала, что Трисс в самом деле направилась к Йеннифер, я бы подумала, что он с самого начала все подстроил.

— Да, думаю, ты права, — не удивляясь моему привету для чародейки сразу же согласился Геральт и поднялся со скамьи, косясь на ручку в моих руках.

Я перевела взгляд на нее и увидела, что та покрылась изморозью.

«Доколебали, блин, уже магия спонтанно выплескивается, — раздраженно подумала я, освобождая ручку из морозного плена. — Надо лучше себя контролировать».

— Ты все-таки дай ему шанс, — неожиданно снова раздался голос вроде бы уже ушедшего восвояси Геральта.

Я скрипнула зубами и зацепилась взглядом за даже не надкушенное яблоко. Спелый метательный снаряд тут же улетел в сторону не понимающего намеков мужчины.

— Ух, холодненькое! — прокомментировал ведьмак, разумеется легко поймавший фрукт. — Слушай, а ты и пиво так же можешь охладить просто рукой? — живо заинтересовался он.

— Могу, — с нажимом подтвердила я. — А еще могу охладить сразу того, кто его потреблять будет, и даже прямо сейчас!

Геральт весело усмехнулся и со смачным хрустом откусил сразу чуть ли не половину моего яблока.

— Буду иметь в виду, — сказал он и, развернувшись спиной ко мне, все-таки ушел в сторону башни.

Когда за ним закрылась дверь, я тоже усмехнулась.

«Вот вроде бы и сердита на него, а губы все равно в улыбке расплываются. Обаятельный засранец. Или это я про него рассказов от Йен и Трисс наслушалась, что воспринимаю как старого знакомого?»

Я снова взялась за ручку, подавив в себе малодушный порыв вернуться в комнату сейчас же. Уж решила написать, сидя здесь, надо доделать! Да и уже поздно было бежать. Все, кто мог, уже высказались по поводу моего досуга. Ламберт был явно не у дел, а сам Эскель хотел бы, давно уже подошел. Впрочем, не прошло и пары минут, как я поняла, что в очередной раз ошиблась, предположив, что смогу спокойно дописать и подняться к себе. Поначалу я подумала, что это Геральт вернулся, что-то забыв, потому что новый посетитель замаячил на периферии зрения так же бесшумно, как и беловолосый, но вскинув голову, я поняла, что ошиблась. Насмешка на тему того, что Йен предпочла Геральту Трисс, так и осталась невысказанной, когда я встретилась взглядом с тем, кого уже не ждала. Ехидство мое сразу же улеглось, а вот подозрительность, наоборот, обострилась.


========== Часть 16 ==========


— Тебя тоже Йен подослала? — без предисловий спросила я.

— Йен? — удивленно приподнял брови Эскель, стоявший у ближайшей колонны. — Я не видел ее с того момента, как они с Геральтом уединились.

На вранье было не похоже, так что я смягчилась, а потом мне и вовсе стало смешно. До того в глаза боялась посмотреть, а как упрекать, то и куда стеснение пропало!

— А я уже с обоими повидалась, — проворчала я.

— Что она хотела? — закономерно поинтересовался ведьмак.

— Ее навязчивые идеи мучают, — ответила я и нахмурилась. — Завтра выскажу ей все, что я по этому поводу думаю! — рассказывать Эскелю в чем проблема я определенно не собиралась. — Сегодня дописать, наконец, надо.

— Что ты пишешь? — ожидаемо отвлекся от нежеланной темы мужчина, подходя ближе к столу.

— Записываю свои мысли по поводу ведьмачьих эманаций, — ответила я, опуская взгляд и в который уже раз занося ручку над бумагой. — Вдруг когда-нибудь смогу до конца разобраться в этом явлении.

Я успела написать три последних слова в брошенном на середине предложении, когда ведьмак, до этого так и стоявший возле стола, все-таки опустился на лавку напротив меня. Я так и не смогла определиться, чего я больше ждала, что он останется или что уйдет.

— Брин, я хотел поговорить, — сказал он, положив руки на стол.

Сердце, и до того бившееся быстрее нужного, пустилось вскачь.

— Пять минут, — успела я вставить, подняв руку с расправленными пятью пальцами, пока Эскель подбирал слова. — Просто посиди и помолчи, я допишу, пока мысли окончательно не разбежались, — взглянув на него, попросила я, выгадывая этим себе тайм-аут.

— Хорошо, — покладисто согласился он.

Я снова уставилась в ежедневник, с трудом, но все-таки вспоминая, что именно еще хотела дописать. Звук скольжения стержня по бумаге неплохо успокоил меня.

«Почему я вообще так реагирую на него? Отвыкла за шесть лет? Но, блин, даже с Геральтом, которого я вообще никогда не видела до сегодняшнего дня, я веду себя спокойно. Ерунда какая-то! Надо взять себя в руки. В конце концов, он просто мужчина. Поговорить пришел», — задумалась я, грызя кончик ручки.

— Все, — объявила я, ставя последнюю точку и захлопывая ежедневник. — Пойдем, — позвала я ведьмака, поднимаясь с лавки.

— Куда? — спросил он.

Я рискнула снова встретиться с ним взглядом и отметила, что тайм-аут в некоторой степени помог.

— Туда, где я буду уверена, что никто не греет уши, — ответила я, явно заработав себе паранойю за этот вечер.

***

Год. Целый год. Долго? Что значил один год для человека, прожившего их почти сотню? Коротко? Как течет время для человека, который чего-то ждет?

Ему казалось, он уже передумал все, что можно за это время, представил разные версии их встречи, прокрутил в голове все варианты их диалога, придумал объяснения, вообразил и обиду, и равнодушие, и дружелюбие, но реальность все равно оказалось иной. Она стояла на лестнице рядом с Геральтом и шутила, как она обычно это делала — с серьезным лицом и лишь под конец улыбаясь. А потом она развернулась и увидела его. Все сценарии полетели к черту, потому что она просто стояла и смотрела долго и непонятно. Эскель осознал, что понятия не имеет, что нужно сделать, и так ничего и не придумал, даже когда она подошла к нему. Более того, он почувствовал, что вообще ничего сказать не может. Единственное на что его хватило, это слегка улыбнуться ей, протягивая руку. А потом она чуть ли не отскочила от него, округлив глазами. На ведьмака накатила тревога. Почему к остальным она прикоснулась нормально, а от него шарахнулась как от огня? Что с ним не так? Почему вдруг такая реакция?

Об эманациях он почти ничего не знал, так как с чародеями, а тем паче чародейками, мало общался. И подобная реакция Брин на прикосновение к нему его не на шутку обеспокоила. Впрочем, видя реакцию других чародеек, он немного успокоился, а во время участия в странном эксперименте, затеянном Брин, даже почувствовал, что дар речи к нему вернулся. Поговорить с девушкой, правда, все равно бы не получилось. Этому были помехой и толпа народа, и неожиданная увлеченность Брин вопросом тех самых эманаций, и его собственная непредвиденная растерянность. Так что все, что он ей сказал, было местоположение понадобившегося ей Весемира.

— Занятная девчонка! — прокомментировал ее Ламберт, когда чародейки вышли из замка. — Вроде обычная, а как тебя, Геральт, в стену-то двинула! Не боишься своего предназначения, а, Эскель?

— Чего мне еще бояться? — указывая на свое лицо, спросил у него находившийся в полном раздрае ведьмак. Скрыть внутренние метания за привычной маской спокойствия было не сложно, куда сложнее было успокоиться на самом деле.

— Эта штучка явно посерьезнее будет, — хохотнул Ламберт. — Сразу быка за рога взяла! Ты гляди, еще и тебя на кусочки разберет!

— Да, Йен говорила, что ее увлеченность магией порой граничит с одержимостью, — поддакнул Геральт криво усмехаясь.

— Вряд ли она найдет во мне что-нибудь интересное, — отмахнулся от них обоих Эскель.

— Найдет-найдет, не сомневайся, — осклабился Ламберт. — Вон ее от тебя как торкнуло!

— Ну значит, таково мое предназначение, — развел он руками.

Все трое громко расхохотались. Эскель, правда, в отличие от Ламберта, в своей интересности для Брин уверен не был и представления не имел, как ощущаются эманации. После возвращения чародеек и довольно занятного обсуждения теории, выдвинутой Брин, вся толпа неожиданно рассосалась, вот только и его предназначение тоже удалилось, да еще и под ручку с Кейрой, говоря о каких-то кристаллах. В опустевшем большом зале вопрос «что делать» встал только острее.

Время шло, а Брин не появлялась. Идти к ней специально он не хотел. Формально потому, что там все еще могла быть Кейра, а при ней он говорить не желал, а фактически еще и потому, что опасался реакции Брин. За все время, что он видел ее, он так и не смог понять ее отношение к себе и все больше чувствовал, что она избегает встречаться с ним взглядом.

Промаявшись неуверенностью в своих действиях до позднего вечера, он все-таки решил на одни и те же грабли второй, а точнее третий раз не наступать и пойти поговорить с девушкой откровенно, чтобы знать все наверняка, а не строить домыслы, которые, как он уже знал, у него получаются довольно криво. По дороге к гостевой башне он Брин и обнаружил. Она сидела за столом в большом зале и что-то быстро писала в своей необычной книжке той самой ручкой, у которой чернила были внутри. Застыв на полпути, он снова заколебался, должен ли он отвлечь ее или подождать, но она уже заметила его сама и подняла голову. Правда, вопрос, который она ему сразу же задала, поставил ведьмака в тупик. При чём тут была не сильно жалуемая им возлюбленная Геральта, он не знал, но углубляться в эту тему не стал, решив выяснить до конца другой вопрос. Сказав, наконец, Брин, что хочет с ней поговорить, он с удовольствием рассматривал девушку, ожидая, пока та допишет что-то в свою книгу. А потом она встала и сказала, что говорить они будут не здесь, чем снова его изрядно озадачила, хоть он и привычно не подал вида.


========== Часть 17 ==========

***

Эскель больше вопросов задавать не стал, поднялся и молча пошел рядом со мной. Я же отправилась напрямую в свою комнату, так как только там могла чувствовать себя в безопасности от назойливого желания наставницы поучаствовать в моей судьбе. Вот все-таки совсем не зря я парочку защитных заклинаний наложила на свою комнату! По крайней мере, ни услышать, ни увидеть, ни другим способом узнать, что происходит за закрытой дверью, никто не сможет, либо я почувствую, что защиту взломали.

— Заходи, — пригласила я замешкавшегося на пороге ведьмака.

Порог он все-таки переступил, но так и остановился, сделав всего шаг.

— Это иллюзия? — переводя взгляд из одного угла комнаты в другой, спросил он.

— Нет, это мои учебные пособия, — ответила я, закрывая дверь. — Проверь, — я махнула на диван, заодно приглашая присесть.

Кинув ежедневник с зажатой в нем ручкой на столик перед диваном, я поспешила подхватить так и оставленную в кресле книгу Маласпины и унести с глаз долой. Не хотелось привлекать внимание к ней, пока не перечитаю. Мало ли… Пока я прятала книгу на полке, Эскель вместо того чтобы сесть на диван, присел рядом с ним. Обернувшись, я увидела, как он проводит по его обивке рукой.

— Что-то не так? — я остановилась рядом с диваном и почувствовала, что губы все-таки расплываются в улыбке. Ведьмак, сидящий на корточках рядом с диваном и пристально его рассматривающий, выглядел забавно.

— Это из твоего мира? — спросил Эскель, поднимаясь. Я успела заметить некоторую растерянность в его взгляде.

— Да, почти все здесь из моего мира, — кивнула я, возвращая лицу спокойное выражение. — Когда училась, я натаскала и навосстанавливала много вещей, в том числе мебели. Вот, теперь пригодилось, — я обвела рукой пространство комнаты. — Садись, это обычный диван.

Пару мгновений поколебавшись, я решила не создавать дополнительных трудностей в общении и тоже уселась на диван, а не в кресло, как изначально планировала. В конце концов, он большой, и так пространства между нами хватит.

— Что значит навосстанавливала? — уточнил мужчина, присаживаясь с другой стороны.

— Это значит, что вытаскивала я их в довольно плачевном состоянии и до такого, — я провела рукой по спинке, — состояния восстанавливала своей магией. Такая особенность силы Старшей крови.

— Удивительно, — окидывая комнату новым взглядом, прокомментировал мужчина. — Так много вещей.

— Это лишь малая часть, — уточнила я масштабы своей работы. — Все остальное осталось в доме, где я училась. Я его за время обучения успела весь переделать.

— Ты сделала его таким, как в твоем мире? — обернулся ко мне ведьмак.

— Нет, — качнула я головой, чуть улыбаясь. — Я вообще старалась более-менее придерживаться стиля этого мира, но, разумеется, полностью это было бы невозможно сделать, так что вышло что-то по мотивам.

Ведьмак понятливо кивнул, и повисла тишина.

— Так о чем ты хотел поговорить? — напомнила я, решительно пресекая собственные попытки и дальше оттягивать неизбежное.

— О твоем письме и нашей последней встрече, — ровным спокойным голосом ответил ведьмак, внимательно глядя на меня.

Я ожидала подобного ответа, но сам разговор себе не очень представляла. Я-то, в принципе, ему уже все в письме написала, с тех пор в моем к нему отношении ничего кардинально не изменилось, так что осталось только послушать, что он на это скажет.

— Я… хотел сказать, что… — медленно начал было мужчина и отвел взгляд.

А я вдруг запоздало поняла, что не одной мне неловко смотреть в глаза, не одна я чувствую себя не в своей тарелке от встречи после такого долго расставания, и спокойствие Эскеля лишь внешнее. Осознав это, сама я неожиданно расслабилась и смогла посмотреть на ведьмака открыто, не испытывая потребности немедленно отвести взгляд. А еще я поняла, что он сейчас скажет, но прервать успела не сразу.

— Я хотел извиниться за то, что уехал, не сказав ни слова, — успел сказать мужчина, а я почувствовала, что не хочу, чтобы он извинялся и вообще что-то объяснял. Ситуация была идиотская, мы оба друг друга не поняли, погрязнув в собственных тараканах. Я не хотела ворошить старые ошибки, тем более что мое письмо должно было расставить все точки над «ё». Его желание со мной поговорить означало, что я ему небезразлична, и этого было вполне достаточно.

— Эскель, — позвала я, не давая ему продолжить. Он перевел на меня взгляд. Я видела его спокойное и расслабленное выражение лица, но уже не верила этой маске. — Ты читал письмо? — задала я вопрос, ответ на который был в целом очевиден, но помогал перейти к следующему, уже не такому простому вопросу.

— Да, — ответил он.

— Ты согласен с предложением, которое там написано? — задала я вытекающий из этого вопрос.

Какая-то эмоция промелькнула на его лице, но слишком быстро, чтобы я с точностью могла ее понять. Вроде бы это была тень удивления.

— Да, — так же ровно ответил ведьмак.

— Тогда давай не будем больше об этом говорить, — сделала я еще одно предложение и затем чуть улыбнулась.

Эскель почти не раздумывал, просто кивнул, не отводя от меня взгляда.

— Вот и хорошо, — подвела я итог нашей максимально укороченной беседы и наклонилась вперед за ежедневником. — Не хочешь немного подопытным поработать? — предложила я ему, не желая, чтобы он уходил. Мне хотелось поговорить с ним как раньше, только вдвоем, чтобы разогнать эту глупую неловкость после долго расставания. Хотелось увидеть его улыбку.

— Давай, — не очень уверенно, но все же сразу согласился ведьмак.

— Даже не спросишь, в чем опыты будут заключаться? — усмехнулась я, откладывая ежедневник, чтобы расстегнуть пряжки на ботинках.

За целый день я уже порядком устала от обуви, да еще и на каблуке. Поздним вечером уже хотелось от всего этого избавиться и дать ногам отдых, тем более что здесь был ковер. Так что я скинула ботинки на пол и, подогнув одну ногу под себя, развернулась лицом к Эскелю. Снова взяв в руки ежедневник, пролистала, открывая его на нужной странице.

— Вряд ли ты сможешь сделать еще что-то противоестественное с ведьмаком, — криво усмехнувшись, ответил мужчина.

— Ты меня недооцениваешь, — заметила я улыбаясь. — Впрочем, мне просто нужна твоя рука.

Мне протянули желаемое, очевидно подумав, что я просто решила-таки «перемерить» эманацию. У меня же были немного другие планы.

— Нет, положи, — я указала на его колени.

А сама в это время пересела поближе к ведьмаку, чтобы не приходилось тянуться, и приблизила свою ладонь к его предплечью на максимально близкое расстояние, при этом не касаясь. Закатанные рукава оказались как нельзя кстати. Я провела над не прикрытой тканью частью руки до самых костяшек и вернулась к локтю. Осторожно прижала ладонь к самому отвороту рубашки, удивленно хмыкнула и передвинула руку на плечо, где ткань была в один слой. Взяв ручку, записала:

«Для получения эффекта необходим непосредственный контакт с кожей. Для экранирования достаточно одного слоя тонкой ткани».


========== Часть 18 ==========


Отложив ручку, я провела еще один опыт, неожиданно пришедший мне в голову. Сгенерировав первое пришедшее мне на ум не имеющее видимого и ощущаемого эффекта заклинание диагностики состояния здоровья, я снова провела раскрытой ладонью над предплечьем ведьмака на максимально близком расстоянии. Однако ничего, кроме кучи старых и хорошо заживших ран по всему телу и даже парочки переломов, не обнаружила. Абсолютно здоров! Хмыкнув, я развеяла заклинание и снова взялась за ручку.

«Изменение магического поля результатов не меняет. Похоже, без прямого контакта эффекта нет в принципе», — поставив жирную точку, я пару раз стукнула концом ручки по странице и подняла голову, собираясь задать те же вопросы, что и Геральту. Вместе со мной поднял голову и Эскель, который до того, видимо, пытался читать, но вверх ногами это было не так-то просто. Я развернула ежедневник так, чтобы ему было удобно.

— Ты не против, что я читаю? — запоздало спохватившись, спросил он.

— Читай, если интересно, — пожала я плечами, не видя в этом ничего предосудительного. Даже немного подумав, снова пересела к Эскелю боком, чтобы можно было спокойно читать, пока я пишу, а не вертеть записи туда-сюда. — Сам ты эманации никак не ощущаешь? — все-таки поинтересовалась я.

— Нет, — качнул он головой. — Обычное прикосновение.

Я поставила галочку напротив уже описанного ответа Геральта.

— А кроме чародеев никто больше не реагировал на эманации? — задала я второй вопрос.

— Я и с чародеями не так близко общался, чтобы увидеть реакцию, что уж говорить о других, — пожал он плечами, следя за моими пометками в тексте.

— Ну, теперь посмотрел, — усмехнулась я, ставя циферку два около соответствующей записи об этом.

— Как ты это ощущаешь? — подняв на меня заинтересованный взгляд, спросил Эскель.

Я с некоторым удивлением поняла, что он представления не имеет, какой эффект оказывает одним лишь своим прикосновением ко мне. Я пару раз прикусила губу, пока подбирала слова.

— Резко, неожиданно и сильно, — описала я основные свои ощущения. — Настолько, что руку сразу отдергиваешь. И из-за этой внезапной силы я даже толком сами ощущения и не чувствую, — я замолчала, обдумывая, что бы еще добавить, но так ничего и не сообразив, вспомнила. — Надо, кстати, перемерить.

— Что это значит? — одновременно с моей последней фразой сказал Эскель и указал пальцем на не так давно поставленную мной галочку.

Я, уже собравшись было записать обстоятельства второго замера, поспешила отодвинуть свою руку подальше, чтобы случайно не соприкоснуться с ведьмаком.

— Твой ответ совпал с ответом Геральта, я с ним до тебя разговаривала. Полагаю достаточным, чтобы считать достоверным, — ответила я.

— А двойка? — убрав руку, задал следующий вопрос мужчина.

— Два одинаковых ответа, но тут считать его единственно верным не получится. Вряд ли вы с Геральтом всех существ на континенте перещупали, — усмехнулась я.

— Геральт, может, и перещупал, — заметил ведьмак.

Я прыснула в кулак.

— Кажется, я начинаю понимать, чего Йен такая дерганая, — сказала я, хихикая.

— Она тоже не святая, — заверил меня мужчина.

— Она вообще озабоченная, — воскликнула я, вспоминая разговоры о повышенной потребности в сексе у чародеев и ее навязчивые попытки подтолкнуть меня к Эскелю в объятья. — Но судя по этому, — я перелистнула пару страниц назад, до графиков, и потыкала пальцем в шкалу Йен, а точнее в отметку Геральта, бывшую выше всех, — она испытывает к нему действительно сильные чувства, и они взаимны. Иначе бы резонанса не было, и первым был бы ты, — уверенно сказала я и тут же добавила. — Если, конечно, моя теория верна.

— А это что значит? — спросил Эскель и указал пальцем на себя в моей шкале.

Я отдернула руку от ежедневника, как от огня, и сама отпрянула чуть назад. Даже немного неловко стало перед Эскелем. Я это по большей части непроизвольно сделала, а не потому, что была категорически против его прикосновений. Мне только собраться с силами надо было для этого… Он, впрочем, на мое резкое движение никак не отреагировал, так что и я решила внимание не заострять. Вопрос он, правда, задал не менее неудобный!

— Я не знаю, — честно ответила я то же, что и до того. — У меня нет ни одной мысли, но я действительно так чувствую. По крайней мере, никто из остальных не чувствует эманации как удар тока, — пояснила я и, чуть помолчав, решила все-таки продолжить. — Йен считает, что это из-за того, что мы ни разу не провели ночь вместе.

В конце концов, мы еще до моего обучения проявляли друг к другу интерес, и такой сильный резонанс явно свидетельствует о том, что он остался до сих пор, если даже не вырос. На это же намекало его желание поговорить со мной. О моей красноречивой реакции на него и говорить было нечего. Плюс ко всему неожиданно вернулось то странное ощущение спокойствия и доверия, которое я всегда испытывала, когда Эскель находился рядом со мной. В общем, я решила, что он должен знать вероятную причину моей такой обескураживающей реакции на него. А то подумает еще что-нибудь не то, как в тот раз с клятвой!

— Ну да, провести ночь со мной это, пожалуй, слишком, — кивнул с какой-то неоднозначной интонацией Эскель, не глядя на меня. — Ко мне вообще лучше не прикасаться.

— Что? — не поняла я, повернувшись к нему.

— Говорю, с таким, как я, лучше никаких общих дел не иметь и даже руками не трогать, мало ли что! — расписал явно уязвленный моим резким отшатыванием ведьмак, хоть и постарался говорить как всегда спокойно.

— Что? — округлив глаза, еще раз переспросила я. — Я с тобой переспать хотела еще тогда в трактире, когда у нас одна комната на двоих была! — воскликнула я, заметив, что он собирается встать и, очевидно, уйти. Эскель, уже наклонившийся вперед, замер, потом выпрямился и развернулся ко мне, снова одарив меня своим тяжелым взглядом. — А то, что дергаюсь… — продолжила я и на миг запнулась. — Тебя когда-нибудь током било? — нахмурившись, спросила я.

— Что это? — спросил он.

— Молния, — привела я ближайший пример, и, не дожидаясь ответа, сгенерировала слабенький разряд в ладони и стряхнула его в Эскеля.

Мужчина чуть дернул рукой, резко переведя взгляд на нее, а потом снова на меня.

— Вот как-то так я ощущаю прикосновения к тебе, — возмущенно сообщила я ему. — Разве что это не больно, но резкость и сила ощущения такие же. Поэтому и непроизвольно отдергиваю руку. Как-то не очень хочется огрести такой букет от случайного прикосновения.

— Непроизвольно? — нахмурился мужчина.

Я шумно выдохнула.

— Слушай, это довольно странная реакция. Точнее само по себе явление странное, и моя реакция на это странное явление слишком сильная. Причем это лишь от одного мимолетного касания! А что будет, если я задержу руку чуть дольше? А если, скажем, поцелую? Я уж молчу про еще более близкий контакт! Йен говорит, что эманации штука приятная, и считает, что мне достаточно не дергаться и все само нормализуется до вменяемого состояния. Я ей, конечно, склонна верить, но мне, признаться, даже просто прикоснуться к тебе несколько страшно из-за такой гипертрофированной реакции, — как всегда, неловкость заставила меня быть куда более многословной, чем требовалось, но зато можно было надеяться, что теперь я максимально доходчиво объяснила Эскелю, что происходит.

— Я понял, я не буду… — заговорил он.

— Нет уж, — перебила я его, даже не желая знать, чего он там не будет. — Я хочу перепроверить силу эффекта и попробовать не отдергивать руку сразу, узнать права ли Йен. Может, заодно смогу ощущения толком описать.


========== Часть 19 ==========


Эскель пристально смотрел на меня, видимо, все еще раздумывая над моей тирадой.

— Что я должен сделать? — спросил он, очевидно передумав уходить.

— Просто сесть и позволить к себе прикоснуться, — ответила я, намекая, что он все еще сидел так, будто собирался вскочить.

Ведьмак откинулся на спинку дивана, положил ближайшую ко мне руку на колени и, повернув голову, снова посмотрел на меня. Я кивнула, подтверждая, что этого и хотела, и занесла свою руку, но коснуться сразу не смогла, какое-то время держала ее на весу над его кистью, а потом, все-таки собравшись с силами, едва коснулась кончиками пальцев его кисти и тут же отдернула их, хоть и была готова к внезапному ощущению. Второй опыт от первого ничем не отличался, кроме отсутствия эффекта неожиданности. Я подхватила ручку и принялась записывать:

«Короткий контакт: ощущается как резкий, мощный разряд от кончиков пальцев куда-то в область солнечного сплетения. Безболезненный. Оставляет после себя легкую дрожь на пару секунд».

Положив ручку, я потерла ладони друг об друга и снова занесла свою руку над его, ставя себе целью удержать контакт хотя бы секунд на пять для начала. Коротко глянув в лицо ведьмака, чтобы узнать, как он реагирует на все эти эксперименты, неожиданно встретилась с ним взглядом и замерла. Он и так сидел возле меня, а из-за того, что читал текст, еще и наклонился в мою сторону, так что его лицо было совсем близко к моему, и я снова попалась в ловушку этих желтых глаз с вертикальным зрачком. Мне вспомнилась та поляна с цветами, когда я точно так же не могла отвести от него взор. Сейчас взгляд у него был другой, ожидающий, даже настороженный, но мне снова нестерпимо захотелось его коснуться. Вот только теперь это было не так просто, как тогда.

Я разорвала контакт и вернулась к эксперименту. Пальцы чуть подрагивали, но я все-таки преодолела последние пару сантиметров. Снова тот же разряд, заставивший задержать дыхание, а потом я вдруг ощутила само прикосновение к чуть шероховатой коже под подушечками пальцев и странное, ни на что не похожее чувство. Это была скорее вибрация, чем зуд, и отдаленно она напоминала ту самую дрожь, что оставалась где-то в груди после того, как я отдергивала руку. Только до этого она доставляла мне дискомфорт своей внезапностью, а сейчас я разобрала, что это действительно приятное чувство, похожее на мурашки от нежных поглаживаний и трепет от долгих поцелуев.

Эскель в это время чуть повернул кисть, и мои пальцы плавно переместились ему в ладонь. Ощущения от скольжения по его горячей коже только усилили и без того яркие впечатления, а он еще и осторожно и даже нежно сжал их. Нет, он не удерживал, лишь слегка надавил, но это стало последней каплей. Руку я все-таки отдернула, совершенно не представляя, прошли ли те пять секунд, что я отвела на эксперимент. Я вообще понятия не имела, сколько прошло времени.

— Жесть какая, — ошеломленно почти прошептала я.

Я провела большим пальцем по подушечкам других пальцев, желая убедиться в их нормальной чувствительности. Сила ощущений была такая, что я невольно в этом засомневалась. Это было явно слишком для простого соприкосновения рук! Глубина и интенсивность этих ощущений приводили в смущение и в то же время вызывали желание повторить. Но что, в самом деле, будет, если я решусь его поцеловать?! Было одновременно и страшно любопытно, и просто страшно… Я даже головой тряхнула, отгоняя наваждение, и подцепила ручку.

«Долгий контакт, — вывела я и задумалась, как же все это описать. Все те глупости, что пришли мне в голову, явно для заметок не подходили. — Если контакт в тот же миг не разрывать, первое резкое жалящее чувство пропадает, заменяясь на менее острое, но более глубокое ощущение, напоминающее скорее вибрацию, — более-менее конструктивно описала я. — Ощущение приятное, но слишком сильное, что, скорее всего, является субъективной реакцией на раздражитель, — добавила я до кучи и прикусила колпачок ручки, задумавшись. — Усиливается с увеличением площади и интенсивности контакта», — дописала я и, чуть помедлив, поставила в конце вопрос.

Все-таки опыт был явно недостаточный, чтобы с уверенностью утверждать что-либо, но его продолжение с плавным увеличением зоны соприкосновения переводило эксперимент во все более интимную сферу, что было чревато выходом ситуации из-под контроля. К тому же меня приводила в сильное замешательство моя реакция на эманации. Да, черт побери, это было волнующее, головокружительное ощущение от прикосновений к притягательному мужчине! Но я все еще понятия не имела, что произойдет, если перейти от едва ощутимых прикосновений к более смелым. Что будет со мной, если уже эти невинные эксперименты взбудоражили меня так сильно?

Но прикоснуться к Эскелю хотелось. И не просто на пару секунд взять его за руку, а прижаться к нему, провести руками по плечам, груди, коснуться лица, зарыться пальцами в волосы и наконец проверить какие у него губы на ощупь. С того самого обеда на цветочной поляне хотелось, но тогда это желание меня испугало, а сейчас пугала реакция на самого мужчину. А еще в голову закрался логичный вопрос.

«Во всем этом безобразии я участвую не одна, и неплохо бы уточнить у второго участника, хочет ли он продолжения. С одной стороны, то, что он вообще здесь и до сих пор остался сидеть, несмотря на все мои объяснения, уже вполне прозрачно намекает на его заинтересованность. А с другой, в прошлый раз мне тоже все казалось очевидным, а он меня отверг. Так что следует поинтересоваться его мнением заранее, чтобы не попасть снова в глупую ситуацию», — определилась я, чуть повертела ручку в руках, отложила ее в сторону, взяла в руки ежедневник, перелистнула пару страниц туда-сюда и решилась.

— Предположение Йен в целом подтвердилось, — не поворачивая головы, сказала я. — Хочешь продолжить участвовать в тестировании эффекта и проверке теории Йеннифер? — волнуясь, нагромоздила я фразу и тут же поняла, что мне все-таки придется повернуться и взглянуть ему в глаза, чтобы узнать ответ.

— Да, — ответил Эскель, в этот момент я повернула голову к нему. — Хочу, — добавил ведьмак, глядя мне в глаза.

«Действительно хочет», — убедилась я, и тут меня разобрал смех.

Губы плавно растянулись в улыбке, я прыснула и уткнулась в ежедневник, который все еще держала в руках, расхохотавшись. Сообразив, как это глупо выглядит, убрала книгу от лица, после чего засмеялась только еще громче, теперь уже прикрывая рот рукой и борясь с желанием хлопнуть себя по лбу. Отчетливый тяжелый вздох Эскеля только подлил масла в огонь.

— Ну что смешного? — даже как-то устало спросил он.

— В жизни более идиотской фразой поцеловать не предлагала, — воскликнула я, все еще смеясь, и рискнула повернуться к мужчине. На его лице появилась долгожданная улыбка, которая под моим взглядом стала только шире. Ради этого стоило упражняться в словосплетении!

— Ты меня, признаться, несколько запугала своим описанием и демонстрацией, — сказал он, продолжая улыбаться, правда, делал это не очень уверенно. — Я уже не знаю, что я должен сделать.

— Уж тебе ли бояться, — усмехнулась я.


========== Часть 20 ==========


— Я боюсь сделать что-нибудь не то, не хочу причинить тебе неудобство неловким движением, — резко снова стал серьезным мужчина. — У меня нет опыта общения с чародейками. Я не знаю, что такое эти эманации и как с ними обращаться, чтобы не было неприятно.

— Это приятное ощущение, — поспешила я опровергнуть его предположение, тоже посерьезнев. — Но оно очень сильное, слишком сильное. Не знаю, как тебе объяснить. Просто будь осторожен, наблюдай за тем, какой эффект оказывают твои прикосновения. Ты или сам почувствуешь, или никак, — покачала я головой. — В конце концов, я сама понятия не имею, какая будет реакция. Вот хочу узнать!

— Узнай, — развернувшись ко мне вполоборота, Эскель развел руки в стороны, будто приглашая воспользоваться своими объятиями.

Я улыбнулась ему и немного смущенно отвела взгляд. Снова взяла ежедневник, вложила в него ручку на манер закладки и поняла, что сама не знаю, зачем тяну время. Мысленно посетовав на свою нелогичность, отложила книжку подальше и, снова поджав под себя одну ногу, развернулась к ведьмаку всем корпусом, тем самым отрезая себе пути к отступлению.

— Ну что, носитель объекта исследований, готов принести жертву науке? — сознательно добавив немного веселости в голос, спросила я. Мне было неловко. Все-таки я как-то привыкла к более романтичным обстоятельствам для поцелуев, а не деловые переговоры на эту тему.

— Жертву? — озадачился ведьмак. Он так и сидел вполоборота, только закинул одну руку на спинку дивана, а второй оперся о колени.

Я качнула головой, призывая не обращать внимания на слова, и придвинулась ближе к нему, чувствуя, что сердце стучит все быстрее.

— Не двигайся, пожалуйста, — попросила я, заглянув ему в глаза. — Я думаю, для первого раза мне будет и так достаточно впечатлений.

— Для первого раза, — он дернул уголком рта, обозначая улыбку. — Мне нравится эта фраза.

— От первого раза будут зависеть последующие.

— Хорошо, — согласился он, не отводя взгляда.

Я подалась вперед, придвигаясь еще ближе. На пробу я осторожно коснулась его щеки, той самой, перечеркнутой шрамом. Ощущение неровных рубцов почти терялись в расходящейся от кончиков пальцев приятной вибрации. Закрыв глаза, я сократила оставшееся между нами расстояние до нуля и замерла от нахлынувших ощущений. Его губы были теплыми и большей частью гладкими, и я, честно говоря, даже не знала от чего именно по моему телу прошла волна удовольствия. Эманации ли были тому виной или сам поцелуй? Я медленно провела своими губами по его, чувствуя новую волну этого удивительного ощущения. Во время поцелуя оно было куда уместнее и желаннее, нежели от простого соприкосновения рук. На миг разорвав контакт, я нежно поцеловала верхнюю губу мужчины и почувствовала осторожный ответ. Острое наслаждение буквально пронзило меня насквозь и устремилось куда-то вниз, разжигая уже отнюдь не романтический, а очень даже эротический интерес. Я прижалась к его губам сильнее, ощущая его отклик, но потом все-таки отпрянула.

Сумасшедшие вихри возбуждающих ощущений улеглись, а желание броситься в объятия Эскеля осталось. Я подняла взгляд на мужчину, явно ожидающего моей реакции, и чуть закусила губу.

— Жесть какая? — спросил он у меня, не дождавшись моей реакции.

Я фыркнула и заулыбалась, оценив подколку.

— Нет, — качнула я головой. — Необычно очень, но мне нравится. Я, пожалуй, хочу продолжения, — озорно улыбнувшись, сказала я и увидела, как в глазах Эскеля сначала появился огонек, а потом растерянность. — Одну минуту.

Я повернулась, подхватила ежедневник и быстро застрочила:

«Поцелуй: интенсивность ощущений выше. Растекается от места соприкосновения по всему телу. Значительно зависит от эмоционального состояния. Усиливаясь, переходит из общих приятных ощущений в эротические. На восприятие и сознание влияет опосредовано, через эмоции».

Дописав, поняла, что все это потом придется переписывать на свежую голову, потому что сейчас на объективное исчерпывающее описание я была неспособна. Захлопнув ежедневник, я повернулась к Эскелю, и мы чуть не столкнулись головами. Я успела позабыть, что он читает.

— Опосредовано? — переспросил ведьмак.

— Не напрямую, — пояснила я.

— Я знаю это слово, я дочитать не успел.

— Через эмоции, — озвучила я два последних слова.

— Мм… — понятливо протянул мужчина, его взор скользнул по моим губам. — Что теперь? — спросил он, посмотрев мне в глаза, но взгляд, похоже помимо воли, медленно вернулся к губам, которые от этого невольно расплылись в предвкушающей улыбке.

Я слегка толкнула ведьмака в грудь, побуждая откинуться на спинку дивана, а сама, приподнявшись, перекинула через него ногу и уселась к нему на колени. Руки уютно расположились на мужских плечах. Я медленно провела ладонями ближе к шее, потом вернула обратно, наслаждаясь их шириной и исходящим теплом, чувствовавшимся даже сквозь ткань.

— Я могу двигаться? — во взгляде Эскеля не было ни удивления, ни вопроса, лишь ожидание.

— Только не удерживай меня, если я попытаюсь отодвинуться, — кивнув, попросила я и склонилась к его губам.

Он двинулся мне навстречу и сам поцеловал, вызывая во мне новую сладостную волну. Руки ведьмака, неожиданно сжавшие мою талию, на миг заставили меня замереть, а потом буквально впиться в его губы, со всей страстью отвечая на поцелуй. Мои ладони вновь заскользили по плечам, груди, перешли на шею, и я наконец смогла запустить пальцы в его волосы, сильнее притягивая его к себе. Эскель в это время заключил меня в свои объятия и крепко прижал к груди. Волны наслаждения накатывали одна за другой, кружа голову, подталкивая прижаться к мужчине еще сильнее. Никогда в жизни я не испытывала ничего подобного, да еще и от одних только поцелуев.

Не знаю, каким чудом я все-таки смогла прервать этот головокружительный поцелуй и, упершись в грудь ведьмаку, чуть отодвинуться от него. Иначе я чувствовала, что совсем потеряю голову от этих невероятных ощущений, а мне не хотелось бы переспать с ним только из-за его ведьмачьих особенностей. Я хотела понять, что я на самом деле к нему испытываю, а для этого нужен был перерыв. Эскель неохотно выпустил меня из рук. Его дыханием, как и мое, было немного сбившимся и рваным.

Я потянулась за ежедневником.

— Мм… Бри-ин, — расстроенно протянул мужчина. Ладони ведьмака все еще лежали на моем поясе. Слезать с его коленей не хотелось совершенно, но я смогла отодвинуться еще на некоторое расстояние.

— Мы вообще-то эксперимент проводим, — напомнила я, открывая книжку.


========== Часть 21 ==========


Эскель промолчал. Я пристроила ежедневник прямо ему на грудь, которая постепенно вздымалась все медленнее, и записала парочку действительно ценных наблюдений, в то же время прислушиваясь к себе и своим ощущениям. Сейчас я не касалась его кожи, так что эманации не туманили мой разум, но возбужденное тело еще помнило, каково это — целоваться с ним, и жаждало вернуться к прерванному занятию. Я поставила последнюю точку, немного успокоившись за время написания, и снова прислушалась к себе. Нет, дело было не в эманациях. Меня тянуло именно к мужчине, я хотела его.

«Господи, я никого никогда так не хотела! Неужели Йен права и магия усиливает влечение? И что я теперь буду так на всех мужиков вешаться?! — с ужасом подумала я, представила себе мужа и ничего не почувствовала. — Или это из-за того, что он ведьмак? — пришла мне в голову новая идея. Я воскресила в своих мыслях образ Геральта и Ламберта. Ничего. Тянуло только к Эскелю. — Предназначение? Бред! У Геральта с Цири никакого сексуального подтекста в отношениях нет».

Я механически пробежала глазами написанный текст и внесла пару изменений.

«Я просто в него влюбилась, и это произошло еще тогда, а встретила его сейчас и чувства загорелись с новой силой, — мысленно вздохнув, призналась себе я. — Эманации же резонируют с моими собственными ощущениями, порождая гремучий коктейль».

Весь этот и до того развлекательный эксперимент был отброшен в сторону вместе с ежедневником, который я кинула на столик за своей спиной.

— Ты постоянно будешь на записи отвлекаться? — спросил ведьмак с проскользнувшей во взгляде обреченностью.

— Нет, это был последний раз, — пообещала я.

— То есть все? — уточнил он. Теперь его взгляд был настороженным, он даже брови чуть-чуть нахмурил.

Я запоздало поняла, как для него прозвучала эта фраза.

— В каком-то смысле. Больше я не буду отвлекаться, — поспешила пояснить я, правда не признаваясь, что весь этот эксперимент изначально был большей частью лишь поводом задержать его. Складка между бровей мужчины разгладилась. Он оторвался от спинки дивана и приблизил лицо к моему.

— Никаких ограничений, пожеланий, просьб? — чуть дернул он бровью.

— Только твой здравый смысл, — уголками губ улыбнулась я. Губы Эскеля дрогнули в ответной улыбке.

Я снова коснулась его лица рукой, провела по щеке, убрала упавшую на глаза прядь волос, но когда он потянулся к моим губам, чуть отодвинулась, не давая прикоснуться. Улыбка вмиг пропала с его лица, мужчина напрягся, отстраняясь.

— Если ты меня сейчас поцелуешь, — я медленно проследила одну из борозд шрама от щеки до губ и остановилась на них, легким касанием проводя по старым следам от раны. Верхняя была задета сильно и даже немного искривлена шрамом, на нижней отметина сходила на нет. Безумно хотелось провести по ней языком. — Я сразу потеряю голову, — призналась я и продолжила, едва касаясь, обрисовывать пальцем контур таких желанных и красивых губ. — А мне не так часто такие потрясающие мужчины в руки попадают!

Пальцы соскользнули по подбородку вниз и прошлись по ключице. На плечи я уже положила обе ладони.

— Потрясающий, скажешь тоже, — усмехнулся Эскель, ощутимо расслабляясь и снова мягко улыбаясь.

— Думаю, в потрясающести мужчин я разбираюсь лучше, — усмехнулась я, с наслаждением проводя руками вниз по груди насколько это было удобно, а потом вернулась к плечам.

— Не поспоришь, — едва заметно качнул головой ведьмак, его дыхание стало заметно быстрее.

Я придвинулась к нему ближе сама, добралась руками до задней стороны шеи и, проведя по ней, снова зарылась в его волосы. Эскель ненадолго задержался в сантиметре от моих губ. Его руки заскользили по моей спине, притягивая вплотную к нему. Убедившись, что я не отодвигаюсь, он все-таки поцеловал меня медленно и очень нежно. Я почувствовала, что буквально тону в непередаваемых ощущениях его близости. Хотелось, чтобы этот поцелуй длился бесконечно. А он осторожно просунул руку под джемпер.

От прикосновения горячих пальцев к коже спины меня снова будто пронзило током. Я оторвалась от губ ведьмака и, шумно выдохнув, взглянула ему в глаза. Замерев на пару мгновений, мужчина продолжил медленно продвигаться выше, касаясь меня уже всей ладонью. Глаза закрылись сами собой, я вся сосредоточилась на ощущениях от его ладони, чуть подаваясь к ней и балансируя на грани между желанием подольше наслаждаться лаской или же страстно прижаться к нему в новом поцелуе.

— Эскель? — тихо позвала я не открывая глаз. — Ты меня с ума сводишь, в прямом смысле…

Мужчина порывисто вдохнул.

— Ты бы знала, как мне это нравится, — почти прошептал он.

— Мне тоже… — по звуку найдя его губы, прошептала я в них, приникая в поцелуе.

Я тут же утонула в сумасшедшем водовороте ощущений, пропустив момент и когда он снял с меня джемпер, и когда сам избавился от рубашки, и даже когда уложил меня на диван. Он бы, наверное, так и раздел меня полностью, если бы не одно но.

— Брин, — позвал меня ведьмак, нависая надо мной так, чтобы нигде не касаться кожи. Понял, видимо, какое воздействие на меня оказывают его прикосновения. — Я не хочу рвать, но не знаю как… — его дыхание опалило кожу на шее, снова заставляя путаться едва упорядочившиеся мысли.

Я медленно осознала, что вызвало его затруднение. Им стал кружевной черный бюстгальтер. Был большой соблазн разрешить ему рвать что угодно, лишь бы не прерывался, но, даже сгорая от нетерпения, поощрять порчу одежды не хотелось. Магию в таком состоянии применять я тоже не отважилась. Так что, не желая терять времени, прогнулась в спине и сама расстегнула потайные крючки белья, едва не забыв о том, что я делала, на миг коснувшись обнаженной кожи ведьмака животом.

— Потом покажу, — пообещала я, помогая избавляться от мешающего предмета гардероба.

Я еще успела заметить шальную улыбку на лице ведьмака, а потом его губы коснулись моей груди. Я застонала в голос, снова теряясь в пронзительных ощущениях от ласковых рук, горячих губ и мускулистого тела. В очередной раз вынырнуть из водоворота ощущений меня снова заставил его голос.

— Холера, Брин, у тебя хоть что-нибудь обычное? — с сиплой хрипотцой возмутился Эскель. Он, опираясь локтем о спинку дивана, недоумевал над моими джинсами.


========== Часть 22 ==========


Несмотря на безумное желание дернуть мужчину на себя и обвить руками, а для надежности еще и ногами, я все-таки рассмеялась, глядя на его недовольное лицо. С пуговицей и молнией я справилась одной рукой, после чего немедленно ощутила обжигающие прикосновения пальцев к своему животу, бедрам, коленям. Эскель стаскивал с меня брюки вместе с бельем. Не знаю, сколько длилось это безумие, но после я увидела перед своим затуманенным взором лицо ведьмака. Он склонился ко мне, щекоча щеку выбившимися прядями волос. Я почувствовала его всем телом, на несколько секунд перестав дышать от охватившего меня восторга, предвкушения и желания.

— Брин, — снова позвал он, в его взгляде было беспокойство.

— Все хорошо, — выдохнула я.

Мужчина склонился еще ниже, я обняла его, притягивая ближе к себе, беспорядочно водя по спине и плечам ведьмака руками и желая его всеми фибрами души. Он медленно провел рукой по моему боку вниз, нежно поцеловал шею и плавно вошел в меня. Я окончательно потеряла всякую связь с реальностью, уже не понимая, где и как он меня касался и что я делала в ответ. Все ощущения слились в один нескончаемый поток удовольствия.

Вернулась к реальности я все на том же диване абсолютно обнаженная рядом с точно так же полностью раздетым ведьмаком. Он лежал на боку, подперев голову одной рукой, а второй гладил мою грудь. По моему телу все еще гуляли отголоски сумасшедшего удовольствия, подогреваемые касаниями мужчины, но на его рельефные мышцы груди, пресса и рук я все равно смотрела с восхищением. То тут, то там виднеющиеся шрамы только добавляли ему сексуальности в моих глазах. Я перевела взгляд на его лицо, и мне тут же подарили легкую полуулыбку. Я улыбнулась в ответ.

— Я не сделал тебе ничего неприятного? — с озабоченностью спросил Эскель.

— Нет, — покачала я головой, улыбнувшись шире от этой заботы.

— Хорошо.

Складка между бровей ведьмака расправилась.

— Не скажу, правда, что я до конца осознавала происходящее, — усмехнувшись, добавила я.

— Я заметил, — ведьмак на миг обнажил в улыбке зубы и тут же наклонился ко мне с серьезным лицом.

Медленно преодолевая последние сантиметры, он будто ждал, что я выскажу протест, но я с удовольствием ответила на его поцелуй. Пресыщенный ощущениями организм на эманации отреагировал притупленно, зато на первый план вышли удивительная нежность и бережность прикосновений губ Эскеля, которыми я наконец смогла насладиться без вскипающей от каждого движения крови.

— Надо на кровать перебираться, — сказала я, когда мужчина отстранился.

Ведьмак почти сразу поднялся, а потом легко подхватил меня на руки, так что я лишь удивленно ахнула.

— Как ты догадался, что я сама не дойду? — наморщив нос, спросила я.

— Подумал, что так тебе будет приятнее добираться, — усмехнулся Эскель, опуская меня на кровать.

Я взмахом кисти стряхнула с нее покрывало, забралась под одеяло и откинула его край, ожидая, что мужчина присоединится ко мне. Он помедлил всего пару секунд, а потом улегся рядом.

— Кажется, я начинаю понимать, чем тебе не угодили кровати в нашем мире, если ты привыкла спать на этом, — в голосе ведьмака прозвучало уважение.

Я тихо рассмеялась и развернулась к мужчине спиной, устраиваясь поудобнее. Он подвинулся ближе ко мне и, обняв, прижал к себе. Теперь умиротворяющая, а не будоражащая волна эманаций прошла по моему телу. Я почувствовала, как расслабляются не только мышцы, но, кажется, даже беспокойные мысли покинули мою голову. Я в полном блаженстве закрыла глаза.

— Как же я, оказывается, скучала по твоим объятьям, — плавно проваливаясь в сон, пробормотала я.

***

Комната Брин сильно удивила Эскеля. В первый миг ему даже показалось, что он вместо двери прошел в портал, настолько не вязалось увиденное им с Каэр Морхеном. Но окинув помещение более внимательным взглядом, ведьмак признал, что это все-таки цитадель крепости, кардинально преобразившаяся под воздействием магии. Однако Брин наличие иллюзии не подтвердила, да и медальон был с ней согласен. Он чуть дернулся лишь, когда мужчина переступил порог, сейчас же был абсолютно спокоен, даже когда Эскель вплотную поднес его к непривычного вида дивану из странной материи. Он в самом деле был настоящим, хоть и добывался, как выяснилось, магическим путем и им же усовершенствовался. Магические силы Брин и обставленная мебелью из ее мира комната поражали воображение.

Ее напоминание о цели визита неожиданно привело душу ведьмака в смятение. Вот казалось бы, уже давно все обдумал, знал и что хотел сказать, и как. А на самом деле произнести все это, глядя ей в глаза, оказалось сложно, хотя и слова были правильные, и шли от чистого сердца. А может потому и сложно, что от чистого сердца. Не привык он женщинам открываться, наоборот, прятал все эмоции за маской молчаливого безразличия, не показывая ни своих желаний, ни своих опасений. Так было проще, так было правильнее, и так не получалось с Брин. Промолчишь — будешь сожалеть об упущенной возможности, заговоришь без эмоций — не поверит и будет права. Кто признаётся в своих симпатиях с каменным лицом? Поэтому пришлось собраться с силами и все-таки заговорить. Часть с извинениями далась проще всего. Чувство вины перед брошенной на Весемира девушкой до сих пор было сильным, и хотелось сказать, что он сожалеет об этом. А вот дальше… Но девушка неожиданно его прервала и сократила всю его речь до пары односложных ответов на ее вопросы и одного поспешного кивка. За что он был ей очень признателен, но теперь не понимал, что делать дальше. Брин и тут пришла ему на помощь, предложив в чем-то поучаствовать. Расставаться с ней прямо сейчас не хотелось настолько сильно, что Эскель согласился, даже толком не уточнив на что. Однако в процессе на самом деле увлекся ее заметками и опытами, поняв, что это неплохой способ побольше разузнать о своей особенности, которая раньше его совершенно не заботила, а теперь вдруг стала очень важной. Он заинтересовался настолько, что даже позабыл узнать мнение самого исследователя на этот счет. Брин, впрочем, не возражала и даже развернула свою книжку так, чтобы ему было удобно читать.

В ее записях было много интересного, но он так и не нашел самого главного — описания самого ощущения. Он рискнул спросить это прямо у нее, но ее ответ ничего не прояснил. Она либо действительно сама не знала, либо все-таки не хотела говорить. А вот реакция на его приближение была однозначная и красноречивая. И если в первый раз он убедил себя не обращать внимания на отдергивание от него руки и продолжил задавать ей вопросы, то во второй раз, когда их руки неожиданно оказались в опасной близости друг от друга, она отшатнулась уже всем телом, не оставляя сомнений. Эскель даже ответ на им же самим заданный вопрос толком не слушал, стиснул челюсти, чтобы ничем не выдать своей излишне эмоциональной реакции на ее, в общем-то, понятное и привычное ведьмаку нежелание касаться неприглядного мутанта. Но последняя фраза о не проведенной ночи, которая была уже не намеком, а откровенной насмешкой, отомкнула ему уста. Злая ирония над самим собой выплеснулась наружу. Облегчения только это не принесло. Так что на ее удивленный вопрос он с удовольствием расшифровал ей и без того понятный смысл своего высказывания, после чего собрался покинуть помещение, чтобы не наговорить совсем уж лишнего, но замер, услышав ее слова.


========== Часть 23 ==========


Ее явное отшатывание от возможного соприкосновения оказалось неожиданно болезненным, хотя ничего нового в нем для ведьмака не было. Сколько раз уже такое случалось и вызывало в худшем случае лишь глухое раздражение, а в последнее время и вовсе оставляло равнодушным. А тут даже высказаться потянуло. Но ее откровенное упоминание сексуального интереса к нему вынудили мужчину на миг усомниться в своих выводах. А потом наглядная демонстрация и наполненная праведным возмущением речь заставили даже устыдиться своих, как оказалось, эгоистических суждений. Несколько обескураженный выяснившимися подробностями эманаций, ведьмак уже хотел было отказаться от идеи как-то наладить более близкое общение с заполнившей все его мысли девушкой, как вдруг выяснил, что у нее на него какие-то свои планы. Уходить расхотелось уже давно, но как следует себя вести окончательно сбитый с толку мужчина не знал, так что стал просто молча наблюдать за действиями своего непредсказуемого предназначения.

Она наконец коснулась его, но тут же снова отдернула руку и взялась за ручку. Ведьмаку было, с одной стороны, любопытно узнать, что она все-таки чувствует, а с другой — даже несколько страшно, что эти ощущения окажутся чем-то неприятным и нежеланным для нее. Однако она коснулась его вновь, и на сей раз ее прохладные пальцы остались на месте дольше одного мгновения. Он чуть развернул кисть, чтобы она так же, как и в прошлый раз, коснулась ладони и, не удержавшись, легонько сжал пальцы Брин в своей руке, хоть таким нехитрым способом выражая свое желание быть к ней ближе. Реакция, правда, последовала прежняя, и чтобы понять хоть что-нибудь, он жадно вчитался в слова, которые выводила та самая рука, что он минуту назад сжимал в своей. Самым важным было то, что ощущение девушке понравилось. Это вселяло надежду на возможное продолжение.

И Брин озвучила то самое предложение продолжения, правда, ему пришлось немного напрячься, прежде чем он понял, что это именно оно. Соглашался не раздумывая, даже несмотря на то, что понятия не имел, как правильно пользоваться открывшимися особенностями. А потому ощущал себя глупо и напряженно, особенно когда подтверждал свое желание глядя ей в глаза. Как-то все-таки иначе это все должно было происходить, по крайней мере, не как деловой договор. А потом Брин звонко рассмеялась, закрыв лицо книгой, чем окончательно ввергла мужчину в уныние. Все было не так и плавно скатывалось в тартарары. Впрочем, легкое признание девушки в том, что ее ситуация тоже не устраивает, да еще и четкое обозначение дальнейших и таких желанных для ведьмака действий быстро вернули ему настрой. Так что он даже улыбнулся ей, кажется, в первый раз с момента их новой встречи. Не раздумывая более, он честно признался ей в одолевающих его сомнениях по поводу эманаций и своих действий с их учетом. Девушка его затруднения поняла, но ничего конкретного не знала сама, сказав, что нужно просто пробовать.

Эскель пробовать был готов, но в глубине души все больше опасался, что ей не понравится и она попросит больше к ней никогда не прикасаться. От одной мысли об этом становилось горько. И даже упоминание «первого раза», которое вроде как намекало на последующие разы, лишь усилило волнение. Еще больше удручал тот факт, что от него самого ничего не зависело. Эманации он не контролировал, как и чувства, с которыми они резонировали. Да и сама Брин тоже как-то управлять ситуацией не могла. Ее реакция также была непроизвольной.

Девушка сидела к нему почти вплотную так, что он буквально купался в ее ни на что не похожем аромате другого мира. Эскель жадно рассматривал ее красивое лицо, оказавшееся так близко, что он видел, как подрагивали ресницы, когда она переводила взгляд. Тонкую золотистую прядку, выбившуюся из прически и щекочущую скулу, хотелось заправить за ухо, изящные губы манили своей недоступной близостью. Ужасно хотелось придвинуться еще ближе, прижаться к ней, вспомнить, каково это — держать ее в своих руках, почувствовать сладость этих губ, и одновременно страшно было даже пальцем коснуться. И Брин попросила не двигаться.

Пообещать это оказалось намного проще, чем исполнить. Девушка еще только приблизилась к нему и просто коснулась рукой лица, а ведьмаку уже пришлось напомнить себе об обещании. Когда же ее губы притронулись и заскользили по его, он все-таки не смог сдержаться. Со всей осторожностью, на какую только был способен, он поцеловал ее в ответ, чувствуя, как бешено колотится сердце от удовольствия и страха все испортить. Девушка снова отпрянула, но напоследок так прижалась к его губам, что потребовалось немало выдержки, чтобы не дернуться за ней.

Брин замерла, на ее лице застыло задумчивое выражение, понять что-либо по которому ведьмак не смог. А она все сидела и молчала, закусив губу, так что он предположил сразу худшее. Но девушка встрепенулась от его слов и вдруг засияла улыбкой, а потом сказала, что ей не только понравилось, но она еще и хотела бы продолжения. От ее слов Эскеля накрыло волной облегчения и эйфории пополам с предвкушением. Если бы не многолетняя привычка при любых обстоятельствах оставаться невозмутимым, он бы не удержал рвущийся наружу счастливый смех. Но это было всего на миг, потом он понял, что по-прежнему не знает, как все сделать правильно, как сделать так, чтобы ей было хорошо, а не неприятно от его прикосновений.

Девушка в это время уже что-то строчила в своей книжке. Ведьмак с любопытством поспешил прочесть, хоть разбирать чужой почерк вверх ногами было не так-то легко. Все равно чуть-чуть не успел, Брин захлопнула книгу внезапно и сразу же повернулась к нему, так что он едва успел немного отодвинуться. Ее глаза, а главное — губы, снова оказались слишком близко, так что взгляд сам по себе постоянно опускался ниже. Мысли крутились около них же, подогреваемые его нетерпением и ее прямым одобрением продолжения. Но Эскель никак не мог решиться прикоснуться к ней. Девушка снова взяла инициативу в свои руки и легким толчком попросила ведьмака откинуться на спинку дивана. А потом неожиданно сама пересела к нему на колени, чем вызвала бурю эмоций, которая из области груди резко провалилась в пах и заставила ведьмака едва заметно дернуться вперед. А ее руки в это время заскользили по его плечам, сметая остатки выдержки, но не спросить о ее пожеланиях он все-таки не смог. «Не удерживать!» Не важно, пусть так, главное, что наконец можно коснуться самому!

Он опередил Брин и первым коснулся ее губ, сжал ее тонкую талию в своих руках и почувствовал страстный ответ, отбрасывающий остатки опасений и мыслей, оставляя только ее пальцы в его волосах, ее тело в его руках, ее умопомрачительно целующие губы в плену его. Он только крепче стиснул девушку в своих объятиях, млея от ощущения упругой груди, прижатой к нему, и страстно желая избавить ее от лишней одежды и чувственно сжать в своей руке. Но Брин в какой-то момент чуть дернулась и, упершись ему в грудь, отстранилась, не давая даже как следует насладиться головокружительным поцелуем. Ее внимание тут же переключилось на книжку, а Эскель в кои-то веки не смог оставить при себе свое недовольство этим фактом. Впрочем, Брин тут же напомнила ему об изначальной цели всего этого мероприятия. Все, что ему оставалось, это успокоить дыхание и наслаждаться ее приятной тяжестью на своих коленях, благо слезать с него она не торопилась, что явно свидетельствовало о скором возвращении к приятному времяпрепровождению. Правда, необходимость делать записи ведьмаку категорически не нравилась.

Эскель хотел ее, хотел так, что с трудом сдерживал свои порывы. Едва ощутив ее желанное тело в своих руках, он жаждал большего, чем один, пусть и умопомрачительный, поцелуй. Он хотел сжать ее в своих объятиях и не отпускать, хотел почувствовать ее плавные изгибы, провести рукой по гладкой коже и целовать в губы, лицо, шею, куда придется, хотел добраться до ее мягкой груди, от одних мыслей о которой кровь, казалось, закипала прямо в жилах. Он хотел ей овладеть полностью, без остатка, без всяких экспериментов…


========== Часть 24 ==========


Ради Брин он был готов смириться с тем, что придется постоянно прерываться, однако ей это оказалось ненужным. На миг ему даже показалось, что ей вообще больше ничего от него не требуется и все кончится, не успев начаться, но девушка его разуверила и даже более того, дала ему полную свободу действий. Правда, немедленно поцеловать себя снова не дала, опять заставляя его напрячься в ожидании нового поворота. Вместо этого она нарочито медленно провела по шраму на лице пальцем, заставляя замирать, с одной стороны, от неожиданной ласки и признания, а с другой — от внезапного интереса к этой уродливой отметине, которая еще ничего хорошего в этой жизни ему не принесла. А потом она наяву, а не как когда-то давно, в полусне, назвала его потрясающим, что хоть правдой и не являлось, но было настолько же приятным, как и скольжение ее рук по торсу.

Девушка сама придвинулась ближе, на сей раз действительно разрешая ему все. Ведьмак наконец снова добрался до ее губ, но теперь целовал медленно, бережно прижимая ее к себе, наслаждаясь ощущением ее тела в руках, нежностью ее губ, пальцами, запутавшимися в его волосах, каждым ее ответным движением. А потом чисто случайно проскользнул под ее свободную вязаную рубашку с совершенно не похожей на настоящую, но весьма узнаваемой лисой. Брин дернулась, будто ее ударило тем самым током, который она ему показала, чуть отстранилась, открыла глаза. Эскель взволнованно заглянул в них очень надеясь, что не сделал ничего непоправимого, и увидел там ожидание. Медленно-медленно, следя за малейшей ее реакцией, он коснулся ее кожи всей ладонью и неторопливо заскользил вверх по спине. Дыхание Брин сбилось, пальцы рук сжались, сминая рубашку на его плечах, веки плавно опустились, а губы наоборот приоткрылись. Девушка то чуть подавалась вперед, прижимаясь к его груди, то возвращалась назад, к ладони на своей спине. Ведьмак и сам, казалось, перестал дышать в этот момент, жадно впитывая выражение ее лица, движения тела, шумное дыхание.

Он вспомнил, что нужно дышать, только когда она заговорила. Мужчина мог бы поспорить о том, кто кого сводил с ума, но вместо этого лишь полушепотом признался, как сильно ему это нравилось. Ее откровенный шепот, ее дрожь, ее запах, ее обнимающие руки — окончательно разбили самообладание ведьмака. Он страстно впился в ее губы, запуская под рубашку обе руки, чтобы прижав ее к себе, провалиться в головокружительные ощущения, как в омут. Просторная вязанная рубашка легко слетела с девушки, после чего он стал покрывать поцелуями ее шею, ключицы, плечи. Свою рубашку он тоже быстро стащил, желая ощущать ее волнующие прикосновения открытой кожей. Девушка реагировала остро. Она шумно дышала, тихонько постанывала, льнула к мужчине, суматошно гладила его и дарила страстные поцелуи, заставляя ведьмака раз за разом стискивать ее в своих объятьях от накатывающей нежности и желания. Вот она вся в его руках, та, к которой его так тянуло, к которой он так стремился прикоснуться, которую хотел прижать к себе, которую жаждал ласкать. Но этого все еще было мало, чертовски мало, даже когда он уложил ее на диван и покрыл поцелуями грудь, руки и живот.

Белье…. Оно было у нее красивым и необычным, но дьявольски неудобным, потому что он совершенно не представлял, как оно снимается. Попробовав и так и этак, он ничего не добился. Рвать этот красивый лоскут ткани все же не хотелось, да и ведьмак подозревал, что Брин это может не понравиться. Вот только девушка на его попытки никак не реагировала, целиком погрузившись в свои ощущения. Ему пришлось полностью отстраниться и позвать ее по имени, прежде чем она открыла глаза. В них было недоумение пополам с желанием, она определенно не понимала, почему Эскель вдруг остановился. Свое затруднение пришлось озвучивать, несмотря на то, что страшно хотелось снова прильнуть к ее губам.

В первый миг ему показалось, что она сейчас даст ему разрешение рвать все, что заблагорассудится, но она все-таки этого не сделала. Объяснять тоже ничего не стала, лишь запредельно соблазнительно прогнулась, мимолетно касаясь его всем телом, с резким выдохом что-то сделала, и мешающая деталь одежды отделилась от нее. Ее обещание научить его этому потом окрылило ведьмака. Оно означало, что это «потом» будет, что Брин захочет снова провести с ним ночь, и не один раз, если она собиралась научить его обращаться с ее бельем. Вожделенная, мягкая небольшая грудь Брин наконец предстала перед его взором и он, не медля больше ни секунды, притронулся к ней губами. Сгорая от желания и нетерпения, он до безумия хотел доставить удовольствие ей, чтобы слышать ее стоны, чтобы чувствовать, как она сама прижимается к нему, как гладит его плечи, спину, лицо. Хотел доказать ей, что она не пожалеет о своем решении. Ее сладостные громкие стоны только еще сильнее распаляли мужчину, хотя ему казалось, что дальше уже просто некуда. Никогда в жизни он никого не хотел больше, ни одна женщина никогда не реагировала на его ласки жарче, и никогда он так сильно не боялся сделать что-то не так.

Эманации… Раньше он об этом не задумывался. Слышал что-то краем уха, но даже представить себе не мог, что это такое на самом деле. А теперь он видел реакцию чародейки, он ее чувствовал, и помимо удовольствия от умопомрачительно отзывчивого тела девушки, пребывающей в полузабытьи, это порождало страх причинить ей вред каким-нибудь неловким движением. Да еще и на одном белье затруднения не кончились. Он нарочно не спешил со штанами и на себе, и на ней, чтобы разобраться с эманациями, но теперь понял, что это было ошибкой. Облегающие, из тонкой ткани, эти синие брюки на Брин сводили с ума не только подчеркиванием ее фигуры, но и невозможностью их снять!

Тело было категорически против того, чтобы снова отстраняться от той, которой хотелось обладать. И судя по взгляду Брин, ей это тоже не понравилось. Но несмотря на это, она рассмеялась, одной рукой справляясь с оказавшейся непосильной для ведьмака задачей, а потом, закусив губу, выгнулась и застонала, пока он стаскивал с нее ненавистные уже брюки.

И все-таки Эскель медлил. Склонился к ней и позвал, заглядывая в ее зеленые глаза с поволокой, ища там ответ на мучающие его вопросы. А она будто прочла его мысли и еле слышно выдохнула, что все хорошо, а потом притянула к себе. Он вошел в нее медленно и очень осторожно, а полностью погрузившись, прижался лбом к ее лбу.

— Брин… — прошептал он ее имя на выдохе.

Чтобы сдержать стон и усмирить вышедшее из-под контроля желание, он крепко стиснул зубы. Удалось ему это ненадолго. Эмоции и чувственное наслаждение быстро взяли верх над ведьмаком, заставляя его покрывать сумасшедшими поцелуями лицо девушки и двигаться все быстрее, наконец получая все то, чего так давно жаждал.

Позже он с волнением ждал, когда Брин откроет глаза. Ее восхитительная грудь будто магнитом притягивала не только взгляд ведьмака, но и его руки. Он нежно водил по ней пальцами, когда девушка приподняла голову и взглянула на него. В ее глазах не было ни намека на упрек, но он все-таки задал вопрос, и только получив ответ, окончательно успокоился, что все сделал правильно. Склонившись к ее губам, он убедился, что она не против прощального поцелуя и постарался вложить в него все те чувства, что к ней испытывал, после чего собрался уйти, чтобы не обременять собой. Услышав ее слова, он подумал, что перенести ее на кровать ему ничего не стоит, зато он мог еще раз прикоснуться к ней и задержаться на лишние пару минут, но в процессе совершенно внезапно выяснил, что девушка ожидала, что он останется. Быстрая реакция на меняющиеся обстоятельства, не раз спасавшая ведьмаку жизнь, пригодилась и сейчас. Он ничем не выдал своего удивления от нежданной удачи и лег рядом с девушкой, попутно отмечая, что ее кровать была и в самом деле не чета тем, что стояли даже в самых богатых домах. Придвинувшись и прижав ее к себе, он не мог поверить, что снова как тогда держал ее в своих руках. А потом Брин вдруг сказала, что скучала по нему. И это окончательно выбило из колеи и перемешало все мысли в голове у ведьмака, оставив только одну:

— Мое… предназначение, — беззвучно, одними губами произнес он и зарылся носом в ее волосы.


========== Часть 25 ==========

***

Проснулась я от переливчатого звона колокольчиков. Глаза открывать не спешила, зато почувствовала руку на своей груди и вспомнила события вчерашнего вечера. На губах заиграла улыбка, и я разомкнула веки. Эскель убрал руку, резко привстав на локте, бросил удивленный взгляд на комнату, потом на меня.

— Что это? — спросил он.

— Будильник, — ответила я, садясь в постели и сладко потягиваясь. Звон затих от одной моей мысли, а шторы я отдернула легким движением кисти.

Во всем теле была удивительная легкость и бодрость, присущая утру после хорошего секса, которого у меня уже очень давно не было.

— Зачем он? — недоумевал ведьмак.

Я обернулась к нему. Спутанные волосы и остатки беспокойства во взгляде на заспанном лице придавали ведьмаку такой милый вид, что я, засмеявшись, не удержалась, чмокнула его в нос и соскочила с кровати.

— Йен ждет меня на тренировку, — ответила я, направляясь в чулан-туалет.

— Что-то мне не верится, что она проснулась в такую рань, — пробормотал Эскель.

— Тогда я ее разбужу, и вряд ли ей понравится способ! — возмутилась я, обернувшись и грозно нахмурив брови, после чего скрылась за дверью.

Сделав все свои дела, я поняла, что одной только чисткой зубов мне не обойтись. Так что хоть время и поджимало, вернувшись в комнату, я влезла в ванную под бодрящие струи душа. Эскель, все еще полулежащий на кровати, с нескрываемым интересом следил за моими манипуляциями. Наскоро ополоснувшись и почувствовав восхитительную свежесть в дополнение к легкости, я облачилась в чистое белье и вспомнила, где находилась вся моя вчерашняя одежда. С любопытством подойдя к дивану, я обнаружила живописный беспорядок из разбросанной во все стороны одежды, вперемешку моей и Эскеля. Хихикая над всем этим бедламом, я быстро магией собрала все вещи, провела над ними необходимые манипуляции и сложила свои в шкаф, а ведьмачьи на банкетку. На себя из вчерашнего надела только джинсы, заменив джемпер рубашкой с кожаным жилетом и широкими манжетами, закрывающими половину предплечий, а ботинки надела без каблука. Самое то для тренировки! Высушив и расчесав волосы, заплела несложную косу, лишь бы не мешали, и обернулась к ведьмаку. Он как раз поднялся с кровати, закончив наблюдать за моими действиями. Пара взмахов руками и кровать была приведена в порядок, а я обратилась к мужчине.

— Идем, я тебе покажу, как пользоваться сантехникой, и убегу, — сказала я ему.

— Ты все с помощью магии делаешь? — поинтересовался Эскель, подходя ближе.

Взгляд невольно прошелся по его все еще обнаженному телу, воскрешая в памяти ощущения, что дарило это тело прошлой ночью. Вот только это было совсем не ко времени. Я опаздывала.

— Магическая зарядка, — ответила я, усилием воли поднимая взгляд к его лицу. — Старая рекомендация Йен, вошедшая в привычку. Для быстрого развития потенциала мне требовалось много практики, так что большая часть бытовых заклинаний у меня на подкорке.

Я провела экстремально быстрый инструктаж по пользованию магическими аналогами привычных мне коммуникаций, стараясь не отвлекаться на обнаженного мужчину в опасной близости от себя, и взглянула на часы.

— Блин, злая королева заставит меня доставать ей золотую ванную, а не мраморную, — пробормотала я, подхватывая забытый на столе ежедневник и на бегу к двери запихивая его в пространственный карман. — Я освобожусь примерно через час-полтора и пойду завтракать. Можем там встретиться, — бросила я, на мгновение оборачиваясь, чтобы улыбнуться.

Выскочив за дверь, я через ступеньку понеслась наверх, в комнату Йен. Чародейка сидела перед маленьким зеркальцем и подкрашивала глаза.

— Ты опоздала, — вместо приветствия сказала она.

Заметив сидящую на подоконнике Трисс, я кивком поздоровалась с ней.

— Всего минут на десять и ты сама не готова, — ответила я, взглядом намекая на отсутствие на ней какой бы то ни было одежды, кроме белья.

— Я была уверена, что ты опоздаешь, потому не спешила, — пожала плечами Йеннифер, поднимаясь с табурета и подходя к разложенному на кровати платью. — Но учитывая, что задержалась ты потому, что приняла к исполнению мои рекомендации, я прощаю, — великодушно сообщила мне наставница.

— Неужто у меня на лбу написано «Брин исполняет рекомендации»? — на удивление никакого раздражения я не испытывала, да и вообще прекрасно проведенная ночь подарила мне прекрасное же настроение, которое такой ерундой не омрачалось.

— Учитывая, что Эскель до сих пор в твоей комнате, сомнений не возникает, — ответила Йен.

«Следила, — убедилась я в своем предположении. — Не зря я Эскеля в комнату позвала, а то бы все наши разговоры и действия стали достоянием гласности».

Но и эта, по сути, не новость, никак не отразилась на моем радужном настроении.

— Да и даже если бы и нет, по твоим глазам видно, — весело усмехнулась Трисс из другого угла комнаты и, поднявшись, подошла ближе. — Ну что? Как тебе ведьмак?

«Глаза… Пожалуй, можно не смотреть в зеркало, чтобы проверить. Тут одно мое приподнятое настроение уже выдает с потрохами и о том, что было, и том, что удачно. Надо успокоиться. Да, к черту, почему это?» — мысленно возмутилась я.

— А вы что, Геральта частенько обсуждаете? — ответила я неудобным вопросом на неудобный вопрос, намекая на конфиденциальность информации. Чародейки переглянулись. — Ясно, — поняла я молчаливый ответ. — С вами, девочки, не соскучишься.

— А с тобой-то, можно подумать, заскучаешь! — вернула мне шпильку Йен.

— Ты прекрасна, спору нет! — передразнила вчерашнее зеркало Трисс и засмеялась.

— Кстати, о зеркале, ванной и ремонте. Когда вы хотите к этому приступить? Сейчас или после тренировки? — уточнила я.

— После, — ответила брюнетка.

— Ты от ответа не уходи, — заметила мой маневр Трисс. — Как тебе ведьмачьи эманации в действии?!

Решив, что дешевле отделаться полуправдой, я вздохнула.

— Если бы я еще помнила!

— В смысле? — не поняла рыжеволосая чародейка.

— В прямом! Я мало что разборчиво помню, как в тумане все.

— Ничего себе у тебя реакция на… — сделала большие глаза Трисс.

— На электрический стул-то не было похоже? — перебила ее Йен.

— Нет, — качнула я головой, усмехаясь. — Ты была права, надо было расслабиться, — сказала я и поняла, что сообщила уже больше, чем планировала и следует прекратить.

— Конечно, — уверенно кивнула Йен.

— То есть все-таки оценила, — усмехнулась Трисс.

— А после первого раза ощущения стали мягче? — задала другой вопрос наставница.

— Я еще не проверяла, — пожала я плечами.

— А чем же ты утром занималась?

Я прыснула и расхохоталась, все же ощущая некоторую неловкость. Как-то не привыкла я свою личную жизнь обсуждать.

— Не поверишь, спала, — ответила я смеясь.


========== Часть 26 ==========


Йеннифер бросила на меня красноречивый взгляд.

— Ладно, пойдем проверим уровень твоей концентрации, — свернула допрос женщина.

— А что, прямо сразу эффект будет заметен? — заинтересовалась я.

— Для заметного эффекта, как я уже говорила, секс должен быть регулярным. О регулярности можно говорить, начиная хотя бы с трех раз, — лекторским тоном сообщила мне наставница. — Так что сейчас мы замерим отправную точку, а через три дня проверим результат.

Только успокоившись, я снова расхохоталась. Без дополнительных подсказок было понятно, что мне предлагалось три дня усиленно переводить секс в разряд регулярных.

— Йен, ну ты хоть чуток на поворотах притормаживай, — попросила ее я.

— Притормаживать некогда. Тебе надо продолжать развивать силу, а эффективных способов для этого остается все меньше, — совершенно не оценив моего смеха, нахмурилась Йеннифер. — Нужно перебрать их все и найти самые эффективные.

— Ну, а вдруг мне подобный опыт не понравился и я больше повторять не намерена? — ее серьезный тон меня не пронял, я продолжала смеяться.

— Что тебе понравился, по глазам видно, — напомнила мне брюнетка.

— А глаза Эскеля ты тоже отсюда видишь? — усмехнулась я.

— А ему не понравиться не могло.

— Учитывая эманации, я бы скорее была уверена, что понравится мне, — заметила я, вскидывая одну бровь.

— Учитывая его физиономию…

Я нахмурилась. Мне совершенно не нравились подобные намеки. Однако Йен уже снова повернулась к зеркалу и моего недовольства не видела.

— Хватит тратить время на пустые разговоры, — сказала она, поправляя воротничок платья. — Предлагаю отправиться в нижний двор. Там больше всего места и дальше всего от замка.

Я согласно кивнула, решив отложить спор до следующего раза, если он будет. Перед тренировкой лучше было сосредоточиться на своих силах.

С утра на улице было прохладно, но осень только еще начиналась, и даже здесь, на севере в горах, днем должно было потеплеть.

— Как ты хочешь провести замер? — развела я руки в стороны, показывая готовность приступить.

— В центре я создам мишень-фантом, — сообщила мне Йеннифер. — Ты будешь запускать в нее самые простые силовые волны одну за другой, увеличивая силу каждой следующей. Когда почувствуешь, что силу становится сложно контролировать, остановишься.

— Силовые волны? Мне еще дороги стены вокруг, — усмехнулась я.

— Мишень будет частично поглощать магию, частично рассеивать, — пояснила Йен свою задумку. — Кроме того, чтобы ты не переживала о стенах, я поставлю дополнительные щиты за мишенью на случай, если твои силы выросли больше, чем я предполагаю.

— Хорошо, — легко согласилась я. Если Йен предусмотрела защиту строения, я была спокойна.

Вскоре голубоватая полупрозрачная человеческая фигура застыла посреди двора, а за ней появился довольно мощный полукруглый барьер, который Йен с Трисс создали вместе.

— Почему именно человек? — удивилась я.

— А в кого бы ты хотела швыряться силовые волны? — чуть изогнув бровь, поинтересовалась наставница.

— Да в принципе без разницы, — согласилась я с ней, пожав плечами, и встала на изготовку. Чародейки отошли чуть подальше, чтобы наблюдать всю картину в целом.

Силовая волна — вещь довольно простая, не требующая ни особой концентрации, ни большого количества энергии, и в самом своем простом варианте напоминала ведьмачий Аард. Чтобы не тратить на замер слишком много времени, следовало кидать их быстро и повышать уровень силы значительно, но начала я с малой убойной силы. И фантом, и барьер проверку на прочность выдержали, так что дальше силовые волны полетели одна за другой, становясь все мощнее и мощнее. Не прошло и десяти минут, как я почувствовала, что мне становится уже сложно ворочать такой массой энергии, темп неуклонно снижался, руки начинали подрагивать, силы пытались вырваться из-под контроля.

— Все, — выдохнула я, опуская руки и делая глубокий вдох, а затем медленный выдох, чтобы успокоить бурлящие потоки магии.

— Неплохо, — кивнула Йен, когда они с Трисс подошли ко мне ближе. — Твоя сила выросла несколько больше, чем я думала.

— Ты остановилась, потому что силы исчерпала или потому что они из-под контроля выходят? — уточнила Трисс.

— Второе, — я подняла руку, показывая, что пальцы все еще подрагивают, а заодно полюбовалась на постепенно тающий морозный узор на кистях рук.

— Сегодня заледенело меньше, — отметила Трисс.

— Потому что я напрямую льдом не работала, — отреагировала я.

— Думаешь, это связано только с этим? — спросила чародейка.

— Нет, не только, но когда я напрямую создаю льдом канву будущего восстановления, эффект в разы больше.

— Надо подобрать новую серию боевых заклинаний для тренировки, — сказала Йен. — Здесь пространства больше и кроме камней повреждать нечего.

— Крепость тоже разнести бы не хотелось, — проговорила я.

— Как только нависнет угроза над крепостью, будешь тренироваться со мной или с Трисс, — посвятила меня в свои планы чародейка. — Я надеюсь, это произойдет скоро.

— Дурное дело нехитрое, — пробормотала я.

— Ничего дурного в нем нет. Даже если пострадает какая-нибудь стена, сама же ее и восстановишь. Ты же все равно собиралась всю крепость отремонтировать, — пожала плечами брюнетка.

— Так я с замка начну, мне его надолго еще хватит.

Оставшееся время мы посвятили разработке двух серий магических атак на максимальную силу колдовства и на максимальную скорость сотворения заклинаний. Теперь, когда двор был больше и вместо щита были и так полуразрушенные каменные стены, разнообразие заклинаний и их сила стали куда больше. Многое из творимой магии я применила сегодня впервые, раньше случая не представлялось. Однако количество повторений заклинаний в разнообразных комбинациях было так велико, что под конец тренировки уже все они были отработаны почти до автоматизма. А еще ужасно устали руки, слегка побаливала голова, и морозный узор таки перебрался выше локтей.

— Хватит на сегодня, — торжественно объявила Йен, удовлетворившись последней сцепкой телекинетической волны с огненным шаром. — Завтра продолжим.

— Давай перенесем начало на пару часов попозже? — предложила я, встряхивая гудящие руки. Столько ими размахивать и складывать в правильные фигуры было весьма утомительно.


========== Часть 27 ==========


— И на что же ты хочешь потратить эти пару часов? — хитро усмехнулась Трисс.

— На сон, — кисло ответила я, совершенно невоодушевленная очередными намеками. — Отвыкла вставать в такую ранищу. Хочется, знаешь ли, не только выспаться, но и собраться спокойно, а не носиться как угорелая.

— Хорошо, перенесем, — неожиданно легко согласилась Йен. — Учитывая твое дополнительное задание, которое выполняется как раз ночью, вполне можно и перенести.

— Дополнительное задание, — хихикнула Трисс.

— Ага, называется мазь против кое-чьих шрамов, — нахмурилась я, — которой, если ты помнишь, я занимаюсь. И порой занимаюсь допоздна, потому что доделать все не отвлекаясь и лечь под утро мне предпочтительнее, чем прерваться на сон, а потом вскочить ни свет ни заря.

— Брин, не обижайся! Я не имела в виду ничего дурного! — встрепенулась рыжеволосая чародейка. — Я за тебя просто радуюсь!

— Скажи уж, завидуешь, — хмыкнула брюнетка.

— Может, и завидую чуть-чуть, — с достоинством ответила ей Трисс.

— Мне просто не нравятся подобные обсуждения, — прервала я их. — Постель — это мое личное дело. То, что мои намерения совпадают с намеченным вами курсом, прекрасно, но они просто совпадают. Поэтому давайте сведем дискуссии на эту тему до необходимого для дела минимума и исключительно в контексте пользы для развития силы.

— Хорошо-хорошо, — согласилась Трисс улыбаясь.

Йен лишь хмыкнула и кивнула головой.

— Надо позавтракать, — решительно сменила я тему разговора.

— Мы уже завтракали, пока ты спала, — ответила Йен.

— Составить тебе компанию? — спросила Трисс.

— Было бы неплохо, не люблю одна есть, — согласилась я. — Давай только ко мне заскочим, приведу себя, наконец, в порядок, — на этих словах я создала портал сразу в свою комнату.

Учитывая, что мы сильно задержались, пока удовлетворяли перфекционизм Йен, я была почти уверена, что Эскеля за столом не увижу. А есть в одиночестве мне надоело еще дома на Скеллиге.

Оказавшись в своей комнате, я сразу же направилась к зеркалу. На фоне великолепно выглядевших Трисс и Йен даже с идеальной, спасибо магии, кожей, но без косметики я чувствовала себя серой мышкой. Наносить вечерний макияж я, конечно же, не собиралась, но подчеркнуть свои яркие зеленые глаза, всегда вызывающие кучу зависти, было жизненно необходимо! Да и на голове не помешает соорудить что-нибудь посложнее тугой косы. Надо только не забывать, что мне потом в лаборатории работать и волосы мешаться не должны. А вот каблуки работе не помеха.

— Красивые цвета, — похвалила Трисс мою палетку с тенями. — В них есть магия?

— Нет, совершенно обычные, только из моего мира, — ответила я, сосредоточенно рисуя стрелку на правом глазе.

Чародейка осторожно коснулась пальцем темно-коричневого цвета и пристально вгляделась в оставленный на нем след.

— Такая однородная текстура, — прокомментировала она.

— Еще бы, я за них столько денег отдала! — усмехнулась я, берясь за тушь.

Губы перед едой красить не стала. Минут через пять-десять мы с Трисс вышли из комнаты уже вполне обычным способом и направились вниз.

— Чем планируешь после завтрака заняться? — спросила чародейка.

— Так вашими с Йен комнатами! — несколько удивилась я вопросу. Договаривались же!

— Тебе это, правда, несложно будет? — обеспокоенно спросила женщина. — Ты не подумай, мы тебя не собираемся эксплуатировать. Если ты не хочешь этим заниматься, не надо!

Я звонко рассмеялась, припомнив их вчерашние возмущенные жалобы.

— Нет, мне правда несложно, — заверила я ее. — Я же все равно хочу восстановить весь замок. Какая разница с чего начать?

— Это хорошо! — снова повеселела Трисс. — Этому замку действительно не помешает капитальный ремонт, чтобы в нем было комфортно жить. Это сейчас, пока еще на улице тепло, тут более-менее комфортно. Придут холода и здесь будут сплошные сквозняки.

— Заделаем дыры к холодам, — пообещала я и вспомнила о другом своем занятии на сегодня. — Ты, кстати, вчера в больницу не заходила? Ничего нового там нет?

— Вчера — нет, сегодня зайду, спрошу, — пообещала чародейка.

— Если что-то новое, сразу мне расскажи. Я хочу сегодня плотно засесть за обработку результатов тестирования. Не терпится уже закончить!

— Ты бы знала, как мне не терпится, — усмехнулась женщина.

— Доброе утро! — поздоровался с нами Весемир, которого мы обнаружили на кухне, когда вошли туда.

— Доброе! — хором и даже с одинаковой радостной интонацией ответили мы с Трисс.

— Хотя на самом деле не очень, — добавила я. — Вот завтра будет точно доброе!

— Чем завтрашнее утро будет отличаться от сегодняшнего? — бодро поинтересовался старик.

— Тем, что я в это время только проснусь!

— Соня, — добродушно рассмеялся ведьмак. — Вы есть хотите? Там еще немного каши осталось. Правда, уже холодная.

— Каша это прекрасно! — тут же согласилась я. — А подогреть — дело плёвое.

— Спасибо, я не голодна, — отказалась Трисс.

— Чем же вы таким с утра пораньше занимались? — спросил Весемир, ставя тарелку с кашей передо мной.

— Тренировались, — патетично ответила я. — Представляешь, раньше тут ведьмаков в три шеи гоняли, а теперь еще и из чародейки все соки выжимать будут!

— Из тебя выжмешь! — рассмеялась Трисс. — Десять минут кряду без перерыва всё усиливающиеся силовые волны швыряла и только слегка притомилась!

— Ну, притомилась же! — резонно заметила я. — И проголодалась вот. Так что как есть все соки!

Трисс рассмеялась еще веселее, а потом с интересом глянула мне за спину и поднялась с лавки.

— Ну, я вижу, завтрак в одиночестве тебе не грозит. Пойду я тогда. Надо еще в Ковир заглянуть. Свои обязанности выполнить и в больницу за результатами для тебя заглянуть, — пояснила она свою внезапную спешку.

— Увидимся, — кивнула я, проводя над кашей рукой и заставляя ее снова стать горячей, кажется, правда, немного перестаралась.

— О! Наша новая звезда на небосклоне! — неожиданно из-за спины раздался голос Ламберта.

Я обернулась и увидела не только его, направляющегося мимо стола в кладовку, но и Эскеля, подпирающего косяк открытой двери. Он посторонился, пропуская Трисс, а потом все-таки прошел в кухню. Я улыбнулась ему и перевела взгляд обратно на кашу, помешивая ее, чтобы та быстрее остыла.


========== Часть 28 ==========


— Как тебе местные харчи? — уже выходя из кладовки поинтересовался Ламберт. В руках он нес пыльную бутылку.

— Каша как каша, — хмыкнула я, продолжая помешивать.

— Так ты ж еще даже не попробовала! — заметил ведьмак.

— Да что я вкус каши не знаю? — удивилась я.

— Ну не знаю, не знаю, чем там великие чародейки Старшей крови питаются, — усаживаясь с другой стороны стола, протянул Ламберт, откупоривая бутылку. По кухне разлился запах вина.

— Ламберт, — предупреждающе вставил Весемир.

— Не хотелось бы тебя расстраивать, но тем же, чем и ведьмаки, — ответила я.

В последний момент, решив покрасоваться, на минутку замерла, находя стаканчик ягод в своем мире, наскоро расплатилась за него и вытащила его уже в этом мире. Даже сама удивилась, как желание досадить ближнему подстегивает способности. С невозмутимым видом высыпав ягоды в кашу, я вернула стаканчик на его место и только после этого подняла взгляд на любителя выпивать по утрам.

— Не дурно, — хмыкнул он, оценив разыгранное специально для него представление, и отпил прямо из горла.

— Хотя, похоже, не совсем как ведьмаки, — заметила я.

— Еще ты мне лекции почитай… — начал было он.

— Не-не, это пусть Минздрав предупреждает, я за чужой алкогольной зависимостью следить не подписывалась, — перебила я его, отправляя-таки ложку каши в рот. С ягодами, в самом деле, было очень вкусно.

Ламберт фыркнул и сделал еще глоток.

— А что конкретно вы тренируете? — спросил у меня Весемир.

— Скорость и силу, — пожала я плечами. — Это помогает расширять магический потенциал, что в свою очередь увеличивает и дар Старшей крови. Пока что сил на создание порталов у меня не хватает. Ну, или ума, потому что сил, как показывает практика, у меня предостаточно.

— Цири открывать порталы обучал Авалак’х, — вспомнил старый ведьмак. — Но где он теперь, кто знает…

— Справимся как-нибудь и без него, — пожала я плечами.

Конечно, было бы проще, будь у нас под рукой эльфийский знающий. Он вполне вероятно даже без всякой магии Старшей крови узнал бы, где Цири. Но на нет и суда нет.

— Что, Эскель, путь к бутылке тебе теперь заказан? — в это время обратился Ламберт к сидящему рядом с ним ведьмаку.

— С чего тебе это в голову пришло? — спокойно поинтересовался у него Эскель, за это время усевшийся на лавку рядом.

— Ну как же, диета чародеек Старшей крови с ведьмаками не совпадает, — противно ухмыльнувшись, сделал очередной выпад мужчина.

— Ну, мне, в отличие от тебя, не надираться прямо с утра несложно, — пожал плечами Эскель.

— Так может она и в обед, и во время ужина не позволяет надираться!

— А что тебе за дело до диеты чародеек? — повернувшись к нему, поинтересовалась я.

— Ну как же! — с удовольствием обратился ко мне Ламберт, который, похоже, только ради этого и докопался до друга. С ним самим ему препираться явно было уже не интересно, но я была новой фигурой на шахматной доске. — Переживаю за собрата! Отхватил, наконец, себе чародейку, а диеты-то не совпадают! — для наглядности он даже ладонью по столу стукнул.

«Еще один», — мрачно подумала я.

Эскель повернулся к своему излишне болтливому собрату и смерил его тяжелым взглядом. Сказать, правда, ничего не успел. Я его опередила.

— Какой ты наблюдательный, — покачала я головой, продолжая есть кашу.

— Так полночи спать мешали своими криками и стонами! — продолжил развивать уже набившую мне за утро оскомину тему.

— Ай-ай-ай, — покачала я головой, цокнув языком. — А в книжках пишут, что у ведьмаков слух острее звериного, а ты голоса различить не можешь! На моей-то комнате отличное заглушающее заклинание стоит, так что ни услышать, ни увидеть, что там происходит никак невозможно. Так что ты претензии свои Йен с Геральтом переадресуй и к ухо-горло-носу сходи проверься. А то так вой волка с волколаком перепутаешь, и нехорошо получится.

Весемир ухмыльнулся в усы, у Эскеля улыбка была только в глазах, когда он глянул на меня.

— Но сам факт не отрицаешь, — резко сменил тему Ламберт.

— А зачем мне отрицать или подтверждать то, что тебя не касается? — вполне натурально удивилась я.

— Совсем забыл, мне же надо балки под крышей осмотреть и проверить, какие заменить, — неожиданно вспомнил Весемир. — Ламберт, пошли, поможешь разгрести там все более-менее.

— А что сразу я? — огрызнулся ведьмак. — Вон пусть Эскель.

— С Эскелем мы потом устанавливать новые балки будем, — ответил ему старый наставник. — Вставай давай, хватит напиваться с утра, в самом деле. Сколько раз…

— Ладно-ладно, встаю, только без лекций! — шумно согласился Ламберт, поднимаясь со своего места, но бутылку с собой все равно прихватил.

— Не обращай на него внимания, он всегда такой, — сказал Эскель, когда за Ламбертом и Весемиром закрылась дверь.

— Пофиг, не он первый, — отмахнулась я, доев, наконец, кашу и поднимаясь из-за стола. — Чай пить будешь?

— Буду, — не задумываясь кивнул ведьмак.

Очистив тарелку, я потянулась было за большими кружками-кубками, но в итоге взяла только одну, для Эскеля. Себе же достала из дома обычную глиняную кружку с каким-то абстрактным рисунком с одной стороны. Когда-то, тренируясь, я натаскала много щербатых кружек и глиняных, и стеклянных, так что у меня там был большой запас их. Налив в кружки кипятка и заварив чай, я вернулась к Эскелю за стол. Все это время он молча сидел и ждал.

— Трава какая-то? — спросил он, принюхавшись к своей порции.

— Ты не знал что такое чай, но согласился пить? — усмехнулась я. — А если бы я тебе отравы какой предложила?

— На ведьмаков яды не действуют, — напомнил он мне. — К тому же вряд ли ты собиралась сама пить какую-то гадость.

— Логично, — вынуждена была согласиться я, обхватывая кружку и грея об нее пальцы. — Это чайный куст, его листки и заваривают, чтобы получить чай. Часто добавляют что-нибудь еще. Например, этот с персиком и еще чем-то, не помню.

Эскель еще раз глубоко вдохнул аромат, поднимающийся от кружки.

— Я не знаю таких запахов, — качнул он головой.

— Наверняка не всё, что есть в моем мире, есть в этом, — пожала я плечами, осторожно отпивая горячую жидкость. — Вот тебе и незнакомы запахи.

Эскель рискнул отпить неизвестную жидкость.

— Необычно, — определил он. — Но вкусно.


========== Часть 29 ==========


Я улыбнулась, радуясь, что ему нравится, и снова поднесла чашку к губам. Медленно вдохнула аромат и сделала маленький глоточек.

— У тебя тоже запах незнакомый, такого в нашем мире нет, — неожиданно добавил ведьмак.

— Уже есть, раз я и моя косметика тут, — хихикнула я. — Так вот что ты имел в виду, когда сказал, что я странно пахну! — неожиданно и сильно запоздало сообразила я, припомнив нашу первую встречу.

Эскель улыбнулся, отпивая из кружки.

— А ты что подумала? — спросил он.

— Да я и не знала, что подумать! Даже мысль, а уж не сказочный ли ты вампир, решивший моей кровушки отведать, в голову пришла! — воскликнула я.

Эскель тихо рассмеялся.

— Нет, кровью я не питаюсь. Предпочитаю похлебку или кашу! — усмехаясь, просветил он меня.

Некоторое время мы молча наслаждались вкусом чая.

— Что планируешь делать сегодня? — нарушил молчание ведьмак.

— Сейчас пойду к девочкам, доделаю обещанный ремонт, а потом, если Йен меня вусмерть своими придирками к зеркалу не замучает, займусь, наконец, доработкой мази для Трисс, — охотно поделилась я своими планами. — И зная меня, если я дойду до лаборатории, то оттуда уже не выйду, — усмешкой добавила я.

— Совсем? — уточнил Эскель.

— Ну, пока мозги еще что-то соображать будут, — уточнила я. — А вы чем тут занимаетесь?

— Вообще или сегодня?

— И то, и то.

— Охотимся, тренируемся, латаем крепость и пьянствуем, — перечислил мужчина.

— Ничего себе наборчик, — хохотнула я.

— А чем тут еще заниматься, — пожал плечами Эскель.

— В своей учебной резервации мне под конец тоже скучно стало, а здесь пока все ново, интересно и есть чем заняться, — поделилась я и допила чай. — Ладно, некогда рассиживаться, пора претворять планы в жизнь, — поднялась я из-за стола.

Под моим взглядом кружка очистилась, а взмах руки отправил ее к другим чистым кружкам.

— Увидимся, — улыбнулась я напоследок ведьмаку, еще недопившему чай, и направилась к двери.

— Надеюсь, — послышалось мне у самого входа. Оборачиваться и переспрашивать не стала, решив не ставить себя в глупое положение, если ведьмак на самом деле молчал или же это слово не предназначалась для моих ушей.

Трисс, к которой я бесполезно постучалась пару раз, обнаружилась у Йеннифер. Чародейки чинно сидели у стола и что-то обсуждали, но при мне разговор они продолжать не стали, чем снова заронили в моей душе подозрения.

«Я с ними так скоро паранойю заработаю!»

— Ну что? Приступим? — спросила я о деле, не желая проверять свои подозрения. В конце концов, это их право говорить о чем угодно в мое отсутствие.

Я, конечно, хотела бы начать с комнаты Трисс. Она и меньше была, и зеркало с ванной ей искать не надо было. Но раз уж я дошла до Йен и они обе здесь, придется заняться этим обширным полигоном под самой крышей башни.

— Приступай, — кивнула Йен, подходя ко мне ближе. — Или для ремонта нужно очистить помещение от мебели?

— Необязательно. Она просто потом холодная будет, — предупредила я.

— Согреется, — отмахнулась чародейка.

— Мы же можем остаться и понаблюдать? — уточнила Трисс.

— Можете, только магический фон не слишком колыхайте, пока я канву плету, — попросила я.

— А когда будешь уже восстанавливать, можно колыхать? — заинтересовалась Трисс. — Я не собираюсь что-то зачаровывать, просто интересно.

— Можно, если не на то же место, с которым буду работать я. Мне не помешает, — пояснила я.

— Занятно…

Так как новых вопросов не последовало, я встала недалеко от находившегося в центре комнаты очага и прикрыла глаза, проверяя, достанет ли моя сила до стен с такого расстояния. Доставала. Правда, уже с трудом. Надо было развивать дар, чтобы покрывать большие по площади помещения. Разведя руки в стороны, я потянулась к прошлому этих стен, стараясь осмотреть сразу всю комнату и в то же время понимая, что информации слишком много, чтобы запомнить. А мне не хотелось делать кусками, постоянно то возвращаясь к прошлому, чтобы вытащить образ, то прибегая к магии льда, чтобы образ запечатлеть. Мне хотелось всего и сразу! Лед присоединился к магии времени, стоило о нем только подумать. Под закрытыми веками магия выглядела ярко-зелеными нитями, покрытыми изморозью. Образы прошлого калейдоскопом вращались в моем сознании, все быстрее перетекая в ледяные узоры. Тугие спирали смешанной силы закручивались все быстрее, смешивая силу и расточая ее вокруг. Когда я открыла глаза, комната уже была похожа на ледовый дворец. Ну, разве что мебель осталась неизменной, да чародейки, поежившись, поскорее сотворили согревающую магию. Мне холодно не было. Так, легкая и даже приятная прохлада, свежий, вкусно пахнущий морозом воздух, и потрясающий белый узор на кистях рук.

— Не было бы тут так холодно, я бы попросила тебя оставить вот так! — сказала Йеннифер, крутя головой. — Хоть и странное сочетание у твоей магии, но надо признать, это потрясающе красиво.

— Да, красота, — согласилась Трисс, наклонившись и осторожно проведя рукой по ледяному полу.

Я тоже с восторгом смотрела на искрящийся лед, пока делала небольшую передышку перед началом второго этапа.

— Мне всегда нравилась зима, снег, мороз, — призналась я, любуясь делом рук своих. — Правда, раньше я мерзла при этом как все, а теперь вот нет.

— А тебе совсем не холодно? — спросила рыжеволосая чародейка.

— Прохладно, но не больше, чем утром сегодня на улице было, — пожала я плечами.

— Сегодня у тебя руки почти не заледенели и волосы без инея, — отметила чародейка.

— Быстро расправилась, — усмехнулась я.

— А раньше у тебя, значит, иммунитета к холоду не было, — задумчиво протянула Трисс.

— Видимо, мне от своей магии не холодно, — сделала вывод я.

Чародейки переглянулись, а я закончила затянувшуюся передышку и сосредоточилась на ближайшей ко мне стене. Восстанавливать все сразу у меня бы не получилось, так что я выбрала себе наиболее удобный участок и сосредоточила магию в руках. Лед стал постепенно переплавляться в камень, возвращая комнате первозданный вид. Наблюдать за процессом было очень увлекательно, а заодно это помогало сосредоточиться и не отвлекаться на негромкий разговор Йен и Трисс, которые, очевидно, обсуждали мою работу. Не знаю точно, сколько прошло времени, я слишком увлеклась процессом, но когда я закончила и обернулась к чародейкам, те смотрели на меня с одинаковым сосредоточенным интересом.


========== Часть 30 ==========


— Ну вот, — обвела я пространство рукой, призывая их полюбоваться оконченной работой. — Теперь крыша протекать не будет.

— Спасибо! — отозвалась Йен и подошла ближе, продолжая пристально рассматривать меня.

— Что-то не так? — спросила я, забеспокоившись

— Все прекрасно, — заверила меня чародейка. — Брин, а сколько тебе сейчас лет получается, учитывая твои шесть лет обучения.

— Эм… — опешила я от такого неожиданного вопроса и даже не сразу смогла сосчитать. — Тридцать четыре?

Дни рождения в растянутом во времени заточении меня отмечать не тянуло, так что я, признаться, даже и не задумывалась над своим возрастом до этого момента.

— Ты никакой магией на свою внешность не воздействовала? — задала еще один внезапный вопрос Йен.

— С тобой же вместе вносили некоторые корректировки, — удивленно напомнила я.

— Нет, я не о коррекции, а о возрастных изменениях. Ты магией времени не пользовалась на себе?

— Нет, да и я не представляю, как это сделать, — мотнула я головой, так и не сообразив к чему все эти вопросы. — А в чем дело?

— Ты не стареешь, — неожиданно огорошила меня Трисс, подошедшая следом за Йен. — Тебе, как ты говоришь, тридцать четыре, а выглядишь ты по-прежнему на двадцать.

— Так это, наверное, из-за хорошего ухода, в том числе и магического, — предположила я.

— Нет никакого способа, кроме специального эликсира, который ты не принимала, способного остановить старение организма. Ну, если только ты что-нибудь со своей силой Старшей крови не придумала, — наставница сразу четко обрисовала ситуацию. — Да впрочем, это можно легко проверить, если внешность обманчива.

Чародейка взяла меня одной рукой за запястье, а второй провела вверх и вниз вдоль моего тела.

— Нет, организм даже еще более четко говорит о том, что ты не стареешь, — поделилась своими наблюдениями она.

— Но это в любом случае магия виновата, — даже слегка растерялась я.

Я, честно говоря, и раньше, еще дома, замечала, что возрастные изменения обходят меня стороной, радовалась хорошей наследственности, а порой и списывала все это на игру воображения. Но когда мне опытная чародейка заявляет, что я не старею, сложно думать, что я все это придумала.

— Да, это твоя способность ко льду, вероятнее всего, так на тебя влияет, — согласилась со мной Трисс. — Причем влияла всегда, даже в зачаточном состоянии в твоем мире.

— У Старшей крови таких эффектов не наблюдалось, — добавила Йен.

— И что мне теперь делать? — спросила я, огорошенная новым аспектом своих сил.

— Радоваться, что тебе даже эликсир принимать не нужно, чтобы оставаться молодой и красивой и следить, не пропадет ли чудодейственный эффект, — равнодушно пожала плечами Йеннифер.

— И принять во внимание, что твоя ледяная магия оказывает на тебя большее влияние, чем тебе кажется, — вставила Трисс, которая в отличие от Йен, похоже была обеспокоена новым открытием.

— Прими, и займемся моим зеркалом, — кивнула Йен, выражая свой скептицизм по этому поводу.

Я на некоторое время несколько зависла, осознавая сам факт и пытаясь понять, как я к этому отношусь. В итоге пришла к выводу, что открытие меня совершенно не тревожило. Магия со мной с рождения, избавиться от нее возможности, а самое главное, желания, нет, так что слишком заморачиваться этим не стоит. Хотя само по себе знание было весьма полезным!

— Какое ты хочешь зеркало? Просто в полный рост? Или как в танцевальных классах, во всю стену? — переключилась я на более насущные вопросы.

— Во всю стену? — удивленно вскинула брови Йен. — Звучит заманчиво, но мне, пожалуй, хватит такого же, как у тебя, размера, только раму более темную.

Я вздохнула, и полезла искать зеркало в свой мир. В этот раз я решила поступить умнее и не таскать образцы в этот мир, а показывать Йен иллюзии. Это было быстрее, проще и менее энергозатратно. На удивление сегодня Йен очень быстро определилась с устраивающим ее вариантом. Новенькое зеркало заняло специально отведенное для него место рядом со шкафом, прямо напротив единорога. С ванной вообще никаких проблем не возникло. Я просто показала ей первую попавшуюся черную мраморную ванную нужного размера, и она согласилась. Молча подивившись чудным делам господним, я ни словом, ни делом не выразила удивления таким скорым окончанием игр в джина и изъявила полную готовность переместиться в комнату Трисс.

Здесь искать, слава богу, ничего не надо было, только привести в порядок старые стены замка. Чародейки в очередной раз заняли наблюдательные позиции, усевшись на низкий диванчик и заранее накинув на себя согревающие заклинания, а я уже привычно охватила внутренним взором всю относительно небольшую комнату и принялась за свое нехитрое, но очень полезное колдовство. По его итогам чародейки меня никаким новым открытием не порадовали, хотя следили пристально, я проверяла и даже пару раз чуть не сбилась из-за этого. Так что я смогла наконец расслабиться. Искренне поблагодарив меня, чародейки предложили сходить пообедать всем вместе в таверну в Порт Ванисе. Во время моего незабываемого, хоть и короткого путешествия по миру, мне уже доводилось там бывать, так что я с энтузиазмом приняла приглашение, уже предвкушая довольно своеобразную северную кухню.

— Что ты будешь делать, когда восстановишь весь замок? — спросила Трисс, пригубив бокал рубиново-красного вина.

— Восстанавливать крепость! — усмехнулась я.

— Я и имела в виду всю крепость, — исправилась Трисс.

— Каэр Морхен огромен! Я такими темпами буду до-олго его ремонтировать. Нет смысла загадывать так далеко, — рассмеялась. — К тому же насколько я знаю, в долине есть еще разрушенные постройки, если вдруг основной крепости мне станет мало.

— А самими ведьмаками ты не интересуешься? — очевидно отчаявшись добиться от меня нужного ответа, прямо спросила Трисс.

— В каком смысле? — озадаченно нахмурилась я.

Одним конкретным ведьмаком я интересовалась очень даже живо, но вряд ли чародейка сейчас об этом интересе.

— В плане их природы, создания и секретных технологий, — охотно пояснила женщина. — Разбор эманаций тебя вчера увлек.

— Весемир все равно все держит в секрете, — скептически хмыкнув, напомнила Йен. — Какой смысл это обсуждать? Ты сто раз ему и намекала, и напрямую говорила, что хочешь этим заняться.


========== Часть 31 ==========


— А вдруг Брин удастся его убедить? С крепостью он ей разрешил делать что угодно, да и на эксперимент она его тоже без лишних слов уговорила, — напомнила Трисс.

— Хо-хо, ты преувеличиваешь его ко мне доброе отношение, — усмехнулась я, тем не менее припоминая том Маласпины, который мне прямо порекомендовали почитать. — В отремонтированном замке жить будет удобнее всем, к тому же мне это нужно для развития дара, что в свою очередь нужно для поисков Цири. А ведьмачьи секреты — это совсем другое.

— Ну скажи, что и это тебе для ее поисков надо. Они же ее пичкали какими-то своими травами и грибочками какое-то время! — Трисс даже вперед подалась, настолько ее интересовала эта тема.

— Ложь — плохая идея, особенно с таким старым ведьмаком, — покачала я головой.

Йен кивнула, отпивая вино из своего бокала, Трисс откинулась на спинку стула, видимо размышляя над другим способом. Я же задумалась о книге, которая стояла у меня на полке. Может, зря я думаю, что она оказалась в моем распоряжении по забывчивости? Все-таки Весемир прямым текстом указал мне на нее, явно он понимал, что я могу прочесть в ней не только об эманациях, о которых там и не было почти ничего. Получается, Весемир дал мне свое добро на чтение этой книги, притом второй раз. Только если в прошлом я ничего кроме описательного текста в ней понять не могла, то сейчас пойму если не все, то большую часть.

Что бы это значило?

После совместного приема пищи, Трисс оставила нас ради государственных дел. Мы же с Йен, уже почти договорившись пройтись по набережной перед возвращением, были остановлены внезапно начавшимся затяжным и холодным осенним дождем. Пришлось сразу перемещаться обратно в Каэр Морхен. Впрочем, сильно расстроена я этим обстоятельством не была. У меня еще были планы на новенькую лабораторию и почти завершенный проект. Так что, предвидя будущее, я завернула на кухню, слепила себе парочку бутербродов и спустилась в подвал, так по дороге никого и не встретив.

«Ну, а чего ему в замке-то весь день торчать?», — напомнила сама себе я и занялась делом, которое все лишние мысли мигом вытеснило.

Все необходимое ждало меня тут со вчерашнего дня, а записи я захватила по пути из своей комнаты. Оставалось только заняться их разбором. Заметок было много, и из них еще предстояло вычленить аспекты к доработке, чем я и занялась, а потом работа плавно перетекла к внесению изменений в сам препарат. Где-то в процессе ко мне заглянула Трисс: занесла свежие записи из больницы, немного поспрашивала меня об успехах, порекомендовала сделать хотя бы перерыв, если уж заканчивать я явно пока не собираюсь, и удалилась. Я же просмотрела новый отчет, не нашла там ничего принципиально нового и снова погрузилась в свои мысли. Действительно отвлеклась от работы я, лишь когда поняла, что мне осталось только придумать что-нибудь с легким зудом, возникающим через некоторое время после нанесения мази и являющимся результатом активации магии, вложенной в препарат. С одной стороны, ощущения не были нестерпимыми и легко снимались простым заклинанием, с другой же — не хотелось делать снадобье зависимым от магии либо же неудобным в использовании. Однако я никак не могла выбрать способ, которым предпочтительнее было бы воспользоваться для устранения побочного эффекта. Решив прежде почитать и освежить знания по этому вопросу, я взглянула на часы и громко хмыкнула. Стрелки показывали начало одиннадцатого. Не то чтобы запредельно много, — я во времена обучения, бывало, обнаруживала на часах и три утра, и четыре, и даже как-то было около семи, но все-таки это было намного больше, чем я ощущала по своим внутренним часам. Так что я рассудила, что с практикой на сегодня определенно пора заканчивать, пока я, в самом деле, не засиделась до утра. А вот потратить еще какое-то время на теорию как раз можно было.

Не утерпев, сразу в лаборатории вытащила книгу из своей комнаты и принялась листать ее в поисках нужной информации прямо на ходу, пока поднималась из подвала к себе.

— Брин? — отвлекли меня от чтения, когда я пересекала большой зал, чтобы попасть в башню.

Оторвав взгляд от книги, я увидела Эскеля в десятке метров от себя. Он направлялся ко мне. Автоматически отметив, что собиралась проверить предположение Йен по поводу изменения остроты ощущений от эманаций после вчерашнего, я снова перевела взгляд на текст.

— Идем, — позвала я ведьмака за собой, за день прочно уверившись, что все более-менее личные дела можно делать только внутри своей экранированной комнаты.

Долистав до нужного места в книге (вот бы где не помешало содержание!), я чуть было не пропустила собственную дверь, но вовремя исправила свою оплошность и открыла ее. Краем глаза отметив, что мужчина зашел следом, комнату заперла и направилась к шкафу за ширму. На некоторое время зависнув перед открытой дверцей и дочитав нужный кусок, я вернулась к реальности.

— Подождешь немного? — спохватившись, выглянула я из-за ширмы. — Мне кое-что дочитать надо.

— Хорошо, — согласился ведьмак, все еще продолжавший стоять недалеко от двери.

Я удовлетворенно кивнула и вернулась к книге и одежде. Потом вспомнила, что после работы в лаборатории неплохо бы вымыть руки, и наведалась в чулан. Вернувшись, подвесила книгу прямо в воздухе и стащила с себя кожаную жилетку с манжетами, а затем и рубашку, силой мысли пролистывая страницы в поисках следующего нужного мне куска. Уже надев привычную мне простую футболку и мягкие клетчатые брюки, запоздало почувствовала, что кажется для замка нужно выбрать какую-то более теплую одежду для отдыха. Это в своем небольшом деревянном доме, где все хорошо отапливалось, можно было удобно устроиться у окна в простых хлопчатобумажных тканях, с коротким рукавом и читать книги, а тут, пожалуй, такой фокус не прокатит.

— Брр… Холодно тут, — поежилась я, выискивая на верхней полке мягкий теплый плед, специально предназначенный для того, чтобы сидеть в нем желательно у камина и греться.

Услышав характерный звук пламени, я выглянула из-за ширмы. В камине действительно разгорался огонь, который зажег Эскель, видимо услышавший мои жалобы. Улыбнувшись ему и только теперь осознав, кому я обязана тем, что прошлой ночью холодно мне не было, я закуталась в плед и вышла из-за ширмы вместе с книгой. Устроившись на диване, чтобы поближе и к огню, и к Эскелю, я снова оторвалась от книги, удивившись, что он не садится рядом, а потом поняла, что я, кроме просьбы подождать, и не озвучивала своих планов.

— Я как дочитаю, хотела вчерашний эксперимент закончить. Ты не против? — спросила я.

— Нет, — качнул головой мужчина.


========== Часть 32 ==========


— Тут недолго, но не пара минут, — прикинула я, попутно туша бессмысленно яркий свет во всей комнате и оставляя только ночники у кровати, около двери в чулан и один магический шар около дивана, спустив его пониже, чтобы удобно было читать. — Иди тогда… — собралась подозвать я к себе ведьмака, раз сам он продолжал стоять на прежнем месте, перевела на него взгляд и невольно заулыбалась, позабыв на мгновение все свои мысли о препарате. В полутемном помещении хищные желтые глаза ведьмака светились достаточно ярко, особенно в контрасте с темной фигурой. Увидела бы в своем мире, испугалась бы до визга, а сейчас наоборот дыхание от восхищения перехватило — теперь-то я знала, кому эти глаза принадлежат. — Иди сюда, кошачьи глазки, — позвала я с усмешкой.

— Кто? — неуверенно переспросил ведьмак.

— Кошачьи глазки, — рассмеялась я. — Кис-кис-кис, — я похлопала по своим коленям, будто в самом деле подзывала кошку, и снова рассмеялась. — Только куртку шипастую свою сними. Кисоньки, конечно, когтистые и зубастые, но без железных шипов, — попросила я, все еще улыбаясь, и вернула взгляд к книге.

— Это серебро, — поправил меня ведьмак, шурша одеждой.

— О да, это в корне меняет дело, — пробормотала я, сосредоточенно пролистывая и просматривая одну страницу за другой. — Посеребренные кошки встречаются, конечно, чаще окованных железом…

Я почувствовала, как диван прогнулся, когда мужчина опустился на него. Нужная страница все никак не попадалась, так что я продолжила сосредоточенно листать, ожидая, что мужчина все-таки сядет ближе, как вдруг Эскель ни с того ни с сего поднырнул мне под руку и проворно устроил свою голову на моих коленях. Книгу я чуть отодвинула, а брови сами поползли наверх.

— Мяу, — сообщил он мне.

Я звонко рассмеялась, сообразив наконец к чему все это было. Книга зависла перед моим лицом, а руки я опустила вниз: одну пристроила ведьмаку в районе ключицы, а второй провела по волосам, чтобы он уж точно не подумал встать. Я переживала, что он мог сесть на другой конец дивана и ждать, когда я закончу, вместо того чтобы сесть рядом и позволить мне прижаться к его боку, а может быть даже и обнять меня, но такой вариант мне нравился даже больше.

— За ушком почесать? — хитро улыбаясь, спросила я.

Я с удовольствием провела рукой по шее, подбородку, коснулась щеки, отмечая, что Эскель бреется очень гладко. Второй рукой коснулась лба, и снова провела по волосам, на сей раз пропуская пряди между пальцев. Дождавшись ответной улыбки, вернула взгляд в книгу, руками же продолжила поглаживать нежданно-негаданно улегшуюся мне на колени большую кису. Глаза эта киса, к слову, сразу прикрыла, в самом деле изображая из себя добропорядочную кошку, только что не мурлыча. Запоздало проанализировав свои ощущения от прикосновения к коже Эскеля, я поняла, что Йен была в очередной раз права. Сегодня эманации ощущались не так пронзительно. Выводы, конечно, делать еще рано, но я была почти уверена, что как вчера выпадать из реальности я не буду.

Отложив детальные изучения феномена на потом, я сосредоточилась на книге, наконец отыскав нужное место в ней. Руки же сами по себе продолжали перебирать волосы мужчины, гладить лицо, периодически задерживаясь на шраме, а потом снова продолжая бесцельно блуждать. Не знаю как Эскелю, а мне очень нравилось так читать. Это удивительное ощущение безмятежности, появляющееся у меня только рядом с ним, было поистине бесценным в этом мире, где у меня не было ни семьи, ни дома, ни какого-то иного островка стабильности. Нечто похожее я испытывала только когда с головой уходила в учебу или алхимические эксперименты, но там требовалось работать, а тут можно было просто сидеть и наслаждаться.

«Дом уже есть, — напомнила я себе. — А семья… — я опустила взгляд на лицо ведьмака, нежно проведя большим пальцем по его нижней губе, и спохватилась. — С ума сойти, о чем я думаю! Надо тормозить на поворотах! Не такое уж у меня и безнадежное положение, чтобы на людей так сразу кидаться. Я научусь создавать порталы в другие миры и смогу вернуться домой к маме с папой! Так что никаких опрометчивых решений, одного раза достаточно. Я в него, конечно, влюблена, мы связаны клятвой и он мне даже действительно жених, — ухмыльнувшись неожиданно вспомнила я свое феерическое появление в этом мире, — но мне давно не восемнадцать лет, чтобы флер застил глаза, и даже не двадцать пять, когда я с чего-то решила, что пора остепениться и выйти замуж. Теперь я свободная чародейка немалой силы и у меня на коленях лежит ведьмак, который мне весьма и весьма нравится. Но ничего больше!»

Вычитав все, что хотела, я отлевитировала книгу на столик, а сама, немного порассматривав лицо мужчины, наклонилась к нему и коснулась поцелуем губ. Сначала медленно и нежно провела только губами, потом подключила язык, дразня и изучая всё углубляющееся поле действия. Вчера спектр ощущений от эманаций буквально вытеснял из моего сознания все прочие не менее приятные чувства, так что сегодня я будто снова впервые с ним целовалась, заново узнавая мягкость его губ, с чуть шершавой оконечностью шрама на них, и наслаждаясь ответными движениями. Ответил он сразу же, будто только этого и ждал. Сначала так же неторопливо как и я, а потом все активнее, постепенно перехватывая у меня инициативу. Ощущения от эманаций углублялись вместе с поцелуем, но на сей раз они были только безумно приятными, но не дурманящими.

Оторваться от мужчины меня заставила только не самая удобная поза. При этом то, что Эскель умудрился обхватить меня одной рукой, я заметила только, когда он ту самую руку убрал, а я запоздало почувствовала, какая она была приятно горячая. Чуть-чуть отодвинувшись, я открыла глаза и тут же встретилась взглядом с ведьмаком. Он внимательно смотрел на меня несколько секунд, а потом протянул руку и, едва касаясь, самыми кончиками пальцев провел по моей щеке, отчего у меня мурашки прошлись по всему телу. Затем, немного привстав, коротко коснулся моих губ поцелуем и поднялся до конца, разворачиваясь ко мне лицом. Я, находясь все еще под впечатлением, просто смотрела на него.

— Ты хотела эксперимент продолжить, — напомнил он мне, когда молчание слишком уж затянулось.

— Да вот уже продолжила, — усмехнулась я, вернувшись к реальности и откидываясь на спинку.

— Будешь записывать? — уточнил ведьмак.

— Нет, — качнула я головой. — Сегодня так и не нашла времени дописать вчерашнее, потом скопом все опишу, — ответила я, и думать забывшая об этом. Ну не признаваться же теперь? — Тем более что сегодня только контрольная проверка, — с усмешкой добавила я.

— Проверка? — переспросил Эскель.

— По предположению Йен, после первого раза ощущения от эманаций должны были снизиться до вменяемых, — напомнила я.

— И как?

— Как видишь! — рассмеялась я, дотрагиваясь до его руки. — Не дергаюсь, в прострацию не выпадаю, — конкретизировала я и убрала руку.

Комментарий к

Мир! Труд! Май!


========== Часть 33 ==========


— Иди тогда сюда? — с вопросительной интонацией позвал меня Эскель пересесть к нему ближе.

Я охотно передвинулась, прижимаясь к его боку. Он тут же приобнял меня одной рукой, придвигая к себе еще теснее. В его объятьях было так уютно и тепло, что никакой плед был не нужен, достаточно замереть и наслаждаться. Я аккуратно пристроила голову к нему на плечо. Мне с ним было хорошо даже вот так вот просто сидеть и молчать, отогреваться от своей ледяной магии, от кучи забот, от алхимических задач. Так что я еще немного развернулась и сама обхватила его руками поперек туловища, прикрывая глаза.

— Не жалеешь? — неожиданно спросил Эскель.

— О чем? — встрепенулась я, успев позабыть о чем мы говорили, так что совершенно не поняла вопроса.

— О том, что ощущения слабее стали, — напомнил он.

— Нет, — усмехаясь, пару раз мотнула я головой и снова уложила ее на плечо мужчине. — Это, конечно, было забавно, но я предпочитаю помнить о том, как провожу время!

— А ты ничего не помнишь? — удивленно повернул ко мне голову мужчина.

— Не то чтобы совсем ничего, но ничего определенного, — пожала я плечами. — А мне как-то все-таки больше нравится осознавать, что происходит. К тому же, как я уже говорила, мне такие красивые мужчины слишком редко попадались, чтобы упускать возможность… — оборвала я предложение на полуслове, все это время наглядно скользя ладонью по его плечам, груди и животу. Будоражащий воображение рельеф мышц прекрасно чувствовался и через рубашку. — Так что я ничего не теряю.

«А скорее даже приобретаю», — мысленно добавила я, чувствуя, что мои манипуляции Эскелю нравились.

Мужчина чуть пошевелился. Я снова повернула голову, чтобы взглянуть на него, и наткнулась на неожиданно очень серьезный, даже испытующий взгляд желтых глаз. Пару секунд пока я недоумевала, он сосредоточенно что-то искал на моем лице, а потом стал медленно наклоняться ко мне ближе, так что я не стала искать причины странного взгляда, а просто подставила губы под новый поцелуй.

Вихрь поразительных ощущений закружил меня. Я продолжала гладить его всюду, куда только дотягивалась руками, чувствовала, как мужчина водит по моей коже ладонями, уже забравшись под футболку, и тонула в сладостных ощущениях поцелуя и гуляющих по телу вслед за руками и губами Эскеля вибраций, пробуждающих во мне уже более конкретные желания. Неожиданно мужчина нежно сжал мою грудь прямо через бюстгальтер и отстранился немного.

— Ты обещала научить тебя раздевать, — напомнил он, когда я, открыв глаза, увидела его лицо прямо перед собой, сантиметрах в десяти.

Такая близость, жаждущий взгляд и сбившееся дыхание заставили меня замереть. И если бы не его слова, я бы так и сидела не шелохнувшись, впитывая этот образ обычно скрывающего свои чувства мужчины.

— Да тут никакой науки нет, — невольно улыбнулась я, осознав, что снова не заметила, когда он снял с меня футболку. — Смотри, просто крючки. А джинсы как-нибудь потом покажу.

Я развернулась к нему спиной, позволяя ему самому разобраться в простой конструкции застежки. Справился он быстро, я почувствовала, как резинка ослабла, и тут же его горячие ладони обхватили мою грудь, сметая все мысли, кроме одной. Шумно выдохнув, я откинулась на него, запрокидывая голову и закрывая глаза. Он снова сжал грудь, одновременно поглаживая большими пальцами соски, вызывая у меня новый шумный вздох.

— Пошли на кровать, там удобнее, — прошептала я, чуть повернув к нему голову, прекрасно ощущая, что не одной мне хотелось уже, наконец, снять всю лишнюю одежду.

Я снова безумно его хотела, и определенно не эманации были тому виной. С ума сводил меня сам Эскель, этот немногословный ведьмак с горячими чуткими руками, чувственными поцелуями и страстью во взгляде, который явно хотел меня не меньше. Мой ведьмак, мое предназначение!

Эскель, как и вчера, неожиданно подхватил меня на руки.

— Ты смотри, привыкну, — улыбаясь пробормотала я ему куда-то в шею.

— Мне несложно, — выдохнул он мне почти в ухо и опустил на покрывало.

Теперь избавиться от оставшейся одежды я помогала ему сама и заодно поняла, каким образом он так незаметно раздевал меня до того. Я читала, что ведьмаки двигаются намного быстрее людей, но один раз увидеть было информативнее. Всю свою одежду он снял быстрее, чем я одни брюки на резинке.

А потом я все-таки потерялась в ощущениях и поцелуях, но на сей раз без провалов в памяти и активно участвуя в этом безумии, попеременно находясь то на вершине блаженства, то на пути к ней.

Не знаю, во сколько мы все-таки улеглись спать на разворошенной кровати. Меня успокаивала только мысль о том, что будильник я завела заранее. Сейчас у меня не было сил даже думать. Только прижаться к этому, еще пару минут назад дарившему непередаваемое удовольствие, телу неожиданно до дрожи родного мужчины в совершенно чужом мире и закрыть глаза.

***

Попрощавшись после позднего завтрака, Брин в самом деле пропала на весь день до самого позднего вечера. Эскель успел и Весемиру помочь, и Ламберта несколько раз послать по все удлиняющемуся маршруту, и, объединившись с Ламбертом, поподкалывать Геральта, у которого в замке было целых две чародейки, жаждущих его внимания, и даже с ужином помочь, в надежде, что Брин все же появится. Но трапеза прошла в привычной ведьмачьей компании, чародеек не было ни одной. Время все шло и шло, а Брин не появлялась. Точнее, она явно была в лаборатории и, как и сказала за завтраком, выходить оттуда не собиралась. Спустившаяся к ней Трисс вскоре вышла оттуда одна и сразу же ушла к себе. Надежда на то, что Брин вскоре последует за ней, угасала с каждой прошедшей минутой, - девушка, кажется, в самом деле не шутила, говоря, что не выйдет оттуда пока не перестанет соображать.

Мужчину стали одолевать сомнения. Зачем она рассказала ему о своих планах? Утром ему показалось, что она так намекнула, что хотела бы увидеть его вечером. А теперь начинало казаться, что, наоборот, чтобы он на это не рассчитывал и шел спать. Но сна у ведьмака не было ни в одном глазу, так что он упрямо ждал, когда она появится, чтобы спросить у нее прямо. Текст из книги, которую мужчина взял почитать, до мозга не доходил, так что он механически пробегал страницу глазами, переворачивал ее, пробегал следующую, думая в это время совершенно о другом.

Он не понимал Брин. Раньше у него никогда не возникало проблем с пониманием женщин, ну разве что очень давно, когда он был еще совсем сопливым. А так он всегда прекрасно видел, есть у него шанс или нет, различал отношение к себе по паре брошенных взглядов, по положению тела. Случалось, конечно, всякое, но риск - дело благородное. По крайней мере, в отношении дам. А вот с Брин это чутье совершенно не работало, а порой срабатывало даже во вред. Несмотря на все, что между ними уже было, ведьмак до сих пор не мог точно определить, как же девушка к нему относится. Нет, то, что он ей не отвратителен, он был уверен, но вот дальше…


========== Часть 34 ==========


«Привлекаю ли я ее исключительно как мужчина или нравлюсь как человек? Или, может, и вовсе как экспериментальный образец? А может быть, ее все-таки тянет ко мне, как меня к ней?» — размышлял он.

Иногда ему казалось что тянет, что он для нее особенный, как, например, в тот момент, когда она назвала его потрясающим. А иногда, как сейчас, он склонялся больше к экспериментальному образцу.

«Поэкспериментировала и хватит! — хмуро сообщил он сам себе и сам же возразил. — Почему тогда она захотела, чтобы я остался спать с ней прошлой ночью?»

Одни вопросы без ответов. Чутье молчит, а на душе неспокойно. Тянет к ней. Днем за делами это незаметно, а вечером, когда просто так сидишь, все мысли о ней. Хочется прикоснуться, вдохнуть ее неповторимый аромат, услышать ее смех, прижать к себе и целовать, целовать, пока она не станет, как вчера, стонать и извиваться…

Внезапно пришедшая идея, что Брин могла уйти из лаборатории порталом, разогнала все приятные мысли.

«Спуститься в лабораторию, проверить? Если я ей помешаю, ничего хорошего после этого можно будет не ожидать, — рассуждал ведьмак. — Подняться к ней в комнату и постучать? Ага, и возможно, выдернуть ее из постели».

Эскель как наяву представил себе растрепанную Брин в накинутом поверх ночной сорочки пледе, сонно щурящуюся на него и спрашивающую, какого рожна он приперся. И даже то, что для крепкого сна время еще не подошло, яркость видения не уменьшало. Жгучее чувство стыда окатило ведьмака с ног до головы, так что он захлопнул книгу и привычно потер шрам на щеке.

«Угу, пришел спросить не хочешь ли ты… Нет, так подставляться было бы совсем глупо», — решил он, но бросить все и пойти спать без Брин не мог. Да и все равно бы не уснул, продолжая гадать.

Неизвестно, сколько бы времени он еще провел так, размышляя, но девушка неожиданно появилась в большом зале. Она шла к двери в свою башню и увлеченно листала какую-то книгу на ходу. От удивления, что в задумчивости не услышал звук ее шагов заранее, Эскель чуть было не упустил девушку.

— Брин? — позвал он, поскорее поднимаясь со своего места, и устремился к ней, только спустя пару шагов сообразив, что понятия не имеет, что ей сказать, кроме как напрямую предложить переспать. Но делать этого не хотелось. Это со случайной женщиной, встреченной на Пути, можно было не церемониться, все-равно в деревне проездом лишь один вечер, а с Брин хотелось говорить иначе. К тому же секс хоть и был весьма желателен, но совсем не обязателен. В первую очередь он хотел провести с ней время, посидеть рядом, поговорить, обнять, если она не будет против, а там уж как повезет.

Однако говорить ничего и не пришлось. Оторвавшись от книги, девушка посмотрела на него пару секунд, будто вспоминая, кто он такой, а потом просто позвала за собой. Направлялась она явно в комнату, что с одной стороны радовало, его же позвали с собой, а с другой, надо было-таки придумать, что ей сказать. Чародейка же снова погрузилась в книгу и, кажется, позабыла не только о нем, но и куда шла, едва не пропустив собственную дверь. На пороге задерживаться не стала, взглядом заперев замок, целеустремленно зашагала к ширме, оставив растерянного ведьмака посреди комнаты.

«Как я должен это понять? Может, она что-то другое имела в виду, а не чтобы я шел за ней?! Что я должен сделать сейчас?» — мужчина чувствовал себя не в своей тарелке, бесцельно стоя в комнате Брин, с полным ощущением, что его сюда запустили по ошибке и скоро спохватятся и выгонят.

Девушка и вправду спохватилась, выглянула из-за ширмы и наконец развеяла его сомнения. Никакой ошибки не было, его в самом деле пригласили сюда, просто ей нужно доделать какие-то дела, а его просят подождать. Без проблем! Только как он должен ждать? Присесть ему не предложили. Выйти за дверь? Или раз его впустили, то подразумевается, что он сядет и будет ждать здесь?

«Все-таки скорее второе», — решил Эскель и присел на диван, о котором у него теперь было много приятных воспоминаний.

Девушка довольно долго возилась за ширмой, ходила туда-сюда, а потом неожиданно пожаловалась на холод. Ведьмаку холодно не было, но он до сих пор прекрасно помнил, что Брин, в отличие от него, было холодно даже в таверне. Так что без лишних просьб поднялся и подошел к камину. Дрова в нем были уже уложены, осталось только сосредоточиться на Игни и зажечь огонь. Почти сразу после этого Брин снова выглянула из-за ширмы и мужчина наконец увидел ее улыбку, адресованную ему. А потом она все-таки вышла к нему, накинув на себя плед, и забавно устроилась на диване, укутавшись в него плотнее. Ведьмак даже невольно улыбнулся, наблюдая за ней.

— Я как дочитаю, хотела вчерашний эксперимент закончить. Ты не против? — подняв голову, сказала она.

Разумеется, Эскель был не против, а скорее только за, ведь это означало, что он не ошибся и у нее все-таки были на него планы. Сообщив, что ожидать долго не придется, она потушила почти весь свет и снова обратилась к нему. Он поймал на себе ее тот самый лучезарный взгляд, от которого на душе становилось так легко и тепло и хотелось делать глупости. А потом она его еще и позвала совершенно неожиданным прозвищем вместо имени и похлопала по коленям, будто в самом деле кошку подзывая. Ну как тут было удержаться?

Ведьмак, удивляясь сам себе и глупости пришедшей ему в голову идеи, улегся ей на колени, для особой достоверности даже мяукнув. А она звонко рассмеялась, провела рукой по его волосам и предложила за ушком почесать.

«Что угодно делай», — мысленно ответил ей Эскель. Можно было выдохнуть, его не гнали.

И Брин действительно стала осторожно водить пальцами по его шее и лицу, перебирать волосы, вызывая довольную улыбку, которую не получалось да и не хотелось сдерживать.

«Мм… даже гладят. Чего ж так приятно-то? — закрыл глаза Эскель, стараясь контролировать дыхание. — Будто правда кот бездомный, не знающий ласки. Хотя ее на самом деле не так много было, как хотелось бы, вот и тянусь к каждому ее прикосновению. И на нелепицы всякие тянет… — но стыдно за свой порыв не было, наоборот хотелось что-нибудь еще сделать, чтобы не только ее прохладные пальчики порхали по его лицу. Но он помнил, что его просили подождать и смирил свои стремления, но не мысли. — Вот бы она еще наклонилась и поцеловала! У нее такие губы нежные, манящие… Мм… От одного прикосновения к ним будто хмель в голову ударяет!» — ведьмак живо представил себе этот желанный поцелуй, от которого внутри все переворачивалось, а от желания мутился разум.

Когда его мечты перешли в реальность, он не заметил. Просто в один прекрасный миг вдруг понял, что целует вовсе не воображаемую Брин, а настоящую. Эйфория захлестнула ведьмака полностью. Он обхватил ее одной рукой, сильнее наклоняя к себе, и, перехватив инициативу, сам стал целовать так, как хотел: жарко, нетерпеливо, показывая, что ждал ее весь вечер.

Через некоторое время девушка отодвинулась, но недалеко, позволяя увидеть в своих глазах нежность и симпатию, толкнувшую Эскеля вместо того, чтобы просто подняться с ее колен, сначала самому дотронуться до ее лица, снова на миг прижаться к ее влажным губам и только потом уже принять вертикальное положение. Ее пристальный взгляд, которым она продолжала следить за ним, правда, немного обеспокоил ведьмака.


========== Часть 35 ==========


— Ты хотела эксперимент продолжить, — нарушил тишину мужчина.

Девушка сразу отмерла и улыбнулась, сообщая Эскелю, что эксперимент-проверка уже начался, и коснулась его руки, показывая, что больше дергаться от его прикосновений не будет. Хоть он уже и сам это заметил, сообщение Брин его все равно порадовало, правда, теперь еще сильнее захотелось прижать ее к себе, раз уж никаких препятствий этому больше не было. Сидеть так близко к ней и не прикасаться было для мужчины тем еще испытанием.

На его не то просьбу, не то вопрос пересесть ближе девушка отреагировала сразу. Передвинулась, позволяя себя обнять, сама прильнула к его боку и даже голову на плечо положила, а потом еще и чуть повернувшись, сама обвила его руками, приятно удивив ведьмака, не ожидавшего от своей просьбы так много. Вместе с острым уколом нежности, толкавшим ведьмака прижать к себе девушку изо всех сил, пришло и полное осознание ее слов. Раз она теперь так остро не реагирует на его прикосновения, значит они стали менее приятными.

— Не жалеешь? — спросил он, желая понять плохо ли это.

Брин мотнула головой и сообщила, что рада перемене, так как вчерашний вечер толком не помнит. Не успев в полной мере удивиться этому факту, ведьмак на миг закаменел, услышав продолжение и почувствовав волнующее скольжение ее узких ладоней по своему телу.

«Издевается? Вроде бы нет… Похоже, ей действительно нравится ко мне прикасаться», — он чуть-чуть изменил угол наклона, чтобы Брин было удобнее. Она подняла лицо, и мужчина заглянул в ее глаза, ища там сарказм, насмешку, но увидел только искреннюю полуулыбку. Да еще и ее рука снова прошлась по груди, будоража и путая мысли, так что с трудом удалось сдержаться, чтобы не накинуться на нее немедленно.

Вместо этого Эскель медленно наклонился к ней, продолжая неотрывно смотреть ей в глаза, а потом все-таки нырнул в омут ее чуть приоткрытых в ожидании губ. Выдержка полетела к чертям, вслед за ней улетела ее необычная рубашка, мешающая прикасаться к коже и покрывать ее поцелуями. Брин с энтузиазмом подалась вперед, не прекращая гладить его. Ее сбившееся дыхание разжигало страсть сильнее самых громких стонов.

Осталась, правда, одна деталь, которая поначалу вызывала восторг, а теперь отчаянно мешала. И он жаждал научиться снимать ее сам, чтобы больше не отвлекаться на это и чтобы удостовериться, что он тут не на пару ночей. Ведь не будет же она учить управляться со своим бельем того, кого не захочет больше видеть в своей постели?

Наука в самом деле оказалась простой, как и сказала Брин. Эскель без труда справился с крючками, недоумевая только, почему это вызвало трудности вчера, а потом добрался, наконец, до вожделенной девичьей груди и растерял все свои мысли. Чародейка шумно выдохнула, выгнувшись, прижалась к нему спиной, позволяя ласкать себя как вздумается, и немного поерзала по той части тела, которую игнорировать уже совершенно не получалось. Желание затмило разум. Но с ней хотелось не просто заняться сексом, ее хотелось любить нежно, долго, от всего сердца. И неважно на диване или на кровати, главное — не отпускать от себя ни на миг. Скинуть одежду — секундное дело, а потом прижать к себе ее обнаженное тело, целовать и ласкать его полностью, дарить удовольствие и получать его в ответ, слышать ее тихие стоны, видеть закушенную от удовольствия губу и чувствовать ее настоящее, искреннее желание его ласк, его поцелуев, его самого.

Эскелю было жаль, что это безумство не могло длиться вечно, хотя и сон с ней в обнимку он считал за отдельный сорт удовольствия.

***

Несмотря на перенос тренировки, будильник все равно зазвонил слишком рано. Я бы с удовольствием еще поспала. Ну хотя бы вскакивать и собираться впопыхах не было нужды. Времени было достаточно даже чтобы чуть-чуть понежиться в постели и объятьях моего самого невероятного мужчины.

Я сладко потянулась, повернула голову вбок и тут же встретилась взглядом с Эскелем. Его глаза все еще слегка светились, так как закрытые шторы пропускали совсем мало света в комнату, а упавшая на лицо прядь волос пересекала как раз нужную щеку, чтобы отвлекать внимание от и так едва различимого в полутьме шрама. Я невольно залюбовалась мужчиной.

— Доброе утро! — сказала я и, улыбнувшись, убрала прядь с его лица.

— Доброе. Тренировка? — его губы дрогнули в полуулыбке. Я почувствовала как его рука, все еще лежащая на мне, плавно поползла вверх, оглаживая грудь.

— Она самая, — подтвердила я, нежась, а потом, немного повернувшись на бок, дотянулась поцелуем до губ Эскеля.

Он в долгу не остался, и действо быстро вышло из-под контроля.

— Тренировка, — оторвавшись, выдохнула я, когда почувствовала, что дыхание стало рваным.

Эскель кивнул, соглашаясь, но руку, которой прижимал меня к себе, не убрал. Я фыркнула и, не удержавшись, снова ненадолго прижалась к его губам, а потом все-таки высвободилась и встала с постели. Пара взмахов и солнечный свет заполнил всю комнату, одежда, брошенная вчера на полу, собрана и сложена, сама же я направилась в чулан, а после планировала снова принять быстрый душ. Сегодня у меня было достаточно времени, чтобы привести себя в порядок полностью, но только если не рассиживаться. Так что действовала я быстро и сосредоточенно, поэтому то, что Эскель стоит уже полностью одетый, сложив руки на груди, и просто молча наблюдает за мной, заметила далеко не сразу.

— Что? — спросила я, замерев с расческой в руках и глядя в зеркало на ведьмака. Мне осталось только привести в порядок волосы, и можно было выдвигаться.

— Ты очень красивая, — огорошил меня Эскель.

Я знала, что внешностью природа меня не обделила. Ну, по крайней мере, я себе нравилась и, даже дорвавшись до магии, почти ничего не поменяла, так, сущие мелочи. Комплиментами, конечно, меня с ног до головы не осыпали, но и удивления они у меня давно не вызывали. А тут вдруг неожиданно, приятно и даже неловко стало.

— Как и положено чародейке, — попыталась пошутить я.

— Нет, — качнул головой ведьмак. — Ты живая, веселая, увлеченная.

— Ну да, всегда образцово-безупречной быть у меня не получается, — притворно грустно вздохнула я. — Надо у Йен поучиться!

Я снова взялась за расческу и продолжила укладывать волосы, бросая короткие взгляды на отражение ведьмака.

— Не надо, — тихо попросил Эскель. Даже по его почти всегда безмятежному лицу было заметно, насколько не по душе ему эта перспектива.

— Это шутка! — рассмеялась я. — У меня определенно нет цели стать похожей на Йен. Я вообще, как видишь, брюки предпочитаю. А все уважающие себя чародейки ходят в платьях. Йен даже на тренировки умудряется в платьях ходить и с укладкой, и ничего у нее ни разу не растрепалось, не помялось и не испортилось, — сообщила я. — А я лучше все-таки соберу волосы, чтобы не мешали, — добавила, плетя замысловатую прическу, в которой все волосы, тем не менее, были закреплены.

— Завтрак после тренировки? — сменил тему ведьмак.

— Да, надеюсь, в этот раз в час уложимся, — кивнула я, закрепляя пару прядей заклинаниями-невидимками и поднимаясь на ноги. Бросив взгляд на часы, я удовлетворенно кивнула и подошла к Эскелю. — Увидимся! — улыбнулась я ему и чуть приподняла подбородок, ожидая прощального поцелуя.

Ведьмак хмыкнул, дернув одним уголком губ, и наклонился ко мне, нежно целуя.

— Увидимся, — подтвердил он.


========== Часть 36 ==========


Из комнаты мы вышли вместе, но он пошел вниз, а я наверх, в комнату Йеннифер. Там меня уже ждали. Геральт, едва поздоровавшись со мной, тут же покинул наше общество, так что в нижний двор мы отправились с наставницей вдвоем.

Трисс сегодня с нами не было. Да, по сути, и Йен тоже могла бы не присутствовать. Я просто раз за разом технично исполняла вчера разработанные комбинации заклинаний, проверяя на прочность фантом и щиты, а чародейка издалека наблюдала за этим, изредка что-то спрашивая или давая рекомендации. Темп и мощь старалась наращивать, но долго ли, коротко ли, а усталость начала брать свое. Ощутив, что мне уже тяжело просто удерживать силу, я опустила руки.

— Достаточно, — согласилась Йен. — Комплекс мне нравится, ты хорошо с ним справляешься. Продолжай наращивать мощность не снижая темп. Думаю, совсем скоро ты разобьешь щиты. Нет, стены не пострадают, — увидев мой озадаченный вид, ответила на незаданный вопрос чародейка. — Но мы перейдем к другим методам. Пойдем обратно в замок, тебе нужно восполнить силы.

Я согласно кивнула, бросив взгляд на заметно дрожащие кисти. Времени до замка должно было хватить, чтобы все пришло в норму.

— Сегодня такие же планы как вчера? — спросил Эскель, с которым нам сегодня-таки удалось позавтракать вместе.

На кухне с нами был только Весемир, и то он уже давным-давно поел и сидел просто за компанию.

— Ну да, — чуть поразмыслив, кивнула я.

С комнатами чародеек я вчера закончила, но сам ремонт замка только начинался. Так что как только завтрак приведет силы в равновесие, можно смело браться за дело!

«Ну а когда устану окончательно, спущусь в лабораторию и добью-таки свой проект», — прикинула я.

— Разве что до ночи в лаборатории сидеть не получится. Там осталось работы совсем чуть-чуть, потом надо будет тестировать, — добавила я.

— Что включают в себя тесты? — поинтересовался Весемир.

— Отловить Трисс и намазать небольшой участок ее кожи экспериментальным образцом, — усмехнулась я. — А потом ускорить магически реакцию и ждать, наблюдать минимум сутки. Если все пройдет гладко, то завтра сделаю пару завершающих штрихов и можно патентовать.

— Чем потом планируешь заняться, если все будет, как ты задумала? — это спросил Эскель.

— Пока не знаю, — уклончиво ответила я, все еще не до конца разобравшись, случайно или нарочно книга о ведьмаках попала в мои руки, но совершенно точно желая ее прочесть. — Придумаю что-нибудь! — вот тут мой оптимизм был искренним. Я действительно была уверена, что найду что-нибудь интересное для себя в книге. — В конце концов, мне еще весь Каэр Морхен восстанавливать! А это о-го-го работы.

В кухню неожиданно вошла Йеннифер.

— Геральт не с вами? — хотя уже видела ответ, спросила она, не став молча выходить.

— Он собирался куда-то прокатиться. Наверное, скоро уже вернется, — ответил ей Эскель.

— Хорошо, — кивнула она и вышла.

Я сочла это сигналом к окончанию перерыва и, залпом допив последние пару глотков чая, поднялась. Реставрацию замка логичнее всего было начинать не с комнат, а с фундамента и несущих конструкций. И раз уж вчерашний день я потратила на ремонт обитаемых помещений, сегодня следовало наконец озаботиться общим состоянием конструкции. Не то чтобы я что-то смыслила в фортификации или строительстве, но логичнее всего было бы начать снизу.

— Мне нужно в подвал, — сообщила я ведьмакам. — Хочу прежде всего заняться фундаментом и несущей конструкцией. Для этого мне таки может понадобиться зайти в вашу лабораторию, если так магия не дотянется. Так что мне нужно, чтобы меня туда кто-нибудь запустил и сопровождал по вашим сверхсекретным разработкам.

Весемир с Эскелем переглянулись и синхронно усмехнулись.

— С удовольствием, — ответил мне мой ведьмак, чем очень порадовал. — Очень любопытно взглянуть на твою магию.

— Я бы тоже взглянул, но прямо сейчас не могу, — сообщил Весемир.

— Позже заходи, если интересно, — пожала я плечами. — Это надолго. Из интересного там от силы минут на пять, да сам результат. А так обычная нудная работа.

Чтобы не откладывать в долгий ящик, мы с Эскелем сразу же спустились в ту часть подвала, где располагалась ведьмачья лаборатория. Я осмотрелась и принюхалась.

— Странный запах, — чуть нахмурилась я, пытаясь понять, чем пахло.

— Мутагены, — с едва слышимым отвращением пояснил мне Эскель. — Тебе нужно зайти внутрь? — спросил он, указывая на решетку, отделяющую меня от святая-святых Каэр Морхена.

— Пока нет, — качнула я головой. — Начну отсюда. Если не достану до кладки за решеткой, тогда надо будет подойти ближе.

— Я не буду тебе мешать своим присутствием? — уточнил ведьмак, повернувшись ко мне.

— Нет, — повторно качнула я головой, улыбнувшись ему. — Но здесь сейчас станет холодно, — вспомнив, предупредила я.

— Побочный эффект от магии восстановления? — заинтересовался деталями Эскель.

— От всей моей магии, — поправила я его предположение. — Но сейчас я буду работать напрямую со льдом, поэтому температура может понизиться значительно.

— Может тогда тебе следует одеться теплее? — окинув взглядом мой совсем не зимний наряд, обеспокоился мужчина.

— Не-ет, — рассмеялась я, порадовавшись его заботе. — От собственной магии мне не холодно, — объяснила я и сосредоточилась на деле.

Встав примерно по центру доступного пространства, я прикрыла глаза и потянулась к стенам. Как и предполагала, на всё помещение сразу сил не хватило, так что поделив фронт работ на две примерно равные части, я заняла нужную позицию. Сегодня мне не нужно было полностью восстанавливать помещение, достаточно было исправить наиболее серьезные дефекты, сказывающиеся на крепости всей конструкции. Сил для этого требовалось меньше, зато концентрации — больше. Однако стоило мне только сосредоточиться на изначальном виде подвала и фундамента, как меня тут же вернули в реальность.

— Так-так! — очень громко и с нажимом протянул Ламберт, спускаясь. — Чародейки в лаборатории!

Я открыла глаза, отпуская еще только начавшие формироваться образы, и развернулась к ведьмаку.

— Вообще-то просто в подвале, — заметила я, нахмурившись.

Процесс поиска, извлечения и создания прототипа был весьма сложным, несмотря на довольно частое повторение, он же являлся и самым ответственным, так как по создаваемой канве потом, собственно, пойдет само восстановление. И такие вот грубые вмешательства были крайне нежелательны, пусть даже я еще и только искала. К тому же цель его визита, судя по его голосу, как раз и была помешать, что мне, разумеется, не понравилось.


========== Часть 37 ==========


— В подвале рядом с лабораторией! — возвестил ведьмак, будто подловил меня на каком-то преступлении. — А что забыла чародейка в подвале лаборатории?

Эскель, отошедший на некоторое расстояние от меня, чтобы не мешать, как-то неожиданно оказался рядом.

— Ремонт, — веско ответила я, еще не совсем понимая, к чему он клонит, но заранее не ожидая ничего хорошего.

— А зачем это ремонтировать лабораторию, которой никто не пользуется?! — подходя ближе, вопрошал Ламберт.

— Я не лабораторию ремонтирую, а подвал, фундамент крепости, — заметила я. — А лаборатория меня совершенно не интересует, у меня своя есть.

— Тем более, что понадобилось чародейке, у которой уже есть лаборатория, здесь? — сложив руки на груди, ведьмак недобро прищурился.

— Я тебе уже ответила, — я скопировала его позу.

— Хороший предлог, — оценил ведьмак.

Я цокнула языком, осознав безнадежность переговоров, но, тем не менее, сделала еще одну попытку наладить конструктивный диалог.

— Я цивилизованный человек. Мне достаточно обозначить желанные и нежеланные действия, чтобы я поняла.

— Цивилизованные люди как раз и не ходят туда, куда их не просят, — бросил упертый ведьмак.

— Ламберт, — негромко, но веско предостерег Эскель, явно лучше меня знающий, чего ожидать от собрата по оружию.

— Появилась необходимость сюда спуститься. Это никак не связано с лабораторией, — равнодушно пожала я плечами и приготовилась к очередной ничем не подкрепленной претензии.

Ожидания оправдались сразу же и даже «переоправдались».

— И ты решила, что раз легла под ведьмака и ноги раздвинула, то тебе теперь все можно? — сказал-выплюнул Ламберт.

«Опять», — безрадостно отметила я и, придвинувшись ближе к Эскелю, незаметно коснулась его руки, прося не вмешиваться. С такими вещами надо разбираться самой и с первого раза.

— Зависть — деструктивное чувство, — сквозь зубы вытолкнула я.

— Да чему тут завидовать?! — фыркнул мужчина.

— Вот и мне непонятно, — внешне спокойно ответила я, хотя на самом деле была уже раздосадована не на шутку как идиотскими претензиями, так и переходом на личности. — Так что для особо одаренных, которым зависть глаза застит, — я для наглядности пару раз провела ладонью перед своим лицом, — повторяю в последний раз, — отчеканила я.

— Да с первого раза было понятно…

— Повторяю в последний раз, — с нажимом повторила я, перебивая очередной совершенно точно малоприятный выпад. Резкий пронизывающий порыв ветра, порожденный моими эмоциями, заставил обоих ведьмаков насторожиться. — Я здесь для того, чтобы восстановить несущую конструкцию крепости. В первую очередь это фундамент, на котором держится вся цитадель. И именно этим я сейчас и займусь, чтобы в один прекрасный момент замок как карточный домик не сложился на твою озабоченную голову, погребя под собой бесценный талант к беспардонным комментариям. Разрешение на любые необходимые мероприятия мне дал Весемир, а Эскель здесь как раз для того, чтобы избежать подобных разговоров, — быстро и многословно разжевала я. — Все свои мысли по этому поводу излагай лично Весемиру, и если он сочтет твои доводы состоятельными, то об изменении своего решения сообщит мне сам. А пока покинь помещение и не мешай мне работать, — закончила я, но заметив искорки протеста в глазах неприятного ведьмака, добавила. — Или ты и Эскелю не доверяешь?

Последнее, кажется, подействовало. Паранойя Ламберта еще не полностью захватила его разум.

— Ему да, тебе — нет, — прямо ответил на вопрос ведьмак, — чародейка, — выплюнул будто оскорбление он и, развернувшись, зашагал прочь.

«Это он заходил проверку сделать?!» — раздраженно подумала я.

Я же медленно выдохнула, успокаиваясь сама и успокаивая свои силы. Для продолжения работы мне нужна была повышенная концентрация, а взвинченное состояние могло все испортить.

— Не слушай его, — через довольно продолжительное время сказал Эскель, очевидно дождавшись, когда Ламберт окажется вне поля слышимости.

Руку его я уже отпустила, но сам он все еще стоял ко мне почти вплотную. Поддавшись даже еще толком не сформировавшемуся порыву, я уткнулась лбом в грудь ведьмаку и прикрыла глаза.

«Сколько уже времени прошло, я даже магии успела выучиться, а его близость все еще действует на меня успокаивающе», — я почувствовала, как быстро унимается растревоженная магия вместе с эмоциями, взбудоражившими ее.

— Это несколько затруднительно, когда он вмешивается в процесс обращения к силе, — пробурчала я, не отодвигаясь.

— Его часто заносит.

Я почувствовала, как ведьмак бережно обнял меня за плечи, окончательно разгоняя все раздражение, накопившееся от незваного проверяльщика.

— Да я знаю, рассказывали. Я только не пойму, что ему чародейки-то сделали? Эго его неприкасаемое прищемили? — возмущенно вопросила я, на последнем вопросе поднимая голову и смотря ведьмаку в лицо.

— Я не знаю, — пожал плечами мужчина. — Я с ним об этом не разговаривал.

— Ты с ним вообще как-то умудряешься разговаривать! — подивилась я. — Ладно! — решила я закрыть тему и тут же сама снова вернулась к ней. — Надеюсь, Геральт права качать не прибежит.

— Вряд ли. Ты же слышала, его искала Йен.

— Универсальный нейтрализатор Геральта? — усмехнулась я.

— Можно и так сказать, — чуть улыбнулся ведьмак, опуская руки, но не отодвигаясь.

Отходить от него не было никакого желания, но заняться делом все-таки следовало. Так что я нехотя отвернулась от мужчины и вернулась к прерванному процессу.

Составивший мне компанию в подвале Эскель сильно скрасил нудную и муторную работу по восстановлению несущей конструкции. Да необходимая, да полезная, но требующая много сил, а результат как таковой виден не был. Все изменения оставались в толще камня. А с Эскелем можно было перекинуться парой фраз в перерыв, или даже просто изредка бросать на него взгляды. Даже такая малость отвлекала и поднимала настроение. С ним даже такое скучное дело было в удовольствие. Так что, несмотря на кучу потраченных сил, в лабораторию после обеда я спустилась в бодром расположении духа и с энтузиазмом занялась почти завершенным образцом мази. Сущие пустяки, оставшиеся мне до опробования мази на той, ради кого я столько сил и времени потратила, были сделаны даже еще быстрее, чем я рассчитывала. Несколько проверок, и я радостно поспешила наверх к Трисс.


========== Часть 38 ==========


Проходя мимо, я окинула взглядом большой зал, ища знакомую фигуру ведьмака, но, увы, мне не повезло, зал был пуст. С Трисс удача мне тоже не улыбнулась, в комнате ее не оказалось, как и вообще в замке, как сообщила мне Йен, к которой я поднялась с этим вопросом. От нее я узнала, что Трисс отбыла в Ковир еще утром. Так что, как бы не мне хотелось поскорее начать тесты, пришлось ждать ее возвращения. Оставалось надеяться, что раз она переместилась туда так рано, то скоро уже должна была вернуться!

Понятие «скоро» вышло, правда, весьма относительным. За те пару часов, что я ее ожидала, я успела и давно откладываемое письмо родителям написать, и законспектировать, а потом и привести в порядок все свои наблюдения о ведьмачьих эманациях, о которых я тоже до этого момента забывала. Трисс появилась как раз, когда я уже допечатывала последние строчки, решив все-таки хранить свои мысли о природе ведьмаков на ноутбуке и всерьез раздумывала подняться в большой зал, так как больше делать в лаборатории было нечего.

- Как дела? Ты успела закончить? – спросила она с порога.

- Давно уже! – воскликнула я, бросая все свои дела и вскакивая со стула. – Наконец-то ты пришла!

Готовый к тестам образец перекочевал в руки в рыжеволосой чародейке.

- Даже и не верится, что ты смогла сделать что-то подобное, - неожиданно призналась Трисс. – Столько безрезультатных попыток, столько лучших магических и природных средств, а у тебя получилось…

- У них же не было возможности управлять временем, - напомнила я. – К тому же мы еще не проверили, поможет ли тебе это.

- О чем ты? Это уже работает! Я тебе постоянно отчеты приношу! – воскликнула Трисс.

- Я создавала ее для тебя, - напомнила я и нетерпеливо добавила. – Давай уже опробуем ее, наконец!

Решив магически ускорить реакцию на мазь, ужин мы проигнорировали, дабы не пропустить нужный момент в наблюдениях, так что пришлось снова довольствоваться бутербродами, нарезанными мной прямо за письменным столом и чаем, воду для которого Трисс согрела прямо в кружках. Так мы с ней довольно весело осуществляли контроль над экспериментом.

***

Ее спонтанный доверительный жест, когда она прижалась к нему лбом, всколыхнул все чувства ведьмака. Ошеломление, нежность, гнев и трепет… Зла не хватало на Ламберта, но мысли о нем быстро исчезли. Безумно захотелось прижать Брин к себе, буквально стиснуть в объятьях и никому не позволять расстраивать ее, но одновременно с этим он с трудом мог пошевелиться, застигнутый врасплох ее неожиданным поступком. Определенно такого опыта общения с женщинами у него никогда не было и лишь многолетняя привычка не поддаваться эмоциям, позволяла мыслить более-менее рационально. Он все-таки обнял ее, правда, из опасений неправильно истолковать ее действия, не так как сам хотел бы. Понял, что угадал, когда девушка окончательно расслабилась в его руках, потом даже что-то пошутила и взялась за прерванное дело.

Наблюдать, как Брин колдовала, было интересно. Поначалу она замерла, чуть сдвинув брови и раскинув руки в стороны, так что он мог просто любоваться ею, а потом неожиданно от нее во все стороны брызнули мириады мелких искрящихся снежинок, однако на пол опадать они не спешили, вместо этого плавно закручиваясь в вихрь вокруг чародейки. Поглощенный невиданным доселе эффектом, ведьмак не сразу заметил, что температура в помещении, в самом деле, начала неуклонно понижаться, стены и пол стали покрываться инеем, а местами даже и льдом, да и для самой девушки процедура бесследно не проходила. Эскель видел, как все быстрее растет морозный узор на руках девушки, как волосы и ресницы покрывает изморозь, как постепенно бледнеет кожа лица. Если бы Брин заранее не сказала, что от своей магии ей не холодно, ведьмак бы не на шутку всполошился от таких изменений, а так он лишь внимательно наблюдал за происходящим. Впрочем, совсем не беспокоиться не получалось. Уж больно не вязалось все это оледенение с живым человеческим телом, которое он помнил таким разгоряченным.

Неожиданно снежинки взвились в последний раз и опали, мгновенно истаяв, а Брин открыла глаза и тут же с интересом осмотрелась, будто не она только что все это и сотворила.

- Совсем другой эффект, - пробормотала она, поворачиваясь к ведьмаку. – Быстрый и самый ответственный этап кончился, теперь пойдет медленный завершающий.

- Это нормально, что ты, так же как и стены, покрываешься инеем? – тут же спросил Эскель, подходя ближе к чародейке.

- Это побочный эффект, он держится недолго. Вот видишь? Уже спадает, - девушка протянула ему свою руку, показывая как белые линии, в самом деле, медленно исчезали.

- Выглядит несколько пугающе, - рискнул заметить мужчина и осторожно коснулся ее руки, желая убедиться в том, что все в порядке, но вместо этого только еще больше всполошился. – Холодная! – воскликнул он, сжимая ее пальцы в своей ладони, а потом, резко выпустив их, прикоснулся к ее бледной щеке, ощущая холод исходящий от нее.

Это было совсем не то, чего ожидал мужчина. Он думал, что это лишь эффект, что-то вроде иллюзии или даже, что эти узоры на самом деле нормальной температуры, раз ей не холодно, но иней оказался вполне настоящим, холодным и тающим от его прикосновений. Брин тем временем улыбнулась и немного наклонила голову, прижимаясь к руке ведьмака сама.

- Тебе точно не холодно? – нахмурился Эскель, опуская ладонь чуть ближе к шее и проводя большим пальцем по лицу девушки, к которому медленно возвращался нормальный цвет. Страшно захотелось поцеловать ее, но он безжалостно отмел эту идеи, как не самую подходящую к ситуации.

- Точно, - уверенно ответила она ему. – Холода от своей магии я не чувствую. Если только легкую прохладу. А вот жар от твоей руки чувствую, - она улыбнулась шире, снова возвращая мужчину к мысли о поцелуе, но беспокойство было сильнее.

- Очень странный эффект, - не смотря на все заверения девушки, ведьмаку было не по себе от увиденного.

- А мне кажется красивый, - девушка полюбовалась на свою украшенную морозными узорами кисть.

- Красиво, - согласился ведьмак. – Но на живом человеке…

Убрав руку, он чуть отступил назад. Брин уже выглядела вполне нормально.

- Такая сила, - пожала плечами чародейка. – Тебе самому-то не холодно?

- Нет, - честно ответил он. – Но я инеем не покрыт.

- Исправить? – вопросила девушка и взмахнула руками.

Вверх взметнулся сноп снежинок, которые окружили ведьмака, и, оседая, таяли от соприкосновений с кожей, но оставались на волосах и одежде. Брин смеялась, глядя на него, и от ее искреннего веселья Эскель сам не смог сдержать широкую улыбку, взлохмачивая себе волосы, чтобы стряхнуть с них снег.

Повеселившись, чародейка потерла ладони одна о другую и, развернувшись к ближайшей стене, продолжила работу. На сей раз снежинок почти не было, а со стены, в том месте, куда были направлены руки Брин, иней и лед пропадали, хотя каких-то заметных изменений с самой стеной не происходило, однако подергивающийся медальон на шее ведьмака свидетельствовал о том, что сейчас магии творится даже больше, чем до того.


========== Часть 39 ==========


Брин чаровала сосредоточенно, не отвлекаясь и не прерываясь. Как она и предупреждала, работа была монотонная и долгая, и мысли ведьмака сами собой уплыли. Поначалу он просто скользил взглядом по лицу и фигуре серьезной чародейки, но потом погрузился в воспоминания утра. Он редко оставался со своими случайными пассиями на ночь, а если и оставался, то уходил с рассветом, пока те еще не проснулись. Спать с Брин его поначалу вынудили обстоятельства, а потом он уже сам не хотел выпускать ее из своих объятий даже утром, когда пора было вставать. Но несмотря на это, сейчас просыпаясь с ней в одной постели, ведьмак чувствовал себя стесненно. Привыкший спать в тавернах, в сараях, в стогах, в лесу и даже в чистом поле, здесь, в просторной дорого обставленной комнате, на шикарной кровати рядом с восхитительной женщиной ему казалось, что он лишний, совершенно не вписывающийся в обстановку и в ее жизнь. Брин, впрочем, гнать его не спешила, ее, кажется, вообще ничего в этой ситуации не смущало. Она потягивалась, улыбалась, прикасалась к нему, а когда поцеловала, сомнения одним махом были отодвинуты на второй план.

Отпускать ее из своих рук ведьмаку не хотелось, но еще одна волшебная ночь с ней кончилась, и пора было возвращаться в реальность. Однако отказать себе в удовольствии полюбоваться ей еще несколько минут он не смог, чем, разумеется, привлек внимание. Пришлось отвечать. Впрочем, признание ее очевидной красоты затруднений не вызвало, а вот сказать, как сильно его к ней тянет, как много он о ней думает и как ему совершенно не хочется с ней расставаться, оказалось слишком трудно. Но и этого было достаточно, чтобы заработать еще один поцелуй, которого ведьмаку все равно было мало, как и времени, проведенного с Брин.

Весемир, внезапно появившийся на лестнице в подвал, вернул в реальность и ведьмака, и чародейку. Задав пару вопросов о Ламберте, он скупо прокомментировал его выходку и некоторое время понаблюдал за восстановительной работой.

Время до обеда промелькнуло незаметно. И пусть он несколько часов наблюдал за монотонной работой в подвале замка, он провел это время с Брин. Строго говоря, в последний час-полтора необходимости в его присутствии уже не было, так как восстановление переместилось в другую часть подвала, но чародейка его не отсылала, а сам он уходить не собирался. Эскель целый год провел в ожидании девушки и точно не чувствовал никакой усталости от ее общества.

Обед готовить они помогали Весемиру вместе.

— Чтобы дотягиваться сразу до всего помещения, мне и надо продолжать совершенствоваться в магии, — объясняла она, ловко шинкуя морковку. — Это в подвале потолки низкие, а в большом зале, к примеру, как быть? Левитировать, конечно, можно, но куда проще с пола дотягиваться.

— А как ты планируешь расширять зону магии? — поинтересовался Весемир, помешивая в котелке.

— Начну с комнат поменьше и буду постепенно увеличивать, — пожала она плечами. — Пропускную способность тоже надо наращивать. С такой скоростью времени на ремонт уходит слишком много.

— А это не от силы магии зависит? — поинтересовался Эскель.

— Магии у меня много, а вот сил удержать ее не хватает, — пояснила девушка. — Концентрацию надо повышать, чтобы большим количеством энергии управлять. Собственно, над этим мы с Йен и работаем.

После обеда Брин ушла в свою лабораторию, оставив ведьмаку надежду, что сегодня она не засидится там до позднего вечера. Зато объявился Ламберт, пропустивший обед.

— Разговор есть, — сообщил ему Эскель.

— Слушаю, — насмешливо ответил ему ведьмак, задрав подбородок и всем своим видом демонстрируя вызов. — Что ты мне такого нового собрался сказать, что я еще не слышал?

— Все уже в курсе, какая ты зараза, но грань переступать не надо, — в противовес Ламберту Эскель был сосредоточен и спокоен.

— А если я хочу? — подбоченился несговорчивый ведьмак.

— Тогда избавь Брин от своего общества.

— Она сама сюда приперлась!

— И ты не хуже меня знаешь, почему она пришла, — Эскель подчеркнул это слово интонацией, — сюда и чем занимается.

— Ищет Цири? — фыркнул Ламберт. — Больше похоже, что она здесь что-то вынюхивает, да еще с тобой весело время проводит.

— Ее сил сейчас недостаточно, чтобы перемещаться между мирами. Работой над восстановлением замка она их развивает, — счел необходимым пояснить мужчина, пропустив очередной заезд на личную территорию.

— Только замок что-то совсем не поменялся, — ехидно отметил Ламберт, для наглядности разводя руки в стороны. — Видать все силы в постели тратит!

— Это не твое дело, — все-таки пришлось отреагировать Эскелю. — Когда здесь гостила Кейра, к тебе никто не лез.

— Да просто прекрати мне втирать про Цири и всякую магию-шмагию и признай уже, что нашлась баба, которая, несмотря на твою рожу, тебе дает, вот ты и пытаешься перед ней выстелиться! А я тебе мешаю. Вот только ты, брат, внимательнее за ней следи, а то, не ровен час, не только в штаны к тебе залезет, но и в куда более важные вещи!

— Да, несмотря на мою рожу, Брин нос от меня не воротит, — легко признал очевидное ведьмак, складывая руки на груди. — Только на фоне твоего поганого языка, я смотрюсь лишь выгоднее, так что ты бы мне даже услугу оказал, если бы не пытался ее унизить. А этого, брат, я тебе делать не позволю, — с хорошо слышимым металлом в голосе заявил Эскель. — Хочешь ты того или нет, Брин — мое предназначение. И ища ссоры с ней, ты ищешь ссоры со мной. Я к твоим услугам в любое время, а от нее отъебись, — отрезал он.

— Ха! Стоило появиться женщине и братство сразу кончилось, — гротескно всплеснул руками Ламберт.

— Не по-братски сейчас ведешь себя ты, — без обиняков возразил ему Эскель. — Не по-братски и не по-мужски. Напомнить тебе, как ты с Кейрой был…

— Был! — перебил его Ламберт. — Ключевое здесь — «был»! Но вовремя одумался и теперь все давно в прошлом. Не ты ли не так давно сам ратовал за то, чтобы держаться от чародеек подальше?!

— Что-то мне на вашей последней встрече не показалось, что все в прошлом, — веско заметил Эскель.

На этом разговор и кончился.

К вечеру, когда с обыденными делами крепости было покончено, ведьмак поспешил в большой зал. Однако, несмотря на обещание не задерживаться, Брин снова не вышла к ужину. От Йеннифер, неожиданно появившейся в большом зале вместе с Геральтом, он услышал, что Брин с Трисс все еще в лаборатории. Мысленно поблагодарив Весемира, что задал этот вопрос за него, ведьмак уже успел прикинуть, что сегодня придется так же как вчера ждать, когда обе чародейки неожиданно шумно вошли в большой зал. Заметив оживление у стола, они, все еще что-то весело обсуждая, направились в их сторону. Широкая улыбка Брин, с которой она что-то говорила Трисс, всецело завладела вниманием мужчины.


========== Часть 40 ==========


— Ну что? Каков результат? — спросила Йеннифер, стоило только им приблизиться.

— Окончательный результат завтра! — объявила Брин.

— А предварительный — все готово! — тут же продолжила Трисс.

— Угу, я даже все дополнительные штрихи внесла уже сегодня, поведясь на твои уговоры. Вот будет прикол, если у тебя завтра… уши ослиные вырастут от препарата! — воскликнула Брин, толкая Трисс в бок.

— Не-не-не, — рассмеялась Трисс. — Я свою аллергию знаю. Если уж сразу ничего нет, а мы с тобой даже магией усилили реакцию, потом уже ничего не будет! А у меня зато полностью готовая мазь, — и Трисс продемонстрировала всем желающим круглую баночку с белесой субстанцией.

— Готовая, — подтвердила Брин с улыбкой и окинула взглядом всех. — А что это вы тут собрались?

— Устала ждать, когда вы наконец, закончите и сами придете показать результат, — недовольно ответила Йен. — Хотите выпить?

— Почему бы нет! — не раздумывая кивнула Трисс и, обойдя Геральта, втиснулась на лавку между ним и Весемиром.

Эскель впервые с момента появления чародеек в зале поймал на себе взгляд Брин. Она явно была в прекрасном расположении духа, улыбнулась и шагнула к нему.

— Пожалуй, надо отдохнуть, — согласилась она и села рядом с ведьмаком.

На занимаемой им лавке места было достаточно, в отличие от противоположной, но девушка все равно села очень близко к Эскелю. Ведьмак сделал долгий глубокий вдох, наслаждаясь ее ни на что не похожим ароматом, будоражащим чувства. Брин тем временем вытащила из воздуха свою необычную кружку.

— Вина? — тихо спросил он у нее, пока все слушали Трисс, увлеченно расписывающую удивительные результаты мази.

— Немного, — хитро прищурилась Брин, снова улыбаясь.

— Не любишь вино? — спросил Эскель, наполняя ее кружку.

— Вообще алкоголь не очень, — забавно сморщила она нос. — Редко попадается тот, который мне нравится.

— Боюсь, и этот в число избранных не попадет, — честно предупредил ее ведьмак.

— Поддержать настроение сгодится.

Девушка никаких надежд на напиток не возлагала, зато Эскелю снова улыбнулась, после чего вклинилась в разговор чародеек, поясняя что-то о мази. С неё разговор плавно перетек к другим магическим штучкам, потом добрался до историй из практики, к которым подключились и ведьмаки, а потом и вовсе до баек скатился. Причем иномирные байки Брин о клиентах цирюлен вызывали столько смеха даже у несносного Ламберта, что Эскель даже задумался, не из-за них ли Брин выбрала эту профессию. Ну разве могло быть столько веселья в работе алхимика?

Но больше всего ему нравилось, что она сидела так близко к нему, что часто то касалась его, бурно жестикулируя в процессе рассказа, то прислонялась к его боку, пока смеялась. В такие моменты очень хотелось ее приобнять, притянуть к себе еще ближе, вспоминалось, как она обнимала его вчера, но он не знал, как она к этому отнесется, будучи у всех на виду. Поэтому продолжал просто сидеть рядом, просто участвуя в общей беседе и ощущая, как желание прикоснуться к ней все усиливается.

Первым спать ушел Весемир, немного позже засобиралась Йен, окинув Геральта таким взглядом, что пояснений не требовалось. Эскель коротко глянул на Брин, но к своему сожалению подобного настроя у нее не заметил. Она все еще цедила те полкружки вина, что он ей налил в первый и единственный раз, и слушала Трисс. После ухода парочки, впрочем, шумное веселье быстро сошло на нет, рыжеволосая чародейка тоже засобиралась спать, Брин с ней была согласна, а Эскель окончательно засомневался в том, что его позовут с собой. Ведьмаку хотелось спросить об этом, но он никак не мог придумать, как сделать это не слишком навязчиво. Брин неожиданно снова, сама того не ведая, пришла к нему на помощь.

— Что, Меригольд, топишь горе в вине? — допытывался уже изрядно набравшийся Ламберт до Трисс.

— Это мне ты говоришь? Ты?! — громко рассмеялась чародейка, указывая на его кружку.

Эскель, машинально посмотревший на количество бутылок, скопившихся около собрата по оружию, неожиданно почувствовал прикосновение к своей руке. Обернувшись к Брин и одновременно сжимая ее тонкие пальцы в своей ладони, он встретился с ней взглядом. Стрельнув глазами на дверь, девушка вопросительно приподняла брови. Подавив облегченный выдох, ведьмак сдержанно улыбнулся в ответ и бросил взгляд на входящих во вкус Трисс и Ламберта, решая, необходимо ли что-нибудь сказать перед уходом.

— Спокойной ночи, — звонко сообщила Брин между репликами разгорающегося спора, поднявшись и потянув Эскеля, не собиравшегося выпускать ее руку, за собой.

— Да, в самом деле, спать пора, — резко передумала дискутировать с ведьмаком рыжеволосая чародейка, тоже вставая на ноги.

— Иди-иди! Проспись! — отсалютовав кубком, напутствовал ее Ламберт.

— Ты давно себя в зеркало-то видел? Даже ведьмачий обмен веществ уже с последствиями твоего полуторагодового запоя не справляется! — поморщилась чародейка. — Печень посадишь, эликсиры пить не сможешь! Что из тебя за ведьмак тогда будет?

Брин тихо хихикнула и поспешила к двери в башню. Эскеля дважды звать не требовалось, он охотно шел с ней рядом, но руку все равно не отпустил.

— Вот интересно, а могут на самом деле ведьмаки себе цирроз заработать? — все еще усмехаясь, шепотом спросила Брин, наклоняясь ближе к ведьмаку.

Чтобы слышать ее, ему совершенно не требовалось сокращать расстояние, но говорить об этом ей он, разумеется, не собирался, наслаждаясь ее близостью.

— Думаю, чисто теоретически могут, но на практике столько не выпить, — совершенно серьезно ответил ей Эскель, но увидев задорную улыбку, с которой чародейка подняла к нему лицо, заулыбался в ответ, сам не зная чему.

— Сколько же вам нужно, если Ламберт пьет еще недостаточно?! — ужаснулась девушка, притворно хватаясь за голову, когда дверь в башню за ними захлопнулась.

— Много. Никто ни разу еще не смог столько алкоголя выпить.

— У Ламберта, похоже, есть все шансы стать первым, если выпивки в Каэр Морхене хватит, — заметила Брин, поднимаясь по лестнице.

— Не хватит, так он еще наделает, — успокоил ее ведьмак, незаметно любуясь ее профилем.

— Мда… — протянула она и повернулась к нему. — Он всегда так много пьет?

— В ведьмачьем ремесле без выпивки никак, но он в последнее время действительно пьет, не просыхая, — подтвердил слова Трисс Эскель.

— В последнее время? — вопросительно приподняла брови чародейка, открывая дверь.

— Вторую зиму так. Видимо, после того, как с Кейрой из-за чего-то расплевался, — ответил мужчина.

— С Кейрой, — задумчиво протянула девушка, останавливаясь у спинки дивана в своей комнате. — Вон оно что.

— Да ну этого Ламберта, — Эскель считал разговор о нем теперь, когда они остались наедине, совершенно неуместным. — За день и так надоел.

— Это точно, — покивала Брин, оставив мысли о Ламберте и поднимая взгляд на него.


========== Часть 41 ==========


Мужчина, так и шедший все это время с ней за руку, потянул чародейку к себе. А потом, наконец, разжал пальцы, но только чтобы положить руки ей на пояс.

— Я весь вечер хотел к тебе прикоснуться, — неожиданно для себя признался мужчина. Взгляд ее изумрудных глаз был совсем не таким, к каким он привык. В нем не было ни страха, ни мольбы, ни пренебрежения, ни оценивания. В ее глазах отражалась мягкая улыбка, игравшая на губах, от которой по всему телу разливалось тепло и снова хотелось сделать что-нибудь этакое.

«Что ты со мной делаешь, Брин? Когда ты так смотришь, я чувствую себя мальчишкой. Глупым влюбленным мальчишкой, — осознал ведьмак. — Вот холера…»

— Но так и не прикоснулся? — ее ладони медленно заскользили по его рукам к плечам, порождая будоражащую волну предвкушения.

— Не знал, как ты к этому отнесешься за общим столом, — все-таки ответил ведьмак, желая прояснить момент для следующего раза.

— А от кого скрывать? — усмехнулась девушка, продолжая улыбаться так, что ведьмаку приходилось замедлять стук сердца. — Они все в курсе. Пусть пожинают плоды трудов своих, — неопределенно взмахнула она рукой, а потом вернула ее обратно на плечо. — В рамках приличий, конечно, — добавила она, чуть помедлив.

Эскель не совсем понял, о каких трудах говорила девушка, но выяснять сейчас это ему совершенно не хотелось.

— Теперь можно уже и неприлично, — полувопросительно-полуутвердительно сказал он и склонился к чародейке.

Мягкие нежные губы Брин раскрылись ему навстречу, так что он с удовольствием прижался к ним, притягивая чародейку к себе, наслаждаясь ее хрупкой фигурой в своих руках, чувствуя, как снова начинает терять голову от этого.

— Можно, — подтвердила девушка, когда их губы уже разомкнулись.

Отодвигаться, впрочем, она не спешила, продолжая все так же смотреть ведьмаку в глаза и очаровательно улыбаться, так что мужчина не раздумывая больше ни секунды, подхватил ее на руки и шагнул к кровати.

— Ты меня на кровать все время на руках будешь носить? — удивленно воскликнув, спросила она у него, рассмеявшись.

— Почему бы и нет? — просто ответил он ей. Девушка засмеялась громче.

Уже на кровати она притянула его к себе за шею, вовлекая в новый головокружительный поцелуй, заставляя загораться все сильнее от каждого движения ее губ, рук, тела. Поцелуи быстро переместились с губ на все лицо, потом вниз по шее перешли на шелковистую кожу плеч, груди, живота и были остановлены ремнем брюк с той самой пряжкой с изображением кленового листка. Улыбнувшись связанным с ней воспоминаниям, ведьмак легко расстегнул ремень, за ним необычную, но вполне понятную пуговицу, а вот дальше снова возникли трудности.

— Что это вообще за застежка такая? — спросил он, проведя пальцами по непонятной конструкции.

— Молния, — ответила Брин, приподнимаясь на локтях. Эскель несколько поспешно убрал руку от ткани брюк. — Не-ет, — усмехнулась девушка. — Разряд ты от нее не получишь, просто называется так застежка-молния. Ее так назвали, потому что застегивается и расстегивается быстро.

— Я бы не сказал, — чуть нахмурил брови мужчина, гипнотизируя чудо-застежку.

Девушка опять хихикнула.

— Возьми за подвеску и потяни вниз. Вот и все. Разве долго?

Простая и эффективная конструкция замка ведьмака, конечно, впечатлила, но мысли у него были заняты совершенно другими вещами, так что, многозначительно хмыкнув, он поспешил избавиться от брюк и продолжить прерванные поцелуи с того места, где остановился.


Утром вечерняя эйфория опять сменилось ощущением собственной инородности. Брин собиралась на тренировку, ходила по комнате, умывалась, одевалась, прихорашивалась у зеркала, а он следил за ней и не понимал, что здесь все еще делает.

«Хорошо, оставаться на всю ночь Брин недвусмысленно приглашает сама. Ладно, ранним утром я не хотел ее будить своим уходом. Но сейчас-то, когда она уже проснулась сама и вот-вот покинет комнату, чего я жду? Почему стою и смотрю на то, как она причесывает волосы? Почему не ушел? Почему она не выставила меня?» — пытался понять ведьмак.

— Тебе так нравится смотреть, как я привожу себя в порядок? — несколько растерянно спросила у него девушка. Хоть он и старался наблюдать за ней незаметно, она поймала в зеркале его взгляд.

— Ничего не могу с собой поделать, — вздохнув, признался ведьмак.

Девушка отложила расческу и обернулась, посмотрев на мужчину, а не его отражение. С двумя симметричными пучками она выглядела необычно, и он видел, что она не пользовалась магией, пока наводила красоту, но все равно не мог отвести взгляд от ее лица будто завороженный. Чародейка вскинула брови и несколько иронично улыбнулась.

— Тебе не нравится? — спросил он, не дожидаясь упреков.

— Да нет, смотри, — качнула она головой. — Просто удивлена твоим интересом.

Ведьмака же удивило ее разрешение. Уходя с рассветом, он как-то не привык, чтобы женщины делили с ним свои повседневные хлопоты.

Развернувшись обратно к зеркалу, она доделала прическу и поднялась на ноги.

— Пора, — вздохнув, сообщила она, будто тоже не хотела с ним расставаться, а не тяготилась ежедневными подъемами на тренировки. — Увидимся за завтраком? — спросила она, подходя ближе.

— А могу я… посмотреть на твою тренировку? — поколебавшись пару мгновений, все-таки решился спросить Эскель. В конце концов, если ему можно смотреть, как она приводит себя в порядок, может быть, и на занятии магией можно будет понаблюдать за ней издалека.

— Ты хочешь? — Брин скептически заломила бровь, но, не увидев на лице ведьмака ни одного признака шутки, снова удивленно приподняла брови. — Да пожалуйста. В этом нет ничего секретного. Только это не интересно совсем. Еще скучнее, чем ремонт делать. Простое повторение одних и тех же последовательностей заклинаний по мишени.

— Мне интересно, — заверил ее мужчина, довольный ее согласием.

— Ну, пойдем, — пожала плечами явно изумленная его инициативой девушка. — За Йен сначала зайдем, а потом на нижний двор. Обычно мы там тренируемся.

— Я сразу на нижний двор подойду. Хорошо? — внес встречное предложение Эскель, совершенно не желавший встречаться с Йеннифер и возможно пояснять свой внезапный интерес к магии.

— Хорошо, — чародейка согласилась и с этим, только смерила его совсем уж недоуменным взглядом.

Они покинули комнату и снова разошлись в разные стороны, но в этот раз ждать новой встречи было совсем недолго. Чародейки вышли из портала посреди двора, стоило только Эскелю занять наблюдательную позицию у полуразрушенной арки в стене.


========== Часть 42 ==========


— А этот что здесь делает? — услышал Эскель резкий вопрос Йен, сразу же заприметившей неучтенного зрителя.

— Смотрит, — ровно ответила ей Брин. — Тебе есть разница?

— Нет, — бросила Йен. — Приступим! Постарайся не перенапрягаться.

Больше на ведьмака ни одна из них внимания не обращала, полностью погрузившись в процесс. Как Брин и предупреждала, интересным зрелище назвать не получалось. Первые минут пять-семь разнообразные звуковые, и световые эффекты занимали внимание ведьмака, но потом постоянный повтор одних и те же заклинаний уходящих в молоко, да еще и почти в полной тишине, лишь Йен изредка давала какие-то наполовину непонятные рекомендации Брин, начали сливаться в один сплошной поток. Мысли ведьмака снова плавно начали отрываться от реальности, но все внезапно прекратилось.

— Достаточно, — неожиданно сказала черноволосая чародейка.

— Уже? — удивленно переспросила Брин, опуская руки.

— С разминкой покончено, — ответила ей Йеннифер. — Сегодня прошло три дня, нужно провести контрольный замер. Поэтому я и просила не перенапрягаться.

— Сегодня? — еще больше удивилась Брин, видимо что-то подсчитывая у себя в голове. — Да, действительно, три раза, — кивнула она. — Ты всерьез считаешь, что этого достаточно?

— Для первой проверки вполне, — кивнула Йен.

— Хорошо, — пожала плечами предназначенная ведьмаку чародейка. — Как в прошлый раз? Просто волны пока не устану?

— Да. Если готова — приступай, — Йен указала рукой на мишень.

Ведьмак с любопытством подался чуть вперед. Он не совсем понимал, что сейчас будет происходить, но слова «замер» и «проверка» его заинтересовали. Брин подошла чуть ближе к прозрачному фантому и едва уловимо изменила позу. По ее сосредоточенному лицу Эскель понял, что сейчас, в самом деле, будет что-то поинтереснее повторяющихся комбинаций заклинаний. Девушка вскинула руки, ненадолго замерла, медленно и глубоко вдохнув, и начала творить магию. Ведьмак не знал, что именно она делала, но заклинание, начав с едва уловимого дрожания амулета на его шее, постепенно стало набирать обороты. Эскель все ждал, когда она его доплетет, но оно не кончалось, а амулет постепенно переходил от дрожи к подергиванию. В какой-то момент он сам не заметил, как зажал его в кулак и продолжил с нарастающим удивлением следить за магическим волнами, все быстрее и сильнее бьющимися о фантом, сжимая дергающийся в руке ведьмачий амулет. От острого глаза ведьмака не укрылся момент, когда, покрытые морозным узором, пальцы Брин, а потом и кисти целиком начали потрагиваться, как все сосредоточеннее становилось ее лицо, которое он видел вполоборота. Не составляло труда догадаться, что Брин вся эта мощь давалась нелегко.

— Все, предел, — напряженным голосом сказала Брин, руки которой дрожали уже довольно сильно.

— Нет, — резко выкрикнула Йен. — Продолжи, разбей щиты!

Девушка бросила короткий взгляд на наставницу и резко двинув руками вперед вложила видимо остатки сил в последнюю волну. Звон бьющегося стекла, шелест разрядов и яркие всполохи вдоль стен возвестил о том, что щиты, о существовании которых Эскель и не подозревал, были разбиты, как того и хотела черноволосая мучительница.

— Молодец! — Эскель в жизни никогда не слышал столь искренней похвалы из уст стервозной возлюбленной своего друга. — Даже быстрее чем я ожидала.

Брин, однако, эту похвалу явно не оценила. Ее куда больше интересовали собственные дрожащие руки, на которые она смотрела с все нарастающим беспокойством. Вместо морозных узоров их стал покрывать плотный иней, сама девушка стремительно бледнела и все сильнее сводила брови на переносице.

— Черт, — выругалась она и сжала пальцы в кулак.

Во все стороны брызнул снег пополам со льдом. Ведьмак дернулся вперед, но сделав шаг, застыл на месте, застигнутый врасплох внезапным окриком. Он даже не сразу понял, что тот предназначался не ему.

— Стой! — резко выкрикнула Йен. — Не отпускай силу на самотек. Контролируй ее течение.

— Это… нереально! — вытолкнула из себя Брин сквозь сжатые зубы.

Ведьмак во все глаза смотрел, как ходят ходуном ее руки, как трава под ее ногами покрывается изморозью, как воздух вокруг девушки пошел рабью.

— Не пытайся удержать ее, лишь контролируй ее поток, — продолжила командовать Йен.

Брин закрыла глаза. Ее дыхание резко участилось, ведьмак со все нарастающей тревогой слышал не то свист, не то стон, с которым она выдыхала воздух.

— Не удерживай! — вскрикнула Йеннифер, отступая от все расширяющегося заиндевелого круга и генерируя какое-то заклинание в своей руке.

Брин как подкошенная рухнула на колени в снег, пошатнулась и с резким полувскриком-полурыком раскинула руки в стороны, запрокидывая голову и распахивая глаза. Эскель с ужасом увидел на мертвенно-бледном лице полностью белые, будто даже светящиеся глаза. Из груди девушки в небо внезапно ударил ослепительный столб света пополам со снегом и льдом. Будто очнувшись, Эскель перескочил отвалившийся кусок стены и кратчайшим путем бросился к чародейке. Резко выброшенная в сторону рука Йеннифер, мгновенно остановила его каким-то заклинанием в шаге от нее. Бессмысленно дернувшись в путах, ведьмак прожог ее ненавидящим взглядом, но тут же перевел его на Брин.

Столб угас так же неожиданно, как и появился, оставив проплешину в облаках. Брин шумно выдохнула и опустила руки, а потом и вовсе упала на четвереньки. На снег сорвалась пара алых капель.

— Старшая кровь, — хрипло усмехнулась она, садясь на снег и вытирая лицо.

Едва почувствовав, что снова может двигаться, Эскель тут же достиг Брин и опустился около нее на колени. От девушки веяло холодом.

— Ты в порядке? — с тревогой спросил он, заглядывая ей в лицо.

Девушка медленно перевела на него расфокусированный взгляд и несколько секунд недоуменно его рассматривала, очевидно, успев позабыть, что он здесь, но потом кивнула.

— Да, — выдохнула она. Ее лицо, в самом деле, начало плавно принимать нормальный оттенок, морозные узоры пропадали, иней на волосах таял. — Побочный эффект от перерасхода магии, — голос Брин был слабым. — Помоги мне подняться, — попросила она.

Эскель подхватил ее подмышки и легко поставил на ноги, вот только стоять сама она явно пока еще не могла. Ничего особенно не выдумывая, он подхватил ее на руки. Брин была ледяная на ощупь, но довольно быстро согревалась под его руками.

— Я очень довольна, — сообщила подошедшая к ним Йеннифер. — Твоя сила растет даже быстрее моих смелых ожиданий. Мы выбрали определенно верную тактику. С выбросом ты тоже справилась достойно, — во второй раз расщедрилась на похвалу женщина, а потом неожиданно перевела взгляд на ведьмака. — И ты тоже молодец. Справляешься с возложенной на тебя миссией. Продолжай в том же духе…

— Йен, — мрачно и даже предостерегающе прервала ее Брин, крепче обхватывая ведьмака за шею.


========== Часть 43 ==========


— Вижу, помощь моя тебе не нужна, — снова повернулась к ней непонятно, что имевшая в виду чародейка. — Со следующего раза начнутся тренировки со мной. Воздержись сегодня от восстановления замка или другого мощного колдовства. Если почувствуешь себя плохо — позови.

Сказав все это, Йеннифер открыла портал и шагнула в него.

— Могла бы и нам портал открыть хоть бы в башню, — недовольно проворчала Брин.

— Ненавижу порталы, — сказал Эскель и зашагал к воротам, ведущим на второй ярус крепости, намереваясь отнести девушку в комнату самостоятельно.

— А через всю крепость меня нести лучше? — возмутилась она, переведя взгляд на ведьмака.

— Мне нравится держать тебя на руках, — спокойно пояснил он ей.

Брин удивленно вскинула брови, а потом несколько смущенно заулыбалась.

— Спасибо, — сказала она. — Самой мне добраться до комнаты сейчас было бы проблематично, а портал открывать я не рискну.

— Обращайся, — ответил ей ведьмак с совершенно серьезным лицом.

Брин тихо рассмеялась, поудобнее обхватывая его за шею. Глядя на это дальше удерживать строгую маску у Эскеля сил не хватило, и он тоже заулыбался.

— Что это было? — спустя некоторое время спросил он.

Увиденное в нижнем дворе обескуражило и даже ужаснуло ведьмака. Он и раньше знал, что магия опасна, но до того таких наглядных демонстраций ему не представлялось. В сочетании с огромной силой, которую заключала в себе его чародейка, он не на шутку испугался за ее жизнь. И теперь он страстно желал знать все подробности произошедшего.

— Тест на уровень силы, — отозвалась чародейка. — Я совсем о нем забыла. Мы так проверяем, растет она или нет. Как ты слышал, мой уровень повышается даже быстрее, чем Йен рассчитывала.

— А после?

— Магический выброс.

— Из-за чего он произошел?

— Я же говорила, перерасход магии, — пожала плечами девушка.

— Как такое возможно? Разве можно отдать больше, чем у тебя есть? — не понял Эскель.

Его знания в магии были крайне скудны, но самые азы он все-таки знал.

— Тебе интересны все эти магические подробности? — нахмурившись, спросила Брин.

— Насколько я понял, это может быть опасно, поэтому да, мне интересно, — заверил ее мужчина, хотя слово «интересно» тут было несколько неуместно. Он жаждал знать об этом все, понимал, что не успокоится, пока не разберется до конца.

Брин вздохнула.

— Обычно маги черпают силу извне, а потом превращают ее в свои заклинания, — чародейка начала издалека. — Поэтому для сотворения магии у них есть ровно столько силы, сколько они зачерпнули. У меня все немного не так. Я могу зачерпывать силу, а могу и использовать свою внутреннюю. Мы с Йен так до конца и не разобрались в ее природе. Зато точно выяснили, что при чрезмерном ее использовании я могу потерять над ней контроль. Вот тогда и случается магический выброс. По сути это просто моя ледяная магия вырывается на свободу, когда у меня не хватает сил сдержать ее.

— Чем это тебе грозит? — спросил ведьмак, на лице которого застыла сурово-сосредоточенная маска.

— В лучшем случае просто кратковременными сложностями со способностями и слабостью, как сейчас. В худшем я могу тут все заморозить напрочь и сойти с ума, — честно и кратко ответила девушка. — Но Йен сказала, что в случае опасности просто запихнет меня в портал и отправит подальше в горы. Там моя ледяная магия вреда никому не принесет, — явно оправдываясь, разъяснила юная чародейка.

— Часто бывают эти выбросы? — продолжил расспрашивать ведьмак, которого интересовал вред для самой чародейки, а не для окружающей среды.

— Нет, что ты! — воскликнула она, округлив глаза. — Это чп, форс-мажор, этого не должно происходить в идеале вообще, а на практике я как раз и обучаюсь контролировать свою силу, чтобы такое происходило как можно реже.

— А почему же тогда произошло? — не совсем понял ведьмак, занося свою очаровательную ношу в замок.

Картина случившегося постепенно вырисовывалась перед мысленным взором Эскеля, но до полного понимания произошедшего пока было все еще довольно далеко, так что он продолжал задавать волнующие его вопросы.

— Последняя волна была лишней.

— Но Йеннифер заставила тебя ее сотворить! — негодующе сверкнул глазами ведьмак.

— Не говори ерунды, — поморщилась Брин. — Я сама ее сотворила.

— Но она настояла, чтобы ты не прерывалась, — упрямо повторил он, ощущая, как в груди поднимается гневная волна.

«Йеннифер… Всегда творит что хочет. На других ей плевать. Точно знала, к чему это приведет и специально принудила».

Но Брин неожиданно встрепенулась и строго посмотрела на него.

— Эскель, — позвала девушка, хмурясь. — Не ищи виноватых там, где их нет, — серьезно глядя в глаза ведьмаку, попросила она. — Йен ни к чему меня не принуждала. Она лишь высказала пожелание, а решение я приняла сама. Не рассчитала. Мне показалось, я справлюсь, а в итоге я пересекла черту. Нужно было просто отказаться. Йен лишь помогла мне справиться с выбросом с минимальными потерями.

Слова чародейки умерили пыл ведьмака. И хоть он по-прежнему считал Йен повинной в таком состоянии Брин, злость сменилась раздражением.

— Она тебе идею эту подала, — куда спокойнее бросил мужчина.

— Хах, — усмехнулась девушка, тоже расслабляясь. — Ты думаешь, я сама не могу глупостей наделать? Но мне все равно необходимо учиться контролировать свою силу.

А вот неуместную веселость и одержимость Брин магией он не разделял совсем. Эскелю казалось совершенно очевидным, что от столь опасного применения дара необходимо воздержаться. Иначе рано или поздно он приведет к печальному концу, которого он категорически для нее не хотел.

— А просто не пользоваться слишком сильной магией ты не можешь?

— Так, к сожалению, не работает, — покачала головой Брин. — Если я не научусь обуздывать свою силу, она может взять надо мной верх. И произойти это может в любой момент, стоит мне, например, испугаться или даже слишком сильно порадоваться. Да и кто знает, что может произойти. В какой-то момент мне могут потребоваться все мои силы. Поэтому мне нужно развивать и свой дар, и свое умение им управлять. Чем он выше и чем лучше я его контролирую, тем меньше шанс, что магия выйдет из-под контроля и принесет вред, — девушка довольно подробно пояснила безвыходность своей ситуации, а чуть помолчав добавила. — Йен рассказывала, что Цири в борьбе с Дикой охотой, чуть не разнесла по камушку весь Каэр Морхен своей неконтролируемой магией, а сама чуть не выгорела. Так вот я не хочу повторять ее подвиг, а крепость и вовсе надеюсь восстановить.

Ведьмак лишь плотнее стиснул зубы. Ему по-прежнему все это не нравилось, но за неимением альтернативных идей, он решил промолчать.


========== Часть 44 ==========


— Понятно, — сказал он, занося чародейку в ее комнату и укладывая на диван. — Будь осторожна, — попросил он ее, присаживаясь перед ней на корточки.

— Конечно, — Брин улыбнулась ведьмаку.

— Ты хорошо себя чувствуешь?

— Нормально, — кивнула она. — Слабость, немного голова кружится. Отдохну, и все придет в норму.

— Тебе надо поесть, — вспомнив о завтраке, сказал он, поднялся и зашагал к выходу из комнаты.

Вернувшись с тарелкой каши, Эскель застал чародейку на прежнем месте. Разве, что она собрала все подушки и удобно устроилась на диване, полулежа.

— Спасибо, — поблагодарила Брин, принимая тарелку из его рук.

Посмотрев на диван, кресло и дверь, Эскель заколебался. Уходить не хотелось, но внизу его ждал его завтрак, который он не стал брать с собой в комнату к Брин, и Весемир, которому требовалась помощь в постановке «заплатки» на второпях залатанную в позапрошлом году дыру в стене. Да и с дровами инициативы от Геральта и тем паче Ламберта ждать не приходилось, а спихивать еще и это дело на Весемира было просто стыдно и низко.

— Садись, — заметив его затруднения, предложила Брин и сдвинулась ближе к спинке дивана-великана.

Решив, что еще минут десять, проведенные с Брин, погоды не сделают, ведьмак опустился рядом с девушкой. Ела она быстро, и с каждой ложкой ее кожа становилась все розовее, а пальцы дрожали все меньше.

— На тебя посмотришь и подумаешь, что магия из еды берется, — с улыбкой наблюдая за поглощающей еду девушкой, сказал ведьмак.

— Насчет магии не знаю, но на управление ей уходит прорва сил. Это со стороны видно, что я просто стою и руками машу, а у меня ощущение, что я смену отпахала, — пожаловалась она. — К счастью быстро проходит, — добавила она, кладя ложку в тарелку и вытягивая руку вперед. Та уже почти не дрожала. — Эх, главное, чтобы на пользу.

— Йен проконтролирует, чтобы польза была максимальная, — недовольно проговорил Эскель.

— Она не меньше меня заинтересована в развитии моего таланта, — поставив пустую тарелку на столик, заметила девушка. — И в моем полном здравии кстати тоже. Я нужна ей живой и в своем уме, чтобы найти Цири, так что подвергать меня неоправданной опасности она не будет. А полностью безопасного пути у меня, увы, нет.

Ведьмак вздохнул, оставив свое мнение о ее наставнице при себе, так как Брин была права, безопасного способа обучения магии не существовало, зато вспомнил кое-что другое.

— О какой миссии, возложенной на меня, говорила Йен?

Брин закатила глаза.

— Забей, — попросила она. — Эта Йен с ее идеями фикс… Лучше не вдаваться в подробности.

— И все-таки? — наоборот лишь сильнее заинтересовался мужчина, вспомнив, что о каких-то навязчивых идеях этой дамочки Брин говорила уже в первый вечер здесь в КаэрМорхене.

Чародейка шумно выдохнула, поджала губы, чем еще больше насторожила его, но потом все-таки заговорила.

— Как ты помнишь, у чародеев есть магический дар, а есть способность его контролировать, — снова издалека начала она. — Способы развивать эти компоненты единого целого разные. По плану Йен ты являешься частью комплекса мер по развитию концентрации.

Ведьмак еще год назад оценил способности чародейки говорить простые вещи сложными словами, но искать суть в таких фразах было весьма сложно.

— Каким образом? — задал он уточняющий вопрос, теряясь в догадках.

Чародейка снова недовольно пождала губы, отводя взгляд.

— Постельным, — решительно ответила она одним словом, резко вернув взгляд на ведьмака.

— Вот как… — даже несколько растерялся мужчина.

— Йен считает, что концентрации очень помогает стабильный гормональный фон и личная жизнь и очень настаивает на моей с тобой связи, — тем временем мрачно продолжила Брин. — Такая вот у тебя миссия, за которую Йен тебя похвалила.

«Так вот что за плоды трудов. Мог бы и сам догадаться, осел… не заставляя ее озвучивать, — сам себя укорил Эскель. — Чем еще-то ты с ней занимаешься, кроме секса? Холера… Теперь, правда, оказывается, это ты повышаешь концентрацию. Важная миссия! Просто так-то кто с таким уродом спать будет? Хорошо, хоть на это сгодился. Умственно отсталый мечтатель…»

Он вполне спокойно относился к случайным связям, к проституткам, к сексу по договоренности и было как-то даже с суккубом время хорошо провел, но от одной мысли, что Брин спала с ним только из-за рекомендаций Йен, начинало жечь в груди. Он-то думал, что ей хоть бы просто понравилось проводить с ним ночи, а оказалось…

«А Йенифер похоже я еще и благодарен должен быть за протекцию!» — саркастически подумал ведьмак.

— Ясно, — кивнул Эскель, поднимаясь. — Хорошо, что хоть справился! Продолжать в том же духе, правда, не получится, — в глаза смотреть ей было тошно, так что он смотрел на дверь. — Извини, — бросил он и собирался как можно скорее покинуть помещение.

***

Порадовавшись необходимой мне сейчас помощи ведьмака, я с некоторым смущением и восторгом поняла, что меня за всю мою сознательную жизнь столько на руках не носили, сколько за эти три дня Эскель. Не то, чтобы мне это раньше было необходимо, я и сама неплохо стояла на ногах, но забота, выраженная таким образом, оказалась неожиданно приятной. А вот расспросы о произошедшем заставили меня напрячься. Я не планировала ничего скрывать, но почувствовала, что рассказать подробнее совсем не хотелось. Было страшно признаться в неполном контроле над способностями. Выброс магии такой силы все-таки представлял нешуточную угрозу, и опасаться его, а точнее меня, было вполне логично, а мне бы очень не хотелось, чтобы это встало между нами. Но именно из-за этого Эскель тем более имел право знать.

Впрочем, переживала я напрасно. Ведьмака опасность моих способностей не смутила и не напугала ни капли. Он совершенно спокойно воспринял информацию о магических выбросах, которые могут у меня случаться. Разве что почему-то попытался обвинить в них Йен, ну и дополнительно пришлось объяснять, что я не ушибленная на голову чародейка, которой в жизни экстрима не хватает, а что другого способа, даже если бы я не стремилась сама всеми силами как можно быстрее развить свой дар, нет. А вот второй вопрос, который я надеялась, не прозвучит, меня очень раздосадовал.

«Ну что стоило Йен не высказывать о ей же самой возложенной на моего ведьмака миссии? Свинство с ее стороны! Зачем ей это вообще понадобилось? Можно подумать она, в самом деле, в таком восторге от успехов Эскеля, что не удержаться от похвалы! Я ее очень уважаю и привязалась сильно за все то время, что мы провели с ней вместе, но вот сейчас она меня бесит!» — закатила я глаза, услышав вопрос о секретной миссии для ведьмака.


========== Часть 45 ==========


К сожалению, процесс вспять было уже не обратить. Эскеля моя просьба не спрашивать только еще больше насторожила. Подумав, что не собиравшаяся молчать Йен и не менее болтливая Трисс рано или поздно случайно или нарочно посветят Эскеля в его незаменимую роль в раскрытии моего потенциала, я решила лучше сказать сейчас и самой, чтобы меньше было недоразумений, которые у нас с ведьмаком могут иметь фатальные последствия. Надумает еще себе что-нибудь! Правда из-за щепетильности темы меня как обычно понесло в сложные формулировки, хотя куда проще было сказать коротко и прямо, что все равно и пришлось сделать, как бы я не увиливала.

— Такая вот у тебя миссия, за которую Йен тебя похвалила, — саркастически закончила я свое сообщение.

Я рассчитывала, что он посмеется, ну или хоть бы скажет что-нибудь язвительно о Йен, с которой они, похоже, взаимно друг другу не нравятся, но подтвердились мои худшие ожидания.

— Ясно, — кивнул ведьмак, не глядя на меня, так что я не сразу поняла, к чему он клонит. — Хорошо, что хоть справился! — мужчина встал и устремил свой взгляд на дверь. — Продолжать в том же духе, правда, не получится. Извини…

Мои глаза округлились.

— Эскель! — воскликнула я, хватая ведьмака за руку и ощущая легкий укол эманаций. — Ты сейчас серьезно?!

Мужчина молчал, продолжая смотреть в сторону двери, но с места не двигался и руку не высвобождал.

— Сядь, — попросила я и несильно потянула за руку, так как говорить полулежа со стоящим мужчиной было неудобно, а я хотела видеть его глаза. — Пожалуйста, сядь, — еще раз попросила я так, как просьбу мою он тоже выполнять не спешил, все буравя мою дверь, как будто пытаясь ее поджечь взглядом. — Посмотри на меня, — снова попросила я, потому что, опустившись обратно на диван, он все равно смотрел куда угодно, только не на меня. Дождавшись, когда наши взгляды встретятся, и закономерно наткнувшись на маску непроницаемого спокойствия, с которой ведьмак, казалось, родился, я продолжила. — Ты серьезно считаешь, что я с тобой только потому, что Йен рекомендовала?

— Ты только что так сказала, — ровным, ничего не выражающим голосом ответил Эскель.

Я фыркнула, не сдержавшись.

— Знаешь, впору мне на тебя обидеться, — нахмурилась я, на самом деле ощутив укол.

«То есть за все то время, что мы провели вместе, он ни разу не почувствовал мою искренность? Все это было похоже на то, что я с ним сплю потому, что Йен так велела?» — задалась вопросом я, но решила все-таки эмоциям не поддаваться.

— Я сказала, что Йен так считает. Она, конечно, моя наставница, имеет большой авторитет для меня, и я к ней прислушиваюсь, но не настолько, чтобы она диктовала с кем мне спать, — голос мой, тем не менее, прозвучал возмущенно. — Да, она и в этот раз оказалась права, моя сила растет. Но, тем не менее, ей просто повезло, что мы понравились друг другу. Она тут никакого права голоса не имеет, как бы сильно ей не хотелось обратного.

Лицо ведьмака перестало быть похожим на маску, на нем проступило удивление, а потом растерянность.

— Извини, — сказал он после недолго молчания. — Ты не хотела говорить. Я подумал, потому, что это правда.

— Да потому что опасалась такой реакции, — все еще немного недовольно объяснила я.

— Я такой предсказуемый? — озадачился Эскель.

— Совсем нет, — мотнула я головой. — Но по части неверно истолковать мои слова ты мастер.

— Не поспоришь, — невесело усмехнулся мужчина, кажется слегка смутившись. — Давай, закроем эту тему, — предложил он, перехватывая мою руку, которой я все еще держала его, своей.

— Нет. Давай, договоримся, — встречно предложила я. — Ты…

— Больше не буду понимать тебя неправильно? — закончил за меня фразу ведьмак, когда я ненадолго замолчала, подбирая слова.

Я громко усмехнулась и широко улыбнулась, оценив формулировку.

— Было бы здорово, но ты не сможешь это выполнить. В умения ведьмаков, если мне не изменяет память, телепатия не входит, — продолжая весело улыбаться, заметила я. — Ты вчера мне сказал не слушать Ламберта, я сегодня прошу тебя не слушать Йеннифер. Она моя наставница, я многим ей обязана, и я хочу и буду продолжать с ней работать и общаться, но у нее очень специфический характер и представления о допустимости чего-либо, на мой взгляд, — более-менее обтекаемо обрисовала я ситуацию и поняла, что надо упростить. — В общем, ей еще не раз может взбрести в голову бог весть что и контролю это не поддается никакому.

— Я понял, — воспользовавшись очередной паузой в моей речи, вставил Эскель, на лице которого тоже появилась улыбка. — Договорились.

— Я рада, — сказала я, напоследок сжала его руку и разорвала контакт. — Иди. У тебя, наверняка, есть свои дела, и так полутра на меня потратил.

— Уверена?

— Я в порядке. Немного отдохну и все, — заверила я его.

— Хорошо, зайду позже, — согласился мужчина и, подхватив пустую тарелку, покинул мою комнату.

Оставшись одна, я тут же вспомнила о дневнике Маласпины и даже рискнула встать ради него. На удивление, я достаточно быстро оклемалась для этого. Похоже, контролируемый выброс, в самом деле, переносился намного легче, и последствия его проходили быстрее, нежели при неконтролируемом. Увлекшись чтением, я не заметила, как пролетело три часа, и оторвалась от рукописи только, когда в дверь постучали. Автоматически отворив дверь небрежным взмахом руки, я только после этого прислушалась к себе и своей магии. Некий дискомфорт все еще чувствовался, но похоже в разумных пределах своей силой я вполне могла пользоваться.

— Привет, изобретательница! Йен сказала, что ты доколдовалась до нового выброса. Как ты? — с порога спросила Трисс, заходя в комнату.

— Привет! Уже нормально, — я была рада ее видеть и улыбнулась. — Как эффект от мази?

— Как видишь, ослиные уши у меня не выросли! — смеясь, Трисс продемонстрировала мне свои аккуратные человеческие уши, украшенные довольно массивными треугольными серьгами. — А эффект воистину потрясающий! Смотри!

Чародейка быстро расстегнула кучу мелких пуговок на вороте и груди платья и продемонстрировала ровную кожу на участке плеча, которую мы вчера рискнули пожертвовать на эксперимент, когда убедились на здоровом участке, что аллергия не торопится проявляться.

— Вау, — пораженно протянула я, сама не ожидавшая такого чистого эффекта.

Все-таки Трисс лечили профессионалы, и лечили с невероятным усердием. Ей, по сути, не хватило чуточку, чтобы совсем убрать все следы, и этой чуточкой оказалась моя мазь. На других подопытных настолько впечатляющего результат я не наблюдала, магия времени составляла слишком маленькую часть, чтобы не навредить, что и не удивительно, ведь я подгоняла параметры препарата лично под Трисс.


========== Часть 46 ==========


— Жду не дождусь, когда смогу намазать ожог полностью!

— А еще нет?

— Чтобы говорить о полном успехе, эксперимент нужно довести до конца! — пафосно изрекла чародейка. — Не знаешь, чьи слова? — хитро прищурившись, спросила она.

— Знаю-знаю, — рассмеялась я, радуясь такой сознательности подруги. — Осталось всего… — я взглянула на часы, — часов пять.

— А потом еще ждать, когда полностью подействует!

— Поспишь, и утром уже ничего не будет, — уверила я женщину. — Скажи лучше, зуд так и не появился? Ни на каком этапе?

— Нет, все в порядке, — отчиталась «подопытная».

— Это хорошо, значит, я верно все рассчитала.

— Цвет и запах ты тоже прекрасно улучшила. Хоть сейчас отправляйся в Риссберг за патентом! — похвалила мое творение чародейка. — Жаль, что ты не можешь этого сделать, не раскрыв своего таланта. Подобные препараты могли бы иметь массовый спрос и принести тебе деньги и славу.

— Массовое не получится, магия времени — единичная штука, — напомнила я.

— Да, — расстроенно согласилась Трисс, на радостях видимо позабывшая о самом главном компоненте препарата.

— Ну, зато никто и не опередит меня с патентом, — усмехнулась я.

— Точно, — кивнула Трисс.

Поболтав еще немного со мной, Трисс засобиралась на назначенную встречу. Пообещав прийти завтра и показать результаты полноценного применения приготовленной мной мази, она пожелала мне хорошего самочувствия и покинула комнату порталом. Я хотела было вернуться к чтению, но, прислушавшись к себе, поняла, что необходимости лежать больше не было. Физическое недомогание прошло полностью, а магическое дискомфорта не причиняло. Так что я села на диване ровно и задумалась, чем бы таким заняться, раз уж восстановление замка на сегодня отменялось, а мазь я успешно доделала. Помимо воли в голове крутился упомянутый Трисс в разговоре замок Риссберг, вотчину магов, где у них налажено и производство магических комплектующих, и исследовательская работа с магией. Интересно было бы туда попасть, но слишком опасно. Даже если правдоподобно притвориться обыкновенной чародейкой и с помощью Трисс и Йен организовать себе прошлое в этом мире, был слишком большой шанс раскрыть себя. Так что все, что я могла, это посмотреть на находящийся под семью магическими печатями замок издалека, да походить по базару под его стенами.

— Кстати о базаре, — вслух сказала я, постукивая ногтями по обложке книги, которую держала в руках. — Сегодня среда, он как раз работает!

Прикинув, какие ингредиенты для алхимических опытов у меня подходят к концу, и неожиданно подумав о создании магических амулетов и артефактов, как о возможном продолжении своих изысканий, я всерьез задумалась о посещении этого мероприятия. Другое дело, что в прошлый раз я была там с чародейками. Сейчас же Трисс мне точно компанию уже не составит, с Йеннифер тоже никогда нельзя быть ни в чем уверенной, а могу ли я уже самостоятельно покидать пределы замка, я как-то раньше не пыталась выяснить. Да и честно говоря, мне пока и не хотелось никуда ходить одной.

Решив не тянуть время, которого и так было не слишком много, я поднялась и направилась к шкафу. Для прогулки вне стен крепости следовало одеться по моде этого мира. К счастью, чародейки здесь вполне могли себе позволить одеваться экстравагантно и беспрепятственно носить брюки, а также многие мои вещи с помощью слабенького отводящего взгляд заклинания и умелой комбинации легко маскировались под местную одежду. Так что вскоре, накинув кожаную куртку, я поспешила наверх, в комнату наставницы.

— Йен? — позвала я, едва войдя после стука. — Я тут собралась на ярмарку под Риссбергом. Не составишь мне компанию?

— Ты уже так хорошо себя чувствуешь? — удивленно посмотрела на меня чародейка, что-то внимательно читавшая, сидя за столом.

— Да, вполне. Магия, конечно, не полностью еще восстановилась, но на порталы хватит с лихвой, — ответила я.

— А зачем тебе ярмарка?

— Хочу пополнить алхимические ингредиенты и внезапно подумалось заняться магическими амулетами. К ним тоже хочу докупить комплектующие, — ответила я. — А сегодня как раз среда.

— Да, среда, — согласилась Йен. — Но я не смогу сейчас составить тебе компанию. У нас с Геральтом запланирована одна занятная прогулка.

— Прогулка? Куда? — удивилась я.

— На один из безымянных островов Скеллиге, — ответила Йен. — Там находится лаборатория Аваллак’ха. Мы как-то были там с Цири, но с тех пор он ее хорошенько запрятал, мы долго не могли отыскать ее снова. Вот недавно нашли.

— Вы думаете, знающий там? — оживилась я.

— Сомневаюсь. Я хотела забрать оттуда его исследования Старшей крови, поискать в них разгадку твоей силы и возможные зацепки для поиска Цири. А теперь вот еще выяснить, что он там так тщательно прячет.

— Мне следует пойти с вами?

— Незачем тебе светиться, мало ли какая там магия. Все-таки Аваллак’х большой знаток Старшей крови, — сказала как отрезала Йен. — Все полезное, что там найду, я принесу сюда. Здесь и ознакомишься.

— Хорошо, — согласилась я с ее доводами. — Буду ждать тут.

— Так что на ярмарку ты можешь позвать Трисс, — предложила Йеннифер.

— Не могу, у нее какая-то важная встреча при дворе, она только что от меня ушла сразу туда, — невесело поделилась я информацией.

Мне совершенно не хотелось ждать еще неделю до следующей ярмарки. И закупить все необходимое хотелось сейчас, и прогуляться, настроившись, не терпелось.

— Одной я бы тебе все-таки не рекомендовала отправляться в такие места, тем более после выброса, — закономерно предостерегла меня Йен.

— Магия портала несложная, — отмахнулась я, но вот по части одиноких прогулок была с ней вполне согласна. — Я позову Эскеля! — неожиданно осенило меня.

— Не лучший кандидат, — немедленно забраковала Йен, скривив губы.

— Не ты ли сама пару дней назад активно пихала меня в его объятия? — напомнила ей я, хмурясь.

— Он нужен для регулярного секса и только, — холодно парировала черноволосая чародейка.

— Не бывает секс и только, — раздраженно возразила я. Меня ужасно бесило ее отношение к Эскелю, как к моей постельной игрушке. — Это всегда отношения.

— Ого, у тебя уже с ним отношения, — с насмешкой удивилась Йен, выделив последнее слово.

— И какие именно — уже наше с ним дело, — добавила я, не став реагировать на откровенную подколку. — Если они благотворно влияют на концентрацию — отлично! Но это не их причина и не их цель.


========== Часть 47 ==========


— А что же причина и цель, позволь узнать? — с усмешкой поинтересовалась чародейка.

— Он мне нравится. Я хочу проводить с ним время. Вот и все, — просто ответила я. — Моим занятиям и совершенствованию магии это не мешает, а точнее даже помогает, так что в конфликт с твоими интересами это не вступает, поэтому оставь его в покое.

— Убедительно, — непонятно в самом ли деле или снова шутки ради признала Йен. — Что ж, пусть будет Эскель, — тем не менее согласилась она. — Не забудь, что тебе не следует привлекать к себе внимание, свяжись со мной или Трисс, если случится что-нибудь непредвиденное.

— Хорошо, — кивнула я, обрадовавшись, что прогулке таки быть, и почти уже развернулась к двери. — И еще… Йен, — резко развернулась я обратно и серьезно посмотрела на наставницу. — Я не знаю, зачем ты Эскелю высказала эту идиотскую похвалу, но не делай так больше, — попросила я.

— Не хвалить его? — вскинула одну бровь чародейка.

— Не вводить его в заблуждение.

— Заблуждение? Что ты с ним спишь — точно правда. Значит, он плохо справляется? — издевательски уточнила Йен.

Я медленно вдохнула и выдохнула. Пререкаться было бессмысленно. Сказано все это чародейкой явно было намеренно, хоть и с совершенно неочевидной для меня целью, и как-то пояснять или менять свои намерения она явно не собиралась.

«Хрен с ней…», — мрачно подумала я.

— Просто оставь его в покое, — повторила я. — Увидимся, — сказала я и вышла из комнаты.

Сердиться было глупо. Я заранее не питала иллюзий, просто должна была обозначить свою позицию. Так что постаралась выкинуть неприятное окончание разговора из головы и сосредоточиться на более важных сейчас вопросах. Например, где мне найти Эскеля, так как в большом зале было пусто. Для начала решила спуститься до нижнего двора, а потом уже возвращаться с поисками в замок.

«Эскель… Почему ты все трактуешь самым превратным образом? Почему из всех вариантов ты всегда выбираешь худший. Неужели проведя со мной уж несколько дней, ты все еще смог предположить, что я с тобой потому, что так сказала Йен?» — не на шутку задумалась я и принялась перебирать воспоминания о наших встречах.

Выводы действительно напрашивались неутешительные. Мы с ним, по сути, только ночи вместе и проводили, а днем лишь изредка пересекались, чтобы перекинуться парой фраз и снова разойтись по своим делам. По крайней мере, ему, похоже, этого было достаточно, чтобы не оставить слова Йен без внимания. И мне нужно было с этим что-то делать. Мало ли что Йен, или тому же Ламберту, еще взбредет в голову, мне совершенно не хотелось, чтобы у Эскеля были сомнения в моей искренней симпатии к нему. Я желала, чтобы он чувствовал, что интересен мне сам по себе, а не только в постели. И моя спонтанно пришедшая в голову прогулка по ярмарке вполне подходила для этого.

«А еще неплохо было бы вернуть долг, чтобы уж точно демонстрировать ни от чего не зависимый интерес! — неожиданно вспомнила я. — Да и деньги за камни получить самое время», — с этими мыслями я и дошла до нижнего двора.

Я уже успела опечалиться, что если ведьмаки куда-то уехали, то накрылась моя прогулка медным тазом, когда услышала звуки скрещиваемых клинков, доносящиеся с нижнего двора. Обрадовавшись, я поспешила к воротам. Пройдя через них, сделала пару шагов и замерла. Эскель был тут. Вместе с Ламбертом они, очевидно, устроили спарринг и теперь кружили по нижнему двору, со звоном скрещивая клинки. Я во все глаза смотрела на быстрые отточенные движения, на порхающие в руках профессионалов мечи, на ловкие уклонения и резкие атаки. Это было весьма захватывающее зрелище! Длилось, правда, оно не долго. Или я просто засмотрелась на своего ведьмака?

Мужчины остановились одновременно. Что именно сказал Эскель, я не расслышала, зато ответ Ламберта вполне.

— Да понятно, — раздраженно и громко ответил тот и, развернувшись, зашагал в сторону навеса.

Эскель же повернулся ко мне, и, вложив меч в ножны, зашагал в мою сторону.

— Класс, — коротко прокомментировала я. На большее у меня под впечатлением сейчас не хватало слов.

— Размяться хотели, — зачем-то пояснил ведьмак. — А тебе уже лучше?

— Да, как видишь. Чувствуя себя прекрасно, а вот магия до конца еще не восстановилась, так что чем-то серьезным сегодня заниматься не буду, — я развела руки в стороны. — Поэтому решила сходить на ярмарку под Риссбергом, сегодня как раз базарный день. Не хочешь составить компанию?

— С охотой, — отозвался Эскель. — Но ты уверена, что все в порядке?

— Уверена, — улыбнулась я. — Но одной разгуливать по вашему миру мне пока некомфортно, поэтому хочу, чтобы ты пошел со мной.

— Тогда пойдем, — согласился мужчина.

— Ты можешь отправиться прямо сейчас или тебе надо что-то доделать? — тут же поинтересовалась я.

— Могу сейчас, — ненадолго задумавшись, ответил он.

— Отлично, — снова улыбнулась я и, не медля больше ни секунды, взмахом руки открыла портал в паре шагов от нас. На лице Эскеля ненадолго прорисовалось удивление. — Что? — спросила я.

— Никак не привыкну, что ты чародейка и так лихо обращаешься с магией, — признался ведьмак.

— Я же постоянно направо и налево колдую, — заметила я.

— Да, но в голове все еще образ прежней тебя, — пожал плечами Эскель.

— Забавно, — усмехнулась я. — А я полностью привыкла, что магия является частью моей жизни. Забыла уже, как бывает иначе. Идем.

В портал я шагнула первой и через мгновение оказалась в узком безлюдном проулке по щиколотку в грязи.

— Средневековье, — проворчала я, выходя на более-менее сухой участок.

— Где мы? — удивленно спросил Эскель, появившийся за мной следом. На грязь в отличие от меня он внимания никакого не обратил, зато по сторонам смотрел с подозрением.

— В Ковире, — ответила я, очищая и просушивая ботинки и застегивая куртку. — В Понт Ванисе, в ювелирном квартале.

Похоже, тут недавно был сильный ливень. Сейчас он уже кончился, зато оставил после себя кучу следов и осеннюю прохладу, на которую моя одежда рассчитана не была.

— Портал сбился? — перестав озираться, обеспокоенно спросил Эскель.

— Нет! — возмущенно воскликнула я. — Ты меня совсем криворукой считаешь, что ли? Мы здесь ненадолго. Деньги возьмем на покупки, — пояснила я и направилась к выходу из проулка.

— В следующий раз заранее предупреждай о том, куда ведет портал, — шагая рядом со мной, неожиданно попросил Эскель.

Я сначала удивленно повернулась к нему, а потом вспомнила, что в самом деле и словом не обмолвилась, что мы не сразу отправляемся на ярмарку.

— Хорошо, — кивнула я, поворачивая в направлении нужной мне лавки.


========== Часть 48 ==========


Редкие по такой мерзкой погоде, да и в целом в этом квартале, прохожие спешили по мокрым камням мостовой и внимания на нас с Эскелем никакого не обращали. Промозглый порывистый ветер и меня заставлял поторапливаться.

— Как резко тут погода испортилась, — проворчала я, ежась.

— Север. Тут холодает даже быстрее, чем в Каэр Морхене, — отозвался Эскель.

— В Каэр Морхене почти лето, по сравнению с Порт Ванисом! — возмущенно воскликнула я, — Тут уже можно резиновые сапоги и теплые куртки надевать. Как Трисс тут живет круглый год? Постоянно на обогревающих заклинаниях?

— Ты была тут с Трисс? — поинтересовался ведьмак.

— Да. Она нашла для меня лавку и порекомендовала меня мастерам, — подтвердила я.

— Какие вообще дела ты с ними ведешь? За что они тебе платят?

— За изумруды, — максимально кратко ответила я, так как мы уже пришли. — Пойдем, сейчас сам все увидишь.

Я толкнула дверь, дзинькнул колокольчик, предупреждая хозяев о посетителях, и мы с ведьмаком зашли в ювелирную лавку Милта и Гореба, с которой через Трисс я сотрудничала уже давно и в которой сама лично была всего раз.

— Добрый день, господа, — тут же поднялся со своего места подмастерье и поклонился. — Госпожа чародейка! — быстро узнал меня юный помощник мастеров.

— Добрый день, — приветливо ответила я. — Подготовили ли вы нужную сумму?

— Одну минуту, госпожа! Я доложу мастеру Милту! — подорвался с места парнишка.

Я побарабанила ногтями по прилавку.

— Так себе лавочка, — тихо сказал мне Эскель, осмотрев небольшое, бедно обставленное помещеньице.

— Я бы тоже мимо прошла, если бы не Трисс, — так же тихо согласилась с ним я. — Но это только видимость. У них тут много секретов.

— Подпольная спекуляция драгоценными камнями и металлами? — предположил ведьмак.

— Наоборот, это королевская тайная лавочка и просто так сюда не попасть. Но король Танкред благоволит чародеям в целом и Трисс в частности, — опровергла я слова ведьмака, но на этом краткий экскурс в политику пришлось завершить, так как подмастерье вернулся.

— Прошу следовать за мной! — снова поклонился парнишка и повел нас вглубь помещения.

Пара коридоров, резко изменивших свой внешний вид сразу за дверью в приемную, и мы оказались перед двустворчатыми дверями кабинета мастера и совладельца ювелирной лавки господина Милта.

— Добрый день, госпожа чародейка! Господин, — поприветствовал нас уже не молодой, но очень крепкий мужчина с полуседыми волосами. — Присаживайтесь.

— Добрый день, мастер Милт, — отдала я дань уважения хозяину и присела на предложенный мне стул.

Эскель, несмотря на то, что предложение присесть относилось и к нему, остался стоять за моей спиной, что меня несколько насторожило. Впрочем, выяснять причины я не стала.

— Мы еще раз перепроверили и оценили все камни. Сумма вышла даже несколько больше, чем мы рассчитывали, — сразу же перешел к делу ювелир. — Шесть тысяч двести тридцать три кроны. Сумма полностью готова.

— Приятные новости, — улыбнулась я.

— Также мы подобрали идеальные камни для пары серег в гарнитур к подвеске, — продолжил докладывать мужчина. — Желаете взглянуть?

— Да, конечно, — не раздумывая согласилась я.

При прошлом посещении, когда Трисс представляла меня уважаемым мастерам-ювелирам, и мы только договаривались о следующей встрече, мастер Милт обратил мое внимание на потрясающей красоты и чистоты изумруд из последней поставленной мной на огранку партии. Покоренная его красотой, я и без посторонних советов, немедленно передумала его продавать, а пожелала заказать у мастеров подвеску с ним. А вот на пару серег к ней в комплект я согласилась уже после предложения мастера и жаркой поддержки Трисс. Вот сейчас мастер Милт предлагал мне взглянуть на отобранные для этого камни. Я в этом, конечно, почти не разбиралась, но кто откажется полюбоваться завораживающей глубиной оттенков благородного зеленого камня?

Хозяин, явно успев подготовиться, передвинул со своей половины стола ко мне небольшую бархатную коробочку. Подняв крышку, я увидела на ее дне три изумруда. Один — тот самый потрясающий крупный изумруд для подвески, и два изумруда вполовину меньше его, похожие, на мой взгляд, как две капли воды. В ярком свете магических светильников в кабинете владельца лавки камни чарующе переливались на фоне темной ткани.

— Не терпится увидеть их в оправе, — утолив свое любопытство и жажду прекрасного, сказала я, закрывая и возвращая коробку.

— Такие драгоценные камни требуют особенного подхода. Мы уже занялись подбором материала под ваши эскизы, — заверил меня ювелир.

— Полагаюсь на вас.

— Наши клиенты всегда остаются довольными! — без лишней скромности заявил мужчина.

В принципе, я была с ним согласна. Деньги за камни я всегда получала в срок и в полном объеме. Теперь вот выпал шанс оценить и их ювелирное искусство. Впрочем, вряд ли абы какой лавочке бы дали королевский статус.

— А вот и ваши деньги. Раз, два, три, четыре, пять, шесть и еще немного, — мастер улыбнулся и выложил передо мной пять объемных мешочков из темной бархатной ткани и один поменьше.

Разумеется, пересчитывать все пять с чем-то тысяч крон я не собиралась. Это заняло бы слишком много времени, да и в предыдущие разы никакого обмана я не замечала. Так что спокойно собрала все мешочки, три из которых сразу же положила на самое дно зачарованной сумки, один вместе с довеском — в пространственный карман, а два оставшихся просто взяла в руки.

— Благодарю! — сказала я, поднимаясь. — Сообщения для меня по-прежнему отправляйте госпоже Трисс. До встречи! — я поклонилась.

— Благодарю вас, что выбрали именно нашу лавочку, — поднявшись со своего места так же поклонился мужчина.

Обратно в приемную нас проводил и пожелал счастливого дня тот же подмастерье, что и встретил.

— Ничего себе у тебя заработок, — уже на улице заметил ведьмак, до того не проронивший ни слова. — Откуда у тебя изумруды?

— Скажем так, у меня есть свой маленький магический рудник, в котором я добываю кристаллы силой мысли на большом расстоянии, — ответила я. — Трисс помогла придумать.

— Умеешь ты удивить, владелица рудника, — Эскель был в самом деле впечатлен способом моего заработка.

— Приходится крутиться, когда у тебя ни одной родной души в целом мире и ни гроша за своей душой. Уникальный талант помогает, — усмехнулась я, разводя руки в стороны, и вспомнила о мешочках. — Кстати, это твое, — мы как раз свернули в безлюдный проулок, в котором и появились, и я протянула ему деньги.


========== Часть 49 ==========


— Что? — ведьмак определенно не понял, что происходит.

— Две тысячи крон, когда у меня будет стабильный заработок, — охотно напомнила я, все еще держа мешочки в руках. — Бери.

— А-а, Брин, я не… — разумеется, тут же вспомнил ведьмак, по лицу которого было заметно, что понимание ему это пришлось не по душе.

— Не-не-не-не-не, — перебила я и еще и головой помотала для убедительности. — Договор есть договор. Никаких «я не» в нем не предусмотрено. Не заставляй меня чувствовать себя обманутой. Бери, — твердо сказала я и выжидательно уставилась на ведьмака.

Эскель довольно долго смотрел на меня своим фирменным тяжелым взглядом, но у меня уже был к нему иммунитет, особенно учитывая, что в данной ситуации я чувствовала себя уверенно. Между нами должен был остаться только взаимный интерес и ничего другого, чтобы больше никаких недоразумений не возникало.

— Хорошо, рассчиталась, — недовольно согласился-таки с моими доводами ведьмак, забирая у меня деньги.

— Одним долгом меньше! — поставила я очередную мысленную галочку в своем списке розданных обещаний и взмахнула освободившимися руками. — Риссберг! — прокомментировала я созданный портал и поскорее направилась туда, подгоняемая пронизывающим ветром Ковира.

На границе Темерии и Редании, где я очутилась пару мгновений спустя, было не в пример теплее и приятнее. Осень тут еще только вступила в свои права, начиная золотить листья, и ни о каком дожде и речи не было. Я медленно с наслаждением вдохнула свежий лесной воздух, глядя на замок Риссберг из ближайшего к его стенам леса, в который привел меня портал. Отсюда мне хорошо видна была только одна из его четырехугольных башен. Сам замок, вписанный в горную породу, и вторую башню видно было не полностью, под углом. Невысокие светлые стены без зубцов и с небольшими башенками только с виду были легкопроходимой преградой к замку магов. На самом же деле проникнуть в Риссберг постороннему было крайне проблематично. Но мне туда и не надо было. Меня интересовал базар на холме под стенами замка, поближе к которому я и перенеслась.

— Красиво тут, — с удовольствием вертя по сторонам головой, сказала я. — Приятно все-таки после шести лет учебного заточения снова свободно передвигаться в пространстве!

— Шести лет? — изумленно переспросил ведьмак, появившийся из портала следом за мной.

— Шести, — подтвердила я, любуясь замком. — Или ты всерьез думаешь, что я за год овладела магией настолько, чтобы пользоваться ей так уверенно? — усмехнулась я, поворачиваясь к мужчине.

— Я вообще об этом не думал, — растерянно признался Эскель.

Я тихо посмеялась.

— Пойдем, — позвала я и, ухватив под руку, потянула за собой всерьез задумавшегося ведьмака.

— Как такое возможно? — с неподдельным интересом спросил он, опомнившись и зашагав рядом со мной.

— Немного магии Старшей крови и много магии пяти сильных чародеек, отдавших каждая по году своей жизни, — ответила я, отпуская руку ведьмака, — и вуаля. В реальном мире прошел год, а у меня — шесть.

— Из-за этого заклинания ты не могла покидать место обучения? — задал следующий вопрос Эскель.

— Можно и так сказать, — усмехнулась я.

— А если точнее?

— Точнее, Йен мне особенно выбора не оставила, — вздохнув, честно ответила я, решив хотя бы специально не плодить поводы для недопонимания между нами и рассказать все самой. — Она устроила так, что магия привязала меня к дому, и я вынуждена была сидеть все время под щитом, созданным чародейками. Но, наверное, так и в самом деле было лучше всего.

— Лучше? Она посадила тебя под замок! — сердито сдвинул брови ведьмак.

— Да, это было бесчестно с ее стороны, — согласилась я. — Ей следовало получить мое согласие.

— И ты бы согласилась? — в голосе ведьмака слышалось удивление.

— Мы заключили с ней договор, — принялась объяснять я отношения, которые связывали меня с Йен. — Она пообещала в кратчайшие сроки научить меня магии, я пообещала приложить все усилия, чтобы найти Цири. Одним из условий было мое безоговорочное согласие со всеми методами обучения, которые Йен только сможет придумать, и содействие ей. Я приняла это условие, уточнив только, что эти методы не должны мне вредить. Частью обучающего плана была моя полная изоляция от мира. И хоть мне и совершенно не понравилось, что она приняла решение за меня, я ведь уже согласилась на все сама. В конце концов, это для моей же безопасности и в моих же интересах — поскорее обучиться магии. Так что шесть лет я безвылазно сидела дома и бесконечно училась в первую очередь магии, а потом и всему остальному, что положено знать чародейке, а также предпринимала попытки расширить свой дар повелительницы пространства и времени, — закончила я свой рассказ легкой полуулыбкой.

По лицу Эскеля я не могла понять, как он воспринял мои слова. Некоторое время он молчал.

— Ты все это время была в доме Йеннифер? — снова заговорил он, немного изменив тему.

— Нет. Я была на Хиндарсфьялле. Там Йен купила дом, чтобы спрятать меня, пока я буду учиться, — поведала я. — Дом этот, кстати, теперь мой. Она подарила мне его «на выпуск». Если хочешь, как-нибудь покажу тебе свою башню принцессы.

— Башню? — удивленно вскинул брови мужчина.

— Нет, это просто дом. Но злые королевы же классически заточают принцесс в высокие башни и дракона сажают охранять, — рассмеялась я. — Правда, обычно они там непонятно чем занимаются, а я под руководством дракона, в смысле злой королевы, целую профессию осилила, — все еще смеясь, добавила я.

На этом мы дошли до забора, выстроенного вокруг базара, и я переключила свое внимание на товары. Торговля шла бойко, хоть я и опасалась, что успею под самое закрытие. Между торговыми домиками сновали покупатели, продавцы зазывно рекламировали свой товар. Людской гомон, постоянное хлопанье дверями, звон колокольчиков, смех, ругань и смешение тысячи, порой не самых приятных, ароматов витали в воздухе. Я неожиданно для самой себя широко улыбнулась. Страх перед людьми остался в прошлом, изгнанный еще Эскелем, а теперь, умея пользоваться своими силами и имея множество знаний о мире, я была рада снова, после незабываемого отпуска, окунуться в движущуюся толпу. Я уверенно зашагала в направлении рядов с ингредиентами.

— Ты за чем-то конкретным сюда пришла или просто прогуляться? — спросил Эскель.

— И так, и так, — отозвалась я. — У меня есть план необходимых покупок, но и найти что-нибудь интересненькое я не откажусь.


========== Часть 50 ==========


Тут от Эскеля никто не шарахался, да и я, похоже, в глаза никому не бросалась, что меня с одной стороны радовало, потому что конспирация, и огорчало, потому что неудобно продираться через толпу. В любом случае в такой увлеченной толпе до обыкновенных ведьмака и чародейки дела никому не было, даже если они вообще узнавали в нас представителей этих сообществ. Заглянув в первый же попавшийся «ларек» травницы, я с азартом принялась выискивать нужные мне травы. Особо меня привлекла одна очень редкая травка, в просторечии называемая оскомкой. Невероятно редкая травка, потому как вовремя и правильно собрать ее было очень проблематично. Росла она преимущественно в более северных широтах, и встретить здесь, у берега Понтара, правильно собранные небольшие кустики с засушенными черными ягодками было очень удивительно! Я смотрела на необычайно качественный товар долго и пристально, но вместо радости отчего-то щурилась все подозрительнее.

— Апериарус Класиус, — неожиданно услышала я женский голос, очевидно принадлежащий самой травнице, которая, видимо, закончила обслуживать других покупателей и обратила свое внимание на меня и решила блеснуть знаниями. — Очень редкая и ценная травка, используется во многих противопростудных эликсирах, в большой концентрации работает как обезболивающее и противовоспалительное, а также в своем первозданном виде отгоняет злых духов, если зарыть под крыльцом. Золотая крона за пучок.

Слушала я ее вполуха, о свойствах оскомки я прекрасно знала и сама, а вот на травку пялиться не переставала, и в какой-то момент вдруг осознала, что передо мной искусно сделанная легонькая иллюзия, которая из-за этого в глаза и не бросалась. Вскинув руку, я провела над всем выставленным на продажу подносом с перевязанными бечевкой кустиками, и те тут же поменяли цвет на куда-более светло-зеленый, а ягоды и вовсе покраснели. Оскомка оказалась обыкновенной костяникой. Я подняла взгляд на резко замолчавшую травницу, недовольно кривя губы.

— Г-госпожа чародейка, я… я… — резко побледнев, залепетала женщина.

Я же лишь цокнула языком, разочарованно отступая от прилавка.

— Злых духов изгоняют ведьмаки, у оскомки, и тем паче у костяники, таких свойств нет, — мрачно поведала я ей. — Не вводите людей в заблуждение, — бросила я и, развернувшись, вышла прочь.

Вообще о мошеннице полагалось доложить, и ее бы ждало довольно суровое наказание, но это означало бы привлечение к себе совершенно ненужного внимания. Так что пришлось ограничиться только словесным порицанием. Настроение, конечно, было подпорчено, но не слишком сильно. Все-таки я так долго сидела взаперти, что такие мелочи меня смущали. Зато немотивированной жизнерадостности поубавилось ровно до приемлемой величины.

«От того, что я, наконец, выбралась погулять, мир не стал дружелюбнее, а люди — честнее. Нужно вести себя разумно и незаметно», — напомнила я себе, теперь куда более придирчиво выбирая торговые домики, в которые собиралась заглянуть.

— Что это было? — спросил Эскель, когда мы вышли.

— Иллюзия.

— На что она рассчитывала? — чуть удивился ведьмак.

— На то, что на ее лавочку не польстится чародейка, обучавшаяся у Йен и Трисс, — отмахнулась я. — Следует тщательнее выбирать продавцов.

В процессе выбора я также вспомнила, что разнообразные травы, коренья и прочие хрупкие ингредиенты складывать в пусть и расширенную, но все же сумку, идея была так себе, и озаботилась поиском подходящей емкости.

— Давай, — предложил свою помощь Эскель, заметив, что выбирать с корзиной в руках мне не очень удобно.

Я благодарно улыбнулась ведьмаку, передавая громоздкую, но очень полезную для разнообразных свертков, кульков и мешочков, которые не хотелось мять в сумке, корзину.

— М-м, пирожки! — учуяв запах выпечки, протянула я, разворачиваясь в сторону божественного аромата.

— Бери лучше вон у той женщины, — Эскель кивнул на торговку снедью, стоящую чуть дальше вдоль основного ряда ярмарки, нежели та, к которой я собиралась.

— Почему именно у нее? — удивленно спросила я, двинувшись в нужном направлении. Не доверять ведьмаку поводов у меня, конечно, не было, но интересно же!

— Они у нее сегодняшние, с утра выпеченные, — ответил мужчина.

Ощутив внезапный приступ голода и вспомнив о пропущенном обеде, я купила сразу кулек пирожков. Вонзив зубы в первый из них, я согласилась с Эскелем, что они были наисвежайшие.

— Как ты узнал? — с восхищением поинтересовалась я.

— По запаху, — коротко ответил ведьмак.

— За десять метров в такой мешанине? — вскинула я брови и, увидев лишь мягкую едва заметную улыбку ведьмака, удивилась еще больше. — Кажется, я все-таки плоховато представляю себе способности ведьмаков, надо подтянуть матчасть. Хочешь? — протянула я ему кулек.

Эскель от пирожков не отказался. Так мы с ним, жуя, и двинулись дальше.

— Эх, вот что мне нравится в этом мире, так это пирожки, — призналась я, совершенно довольная этой покупкой.

— В твоем мире таких пирожков нет? — хмыкнув, поинтересовался ведьмак.

— Ты знаешь, вот именно таких нет, — подтвердила я. — Видимо, какой-то утерянный рецепт средневековья или какой-то секретный ингредиент этого мира, но в своем мире я таких вкусных пирожков, как здесь, никогда не пробовала!

— Может, потому что ты просто голодная? — прозрачно намекнул на скорость поедания мной пирожков Эскель.

— Может! Но в своем мире я же их тоже ведь не на полный желудок пробовала! — напомнила я, усмехаясь. Бросив искоса взгляд на ведьмака, я поймала его улыбку и засмеялась сама.

Корзина и сумка постепенно наполнялись запланированными и незапланированными покупками. Хихикая, мы переходили от одной лавки к другой, обсуждая товары, продавцов и покупателей. Ну точнее хихикала я, Эскель лишь ухмылялся, не портя имидж невозмутимых ведьмаков, но шуточки наблюдательный охотник на чудовищ отпускал даже чаще меня, часто отвлекающейся на покупки.

— Не покупай, — неожиданно сказал Эскель, до того участвовавший в покупках не столь радикальными советами.

— Почему? — повернулась я к нему, заинтригованная бескомпромиссной просьбой.

В этой лавке особых ингредиентов мне впервые попались языки утопцев, и я собиралась купить их впрок, несмотря на немалую цену, которую ломил продавец в отсутствие конкурентов. А тут вдруг внезапное «не покупай». Обычно ведьмак сразу говорил о выявленных им недостатках товара и предлагал посмотреть у других продавцов или же намекал торговцу, что за неликвид цены не ломят, но ни разу не рекомендовал отказаться от покупки вовсе.

— За такую цену я тебе сам дюжину утопцев наловлю и языки у них повырываю, — тихо, но с заметным возмущением сообщил мне ведьмак. — Они толпами у озера в Каэр Морхене бегают.

Его слова доходили до меня медленно и как-то по частям, но когда полностью дошли, я просияла.


========== Часть 51 ==========


— Так ты же можешь мне не только языки, но и мозг, и кровь, и трупный яд, и кучу чего еще с них добыть! — похоже, мои горящие глаза несколько устрашили ведьмака.

— Могу, — подтвердил он, хмурясь. — Тебе это действительно все нужно?

— Нужно, — кивнула я, отходя от прилавка. — Я не знаю почему, но части тел утопцев в большом дефиците. Не то чтобы они были так уж часто нужны, но когда нужны, заменить их нечем, а найти проблематично. И я бы еще поняла, если бы какие-нибудь когти королевской виверны приходилось так тщательно искать и так много за них платить, редкая птица! Но утопцы, судя по статистике, чуть ли не в каждом водоеме водятся, а даже вон за языки какие цены ломят.

— Я думаю, это связано с тем, что от воды они далеко не отходят и потому их редко кто убивает достаточно далеко на берегу, чтобы потом было что потрошить, а из воды вылавливать их туши никто не будет, — предположил Эскель.

— Помнится, тогда они далеко повылазили, — задумчиво протянула я, вспоминая свой единственный контакт с этими чудовищами.

— Еще бы! Ты так громко кричала и ругалась, что они не смогли себе отказать в удовольствии тобой подзакусить, — с совершенно серьезным лицом сообщил ведьмак.

— Зато хороший способ выманить! — заметила я, на самом деле слегка смутившись от воспоминаний.

Я бы может так и гуляла бы до самой ночи по ярмарке, но на закате торговый день подошел к концу, ряды пустели, продавцы закрывали свои лавочки, так что пора было и нам сворачивать свою деятельность.

— Ну что ж, почти все, что нужно, купила. Не нашла кое-какую травку, надо будет Трисс озадачить, и части тел утопцев остались за тобой, — подвела я итог, когда мы шагали обратно к лесу, из которого было удобно незаметно открыть портал. — Можно отправляться обратно.

Прогулка хоть и была долгой, и ноги уже, признаться, гудели, но возвращаться в Каэр Морхен не хотелось. Я даже задумалась почему. Сам замок мне очень даже нравился, как и все, что меня там ожидало. Кажется, просто хотелось подольше побыть с Эскелем наедине за пределами моей комнаты и без неусыпного контроля Йеннифер и Ламберта.

— Не хочешь сначала где-нибудь поесть? — неожиданно прервал мои размышления Эскель.

«Ему тоже не хочется возвращаться?» — я перевела на него удивленный взгляд.

— Тут есть пара корчм, в которых можно поужинать, — добавил ведьмак.

«Дура, тебя на ужин приглашают! Хватит молчать!» — обругала я сама себя.

— В Оксенфурте, — ответила я на первым заданный вопрос. — Филь говорила, что ночью там особая атмосфера, а я была там только днем.

Эскель усмехнулся.

— Кажется, надо поскорее привыкать, что ты чародейка, и можешь перемещаться по всему континенту.

— К хорошему быстро привыкаешь, — пожала я плечами. — Это вот отбери у меня сейчас силу, и начнется ад! Так что? Как насчет Оксенфурта?

— Пойдем, — согласился ведьмак. — Только со всем этим неудобно будет, — он приподнял корзину, почти доверху забитую покупками.

— Все это я сейчас в кладовку отправлю в лабораторию, — пообещала я освободить руки. — Надо еще Йен сообщить, чтобы она не думала, что я пропала без вести.

Выудив из пространственного мешка записную книжку и ручку, я быстро написала записку для наставницы, вырвала листок и, сложив, водрузила его на стол Йеннифер в ее комнате. После этого сняла свою сумку с плеча и так же переправив ее через пространство, положила на стол в лаборатории, после чего проделала то же самое с корзиной, забранной из рук ведьмака.

— Завтра разберу, — сама себе наметила план я, возвращаясь в реальность.

— Ловко у тебя получается, — отметил Эскель.

— Столько времени тренировалась, безвылазно сидя на Скеллиге! — усмехнулась я и взмахом руки открыла портал. — Оксенфурт! — назвала я конечные координаты.

Сумерки уже почти кончились, когда мы с Эскелем вышли из-за поворота узенького переулка на одну из главных улиц города. Несмотря на поздний час, здесь и в самом деле было шумно и людно. Побывав здесь днем, я удивлялась огромному количеству разнообразных лавочек и мастерских, куче молодых людей, громкой музыке и веселому гомону, раздающемуся со всех сторон. Сейчас же, почти ночью, город, казалось, стал еще более шумным и разгульным. Огни и музыка лились буквально отовсюду, вместе с шумом подвыпивших компаний и разнообразными, но отнюдь не всегда приятными, запахами. Было ощущение, что тут проходит какой-то средневековый карнавал, но по заверениям Филь, Оксенфурт был такой всегда.

— Вот уж и правда удивительный город! — с интересом вертя головой, воскликнула я.

В темноте он выглядел не так, как днем. Множество зажженных огней не только освещали, но будто согревали город своим теплым светом, а повсеместное ликование и застолье только усиливали эффект праздничной атмосферы.

— Большая часть его населения студенты, — напомнил Эскель. — Уж если какому городу и быть удивительным, так это Оксенфурту.

— Ночью он прекрасен, — все шире улыбаясь, сказала я.

От Оксенфурта я определенно была в восторге и днем, и ночью. Из-за своей шумности и людности, он больше всех других городов напоминал мне о доме.

— Куда ты хочешь пойти? — спросил ведьмак.

— Не знаю, — несколько растерянно ответила я. — Если у тебя есть идеи, веди, — предложила я ему.

Эскель хмыкнул и, кивнув, повел по узким, грохочущим, ярко освещенным улицам будто никогда не спящего города. Вскоре мы уже входили в довольно большой трактир с островерхой крышей, стоящий на пересечении улиц и завлекающий посетителей громкой веселой музыкой и аппетитными ароматами, доносившимися из него.

— А ты умеешь выбрать место, где вкусно кормят, — втягивая носом воздух, отметила я.

— Тут частенько подрабатывают и тренируются студенты кафедры Труверства и Поэзии, может, повезет попасть на выступление, — совершенно неожиданно сказал ведьмак. — Ну и кормят тут тоже неплохо!

Я удивленно посмотрела на мужчину, совершенно не ожидая такого критерия выбора увеселительного заведения.

— Надеюсь, места еще не все заняты, — добавил он, цепко осматривая заполненный народом зал.

Публика была достаточно разношерстной, однако ни откровенно бедных, ни слишком богатых я не заметила. Очевидно, трактир был ориентирован на средний кошелек и образование. Стол мы заняли почти последний, не самый близкий к импровизированной сцене, но дающий достаточно обзора. Нам повезло, на той самой сцене было довольно оживленно, шло приготовление к представлению. Так что мы успели вовремя и даже легко затерялись среди посетителей трактира.

— С ума сойти, настоящие средневековые поэты, — пробормотала я, разглядывая забавные костюмы, непривычные инструменты и слушая их переговоры.

— Еще пока не настоящие, только учатся, — заметил Эскель.

— Настоящие, — качнула я головой, не соглашаясь. — Просто еще не дипломированные.


========== Часть 52 ==========


Нам принесли большие деревянные кружки, до краев наполненные жидкостью. Эскель сразу же отпил из своей, в которой судя по пенке было пиво, а я несколько медлила, глядя на вино. Пить хотелось сильно, но не алкоголь и точно не в таких количествах. Не желая обижать делавшего заказ ведьмака, я решила отпить немного, а потом сходить и попросить чего-нибудь безалкогольного или на худой конец просто воды, если такого тут не водится. Однако к моему удивлению в кубке было не вино, а морс! Я с наслаждением быстро выпила сразу половину и только после этого взглянула на Эскеля. Оказывается, он все это время наблюдал за мной, так что встретившись с ним взглядом, я благодарно улыбнулась.

«Запомнил, что я не люблю алкоголь! Немногим моим друзьям и знакомым это так быстро далось», — с нежностью подумала я, и тут со сцены раздался первый переливчатый перебор струн.

Представление оказалось этаким спектаклем-мюзиклом. Молодые таланты разыгрывали незатейливую комедию, перемежая ее песнями и стихами, вероятно, собственного сочинения. Несмотря на простые действия и совсем уж примитивные декорации, явно сделанные на коленке за час до «спектакля», наблюдать за сценой было интересно, а местами и очень смешно. Больше я, правда, смеялась не над шутками, а над самими актерами, толком не отрепетировавшими сценарий и постоянно вынужденными импровизировать, попадая впросак. Впрочем, это только добавляло искренности и веселья и актерам, и зрителям. Так что я пила, ела, хлопала и смеялась вместе со всеми, с интересом следя за развитием событий на сцене, которые, похоже, уходили все дальше от первоначально задуманного сценария. А уж когда Эскель осторожно приобнял меня за плечи и прижал к своему боку, я и вовсе почувствовала, что больше мне ничего и не надо. Вот так сидеть в его объятиях, пить морс и смеяться, глядя на неумелую, но старательную игру молодых талантов.

Бесконечно, впрочем, представление длиться не могло, и вскоре будущие дипломированные трубадуры и поэты дружно поклонились всем составом, получили заслуженные рукоплескания и овации и удалилась. Их место заняли музыканты. Точнее дальний угол зала, а на месте бывшей сцены стали собираться люди, разгоряченные смешным зрелищем и еще не готовые спокойно расходиться по домам. Под заводные переливы скрипок, лютен и флейт взявших в места в карьер музыкантов, они весело отплясывали на дощатом полу трактира, продолжая смеяться и громко говорить. Я с вновь нахлынувшим интересом стала наблюдать за местными танцами, непроизвольно пристукивая ногой в такт музыке. При всем моем многостороннем образовании, о танцах этого мира, как о благородных, так и простонародных я ничего не знала.

— Да ничего сложного, вроде, скачут просто, — вслух пробормотала я, заметив простую закономерность движений.

— Что? — переспросил Эскель.

Я качнула головой. От идеи потанцевать пришлось отказаться. Веселье весельем, но конспирация прежде всего. Обычные чародейка и ведьмак вызвали легкий интерес у посетителей, который быстро сошел на нет с началом спектакля, и нужно было и дальше сливаться с обстановкой, а не привлекать внимание. Я залпом допила остатки второй кружки морса и уже хотела было предложить возвращаться домой, но меня опередили.

— О! Ведьмак! — около нашего столика внезапно вынырнул высоченный мордоворот с горящими глазами.

— Ну, — холодно отозвался Эскель и бровью не поведший, в отличие от удивившейся меня.

— Полсотни золотых хочешь? Айда в круге на кулаках! Выиграешь, будут твои! — подвыпившему типу явно казалось, что он сделал предложение, от которого невозможно отказаться.

Я нахмурилась. Похоже, не все посетители решили растратить свою все еще бурлившую после веселого представления энергию в танцах, были и те, у кого зачесались кулаки.

— Нет, — в прежней манере ответил ему Эскель.

Мордоворот аж глаза округлил, настолько не ожидал отказа от своего «потрясающего» предложения.

— Ты че! — набычился он. — Так не делается.

— Пойдем, — шепнула я Эскелю, поднимаясь и вылезая с другой стороны стола, чтобы обойти мордоворота.

— О! У тебя и дама есть! — разглядел меня любитель подраться. — Покажи ей, на что ты способен! Заодно на подарок выиграешь, если сможешь.

— Нет, — повторил Эскель и двинулся за мной.

Мордоворот, к сожалению, был не настолько пьян, чтобы не сообразить, что добыча уплывает и дернулся следом. Так что я резко развернулась к нему и приготовила усыпляющее заклинание.

— Дама против! — постаралась как можно капризнее сообщить я. — Дама смотрела представление и ужасно веселилась, смеялась и чуть живот не надорвала. Все эти поэтические вирши и музыкальные куплеты столь упоительны и ярки, душа моя ликует и поет в атмосфере… Так что дама устала и хочет домой! — резко свернула я свою речь, увидев уже остекленевший взгляд подвыпившего типа и с трудом сдержав смех.

Взяв Эскеля за руку, я потянула его за собой, так что мы чуть ли не бегом покинули гостеприимные стены трактира, дабы избежать бессмысленного конфликта с аборигеном. Уже на улице я рассмеялась и, сменив роль с ведущей на ведомую, поспешила подальше от трактира за смеющимся ведьмаком.

— Так сбегать я еще не пробовал! — признался Эскель. — Чем это ты его?

— Ничем, — хохотнула я. — Я хотела усыпить исподтишка, а он так речью впечатлился, что не понадобилось.

Ведьмак усмехнулся.

Отойдя подальше, мы перестали торопиться и неспешным шагом двинулись по шумным улицам веселящегося города.

— Это было здорово! Спасибо за прекрасный вечер, — поблагодарила я. Заметив, что до сих пор держу ведьмака за руку, еще и переплела наши пальцы.

Эскель едва заметно улыбнулся.

— Когда бываю проездом в Оксенфурте, всегда стараюсь попасть в этот трактир, — рассказал он, и я почувствовала, что он крепче сжал мою руку. — Смотреть на выступления молодых дарований намного смешнее, чем на уже матерых артистов.

— Да, они безумно забавные, — согласилась я, помимо воли снова улыбаясь от воспоминаний о спектакле.

Попетляв по улицам, мы неожиданно для меня вышли на набережную. Здесь огней и шума было меньше, основные гулянья проходили в порту, от которого мы были довольно далеко. Было так спокойно и хорошо просто идти по ночной улице рядом с Эскелем, правда, осенний ветерок начинал потихоньку пробирать.

— Пора возвращаться, — сказала я, но не спешила создавать портал.

— Угу, — согласился ведьмак, но даже шага не замедлил.

Так в молчании мы дошли до какого-то моста, по которому мне захотелось пройти, чтобы охватить взглядом всю набережную. Остановившись где-то ближе к его концу, я обернулась. Факелы, горящие окна, свет луны и ни единого светящегося рекламного щита. Только обыкновенные небольшие вывески закрытых на ночь лавочек. Островерхие крыши домов, каменные стены, булыжная мостовая — весь этот город, весь мир был совсем не похож на тот, где я выросла, но он обладал своим средневековым шармом и даже несмотря на свою жестокость, нравился мне. Может, это было глупо, а может, сказывались годы, проведенные тут, но я уже не чувствовала себя здесь чужой. Впрочем, и своей пока тоже.


========== Часть 53 ==========


— Филь была права, стоило увидеть Оксенфурт ночью, — с упоением рассматривая ночной город, сказала я.

Даже ночная прохлада, забирающаяся под куртку, не смогла отвлечь меня от открывшегося вида, только заставила обхватить себя руками. Эскель шагнул ближе ко мне, и почти сразу я почувствовала, что он обнял меня со спины, делясь своим теплом. Мои губы сами собой расплылись в улыбке. Я чуть наклонила голову, прижимаясь виском к его подбородку и теперь с еще большим наслаждением глядя на набережную. Идиллию прервал неожиданный грубый смех, раздавшийся за нашими спинами:

— Аха-ха, голубки! Ну-ка идите-ка сюда!

Я чуть вздрогнула и развернулась на голос. Эскель повернулся вместе со мной, продолжая одной рукой обнимать меня. На нас с противоположного берега смотрели четыре человека явно криминальной наружности. Уверенность с их лиц, правда, очень быстро сползла, сменившись страхом, а в руках заблестело оружие.

— Уходим, это ведьмак, — уже отнюдь не так громко, как раньше, скомандовал их запевала, и вся четверка быстро растворилась в темноте ближайшей подворотни.

— Хм, — только и сказал Эскель, похоже удивленный таким простым решением проблемы.

Я развернулась лицом к нему и с тихим смехом подняла взгляд. Глаза ведьмака ярко горели желтым светом, что вкупе с выражением лица точно должно было хорошенько припугнуть несостоявшихся грабителей. Действительно, если знать, кто такие ведьмаки, уже ни с кем не перепутать.

— И чего испугались? Такой красавчик! — хихикнув, я чуть приподнялась на носочках и чмокнула Эскеля в щеку, окончательно стирая угрожающее выражение с его лица.

Я успела заметить мелькнувшую шальную улыбку, после чего меня снова обхватили руками и, стиснув, с жаром поцеловали. Я с трепетом ответила на поцелуй, запуская озябшие руки под куртку ведьмака и скользя ими по его груди. Тепло и нега окутали меня с головой, так что я даже чуть не позабыла, что мы все еще стояли посреди моста.

— Надо возвращаться, — со вздохом напомнила я, когда мы оторвались друг от друга. — А то Йен мне что-нибудь нехорошее наколдует.

Мы быстро добрались до ближайшего неприметного переулка, и я открыла портал в большой зал Каэр Морхена. Пара мгновений и Оксенфурт остался в прошлом.

— Ну наконец-то! — недовольный голос наставницы был первым, что я услышала, едва ступила на каменные плиты пола. — Я уж думала, и на ночь не появишься!

— Лучшая в этом мире кровать стоит у меня в комнате, глупо было бы ночевать в другом месте, — обернулась я к Йеннифер с широкой улыбкой и зашагала в ее сторону. — Зато, представляешь, я нашла гиацаль первоцветный! Буквально последний успела купить, — тут же перевела я разговор на тему редких травок, которые мне сегодня посчастливилось добыть.

Йен с Геральтом сидела с одной стороны стола, а Трисс с Ламбертом напротив них и максимально далеко друг от друга. Стоящие напротив каждого кружки выдавали их занятие на этот вечер. Я подошла с торца.

— До ночи за ним охотилась? — не так-то просто переключалась Йен.

— Нет конечно, ярмарку давно свернули. Я тебе писала, — невозмутимо пожала я плечами и еще раз перевела тему. — А вы как сходили?

— Безрезультатно, — недовольно пожала губы Йен.

— Ничего не нашли? — уточнила я.

— Защита оказалась не такой простой. Придется наведаться туда снова.

— Я могу попробовать помочь? — посерьезнела я.

— Нет, — снова категорично отказалась Йен.

Я пожала плечами. Нет, так нет. Хотя хотелось попробовать свои силы, но я повернулась к Трисс.

— Я так и не нашла темиролистник. Поищешь ты? — спросила я у нее. — Не то чтобы он мне был очень нужен, но хотелось бы иметь запас.

— Конечно, — кивнула чародейка.

— Раз уж ты наконец вернулась, я пойду спать, — поднялась со своего места Йен. — Попытки пробить защиту отняли много сил.

— Спокойной ночи, — пожелала я, чуть посторонившись.

С одной стороны, эта почти слежка была не очень приятной, а с другой — хоть кто-то в этом мире волнуется обо мне! Пропустив Йен, я заняла ее место за столом и обратилась к Трисс, сидящей напротив. — Как мазь? В последние пару часов ничего примечательного не проявилось?

— Ничего! — радостно улыбнулась чародейка. — Идеальная кожа.

Ламберт все это время подозрительно флегматично пивший из бутылки, бросил на нее презрительный взгляд.

— Ты уже обработала всю поверхность препаратом? — спросила я, хоть и так была уверена в этом.

Эскель в это время сдвинул Геральта ближе к краю лавки, а сам сел рядом со мной.

— Да! — подтвердила Трисс.

— Я тут весь вечер гадаю, за каким чертом тебя понесло на ночь глядя в лес, а ты и не в лесу был! — хлопнул Эскеля по плечу Геральт.

— В лесу я тоже был, — невозмутимо подтвердил Эскель. — Правда, не в Каэр Морхенском.

— И как? Никаких проявлений аллергии или побочных эффектов? — спросила я у Трисс.

— Даже положительных, — вздохнула Трисс. — Час назад проверяла.

— Положительных ты слишком быстро хочешь, — усмехнулась я. — Ложись спать, быстрее время пролетит!

— Спросил бы у меня, я б тебе сразу сказал, что он с нашим отпрыском Старшей крови развлекается, — подал голос Ламберт.

Я сделала вид, что не услышала этого.

— Рано пока еще спать, — пожала плечами чародейка.

Я чуть вскинула брови, удивляясь. Нет, мы с Эскелем, конечно, вернулись не слишком поздно, но все-таки спать уже вполне можно было ложиться, если никаких других дел не имелось. Ну или как минимум прилечь отдохнуть, почитать перед сном.

— Ты-то откуда знаешь? — фыркнул Геральт.

— Да даже если бы не знал, от него реданским лагером разит за милю! — воскликнул Ламберт. — Нет чтобы другу бутылочку захватить!

— Да тебе не приносить спиртное надо, а начинать прятать его от тебя, — довольно добродушно ответил ему Эскель.

— О! Посмотри-ка, еще один учитель нашелся, — уже слегка заплетающимся языком провозгласил злоупотребляющий выпивкой ведьмак, потрясая бутылкой. — Давай, встань еще вон там и укоризненно лекцию мне прочти о вреде пьянства!

— Делать мне больше нечего, — отмахнулся от него Эскель. — Пей дальше, станешь первым в истории спившимся ведьмаком.

— А тебе-то какое дело? — ощерился Ламберт. — У тебя ж теперь есть с кем по вечерам шляться, да ночи проводить.

— А я, пожалуй, пойду отдыхать, — коротко выдохнув, тихо сказала я Трисс, поднимаясь. Портить прекрасный вечер выслушиванием пьяных бредней Ламберта у меня никакого желания не было. — Спокойной ночи, — чуть громче сказала я, коснулась плеча Эскеля, чтобы встретиться с ним взглядом, и вышла из-за стола.

Каблуки звонко застучали по каменному полу.


========== Часть 54 ==========


— Ламберт в последнее время стал совсем невыносим, — нагнал меня уже на лестнице ведьмак.

— Алкоголики всегда такие, — печально изрекла я, вспоминая и не просыхавшего отца лучшей школьной подружки, валявшегося по вечерам у подъезда не в силах подняться, и вечно пьяного соседа, из квартиры которого чуть ли не каждый вечер доносились крики и ругань, и папиного друга, постоянно приползавшего к нам опохмеляться, после которого квартиру приходилось тщательно проветривать. Мой отец, к счастью, этой пагубной зависимостью не страдал, но зато он занимался экспериментальным виноделием, как он сам это называл, и поэтому у него всегда было что выпить, чем его друг и пользовался. Глядя на все это у меня еще в детстве сформировалось негативное и даже брезгливое отношение алкоголю, не распространявшееся только на папины вина, и более-менее сгладившееся уже после окончания университета под влиянием бывшего мужа.

Мы вошли в комнату, где я наконец-то сняла куртку, скинула доставшие меня за день ботинки и рухнула на диван.

— Блаженство, — вытянув ноги, почти простонала я.

Эскель тоже снял куртку и присел рядом со мной на диван точно так же как утром. Я сладко потянулась и, приподнявшись, уселась по-турецки, привалившись боком к спинке дивана. Прислонив еще и голову и не спеша предпринимать какие-то иные действия, я просто смотрела на самого удивительного мужчину в моей жизни, а губы сами собой расплывались в улыбке. Я не знала, в чем истинный смысл нашего предназначения, но была благодарна судьбе уже только за то, что она свела меня с ним. Он не только не дал мне сгинуть в этом мире, он наполнил мои дни обыкновенным человеческим теплом, напомнил, что я не только сильная чародейка, но и человек, заставил сердце биться чаще и подарил надежду на что-то больше. Может быть, в этот раз отношения не зайдут в тупик взаимного разочарования…

Ведьмак смотрел на меня, и на его лице медленно проступала ответная улыбка. Не сдержанная или кривая, какую я обычно наблюдала, а настоящая, широкая и даже чуточку смущенная. Я неожиданно снова поймала его тот самый взгляд, который тогда шесть лет назад на поляне так резко перевернул все мое отношение к нему. Нежность и тепло снова завораживали меня, наполняя душу волнующим трепетом и каким-то новым щемящим чувством.

— Что? — спросил Эскель, не выдержав моего молчаливого взгляда.

Я не знала, что ему ответить. Я сама себя еще не до конца понимала, так что лишь покачала головой.

«Кто он мне и как много для меня значит? — задалась я вопросом, но ответа не находила. — Что ж, надеюсь, что по крайней мере удалось показать ему, что мне нужен он сам, а не секс по указке Йен».

— Ну вот я и с Трисс рассчиталась, — сказала я первое, что пришло на ум, чтобы просто не молчать. — Еще одним долгом меньше.

— Ты сегодня всем долги раздаешь? — приподняв бровь, поинтересовался Эскель.

— Просто совпало, — усмехнулась я.

— А кому ты все еще должна? — странно выделив последнее слово, спросил ведьмак.

— Йен и Рите.

— Рита?

— Маргарита Ло-Антиль, ректор Аретузы, — полностью назвала я имя и должность чародейки.

— Ректор? Ты же училась у Йен. Чем ты ей обязана? — удивился мужчина, откинувшись на спинку и оказавшись еще ближе ко мне.

— Тем же, чем и другим, — пожала я плечами, с удовольствием глядя в его ставшие уже привычными глаза с вертикальным зрачком. — Пять чародеек отдали по году своей жизни, чтобы создать мне щит, пока я обучалась. Вот за каждый год я и расплачиваюсь.

— Йеннифер, Трисс, Маргарита, Кейра и Филиппа? — уточнил Эскель. Он, похоже, легко вычислил из моих разговоров имена всех участвовавших в создании щита чародеек, так что мне оставалось лишь кивнуть. — И что ты им должна?

— Кейре я переписала лекции по эпидемиологии из моего мира, — начала перечислять я, загибая пальцы. — Филь восстановила глаза. Для Трисс создала мазь, сводящую шрамы. Остались Маргарита и Йеннифер, — вздохнула я. — Рита хочет, чтобы я восстановила сожженную дотла библиотеку школы магии. Для Йен я должна найти Цири. Пока ни то, ни другое я понятия не имею, как сделать.

— Восстановила глаза? — обычно скупой на проявление эмоций ведьмак был поражен.

— Да, помимо реставрации мебели и зданий, я смогла воспользоваться своей силой для регенерации живых тканей, — подтвердила я и поспешила добавить, — но это оказалось очень плохой идеей.

— Для Филиппы? — уточнил Эскель.

— Для всех! По законам магии времени нельзя пересекаться со своей копией из других временных течений, иначе начинается разрушение тканей. Проще говоря, столкнешься с самим собой из будущего или прошлого — умрешь. Это самое разрушение и начинается при попытке восстановить утерянную часть тела с помощью прошлого образа. Глаза Филиппы удалось воссоздать без последствий ценой невероятной удачи и титанических усилий трех чародеек. Тогда после операции у меня случился первый магический выброс. Я заморозила всю лабораторию, и Йен с Трисс пришлось экстренно эвакуировать нас всех оттуда, а лабораторию запечатывать, чтобы холод не распространялся, — кратко пересказала я.

— Ого, — впечатлился Эскель.

— Так что способ, конечно, рабочий, но шанс на благополучный исход крайне невелик, и я бы не рискнула повторять подобное снова, — подвела я итог. — Однако я все-таки нашла безопасный вариант использования магии времени на людях!

— Какой? — заинтересовался ведьмак.

— Заключила часть своей магии в мазь для Трисс. В такой концентрации и с кучей других компонентов она безвредна, зато эффективно устранила старые шрамы, полученные ей в Содденской битве, — укоротила я рассказ о своей долгой и кропотливой работе над препаратом.

— Так вот в чем уникальность этой мази, — понимающе проговорил Эскель.

— Увы, если рана зажила вкривь и вкось, потом даже магия бессильна. У Трисс аллергия на эликсиры, а другого лечения оказалось недостаточно, потому шрамы и остались. Точнее, завтра их уже не будет, — закончила я на позитивной ноте.

Эскель неожиданно сел ровно и даже чуть отодвинулся от меня.

— А на меня эта мазь подействует? — спросил он.

— Должна, — не очень уверенно ответила я, удивленно моргнув пару раз, а потом едва удержалась, чтобы не хлопнуть себя по лбу. Я настолько привыкла к нему, что совершенно позабыла о его собственных шрамах, а точнее самом главном, всегда находящимся у меня на виду, но уже не замечаемом мной. — Только она слабенькая. В том смысле, что набело она убирает только мелкие шрамы, такие как у Трисс после мощного лечения всеми возможными средствами. С глубокими такого феноменального эффекта не будет. Мы проверяли на добровольцах в лечебнице. Эффект, конечно, потрясающий, но следы остаются все равно, — затараторила я и тут же озарилась новой мыслью. — Хотя по идее можно побольше магии добавить, раз есть необходимость. У тебя-то аллергии нет! — я тоже отлипла от спинки дивана, загоревшись новой идеей. — Стоп, но она рассчитана на людей, а ты ведьмак. И с магией у тебя другие отношения. Да плюс еще и регенерация своя выше человеческой. О-о-о да, это все заново пересчитывать придется, чтобы подогнать под тебя. Иди сюда поближе, я посмотрю, что этот шрам вообще из себя представляет, — поманила я Эскеля к себе, возжелав немедленно проверить несколько мыслей, уже возникших у меня в голове.


========== Часть 55 ==========


Ведьмак, кажется, слегка оторопевший от моих резких переходов, пару секунд не двигался, но потом все-таки придвинулся ко мне и чуть наклонился. По его непроницаемому лицу было не понять, о чем он думает. Так что я не теряя ни секунды, коснулась его изуродованной шрамом щеки и провела подушечкой пальца вдоль одной из борозд шрама, впервые с самой что ни на есть научной целью, а не удовольствия ради. Выжав из диагностического заклинания все, что можно, прикрыла глаза, потянулась к магии времени, и, не ощутив даже сколь-нибудь маленького негативного эффекта, оставшегося от выброса, углубилась в образы прошлого. С тех пор, как Эскель получил свое увечье, утекло уже немало лет, так что тянуться пришлось далеко. А я все недоумевала, почему сама не предложила ему попробовать мазь? И тут же сама себе отвечала. Да потому, что меня его шрамы как на лице, так и на других частях тела совершенно не смущали, я о них вовсе не думала, не то, что искать способ свести. Но задача, в самом деле, интересная! Да к тому же, если Эскель сам об этом заговорил.

***

Нехотя покинув ослабленную чародейку, ведьмак занялся запланированными делами, совершенно не ожидая увидеть ее снова так скоро, да еще и с таким внезапным предложением-приглашением. Отказываться он и не подумал, лишь уточнил, уверена ли она в своих силах, да мысленно отодвинул оставшиеся дела на завтра. Не убегут эти дрова и балки никуда, а шанс провести время с Брин выпадал не каждый день. Не то, чтобы Эскель не брал в расчет их совместные ночи, но если судить по ним, то он с чародейкой действительно только сексом и занимался. А ведьмак после «похвалы» Йен, очень четко осознал, что роль кавалера на ночь его не прельщала.

«Не так давно меня бы вполне устроил и такой вариант, — мысленно усмехнулся Эскель. — Что поменялось? — в памяти всплывала улыбка Брин, ее сияющий взгляд, направленный на него и вся она, спящая в его объятьях. — Влюбился… Как последний идиот! И что теперь с этим делать?»

Но иных мыслей, кроме как идти с ней и доказать ей, что с ним можно не только в постели время проводить, не было. Так что в портал вслед за ней шагнул без комментариев, хоть и прошлые взаимодействия с магическим способом перемещения оставили у него крайне негативные впечатления, помимо их опасности. Впрочем, место и цель их прибытия быстро вытеснили все мысли о порталах из головы ведьмака. Девушка не переставала его удивлять. Кто бы мог подумать, стабильным заработком для чародейки станет рудник?! Но кажется, сила и необычность ее магии позволяла сделать и не такое.

А вот оброненная ей фраза о том, что в этом мире у нее нет ни одной родной души, неожиданно взволновала Эскеля. Ведьмаку хотелось возразить, но слова так и остались не высказанными. «Родная душа» звучало слишком громко и слишком лично. Мог ли он стать ей родной душой? Кто он вообще? Предназначение? Навязанный жених? Что он, в самом деле, мог предложить могущественной чародейке с собственным рудником? Дружбу? Он не мог дружить с той, которую хотелось видеть своей. Поддержку, как говорил Весемир? У нее есть Йеннифер и Трисс, одна из которых чуть ли не могущественнейшая чародейка континента, а вторая помимо выдающегося дара, советница короля Танкреда, а он лишь просто ведьмак. Оставался только секс. Но это мог ей дать любой другой мужчина, к тому же более приятной наружности…

Особо углубиться в размышления у него, правда, не вышло. Две тысячи крон, упакованные в красивые замшевые мешочки, вырвали его из собственных мыслей. Когда же он понял, что они означают, настроение его и вовсе испортилось. Конечно, он помнил, как сказал чуть ли не первое, что пришло ему в голову, чтобы только девушка перестала говорить об оплате. Никакого вознаграждения он брать не собирался и не раз говорил ей, что помог не ради него. А уж после всего того, что между ними произошло теперь, принимать деньги в качестве оплаты было вообще противоестественно. Но Брин была настроена решительно, и за свои сдуру брошенные слова ему пришлось отвечать, в том числе неприятным чувством неловкости, стеснившим грудь. Последовавшие вслед за этим слова об очередном выплаченном долге, заставили ведьмака даже испугаться, что девушка сейчас заведет разговор еще и о своей клятве, но, к счастью, этого не произошло, и у ведьмака отлегло от сердца.

Новый портал отвлек Эскеля от мрачных дум, а неожиданные подробности об учебе Брин и вовсе увели его мысли совсем в другое русло. Разговор об обучении и дальнейшая прогулка по ярмарке напомнили ведьмаку то время, когда он вез девушку в КаэрМорхен. Он вдруг отметил, что Брин почти не изменилась за прошедшие для нее шесть лет. Да, знаний в ее голове стало намного больше, и она не спрашивала обо всем на свете, что попадалось им на пути, (чему он, признаться был рад, чтение лекции об окружающем было определенно не его призвание), но она осталась все такой же улыбчивой и любознательной, легкой в общении, веселой и искренней. По крайней мере, сколько подозрительная ведьмачья натура не пыталась отыскать в ее поведении фальши и наигранности, ничего не получалось. Так что он лишь четче осознавал свою ошибку в том, что принял слова Йеннифер за чистую монету. С другой стороны он прекрасно понимал, почему так легко поверил. Слова язвительной чародейки вторили его собственным мыслям. А в них на вопрос «Чем он заслужил расположение Брин?» вразумительного ответа не было, и пытливый ум продолжал искать объяснения такому приятному вниманию со стороны девушки.

Поход по ярмарке впрочем, окончился быстрее, чем Эскель хотел бы. Несмотря на кучи покупкок, ему слишком нравилось просто гулять с Брин, чтобы возвращаться обратно в замок так скоро. Искоса бросив взгляд на задумчивую девушку, Эскель рискнул предложить задержаться на ужин. И даже вроде бы сделав однозначные выводы о ее симпатии к нему, мужчина все равно опасался, что она могла отказаться продолжить прогулку с ним. Но Брин согласилась, хоть и снова огорошила сменой дислокации непривыкшего к общению с чародейками, ведьмака. Впрочем, Оксенфурт был даже предпочтительнее для вечернего досуга. В качестве здешних таверн Эскель сомневался, а вот в Оксенфурте знал пару интересных мест, где не только еда, но и развлечения были весьма недурны.

Надежды, возлагаемые на излюбленный трактир, не входящий в самые популярные места города, но этим тоже только выигрывавший, по мнению ведьмака, оправдались полностью. Они и пришли к представлению, и места успели занять не самые плохие, и Брин определенно понравился его выбор. Она искренне веселилась, смеясь над пока еще неумелым, но зажигательным представлением студентов академии, а еще во время спектакля ее можно было приобнять и прижать к себе, что не могло не радовать ведьмака. Конец, правда, у культурно-развлекательного мероприятия оказался предсказуемым. Не то, чтобы Эскель шагу не мог ступить, чтобы не привлечь к себе внимание, напротив, он вполне мог перемещаться совершенно незаметно, но такие вот инциденты, когда он не скрывался, были для него не редкостью.

Способ в прямом смысле сбегания от подгулявших посетителей трактира, ведьмака сильно позабавил, а неподдельная благодарность Брин за проведенный вечер подняла настроение до небывалых высот. Он был доволен, что смог порадовать девушку, и что их интересы к молодым талантам совпали. Когда же девушка, вместо того, чтобы выпустить его руку, неожиданно переплела свои пальцы с его, он и вовсе почувствовал, что категорически не хочет, чтобы прогулка заканчивалась.


========== Часть 56 ==========


С Брин он чуть ли не каждый день открывал для себя что-то особенное, чего раньше с ним обычно не случалось. Сегодня, например, ночная прогулка с чудесной спутницей по набережной, куда он неосознанно привел чародейку. Она с удовольствием смотрела на город и определенно тоже не спешила возвращаться, наслаждаясь ночным Оксенфуром и, ему хотелось верить, его обществом. Обнять ее на мосту, совершенно не мерзнущую от наколдованного снега, но продрогшую на еще не слишком холодном осеннем ветерке, было чертовски приятно и стало еще приятнее, когда она сама прижалась к нему. Но чудесный момент, которых в жизни ведьмака было и так немного, конечно же, должны были прервать. Ощутив как Брин у него в руках вздрогнула, к посмевшим помешать им типам, Эскель обернулся с, видимо, совсем уж озверевшим лицом. Гаденькие ухмылочки с их лиц как ветром сдуло, а через полминуты и самих незадачливых грабителей след простыл. Простота и скорость, с которой их оставили в покое, даже чуть удивили ведьмака. Он думал, что придется, как минимум обнажить меч. Но по-настоящему изумила его реакция Брин. Ее улыбка, ее слова, ее поцелуй привели ведьмака в замешательство, но губы уже сами собой расплылись в широкой довольной улыбке, а руки сграбастали эту удивительную, ни на кого не походящую девушку и потянули ее к себе. Поддавшись порыву, Эскель накрыл ее губы поцелуем и почувствовал ее волнительный ответ и прохладные ладони сквозь рубашку.

«Вот уж действительно ей нравится то, что других пугает!» — чувствуя себя непривычно счастливым, подумал Эскель, ступая в портал, ведущий обратно в ведьмачью крепость.

Свое радужное настроение ведьмак, впрочем, поспешил запрятать поглубже, едва услышал голос не жалуемой им Йеннифер. Брин отправилась к своей наставнице, и Эскелю ничего не оставалось, как последовать за ней, хотя он надеялся сразу же отправиться к чародейке в комнату, чтобы продолжить с того момента, на котором они остановились на мосту. У Брин же явно были другие планы, так как поговорив с Йеннифер и пожелав той спокойной ночи, она присела за стол и завела разговор с другой чародейкой. Поняв, что планам его если и суждено сбыться, то не сразу, ведьмак сел рядом с ней и тут же ощутил дружеский тычок от собрата. Будь здесь только Геральт и Трисс он бы, может, поделился какими-то подробностями своего дня, но в обществе Ламберта говорить что-то было себе дороже. Так что он лишь еще поглубже запрятал свое хорошее настроение и постарался выглядеть как всегда невозмутимо. Впрочем, умалчивание особенно от приставучести пьяного, но все еще наблюдательного ведьмака не спасало. Несдержанность Ламберта на язык и Брин вынудила поскорее закончить свой разговор с Трисс и направиться в комнату. Сказав на прощанье Ламберту пару ласковых, но не очень цензурных слов, Эскель поспешил за своей чародейкой, предвкушая еще одну совместную ночь.

Соблазнительно улегшаяся на диване Брин, так и манила ведьмака накинуться на нее с поцелуями, но он все-таки сначала просто опустился рядом с ней на диван. А она вдруг, приподнявшись, села и молча заглянула ему в глаза, сбив настрой и даже чуть смутив его одной из самых восхитительных своих улыбок. Почувствовав почти непреодолимое желание творить и говорить глупости, Эскель поспешил сам прервать это слишком говорящее молчание. Девушка в ответ лишь покачала головой и завела разговор о Трисс и своем долге.

Желая отвлечь себя от ненужных мыслей, ведьмак поддержал разговор, а вскоре и в самом деле увлекся им. Подробности жизни и способности чародейки оказались поразительными, а ее рассказ об особенностях мази для Трисс всколыхнул мысли мужчины. Однако он довольно долго колебался, слушая Брин. «Мазь убирающая шрамы» — звучало очень заманчиво, особенно в сочетании с уникальной магией Старшей крови, но спросить о себе, значило бы лишний раз напомнить о шраме. Не то, чтобы он допускал мысль, что глядя на него, кто-то мог о нем позабыть, но вот расспросов хотелось бы избежать. Он не хотел ни врать, ни скрывать от Брин историю обретения этого шрама-напоминания, он просто не знал как рассказать ей о своем ребенке-неожиданности, чтобы она поняла его правильно, да и вообще не был готов говорить об этом со своим предназначением. Но жажда испытать на себе чудодейственный эффект, все-таки взяла верх над опасениями.

Брин однако снова его огорошила своей реакцией. Вместо ожидаемых, но нежеланных расспросов, она внезапно оживилась, будто он подал ей чудесную идею, и стала быстро размышлять вслух о необходимых изменениях в мази, чтобы подогнать ее лично под него. Более того, чародейка выразила желание немедленно углубиться в изучение вопроса и подозвала его поближе. Все еще находясь под впечатлением от ее резкой перемены, ведьмак отреагировал на ее просьбу несколько заторможено. Окончательно вернуться в реальность ему помог амулет, завибрировавший от магии. Брин еле ощутимо провела по рубцам подушечками пальцев и прикрыла глаза, очевидно сосредотачиваясь на колдовстве. Эскель же наоборот смотрел на нее во все глаза, любовался ее расслабленным и даже одухотворенным лицом, то и дело останавливая взгляд на все еще чуть более красных, чем обычно губах, и ждал ее вердикта.

— Повреждения были весьма значительные, — открыв глаза и опустив руку, заговорила Брин, но скорее сама с собой. — Заживлены были сильной магией, но даже ее не хватило, чтобы вернуть все, как было. Остались сильные дефекты. Получится ли исправить…

— Не подействует? — постарался сдержать свое разочарование и спросить ровно Эскель.

— Не знаю, — будто только вспомнив о существовании ведьмака, чародейка перевела на него взгляд. — Надо попробовать!

Выхватив из воздуха знакомую книжку с ручкой, Брин быстро открыла ее на чистой странице и застрочила. Эскель наблюдал, как строчка за строчкой появляются какие-то наполовину понятные ему слова и кучи цифр. Время от времени, девушка вскидывала голову, пристально смотрела на шрам или даже что-то снова чаровала, проводя рукой перед лицом ведьмака, и продолжала вносить заметки.

— Угу, — промычала она, закусив конец своей чудо-ручки. — Теперь надо понять, сколько нужно вложить магии, — она отложила книжку и снова повернулась в Эскелю, на сей раз взглянув ему в глаза. — Я исходила из сопротивляемости людей к магии, точнее даже конкретно Трисс вместе с ее аллергией. У ведьмаков восприимчивость другая. Мне нужно измерить.

— Что я должен сделать? — уточнил мужчина.

— Потерпеть пока я над тобой поколдую, — улыбнулась Брин. — Мм… да пусть будут сонные чары! Я сейчас буду тебя усыплять, постепенно наращивая силу воздействия. Просто не сопротивляйся, ладно?

— Хорошо, — согласился Эскель, но внутренне все-таки напрягся.

Нет, Брин он доверял, да и она уже только что магически рассматривала шрам, но одно дело следить за магией, которая никак не чувствуется, и совсем другое не сопротивляться, когда эффект будет вполне ощутим. Реакция на такое была чем-то сродни рефлексу, который ведьмаку, тем не менее, пришлось подавить усилием воли, позволяя чародейке накладывать на него чары. Поначалу ничего, кроме легкой вибрации амулета, не происходило, Брин просто смотрела на него, слегка улыбаясь, но постепенно ведьмак почувствовал сначала какое-то неопределенное ощущение, которое медленно сформировалось в сонливость. Интуитивно воспротивившись навязанному сну, он напомнил себе, что его просили не сопротивляться, и постарался, как мог, отрешиться от неприятного, все усиливающегося ощущения. Для лучшего средоточия он зажал дергающийся амулет в кулак. Не прошло и минуты, как ведьмак почувствовал, что моргать становилось все тяжелее, веки слипались сами собой.


========== Часть 57 ==========


— Ничего себе! — излишне резкое для окутанной сном тишины восклицание Брин заставило Эскеля резко распахнуть глаза, успев заметить россыпь снежинок, растаявших в воздухе. Сонливость как рукой сняло, видимо вместе с магией. Девушка усмехнулась. — Это если мне потребуется заколдовать тебя, сколько ж магии придется всадить, чтобы подействовало!

Брин снова издала смешок и вернулась к своим записям.

— То есть мазь слишком слабая? — надежда в сердце ведьмака снова пошатнулась.

— Да магию вбухать не проблема, — не отрываясь от книжки, ответила Брин. — У меня ее много. Но есть предел, после которого она уже перестанет быть безопасной. Твоя сопротивляемость одновременно и плюс, и минус. Не знаю, какого эффекта получится достичь. И нужно еще разобраться с регенерацией. С ней так быстро, увы, не получится, — голос Брин зазвучал расстроенно. — Проще и быстрее всего проверить все прямо в процессе активной работы, то бишь на заживлении каких-либо повреждений, но можно и про…

Вычленив из слова чародейки главное, ведьмак не стал дослушивать, а быстрым движением вытащил нож из-за голенища сапога и без раздумий провел острием себе по предплечью. Брин замолчала на полуслове. Подняв на нее взгляд, Эскель увидел неподдельный ужас в ее глазах.

— Да что ж за мир-то такой дикий! — воскликнула она, на мгновенье прикрыв лицо руками, а потом резко выдохнула, отдергивая ладони. — Ты… Зачем… А, у меня слов нет! — с шумом захлопнув книжку и отшвырнув ее от себя, возмутилась Брин. — Это все можно простым наблюдением дня за три вычислить! Совершенно не нужно ради этого себе увечья наносить!

— Пустяки, — отмахнулся Эскель. — Ты сказала так быстрее.

— А если бы я сказала, что голову быстрее отрубить?! — не унималась чародейка.

— Это другое, — даже чуть улыбнулся, развеселенный такой реакций девушки, ведьмак.

— Нет, ну ладно убивать, оживлять и глаза выкалывать крысам ради эксперимента, но себя-то резать зачем?! — Брин покачала головой. — Страшный ты человек! Раз и без колебаний так чирк по себе ножом! Брр… — девушка передернула плечами, похоже представив эту процедуру на себе. — Давай, сюда руку, раз уж все равно сделал. Сумасшедший…

Ведьмак с готовностью протянул руку с набухшим кровью пустяковым порезом, который через пару часов уже должен был зарубцеваться, а потом и вовсе пропасть, будто его и не было. Не удержавшись, он все-таки тихо рассмеялся, уж очень забавно было видеть лицо девушки, на котором смешались и ужас, и раздражение, и восхищение.

— И не смешно! — снова повернулась к нему чародейка, сдвинув брови. — Не делай так больше! Ты мне нужен целым, — попросила она, и снова перевела взгляд на порез, занося над ним руку и применяя какое-то заклинание.

«Нужен… Холера, я ей нужен!» — услышал совсем другое мужчина, для которого подобная царапина была сущим пустяком.

— Хорошо, не буду, — покладисто согласился Эскель, а сам продолжал улыбаться, глядя на сосредоточенное лицо Брин, занимающейся анализом ведьмачьей регенерации.

— Все, — через некоторое время сообщила девушка и Эскель почувствовал, что она выпустила его руку из своих.

Взглянув на свою конечность, ведьмак с удивлением не обнаружил там ни следа раны.

«И стоило ли так переживать, если она может легко залечить?» — удивился он, проведя по месту пореза ладонью другой руки.

Девушка же снова подхватила свою записную книжку и, встав с дивана, быстрым шагом направилась к письменному столу, стоявшему у окна.

— Интересно, что же в итоге получится. Регенерация реально очень сильная, — пробормотала она, делая пометки еще на ходу.

Больше всех заинтересованный ведьмак направился следом. Девушка уселась за стол и открыла какую-то плоскую шкатулку. Ее крышка неожиданно засветилась с внутренней стороны и показала изображение природы. Брин, отложив книжку, поводила пальцем по, как оказалось, не пустой шкатулке, а потом постучала по кнопкам, заполнявшим внутреннее пространство странной штуковины.

— Это какой-то артефакт? — спросил Эскель, с любопытством следя за ее действиями?

— А? Это ноутбук. Он из моего мира, — на миг отвлеклась Брин и снова отвернулась к артефакту из своего мира. — Я в нем расчеты делала. Сейчас данные забью, и он мне пересчитает пропорции. Садись, не стой над душой.

Брин уже перестала нажимать кнопки и взялась за книгу, появившуюся прямо в ее руках, хотя Эскель успел заметить, что прежде она пропала с полки, стоящей в паре шагов от стола. Пока ведьмак ходил за вторым стулом, Брин заложила книгами почти весь стол и продолжала активно стучать по кнопкам. Перед ней лежал чистый лист, а в одной из ближайших книг к нему, не считая ее записной книжки, Эскель узнал книгу о ведьмаках. Но самым удивительным было смотреть на Брин. Она была такой увлеченной и сосредоточенной, с горящими глазами, и от этого особенно красивой в этот момент. Эскель с упоением следил за тем как она то чуть хмурилась, то довольно хмыкала, то и дело обращаясь к книгам, заглядывая в ноутбук, делая записи. У ведьмака не возникало ни малейших сомнений в том, что ей нравилось то, чем она занималась.

— Ты будешь все время смотреть? — вдруг спросила Брин, резко переместив взгляд с бумаги на ведьмака.

— А нельзя? — уточнил Эскель, ощущая себя несколько не в своей тарелке, от внезапного перехода.

— Можно, но что в этом интересного? — пожала плечами девушка. — Лучше отдохни, книжку если хочешь почитай, — девушка махнула на свою полку рукой. — Тут, правда, про магию все. Я сейчас быстренько формулу переделаю, чтобы завтра только изготовить и все. А то у меня мозги лучше вечером работают, а с утра от меня толку мало, — с усмешкой призналась девушка.

Эскель кивнул, соглашаясь, но уходить никуда не стал, продолжая наблюдать за девушкой. Она снова погрузилась в интересный ей процесс и больше не отвлекалась. Ведьмак таки воспользовался предложением что-нибудь почитать, когда понял, что «быстренько» явно не являлось правдой. А время все шло. Чародейка исписала уже несколько листов и все продолжала что-то выводить. Эскель пару раз порывался отвлечь Брин и напомнить о времени, но глядя на нее азарт и неугасимый огонь увлеченности так и не сделал этого. С одной стороны у него были совсем иные планы на эту ночь, с другой он не врал себе, когда говорил, что постель для него совершенно не главное в отношении Брин. Да и он сам был в первую очередь заинтересован в результатах ее работы, так что сидел рядом и молча ждал, когда девушка закончит, уже не предпринимая попыток оторвать ее записей.

— Все! — громко сказала чародейка, поднимая со стола листок, очевидно, с готовой формулой. А потом глянула на свои иномирные наручные часы. — Ох, ты ж елки! Почти пять часов!!! — девушка бросила листок обратно на стол и посмотрела на ведьмака огромными не то от удивления, ни то от ужаса глазами. — Ты чего молчал?! — Брин снова взглянула на часы, будто не веря своим глазам.


========== Часть 58 ==========


— А что нужно было сказать? — уточнил ведьмак.

— Да в час еще надо было сказать, чтобы бросала все, раз с наскока не получилось, и топала спать. Завтра же тренировка с утра! — воскликнула она, вскакивая со стула. — Точнее уже сегодня… Блин! Я же глаза не открою… — сокрушалась девушка, на ходу вытаскивая шпильки из волос. — Так, быстро спать! Спать, спать, спать! — протараторила она на пути к зеркалу.

Ведьмак отложил книгу, с которой коротал время, и поднялся на ноги, в замешательстве глядя в спину чародейки. Впрочем, особо долго раздумывать было не над чем. Брин ясно дала понять, что собиралась спать. Ему тут делать было нечего.

«Три ночи прошло, вот и все. Топай к себе! — мысленно скомандовал себе ведьмак. — Жаль, что так быстро… Понимал же, что вечно так продолжаться не будет. Чего теперь жалеть? Радуйся тому, что есть. Может, еще позовут! Губу только сильно не раскатывай, чтобы опять вот так обидно не было, — усмехнулся ведьмак, несмотря на мысленные увещевания, все равно ощущая разочарование. — Не мог же день быть настолько хорошим!»

Вот только девушка, бросив шпильки, успела забежать в нужный чулан. Покидать комнату ничего не сказав было нелепо, а ждать, когда она выйдет, чтобы сказать, что уходит, — глупо. Да и вообще столько ждать, чтобы теперь идти к себе было глупо, но отвлеки он ее раньше, уходить бы не пришлось, а выглядело бы это навязчиво. А навязчивым он быть не хотел, и отвлекать ее не хотел. Ему и в самом деле было приятно просто побыть с ней рядом, понаблюдать за ее работой, тем более что она делала это для него. Но в итоге теперь он чувствовал себя крайне глупо, переминаясь с ноги на ногу посреди комнаты, ожидая, когда чародейка вернется, и он с ней попрощается.

Брин показалась из чулана довольно скоро. Она быстрым шагом направилась к шкафу, на ходу переплетая косу.

— Я пойду, — коротко сообщил он сразу же, чтобы не растягивать нелепый момент еще больше.

— Эскель… — начала было Брин, одновременно с ним и замолчала, разворачиваясь к нему. — Куда? — неподдельно удивилась девушка, круглыми глазами глядя на мужчину.

— К себе, — ведьмак все-таки ответил на вопрос, хотя это было и так очевидно, и Брин задала вопрос просто по инерции, продолжая думать о расчетах.

Девушка все еще удивленно моргнула, а потом на ее лице резко проступило понимание.

— Ой, да, конечно, ты пойдешь спать к себе, — сведя брови к переносице, она с силой потерла висок. — Прости! Конечно…

Теперь пришла очередь Эскеля удивляться.

— Простить?

«За что я должен ее простить?» — совершенно не понял он.

***

Как обычно со мной это бывает, я увлеклась. Новая формула на основе старых расчетов казалась мне легкой и быстро достижимой, но я слишком многого не учла. В итоге вместо запланированного часа-другого, я не заметила, как наступило пять утра! В ужасе подскочив со своего места и разом задвинув все свои идеи в дальний угол, я поспешила скорее расплетать волосы, умываться и чистить зубы. На сон оставалось всего ничего времени, так что с утра я буду похожа на свеженького зомби, если вообще открою глаза.

«Йен изойдет ядом, если я опоздаю или вообще просплю, — мрачно подумала я. — Будет весь день предлагать варианты того, как я ночью улучшала свою концентрацию, что легла спать только под утро. Ну что стоило Эскелю сказать мне, что уже поздно? Рядом же сидел, даже спать не пошел. Ай, ладно, времени уже не вернуть. Надо просто поскорее лечь спать», — думала я, наскоро совершая все приготовления ко сну.

Выскочив из чулана-туалета, я поспешила к шкафу, чтобы переодеться, и тут услышала слова Эскеля.

— Я пойду.

Я напрочь забыла, что только что хотела ему сказать, и, отпустив ручку дверцы, за которую уже успела взяться, развернулась к нему с одним только вопросом.

— Куда? — ошарашенно спросила я, так как о своем походе в туалет обычно так не сообщают, а значит он собрался на ночь (а точнее даже утро) глядя за дверь.

— К себе, — как ни в чем не бывало ответил ведьмак.

Я еще пару секунд туго соображала, о чем он говорит, прежде чем до меня, наконец, дошел смысл ситуации.

«Вот дура! Куда бы ему еще пойти спать-то, как не к себе! С чего ты взяла, что он будет спать с тобой? С чего бы ему вообще свое время тратить-то на тебя, да еще оставаться с тобой на ночь?! Он тебе муж, что ли? Тоже мне, привычка… Конечно он собирается к себе! У всех есть свои дела», — отвесила я сама себе мысленную затрещину, потирая висок и ощущая себя неловко.

— Ой, да, конечно, ты пойдешь спать к себе. Прости! Конечно… — постаралась я извиниться за свой неуместный вопрос.

«Вот же идиотка! Заставила бедного всю ночь около себя просидеть, а теперь еще и тупые вопросы задаю, — неожиданно поняла я еще одну свою оплошность. — Быстренько сделаю, ага. Как же! Теперь вот оправдывайся, зачем заставила ждать!» — мысленно обругала я себя.

Однако ведьмак отчего-то удивился.

— Простить? — переспросил он.

— Простить, — вздохнула я. — Я не думала, что так долго провожусь. Теперь, конечно, тебе надо к себе. Не слушай меня. Я… Это просто привычка. Привычка, что мужчина рядом со мной — это мой муж, и я соответственно с этим ожидаю, что тебе спешить некуда и ты останешься здесь, — не смогла я не попытаться оправдаться. — Не обращай внимание. Конечно, у всех есть свои дела. Извини еще раз…

Эскель, внимательно меня выслушав, неожиданно сделал несколько шагов ко мне.

— Брин… Нет у меня дел. Я с удовольствием останусь тут, если ты хочешь… — порывисто сказал он и после паузы добавил. — Просто спать.

Я, позабыв о своей неловкости, пристально взглянула ему в глаза.

«Я не хочу его отпускать, а он, кажется, не хочет уходить. Похоже, мы опять рискуем неправильно понять друг друга, — сделала вывод я. — И я на самом деле воспринимаю его как мужа. То родного человека в нем ищу, то успокаиваюсь от одного его прикосновения, то вот подсознательно уже живу вместе с ним. Хорошо ли это? Безысходность тому причина или влюбленность? А может предназначение? Как это выяснить» — задумалась я.

Решившись, я, вскинув обе руки, послала магический импульс охранному контуру на комнате.

— Что ты сделала? — заинтересовался Эскель, заметив мой маневр.

— Изменила заклинание. Теперь магия, наложенная на эту комнату, будет реагировать на тебя как на хозяина, — пояснила я свои действия, не отрывая взгляд от ведьмака. — Ты можешь приходить и уходить когда захочешь, вне зависимости от того, здесь я или нет. Ты можешь пользоваться тем, что тут есть, находиться здесь, сколько захочешь, спать здесь, — перечислила я.


========== Часть 59 ==========


— Ты хочешь, чтобы я оставался спать здесь? — переспросил он, будто не до конца поняв, что я сказала. На его лице была та самая неидентифицируемая маска, за которой он успешно мог прятать любые эмоции.

— Я буду рада, если ты останешься… насовсем, — с небольшой паузой, но все-таки договорила я.

Ярко сверкнули ведьмачьи глаза в приглушенном свете. Эскель сделал последний шаг ко мне, крепко сжал мои плечи и поцеловал. Поначалу он просто с силой прижался к моим губам, а потом, будто опомнившись, ослабил нажим и уже мягче коснулся губ, целуя так, что у меня тут же закружилась голова от того пыла, что исходил от мужчины. Если бы не его крепко держащие меня руки, я бы, наверное, пошатнулась.

Оторвавшись друг от друга, мы оба шумно дышали. Но мысль о том, что на часах уже пять утра, не смог прогнать даже внезапный и такой горячий поцелуй.

— Спать надо, — напомнила я, чуть улыбаясь и неотрывно глядя в такие близкие и светящиеся теплом глаза ведьмака.

— Я помню, — кивнул он, тоже чуть улыбаясь, и ни с того ни с сего подхватил меня на руки.

— Ой! Ты чего? — переполошилась я, от неожиданности вцепившись в его плечи.

— Я же сказал, все время буду на руках носить тебя на кровать, — невозмутимо напомнил мне мужчина.

— Тут же всего два шага! — рассмеялась я.

— Тем более, зачем нарушать традицию? — спросил он, подойдя к кровати, но все еще продолжая держать меня на руках, чем вызвал новую порцию смеха.

— Мне еще переодеться надо, — махнула я рукой в сторону шкафа.

— Переодеваться не надо, — уверенно сообщил мне мужчина. — А раздеться я даже помогу, — с этими словами он все-таки опустил меня на кровать и потянулся к пуговицам тонкой кофты, которую я уже сама наполовину расстегнула, пока умывалась.

— Эскель! — предупреждающе начала было я, не переставая улыбаться.

— Я помню про спать, — перебил он меня, быстро разобравшись с оставшимися пуговицами, и заскользил горячими ладонями по плечам, стаскивая кофту вниз.

— Так ничего не выйдет, — запротестовала я.

— Выйдет, — Эскель был уверен в своих словах, и, закончив с кофтой, двинулся к ремню брюк, легко касаясь обнаженного живота пальцами и посылая легкие волны эманаций и удовольствия по всему телу.

Это было безумно приятно, но ко сну совсем не располагающе. Я потянулась к его рубашке.

— А вот это не надо, — он легко уклонился от моих рук. — Так я еще могу сдержаться, но если ты ко мне прикоснешься, то уже вряд ли, — признался ведьмак.

Я фыркнула, оставив попытки дотянуться до ведьмака. Он вернулся к своему занятию, действительно просто раздевая меня, без лишних движений, но все равно даря массу удивительных ощущений и продолжая вызывать у меня глупую счастливую улыбку. Все тонкости застежек он освоил с первого раза, так что скоро на мне осталось только нижнее белье, точнее даже лишь его нижняя часть. Ведьмак разделся сам и, улегшись на кровати, крепко прижал примостившуюся рядом меня к себе. Я умиротворенно выдохнула. Несмотря на дразнящее раздевание, усталость брала свое. День был долгий, сложный, но радостный. А особенно сильно меня радовала его искренняя, не сходящая с лица улыбка, с которой он только что все это проделывал. Все-таки правильно я сделала, решившись честно ему сказать, что хочу, чтобы он остался.


Будильник прокрадывался в мой сон медленно, сначала невнятным звуком, потом уже вполне оформившимися колокольчиками, но вырвать меня из лап сна смогли только невыносимые трели в самое ухо. Застонав, я отодвинулась от Эскеля, медленно перевернулась на спину и с трудом разлепила веки. Бездумно глядя в потолок, я продолжала слушать надрывающийся будильник.

— Ты можешь это выключить? — приподнявшись на локте, спросил ведьмак, болезненно морщась от противного звона.

— Нет, — похоронным голосом ответила я. — Иначе я засну, а мне надо встать…

— Давай, ты выключишь, а я не дам тебе заснуть, — предложил выход Эскель, для которого такие звуки, судя по всему, были не только непривычными, но и слишком громкими.

— Ты? — мрачно хохотнула я. — Я от одного твоего прикосновения вырублюсь, и ты меня не добудишься.

— Все так плохо? — усмехнулся ведьмак.

— Наоборот, хорошо-о-о-о, — протянула я, сладко потягиваясь и все-таки выключая будильник, от которого уже начинала болеть голова.

Послышался облегченный выдох.

— А это что? — вдруг спросил он.

Я нехотя снова открыла, сама не знаю, когда успевшие закрыться, глаза и сонно нахмурилась в указанную Эскелем сторону. Над моей тумбочкой, разбрасывая вокруг мелкие искорки, вилась и вспархивала фиолетовая призрачная бабочка.

— О, сообщение от Йен, — оживилась я, приподнимаясь и протягивая руку к бабочке.

Несколько раз она подобным образом оставляла мне записки об очередном выходном дне, чтобы не будить меня зря. Заклинание было простым и милым, действовало в ограниченном радиусе и требовало точно задавать координаты. Зато в силу своей безобидности легко преодолевало все охранные заклинания. Йеннифер говорила, что им часто пользуются в Аретузе, чтобы передавать записочки.

Бабочка легко впорхнула мне в ладонь и превратилась в слова «Тренировки сегодня не будет». Надпись чуть-чуть повисела, давай мне возможность перечитать, чтобы убедиться, и рассыпалась фиолетовыми искорками, гаснущими еще в полете.

— О-о-о, слава богу! — воскликнула я. — Вот счастье-то, можно спать! — я снова повалилась на подушку и блаженно закрыла глаза. — Йен, что бы у тебя там не приключилось, оно сделало это очень вовремя! — пробормотала я, укладываясь на бок, и уже задремывая, почувствовала, что ведьмак, тихо посмеиваясь, прижал меня к себе.

Второе пробуждение было не в пример приятнее первого хотя бы уже потому, что никакой будильник меня не будил, а проснулась я сама и тогда, когда выспалась. Чуть пошевелившись, я подняла веки и тут же увидела перед собой глаза ведьмака. Я еще не до конца осознала реальность, а губы уже сами расплылись в улыбке. Эскель криво, но вполне искренне улыбнулся мне в ответ.

— Давно проснулся? — чуть хрипловато спросила я.

— Не очень, — ответил мужчина. — Не хотел тебя будить.

— Это ты зря, — снова улыбнулась я. — Если меня не будить, я могу спать долго. Кстати, сколько сейчас времени? — спросила я и сама тут же перевернулась на спину, чтобы дотянуться до часов на тумбочке.

— Думаю, уже за полдень.

— Ага, второй час, — подтвердила я, взглянув на часы.

— Выспалась? — спросил Эскель, резко приподнимаясь и даже слегка нависая надо мной. Встрепанные со сна волосы упали ему на лицо, почти полностью скрывая его черты в полутьме зашторенной комнаты. Одни только желтые с вертикальным зрачком глаза продолжали светиться.


========== Часть 60 ==========


— Ага, — вторично подтвердила я и, протянув руку, отвела пару прядей в сторону, касаясь неровной и колючей щеки ведьмака.

Светящиеся радужки неожиданно пропали, а я почувствовала поцелуй в ладонь, после чего они снова зажглись гораздо ближе ко мне, чем раньше, и поцелуй уже пришелся в губы. Я с готовностью ответила, зарываясь в волосы пальцами уже обеих рук. Ведьмак в это время уже просунул одну руку под меня, а второй медленно вел вверх по моему боку, заставляя покрываться мурашками предвкушения. Легкий поцелуй быстро перерос в горячий, глуша собой тихие стоны. А тело уже вовсю выгибалось навстречу его ласкам, наполненным нежностью и страстью, приправленным эманациями и умноженным на мое разгорающееся желание. Не помню, чтобы когда-то так быстро заводилась!

С кровати мы поднялись еще спустя почти час. И подгоняемые голодом, довольно быстро спустились на кухню. Все обитатели крепости уже давно и позавтракали, и пообедали, так что в помещении никого не было, как впрочем и готовой еды.

— Ламберт, — не сомневаюсь ни на минуту, протянул Эскель, заглядывая в пустой, но не мытый котел.

— Лопну, но ближнему подгажу? — развеселилась я. Такие мелочи не могли омрачить моего прекрасного настроения. — Тоже мне, проблема!

Взмах, чистый котелок отправляется на свое место, второй взмах на местном аналоге плиты появляется сковородка. На этом пришлось немного притормозить, и мысленно потянуться к своему холодильнику на Скеллиге. Вытащив оттуда пяток яиц и упаковку бекона, которые не портились благодаря заклинанию стазиса, я отметила, что запасы надо пополнить, и отправилась на поиски помидоров. Дистанционная покупка заняла немного дольше времени, так что когда «вернулась» на кухню Каэр Морхена застала Эскеля за разглядыванием полиэтиленовой упаковки нарезанного копченого бекона из моего мира.

— На, режь, — сунула я ему спелые помидоры, а бекон потянулась забрать.

— Что это? — спросил мужчина, неохотно отдавая свою добычу.

— Вкуснятина, — кратко проинформировала его я и разорвала упаковку. Запаха заставил ведьмака снова обратить внимание на бекон. — Помидоры, — напомнила я, и направилась к сковородке. Быстренько побросав бекон на нее, я, глотая слюни, приготовилась ждать, когда он подрумянится. Желудок, почувствовав скорый завтрак, еще усилил чувство голода, будто оно должно было помочь бекону поскорее прожариться.

Эскель заглянул через плечо в сковородку и поставил рядом миску с нарезанными помидорами.

— Соль, перец, — поставила я следующую цель, переворачивая ломтики бекона.

Специи появились еще быстрее, а ведьмак снова с интересом стал заглядывать мне через плечо.

— Ты чего? — удивилась я такому странному интересу, повернув к нему голову.

— Чародейка у плиты, — даже несколько благоговейно ответил ведьмак.

— Одно другому не мешает! — фыркнула я.

— До сих пор судьба меня таким зрелищем не баловала, — возразил Эскель.

— Ну, значит тебе бракованная досталась, — рассмеялась я.

— А мне кажется наоборот, — усмехнулся мужчина, и я почувствовала на своем поясе его руки, а на шее — горячий поцелуй.

— Эскель, — я с улыбкой чуть наклонила голову в сторону, чтобы ему было удобнее, но почти сразу спохватилась, вспомнив о завтраке. Высыпав помидоры к бекону, разложив их по сковороде и приготовившись ожидать, когда они чуть поджарятся, я снова почувствовала поцелуй на сей раз за ухом. — Так все сгорит, — снова чуть наклоняя голову и прикрывая глаза, предрекла я, сама, впрочем, не спеша уклоняться. — Воды лучше для чая согрей.

Щекотно усмехнувшись мне в шею, ведьмак отошел исполнять мою просьбу.

— Ты так вкусно готовишь, — похвалил Эскель, когда мы уже доедали свои порции.

То ли мы были такими голодными, то ли, в самом деле, получилось умопомрачительно вкусно, но едва добравшись до тарелок, мы первое время лишь молча поглощали еду.

— Я пять лет только этим и развлекалась. Сначала местную кухню освоила, потом начала свою вспоминать, по мере освоения магии и добычи продуктов. Так что руку уже набила, — рассказала я.

— А раньше ты готовить не умела?

— Умела, но делала это не очень часто. Есть дома приходилось редко, и чаще всего это был только завтрак, — ответила я, принимаясь за чай.

— Что будешь делать сейчас? — спросил Эскель, отпивая.

— Мазь твою, — взмахнула я в его сторону рукой. — Не зря же я вчера столько времени потратила.

— А на вечер ты это можешь отложить? — задал новый вопрос ведьмак.

— Могу, — удивленно ответила я. — Ее недолго делать по готовому рецепту. А сейчас, что ты предлагаешь?

— Прогуляться по долине Каэр Морхен пока светло, — озвучил свою мысль мужчина. — Ты видела, точнее не видела, ее только ночью. А здесь довольно красиво.

— Это интересно! — тут же загорелась я. — Только надо Йен предупредить.

— Строгая мамочка? — отнюдь не добродушно, ухмыльнулся Эскель.

— Нет, — качнула я головой, впервые, наверное, задумавшись, как я воспринимала свою наставницу. — Просто исчезать, никому ничего не сказав, не лучшая идея.

Переодевшись для прогулки по лесу и оставив Йен очередную записку, так как в комнате я никого не застала, мы спустились в нижний двор.

— Нет, только не на лошади! — увидев, куда направился ведьмак, запротивилась я.

— Но пешком довольно далеко, на лошади удобнее, — даже несколько растерялся мужчина.

— Только не сегодня! Я морально к лошади снова не готова, — для убедительности я еще и головой покачала. — Давай куда-нибудь недалеко сходим, а назад, если что, порталом вернемся, а?

— Хорошо, — согласился ведьмак и развернулся к воротам.

Не то, чтобы я совсем не видела долину, окна в замке, стоящего на возвышении, имели потрясающий вид на горы, но это было совсем не то же самое, что идти по петляющей между деревьями и спускающейся вниз в долину тропке. Осень уверенно брала свое, прохладный ветерок шевелил еще не успевшие опасть желтые и красные листья на деревьях, на небе не было ни облачка, оранжевое солнце, уже спускающееся к горизонту, почти не грело, время надоедливой мошкары давно прошло, природа готовилась ко сну. Прекрасное время!

Я почувствовала как Эскель осторожно взял меня за руку. По телу прокатилась легкая волна эманаций, а мои губы дрогнули в улыбке, я искоса глянула на ведьмака, но он смотрел строго вперед. Улыбка стала только шире.

— Мы ехали этой же дорогой? — спросила я, переплетая свои пальцы сего.

— В крепость ведет только одна дорога, — ответил мужчина, чуть повернувшись ко мне, но взглядом со мной так и не встретился.

— Да… ночью совсем ничего не было видно, — осматриваясь, констатировала я и, не размыкая рук, шагнула к ближе к обочине дороги, туда, где опавших листьев под ногами было больше и они шуршали громче.


========== Часть 61 ==========


— Кому как, — усмехнулся Эскель и шагнул следом, перехватывая мою ладонь поплотнее.

Повернув к нему голову, я заметила с каким растерянным видом он на меня смотрит.

— Что? — спросила я. — Ведьмаки так не делают?

— Ведьмаки ходят бесшумно.

— А мне нравится шуршать листьями, — пожала я плечами. — Это лучший момент осени, когда часть листьев опала и ими можно пошуршать, а часть еще на ветках и ими можно полюбоваться.

— Когда мы были подростками, мы любили сгребать листья в кучу и прыгать в них, — неожиданно поделился Эскель.

— А мы чаще собирали их и подбрасывали вверх, этакий искусственный листопад, — усмехнулась я.

— Как на той картине, что стоит у тебя в рамке на полке? — уточнил ведьмак.

— Да, — закивала я, сообразив, что он говорил о фотографии.

— Сколько тебе там лет? — поинтересовался Эскель.

— Лет двадцать, точно уже не помню, — задумчиво ответила я.

— А почему у тебя волосы темные?

— Это краска для волос, — рассмеялась я. — В моем мире можно покрасить волосы почти в любой цвет. Хотя вот белых, как у Геральта, сложно добиться!

— У него это побочный эффект от мутаций, а не краска, — усмехнулся Эскель.

— От них еще и побочные эффекты бывают…

Мне, кроме смерти, другие «побочные эффекты» в книге не попадались.

— Кому как повезет или не повезет, — пожал плечами мужчина. — Геральт вот поседел еще мальчишкой.

— Во сколько лет ты стал ведьмаком? — заинтересовалась я.

В книге тоже всегда писали «мальчики», но это понятие довольно растяжимое, вмещающее в себя и совсем детей лет пяти, и уже подростков лет до шестнадцати. Собственно, в моем представлении это всегда были уже взрослые ребята, но Эскель пошатнул мою уверенность.

— В восемь, — ответил мужчина.

Я пораженно вскинула брови.

— Я думала, испытания проводятся лет в двенадцать-пятнадцать, — растерянно сказала я.

— Восемь, максимум десять лет, — уточнил временные рамки Эскель. — Лучший возраст для начала обучения. Если выживут…

— Совсем дети, — пробормотала я, пытаясь осмыслить этот факт.

«Это только испытания проводили в восемь, а привозили детей сюда, выходит, еще раньше, забирая от родителей… И эксперименты все Маласпина ставил на детях, — осознала я. — Брр…. Какая жуть! Хотя если вспомнить, в каком мире я нахожусь, то ничего удивительного. Нет уж! Снова создавать ведьмаков точно не надо! Ну, или по крайней мере, не ценой детских мучений!» — отмела я все сомнения, так или иначе закрадывавшиеся ко мне в голову во время чтения дневников явно безумного чародея-садиста.

— Смотри, — вырвал меня из невеселых мыслей, негромкий голос Эскеля.

Я подняла голову и взглянула туда, куда показывал ведьмак. Первое, что я увидела, была синяя гладь озера, а в ней отражались белые шапки гор. Сами горы, у основания поросшие лесом, высоко возносились над водой, величественно сверкая своей никогда не тающей белизной пиков. Это был поистине захватывающий дух вид!

— Фантастика… — пролепетала я, завороженно глядя на открывшуюся мне картину. — Тут не ведьмаков надо учить, а живописцев!

— Боюсь, их тут съедят, не дав доучиться, — усмехнулся ведьмак.

— Тут так много агрессивной фауны? — насторожилась я.

— Хватает, — кивнул Эскель. — Конкретно здесь сейчас уже никого нет, мы тут еще на прошлой неделе утопцев проредили, но на той стороне, — Эскель махнул на другой берег озера, — еще хватает. Да и в целом в долине немало чудовищ заводится.

— И здесь детей содержали, — покачала я, снова вернувшись к своим мыслям.

Только сейчас я заметила чуть сбоку полуразрушенный домик и основательно прогнивший пирс с полузатопленной лодкой рядом. Я с любопытством двинулась к сооружению.

— Когда тут содержали детей, здесь были и взрослые ведьмаки и всех опасных тварей вырезали. Это теперь замок большую часть года пустует, — напомнил ведьмак. — Но полностью безопасно в долине Каэр Морхена никогда не было. Тех же диких зверей тут предостаточно, чтобы тренировать бдительность.

— Бдительность детей? — скептически заломила я бровь, осторожно ступая по скрипящим доскам настила перед пирсом.

— Совсем детей никто без взрослых не отпустит, но лет с двенадцати ведьмаки уже в состоянии справиться с медведем или волком, — пояснил Эскель.

— Нет, так не пойдет, — едва наступив на пирс и почувствовав, как доски под ногой проминаются, я сделала резкий шаг назад.

Вытащив пальцы из ладони ведьмака, я взмахнула руками над пирсом и вытащила его прошлое в настоящее. Ледяная волна прошлась по доскам, замораживая их. Новый взмах, и более медленная волна преображения заменила лед свежеструганным деревом. Я удовлетворенно окинула взглядом дело рук своих и уже без страха ступила на пирс. Добравшись до его конца, я вдохнула полной грудью влажный воздух и снова впилась взглядом в открывающийся вид, слушая тихий плеск воды о берег.

— Неплохо, — одобрил Эскель, следом за мной подходя ближе.

— Подозреваю, что купание в озере мне понравится совсем не так, как вид отсюда, — усмехнулась я и уселась по-турецки на самом краю настила.

Вода плескалась совсем близко, но до не слишком умело сколоченного пирса не доходила. Эскель сел рядом со мной, и мне страшно захотелось снова его коснуться. Глянув на совершенно не предназначенные для нежностей шипы на куртке ведьмака, я взяла его руку в свои ладони и переложила к себе на колени.

— С двенадцати лет с медведем? — вспомнила я на чем остановился наш разговор. — Серьезно?

— Как только получили настоящее оружие, — подтвердил Эскель. — Может быть, с какими-то потерями, если не повезет. Но ученики по лесу чаще всего передвигались группами, а двум-трем молодым ведьмакам разобраться с медведем не составит никакого труда.

— Кажется, я совершенно не представляю, что такое есть ведьмаки, — задумчиво сказала я, глядя на безмятежную гладь озера и поглаживая тыльную сторону ладони Эскеля. Мягкие вибрации в сочетании с теплой чуть шершавой кожей ведьмака легкими приятными волнами прокатывались по рукам.

— Что там представлять? — для Эскеля все его способности были естественны.

— Например, что такое улучшенная регенерация я узнала вчера, а как быть с реакцией, ловкостью, силой? — пояснила я. — Если двенадцатилетний мальчик в состоянии справиться с диким зверем, явно все не так просто.

— Ты же сама видела, сразу, как только появилась, — напомнил ведьмак.

Я фыркнула, тряхнув волосами.


========== Часть 62 ==========


— Сразу, как только появилась, я думала, что-либо уже на том свете, либо вот-вот туда отправлюсь, что, надо заметить, в самом деле было недалеко от истины. Мне вообще было не до наблюдений, — бросила я на него укоризненный взгляд и снова отвернулась к воде, разглядывая отражение заснеженных вершин. — Потом на берегу с утопцами ты вообще чарами меня одурманил, да и темно слишком было. Только твои глаза светящиеся помню, да меч. Дольше всего я за тобой наблюдала вчера во дворе, но я сомневаюсь, что этот поединок особо информативный в плане ведьмачьих способностей. Впрочем, красиво, конечно, — добавила я, улыбаясь воспоминаниям.

— А зачем ты хочешь это знать?

— Для общего развития, — воскликнула я, взмахнув рукой. — Я шесть лет только и делала, что училась и получала всё новые и новые знания. Сложно, знаешь ли, взять и остановиться. Мозг требует информации, — я сама рассмеялась пафосности и одновременно точности фразы. — Да и просто интересно. Как можно жить под одной крышей, делить еду и постель, и не интересоваться с кем?

— Да, ты же говорила, что любишь узнавать новую информацию, — припомнил ведьмак.

— Ты тоже моими способностями интересуешься. И я тебе, между прочим, рассказываю, — заметила я.

— Я тоже рассказываю, но не все можно описать словами, — чуть растерянно ответил он.

— Не все, — согласилась я, печально вздохнув. — Даже посмотреть и потрогать не все можно.

— Ты уже все потрогала, — с совершенно серьезным видом заявил Эскель, так что до меня даже не сразу дошло, о чем он.

— И ничего подобного! — громко возмутилась я, когда поняла, на что он намекает. — Ты меня все время отвлекаешь!

Встретившись с моим полным негодования взглядом, всякая серьезность с лица ведьмака тут же слетела, и он засмеялся. Обычно спокойный и невозмутимый, он смеялся редко, особенно так заразительно, так что я не могла дальше хмуриться и тоже улыбнулась, покачав головой.

— Надо будет подумать, как соотнести теорию с практикой, — скорее самой себе сказала я, снова возвращаясь к созерцанию пейзажа. Спохватившись, что уже довольно давно поглаживаю один и тот же неровный участок с едва заметным шрамом у основания большого пальца, переключилась на остальную часть кисти ведьмака, снова медленно водя кончиками пальцев по его коже и размышляя.

— Что ты делаешь? — внезапно спросил Эскель.

Я перевела удивленный взгляд на мужчину, и заметила, что его взгляд падает на руки.

— Тебе не нравится? — обеспокоилась я, замерев.

— Нравится… даже больше, чем должно бы, — с запинкой отозвался мужчина.

Его ответ удивил меня еще больше.

— Должно? А есть какая-то мера? — заинтересовалась я.

Я бросила любопытный взгляд на ведьмака, а потом вернула его на руку, перевернув ее ладонью вверх и ласково провела по ней от кончиков пальцев до самого запястья.

— Я не думал, что просто поглаживания по руке могут быть такими… приятными, — признался Эскель.

Улыбка снова растянула мои губы.

— У тебя еще ладони стерты, — посетовала я.

Хоть сумасшедшая ведьмачья регенерация сделала его руки совсем не такими огрубевшими, какие бы они были у простого человека, все-таки они было далеки от привычных мне. Так что я погладила по внутренней стороне запястья и провела вдоль предплечья, насколько позволял забраться рукав его куртки.

— Так должно лучше ощущаться, — сказала я и подняла глаза, чтобы увидеть выражение лица ведьмака.

— Да, — с теплой улыбкой ответил Эскель и наклонился ко мне.

— Ых, — поспешно отстранилась я от шипов на плече его куртки. — Я, конечно, не нечисть, но дырки от серебра тоже не люблю! — со всей ответственностью заявила я.

— Извини, — шумно усмехнувшись, ведьмак вернулся на исходную позицию. — А ты уверена, что не нечисть? Может старый-старый и очень умный туманник, научившийся в совершенстве изображать людей? — развернувшись так, чтобы не задевать шипами, Эскель снова склонился ко мне, но на полпути застыл. — А стоит подойти ближе, коснуться — обратишься в туман и рассеешься, — с какой-то очень уж настоящей печалью сказал он.

— Дай-ка попробую! — дабы снова вернуть разговор в шутливое русло, предложила я.

Взмахнув одной рукой, я наскоро слепила иллюзию тумана вместо себя, старательно вспоминая, как тот выглядит, потом уже наложила обыкновенную невидимость на себя. Туман как ему и положено растекся по земле, плавно переполз подальше и там снова собрался в человеческую фигуру, из которой плавно проступили очертания иллюстрации туманника, которая мне попадалась в книге о монстрах. Более-менее правдоподобно взмахнув рукой, «туманник» снова обратился в туман, который у меня явно получился намного натуральнее, и развеялся вместе с заклинанием. Эскель все это время добросовестно следивший за иллюзией, с ее исчезновением снова повернулся ко мне.

— Ну что? Похоже? — спросила я, развеивая невидимость и хитро улыбаясь.

— Нет, — покачал головой ведьмак, улыбаясь в ответ одним уголком губ, — на настоящего туманника не похоже.

— Настоящего я никогда и не видела, — пожала я плечами. — Покажешь, настоящего смогу намагичить.

— Нет, — неожиданно резко ответил мужчина, нахмурившись. — Они очень опасны, особенно старые.

Я снова пожала плечами, предложение-то было несерьезное, и чуть поежилась от прохлады, которой тянуло от воды.

— Пойдем, пройдемся, — позвала я, поднимаясь.

Осенний лес был прекрасен. Свернув с тропинки, я пошла между деревьями, заглядываясь на желто-красные кроны и вечнозеленые иголки, наблюдая за игрой света в полуголых ветвях и шурша опавшими листьями. Подойдя ближе к самому разлапистому из встреченных мной дереву, я задрала голову вверх, любуясь переплетением ветвей, пока еще хранящих на себе листья.

Ведьмаки действительно ходили почти бесшумно даже по такому шуршащему ковру. Эскеля я рядом с собой скорее почувствовала, а опустив голову, встретилась с ним взглядом.

— Я уже забыла, когда я последний раз просто ходила по лесу, — сказала я ему. — Наверное, лет десять назад.

— Десять? — переспросил он, чуть сводя брови к переносице. — То есть в своем мире тоже?

— Да, — бросила я, повернувшись к стволу дерева и проводя по коре рукой. — Как-то всё дела-дела. В отпуск летали в жаркие страны, а просто в лес не выбирались. Бывший муж не любитель дикой природы, ему облагороженную подавай. А мне всегда нравилось просто гулять по лесу, хи-хи-хи, с ножом, — вспомнив, рассмеялась я.

— Почему с ножом? Ты же говорила у вас безопасно в лесу, — удивился Эскель.


========== Часть 63 ==========


— За грибами, — пояснила я. — Мы с родителями часто ходили, пока я в школе училась.

Эскель усмехнулся. И тут неожиданно налетел резкий порыв ветра, желтые и красные листья, щедро сдобренные иголками, кружась, полетели с веток на землю.

— Ва-а-а, — протянула я, во все глаза наблюдая за последним полетом листьев, а потом принялась ногой сгребать листья в кучу, решив вспомнить то самое развлечение с подбрасыванием листьев.

Уже наклонившись и собрав как можно больше листьев в руки, я неожиданно передумала и вместо того, чтобы просто подбросить их вверх, с громким смехом швырнула всю немалую охапку в Эскеля. Как ни странно, попала и даже успела полюбоваться его изумленным выражением лица, но по взгляду заметив резко изменившееся настроение мужчины, пискнула и бросилась наутек, хоть и знала, что от ведьмака все равно не убежать. Мне уже даже показалось, что я чувствую его руки на своем поясе и то, как он резко дергает меня на себя и земля уходит из-под ног, как вдруг картинка перед глазами резко сменилась. Тот же лес, те же листья под ногами, вот только Эскель находится в десятке шагов от меня и крайне настороженно смотрит.

— Как я тут оказалась? — растерянно спросила я, осматривая себя, потом глядя на то место, где только что стояла.

— Ты исчезла у меня из рук и появилась там, — описал ведьмак, подходя ближе и с беспокойством глядя на меня.

— В смысле исчезла? — нахмурилась я.

— В прямом, растворилась в зеленоватой вспышке, — ответил Эскель.

— Зелено… — медленно повторила я и тут меня осенило. — Это же телепортация, как у Цири!!! — воскликнула я.

Я немедленно постаралась снова воспроизвести все свои мысли и пожелания. Оп, и я оказалась еще на пять шагов дальше от первоначального места.

— Получилось!!! — крикнула я и счастливо рассмеялась.

Немедленно испробовав еще, еще и еще раз, продолжая радостно смеяться, я появлялась то тут, то там, с каждой новой попыткой ощущая, как все меньше требовалось прикладывать усилий, чтобы телепортироваться с места на место. Достаточно было просто захотеть, и я появлялась на новом месте!

— Эскель! — я материализовалась прямо перед ведьмаком, который тут же обхватил меня руками, будто поймав. — Я могу телепортироваться! Как Цири!!! Я могу перемещаться в пространстве с помощью силы Старшей крови, а не обычной магии! — почти кричала я, обхватив его лицо руками и продолжая смеяться. — Я смогу попасть в свой мир! — тише и проникновеннее, сказала я.

Эскель вдруг резко качнулся вперед и накрыл мои губы поцелуем с неожиданным напором. Я ответила с энтузиазмом, обвивая его шею руками, делясь эйфорией от новообретенной способности.

***

С самого утра ведьмака преследовала навязчивая мысль, что все идет слишком хорошо, а значит, вот-вот это изменится. К затяжным черным полосам в жизни он давно привык и относился философски, а вот с белыми как-то не сталкивался. По крайней мере, с настолько белыми, чтобы он уже второй день находился в столь приподнятом настроении, что постоянно тянуло улыбаться.

Встав с кровати глубоко за полдень, что случалось с ведьмаком крайне редко и почти всегда после неудачного выполнения заказа, мужчина пошарил взглядом по комнате и направился к отброшенным вчера штанам, ожидая, когда Брин появится из нужного чулана. Натянув штаны, он невольно бросил взгляд в зеркало. Спутанные во сне и переворошенные чародейкой волосы в беспорядке падали на лицо и плечи. Он бы давно их остриг, если бы Брин тогда не сказала, что они ей нравятся. Ведьмак, откинув патлы с лица, зачесал их назад пятерней.

«Еще немного и их придется собирать на затылке, чтобы не мешались в бою, — прикинул он, наблюдая, как волосы, еще больше взлохмаченные им, снова падали на лицо, и поскреб небритый подбородок. — Такой красавчик!» — неожиданно вспомнил он слова Брин, глядя на свое неприглядное отражение, и фыркнул, расплываясь в улыбке.

— Зар-раза, — процедил Эскель, не в силах справиться с всё шире расползающейся улыбкой, махнул рукой и отвернулся от зеркала в поисках остальной одежды, уже не пытаясь призвать лицевые мышцы к порядку.

Завтрак помимо того, что случился в середине дня, был страшно непривычен тем, что был приготовлен лично для него и не кем-нибудь, а чародейкой, да еще и, как успел заметить ведьмак, абсолютно без применения магии. Ну, за исключением способа добывания продуктов. А пока они ели мастерски приготовленную Брин яичницу с каким-то диковинным способом закопченным мясом, ему пришла в голову идея отправиться на прогулку по долине. Уж больно его покоробила фраза о сидении взаперти, брошенная вчера Брин.

Девушка согласилась с энтузиазмом, и вскоре они уже бок о бок шагали по дороге, ведущей к озеру, а ведьмак, вспомнив о вчерашней прогулке по ночному Оксенфурту, не смог устоять и снова взял чародейку за руку. Из-за детскости затеи было несколько неловко, но почувствовав, как Брин снова переплела свои пальцы с его, он понял, что ни за что не выпустит ее руку. Ему безумно нравилось просто идти с ней рядом, слушать, как она шуршит листьями, и разговаривать. Выпустить, правда, все равно пришлось. Но потом, уже на пирсе, она будто прочитав его мысли, сама снова взяла его руку. Не успев удивиться тому, что чародейка положила ее к себе на колени, Эскель почувствовал еще и ласковые поглаживания по кисти, несмотря на свою безыскусность, оказавшиеся неожиданно приятными, особенно когда ее пальцы проскальзывали в ладонь. Для самой же чародейки в этом явно ничего особенного не было, она продолжала расспрашивать о ведьмаках и любоваться открывающимся с пирса видом.

Эскель же любовался ей, и в какой-то момент ему захотелось увидеть улыбку на серьезном лице девушки. Добиться этого получилось легко, Брин часто дарила ему свои улыбки, но в итоге он расхохотался и сам, устав пытаться удерживать бесстрастное выражение лица. Рядом с чародейкой это получалось у него с каждым днем все хуже и хуже, особенно когда она продолжала поглаживать его по руке. Не утерпев, ведьмак спросил об этом, чем едва не заставил девушку прекратить приятное занятие, так что пришлось признаваться, что ему это нравилось и сильно. Почувствовав же ее прохладные пальцы на своем запястье, он едва не позабыл об особенностях своей куртки от нахлынувшего желания самому коснуться ее.

Дабы сгладить оплошность он легко поддержал шутку Брин, которая по мере произнесения неожиданно стала для Эскеля совсем не смешной. Утренняя тревога наконец оформилась в более-менее ясную мысль. Ведьмаку не верилось, что все происходящее правда, что все эти дни, проведенные с Брин, настоящие. Было страшно, что в любой момент все то, что неожиданно сделало его чересчур счастливым, развеется как туман. Да, он чувствовал себя чересчур счастливым, чтобы это могло быть правдой.

Однако Брин о его мыслях не знала, ей, наконец вырвавшейся на свободу, нравилось просто гулять и осматривать округу. Ее жгучий интерес и неподдельный восторг радовали Эскеля, а уж чего стоила ее выходка с опавшими листьями! Вот только окончилась она неожиданно…


========== Часть 64 ==========


Поначалу он не понял, что произошло. С одной стороны, он за последний сутки вроде бы привык, что Брин девушка в высшей степени магически одаренная, а с другой, ее внезапное исчезновение из его рук и появление в небольшом отдалении все-таки выходило даже за колдовские рамки. Чародейку произошедшее тоже поразило. Быстро дойдя до девушки, обеспокоенный ведьмак уже протянул руку к ней, но чародейку неожиданно озарила догадка, и она снова исчезла у него из-под носа. А потом снова, и снова, и снова, смеясь, она появлялась то тут, то там, заставляя ведьмака лишь беспомощно оборачиваться на ее голос, ощущая, как тревога все усиливается.

Когда же Брин неожиданно появилась прямо перед ним, он, даже толком не отдавая себе отчета, мгновенно схватил ее, боясь, что та снова исчезнет, и только потом почувствовал ее руки на своих щеках и услышал ее слова.

— Я смогу попасть в свой мир! — светясь абсолютно счастливой улыбкой, закончила она свою эмоциональную речь.

А ведьмак понял, что это и есть конец слишком затянувшейся белой полосы. Она уйдет. Та, что перевернула его жизнь с ног на голову, та, что дала надежду на нечто большее, чем секс, та, что сделала его ненормально счастливым, просто исчезнет, будто ее никогда и не было в этом мире. Страх, что это случится прямо сейчас, будто кипятком окатил мужчину, толкнув вперед. Эскель буквально набросился на девушку, но ее это не отпугнуло. Она ответила с не меньшим жаром, сама обхватывая его руками, целуя, прижимаясь еще теснее, шумно дыша. И именно это подействовало на ведьмака успокаивающе, позволило взять себя в руки и обуздать эмоции. Потерять её, едва найдя, все еще было страшно, но он смог напомнить себе, что у Брин есть еще дела в этом мире, а она явно не из тех людей, кто бросает слова на ветер.

По окончании поцелуя Брин небрежным взмахом руки открыла портал и, шагнув в него, затащила Эскеля следом. Вышли они уже в большом зале Каэр Морхена.

— Йен! — тут же вскрикнула девушка, едва увидев спину своей наставницы.

— Чего ж ты так орешь. Не в лесу же уже! — с недовольным лицом обернулась чародейка, до того о чем-то беседовавшая с Трисс и Геральтом, стоящими рядом с ней.

— Смотри! — еще громче крикнула Брин, да так, что эхо заметалось под высокими сводами замка.

Зеленоватая вспышка, и чародейка исчезла, чтобы в тот же миг появиться у самой дальней стены, махнуть рукой и, снова исчезнув, тут же материализоваться уже между Йеннифер и Трисс.

— Ты научилась телепортироваться! — воскликнула Трисс.

— Куда ты переносилась?! — чуть ли не зарычала Йен, схватив Брин за локоть.

— В радиусе метров десяти, — счастливо улыбаясь ответила ей Брин. — Я помню, что Цири отслеживали по ее силе, если она телепортировалась слишком далеко.

Черноволосая чародейка ослабила хватку, зато нахмурилась еще сильнее.

— Когда ты этому научилась.

— Только что, я… — начала было рассказывать Брин, но Йен ее прервала.

— Пойдем ко мне, все мне перескажешь, каждую деталь! — потребовала.

— Да рассказывать-то особенно и нечего, — пожала плечами девушка, но за Йен все-таки отправилась.

— Поздравляю! — тихонько шепнула ей Трисс, присоединившись к удаляющимся чародейкам.

Брин радостно ей улыбнулась, и вскоре чародейки исчезли за дверью своей башни, оставив ведьмака с постепенно угасающим неприятным ощущение от портала, но зато со все нарастающим беспокойством о Брин.

— Что произошло? — спокойно поинтересовался у него Геральт.

— Брин научилась перемещаться с помощью силы Старшей крови, а не порталов, — ответил Эскель.

— Как у нее это получилось?

— Захотела оказаться от меня подальше, — как смог описал ведьмак и вдруг понял, что это, в общем-то, правда.

— А если серьезно? — не поверил Геральт.

— Я серьезен, — бросил Эскель и развернулся к выходу. — Пойду, дрова наколю.

Сбежать от Геральта было легко, от себя — сложнее. Заготовка дров хоть и была важным и нужным занятием, но занимала, к сожалению, только тело, мысли же были абсолютно свободны и отнюдь не радостны. Эскель в который раз бросил взгляд на северо-восточную башню, но та выглядела как обычно. Совершенно ничего не выдавало того, что там сейчас, возможно, прорубался ход в другой мир. И сколько бы ведьмак себе не напоминал, что Брин не исчезнет бесследно, он все равно не мог отделаться от мысли, что тот поцелуй в лесу был последним.

— Как продуктивно-то нынче чародейки отшивают! — откуда ни возьмись, раздался голос Ламберта.

Эскель даже бровью не повел, очередным точным ударом расколов полено на части, только щепки разлетелись в разные стороны.

— Что? Подосланная малышка поимела с тебя все, что хотела, да и тебя самого заодно, и пошла докладывать руководству? — Ламберт уселся на недалеко стоящем чурбане и бросил на собрата взгляд свысока.

Эскель молча сменил полено и снова резко опустил на него топор, разрубая пополам.

— А я говорил, что эта сучка не так проста, как притворяется! Поулыбалась, а ты и уши развесил… — Ламберту игнорирование не мешало. — Видел бы свою довольную рожу сегодня, когда вы из замка выходили, тебя бы самого стошнило.

Эскель крепче стиснул зубы, разрубая полено так, что топор застрял в колоде.

— Нельзя бабам верить, особенно чародейкам! — наставительно сообщил Ламберт. — Они всегда себе на уме, вертят хвостом туда-сюда, — Ламберт махнул рукой в такт словам, — ты за ними бегаешь, как дурак. Хорошо, если прозрел вовремя, как я. А то будешь как наш красавчик, вечно на побегушках.

Эскель мощными и точными ударами продолжал раскалывать поленья, не обращая никакого внимания на оратора.

— С твоей рожей проще. Этих змеищ надолго не хватает. Сами вон сбегают, не догонишь! — не смущаясь отсутствием отклика, продолжил рассуждать Ламберт и сплюнул. — И катились бы уже отсюда в портал свой сучий! Что б духу чародейского тут не было! Насовсем!

Эскель и без посторонней помощи прекрасно представлял себе тот портал, в котором без следа исчезнет его чародейка. Скрипнув зубами, мужчина резко развернулся к разошедшемуся болтуну и без замаха метнул топор. Ламберт мгновенно пригнулся, сгруппировавшись, и проследил взглядом, как метательный снаряд прочно вошел в подпирающее навес бревно, вкопанное в метре от чурбана, на котором он сидел.

— Твоя очередь дрова колоть, — слишком ровным голосом сообщил ему Эскель, подобрал прислоненную к стене перевязь с мечами и, развернувшись, отправился в сторону конюшни.


========== Часть 65 ==========


Полумрак загонов быстро остудил бессмысленный гнев на никогда не церемонившегося с подбором слов Ламберта, но еще больше растревоженные им собственные мысли одолели ведьмака с удвоенной силой. Брин действительно могла уйти безвозвратно, и не просто из Каэр Морхена, а вообще из этого мира. И могла сделать это прямо сейчас, научившись управлять своим новым открывшимся талантом. И как ни старался Эскель убедить себя в обратном, шанс на то, что она уйдет в поисках Цири и никогда не вернется, все-таки был. Почувствовав, что скоро рехнется, если не узнает, здесь ли Брин, ведьмак, едва закончив чистку конюшни, спорым шагом направился прямиком в замок. Быстро пройдя через большой зал, Эскель взбежал по лестнице башни, но замер у самой комнаты Брин.

«Теперь магия, наложенная на эту комнату, будет реагировать на тебя как на хозяина, — вспомнились ему слова Брин — Я буду рада, если ты останешься… насовсем».

Ведьмак протянул руку и толкнул дверь. Та легко открылась, впуская его внутрь, медальон не дернулся. Магия на него действительно не реагировала. Душу снова окатило тем же самым обжигающим чувством.

«Она же не просто так это сказала», — делая шаг за порог, напомнил себе мужчина, но тревога не отступала.

В прошлый раз, когда он вошел сюда без приглашения, от Брин осталось только письмо. Сейчас же каждый уголок непривычно заставленной комнаты был пропитан присутствием чародейки.

«Не могла она уйти. Здесь столько ее вещей, — притворив дверь, Эскель сам не зная зачем прошел на середину комнаты, обводя пространство взглядом. — Она умеет вытаскивать предметы через пространство. Если бы она куда-то ушла, она бы их забрала. А раз они здесь, значит она планирует сюда вернуться, — сам себя убеждал ведьмак, неотрывно глядя на ту самую маленькую картину в рамке, где Брин бросала вверх листья, и внутренне сжимаясь от опасений, что она пропадет прямо на его глазах. Но картинка оставалась на своем месте. — Подожду тут, — неожиданно для себя решил Эскель. — Она вчера сама сказала, что я могу находиться здесь в ее отсутствие, и даже больше…»

Усилием воли оторвав взгляд от полки, Эскель вернулся к дивану и опустился на него. Просидев минут десять как на иголках и не дождавшись никаких происшествий, он тяжело вздохнул, осознав, что понятия не имеет, сколько придется ждать. Пусть дровами и конюшней он занимался долго, это ничего не значило в сравнении с талантом Брин терять счет времени, увлекшись. Да и о характере Йеннифер забывать не стоило. Поднявшись, Эскель повесил куртку у входа и отправился в нужный чулан, желая умыться и вымыть руки. Это чудо магии, в первый раз его немало озадачившее и поразившее, теперь воспринималось спокойно, лишь заставляя каждый раз задумываться, насколько же тяжело Брин было привыкать к его миру, если ее собственный такой комфортный. Освежившись, Эскель снова взял недочитанную вчера книгу и в ожидании устроился с ней на диване. Справочник по магическим компонентам эликсиров в голову особо не шел, но отвлекаться, тем не менее, помогал. По крайней мере, время с ним шло быстрее.

Дверь отворилась неожиданно. Пытаясь заставить себя понять смысл прочитанного, ведьмак не услышал легких шагов чародейки. Девушка, появившись на пороге, взглянула на ожидавшего ее ведьмака удивленно, но тут же улыбнулась.

— Ты здесь! — облегченно воскликнула она, шумно захлопывая дверь, и двинулась в его сторону.

— Ты же сказала, что я могу… — помимо воли все равно принялся объясняться мужчина, откладывая помогавшую ему скрасить ожидание книгу на столик.

— Я боялась, что мне придется возвращаться и спрашивать у них, где ты, — не слушая его тихие оправдания, поделилась чародейка, плюхаясь совсем рядом с ведьмаком на диван, и неожиданно прижалась к его боку, положив голову ему на плечо.

— Боялась? — обескураженный и ее фразой, и ее таким, похоже, естественным для нее поведением, переспросил Эскель.

— Угу, — промычала девушка в ответ. — Не хочу никого видеть. Достали…

Ведьмак ощутил некоторое торжество о того, что он в этих «всех» не входил.

— Ничего не получилось? — в общем поинтересовался он, осторожно поднимая руку и приобнимая девушку за плечи.

— Ну, не то чтобы совсем ничего, но в другой мир пока не попасть, — не очень охотно и довольно печально поведала Брин.

— Недостаточно сил? — уточнил он, чувствуя, как тугой узел, в который полдня скручивалось все внутри, резко ослабел.

— Да черт его знает, чего недостаточно, — раздраженно пробурчала Брин, утыкалась носом ему в грудь и обхватывая его руками. — Может мозгов у меня не хватает… — мрачно и неразборчиво проворчала она.

— Вряд ли, — совершенно искренне ответил ей Эскель и не смог сдержать улыбку. — Скорее всего, нужно дальше силу развивать.

— Угу…

Радость, неожиданно накрывшая ведьмака, была совершенно неправильной и несоответствующей происходящему, но, черт подери, он был так рад, что Брин не смогла найти способ путешествовать между мирами! Это означало, что она останется с ним еще на какое-то время. Что еще какое-то, пусть может и недолгое время, она будет только его, будет вот так внезапно доверчиво прижиматься к нему, будет улыбаться и говорить, что не хочет никого видеть, кроме него… И это согревало душу ведьмака и заставляло его улыбаться несмотря на то, что чародейка грустила в его объятьях. Это было неправильно, но так чудесно!

Несколько долгих приятных минут они просидели, обнявшись на диване, после чего Брин, глубоко вздохнув, отстранилась. На ее лице была слабая улыбка.

— У меня кое-что для тебя есть, — сообщила она и как заправский фокусник вытащила прямо из воздуха небольшую баночку с некой сероватой субстанцией. — Только мажь аккуратно, старайся больше чем на сантиметр от шрамов не отступать.

За всеми своими переживаниями ведьмак успел позабыть, что попросил девушку сделать ему мазь от шрамов, и только под конец фразы осознал, что именно она ему принесла.

— Так это она, — излишне осторожно беря из рук девушки баночку, пробормотал Эскель, глядя на неприглядную и ничем не выдающую своей чудодейственности мазь.

— Не смотри на ее непрезентабельный вид, — по-своему поняла его слова чародейка. — Я для Трисс много косметических эффектов на нее наложила, а тебе чистую формулу принесла, не тратя время на рюшечки в виде цвета, запаха и консистенции.

— Спасибо, — не отрывая взгляда от заветной склянки, проговорил ведьмак.

— Только ты уж совсем волшебства от препарата не жди, — напомнила девушка. — Мазь подействует, но довольно ограниченно. Вау-эффекта, как у Трисс, не будет.

— Я не думал, что с этим, — Эскель провел по изуродованной щеке двумя пальцами, — вообще что-то еще можно сделать.

— Что-то можно, — улыбнулась Брин, отодвигаясь совсем, чтобы предоставить ведьмаку свободу движения. — Завтра утром будет виден почти весь эффект.

Ведьмак зажал заветную баночку в кулаке и поднялся с дивана.

— Ты ужинал? — спросила она у него.

— Нет, — неожиданно задумавшись, сам удивился такому раскладу Эскель.

— И я нет.

— Спустимся вниз? — заколебался мужчина, решая направиться ли ему к двери или к зеркалу.

— Не-ет! — замотала головой девушка. — Только не к ним. Так что-нибудь найду.


========== Часть 66 ==========


Эскель уже знал этот невидящий взгляд, направленный куда-то в пространство, он означал, что чародейка занялась поиском предметов, возможно находящихся даже не в этом мире, так что с чистой совестью отправился к зеркалу.

У чудо-мази оказался довольно мерзкий запах и студенистая консистенция, но это было последнее, что сейчас волновало ведьмака. Зачерпнув прохладную субстанцию, он пару секунд рассматривал ее вблизи, а потом, усмехнувшись собственному внезапно разыгравшемуся желанию сделать что-нибудь со своей непрезентабельной внешностью, осторожно мазнул по щеке. Прислушавшись к себе, он ничего особенного так и не уловил, даже амулет не дернулся. Аккуратно распределив необходимое количество мази по шраму, с которым уже успел сродниться, Эскель пару секунд смотрел на свое отражение, пытаясь представить будущий эффект, а потом, мотнув головой, прогнал непрошеные мысли и обернулся.

— Иномирная кухня! — весело сказала Брин, когда Эскель подошел к ней ближе. — Когда хотелось поесть, а готовить было лень, чаще всего я заказывала пиццу с колой в своем мире. Будучи здесь, тоже иногда брала.

Эскель с интересом заглянул в лежащую на столе коробку из толстой бумаги, принюхался и удивленно посмотрел на большой круглый открытый пирог с несколькими разными начинками на нем. Пахло предлагаемое яство вкусно.

— Я, правда, обычно беру самую острую, а эта почти обычная, — добавила она. — А то скажешь, что за адскую ерунду я тебе есть предлагаю, — рассмеялась она.

— Ведьмаки в еде не привередливы, — усмехнулся Эскель, садясь обратно на диван.

— Ты попробуй сначала, — предостерегла его Брин. — В вашей кухне острыми приправами не балуются, — девушка уверенно взяла первый кусок и с видимым удовольствием откусила от него.

Эскель, какой только еды на своем веку не повидавший, без каких-либо опасений последовал ее примеру. Однако сделав парочку жевательных движений, с удивлением понял, что оказался не прав. Та самая острота, поначалу никак не ощутимая, резко дала о себе знать, и похоже это все-таки как-то отразилось на его лице, так как Брин снова рассмеялась, откладывая свой кусок, и потянулась к странной бутылке с черной жидкостью, стоящей рядом с коробкой.

— Ясно, — сказала она, повернув руку, которая лежала на крышке бутылки. Раздалось пронзительное шипение, удивившее ведьмака ничуть не меньше действительно острой пищи, и по комнате разлился незнакомый, безалкогольный, но приятный запах. Брин тем временем вытащила из-за коробки две иномирные кружки и начала заполнять их черным бурлящим напитком. Ведьмак смотрел на всё это с большим изумлением. — На, запивай, — протянула она ему один из бокалов. — Правда, я не знаю, как ты к газировке отнесешься. Хоть попробуй! Чаю-то налить я всегда успею.

С лица Брин не сходила улыбка, она снова принялась за свой кусок странного пирога, а Эскель, взяв в руки кружку, с сомнением уставился на кучу мелких пузырьков, поднимающихся с ее дна.

— Да не смотри ты на нее, сделай глоток и сразу поймешь, нравится тебе или нет. Не обращай внимания на цвет, это не отрава, — усмехнувшись, Брин сделала глоток из своей чашки, демонстрируя ведьмаку, что пить эту странную жидкость безопасно.

Мужчина и не сомневался в безопасности, ведьмака вообще отравить почти невозможно, но вот из чего и главное как можно было сделать этот напиток, не имел ни малейшего представления. Любопытство, впрочем, было чудовищной силы. Не каждый день ему предлагали то, чего он раньше никогда не пробовал. Чуть пригубив, он определил, что это действительно был не алкоголь, а что-то сладкое, и сделал смелый большой глоток, после которого сразу же закашлялся. Чрезмерная сладость и те самые пузырьки атаковали его с двух фронтов.

— Что, так плохо? — наполовину сочувственно, наполовину ехидно поинтересовалась Брин, без какого-либо дискомфорта уминая свою странную еду.

— Нет, — качнул головой ведьмак, несмотря на сложности успевший распробовать питье. — Просто не ожидал, что эта штука с таким ядреным вкусом. Да еще пузырьки эти… Что это вообще?

— Углекислый газ, — рассеянно ответила Брин. — Блин, у ведьмаков же чувства гораздо острее человеческих, а я тебе такой букет вкусов и их усилителей предлагаю… — виновато взглянув на мужчину, сказала девушка.

— Не сахарный, не растаю, — фыркнул ведьмак, развеселенный такой заботой о нем.

Брин стрельнула смеющимся взглядом и, пожав плечами, вернулась к еде. Эскель тоже откусил второй раз от своего куска и несмотря на известный эффект, все-таки предпочел сделать глоток из своей кружки. Не то чтобы это было что-то из ряда вон, но все же требовалось какое-то время, чтобы привыкнуть к необычному яркому вкусу и пирога, и питья.

Брин наелась довольно быстро и откинулась на спинку дивана, медленно потягивая черную жидкость из своей кружки. Разговор, ненадолго прервавшийся, увял совсем, девушка погрузилась в свои мысли.

— О чем думаешь? — все-таки спросил Эскель, беря последний кусок. Он уже тоже наелся, но оставлять такую интересную еду, чтобы та испортилась, ему было жалко.

Чародейка вынырнула из своих мыслей и перевела взгляд на мужчину.

— Да все о том же, — чуть поморщилась она. — Пытаюсь прикинуть, что послужило катализатором для открытия новых способностей. Ищу способы соотнести возможность доставать вещи из моего мира и телепортацию и не нахожу. Нужно смириться, что пока не получается, — грустно вздохнула она, ставя пустой стакан на столик, — а я все возвращаюсь и возвращаюсь к этой теме. Поговори со мной, — неожиданно попросила она, будто до того они не разговаривали.

— О чем? — удивился ее просьбе ведьмак.

— О чем угодно, — пожала плечами девушка. — Что ты делал, пока меня не было? — спросила она.

— Дрова рубил, — коротко ответил Эскель.

— И в поленницу складывал? — непонятно чему вдруг развеселилась Брин.

— Складывал, а что не так? — недоуменно спросил ведьмак.

Девушка же звонко рассмеялась.

— У меня папа на вопрос, что он делает, часто в шутку отвечал, что рубит дрова и в поленницу складывает, — все еще смеясь, наконец пояснила Брин.

— Я их на самом деле рубил, — глядя на радостную улыбку чародейки, ведьмак тоже криво улыбнулся.

— Жаль, я не видела, — цокнула языком девушка.

— Ты что, никогда не видела, как рубят дрова? — удивленно приподнял бровь ведьмак.

— Видела, — опровергла его предположение девушка. — Потому и хотела на тебя посмотреть.

— А на что там тогда смотреть? — определенно ничего не понял Эскель.

— Ну как же? Мужчина за работой! Ты красиво двигаешься, — пожала плечами Брин, забираясь на диван с ногами и разворачиваясь к ведьмаку лицом. Застигнутый врасплох таким ответом мужчина просто молча смотрел на нее. — Тебе никогда этого не говорили? — видя такую реакцию на свои слова, Брин снова мягко рассмеялась.

— Никогда, — подтвердил ведьмак, даже мысли не допускавший, что кому-то могло быть интересно наблюдать, как он колет дрова. — Если бы ты про тренировку сказала, но дрова…

— С мечом, конечно, лучше, но мне за тобой наблюдать нравилось и пока мы ехали в Каэр Морхен, — заметив его озадаченность, Брин снова звонко рассмеялась. — Чему ты так удивляешься? Ты себя со стороны видел? Высокий, статный, широкоплечий, движения точные, пластичные. Ну как не залюбоваться? — чародейка все еще усмехалась, но смотрела на ведьмака таким взглядом, что он никак не мог разобраться, шутит она или всерьез. — А уж когда ты мокрую рубашку снял в таверне!

— То-то ты сразу отвернулась, — тут же припомнил мужчина тот вечер.

— Не сразу! — запротестовала девушка. — И чего мне это стоило…

— Почему тогда отвернулась? — озадачился ведьмак.

— Я воспитанная девушка! Стриптиз смотреть мне никто не предлагал, а то, что комната общая — стечение обстоятельств, — возмутилась Брин.

— А что, если бы предложил, не стала бы отворачиваться? — прищурившись, продолжил допытываться Эскель.

— Предложи — узнаешь, — девушка хитро улыбалась.

Ведьмак решительно поднялся с дивана и взялся за завязки рубашки:

— Предлагаю.

Комментарий к

К сожалению, вынуждена приостановить выкладку. Увы, пока больше текста нет и когда возобновлю сказать не могу. Очень надеюсь, что смогу дописать и порадовать вас окончанием хотя бы третьего тома!

UPD. Скоро продолжу выкладку:)


========== Часть 67 ==========


Комментарий к

Ну вот и обещанное продолжение выкладки! На сей раз до самого конца)

Третий том НЕ заключительный, но о четвертом пока говорить рано.

***

Утренний будильник я восприняла уже как неизбежное зло. Вроде и легли мы вчера не поздно, и спала я рядом с Эскелем как убитая, и выспалась вчера на неделю вперед, а вставать все равно не хотелось.

— Пора вставать, — с сожалением констатировала я и взмахом руки отдернула шторы, впуская утренний свет в комнату, чтобы разогнать дрему.

Эскель, просыпающийся намного легче меня, повернулся ко мне и, опёршись на локоть, улыбнулся. Глядя на него, я запоздало вспомнила, что вчера вечером, помимо крайне увлекательного стриптиза, еще принесла ведьмаку мазь от шрамов. Едва вспомнив об этом, я протянула руку и коснулась изуродованной щеки, желая проверить и тактильные впечатления, помимо визуальных. Эскель, очевидно, тоже резко припомнивший вчерашний вечер, сразу посерьезнел и встревоженно заглянул мне в глаза.

— Не подействовало? — спросил он разочарованно.

— Подействовало, — я опровергла его предположение, медленно скользя пальцами по коже на щеке.

Эффект от мази был вполне заметен, но, как я и предполагала, чуда не произошло. Старые рубцы разгладились, поблекли, мелкие дефекты ушли безвозвратно, на ощупь щека стала намного ровнее, линия губ в самом деле почти выровнялась, но шрам по-прежнему привлекал к себе слишком много внимания. Я нежно провела подушечками пальцев по губам ведьмака. Шероховатость, всегда так заводившая меня, осталась, так что я невольно улыбнулась.

— Я же говорила, как на Трисс не сработает, но эффект есть. Посмотри сам, — я кивнула на зеркало.

Помедлив пару секунд, Эскель сначала наклонился вперед, целуя меня, а потом почти мгновенно оказался у зеркала. Заправив мешающие пряди за ухо, он довольно надолго застыл, глядя на свое отражение.

— Стало лучше, заметно, — наконец сказал он, обернувшись ко мне.

— Угу, — подтвердила я.

— А если еще раз намазать?

— Не подействует, — качнула я головой. — Только полностью восстанавливать, но оно не стоит того риска.

Эскель кивнул, соглашаясь, и снова перевел взгляд на зеркало.

— Я рада, что эффект оказался незначительным, — сказала и поняла, что до этого как-то не задумывалась об этом, а теперь внезапно осознала свои ощущения.

— Рада? — снова обернулся ко мне ведьмак. На его лице застыло недоверие пополам с удивлением.

— Я не знала тебя без шрама, для меня он часть тебя. Он делает тебя особенным, — с этими словами я поднялась с кровати и подошла к Эскелю, взглянув в зеркало уже на нас двоих.

— Зачем же ты тогда сделала мазь? — растерянно спросил мужчина.

— Ты хотел попробовать, — пожала я плечами и направилась в ванную. Опаздывать не хотелось.

Йен после вчерашнего внезапного прорыва вместо послабления, кажется, решила только ужесточить тренировки. Теперь помимо общей серии заклинаний классической магии в них входило еще и свежеосвоенное мной перемещение в пространстве. Но я не жаловалась, самой хотелось поскорее научиться ходить между мирами, но, увы, инструкций к способностям не прилагалось.

А на полпути обратно к замку меня неожиданно перехватил Эскель. Я рассчитывала на очередной совместный завтрак, однако по внешнему виду мужчины сразу стало понятно, что у него другие планы.

— Мы уезжаем на охоту, — сказал он.

— Сейчас? — уточнила я. Кто «мы» было понятно и без пояснений.

— Я задержался, чтобы сказать тебе, а не… исчезнуть как в прошлый раз.

— Надолго?

Несмотря на то, что расставаться с Эскелем совершенно не хотелось, я помнила, что у него есть обязанности, увлечения, друзья и просить его остаться было бы чересчур эгоистично.

— На пару дней.

Я мысленно облегченно выдохнула:

«Пару дней я переживу, лишь бы они в недели не превратились».

— Буду скучать, — честно ответила я и потянулась к мужчине.

Прощальный чмок, который я собиралась сделать, несколько затянулся, так что вслед стремительно удаляющемуся ведьмаку я смотрела со слегка сбившимся дыханием и двойным сожалением. Ничего не поделать, завтракать пришлось в одиночестве. Лишь ближе к концу трапезы на кухне неожиданно появилась Трисс.

— Как самочувствие после вчерашнего открытия? — спросила она, тоже наливая себе чай и присаживаясь к столу.

— Как обычно, — пожала я плечами. — Больше ничего нового.

— Обычно у тебя продвижение в одном виде магии Старшей крови порождает всплеск в другом, — наблюдательно заметила Трисс.

— Обычно, — кивнула я, соглашаясь. — Пока ничего не заметила. Сейчас займусь замком, как раз обращусь к магии времени и проверю.

Допив чай и узнав, что Трисс из замка на пару дней тоже исчезнет разруливать дела государственной важности, я пожелала ей удачи и снова осталась одна. Постояв посреди большого зала и здраво оценивая свои силы в сравнении с высотой потолка, я отправилась на второй этаж. Тут своды были гораздо доступнее и сам этаж делился на залы и комнаты. Судя по слою пыли и куче обломков и камней, на этом этаже давно никто не бывал, и я почти сразу поняла почему. Если фундамент я восстановила, то несущие конструкции выше уровня земли все еще находились в весьма плачевном состоянии. И прежде чем можно было бы безопасно ходить здесь, следовало заняться ими.

«Да, такими темпами до косметического ремонта я доберусь не скоро, — несколько разочарованно отметила я. Все-таки хотелось бы видеть результаты работы своими глазами, а не только ощущать. — Ну, зато замок точно не рухнет нам на головы в один прекрасный момент!»

Я восстанавливала целостность перекрытий, колонн и стен второго этажа пока не почувствовала головокружение от усталости. Внешне как всегда мало что поменялось (исчезли несколько больших трещин и провалов), но зато на втором этаже теперь можно было безопасно находиться, не рискуя быть засыпанной или рухнуть на первый.

— Это ты на втором этаже что-то чаровала? — спросил Весемир, с которым мы встретились за поздним обедом.

— Ага, — кивнула я, с аппетитом поглощая простую, в общем-то, но сытную похлебку. Магия магией, а организму для восстановления сил требовалась еда. — Починила самые сложные и хрупкие участки стен и пола, чтобы он прекратил рушиться. Так заметно? — удивилась я.

— Слышал, как весь замок скрипел и вздрагивал, — в усы усмехнулся старик. — А почему первый этаж пропустила?

— Слишком большие пространства, — вздохнула я. — Пока не дотягиваюсь. Но он, в отличие от второго этажа, крепкий, можно отложить.

Весемир кивнул, соглашаясь, и о чем-то задумался.


========== Часть 68 ==========


— Займись первой библиотекой, — неожиданно попросил он. — Не дело здесь книги хранить, — мужчина махнул рукой в сторону полок и стеллажей в большом зале.

— Когда закончу с несущей конструкцией, — согласилась я. Мне было совершенно все равно в какой последовательности восстанавливать замок. Я была рада учесть пожелания Весемира, к тому же библиотека и меня саму привлекала больше всего. У ведьмаков было множество интересных мне книг, и хоть напрямую спросить старого ведьмака о разрешении их читать так и не отважилась, боясь запрета, все-таки я надеялась, что он не просто так упомянул библиотеку.

Остаток дня прошел как-то смазано. Творить большую магию я была уже не в состоянии, а нового проекта в лаборатории пока не было. Так что, вспомнив о так и не приведенных в божеский вид заметках о ведьмачьих эманациях и мази от шрамов, я от нечего делать все-таки занялась ими. Ужинали мы с Весемиром вдвоем, а вернувшись в комнату, я окончательно загрустила. Если днем, пока занималась делами, я вполне успешно не думала о том, что Эскель уехал, то пустая комната была слишком явным напоминанием.

— Вот же ж, — грустно усмехнулась я. — За три дня привыкла!

Велев себе не раскисать и напомнив, что ведьмака не будет всего лишь два дня, я, преувеличенно бодро напевая себе под нос песенку, направилась в ванную. Водные процедуры помогли мне расслабиться, но в пустую и холодную постель все равно ложиться было грустно. Поворочавшись с боку на бок следующий час, я успела передумать кучу мыслей и об Эскеле, и о своей непослушной магии, и о попытке пробиться в другой мир, и об отсутствии продвижений в поисках Цири. Сдавшись, я взяла книгу, в надежде успокоить поток мыслей. Надо было признать, что без ведьмачьих объятий у меня не получалось блаженно отрубаться и спокойно спать всю ночь.

С книгой в руках я и задремала. Правда, мысли о магии и Цири не отпустили меня и тогда. Проскакав с полмира в поисках того не знаю чего, как это часто бывает во сне, я неожиданно нашла то, что искала и замерла. Передо мной стояла пара: ничем кроме стати не выделявшийся черноволосый мужчина и стройная высокая женщина в долгополом плаще, скрывавшем ее одежду, но лишь подчеркивавшем пепельно-серые волосы, заплетенные в две толстые длинные косы. А между ними стояла маленькая девочка с точно такими же как у женщины серыми волосами и держала за руки явно своих родителей. Лиц их я не видела, так как семья стояла ко мне спиной, но и без дополнительных подсказок по одному только цвету волос и мыслям, крутившимся в моей голове весь вечер, можно было догадаться, кто это.

Я шумно вдохнула и проснулась. Картинка по-прежнему стояла перед моими глазами — Паветта, Эмгыр и маленькая Цири. Да, безусловно, я ее искала. Но чем мне могло помочь видение из прошлого? Осознание в еще сонный мозг пришло постепенно. Со вчерашнего дня я думала о том, как скажется мой прорыв в портальной магии на магии времени, и вот, кажется, мне и приснился ответ на этот вопрос. Я чего-то такого и ожидала, правда, не думала, что видения прошлого, а в идеале, конечно, будущего, будут такие бесполезные. Ну да главное, что есть подвижки, а упорно трудиться, чтобы развивать свой дар, я уже привыкла. Вполне удовлетворенная этой мыслью, я повернулась на другой бок, погасила свет и спокойно уснула.


Замок без ведьмаков и Трисс будто совсем опустел. Нет, конечно он и до того не был наполнен жизнью, но Йен после тренировки закрылась у себя, Весемир отправился во двор, а я тихо шагала по полуразрушенному второму этажу замка и как никогда ощущала эту пустоту. На миг даже закралась мысль, что в таком состоянии замок по крайней мере вполне органично пустует, а после восстановления свежеотремонтированные безмолвные коридоры будут навевать еще большую унылость. Но живенько напомнив себе, что занимаюсь замком в первую очередь для развития магии и поиска пути домой, я засучив рукава принялась за дело. Сегодня я хотела закончить с несущими конструкциями здесь и попытать счастья с первым этажом. Раз моя сила растет, то быть может я уже смогу дотянуться. Все-таки реставрировать надо снизу вверх!

Со вторым этажом разобралась быстро, а вот первый заставил сильно поднапрячься. Да, я ощутила, что теперь мне под силу дотянуться до высокого потолка, но это было явно на пределе моих возможностей и долго так работать я точно не смогла бы. Впрочем, трудности — это то, что я и искала. Именно преодоление преград и работа на пределе возможностей эффективнее всего двигали меня вперед.

— Главное не дотянуться до нового выброса, — пробормотала себе под нос, крепко удерживая магические потоки.

Как и подозревала, долго я не продержалась и вскоре почувствовала, что сила становится все непослушнее и так и норовит просочиться между пальцев. Я опустила руки, решив, что и так неплохо потрудилась и завтра смогу сделать чуть больше. Однако не успела я как следует изучить затянувшуюся трещину в кладке и подумать о Весемире, который борется с куда более запущенными случаями в стенах, как вдруг оказалась во дворе крепости. Усталый и чуть разочарованный вздох вырвался у меня сам собой. Да, до выброса не дошло, но магия явно вырвалась из-под контроля настолько, что я сама по себе переместилась в пространстве, лишь подумав о Весемире. Одна деталь, правда, заставила меня резко насторожиться.

Взгляд зацепился за пучки сочной зеленой травы под ногами. И пока я, хмурясь, пыталась понять, почему пялюсь на такую простую и обыденную вещь, за спиной раздался странный звук. Стремительно обернувшись, я оторопело уставилась на настоящего живого гуля во дворе Каэр Морхена. Трупоед скалился, рычал и рвался прочь, но отчего-то не слишком преуспевал в этом. Отойдя от первого шока, я заметила на монстре путы, судя по стертой под ними шкурой, явно с содержанием серебра, которые и не давали ему разгуляться, и россыпь отметин, говоривших о том, что это не гуль, а альгуль. Тут из-за монстра неожиданно выскочил мужчина и, вдарив по нему слабеньким аардом, принялся мечом теснить тварь в клетку, что оказалась у той за спиной. Теперь я уже не знала чему удивляться больше: опасному монстру в стенах крепости, который хотя бы чисто теоретически мог сюда просочиться, или совершенно незнакомому мужчине, а точнее явно ведьмаку, оказавшемуся тут, что было совсем нереальным.

— А, Брин. Привет! Помогай, — мельком глянув на меня, неожиданно приветливо сказал мужчина.

К поводам для удивления теперь прибавился тот факт, что ведьмак меня явно неплохо знал, а я его совершенно точно видела впервые в жизни. Правда, прежде чем засыпать его вопросами, я все-таки активировала магию и помогла затолкать опасного монстра в клетку. Мужчина шумно захлопнул клетку и закрыл на ней задвижку.

— Ф-у-у, — смахнул он пот со лба.

В последний миг я, правда, сообразила, что может быть не стоило освобождать незнакомому ведьмаку руки, а следовало поскорее бежать искать Весемира или телепортироваться к Йен. С другой стороны, перенестись я всегда успею, главное близко его к себе не подпускать, а вот узнать, кто он такой и главное, откуда меня знает, было немаловажно.

— Спасибо! — тем временем обернулся ко мне ведьмак. На его лице была добродушная улыбка. — Давно тебя не было!


========== Часть 69 ==========


— Давно? — удивленно переспросила я.

Угрозы я никакой от него не ощущала, скорее наоборот, чувствовалось, что он был искренне рад меня видеть. Но сколько не силилась я припомнить его лицо, мужчина оставался незнакомцем. Да и откуда бы мне знать еще одного ведьмака, да еще и такого молодого?! А на вид ему было лет двадцать-двадцать пять, не больше. Высокий подтянутый молодой мужчина с копной черных густых волос, частично забранных в высокий конский хвост. Яркие желтые глаза с вертикальным зрачком на молодом лице с единственным коротким шрамом, рассекающим левую бровь, только подтверждали его принадлежность к ведьмачьему цеху, а редкая и короткая бородка с усами придавали ему солидности, но возраст особо не скрывали.

— С полгода уже прошло с последней нашей встречи, — вполне конкретно ответил на мой растерянный вопрос мужчина.

— А где это было? — снова уточнила я.

— Так тут же, в Каэр Морхене! — ответил ведьмак. — Только в нижнем дворе. Ты приходила взять у меня кровь на анализ.

Я остро ощутила себя героиней фильма про амнезию. Человек говорит мне какие-то подробности из моей жизни, а я их в упор не помню!

— Не помнишь? — чуть прищурился он, подходя ближе.

Я машинально отступила, хоть и не чувствовала в нем опасности, но этот мир сильно обострил мое чувство самосохранения. Мужчина немедленно остановился и чуть нахмурился.

— Я, признаться, вообще тебя не помню, — все-таки сообщила я ему правду, чтобы не продолжать этот глупый разговор. — Кто ты?

Хмурая складка на лбу ведьмака разгладилась, и мужчина неожиданно расхохотался.

— Так вот как это произошло! — смеясь, сказал он. — Значит, ты в первый раз переместилась в этот момент!

— Не в первый, — теперь нахмурилась я.

— В первый, в первый, раз не узнаешь меня, — продолжал веселиться мужчина. — И что? Никаких идей? Абсолютно?

— Нет, — еще сильнее хмурясь ответила я. — Я вообще знаю всего четырех ведьмаков, и тебя среди них нет.

— Есть-есть, — самоуверенно опроверг мои слова молодой мужчина. А вот его лукавый прищур со смешинками в уголках глаз уже показался мне знакомым. — Неужели я так изменился?

От попыток выкопать из своей дырявой памяти хоть какой-нибудь намек на то, кто это такой и почему я не могу его узнать, меня отвлекло жужжание слепня. Я заозиралась по сторонам и меня будто ледяной водой окатили.

— Откуда тут слепни? Почему трава зеленая и деревья… Сейчас же октябрь… — наконец сообразила я, что напрягло меня в самом начале.

Невозможный знакомый незнакомец снова расхохотался.

— Хватит ржать! — сердито зыркнула я на смеющегося нахала, который явно все знал, но наслаждался моей растерянностью. — Объясни, что происходит!

— Интересно, я в первый раз выглядел так же забавно? — все-таки успокоившись, задался вопросом мужчина. — Ладно! Я Весемир. И, похоже, в будущем я так сильно обезображен, что узнать меня невозможно.

— Ве-се… мир… ? — по слогам переспросила я, снова во все глаза глядя на этого молодого обаятельно улыбающегося мужчину и недоумевая. — В будущем? Я… я в прошлом?! Но как я тут оказалась?!

— Вот уж этого я не знаю, — развел руками резко помолодевший ведьмак. — Все эти ваши чародейские штучки не ведьмачьего ума дело.

— Но… Но мне же надо вернуться назад! — еще больше всполошилась я.

— Ты просила предупредить тебя, чтобы не волновалась на этот счет. Первое время дар будет срабатывать спонтанно, сам по себе, пока ты не научишься им управлять. Так что через некоторое время тебя затянет обратно в твой временной отрезок, где я, видимо, изуродовал себя шрамами до неузнаваемости. У меня хоть руки-ноги целы?

— Да нет… В смысле да. Тьфу, — тряхнула я головой в попытке упорядочить в ней мысли физически, раз уж умственные усилия проваливались. — У тебя полный комплект рук и ног, и шрамов на лице немного. Просто там ты полностью седой старик, а тут…

— Я дожил до седины! — аж присвистнул ведьмак. — Ничего себе я даю! Только ты это, поаккуратнее со сведениями из будущего. Об этом ты тоже просила тебя предупредить, когда ты переместишься ко мне в первый раз.

— Какая я, однако, предусмотрительная, — пробормотала я, ощущая себя несколько сумасшедшей.

— И не говори! Слово лишнего не вытянешь, — закивал Весемир.

— Ну, если бы ты меня не предупредил, что лучше помалкивать…

— Я дал слово! — перебил меня ведьмак, строго глянув на меня, но тут же криво усмехнулся. — К тому же теперь я могу свободно тебя расспрашивать, а ты уже сама выберешь, что мне рассказывать, а что нет.

— А я могу что-то рассказать? — удивилась я.

— Ну, ты всегда как-то сама решала, что рассказывать, а что нет, — пожал плечами мужчина. — Пойдем, прогуляемся, что ли. Чего стоять посреди двора?

— Куда?

— На стены, — махнул он рукой. — Ты говорила, что тебе нравится Каэр Морхен и его окрестности.

Я запоздало вскинула голову и развернулась к цитадели, которую отсюда, впрочем, было видно лишь частично. Взгляду мешали подсобные постройки и деревья. За воротами, что находились метрах в пятнадцати от нас, неожиданно послышался шум и гомон. Не прошло и нескольких секунд, как в средний двор гурьбой высыпали разновозрастные мальчики и юноши. Смех и шуточные потасовки разом прекратились и все около пятнадцати-семнадцати пар желтых глаз с вертикальным зрачком уставились на нас с Весемиром.

— Вы ничего не видели! Кыш купаться! — прикрикнул на них резко посуровевший ведьмак.

Маленьких ведьмаков в прямом смысле как ветром сдуло со двора, а я не удержавшись захихикала.

— Суровый наставник Весемир, — смеясь, покачала я головой, когда ведьмак обернулся.

— Я что, буду учителем в Каэр Морхене? — выцепил главное из моих слов ведьмак.

— Ой, — резко перестала я веселиться. — А можно ли было тебе это узнавать…

— Что, правда?! Хотя если я доживу до глубоких седин, логично, что в какой-то момент оставлю Путь и займусь менее рискованной работой, — задумчиво поскреб он подбородок.

— Эй! Боги или кто там управляет моими перемещениями! Заберите меня отсюда, пока я не наболтала лишнего! — задрав голову к небу, попросила я.

Весемир усмехнулся.

— Пойдем, — позвал он.

Вскоре мы оказались на южной стене, на которую ведьмак легко взобрался, а я не мудрствуя лукаво телепортировалась. Судя по отсутствующей реакции на подобный способ перемещения, он был не нов для Весемира.


========== Часть 70 ==========


— Что ты обо мне знаешь? — поспешила я задать вопрос, чтобы поскорее определиться с тем, что для ведьмака уже секретом не являлось.

Отсюда открывался куда более зрелищный вид в обе стороны. Но горы и леса не сильно изменились за сто или даже двести лет (сколько лет было Весемиру, я не знала), а вот замок выглядел совершенно иначе. Целехонький и новенький, местами даже недостроенный он выглядел величественно, но главное - он был обитаем! Повсюду: во дворе и даже в распахнутых окнах цитадели виднелись следы жизни крепости. Это было необычно и восхитительно!

— Что тебя зовут Брин. Ты чародейка и у тебя есть дар Старшей крови, — принялся добросовестно перечислять ведьмак. — Что ты развиваешь свою магию постепенно и возможность перемещаться во времени появилась у тебя не сразу, и контролировать ее ты училась очень долго. Что ты живешь в Каэр Морхене в будущем, и, судя по всему, довольно далеком, раз я там уже старик, и занимаешься изучением ведьмачьих мутаций. Еще ты говорила, что разбираешься по книгам и проводишь опыты, значит, по каким-то причинам не осталось других чародеев, посвященных в секрет создания ведьмаков.

Автоматически отметив, что с таким умным собеседником крайне сложно будет дозировать информацию, я задумалась. Стало быть то, что я из другого мира он не знает. И, судя по его реакции в наше с ним первое знакомство, именно тогда он об этом и узнал. Но ведьмак и без этого уже о многом имел представление.

— Негусто, — закончил свою речь ведьмак.

— Я бы так не сказала, — процедила я.

— Не переживай, я понимаю, что это очень важно и секретно, — снова очень правильно понял меня Весемир. — Я сохраню твою тайну!

Я подозрительно посмотрела на молодого ведьмака. Хоть и звучало это слишком самонадеянно, но учитывая, что никакая информация обо мне нигде на самом деле не просочилась, похоже ему можно было доверять.

— Ты, конечно, можешь в любой момент стереть мне память, но я прошу тебя не делать этого. В конце концов, там, в будущем, у тебя должны быть доказательства моих слов!

— Да, о стирании памяти я и подумывала, — соврала я. На самом деле без его слов еще не скоро догадалась бы о таком простом решении проблемы. — Но ты прав. Мое настоящее явно свидетельствует в твою пользу.

Ведьмак заметно расслабился и снова чуть улыбнулся.

— Ну ладно мне, раз ты говоришь, что я частенько появляюсь, гораздо удобнее перемещаться во времени и встречаться со знакомым человеком. Но тебе-то какая выгода от всей этой мутной истории, о которой даже никому не расскажешь? — заинтересовалась я.

— Интересно! Сколько еще всего я смогу от тебя узнать. Ну и быть особенным, конечно же, приятно! Да и совершенно необременительно изредка встречаться с красивой девушкой из будущего!

— Ты точно Весемир, которого я знаю?! — шуточно уточнила я, хотя уже успела увидеть сходство, которое раньше не замечала только потому, что и помыслить не могла о перемещении в прошлое.

— Ну не всегда же я был старым и скучным, — усмехнулся мужчина.

— О нет, скучным ты не стал, — поспешила я разуверить ведьмака. — Но от уникальности явно устал.

— Поживем - увидим, — пожал плечами мужчина.

Мы еще некоторое время поболтали ни о чем. Я старалась не сболтнуть лишнего и больше расспрашивала своего нового старого знакомого, да нежданно-негаданно купалась в совершенно иной атмосфере замка и наслаждалась внезапным летним днем в середине осени. Весемир охотно отвечал на мои вопросы и рассказывал о Каэр Морхене и ведьмачьих делах.

— Ты вот мне все это рассказываешь… А не боишься, что я с каким-то злым умыслом все это выведываю. Что там, в будущем, мне не пожелали открывать секреты, а я таким хитрым способом обошла запрет? — не удержавшись, спросила я, когда в разговоре повисла пауза.

— Нет, — не задумываясь ответил Весемир. — С твоими талантами тебе не особо нужны чьи-то разрешения — это раз. А два… Ты, конечно, можешь водить меня за нос, но сам бы себя я обманывать не стал.

— Сам себя? — несколько удивилась я. — Ты видел себя из будущего?

— Нет, — качнул головой Весемир. — К тому же ты говорила, что с самим собой встречаться крайне опасно.

— А что тогда?

— Скоро узнаешь, я уверен! — заверил меня ведьмак, ничего конкретного не говоря. Однако увидев мой хмурый вид продолжил. — Как ты не все можешь мне сказать, так и я тебе. Всему свое время, как ты говорила. И я совершенно с этим согласен. Ни к чему подвергать будущее, в котором я дожил до глубоких седин, опасности! — говорил совершенно правильные вещи мужчина, хоть и в шутливой форме.

— Мы его уже подвергаем, стоя тут и разговаривая, — заметила я.

— Ну… чуть-чуть, — Весемир пальцами показал небольшое расстояние и улыбнулся. — Ты бы сама не отказалась от возможности пообщаться с кем-то из будущего!

— Я и с человеком из прошлого, как видишь, не могу отказаться, подвергая этим будущее опасности! — вздохнула я.

— Твои перемещения в прошлое уже часть истории. От них зависит будущее!

Я это понимала и без него, и именно это меня и беспокоило. Путешествия во времени — это выход на новый уровень игр с огнем, чем всегда являлась моя магия.

— Главное не напортачить…

— Кому еще, как не Повелительнице времени, сделать все правильно?!

Я лишь усмехнулась этому громкому титулу, и тут меня окутало странное ощущение, будто я куда-то страшно, просто смертельно опаздываю.

— Что? Пришло время возвращаться? — похоже, Весемир лучше меня разобрался в моих ощущениях.

— А это так происходит?

— Я не знаю как, — усмехнулся он. — Но у тебя всегда такое обеспокоенное выражение лица, будто ты куда-то сильно торопишься.

— Как-то так это и ощущается, — кивнула я.

— Что ж, был рад увидеть снова. До встречи! — оторвавшись от каменной кладки и выпрямляясь, сказал мне Весемир.

Ответить я ничего не успела. Ощущение катастрофического опоздания в этот миг достигло своего пика, затопив все мое сознание, и тут же исчезло, будто ничего и не было. Я по-прежнему стояла на южной стене, но вокруг меня была положенная ей осень и тишина мертвого замка. Я шумно вдохнула холодный воздух, успокаиваясь, и направилась на поиски пожилого Весемира. Мне не терпелось продолжить оборванный практически на полуслове разговор, пусть и бог знает сколько лет спустя для моего собеседника.

— Ты знал! — с обвинением накинулась я, плюхаясь на лавку перед обнаруженным за столом в главном зале Весемиром.

— Что именно? — спокойно уточнил старый ведьмак, продолжая заниматься своими делами.

— Ты знал меня почти всю свою жизнь! — наиболее точно сформулировала я свою претензию.


========== Часть 71 ==========


— Ты получила возможность перемещаться во времени! Поздравляю! — порадовался за меня ведьмак.

— Ты всё это время всё знал… — покачала я головой, потрясенно глядя на старика.

— Ты никогда не говорила, что из другого мира, — заметил Весемир. — И что ты предназначение Эскеля, я догадался уже ближе к текущему моменту. Да и еще много чего. Всего и не упомнишь.

— И не сказал мне!

— Нельзя. Всему свое время, — назидательно повторил он свою же фразу многолетней давности. Или мою? — Все должно идти своим чередом.

Спорить было сложно, хоть все равно и обидно. Знал и даже никак не намекнул!

— И часто я к тебе проваливалась? — задала я следующий вопрос.

— Когда как. Бывало, несколько раз за год, бывало, и ни разу, — ответил он. — Поначалу, пока ты еще не научилась контролировать способность, ты старалась думать обо мне в момент переноса, чтобы не очутиться неизвестно где, а потом стала специально перемещаться именно ко мне. Что-то вроде традиции, — старик усмехнулся в усы.

— То есть я, получается, ходила по времени и после того как научилась, — задумчиво повторила я. — И насколько из далекого будущего я к тебе заглядывала?

— Понятия не имею, ты всегда выглядишь одинаково!

Я потерла мочку уха, думая как задать следующий вопрос.

— И что, я и вправду занимаюсь изучением ведьмачьих мутаций?

— А тебе эта тема не интересна? — вопросом на вопрос ответил Весемир.

— Мне-то интересно, но ведь ты был против! — воскликнула я, ничего не понимая.

— Я и сейчас против. Против мучений и убийств детей! Но ты и твои силы, они уникальны! — с жаром ответил мужчина. — У тебя другое воспитание и иные ценности, чем у чародеек этого мира. За все время, что я с тобой знаком и, особенно в тот момент, когда увидел тебя еще без своей силы, простую хрупкую девушку, я понял, почему отдал тебе это, — на стол передо мной лег шнурок к небольшим деревянным амулетом. — Мне горько смотреть, как вымирает профессия. Больно видеть пустой замок, когда я помню его живым и наполненным нужными этому миру специалистами. Теперь всё мертво. Если кому-то и возрождать ведьмаков, то тебе. Но ты должна пообещать, что найдешь способ не мучить и не убивать детей!

— Клянусь, — сипло отозвалась я, шокированная его внезапным монологом. — Я никогда не смогу подвергнуть опасности детей.

— Вот поэтому ты единственная, кому я доверяю всю библиотеку и лабораторию Каэр Морхена. А также возьми вот это, — он указал на амулет. — Возьми и носи с собой всегда. В тот момент, когда ты встретишься со мной в первый для меня раз, просто отдай мне его, и я поверю всему, что ты скажешь.

Я автоматически взяла амулет и спрятала в карман, все еще будучи несколько растерянной от неожиданно свалившейся на меня новой способности и откровений Весемира. Мы до самого вечера говорили о Каэр Морхене, ведьмаках и моей странной способности, и прервались только при появлении Йен. Она была мрачнее тучи. Поинтересовавшись причинами ее дурного расположения, разговор плавно перетек к проблемам с лабораторией знающего. Позже, уже у себя в комнате, я запоздало удивилась тому факту, что мы с Весемиром будто сговорившись ни словом, ни намеком не упомянули мою новую способность, словно два заговорщика. Да, собственно говоря, так оно и было всю его жизнь. Это был наш с ним секрет и он, хранивший его на протяжении стольких лет, явно не думал раскрывать свою тайну перед кем-то еще. А вот почему этого не сделала я, до того ничего не скрывавшая от Йен?

«У тебя другое воспитание и иные ценности, чем у чародеек этого мира», — вспомнила я слова Весемира и в который раз вынуждена была согласиться. За себя я могу поручиться, что не буду обращать полученные знания против других людей, а Йен женщина непредсказуемая и неуправляемая. Да и не было смысла рассказывать ей о неуправляемой и бесполезной для поисков Цири способности. Только переживать будет, что я в любой момент могу попасть бог знает куда и когда.

Решение сохранить произошедшее в секрете далось легко, а вот сам инцидент взбудоражил меня настолько, что даже поздним вечером я все еще не могла от него отойти, то вспоминая разговор с молодым Весемиром, то со старым, то прислушиваясь к себе в поисках предупреждающих ощущений. А еще в голове постоянно крутились мысли о кинематографических и литературных путешественниках во времени. Было страшно запутаться во времени и испортить что-нибудь. И хотя большей частью переживания мои были неконструктивны, одна умная мысль в мою голову все-таки пришла. Я прошествовала к ноутбуку и, открыв новый документ, большими буквами записала — «Дневник времени». Как всё не испортить, я, похоже, должна буду разбираться в каждый отдельный момент перемещений, а вот вести учет своих скачков, чтобы ничего не путать, мне под силу уже сейчас. Так как информация была более чем секретная, писать, а точнее печатать ее я решила на компьютере. Место хранения с двойной защитой. В этом мире никто не знает, как пользоваться такой техникой, а если вдруг случайно разберется, прочесть все равно ничего не сможет. Феномен Старшей крови распространялся только на рукописные тексты, экран был ему неподвластен.

А после занесения всей необходимой информации в компьютер, я вспомнила о родителях. Должна ли я сообщить им об этом? Причин что-то скрывать от них у меня не было, кроме их беспокойства обо мне, но учитывая, что они обо мне переживали постоянно, то новые подробности больше все-таки порадуют их прогрессом на пути к возвращению домой. Но писать в письме не хотелось все из-за того же феномена. В моем мире, конечно, ни один случайный читатель не придаст значения написанному, но учитывая, что Цири преследовали и в других мирах, следовало перестраховаться. Кстати вспомнив о флешке, я тут же решила написать им электронное письмо и сохранить его на нее. И тут меня осенила еще одна, несомненно гениальная идея. Оставалось только сетовать, как же я раньше-то до этого не додумалась!

Я запустила программу для записи видео и широко улыбаясь посмотрела в камеру.

— Мам, пап! Привет! Это я! Ваша Брина! — весело сказала я. — Я не знаю, почему раньше не додумалась записать вам видео-письмо. Но лучше ведь поздно, чем никогда? У меня, как вы теперь действительно можете видеть, все хорошо. Это моя комната, — я отклонилась, снимая на камеру обстановку. — А это моя магия, — я вернулась на место и сотворила сноп снежинок. — А на днях я открыла в себе целых две новых способности. Сразу скажу, что домой я пока так и не смогла переместиться, но подвижки в нужную сторону значительные. Так вот…

Я рассказала родителям о своих новых талантах, добавив в видео все то, что в письме было сложно выразить. Тепло улыбнувшись в камеру и сообщив, что очень их люблю, я закончила запись и скопировала файл на флешку. Флешка в свою очередь отправилась в конверт, а конверт прямиком в мой мир к родителям на полку.

— Надеюсь, вас это порадует! — сказала я вслух и, глянув на часы, отправилась готовиться ко сну.

Весь следующий день я ощущала себя как на иголках, каждую минуту опасаясь очередного переноса во времени. Однако ничего необычного так и не произошло ни во время моих восстановительных работ, ни за чтением книг, до которых я, наконец, дорвалась. За всем этим постоянным напряжением я совсем позабыла, как сильно скучаю по Эскелю. Однако стоило только ведьмаку появиться в дверях зала, все отодвинутые на второй план ощущения накрыли меня с головой, и я едва ли не с визгом бросилась к нему на шею.


========== Часть 72 ==========


— Вернулся, — выдохнула я почти в ухо Эскелю.

— Привет, — тихо усмехнулся он в ответ.

— Избавьте меня от этих приторно-зловонных сцен, — почти сразу раздался раздраженный голос Ламберта.

— Ты жрать хотел, вот и иди на кухню, — ответил ему Эскель, только сильнее прижимая к себе девушку.

— А ты, можно подумать, не хотел! — обернувшись, бросил ему вредный ведьмак.

Эскель его просто проигнорировал, но меня чуть отстранил.

— Я грязный, а ты… — запоздало озаботился он.

— Ерунда, — отмахнулась я, не хуже чем в рекламе стирального порошка с запахом морозной свежести удаляя загрязнения с нашей одежды и сыпя вокруг снежинками.

Вскоре мы присоединились к собравшимся на кухне ведьмакам. Ламберт уже уплетал за обе щеки похлебку, сваренную Весемиром, а Геральт только еще накладывал. Эскель направился к котелку следующим, я же присела к столу с Весемиром, желая просто составить компанию мужчинам, да и не хотелось разлучаться с Эскелем.

— Надо бы еще раз в шахты наведаться. Больно быстро там кикиморы плодятся, видать, всё в гнездах, — сказал Эскель, подойдя к Геральту.

— Первый снежок ляжет, будет проще по следам вычислить, — согласно кивнул беловолосый ведьмак, отходя от котелка. — М-м, вкуснота! — сообщил он Весемиру, едва приступил к еде.

— Вы б еще сутки там без нормальной еды охотились, и подошва от сапога вываренная в подсоленной воде вкусной показалась, — беззлобно пошутил старый ведьмак.

— А чего вы нормально не ели? — обеспокоилась я.

— Да кое-кто, не будем показывать пальцем, так спешил вернуться! — ни на секунду не помедлил с ответом Ламберт, выразительно покосившись в сторону Эскеля.

— По похлебке Весемировой соскучился, — не моргнув и глазом ответил Эскель, тоже присаживаясь к столу. — Геральт вон тоже в восторге.

Мужчина согласно усмехнулся.

— Польщен-польщен, — усмехаясь и оглаживая бороду, сказал Весемир.

— Кстати о похлебке. А ты в курсе, что еду тут готовят по очереди? — теперь уже напрямую ко мне обратился неугомонный Ламберт.

— Моя сразу после твоей, — не дав ему продолжить, быстро отреагировала я.

Ламберт, явно желавший задвинуть какую-то речь про мое тунеядство, смерил меня презрительным взглядом. Разговор об очередях на этом, правда, затух. Ведьмаки быстро поели и оставили Ламберта на кухне одного. Даже Весемир куда-то заторопился. Мне даже подумалось, уж не на встречу ли со мной из другого времени, но проверять свою параноидальную догадку я не стала, у меня были дела поважнее.

— Я тебе языков утопцев привез, как обещал, — сообщил мне Эскель уже в комнате. — Правда, они остались в конюшне.

— Подождут до завтра. Я по тебе скучала, а не по ним, — усмехнулась я, стоя рядом с ним.

— Так себе гостинец для девушки, — кажется, только сейчас осознал Эскель и будто бы даже несколько смутился.

— Зато для чародейки самое то! — заверила я его, подходя ближе.

Эскель в самом деле чуть сконфуженно улыбнулся и бросил взгляд в сторону ванной.

— Подождешь?

— Конечно!

Пока Эскель был занят водными процедурами, я было завалилась на диван с книгой, а потом задумалась о своей свежеприобретенной способности. Если с Йен вопрос я решила быстро, то говорить или нет Эскелю выбрать было сложнее. В итоге я решила все-таки немного повременить с рассказом. По крайней мере, пока я не выведу хоть какие-то закономерности этих перемещений во времени. Да и я, признаться, не знала, как он отреагирует на мое увлечение ведьмачьими мутациями, и надеялась со временем придумать, как правильно поступить.

В этот вечер я, наконец, снова спокойно засыпала в объятьях своего незаменимого предназначения, но не сразу…


Несколько ничем, кроме мрачной Йен, непримечательных дней промелькнули незаметно за восстановлением замка и погружением в новый неизведанный мир ведьмачьих мутаций. За все это время я так и не решилась ничего рассказать ни Йен, ни Эскелю, ни кому-то другому. Необходимость скрываться нервировала, а врать мне было просто противно, еще и постоянное ожидание переноса только подливало масла в огонь. Однако тот ни разу за эти дни так и не случился, и я, наконец, подуспокоилась, что сила активируется явно не слишком часто. Зато получила восторженный ответ от родителей, тоже в форме видео, и загорелась идеей сделать для них несколько фотографий и даже может провести видео-экскурсию по Каэр Морхену. Правда, потом все-таки вспомнила все о тех же предосторожностях и решила слишком много материала не снимать.

Мой вошедший в колею распорядок дня в один из вечеров неожиданно разбавил Ламберт. Я уже совсем позабыла о брошенных ему в попытке отвязаться словах о моей очереди в приготовлении еды, а вот он, как выяснилось, не забыл. Ему потребовалось довольно много времени, прежде чем самому взяться за нож и разделочную доску, но чего не сделаешь в попытке нагадить ближнему? Вот и Ламберт неожиданно огорошил всех обитателей замка собственноручно приготовленным ужином.

Запах сгоревшего мяса пришлось выветривать заклинанием, переваренную кашу в качестве гарнира с уголькам даже пробовать не хотелось. Но ужин он приготовил, не поспоришь!

— Ну вот, — гордо сообщил Ламберт, кивая на общую миску. — Завтра твоя очередь, чародейка!

Осмотрев предлагаемое кушанье, я скривилась.

— Завтра мне можно будет так же на отъебись приготовить, и всё? — уточнила я, даже и не думая притрагиваться к испорченным продуктам.

— Ты хотя бы так приготовь! — самодовольно усмехнулся Ламберт.

Я скептически глянула сначала на Ламберта, потом на тарелку. Эскель спрятал свою усмешку в кулак. Похоже, заблуждения насчет кулинарных талантов чародеек у них тут повсеместные.

— А если у меня получится лучше, чем у тебя, ты будешь готовить по моему рецепту! — замыслила я занятное развлечение.

— Идет, — азартно согласился ведьмак, кажется, даже толком не дослушав мое условие, так был захвачен идеей своего условия. — Но если нет, то ты вымоешь полы во всем большом зале Каэр Морхена руками! Но учти, ты ЛИЧНО должна будешь приготовить завтрашний завтрак. Для этого тебе придется очень рано встать, — гаденько усмехаясь, добавил Ламберт.

Вот насчет рано встать он, к сожалению, попал в точку. Этого я о-очень не любила. Но чего не сделаешь, чтобы подгадить ближнему? Так что я лишь мысленно потерла ладони. В своем желании унизить меня он явно не рассчитал свои силы. Утащив Эскеля спать пораньше и, конечно же, не уснув, как рассчитывала, утром я еле-еле разлепила веки под трели будильника.


========== Часть 73 ==========


— И стоит оно того? — с улыбкой глядя на мои страдания, спросил Эскель.

— Стоит, — уверенно ответила я и силой воли заставила себя сползти с постели.

Взбодрившись холодной водой и не особо усердствуя со своим внешним видом, уже через четверть часа я зевала на кухне. Что готовить буду блинчики и разнообразные начинки к ним, я определилась еще вчера. И вот сегодня мне предстояло купить и вытащить ингредиенты для своей задумки. Помимо стандартных: муки, молока и яиц — для самих блинов, я вытащила мясо, курицу, печёнку, сыр, колбасу, творог, сгущенку, соленую рыбу, шпинат и грибы, собираясь часть блинов завернуть, а часть оставить так, чтобы каждый мог собрать себе блин по вкусу.

— Ого! — удивленно воскликнул Эскель, глядя на всё многообразие продуктов, что оказались на столе. — Ты пир на весь мир решила сделать?

— Что-то типа того, — кивнула я, улыбаясь и приступая к работе.

— Чем помочь?

— Ничем. Я должна всё приготовить сама! — пафосно напомнила я Эскелю условия пари и вытащила из пространства венчик.

За разговором с Эскелем работа спорилась. С одной стороны, я ощутила ностальгию, будто снова окунувшись в свою беспечную жизнь в домике на Скеллиге, а с другой, сидящий рядом Эскель, с которым можно было и посмеяться, и дать ему что-нибудь попробовать. Это было явно намного лучше, чем те шесть лет одиночества.

— Ну ничего себе, — совершенно неожиданно на кухню первой спустила Йеннифер. — А я уж думала, никогда не попробую твою стряпню! Доброе утро!

— Так раньше бы сказала, что хочешь, чтобы я что-нибудь приготовила, — рассмеялась я, выставляя предпоследнюю плошку с начинкой на стол. — Ты же знаешь, мне не сложно.

— А вдруг ты бы за это тренировку еще на два часа бы попросила перенести! — усаживаясь за стол, предположила Йен.

— А что, так можно было? — отчасти в самом деле, отчасти наигранно оторопела я.

— Нет! — ответила Йен. — А как насчет чая?

Я щелкнула пальцами, выбив несколько снежинок, и на стол перекочевал маленький заварочный чайник и большой чайник с кипятком. Следом за ними на столе появились и кружки: натасканные мной глиняные вперемешку с местными деревянными.

— Ты сегодня за джина? — весело спросила Трисс, заходя следом.

— Если только чуть-чуть, — улыбаясь, кивнула я, заканчивая с последней начинкой.

— Ого, вот это доброе утро! На весь замок аромат стоит. Эскель, и ты такой талант от нас всё это время прятал в спальне! — шумно зашел в кухню Геральт, забавно потягивая носом. — Глазам своим не верю. В жизни не встречал чародейку, способную сварить хотя бы яйцо! — это он уже обратился ко мне.

— Я же не родилась ей, а стала совсем недавно, — ответила я большей частью правда не Геральту, а Ламберту, появившемуся в дверях. — В своем мире я была обычной девушкой и прекрасно могла накормить и себя, и окружающих. Мог бы спросить у Йен, что я ела все годы, пока училась.

— С голоду точно не умирала, — усмехнулся Геральт, подхватывая первый блин. — Ум, вкуснота! Ламберт, старина! Чего стоишь как не родной? Присаживайся! Отведай эту чародейскую пищу! У тебя не останется ни малейших сомнений, что это лучше той пересоленной бурды с углями, что ты вчера сварганил.

Ламберт смерил меня недобрым взглядом. Хлопать дверями и обиженно убегать он, впрочем, не стал, а как ни в чем не бывало прошел к столу и тоже взял блин.

— Что? И ничего не скажешь? — удивленно спросила я, то и дело усмехаясь, пока несла на стол последнюю плошку.

— Я, может, и вредный хрен, но поражение признавать умею, — ответил ведьмак. — А от вкусной еды отказываются только дураки! — с этими словами он откусил сразу половину блина. — И правда вкусно!

За столом раздался всеобщий смех.

— Я рада, что мои кулинарные таланты пришлись всем по душе, — я сняла фартук и села рядом с Эскелем, тот тут же налил мне чаю.

— Ты теперь всегда будешь готовить? — тут же спросил Геральт.

Новый приступ хохота разнесся по кухне.

— Моя очередь после Ламберта! — когда все отсмеялись, напомнила я.

Завтрак прошел как никогда шумно и весело, а где-то в его середине к нам присоединился и Весемир. Распробовав блины, старый ведьмак сообщил, что теперь понял, чего все в такую ранищу тут в полном составе собрались.

— Давай сюда свой рецепт, — когда все уже расслабленно допивали свой чай, неожиданно сказал Ламберт.

— Не терпится приступить? — усмехнулась я.

— Быстрее испорчу продукты — быстрее рассчитаюсь!

— Нет уж, никакой порчи. Я буду контролировать процесс, — сообщила я, прикидывая каким рецептом его озадачить. — Завтра!

— Завтра так завтра, — не стал спорить Ламберт.

Похоже, проигрывать он и вправду умел.


Утренняя тренировка прошла спокойно и размеренно. После завтрака я как обычно занялась восстановлением замка, а точнее библиотекой, которой Весемир попросил меня заняться первой. Я уже практически закончила ремонт на сегодня и готова была упасть в ближайшее кресло с очередной книгой из этой же самой библиотеки, когда ощутила какое-то неясное беспокойство. В первое мгновение я не придала этому значения, совсем позабыв за спокойными днями о своих новых способностях. Но стоило лишь беспокойству усилиться, как я буквально подскочила в кресле. Это было то самое ощущение безнадежного опоздания.

«Весемир! Весемир! Весемир!» — как заклинание повторяла я, чувствуя, как тревога все нарастает.

Миг, и я вместе с зажатой до побелевших костяшек книгой стою на каменном выступе стены. Теплый весенний ветерок треплет мои почти не собранные волосы. А прямо передо мной — Каэр Морхен, такой, каким он был когда-то. Впрочем, мне не нужно было видеть целехонький замок для того, чтобы знать, что я в прошлом. Мои внутренние часы безошибочно подсказывали мне, где я высадилась. Не то чтобы у меня в голове тут же появилась дата, я просто чувствовала момент и осознавала, что не спутаю его с другим.

«Похоже, с силой Старшей крови заблудиться практически невозможно. Наверное, я и когда научусь перемещаться по мирам, буду просто знать в каком мире нахожусь и как вернуться в свой», — проанализировала я свои ощущения, переводя, наконец, дыхание.


========== Часть 74 ==========


Оправившись от перемещения, я, наконец, заметила, что происходит в замке, а точнее в нижнем дворе, на который мне открывался отличный вид. Там тренировались ведьмаки. Они сражались парами, где-то совсем юные, где-то уже молодые мужчины, их было не так уж и мало. А над двором разносился громкий, хорошо поставленный и очень знакомый голос.

— Барн! Бей с руки, чего ты вечно уклоняешься! Туманник тебя совсем закружит! — громко пронеслось по двору. — Исад, не задирай локоть, откусят! Саранд, защищайся! Не стой столбом!

Я улыбнулась, глядя на стоящего у противоположной стены Весемира, который несмотря на то, что был внизу, видел каждого своего ученика. Меня он тоже заметил в первую же минуту. Приветливо улыбнувшись, он отдал пару команд воспитанникам и поднялся ко мне.

— Привет, — сказала я. Сегодня он уже не выглядел совсем молодым ведьмаком. Тут уже были заметны и прожитые года и возраст, хотя волосы еще едва-едва начали седеть. — С неделю назад я встретила тебя двадцатипятилетним, а сегодня ты уже поседел.

— Время летит! — улыбнувшись, согласно кивнул мужчина. — Что это ты с собой принесла?

Я с не меньшим любопытством взглянула на свои руки. И вправду принесла. Книга из библиотеки так и осталась у меня в руках. Оказывается, я могу проносить с собой вещи. Впрочем, это было логично предположить еще в первый раз, так как одежда благополучно путешествовала во времени вместе со мной.

— Да вот читала, и тут батс, и затянуло, — ответила я, показывая книгу. — Интересно, а людей я тоже могу с собой прихватывать, или нет?

— Я тебя ни в чьем обществе никогда не видел, — сообщил мне ведьмак. — Но это, конечно, не означает, что это невозможно.

— И, пожалуй, пробовать я пока не рискну. Надо сначала научиться контролировать эти перемещения, а то пока они контролируют меня! — шутка вышла не очень смешной, но я попыталась.

— Научишься, — уверенно сообщил ведьмак, поглядывая за своими учениками. — Правда, не так быстро, как ты освоилась с перемещениями.

— Пространственная магия мне всегда давалась легче временной, — вздохнув, согласилась я.

— Главное, не паникуй, — посоветовал Весемир. — Помни, это твой врожденный дар.

— Заодно с ними и мне наставлений перепало, — усмехнулась я, тоже с интересом следя за молодыми ведьмаками.

— А, олухи, — устало махнул рукой ведьмачий наставник. — Каждый день одни и те же ошибки. Вон Барн совершенно не хочет наносить удары, все уклоняется и уклоняется. Как еще у самого-то голова не закружилась. А Геральт наоборот! Вот вроде все схватывает на лету, но все время лезет на рожон!

Я тихо рассмеялась, едва удержавшись, чтобы не сказать, что он и сейчас ни капли не изменился, но вовремя задумалась о неразглашении будущего. И тут меня осенило, что раз Геральт здесь, то здесь же должен быть и Эскель!

— А Геральт это который? — не показывая своей истинной заинтересованности, уточнила я, хотя уже легко нашла единственную настолько белую макушку среди сражающихся.

— А вон тот, самый светлый, — махнул рукой Весемир. — Вон видишь? Опять в лобовую полез на Эскеля! А тот малый не промах. Он как раз никуда не торопится, выждет немного, а потом контратаку проведет. За рукой только не следит. Постоянно порезы хватает!

У меня перехватило дыхание. Я с восторгом уставилась на сражающуюся парочку — Геральта и Эскеля. Отсюда, сверху, мне было их отлично видно, хотя те и находились несколько далековато. Я следила за их движениями как завороженная. Вот несколько ударов и блоков, отступление и контратака, пришедшаяся, правда, в желтоватую полусферу щита. Я знала, что это Квен, но видела вживую впервые.

— Ух ты! — воскликнула я.

— Да, молодец-молодец! Все правильно сделал, — по голосу было слышно, как Весемир гордится. — Эта парочка не разлей вода! Одни из самых подающих надежду ведьмаков! Но все равно оболтусы.

Я снова рассмеялась, правда, так и не отводя взгляда от Эскеля. Тут ему, кажется, было лет двенадцать-тринадцать. Еще совсем ребенок, но уже такой сосредоточенный и серьезный. А еще невероятно ловкий и быстрый. Маленький ведьмак…

— Очень необычно и захватывающе видеть тренировку ведьмаков, — поделилась я своими чувствами.

— А раньше ты никогда не видела?

— Таких юных нет.

Уточнять, что и уже давно взрослые ведьмаки на моих глазах сражались только один раз, не стала. Он и так на диво догадливый, а можно ли ему узнать, что ведьмачья крепость опустеет, я так и не смогла решить.

— Спросишь о чем-нибудь? — огорошил Весемир.

— А я должна?

— Нет, но обычно у тебя всегда есть вопросы, — усмехнулся он.

— Я еще только занялась изучением литературы, пока не накопила вопросы, — усмехнулась я.

— Мастер Весемир, — совершенно неожиданно раздался голос слева и позади меня.

Я обернулась вместе с Весемиром. Окликнувшим оказался молодой рыжий ведьмак.

— Госпожа чародейка, — он чуть склонил голову в знак приветствия.

Я занервничала.

— Мастер Берган хочет вас видеть, — сообщил о цели своего визита посыльный.

— Через час приду, — совершенно невозмутимо ответил ему ведьмак.

— Я передам, — снова чуть склонил голову молодой мужчина и удалился.

— Через час? Госпожа чародейка? — несколько оторопев, переспросила я.

— По моим наблюдениям, твои спонтанные перемещения длятся примерно час, — ответил Весемир. — Потом тебя затягивает обратно.

— Хм… надо запомнить!

— А насчет госпожи чародейки я не понимаю твоего удивления. Не «эй ты» же к тебе обращаться.

— Откуда ему знать, что я чародейка?

— А кто еще может оказаться на закрытой территории ведьмаков? Да еще в такой одежде, — задал мне встречный вопрос мужчина. Я чуть сдвинула брови к переносице.

— И… И им все равно, что тут кто-то шастает?

— Не шастает, а разговаривает со мной, — поправил меня он. — Чародеями тут никого не удивишь, да и к тому же это не первый раз, когда нас видят вместе.

— Меня тут знают?! — по-настоящему испугалась я.

— Не то, чтобы знают, — качнул головой Весемир. — Просто видели, а поскольку, как я уже говорил, Каэр Морхен территория закрытая, никто из ведьмаков и не знает, являешься ты одной из их создательниц в самом деле или нет.


========== Часть 75 ==========


— То есть я тут как бы на легальном положении, — осмыслила я сказанное.

— Коллеги по цеху поймут, что ты чужачка, но они в средний и нижний двор не спускаются, а из замка уходят и возвращаются порталами. А ты почти всегда появляешься в нижнем дворе.

— Интересно, это случайность или… — задумалась я.

— Твоя магия сама знает как лучше, доверься ей!

— Хм… — только и смогла сказать я.

Отмеренный мне магией час пролетел незаметно, и вскоре я ощутила тот самый знак, что мое путешествие вот-вот окончится.

— Что ж, мне пора возвращаться к изучению, чтобы в следующий раз прийти подготовленной к расспросам, — начала я прощаться. — Была рада увидеть!

— И я, — добродушно улыбнулся мне Весемир, и я тут же очутилась в кресле.

Усмехнувшись, я наконец открыла книгу и погрузилась в хитросплетения ведьмачьих мутаций. Читать мне, правда, оставалось недолго. Наступил час расплаты.


— И как я на это подписался?! — в который раз вопросил Геральт, чья очередь пришла взбивать сливки.

— Из чувства братской солидарности, — ответил ему Эскель, размазывая очередную заготовку для коржа.

— А что, я один корячиться буду, а жрать вы все? — Ламберт, на пару секунд вытащив руку из ледяной воды, пошевелил пальцами, с трудом сжал и снова опустил в ведро.

— Так ты же проспорил! — на максимально возможной скорости вращая венчик, пробурчал беловолосый ведьмак. — Я-то тут причем!

— Он бы один все равно не сделал, — философски пожала я плечами, удобно расположившись на лавке и потягивая чай. — А узнав про иномирный торт, вы его все захотели попробовать.

— Ты могла бы взбить эти гребаные сливки щелчком пальцев! — воскликнул Геральт, явно замедляя взбивание.

— Уговор был без магии! — в который раз повторила я. — Хотя вы всё равно своими ведьмачьими преимуществами пользуетесь.

— Хватит? — с надеждой спросил Геральт, разминая негнущиеся пальцы и вращая запястьем.

— Нет. Крем слишком жидкий, он весь вытечет, а коржи сползут, — уверенно качнула я головой.

— Холер-р-ра! — сквозь зубы выругался ведьмак.

— Взбивай! Я дольше тебя продержался! — по-своему подбодрил его Ламберт.

— Ставь корж на огонь, проигравший, — напомнил ему Эскель, а сам забрал у Геральта миску.

— И как бы ты это взбила без магии?! — проворчал Геральт, занимая место Ламберта у ведра и с наслаждением опуская туда руку.

— Миксером, — пожала я плечами.

— И это не магия?!

— Абсолютно нет, — заверила я его.

— Издевательство… — пробормотал ведьмак.

— Видели бы вы какие вы красавчики, мальчики! — промурлыкала Йен, сидевшая рядом со мной, но вместо чая попивающая вино из красивого фужера, вытащенного специально для нее.

Ведьмаки переглянулись. Я солидарно хихикнула. О да, перепачканные мукой, сгущенкой и сливками мужчины в расхристанных рубашках с закатанными рукавами выглядели забавно и сексуально одновременно. Если бы мы были с Эскелем одни на кухне, а бы с удовольствием занялась взбитыми сливками на нем…

Когда же действо по сборке торта из коржей и крема было, наконец, окончено (и даже вполне себе неплохо вышло у ведьмаков), я торжественно сообщила, что теперь торту нужны минимум сутки, чтобы пропитаться, и полюбовалась на резко вытянувшиеся лица всех присутствующих. Насладившись моментом, я добавила, что могу магией ускорить этот процесс, чтобы отведать торт можно было прямо сейчас, но это нарушит безмагический уговор. Запрет на магию тут же был забыт.

Торт, несмотря на свой не самый презентабельный вид и постоянно нарушаемую технологию приготовления, оказался чудо каким вкусным, хоть и с непривычки показался ведьмакам слишком сладким. Смели мы его за полчаса.

— Эх, столько трудов и нету их уже, — вздохнул Геральт.

— Вы теперь всегда можете повторить! — заверила я его.

— Нет! — хором гаркнули ведьмаки, синхронно потирая запястья своих правых рук.

— Давай лучше ты сама, — попытался делегировать мне полномочия Геральт. — С миксером и магией! Справишься в два счета!

— Моя очередь после Ламберта! — в очередной раз напомнила я ведьмакам с улыбкой.

«Да уж, с миксером и магией можно сделать что угодно!» — мысленно согласилась я с ними.

— Кстати, Брин, — вспомнила о чем-то Трисс и сменила тему. — Мы с Йен завтра планируем наведаться к Рите. А потом пообедаем в каком-нибудь шикарном месте. Не хочешь составить нам компанию, развеяться, прогуляться?

— Да, с удовольствием, — согласилась я. — Давно ее не видела, да и повод еще раз осмотреть библиотеку новым взглядом.

— Тогда завтра утром будь готова, — Трисс улыбнулась, радуясь моему согласию.

А уж я-то как была рада выбраться куда-нибудь! Не то чтобы я чувствовала себя запертой в Каэр Морхене, но даже перемещаясь во времени, я все равно оказывалась здесь, пусть и много лет назад! А безвылазно проведенные шесть лет на Скеллиге еще были слишком свежи в памяти, чтобы не хотелось сменить обстановку и немного разбавить будни.


========== Часть 76 ==========

***

Охота с братьями ведьмаками всегда была одним из небольшого числа развлечений на зимовке в Каэр Морхене: зачистить округу от расплодившихся за теплый период монстров, подстрелить дичь на обед, да и просто размять засидевшиеся мышцы. Однако в этот раз все было не так. В этот раз в замке ждали чародейки, и в кои-то веки это касалось и самого Эскеля. И это ощущение, что кто-то его ждет, не давало покоя. Оно грело сердце и торопило вернуться, а звери и монстры, на которых предстояло охотиться, воспринимались досадными помехами на пути. Геральт, судя по всему, был с ним вполне солидарен, а Ламберт на трезвую голову оказался совсем несносен.

— Что, рожу тебе попыталась поправить наше новое светило? — сидя у костра, завел разговор вредный ведьмак.

— Протрезвел и заметил? — лениво отозвался Эскель, поправляя дрова.

— Что ж совсем-то не свела? Все силы на Меригольд потратила, а тебе хуй? — продолжил тот.

— Ламберт, завидуй молча! — одернул его Геральт, потягиваясь.

— Да не переживай, Волк, краше тебя не станет, — поморщился Ламберт. — А мне вот интересно, насколько этой чудо-чародейки все-таки хватит! Ей-то, воспитанной в мире святых, где все друг с другом только раскла-аниваются, жутко от такого страхоебища как, а силенок не хватило!

Эскель вспомнил, как Брин призналась, что рада, что мазь подействовало слабо, и лишь усмехнулся.

— Ни хера ты, Ламберт, в женщинах не разбираешься! Потому и разосрался с Кейрой, — ответил он ему.

— А уж ты-то пару раз кувыркнулся и опыта набрался! — поддел Ламберт.

— А ты откуда знаешь про мир ее? — поинтересовался Геральт, растянувшись на лежаке.

— Так Весемир мне ж, холера, все мозги прополоскал, что она не такая, она из мира, где морды бьют раз в год по праздникам и это пиздец как плохо и прочая ахинея, — проигнорировав замечание про Кейру, Ламберт ответил лишь Геральту.

— Это правда, — подтвердил Эскель, подкидывая дров.

— И лишь благодаря этому твоя задница все еще цела. Будь на ее месте Йен, мы бы тебя уже от стен Каэр Морхена отскребали, — заметил Геральт, усмехаясь.

— Ну, значит и рож там нет таких!

— Ну нет, и что? К чему ты клонишь, мозгоклюй? — напрямик спросил Эскель.

— А ты, ебанько, все думаешь, что она перед тобой от чистого сердца ноги раздвигает?!

— Я думаю, что это не твое собачье дело! Иди тузика подраконь и успокойся.

— Делишься секретами как не думать о том, что ты кусок наивного дерьма?

— Так, всё! Спать! — сел на своем месте уже почти задремавший Геральт и сурово глянул сначала на одного своего друга, потом на другого. Эскель сплюнул на землю и улегся на свой лежак. Ламберт, хмыкнув, последовал его примеру.

Несмотря на явный бред, настроение Эскелю слова Ламберта попортили, а вернуться захотелось еще сильнее. И чтобы лишний раз убедиться, что тот не прав, и чтобы отделаться от общества противного ведьмака. Прискакав же на всех парах в замок, Эскель непроизвольно замешкался на пороге, вновь засомневавшись, ждут ли его или он снова сам себе нафантазировал. Вскочившая с кресла и ринувшаяся ему навстречу Брин разом развеяла все глупые сомнения. Ей было все равно, что он с охоты и весь грязный, и что тут Ламберт как всегда влез со своими комментариями, она была рада его видеть, она ждала, она скучала. Одного ее взгляда было достаточно, чтобы снова почувствовать себя безгранично счастливым. Правда, мысль о том, что привез он ей в подарок языки утопцев, несколько омрачила его радость. Все-таки надо было ягод нарвать каких-нибудь или грибов на худой конец, а он языки…

А дальше дни потянулись за днями. Брин проводила тренировочные поединки с Йен, работала над замком и что-то усиленно изучала по книгам. Большую часть дня Эскель занимался своими делами, но зато все ночи они проводили вместе. Иногда просто спали, но чаще все было намного лучше. А вот тот феерический вечер с тортом внес неожиданное разнообразие в их быт. И дело было не столько в слишком сладком десерте, на который они угробили несколько часов и уйму сил, сколько в планах на следующий день. Йеннифер и Трисс покидали замок и возвращались обратно чуть ли не каждый день, но Брин обычно с собой не звали, а тут… Эскель и сам точно не мог сказать, что его насторожило. Предложение Трисс прогуляться выглядело совершенно невинным. В конце концов, не сидеть же Брин, в самом деле, всю жизнь в Каэр Морхене?

Однако все утро следующего дня мужчина провел в неприятном ожидании возвращения девушки. Успокаивал себя только тем, что сам заставил Брин ждать целых два дня, а ему нужно было продержаться всего лишь до полудня. Моя посуду после обеда, он не сразу услышал, что чародейки вернулись, а разобрав недовольные интонации Йен, поторопился в главный зал. Однако Брин успел увидеть лишь на мгновенье и не одну, да услышать последнюю сказанную ею фразу, прежде чем дверь, ведущая в башню, закрылась за парой.

— Да хоть сто минуток! Я вся твоя! — сказала Брин, чем на миг заставила Эскеля оторопеть.

Ему даже в первый момент подумалось, что у него галлюцинации. Откуда в Каэр Морхене мужчина? Но фраза, сказанная незнакомцу, все еще звучала в голове. Ведьмак тряхнул головой, совершенно не понимая, что происходит, и поспешил в башню, чтобы убедиться, что мужчина в плаще ему не померещился! Однако на лестнице уже никого не было, как и в комнате, в которую он влетел следом. В лаборатории, которую он проверил следующей, тоже никого не оказалось, как и в большом зале, и на кухне и в других помещениях. В полном смятении ведьмак вернулся на первый этаж, где Геральт все еще что-то обсуждал с Йеннифер и Трисс.

— А где Брин? — спросил он, не вслушиваясь в разговор и не дожидаясь в нем паузы.

— Только что же ушли, — озадаченно ответила Трисс.

— Уже сбежала от тебя? — насмешливо спросила Йен, явно недовольная тем, что ее перебили. — Ничего удивительного. На свете столько мужчин, зачем ограничивать себя одним?

— Йен! — недовольно напомнил о себе Геральт.

Эскель, впрочем, их дальнейший диалог уже не слышал, зашагав прочь из зала и из замка.

«Зачем я только вообще подошел спросить? Ясно же было изначально, что ничего хорошего мне не ответят, — ругал он сам себя. — Эта Йен… Стерва натуральная! Крутит Геральтом как хочет и глядя ему в глаза говорит, что одного ей недостаточно. С-сука! — злился Эскель и злостью на чародейку пытался заглушить другие мысли, упорно лезущие в голову. — Йен верить нельзя, Брин просила пропускать ее слова мимо ушей», — напомнил он сам себе. Но как можно было это сделать, когда он собственными глазами видел ее с мужчиной и слышал, что та ему сказала?

Эскель сам не заметил, как спустился в нижний двор и вышел за ворота. Шел вперед куда глаза глядят и все пытался придумать хоть какое-нибудь объяснение тому, что видел и слышал. В голову же лезли совершенно противоположные мысли. Что стоило идеальной чародейке, у которой весь мир на блюдечке, найти влиятельного и состоятельного мужчину? Раз плюнуть! Что может ей помешать это сделать?

«Зачем ограничивать себя одним?» — звонкой пощечиной пронеслись слова Йен в голове у ведьмака.

Эскель рыкнул и остановился на краю яра. Ниже бурным потоком текла Гвенллех. Эскель сам не знал, как сюда добрался. Предательств в его жизни было много, так что сердце они уже не трогали. Он лишь жестко мстил, если считал нужным, и ехал дальше. А вот с ревностью он столкнулся впервые, и ему это выжигающее душу чувство не пришлось по вкусу. Так что ведьмак повторял себе лишь одно: «Она просила не слушать Йен!» Он и сам пообещал себе больше поспешных выводов не делать. Сколько уже раз он понимал ее неверно? Нужно спросить её. Нужно поговорить с ней. Должно быть объяснение! Только сам он, как ни крутил эту ситуацию, не мог найти ни одного…


========== Часть 77 ==========

***

Тренировку на сегодня отменили, так что прямо с утра я отправилась в комнату к Йен, где уже была Трисс, так же как и я готовая шагнуть в портал. А вот о Йен этого сказать было нельзя. Она восседала перед зеркалом в белье и поправляла прическу.

— И? Мы никуда не идем? — поинтересовалась я, так и не дождавшись объяснений.

— Идем, — опровергла мое предположение Йен и протянула руку вперед. Блузка, разложенная на кровати, сама влетела ей в руку. — Немного задержимся.

Только тут я заметила полуобнаженного Геральта, развалившегося на той же самой кровати.

Мне стало неловко. Ворвалась в комнату, а тут… Хотя тут же Трисс и мы вчера договаривались, что встретимся здесь.

— Прошу прощения, чуть отвлек Йен от сборов, — сказал он так, что было понятно, что он ни капли не сожалеет. Да собственно и с чего бы ему?

— Да чего уж там, — пробормотала я, отводя взгляд от исполосованного торса ведьмака. Пялиться было неприлично, хоть я и разглядывала множественные шрамы, хаотично рассыпанные по коже. — Концентрация лишней не бывает, особенно перед построением портала.

Трисс звонко хихикнула, стрельнув глазами в Геральта, а потом в Йен. С тех пор как она воспользовалась мазью, что я приготовила, ее одежда довольно значительно изменилась, по крайней мере, верхняя ее часть. Если раньше в силу понятных причин декольте чародейка избегала, то теперь, кажется, взялась наверстывать упущенное.

— А у тебя как там с концентрацией? — ледяное спокойствие Йеннифер не пошатнулось ни на миг, ее подобными намеками не смутить.

Я, впрочем, молча выставила вперед руку и создала портал в Лоскию, откуда уже можно было попасть непосредственно в Аретузу.

— Неплохо-неплохо, — похвалила Йен, поднимаясь со стула. Она уже была полностью одета, лишь поправила звезду-амулет на шее. — Пойдемте, — поторопила нас она, будто это не мы ждали ее. — Увидимся после обеда. Если все пройдет удачно, сразу же отправимся на остров, — это Йен сказал Геральту, тепло ему при этом улыбаясь.

Тягучий миг перехода и вот мы уже ступили на камни острова Танедд.

— Ты хочешь найти у Риты что-то, что поможет вскрыть, наконец, лабораторию? — спросила я заинтересованно.

— И да, и нет, — ответила Йен. — Я хочу найти информацию об одном древнем ритуале, который позволяет развеивать скрывающие чары.

— Он может открыть лабораторию?

— Открыть вряд ли, но ослабить магию, ее защищающую, вполне. Особенно учитывая, что ритуал эльфийский.

— Я могу поучаствовать?

— В приготовлении можешь, а на остров пойдем мы с Трисс и Геральтом, — непререкаемым тоном ответила наставница.

— Я могу издалека посмотреть, может дельная мысль какая в голову придет.

— Нет, Брин, — покачала головой Трисс, которая в этот раз была полностью солидарна с подругой. — Тебе не стоит появляться даже вблизи острова. Мы до сих пор не знаем, что там за магия, а Аваллак’х совсем не дурак. До сих пор твоя сила не выдала тебя только благодаря осторожности и тому, что никто и не подозревает о твоем существовании.

— И очень глупо было бы выдать его из-за какой-то лаборатории, с которой мы и сами справимся, — добавила Йен.

— Ясно, — пробормотала я.

Против фактов не попрешь, но было все равно немного обидно, что я не могу поучаствовать в таком важном деле.

— Йеннифер, Трисс, Брин! Рада приветствовать вас в Аретузе! — Маргарита Ло-Антиль встретила нас на пороге школы.

Трисс тепло расцеловала директрису в обе щеки, я последовала ее примеру, Йен приветствовала сдержаннее.

— Предложить вам чашечку чая или чего покрепче? — проявила гостеприимство чародейка.

— Библиотеку, — ответила как всегда конкретная Йен.

— Сгоревшую или целую? — приняла правила игры Маргарита.

— Сгоревшая — это для Брин, а мне необходима уцелевшая.

— Пойдемте, — кивнула Рита. — В сообщении ты говорила о каком-то древнем ритуале. Я подготовила для тебя книги, в которых он возможно значится.

— Спасибо.

Чаю мы все-таки выпили и даже с какими-то очень легкими и вкусными пирожными, пока перебирали все предоставленные источники информации. Наши старания не пошли прахом. В одной из очень плохо сохранившихся еще эльфийских книг нужное Йен описание нашлось. Книга, правда, была в настолько плохом виде, что чародейке приходилось ее левитировать, постоянно придерживая страницы.

— Брин, можешь помочь? — попросила Йен, пододвигая книгу ко мне.

Я понятливо кивнула и, прикрыв глаза, потянулась за образом книги в прошлое. Слава богу, не пришлось отматывать время до момента написания книги. Достаточным оказался образ до нападения на школу, во время которого заклинание стазиса, не справившись с огнем, исчезло, с трудом, но сохранив книгу в читаемом виде. Через пару минут в моих руках была не новая, но весьма крепкая книга в добротном переплете. Ее немедленно взяла Рита, снова бережно накладывая на бесценное сокровище своей библиотеки стазис, и лишь потом передавая книгу Йен.

Ритуал оказался несложным, хоть и многокомпонентным, да и Йен это, как оказалось, знала. Искала же она дословную магическую формулу, которую следовало произнести в процессе. Когда же речь зашла о непосредственном планировании нового набега на лабораторию, я, дабы еще сильнее не расстраиваться, что в этом действе не участвую, отправилась еще раз взглянуть на утраченную часть библиотеки. Не скажу, что что-то сильно изменилось с тех пор, как я была тут в прошлый раз. Да, сил у меня прибавилось, но понимания как сотворить сгоревшие книги из небытия — нет. Единственная идея, что посетила мою голову, пока я бродила между видимых лишь мной полок из прошлого, это научившись контролировать свои перемещения, действительно попасть в тот самый миг пожара и просто вытащить книги по одной.

— Ну как дела? — зашла ко мне Маргарита.

— Никак, — развела я руками. — Я вижу книги в прошлом, но не знаю, как достать их в настоящее.

Делиться своими новыми способностями с Ритой я, понятное дело, не стала. Научусь, тогда другое дело.

— Пока можно только виртуальный читальный зал устроить, — я взмахнула рукой, создавая иллюзию того, что видела внутренним взором.

— Виртуальный? — не поняла она.

Чародейка коснулась иллюзии и прошла ее рукой насквозь. Я вытащила книгу в том месте, где она коснулась полки, и раскрыла перед ней иллюзорную копию, старательно транслируя на нее все, что видела в прошлом.

— И ты сможешь так все книги скопировать? — заинтересовалась Рита, листая призрачный талмуд.

— Не думаю, — честно призналась я. — Это будет очень долго — копировать каждую страницу, а уж чтобы поддерживать такую масштабную магию, нужна прорва сил ежедневно.

— Да, — согласилась Рита, вздохнув.

— Я еще подумаю над этим, — подбодрила я ее. — Может все-таки есть какой-то способ перевести мои видения в материальный мир.

— Ну, по крайней мере, если очень нужно будет, мы сможем воспользоваться книгами с твоей помощью, — Рита обвела рукой иллюзию.


========== Часть 78 ==========


Я кивнула и закрепила иллюзию книжных полок. С моим уходом магия, конечно, вскоре ослабеет и пропадет, но если Рите понравится, она сможет ее поддержать. На простую видимость книг много сил не нужно.

Обедали мы в Новиграде, в золотой его части. Отдать должное вкусной еде в респектабельном ресторане, правда, не очень удалось. За столом все разговоры были о предстоящем проведении все того же ритуала, и я волей-неволей уплывала в свои мысли о библиотеке, перемещениях во времени, ведьмачьих мутациях и своем сокрытии их изучения от Эскеля. Последнее меня особенно угнетало, но как сказать я все еще не придумала. Да и все мои «изыскания» заключались в чтении. Несмотря на множество перелопаченных книг, я до сих пор понятия не имела с какой стороны подступиться к этой проблеме. Технологию создания ведьмаков, если можно так выразиться, я изучила досконально, вплоть до процесса создания конечной формулы, но он означал те самые мучения и смерти ни в чем не повинных детей. А как его можно было улучшить, я пока понятия не имела. Точнее, над обезболиванием процесса еще можно было бы поработать, но смертельные исходы, болезненные они или нет, все равно оставались бы смертельными. А убивать детей — ни за что!

«Вот если бы можно было заглянуть в будущее и увидеть — выживет ребенок или нет!»

Но пока я могла видеть и даже посещать только прошлое, а без наставника и практики все мои знания немного стоили.

В задумчивом настроении я и вернулась в Каэр Морхен. Йен с Трисс сразу же принялись что-то говорить ожидавшему их Геральту, а я хотела уже было улизнуть в библиотеку, но меня перехватил Эскель.

— Есть минутка? — спросил он.

— Да хоть сто минуток! Я вся твоя! — заверила я его, спеша уйти из большого зала.

— Пойдем вниз, — предложил Эскель, едва за нами закрылась дверь башни.

Я несколько удивилась предложению, как и внешнему виду ведьмака. Он был в плаще, с накинутым на голову капюшоном и звал спуститься в подвал. Что ему там могло понадобиться?

Как оказалось, ему нужна была карта, что висела в ведьмачьей лаборатории. Ни секунду не задержавшись на пороге, Эскель провел меня в святая святых Каэр Морхена и указал место на карте.

— Сможешь телепортировать нас сюда? — спросил он, выжидательно глядя на меня.

Я немного огорошенная внезапным пропуском в засекреченное помещение, заторможено рассматривала карту. Потребовалось несколько мгновений, чтобы я поняла, что на карте нарисованы окрестности Каэр Морхена, и Эскель указывает в северо-западную часть долины. Никаких особенных пометок на карте в этом месте не было, лес да скалы кругом.

— Смогу, а что там? — обернулась я к ведьмаку.

— Пойдем и увидишь, — неожиданно загадочно ответил Эскель.

Ведьмак замолчал, явно ожидая, что я сотворю портал. Я же все острее ощущала, что что-то не так, но никак не могла понять что. Испугавшись, что снова перемещусь в прошлое на глазах у Эскеля, я прислушалась к себе, но быстро поняла, что ощущение у меня иного толка. Успокоившись, я все-таки создала портал. Неожиданно Эскель шагнул в него первым, я же, еще сильнее удивляясь странностям ведьмака, последовала за ним.

Появились мы на небольшом пригорке, спуститься с которого Эскель мне помог. Вокруг был золотой лес и куча листьев под ногами, я же все внимательнее смотрела на ведьмака. Плащ в помещении, спуск в лабораторию ведьмаков, просьба сотворить портал, первый шаг в него и странное ощущение. Нет, я была уверена, что передо мной Эскель, я видела часть его лица под капюшоном, посторонней магии вокруг него не чувствовалось, но что-то меня беспокоило. Поддавшись порыву, я скинула капюшон с его головы, чтобы снова ничего криминального не увидеть. Ну, разве что волосы он собрал на затылке, чего раньше не делал, но учитывая, как сильно они отросли у него в последнее время, смена прически явно была делом ближайшего времени.

— Что такое? — обеспокоенно спросил он, глядя на меня.

— Зачем ты надел плащ и капюшон? — спросила я.

— Был на улице, заметил, что сегодня прохладно, и захватил для тебя, если ты вдруг замерзнешь, — ответил он.

Поспорить с тем, что сегодня похолодало, я не могла, да и его забота была приятна, но что-то не давало мне покоя.

— Брин? Все в порядке? — уточнил Эскель, в самом деле скидывая плащ и набрасывая мне его на плечи.

Теперь подозрительной мне показалась вся его одежда. И куртку я такую не видела, и штаны выглядят не как обычно, только мечи такие же за плечом.

— Да, спасибо, — отозвалась я, не собираясь выдавать своей паранойи после открытия у меня новой способности. — Так куда ты меня привел? — я обернулась вокруг своей оси, осматриваясь внимательнее. Прямо за моей спиной оказался темный зев пещеры. — Что это за место?

— Подземная лаборатория ведьмаков, — ответил Эскель, встав рядом со мной. — Здесь создавали ведьмаков еще до того, как был создан Каэр Морхен.

— И ты привел меня сюда, чтобы я на нее взглянула, — произнесла очевидное.

«Сначала запросто завел меня в лабораторию в замке. Ну ладно, будем считать, что ради карты. Теперь привел сюда с явной целью изучения всего этого наследия! Что это значит?»

— Ты же как раз читала о процессе создания ведьмаков, — напомнил Эскель о том, чего знать совершенно точно не мог. В моей голове окончательно все перемешалось, а потом резко встало на место, и я развернулась к ведьмаку.

— Кто ты такой и куда дел моего Эскеля?! — нахмурив брови, спросила я его.

Мужчина в это время рассматривал что-то справа, повернув голову ко мне боком, и первое, на что я обратила внимание, — это странно закрепленные в хвост волосы. Не теряя времени, я сдернула самую что ни на есть современную черную резинку для волос, и темные блестящие пряди рассыпались по плечам ведьмака. Еще с утра я помнила, что они едва до них доставали, теперь же волосы явно были ниже лопаток.

— Что? — обернулся ко мне ведьмак в этот миг.

Я отступила назад, а потом снова шагнула вперед, с маниакальным любопытством вглядываясь в лицо мужчины.

— Так ты из будущего… — ахнула я, наконец поняв свои странные ощущения.

— Быстро ты догадалась, — заулыбался Эскель, откидывая волосы за спину.

— Но… как? — только и смогла выговорить я.

— Ты отправила меня в прошлое, чтобы я показал тебе пещеру, — ведьмак кивнул на увиденный мной вход.

— Я? То есть я смогу переносить во времени и других людей… — ошарашенно пробормотала я.

— Сможешь, но не скоро, — кивнул Эскель из будущего.

— Судя по твоим отросшим волосам, не меньше чем года через два, — прикинула я.

Эскель рассмеялся, забрал у меня из рук резинку и снова стянул волосы в хвост, на сей раз в самый обыкновенный, не пытаясь спрятать их длину.

— Пойдем? — спросил он.


========== Часть 79 ==========


Я окинула его новым взглядом. Да, определенно не зря мне его одежда казалась незнакомой, как и его поведение странным. Это действительно был не совсем тот Эскель, к которому я привыкла.

— Значит, минимум в ближайшие два года мы все еще будем вместе, — не двигаясь с места, сказала я.

— Я не могу отвечать на твои вопросы, ты же понимаешь, — развел он руками.

— Твое появление само по себе ответ на многие вопросы. Ты действительно почти не изменился или…

— Старался быть похожим на себя в это время, — криво усмехнувшись, ответил он. — Но волосы стричь не стал. Они тебе нравятся.

— Я бы в любом случае догадалась, — заверила я его.

— Да? В чем еще я прокололся? — заинтересовался мужчина.

— Эскель в этом времени еще не знает, что я занялась изучением ведьмачьих мутаций, а ты уже знаешь.

— Да, забыл, что ты поначалу это скрывала, — цокнул языком мужчина.

— Осуждаешь?

— У тебя были причины так поступить, но все равно обидно, что Весемиру ты доверяла больше, — Эскель говорил ровно, но та самая обида все-таки слышалась.

— Не больше! Просто ситуация так сложилась, что он знает меня всю жизнь и… — запротестовала я. — Нет, наверное ты прав, скрывать не выход. Это приведет только к проблемам, распутывать которые будет еще сложнее, а я бы не хотела… — вздохнула я.

Эскель пару мгновений продолжал хмуриться, а потом расплылся в улыбке, и я тут же оказалась в его объятьях.

— Я уже и забыл какая ты была, — крепко прижимая меня к себе, сказал ведьмак.

— Какая? — нахмурилась я, не собираясь отстраняться.

— Серьезная и обстоятельная, — ответил он. — Эдак нахмуришься и начинаешь говорить длинно-длинно, и не поймешь сразу, о чем ты. Такая милая! Сколько раз ты меня этим запутывала и с ума сводила! Постоянно в напряжении держала. Заставляла почувствовать все то, что мне казалось, я уже давно похоронил, — ведьмак чуть отстранился, но не выпустил меня из рук.

— Я ничего особенного не делала, — пробормотала я, чувствуя смущение от такого пылкого монолога.

— Знаю… — тихо и как-то особенно сокровенно сказал Эскель. Я почувствовала шершавые ладони на своих щеках и бережное касание губ. Ведьмак целовал нежно и вместе с тем торопливо, будто боялся не успеть, исчезнуть раньше времени, но поцелуй длился, а я таяла от его касаний, все ярче загораясь надеждой, что, может быть, в этот раз все получится.

— Я люблю тебя, — разорвав поцелуй, прошептал Эскель. Я ошарашенно замерла. Несмотря ни на что, я не ожидала признания. — Зря я это сказал, — поняв всё по моим глазам, вздохнул ведьмак, криво улыбнувшись, и сразу же посерьезнел. — А к черту! Не зря. Я слишком редко тебе это говорил раньше, хоть так наверстаю! — сообщил он, а я, кажется, одеревенела еще сильнее, не зная как реагировать. — Нет, не отвечай ничего сейчас, — с легкостью угадав мои мысли, продолжил Эскель. — Всему свое время. Ответь, когда мне это будет очень-очень нужно.

Я лишь рассеянно кивнула, окончательно сбитая с толку.

— А теперь пойдем все-таки в пещеру, — дождавшись моей реакции, Эскель выпустил меня из рук и шагнул в нужную сторону. — А то я увлекся, а у нас не так много времени.

Я усмехнулась и последовала за ним. Этот более открытый Эскель из будущего мне определенно нравился, и еще больше мне нравилось, что таким он стал рядом со мной.

Едва углубившись в пещеру, я зажгла осветительный шар. Пол здесь, несмотря на обитаемость в прошлом, ровным не был. Камни, обломки, старые кости и даже свежие трупы.

— Я зачистил тут все, чтобы не приходилось отвлекаться, — заметил мой заинтересованный взгляд ведьмак.

Я кивнула и зашагала дальше. Низкие своды постепенно становились выше, и вот за очередным поворотом открылся просторный зал с тремя широкими проходами. Я остановилась на пороге. Преимущественно кругом валялись обломки, мусор, камни и останки, но местами находилась и целая мебель и приспособления. Узкие и длинные не то столы, не то ложа с говорящими остатками веревок и ремней, разбросанные кругом разнообразные емкости и не хитрая мебель. А еще в пещере стоял мерзкий запах. Не то чтобы здесь воняло, но похоже даже столетия не смогли полностью изжить характерный запах мутагенов… Несмотря на теплый плащ Эскеля, накинутый на плечи, я почувствовала мороз, прошедшийся по коже. Учитывая мои новые теоретические знания, я прекрасно знала, что тут творилось. И несмотря на то, что с тех пор минуло несколько веков, смотреть на эти старые приспособления для пыток было жутко.

В первом проходе уже увиденная картина повторилась, а второй привел явно в лабораторную часть пещеры. Перегонные установки, чудом не рассыпавшиеся прахом заготовки трав, ягод и кореньев, полки всевозможных колб, баночек и скляночек. Костей здесь не было, только сундуки с давно пришедшими в негодность инструментами обитавших тут чародеев.

— И правда лаборатория, — впервые заговорила я.

— Чувствуешь запах? — спросил ведьмак.

— Угу, — кивнула я, ощутив, что непроизвольно стараюсь держаться к мужчине поближе.

Нет, я не боялась, что тут могли остаться твари, и множество останков меня не пугали. Жуть навевало само место. Вот уж где бы я не хотела провалиться в прошлое!

В третьем проходе оказалось что-то вроде кабинета чародеев. По крайней мере, здесь был сломанный стол, пустые и перекошенные книжные полки, пара деревянных настилов вместо кроватей и пустые сундуки. Я увеличила свой осветительный шар, в надежде найти, быть может, какую-нибудь забытую книгу или хотя бы свиток, но если они и были, то время и визитеры, посетившие это место до меня, ничего не оставили.

— Вероятно, тут творил свои дела сам Маласпина, — сказала я, возвращая шару прежний размер.

— Не хочешь посмотреть своими глазами? — неожиданно предложил Эскель.

— Боже упаси, — содрогнулась я, минуту назад сама представив подобную ситуацию. — Лучше я как-нибудь по книгам! К тому же я все равно пока не умею по желанию перемещаться во времени.

Эскель в это время наклонился и что-то подобрал с пола.

— Ну, тогда только это, — он протянул мне оторванный угол от какого-то свитка.

Я же обрадовалась его находке как родной и поспешила взять клочок бумаги в руки, чтобы заглянуть в его прошлое. Спустя полминуты в руках у меня была целехонькая книга.

— Удобно, — хмыкнул Эскель, глядя на это.

— Не то слово, — радостно улыбаясь, кивнула я и открыла находку на первой странице.

Осветительный шар опустился ко мне за плечо и я поняла, что в руки мне попал журнал записей проведения экспериментов над мальчиками. От первых же записей волосы на затылке зашевелились, но я постаралась абстрагироваться и относиться ко всему как к истории, из которой нужно вынести уроки, а не впечатления.


========== Часть 80 ==========


— Жаль, они никакой информации о детях не выписывали. Можно было бы поискать закономерность, — посетовала я, пролистав несколько страниц.

— Зато есть подробные описания действий, что над ними совершались, — добавил Эскель.

— Да, и это тоже очень важная информация, — согласилась я и несколько натянуто улыбнулась. — Пойдем отсюда?

Свет уже клонящегося к закату светила после темной пещеры показался ослепительным. Но как же легко дышалось посреди леса!

— В Каэр Морхен? — спросила я, пару раз глубоко вдохнув необычайно вкусный после затхлых пещер воздух. — Или тебе там, наверное, лучше не появляться?

— Вряд ли другие так быстро догадаются, но лучше все-таки не стоит, — подтвердил мои слова Эскель.

— А как ты обратно попадешь? — встревожилась я.

— Не беспокойся, — заверил меня ведьмак. — Меня скоро заберут, — улыбнулся он. — А вот тебе следует сейчас отправиться в другое место.

— В какое? — озадачилась я.

— Знаешь небольшой горный карниз у южной стены?

Я взмахнула рукой, создавая портал. Пара мгновений, и мы стояли уже на нем. Отсюда открывался шикарный вид на лес, горы и реку. Мы подошли к самому краю.

— Тебе туда, — Эскель указал вниз на реку, где я, к своему удивлению, увидела Эскеля из настоящего.

— Что он… ты там делает… ешь? — путано обеспокоилась я.

— Это ты лучше у него спроси, — криво усмехнулся Эскель рядом со мной.

Я бросила недовольный взгляд на загадывающего загадки мужчину, но возражать не стала.

— Что ж, спасибо за познавательную прогулку. И мне в будущем передай благодарность, как организатору, — с усмешкой начала прощаться я.

— Обязательно, — тоже улыбаясь, пообещал Эскель, притянул меня к себе и поцеловал коротко, но так, что земля ушла из-под ног. Определенно, этот мужчина знал меня как облупленную и умел целовать так, чтобы я теряла голову. — А ты, пожалуйста, помни, что я люблю тебя, — тихо попросил он. — Уже сейчас люблю, предназначение мое, хоть и еще не скоро в этом признаюсь, — печально закончил он и громче добавил, отпуская. — Увидимся!

Я, снова смутившись, махнула ему рукой на прощанье и шагнула в портал, что вывел меня прямо на берег. Я подняла взгляд к козырьку, но никого там уже не увидела. На мгновение сжав еще горящие от поцелуя губы, я подошла ближе к сидящему на камне Эскелю.

— Привет, — тихо сказала я. — А что ты тут делаешь?

***

Время шло, а ведьмак все продолжал сидеть. Нужно было пойти отыскать Брин, спросить ее напрямик о произошедшем, услышать и принять любой ответ. Но солнце уже клонилось к закату, а ведьмак все сидел на прежнем месте. Сначала оправдывал себя тем, что Брин наверняка еще не вернулась, а снова встречаться с Йен желания у него не было. Но уже и Йен, скорее всего, отбыла вместе с Геральтом и Трисс, и Брин сто раз могла возвратиться, а Эскель все не мог заставить себя сдвинуться с места, не мог заставить себя пойти и узнать правду, потому что прекрасно представлял себе какая может быть правда, если женщина говорит «я вся твоя» другому. Да, была безумная надежда на то, что это ее старый знакомый, и она просто согласилась ему чем-то помочь такой фразой, но Эскель прекрасно понимал, что это лишь его желание, чтобы так было.

Метания ведьмака чародейка разрешила сама, неожиданно шагнув из портала рядом с ним.

— Привет. А что ты тут делаешь?

Эскель буквально впился в ее лицо, силясь найти в нем ответы на свои вопросы. Но Брин выглядела как обычно. То ли его безумная идея со старым знакомым была верна, то ли объяснение Йен.

— Сижу, думаю, — не соврал ведьмак. — А ты? Ты давно вернулась?

— Порядком, — кивнула девушка, присаживаясь рядом на камень.

— Что делала? — не смог удержаться от расспросов мужчина, хотя минуту назад хотел подождать, чтобы она сама рассказала.

Девушка замялась. Эскель, зорко наблюдавший за ее реакцией, порадовался, что ему хотя бы не врут.

— Что-то случилось? — задал он следующий вопрос.

Брин вздохнула.

— Случилось, — кивнула она, видимо решившись, но отчего-то не продолжила, а лишь уставилась невидящим взглядом в закатное небо.

— Что? — не выдержал пытки неизвестностью мужчина. Брин перевела взгляд на него, и ведьмак увидел, что она колеблется. — Скажи.

— Скажу, — кивнула она. — Только ты, пожалуйста, не обижайся, что я сразу не сказала. Я не знала, как ты отреагируешь на это.

Последние надежды на благополучный исход рухнули в этот момент. Ведьмак отчетливо понял, что сейчас услышит. Слова о том, что он все знает, и она может не говорить ничего, уже почти сорвались с его губ, но он остановил себя в последний момент. Он уже столько раз заблуждался на ее счет. И ему неистово хотелось ошибиться и в этот раз, вопреки всякой логике и здравому смыслу. Так что он лишь кивнул, предлагая ей продолжить.

— Помнишь, вы на днях на охоту уезжали? — начала Брин явно издалека.

Эскель лишь снова кивнул, старательно заставляя себя молчать.

«Так вот когда это все уже началось, — грустно подумал он. — А я-то дурак все рвался к ней…»

— Мои способности развиваются нелинейно, — снова уводя мысль от главного, заговорила Брин. — Перемещение в этот мир спровоцировало начало процесса, потом я начала осваивать магию, что подтолкнуло процесс развития и дара Старшей крови. Потом я научилась переносить предметы, и это спровоцировало способности к восстановлению предметов по образу прошлого. Мои множественные попытки восстанавливать предметы привели к тому, что в пространстве я дотянулась до своего мира. Одна способность идет за другой, понимаешь?

Эскель снова кивнул. Он все понимал, кроме того, какое это отношение имеет к тому, что она проводила время с другим мужчиной.

«Или он ей тоже помогает концентрацию улучшать?» — едва не заскрежетав зубами, подумал Эскель, но Брин продолжала говорить.

— Как ты помнишь, не так давно я научилась переноситься в пространстве без помощи порталов. Это означало, что вот-вот будет какой-то ощутимый прорыв и в магии времени. Этот прорыв в твое отсутствие и случился, — сказала она.

Тут Эскелю стало действительно интересно.

— И в чем это проявилось?

— В тот день я как всегда занималась починкой крепости. Точнее, уже закончила и хотела отправиться на поиски Весемира, как вдруг у меня спонтанно сработала способность переноса.


========== Часть 81 ==========


— Спонтанно?

— Ну, я в первый момент так решила. Я стояла в замке, а оказалась во дворе. А потом я заметила зеленую траву… в октябре…

— Как такое возможно?

— Я переместилась во времени, точнее, назад в прошлое, — ответила она, чем немало озадачила Эскеля. — Не знаю точно насколько. Едва я появилась посреди двора, объявился молодой ведьмак. Я в полном шоке смотрела на него! — эмоционально всплеснула руками девушка. — В Каэр Морхене еще один ведьмак, которого я не знаю, да еще и совсем молодой! Откуда?! — воскликнула девушка. — А он возьми да и обратись ко мне по имени! То есть получается, он меня знает, а я его впервые вижу! Я не сразу поняла, что я в прошлом и просто не знала, что и думать! А это оказался Весемир!

— Весемир?! — ошарашенно переспросил Эскель. — Молодой Весемир?!

— Да! — воскликнула Брин. — Я глазам своим не поверила, но это действительно так. Тогда я и поняла, что попала в прошлое.

— Как ты вернулась?

— Пока я не научусь управлять этой частью своего дара, перемещения будут происходить спонтанно. В любой момент я могу исчезнуть, а примерно через час меня затянет обратно. По крайней мере, Весемир сказал, что поначалу было так, — ответила девушка.

— Это может быть опасно.

— Может, — согласилась Брин. — Но выбора мне не предоставили. К тому же Весемир помнит множество моих перемещений, и случайных, и осознанных. Ни о каких опасностях он не говорил, значит, все обходилось, — пожала она плечами.

— Это случилось только один раз?

— Уже два. Второй — в тот день, когда вы торт пекли, — ответила Брин.

— Ты снова попала в прошлое?

— Да, только теперь поближе к нашему времени. Там Весемир был уже умудренным годами наставником ведьмаков, и я попала как раз на тренировку. Вы с Геральтом там, кстати, были, — с улыбкой добавила девушка.

— Ты видела меня и Геральта? — все еще не до конца осознав то, что ему рассказали, переспросил ведьмак.

— Угу, одну из тренировок, — подтвердила она. — Так здорово было увидеть живой Каэр Морхен и вас совсем еще мальчишками.

Эскель ошарашенно смотрел на чародейку.

— Ты мне не веришь? — нахмурилась она.

— Верю, — опроверг он ее предположение. — Просто… это… так неожиданно… я совершенно не это ожидал услышать. Почему ты не рассказала это сразу, как только я приехал?

Девушка снова замялась, отведя взгляд, и отошедшие было на второй план мрачные мысли с новой силой одолели ведьмака.

— Ты можешь переносить с собой людей сквозь время? — спросил он.

— Пока я даже себя не могу, — невесело усмехнулась Брин, разводя руками. — О чем ты?

— А в чем тогда дело?

Брин все-таки подняла на него взгляд.

— К Весемиру я попадаю нелинейно. Так что большинство моих визитов сейчас для меня в будущем, а для него уже в прошлом. Так от него я узнала, что в прошлое, оказывается, захаживаю не просто поболтать. И-и… я занимаюсь изучением трансмутаций, — призналась Брин. — Мне всегда была интересна тема ведьмачьих мутаций, но я думала, что вы все против, чтобы чародеи получили эту информацию. А для Весемира я, оказывается, всю его жизнь занимаюсь этим вопросом. От него я и получила добро пользоваться библиотекой. Вот, — закончила свою исповедь девушка.

Повисла тишина. Брин снова смотрела куда-то в сторону, но потом все-таки взглянула ведьмаку в глаза.

— Из-за этого ты не хотела мне рассказывать? — спросил Эскель, чувствуя как с души будто камень свалился. Только кто был тот незнакомец в плаще, он все еще не понимал и очень хотел выяснить. Особенно учитывая, что через время Брин пока переносить никого не могла.

— Я не знала, как ты отнесешься к этому. Мне казалось, вопрос ведьмачьих мутаций закрыт, а тут… — Брин умолкла, ожидая ответа.

— Я против снова мучить и убивать детей, — нахмурившись, заговорил Эскель. — А если ведьмачьи секреты попадут в руки чародеев, они не стану думать о чьих-то жизнях. Чародеи вообще ни о чем, кроме себя и своей выгоды не думают.

— Ты несправедлив к чародеям, — заметила я. — Магия — это в первую очередь наука, а наука — это прогресс. Магия призвана улучшать жизнь. Да, в первую очередь улучшать жизнь самих чародеев, но мы платим большую цену за обладание этой силой и несем ответственность за нее. Да, власть портит всех, но как минимум ведьмаков создали не ради власти, а для защиты мира от чудовищ.

— Чтобы одни чудовища истребляли других…

— Ведьмаки не чудовища! Это одно из великих магических открытий! И как любое столь важное открытие, его можно использовать во благо, а можно во вред. Я тебе клянусь, что не буду мучить и убивать детей ради экспериментов с мутациями, а ты уже решай, веришь ты мне или нет, — Брин была серьезна как никогда.

Эскель молчал долго, подбирая слова.

— Верю, — наконец сказал он. — Тебе верю, другим — нет! — жестко добавил он.

Морщинка, залегшая между бровей Брин, пока она ждала ответа, постепенно разгладилась, и на лице девушки появилась улыбка.

— Никто не знает о том, чем я занимаюсь. Только я, Весемир и теперь ты, и я безумно рада, что мне не нужно это от тебя скрывать! Мне это не давало покоя всё время.

Эскель залюбовался этой светлой радостной улыбкой, самой любимой его улыбкой Брин, а потом неожиданно вспомнил с чего начинался этот разговор и снова посерьезнел.

— А сегодня что было? — спросил он.

— Сегодня? — наморщила лоб Брин, будто позабыла о том, что было сегодня.

— Что ты делала, после того как вернулась из Аретузы? — все-таки задал этот вопрос Эскель.

— А-а! — сообразила чародейка. — Я была в старой лаборатории чародеев, в пещере к западу от Каэр Морхена. Посмотрела, в каких условиях творил Маласпина. Вот дневничок прихватила, — девушка покрутила в руках книгу в кожаном переплете, с которой и появилась на берегу. — Буду разбираться!

— И кто был тот мужчина? — не выдержав, совсем уж прямо спросил Эскель, желая разобраться с мучившим его вопросом до самого конца.

— Мужч… Так ты видел? — поняла Брин и отчего-то заулыбалась.

— Видел. Мельком, — рублено ответил ведьмак. — Поспешил за вами, но во всем замке не нашел.

— Мы спустились в подвал к карте, а оттуда сразу к пещере ушли порталом.

— И кто это был? — настаивал мужчина.

— Это был ты, — просто ответила Брин. С ее лица не сходила улыбка.

— Я? — недоверчиво переспросил Эскель.

— Ты, — кивнула Брин, подтверждая. — Только из будущего. Я из будущего отправила тебя из будущего ко мне в прошлое, чтобы ты показал мне эту старую лабораторию, — объяснила девушка.


========== Часть 82 ==========


— Но ты же сказала, что не можешь переносить людей сквозь время.

— Сейчас нет, но в будущем явно смогу, — пожала плечами Брин и тут же напустилась на ведьмака. — А ты уже незнамо что себе нафантазировал?! Куда ты ходила? Кто с тобой был?! Да?! Такого ты обо мне мнения?!

— А что я должен был подумать, когда ты ему сказала «Я вся твоя»? — ошарашенно и чуть сконфуженно, пробормотал ведьмак.

Брин неожиданно засмеялась, запрокинув голову.

— К самому себе ревновать! Это новый уровень! — смеялась она.

— Откуда я мог знать? Я уже чего только не подумал… — буркнул он.

— А ведь ты знал, что так будет! — неожиданно воскликнула чародейка с укором.

— Нет!

— Ты из будущего знал, но все равно так сделал! Интересно зачем?.. — задумчиво проговорила девушка. — Надо будет у тебя спросить в будущем, когда вернешься.

— Мне тоже интересно, зачем… — согласился Эскель. — Мог бы по-человечески появиться, все объяснить.

— Ну, во-первых, другим показываться не стоит, они не в курсе.

— Даже Йен?

— Только Весемир. Но думаю, можно будет им рассказать в общих чертах, без подробностей, чем я занимаюсь. Рано или поздно я пропаду на чьих-нибудь глазах, и все равно объяснять придется, — вздохнула Брин. — А во-вторых, с самим собой пересекаться нельзя. В идеале лучше даже не встречаться. Потому я и отправила в прошлое тебя, а не явилась сама. Но вот почему ты мне сразу не сказал, что ты не совсем ты, это я уже спрошу у тебя в будущем! — Брин снова рассмеялась и поднялась с камня. — Пойдем, скоро ужин, я думаю что-нибудь приготовить, — чародейка протянула ведьмаку руку.

Эскель с готовностью сжал ее ладонь и поднялся следом. Ему было одновременно и легко, и несколько совестно. Но в этот раз он не совершил ошибку и не сделал поспешных выводов, хоть и был близок к этому. Брин все еще его и, кажется, так будет и в будущем…

***

Эскель в настоящем вел себя странно. Мрачный и хмурый вид, цепкий взгляд, излюбленная непроницаемая маска говорили о том, что что-то было не так. Однако моего желания рассказать ему все прямо сейчас это не поколебало. В конце концов, если я не доверяю ему, то кому, черт побери, я вообще в этом мире доверяю?! Но не успела я ощутить колоссальное облегчение от того, что тайн между нами больше не осталось, как вдруг я поняла о чем все это время думал Эскель. Поднявшаяся поначалу волна возмущения быстро сменилась разобравшим меня смехом. Это был, пожалуй, и в самом деле высший пилотаж — ревновать к самому себе! С другой стороны, что он, в самом деле, мог бы подумать в такой ситуации? Но зачем-то он сам это сделал. Ведь Эскель из будущего точно знал, что Эскель из прошлого нас видел и слышал. Не мог не знать!

В замок мы вернулись умиротворенные и повеселевшие после того, как распрощались со своими тяжкими думами. Я хотела было сразу направиться на кухню и уже продумывала ужин, которым хотела или утешить неудачливых вскрывателей лаборатории или поздравить удачливых, но еще выходя из портала, услышала голоса.

— Нет, исключено, — категорично и, похоже, не в первый раз повторяла Йеннифер.

— Ты же сама там все проверила, — спорил с ней Геральт. — Там нет никакой магии, все безопасно.

— Нет никакой гарантии безопасности, даже если я ничего не нашла, — отчеканила Йен.

— Она своей силой видеть прошлое вещей могла бы узнать больше, чем мы! — настаивал Геральт.

— Нет, я не буду рисковать ее рассекречиванием. Только если не останется ни одного другого шанса. Пусть ищет сама, без вмешательства всяких эльфов! А вот, кстати, и она, — Йен обернулась ко мне, явно показывая Геральту, что разговор окончен.

— Вы уже вернулись! — порадовалась я. — Ого! И я вижу не с пустыми руками! — осмотревшись, я увидела два стола, заваленных вещами, среди которых чаще всего встречались книги и свитки. — Ничего себе улов! А что я должна была посмотреть своей силой?

— Геральт жаждет показать лабораторию тебе, чтобы ты могла увидеть там то, чего не увидели мы, — ответила за ведьмака чародейка.

— У-у, я бы и сама с удовольствием взглянула, — покивала я. — Но конспирация есть конспирация. Я пока не готова, чтобы за мной гонялись, как за Цири, — усмехнулась я и подошла ближе к сокровищам, добытым из лаборатории.

— Вот! Даже она понимает, что это опасно, а ты как дитя малое, — услышала я, как Йен сама же продолжила спор.

— Зато это бы ускорило процесс! — не сдавался Геральт.

— Или поставило бы на нем крест! Или ты хочешь, чтобы и Брин исчезла так же, как Цири?

Я лишь усмехнулась и уделила внимание привезенным записям. Судя по заголовкам, здесь все было о Старшей крови. Этот знающий действительно посвятил кучу своего времени изучению этого вопроса, и наверняка я смогу почерпнуть немало знаний из этих бесценных книг и заметок. Я уже запланировала засесть за чтение сразу же после ужина, отложив пока трансмутации, как вдруг среди записей мне попался рисунок, а точнее портрет. Разворошив бумаги, я нашла несколько листов с изображениями. На всех них была запечатлена девушка. Дрожащими пальцами я разложила бумаги перед собой. Я знала эту девушку, и если это…

— Это Цири, — сказала Трисс, подойдя сбоку ко мне. — Аваллак’х зачем-то рисовал ее и не раз. Правда, он всегда рисовал ее без шрама.

— А у нее есть шрам? — резко осипшим голосом, спросила я, во все глаза смотря на рисунок.

— Да, от… — начала было Трисс, но я ее перебила.

— От глаза вниз, рассекая щеку к мочке уха.

В помещении резко наступила тишина, или это у меня заложило уши от рвущейся наружу силы, момент выхода которой из-под контроля я упустила. Я пошатнулась, руки уже ходили ходуном и явственно покрывались инеем.

— Брин! — как сквозь подушку доносился голос Трисс. — Брин! Возьми себя в руки!

— Не держи силу в себе! Отпусти ее! — а это Йен. — Не подходите к ней! Заледенеете на месте! Брин, контролируй выброс!

Я уже толком ничего перед собой не видела, но отчетливо понимала, что выброс разрушит если не полностью, то половину Каэр Морхена. Мне нужно было во двор, срочно. Я снова пошатнулась и, стиснув остатки воли в кулак, шагнула в сторону двери, а потом призвала способность переноситься, молясь всем богам, чтобы с таким колоссальным напором силы перенесла только себя и всего лишь на улицу, а не ползамка в параллельный мир. Уже во дворе, едва различив небо и стены, я рухнула на колени и, наконец, позволила силе вырваться из меня, заполнив собой мое сознание и мир вокруг.

Очнулась я на руках у Эскеля. Он бережно поднял меня с земли. Бросив первый мутный взгляд на него, потом на остальных, окруживших меня, и убедившись, что все целы, я с облегчением осмотрела и крепость. Все было в порядке. Я все-таки смогла удержать контроль.


========== Часть 83 ==========


— Брин? — позвал Эскель.

Я шумно выдохнула и потерла виски. Голова была словно чугунный колокол.

— Все нормально, — ответила я, откашлявшись.

— Ничего себе нормально, столько сил потратить, — в голосе Трисс слышалась нескрываемая тревога. Она ласково погладила меня по волосам.

— Что случилось? Почему произошел выброс? — а это уже беспокоилась Йен, я почувствовала ее горячие пальцы на своем запястье. Чародейка проверяла пульс. — Ты нашла что-то в бумагах?

— Пойдемте ко мне в комнату, я покажу, — пообещала я.

Головная боль медленно утихала, и делать усилия, чтобы говорить мне было уже не нужно, хотя и сил не было ни физических, ни магических. Но я отлично помнила, что произошло перед тем, как меня накрыло!

— Конечно, — кивнула Йен, открывая портал.

Эскель, впрочем, его проигнорировал и понес меня обычным способом через крепость. Порталом, конечно, было бы быстрее, но я, признаться, была ему благодарна. Так у меня было больше времени привести мысли в порядок. С тихим стоном я ткнулась лбом ему в плечо и прикрыла глаза. По телу расползалась мощная волна тепла от ведьмака и, несмотря на общее разбитое состояние, в его объятьях я чувствовала себя спокойно и могла расслабиться.

— Все действительно в порядке? — недоверчиво переспросил Эскель, занося меня в замок.

Трисс и Йен воспользовались порталом, а остальные ведьмаки шли чуть поодаль за нами.

— В относительном, — не стала лукавить я. — Я не выгорела и вроде бы не рехнулась, остальное поправимо.

— Почему это случилось снова? Ты же просто смотрела бумаги.

— Сейчас всем сразу объясню, — не стала я тратить силы на двойной пересказ. К тому же проще было показать, чем пересказывать.

Когда Эскель занес меня в комнату, чародейки ждали нас уже там, ведьмаки зашли следом и тут же заозирались, так как комнату мою они видели впервые.

— Нихрена ж себе, — присвистнул Ламберт. — Не хило ты тут обустроилась.

— Счастлива, что ты так высоко оценил мои таланты, — пробормотала я, не поворачивая головы, пока Эскель опускал меня на диван.

— Ты узнала девушку на портрете? — тут же набросилась на меня Йен, которой Трисс, очевидно, успела сказать, что выброс произошел после того, как я увидела портрет Цири. — Ты ее видела? Ты знаешь, где она?!

— Что ты на нее накинулась? Не видишь, что ли, в каком она состоянии?! — рявкнул на нее Эскель.

— Не надо, — попросила я, осторожно придержав ведьмака за руку, вздохнула и медленно села на диване.

— Лежи! Куда ты? — встревожился он.

— Не далеко, не переживай, — успокоила я его.

Не дожидаясь просьбы, он помог мне встать, однако в его взгляде явственно читалось неодобрение.

— Ты знаешь, где Цири?! — снова вопросила Йен, чем заработала еще один гневный взгляд от ведьмака, который, впрочем, даже не заметила.

— Нет, не знаю, — ответила я. — Но очень бы хотела узнать!

— Почему? — удивленно спросила Трисс, тоже с тревогой глядя на меня.

Тратить силы на ответ я не стала, а придерживаясь за всё подряд целенаправленно побрела к письменному столу. Ни останавливать меня, ни что-то еще говорить никто не стал. В полной тишине я дошла до выдвижного ящика и достала оттуда медальон. Крепко зажав его в кулаке, я двинулась в обратный путь и подошла прямо к Йен. Ее глаза явно горели нетерпением, но она умело сдерживала свои порывы. Я сунула этот медальон ей.

— Открой, — сказала я, а сама направилась к следующей своей цели.

Характерный щелчок послышался почти сразу, как и последующее аханье.

— Откуда это у тебя?! — воскликнула она, едва взглянув внутрь.

Медальон у нее тут же забрал Геральт и теперь все по очереди полюбовались на изображение в нем. Я видела это в зеркале.

— В этом медальоне, — заговорила я, вперив взгляд в зеркало и сосредоточившись на шпильках в моих волосах, они вылетели скопом и осыпались на пол. Освобожденные волосы каскадом упали мне за спину и на плечи, — изображение моей биологической матери. Это единственное, что у меня от нее осталось после того, как она отдала меня моим приемным родителям, — с этими словами я сняла корректирующую цвет волос магию и развернулась к остальным лицом. — А это мой настоящий цвет волос. Я же даже не знала, что это, мать его, признак породы!

Я снова пошатнулась и ухватилась за край тумбы. В комнате повисла полная тишина, все присутствующие в немом изумлении таращились на меня.

— Ты… дочь Цири? — первой отмерла Йен.

— Но как такое возможно? — вопросил Геральт, все еще держа в руках мой медальон.

— Ты не знаешь, откуда дети берутся? — съязвила я, чувствуя, как силы, что я мобилизовала для этого марш броска, покидают меня.

— Да она же младше тебя! — влез Ламберт.

Я еле доплелась до кресла и рухнула в него.

— А ты забыл, что я из другого мира и вообще вроде как временем управляю? — огрызнулась я.

— Пха, управительница! — начал было Ламберт.

— Заткнись, без тебя тошно, — массируя виски, почти жалобно попросила я, ощущая, как от одного его голоса голова снова начинает раскалываться.

— Ты уверена? — передо мной на корточки опустился Эскель.

Я откинулась на спинку кресла, руки безвольно упали на колени. Одну из них ведьмак тут же взял в свои.

— Я уверена, что в медальоне изображение моей биологической матери, — сказала я. — Сама я ее, разумеется, не помню. Мне было всего полгода, когда меня удочерили. Но родители это могут подтвердить. Смысла врать им нет никакого.

— Почему ты никогда не говорила, что тебя удочерили? Не показывала медальон, —