КулЛиб электронная библиотека 

Пастухи и артисты [Иван Филиппович Заянчковский] (fb2) читать онлайн


Настройки текста:



И.Ф. Заянчковский ПАСТУХИ И АРТИСТЫ Рассказы о прирученных и обученных животных


Башкирское книжное издательство

Уфа

1974

От издательства
Герои книги «Пастухи и артисты» — различные позвоночные животные. В ней автор рассказывает о том, как животные привыкают к людям, обитая рядом с ними, как они приручаются и поддаются обучению и дрессировке, как они служат воспитавшему их человеку.

Многие читатели уже знакомы с автором этой книги. Заслуженный деятель науки БАССР, биолог-зоолог, доктор ветеринарных наук, профессор Башкирского сельскохозяйственного института И. Ф. Заянчковский известен не только как автор учебников и руководств для специалистов животноводства, но и как автор ряда научно-популярных книг о животных. Опубликованные им ранее книги «Занимательная зоология» (Челябгиз, 1955), «Враги наших врагов» («Молодая гвардия», 1966 и 1969), «Наследство и наследники» (Средне-Уральское книжное издательство, 1971) и «Звери начеку» («Лесная промышленность», 1974) нашли положительную оценку читателей и приобрели широкую популярность. Книга о биологической защите садов, лесов, полей и огородов от вредителей — «Враги наших врагов» на Всесоюзном конкурсе на лучшие произведения научно-популярной литературы была отмечена первой премией и дипломом первой степени. За короткий срок, с 1966 по 1973 год, эта книга выдержала шесть изданий, в том число два за рубежом — в Японии и в Болгарии. Книга о поведении животных — «Наследство и наследники» на Всесоюзном конкурсе была отмечена поощрительным дипломом.

Книга «Пастухи и артисты», как и другие научно-популярные книги автора, принесет большую пользу в деле воспитания у детей и взрослых чувств любви и бережного отношения к животным и ко всей природе.


Художник Георгий Прокшин


© Башкирское книжное издательство, 1974 г.

Другу, жене и неизменному помощнику в научно-литературной работе — инженеру-педагогу Валентине Ивановне Заянчковской посвящаю


Человек и животные

Вместо предисловия
Однажды Владимир Ильич Ленин приехал погостить и отдохнуть на дачу к своему другу и помощнику Владимиру Дмитриевичу Бонч-Бруевичу, работавшему тогда управляющим делами Совнаркома. Там он познакомился с дочкой своего товарища, Лёлей.

— А у тебя есть кот? — спросил Владимир Ильич Лёлю.

Кот у них был. Звали его Васькой. Как раз в этот момент он солидно, не спеша выходил из кухни. Весь черный, с белым галстуком под шейкой, лапки белые, словно туфельки. Самый кончик хвоста тоже был, как пушинка.

— Какой важный кот! — воскликнул Владимир Ильич. Он быстро взял кота на руки, пощекотал под шейкой, почесал между ушами, погладил его. Потом Владимир Ильич спустил кота на землю и стал обучать его прыгать через подставленные перед ним кольцом руки.

— Ну, прыгай, Васенька, прыгай!..

Все добрые люди любят животных и охотно возятся с ними.

Общение с животными люди начали еще задолго до приручения их диких предков. Уже десятки тысяч лет тому назад люди не только охотились на зверей и птиц, но и наблюдали за ними и пытались вступать с ними в более тесные, дружественные отношения. Процесс сближения человека с животными пошел значительно быстрее после того, как были приручены некоторые из них.

Ученые-зоологи говорят, что на Земле существует примерно полтора миллиона видов животных. Обычно всех животных делят на беспозвоночных и позвоночных. К беспозвоночным относятся простейшие, кишечнополостные, губки, черви, моллюски, иглокожие, членистоногие и некоторые другие. К высшим, позвоночным животным, объединенным в тип хордовых, относятся рыбы, амфибии (земноводные), рептилии (пресмыкающиеся), птицы и млекопитающие. Всего в этих классах насчитывается почти 40 750 видов позвоночных животных. И из этого огромного числа видов животных люди приручили и одомашнили всего лишь около 50 видов. От них уже и пошли сотни различных пород домашних животных.

Общаясь с домашними животными и занимаясь их разведением, люди изучили их повадки и используют это в своей хозяйственной деятельности. Умело сочетая врожденные (безусловные) рефлексы с приобретенными (условными), люди добиваются неограниченной власти над природой животных, подчиняя их своей воле, своему уму, своим желаниям и целям. Вырабатывая у домашних животных новые привычки — условные рефлексы, люди получают возможность легче выкармливать и воспитывать молодняк, использовать животных на работе, облегчать свой труд при пастьбе, откорме, доении. На фермах животноводы сейчас приучают коров идти на доильную площадку без кнута и окрика. Это снижает затраты труда, ускоряет процесс дойки и повышает продуктивность животных.

Как прежде, так и теперь огромное значение для жизни людей имеют и дикие животные, населяющие нашу планету. Дикие животные сейчас редко живут сами по себе, не встречая человека или не подвергаясь воздействию изменений в природе, вызванных деятельностью людей. У животных, обитающих рядом с людьми, вырабатываются новые поведенческие реакции, облегчающие им жизнь в изменившихся условиях. Более того, там, где люди не обижают животных, а, наоборот, помогают им в трудное время, звери и птицы платят людям доверием и даже вступают с ними в дружественные отношения, сохраняя при этом свою свободу и независимость. Случается, что животные в силу разных причин попадают и в дома людей, где подвергаются приручению, обучению и дрессировке. Часто такие звери и птицы становятся настоящими друзьями человека и нередко помогают людям в их делах. Многие из прирученных животных выступают в качестве цирковых и киноартистов.

О животных, которые живут рядом с человеком, привыкают к нему и приспосабливаются к его деятельности, а также о животных, взятых в дом, прирученных и обученных, и пойдет разговор в этой книге.

Автору хотелось, чтобы каждый, прочитавший эту книгу, больше узнал о жизни животных, полюбил их и всячески оберегал.

Знать, любить и охранять природу — долг каждого человека. Но любить животных вовсе не значит, что нужно ловить зверей и птиц где попало, тащить домой и запирать их в клетки. Как раз наоборот, изучать животных (за исключением работ в специальных лабораториях) нужно только в их естественной среде. Да и вообще дружить с животными лучше и интереснее, если они находятся на свободе. Разумеется, в тех случаях, когда животное попало в беду, человек должен взять его к себе домой, оказать ему помощь, накормить и выпустить на волю. И лишь в отдельных случаях животное оставляют в доме или передают в зоопарк, где его приручают, воспитывают и обучают.

Люди могут благоденствовать на Земле только до той поры, пока благоденствует природа. Поэтому они обязаны бережно относиться ко всему живому, беречь и охранять животных и не допускать исчезновения их с лица Земли. К сожалению, в различные периоды своей хозяйственной деятельности люди допускали истребление отдельных видов животных. В результате этого за последние двадцать веков исчезло 110 видов и подвидов различных зверей и 139 видов и разновидностей птиц. Причем, одна треть из этого числа животных уничтожена только за время жизни нашего поколения, за последние пятьдесят лет. Вот почему люди всего мира объединяют сейчас свои усилия для того, чтобы более бережно охранять животный и растительный мир нашей планеты. В Советском Союзе эта работа осуществляется в соответствии с Постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР «Об усилении охраны природы и улучшении использования природных ресурсов».

Люди часто называют высокоразвитых животных своими меньшими братьями. А меньших братьев нужно опекать и оберегать от всяких невзгод. Тем более, что в каждой отдельной местности из огромного числа позвоночных животных водится лишь небольшая часть. На территории Башкирии, например, обитает около 80 видов млекопитающих и примерно 200 видов птиц. Сохранить их для себя и будущих поколений — наш долг.

При работе над этой книгой автор использовал многочисленные сведения и факты из жизни свободноживущих и прирученных животных, описанные в специальной зоологической, научно-популярной и художественной литературе, а также личные наблюдения. В отборе, анализе и обработке материалов большую и постоянную помощь автору оказывала Валентина Ивановна Заянчковская.

Автор надеется, что его книга окажется интересной и полезной для учащихся средних и старших классов школ, учителей-биологов, студентов вузов и техникумов, работников сельского и лесного хозяйства, охотников и охотоведов и вообще для всех, кто любит природу и интересуется жизнью животных.

Рядом и в доме

Удэхеец и лось

Известный исследователь Дальнего Востока В. К. Арсеньев в своей книге «Сквозь тайгу» описал интересную попытку приручения лося непосредственно в лесу. О ней ученому рассказал один из местных жителей-удэхейцев во время путешествия по Уссурийскому краю. Передаем эту любопытную историю словами самого В. К. Арсеньева.

«Речь шла о том, как один охотник приручил молодого лося. Он условился со своими сородичами, что приведет лося живым в селение, но с условием, чтобы они увели подальше собак и не выходили бы из юрт, пока он их сам не позовет. На другой день, захватив с собой достаточный запас юколы и охапку сухой травы, смоченной в растворе соли и высушенной на солнце, он пошел за зверем. В этот год зима была глубоко-снежная, и загнать сохатого не представляло особых затруднений. Удэхеец очень скоро нашел след молодого лося и стал его преследовать и довел его до такого состояния, что обессиленное животное остановилось, ожидая смертельного удара копьем, но человек не тронул его. Отдохнув немного, сохатый поднялся и пошел дальше. Охотник последовал за ним и опять, когда утомленный зверь лег, человек расположился тоже на отдых. Такое совместное хождение по тайге продолжалось несколько суток, причем каждый раз человек устраивался на отдых все ближе и ближе к животному. В конце концов лось понял, что охотник зла причинять ему не хочет, и стал к соседству человека относиться спокойнее. Тогда удэхеец начал подкармливать лося, время от времени бросая ему пучки соленой травы. Через несколько дней они уже поменялись ролями. Раньше вставал лось, и за ним шел человек, теперь первым поднимался человек, и за ним следовал сохатый. Направление держал удэхеец и привел его к селению сородичей, но последние не выдержали. Узнав, что по опушке леса ходит человек с лосем, они выбежали к нему навстречу. Увидев приближающуюся толпу, лось испугался и убежал в лес».

Лоси, обитатели наших северных лесов, обычно очень осторожны. Не только человеку, но и хищному зверю не всегда удается близко подойти к ним. Так было веками. Так бывает и сейчас в местах, где люди и звери живут на определенном расстоянии.

С ростом населения люди все больше внедряются в леса и другие владения диких зверей и птиц. Теперь им приходится жить рядом с человеком и мириться с изменениями, вносимыми им в природу. Разумеется, не везде и не все звери и птицы сразу безропотно воспринимают всякие новшества в природных ландшафтах, созданные деятельностью людей. Поначалу все это настораживает и пугает их. Но в любом сообществе животных всегда находятся более любопытные и смелые (а может быть, и более умные), которые первыми знакомятся с изменениями в окружающей их среде и приспосабливаются к ним. А за ними постепенно тянутся и другие. Таким путем и происходит добровольное, а где и вынужденное, приобщение зверей и птиц к изменившимся условиям жизни.

«У каждого дикого животного, — писал когда-то канадский писатель-натуралист Э. Сетон-Томпсон, — есть три источника познания. Первый источник — это опыт предков, инстинкт, переданный ему по наследству. Этот опыт накопился у целого ряда поколений за долгие века борьбы с опасностями. Второй источник познания — пример родителей и других взрослых животных той же породы. Детеныш перенимает все обычаи и повадки своего племени. Третий источник познания — собственный опыт».

Так получается и с лосями. А повсеместная охрана их и вовсе способствовала тому, что эти лесные великаны размножились и стали смелыми и доверчивыми. Сейчас то и дело появляются в газетах заметки о встречах с лосями на лесных дорогах и тропинках. Частыми гостями лоси стали в поселках и даже городах.

Лоси, как и другие травоядные животные, в естественных условиях питаются растениями, которые чаще всего горькие на вкус. Особенно любят они грызть осину, кора которой отличается сильной горечью. Не отказываются они и от различных лакомств. Во многих местах осмелевшие лоси выходят из леса на проезжие дороги и попрошайничают. В Московской области шоферы кое-где привыкли к этому и, отправляясь в дорогу, прихватывают хлеб, которым угощают встречающих их лесных жителей. В Смоленской области избалованный людьми лось отказался однажды от предложенного ему шофером черного хлеба, но охотно съел пачку печенья.

В некоторых местах осмелевшие лоси стали баловаться и пугать людей. В Подмосковье молодой рослый парень поехал в луга за сеном. Когда он подъехал к стожку, там стояла лосиха с двумя лосятами. Решив, что ее детям грозит опасность, лосиха вытянула вперед свою горбатую морду и бросилась на парня. С ловкостью акробата тот забрался на стожок и отсиживался там до тех пор, пока из деревни не пришла подмога.

Бывают случаи, когда подобную участь разделяют по нескольку человек. Профессор-зоолог И. И. Барабаш-Никифоров рассказывал, как однажды на большой дороге у въезда в Воронежский заповедник один из рабочих встретил старого лося-быка. Поведение зверя явно не внушало доверия. Вытянув морду, прижав уши и скрипя зубами, лось шел на сближение. Перепуганному парню пришлось спешно взбираться на дерево, после чего лось скрылся в кустах. Вскоре на дороге показался другой рабочий. Вид жалкой фигуры товарища, маячившей на дереве, привел его в веселое настроение. Шуткам и остротам, казалось, не будет конца. Но тут снова появился четвероногий агрессор. Под злорадные реплики не успевшего еще спуститься товарища шутник в мгновение ока сам взлетел на дерево. То же во всех деталях повторилось еще с двумя прохожими. Загнав четырех человек на дерево, лось на протяжении нескольких часов патрулировал дорогу, пока проходившая грузовая машина не отогнала его. Так как преследование людей этим лосем продолжалось и потом, его пришлось застрелить.

При постоянном и длительном общении с человеком лоси постепенно привыкают к нему и проникаются доверием. Интересную историю одного такого лося рассказал канадский писатель-индеец Вэша Куоннезин — Серая Сова. Сын шотландца и матери-индианки, воспитанный в племени оджибуэй, он в молодости был охотником на бобров, а затем стал смотрителем одного из национальных заповедников Канады. Он жил в лесной избушке, охранял и приручал бобров и вел над ними наблюдения. Вот сюда то, к его избушке и стал наведываться лось. Сначала лось украдкой посматривал на человека и его ручных бобров из леса. А так как человек делал вид, что не замечает его, лось стал подходить все ближе. Ласковый голос человека, обращенный к бобрам, действовал на лося успокаивающе, и он стал пастись вблизи от хижины, а затем начал подходить и к самой хижине. Серая Сова не делал никаких попыток приручить лося и даже не подкармливал его — их союз был абсолютно добровольным. Зверь сам определил доброжелательность человека и отвечал ему доверием. В течение пяти лет лось навещал хижину Серой Совы и, неограниченный свободой действий, то с интересом рассматривал все возле нее, то смотрел на бобров, которые также привыкли к нему, то лежал возле лодки и жевал жвачку. В своем рассказе «Одинокий лось» Вэша Куоннезин приходит к выводу о настоящей одаренности и мудрости своего постоянного гостя. А мне, кроме того, кажется, что сближение лося с охотником показывает начало длительного пути, по которому шло приручение, а затем и одомашнивание диких животных.

Совершенно ручными лоси становятся, когда попадают к людям совсем маленькими. В различных районах страны люди подбирали в лесах лосят-сирот и выпаивали их коровьим молоком. Лосята привыкали к своим воспитателям и привязывались к ним.

Известно немало случаев воспитания лосят-сирот и в различных районах Башкирии. А ручные лоси Мякиш и Нина и вовсе стали знаменитостями. Осенью 1971 года пятимесячных лосят завезли в вольерное хозяйство, созданное сотрудниками Уфимского лесокомбината под самой Уфой. Лосята привыкли к людям, смело подходили к ним, брали из рук хлеб, сахар, конфеты и другие лакомства. Если лосята были далеко в лесу у родника или у озера, их можно было вызвать — они хорошо знали свои клички и охотно шли на зов. Когда лоси выросли, они по-прежнему дружили с людьми. Общение с лосями и другими животными этого лесного живого уголка вызывает у людей добрые чувства, чувства любви и бережного отношения ко всей живой природе.

Любить животных — это значит изучать, знать и всемерно охранять их. А вот и примеры этого. Детеныши некоторых копытных животных, в том числе и лосята, привыкают следовать за матерями, и это способствует их лучшему выращиванию и воспитанию. Случается, что лосенок отбился и далеко отошел от матери. Тогда он может пристать к идущему человеку, корове, лошади или к любому движущемуся предмету. Иногда сердобольные люди считают, что такой лосенок — сирота и забирают его к себе на воспитание. А ему просто нужно было помочь поискать родную мать или оставить его там, где он ее потерял. Она сама нашла бы его. Бывает и по-иному. Пойдет человек в лес и встретит маленького лосенка. Несмышленыш безбоязненно смотрит на человека и тянется к нему. Естественно, человека умиляет такое доверие, и он начинает гладить малыша. А этого как раз и не следует делать. Вернувшаяся потом к детенышу лосиха, чувствуя на нем чужой запах, может отказаться от него и бросить на произвол судьбы. Таких случаев, говорят охотоведы, известно немало. Выходит, что людям нужно хорошо знать, когда и как творить добро, чтобы оно не стало злом.

В Башкирии лоси взяты под охрану и число их постепенно увеличивается: вначале 1974 года в лесах нашей республики их уже насчитывалось около 17 000.

Олени встречают поезд

В лесной чаще отдыхает косуля. Отгребла старые листья в стороны и улеглись на голую черную землю — так в жару прохладнее, да и мало ли какие насекомые могут быть в подстилке. Лежит. Большие красивые глаза — им позавидовала бы не одна подкрашенная красавица — полуприкрыты веками с длинными ресницами. Время от времени расширяются ноздри — не донесет ли ветерок чужого запаха. Но сейчас и глаза и нюх тоже дремлют. Не спят лишь большие длинные уши косули. Они покоя не знают и на лежке животного, то и дело шевелятся, двигаются в разные стороны, как антенны радиолокатора. Уши — звукоуловители, как писал о них поэт Г. Граубин:

Рыси, рябчики, удоды,
Все лесные жители
Получили от природы
Звукоуловители.
Только ветка хрустнет сухо,
Заяц тут же вскинет ухо,
Притаится и замрет.
Осторожно водит ухом,
Проверяя чутким слухом,
Кто там по лесу идет.
Но не всякие звуки настораживают нашу косулю. Вот пролетели, цикнув, синички — не беда. Застучал где-то дятел по суку — не страшно, каркнула где-то ворона — ее дело. И только когда в стороне застрекотала по-особому сорока — уши заходили быстрее и тревожнее. А когда вдалеке послышался треск сухих сучьев, громкий разговор людей — косули как не бывало. Вскочив, она бросилась в лесную чащу, подальше от у беды…

Косуля, или как ее еще называют дикая коза, — представитель семейства оленей из отряда парнокопытных млекопитающих. Зоологи делят этот отряд на подотряд нежвачных, к которым относятся свиньи и бегемоты, и подотряд жвачных, в который входят лоси, различные олени и антилопы, жирафы, козлы, бараны, буйволы, зубры, бизоны и домашний крупный рогатый скот. Всего в отряде парнокопытных насчитывается около 200 видов животных, в том числе в подотряде жвачных — примерно 180 видов.

В СССР из семейства оленей обитают 7 видов животных: настоящий или благородный олень, пятнистый олень, северный олень, лось, косуля, лань, кабарга. В Башкирии из этого семейства водятся лоси, настоящие олени и косули.

Косули — типичные жители равнинных и горных лиственных и смешанных лесов. Пугливые, чуткие и осторожные, они остерегаются человека и всего, что с ним связано. Но в очень трудные минуты иногда ищут помощи у людей. В Целиноградской области косуля, спасаясь от волков, прибежала на ферму колхоза «Новая жизнь». Она промчалась мимо рабочих фермы и укрылась в коровнике. Ноги у косули были изранены, и ей оказали ветеринарную помощь. После того, как лесная гостья выздоровела и окрепла, ее выпустили на волю.

В Челябинской области косуля попала ногой в волчий капкан. Егерь лесничества нашел ее, забрал домой и стал лечить. Все же у нее отпало одно копытце, и она осталась хромой. Косуля Машка привыкла к людям, нашла общий язык с собакой. Потом Машка стала жить на свободе, поблизости от людей. Однажды в лес приехало много охотников с лицензиями на отстрел коз. Но они так ничего и не добились. Машка прокралась за цепью стрелков к кордону и легла за конюшней, где ее обычно угощали хлебом. Следом за ней туда прошли и другие козы и там переждали беду. А еще позже у Машки появилось потомство.

Еще лучше и быстрее приручаются маленькие косулята. Они привыкают к людям и домашним животным, становятся ласковыми, любят играть с ребятишками. Выпущенные на волю, они часто навещают своих хозяев, а то просто приходят подкармливаться. Косуленок Семка, которого воспитал колхозный садовод в Борисовском районе Белгородской области и выпустил потом в лес, регулярно приходит в гости к своим воспитателям. Он живет в лесу, но знает время, когда доят корову, и аккуратно является на завтрак, обед и ужин.

Нередки случаи, когда косули осенью и зимой навещают дом, где они выросли, вместе со своими подружками, а то и с детьми. Был случай, когда косуля пришла к людям с двумя косулятами и с их папой, косулей-самцом.

Зимой 1970 года жители Оренбурга часто наблюдали на улицах своего города необычное зрелище. Двое пожилых людей, муж и жена, не спеша прогуливались по улицам, а рядом с ними совершенно спокойно шагала косуля. Прохожие смотрели, удивлялись, оглядывались, многие останавливались, чтобы полюбоваться на лесную гостью-красавицу. Дети угощали ее разными лакомствами. Косуля Машка ранней весной потеряла мать. Ее подобрали и принесли на турбазу сторожу, Акиму Пантелеевичу Михайлюку. Вместе со своей супругой, Анной Сергеевной, они выходили слабенькую сиротку. Машка выросла и привязалась к своим хозяевам. Летом она свободно гуляла по лесу, но всегда возвращалась домой на базу. Осенью ее покровители переехали домой в Оренбург и взяли с собой Машеньку. Так косуля стала горожанкой, а еще позже — жительницей одного из зоопарков.

Здесь уместно будет сказать о том, что есть такое правило, по которому отлавливать и содержать дома различных животных и их детенышей нельзя. Но если речь идет об оказании помощи сироте или больному, раненому животному, то тут уж бежать за разрешением некогда. Малыша нужно взять, оказать ему помощь, воспитать, а затем выпустить на волю. В тех случаях, когда видно, что выросшее животное не сумеет прожить на свободе и может погибнуть от хищников и суровых условий природы, его нужно сдать в зоопарк.

Все больше и больше привыкают к людям и настоящие олени. О северных оленях я уж и не говорю. Народы севера издавна одомашнивают их, и они служат людям как рабочий и домашний мясной скот. Иногда этих оленей доят. Молоко у них очень жирное и питательное. Настоящие или благородные олени живут у нас в Закарпатье, в Крыму, на Кавказе, в горах Средней Азии, на Алтае, юге Сибири и на Дальнем Востоке.

Одно время настоящих оленей, обитающих в разных географических зонах, считали отдельными, самостоятельными видами. Так выделились европейский олень, кавказский, бухарский или тугайный, марал, дальневосточный изюбр. Однако специалисты-зоологи пришли к выводу, что все эти олени являются одним зоологическим видом. Некоторые ученые и сейчас считают их подвидами.

Находясь на полной свободе, олени изучают осваиваемые ими территории, привыкают к деятельности людей и подчас извлекают из этого пользу. Инстинктивная деятельность у них дополняется новыми привычками, существенно изменяющими их поведенческие реакции. Немаловажное значение в этом имеет способность животных различать нужные им звуки. От станции Графская до станции Рамонь железная дорога проходит через лес, где живут олени — обитатели Воронежского заповедника. Осенью, когда поезда везут сахарную свеклу на Рамонский завод, часть ее теряется в пути и падает с платформ на полотно. Олени попробовали сладких корней, и те пришлись им по вкусу. С тех пор животные пристрастились к свекле. Услышав свисток паровоза отходящего со станции поезда, олени выходят из леса и, расположившись шеренгой вдоль путей, встречают состав. Подобрав потерянную свеклу, они уходят в лес, где пасутся и ждут нового паровозного свистка.

В оленеводческих хозяйствах олени, находясь на вольном выпасе, приходят из тайги по зову человека к кормушкам с зерном.

Случается, что люди подбирают потерявших матерей оленят и воспитывают их у себя дома. Выпущенные затем на волю такие олени надолго сохраняют привязанность к своим воспитателям и отличаются большой доверчивостью к людям. На Алтае, дед-сторож одной высокогорной туристской базы во время весеннего снегопада подобрал замерзавшего в снегу олененка, оставленного в пургу стадом. Принес в дом, согрел под своим ватником, напоил теплой водой со сгущенным молоком. Так на базе появился и прижился олененок Жешка. Туристы полюбили его, баловали, подкармливали всякими лакомствами. Жешка провел все лето возле лагеря. А дальше повелось так: осенью, когда люди покидали базу, олень разыскивал стадо и ходил с ним всю зиму по лесам, а весной возвращался и все лето проводил возле лагеря.

Олени, лоси, косули и другие копытные — денные охотничье-промысловые животные. При умелом ведении охотничьего хозяйства люди добиваются постоянного роста поголовья этих животных и получают от них много нужных продуктов, прежде всего в виде мяса и шкур. Хорошо организована эта работа в Чехословакии. В лесах и других угодьях этой небольшой страны на начало 1973 года было более 16 000 оленей, 5 000 ланей, 8 000 муфлонов и 205 000 косуль. Для сравнения заметим, что площадь Чехословакии почти на 11 % меньше территории Башкирии, а населения там примерно в четыре раза больше. Заимствование и внедрение в практику передовых приемов и методов ведения охотничье-промыслового хозяйства — нужное и полезное дело.

Да орешки все грызет

Наш добрый знакомый, молодой уфимский инженер побывал в Новосибирске. Место командировки — Сибирское отделение Академии наук СССР. Приехал домой и рассказывает:

— До чего же мне понравился Академгородок своей чистотой и зеленью. Настоящий лесной городок. А главное — просто поражает доверие белок-сибирячек к людям. У царя Салтана на острове Буяне была всего одна ручная белка, а в Академгородке ручных белок — тьма. Правда, они грызут не золотые орешки, а самые обыкновенные — лесные и кедровые, которыми их там угощают все жители городка и даже заезжие гости.

Действительно, новосибирские белки стали настоящей достопримечательностью: о них уже многократно рассказывали советские и зарубежные журналисты своим читателям. Пушистые зверьки в Академгородке не только без всякой робости прыгают по ветвям деревьев буквально над головами прохожих, но и безбоязненно спускаются на обочины тротуаров и внимательно посматривают на людей. Ждут угощения, которое добрые люди всегда имеют для них при себе. Некоторые белки до того осмелели, что выбегают на дорожку, присаживаются на задние лапки и чуть ли не из рук людей берут орешки и другие лакомства.

Такие картины можно видеть и во многих других городах и районах нашей страны, особенно в лесопарковых и дачных зонах и санаториях.

Белки — типичные лесные жители. В лесу они живут круглый год, и летом и зимой. Лес дает им пищу (главным образом это семена шишек хвойных деревьев) и кров. Для укрытия от непогоды, морозов, защиты от врагов и для выведения потомства белки устраивают гнезда в дуплах деревьев, а если их нет, сооружают среди густых ветвей в развилках деревьев гнездо — гайно. Издали беличье гайно похоже на сорочье гнездо. Оно представляет собой большой шар из сплетенных веточек, прутиков, сучьев, скрепленных мхом и мочалом. Внутренняя «отделка» гнезда более удобная. Оно со всех сторон — снизу, сверху и с боков — выстлано очень толстым слоем мха и растрепанного лыка деревьев, иногда — перьями, заячьей шерстью, конским волосом. Вход в гнездо устраивается сбоку. В сильные морозы белка затыкает его мхом и мочалом. Часто гнездо белок имеет два входных отверстия. Профессор-зоолог П. А. Мантейфель и его ученики установили, что зимой, при 18-градусных морозах, в гнездах, в которых находились белки, было 18–20 градусов тепла.

В отличие от многих зверей, впадающих в спячку, белки бодрствуют всю зиму. Лишь в самые сильные морозы они иногда остаются в гнезде и спят. Для того, чтобы лучше переносить холода, белки должны хорошо питаться. И если год оказался неурожайный на семена хвойных, белки совершают большие переселения — миграции в поисках лесов, богатых шишками. Но и в обычные, даже хорошие по урожайности годы белки не ротозействуют, а еще с осени устраивают себе запасы корма. Они собирают желуди, орехи лещины, кедровые орехи, траву, мох и прячут их в дупла деревьев. Зимой белки находят под снегом свои (а то и чужие) кладовочки по запаху — у зверьков великолепное обоняние. Белки заготавливают для себя и грибы, которые сушат, развесив на ветвях или разложив на пнях упавших деревьев.

В местах, где белки живут по соседству с людьми, которые не обижают их, пушистые зверюшки совершают иногда набеги на запасы на чердаках и в сараях. В Киевской области был случай, когда белка залезала в открытую форточку и таскала из кухонного окна нанизанные на веревочку сухие грибы.

В Тернопольской области в селе Золотой Поток в саду одного жителя поселилась белка. В дупле старой липы было ее гнездо. Однажды хозяин заметил, как белка перепрыгнула с яблони на сарай, а с него — на крышу дома и скрылась на чердаке. Хозяин тоже полез на чердак и сразу понял, зачем белка совершала туда путешествия. Возле трубы у него в тазу было два ведра орехов. А теперь осталось лишь несколько штук. Запасливая белка перетаскала их в свое дупло.

Маленькие пушистые красавицы белки — само любопытство. Что бы не появилось в лесу новое — они обязательно должны посмотреть, что это такое. А особенно если это человек с собакой. Не потому ли они сравнительно легко становятся добычей охотников?

Белки очень хорошо знают, как к ним относятся люди. Во многих пригородных районах, в том числе в Подмосковье и в Прибалтике, белки подкарауливают на лесных тропах туристов и в обмен на доверие получают от них различные лакомства.

Говорят, скоро белок поселят в лесопарковой зоне Уфы. Приживутся ли они у нас — будет зависеть от самих уфимцев.

В прекрасной поэтической сказке А. С. Пушкина о царе Салтане есть строки:

Белка там живет ручная,
Да затейница какая!
Белка песенки поет.
Да орешки все грызет…
Ручные белки были известны людям с давних времен. И не только в сказках, но и в подлинной жизни. Белка в большой клетке с обрезком сучковатого дерева и вращающимся колесом — обычный экспонат зоопарков и живых уголков. Можно часами любоваться этим потешным и забавным зверьком. Но еще приятнее белка, которая живет, свободно разгуливая в доме на правах члена семьи. Заметим, что если белка так легко сближается с людьми, живя на свободе, то воспитанная дома, она становится очень смелой и доверчивой. А если вам удалось хорошо воспитать молоденькую белочку — то она ваша душой и телом.

В книге «Друзья» известный венгерский кинорежиссер-оператор Иштван Хомоки-Надь рассказывает о съемке кинофильма о животных. Среди множества приведенных в книге кинокадров есть интересная фотография. Молодая красивая женщина, администратор киноэкспедиции, стоит у киноаппарата, смотрит в окуляр, а на трубе объектива сидит маленькая прелестная белочка и что-то грызет. Киноэкспедиция проводила съемки животных на пустынном острове озера Балатон в течение 1 000 дней. И все это время белочка Удача жила в лагере и повсюду сопровождала свою хозяйку, пристроившись у нее на плече или в кармане платья. При случае белка прыгала на голову кинорежиссера и бесцеремонно дергала за заушники очков. Бывало, что белка забиралась на дерево, и тогда приходилось часами ждать, пока она спустится вниз.

О том, что белки — ценные охотничье-промысловые звери, я уже и не говорю. Это известно всем, особенно любителям теплых, красивых и мягких шапок. К сожалению, поголовье белок в наших лесах, а следовательно и количество заготовляемых беличьих шкурок в последнее время резко снизилось. Если в дореволюционные годы в нашей стране заготовляли в среднем по 12 миллионов беличьих шкурок в год, а в 1937 году даже 21 миллион, то сейчас ежегодно заготовляют не более 5 миллионов шкурок. Поэтому нужно делать все для того, чтобы этих красивых ценных зверьков было в наших лесах как можно больше. В этом отношении существенное значение имеет рациональное использование старых хвойных лесов. При рубках нужно оставлять определенные массивы плодоносящих хвойных лесов, а также сохранять для белок дуплистые и плодовые деревья.

Забавные грызуны

В детские и юношеские годы мне ни разу не пришлось видеть бурундука. На Киевщине, да и вообще на Украине они не водились. Поэтому я до сих пор помню свою первую встречу с этим полосатым зверьком. Лет сорок тому назад я шел по лесной дороге, проложенной в вековой уральской тайге из города Соликамска в деревню Селянка, в совхоз. В лесу было тихо. По сторонам от неширокой узкой дороги стеной стояли деревья — ель, сосна, кое-где попадалась осина. И тут я заметил у самой дороги бурундука. Не успел шагнуть к нему, как полосатый зверек стрелой взмыл вверх на дерево и как бы пропал. Но вот из-за ствола показалась его симпатичная мордочка с черными глазками-бусинками. Зверек явно рассматривал меня, как и я его. Любопытство было взаимным. Затем бурундук перебрался на боковой сук, уселся поудобнее и внимательно смотрел вниз, на переставшего шевелиться человека. Вся его поза и внимание как бы говорили: «Что такое? Кто ты такой?»

У животных есть так называемый врожденный ориентировочный или исследовательский рефлекс. Академик И. П. Павлов называл его рефлекс «что такое?» Это очень сильный рефлекс. В момент появления какого-либо нового раздражителя поведение животных подчинено проявлению этого рефлекса, и в такое время все другие безусловные и условные рефлексы затормаживаются. Подавляется даже такой сильный рефлекс, как пищевой. В такие моменты ориентировочный рефлекс является господствующим во всей деятельности животных. И это оправдывается биологическим смыслом его. Вызванный каким-либо изменением во внешней среде, исследовательский рефлекс заставляет животное настораживаться и узнавать, кто и что появилось в его владениях. Животное все свое внимание сосредотачивает на новом объекте или явлении. Оно поворачивает в его сторону голову, а то и все туловище, рассматривает его, прислушивается, принюхивается. Если новый раздражитель находится далеко, животное осторожно приближается к нему и изучает его в непосредственной близости. Все это позволяет ему определить, кто появился на его территории — враг, добыча или безвредное существо и решить, что ему делать. Если бы у животного не было этой реакции, то жизнь его каждую минуту висела бы на волоске.

Поведенческие реакции животных, вызванные изучением всего нового для них, в обиходе принято называть любопытством. Тут уже, действительно, любопытство — не порок, а весьма необходимая, жизненно важная реакция. Разве неясно: не заметил опасности, не рассмотрел врага, не скрылся вовремя — и погиб, стал добычей хищника. Или, наоборот, прозевал — сам остался без обеда.

Поведение животного — это его «внешняя деятельность», определяющая все реакции организма на те или иные условия жизни, внешней среды, а также возникающая в ответ на различные внутренние состояния. В основе поведения животного, позволяющего ему приспосабливаться к постоянно меняющимся условиям внешней среды, лежит, прежде всего, состояние и деятельность нервной системы. Как известно, в основе поведения животных лежат врожденные рефлексы-инстинкты, а также приобретенный ими личный опыт — условные рефлексы. В реализации ориентировочного рефлекса большую роль играют буквально все органы чувств и, прежде всего, зрение, слух и обоняние.

Как ведет себя бурундук в лесу, я только что рассказал. Совсем иное поведение бурундука в неволе. Куда и девается его врожденная осторожность и боязливость. Принесенный в дом бурундук быстро осваивается, привыкает к людям, становится смелым. Если тихонько свистнуть, подражая бурундуку, зверек отзывается и выбегает из своего убежища к человеку за угощением. Ручной бурундук забирается на стол во время еды, берет пищу из рук людей, перебегает от одного прибора к другому, выискивает, что повкуснее.

Приятнейшее создание, домашний бурундук может быть и шкодливым. Устраивая себе гнездо, он может изгрызть любые хорошие вещи, одежду, одеяла, ткани и клочки утащить к себе в гнездо. Любит бурундук устраивать и запасы, порой в самых неподходящих местах. М. Львовский рассказывал, что бурундук, живший у него в московской квартире, быстро очистил от пшена банку, растащил зерносмесь, купленную для птиц. Все это он перепрятал. Утащенное зерно бурундук прятал в ботинках, в ящике письменного стола, в инструментальной сумочке велосипеда. Один раз бурундук успел сделать кладовую в кармане плаща гостя, к немалому смущению и растерянности последнего.

В неволе бурундуки живут до 8 лет.

Всякое продовольствие бурундук переносит в своих сильно растягивающихся защечных мешках. До 30 кедровых орешков может перетащить бурундук в своих мешках. В природе свои кладовые бурундук устраивает под корнями деревьев, под буреломом, в норах под камнями. В них он прячет помногу разной лесной продукции: кедровых и лесных орехов, желудей, плодов манчжурской липы. Иногда в таких кладовочках бурундука находят до 5–8 килограммов отборных кедровых орехов.

Не менее приятны в неволе и суслики. Как-то мы посетили музей Ильменского заповедника на Южном Урале. В одной из комнат музея толпились ребята и взрослые, рассматривая находившегося в остекленной клетке суслика. Он сидел на задних лапах среди кучи травы и листьев и с аппетитом поедал лакомства, которые ему подбрасывали посетители: конфеты, кусочки сахара, пряники. Наш сын, тогда еще школьник, бросил ему конфету в бумажной обертке. Суслик ловко взял ее в передние лапки, поднес ко рту и начал грызть. Раз куснул, другой, но бумага, попавшая ему в рот, оказалась не по вкусу лакомке. Тогда зверек с каким-то остервенением вдруг начал обрывать бумагу зубами и, только очистив конфету, стал поедать ее. Посетители были в восторге от такого ловкого и даже красивого зверька. На время все забыли, что суслик — вредитель, съедающий по 4 кг зерна в год, и что все многочисленное племя сусликов уничтожает на полях ежегодно примерно 2 400 000 тонн зерна. Но суслик в доме, среди людей, уже не враг, а гость. Тут с ним и обращение другое, чем там, где он вредит.

В неволе взрослые суслики вообще приживаются легко, но ручными в полном смысле этого слова не становятся. Это бывает лишь в том случае, если они были взяты очень молодыми.

У одного воронежского зоолога дома жил суслик, взятый в поле совсем маленьким. Сусленок уже на третий-четвертый день стал вполне ручным. Его хозяйка рассказывала, что он все время вертелся вокруг людей, доверчиво забирался к ним на колени, брал предложенный корм. Когда суслику давали слишком много зерна, съесть которое за один прием он не мог, он начинал бегать и суетиться, перетаскивая зерно в защечных мешках в разные укромные уголки. Иногда он набирал так много зерна, что по дороге оно начинало вываливаться у него изо рта. Один раз суслик превратил в «кладовую» шкурку сороки, лежавшую на полу. Он разгребал лапками перья и прятал зерна между ними. Часто приходилось вытряхивать семечки и шелуху из какого-нибудь валенка или туфли.

Белки, бурундуки и суслики, по зоологической систематике, относятся к семейству беличьих из отряда грызунов. В это семейство входят еще и сурки. Нужно сказать, что грызуны наиболее многочисленное племя среди класса млекопитающих: на земном шаре их насчитывается около 2500 видов. В СССР обитают 132 вида грызунов. Основные семейства этого отряда — дикобразовые, нутриевые, бобровые, беличьи, летяги, сони, тушканчиковые, слепыши, мышеобразные. Раньше в отряд грызунов входили и зайцы. В настоящее время зоологи решили выделить зайцев, кроликов и пищух в самостоятельный отряд зайцеобразных, которые характеризуются наличием в верхней челюсти четырех резцов. У них позади основной пары крупных резцов имеется еще одна пара мелких резцов. Большинство грызунов — злостные вредители. Они уничтожают огромное количество зерна, трав и другой продукции и заслуживают сурового приговора.

Почти все грызуны по своей природе добродушные, смирные и ласковые. Любого из них можно приручить. В том числе и обыкновенного хомяка, представителя отдельного подсемейства в семействе мышеобразных грызунов. Наиболее распространен в нашей стране крупный (чуть побольше крысы) обыкновенный хомяк, отличающийся пестрой окраской. Это серьезный вредитель полей и огородов. Причем он не только поедает и портит урожай на корню, но еще и тащит продукты в свои кладовые. В один прием хомяк может принести в нору в своих защечных мешках до 50 граммов зерна. Заготовляет он и семена подсолнечника, головки льна, картофель. В его кладовых обнаруживали до 10 килограммов отборного зерна и до 25 килограммов картофеля. А по сообщению французского биолога Клода Марли, в норах хомяка находили даже до центнера зерна, гороха или картофеля. Причем у старых зверьков эти запасы расположены в трех кладовых, у молодых хомяков — в одной. Видимо, и у них молодежь более беспечна.

На зиму хомяки забираются в норы и спят. Изредка впавший в спячку хомяк просыпается, погрызет немного картошки или зерна и опять засыпает. Запасы корма ему, как и другим спящим грызунам, нужны не столько зимой, сколько весной, после пробуждения, когда подходящей пищи в природе очень мало или почти нет.

Хомяки, попавшие в дом, быстро обживают свою клетку, заводят в ней строгий порядок, выделяют место для «спальни» — гнезда, которое сами строят из травы и бумаги, отводят один угол под санузел, а в других устраивают кладовые. Привыкшие к людям хомяки свободно разгуливают по квартире, ловко забираются в постель, на книжные полки, на письменный стол, везде все осматривают, ревизуют. Как и на воле, хомяки любят поспать, но спят только днем.

Свою врожденную потребность делать запасы продуктов хомяки стараются реализовать и в неволе. А. Туров у себя дома держал двух хомяков — Хомку и Снежинку. Жили они в металлической клетке и в ней же устраивали запасы пищи. Хомка имел две кладовые. В одну из них он складывал про запас семечки и хлеб, в другую — морковь, капусту, свеклу. Снежинка устроила себе кладовые отдельно и часто обворовывала добродушного Хомку, перетаскивая его запасы к себе. Если запасов было мало — она начинала волноваться, гонять Хомку по клетке, кусать его — избавлялась от лишнего рта. Поэтому время от времени хомякам приходилось давать двойные порции корма — для пополнения запасов в кладовых. Тогда они переставали ссориться, и между ними воцарялся мир.

В последнее время любители животных содержат в домах маленьких золотистых или джунгарских хомячков. Особую популярность приобрели золотистые хомячки, родом из Сирии. В неволе они чувствуют себя хорошо, очень добродушны, доверчивы и нетребовательны к пище — едят все, что дадут. Они также любят устраивать себе запасы корма. Сейчас сирийские хомячки заняли прочное место среди лабораторных животных, помогающих врачам и ученым в их исследованиях. Кроме того, они разошлись по всему свету как приятные домашние обитатели. От золотистых хомяков в неволе уже выведены белые и розовые разновидности их.

Сирийские хомячки очень активно и быстро размножаются. При благоприятных условиях они почти каждый месяц дают новое потомство — в среднем по 10 детенышей. Беременность у самок длится около двух недель, а в возрасте двадцати дней хомячата становятся вполне самостоятельными.

Добродушные хомячки легко уживаются с другими зверьками. Зоолог В. Гаврилов в одну из клеток однажды поселил пару хомячков вместе с белыми мышами. Соседи жили довольно дружно. Родились хомячата. Мышь, потерявшая своих детенышей, прониклась к малышам родительскими чувствами. Но ей не нравилось делить свою привязанность с неуклюжей хомячихой, и она старалась утащить малышей в противоположный угол клетки. Нерасторопная мамаша не замечала пропажи, пока мышь не перетаскивала больше половины выводка. Хватившись, хомячиха отправлялась собирать детей, которые сами стремились уползти из мышиного гнезда. Хомячиха снисходительно относилась к похитительнице и, водворив хомячат обратно, она не раз пыталась относить в гнездо и белую мышь, которая отчаянно сопротивлялась. В конце концов обе матери стали жить в одном гнезде.

Немало удовольствия могут доставить и различные другие прирученные грызуны. Таковы, например, сони, белки-летяги, мыши-малютки, леминги, белые крысы, морские свинки и даже домовые мыши. Еще Н. В. Гоголь рассказывал, как юный Павлуша Чичиков два месяца дрессировал обыкновенную домовую мышь и добился того, что она по его приказу становилась на задние лапки, ложилась и вставала.

Очень приятными бывают ручные сурки. Эти крупные грызуны (длина тела у них достигает 50–60 см) отличаются миролюбивым, кротким, спокойным и деловым характером и чистоплотностью. Молодые сурки любят играть и бороться друг с другом и матерью. Этим и объясняется сравнительная легкость, с которой они привыкают к воспитавшему их человеку. Прирученный сурок очень привязывается к своему хозяину и только с ним бывает веселым, игривым и забавным до умиления. В присутствии чужих людей он не играет, стесняется или, точнее, просто побаивается их. У писательницы Норы Аргуновой одно время жил сурок Тишка. Он буквально покорил свою хозяйку преданностью и лаской.

Ручные сурки издавна были верными спутниками, друзьями и помощниками бродячих музыкантов — савояров. Бедные жители Савойи — одной из провинций Италии, перешедшей потом к Франции, — савояры ходили по городам и селам со своими маленькими друзьями — обезьянками, а чаще — с сурками, и устраивали под открытым небом импровизированные концерты под звуки шарманки. Образ савояра, странствующего с ученым сурком и шарманкой, запечатлен в популярной когда-то песенке, положенной на музыку великим Бетховеном. Этой песенкой савояры начинали и кончали свои представления:

Из края в край вперед иду,
Сурок всегда со мною.
Под вечер кров себе найду,
Сурок всегда со мною…
Мы здесь пробудем до утра,
И мой сурок со мною,
А завтра снова в путь пора,
И мой сурок со мною.
Сурки помогали савоярам зарабатывать на хлеб, танцуя под звуки шарманки и вытаскивая билеты желающим узнать свое счастье.

Сурки — исконные жители нетронутых степных просторов, особенно ковыльных степей, обитают на значительной территории нашей страны. Из шести видов водящихся у нас сурков самым распространенным был степной или обыкновенный сурок. На Украине и в других местах его называют еще байбаком. Питаются сурки зеленью, корневищами, луковицами и побегами травянистых растений. Большую часть своей жизни сурки проводят в норах. Осенью, в сентябре-октябре, сурки забираются в свои норы, закрывают входы в них земляными пробками и впадают в глубокую спячку. Пробуждаются от зимнего сна лишь в марте-апреле. Запасов пищи и кладовых, подобно хомякам и некоторым другим грызунам, сурки не устраивают. К осени они накапливают в своем теле до килограмма и более жира и за его счет живут во время сна. В общем, сурок, как и медведь, сам себе кладовая.

В настоящее время, в связи с распашкой степей и чрезмерным усердием охотников, добывавших сурков ради их шкурок, жира и мяса, они в большинстве областей страны исчезли или стали очень редкими и сохранились лишь на небольших заповедных территориях. В Башкирии сурки-байбаки встречаются только в некоторых районах и в очень незначительном количестве. Поэтому, чтобы не допустить полного исчезновения их, охота на них на территории нашей республики, как и во многих других областях, запрещается в течение всего года.

Бобры Серой Совы

Бобр — степенный, добродушный и деловитый зверь. Обладатель красивого, добротного меха, из-за которого их племя во все века несло большой урон. Раньше бобры были широко распространены по всей лесной части России, Украины и Белоруссии. Водились они и по отрогам Урала и в Сибири по болотистым местам, по берегам лесных рек и озер. В древней Руси была широко распространена охота на бобров. Князья и богатые бояре имели даже специальных охотников на бобров — «бобрятников». Имели их и некоторые украинские гетманы.

Вырубка лесов, осушение болот, обмеление рек и озер неблагоприятно сказались на численности дорогого зверя. А возросший спрос на бобровый мех и вовсе привел к тому, что бобры почти повсеместно были истреблены. Лишь память о них долгое время сохранялась даже в таких местах, где их сотни лет уже не видели. Помню, как мы, сельские ребятишки с Киевщины, играя в прятки, выкрикивали тем, кто прятался:

Бобре, бобре, заховайся добре:
Бо я собак маю — тебе разшукаю…
Кроме великолепного меха бобры дают еще и очень ценное для фармацевтической и парфюмерной промышленности пахучее вещество — «бобровую струю» — выделяющееся особыми прианальными мускусными железами. Бобровая струя используется в парфюмерной промышленности как весьма стойкий закрепитель ароматов при изготовлении лучших сортов духов и одеколона. Используется и мясо бобров.

Такой безусловно высокой практической ценностью бобров и объясняется то внимание и забота, которые прикладываются к тому, чтобы возродить поголовье этих зверей во всех пригодных для этого уголках нашей Родины. Успешно осваивают бобры выделенные им новые угодья на Урале, в Башкирии, в Сибири. В некоторых местах численность бобров достигла такого уровня, который позволил начать регулируемый промысел их для получения ценной пушнины. На территории Башкирии пока еще идет акклиматизация бобров и охота на них запрещена.

С бобрами я впервые познакомился на территории старейшего в стране Воронежского государственного заповедника. Здесь в бассейне рек Усманки и Ивницы, притоков Воронежа, расположены владения бобров. Вдоль малодоступных мелких рек и озер, берега которых густо заросли ивняком, ольхами и высоким камышом, встречаются их норы, хатки и плотины, в сооружении которых эти осторожные и чуткие звери проявляют себя как настоящие архитекторы, плотники и штукатуры.

В Воронежском заповеднике несколько десятков лет тому назад была организована ферма, где бобров разводят в условиях полувольного содержания. Изучение бобров на этой ферме позволило ученым заповедника во главе с доктором Л. С. Лавровым добиться того, что они начали размножаться в неволе. Еще в 30-х годах там стали получать приплод от бобров. Таких же результатов добились и некоторые канадские и американские фермеры-энтузиасты.

Наблюдения за бобрами на фермах и в зоопарках показали, что эти серьезные и трудолюбивые звери обладают довольно покладистым характером и сравнительно быстро привыкают к человеку. А пойманные молодые бобрята и вовсе становятся ручными и доверчивыми.

Много интересных наблюдений над бобрами провел Вэша Куоннезин (Серая Сова). Одно время он подобрал в лесу двух маленьких бобрят, оставшихся без матери, и вместе со своей женой Анахарео вырастил их у себя дома. В книге «Саджо и ее бобры», которую наши читатели знают давно, Серая Сова рассказывает о дружбе индейских детей с двумя маленькими бобрятами.

Позже, когда Вэша Куоннезин стал смотрителем национального заповедника в Канаде, где охранял бобров, он изучал их и рассказывал о них в своих книгах. В книге «Рассказы опустевшей хижины» он подробно пишет о бобрах, живших у него почти в одомашненном состоянии. Бобры свободно жили в его хижине и озере. Он изучил их повадки, узнал как они отдыхают, как играют, как строят домики и плотины, как выводят и воспитывают потомство.

У млекопитающих дети очень любят играть. Игры — своеобразное проявление удовлетворения жизнью, здоровья, избытка сил, выражение потребности у растущих животных в физической разрядке. Маленькие зверята могут играть и сами, в одиночку, как это делают щенки или котята. Еще веселее они играют со своими сверстниками и родителями. Чудесные картины представляют игры щенят, котят, лисят, а также волчат у своего логова. Играют медвежата, молодые барсуки, хорьки, выдрята, бельчата. Любят резвиться телята, жеребята, козлята. Даже маленькие поросята — сосуны бывают очень игривыми, веселыми.

Любят играть со своими родителями и между собой и маленькие бобрята. Вэша Куоннезин рассказывает, как весело играли ручные бобры у него в доме. Бобриха-мать по кличке Джелли Ролль отличалась особым терпением и уравновешенным, спокойным характером. Этим она подчинила себе бобрят, и они всецело полагались на нее. Когда Серая Сова ходил по комнате, бобриха следовала за ним по пятам, а за ней цепочкой тянулись неуклюжие гномики-бобрята. Они переваливались, смешно припрыгивали на своих коротких ножках и все время что-то лепетали. Бывало, что утомившись, один из бобрят залезал на хвост матери, который скользил позади нее, как салазки. Выпрямившись и стоя на задних лапках, бобренок цеплялся передними за шерсть бобрихи, а она с нескрываемым удовольствием катала его. Менее предприимчивые малыши плелись позади или толкались сбоку. И в конце концов они все поняли удобства этого вида транспорта и иногда залезали на удивительную «тележку-волокушу» по два, по три сразу. Если на хвосте не хватало места для всех перепончатых ног, то пассажиры ехали, стоя на одной ноге, а другой отбивали такт на полу. Бобриха спокойно, не торопясь продвигалась вперед, как будто эта ноша ей была совсем не в тягость.

Наблюдения за поведением бобров позволили Вэша Куоннезину сделать вывод о наличии у них довольно развитых умственных способностей и даже крупинок мудрости. Здесь, однако, нужно сделать разъяснение. Говоря о разуме и сообразительности некоторых высших животных, мы не должны преувеличивать действительность и слишком идеализировать их, перенося на них все человеческие способности. Все действия животных прежде всего продиктованы инстинктами и наслоившимися на них условными рефлексами. Четкость в работе бобров-строителей часто служит причиной того, что их считают очень умными, мыслящими существами. В действительности инстинктивная строительная деятельность у животных осуществляется помимо сознания, мышления. Умение строить передается у животных по наследству, без всякой предварительной выучки. Молодые бобры, никогда не видевшие, как строятся хатки и плотины, сооружают их сами, не хуже своих родителей — у них срабатывает наследственная программа действий. Но строят они, как и другие животные, всегда одно и то же и ничего другого. Все постройки животных, сделанные ими для жилья, для выведения потомства или для хранения пищи — иных они никогда не строят, да и не требуется им ничего другого, — являются результатом их инстинктивной деятельности.

И все же нельзя полностью отказать животным, по крайней мере самым высокоорганизованным из них — птицам и млекопитающим, в способности приобщения к наследственному строительному инстинкту и в личном опыте, основанном на выработавшихся у них условных рефлексах. Наблюдения показывают, что бобры не только умеют хорошо строить, но неплохо разбираются в обстановке, умеют делать выбор наиболее подходящего места для строительства, а при необычных ситуациях принимать необходимые и наиболее целесообразные решения. Желая проверить умственные способности бобров, ученые проделали такой опыт. Они пропустили через основание плотины бобров дренажную трубку, и вода начала быстро уходить из пруда хозяйственных зверей. Бобры забеспокоились и вначале стали надстраивать плотину — сработали вековые, традиционные, инстинктивные навыки. Конечно, это не помогло. Бобры стали более внимательно изучать причину беды, отыскали торчащий выше по течению конец трубки и попытались забить его илом. Но и это не помогло, так как ученые предвидели такие действия бобров и сделали в трубке несколько боковых отверстий. Добраться до них и замазать их бобры не могли. Не помогли им и безрезультатные попытки закрыть наружный конец трубки. Тогда звери отказались от попыток закупорить трубу и стали менять форму плотины. Они возвели плотину таким образом, что основание ее оказалось ниже стока воды дренажной трубки. Убыль воды из пруда прекратилась. Выходит, сообразили. Здесь мы видим, что строительное искусство бобров — не застывший стереотип, подсказанный лишь одним «слепым» инстинктом, а сочетание инстинкта с проявлениями разума, элементарного мышления.

С кем поведешься

Когда-то у нас дома жил заяц-русак. Его принес из леса старший брат Дмитрий. Серый нам понравился, и мы всячески старались установить с ним более тесный контакт. Но он нас сторонился, а мы, малыши, побаивались его: а вдруг укусит. Если мы начинали гладить его руками, он с каким-то внутренним напряжением переносил наши ласки, но никогда не пытался укусить кого-нибудь. Прошло несколько дней. Заяц не проявлял готовности идти на немедленное сближение. А так как возиться с ним и заниматься его воспитанием взрослым было некогда, то его отпустили обратно в лес.

— Трус, заячья душа, — говорят о некоторых людях, явно намекая на косого. А разобраться, то заяц вовсе не такой уж трус. Если охотникам случается поймать взрослого зайца живым, то в руки взять его не так уж просто — он сопротивляется, иногда кричит, вырывается и часто отбивается когтями сильных задних лап. Правда, зубы пустить в ход не догадывается.

Известно немало примеров, когда зайцы храбро защищаются от нападающих на них пернатых хищников и дорого продают свою жизнь. От орла или от филина заяц иногда отбивается когтями задних лап, лежа на спине. Охотники видели, как подобным образом зайцы разрывали грудь и животы налетчикам и даже ломали им ребра. Правда, это бывает не часто, и не всегда заяц выходит победителем.

Обычно же зайцы сами никогда не лезут в драку, а при малейшей тревоге пускаются наутек. Однако бегство зайца при виде опасности — это еще не доказательство его трусости. Быстрый бег — хорошее видовое приспособление к условиям существования, к защите от врагов. Не принимай они эти меры самообороны, их давно бы уничтожили хищники. Причем в зависимости от условий местности, зайцы ведут себя по-разному. Там, где их истребляют охотники, они очень осторожны, или, как мы все привыкли говорить, — трусливы. И, наоборот, в тех местах, где зайцев не трогают, где стрельба по ним запрещена, там они ведут себя довольно смело. В заповеднике Аскания-Нова мне не раз приходилось наблюдать, как вели себя зайцы в целинной степи, в Большом загоне. Появившись невесть откуда, из степных просторов, зайцы в одиночку, парами и группами в 3–5 русачков спокойно разгуливали среди диких копытных животных — оленей, антилоп, зебр. Чаще всего они держались ближе к оленям-маралам. В случае какой-либо опасности или при приближении человека они не торопясь перебегали в глубь стада оленей и скрывались между ними в густой траве. В том же заповеднике профессор П. А. Мантейфель видел такую картину. Молодая лошадка, опустив голову, медленно шла по степи. Неожиданно у самой ее морды сердито приподнялся заяц-русак и основательно царапнул кобылу когтями передних лап. Лошадь отскочила в сторону, а заяц преспокойно улегся на прежнее место.

Пастухам нередко приходилось наблюдать, как на пастбище появляется заяц, прыгает или лежит и беззаботно спит среди коров. Заяц — не волк, коровы его не боятся и спокойно ходят вокруг. А заяц не боится коров, знает, что они его не тронут.

Зайцы, как и кролики, могут видеть буквально все вокруг себя: боковое расположение и выпуклость глаз обеспечивает им большую величину поля зрения, которая достигает 360°! Вообще зайцы интересны тем, что, имея возможность смотреть вперед и назад, они, спасаясь бегством от преследователя, смотрят в основном назад. Но такая, казалось бы выгодная особенность зрения, часто и подводит зайца: следя за догоняющей его лисицей, заяц не присматривается к тому, что происходит впереди, и нередко становится добычей другого врага, оказавшегося на его пути. Кроме того, заяц лучше видит движущиеся предметы и хуже замечает неподвижные. Поэтому он может подбежать совсем близко к неподвижно стоящему человеку, даже на открытом месте. Кстати, за способность зайца скашивать глаза и смотреть назад его и прозвали «косым».

Часто зайцы подходят к окраинам сел, забираются в сады. Несколько лет тому назад в газете «Советская Башкирия» писали, что возле села Князево Архангельского района в Башкирии жил заяц-смельчак. По ночам он кормился на окраине села, не боясь охотников и собак. Более того, он среди бела дня не раз забегал в село. Прибежит на сельскую улицу, посидит на обочине дороги, не обращая внимания на лай привязанных собак, и снова отправляется в свои владения.

Маленькие зайчата, взятые в дом, очень податливы на ласку и заботу о них и искренне привязываются к людям. В этом отношении одинаковы и русаки и беляки.

Ручные зайцы сплошь и рядом вступают в дружественные отношения с домашними животными, особенно с кошками и собаками. В г. Ромны, на Украине, в дом принесли зайчонка. Он прижился у людей и подружился с котенком. Друзья вместе спали в одной корзинке, вместе пили молоко из одной чашки. Хозяйка — воспитательница этих животных — рассказывала, что котик в знак уважения к своему другу даже пробовал с ним жевать капусту.

Одному охотнику, жителю города Чертково Тернопольской области, знакомые подарили найденного в лесу зайчонка. Зверек быстро привык к дому и людям. Но когда он вырос, пришлось все же с ним расстаться — в городской квартире трудно держать взрослого зайца. По окончании зимнего охотничьего сезона охотник отнес серого за город и выпустил на свободу. Прошел год, охотник пошел с собакой за город поохотиться. Собака сразу же напала на свежие следы на снегу. По команде хозяина она кинулась к кустарнику, и оттуда выскочил крупный красивый заяц. Увидев человека, он на миг остановился и вдруг стремительно бросился к нему и прижался к его ногам. Удивившийся охотник наклонился и увидел на шее зайца капроновую леску, а на ней пластинку со своей фамилией. Это был его серый. Охотник взял зайца на руки и унес домой. Соорудил ему просторную клетку, продержал в ней серого до теплых весенних дней, а потом снова отпустил на волю.

Часто ручные зайцы вступают в дружбу и с собаками. Когда-то у зоолога Г. Скребицкого воспитывался зайчонок Ушан. Заяц стал совсем ручным и очень подружился с охотничьей собакой Джеком и с котом Иванычем. По вечерам Джек, Иваныч и Ушан играли в догонялки или сидели у печки и смотрели на горящие дрова.

О трогательной дружбе зайца с охотничьей собакой рассказывал охотник В. Герман. Пес Анчар принял маленького зайчонка-беляка под свое покровительство, и вскоре эти столь разные звери подружились. Они вместе проводили время, вместе завтракали и обедали. Почти четыре года продолжалась дружба собаки и зайца. А потом заяц выпрыгнул в раскрытое окно и пропал. Анчар очень долго скучал без друга.

В квартире кировского зоолога М. Павлова долго жил ручной беляк. Он вел себя смело и то и дело барабанил передними лапами по разным предметам, столкнув их с места. Любопытный заяц подолгу просиживал перед зеркалом, разглядывая и обнюхивая свое отражение. Избалованный любимец семьи осмелел до того, что буквально терроризировал двух охотничьих собак-лягашей своего хозяина, щедро оделяя их увесистыми оплеухами.

Из всех приведенных выше примеров можно сделать вывод, что «трусливость» или «храбрость» зайцев это всего лишь нервно-рефлекторная реакция, развивающаяся у них в зависимости от окружающей обстановки и образа жизни. У зайцев путем соответствующего воспитания можно выработать самые разнообразные привычки и сделать их довольно храбрыми. Был случай, когда зайчонок, воспитанный домашней собакой, перенял от нее очень много собачьих повадок. Как рассказывал о нем В. В. Бианки, он даже бросался вместе со своей воспитательницей на чужих собак и пребольно кусал их своими длинными острыми зубами. Вот уж действительно, с кем поведешься — от того и наберешься!

А теперь немного о практическом значении зайцев. Зайцы — важный объект охотничьего промысла. Это — дешевое и вкусное мясо и пушнина. К сожалению, поголовье зайцев повсеместно резко уменьшилось и добыча их по стране сократилась в десятки раз. То же самое произошло и в Башкирии. Если в тридцатые годы в республике заготовляли до 700 тысяч шкурок зайцев, то в последнее время их заготовка колеблется от 5 до 10 тысяч штук в год. Даже если допустить, что столько же оседает на местах, все равно это более чем тревожный симптом. Поэтому охрана и восстановление численности наших беляков и русаков — всеобщая задача. В этом отношении не мешает позаимствовать опыт ведения охотничьего хозяйства в Польше. Из всех социалистических стран Западной Европы наиболее высокая численность зайцев именно в Польше, территория которой в два раза с небольшим превышает территорию Башкирии. Основное поголовье зайцев там составляет 3,2 миллиона. Польские охотники ежегодно изымают всего по 800 тысяч зверьков, что составляет около 30 % годового прироста зайцев. Такая норма отстрела позволяет поддерживать поголовье зайцев на достаточно высоком уровне даже при высокой интенсификации сельского хозяйства.

Дом ежа — лес

Одно время наша семья жила в большом лесу на Киевщине. А в лесу водилась всякая живность. Были там и ежи. Часто их встречали в кустах возле самых хозяйственных построек.

Случалось, что кто-нибудь из детей или взрослых приносил ежа домой. Пленник в первые минуты лежал на полу, свернувшись в колючий шар. Когда его переставали трогать, он успокаивался и осторожно развертывался. Колючий клубок становился длиннее, показывалась мордочка с блестящими глазками, и вскоре, на своих коротких, почти незаметных лапках, ежик бежал куда-нибудь под кровать, диван или под шкаф. Ежа поили молоком, давали кусочки мяса, кашу, ребята ловили для него разных насекомых и червей.

Ежи жили у нас на полной свободе. Почти с первого дня колючий гость ходил по комнатам, выходил в большой двор, заходил в кусты, цветники, в огород. Подкармливаться приходил домой. Иногда еж уходил совсем, и к нам больше не возвращался. И мы особенно не огорчались этим, знали, что там, на свободе, ежу лучше.

Ежи быстро и легко приручаются — узнают хозяев, знают место, где их кормят, привыкают к голосам людей, а иногда и к своей кличке. Нрав у ежей миролюбивый, и часто они вступают в дружеские отношения с домашними кошками. Иногда и молоко пьют вместе из одного блюдца. Днем ежик, по лесной привычке, больше спит. А ночью выходит из своего убежища, бегает по комнатам и кухне, что-то ищет, спать людям не дает. Попадется ему таракан или мышь, поймает и съест.

Ежи — наиболее известные представители отряда насекомоядных млекопитающих. Различные виды ежей встречаются буквально везде: в садах, рощах, парках, лесах, в зарослях кустарников, в открытой степи и даже в песчаных барханах. В СССР обитает 4 вида ежей. Из них в Башкирии живут два вида — обыкновенный, или европейский, и ушастый, или степной, ежи.

День ежи большей частью проводят в гнезде, которое устраивают под кустами, в низких дуплах, иногда в неглубокой норе. Охотятся чаще ночью, когда никто им не мешает, ни люди, ни звери. И хотя все ежи от природы близоруки, исключительный слух помогает им находить добычу в темноте.

Главная пища ежа — насекомые, их личинки, черви, различные моллюски, особенно слизни и садовые улитки. Поэтому еж в саду — желанный гость. При случае ежи не отказываются от удовольствия полакомиться и какой-нибудь птичкой или ее яйцами, поедают лягушек, ящериц, мышей, ужей, гадюк. Укушенный ядовитой змеей, еж сравнительно легко переносит яд, но, бывает, и погибает.

В неволе ежи едят самую разнообразную пищу: молоко, молочную тюрю из белого хлеба, сырое мясо в виде мелких кусочков-червячков или фарша, рыбу, сырые желтки или вареное яйцо, котлеты, колбасу, сыр, вареный картофель, ягоды рябины, разные фрукты, овощную похлебку. Хлеба и мучной пищи ежу много давать не следует. Она не пойдет ему в пользу, вызовет ожирение. Ведь на воле в его меню входят больше «мясные блюда», богатые белком. Поэтому ему нужно давать разных насекомых — жуков, кузнечиков, саранчу, мучных червей. Полезно добавлять в пищу костную муку и рыбий жир.

Когда приходит осень и наступают холода, домашний ежик становится менее активным, больше спит, часто недели по две не выходит даже покормиться. А выйдет, попьет молока, покушает мяса или другой пищи, день-два пободрствует и опять спит. Гнездо для сна ежик устраивает в наиболее спокойном, темном месте, и утепляет его всякими мягкими вещами, от носовых платков и носков до галстуков, полотенец, клочков бумаги и обрывков шерстяных вещей. Живший в одной семье в Астрахани ушастый еж для выстилки своего гнезда щипал ворс из домашних туфель, а однажды ночью ощипал край шерстяного одеяла, который свешивался с кровати.

Если еж облюбовал для сна холодное место — в чулане, на балконе или под домом, то он впадает в настоящую спячку и спит до самой весны, не просыпаясь. Точно, как в родном ему лесу, где ежи спят в ямке или норке, заполненной опавшей сухой листвой и травой. У одного любителя ежик перезимовал под кушеткой на открытой террасе в резиновом сапоге хозяина, утеплив его разными мягкими предметами.

Иногда в шерсти ежей между иголками собирается грязь и заводятся насекомые-паразиты. Поэтому их время от времени следует купать и чистить щеткой.

Ежи, воспитанные людьми с самого раннего возраста, настолько привыкают к жизни в неволе, ко всему готовому, что выпускать их на свободу уже нельзя. Доверчивый зверек, не знающий что такое опасность и не привыкший прятаться, может быстро попасть в зубы собаки, лисицы или другого врага. Да и пищу такой еж вряд ли быстро научится сам себе добывать.

Бывают случаи, когда люди приносили в дом ежей, а они оказывались беременными ежихами. Через некоторое время у них появлялись ежата. Такой ежихе нужно предоставить полный покой, а в помещении, где она находится, должна быть вода. Иначе, испытывая жажду, она может поесть своих новорожденных ежат. Обычно ежиха бывает хорошей матерью и все время заботится о детях. Малыши, подрастая, начинают разгуливать по комнатам, привыкают к людям, узнают их. Иногда дружат с хозяйской кошкой и забавляются ее хвостом.

В конце нашего рассказа о ежах хочется остановиться на вопросе об их охране. Случается, и нередко, когда люди, вроде, искренне любят животных, проявляют к ним интерес и тем не менее приносят им вред, губят их. Происходит это по-разному. Прошлым летом, на улице 50-летия Октября, почти в центре Уфы, я видел такое зрелище. Поздним вечером девушка-старшеклассница была чем-то занята возле газонов: смотрела в траву, переходила с места на место. Я подошел туда и увидел в траве ежика-подростка. Он торопливо бегал по траве, что-то энергично вынюхивал, нашел какую-то тряпочку, взял в зубы и стал трепать ее. Разговорившись с девушкой, я узнал, что они всей семьей ездили за город, в лес, нашли там ежика и привезли его к себе домой. Он такой забавный!

Что забавный — то верно. Я с удовольствием некоторое время наблюдал за ним, несмотря на то, что начал моросить дождь. Но тут же по-иному стал оценивать такое проявление интереса и любви людей к этому ежику. В самом деле, что значит «нашли в лесу»? Ведь там ежик был у себя дома, жил по своим лесным законам и вовсе не чувствовал себя беспризорным. А тут нашлись «добрые» люди и решили, что зверьку будет лучше в городе, в душной и шумной квартире. Да еще без привычной пищи. Ну, иногда вынесут его на асфальтированную улицу и позволят полчасика побегать на газоне по травке, по которой он так соскучился. Гуманности во всем этом не так уж много, скорее наоборот, ее вовсе здесь нет. И мало того, что ежику стало хуже, чем в родном лесу. Ведь при этом и участок леса опустел, выпало какое-то одно из естественных звеньев в цепи живых обитателей леса, живущих в тесной взаимосвязи. И, кроме того, что же получится, если каждый гуляющий по лесу человек начнет ловить всякую встретившуюся ему лесную живность и тащить к себе домой, пусть даже из самых добрых намерений и побуждений? Так леса очень скоро опустеют — все вывезут из них «любители природы». Вот в этом и большая наша беда. Тем более, что разных зверей и птиц в наших лесах становится все меньше и меньше.

В общем, давайте условимся: встретили вы ежа в лесу, большом саду или в старом парке — можете полюбоваться им, погладить колючки, а затем отпустите его. Пусть идет по своим делам. Лес — его дом. И в нем он приносит пользу.

Васин хорек и его родственники

Мои первые школьные годы прошли в большом селе Андрушевке, на Киевщине. Жили мы тогда в доме лесничества, окруженном большим парком и садом. Было где разгуляться с ребятами.

Однажды старший брат Вася заметил возле кучи бревен какого-то зверька. Темная, черно-бурая, почти шаровидная головка, темная шея и задняя часть спины, темные лапки, бока и живот светлые, рыжеватые. Уши небольшие, круглые. Тело длинное, длиннее чем у котят такой величины.

Зверек смело и доверчиво отнесся к окружающим его ребятам. Вася взял его в руки. Ничего, не кусается. Как его звать, чьего он роду-племени, никто из нас не знал. Найденыша забрали в дом. И только когда старшие спросили: «Кто это хоря сюда притащил?», мы узнали, кого нашли.

Прошло несколько дней, и хорек совсем освоился у нас дома. А с Васей, который сам кормил его и даже спал с ним, у них пошла настоящая дружба и любовь. Вскоре хорек так привязался к нему, что, точно собаченка, всегда ходил за ним по квартире и по двору. А после отлучек брата в школу или к товарищам хорек с таким восторгом встречал своего воспитателя, что мне становилось даже завидно: ко мне он не был так привязан.

Дружившие с нами ребята удивлялись:

— А почему он не воняет? Говорят же, что хорьки вонючие?

Мы тогда не знали, что хорек лишь в крайнем случае, при опасности, раздражении или испуге, выпускает для отпугивания врага особую жидкость из желез, расположенных у корня хвоста. Испаряясь, она распространяет довольно неприятный запах.

А потом хорек пропал. Все мы искали его где только могли: в доме, вокруг дома, в огороде, в парке. Помогала вся ребячья компания. Вместе с нами разыскивал своего любимца и Вася. Он был хмурый, искал нехотя, и мне казалось, что ему хотелось плакать. Двенадцатилетнему мальчишке это разрешается иногда. День искали, два — так и не нашли. Постепенно успокоились. И только много лет спустя Вася поведал мне тайну исчезновения зверька. Хорек привык к нему так, что спал с ним в его кровати. И однажды Вася, повернувшись во сне, задавил его…

Хорьки — представители семейства куньих, из отряда хищных млекопитающих. Кроме них в этом семействе много и других интересных и ценных зверей, которых в СССР насчитывается 18 видов. Наиболее известны из них — ласка, горностай, колонок, норка, перевязка, соболь, куница, харза. В семейство куньих входят и такие более крупные звери, как барсуки, росомаха, выдра, калан и живущий в Туркмении медоед.

Ценность зверей семейства куньих определяется не только их мехом, который у многих из них очень дорогой, но, прежде всего, пользой, которую они приносят, истребляя грызунов. Конечно, все они хищники и кроме вредных грызунов могут употреблять в пищу птиц и других полезных животных. Но разве можно их судить слишком строго за то, что они живут по своим, начертанным их природой законам? Для нас важен конечный результат, определяющийся пользой или вредом. Преобладает польза. Даже такой неутомимый хищник, как куница, и та расплачивается за свои прегрешения уничтожением грызунов и теплой шубой. Поэтому и ее повсеместно взяли под охрану и отстреливать разрешают только по специальным лицензиям, выдаваемым Госохотоинспекцией.

На территории нашей страны водятся хорьки двух видов: лесной, или обыкновенный черный, и степной. Лесной хорек темнее степного и селится не только в лесах, возле полей, рек, оврагов, в кустарниках, но встречается и возле населенных пунктов, заходит даже в села и дома. Представитель такого семейства и жил у нас.

В укромных местах, кустарниках, оврагах или в кучках камней, дров, под валежником и буреломом лесные хорьки устраивают гнезда и выводят потомство. Хорьки — весьма деятельные и смелые охотники. На грызунов набрасываются с ходу, хватают за затылок и держат, пока жертва не перестанет двигаться. Обычно хорьки уничтожают грызунов больше, чем могут съесть, такова уж у них хищническая повадка. Хорьки приносят большую пользу в борьбе с мышами и другими грызунами на полях, в скирдах, амбарах, возле животноводческих построек. Поселившиеся возле водоемов хорьки уничтожают много водяных крыс.

Бывает, правда, что в селах хорьки посещают и курятники, к явному неудовольствию их владельцев. Любопытная история произошла как-то в селе Метели Дуванского района в Башкирии. В усадьбе одного колхозника поселился хорек и стал душить соседских кур. Стали искать виновника и обнаружили его в комнате — внутри радиоприемника! Заметим, что такие грехи хорьки совершают гораздо реже, чем об этом говорят, и к тому же сторицею возмещают людям убытки истреблением грызунов.

Еще активнее уничтожают вредных грызунов степные хорьки. Они светлее лесных, вокруг глаз на светлой голове темные «очки». Шея, грудь, ноги и конец хвоста черно-бурые. Уши и конец морды белые. Этот хорек — житель степей, лесостепей и даже пустынь почти всей нашей страны. Нет его только в Закавказье.

В летнее время в рационе степного хорька на первом месте стоят суслики, полевки, мыши, реже — тушканчики, хомяки, ящерицы. Иногда он разнообразит свое меню за счет птиц, их птенцов и яиц, ящериц и змей. Для питания ему нужно в сутки 150 граммов мяса, что равно 5–7 мышам или одному суслику. Зимой степной хорек питается в основном мышевидными грызунами, не впадающими в спячку.

Примерные расчеты показывают: степной хорь за год уничтожает в среднем 120 сусликов и 2 000 мышей. Если учесть, что за лето один суслик губит в среднем 4–5 кг. зерна, а полевая мышь или обыкновенная полевка в течение года — 2 кг., то выходит, что каждый хорек за год помогает людям сохранить до 3–4 тонн хлеба. Об этом нужно всегда вспоминать прежде, чем проводить отстрел хорьков в лесах и степных угодьях. Поголовное истребление хорьков может привести к массовому размножению вредных грызунов и огромным убыткам в сельском хозяйстве.

О большой пользе, которую приносят хорьки истреблением грызунов, знали уже древние греки и римляне. В древнем Риме в некоторых домах можно было увидеть прирученных хорьков, которых там называли африканскими кошками. Во времена императора Августа таких хорьков использовали даже для охоты на диких кроликов, особенно сильно расплодившихся в испанских провинциях.

Во Франции охотники и сейчас кое-где ловят кроликов с помощью прирученных хорьков. В верховьях реки Луары кроликов очень много, и живут они в подземных лабиринтах — норах. Закрыв запасные входы и выходы из норы землей и травой, охотник выпускает из кожаного мешка-футляра своего помощника, крепкого самца-хорька. Зверек настораживается и устремляется в оставшийся «парадный» вход в нору на поиски добычи. Из-под земли доносятся звуки борьбы, затем из отверстия норы показывается серый клубок: хорек и кролик. За день один охотник добывает таким способом восемь-десять кроликов.

Не только хорьков, но и почти всех представителей семейства куньих можно приручить и держать дома. Важно только начать их воспитание с самого раннего возраста, чтобы они не помнили даже свою мать.

Колонки — жители тайги и лесостепи — ценные пушные зверьки. По внешнему виду они несколько походят на степных хорьков, только меньше их ростом. Губы и подбородок у них белые, а на переносице и под глазами черно-бурое пятно — «маска». Водятся колонки на Дальнем Востоке, в Сибири, а на западе встречаются в Коми АССР, Татарии и в Башкирии.

В природе, в сибирской или уральской тайге, колонок — один из самых недоверчивых и злобных зверей, маленький хищник. И тем интересней редкие случаи приручения его. Сотрудница научно-исследовательского института животного сырья и пушнины Н. Курис вырастила у себя дома сразу двух колонков. Воспитанные в ее семье колонки Котька и Варька стали совсем ручными, доверчивыми, ласковыми и игривыми. Они с удовольствием бегали по платью своей воспитательницы, залезали на плечи, на голову, за ворот, в карманы, разгуливали по шторам, молнией взлетая вверх. Очень любили взобраться на плечи и, встав на задние лапы, передними теребить волосы, а потом осторожно, едва касаясь зубами, покусывать уши, приводя всех в умиление такими ласками. Колонки охотно ели мясо, мелкую сырую рыбешку, молоко, творог, макароны, колбасу и даже мед. Когда в доме поселился новый жилец — котенок Васька, колонки приняли его в компанию и сделали самым активным участником своих игр, хотя им было уже по восемь месяцев, а Ваське всего один. Питались они вместе. Вот только когда Васька весело играл с Варькой, которая при этом издавала очень мелодичные, воркующие звуки, это, похоже, вызывало у Котьки ревность. Он занимал наступательную позицию и начинал атаковать заигравшегося котенка!

Труднее разводить колонков в неволе, на зверофермах, где они живут в домиках с вольерами и сравнительно мало общаются с людьми. И все же на экспериментальной ферме «Вятка» возле города Кирова добились того, что колонки стали давать в неволе потомство, и прежней дикости и злости у них уже не было. Надо полагать, что они будут вести себя так же, как и норки, которых давно уже разводят на зверофермах.

Привыкают к людям соболи и куницы. И не только те, что живут в вольерах зоопарков, но и настоящие лесные дикари.

Маленьких куничек, потерявших родителей, иногда подбирают люди и с успехом воспитывают у себя дома. В Бакалинском районе Башкирии егерь вырастил такую осиротевшую куничку, и она стала очень резвой и любила играть. Особую активность куничка проявляла по ночам, чем не давала людям покоя. Из-за этого ее пришлось переселить в домик во дворе.

Иногда ручную куницу, а то и соболя, можно увидеть в цирке. Получается очень эффектное зрелище, когда только что резвившийся на манеже дорогой зверёк, укладывается на шею дрессировщицы в виде красивой живой горжетки и посматривает на зрителей.

Самый маленький представитель семейства куньих — ласка, встречается как в глухих местах, так и возле человеческого жилья. Ласка, поселившаяся в населенных пунктах, не очень боится людей, и иногда ее можно увидеть. Мне не раз приходилось встречать ласок возле сараев и других хозяйственных построек в селах на Киевщине. Однажды ласка перебежала мне дорогу почти в центре районного городка Чистяково (ныне г. Торез) в Донбассе. Неутомимый охотник, активный истребитель грызунов, ласка часто забегает в скотные дворы, конюшни и вылавливает там мышей, а порой и крыс.

В сибирской тайге был случай, когда ласка стала навещать маленькую лесную избушку охотоведа и полностью очистила ее от назойливых грызунов, истреблявших его продукты и не дававших ему по ночам спать. Ласка перестала бояться человека и по вечерам сидела у порога, смотрела на него и слушала как он ей что-то тихо говорил.

Древние римляне, у которых еще не было кошек, для борьбы с вредными грызунами старались приручать ласок и хорьков.

Случается, что охотничью избушку берет под свое покровительство и горностай. В Якутии рабочий совхоза «Жиганский» с осени заготовил рыбу для приманки, чтобы с наступлением морозов выйти на промысел пушного зверя. И тут пришла беда: его склад обнаружили мыши и полевки. Несметные полчища их стали уничтожать запасы охотника. Помощь пришла неожиданно. Однажды человек заметил у своей палатки следы горностая. Он знал, что горностай гроза грызунов, и решил не трогать его. Даже стал подкармливать. Вскоре зверек уже не боялся человека и перестал прятаться от него. А когда охотник уходил в тайгу на промысел, горностай оставался охранять хозяйское добро от набегов мышей и полевок. Запасы рыбы были спасены.

Горностай с виду похож на ласку, только немного крупнее. У него такое же длинное гибкое тело, а летний буроватый мех зимой также заменяется белоснежным. Только кончик хвоста в любое время года остается черным. В природе горностаи, несмотря на их явную смелость, держатся настороженно и избегают людей. Поселившись возле человеческого жилья, горностай, как и ласка, постоянно проверяет скирды соломы и стога сена, зернохранилища, подполья, кладовые, склады и уничтожает вредных грызунов. Недаром в некоторых районах Сибири и Камчатки горностаев специально держат в амбарах для защиты продуктов от крыс и мышей.

Пойманного взрослого горностая приручить трудно. Свободолюбивый пленник другом не станет. И вообще в неволе горностаи, если они туда попадают взрослыми, не выживают. Но если воспитание их начинать с первых дней после рождения, то успех может быть обеспечен. Надо полагать, что прирученные горностаи, пусть и редко, но все же были у людей уже в давно прошедшие времена. Не случайно же выдающийся итальянский художник Леонардо да Винчи написал портрет Цецилии Галлерани, возлюбленной миланского герцога Людовико Моро, с горностаем в руках.

Редкий эксперимент содержания прирученных горностаев удалось провести ленинградскому биологу И. Л. Туманову. У него дома был маленький зоопарк, в котором жили ручные барсуки, еноты, куницы, норки. А однажды к нему попал и горностай. Белого зверька изловили в Пушкино обычной мышеловкой. Вопреки самым скептическим прогнозам, горностай вел себя спокойно. Более того, не обращая ни на кого внимания в квартире, зверюшка, оказавшаяся самкой, срочно занялась устройством гнезда, а наутро среди обрывков газет и ваты уже копошились слепые и голые детеныши. Каждый из 12 новорожденных был не больше наперстка и весил 4–5 граммов. Не зная чем и как кормить их, решили предоставить это самой горностаюшке. Для этого пошли на эксперимент: отпустили ее на волю. Материнский инстинкт взял верх над рефлексом свободы. Всякий раз зверек возвращался со двора к своему гнезду. И неизменно с мышью в зубах. Опасаться, что у маленькой матери не будет молока, не приходилось. Малыши выросли и стали ручными. А потом из дюжины молодых горностайчиков выделилась одна супружеская пара и стала ждать прибавления в своем семействе.

Удается приручить и сделать ручными и более крупных представителей семейства куньих — выдру, барсука и даже росомаху.

Выдра — настоящее «земноводное» млекопитающее, приспособившееся в процессе эволюции жить возле воды. Она очень хорошо плавает и ныряет, подолгу остается под водой. От охлаждения ее выручает густой и плотный, почти не намокающий мех. Пальцы ног у нее соединены хорошо развитой перепонкой. Селятся выдры возле лесных рек, ручьев, озер и прудов. Пищу выдра добывает в воде и на суше. В ее меню входят рыба, лягушки, водяные полевки, пресноводные моллюски, раки. На суше они ловят мышей, крыс, полевок, иногда — птиц, ондатру, а то и зазевавшуюся белку.

Вода и лес — главное в жизни выдры. И еще — спокойствие. Там, где люди часто посещают реки и озера, идет интенсивный выпас скота по берегам или идет сплав леса — выдра жить не любит, да и не может. И уходит оттуда в поисках более спокойных угодий. А так как таких мест становится все меньше, численность этого ценнейшего зверя в последнее время повсеместно резко снижается. Это происходит и в Башкирии, где выдра становится совсем редким зверем. Поэтому на территории нашей республики охота на выдру запрещается в течение всего года.

В отличие от некоторых своих родственников по семейству куньих выдра более добродушна и приручается легче. Маленькие выдрята очень привязываются к своему воспитателю, ведут себя смело, становятся ласковыми и доверчивыми. И на воле, и в неволе выдры очень игривы. В зоопарках, при хорошем уходе и содержании, выдры часто устраивают настоящие представления, имитируя борьбу, выслеживание, преследование партнеров или просто затевая веселую возню друг с другом. В домашних условиях выдры легко сходятся с кошками и собаками, дружат и любят играть с ними. Привыкнув к своему воспитателю, выдра очень привязывается к нему и охотно сопровождает его на прогулках. В Смоленской области ручная выдра, полакомившись в реке рыбой, приносила дань и своему хозяину — окуней, плотичек, голавлей. А однажды она вытащила на берег здоровенного рака.

Интересную историю приручения и жизни молодой выдры можно прочитать в рассказе сотрудницы Московского зоопарка В. В. Чаплиной «Ная — выдренок».

Барсук, в отличие от своих знатных родственников — горностая, соболя, куницы или выдры, разодетых в пышные меха, не может похвалиться своей шубой. Серый щетинистый мех его не представляет особой ценности. И все же лесоводы ценят этого всеядного зверя за активное истребление множества вредных насекомых и их личинок.

Барсуки живут в норах, которые содержат в исключительном порядке и чистоте и ни в коем случае не загрязняют их своими выделениями. Для этого у них недалеко от норы — метров за пять-шесть — имеется несколько ямок глубиной в 10–15 см. Это — уборные барсука. Когда одна ямка заполняется, он роет новую. Так делают все барсуки, где бы они не жили. Норы барсука и уборные возле них я встречал даже в целинной степи, на границе Южного Урала и Кустанайской области.

На зиму барсук делает себе некоторый запас пищи, который хранит в кладовке, устроенной в специальном отнорке. Зимой барсук впадает в спячку, но спит не очень крепко, временами просыпается, а в оттепель вылезает даже на прогулку. И тогда подкрепляется запасами из своей кладовой.

Натуралисты и охотоведы утверждают, что барсук — недоверчивый, угрюмый и неуживчивый зверь. Однако это мнение в значительной степени поколебалось, когда более внимательно присмотрелись к поведению прирученных зверей — самцов и самок. При хорошем воспитании и добром отношении к ним, барсуки, выросшие в неволе, становятся на удивление общительными, веселыми и приятными. Об этом свидетельствует и история ручного барсука, выросшего в доме директора Варшавского зоопарка Яна Жабинского. Воспитанием Барсуни занималась больше всех помощница и жена директора Антонина Жабинская. Когда Барсуня подрос, его взяли за город, на дачу. Там он познакомился и подружился с большой собакой Зоськой, из породы сенбернаров, с которой часто устраивал игры в догонялки. В доме Барсуня любил забираться в разные места и спать там. Его находили то на полке буфета, то в случайно неприкрытом ящике комода, то в постели под одеялом, то еще где-нибудь. Привыкнув к людям, Барсуня очень любил, чтобы его почесывали и гладили. По утрам он забирался к своей хозяйке в постель, клал голову на подушку и с удовольствием дремал, пока она его гладила. Если хозяйка переставала почесывать зверька, он обхватывал своими подвижными лапами ее руку, деликатно хватал ее зубами и тянул к тому месту, которое она только что почесывала. Барсуня охотно ходил с людьми на прогулки к реке и охотно купался, устраивая баталии в воде с Зоськой. На даче он самостоятельно ходил на прогулки по ночам. Позже, когда Барсуню поселили в вольере зоопарка, он не забывал своих хозяев и всегда радостно встречал их.

Следует иметь в виду, что ручные барсуки становятся доверчивыми, общительными и ласковыми только в результате правильного воспитания их. Это должен знать каждый, кому придется заниматься приручением барсуков, да и других зверьков. Разумеется, специально ловить барсучат, а тем более разорять нору барсучьей семьи, ни в коем случае нельзя. Это уже будет явное браконьерство и нарушение закона об охране природы. Сейчас даже осенью запрещается раскапывать норы барсуков, чем одно время увлекались некоторые охотники. Барсук — полезный зверь, и его нужно беречь и охранять.

Патрикеевну — беречь!

Французский писатель, летчик граф Антуан де Сент-Экзюпери, погибший в 1944 году в воздушном бою с фашистами, очень любил жизнь и не любил зла. Он мечтал не только о дружбе между людьми, но и о дружбе человека с животными. Помните, как он писал об этом в мудрой и поэтической сказке «Маленький принц»?

«— Кто ты? — спросил Маленький принц. — Какой ты красивый!

— Я — Лис, — сказал Лис.

— Поиграй со мной, — попросил Маленький принц. — Мне так грустно…

— Не могу я с тобой играть, — сказал Лис. — Я не приручен.

— Ах, извини, — сказал Маленький принц. — А как это — приручить?

— Это давно забытое понятие, — объяснил Лис. — Оно означает: создать узы.

— Узы?

— Вот именно, — сказал Лис. — Ты для меня пока всего лишь маленький мальчик… И ты мне не нужен. И я тебе тоже не нужен. Я для тебя только лисица, точно такая же, как сто тысяч диких лисиц. Но если ты меня приручишь, мы станем нужны друг другу. Ты будешь для меня единственный в целом свете. И я буду для тебя один в целом свете… Твои шаги я стану различать среди тысячи других. Заслышав людские шаги, я всегда убегаю и прячусь под землю. Но твоя походка позовет меня, точно музыка, и я выйду из своего убежища… Пожалуйста… приручи меня!.. Если хочешь, чтобы у тебя был друг, приручи меня!»

Приручить лисицу можно не только в сказке. Маленькие лисята, при правильном воспитании, легко становятся ручными, ласковыми и послушными. С. Т. Аксаков в своих «Рассказах и воспоминаниях охотника» сообщает, что знаменитый французский естествоиспытатель Ж. Бюффон приручил и воспитал двух лисиц, которые даже ходили с ним на охоту, вполне заменяя легавых собак.

Легко приручить корсака, маленькую степную лисичку. Эту особенность корсаков знали уже в давние времена и держали их вместо комнатных собачек. В XVI столетии у французской аристократии в Париже была мода иметь своего домашнего корсака. А придворные дамы, при дворе Карла IX, являлись ко двору или к знакомым, ведя на поводке или золоченой цепочке этого послушного и ласкового зверька.

Один москвич, большой любитель зверей, в течение нескольких лет держал у себя дома лисицу-сиводушку. Она совершенно перевоспиталась — забыла свои дикие повадки и вела себя как собака. Даже спать стала не днем, как дикие лисы, а ночью. Лисица совершенно не трогала домашних птиц и голубей. Жители дома могли наблюдать такую картину: посреди двора отдыхает лисица, а вокруг неё спокойно разгуливают куры и гуси.

Воробьи и те не боялись ее. Лиса часто совершала прогулки с хозяином по городу и не боялась городского шума. При переходе улицы она спокойно дожидалась, когда пройдет поток машин, усевшись на белой черте посредине улицы. Хозяин обучил эту лису выполнять различные поручения. Она становилась на задние лапы, протягивала по команде лапу или приносила по приказанию хозяина разные предметы: спички, очки, ножницы.

Лисята, воспитанные в доме у людей вместе с собакой или кошкой, сближаются с ними, становятся товарищами в играх, а то и настоящими неразлучными друзьями.

В Уфе, на улице Аксакова, живут Ольга Серафимовна и Михаил Никитич Барыкины. Учительница зоологии и следователь районного отделения милиции. Их семья известна домашним зоопарком. В нем находят приют осиротевшие, больные и раненые звери и птицы. Заботливый уход и лечение восстанавливают силы их питомцев, и те становятся веселыми и красивыми. Обитатели этого живого уголка любят своих хозяев, которые хорошо знают повадки животных и умело воспитывают их. В разное время в семейном зоопарке Барыкиных жили волк, рысь, медвежонок, енот, песец, белка, бурундук, лисенок Рыжий и другие животные, не считая кота, собаки и разных птиц. Лис Рыжий, как и другие звери, имел свою клетку-вольеру. Когда приходил домой хозяин, он выпускал его. Красивый пушистый зверь приветливо прыгал к человеку, а потом весела бегал по саду и играл со своим приятелем, лохматым псом Дружком. Часто Рыжий оставался в саду целыми днями. А когда в живой уголок приходили школьники и угощали зверей конфетами, лис брал у них конфеты прямо из рук и прятал их под снег в разных углах сада. А потом доставал их и ел. А если случалось, что и Дружок отыскивал и съедал его запасы, лис не обижался.

У моего университетского учителя, воронежского профессора И. И. Барабаш-Никифорова, несколько лет жила привязанная во дворе лисица. При появлении своего воспитателя лисица всячески выражала непритворную радость. Она издавала громкий визг, каталась по земле, прыгала на него, теребила зубами одежду или руку и вообще вела себя так, как собака при виде любимого хозяина. Однако держать ее свободной было нельзя — она сразу же совершала набеги на ближайшие курятники. Жить в построенной для нее будке упорно отказывалась, вырыла себе нору рядом и в ней пряталась. С собакой дружила и заигрывала. Взятая в дом лисица любила вскакивать на диван и рыться в подушках. Часто Илья Ильич заставлял ее показывать, как она мышкует. Стоило лишь тихо поскрести пальцем под подушкой, как лиса тотчас же легко и грациозно взвивалась в воздух, чтобы в следующий миг, изменив при помощи энергичного взмаха хвоста положение тела, устремиться вниз и уткнуться острой мордочкой и вытянутыми вперед передними лапами точно в ту точку, под которой скреб палец. И все же полностью перевоспитать лисицу оказалось трудно. Как ни была она привязана к хозяину, а когда ее вывезли за город, чтобы выпустить на волю, она сразу же пустилась бежать в лес. Даже не оглянулась. Не отреагировала она и на зов, по которому раньше всегда стремительно бежала к хозяину за лакомым куском. В общем, до конца доверия не оправдала. Что же тут скажешь? Дружба дружбой, а свобода — дороже.

А теперь слово к читателям. Иметь в доме красивого и общительного зверька — в данном случае лисенка — приятно, но сразу же возникает вопрос: а нужно ли? У меня на такой вопрос всегда один ответ: не нужно! Конечно, если необходимо дать приют бездомному, осиротевшему или раненому найденышу, то здесь раздумывать нечего. Зверька нужно взять домой, оказать помощь, кормить и воспитывать. Совсем иное дело, когда люди идут в лес, забирают лисят из логова и губят лисью семью. Вот этого делать нельзя. Лишь в отдельных случаях, в порядке исключения, разрешается взять из логова одного-двух лисят для зоопарков, для содержания их в лабораториях или даже дома у специалистов-зоологов, занимающихся изучением вопросов физиологии или этологии (науки о поведении животных). Разумеется, для этого нужно иметь специальную лицензию республиканской или областной Госохотинспекции, а при изъятии лисят из логова, ни в коем случае не разорять всей лисьей семьи.

Нужно сказать, что обычно у большинства людей, взявших зверька, нет ни условий, ни умения, ни терпения для того, чтобы правильно содержать и воспитывать его у себя дома. И почти всегда, даже у самых настоящих любителей природы, зверек долго не живет, часто болеет и погибает. А вот и примеры к сказанному.

Как-то я любовался лисенком, гулявшим в цветнике дома по соседству с центральным рынком Уфы. Симпатичного зверька привез из района молодой шофер в подарок своей девушке. Однако полюбившийся всем веселый Рыжик долго не прожил в городских условиях. В то же лето его не стало. Еще хуже было с другим лисенком, о чем года три тому назад писали в уфимских газетах. Один школьник нашел в лесу лисью нору, раскопал ее и принес в город маленького, беспомощного лисенка. Жалкий дрожащий зверек стал игрушкой для ребят целого дома, применявших в обращении с ним далеко не гуманные приемы. От такой игры бедному животному было одно горе. А взрослые проходили мимо, не обращая на это внимания. Им было и невдомек, что из мучителей позже могут вырасти и правонарушители. И никто из них даже не задумался о том, что разорение выводка в летнее время есть грубое нарушение закона об охране природы и по существу является самым настоящим злостным браконьерством, за которое виновных нужно строго наказывать. Кстати, читателям не бесполезно будет знать, что за разорение лисьей норы виновному предъявляется гражданский иск в размере девятикратной стоимости заготовительной цены шкуры взрослого зверя, добытого в охотничий сезон. Точно такое же наказание установлено и за разорение нор и прочих жилищ всех других полезных зверей.

Конечно, лисица — хищник, и ведет она себя при добыче пищи так, как и полагается всякому хищному зверю. Таков уж закон природы, что животные для поддержания жизни и процветания своего вида должны, прежде всего, питаться, оставлять потомство и выживать в постоянной борьбе за существование. Пища лисицы самая разнообразная: тут и мыши, и суслики, и водяные крысы, и ягоды шиповника, и даже еловые веточки, которые лисицы объедают в период брачного сезона. Зимой в глубоких снежных лунках на опушках лесных полян лисица отыскивает зарывшихся в снег тетеревов, рябчиков, глухарей и белых куропаток. Поймает зайца — и его съест. Подберется к птицеферме — курицу утащит. Летом истребляет множество жуков и их личинок. Иногда рыбу ловит на отмелях.

Нередко у нас ведутся споры на тему: вредна лисица или полезна. Еще недавно такая дискуссия поднималась и на страницах одной из башкирских газет. Одни говорят — вредна, другие — полезна. А так безоговорочно решать вопрос нельзя. Деятельность зверя нужно оценивать с учетом места, времени и многих других условий. Поселившись возле птицефермы или на территории охотничье-промыслового хозяйства, где разводят водоплавающую или боровую дичь и зайцев, лисица, конечно, будет больше вредной, чем полезной. Добывая пищу, лисица проявляет много настойчивости, изобретательности и смекалки. Она подкрадывается, затаивается и вообще идет на всякие хитрости, чтобы усыпить бдительность добычи. Не зря же у нас лисицу величают Лисаветой Патрикеевной. Когда-то в Новгороде жил князь Патрикей Наримунтович. Он прославился в народе своими делами и хитростью, так что после него и лисицу в сказках стали величать Патрикеевной. Правда, лисица хитрит не только в сказках, но и в повседневной жизни. Нужда заставляет ее так делать. Однако вдали от птицеферм и за пределами охотничье-промысловых угодий, на полях и в лесах, лисица приносит большую пользу сельскому и лесному хозяйству истреблением грызунов — мышей, полевок, сусликов, хомяков.

Зоологи, изучавшие, чем кормятся лисицы, установили, что живущие в лесах на 80–85 % питаются полевками и мышами и лишь 15–17 % их рациона составляют птицы. Пища степных лисиц в разные периоды состояла на 76 процентов из сусликов и только на 8 — из птиц. При массовом размножении мышевидных грызунов лисица больше душит их, чем съедает. Известны случаи, когда она уничтожала за ночь до 100 полевок. В последнее время ученые определили, что ежедневная потребность лисицы в мясном корме составляет 200–300 г. Это значит, что в сутки ей нужно съедать по 10–15, а за год свыше 3000 полевок и мышей. За три летних месяца один выводок лисиц может уничтожить до 500 сусликов. Следовательно, каждая лисица сохраняет людям от трех до четырех тонн зерна!

Мышей и полевок лисицы истребляют буквально круглый год. Зимой снежная шуба спасает от зимних холодов различных мелких мышевидных грызунов. Когда земля промерзает и рыть в ней норы трудно, короткохвостые полевки выходят на поверхность и живут под снегом, устраивая ходы и гнезда в траве или стерне. Но и снег не всегда спасает мышей и полевок, особенно когда на охоту выходит красавица-лисица. Обычно она идет против ветра. Тонкое чутье и великолепный слух зверя помогают ему уловить шорох, писк и запах копошащихся под снегом грызунов. Прислушавшись и изготовившись, лисица делает акробатический прыжок, быстро разрывает снег лапами, и вот в зубах у нее вместе со снегом оказалась полевка. Мышкование — одно из интереснейших явлений в жизни лисицы. До десяти километров делает она по заснеженной степи за свой «рабочий день», разыскивая гнезда мышей и полевок. Известный зоолог А. Н. Формозов рассказывает, что однажды он насчитал более тридцати разрытых зимних гнезд полевок всего лишь на двух километрах лисьего пути. А сколько километров таких поисков сделает лисица за зиму!?

Вот и выходит, что лисица — один из активных участников биологической борьбы с вредителями сельского хозяйства, друг и помощник человека. И не беда, если она съест несколько птиц или зайцев. За это она расплачивается прибавкой урожая и хорошей теплой шкуркой. Поэтому нужно охранять этого полезного зверя, не допускать исчезновения его из наших степей и лесов.

Песцы бегут на свист

Представьте себе картину. Разгуливая по тундре, вы встретили песца. Увидев человека, зверь остановился и, круто повернув, побежал по равнине, вытянув и распустив свой хвост. Попробуйте свистнуть в это время. Зверь прибавит скорость и помчится во весь дух, спасаясь от вас. И в этом нет ничего особенного. В силу оборонительного инстинкта зверь спасается бегством от любой опасности.

А вот другая картина. На берегу моря, у подножия высокой сопки, бегает песец. Внимательно осматривает каждую ямку, каждый камень: нет ли там чего-нибудь съедобного, не выбросило ли море какой поживы — рыбу, рачка, морского ежа. В это время на высоком бугре показался человек и громко свистнул. Услышав свист и увидев человека, песец стрелой помчался по тропинке, ведущей в сторону… свистевшего человека.

Здесь тоже нет ничего удивительного и необычного. Такую картину можно наблюдать во многих местах, где песцы взяты под охрану человеком, например, на Командорских островах. Там песцы систематически подкармливаются из специальных кормушек-ловушек и являются на кормление, услышав условный сигнал-свисток или металлический звон гремящих ведер. Людей звери совершенно не боятся. Врожденный пищевой инстинкт сочетается у них с определенными условными сигналами — видом человека, звуком свистка или звоном гремящего ведра, которые всегда совпадают с кормлением. В результате у песцов выработался рефлекс — бежать к кормушкам на сигнал.

Пользуясь способностью зверей различать привлекающие их сигналы и бежать на них, люди имеют возможность легко ловить песцов в нужное время для различных ветеринарных обработок, мечения или для промышленного отлова. Вот как пишет об этом зоолог С. М. Мараков, изучавший животных на Командорских островах: «До сих пор перед моими глазами стоит удивительная картина, которую я наблюдал в ноябрьские и декабрьские предпромысловые дни в разных частях острова Медного и особенно в селе Преображенском. В одно и то же время (около трех часов дня) промысловик, волоча за собой на веревке пахнущую потаску, шел через весь поселок и посвистывал в милицейский свисток. Едва раздавались первые звуки, как с разных концов, из тундры и с побережья, задрав хвосты, мчались дикие голубые песцы. Окружив человека, они затем спокойно и невозмутимо шли по улицам под окнами домов, шли, почти прижимаясь к ногам, тесной кучей (120–150 зверьков) до самого места выдачи корма в кормушке-ловушке. И так изо дня в день, до самого отлова, обычно начинавшегося с первых чисел января».

Песцы — обитатели тундры и лесотундры. Встречаются они по всей северной полосе СССР. По зоологической классификации песцы, как и лисицы, корсаки, шакалы, волки и енотовидные собаки, входят в семейство собачьих. Они обладают прочным, теплым и красивым мехом, из-за которого издавна стали важным объектом пушного промысла и клеточного звероводства.

Весна и лето в зоне тундры — пора расцвета и обновления природы. В это время песцы не испытывают недостатка в пище и занимаются воспитанием потомства. Питаются песцы леммингами и полевками, гнездящимися птицами, их яйцами и птенцами. Существенным резервом пищи песцов служат выбросы моря — трупы тюленей, снулая рыба и различные беспозвоночные животные. С приходом длинной полярной ночи для песцов наступает трудная пора.

На острове Шпицбергене белые песцы в суровую полярную ночь ищут еду, где только можно. В надежде на поживу они часто сопровождают даже белого медведя. Когда медведь поймает нерпу — песцы довольствуются остатками от его стола. Ну, а когда еду добывать вовсе трудно, они жмутся к человеческому жилью. Подчас занимаются и воровством. Один песец забирался в продовольственный склад и таскал мороженую рыбу. Другой обосновался под полом радиоузла, проникнув туда через отверстие в цоколе. Радист подкармливал голодающего зверька, а если забывал, то квартирант тоскливо лаял, требуя обеда.

Рабочие-горноспасатели поймали как-то песца, облюбовавшего место у входа в штольню. Два дня он был у них в плену, а точнее — в гостях, так как они его обильно кормили. Потом выпустили. И что же? Песен сам снова пришел к ним, шнырял возле ног, в надежде получить лакомство. А потом он стал приходить не один, а со своими сородичами, но вел себя смелее других. Когда им давали что-нибудь съестное, песцы даже дрались. Вполне понятно: схватить кусочек рыбы или хлеба — еще не все, нужно увернуться от других, чтобы не отняли добычу.

Один песец-смельчак поселился прямо в шахте «Пирамида». Там он получал пищу от шахтеров. Схватив еду, песец в первое время скрывался в штреке. А потом обжился и настолько привык к людям, что пищу брал прямо из рук. Когда шахтеры приходили и кричали: «Песя! Песя!» — из глубины штрека выбегал юркий зверек. Вскоре он так избаловался, что брать хлеб или картошку уже не хотел. Фыркал, скалил зубы. Давайте, мол, только рыбу! За рыбу он служил: ставал на задние лапы и получал награду. От пребывания в штреке песец стал темно-серым от угольной пыли. Весной он ушел к морю в привычные ему места.

Совершенно дикого песца, мало знакомого с людьми, приручить труднее. Но все же можно. В тундре наши полярники поймали песца-самочку. Она была дикая, злая, поймавшего ее человека укусила за руку. Ее поселили в балке — домике на полозьях, в стоявшем в углу ящике. И за злой нрав назвали Шельмой. Вначале она не признавала людей и все стремилась уйти на волю. Прошел месяц, другой, а Шельма так и оставалась дикой. Однажды в балок привезли и посреди комнаты установили газовую плиту. Высокий баллон с краном и медной головкой напоминал красного коренастого человека. Увидев его, Шельма испугалась, забилась в свой угол, ее колотила дрожь. Хозяин балка — Л. Мирошников, подошел и взял ее на руки. Шельма прижалась к нему, как бы ища защиты. Он гладил ее, а она доверчиво прятала голову в складки одежды. Так они провели несколько часов. Переложить себя в ящик Шельма не позволяла. Пришлось человеку лечь спать в спальный мешок вместе с ней. После этого поведение Шельмы резко изменилось. Она стала радоваться приходу хозяев домой, чего раньше не проявляла. Прыгала с ящика на плиту, оттуда на плечи и устраивалась вокруг шеи, словно меховой воротник. Любила играть, как щенки или котята. Спать забиралась в спальный мешок. Как-то Шельма наделала в балке много беспорядков. Она все перевернула вверх дном, разбила банку с вареньем и выпачкалась в нем. Длинная белая шерсть ее слиплась. Пришлось Шельму искупать. Выкупали и увидели, что она удивительно красивая, нежный белый мех ее переливался снежной волной. Когда наступила зима, Шельма стала ходить с хозяевами на прогулки. Даже в пургу она каталась по снегу, охотно зарывалась в него. И стала холеной, стройной, красивой.

Песцы, которых разводят на зверофермах, привыкают к людям, становятся доверчивыми и ласковыми, подходят на кличку, позволяют гладить себя и брать на руки.

Звери с бакенбардами

Зимой 1973 года один охотник из деревни Туманьча Мелеузовского района в Башкирии добывал лисиц. Он расставлял капканы, а через день-два обходил участок и проверял свои самоловы. Однажды охотник еще издали заметил, что в капкан попал какой-то зверь. Думал, лисица. Нет, не она. И на волка не похож. Пленник был величиной с молодую лисицу, приземистый, коротконогий, с небольшим пушистым хвостом. Густой мех темно-серого цвета, грудь и ноги — буро-черные. По спине шла темная полоса. На морде зверя — темный рисунок, в виде маски, окруженный светлым полем. Уши маленькие, морда короткая и острая. По бокам головы — бакенбарды. Это была енотовидная собака. Около привады у капкана охотник обнаружил следы еще четырех таких зверей. Значит, приходили целой семьей, выводком. Все следы вели по тропе в сторону горы Кунгак.

Енотовидная собака — уроженка нашего Дальнего Востока. Водится она в Корее, Китае, Японии. Иногда ее называют еще уссурийской енотовидной собакой. Селятся енотовидные собаки возле воды, в низких и заболоченных лесистых местах. Там для этих всеядных зверей больше пищи. Питаются они мелкими грызунами, лягушками, рыбой, ящерицами, ужами, моллюсками, насекомыми, яйцами и птенцами разных птиц, падалью, ягодами. Подчас ловят и зайчат. Ведут в основном ночной образ жизни.

От всех своих родственников по семейству собачьих енотовидные собаки отличаются склонностью к зимней спячке. В теплые зимы, особенно в южных районах, они деятельны почти весь год. Но когда бывает суровая зима, то они забираются в какое-нибудь убежище и спят целыми неделями, пока не потеплеет. Живут за счет запасов жира, накопленного с осени.

Мех у енотовидной собаки хотя и несколько грубоватый, но прочный и теплый. Поэтому ее стали завозить и в другие районы страны. Неразборчивый в пище зверек прижился в новых для него местах и распространился по многим областям и республикам Европейской части СССР, Казахстана, Средней Азии, в Алтайском крае и юго-западной Сибири. В Башкирии енотовидные собаки появились лет пятнадцать тому назад, но встречаются очень редко, и охота на них не разрешается даже по лицензиям.

В неволе енотовидная собака привыкает к человеку, особенно если она взята на воспитание щенком. У одной сотрудницы Воронежского заповедника жила в доме прирученная ею енотовидная собака. Она хорошо знала свою воспитательницу, бегала за ней по пятам, жалобно визжала в ее отсутствие. Отличаясь чистоплотностью, зверек тем не менее был просто невыносим в комнатах, где буквально все перевертывал вверх дном. А если ему чинили препятствие, в нем просыпалась дикая натура и он кусал обидчика. Однажды он разорвал ручную сову, жившую с ним в одной комнате.

Передо мной интересная фотография — групповой снимок: две рослые кошки и енотовидная собака. Одна из кошек и енотовидная собака Нотка пьют молоко из блюдца, которое держит в руках женщина. Нотка, не отрываясь от блюдца, смотрит в объектив. Автор фотографии, воронежский зоолог профессор И. И. Барабаш-Никифоров, рассказывал, что Нотка, воспитанная с раннего возраста людьми, несколько лет жила в Воронеже в одном из домов центральной части города. Она пользовалась полной свободой, выходила гулять во двор и сама же возвращалась в квартиру на втором этаже. И хотя ворота были открыты настежь, удирать со двора она и не пыталась. Нотка дружно жила с двумя кошками, ела с ними из одной миски, никогда не вступала в драку. Конечно, это не мешало ей проказничать. Как-то в углу прихожей Нотка нашла посуду с солеными помидорами и растащила их по всей квартире, не повредив при этом ни одного. В другой раз она нашла в кустах, во дворе, отложенное курицей яйцо. Долго таскала она его в зубах, затем прокусила с одной стороны и выпила содержимое. При появлении чужих людей Нотка затаивалась где-либо в укромном уголке, плотно прижавшись к полу, точно как это делают ее родственники в естественных условиях.

Иногда енотовидную собаку называют просто енотом. Это неверно. Получается присвоение чужого имени. Енот это совершенно другой зверь. В отряде хищных млекопитающих еноты составляют самостоятельное семейство, в которое входят американские енот-полоскун и енот-ракоед, носуха или коати, длиннохвостый зверек с оригинальным названием какомицли и два вида азиатских панд. Большая панда, кстати, известна в литературе под названием бамбукового медведя.

Наибольшую известность у нас получил енот-полоскун, симпатичный зверек ростом с собаку средней величины. По окраске головы и наличию бакенбардов енот-полоскун очень похож на небольшую енотовидную собаку, но пушистый хвост у него сравнительно больше и имеет 5–7 широких кольцевых полос черного или бурого цвета. Енот-полоскун ценный пушной зверь. Кое-где его даже разводят на зверофермах. В нашу страну енота-полоскуна завезли из Северной Америки и выпустили во многих местах с мягким климатом и незамерзающими водоемами. Пока этот зверь еще малочислен, и добыча его повсеместно запрещена.

У енотов выработалась интересная манера «обрабатывать» пищу. Этот красивый зверь имеет обыкновение любую выловленную в воде живность, долго и терпеливо перебирать и полоскать своими ловкими и цепкими лапками. Не случайно енота и прозвали полоскуном.

Еноты хорошо приручаются, привязываются к своим хозяевам, становятся ручными, порой даже ласковыми, и часто — шкодливыми. Любопытный зверь не только хорошо лазает по деревьям, но и по мебели и полкам буфета в доме. Он ревизует все в доме, а в буфете осматривает все, что находит на полках, и не упускает случая попробовать съедобное. Особенно привлекают его сахар, конфеты, мед, пирожки, печенье, консервы. Посуда, конечно, большей частью летит на пол. Поэтому любопытного зверя стараются не оставлять одного в комнате, а чтобы он не пробрался туда со двора — закрывают плотнее окна и двери.

Учитывая склонность енотов к полосканию пищи, дрессировщики обучают их выступать в цирках в роли прачки. Обучение проводят таким образом. Сначала в корытце с водой еноту кладут кусочки мяса, а он вылавливает их своими ловкими пальцами и полощет. Потом мясо заворачивают в платочек и тоже бросают в воду. Енот чует мясо, разворачивает платочек и полощет его и мясо. Наконец в корыто бросают один только платок, и енот все равно быстро споласкивает его. Вот вам цирковой номер и готов. Более того, женщины-дрессировщицы из династии Дуровых обучают енотов даже развешивать «выстиранное белье».

Мерген, Султан и другие

Напали на козлика серые волки…
Не с этой ли песенки-сказочки каждый из нас в раннем детстве узнавал о существовании сильных и злых зверей — волков?

Кроме этой сказки о бедном сереньком козлике мое первое знакомство с волками дополнялось созерцанием красиво выделанной шкуры настоящего большого серого волка, лежавшей в комнате у старшего брата Евгения. Шкура была на подкладке с великолепно оформленной головой. Как сейчас вижу: небольшие стоячие уши, устремленный вперед взгляд стеклянных глаз и приоткрытая красная пасть с крупными белыми зубами. Уже будучи первоклассником я иногда грешил — пугал этой шкурой соседских ребятишек.

Волк — довольно смелый разбойник. Но когда ему приходится иметь дело с человеком, то тут его иногда можно обвинить и в самой настоящей трусости. Он не только боится флажков на окладной веревке, но подчас боится показаться, попав в людное место. Спасаясь от преследования, волк может забежать в сарай к телятам и не тронуть их. В это время ему не до разбоя. Разумеется, не всегда и не все волки такие трусы. К тому же эти сильные волевые звери способны на глубокие и даже благородные чувства. Вспомните хотя бы Лобо — героя рассказа Э. Сетона-Томпсона. Старый умный волк не перенес утраты своей подруги Бланки и своего пленения и умер от горя.

Волки, обладающие великолепным чутьем и слухом, исключительно осторожные звери. Поэтому охота на них далеко не простое дело. Пойманного взрослого волка приручить чрезвычайно трудно, его скорее можно укротить, чем сделать ручным. Маленькие волчата, взятые из логова еще слепыми или только что увидевшими солнечный свет, приручаются относительно легко. Правда, для этого волчонку нужно уделять очень много внимания, гораздо больше, чем, скажем, щенку.

Поведение и судьба прирученных волков бывают различными. Мне не раз приходилось видеть ручного волка у товарища по работе, профессора-анатома Троицкого ветеринарного института в Челябинской области Н. И. Акаевского. Охотники подарили ему взятого из логова волчицы слепого волчонка, и он воспитал его. Волк вырос и несколько лет служил вместо дворовой собаки. А так как он всегда был на привязи, то такие качества, как общительность и дружелюбие, у него не развились. Волк признавал лишь хозяина (видимо считая его за вожака), а к другим членам семьи он относился сдержанно, даже строго.

Волки, воспитанные в условиях относительной свободы, становятся более общительными, привязанными к людям и даже смышленее.

Нередко волки искренне привязываются к своему хозяину и долго помнят его, даже получив свободу. Очень интересную историю одного такого волка описал М. Зайцев в рассказе «Мерген». Это было в Казахстане, в глухом охотничьем поселке, удаленном от железной дороги более чем на триста пятьдесят километров. Взяв из логова маленького, слепого волчонка, Зайцев воспитал его, и тот стал хорошим помощником ему на охоте. Волк полюбил человека и его ласку. Прошло несколько лет. Пришла война. Хозяин уехал на фронт. Мерген часто уходил искать его и пропадал где-то по неделе, по две. Возвращался, а вскоре уходил опять. Жена охотника уехала с промыслов и отдала Мергена знакомым охотникам. Он убежал от них и поселился в камышах возле поселка. Водил дружбу с собаками местных охотников и часто охотился вместе с ними. Люди знали и подкармливали волка, но он близко не подходил к ним. Иногда возле бывшего дома Зайцевых жители по утрам видели большие волчьи следы. Все знали, что это приходил Мерген. Он все еще ждал своего хозяина. Но тому не пришлось вернуться в поселок: тяжелые ранения не позволили ему этого. Бывало, в лунные ночи силуэт волка видели на ближних барханах. Других волков в том районе не было, их давно истребили, и Мерген жил в одиночестве. Однажды, в конце зимы, у стога сена рядом с хатой, в которой когда-то жили Зайцевы, нашли закоченевшего, припорошенного снегом волка. На мягком снегу хорошо были видны следы Мергена, пришедшего в поселок из камышей. А на подоконнике саманной хаты, которая к тому времени уже развалилась, долго оставались на талом снегу отпечатки двух больших волчьих лап. Должно быть в предсмертной тоске, одинокий, умирающий, старый и беспомощный зверь последний раз вспоминал своего хозяина.

Большой опыт в приручении и воспитании волков имеют сотрудники зоопарков и особенно знаменитого уголка Дурова в Москве, где живут самые различные животные-артисты. Здесь можно увидеть не просто прирученных, но даже по-настоящему ласковых волков. Таковы, например, волки Лобо, Ринка и Султан. Сестру Лобо, Ринку, научили выступать в одном номере с козлом Кузей. Козел играл на цитре, а Ринка под его музыку танцевала вальс.

Огромную популярность приобрел воспитанник уголка Дурова волк Султан. Совершенно ручной, он подает лапу, по команде катается по полу через спину вокруг своей оси, танцует, прыгает через металлический обруч. К людям Султан попал девятидневным слепым и беспомощным щенком. Выкормила его овчарка Вулли. Воспитывавшим волчонка молодым дрессировщикам супругам Людмиле и Андрею Комиссаровым пришлось долго и упорно работать, чтобы сделать из Султана настоящего артиста. Никаких болевых или силовых приемов в дрессировке они не применяли, действовали только поощрениями — подкормкой. Султан оправдал длительный труд дрессировщиков и великолепно сыграл роль Аяврика в кинофильме «Друг Тыманчи».

Весь мир обошла книга американки Лоис Крайслер «Тропами карибу». Вместе со своим супругом кинооператором-анималистом Крисом она два года провела в диких горных районах северной Аляски, снимая животных Арктики. Там супруги Крайслер вырастили двух волчат — Курка и Леди, ставших сильными, красивыми зверями. Через год они воспитали еще пятерых волчат. Самое примечательное в этом было то, что люди держали волков, не ограничивая их свободы. Волки разгуливали по тундре и неизменно возвращались домой. С волками Крайслеры были в самых доброжелательных отношениях, какие только могут быть между людьми и животными. И все это благодаря тому, что они никогда не кричали на них, не брали в руку палку или камень и умело подкармливали. Волкам нравилось играть и резвиться на воле. Часто они вовлекали в свои забавы и людей. Курок забавлялся тем, что стаскивал с руки Лоис рукавицу и шаловливо бегал с ней, когда хозяйка пыталась отнять ее. Леди придумала себе другую игру. Она подходила к сидящему Крису сзади, опиралась передними лапами на его плечи, осторожно тянула зубами тесемку на шапке и развязывала ее. Волки всегда сопровождали хозяев, когда те отправлялись охотиться с кинокамерой. Знали они и различные сигналы. Если волки убегали далеко от избушки, стоило поднять вой (а в этом помогали и другие волки, оставшиеся дома), как беглецы сломя голову мчались из леса или с гор.

Прирученные волки не только несут сторожевую службу в усадьбах своих хозяев, но нередко помогают им охотиться на разную дичь и даже на своих сородичей — волков.

К сожалению, прирученный волк не всегда служит человеку верой и правдой до конца своих дней. Порой в нем просыпается глубоко запрятанный, но не подавленный дикий инстинкт, и он вновь превращается в страшного зверя. В Азовском районе Ростовской области почтальон П. Степанников воспитал волчонка. Когда тот подрос и стал ручным, хозяин стал брать его с собой при разноске почты по окрестным селам. Их дружба длилась четыре года. Однажды, когда почтальону пришлось заночевать в дубовой роще, волк повел себя подозрительно. В полночь он ушел в лес, а хозяин, почувствовав неладное, оставил на земле пиджак и залез с ружьем на дерево. Волк вернулся мокрым, подошел к костру и, отряхнувшись, потушил его. Потом бросился на одежду хозяина и стал ее рвать. В этот момент почтальон выстрелил и убил своего бывшего друга и «охранника».

Более печальный случай произошел с дрессировщиком Г. Г. Шубиным, о чем рассказал в «Комсомольской правде» В. Песков. Бывший охотник и военный разведчик Г. Г. Шубин стал дрессировщиком и работал с волками. Его воспитанники годами служили ему, выступали с ним в цирке, не раз участвовали в съемках различных кинофильмов о жизни дикой природы. Особенно долго и верно служили ему волчица Машка и волк Лобан. И вот под майские праздники 1968 года произошло трагическое событие.

У подруги Лобана, Машки, в пятый раз должны были появиться волчата. Как всегда, Шубин зашел к ней в клетку и решил вычесать возле сосков линявшую шерсть, помочь ей подготовиться к родам. Но волчица на этот раз не приняла знака внимания, уклонилась от обычного общения с воспитателем, а затем подпрыгнула и с рычанием вцепилась в руку дрессировщика. Тут же на Шубина наскочил Лобан, сбил с ног и начал рвать. Тяжело раненного Шубина отвезли в больницу. Хирургам было очень много работы, но больной выздоровел. Лобана и Машку отдали в зоопарк. Г. Г. Шубин тем же летом начал обучать их детей. Вероломство волков Шубин объяснял силой инстинкта продолжения рода и защитой волчицы волком. Он, этот инстинкт, и победил привязанность зверей к человеку. Семь лет дружбы Лобан зачеркнул одним прыжком на своего воспитателя.

Как видим, эти примеры подтверждают известную всем пословицу: «Сколько волка ни корми, он все в лес смотрит». И даже поведение Мергена и всемирно известного героя повести Джека Лондона — Белого Клыка, вернувшегося к своему хозяину Серому Бобру, не могут полностью реабилитировать волков и укрепить доверие к ним, несмотря на все симпатии, которые вызывают эти звери.

Ученые-этологи, специалисты по поведению животных, эволюцию в поведении выросших волков объясняют изменением их инстинктов. В естественных условиях у молодых волков детская зависимость от родителей постепенно заменяется стайными инстинктами, и они усваивают важное правило волчьей стаи — подчиненность самцу-вожаку. Молодые волки, воспитанные человеком, не только привязываются к нему, но и воспринимают своего хозяина за вожака и подчиняются ему. Волчицы и дальше, с годами, продолжают соблюдать такую иерархию. Иначе обстоит с волками-самцами. Хотя достигший зрелости волк и сохраняет дружеские отношения с хозяином, он большей частью уже перестает беспрекословно подчиняться ему, не признавая его больше вожаком. А если такой волк сам пытается стать вожаком и подчинить себе хозяина, то это иногда и приводит к кровавым событиям.

При всей симпатии к прирученным волкам, приходится признать, что волк — один из самых вредных хищников, закоренелый враг наших животноводов, охотников и вообще людей. К тому же волки являются хранителями и переносчиками вируса бешенства.

Как прежде, так и сейчас волки приносят значительный ущерб колхозному и совхозному животноводству, особенно в степных районах. Одно время мне пришлось оказывать консультативную помощь животноводам колхоза «Коллективист» Троицкого района Челябинской области в связи с массовыми абортами лошадей. А виноваты в этом были волки. Ночью на табун колхозных лошадей, тебеневавших в степи, напала стая волков. В ней было восемь хищников. Звери отбили от табуна двух молодых жеребчиков и старую кобылу и зарезали их. Остальные лошади убежали в степь. Через сутки у кобыл этого табуна начались аборты. За 10 дней абортировало семь кобыл. После соответствующего лечения аборты прекратились. Всего колхоз за короткий срок потерял три взрослых лошади и восемь плодов — жеребят.

Много огорчений причиняют волки животноводам Башкирии, особенно хозяйствам Зауралья. Так как в лесах для волков поживы становится все меньше, они компенсируют ее недостаток за счет домашнего скота. В июне 1972 г. в Поляковском совхозе от отары отбилось 23 овцы, и все они были за одну ночь зарезаны волками. В Байрамгуловском совхозе только за 10 месяцев 1972 года волки погубили 48 голов скота. В то же лето волки зарезали 27 телят и столько же овец и коз, принадлежащих колхозникам третьей бригады колхоза «Яик».

Главным достоинством волка считают усиление естественного отбора в дикой природе, особенно среди копытных, где он выступает как бы в роли «санитара». Однако об этом можно говорить лишь при весьма ограниченном числе волков. В районах же развитого животноводства, где естественный отбор в стадах заменен искусственным, волкам и вовсе делать нечего. Вообще волков следует сохранить лишь в специальных заповедниках-питомниках или на хорошо изолированных островах, как интересный зоологический вид и ценный генетический фонд для улучшения пород собак и повышения их жизнеспособности. А в остальных местах, где вред от них особенно велик, волков все еще приходится истреблять любыми средствами, памятуя слова И. А. Крылова:

С волками иначе не делать мировой,
Как снявши шкуру с них долой.
Сказанное касается отношения к волкам в нашей стране, где поголовье этих хищников исчисляется еще десятками тысяч. Но разумеется, полностью «стирать с лица земли» волков не следует. Этого не простят нам ни создавшая их природа, ни грядущие поколения людей. Тем более, что во многих странах Западной Европы волки давно уже истреблены почти полностью. В Финляндии на конец 1973 года оставалось всего 10–20 волков. В то же время исследования ряда биологов, особенно канадских, показывают, что волки являются фактором биологического равновесия в природе. С целью защиты волков недавно создана международная группа, в которую входят ученые-биологи 16 стран. Своей задачей эта организация ставит изучение возможности и путей спасения волков от полного истребления.

Мишка-водовоз

В годы первой пятилетки мне довелось работать в новом совхозе на Северном Урале. Совхоз организовали в деревне Селянка, расположенной между Березниками и Соликамском. Деревня была небольшая, дворов сорок. Кругом, местами к самым огородам, подходил лес. Причем не просто лес, а бесконечная вековая тайга, лишь немного носившая следы деятельности человека. Там я и познакомился немного с медведями. Оказалось, что медведи в тех краях были вовсе не редкость, даже вблизи деревни расхаживали. Вскоре я и сам убедился в этом.

Ранней весной, в один из первых же дней после приезда в совхоз я пошел в лес. Через несколько минут вышел на какую-то глухую, заброшенную тропу. Шел, хрустел сухими истлевшими сучьями, кажется что-то даже напевал вполголоса. Внезапно впереди и несколько в стороне послышался какой-то шум. Топота ног совершенно не было слышно. Но то, что кто-то быстро убегал от меня, было ясно по треску валежника. Я немного прошел в ту сторону и на той же тропе увидел следы. Ошибиться было нельзя — след принадлежал медведю. И это возле самой деревни! И хотя, было похоже, медведь испугался и ушел от меня, я не стал продолжать прогулку и повернул к деревне.

В другой раз, уже летом, мне пришлось быть невольным свидетелем встречи медведя с трактором. Молодой бурый медведь лакомился малиной на лесной поляне. В это время к совхозу шел трактор. Его шум и грохот испугал медведя, и он, забыв о малине, выскочил на дорогу. Увидев незнакомое досель чудовище — трактор — изумленный медведь, казалось, прирос к месту, а затем в два прыжка перескочил дорогу и, не оглядываясь, исчез в лесу. Лишь на пыльной дороге остались отпечатки его «босых» лап с мощными когтями.

Бурый медведь — очень чуткий зверь. Причем в его жизни большое значение имеет обоняние, даже гораздо большее, чем зрение и слух. Именно запахи помогают ему изучать окружающую обстановку, отыскивать пищу, обнаруживать врагов и опасность.

Вкус у медведя непостоянный. Он и свежее мясо ест, и с удовольствием падаль жрет, и рыбу ловит, и в то же время он большой любитель всяких сладостей. В их числе — сладкий сок зреющих зерновок овса. В пору созревания лесных ягод — они первая пища медведя. Тогда он буквально не вылезает из малинников и других ягодников, где его нередко встречают и люди. Встречи обычно заканчиваются мирно. Случается, что медведям не нравится, когда люди обирают их ягодники. В Болгарии, в седловине между Рильскими и Пиринскими горами, большой малинник заняла медведица с двумя медвежатами. Надоевших ей сборщиков ягод она прогнала, бросая в них комья земли и камни. Когда туда же пошли на другой день мужчины, медведица прогнала и их. Малинник перешел в полное владение медведей.

Медведь и охотник хороший. Он умеет подкрадываться к добыче, может ползти на брюхе, прячется при этом за деревьями и подбирается к жертве обязательно против ветра. Однако медведь вовсе не такой душегуб, как волк. Только голод заставляет медведя идти на разбой и нападать на лесных копытных, на домашний скот или, изредка, на людей. Кстати, о том, что медведь зря на человека не нападает, люди знали уже давно. А если человек при встрече прикинулся мертвым — не трогает. Помните рассказ Льва Толстого «Два товарища»?

Долгое время даже видные натуралисты писали о медведе как о тупом, свирепом и несмышленом животном. Оказывается, эту дурную славу приписывали медведям зря. Все, кто подробнее узнал жизнь и повадки медведей в природе, говорят, что медведь — зверь смирный, добродушный, доверчивый и довольно сообразительный.

Если его не тревожить и не причинять ему вреда, он человека не трогает. Сколько встреч было у людей с медведями — а жертв человеческих немного. Вот и мой, Соликамский медведь, легко мог прихлопнуть меня в тайге, а ведь не тронул и даже первым ушел от места встречи.

В Грузии было и такое. Десятилетний мальчик, взяв узелок с продуктами, пошел в горы к матери, работавшей на ферме. Внезапно погода переменилась, все заволокло туманом, пошел проливной дождь. Мальчик заблудился. Много километров исколесил он. Питался травой и листьями. Потом так обессилел, что только полз, а на пятнадцатые сутки уже и ползти не мог. Его нашли на двадцать вторые сутки, вылечили. И что особенно интересно, так это его встречи с медведями. Дважды он выходил прямо на медведя. Каждый раз медведь обнюхивал мальчика и, не трогая, проходил мимо. Разве откажешь после этого в добропорядочности медведю?

Натуралист Анатолий Онегов два лета и две осени провел в глухом медвежьем краю юго-западного угла Архангельской области. Там он изучал жизнь и повадки медведей, искал встреч с ними, пытался найти, если можно так сказать, общий язык с хозяевами тайги. И это ему удалось. Медведи постепенно свыклись с присутствием человека в их владениях, не удирали от него и не нападали, хотя иногда и рявкали, если он слишком много позволял себе — близко подходил или пересекал дорогу, по которой шел медведь или медведица с медвежатами. Некоторые медведи встречались с ним совсем близко — их разделяло несколько метров. С медведем, которого натуралист называл Мишкой, установились постоянные контакты — встречи. Не видя в человеке врага, медведь не проявлял по отношению к нему никакой агрессивности.

Природное добродушие, доверчивость и общительность медведей позволяет сравнительно быстро приручать их, особенно маленьких медвежат. Случаи приручения бурых медведей были довольно частыми в прошлом, да и сейчас не редкость. Медвежата, взятые из берлоги, легко привыкают к человеку, любят ласку и сладости, привязываются к воспитателю и становятся забавными, озорными и даже надоедливыми. Хорошо описал такого беспокойного медвежонка Д. Н. Мамин-Сибиряк в рассказе «Медведко».

Немало медведей содержалось в усадьбах богатых помещиков и князей — для забавы, а то и для устрашения непослушной челяди. Помните медведя, которого вынужден был застрелить Дубровский в имении Троекурова?

Очень часто медведи проявляют исключительно трогательную привязанность к воспитавшему их человеку. Запоминающийся пример такой дружбы описал Н. С. Лесков в своем, полном драматизма, рассказе «Зверь». В детстве писатель некоторое время жил в имении своего дяди, богатого помещика-крепостника, у которого в большом каменном сарае постоянно содержали медведей. Их брали из берлоги маленькими медвежатами и воспитывали. За медведями смотрел и кормил их молодой доезжачий Ферапонт. Зимой и летом он спал в сарае вместе с медведями. Особенно подружился Ферапонт с большим бурым медведем Сганарелем, которого он обучил различным артистическим номерам и даже таскать с мужиками тяжелые кули на мельницу. А потом, по приказу барина, Ферапонту пришлось отвести своего провинившегося друга к лесу, где его должны были затравить и убить на праздничной рождественской охоте…

Во время Великой Отечественной войны в одном партизанском отряде в Белоруссии приютили маленького медвежонка-сироту. Опекали его радисты и повариха. Мишка боялся выстрелов и, услышав их, забирался в дальний угол землянки радистов. За годы войны Мишка вырос в большого медведя, но по-прежнему оставался ласковым и доверчивым. Только один раз Мишка по-настоящему рассвирепел. Это было во время боя партизанского отряда с немцами. Воспитатель-радист вел огонь из пулемета, а позади него притаился медведь. Осколком разорвавшейся гранаты радист был тяжело ранен. Когда появившийся фашист хотел добить бойца и уже вытащил пистолет, из-за куста поднялся медведь и с оскаленной пастью пошел на врага. Насмерть перепуганный фашист пустился наутек. Так Мишка спас жизнь своему другу.

У одного зверолова, жившего в Охотске, в доме воспитывался бурый медвежонок. Это был на редкость ласковый и смышленый зверь. Он быстро привык к хозяину и к другим людям, охотно участвовал в ребячьих играх. Когда Мишке был год, мальчишки приучили его вращать колесо, надетое на вмороженный в землю кол. К колесу на длинной жерди привязывали санки — получалась своеобразная карусель. Вначале Мишка охотно крутил колесо, до изнеможения. Когда он уставал, ребята давали ему сахар, конфеты, и он вновь работал, но делал только два-три круга и вновь требовал платы за труд. Так и привык к стимуляции сладеньким. И на спине катал ребят за плату: провезет на спине в одну сторону — плати. Но если малыш свалится по пути со спины Мишки, то он обязательно вернется и подождет пока неудачливый всадник вновь усядется. Если пассажир был и вовсе мал, то Мишка ложился рядом на живот, чтобы малыш взобрался к нему на спину…

Иногда медвежата так привыкают к людям, что не желают уходить на волю. В Онежском районе, у побережья Белого моря, охотник принес из тайги двух медвежат, взятых из берлоги. Они быстро привыкли к людям, питались молоком, манной кашей, а потом стали есть и другую пищу. Много играли и не скучали без матери. Когда медвежата подросли и окрепли, охотник решил выпустить их на волю. Положил в мешок, ушел за две речки, километров за пять, и оставил в лесу. В ту же ночь медвежата вернулись домой, вышибли оконный переплет и улеглись спать в своем любимом углу.

На Дальнем Севере геологи нашли в лесу медвежонка. Его привезли в поселок и определили на воспитание к рабочему больницы. К малышу неожиданно воспылал любовью старый пес, Барбос. Он его всячески опекал, делился с ним едой, водил на реку купаться, позволял тормошить себя, валять и кусать. Когда медвежонок подрос, человек решил приучить его к делу. В обязанности рабочего входила и доставка воды с речки. Для этого ему приходилось наливать воду ведром в бочку и тащить ее на санках к больнице. Вот он и решил привлечь к этой работе годовалого медвежонка, а заодно и ленивого Барбоса. Мишке это сразу понравилось, как своего рода игра. Он охотно позволял запрягать себя и с какой-то радостью и весельем тянул санки. Сбоку шел в пристяжке Барбос, а сзади бочку подталкивал рабочий. По воду рабочий выезжал ровно в двенадцать часов, когда раздавался гудок электростанции. Мишка так привык к этому времени, что заслышав гудок, сам бежал к санкам, хватал оглобли и рявкал. Только когда вода была доставлена к больнице, он вновь занимался своими делами: играл с Барбосом и охранял имущество больницы. Кроме людей в белых халатах, никто не мог взять во дворе даже полена.

Весной сформировали новую поисковую геологическую партию. Рабочий вошел в нее и решил взять с собой Мишку. Они отошли от поселка километров пять и вдруг до них донесся слабый гудок поселковой электростанции. Шедший за людьми Мишка насторожился и вдруг бросился назад. По его понятиям, подошло время ехать по воду. Писатель Г. С. Колесников, работавший геологом в той экспедиции, рассказывал, что медведь так и не появился в поселке. Наверное, он потерял направление, углубился в тайгу и где-то там и остался.

Расставшись со своими воспитателями, медведи долго не забывают их. Интересный в этом отношении пример привел в своем рассказе о медвежонке Таньке, опубликованном в журнале «Охота и охотничье хозяйство», инженер-полковник К. Малютин. Во время минувшей войны К. Малютин и его товарищ, летчик Алексей, воспитали маленького медвежонка, взятого из берлоги. Танька выросла у них в землянке, на лесном военном аэродроме, северо-восточнее Ленинграда, и очень привязалась к ним. Спала она вместе с летчиками в спальном мешке. С вечера ляжет с одним, а к утру залезет в мешок к другому. Подрастая, Танька шалила и проказничала. Истрепала лётный шлем, истерзала в клочья унту. Зубные щетки, мыльную пасту, зубной порошок, мыло — съедала или разбрасывала и портила. От наказания удирала, пряталась. Но тут же выходила на магическое слово: «Сахар!» Дружила она и с другими летчиками, потешая их забавными выходками. Во время обеда Танька приходила к столовой, где ее подкармливали бойцы и офицеры. Когда воинскую часть переводили на новое место, Таньку пришлось передать в зоопарк. Через несколько лет, в 1946 году, К. Малютин приехал в Ленинград в командировку. Зашел в зоопарк и увидел лежавшего в клетке большого медведя. Это была Танька. Когда он тихонько позвал ее «Танька, Танька! Сахар!», медведица подняла голову, вскочила, прильнула к прутьям клетки и уставилась на человека в летной форме. Танька узнала своего воспитателя. Свидание было долгим, нежным и трогательным…

В заключение хочется остановиться на таком вопросе. Нередко в газетах печатают сообщения об удачном выстреле по встретившемуся медведю или о том, как охотник увидел в лесу играющих медвежат и пострелял их. Самое популярное в охотничьей литературе — описание подъема медведицы из берлоги. А то, что возле нее бывают маленькие медвежата — охотников не смущает. Убьют и их или изловят на потеху ребятам и на горе зверятам. К сожалению, такие случаи бывают и в Башкирии. Уфимские газеты не раз писали о медвежатах, пойманных то в Гафурийском, то в Бурзянском или еще в каком-либо районе горно-лесной зоны республики. А ведь медведей у нас осталось совсем немного. И в истреблении их нет ничего хорошего. Поэтому введение ограничений и запретов на отстрел медведей следует только приветствовать.

Кстати, жители Арктики — белые медведи уже повсеместно взяты под защиту людей. Это даже предусмотрено международными соглашениями, так как число белых медведей катастрофически уменьшается. Сейчас во всех арктических районах Земли насчитывается менее 10 тысяч этих ценных зверей. Поэтому полярники стараются жить с ними в мире и согласии, отказались от охоты на них и, без крайней надобности, не стреляют, даже если белые звери посещают зимовки, проказничают и грабят продовольственные склады.

Укрощение строптивой

В клубе одного из уфимских заводов я как-то читал лекцию об охране природы. Рассказывал в основном о животных. По окончании меня окружили молодые рабочие и завели разговор о рысях, а затем и о других хищных зверях из семейства кошек.

— А кстати, — какие виды диких кошек вы знаете? — спросил я своих собеседников.

Началось перечисление. Домашняя Мурка, рысь, лев, тигр, барс, леопард. Кто-то добавил — ягуар и гепард.

— В Америке есть еще пума, — сказал один паренек. — Я о ней читал интересный рассказ американского писателя Генри. Называется он «Принцесса и пума». В нем писатель называет пуму мексиканским львом.

В общем насчитали девять видов кошек — ровно четвертую часть существующих на земле.

Кошки — представители зоологического отряда хищных млекопитающих. В этот отряд входит семь семейств: семейство собачьих, медвежьих, енотовых, куньих, виверовых, гиеновых и семейство кошачьих. Кошки широко распространены почти по всем материкам, за исключением Австралии, Арктики, Антарктиды и острова Мадагаскар. Правда, теперь и там везде водятся завезенные домашние кошки.

Из 36 видов современных кошек в СССР живет одна треть этого семейства — 12 видов. В это число входят — рысь, лесной кот, степной кот, камышовый кот хаус, манул, барханный кот, дальневосточный лесной кот, каракал и четыре крупные кошки — уссурийский (амурский) тигр, леопард, снежный барс, или ирбис, и гепард.

В различных странах водятся местные виды крупных кошек. Наиболее интересны из них львы, американские ягуары и оцелоты.

Сравнительно широко распространились леопарды. Они водятся в большей части Африки и в южной половине Азии. В Советском Союзе леопарды встречаются в Закавказье, на юге Туркмении, в Хабаровском и Приморском краях. У нас кое-где леопардов неправильно называют барсами. В тропических странах, особенно в Индии и на Яве, встречаются темноокрашенные леопарды-меланисты. Их называют черными пантерами. Именно такую пантеру описал Р. Киплинг в книге «Маугли» под именем Багира.

Из мелких кошек наибольшую популярность завоевали вездесущие домашние кошки. Красивые, грациозные, как и все их родственники по семейству, кошки стали символом уюта, домовитости, объектом внимания, эстетической и особенно хозяйственной потребности.

Кошка стоит в числе первых прирученных человеком животных. Родоначальницей домашних кошек является дикая нубийская, или, как её еще называют, африканская буланая, кошка. Нубийскую кошку приручили примерно 6000 лет назад в Древнем Египте и использовали для истребления мышей. Высоко оценив заслуги кошек, люди взяли их под свое покровительство. Постепенно возник своеобразный культ, когда кошку объявили священной. Их обожествляли наравне с фараонами, а их трупы даже бальзамировали. За обиду, нанесенную кошке, виноватый подвергался штрафу. Как же — богу на хвост наступил! А жрецам — доход. Убийство кошки влекло за собой еще более тяжелое наказание, вплоть до смертной казни.

Из Египта домашние кошки распространились по другим странам Африки и Азии. В Европе они появились только в десятом веке нашей эры. Различие климато-географических зон и условий существования привели к созданию почти 15 отличающихся одна от другой длинно- и короткошерстных пород кошек. Из короткошерстных наиболее известны европейская тигрового окраса, североевропейская и южноевропейская короткошерстные, европейская мраморного окраса, абиссинская и сиамская. Среди длинношерстных кошек славятся наша сибирская, пушистые ангорская и персидская, кхмерская и вислоухая китайская. Общее количество домашних кошек во всех странах мира определялось в последние годы в 500 миллионов и, пожалуй, продолжает расти.

Из всех прирученных человеком животных только два из них одомашнены в полном смысле этого слова — собака и кошка. Однако, если собака стала спутником, помощником и настоящим другом человека, то даже самая ласковая кошка, при всей своей внешней привлекательности, в значительно большей степени сохранила свою дикую натуру и определенную независимость. «Я, кошка, хожу где вздумается и гуляю сама по себе», — так говорила кошка в киплинговской сказке Женщине, которая ее приручала.

Главной заслугой домашних кошек является истребление грызунов — мышей и крыс. Особого уважения заслуживают кошки-крысоловы. В одном совхозе под Уфой я видел на свиноферме небольшую кошечку, спавшую на соломе в станке рядом со свиноматкой и поросятами. Она давно жила на ферме и не давала сильно размножаться крысам и мышам. Животноводы очень хвалили ее, свою помощницу. Интересно то, что кошка обычно спокойно спала, несмотря на шум свиней, хождение и разговоры людей. Но стоило зашебуршать соломой или пискнуть грызуну — кошка сразу же приподнимала голову, настораживалась и отправлялась на охоту. Заметим, кстати, что слух у кошек очень хороший, лучше чем у людей. Если человек воспринимает звук в пределах от 16 до 20 000 колебаний в секунду (герц), то кошка улавливает ультразвуки частотой до 60 000 герц.

Кое-где кошки заслужили признание людей истреблением ядовитых змей и спасением при этом детей и взрослых. Некоторые кошки снискали славу рыболовов и даже помощников охотников. Весной 1973 года в газетах было сообщение корреспондента ТАСС о том, что в забайкальском селе Тупик кот Рыжик ходил со своим хозяином на охоту и подносил ему подстреленную дичь. С большой охотой Рыжик ходил и на рыбалку. Правда, когда хозяин ловил крупную рыбу, коту это не нравилось — ведь ему доставалась только мелкая.

Кошки, как часть живой природы, требуют заботы и бережного отношения к ним. К сожалению, у нас все еще бывают случаи жестокого отношения к кошкам со стороны ребят. Об этом не раз писали в газетах. Недавно в центре Уфы великовозрастные митрофанушки поймали в подъезде дома кошку и спичкой подожгли ей усы. Они обуглились, обломались, а остатки их стали покрученными, короткими. Мучителям было и невдомек, какой вред они принесли бедному животному. Ведь усы у кошек вовсе не для «красы», а, как и у многих других млекопитающих, выполняют роль органов осязания.

Все дикие — большие и малые — кошки очень любят свободу и дорожат ею. И все же можно приручать и дикарей, особенно если воспитывать их с раннего возраста, когда они еще плохо помнят свою мать. Выросшие у людей дикие котята становятся ручными и ласковыми. Известно немало случаев приручения диких лесных, камышовых, барханных и других кошек. Правда, когда такие кошки становятся взрослыми, у них нередко проявляется их дикая натура и они уходят от своих хозяев.

Не следует думать, что маленькие дикие котята сразу становятся ручными и ласковыми. Английский зоолог Джеральд Даррелл однажды ездил в Аргентину, чтобы приобрести диких животных для английских зоопарков. Один местный житель, индеец, принес ему в шляпе котенка — детеныша дикой кошки Жоффруа, которая встречается в южной Америке все реже и реже. Заглянув в шляпу, Даррелл увидел прелестнейшее существо, желтовато-коричневого цвета, сплошь испещренное аккуратными темнокоричневыми пятнышками. Котенок смотрел на натуралиста большими, влажными голубовато-зелеными глазами. Но лишь только Даррелл протянул руку, котенок сильно укусил его за мякоть большого пальца и оставил двенадцать глубоких красных борозд на тыльной стороне руки. И опять принял свою невинную позу и ангельский вид.

Купив котенка, Даррелл поместил его в ящик и накрыл, чтобы тот освоился с новым местом и подобрел. Когда он открыл ящик, снял крышку и заглянул внутрь — котенок расцарапал ему щеку, не промахнись он миллиметра на три — Даррелл лишился бы глаза. Решив покормить котенка из бутылочки с соской, Даррелл еще изрядно помучился, но не добился успеха: котенок не стал есть, а только добавил царапин на руках. Чтобы котенок не погиб с голоду, его нужно было кормить. И здесь нужен был пример. Для этого понадобился домашний котенок. Раздобыв у своих новых знакомых ласковую пеструю кошечку, одинакового возраста с дикарем, Даррелл поместил её в новую клетку и оставил её там, чтобы она освоилась. Расчет у Даррелла был простой, но правильный. Дикие животные обладают очень обостренным чувством территории. На воле у них есть особый участок леса или поля, который они считают своим и защищают от любого пришельца. Когда диких животных сажают в клетки, эти места заключения тоже становятся их территорией. И если в ту же клетку посадить другое животное, то первый обитатель скорее всего будет яростно отстаивать её. Бывают случаи, что к большому энергичному животному, живущему в клетке, нужно посадить другое животное того же вида, чтобы они жили вместе. Но если новое животное посадить в клетку к старому, то оно, защищая свою территорию, может убить новичка. Поэтому лучше всего сделать новую клетку и посадить в неё более слабое из двух животных. Когда оно освоится, к нему подсаживают более сильного родственника. Сильный, конечно, останется хозяином положения и может даже задирать слабого, но так как его посадили на чужую территорию, он будет сдерживаться.

Даррелл был уверен, что детеныш дикой кошки вполне способен убить домашнего котенка, если его посадить к нему, вместо того чтобы сделать наоборот. Поэтому, как только пестрый котенок освоился, натуралист схватил дикого и, несмотря на яростное сопротивление, засунул его в клетку к домашнему котенку. Трагедии не произошло. Пестрый приблизился к разозленному дикарю и, громко мурлыча, стал тереться о его шею. Дикий котенок в ответ на это приветствие отпрянул, довольно грубо фыркнул и удалился в угол. Пеструшка уселась и, громко мурлыча, стала умываться. Закрыв ящик мешковиной, котят оставили до вечера одних. Вечером они уже лежали рядом. Увидев человека, дикарь только угрожающе приподнял верхнюю губу. Котятам предложили пищу — молоко и мелко нарубленное мясо и сырое яйцо. Пеструшка накинулась на еду и с аппетитом стала есть. Дикий лежал с закрытыми глазами. Но шум, поднятый кормившейся пеструшкой, привлек его внимание. Он осторожно встал и подошел к тарелке. Пеструшка призывно мяукнула с куском мяса в зубах. И дикарь сдался. Он наклонился к тарелке и стал есть. Было видно, что он очень голоден, но, несмотря на это, ел чинно, не торопясь. На ночь котятам оставили еще еды и закрыли их. На другое утро обе чашки были вылизаны начисто, а котята лежали в обнимку и крепко спали…

Выходит, что хороший пример оказался более надежным помощником в укрощении строптивца, чем пища и ласка человека.

Самая крупная наша лесная кошка — рысь наделена разными достоинствами. Она и ловкая, и изящная, и сильная, и чрезвычайно смелая. Все эти качества помогают ей добывать себе пропитание: мышей и других мелких грызунов, зайцев, различных птиц, молодых, а иногда и взрослых копытных животных, таких как косули, лосята, кабарга, олени. Даже для человека в лесу рысь может быть серьезным противником.

Однажды наблюдатели заповедника Беловежская пуща шли лесом и увидели рысь с двумя рысятами-подростками. Заметив людей, рысь-мать и один котенок кинулись наутек, а второй рысенок с испугу забрался на дерево. Там его и поймали, хотя один из наблюдателей поплатился за это глубокими ранами-царапинами. Пленника принесли на центральную усадьбу и посадили в просторную клетку. Рысенка окружили вниманием. Его кормили, ухаживали за ним и всячески старались приручить. Шли дни, недели, а рысенок так и не отвечал взаимностью на ласку людей. Он угрюмо сидел в углу клетки и сердито шипел, когда к нему близко подходили люди. Постепенно рысенок подрос и превратился в большую очень красивую кошку, но и время не сгладило из его памяти свободы и он дичился людей. Сохранилась у него и присущая хищникам агрессивность. В общем, всем своим видом и поведением эта пленница как бы подтверждала слова детского поэта:

Этой ты не скажешь брысь,
Потому, что это — рысь!
Рысь из Беловежской пущи не стала ручной, потому что ее взяли на воспитание почти годовалой. Совсем иное дело, когда начинают приручение маленьких рысят. Они быстро привыкают к людям, становятся ласковыми, игривыми и послушными. Особенно, если их не обижают и не ограничивают их свободы. Именно так поступила сотрудница Варшавского зоопарка Антонина Жабинская, когда ей привезли из польской части Беловежской пущи двух месячных рысят. Воспитанные в условиях городской квартиры, рысята свободно бегали по комнатам, по двору, сдружились с щенками дога и маленькими выдрятами и устраивали с ними коллективные игры в догонялки. К своей воспитательнице они очень привязались и сохраняли дружбу с ней долгие годы.

У больших знатоков природы и потомственных дальневосточных охотников Янковских в доме почти всегда жили прирученные звери — тигренок, барсенок, медвежонок, волчонок, олененок. Но самым домашним из всех был самец рыси Кыс. В журнале «Охота и охотничье хозяйство» В. Янковский рассказал о жизни и судьбе Кыса. В дом рысенок попал очаровательным малышом ростом с кошку. Кыс рос на полной свободе, разгуливая по всему дому и по двору, на правах домашних собак. Только собакам не всегда разрешали заходить в дом, а Кыс мог являться туда, когда ему захочется. Он имел право залезать на стулья, забираться на диван, кувыркаться там и играть с диванными подушками. Малышом Кыс очень любил гоняться за бумажкой на веревочке, как это делают все котята. Кыса полюбили все члены семьи, но больше всех ухаживала за ним мать автора рассказа. Он считал ее своей хозяйкой и слушался беспрекословно. А такие слова, как «иди сюда», «пошел вон», «ложись», «садись», «кушать» и «гулять», он запомнил очень быстро и принимал за команды. В большой дружбе Кыс был и с собаками. Часто с членами семьи и собаками Кыс ходил на прогулки вдоль реки, летом залезал в воду и переплывал через реку на другой берег. Кыс был совершенно ручным и прожил в этой семье шесть лет.

Широкую известность в нашей стране получила ручная рысь Дикси, воспитанная в Красноярском заповеднике «Столбы» организаторами живого уголка Е. А. Крутовской и ее мужем Д. Г. Дулькейтом. Дикси попала в заповедник пятимесячным заморышем, ростом с крупную кошку. В приручении дикарки большую помощь людям оказала овчарка Дагни, к которой рысь отнеслась с полным доверием и привязалась к ней. Это помогло и сближению людей с сердитой дикаркой. В течение многих лет Дикси дружила с Крутовской и позволяла ей любые вольности в обращении.

Еще большую популярность приобрел Кунак — герой художественного фильма «Тропой бескорыстной любви», сюжет которого знаком почти всем. Чтобы показать настоящую дружбу рысенка с лесником Михалычем, артисту Дмитрию Орловскому пришлось самому воспитывать рысенка-артиста. Он сам кормил рысенка, гулял, играл и спал с ним, и они стали неразлучными.

Изредка рыси выступают и на аренах цирков. Одного такого артиста, рысенка Котьку, воспитала Наталья Юрьевна Дурова.

В Туркмении и в пустынях Узбекистана живет родственник рыси — каракал. Свободолюбивый каракал приручается еще труднее, чем рысь. И все же в Азии, особенно в Индии, каракалов с древних времен приручали и дрессировали для охоты на зайцев, лисиц, мелких антилоп и пернатую дичь.

Практически приручаются и все крупные кошки, от гепарда и оцелота до льва и тигра. Правда, леопарды и барсы менее податливы в этом отношении, но при особом старании и они могут стать ручными. Дрессированных леопардов, под названием пантер, иногда можно видеть в цирках.

В Кении уже многие годы живут и работают супруги Джордж и Джой Адамсоны. Они очень много делают для охраны природы Африки и ее национальных-парков. Об их работе по приручению львов знают люди всей планеты. Книга Джой Адамсон о львице Эльсе — «Рожденная свободной» и кинофильм того же названия обошли весь мир. Полюбились они и советским читателям и зрителям. Продолжая свою работу с дикими хищниками, Адамсоны воспитали самку гепарда Пиппу, а затем вернули ее к свободной жизни. Как Пиппа росла, стала взрослой, обзаводилась четырьмя поколениями потомков, как воспитывала своих детей и обучала их охоте, устанавливала границы территории с выросшими детьми и о многих других сторонах жизни гепардов, Джой Адамсон подробно рассказала в своей новой книге «Пятнистый сфинкс». Заметим, что ручные гепарды были у Чингисхана и у Карла Великого.

Львы в доме — вовсе не новинка в общении людей с дикими зверями. Приручением львов стали заниматься уже в очень давние времена. Из исторических документов известно, что у древнеегипетских фараонов, живших почти за полторы тысячи лет до нашей эры были ручные львы. Сохранились изображения, показывающие фараонов Аменофиса III и Рамзеса II, шедших на битву в сопровождении львов.

Ручных львов держали в своих домах римские цари, цезари и некоторые из знаменитых полководцев. Императоры Домициан и Каракалла, жившие в начале нашей эры, имели прирученных львов, которые свободно разгуливали возле своих повелителей. О львах Антония Каракаллы рассказывали, что они лизали ему лицо, во время обеда сидели на стульях возле стола, а ночью спали с ним в одной постели. Если верить преданиям, то Антоний так приручил львов, что они таскали ему телегу, а Ганнон Карфагенский заставлял львов носить на себе мешки с грузом, подобно ослам.

Известно множество интересных примеров выращивания львят в домах у людей и в наше время. В конце тридцатых годов большой известностью пользовалась молодая ручная львица Кинули, воспитанная сотрудницей Московского зоопарка В. В. Чаплиной. Десятки, сотни по-настоящему ручных львов воспитали многие наши дрессировщики.

В последние годы в нашей стране самым популярным ручным зверем был лев Кинг, более трех лет проживший на правах члена семьи у архитектора из города Баку Л. Л. Берберова. К сожалению, наблюдения над этим исключительно воспитанным домашним львом преждевременно оборвались: летом 1973 года он погиб от поспешного выстрела сотрудника московской милиции.

Питомцы зоопарков

Очень давно, несколько десятков лет тому назад, в Лондонском зоопарке произошла удивительная история. О ней много говорили, писали в газетах, а Л. Н. Толстой описал её в рассказе «Лев и собачка». А было это так. За посещение зверинца с посетителей брали плату — деньгами или собаками и кошками на корм зверям. Один человек поймал на улице чужую собачку и принес её в зверинец. Его пропустили смотреть зверей, а собачку бросили льву на съедение. Лев пощадил её, и она стала жить с ним в клетке. Они вместе ели мясо и спали всегда рядом. Иногда лев играл с собачкой. Когда нашелся хозяин собачки — лев не отдал её и так рыкнул, что никто больше не захотел отнимать её у него. Они жили вместе более года. Потом собачка заболела и сдохла. Лев тяжело переживал смерть друга, бился, метался по клетке и рычал. Труп собаки он не дал унести. Хозяин хотел успокоить его и пустил к нему другую собачку — лев разорвал её. Потом лег, обнял лапами тело маленького друга и затих. Так он лежал пять дней. На шестой день лев умер.

Много лет спустя писатель Алексей Николаевич Толстой в беседе с известным укротителем львов дрессировщиком А. Н. Буслаевым подтвердил, что случай в Лондонском зверинце — подлинное происшествие. Сам А. Н. Буслаев в своих воспоминаниях писал, что у него было три льва, которые дружили с маленькой визгливой собачкой. Они ласкали её, как ребенка, играли с ней, как с забавной игрушкой. Если собачку удавалось выманить из клетки, то львы начинали метаться, нервничали и даже вступали в драку между собой. Но стоило собачке вернуться в клетку и львы тотчас же успокаивались и начинали еще ласковее ухаживать за своим приемышем.

Животные — обитатели зоопарков, принадлежащие к различным зоологическим видам, часто сближаются между собой и даже дружат в силу присущего им стадного или стайного инстинкта. При содержании в неволе даже хищники вступают в мирное сосуществование с другими, более слабыми животными. Легче и быстрее идет сближение молодых животных. Широкую известность в этом отношении приобрели питомцы Московского зоопарка, совместно воспитывающиеся на площадке молодняка. Медвежата, тигрята, львята, волчата, щенки, лисята, еноты, барсуки, кролики и другие звери, собранные вместе с детского возраста, знакомились здесь, привыкали друг к другу, и между ними устанавливались мирные и даже дружественные взаимоотношения. Хищники сдерживали свои агрессивные инстинкты и становились друзьями с травоядными животными.

В основе дружбы, а точнее длительного мирного сосуществования различных животных, чаще всего лежит признание одним из них роли старшего, вожака. Слабый подчиняется более сильному. Отношения подчиненности, иерархии, у стадных животных обычное явление. Подчинение вожаку обеспечивает мир и порядок в группе.

В зоопарках нередко можно наблюдать существование четко выраженного порядка подчиненности у животных-друзей одного или разных видов. В послевоенные годы в Московском зоопарке в одной клетке мирно жили большой лев Чандр и маленькая лохматая собачка Тобик. Они доставляли много удовольствия работникам и посетителям зоопарка своей дружбой и привязанностью друг к другу. Но когда их кормили, они строго соблюдали определенный порядок. Мясо, которое им давали, сначала ел Чандр, а Тобик дожидался своей очереди в углу клетки. Иерархия и порядок нарушались у них лишь из-за ласки от знакомых людей. Увидев, что к клетке подходит сотрудник зоопарка, лев и собачка стремились, чтобы каждого из них приласкали первым. Тобик с лаем подбегал к железной решетке клетки, но Чандр всем телом оттеснял его и подставлял свою голову под руки. Если Тобик не уступал, то Чандр головой и лапой отодвигал собачку в сторону и добивался своего вне очереди. По праву старшего или по праву сильного.

Полагают, что причиной подобной дружбы и даже нежной привязанности между зверями является также одиночество льва, родившегося в зоопарке, и естественная потребность его в общении с другим животным. Возможно, здесь сказывается еще и инстинктивная потребность заботиться о другом, более слабом, но верном ему существе. Впрочем, иногда бывают и срывы, когда раздраженный зверь наносит увечья своему сожителю, а то и убивает его. Поводом к этому служит нарушение закона иерархии. Так случилось однажды в Гамбургском зоопарке, когда рассердившийся лев ударом лапы убил свою подружку-обезьянку, осмелившуюся отнять у него кость.

Английский натуралист Джеральд Даррелл рассказывал, как в его зоопарке на острове Джерси подружились два тапира и кот. Тапиров Клавдия и Клавдию, интересных непарнокопытных животных с длинными вытянутыми в хоботок носами, привезли из южной Америки. Черно-белый кот Вилли был английского происхождения. Ему было поручено охранять от крыс птичники, расположенные по соседству с загоном тапиров. Наведываясь по пути к тапирам, Вилли сдружился с ними. Вскоре можно было видеть, как крупные и добродушные тапиры играют с котом. Вилли лежит на спине и легонько бьет лапами по упругим фыркающим носам тапиров. Наконец, пресытившись игрой, он встает и хочет уйти, но один из тапиров вытягивает шею, ловит зубами хвост Вилли и тащит кота обратно. Тапирам эта игра никогда не надоедала.

Примеры необыкновенной дружбы различных животных можно видеть почти в любом зоопарке. Научная сотрудница Вроцлавского зоопарка в Польше Ханна Гуцвинская рассказывала о дружбе их питомцев: маленького олененка с котом, обезьяны с носатым медведем, павлина с овчаркой колли, обезьянки и лебеденка. Там же, на территории зоопарка жила одичавшая кошка. Она нашла приют в клетке у дикой волчицы и та приняла ее под свое покровительство. Они вместе ели из одной миски, а в холодное время лежали, прижавшись друг к другу. Когда весной кошка уходила побродить — такова уж у них природа — то только протяжный вой волчицы заставлял ее вернуться в клетку.

Бывает все же, что длительная дружба зверей различных видов нарушается, а то и переходит во вражду на почве ревности. Во Вроцлавском зоопарке в одной вольере с бассейном жили бурый медведь и морской котик. А потом к котику подселили самку и он стал делить свою дружбу на двоих. А еще позже котик начал ревновать приятеля к своей жене. Он волновался, кричал, показывал зубы старому другу и делал выпады. И медведя пришлось переселить к его родственникам.

В Гамбургском зоопарке, рассказывал его основатель Карл Гагенбек, в одной из групп дрессированных хищников в общей клетке находились большой лев Лео и бенгальский тигр Кастор. Лео был холостой, а у тигра была супруга — красивая бенгальская тигрица. Пришла пора и лев стал ухаживать за полосатой красавицей. Тигр был ревнив, но лев в сознании своей силы не обращал на это внимания. Однажды утром между львом и тигром произошла кровавая дуэль. Оба зверя стояли на задних лапах и давали друг другу такие здоровые затрещины, что шерсть так и летела по клетке. Неизвестно, чем кончилась бы эта схватка, но, к счастью, проходивший поблизости помощник дрессировщика быстро вскочил в клетку и криками и ударами бича сумел разъединить соперников.

Разумеется, видеть в зоопарках примеры дружбы и привязанности между животными приятно. Правда, такие случаи бывают все же не часто. Тем более, что содержание животных различных видов в одних клетках и вольерах является скорее исключением, чем правилом. Обычно животных размещают по видовому признаку, с учетом их зоологической классификации. Это дает посетителям более целостное представление о животном мире и усиливает научно-просветительную роль зоопарков.

Демонстрация редких видов животных — одна из древнейших задач зоопарков. Она ставилась уже при организации первых зоопарков в древнем Египте, Китае, Древней Индии и в других странах задолго до нашей эры. В Европе первые зоопарки появились в XII–XIII веках. Звериные «потешные» дворы были и у великих русских князей, а затем и у первых царей из династии Романовых. В 1864 году был основан Московский зоопарк. В последние годы в нашей стране работало 26 зоопарков, а во всем мире их около 600. Кроме просветительной работы с посетителями в зоопарках ведется большая научно-исследовательская работа по изучению, акклиматизации и размножению диких животных в неволе. Зоопарки помогают людям сохранить редкие исчезающие виды животных. Размножившихся в зоопарках животных нередко вывозят в национальные парки и заповедники, возвращают в природу. В Африке уже начали проводить эту работу со львами. Кстати, возрождение почти полностью исчезнувших зубров в значительной степени обязано сохранению немногих экземпляров их в некоторых зоопарках.

Нужно сказать, что содержание зверей в зоопарках обходится довольно дорого и не всегда окупается. Особенно большие затраты приходится делать на кормление животных. Ведь зверям и птицам нужно не только много пищи, но она должна быть еще довольно разнообразной, чтобы рацион их был полноценным, обеспечивающим их нормальное существование, рост, развитие и плодовитость. А полноценным можно назвать лишь такой рацион, который будет полностью удовлетворять все потребности организма животного в белках, углеводах, жирах, минеральных веществах и витаминах. Особенно важно разнообразить пищу обезьян. Иначе эти нежные животные отстают в росте и развитии, болеют и в конце-концов не выдерживают жизни в неволе, да еще в местах с непривычным для них климатом.

В числе продуктов для зверей и птиц — мясо, яйца, творог, крупа, фрукты, овощи и даже ягоды. Зимой в корм добавляют витаминизированный рыбий жир. Вот к примеру состав рациона бамбукового медведя панды Ань-Аня из Московского зоопарка. Ему дают черный и белый хлеб, рисовую кашу, «геркулес», немного молока, фруктов. Все это тщательно перемешивается и подается зверю. Перед этим Ань-Ань получает очень крепкий и очень сладкий чай — таков уж у него обычай.

В Московском зоопарке три тысячи обитателей. Прокормить такое поголовье собранных со всех частей света животных не так-то просто. Ведь у каждого из них свои привычки, вкусы и потребности в определенной пище. Слоны, впрочем, не столь разборчивы в еде, зато потребляют ее в огромном количестве. Посудите сами: взрослому слону в сутки нужно давать 140 килограммов разных продуктов! В меню слона входят трава, сено, ветки, овес, отруби, жмыхи, картофель, морковь, свекла, горох, хлеб и другие продукты. Зимой ему нужно давать рыбий жир. И кормить слона нужно ежедневно — разгрузочных дней он не признает и, когда проголодается — может разгневаться и учинить дебош.

Недавно сотрудники Пражского зоопарка рассказали о своих заботах, связанных с кормлением их питомцев. В специальной кормокухне большой штат работников приготавливает кушанья для животных из 160 видов различных продуктов. Завтраки, обеды и ужины обитателей Пражского зоопарка составили бы за год железнодорожный состав длиной 2,5 км. За двенадцать месяцев животные зоопарка съедают более 200 вагонов овощей и фруктов, почти 20 вагонов мяса, рыбы и дичи, 40 тысяч штук яиц и выпивают 20 тысяч литров молока. Жильцы некоторых клеток и вольеров уничтожают в год 2200 специально выращенных для этого различных зверюшек, 700 килограммов кузнечиков, полтонны червей и много других подобных «лакомств».

Могут сказать: многовато пищи изводят звери в зоопарках. Да, много. А стоит ли? Стоит. Собранные в зоопарках животные — огромная ценность. Они представляют животный мир нашей планеты в его многообразии и совершенстве. Увидеть в один день и в одном месте гигантов и пигмеев из разных частей света, четвероногих и двуногих, крылатых и бескрылых, хвостатых и бесхвостых, прыгающих и ползающих, кусающихся и царапающихся, хищных и мирных, рычащих и шипящих, поющих и молчащих, для каждого любознательного человека не только удовольствие, но и настоящая радость. Радость встречи с новым, незнакомым, радость обогащения новыми знаниями, радость от общения с живой природой и ее творениями. Посещение зоопарков способствует развитию у людей чувства любви к живому, бережного отношения к природе. Как же тут не вспомнить слова В. Маяковского:

Я зверье еще люблю —
                          у вас
                                    зверинцы
                                                   есть?
Пустите к зверю в сторожа.
Современные зоопарки совсем не похожи на старинные зверинцы, где звери и птицы сидели, как в карцере. Чтобы животное было самим собой, чтобы оно меньше тяготилось неволей, ему, прежде всего, кроме привычной пищи, нужна еще и свобода движений. А какая ж тут свобода в тесной клетке?

В тесной клетке, без движения мышцы животных слабеют, сердечная мышца становится мало тренированной и не выдерживает обычных для свободного животного нагрузок. Когда-то в Московском зоопарке под руководством профессора П. А. Мантейфеля провели опыт. В маленькой клетке вырастили зайцев. Когда они подросли, их выпустили на открытую территорию. Зайцы начали играть, прыгать, но вскоре все погибли — у них получился разрыв сердца. Оно не выдержало повышенной нагрузки, так как мышца его длительное время не упражнялась, не была тренированная. Такая же судьба постигла и молодого тетерева, выросшего в клетке. После того, как его выпустили, он летал недолго — умер. Не пошло на пользу и перемещение из тесного загончика в просторные вольеры и бурым медведям. К тому же при ограничении движений животные слабеют, становятся вялыми, у них снижаются функции всех органов и систем, нарушается способность к размножению, сокращается срок жизни.

Вот почему сейчас в зоопарках стараются содержать животных в условиях относительной свободы, близких к природным, чтобы они имели возможность больше двигаться, тренироваться. В настоящее время во всех зоопарках мира пошли по пути содержания животных в больших вольерах, в которых птицы могут летать, звери — бегать, взбираться на деревья, купаться. Это оправдывается тем, что жизнеспособность и здоровье животных становится лучше, они выглядят бодрее и веселее, дольше живут и даже размножаются в неволе, что раньше наблюдалось очень редко. Для этого зоопарки следует создавать на окраинах городов, отводя под них большие территории в несколько тысяч гектаров.

Все сказанное нужно учитывать и некоторым любителям содержания у себя дома различных зверей и птиц. Ведь обычно такие животные превращаются в узников из одиночных камер. Жизнь в домашних зоопарках для животных почти всегда не благо. И если нет возможности создать своим питомцам условия относительной свободы, то лучше их и не держать в доме и не мучить.

Домашние гады

В 1855 году в Москве вышла в свет книга известного ученого Н. А. Северцева — «Периодические явления в жизни зверей, птиц и гадов Воронежской губернии». Сейчас кое-кого слово гады может заставить призадуматься. Ведь в обиходе оно издавна является ругательным. Зоологи же знают, что раньше так называли животных, принадлежащих к классу земноводных (амфибий) и к классу пресмыкающихся (рептилий). Так что лягушки, жабы, тритоны, ящерицы, черепахи, змеи, крокодилы и другие их родственники — все это гады. Многие из них истребляют вредных насекомых и грызунов, чем приносят пользу. Некоторые ведут себя как хищники.

В отряде бесхвостых земноводных есть семейство жаб, насчитывающее 450 видов. В Башкирии водятся обыкновенная, или серая, и зеленая жабы. Жаб можно встретить в садах, огородах и лесах. Днем жабы отсиживаются в темном месте — под корнями, пнями, в густой траве, во мху, в щелях под камнями, под буреломом, а то и в подвалах. Но едва наступят сумерки, выходят на охоту. В деревнях жабы иногда приползают к самому дому, а подчас заглядывают и в жилище.

Питаются жабы беспозвоночными животными. В их желудках находили жуков, гусениц, бабочек, червей, улиток, слизней, пауков, клопов, стрекоз, клещей, мокриц, многоножек, кузнечиков, сверчков, саранчу, муравьев, долгоносиков, листоедов, шелкопрядов, мух, комаров. Свою добычу жабы захватывают длинным молниеносно выбрасывающимся изо рта языком. Увидеть язык жабы в этот момент практически невозможно — процесс схватывания добычи длится всего 1/15 долю секунды! Истреблением вредных насекомых и других беспозвоночных животных жабы приносят большую пользу. Поэтому опытные садоводы и огородники стараются привлекать их на свои участки. Особенно ценят жаб за истребление вредных слизней, повреждающих садовую землянику. Переносить жаб можно просто в руках или в какой-нибудь банке или коробке. Опасения, что после этого на руках появляются бородавки, лишены каких-либо оснований, это старинная выдумка. Правда, в коже жаб имеются железы, выделяющие слизь, обладающую ядовитыми свойствами. На неповрежденную кожу человека яд жабы — буфотоксин — не действует, но если он попадет в рот или в глаза, то вызывает сильное раздражение их. Ядовитая слизь защищает жаб от врагов, желающих полакомиться их мясом.

Обыкновенная серая жаба может жить и в неволе. Она быстро привыкает к человеку, берет из рук корм — мух и других насекомых, червей. У одного натуралиста долго жила серая жаба. Вначале она вела себя осторожно и только смотрела на предлагаемую ей пищу, не двигаясь с места. Однажды жаба робко приблизилась к руке и схватила крупную муху. Постепенно она привыкла брать пищу из рук. При кормлении ручных жаб следует учитывать особенность питания их в природе. Обычно жабы ловят только живую и движущуюся добычу. Мертвые насекомые их не интересуют. Поэтому, приручая жабу, нужно давать ей пищу так, чтобы она двигалась. Один школьник-юннат из Ставрополя держал у себя дома воспитанную им ручную жабу. Осенью, когда мух и всяких насекомых не стало, мальчик стал кормить жабу мелко нарезанными длинными кусочками мяса. Он опускал мясо поближе к жабе на ниточке и постепенно, в течение нескольких дней, она привыкла схватывать и такую пищу. Держать жабу можно в специальной клетке или в ящике, наполненном сухими старыми листьями. Описан случай, когда жаба так приручилась, что являлась на свист своего хозяина.

В террариумах и научных лабораториях нередко содержат хвостатых земноводных — саламандр. Ученые используют их для различных опытов. Известны случаи, когда саламандры жили в неволе по 15–18 лет. У них вырабатываются определенные привычки, они знают время кормления, узнают хозяина. Но в целом их способности не столь уж высокие, чтобы их можно было обучить каким-либо действиям. Так что чехословацкий писатель Карел Чапек в своей книге «Война с саламандрами» наделил этих животных сверхспособностями даже для фантастического романа.

Летом в лесах, оврагах и возле лесополос можно увидеть ящериц. Здесь они целыми днями охотятся на различных насекомых, как бы соперничая в их истреблении с полезными насекомоядными птицами.

Уральский писатель П. П. Бажов в цикле рассказов «Малахитовая шкатулка» описывает сказочную встречу в лесу молодого рабочего парня с Хозяйкой медной горы. Подозвала она к себе Степана, а вокруг нее полно ящерок разноцветных. Смеется девка:

— Не наступи, — говорит, — мое войско, Степан Петрович. Ты вон какой большой да тяжелый, а они у меня маленькие. — А сама ладошками схлопала, ящерки разбежались, дорогу дали…

В этом рассказе ящерицы, как и положено в сказке, очень смелые. В действительности же это очень осторожные и пугливые животные. Услышав шаги человека, ящерицы убегают, шурша опавшими листьями и сухой травой и скрываются. И все же пойманную ящерицу можно приручить. Биолог Л. Танасийчук рассказывает, что жившая у них в доме прирученная ящерица не только брала корм — мух и кусочки мяса из рук, но и свободно разгуливала возле человека. Она часами сидела на плече, забиралась на голову и засыпала в волосах. Классическим примером может быть необыкновенная привязанность мексиканской короткохвостой жабовидной ящерицы — рогатой фринозомы к своему хозяину — молодому солдату-пограничнику, описанная О’Генри в его трогательном рассказе «Джимми Хейз и Мьюриэл».

Хамелеоны — дальние родственники ящериц. Они принадлежат к тому же отряду чешуйчатых, но составляют отдельный подотряд, насчитывающий около 90 видов. Большинство видов хамелеонов живет в Африке и на Мадагаскаре. Отдельные виды встречаются в Южной Испании, Сирии, Аравии, в Индии и на Цейлоне.

Хамелеон известен всем своей способностью хорошо и сравнительно быстро менять окраску своего тела и маскироваться под цвет окружающей обстановки. В зеленой траве он зеленый, на сером камне — серый, на дереве с корой бурого цвета — бурый. Так что А. П. Чехов вполне обоснованно назвал героя своего рассказа, полицейского надзирателя Очумелова, хамелеоном. За какие-нибудь 10–15 минут этот беспринципный и подхалимствующий человек пять раз изменил решение насчет бездомной собаки, пытаясь приноровиться к обстановке. Интересны и глаза хамелеона: они способны смотреть в разные стороны и вращаться каждый сам по себе. Это помогает хамелеону лучше высматривать добычу — насекомых, осматривать путь к сидящему насекомому и одновременно следить за окружающей обстановкой — нет ли где врагов.

В странах, где водятся хамелеоны, их держат в домах в качестве живых мухоловок. В испанском городе Севилье, рассказывал еще Е. Брем, почти в каждой лавочке можно было увидеть хамелеонов. Они сидели на палочке возле сосудика с медом для приманки мух и непрерывно пожирали крылатых лакомок, истребляя их больше, чем липкая бумага.

Из ящериц, обитающих в СССР, самая большая — серый варан, который водится в Средней Азии и в Южном Казахстане. Длина наиболее крупных экземпляров достигает 150–160 см. при весе до 2,5 кг. Вараны, которых содержат в зоопарках, привыкают к людям, и их можно обучать, но память у них непрочная. У В. Л. Дурова одно время был дрессированный варан, за которого ему приходилось все время волноваться, так как этот «артист» на любом представлении мог забыть все, чему его научили.

На дальнем индонезийском острове Комодо живут гигантские вараны — крупные, до трех метров в длину, пресмыкающиеся. Добывая пищу, они могут нападать на таких животных, как свиньи, овцы, козы и даже олени. Описаны редкие случаи нападения этих «драконов» на мальчиков и взрослых людей. Считается, что гигантские вараны — животные «низкого интеллекта» и в естественных условиях отличаются скорее тупостью, чем сообразительностью. Но, оказывается, и их можно подвергнуть приручению и дрессировке. При содержании в неволе гигантские вараны быстро привыкают к человеку и становятся совершенно ручными. Варан, живший в лондонском зоопарке, отзывался на кличку, брал пищу из рук и по пятам бегал за своим надзирателем. Во время работы на Комодо один натуралист сумел приучить молодых варанов прыгать через кольцо, скакать друг через друга и выполнять другие незамысловатые трюки.

В домах любителей животных часто живут черепахи. Лучше приручаются и привыкают к человеку небольшие степные черепахи, хотя они относительно малоподвижны и подолгу находятся в спячке. Болотные черепахи активны большую часть года.

В одной семье небольшая степная черепаха Топа прожила 6 лет. Поселили ее в коробке в углу комнаты. Кормили черепаху ежедневно в одном и том же месте. Буквально через несколько дней Топа уже знала свой «дом» и свой «стол». Если утром ей не сразу давали еду, она терпеливо ждала ее на привычном месте. А вскоре черепашка стала встречать человека, который приносил ей еду. Она смело подходила к нему и доверчиво брала пищу из рук. Знала свою кличку. Топа любила листья и цветы одуванчика, охотно ела салат, яблоки, смоченный в воде или в молоке белый хлеб. Все это смешивали с костной мукой или толченой яичной скорлупой. Зимой черепашка становилась вялой, ела не чаще одного раза в неделю и много спала.

Привыкают к людям и крупные морские черепахи. Некоторые из них стали знаменитостями. В 1973 году итальянские крестьяне ловили в окрестностях Палермо рыбу и вытащили из моря большую черепаху. Взвесили — оказалось 98 кг! На панцире черепахи было что-то написано на незнакомом для итальянцев языке. Находку отправили в Рим, в Академию наук. Там установили, что надпись была сделана на русском языке и гласила следующее: «Выпустил на волю свою черепаху Тото 1 апреля 1922 года. Черепаха весит 52 килограмма, длина ее 90 см. Тото очень любит сардины. М. Горький. Капри».

Черепахи, как и вообще все земноводные и пресмыкающиеся, животные холоднокровные: температура их тела обычно равна температуре окружающей среды. Тем не менее тепло они любят больше, чем холод. Но в сильную жару им плохо под твердым панцирем, особенно если они лишены возможности забираться в воду. В таких случаях черепахи ищут спасительную тень. В южноафриканском заповеднике Парк Крюгер в связи с этим происходили весьма забавные происшествия. Оставленные туристами на стоянке у одной из гостиниц малолитражные автомобили неизвестная сила передвигала на другое место. Некоторые из них оказывались перевернутыми. Стали искать виновника и нашли, что им оказался Тарзан — гигантская морская черепаха, старожил заповедника. В поисках тени Тарзан забирался под машины, а когда солнце меняло положение и тень уходила, он перебирался за ней, таща на себе машину.

Наблюдения за прирученными черепахами показывают, что они способны к выработке сравнительно ограниченного числа условных рефлексов. Они могут узнавать хозяина, реагировать на кличку, подходить за пищей. Но настоящей дрессировке черепахи почти не поддаются. И когда при съемках кинофильма «Внимание, черепаха!» потребовалось показать именно дрессированную черепаху, выполняющую различные команды, постановщику фильма Ролану Быкову пришлось заказывать электронную черепаху.

Класс пресмыкающихся включает в себя около 6000 видов. Из этого числа на подотряд змей приходится почти 2500 видов, из которых 410 ядовитые. Изучением змей занимаются специалисты-герпетологи (от греческого герпетон — пресмыкающееся).

Из общего числа змей, населяющих землю, на долю нашей страны приходится всего 52 вида, из них ядовитых — 14 видов. Однако практически опасных для человека и крупных животных в СССР всего 10 видов змей: гадюка обыкновенная, гадюка степная, гадюка кавказская, гадюка рогатая или песчаная, гадюка Радде, гюрза, эфа песчаная, кобра среднеазиатская, щитомордник восточный и щитомордник Палласа. Разумеется, в отдельных районах страны встречаются не все эти ядовитые рептилии, а лишь некоторые. Заметим, что на человека змеи первыми не нападают и кусаются только в порядке самообороны, когда их потревожат или не дают спокойно уползти в укрытие. В то же время змеи приносят людям пользу, истребляя вредных грызунов и насекомых. А из яда змей изготовляют ценные лекарства. Поэтому сейчас ядовитых змей стараются охранять и размножать.

В Башкирии чаще всего встречаются неядовитые змеи из семейства ужей — обыкновенный уж, водяной уж и медянка. Ядовитые змеи в нашей республике представлены лишь двумя видами из семейства гадюк. Это — обыкновенная гадюка и степная гадюка. Кстати, отличить ужей от гадюк может каждый по устройству глаз: у ужей зрачки круглые, а у гадюк — вертикальные. Кроме того, обыкновенные ужи имеют желтые пятна-щитки по бокам головы, а у гадюк таких пятен нет.

Сейчас уже все знают, что змеи выделяют яд из особых ядовитых желез, и он стекает по желобкам или каналам двух зубов в верхней челюсти в ранку. Эти зубы принято называть ядовитыми. А было время, когда люди говорили, что у змей есть ядовитое жало, за которое они принимали раздвоенный язычок. Даже великий французский философ и просветитель Франсуа Вольтер и тот в одной из своих эпиграмм писал не об укусе, а о жале змеи:

Был, восходя на Геликон
Ужален змеем Жан Фрерон.
И что ж, друзья — кто б думать мог?
Не Жан Фрерон, а змей издох.
Это было написано более двухсот лет тому назад. Но еще и в наше время Владимир Маяковский тоже писал про «гремучую в 20 жал змею двухметроворостую». Если же говорить о языке змей, то нужно отметить, что для них он служит важным органом осязания и даже помогает им анализировать запах воздуха.

Во многих странах люди не только бережно относятся к змеям и дружат с ними, но и приручают их. Легко приручаются амурские полозы или, как их еще называют, полозы Шренка. Этим пользуются маньчжурские крестьяне и держат их в своих амбарах и фанзах. Полозы заменяют им кошек: они вылавливают грызунов и охраняют от них запасы зерна. Ставшие особенно ручными полозы свободно передвигаются по двору и охотятся в огородах и прилегающих к постройкам посевах. Грызунам лучше туда не показываться.

В доме одного натуралиста в Алма-Ате жил разноцветный полоз Джакони. Жильем ему служил стеллаж для книг, за которыми он обычно скрывался. Полоз часто выползал на свидание с кошкой Ией. Они подолгу смотрели друг на друга и как бы вели молчаливый разговор. Но если кошка вспрыгивала на книжную полку, подходила к полозу и легонько трогала его лапкой, он тут же разворачивался и уползал в укрытие среди книг.

В Азербайджане в семье одного змеелова более семи лет прожила большая гюрза. Змея свободно ползала по комнатам, забиралась в закуток спать. По временам гюрза уползала со двора на охоту за мышами и лягушками и каждый раз возвращалась домой. Хозяин ее не боялся, но ради безопасности других удалил у змеи ядовитые зубы.

В некоторых африканских странах в качестве домашних животных для борьбы с грызунами используют питонов. Кое-где питоны там считаются лучшими няньками. Под их присмотром в семьях оставляют малышей. Питон не позволяет детям уползать от хижины, оберегает их от ядовитых змей и от нападения зверей. Но используются для этого молодые питоны. С возрастом они становятся опасными для детей — могут задавить в дружеских объятиях. Местные жители острова Калимантана — даяки — держат в домах удавов и даже доверяют им своих детей. Уходя по делам, отец и мать спокойно оставляют ребенка на попечение такой няньки.

В Южной Америке водятся крупные королевские удавы, длиной до четырех метров. Нередко их можно встретить у жилищ людей. В Рио-де-Жанейро ручные королевские удавы охраняют маленьких детей от ядовитых змей и всякого зверья. Удавы-гувернантки даже сопровождают детей на прогулках и во время игр, проявляя явную привязанность к своим подопечным.

Житель острова Флорес (Зондские острова) нашел в лесу маленького питона, выкормил его и приучил к своему дому. Прошло некоторое время, и он стал большим шестиметровым удавом, весом в 140 килограмм, но так и остался жить у воспитавших его людей, проявляя весьма покладистый характер. Он был на редкость смирным и ручным. Более того, питон стал помогать хозяину в садоводстве. Когда приходило время собирать урожай, питон по приказу хозяина заползал на кокосовую пальму и тряс ее до тех пор, пока на землю не падал последний орех.

В австралийском городе Сиднее владельцы многих магазинов держат крупных дрессированных змей вместо сторожей.

Фонтенбло под Уфой

Фонтенбло — курортный городок юго-восточнее Парижа. Знаменитый лес, парк, старинный замок, пруд — давно уже превратили Фонтенбло в излюбленное место загородных прогулок парижан и объект посещения туристов.

Я видел Фонтенбло только на любительской киноленте. Ее засняла года три тому назад наша знакомая профессор Львовского зооветинститута Г. В. Зверева. Место там действительно живописное и богатое историческими памятниками. Но мое внимание больше всего привлек пруд в Фонтенбло. В пруду полно рыбы. Гуляющие подкармливают рыб булочками, хлебом, всякой другой снедью. Большие рыбины привыкли к людям и снуют у самого берега, ждут подачек. Когда им бросают в воду корм — они собираются в кучу, и кажется, что вода кипит, бурлит. Многие выскакивают из воды.

— Если рука с кормом находится над водой, то рыбы выпрыгивают из воды и чуть ли не головой выбивают из рук угощение, — рассказывала автор фильма.

И в этом нет ничего удивительного. Везде, где рыбу не пугают и совершенно не ловят, а только подкармливают, там она привыкает к людям и сама приплывает к берегу реки, пруда или озера. В Карловых Варах, в прозрачных струях быстроводной реки Тэплой, можно увидеть мелькающих или застывших у камней больших форелей. Стоящие у гранитной набережной курортники бросают в реку корм, и его тут же схватывают рыбы.

Множество таких мест, где рыба ждет людей и подплывает к ним сама, есть и в нашей стране. Во многих колхозах и совхозах есть пруды, где рыбоводы выращивают карпов. Чтобы рыба быстрее росла — ее подкармливают в определенных местах молотым жмыхом, молотым горохом, комбикормами. И рыбы так привыкают к этому, что не только собираются к месту кормежки, но еще у берега встречают лодку с людьми, везущими корм, и эскортируют ее к месту раздачи. Плывут за лодкой, как утята за уткой, почти не прячась — можно руками за спины брать. При этом у карпов вырабатываются рефлексы на место и время кормления и даже на звуковые сигналы — на стук по ведру, на свист или звук горна. Со всего пруда сплываются рыбы к месту кормления, просто вода вокруг закипает.

И не только здоровенные карпы, но и другие рыбы, в том числе пелядь и рипус, смело ходят косяками за лодкой, с которой рабочие разбрасывают корм. Такую картину можно увидеть, например, в нагульных прудах рыбного хозяйства в Дмитриевском совхозе под Уфой. Не нужно ехать и в Фонтенбло.

На пруду одного рыбного хозяйства в Подмосковье огромные карпы так привыкли к подкормке, что стоит им услышать скрип уключин при работе веслами, как они сразу же собираются к лодке и следуют за ней целым косяком. Корм берут прямо с лопаты, а порой и с протянутых рук человека.

Способность рыб к приручению была известна уже в древности. Знаменитый Марк Туллий Цицерон, живший в первом веке до нашей эры, писал, что римские богачи держали рыб в своих бассейнах и приучали их приплывать на зов человека. Рыбы-султанки, родственницы нашей черноморской барабули, брали корм из рук развлекавшихся римлян.

В наше время проведены многие опыты, показавшие, что рыбу можно приучить приплывать к человеку на голос, звонок, свист, колокольчик и, конечно, на корм. Собственно говоря, рыба и приплывает к человеку на все эти сигналы лишь потому, что они подкрепляются пищей. Известный австрийский зоолог Карл Фриш приучал рыбу приплывать к нему на свист. Подобные опыты, даже в более широких масштабах, проводят не только ученые, но и простые люди, любящие общаться с животными. В Голландии одна крестьянка приучила рыб в своем пруду приплывать на ее голос. Каждый день она приходит к пруду и созывает своих рыб. Они спешат на ее зов, как послушные куры, высовывают головы из воды и прямо из рук берут кусочки сыра и червяков. Интересно, что эти рыбы — окуни, плотва, лини, караси и угри — доверяли только ей одной, приплывали только на ее голос.

Жительница горных рек и озер — форель — подвижная и осторожная рыба. Кажется, никакими ухищрениями ее не приманишь к берегу. И все же форель можно приручить. С большим успехом это сделал владелец лесопилки недалеко от местечка Энгельгардт в ФРГ. Он сумел прикормить и выдрессировать форель, живущую в мельничном ручье. Хозяин звонит в колокол, а затем выходит на мостик и кричит: «Шеф, ко мне!» И почти тотчас же у его ног появляется большая длинная форель. Дрессировщик достает из банки червяка и соблазнительно покачивает его над водой. Шеф торпедой выскакивает из воды и хватает добычу. Потом он зарабатывает новые порции червей тем, что ходит кругами под водой, прыгает над ручьем через палку, в обруч, заплывает в опущенную в воду кружку и позволяет подержать себя в руках. Интересно то, что вдали от лесопилки Шеф уже не доверяет людям, даже своему дрессировщику.

Канадский инженер-пенсионер 74-летний Леонард Бэджли как-то задумался над вопросом: если можно выдрессировать флоридского дельфина, то почему нельзя приручить рыбу из соседнего озера? И пенсионер начал свои опыты. Он свистел в полицейский свисток и бросал в воду корм. Прошло несколько недель тренировок, и на звук свистка к старику подплывало более десятка крупных карпов. С ними и черепаха Джо. Все они получали корм. Старый Бэджли доволен: приручить можно и рыб!

Обученные рыбы могут даже помогать рыбакам. В Катовицком воеводстве (Польша) и Папроцанах есть государственное сельское хозяйство. Рыбаки этого хозяйства приручили большого крупного карпа, длиной около метра и весом около пуда. И он стал помогать им: во время лова рыбы карп охотно шел в сети и вел за собой других рыб.

Общаясь с людьми непосредственно под водой, рыбы привыкают к ним и даже сопровождают их, особенно, если им перепадает что-либо съедобное. Известный французский исследователь Жак-Ив Кусто и его сотрудники, ученые-аквалангисты, изучали жизнь обитателей Красного моря. Аквалангисты подкармливали рыб ежедневно в определенное время в одном и том же месте. Вскоре рыбы привыкали к людям и брали корм у них из рук. Причем приплывали они на «обед» довольно точно.

Английский ученый и писатель Артур Кларк рассказывал, что в Индийском океане окуни приближаются к аквалангистам и не боятся их. Когда один из помощников ученого подстрелил из подводного ружья какую-то рыбу, окунь тотчас же схватил ее. С тех пор морские окуни постоянно ожидали аквалангистов на том участке. А завидев их, плыли навстречу и сопровождали людей, получая за это даровую добычу.

Интересные наблюдения провели и советские кинооператоры на Дальнем Востоке. Когда они снимали фильм «На дне океана», то постоянно встречались под водой с различными обитателями тамошних вод. Вскоре они заметили, что к ним часто подплывает палтус, близкий родственник камбалы. Рыбу никто специально не приручал, она сама настолько осмелела, что даже брала и ела из рук корм. А когда ее брали в ладони и гладили — спокойно лежала! Однажды кинооператоры поймали живую камбалу. Некоторое время они держали ее в аквариуме и подкармливали из рук. А потом снова выпустили в море. Но камбала никак не хотела уходить от них и часами кружила рядом в надежде на получение корма.

Рыбы могут привыкнуть получать корм не только из рук человека. В Дрездене посетители зоопарка одно лето наблюдали весьма оригинальное зрелище. Маленькая птичка кардинал прилетала к бассейну с червяком в клюве и садилась на бортик над водой. К ней подплывали золотые рыбки, раскрывали рты, и птичка кормила их. Такие сеансы кормления продолжались несколько недель. Рыбки так привыкли к ним, что всегда плавали у поверхности воды в ожидании дарового угощения. В проявлении у птички материнской заботы о водных жителях, надо полагать, сыграл роль такой ключевой раздражитель, как раскрытый рот рыбок — безусловный сигнал для птиц, побуждающий их кормить птенцов. А у птички своих детей не было. Вероятно, ее гнездо было кем-то разорено.

Много интересных опытов по приручению рыб можно провести и в домашних аквариумах. И не только с обычными аквариумными рыбками, которые привыкают получать корм от людей и подплывают на постукивание пальцем по стенке аквариума.

В аквариуме павильона «Прудовое хозяйство» на ВДНХ осетра Борьку приручили так, что он стал настоящей знаменитостью в своем рыбьем царстве. Никто лучше Борьки не умеет делать стойку на хвосте или исполнять вальс «В водах аквариума». Известны случаи приручения протоптера (из надотряда древних двоякодышащих рыб) и даже крупной кровожадной хищницы — барракуды.

В лабораторных условиях ученые проводят много различных опытов по выработке условных рефлексов у рыб. Естественный стимулятор при этом обучении — пища. И вот оказалось, что в аквариуме рыбу можно научить, чтобы она нажимала на маленький рычаг и получала бы трех червяков, выдаваемых ей автоматическим устройством. Правда, возникший таким образом условный рефлекс может угаснуть, если не последует его подкрепление кормом. Рыбок можно научить отличать квадрат от треугольника. Если рыба приняла правильное решение, она дергает за бусинку, подвешенную у квадрата. За это она получает корм.

Наблюдения за поведением рыб и специальные опыты показали, что рыбы очень тонко реагируют на всякие внешние раздражители, в том числе и на звук. Они могут слышать шаги человека, идущего по берегу, звон колокольчика, голоса людей, выстрелы и многие другие шумы. Выходит, что правы настоящие рыбаки-знатоки, которые любят молчание у воды и разговаривают лишь вполголоса. Прав был и царь Петр I, который издал указ о запрещении звонить в колокола во время нереста лещей. Ведь в естественных условиях рыбы не приручены, и всякие шумы пугают их. Не случайно сейчас ихтиологи и работники рыбнадзора настоятельно рекомендуют соблюдать на реках и озерах тишину во время нереста рыбы. Поэтому можно только приветствовать практические меры рыбоохраны, введенные повсеместно в действие с весны 1972 года. В целях создания покоя для нерестящейся рыбы в период икрометания запрещается катание на моторных лодках на водохранилищах, озерах и нерестовых участках рек. Рекомендуется также соблюдать тишину и не пугать рыбу в старицах, заливных озерах и других водоемах.

Крылатые друзья

Птицы и орнитологи

Прохладным сентябрьским утром я стоял на опушке леса возле поселка Юматово и наблюдал за синицами. Они прыгали по ветвям больших деревьев и негромко перекликались: «ци-ци-ци!». Мне захотелось посмотреть, как они будут реагировать на имитацию их голосов. Зажал между пальцами «шляпку» от желудя и стал тихонько подсвистывать. И что же? Синицы начали слетаться. Сначала их здесь было две, а через какую-нибудь минуту на ветках прыгало уже пять, а потом восемь синиц. «Ци-ци-ци!» — отзывались они на мой желудевый подсвист. Птички то и дело прыгали с ветки на ветку, с дерева на дерево — всё вокруг меня, а вернее — вокруг источника заинтересовавших их звуков.

Вездесущие синички повсюду ведут себя смело — и в лесах, и в селах, и в городах. Людей они почти не боятся. Ведь ни один разумный человек не сделает им зла. В парках и садах синицы ревизуют кусты и деревья у самых дорожек, иногда на ветвях, свисающих прямо над головами прохожих. То же самое наблюдается и на улицах Уфы.

Сейчас, когда я стал писать о смелости и доверии синиц, мне вспомнился и другой случай. Одно время мне удалось провести несколько дней в лесу на берегу озера Кисегач на Южном Урале. Была уже золотая осень, но синицы и не собирались покидать обжитый ими район. Как и в других местах, они здесь нисколько не боялись людей. Синицы, сидевшие на небольших деревцах возле озера, позволяли подойти к ним вплотную. Один раз я взял за ствол деревцо и стал качать его. Синица качалась вместе с веткой, но не улетала. Тогда я стал раскачивать деревцо еще сильнее. Синичка даже взмахивала крылышками, чтобы удержать равновесие, но ветку не покидала. Возможно, и ей нравилась такая игра с человеком.

Есть такая зоологическая наука — орнитология. Наука о птицах (от греческих слов орнитос — птица и логос — понятие, учение). Орнитологи изучают жизнь птиц, их поведение, питание, приносимые ими пользу или вред. Ученые установили, что во всем мире насчитывается около 8600 видов пернатых. Из них на обширной территории СССР обитает 704 вида. И почти все они — полезные!

Когда я говорю о пользе птиц, то имею в виду их участие в биологической борьбе с несметными полчищами вредных насекомых, клещей, моллюсков, паразитических червей, различных грызунов и даже сорняков. Все эти враги людей приносят огромные убытки, так как ежегодно губят примерно четвертую часть урожая полей, лугов, садов и огородов. Большой ущерб приносят вредители лесоводству и животноводству. В борьбе с вредителями союзниками человека являются полезные животные. Все они враги наших врагов. Почетное место среди этих помощников человека занимают птицы, а в их числе — синицы.

Зоологи в семействе синиц различают 6 родов, объединяющих 65 видов птиц. Из них в СССР обитают представители двух родов с 12 видами синиц. Один род представлен у нас синицей-ремезом, который знаменит своими мягкими гнездами, свитыми на ветках деревьев, свисающих над водой. Второй род — род синиц — насчитывает 11 видов. В средней полосе страны наиболее распространены такие виды: большая синица, лазоревка, московка, хохлатая синица (за задорный хохолок ее называют еще гренадеркой) и несколько видов гаичек. У нас, в Уфе, наиболее обычная гостья — большая синица.

Синицы занимают почетное место среди помощников человека в борьбе с вредителями. Посудите сами. Только одна пара синиц, поселившаяся в саду, может очистить 40 плодовых деревьев от насекомых-вредителей. Специалисты-орнитологи подсчитали, что большие синицы во время выкармливания детей прилетают к гнезду от 300 до 600 раз за световой день и несут своим птенцам великое множество вредных насекомых и их гусениц. До 3 600 гусениц за день! Зимой синицы обследуют деревья, выискивают и уничтожают яички и куколки насекомых. Очень часто синиц можно видеть в сообществе с другими полезными птицами — дятлами, корольками, пищухами, поползнями. Настоящий лесной патруль! Привлекая синиц и других насекомоядных птиц к своим садам и огородам, люди могут быть спокойны за их сохранность и будущий урожай. К тому же это позволяет резко сократить применение ядохимикатов, далеко не безопасных для людей, домашнего скота и диких полезных животных.

Осенью, с наступлением холодов, синицы перекочевывают ближе к людям, где им легче найти корм. В поисках его эти красивые и доверчивые птички прилетают в села и города, обследуют сады и парки, летят к домам, к окнам, ревизуют балконы: нет ли там чего съедобного. Зимой, когда ударят морозы, прикроется все снегом, а то и ледком, и вовсе трудно становится жить синицам. Попробуй, доберись до мелких щелей и трещин в коре, где прячутся насекомые. Вот и не переносят наши помощники суровой зимы, много их гибнет от холода и голода. В это время много синиц спасают люди, устраивая для них кормушки, подкармливая их в холодные зимние месяцы, когда они особенно нуждаются в поддержке. В связи с этим хочется напомнить слова хорошего поэта и большого любителя природы, Александра Яшина:

Приучите птиц в мороз
К своему окну,
Чтоб без песен не пришлось
Нам встречать весну.
Часто синички и сами отыскивают припасы горожан на балконах: где мясо подолбят, где сало, где мороженую курятину. Нередко синицы навещают общежития студентов, которые вывешивают за форточки сетки с мясными припасами.

У наших уфимских знакомых, на улице Коммунистической, одну зиму за форточкой висела сетка с тушкой гуся. Синицы разузнали это и прилетали лакомиться жирной гусятиной. Ухватится пичуга цепкими и ловкими пальчиками за нитки и долбит черненьким клювиком, отрывает крохотные кусочки и проглатывает. Сначала бабушка Анюта хотела прогнать синиц, а потом решила: много ли малая птаха съест — грамм какой-то склюет. Ну и пусть клюет, решила старушка. И правильно решила.

Там, где синиц подкармливают, они и вовсе привыкают к людям и платят им доверием. Иногда и на открытую форточку сядут. Бывает, что синицы залетают в дома и остаются на ночевку. В сильные морозы это спасает их. В Челябинске к одним добрым людям в морозы в квартиру через форточку залетела синичка. И осталась ночевать. Видать, это ей понравилось, так как на другой день в комнату прилетела целая стайка черноглазых красавиц. Так и повелось. На ночь прилетят, поужинают и разлетаются спать — кто на карниз двери, другие — за картину.

В зиму 1969 года в Уфе были сильные морозы — более ста лет здесь не было таких холодов. Плохо пришлось птицам и зверям. Синички так и жались к домам, к кормушкам. Одна сердобольная женщина выставила им на балкон старый толстый валенок — поселились в нем. А мой аспирант, уезжая в Москву, оставил открытой форточку. Приехал — в комнате квартирантка: синичка. Она прилетала на ночь, забиралась на шкафу в свернутую трубой чертежную бумагу и спала там. Утром просыпалась и летела по своим делам на улицу. А как только наступал вечер — являлась, ужинала и забиралась в свою бумажную трубу спать. Так длилось долго, пока не прошли сильные морозы.

В селе Каширино Кетовского района Курганской области в одну из зим стая синиц спасалась от мороза в кошаре. Овцевод подкармливал птиц, и они привыкли к нему. Одна синичка подружилась с ним настолько, что через месяц уже брала корм прямо с его ладони. Случалось, что он забывал принести ей мясо, излюбленное ее лакомство. Тогда синичка устраивала настоящий обыск: совала клюв в рукава, карманы, нежно, едва ощутимо касалась лица, заглядывала в уши и рот. Поев, синичка пристраивалась рядом с чабаном и развлекала его пением. С наступлением весны синицы покинули кошару и переселились в лес.

Доверию зверей и птиц к людям поистине нет пределов. Орнитолог Е. В. Лукина в уединенной дачной местности под Ленинградом проводила наблюдения над птицами на специально огороженном участке сада. Летом здесь было много искусственных гнезд, дуплянок и домиков, в которых птицы селились и выводили птенцов. Зимой их подкармливали на специально устроенных кормушках-столиках. Этот «птичий городок» был замечательным местом для проведения наблюдений. В одну из зим Е. В. Лукиной удалось настолько приучить к себе синичек, что они совсем перестали бояться ее, когда она подходила к столику-кормушке, садились ей на руки и брали с ладони корм — конопляное семя. Птички вскоре так осмелели, что в любом месте сада подлетали к орнитологу, садились ей на плечи, на голову, теребили клювиками воротник и ждали, пока она вынет из кармана руку с коноплей. Они даже пробовали расклевывать семена тут же, на пальцах. Всю зиму орнитолог ходила в сопровождении своей маленькой крылатой свиты. Без синичек ей не приходилось и шагу ступить по саду. Они гонялись за ней повсюду. Провожали ее, когда она шла на станцию или к соседям, и встречали, когда возвращалась домой, хотя на кормовом столике конопли было сколько угодно.

Несколько лет тому назад в газетах сообщалось о дружбе одного жителя из города Пушкино под Ленинградом с десятками синиц. Наборщик по профессии В. Шевчик более десяти лет дружил с синицами: устраивал для них домики, а зимой подкармливал. Жителей Пушкино удивляла исключительная привязанность живущих на воле птиц к своему другу. Увидев в парке В. Шевчика, синицы немедленно летят к нему и устраиваются на его голове, плечах, руках. За уютное местечко на воротнике пальто нередко начинаются драки. Проводили опыты. Одежду Шевчика надевали другие люди и подзывали к себе синиц, но птички летели только к стоявшему вдалеке хозяину пальто.

Везде, где люди доброжелательно относятся к птицам, не пугают их, а тем более не преследуют, те платят им полным доверием. Немало таких примеров можно увидеть даже вдали от жилья людей и у нас в Башкирии, на берегах Белой, Демы, Уфимки и других больших и малых рек.

Тридцать минут езды электропоездом от Уфы, и вы будете на станции Юматово. Если пойти вниз лугами и лесом — попадете к реке Деме, воспетой еще С. Т. Аксаковым. Откуда бы вы ни смотрели на Дему, она всегда привлекает и радует сердце своей неповторимой красотой. С высокой горы вы видите, как среди больших прибрежных деревьев и кустарников тихо бежит вода, отражая в себе темно-зеленую листву. А станете на берегу — и неширокая река покажется вам чистой, блестящей аллеей среди нависающих над водой ветвей. Есть и еще одна интересная особенность у нашей Демы: она не может долго нести свои воды по прямой линии и часто делает неожиданные крутые или более плавные повороты и изгибы. Но это только украшает реку и оживляемые ее влагой леса и луга.

Летом лесные заросли возле Демы заполняет стоголосый хор птиц и стрекотание насекомых-прыгунов. Птицы здесь привыкли к постоянным посещениям их владений людьми и обычно не прерывают своих занятий и песен. Или умолкнут, отлетят в сторону и, убедившись, что человек не желает им зла, вновь принимаются за свои дела и песни.

Смело чувствует себя в прибрежных лесах дятел. Круглый год, и летом и зимой, он летает по лесу, ревизует деревья и очищает их от разных жуков и их личинок. Крепкий клюв помогает ему находить вредителей под корой и даже в пораженной ими древесине. Большую помощь оказывает дятел — лесной доктор — нашим лесоводам.

Большой пестрый дятел ревниво следит за своей территорией. Любая птица другого вида его не беспокоит, а вот свой брат, дятел, пусть лучше не появляется здесь. Дятел очень не любит, когда другой соплеменник начинает хозяйничать в его владениях и стучит по деревьям. Сразу же летит выяснять взаимоотношения. В лесах Башкирии я не раз подманивал большого пестрого дятла, чтобы посмотреть на него вблизи. Брал палку и постукивал по стволу дерева, подражая дятлу. Очень скоро в это место прилетал дятел, решивший, что на его угодьях объявился соперник или непрошеный гость. Один раз, на берегу Демы, вызванный мною дятел опустился на ствол того же дерева, по которому я постукивал и, уцепившись цепкими пальцами с острыми коготками за кору, выглядывал из-за ствола в каких-нибудь двух метрах надо мной. Склонив голову набок, дятел смотрел на застывшего человека и, казалось, старался понять, кто же тут осмелился стучать и куда девался его соперник.

В уединенных дачных местах и в заповедниках дятлы иногда наведываются к кормушкам, устроенным для синиц и других мелких птиц. Заметили, что большому пестрому дятлу нравится насыпанное на столик конопляное семя. Привыкнув к людям, дятел охотно поедает гостинцы, брошенные на дорожку неподалеку от человека. Кстати, дятла можно и приручить, особенно если воспитание его начинать с раннего возраста. У известного австрийского ученого-зоолога Карла Фриша в его юные годы жил ручной дятел. По утрам дятел улетал из дома и целые дни был на воле. Вечером аккуратно возвращался домой. Если окно было закрытым, дятел стучал о стекло клювом — знал, что в доме его угостят мучными червями. Чем бы дятел ни занимался на деревьях, но, увидев Карла или его мать, он тотчас же подлетал к ним и доверчиво садился на плечо.

На берегу Демы мы встречались и с птицей-рыболовом, как часто называют у нас зимородка. Красивый куцехвостый зимородок, птичка-изумруд, величиной чуть побольше воробья, обычно сидит себе на каком-нибудь суку над водой, опустит большой клюв вниз и все смотрит в воду. Потом — бульк, ныряет и тотчас же взлетает с добычей в клюве — мелкой рыбкой или каким-нибудь водным насекомым. Съест (а летом — отнесет в нору детям) и опять сидит, ждет, в воду глядит.

Люди всегда бережно и с любовью относятся к птичке-рыболову, украшению нашей природы, не тревожат ее зря, не пугают. И птички отвечают на это полным доверием к человеку. В результате — большая смелость этих птиц. Наблюдая за парочкой этих красивых рыболовов, мы подолгу удерживали лодку возле крутого берега Демы, в каком-нибудь десятке метров от куста, на котором сидели зимородки и глядели в воду. Казалось, птицы не обращали внимания на людей и спокойно занимались своими делами. Не тревожились они и тогда, когда по реке изредка проплывали лодки рыболовов-любителей или отдыхающих. Нередко зимородки сидят на своих наблюдательных постах и ловят рыбу рядом с рыбаками-любителями. Писатель-натуралист Г. А. Скребицкий однажды был просто поражен сверхсмелостью зимородка: он подлетел к его удочкам, уселся на удилище и стал высматривать в воде добычу.

Обычно зимородки держатся в районе своих гнездовий и продолжают рыбачить до поздней осени. Знакомая мне парочка зимородков оставалась на берегу Демы и после первых сентябрьских заморозков. Кое-где эти птички остаются на месте до появления снега. Холодная вода им не страшна — была бы пища.

Недалеко от Демы, на горе, в зелени леса скрывается санаторий «Юматово». Несмотря на постоянное присутствие и движение большого числа людей, лес населяют птицы. Они привыкли к людям, потеряли инстинктивный страх перед ними и занимаются своими птичьими делами почти рядом, чуть ли не на расстоянии вытянутой руки. Часто здесь появляются небольшие, с воробья, коренастые и короткохвостые птички — поползни. Они ловко бегают по стволам деревьев у самых дорожек, выискивая себе там корм. Поползни — единственные у нас птицы, которые одинаково ловко могут передвигаться по стволам деревьев вверх и вниз головой. Зимой, когда люди подкармливают различных птиц, поползни тоже прилетают к кормушкам. В Ильменском заповеднике, на Южном Урале, один научный сотрудник подкармливал птиц, и поползень так привык к этому, что стал прилетать к человеку и брать пищу прямо из его рук. Вскоре поползень — его прозвали Нахаленком — начал подлетать и к другим людям, когда те протягивали ему руку с едой.

Путей и примеров привыкания птиц к человеку и даже сближения с ним много. В дачной местности под Ленинградом коноплянка устроила гнездо на крыльце дома. Она привыкла к виду людей, которые очень внимательно и осторожно относились к маленькой птичке. Доверие коноплянки к людям постепенно дошло до того, что она стала есть и пить из их рук. А потом орнитологи Ленинградского университета сделали фотографию: коноплянка сидит на гнезде и протянула клюв к руке человека, чтобы, не сходя с гнезда, взять предложенного ей кузнечика.

В той же местности была завоевана и необыкновенная доверчивость лесной длиннохвостой синицы. Она так привыкла к орнитологам, что не боялась, когда они подходили к гнезду и рассматривали ее, а затем и появившихся птенцов. Дошло до того, что люди брали в руки птенцов, а мать летала рядом, не проявляя страха и особого беспокойства. В итоге чудесная фотография: в руках человека два птенца, а мать, принесшая им корм, кормит их сидя на той же руке!

Стремясь закрепиться на привычной территории, птицы часто устраивают свои гнезда в непосредственной близости от человека, а то и рядом с ним, приспосабливаясь к новым условиям, новой технике и достижениям цивилизации. Нередко гнезда птиц обнаруживали даже на передвигающихся предметах — автомашинах, тракторах, строительных кранах, железнодорожных вагонах, паромах, пароходах. Отмечено строительство гнезд на таких объектах синицами, трясогузками, щеглами, дроздами, пеночками, скворцами, галками, грачами.

Это очень хорошо, что птицы везде живут рядом с нами, людьми. И нужно делать все для того, чтобы их было как можно больше.

Лебедь живет в интернате

В Ростовской области осень почти всегда бывает долгой и теплой. А в 1969 году она и вовсе затянулась. Запоздавшая зима пришла в донскую степь неожиданно, с сильной метелью.

В тот метельный день плотник конезавода имени Кирова Н. А. Дедагрюк увидел у пруда одинокого лебедя. Крупная белая птица не могла летать и явно замерзала. Человек поймал лебедя и поместил его в свой сарай вместе с гусями. Те поначалу встретили незнакомца с неприязнью, но вскоре подружились.

У лебедя оказалось поврежденным крыло. Посоветовавшись с ветеринарным врачом, Н. А. Дедагрюк стал лечить птицу. Прошло некоторое время, и лебедь выздоровел. Крыло у него зажило, и он стал летать. Каждое утро, расправив крылья, лебедь взлетал в небо и направлялся на знакомый ему пруд, который в ту зиму почти не замерзал. Там, вместе с гусями и утками, он проводил весь день, а вечером возвращался домой, во двор плотника. Здесь он получал пищу и имел необходимый кров.

Это очень хорошо, что человек помог птице пережить трудное для нее время. Случаев, когда люди выручали лебедей, известно немало. И всегда они заканчивались тем, что, выздоровев и набравшись сил или перезимовав возле людей, лебеди возвращались к родному гнездовью. Верность дому и своей паре — другу или подруге — у лебедей развита очень сильно. Даже воспитанные людьми и выросшие у них лебедята к осени становятся беспокойными, начинают тосковать и стремятся улететь к другим лебедям. Помните, какой ручной был лебедь у деда Тараса на уральском озере, о котором писал Д. Н. Мамин-Сибиряк в рассказе «Приемыш»? А все же осенью он улетел со своими собратьями в теплые края. Иное дело — долетит ли к цели. Ведь он вырос возле человека и хотя сколько угодно плавал на озере, летал очень мало, и крылья его были совсем не тренированными. Такой и под выстрел браконьера скорее попадет.

Долгое время считали, что лебедя никому не удавалось приручить. И все же наблюдения показывают, что эта гордая и красивая птица способна по-настоящему и надолго привязаться к людям.

В Эвенкии, возле поселка Стрелка-на-Чуне, в рыбацкую сеть попал лебедь. Запутался, стал биться и сломал крыло. О беде птицы сразу же узнали в поселке. К месту происшествия пришла и директор интерната, заслуженная учительница школ РСФСР Агафья Даниловна Каплина со своими воспитанниками. Она осмотрела пострадавшую птицу и вместе с ребятами перенесла ее в интернат. Лебедя поселили в коридоре и назвали Ленькой. Под окном настелили лугового сена, поставили миску с водой и тарелку с гольянами, которых мальчишки наловили в Чуне. Ребята заботливо ухаживали за раненой птицей, и к началу зимы крыло у нее срослось. За это время лебедь привык к людям и к своему новому жилью. Зимовать его оставили в интернате, где он стал всеобщим любимцем. По утрам Ленька совершал обход по интернату, заглядывал в спальни, в столовую, в комнату для самостоятельных занятий. Потом лебедь шел к входной двери и ждал Агафью Даниловну, к которой проникся особенно нежными чувствами. Встретив ее, он терся шеей о валенки, бормотал что-то на своем лебедином языке, а потом ходил следом за ней по комнатам.

Каждую субботу в интернате устраивали банный день. Помывшиеся ребята приносили большую ванну и наливали в нее теплую воду. Девочки сыпали мыльный порошок, взбивали пышную пену и хором приглашали лебедя купаться. Ребята по очереди мыли огромные крылья, поливали Леньку из лейки, и его перья, потускневшие за неделю, вновь становились ослепительно-белыми. Потом Ленька пристраивался в теплом месте у печки и блаженно дремал. Мальчишки частенько бегали на речку, добывали там налимов и угощали своего любимца свежей рыбой.

Пришла весна. Леньку решили отпустить на волю. Ребята вывели птицу на поле. Ленька оглядел все кругом, потоптался на месте, разбежался, закричал и взлетел в воздух. Ребятам было грустно, кое-кому определенно хотелось плакать. Не успели высохнуть слезы на глазах у одной девочки, как раздался радостный крик ребят:

— Возвращается! Летит назад!

Большая белая птица сделала круг над полем и села неподалеку от ребят. Ленька вернулся с ребятами в интернат. Побывавший в начале 1971 года в поселке журналист М. Бубличенко видел там Леньку. В газете «Правда» он писал, что лебедь живет с ребятами в интернате уже четвертый год. У него появились новые друзья: утка, у которой было прострелено крыло, и голубь с зажившей после перелома ножкой. Ухаживая за своими питомцами-птицами маленькие будущие оленеводы-таежники проникаются любовью ко всему живому и развивают в себе готовность помогать слабому или попавшему в беду животному.

Прирученные лебеди дружат иногда с другими животными. Во Вроцлавском зоопарке в Польше птенец лебедя и маленькая обезьянка так подружились, что, казалось, друг без друга не проживут и дня. Это однажды помогло спасти обезьянку. В осеннюю ненастную ночь обезьянка убежала из своего помещения и скрылась среди деревьев. Холодная погода могла ей повредить, и обезьянку стали ловить. Но она к людям не шла. Тогда работники зоопарка взяли лебеденка и пошли с ним к деревьям. Услышав крик вырывавшегося лебеденка, его приятельница-обезьянка сразу же прибежала к нему на помощь. Так их и отправили домой, прижавшихся друг к другу.

Привыкают к людям и приручаются и другие птицы из отряда пластинчатоклювых. В нашей стране этот отряд представлен всего лишь одним семейством утиных с 57 видами, относящимися к 15 зоологическим родам. Кроме лебедей в это семейство входят гуси, кряквы, чирки, шилохвости, мандаринки, гаги, нырки, гоголи, крохали, каменушки и различные другие утки. Охотникам и вообще любителям природы не раз приходилось подбирать раненых взрослых гусей и уток, а также маленьких осиротевших птенцов и содержать их в домашних условиях. И птицы всегда отвечали на заботу доверием и привязанностью.

У австрийского ученого Конрада Лоренца, изучавшего поведение различных животных, была целая стая выросших у него серых гусей. Дикие птицы, которые прекрасно летали, совершенно не испытывали страха перед человеком. Наоборот, необычайно привязчивые, они постоянно стремились к человеческому обществу. Гуси смело паслись на клумбах и часто вторгались на открытую веранду, приветствуя хозяев громкими гортанными криками. Людям то и дело приходилось изгонять надоедливых птиц. Правда, старый отец зоолога, отставной профессор, очень любил гусей и приглашал их на чаепитие в свой кабинет, примыкавший к веранде. Однажды выйдя в сад, Лоренц обнаружил, что почти все гуси исчезли. Он поспешил в кабинет отца и застал там следующую сцену: на великолепном персидском ковре стояли двадцать четыре гуся, столпившись вокруг старого джентльмена, а он пил чай, сидя за своим письменным столом, и спокойно просматривал газеты. Время от времени он отламывал кусочки хлеба и протягивал их гусям. Птицы немного нервничали, и это усиливало опорожнение их кишечников. Спустя одиннадцать лет после этого чаепития зеленые пятна на ковре стали лишь бледно-желтыми.

Особенно сильной привязанностью к воспитавшему их человеку отличаются утята и гусята.

Любопытную процессию можно было видеть одно время возле дачного поселка под Веной. По зеленому лугу идет пожилой человек, а на некотором расстоянии за ним, слегка переваливаясь, следуют гусята. Но вот человек пошел быстрее и стал отдаляться от гусят. Заметив это, они тотчас же прибавили шагу и снова пошли на прежнем расстоянии. Человек замедлил шаг — гусята тоже сбавили темп, стали отставать от своего вожатого, и расстояние между ними и человеком стало прежним. Вскоре заблестела вода. Пришли к пруду. Человек разделся и вошел в воду. Зашли в воду и гусята. И чем дальше входил в воду человек, тем ближе подплывали к нему гусята. Когда человек поплыл, они и вовсе приблизились к нему.

Если он погружался глубже в воду — гусята плыли совсем рядом. А когда человек прятал в воду и лицо, гусята буквально залезали к нему в волосы.

Странное поведение гусят объясняет человек, за которым они следовали. Это был уже знакомый нам профессор Конрад Лоренц. Он установил, что у маленьких гусят или утят сразу же проявляется способность следовать за своей матерью. И если гусенок некоторое время ходил за гусыней, то больше уже не пойдет ни за кем другим. Но если ему не показывать матери, забрать его от нее сразу после выхода из яйца, то он пойдет за любым движущимся объектом. Пусть это будет человек, щенок, кошка, футбольный мяч на веревочке — неважно, лишь бы предмет его внимания двигался. Походив за ним, гусенок уже не пойдет и за гусыней с выводком. При этом Конрад Лоренц отметил, что гусята следуют за своим избранником всегда на определенном расстоянии. Оказывается, здесь существенное значение имеет угол, под которым они видят свою няньку. Этим и объясняется почему они шли за ним на более почтительном расстоянии, в воде плыли ближе, а когда он погружал лицо в воду — чуть ли не забирались в его шевелюру.

Следование за человеком или другим объектом-воспитателем — очень важная поведенческая реакция. Другой видный специалист по поведению животных профессор Оксфордского университета Нико Тинберген называет эту реакцию запечатлением, импринтингом, что дословно означает «впечатывание». Утята за одну минуту могут признать любой движущийся предмет за мать и будут следовать всюду за ним, лишь бы величина его была не более автомобиля и не меньше спичечной коробки. Запечатление, пишет Н. Тинберген, отличается от условного рефлекса. Оно возможно лишь в течение короткого периода после рождения. У утят образ матери запечатлевается в первые 48 часов их жизни, и если они в этот период не увидят утки, то тогда признают за мать любой движущийся предмет. За родной матерью они уже не будут следовать. Но так бывает только в первые 48 часов. Позже такого явления уже не происходит. Реакция на запечатленные предметы, утверждают этологи, очень прочна — они запоминаются на всю жизнь.

В научно-популярном кинофильме «Думают ли животные?», выпущенном Киевской студией, были показаны опыты ученых по приручению инкубаторных утят к искусственным «мамам». Утята одной группы, увидев первым игрушечного лисенка, стали следовать за ним. Куда на ниточке тянули лисенка, туда следовали и утята. Утята другой группы ходили за мячом. Потом их «мам» поменяли. И утята их не признали: первые не пошли за мячом, другие — за лисенком. После обратного размена все стало на свои места.

Запоминание первого увиденного очень сильно и у гагачат. Э. Н. Голованова и Ю. Б. Пукинский рассказывают, что если эти утята в первые часы жизни почему-либо не смогли встретить свою мать, то удивительно быстро привязываются к любому другому существу, которое о них заботится, и идут за ним как завороженные. Однажды натуралисты нашли в опустевшем гнезде трех маленьких гагачат. Они забрали птенцов и стали искать для них другой выводок, чтобы подпустить к чужой матери. Такой случай представился — вдоль берега моря плыла гага с птенцами. Но когда люди стали уходить от берега, чтобы не испугать гагу и дать сиротам присоединиться к ее выводку, найденыши с писком бросились вслед за ними. Гагачата никого не хотели признавать, кроме людей, стремились везде следовать за ними, стараясь не потерять их из вида. Прямо-таки настоящая любовь с первого взгляда. На других бездетных гаг, которые интересовались сиротами, явно желая их усыновить, гагачата не обращали никакого внимания.

Утки, гуси и лебеди очень доверчивые птицы. Там, где люди не преследуют, а оберегают их, они платят им за это полным доверием. На некоторых озерах Новосибирской и других областей утки совсем не боятся людей и смело летают и плавают у них на виду.

Радуют своим доверием москвичей и приезжих дикие утки, поселившиеся на пруду на территории ВДНХ. Посетители выставки часто принимают их за обычные экспонаты — настолько они здесь спокойны и доверчивы. Пищу берут прямо из рук людей. Утиную стаю можно увидеть и над Москвой. Осенью утки покидают выставку и улетают на зимовку в теплые края, а весной они возвращаются и возобновляют столичную прописку.

Смело ведут себя и лебеди. А во многих городах, где их содержат на прудах и озерах, лебеди подплывают к людям на зов, берут пищу из рук, позволяют даже погладить себя. Особых забот людям это не доставляет, зато как хорошо на душе от общения с живой природой в большом городе.

К сожалению, старинная русская пословица «в семье — не без урода» остается в силе и в наши дни. Время от времени мы узнаем, что то в одном, то в другом месте находятся люди, которые бездумно обижают зверей и птиц, губят их потехи ради, браконьерствуют, где только могут. Нельзя не вспомнить печальный случай, как четверо молодых негодяев — два парня и две девицы — погубили доверчивого лебедя Борьку, жившего в Москве на Чистых прудах. Позже, там же, в Москве, пьяный молодой человек погубил черного австралийского лебедя, почти ручного. Такой же случай года три тому назад произошел и в Уфе. Когда в парке имени Якутова поселили на пруду двух белоснежных лебедей, нашелся пьяный подлец, который убил и унес одну из птиц.

Однако ручаться за то, что подобных злых деяний не будет в будущем и в других местах — нельзя. Поэтому хочется сказать всем:

— Берегите природу! Любите и берегите траву, цветы, деревья. Любите и охраняйте птиц, зверей и других полезных животных. Они — украшение нашей земли. Они — наши друзья. Они — наша радость. С ними и человек становится лучше, чище, внутренне красивее, благороднее, сильнее. И не позволяйте никому предавать доверие животных к человеку.

Галки профессора Лоренца

В частной лавке, торгующей животными, Конрад Лоренц увидел молодую галку с еще желтой каемкой по краю рта, и купил ее. Он хотел накормить ее и выпустить на волю. А получилось так, что галка прижилась в доме, стала любимицей и так привязалась к своему воспитателю, что отказывалась хотя бы недолго побыть одной. Назвали ее Джок. Она летала за ним из комнаты в комнату и издавала отчаянные крики, если ее оставляли в одиночестве. А так как профессор прекрасно имитировал крик галки, то она и вовсе стала предпочитать его всем окружающим людям. Когда он совершал прогулки — пешком или на велосипеде — галка всегда сопровождала его, как верная собака. Она то летела рядом, то обгоняла его и вновь возвращалась. Иногда она присоединялась к стае ворон, но потом возвращалась к хозяину, увлекая за собой и всю стаю.

Любовь и привязанность к воспитателю побуждали галку по-своему ухаживать за ним. Она даже пыталась кормить его червями. Сев на плечо Лоренца, галка настойчиво старалась наполнить его рот массой из измельченных червей, смоченных ее слюной. Когда Лоренц закрывал рот и отворачивался, то в это же время он вынужден был оберегать свое ухо, иначе заботливая галка заполнила бы его канал своей пищей.

Ручная галка вызвала желание у профессора изучить подробнее жизнь этих интересных птиц. Так у него на крыше дома появились вольеры со множеством свободно живущих ручных галок, переселившихся затем на чердак. Наблюдая за ними, Лоренц узнал много интересных подробностей об их жизни, поведении, приспособлении к среде. Оказывается, молодые галки не обладают врожденной реакцией на опасных для них хищников, в отличие от большинства других птиц, таких как сорока, кряква или зарянка, которые всегда начеку и готовы спасаться бегством при первом появлении кошки, лисицы или даже белки. И независимо от того, кем выращены эти птицы — родителями или человеком, — они всегда ведут себя очень осторожно. Молодая сорока никогда не позволит кошке поймать себя. Кряква сразу реагирует на появление рыжей шубки лисицы, будь то даже шкура, передвигаемая человеком на веревочке. Узнавание врага — врожденный инстинктивный акт. У галок такая способность развивается лишь в процессе личного опыта. Молодая галка спокойно будет сидеть на месте, когда к ней подкрадывается кошка, а то и сама подлетит к носу сидящего дворового пса. Не удивительно, что стая молодых галок, выросших у К. Лоренца и получивших возможность свободно летать, сильно поредела в первую же неделю.

Выявилась и такая очень интересная врожденная реакция галок, как преследование любого, кто держит в руках движущийся черный предмет. Если в доме имеется одна галка — можно брать ее в руки, посадить в клетку, подрезать чересчур отросшие когти, и все будет спокойно. Но если их две, то вторая сразу же бросится на человека, взявшего в руки ее подругу, защищая ее. Нападая, галка издает скрежещущий звук и яростно бросается на обидчика. Когда Лоренц, не зная еще этой особенности галок, взял в руки маленького черного птенца, та же ласковая ручная Джок напала на него и проклевала рану на тыльной стороне руки.

В другой раз галки напали на Лоренца при таких обстоятельствах. Однажды вечером он вернулся домой после купания в Дунае и поспешил на чердак, чтобы созвать галок и закрыть их на ночь. В это время он почувствовал что-то мокрое и холодное в кармане брюк. То были черные плавки. Едва Лоренц вытащил их из кармана, как в тот же миг был окружен плотным облаком свирепых скрежещущих галок, которые обрушили град страшных ударов на его руку, нарушившую закон. Было и так. Галка-самка несла в свое гнездо перо из крыла ворона и за это подверглась настоящей скрежещущей атаке своих соплеменниц. Значение такой реакции заключается в том, чтобы спасти товарища.

Любопытно, что, когда К. Лоренц держал в руках большую черную фотокамеру, галки почти не реагировали. Но как только в руках у него оказывалась сорванная с катушки пленки черная бумажная полоска, трепетавшая на легком ветерке, галки сразу же подымали свой скрежещущий крик. Именно черное, движущееся было у них сигналом для нападения. Если человек провинился перед галками раз или два — держал в руках их сородича, — они будут считать его за хищника и перестанут доверять ему. Отмечена и такая интересная деталь. Когда маленькие галчата были еще голые и светлые, профессор брал их в руки безбоязненно и безнаказанно — галки защищают только черных сородичей.

Галки отличаются от своих сестер по семейству — ворон и грачей — меньшей величиной. Селятся они чаще всего возле людей, в различных нишах, под карнизами и на чердаках высоких каменных зданий. В природе галки гнездятся в дуплах деревьев, в расщелинах высоких берегов и скал, в пустотах между камнями, иногда в старых грачиных гнездах и даже в норах сизоворонок. Являясь постоянными спутниками человека, галки и зимой держатся в населенных пунктах. В районах, где очень суровая зима, они откочевывают несколько южнее. В различных городах и районах Башкирии и Челябинской области галок иногда можно встретить и зимой.

Галки — птицы довольно компанейские. Летом и осенью они сопровождают стаи скворцов, грачей и ворон. На осенних полях они ходят вместе с грачами по жнивью или вслед за трактором по пахоте. Истребляя вредных насекомых, галки приносят пользу сельскому хозяйству. Зимой галки, как и вороны, питаются различными отбросами.

Замечено, что дикие и ручные галки неравнодушны к различным блестящим предметам. За склонность подбирать и прятать монеты галка получила и свое научное латинское название «колеус монедула» — «собирательница монет».

Похоже, что галки любят возиться и с бумагой. У одного зоолога жила ручная галка. Она свободно бродила, где ей захочется, хозяйничала на письменном столе. Однажды ее хозяин писал важный доклад. Поздней ночью закончил работу и лег спать. Утром ученый вошел в свой кабинет и увидел, что там все усыпано маленькими узенькими полосками бумаги. А на столе стояла галка и работала над последними листами его доклада. Наступив ногой на лист бумаги, она клювом захватывала за конец, поднимала голову вверх и рвала страницу на полоски.

В неволе галки не только привязываются к человеку-воспитателю, но часто вступают в дружбу с другими животными. У одного любителя была ручная галка. Летом он посадил к ней маленького грачонка, который то и дело раскрывал рот — просил есть. Понаблюдав за ним, галка подошла к кормушке, взяла мясо и стала кормить своего нового товарища по клетке. Так повторялось каждый раз: как только грачонок разевал рот — галка клала в него корм. Приемыш чувствовал себя хорошо, подрос и стал кормиться сам. Но это уже не понравилось галке, и она отгоняла его от кормушки. Похоже было, что инстинкт кормления доставлял ей удовольствие.

Своей доверчивостью галка может пробудить добрые чувства даже у гордой и необщительной птицы. У натуралиста П. Г. Болтоусова много лет жил павлин. Красивая птица вела себя самолюбиво и ни с кем не дружила. Рядом ходили куры, петух, но павлин относился к ним совершенно равнодушно. И вот во дворе появилась молодая галка. Слабенькая, крыло покалечено. Куры невзлюбили бедняжку и все норовили клюнуть ее. Она спасалась от них на дереве. Однажды она спустилась вниз, и куры напали на нее. Галка вырвалась от них и побежала под куст. А там сидел павлин. Он приподнял голову, посмотрел на непрошенную гостью и, как бы в знак приветствия, опустил голову вниз. А галка подпрыгнула раз, другой и, очутившись возле павлина, начала вдруг перебирать перья у него на голове. Павлину понравилось такое внимание. С того дня галка не отходила от павлина. Всегда сидела рядом и подолгу смотрела на него своими круглыми глазами. Иногда взбиралась ему на спину, и павлин не протестовал. А ведь прежде никого к себе даже близко не подпускал. Если куры гонялись за галкой — она сразу же бежала к павлину. Тот принимал воинственную позу, и куры отступали. Так ласковая галка подружилась с павлином и нашла в его лице защитника и друга.

Ручные галки жили у многих людей. Некоторые стали своего рода всеобщими любимицами и баловницами. В Верховинском районе Ивано-Франковской области ручная галка подружилась с ребятами-школьниками села Криворовня. Это они воспитали молодую птицу. А когда она выросла и стала свободной и независимой, ребята продолжали подкармливать ее из рук зерном, крошками хлеба и даже конфетами, которые она самостоятельно освобождала от бумажек. Дружили с этой галкой и школьники из села Березова. Ежедневно, когда после занятий в школе ребята садились на автобус, галка подлетала к ним, а затем садилась сверху на автобус и ехала на нем до Березова. Простившись там с друзьями, галка летела обратно в Криворовню. Галка свободно летала по соседним селам. Везде ее знали и приветливо относились к ней. Однажды она в клюве принесла своим друзьям-школьникам две авторучки. Кто-то заметил, что она нашла их на автобусной остановке в районном центре — Верховине. Людей смелая птица не боялась и доверяла им. Бывало, что она подлетала даже к незнакомым людям и смело садилась к ним на плечо. Сядет и спокойно посматривает в лицо человеку. Вот и любили ее во всей округе и берегли.

Ворона и Ветка

Ветка — это собака. Красивая, лохматая и умная дворняга. Она появилась у нас во дворе дома неизвестно откуда небольшим приблудившимся щенком. Прижилась, выросла и стала всеобщей любимицей. Жили мы тогда в селе Андрушевке на Киевщине.

Ветка не любила ворон. Только увидит севшую где-нибудь птицу — стрелой несется к ней, пытаясь хотя бы на лету схватить ее зубами.

Однажды мой брат Вася принес из старого парка вороненка-слетка. Он сиротливо сидел там под деревом. Видно, пробовал летать, а сил было еще мало, и он не сумел попасть обратно в гнездо. Ветка, увидев в руках вороненка, как бы обрадовалась, решив, что для нее подарок. Но ее прогнали и дали понять, что птица находится под защитой людей. Слова «фу!», каким приучают охотничьих или служебных собак не трогать кого-либо или что-либо, Ветка не знала. Но что такое «нельзя!» — понимала хорошо.

Вороненок остался жить у нас дома. Вначале он пытался удрать «пешком» и щипался клювом. Но скоро он перестал дичиться и привык к нам. Мы ухаживали за ним, кормили его, выпускали гулять во двор. Часто мы сажали его на ветку дерева, чтобы он сам слетал вниз и развивал крылья. А то просто подбрасывали вверх, приучая летать. Вороненок рос и креп с каждым днем. Называли его просто — Ворона. Она знала свою кличку, знакомые голоса членов семьи и всегда летела к ним на зов.

Постепенно Ворона привыкла к нам и стала настолько ручной, что, выучившись летать, не покинула гостеприимного дома. Полетит в парк, в поле, а домой все-таки вернется. Один раз Ворона пропадала целые сутки и, вернувшись, стала жить то дома, то в парке, среди других ворон. Ночевала она после этого где-то в парке, на дереве. А утром, как только взойдет солнце, ворона летела домой. Попав через раскрытое окно в комнату, она обходила ее, вскакивала на край кроватей и заглядывала в лица спящих. Наконец она узнавала лицо нашей матери, которая чаще других кормила птицу. Раздавалось оглушительное карканье — сигнал, что Ворона голодная и просит есть.

Позавтракав, Ворона начинала свой «рабочий день». То она улетала в парк к другим воронам и вместе с ними летала в поле, то бродила по квартире и воровала мелкие блестящие предметы: монеты, шпильки, наперстки. Схватив эту добычу в клюв, она улетала с ней в парке и, где-то спрятав, тотчас же возвращалась обратно.

Со всеми членами нашей семьи Ворона вела себя смело, вскакивала на руки, на плечо, позволяла себя гладить. Чужих — боялась. Исключение составляла семья наших школьных друзей, тоже братьев. Ворона не раз летала следом за нами в их дом, а потом нередко сама прилетала к ним в «гости». Там ее усиленно подкармливали, желая сманить к себе. А вскоре недалеко от их усадьбы произошло интересное событие, свидетелями которого мы были. На небольшом лугу, ниже сада, ходил шестилетний Ивась, младший братишка наших товарищей. Вдруг к нему откуда-то подлетела наша Ворона, села на плечо и стала щипать и дергать его за ухо. Мальчик испугался, заорал, упал на траву. Можно было лишь догадываться, что он определенно чем-то досадил ей, и птица свела с ним счеты. Отомстив, Ворона не спеша полетела куда-то низко над лугом.

Часто Ворона сопровождала нашу мать, когда она куда-нибудь шла. Идет в сад или огород — и Ворона за ней. В село — Ворона и туда следом летит. Был случай, что один из жителей села, увидев ворону, летавшую низко по улице, стал гоняться за ней с косой, думая, что она прилетела за цыплятами. Каково же было его изумление, когда ворона отлетела от него и опустилась на плечо нашей матери, шедшей по улице!

Постепенно привыкла к Вороне и Ветка. Вначале, когда вороненок бесстрашно приближался к ней, она вставала и удирала: знала, что трогать его нельзя. Но потом она освоилась и оставалась лежать, если Ворона подходила к ней.

А вскоре мы могли наблюдать такую картину. На крыльце, возле блюдечка с кусочками смоченного в молоке хлеба, хозяйничает Ворона, завтракает. В трех-четырех шагах от нее лежит Ветка, положив голову на вытянутые лапы и посматривая на еду. Но вот Вороне попался твердый кусочек, с коркой. Она берет его в клюв, несет его к Ветке и кладет перед мордой лежащей собаки. Ветка кушала, а Ворона возвращалась к блюдечку. Так повторялось не один раз.

Наевшись, Ворона всегда чистила клюв, забавно потирая его о землю. Очень часто эта процедура проделывалась на Ветке. Забравшись на лежавшую собаку, Ворона подолгу чистила клюв в густой, пышной шерсти дворняги, которой это, по-видимому, тоже доставляло приятные ощущения.

Так подружились такие далекие друг другу животные — собака и ворона. Впрочем, излишняя доверчивость и погубила Ворону: ее разорвала соседская собака. Много лет прошло с тех пор, а наша общая баловница и любимица, Ворона, вспоминается мне так ярко, будто она жила у нас всего лишь прошлым летом.

Наша ручная ворона — явление не исключительное. Эти смышленые птицы, выращенные людьми, обычно легко приручаются и привязываются к своим воспитателям.

В одном селе в Подмосковье ребята подобрали выпавшего из гнезда вороненка и коллективно воспитали его. Он подружился с котенком и ел с ним из одной миски. Но если попадал лакомый кусок, то каждый из друзей тянул его к себе. Победитель скрывался с добычей: кот в кустах, а Воронуша перелетал с куском на дерево. Когда ребята шли на реку рыбачить, Воронуша летел туда же. Мелкую рыбешку отдавали ему. Не отставал он от ребят и когда те играли в теннис. Во время их отдыха Воронуша завладевал мячом и гонял его, подталкивая клювом, по площадке. Осенью Воронушу отвезли в уголок Дурова, в Театр зверей. Там его научили всяким премудростями, и он стал артистом.

У симферопольского натуралиста П. Г. Болтоусова среди многочисленных воспитанников-птиц была и ручная серая ворона Гришка. В дом-пансионат для птиц он попал больным вороненком. Вылечив вороненка, Болтоусов выпустил его на волю. А Гришка взмахнул крыльями, сел на плечо своему спасителю и стал перебирать волосы клювом. Так и остался в доме у людей. Подружился с ручной сорокой Яшкой. Хозяина любили оба и даже ревновали друг друга. Только Гришка сядет на одно плечо к воспитателю, тут же на другое взлетает Яшка, и оба перебирают ему волосы клювом. Потом научились снимать с хозяина шапку и даже прическу ему поправляли. Гришка был непоседливой птицей. Во дворе постоянно ходил за хозяином и частенько мешал ему: то гвозди растаскивает, то щипцы унесет. Кошки не боялся и сам донимал ее: щипал ее клювом за хвост, а та отгоняла надоедливую птицу лапой.

Бывает, что взрослая ворона вступает в дружественные отношения с домашними животными без всякого приручения ее человеком. Редкий случай дружбы дикой вороны с котом наблюдал писатель Николай Тихонов и рассказал об этом в своих интересных очерках о животных. Однажды писатель возле своей дачи заметил необычную картину: на ветвях липы сидела молодая кошка Лемура, большой кот Рыжий, а рядом с ним — обыкновенная ворона. Оказалось, что они сидят просто так, ради времяпрепровождения. Но это было только начало. Выйдя утром на балкон, Тихонов увидел, что по траве бродят два существа: рядом с Рыжим ходила ворона. Кот посматривал на нее и шел рядом. Дойдя до штакетника, разделяющего дачные участки, кот пролез по низу и зашагал между цветочных гряд. Ворона легко перелетела через штакетник и опустилась рядом с котом. Так, шагая рядом, как старые знакомые, они вышли на дорогу к выходу и пошли к воротам. Дружба между вороной и котом росла. Каждое утро, часов в шесть, ворона появлялась перед дачей и, расхаживая, поджидала Рыжего. Он выходил, и они отправлялись с ней прогуливаться по участку. Друзей не раз видели на липе. Кот сидел на ветке, а ворона что-то каркала ему. Их дружба длилась долго, пока ворона не исчезла. Потом у забора нашли ее труп. Мальчишки с соседнего участка упражнялись в стрельбе из духового ружья и попали в нее. А Рыжий по утрам не раз еще выходил на улицу и ждал свою подружку-ворону.

Легко приручаются и родственники ворон — грачи. Я знал ручного грача, выросшего в семье одного сельского учителя. Это была на редкость умная ласковая птица, охотно откликавшаяся на кличку Воронок. Грач имел полную свободу действий: хотел — жил в доме, хотел — летел в колонию грачей, расположенную на больших деревьях возле пруда, и оставался там. Людей он навещал ежедневно.

В одном латвийском санатории необычную популярность среди отдыхающих завоевал грач Яшка. Беспомощным птенцом он вывалился из гнезда и сломал ногу. Его подобрал один из отдыхавших в санатории и забинтовал ему ногу. Через несколько дней грачонок, прихрамывая, уже расхаживал по дорожкам санатория. Он быстро привык к людям, смело брал из рук корм и откликался на данную ему кличку. Любимым занятием Яшки было развязывать шнурки на ботинках отдыхающих. Потом грача научили покупать себе конфеты. Он подбирал брошенные ему людьми монеты и позволял забирать их только знакомой буфетчице в обмен на конфеты. За общительный нрав и фокусы, которые он проделывал, отдыхающие прозвали грача Яшкой-массовиком.

Грачи и вороны — представители семейства вороновых (врановых). Кроме них в это семейство входят сороки, крупные черные во́роны, галки, сойки, кедровки, кукши, клушицы. И ведут они себя в природе соответственно своим врожденным особенностям и склонностям.

Серая ворона, например, обладает не одними лишь добродетелями. Эта смышленая птица занимается и разбойными делами: повадившись к гнездам других птиц, она ворует яйца и птенцов. Однако у ворон есть немало и заслуг, перекрывающих приносимый ими вред. Вороны во множестве истребляют вредных насекомых и вредных грызунов, чем помогают в охране урожая. По берегам рек они добывают моллюсков и снулую рыбу. Везде, где найдут, поедают падаль. Зимой вороны промышляют около скотных дворов, боен, элеваторов. На окраинах городов и поселков вороны становятся частыми гостями на свалках и помойках. Здесь они несут санитарную службу.

Грачи — постоянные спутники земледельцев. При сохе и плуге они ходили за ними, а сейчас столь же уверенно стайками движутся за тракторами и выбирают в бороздах и на перевернутых пластах земли всякую снедь — червей, насекомых и их личинок. Иногда грачей недолюбливают за то, что они кое-где портят посевы — выкапывают посеянное зерно и молодые всходы. Случается, грачи повреждают арбузы, дыни и клубни картофеля. Во многих местах грачам очень понравился раздельный способ уборки зерновых. Они, как контролеры, замечают, где слишком долго лежат неподобранные валки пшеницы, прилетают туда стаями и выклевывают зерна из колосьев. Таких грачей я видел в разное время на Южном Урале, в Рязанской области, в Башкирии. В целом же грачи — птицы полезные. Истреблением вредных насекомых и грызунов они приносят большую пользу и заслуживают полной реабилитации.

Смышленостью грачи не уступают воронам. Они также умеют отличать опасного человека от неопасного и при необходимости подают друг другу тревожные сигналы. Причем степень доверия к таким сигналам различна. Специалисты по поведению животных установили, что сигналы грача более высокого ранга, особенно старого самца, привлекают большее внимание, чем крики молодой птицы. Так, если молодой неопытный грач издает сигнал опасности, испугавшись какого-нибудь пустяка, другие птицы почти не обращают на это внимания. Но если тревожный сигнал издает старый самец, все грачи тотчас взлетают. У грачей информация о том, как выглядит враг, не передается по наследству, и поэтому очень многое в колонии зависит от сигналов и поведения старой опытной птицы.

Черный ворон — самый крупный из всех наших врановых птиц. Питается он падалью, отбросами, крупными насекомыми, моллюсками, мелкими мышевидными грызунами, сусликами, рыбой, при случае — яйцами и птенцами мелких певчих птиц. Иногда ворон нападает на зайчат. Зимой он подбирает отбросы на свалках, возле скотных дворов и скотобоен.

Пристрастие к падали принесло ворону мрачную славу. Издавна подметили: где ворон кружится над землей — там ищи труп. Эта особенность ворона нашла отражение в сказках, песнях и народных пословицах.

Ворон к ворону летит,
Ворон ворону кричит:
«Ворон, где б нам отобедать?
Как бы нам о том проведать?»
В действительности же, воспеваемый в песнях «черный ворон» вовсе не страшная птица и ничего зловещего в нем нет. Прирученные во́роны — а их приручают с древнейших времен — доказали, что они могут быть общительными, доверчивыми, ласковыми, веселыми и даже склонными к различным проделкам.

В Беловежской пуще один сотрудник заповедника приручил молодого ворона. Научившись летать, Петька, как назвали приемыша, пользовался полной свободой. Он летал по всему поселку заповедника, по лесу, наносил визиты в соседнюю деревню. Знакомых людей Петька не боялся. Он садился сотрудникам заповедника на плечи, на колени, позволял себя гладить. Особенно он был привязан к своему воспитателю. Стоило только Петьке увидеть его, как он тут же с отрывистым карканьем-приветствием опускался к нему на плечо, прижимался головой к его щеке или осторожно брал клювом за нос и тихонько теребил. Своему воспитателю он позволял брать себя в руки, тормошить и даже переворачивать на спину. Нередко ворон сопровождал его в походах по Пуще.

Характер у Петьки был общительный и даже озорной. Другим животным от него не было покоя: он то и дело гонялся за курами, дергал за хвосты кошек, задирал собак. Боялся только одного петуха, который однажды задал ему изрядную трепку за то, что он схватил за крыло курицу. Каждое утро Петька прилетал в сад, где стояли большие клетки с разными зверями и птицами, и начинал дразнить животных: будил куниц, которые обычно ночью бодрствовали, а днем отдыхали, пытался ущипнуть за лапу зайца, утаскивал мясо у лисят.

Как и его родичи, Петька был вороватым. Все, что лежало на виду, становилось его добычей. Стащив какую-нибудь вещь, он летал с ней по двору, а потом выкапывал клювом ямку и прятал в нее украденное. Петька прятал и избыток пищи. Однажды он попрятал украденные кусочки мяса в просушивавшейся на солнце зимней одежде: в карманах новой шубы хозяйки, в валенке, в меховой варежке. Вскоре в доме появился тяжелый запах, усиливавшийся день ото дня. В поисках причины в доме все пересмотрели, искали в подполье, подняли половицы и только когда открыли сундук, обнаружили в одежде Петькины похоронки…

Очень похожей на дружбу нашей Вороны и Ветки была дружба ворона и щенка-лайки, описанная зоологом М. Львовским. Во время работы в экспедиции на Кольском полуострове он и его жена воспитали молодого ворона, назвали его Кара. Постепенно Кара привык к людям, подружился с собакой. Ворон любил ласкаться к своим воспитателям. Садился на плечо и осторожно брал клювом за ухо или прядь волос. И никогда не делал им больно. Доверчивый Кара совсем не боялся людей, но в руки никому из чужих не давался. Он подолгу мог быть на реке или у озера возле ребят и взрослых рыболовов, которые всегда угощали его рыбой. В доме Кара любил наводить «порядки»: разбрасывал всякие мелкие вещи, сталкивал все со стола и бил посуду.

Большая взаимная привязанность возникла у Кары и щенка Чунки. Они вместе ели, играли, вместе отдыхали или спали. Часто Кара и Чунка забавлялись тем, что таскали палку или кость, пытаясь отнять ее друг у друга. Чунка хватал палку или прут зубами, а ворон — клювом и устраивали состязание: кто кого перетянет. Случалось, что ворон защищал щенка от обидчиков.

О редком случае добровольного прилета взрослого дикого ворона к людям сообщила однажды газета «Правда Украины». Каким-то образом ворон появился в киевской больнице имени Калинина. У него было вывихнуто крыло. После того, как его вылечили, Яшка остался жить в больнице и стал всеобщим любимцем. Когда один любитель птиц хотел забрать ворона домой, больные не разрешили. Дружелюбная и общительная птица не давала им унывать, скрашивала больничную обстановку и этим способствовала более быстрому выздоровлению.

Сорока, где ты?

Белобокая сорока — одна из самых недоверчивых птиц. Осторожная и чуткая, она и видит хорошо, и слышит неплохо. Стоит лишь показаться вдали человеку, собаке, лисице или волку — она сразу же затрещит, застрекочет. Ну, а все другие лесные жители — птицы и звери — хорошо понимают сорочий язык и знают, что раз сорока стрекочет по-особенному — нужно разбегаться, прятаться. За это ее и охотники недолюбливают.

Совсем по-иному ведут себя прирученные сороки.

Много лет назад мы жили на Южном Урале. Там-то одним летом наш сынишка притащил домой сорочонка-слетка. Ребята постарше нашли его в лесу возле Золотой Сопки и подарили Юре. Сорочонок едва оперился. Крылышки короткие, хвостика почти не было. Все время трепетал крылышками и кричал, требуя еды. Даже червяка глотал с каким-то захлебывающимся криком, вроде от удовольствия или, скорее, от жадности. Но как только насытится, сразу умолкает, тут же поворачивается к кормильцу хвостиком и выпускает большой, покрытый слизью, пузырек помета.

— Почему он так делает? — спрашивали ребята, помогавшие кормить сорочонка. Пришлось им разъяснить, что у птенцов и взрослых гнездовых птиц проявляется целый ряд врожденных рефлексов, связанных с кормлением. Голодные птенцы криком и писком требуют от родителей пищи. Крик и раскрытый желтый рот птенцов — безусловный сигнал для родителей. Они летят за кормом и кормят ближайшего крикуна. Когда птенец насытился и повернулся хвостиком к родителю, тот ловко подхватывает в клюв слизистый пузырек с пометом и выбрасывает его далеко от гнезда.

У большинства птиц родители кормят только кричащих птенцов. Если в гнезде окажется птенец, который не может кричать, его судьба незавидна: пропадет с голоду, или даже сами родители выбрасывают его из гнезда, как «посторонний предмет». Орнитологи наблюдали за выкармливанием птенцов через специальные открывающиеся окошки в стенах дуплянок, укрепленных под козырьком крыши. И оказалось, что птенцы в гнезде постоянно меняются местами: тот, что уже наелся, отодвигается внутрь гнезда и молчит, а к родителям подвигается другой — голодный, кричащий. И затем повторяется все сначала: птенец берет корм, а отец или мать уносят в клюве помет.

Когда наш сорочонок подрос немного, у него появилась новая особенность: наевшись, он тотчас же пятился к краю своего искусственного гнезда, поднимал хвостик и — раз! — большая клякса выбрызгивалась далеко вниз. Это тоже врожденный рефлекс у птиц. Поэтому у них в гнезде всегда чисто.

Прошло еще немного дней, и у нашего сорочонка стали вырабатываться новые привычки — приобретенные рефлексы, связанные с кормлением. Увидит сорока в руках блестящую чайную ложку, из которой кормили и поили ее — сразу кричит, просит пищи или воды. А потом сорока стала реагировать на протянутую руку: с этим раздражителем она всегда получала пищу. У нее закрепилась привычка — кричать, как только увидит руку или вытянутый палец, даже если в пальцах и корма нет.

Скажите в лесу сороке: «Сорока, где ты?» — она не отзовется и улетит. А наша сорока всегда откликалась на эти слова. Забредет, бывало, в огород или в соседний двор и нет ее. Выйду на крыльцо и громко спрашиваю: «Сорока, где ты?» И тотчас же откуда-нибудь раздается громкое, отрывистое «Э-ке-кек! э-ке-ке-кек!», и сорока во всю прыть скачет на голос. Эти слова — «сорока, где ты?» (мы ей клички так и не дали) — обычно всегда предшествовали даче ей корма и стали для нее условным сигналом — звуковым раздражителем.

Много выработалось у нашей сороки таких привычек, которых не бывает у диких птиц. Она совершенно не боялась собак, живших в нашем дворе, и почти не обращала на них внимания. Мимо большого серого кота она проходила с независимым видом и даже иногда норовила клюнуть его в глаз. А увидит, бывало, в руках ребят лопату и банку — сразу скачет за ними (когда еще не умела летать) в угол двора, где всегда для нее копали червей. И сама выхватывала червяков из разрыхленной земли.

К сожалению, сорока жила у нас недолго. Ее постигла участь нашей вороны. В соседском дворе был очень злой большой пес. И когда доверчивая сорока залетела в тот двор, пес задушил ее.

Примеров воспитания сорочат и приручения их людьми известно много. Большой проказницей была ручная сорока Пика, жившая у ленинградских биологов Э. Н. Головановой и Ю. Б. Пукинского. Она постоянно вертелась около собак — лайки и курцхаара, — стараясь выдернуть у них клочок шерсти, дернуть за ухо, потянуть за хвост. Нередко, опасаясь назойливой птицы, лайка с ворчанием забиралась под кровать. Любимым занятием сороки было таскать по комнате кусочек мяса и без конца прятать и перепрятывать его в разных местах. Иногда она прятала его под лапу лежавшего на полу пса-курцхаара. Пика имела привычку таскать и прятать разные блестящие и ярко окрашенные предметы. Инстинктивная способность устраивать кладовочки, присущая сорокам и другим птицам из семейства врановых, живущих у людей, иногда приводит к драматическим ситуациям, как это показано в опере Джоаккино Россини «Сорока-воровка».

Случается, что ручные сороки способны на добрые, прямо-таки на благотворительные дела. В одном заповеднике во дворе сотрудника жила воспитанная им сорока. Туда же залетел маленький воробышек, еще плохо летавший. Похоже было, что он потерял родителей. Малыш подскакивал к любой птице и, трепеща крыльями, ждал корма. Его кормили чужие воробьи и, как ни странно, еще чаще — сорока. Воробышек так привык к этому, что стал бегать за ней, как за матерью.

Среди людей о сороке издавна идет худая слава. Она, мол, и вредная — чужие гнезда разоряет, и вороватая, и к тому же болтливая. Действительно, некоторые грехи за сороками водятся. В весенний период они иногда разоряют гнезда лесных птиц, таскают их яйца, а то и птенцов.

В Башкирии, на озере Архимандритском, сороки как-то обворовали одного любителя подледного лова рыбы. Он оставил пойманных голавлей на льду и, пробуравливая новые лунки, ушел за лесистый поворот берега. Этим воспользовались следившие за ним с дерева сороки. У некоторых лунок они начисто подобрали оставленную рыбу, а возле других украли самых лучших голавлей и оставили тех, что похуже. А потом еще и сердились на рыбака, когда он собрал и понес домой жалкие остатки своего улова.

Так кто же все-таки сорока? Друг или враг, полезная или вредная птица? Ответ будет один — в пользу сорок. Хотя они и разбойничают по чужим гнездам, но это бывает не всегда, не везде и лишь в короткий весенний период, пока там есть яйца и птенцы. Зато целый год сороки приносят пользу, истребляя вредных насекомых, грызунов, и даже как санитары.

Летом сороки собирают на деревьях гусениц хвое- и листогрызущих вредителей. Роясь в лесной подстилке, они извлекают коконы березового пилильщика и расклевывают их. Этим сороки приносят большую пользу лесам, лесопосадкам и лесополосам. Залетая в сады, сороки очищают и их от вредителей. Осенью и в малоснежные зимы сороки рыхлят подстилку на опушках лесов и в лесополосах, достают залегающего на зиму вредного клопа-черепашку и других вредных насекомых.

В трудное зимнее время, когда под толстым слоем снега нельзя достать насекомых или грызунов, сороки переселяются ближе к людям, появляясь на окраинах сел и городов, где им легче найти себе пропитание. Часто их можно видеть возле животноводческих ферм — там всегда для них найдется пожива. В зимние месяцы сороки — постоянные гости на разных мусоросборниках и помойках, где они подбирают всякие отбросы и тем выполняют санитарную службу.

В пользу сорок, а также и ворон можно привести такой факт: оставленные ими старые гнезда охотно используют другие птицы, в частности некоторые совы и мелкие соколки, враги мышевидных грызунов. Выходит, что сороки помогают людям привлекать в леса и в лесные полосы полезных птиц.

Подводя итоги, можно сказать, что несмотря на некоторые грехи, в целом сорока — довольно полезная птица. Поэтому нельзя оправдывать всех тех, кто гоняется за ней с ружьем. Сорока — не мишень, ее нужно беречь.

Дрозд и Шарик

Среди певцов лесной птичьей «консерватории» одно из почетных мест занимают дрозды. Трудно представить себе стоголосый лесной хор без участия дроздов. О пении дрозда хорошо сказано и в известной всем балладе:

Когда леса блестят в росе
И длинен каждый лист,
Так весело бродить в лесу
И слушать птичий свист.
Щебечет дрозд, найдя себе
Среди ветвей приют,
Так громко, что в своем лесу
Проснулся Робин Гуд…
Дрозды не только мастера распевать песни. Они еще очень хорошие защитники наших лесов. Изучение пищи дроздов показало, что они поедают 77 видов различных беспозвоночных животных, преимущественно вредителей. В период выкармливания птенцов дрозды уничтожают особенно много гусениц вредных насекомых — совок, пядениц, непарного шелкопряда, листоверток, огневок, молей и других. С прилета и до отлета дрозды ревизуют ветки и листья деревьев, разыскивая свою пищу. Работают они и на земле, разгребая лапами подстилку, под которой находят различных насекомых, их личинок и куколки. Осенью дрозды дополняют свое меню ягодами. Дрозд-рябинник и название свое получил за пристрастие к ягодам рябины. Поедая ягоды рябины, калины, можжевельника, боярышника, певчие дрозды и рябинники способствуют расселению этих лесных деревьев и кустарников.

Зоологическое семейство дроздовых довольно многочисленно. Только в СССР оно включает 16 родов с 47 видами. Кроме дроздов в это семейство входят соловьи, горихвостки, зарянки, каменки, чеканы и другие. В Башкирии обитают певчий дрозд, рябинник, деряба, черный дрозд и дрозд-белобровик.

Дрозды, как и многие другие певчие птицы, обладают большим гнездостроительным искусством. Свои гнезда они устраивают в виде чашки из сухой травы и веточек, иногда скрепляя все это илом или землей. Особенным мастерством отличается певчий дрозд. Где бы ни построил он свое гнездо — на дереве, на кусте, на пеньке, а то и просто на земле — оно всегда аккуратно сложено, а внутри старательно вымазано глиной. Штукатурят свои гнезда изнутри и дрозды-рябинники.

Из всех дроздов наиболее дружно живут между собой дрозды-рябинники. Они часто селятся поблизости друг от друга, образуя гнездовую колонию. Каждый член колонии, охраняя свое гнездо, помогает и соседям. Обнаружив человека или какого-нибудь хищника возле своих владений, дрозды начинают громко кричать, с криком и тревогой вьются вокруг пришельца. А кругом еще их соседи кричат. И такой поднимается шум в лесу, что нарушитель покоя хочет-не хочет, а должен убираться восвояси. Иногда дрозды-рябинники, пытаясь отогнать от своего гнездовья человека или зверя, «обстреливают» его пометом, который выделяют на лету.

Любители пения птиц держат певчих и черных дроздов в клетках и развлекаются их песнями. Однако птицы в клетке — пленники, а не друзья. Одни из лучших певцов среди наших птиц, черные дрозды, пойманные взрослыми, а равно и выкормыши, неволю переносят хорошо, но полностью почти никогда не утрачивают своей робости и пугливости. Большой знаток певчих птиц Л. Б. Беме рассказывал, что черные дрозды, даже прожив в клетках по нескольку лет, при уборке непременно начинают метаться в каком-то ужасе, а иногда злобно шипеть на ухаживающего за ними человека.

Совсем иное дело — свободный союз птицы и человека. О том, что такой союз возможен, дрозды доказывали неоднократно.

На опушке густого лиственного леса на юге нашей страны несколько лет располагался лагерь одной археологической экспедиции. Каждое лето лагерь заселяли различные домашние и дикие животные, и он превращался в какую-то зообазу. В лагере были куры, петухи, утки. Из соседних сел появлялись щенки, котята, бездомные кошки и собаки. Потом лагерь стали навещать косули, полюбившие лагерную соль, ежи, барсуки, зайчонок, разные птицы. Появился там и дрозд Васька. Его подобрали с раненым крылом в кустах. Ему перевязали крыло, а потом дети участников экспедиции целыми днями ловили кузнечиков и других насекомых и кормили больного найденыша. Вскоре дрозд выздоровел, крыло у него зажило. Но он не улетел, а остался жить в лагере возле людей. Сидел где-нибудь на ветке и весело распевал песни. Во время завтрака или обеда он садился на плечо к своим друзьям и терпеливо ждал, когда и ему что-нибудь перепадет. Ваське очень нравилось, когда начальник экспедиции, археолог Г. Б. Федоров, печатал на машинке. Дрозд садился на металлическую мерную линейку каретки и переезжал вместе с ней то вправо, то влево. Печатать он не мешал, лишь с интересом наблюдал за пальцами человека или рассматривал, что там за черные буквы появляются на белой бумаге.

Васька подружился и со щенками. Особая дружба была у него с Шариком, с которым он порой даже ел из одной миски. Они часто бывали вместе, и людям доставляло удовольствие наблюдать их добрые взаимоотношения. Некоторое время спустя оказалось, однако, что Васька-дрозд был большим озорником и чуть было не стал причиной выселения Шарика из лагеря. Рано-рано утром, когда люди и звери еще спали, дрозд уже начинал бродить по лагерю. Он находил спавшего Шарика, свернувшегося калачиком, вертелся вокруг него, а потом подпрыгивал и клевал щенка прямо в самый кончик носа. Щенок отмахивался лапой, дрозд взлетал, но тут же опускался и снова клевал его в нос. Щенок переворачивался, закрывал морду лапами. Но Васька все клевал и клевал его в нос. Тогда Шарик, зарычав, бросался на дрозда. Тот отскакивал, а щенок гнался за ним. Васька то бежал, то слегка подлетал и вскакивал в одну из палаток. Шарик врывался туда с лаем и визгом, будил всех, бегал по головам людей, залезал под подушки, рвал одеяла. Шарика все дружно ругали, стыдили, ставили ему в пример Ваську-дрозда, который был так хорошо воспитан, что даже свою утреннюю песню заводил уже после подъема членов экспедиции. Уговоры на Шарика не действовали, и каждое утро он повторял свои дикие выходки. И тогда решили выдворить Шарика из лагеря — нельзя же было лишать людей возможности доспать самые сладкие утренние часы и минуты. И лишь случайно Г. Б. Федоров выяснил, что причиной дурного поведения Шарика был Васька-дрозд. Вернувшись как-то из одного похода на рассвете в лагерь, археолог увидел, как дрозд донимал щенка и провоцировал его на ответные действия. После того, как Шарик в погоне за Васькой ворвался в одну из палаток и там началась обычная утренняя кутерьма, «примерный» дрозд преспокойно вылетел в окно. Уселся на ветке высокого бука и чистил перышки в ожидании подъема людей, чтобы запеть им свою утреннюю песню.

Г. Б. Федоров вошел в палатку, вытащил щенка и рассказал всем, что он совсем не виноват в утренних скандалах. Шарику простили его невольные прегрешения, оставили в лагере, но спать его забирали в палатку. Васька оставался в лагере до поздней осени. А потом вместе с другими дроздами улетал зимовать в более теплые края.

Чивика и Стрижик

Люди должны радоваться, когда возле них селятся ласточки и стрижи. А почему — хорошо объяснил В. Шекспир в «Макбете». Когда король Дункан приехал в злополучный Инвернес, он сказал своему полководцу Банко: «В хорошем месте замок. Воздух чист и дышится легко». На это Банко ответил королю:

             …Тому порукой
Гнездо стрижа. Нам этот летний гость
ручается, что небо благосклонно
К убежищу. Нет выступа, столба,
Угла под кровлей, где бы не лепились
Подвешенные люльки этих птиц.
А где они гнездятся, я заметил —
Здоровый край.
Заметим, что часто за стрижей принимают городских и деревенских ласточек. Возможно, что и Шекспир оказался в плену этого предубеждения. Но все равно он прав: где гнездятся стрижи и ласточки — там, действительно, хороший и чистый воздух, а значит и здоровый край.

Ласточки относятся к отряду воробьиных и входят в самостоятельное семейство, которое в СССР представлено семью видами птиц. Из них наиболее широко распространены деревенская, городская и береговая ласточки. Эти три вида обычны и на территории Башкирии.

Отличить деревенских ласточек от городских нетрудно. У деревенских ласточек, или, как их называют в народе, касаток, лоб и горло ржаво-красные, грудь и брюшко белые или слегка рыжеватые. Боковые перья хвоста очень длинные и образуют вилку или «косицы». У городских ласточек хвост более короткий и слабовильчатый, а надхвостье и вся брюшная сторона тела белые.

Деревенские и городские ласточки большей частью селятся возле людей, устраивая свои лепные гнезда на жилых домах и хозяйственных постройках. Городские ласточки предпочитают каменные здания, и поэтому они чаще встречаются в городах, чем в деревнях.

Ласточки — птицы компанейские. Человека они не боятся, тем более, что люди издавна с любовью относятся к ним. Часто ласточки сопровождают на пастбище стадо, вылавливая спугнутых животными насекомых.

Весь световой день ласточки проводят в поисках добычи. Лишь на мгновенье присядут, пощебечут, и опять в полет. Многие десятки километров проделывают эти хлопотуньи ежедневно, вылавливая сотни и тысячи насекомых. А в период выкармливания птенцов и вовсе не ведают покоя. Только и знай, что снуют от гнезда и к гнезду с кормом. Подсчитали, что одна ласточка за лето вылавливает до миллиона различных насекомых, преимущественно вредных. Большая польза от них людям.

Смирных и доверчивых ласточек можно приручать, но в домах их обычно не держат. Кормить их нужно насекомыми, а это задача не из легких. Поэтому случаев приручения ласточек известно немного. И когда в семье жителя деревни Тренино Кадыйского района Костромской области В. И. Смирнова вырастили и приручили ласточку, она стала настоящей знаменитостью.

Как и всегда, под крышей дома ласточки выводили в своих лепных гнездах детей. И когда уже был близок конец трудной работы по их воспитанию, один птенец выпал из гнезда. Его подобрала дочка В. И. Смирнова и принесла в дом. Ласточка была еще очень слабая и не полностью оперена. Девочка сделала в картонной коробке гнездо и посадила туда птичку. Птенец освоился и стал принимать подачки — мух, комаров, мошек. И чем больше его кормили, тем шире он разевал свой рот. Девочка не справлялась с ловлей всякой мелкой живности для ласточки, и на выручку пришли ребятишки из соседних домов. Давали и пить — закапывали воду из глазной пипетки в рот. Ласточка быстро росла и вскоре уже покидала свое гнездо в картонной коробке. А потом начала летать. В комнате она облюбовала себе цветок, стоявший около окна — на нем и сидела. Стала пить воду сама — прямо из блюдечка. А напьется — заберется в воду и купается. Утром ласточка просыпалась первой, подлетала к спящим людям, садилась на плечо и тюкала клювом — просила еды. Хочешь не хочешь, вставай и корми попрошайку. Затем она и сама научилась ловить мух — очищала от них квартиру.

Когда ласточка окрепла, научилась хорошо летать и ловить мух, ее решили выпустить на волю. Девочка вынесла ласточку во двор, разжала ладони. Птичка чивикнула и улетела. Забот в доме стало меньше — не нужно самим мух ловить. Но было как-то пусто и грустно. Грустили, однако, недолго. К концу дня ласточка вернулась. Влетела в открытое окно, уселась на стол, за которым ужинала семья, и громким писком потребовала своей доли. После этого дня ласточка свободно улетала из дому и возвращалась в него через открытую форточку. Со всеми домашними она была одинаково приветлива, никого не боялась — подлетала к любому члену семьи, садилась на плечо или на руку и получала угощение.

Ласточка стала деревенской достопримечательностью. Домашние дали ей имя — Чивика и семейную фамилию. Так в деревне все и величали щебетунью — Чивика Смирнова. Однажды к хозяину зашел знакомый из района. Сидели, разговаривали, пили чай. В это время влетела ласточка и села на плечо гостю. Удивлению его не было границ. О ручных птицах он слышал немало, кое-каких и видел, но чтобы быстрокрылая и свободолюбивая ласточка была ручной — такого не видел и не слышал. Отставив в сторону стакан с чаем, гость стал усердно ловить мух и кормить так доверчиво отнесшуюся к нему птичку. Вернувшись в район, он рассказал о ласточке редактору газеты. О ней узнали в районе, а потом и в области. Конечно, Чивика ничего не знала о своей популярности и по-прежнему дружила со своими воспитателями. Когда хозяин шел в лес по ягоды — она сопровождала его, ехал на сенокос — и туда летела за ним.

Со временем ласточка познакомилась со своими сородичами и все чаще улетала с ними на луга и поляны. Даже ночевала не всегда дома. Все же своих гостеприимных хозяев Чивика не забывала. Прилетит в комнату, пощебечет, получит угощение, порадует своих воспитателей — и опять в окно, к своим крылатым товаркам. Спустя два месяца после появления в доме ласточка исчезла. Наверное, улетела с родственницами в теплые края. Ведь ласточки улетают рано — как только становится меньше насекомых.

Селятся возле людей и стрижи, представители отряда длиннокрылых. Почти в самом центре Уфы я уже несколько лет наблюдаю за двумя колониями черных стрижей. Одна из них находится под крышей пятиэтажного дома, недалеко от площади имени 50-летия Октября, а другая — в главном корпусе Башкирского сельскохозяйственного института. Стрижи, как и ласточки, типичные насекомоядные птицы. Свою добычу — комаров, мошек и других летающих насекомых они, как правило, ловят в воздухе, на лету.

В отличие от ласточек, стрижи гнезд не лепят, а строят их из стеблей, травы, листьев, волос, пуха и перьев, скрепляя и покрывая этот материал быстро твердеющей на воздухе слюной. Крылья у стрижей несколько длиннее и тоньше, чем у ласточек, а при полете они постоянно издают пронзительный визг-писк. В Башкирии водится черный стриж — у него лишь горло светлое, а остальное оперение — буро-черного цвета.

Стрижа приручить труднее, чем ласточку. И все же такое бывало. Любопытную и трогательную историю о том, как стриж дружил с человеком и помог спасти его, рассказал Лев Успенский в журнале «Вокруг света». В годы войны, весной 1943 года, одна из бригад морской пехоты занимала южное побережье Финского залива. По одну сторону заросшего кустарником болота стоял второй батальон бригады, по другую — немцы. В теплые дни в воздухе летали стрижи. Однажды над передовой появился немецкий самолет-разведчик. Заработали зенитчики, и самолет, покачнувшись, ушел обратно. Мимо старшины Василия Михайлова, который в это время шел из штаба в блиндаж, с визгом пролетело несколько осколков. И тут же на дорожную пыль вблизи от старшины упало что-то черненькое и запрыгало по земле. Михайлов поймал птичку и положил на ладонь. Она тяжело дышала, перебитое правое крыло повисло. Это был стриж. Санитарка Катя Шелестова принялась лечить раненую птичку. Через час перевязанного стрижа посадили на железную заслонку в блиндаже Михайлова. Птичку кормили мухами, особенно старался Костя — приемыш батальона. Через две недели стриж уже перепархивал по землянке. Позже он вылетал наружу и отдыхал на проволочных заграждениях; еще немного погодя он стремительно носился в воздухе, не хуже других стрижей. Стриж настолько привык к старшине, что стоило тому выйти из землянки, как он с радостным визгом пикировал на него и летал вокруг. Иногда старшина старался незаметно спрятаться от птицы в кустах. Стриж метался, делал виртуозные виражи и, обнаружив своего спасителя, падал на него с высоты.

В одну из ночей отважный старшина повел группу разведчиков за линию фронта. Через два дня ночью четверо бойцов вернулись, вынырнув со стороны болота. Трое из них были ранены. Старшины с ними не было. Товарищи надеялись, что он вернется, и ждали. Прошел день, другой. На третий день надежды на его возвращение уже не оставалось. В это время Костя, а затем и Катя заметили, что стрижик не подлетал к ним, к своим кормильцам, а, сделав над ними два-три круга, с визгом мчался к болоту. Он неустанно кружился над ним и все время пикировал в одно и то же место. Катя ворвалась в блиндаж комбата:

— Товарищ комбат! Скорее! Он там — старшина! Я знаю где: под тремя елушками, средь самого болота. Он живой, ему помочь надо!

— Откуда ты взяла, Шелестова?

— А туда… туда стрижик пикирует!

В тот же вечер, как только стемнело, в сторону болота вышли два бойца. Один вернулся в полночь — не нашел он тех елочек. А в два часа ночи другой снайпер, Бышко, подошел к нашему посту с тяжело раненным старшиной. Слава стрижика еще больше возросла и облетела всю бригаду.

Шел по улице орлан

Необычное сражение удалось наблюдать команде парохода «Лахтак» в Беринговом море. Могучий белоплечий орлан выследил льдину, на которой лежали тюлени с малышами-бельками. Орлан ринулся вниз, опустился на белька и тут же подвергся атаке тюленихи-матери и других тюленей. Они сбили орлана на льдину, хватали зубами, оглушали ластами, давили телами и сбросили в воду. Как раз в это время мимо проходил «Лахтак». Моряки спустили шлюпку и подобрали погибавшую птицу. Долго выхаживали они орлана. Пять дней он отказывался от пищи. Потом стал есть мясо и рыбу, поправился, выздоровел. Летать он не мог.

Орлан привык к людям, смело ходил по судну, поднимался на мостик, везде совал свой нос. Вскоре матросы заметили за ним еще одну особенность: он предсказывал им погоду. За сутки перед штормом орлан поднимал долгий и тревожный крик. И это был довольно точный прогноз, за что моряки еще больше полюбили птицу. Но так как летать орлан почти не мог, его пришлось определить во Владивостоке в зверинец. По улицам города могучая птица шла пешком рядом с тремя моряками, провожавшими её до зверинца на новое местожительство.

Хищных птиц приручают редко, и в основном этим занимаются охотники-спортсмены, имеющие разрешение на воспитание ловчих птиц: орлов-беркутов, соколов, ястребов. Об этом мы расскажем в следующей главе. Но бывают ситуации, когда нужно помочь осиротевшей или раненой хищной птице, особенно молодой, оставшейся без родителей. В таких случаях приходится брать на себя заботу по выкармливанию и воспитанию молодого хищника.

В селе Митрофановка Кировоградской области на Украине механизаторы колхоза имени Ильича накануне жатвы разбили стан возле старой лесной полосы. И допустили при этом ошибку: расположили лагерь в том месте, где на одном дереве было гнездо степного орла. Потревоженные птицы покинули это беспокойное место и оставили в гнезде беспомощного птенца. Там его обнаружил ученик местной школы, забрал и принес к себе домой. Он заботливо ухаживал за осиротевшим орленком, кормил его мясом, рыбой, хлебом. Через месяц приемыш превратился в большую красивую птицу. И хотя орленок и подрос, но еще долго вел себя явно по-детски: бегал за мальчиком, пищал, просил еды. Потом он научился летать и стал совершать полеты по ближайшим окрестностям. Но как бы далеко он ни летал, все равно возвращался домой. Если он кружил в небе, школьник-воспитатель свистел, и орел опускался во двор или садился на телевизионную антенну. Не раз люди наблюдали, как круживший в небе орел камнем падал вниз, а потом подходил к своим знакомым курам и вместе с курицей клевал из миски хлебное крошево. Кур орел не трогал, зато воробьи, налетавшие стаями на подсолнухи, исчезли с этой стороны села.

Орлан и орел, о которых мы рассказывали, являются представителями отряда дневных хищных птиц. Всего в отряде хищных птиц на всем земном шаре насчитывается около 270 видов, а в СССР их обитает лишь 43 вида. Наши хищные птицы подразделяются на три семейства: скопиные, ястребиные и соколиные. К семейству ястребиных и относятся орлан и орел степной. Кроме них в это семейство входят осоед, коршун, ястребы, канюк, орел-беркут, могильник, стервятник, гриф, бородач, сип, змееяд и разные луни.

Хищные птицы, наделенные крепким крючковатым клювом и сильными острыми когтями, не должны вызывать у людей предубежденного отношения к ним. Конечно, хищники есть хищники, но если разобраться, то, оказывается, абсолютное большинство пернатых хищников — полезны. Истребляя множество сусликов, мелких мышевидных грызунов и крупных насекомых, хищные птицы приносят большую пользу сельскому хозяйству. Сипы, грифы и некоторые другие, питающиеся падалью, выполняют роль санитаров в природе, очищают землю от остатков других животных. Коршун, например, летая над реками и озерами, подбирает снулую рыбу, очищает берега.

Много истребителей грызунов и вредных насекомых в семействе соколиных. В него входят такие редкие и крупные соколы, как сапсан, балобан и кречет, и более мелкие — чеглок, дербник, кобчик и пустельга. Если первые ловят себе на обед и разных птиц, то мелкие соколки — кобчики и пустельги — поедают не только мышей и полевок, но и саранчу, кузнечиков, разных вредных жуков и других крупных насекомых.

В Башкирии водятся лишь небольшие соколы — чеглок, кобчик, пустельга обыкновенная и пустельга степная.

Относительно большой урон птичьему поголовью наносят ястребы: тетеревятник, перепелятник, и камышовый или болотный лунь. В отличие от своих соплеменников — лугового, полевого и степного луней, которые заглаживают свою вину истреблением вредных грызунов, болотный лунь специализировался в основном на птицах. От него страдают все мелкие птицы, чайки, кулики, крачки, утки, а кроме того, ондатры, у которых он истребляет молодняк. Одно время этих хищных птиц отстреливали без учета их вины и надобности в этом. А заодно страдали и полезные хищники, особенно канюки и коршуны, так как не все умеющие стрелять, умеют отличать вредную птицу от полезной, правого от виноватого. Кстати, каждый может отличить коршуна от ястреба по силуэтам тела и по хвосту. У коршуна хвост на конце как бы «вырезанный» в середине: наружные перья хвоста у него длиннее. У ястреба-тетеревятника такой выемки нет, хвост у него подрезан ровно. Нетрудно отличить и канюка, которого еще зовут сарычем. Хвост у него округлый, более широкий и короче, чем у тетеревятника. Общий тон окраски коричневый, низ несколько светлее, с продольными пестринами. Летая над лесом или поляной, канюк издает громкий крик: «кейй… кей…»

В деятельности хищных птиц, даже таких заядлых птицеловов, как тетеревятник, перепелятник и камышовый лунь, есть и еще одна полезная сторона, компенсирующая их вред. Она заключается в том, что они в первую очередь вылавливают и поедают слабых, больных, плохо летающих птиц, чем предотвращают возникновение и распространение среди них массовых заразных заболеваний. В таких случаях хищники как бы играют роль орудия естественного отбора и санитаров в живой природе. Известный писатель-натуралист Виталий Бианки ястребов-тетеревятников называл «куропачьи лекари». Они ловят в первую очередь слабых, больных птиц, дающих более слабое потомство. Здоровые птицы более внимательны, осторожны, быстрее скрываются от хищника, быстрее летают. И потомство у таких птиц более сильное и выносливое.

В Российской федерации еще с 1964 года существует приказ по Главохоте республики о запрещении отстрела, отлова и разорения гнезд всех видов хищных птиц в охотничьих угодьях общего пользования по всей территории РСФСР. Запрещена также выплата вознаграждения за уничтожение любых видов дневных хищных птиц и за все виды сов. Как видим, сейчас и хищные птицы взяты под защиту — к ним также требуется разумное отношение. Более того, за стрельбу по ним в лесах и на лугах виновные привлекаются к ответственности. Лишь на территории приписных охотничьих хозяйств и на участках возле птицеводческих ферм колхозов и совхозов разрешается отлов и отстрел хищных птиц, специализировавшихся на добыче домашней птицы или разводимой дичи. Подобные постановления приняты во всех союзных республиках нашей страны.

Прирученные хищные птицы — интереснейший объект изучения их повадок и изменения отношения к воспитывающему их человеку. Прекрасно описал свои наблюдения писатель Александр Грин в рассказе «История одного ястреба». Писатель купил выпавшего из гнезда маленького ястреба-перепелятника у подобравшего его мальчика для того, чтобы вырастить его и отпустить на волю. Дикий ястребенок долго и с трудом привыкал к людям, отстаивая свою независимость и проявляя строгий и неуживчивый характер. А когда он вырос и ему предоставили свободу, он сам остался жить у воспитавших его людей.

Ручного коршуна можно увидеть только в зоопарке. А жителям поселка Ставище в Киевской области это удалось и у себя дома. Как-то ребята подобрали в лесу коршуненка и подарили одному любителю животных. Тот устроил его на балконе и стал воспитывать. Птенец был сердитый, недоверчивый, но на аппетит не жаловался, ел все, что давали. Потому и рос быстро. Любил купаться. В августе он уже начал делать попытки летать, а в сентябре, неуклюже взмахивая крыльями, полетел за околицу. Вскоре он вернулся домой. После этого молодой коршун стал летать ежедневно, и полеты его становились все продолжительнее. Однажды коршун спустился во двор соседки и, выхватив из ее рук мясо, поднялся в воздух. Женщина подняла крик, и коршун, не выпуская свою добычу, сделав несколько кругов над домами, полетел в сторону леса, откуда его принесли птенцом. С тех пор он больше не вернулся к людям.

Из небольших соколов сравнительно легко приручается пустельга и труднее — кобчик. У одного натуралиста в доме жила маленькая пустельга-Пустя. Она была совершенно ручная, хотя отличалась своеобразным характером. Пустя с удовольствием сама садилась на руку или на плечо, но если кто-нибудь пробовал взять ее со спины — царапала до крови, совсем как злая кошка. Пустельга любила забираться на стол и играть там карандашами. Схватит, подбросит вверх и снова хватает, пока он катится. Она развлекалась карандашами до тех пор, пока все они не оказывались на полу. Интересно было наблюдать за Пустей, когда она смотрелась в зеркало. Разглядывая «незнакомку», она сердито топорщила перышки на затылке. Потом забегала сбоку и заглядывала за зеркало — искала, где там прячется ее молчаливая «соперница». Когда дети хозяина садились готовить уроки, Пустя вела себя тихо и смирно. Наверное, знала: будет мешать — посадят в клетку. А клетку она не любила.

Охотник Н. Каморин из города Кинешмы Ивановской области как-то осенью, возвращаясь с охоты, услышал в зарослях тальника птичий гам. Осторожно приблизившись, он увидел сидевшую на камне нахохлившуюся серо-рыжеватую пустельгу. Около нее кружились вороны, грачи и галки, пытаясь атаковать ее. У пустельги оказалось сломанным правое крыло, и охотник забрал ее домой. Птица очень быстро привыкла к людям и больше всего к хозяину. Когда он приходил с работы, она встречала его криком, требуя мяса: другого ничего не ела. Крыло у нее поджило, и она стала летать по всему дому, в котором провела остаток осени и всю зиму. Пустельга подружилась с кошкой и собакой. Кошка не только не пыталась сделать птице что-нибудь плохое, а даже отдавала ей свое мясо и мурлыкала, сидя рядом с ней. Большую часть времени пустельга проводила с охотничьей собакой Альбой. Проснувшись в шесть часов утра, птица слетала со своего места и небольшими прыжками добиралась до постели собаки, садилась ей на спину или на передние лапы, под самый нос, и будила ее. Когда наступила весна, пустельгу выпустили на свободу.

В башкирском селе Исянгулово школьники поймали подбитого кем-то кобчика. У него было повреждено крыло. Целый месяц они держали его в клетке, выхаживали, и все это время кобчик был злой, недоверчивый. Когда ребята подходили к клетке, он прижимался спиной к стенке, угрожающе водил глазами, щелкал клювом. Иногда бросался на сетку, пытаясь клюнуть. Когда поправившегося пленника выпустили на волю, он взмыл вверх, пискнул и скрылся за крышами построек. А на следующий день утром во дворе этого же дома начался куриный переполох: на скворечнике сидел кобчик, щелкал, посвистывал. То ли он просил есть, то ли нанес визит вежливости. В следующие дни кобчик также навещал гостеприимный двор, садился на то же место, посвистывал. Однажды он посидел больше обычного, сделал несколько кругов над двором до самой земли, чем вновь напугал кур, затем поднялся, еще раз-другой облетел двор и улетел. Это был его последний визит. Больше кобчик во дворе не появлялся.

Дружба с болотной совой

По дороге на Уфу быстро шла машина. Яркий свет фар освещал путь, придорожные знаки, деревья. Вдруг что-то закрыло одну из фар, и послышался удар о радиатор. Шофер резко затормозил. На дороге лежала большая птица с распластанным правым крылом. Это была сова. Она охотилась за мелкими грызунами и, ослепленная светом фар, попала под удар машины. Птица сердито шипела и щелкала клювом. Ехавшая в машине сотрудница уфимского цирка взяла раненую птицу и привезла ее в Уфу. На другой день заботливая женщина появилась с совой в руках в республиканском обществе охотников. Работавшая в правлении общества большая любительница природы и животных Оля Данченко взяла пострадавшую птицу к себе и стала заботливо ухаживать за ней.

Первые дни сова дичилась, отказывалась от корма. Девушке приходилось насильно кормить и поить свою строптивую подопечную. Постепенно необщительная птица стала привыкать к хозяйке. И когда крыло у нее зажило, сова уже совсем привыкла к девушке и привязалась к ней. Если воспитательницы долго не было дома, сова беспокоилась. А как только Оля появлялась в комнате, сова бесшумно вылетала из своего убежища и садилась ей на плечо.

Через двадцать дней сова выздоровела. Ее решили отпустить на волю и отвезли в лес. Она поднялась в воздух, покружила на окрепших крыльях и тут же подлетела к своей воспитательнице и уселась на ее плече. Как ни старались прогнать сову, она не хотела улетать от Оли. Пришлось опять забирать сову домой, в городскую квартиру. И хотя все в доме любили занятную птицу, все же она умудрялась основательно изводить своих хозяев. Ночью людям нужно спать, а сова начинала свои похождения по квартире. Ночная птица, ничего не скажешь. И так как покоя от нее никому не было, пришлось передать беспокойную птицу в гостивший тогда в Уфе зверинец. Сову поселили в клетку, и это ей не понравилось. Она с трудом привыкала к новому образу жизни, не признавала новых людей, отказывалась брать у них пищу. Только когда приезжала Оля, сова оживлялась и брала мясо из ее рук. Но однажды Оля заболела, и два дня ее не было в зверинце. Сова так затосковала, что работникам зверинца пришлось выпустить ее на волю.

Совы — одни из лучших помощников людей в борьбе с грызунами. Из 133 существующих на земле видов сов в СССР обитают 18. Наиболее распространены у нас ушастая сова, домовой сыч, неясыть, совка-сплюшка, болотная сова, филин. Все эти совы встречаются и в Башкирии.

Совы — заядлые мышатницы. За лето сова истребляет более тысячи мышей, полевок и других грызунов. А так как каждая мышь или полевка за лето уничтожает не менее килограмма зерна, получается, что одна сова сохраняет в течение года тонну хлеба. Потому-то сов и называют пернатыми кошками. Многие совы поедают и насекомых: кузнечиков, жуков, крупных гусениц.

Большинство сов — типичные ночные хищники. Ночной образ жизни сов привел к тому, что зрение у них не играет первостепенной роли, как у всех дневных птиц, и уступило место слуху. Слух у сов стал главным средством ориентации. С его помощью совы точно обнаруживают добычу, определяют расстояние и место, где она находится. Пролетая над лесными полянами, совы улавливают в ночной тишине едва слышный шорох или писк пробегающей мыши и тут же ловят ее. Благодаря мягкому и рыхлому оперению, сова подлетает к добыче совершенно бесшумно. Кроме того, на опахалах маховых перьев у сов края распушены — у них там нет крючков, скрепляющих бородки второго порядка. Такое устройство действует как глушитель звуков, и поэтому шума от рассекаемого воздуха совы не производят. Мышь и не слышит, когда к ней подлетает сова, а услышит — удирать уже поздно. Совы отличаются большой подвижностью шейных позвонков, в связи с чем они обладают способностью поворачивать голову вокруг шеи более чем на 270°. Не меняя позы, только поворачивая голову, сова может видеть все вокруг себя.

Совы, воспитанные человеком с молодого возраста, хорошо привыкают и надолго сохраняют привязанность к хозяину. Известны случаи, когда выпущенные на волю совы прилетали в лесу на зов человека.

— Савелий! — звала хозяйка, и молодая сова, воспитанная в семье одной жительницы Солнечногорского района Московской области, летела завтракать.

Приручить можно сов самых различных видов. Но степень привязанности их к людям бывает неодинаковой. При этом много значит и возраст совы. Взрослую полярную белую сову, уроженку нашего севера, приручить почти невозможно.

Немаловажное значение имеет и то, где живет приручаемая сова: все время в клетке, на положении пленницы, или пользуется хотя бы относительной свободой. Как-то в Московской области юннаты подобрали сидевшего под деревом совенка и посадили его в сделанную из ящиков клетку-вольеру. Кормили его мясом, которое подавали ему через решетку. Прошло время, совенок подрос, на голове у него образовались стоящие торчком ушки — признак ушастой совы. Он знал свою кличку, но в руки не давался и ручным не стал. Очевидно, сказалось постоянное пребывание в клетке и отсутствие непосредственных контактов с людьми.

Совсем по-иному вели себя две ушастые совы, Фенька и Филька, жившие в доме у любителя животных С. А. Шиткова. Они свободно ходили или летали по квартире и привыкли к людям, хотя и доставляли им немало всякого беспокойства. Зато хуже стало жить домашней белке и бурундуку. Зверьки не могли больше свободно разгуливать по комнате: подросшие совы не преминули бы схватить их. Поэтому белку выпускали из клетки размяться только в присутствии кого-либо из хозяев. Ночью совы не спали. Они совершали пешие путешествия по квартире, прыгали и ходили по мебели, устраивали пляски на письменном столе. Между собой совы жили дружно: ночью можно было видеть, как Фенька и Филька, тихо вереща, перебирали друг другу перья клювами.

Хорошо приручаются болотные совы, даже взрослые. Среди многочисленных воспитанников — зверей и птиц — у ленинградского натуралиста А. М. Батуева была и болотная сова, получившая имя Чим-Чим. Нельзя сказать, что она сразу подружилась со своим хозяином, но постепенно между ними сложилось некое подобие мирного сосуществования. Скорее даже сова держала «вооруженный нейтралитет». Она брала корм из рук, но все же к своему кормильцу относилась недружелюбно и часто угрожающе щелкала клювом. Днем Чим-Чим дремал под полочкой в своей клетке, а ночью Батуев выпускал его полетать по комнате.

Прошло некоторое время, и однажды Батуев увидел, что сова лежит на спине со скрюченными лапками и закрытыми глазами. Это был припадок, похоже вызванный недостатком витаминов. Такие припадки стали повторяться часто. Во время припадков Чим поломал себе хвост и маховые перья и разбил в кровь крылья. Так как во время припадков Батуев брал его в руки, чтобы он не ушибался, то как только Чим чувствовал приближение приступа, он сам с жалобным писком бежал к нему. И от прежней отчужденности птицы и ее недоверия к человеку не осталось и следа. Чим и Батуев стали настоящими друзьями. Батуев лечил Чим-Чима отваром дрожжей, богатых витаминами, который он давал ему из пипетки-капельницы. Сова привыкла к этому лекарству и сама охотно раскрывала клюв, чтобы ей вливали отвар. Постепенно припадки стали слабеть. Чим выздоровел, окреп, перелинял и стал летать. Дружба птицы и человека, возникшая во время болезни Чима, не ослабевала в дальнейшем. Десять лет длилась она, доставляя человеку истинную радость и удовольствие. Нередко поздним вечером Чим взлетал к Батуеву на колени и ласкался, как кошка. Но стоило сказать: «Чим, домой!» и сова немедленно летела к себе в клетку.

— Подобного послушания я не встречал больше ни у одной птицы! — рассказывал позже А. М. Батуев.

В Ташкенте у врача Б. А. Симонова собрана необычайно богатая коллекция птиц. Она насчитывает более 300 пернатых, относящихся к 70 видам. О ней знали многие орнитологи и просто любители птиц в нашей стране, а в 1972 году с ней познакомились и зарубежные ценители птиц. Осенью того года в Чехословакии состоялась международная выставка птиц. Более 50 своих пернатых воспитанников Б. А. Симонов возил на эту выставку, чтобы познакомить ее посетителей с питомцами гор, лесов, садов, полей и пустынь Средней Азии. Там были кеклики, майны, корольковый вьюрок, розовая чечевица, синяя птица и множество других. Особенно понравилась посетителям выставки маленькая совка-сплюшка, с большими яркими глазами и перьями-ушками. Своей общительностью она покорила всех. Сплюшка вела себя как дома: она раскланивалась с посетителями, отвечая на их приветствия. Из Чехословакии Б. А. Симонов вернулся с наградой — его коллекция птиц была удостоена большой золотой медали.

В Италии в домах нередко держат сычей. Здесь они ловят мышей, а в садах истребляют улиток и разных насекомых.

В подмосковных, калининских, новгородских, ленинградских и соседних с ними лесах водится небольшая птичка, размером и оперением напоминающая воробья. Только крючковатый нос и пуховые «очки» вокруг глаз доказывают ее принадлежность к совам. Зовут ее воробьиный сычик. Селится он в дуплах, не брезгает искусственными дуплянками и скворечниками. Воробьиный сычик — активный охотник на мышей и полевок. Без устали вылавливает он вредных грызунов. И не только вечером и ночью, но и днем. Очень полезная птичка. Приручается воробьиный сычик легко, быстро привыкает к человеку и ловит мышей в кладовых и чуланах.

Самый крупный из всех наших сов — ушастый, мохноногий филин. Его считают лесным разбойником за истребление всякой лесной живности. Однако он не пренебрегает и мелкими грызунами, мышами, крысами.

В неволе гордый филин не сразу соглашается есть предлагаемую ему пищу, даже мясо. Но если в помещении, где держат птицу, водятся мыши, он их переловит. Схватит лапой, клювом по голове — и в рот. Разумеется, отлов сов категорически запрещается, но если к людям попала раненая птица, то после выздоровления ее нужно выпустить на волю. Кстати, филин, как и другие крупные совы, не ощипывает добычу, как ястреб или сокол, а глотает ее вместе с шерстью или перьями. Поэтому опытные натуралисты дают прирученным филинам мясо, обваляв его сначала в перьях. Они нужны им для лучшего пищеварения, а потом птицы отрыгивают их в виде погадок.

Маленькие филинята, попавшие к людям в силу какой-либо случайности, приручаются и привязываются к своему воспитателю сравнительно легко. В деревне Розенталь Новосибирской области один школьник взял у ребят маленького беспризорного филина. Он поселил его на чердаке, кормил, ухаживал за ним. К концу лета филин вырос и стал летать. По зову мальчика он прилетал к нему и брал пищу из рук. Постепенно Филька изучил окружающую территорию и стал летать в соседний лес. Там он проводил большую часть времени и все реже и реже навещал своего воспитателя. А однажды он улетел и больше не вернулся.

Филины живут постоянными парами. На всю жизнь паруются, как говорят охотники. Гибель одной из птиц — тяжелое переживание для другой. Тревожно и жалобно кричит тогда филин.

Учитывая большую редкость филинов, их нужно сохранять как интересный и ценный памятник природы.

Журавли зимуют у людей

Каждую осень наши пернатые друзья и помощники покидают родные края и спешат куда-то вдаль, к местам зимовок. Летят рядами, шеренгами, беспорядочными кучками и поодиночке. Журавли летят клином, или, как говорят в народе, ключом. Летят ночью и днем. И в ясную, и в пасмурную, туманную осеннюю погоду с вышины доносится их протяжно-певучее и как бы грустное курлыканье. Осенний пролет и поднебесный крик журавлей всегда находили отзвуки в сердцах и стихах поэтов. А поэтесса З. Александрова в стихотворении «Журавли» писала:

Летят высоко журавли
Над опустевшими полями,
Лесам, где лето провели
Они кричат: «Летимте с нами!»
Как ни печально, но иногда бывает и так, что и сами журавли не могут лететь со своей стаей. Причин тому немало. Бывает, что журавль заболел, ослаб и отстал от стаи. Или слишком поздно родился и не набрался сил для далекой дороги. Случается еще и так, что подлая рука браконьера нажимает на курок, гремит выстрел, и гордая птица с перебитым крылом опускается на землю. А стая, покружив над отставшим товарищем, уходит в высоту и вновь продолжает путь в теплые края. Хорошо еще, если отставший журавль попадает в руки доброго человека. Тогда он получает и лечение, и пищу, и приют на всю зиму.

Так получилось осенью 1972 года над казахстанской степью. Жестокий человек выстрелил по стае журавлей, и один из них оказался на земле, прикрытой мокрым грязным снегом. С зовущим криком журавль бежал вслед за стаей, бил крыльями, пытаясь взлететь. Там его и подобрали добрые люди. В ближайшем селе раненому журавлю — Красавке сделали перевязку, старательно стянув перебитое крыло чистой белой бязью. От пищи журавль отворачивался и тоскливо кричал, вызывая у людей жалость к себе и в то же время недобрые чувства к человеку, стрелявшему по стае. Через три дня журавля привезли в Талды-Курган и поселили в квартире Е. Тихомировой, на третьем этаже. Журавль определенно хотел умереть. Он не пил и не ел, а только кричал и пытался содрать с крыла повязку. И если это ему удавалось ночью, то он расклевывал крыло в кровь, а утром, широко распластав крылья по полу, лежал в изнеможении у тазика с чистой, нехлорированной водой, за которой люди ходили на реку Каратал. В ветеринарной лечебнице, осмотрев журавля, определили, что у него перебиты сухожилия. Это значило, что летать он больше не сможет. Журавля стали кормить насильно, вталкивая ему в клюв тоненько нарезанные ломтики мяса и четверть таблетки тетрациклина. Журавль отбивался и больно щипал сильным клювом свою спасительницу.

Желание людей вылечить журавлика было искренним и сильным, и их настойчивость увенчалась успехом. Журавль выздоровел. Он поправился, привык к людям, а к своей хозяйке даже привязался. Вечером, когда она приходила домой с работы, журавль бежал встречать ее в коридор и приветствовал громким криком. Потом он неотступно ходил за своей хозяйкой, занимавшейся домашними делами. Весной журавль вышел на балкон, увидел небо, взволновался и как бы перестал слышать голос любимой хозяйки. Но летать он не мог — одно крыло его стало короче другого. Журавля пришлось передать в Алма-Атинский зоопарк. В одиночестве ходил он по просторному вольеру и тоскливо смотрел в небо. И если бы он мог по-человечески думать и говорить, сколько бы упреков высказал в адрес тех, кто просто так, ради спортивного интереса, бездумно стреляют по пролетающим мимо птицам.

В сельской местности, где для попавших к людям птиц больше простора, они быстрее свыкаются с неволей и свободно разгуливают не только по дому и по двору, но и по селу. В Павловске, рабочем поселке на Алтае, школьник Володя Ноговицын воспитал серого журавля, почему-то отставшего от стаи. Журавль прижился у людей, освоился, а затем стал разгуливать по поселку. Особенно ему понравились прогулки к привокзальной площади. Здесь журавль важно расхаживал возле пассажиров и собирал кусочки хлеба, которыми люди радушно угощали доверчивую птицу. Но стоило журавлю услышать голос Володи: «Жура, Жура!» и он сразу же, размахивая крыльями, бежал к мальчику. Он очень любил, когда тот угощал его ячменем. Зиму журавль провел вместе с домашней птицей в теплом сарае. Так он дождался весны и своей стаи.

Животновод алтайского совхоза «Сибирские огни» Макар Верхуша нашел запутавшегося в траве журавленка. Он освободил его из плена и принес домой. К осени журавленок вырос, окреп, но в теплые края не улетел. Перезимовал в сарае. Весной хозяин попытался свести Журку с дикими журавлями и отнес его в рощу. К вечеру журавль вернулся домой. Когда наступила и вторая осень, он не присоединился к пролетавшим на юг журавлиным стаям и снова остался с людьми. Журавль свободно гуляет по селу, часто сопровождает своего хозяина на ферму, иногда заглядывает в ремонтную мастерскую. Дома он строго следит за порядком в птичнике.

В совхозе имени Гагарина Жанадалинского района Целиноградской области хорошо знали четверку друзей. Это были два школьника, братья Коля и Сережа, и две птицы — Журка и Галка. Журавля беспомощным птенцом нашел в степи папа мальчиков. Галку ребята спасли, когда та выпала из гнезда и еще не умела летать. Птицы подружились и стали неразлучными. Правда, беспокойная Галка во время кормления иногда лезла в драку с журавлем. Птицы ежедневно сопровождали братьев в школу. Галка то улетала вперед, то возвращалась и садилась на плечо или на голову кому-нибудь из мальчиков. Журавль шагал сзади, а когда отставал — взлетал и догонял ребят на крыльях. Когда ребята заходили в школу, Галка и Журка поднимались в воздух и летели домой. Родители Коли и Сережи знали: если Журка и Галка прилетели домой, то ребята в школе, а если птиц нет, значит ребята пошли гулять.

Не следует, однако, думать, что содержать дома журавля очень легко и просто. Взятый на воспитание журавль требует очень много забот и внимания, а главное — подходящей пищи. Вот какая история произошла однажды в Челябинской области, возле Миасса. На болоте, неподалеку от озера, в какой-то проволоке запутался молодой журавленок. Мимо шла женщина, вызволила птицу из беды и принесла к себе домой. Уже через сутки гость важно выхаживал по двору и все время требовал еды. Вся беда была в том, что хлеба он ел мало, а ловить для него лягушек и рыбу не хватало ни сил, ни времени. А сам Журашка этого еще не умел делать хотя рядом и было большое озеро. В общем, недели через две женщина отдала журавля на соседний кордон. Там вначале обрадовались подарку, но вскоре и здесь Журкин аппетит всех одолел. Решили выпустить его на волю, чтобы сам добывал себе пропитание. Журавля отвезли на болото и там выпустили. Обратно он не вернулся, но через день появился на другом Няшевском кордоне на южном берегу озера Миассово. Однако и там Журашка проявил себя как лентяй и нахал. Он не хотел сам искать себе пропитание, а целыми днями вертелся возле людей и попрошайничал. Однажды даже сунул клюв в котелок с варившейся ухой и попытался вытащить из него рыбу. Чтобы избавиться от назойливого журавля, его отвозили на другую сторону озера и оставляли там. Но каждый раз он возвращался домой раньше, чем человек, который отвозил его на лодке. После этого Журавль побывал еще на одном кордоне, а потом в живом уголке детского сада при Ильменском заповеднике. Оттуда его принесли на квартиру научного сотрудника заповедника В. К. Красина. Он передал журавля в живой уголок подшефной школы, но и оттуда его скоро вернули, и журавль опять оказался на квартире у биолога. Неизвестно, как бы продолжались события, но наступила осень, начался листопад. Журавль стал беспокойный, чаще посматривал на небо. Однажды, гуляя по двору, он услышал протяжное курлыканье своих собратьев, летевших в теплые края. Журавль заволновался, а затем разбежался и, широко расправив свои окрепшие крылья, взмыл вверх и полетел догонять стаю.

Нужно сказать, что приручением журавлей люди занимались с давних времен. Прирученные журавли были уже у жителей Древнего Египта. Сохранились и дошли до наших дней древнеегипетские рисунки, изображающие домашних журавлей.

В разных местах у людей находят приют и воспитываются не только журавли, но и такие крупные птицы, как цапли и аисты. Правда, несмотря на некоторое внешнее сходство этих птиц, журавли составляют самостоятельный отряд журавлиных, а цапли и аисты входят в отряд голенастых.

Взрослая цапля — птица строгая, довольно смелая и самостоятельная. Своим острым клювом она может отразить нападение пернатых хищников. Попав к людям, она нередко пускает это оружие даже против желающего ей добра человека. Помню, как из-за цапли моя мать чуть не осталась без глаза. Мы жили тогда в большом лесу Васильковская Березина, на Киевщине. Однажды старшие братья принесли подбитую кем-то молодую цаплю. Мама взяла эту большеклювую птицу, чтобы занести в дом и покормить. Не успела она сделать и десяти шагов, как цапля отвела голову назад, нацелилась в глаз и ударила клювом. К счастью, мама успела откинуть голову, и сильный удар пришелся в бровь.

Столь же невежливо обращалась с людьми и цапля, жившая одно время в Дарвинском заповеднике. Ее подобрали с поврежденным крылом, взяли в дом и стали кормить и ухаживать за ней. А она вела себя как настоящий агрессор. Сотрудница заповедника дает ей рыбу, а цапля бьет ее клювом по руке, а то еще и в глаз метит. Натерпелись с ней горя, пока птица подлечилась. В комнате с ней жили еще два лисенка. Так она просто загоняла бедных зверьков, проходу не давала им. Боялась цапля только колючего ежа. Потом ее передали в пионерский лагерь, где за ней ухаживали ребята. За лето цапля привыкла к людям, подобрела, перестала драться, но по-настоящему ручной не стала.

Совсем иначе вела себя цапля, воспитанная девочкой Чолпон из казахского совхоза имени Абая на Эмбе. Весной в камышах цапли построили гнездо. Хитрая лисица подстерегла цаплю и растерзала ее. Увидев остатки птицы, Чолпон разыскала гнездо, в котором лежало единственное яйцо. Девочка принесла его домой и положила под гусыню. Когда из яйца вылупился птенец, Чолпон кормила его кашей, головастиками и мелкой рыбой. Цапля выросла здоровой, сильной и очень привязалась к девочке. Она росла на полной свободе и, окрепнув, стала проводить дни, а затем и ночи на Эмбе. Но девочку она не забывала. Когда Чолпон приезжала на коне к реке, цапля, распустив крылья, с радостным криком бежала ей навстречу. Чолпон часто ласково ругала цаплю за то, что она мало летала и не готовилась к предстоящей длинной осенней дороге. Чтобы заставить цаплю полетать, девочка брала цаплю в руки и подкидывала ее вверх. Описав большой круг в воздухе, цапля опять садилась возле девочки.

Цапля совершенно не боялась людей и подпускала их совсем близко. Когда летом два ташкентских туриста плыли на лодке по Эмбе, они, увидев стоявшую на берегу цаплю, решили сфотографировать ее. Один из них подошел к птице совсем близко, а она не улетела и лишь с любопытством рассматривала нежданных гостей. Человек протянул руку, желая дотронуться до смелой птицы. На такую фамильярность цапля ответила неожиданным сильным ударом острого клюва в кисть руки. А когда этот же турист поймал в небольшом заливчике лягушонка и, взяв его за заднюю лапку, поднес к цапле, она молниеносным движением схватила его и, запрокинув на спину голову, тут же проглотила.

Особой доверчивостью к людям отличаются родственники цапель по отряду голенастых аисты. Свои гнезда они всегда устраивают возле человеческого жилья — на крышах сараев, домов, на стоящем во дворе высоком дереве, даже на столбах. Люди берегут этих интересных птиц и никогда не делают им зла. В районах, где водятся аисты, знают, что эти птицы, попав к людям, быстро привыкают к ним и становятся ручными. Такие случаи были в Киевской, Винницкой, Ивано-Франковской, Брестской и во многих других областях.

В Ровенской области полем к селу Птичье шел аист с перебитым крылом. Он явно искал помощи у людей. На околице села его встретила одна женщина, взяла на руки и унесла домой. Оказав аисту первую помощь, она стала выхаживать своего пациента. Аист охотно брал пищу из рук и безропотно переносил лечебные процедуры. Когда крыло у него зажило, он ходил по двору, наведывался в огород возле дома или летел на луга искать добычи. Вечером аист летел на пастбище, находил там хозяйскую телочку и шел с ней домой. Потом аист начал наносить визиты своим родственникам, но всегда возвращался на ночь домой. Ночевал он в риге.

Осенью 1971 года один из жителей поселка Яремча Надворненского района Ивано-Франковской области собирал у подножья горы грибы и нашел обессиленного аиста, отставшего от своей стаи. Он согрел его, принес домой, назвал Гришкой и выпустил во двор. Вскоре аист подружился с гусями хозяина. Вместе с ними он и перезимовал. Но когда наступила весна, он не покинул своих друзей. Он постоянно сопровождал их к реке и важно расхаживал по берегу, наблюдая за порядком. Потом аист завел дружбу и с гусями соседних дворов. Поселковые ребята охотно подкармливали Гришу, подсовывая ему то лягушку, то жабу или рыбу. Осенью аиста навестили два его родственника. Они все долго щелкали клювами, размахивали крыльями, а потом гости улетели. Гришка и во второй раз остался зимовать возле людей. Только все чаще стал развивать свои крылья, размахивая ими, забравшись на высокий камень.

Интересную историю из жизни аистов рассказал писатель-натуралист Г. А. Скребицкий. Один год ему пришлось жить в большом селе на Украине. Во дворе дома, на старом дереве, аисты устроили гнездо и вывели аистят. Птенцы были очень прожорливы. Они целый день требовали еды, а аисты-родители по очереди с утра до вечера таскали им из болота лягушек, рыбешек, ужей. Когда птенцы уже подросли, неожиданно один из аистов-родителей исчез. Оставшийся аист трудился целый день и все равно не успевал как следует накормить троих детей. Однажды Скребицкий с товарищем пришли с рыбалки и увидели, что все три аистенка тянут из гнезда свои длинные шеи, открывают клювы и просят есть. Натуралисты залезли на дерево и стали кормить птенцов рыбой. После этого они каждый день кормили аистят наловленной для них рыбой и лягушками. Аистята так привыкли к этому, что, когда начали вылетать из гнезда, не давали людям проходу. Стоило только их покровителям показаться во дворе, как они слетали с гнезда и бросались к ним, требуя еды. Однажды аистята увязались за ними на болото. Там было много лягушек. Птенцы начали ловить их сами и с этого дня стали жить самостоятельно. В конце лета аисты перестали ночевать на дереве у гнезда. Очевидно, они примкнули к стае, готовясь к отлету. Однажды натуралисты шли с рыбной ловли домой и увидели на лугу стаю аистов. Заметив людей, птицы насторожились. Но не успела стая подняться в воздух, как от нее отделились три аиста и направились прямо к людям. Это были их бывшие питомцы. Люди угостили их рыбой и, постучав в благодарность клювами, молодые аисты вернулись к стае. Это было их последнее свидание. Вскоре аисты улетели в теплые края.

Об исключительно заботливом отношении людей к аисту несколько лет тому назад сообщалось во французской печати. В зоопарке Алжира жил аист по кличке Кля-Кля, родом из Англии. Потом с ним произошел несчастный случай, и ему раздавило обе лапки. Врач-хирург подрезал их на 10 сантиметров и приделал к культяпкам прочные башмачки. После операции хромоногий аист прожил десять лет. Пользуясь свободой, он расхаживал по улицам Алжира. А так как летать он не мог, то его заботливо кормили окрестные мальчишки.

Перепела в Самарканде

В подмосковном селе в одной семье было 12 курочек и петух. В силу необходимости хозяева отдали птиц в соседнюю деревню, расположенную в четырех километрах. Прошло несколько дней, и прежние хозяева увидели картину, умилившую и необыкновенно растрогавшую их. По дороге к их дому важно и озабоченно шагал петух, ведя за собой все куриное семейство.

Привязанность домашних птиц к своему двору, готовому и привычному корму и к своим хозяевам общеизвестна. Бывают даже случаи исключительной дружбы их с людьми. В газете «Вечерняя Москва» был интересный рассказ о ручном петухе, прожившем в городской квартире на третьем этаже более пяти лет. Утром, когда все уходили на работу, петух провожал каждого до входной двери, а вечером встречал хозяев в передней. Он прыгал к вошедшим на плечо и что-то восторженно бормотал. Было видно, что он очень рад возвращению людей.

Цыплята привыкают и привязываются не только к людям. Нередки случаи, когда их заботливо опекают кошки и собаки, выполняя роль нянек и сторожей. Известен случай, когда курочки и петух подружились с двумя лисятами и долго мирно жили в одном курятнике.

Домашние куры (а их у людей сейчас многие десятки пород), произошли от дикого предка — банкивской кустарниковой курицы, живущей еще и сейчас в лесах Индии, Бирмы и некоторых других стран юго-восточной Азии. Заметим, кстати, что из огромного числа видов живущих в природе птиц люди в течение многих тысячелетий приручили и одомашнили лишь кур, индеек, цесарок, павлинов, гусей, уток и голубей. Кроме того, приручены, но мало одомашнены страусы, лебеди, фазаны. Проводятся опыты по одомашниванию некоторых других видов птиц.

В числе одомашненных птиц особое место занимают степенные красавцы-павлины, из семейства фазановых. Мясо павлинов жесткое и невкусное, и содержат их в качестве декоративных птиц из-за красивого оперения у самцов. Родина павлинов — леса Южной Азии, главным образом Цейлон и Индия. Взрослые павлины ведут себя по отношению к человеку более сдержанно, чем их родственницы домашние куры. Молодые павлины, родившиеся в инкубаторе, отличаются большей общительностью. В одном зоопарке шотландская овчарка колли приняла под свое покровительство маленького птенца павлина. Он привык к собаке, ел с ней из одной миски, бегал за ней, как за матерью. Часто павлин осторожно очищал шерсть овчарки от застрявших в ней комочков грязи и снимал с ее морды засохшие остатки пищи. Для собаки наступили беспокойные дни, когда павлин начал летать и взбирался на всякие высоты. Она громко и тревожно лаяла, что заставляло павлина спускаться на землю.

Дикие птицы из отряда куриных — фазаны, рябчики, куропатки, тетерева, глухари, кеклики и перепела — важный объект охотничье-промыслового хозяйства. Люди всячески охраняют их, регулируют сроки и нормы отстрела, заботятся о размножении их. Для разведения фазанов в южных районах страны создаются специальные фазанарии. В них выращивают этих красивых длиннохвостых птиц, а затем выпускают в охотничьи угодья, расселяют в новые места, где раньше фазаны не водились. Фазаны и фазанки, оставляемые на племя, привыкают к людям и часто становятся совсем ручными. Случается, что егери подбирают осиротевших фазанят и выращивают их вместе с домашней птицей.

Глухари и тетерева — предмет страсти каждого охотника. Они населяют старые леса средней и северной полосы нашей Родины. Водятся они и в лесах Башкирии. Глухарь — настоящий лесовик и не любит степей. Лес дает все необходимое ему для жизни: пищу в любое время года, место для отдыха, для укрытия от сильных морозов и врагов при выведении потомства. Большую часть жизни глухарь питается растительной пищей. Зимой он кормится хвоей сосны, кедра, ели или пихты. Не отказывается от ягод рябины, калины, можжевельника. Поедает почки деревьев лиственных пород. Летом глухари пополняют свое меню насекомыми.

Глухарь — птица чуткая и недоверчивая. Лишь во время весеннего токования глухарь, обладающий прекрасным слухом, в заключительный период его знаменитой песни как бы глохнет, почти ничего не слышит и теряет обычную осторожность. Вот как писал об этом Е. Фейерабенд:

Ах, как пел глухарь, в зарю врастая,
Песню, что была ему сладка!
И не слышал он грозящей стали,
Боевого щелканья курка.
Долгое время охотники и натуралисты пытались приручить глухаря. Заманчивая мысль: всегда иметь под руками охотничье-промысловую дичь. Десятилетиями предпринимались такие попытки — и все неудачно. Взрослые дикарки, привыкшие жить в самых глухих местах, подальше от человека и цивилизации, не приручались и очень быстро погибали от различных заразных заболеваний. Ведь в природе они живут в более стерильных условиях. Не выживали и птенцы. И все же настойчивые зоологи доказали, что глухари могут жить в неволе. Успешно проводятся такие опыты в Дарвиновском заповеднике. Выведенные в инкубаторе или под курицей глухарята привыкают к людям и ведут себя как обыкновенные цыплята. Свою птичницу они хорошо знают, не боятся ее, а как увидят, что она вошла в вольер с бидончиком в руках, в котором приносит мучных червей, они сами сразу со всех сторон сбегаются к ней. Заметив в пинцете червяка, птенцы возбужденно тянутся к женщине. Подрастающие молодые глухари особенно не дичатся, хотя и не стремятся сами лезть на руки. Впрочем, один из них смело прыгал на плечи своей воспитательницы, хозяйки вольера.

Удалось приручить глухаря и зоологам Ленинградского университета, о чем рассказали профессор А. С. Мальчевский и его сотрудники. Воспитание глухаренка они начали с первых же минут появления его из яйца. Заботы о нем привели к тому, что он привык и даже привязался к людям. Где бы он ни ходил, но услышав зов, бежал к сбоим воспитателям, особенно, когда это было связано с кормлением. Подросший молодой глухарь жил на полной свободе, ходил и кормился там, где ему хотелось. Как и все куриные птицы, глухарь любил купаться в пыли, показывая всем своим видом, что ему очень нравится это занятие. Подрастая, глухарь с каждым днем осваивал все новые и новые участки леса вокруг дома. Лес одновременно и манил и пугал его. Но лето быстро прошло, зоологи закончили свою программу летних работ и уехали в Ленинград. Вместе с ними поехал и глухарь.

Считалось, что и тетерева, родственники глухарей, также не живут в неволе. Во всяком случае, в зоопарках их можно было видеть редко, и жили они там недолго. Все же удается приручать и осторожных тетеревов. В Вытегорском районе Вологодской области живет орнитолог-любитель А. Н. Смирнов. Много лет он изучает жизнь птиц и других животных, дает приют обездоленным, приручает дикарей. И то, что не удавалось сотрудникам многих зоопарков, удалось этому натуралисту: он сумел воспитать и приручить тетеревов. Их у него было двое — тетерев и тетерка. Очень дружная была семья, привязавшаяся и к своим воспитателям. Когда дочь натуралиста рассказала в Ленинградском зоопарке, что у них дома есть ручные тетерева, ей не поверили: дескать, тетерев в неволе не живет. В доказательство девушка привезла воспитанников своего отца в зоологический сад.

Лучше всех приручаются самые маленькие из отряда куриных птиц — перепела. Любителей держать у себя в доме перепелов прежде было немало повсюду, но особенно этим отличались жители среднеазиатских республик — Узбекистана, Таджикистана и Туркмении.

Когда более тридцати лет тому назад я впервые попал в Самарканд, то в первый же день своего приезда обратил внимание на обилие круглых и четырехугольных клеток с перепелами, висевших возле домиков в тихих переулках. Клетки висели под навесами, на террасах, а иногда просто на шестах под открытым небом. Проходя по пригородным кишлакам, возле домиков в зеленых усадьбах, отгороженных глухими глиняными заборами-дувалами, я слышал, как оттуда неслись позывные песни перепелов. Клетки с перепелами можно было увидеть почти у каждой чайханы.

Обычно перепелов держат из-за любви к их пению, а иногда и как бойцовых птиц. Кроме того, тушки малоценных перепелов используются для диетического питания. В Японии и в некоторых других странах разводят японских перепелов на специальных фермах для получения диетического мяса и яиц.

Перепела хорошо переносят неволю и становятся совершенно ручными. Они привыкают к своему хозяину и бегут к нему на зов и принимают с рук корм. Нередко перепела живут у людей до семи лет и больше. Орнитолог В. Е. Герман постоянно держал перепелов у себя дома и наблюдал за ними. Один перепел прожил у него много лет. Он по зову вскакивал на протянутую ладонь, брал предложенных ему мучных червей, гулял по комнате, собирая на полу крошки. Перепел не обращал никакого внимания на охотничьих собак, которые знали, что его трогать нельзя. Песня-бой этого перепела была настолько громкая, что летом через открытое окно ее можно было услышать за несколько кварталов. Характер у него был очень драчливый, и он не уживался с другими перепелами.

Любители содержания певчих перепелов, особенно старики в среднеазиатских кишлаках, содержат их в клетках с мягким потолком — из натянутого холста, марли или мелкой сетки. Это обязательное условие для предупреждения травмирования перепелов, так как эти пугливые птицы, будучи потревоженными, начинают высоко подпрыгивать, с силой ударяясь о потолок клетки. Если потолок твердый, то перепел может разбить голову и погибнуть. В жару клетки с перепелами помещают в тени деревьев, под навесами, а рано утром, до восхода солнца, их вывешивают на шестах. Самаркандские любители в прохладное время года укутывают клетки со всех сторон двумя слоями тонкой ткани, а в жаркое время нижнюю треть стенок клетки оставляют открытыми.

Кормление перепелов особых затруднений не представляет. В неволе они охотно едят просо, дробленое зерно, хлеб, зелень, различных насекомых. Обязательно нужно давать им крупный песок. А так как перепела любят купаться в песке, то его следует насыпать им в клетку.

В Средней Азии и сейчас существуют специальные базары, где продают и покупают перепелов. Причем, если стоимость обычных, только что пойманных перепелов, составляет 3–5 рублей, то проверенные особо талантливые криковые (певчие) перепела еще в 1973 году в Самарканде оценивались в 100 и более рублей.

Среди охотничье-промысловых птиц славятся и крупные дрофы. В классе птиц эти жители степей составляют самостоятельный отряд. Раньше дроф было довольно много в степях южных и центральных областей нашей страны, вплоть до Забайкалья. Водились они и в степных районах Башкирии. Распашка целинных земель, обилие охотников, которых привлекали большой вес и вкусное мясо этих птиц, несоблюдение сроков охоты привели к тому, что смирные и сравнительно мало пугливые дрофы стали редкими, а во многих районах почти полностью исчезли.

В последнее время предпринимаются попытки к одомашниванию дроф с тем, чтобы размножающихся в неволе птиц выпускать в прежние места их обитания, особенно в различные заказники и заповедники. Правда, многочисленные опыты по приручению дроф обычно кончались неудачей. Наилучших результатов в этом отношении достиг симферопольский натуралист П. Г. Болтоусов. Ему удалось разработать режим выращивания дрофят и сохранять и воспитывать их в неволе. Выросшие у него дрофы становились ручными, отзывались на свою кличку, подбегали к хозяину и охотно брали корм из его рук. Ряд лет П. Г. Болтоусов передавал выращенных им дроф для дальнейших опытов и наблюдений в зоопарк и в заповедник Аскания-Нова.

Содержащимся в неволе глухарям и другим птицам нужно предоставлять возможность заглатывать камушки и гравий, необходимые им для нормального пищеварении. У птиц нет зубов, и пищу они проглатывают сразу, не измельчая ее в ротовой полости. Но питательные вещества, содержащиеся в грубой части пищи, особенно в зерне и траве, не могут хорошо усваиваться, если ее не измельчать. Перетирание пищи у птиц происходит в мышечном отделе желудка при помощи камешков, которые служат им как бы «жерновами», (ученые зовут их гастролитами — желудочными камешками). Если гравия в желудке у птицы нет, то примерно 25 % питательных веществ из корма не усваивается и уходит в помет. Кроме того, птицы нередко погибают при этом от переполнения желудка плотными, неперетертыми частями пищи. Глухари для лучшего перетирания и переваривания в желудке такой плотной растительной пищи, как хвоя, листья осины, почки, заглатывают гравий у рек и на дорогах. В желудках этих птиц находили до 100 и больше камешков весом до 45–60 г.

Птицы должны периодически обновлять свои «жернова», так как проглоченные ранее камешки перетираются, измельчаются и удаляются из желудка через кишечник. Осенью, по первым заморозкам, старые и молодые глухари улетают на зорьке на проезжие дороги или отмели лесных рек, озер и ручьев и заглатывают там мелкие камешки, пополняют запасы «жерновов». И если в районах постоянного обитания птицам негде запастись гастролитами, то они улетают в поисках их на берега далеких рек и часто не возвращаются оттуда. Чтобы помочь птицам в трудную для них пору, охотники, работники лесоохраны и все любители природы с осени должны позаботиться о создании искусственных галечников — куч мелкого гравия, — на которых куриные птицы могли бы пополнять запасы нужных им гастролитов. Чтобы галечники не заносило зимой снегом, их закладывают под специальными навесами или под густыми кронами хвойных деревьев. При необходимости галечники периодически очищают от снега.

Забота о зверях и птицах в трудное для них время — нужное, важное и благородное дело. Только нельзя допускать, чтобы в местах сбора животных — на солонцах и галечниках — гремели выстрелы.

Говорящие птицы

Давно, еще в начальной школе, читал я рассказ про скворца, жившего у одних людей. Ручной был скворец. А у хозяина была и собачка, Жучка. Веселая и очень шаловливая. Чуть где набедокурит или надоедать начнет, ей и говорят: «Жучка, ляг!»

Однажды скворец залез в миску с водой и купался, встряхивая крылышками. В это время появилась Жучка и, увидев птицу, бросилась на нее. Но тут случилось неожиданное: скворец отскочил в сторону и громко сказал:

— Жучка, ляг!

Собака вздрогнула, остановилась и тут же улеглась на пол. Вытянув мордочку на лапах, она с недоумением смотрела на странную говорящую птицу…

В этом рассказе нет ничего неправдоподобного. Скворцы обладают очень хорошей способностью к звукоподражанию и, как и некоторые другие птицы, могут научиться произносить слова.

Вообще скворцы — великие мастера вокального искусства. К тому же они прекрасно владеют таким эстрадным жанром, как музыкальная пародия. За это их называют иногда пересмешниками. И не зря. В песне скворца можно услышать множество отрывков из чужих песен и звуков, которые он слышал. Особенно богаты ими песни скворцов, выросших в сельской местности. Чего только в них нет: тут и арии других певчих птиц, и кваканье лягушки, и рычание и лай собак, хлопанье кнута и многие другие звуки. Известны скворцы, великолепно подражающие раскатистому ржанию жеребенка, пению соловья или музыкальным мотивам. Часто скворцы так копируют чужие песни, что порою вводят в заблуждение людей. В селе Воздвиженском Сумской области, в сквере у правления колхоза часто раздавались чудесные трели соловья. С удовольствием слушали певца колхозники. Каково же было их удивление, когда однажды они обнаружили, что в сквере поет не соловей, а скворец. Видимо, он прежде жил в лесу по соседству с соловьями и прошел у них «курс вокала».

Зоолог В. В. Строков рассказывал, как однажды в станице Клетской Волгоградской области его подвел скворец, высвистывавший позывные московского радио — «Широка страна моя родная» — задолго до шести часов утра. Он вырос в скворечнике возле репродуктора, выучился петь и сбивал с толку людей, насвистывая позывные в любое время.

Один француз выучил своего домашнего скворца насвистывать «Марсельезу». И что же? От него «Марсельезу» научились насвистывать все скворцы этого района. А еще позже они хором исполняли этот национальный гимн Франции.

Особенно интересны скворцы своей способностью копировать человеческую речь — разговаривать. Прирученные скворцы чаще всего выговаривают свою кличку — ведь ее они слышат ежедневно. При специальном обучении скворцы могут произносить различные слова и небольшие фразы. Чарльз Дарвин писал, что у одного человека был скворец, который безошибочно приветствовал приходящих в дом словами «доброе утро», а уходящих — «прощай, старина!»

Описывая картины своего детства, Максим Горький рассказывал о своей бабушке и ее скворце. Кот поймал скворца. Его отняли у кота, бабушка обрезала сломанное крыло, а на место откушенной ноги ловко пристроила деревяшку. Вылечив скворца, бабушка стала учить его говорить. Упорный труд увенчался успехом. Через некоторое время скворец довольно ясно просил: «Скворушке — кашки!», а завидя бабушку, тянул что-то похожее на «дра-астуй…»

В наше время у одной ленинградки был скворец, научившийся произносить 40 слов. Не хуже попугаев. Поистине эта была талантливая птица!

Где бы ни жили животные, они всегда общаются между собой. В семье, в стае, в стаде животные постоянно дают знать друг другу о себе, о врагах, о найденной пище и о многом другом. Общение у животных осуществляется при помощи широкого арсенала средств. Сейчас принято говорить, что у животных есть свой язык звуков, жестов, поз, язык красок и рисунков, химический язык запахов.

Абсолютное большинство зверей и птиц обладают способностью передавать нужную им информацию при помощи издаваемых звуков — голосовых сигналов. Мы часто не замечаем, какое богатство издаваемых животными звуков окружает нас, и сколько разного смысла и значения вкладывают они в свои звуковые сигналы. Не случайно Александр Яшин писал:

Стоит в лес углубиться —
И уже как не дома:
Словно мы за границей —
Незнакомые лица.
Языки незнакомы.
Изучение звуковых сигналов, языка животных, как теперь говорят, позволило ученым расшифровать смысл и важное биологическое значение их для общения отдельных особей друг с другом, детьми, стаей, группой. Звуками животные призывают особей противоположного пола, приветствуют супругов, собирают стаю, оповещают о найденной пище, сзывают детей или призывают родителей, предупреждают об опасности, отпугивают врагов, выражают беспокойство, возбуждение, испуг, ярость, чувство голода, удовольствие, материнские чувства и многое другое. Разумеется, язык животных вовсе не сходен с языком людей. Примитивные звуки, издаваемые животными и полученные ими по наследству от предков, есть не что иное, как проявление их нервно-рефлекторной деятельности, врожденные рефлексы или голосовые инстинкты. В то время как люди, обладающие способностью к абстрактному, понятийному мышлению при помощи слов, сознательно переговариваются о самых различных предметах и явлениях, которые доступны человеческому уму, животные могут лишь перекликаться. Даже говорящие птицы произносят и повторяют заученные слова, не понимая их смысла. Скворца или попугая можно научить произносить слово «атом», но разве они могут понять, что это такое?

Птицы получили свои звуковые сигналы, свои песни по наследству от многих тысяч поколений предков. Ворона от рождения может каркать, но не умеет кукарекать или лаять по-собачьи. Однако многие птицы к своему видовому, наследственному, врожденному репертуару способны добавлять еще и чужие звуки и песни в результате научения или подражания. Некоторые из птиц, способных пересмешничать, могут произносить и слова человеческой речи. Таковы скворцы, индийские майны, попугаи, представители «черной» семьи — вороны, во́роны, галки, сороки и грачи, а также некоторые другие птицы. Кроме попугаев, относящихся к самостоятельному отряду птиц, все остальные говорящие птицы принадлежат к одному и тому же зоологическому отряду воробьиных и к подотряду певчих птиц. Певчие птицы характеризуются особым устройством органов дыхания. У них, оказывается, две гортани: верхняя и нижняя. Причем, именно в связи с особым сложным устройством нижней гортани и наличием в ней большого числа голосовых мышц (обычно их там бывает по 7 пар) и стоит способность птиц к пению, издаванию звуков, а у говорящих — к произношению слов.

Одно время посетители уголка Дурова видели и слышали говорящего ворона. Большая черная птица сидит нахохлившись на жердочке.

— Как тебя зовут? — спрашивает у ворона служитель.

— Ворон, — четко и ясно отвечает птица.

— Как ты хочешь, чтобы тебя звали?

— Воронуша, — отвечает обученный людьми ворон.

При определенном усердии и настойчивости можно выучить произносить слова и грача. В связи с этим мне вспоминается рассказ великого жизнелюба и певца русской природы Михаила Пришвина. Когда-то у него жил ручной грач. Писатель кормил его кашей, приговаривая: «Хочешь кашки, дурашка?» Он хотел, чтобы грач тоже говорил эти слова, но успеха так и не добился. Потом грач обрел свободу. Улетел и не вернулся. Лето оказалось неурожайное. Настало трудное, голодное время. Однажды Пришвин увидел на дереве грача. Все же мясо, белок. Решил поймать его как-нибудь, стрелять было нечем. А грач вел себя странно, почти не боялся и как бы подзадоривал охотника. Тот полез за ним с палкой на дерево. Грач перепрыгнул на соседнюю ветку. Не улетал, но и близко не подпускал. Так повторилось еще раз, еще. Азарт и досада захватили душу голодного человека. Рассердился он на грача, как на врага все равно. А грач вдруг и говорит охотнику: «Хочешь кашки, дурашка?..»

Между прочим, у большинства видов говорящих птиц лучшими учениками являются самцы. Они и в природе больше поют и подражают всяким голосам, а попав к человеку, быстрее обучаются произносить слова.

По мнению Конрада Лоренца, говорящие птицы в отдельных случаях могут научиться произносить человеческие слова после того, как слышали их всего несколько раз или даже один раз. В своей книге «Кольцо царя Соломона» ученый рассказывает о ручной вороне-самце, Гансле, который научился произносить человеческие слова и в этом искусстве мог соперничать даже с попугаями. Гансл свободно летал над селом и по его окрестностям. Часто он надолго исчезал и попадал в различные неприятные для него истории. Однажды Гансл пропадал несколько недель, а когда прилетел вновь, то Лоренц заметил, что у птицы на одной из лап оказался сломанный и неправильно сросшийся палец. Тогда же ученый узнал, как птица получила это увечье. И как ни странно, сообщил ему об этом сам Гансл. Он четко на нижнеавстрийском диалекте, как уличный сорванец, произнес новую фразу:

— Попалась в чертову ловушку!

Где и при каких обстоятельствах Гансл попал в ловушку и как ему удалось освободиться, осталось невыясненным. Но слова, услышанные им в состоянии крайне обостренного восприятия — сразу после того, как он попался в ловушку, — врезались ему в память, и он повторил их, встретившись со своим другом.

Из говорящих сорок в нашей стране наибольшей популярностью пользовался Яшка, воспитанный симферопольским натуралистом П. Г. Болтоусовым. Хозяин начал учить Яшку, когда тот был еще маленьким сорочонком. Он старался, чтобы Яшка запоминал не только отдельные слова, но и целые фразы, как бы ответы на вопросы. Кроме того, Яшка научился реагировать на отдельные сигналы и тоже словами. Слух у Яшки очень хороший, и он первый узнает, если кто-нибудь приходит к хозяину. Услышит, что кто-то пытается войти во двор через калитку, и сразу же спрашивает: «Кто там? Кто такой? Чего тебе?»

Когда хозяин знакомит своих гостей с Яшкой, птица ведет себя более деликатно и общительно. Отвечая на вопросы хозяина, сорока говорит, что ее зовут Яшка, что он хороший, что он из Симферополя, хочет есть и, наконец, приглашает посетителя приходить еще в гости. Интересно, что Яшка разговаривал с хозяином его же голосом, с той же интонацией, только несколько более слабым голосом, чем-то похожим на магнитофонную запись.

Яшку не раз экспонировали на различных выставках. На международной выставке по птицеводству в Киеве в 1966 году Яшка сильно озадачил милиционера. Ранним утром, когда на выставке посетителей еще не было, милиционер, стоявший на посту возле большой вольеры с птицами, вдруг услышал: «Яшка, пойдем! Яшка, хороший, пойдем!» Милиционер, которого звали Яковом, обернулся, посмотрел по сторонам. Никого. Кто же его зовет? Но тот же голос продолжал настойчиво приглашать куда-то. Постовой не знал что и подумать. И только когда П. Г. Болтоусов пришел кормить своих питомцев, недоразумение разъяснилось.

В 1968 году Яшку экспонировали в Москве на выставке певчих и декоративных птиц при ВДНХ. Он сразу покорил всех посетителей выставки тем, как хорошо представлялся им: «Яшка хороший! Яшка из Симферополя!» Тогда с Яшкой произошел довольно забавный эпизод. Клетка с ним стояла на небольшом ящике, который был завешен тканью. Возле Яшки всегда было много посетителей, слушавших его «разговор». Но вот однажды сюда пришел какой-то гражданин, явно навеселе. Послушал, как говорит Яшка, и обратился к публике со словами:

— Не верьте, что это птица говорит. Вот здесь, в этом ящике, спрятан магнитофон, он и издает слова.

Посетители, конечно, забеспокоились. Тогда П. Г. Болтоусов разрешил проверить, что находится в ящике. Подвыпивший гражданин открыл ящик, стал смотреть и, разумеется, ничего не нашел. Посетители обрадованно рассмеялись. Недоверчивый гражданин растерялся и чтобы выйти из неловкого положения, заискивающе спросил Яшку: «Яшка хороший?» И тут все услышали: «Яшка хороший, а ты дурак!» Это ругательное слово Яшка усвоил от кого-то. Хозяин почти отучил птицу от него, а тут Яшка вспомнил его и применил, как видим, вполне уместно.

Наибольшую славу среди говорящих птиц завоевали попугаи. Почти все они обладают великолепными способностями к звукоподражанию, а многие еще очень хорошо обучаются произносить слова. Говорю многие, так как в отряде попугаев насчитывается 317 видов их, обитающих буквально во всех тропических странах и, конечно, не все они обладают одинаковыми способностями в этом отношении. Попугаи могут выговаривать не только отдельные слова, но и целые фразы, перенимая их от хозяина и повторяя, иногда без умолку, много раз подряд. В воспроизведении человеческой речи пальма первенства принадлежит жителю лесов Западной Африки, короткохвостому серому попугаю жако. Часто это видовое название становится и именем попугая, живущего в неволе. Несколько уступают серому попугаю южноамериканские короткохвостые амазонские попугаи. Слабее имитируют человеческую речь австралийские какаду и некоторые другие попугаи.

Обычно попугаи произносят слова, которым их обучают люди или которые они сами часто слышат от людей. Заучив их, попугаи могут без устали повторять эти слова с утра до вечера. Не зря и поговорка есть: «Болтлив, как попугай». Разумеется, смысл слов в таких случаях остается недоступным попугаю. В связи с этим существует множество рассказов о попугаях, говорящих впопад и невпопад. Известен рассказ о попугае, жившем у одного купца в магазине. Здесь он очень часто слышал, как его хозяин, отпуская товар покупателям, говорил им: «По очереди, господа! Не все сразу, по очереди». Попугай также выучился произносить эти слова. Однажды случилось так, что попугай выбрался из клетки и вылетел во двор. Там его заметили галки и вороны и, слетевшись, начали дружно колотить и щипать. Бедный попугай не мог отбиться от своих врагов и только повторял:

— По очереди, господа! Не все сразу, по очереди…

Нередко попугаи произносят заученные ими слова и целые фразы довольно удачно, к месту. Это объясняется тонкостью выработанных у них условных рефлексов и способностью к дифференцированию предметов, явлений и звуковых раздражителей, а также и способностью их к смысловому обучению. Еще Чарльз Дарвин, а затем и Фридрих Энгельс писали, что попугаи способны связывать знакомые им звуки, слова, с определенными предметами, а лица — с событиями. Во многом это зависит и от воспитания птицы, от того, кто и чему учил ее. При умелом, заранее продуманном и направленном воспитании, попугая можно научить правильно подбирать слова и выражения соответственно обстановке, применительно к условиям, месту и времени. В этом отношении особых успехов достиг в последнее время парижский адвокат, председатель французской лиги защиты пернатых, Рауль Урса.

Попугаи Рауля Урса получили мировую известность: они несколько лет подряд выходили победителями на международных соревнованиях говорящих птиц. Воспитывая своих попугаев, Рауль Урса старается понять птицу, понять ее поведение и стремится к тому, чтобы она поняла, чего от нее хочет хозяин, слушала его. При обучении важная задача — заставить птицу уловить связь между словом и действием. И это ему удается. Воспитание серого попугая Жако Рауль Урса начал, когда тот был еще совсем маленьким птенцом. При этом он добивался того, чтобы звучание слов Жако связывал с теми предметами, которыми они обозначались. Жако понимал значение слов «зерно», «виноград», «пирог». Жако стал знаменитым после того, как в 1965 году выступил по радио. Слушатели были поражены, услышав разговор хозяина с попугаем: «Как тебя зовут? — Жако. — А меня? — Рауль. — Кто я тебе? — Мой милый папа. — А что ты говоришь мне каждое утро? — Доброе утро, папочка».

Разговор в таком же духе продолжался и дальше. Жако знает примерно 500 слов, и в его распоряжении не меньше чем шестьдесят тем для разговора. Он может считать в пределах до десяти и правильно отвечать на вопросы сколько будет один плюс два, один плюс четыре, пять плюс два. Жако мастерски насвистывает два десятка наиболее известных арий из опер и кинофильмов, по просьбе хозяина воспроизводит первые такты французского национального гимна — «Марсельезы», играет сигнал военной тревоги, говорит по английски «доброе утро» и «спасибо».

Второй попугай — амазон Ито, также обучен разговорам и пониманию слов. Жако и Ито могут «разговаривать» на человеческом языке — этому их обучил Рауль Урса. Начинает всегда Жако: «Ито, изобрази котенка!» — просит он, и Ито мяукает. Жако говорит: «Изобрази селезня», и тот издает «кря-кря». «Сделай голубя» — Ито воркует. А так как Ито довольно непоседлив, то Жако командует: «Сядь на жердочку, Ито». Если Ито не повинуется, то Жако, точно как хозяин, настаивает: «Сейчас же поднимись на жердочку!» Ито подчиняется. Конечно, все слова и ответы на вопросы попугаями заучены, но все же память этих птиц и правильное применение слов и фраз не может не вызвать удивления и восхищения.

Большую популярность в нашей стране приобрел попугай лори Куконя, принадлежащий ленинградскому натуралисту А. М. Батуеву. Куконя — большой говорун. В его репертуаре множество слов и фраз вроде таких: «Куконя, Куконечка, славная тварь, хулиган, хулиганишка. Что ты кричишь! Ну и вредный же ты, Кукошка. Что ты хочешь, а? Кашки, кашки, ах как вкусно, еще ложку. Ай-ай, кто там? Что ты испугался? Иди смотри телевизор». А когда его укладывают спать, он говорит: «Спать, спать, Куконечка! Спать, хороший, маленький». Как-то хозяин сел пить чай рядом с клеткой попугая, но не угостил его, как обычно. Это попугаю не понравилось и, походив вдоль клетки, он остановился и требовательным тоном сказал:

— Чего ты жрешь? Давай Кукошке кашки, картошки!

Батуев сделал вид, что не слышит, и спокойно продолжал пить чай. Уставившись на человека и порывисто кланяясь, попугай закричал с запальчивой интонацией:

— Давай мне кашки, слышишь, что тебе говорят!

Это было так неожиданно, что Куконя тотчас же получил кусочек булки с маслом. Но как к месту произнес он эти слова!

Однажды, когда Батуев вернулся домой, Куконя спросил его: «Ну, расскажи, что ты сегодня делал, а?» В другой раз один знакомый шахматист с увлечением рассказывал Батуеву о своих турнирных успехах. Куконя, внимательно слушавший рассказчика, неожиданно громко сказал: «Ну что ты врешь, ну что ты врешь, некрасиво, некрасиво!..»

Попугаи воспроизводят слова независимо от того, на каком языке произносят их хозяева. Поэтому среди них попадаются настоящие полиглоты, «знающие» много языков.

Научить говорить можно и волнистого попугайчика, хотя это удается не так легко и скоро. Наиболее говорливые из них к восьми годам могут заучить и произносить до 120–140 слов.

В числе выдающихся пересмешников и говорящих птиц почетное место занимают индийские скворцы-майны. Майны хорошо приручаются и легко переносят неволю. В Индии майн часто можно видеть сидящими в клетках на верандах домов. Они так хорошо подражают человеческой речи, что это иногда приводит к забавным недоразумениям. Бывает, что по «приказанию» майны слуга приносит чай или прохладительные напитки, подумав, что это говорит хозяин. Однажды был случай, когда слуга подвел к веранде оседланную лошадь, хотя хозяин и не собирался никуда уезжать и не давал такого распоряжения. Оказалось, его произнесла майна, слышавшая прежде такие команды хозяина.

У А. М. Батуева жила майна Чика, которая четко выговаривала более двадцати слов. В ее репертуаре были фразы: «Кто пришел? Алло, алло, кто здесь шумит? Идите к черту!» Любопытно, что Чика, как и все майны, говорит не раскрывая клюва.

В лесных чащобах Австралии встречается птица-лира. Она обладает способностью не только воспроизводить любые услышанные ею звуки, но и копировать слова человеческого разговора.

Произносить слова могут и канарейки. У А. М. Батуева жила канарейка, которую он научил произносить фразу: «Вот какие маленькие птички, маленькие птички, чудненькие птички».

У ленинградки И. Г. Двужильной молодой кенарь Пинчи перенял от своей хозяйки целые фразы и вплетает их в свою канареечную песню. Начав с обычной канареечной трели, кенарь тоненьким голоском произносит слова: «Вот какие птички, миииленькие птички, воть, воть, воть какие птички, Пинчи, Пинчи, Пинчи». Затем кенарь опять переходит на свою трель, перемежая ее этими же словами.

Птицы в клетках

Маленький Сережа поймал в саду птичку и принес ее домой. Это был чиж. Мальчик посадил его в клетку, два дня кормил и ставил ему чистую воду. На третий день он уже забыл про чижа и не переменил воду. Только, когда мама напомнила ему о птичке, Сережа стал чистить клетку. Чижик испугался и стал биться. А когда Сережа пошел за водой и забыл закрыть клетку, чижик вылетел в открытую дверку, полетел через комнату к окну, сильно ударился о стекло и упал на подоконник. Мальчик взял птичку, отнес в клетку, но она лежала на груди, распустивши крылышки, и тяжело дышала. Сережа плакал и целый день не отходил от чижика. А на другой день утром, когда мальчик подошел к клетке, он увидел, что чиж лежит на спине и закостенел. Больше Серёжа никогда не ловил птиц.

С тех пор, как Л. Н. Толстой описал эту печальную историю в своем рассказе «Птичка», прошло много десятков лет. Но как прежде, так и сейчас, в наши дни, еще есть немало людей — взрослых и ребят — любителей содержания птиц в неволе.

Из рассказов этой главы читатели могут сделать вывод, что при определенной настойчивости можно приручить и держать дома любую птицу. Даже занятного хохлатого удода, несмотря на присущий ему своеобразный оборонительный рефлекс: в случае опасности он выбрасывает на врага струю неприятно пахнущей жидкости.

Чаще всего в домах содержат певчих птиц из наиболее богатого видами отряда воробьиных. Это — чижи, щеглы, дрозды, коноплянки, варакушки, овсянки, зарянки, чечетки, соловьи, жаворонки, снегири, скворцы, канарейки и многие-многие другие. Издавна эти пленники, вынужденные жить в неволе, в клетках, привыкают к хозяину и радуют его своими приятными, то нежно-тихими, то звонкими и веселыми песнями.

Разумеется, всем живущим в неволе зверям и птицам присуще стремление к свободе. У некоторых животных рефлекс свободы проявляется настолько сильно, что, попав в неволю, они отказываются от пищи, хиреют и погибают. Ограничение свободы движений, даже временное, вызывает у взрослых зверей и птиц бурную реакцию сопротивления и попытки освободиться, часто во вред им самим, так как это подчас приводит к их увечью. Птицы, попавшие в клетку, в первое время стремятся вырваться из нее, начинают биться и калечат себя. Это особенно присуще птицам, которые совершают перелеты по ночам — певчим дроздам, соловьям, варакушкам. Сильно бьются и взлетают в клетке жаворонки и овсянки. Жаворонки вообще пугливы и имеют обыкновение взлетать свечой вверх. При этом они разбивают голову и надклювье о жесткий верх клетки. Чтобы не допускать этого, клетки для таких птиц нужно делать с мягким верхом — из холста, клеенки, мешковины, сукна.

Разные птицы привязываются к человеку из разных побуждений. Но главным мотивом для них является получение корма. По признанию многих знатоков певчих птиц, наиболее доверчивыми, неприхотливыми, общительными и веселыми квартирантами являются чижи. В то же время они довольно приятные певцы. При правильном содержании и внимательном уходе чижи живут в неволе до десяти лет.

Известный ученый-орнитолог Л. Б. Беме в книге «Жизнь птиц у нас дома» рассказывал, как в студенческие годы он поселился в Москве на частной квартире и сразу же завел себе большую клетку, а в ней восемь чижей. Чижи очень быстро привыкли к Беме. Утром, когда он ставил им в клетку корм, они, не дожидаясь пока кормушка будет на дне клетки, садились на нее и даже на руку студента. И потешали его своими песнями. Через несколько дней он попробовал выпустить чижей из клетки. Они летали по комнате, но, проголодавшись, возвращались в клетку. На ночлег чижи стали устраиваться на багетах гардин и на шнурах от отвисшей электрической проводки. Утром, когда Беме просыпался, он видел, что один или два чижа сидят у него на подушке, прыгают около головы и ведут себя независимо и свободно. Когда студент садился заниматься, чижи прыгали рядом по столу, садились на книги и бумаги. Так жил будущий ученый-орнитолог в дружбе и согласии с чижами, пока хозяева квартиры не обратили его внимание на то, что птицы сильно пачкают обои, гардины, электропроводку и подоконники. И поставили перед студентом выбор: или комната без чижей, или он сам без комнаты. На носу были экзамены, искать комнату было хлопотно. Л. Б. Беме пожертвовал своими друзьями и выпустил их.

Привыкнув к человеку, не менее общительными становятся и многие другие певчие птицы. Особенной привязанностью отличаются птицы, выкормленные людьми с малого возраста. Следует иметь в виду, что птицы становятся по-настоящему ручными только после длительного общения с человеком. Они изучают своего кормильца, привыкают к нему и потом знают только его одного. И если вы принялись за воспитание птенца, то тут уж нужно поддерживать с ним личный контакт и самому ухаживать за ним, поить и кормить его, чистить его клетку. Ведь в привыкании птицы к человеку много значит тот самый импринтинг, о котором мы уже рассказывали. Именно запечатление помогает вам получить из такой птицы, также как и из воспитанной лично собаки, любящее вас существо, друга. В связи с этим не рекомендуется передавать воспитанных птиц другим людям, а тем более продавать их. В юности у Л. Б. Беме был ручной черный дрозд, замечательный певец. Пожилые любители певчих птиц неоднократно приходили к нему с предложением продать им дрозда. Но и тогда, а затем и всю жизнь Беме считал птиц своими друзьями, а друзей, как он отвечал купцам, не продают!

Конечно, в жизни бывают случаи, когда человеку приходится отдавать своих друзей — зверей и птиц, а то и предавать их. Нередко это оправдывается сложившимися обстоятельствами. Нельзя, например, осуждать школьника Аркадия Каманина, когда он отнес на базар и продал своего попугая Илью, потом кота Егора, а затем и голубей. Деньги мальчику были нужны для того, чтобы добраться из Ташкента, где он жил с матерью и сестренкой, до фронта и попасть на службу в авиацию. Сын знаменитого летчика, одного из первых в нашей стране Героев Советского Союза Н. Н. Каманина, который вместе со своими товарищами спасал челюскинцев, Аркадий Каманин добился осуществления своей мечты. Он добрался до фронта и вскоре стал самым юным в мире военным летчиком. В 1943 году ему, исключительно храброму летчику, трижды награжденному боевыми орденами, шел пятнадцатый год.

В числе выдающихся русских ученых прошлого столетия почетное место занимает Модест Николаевич Богданов. Еще с детства он полюбил животных и затем всю свою жизнь посвятил изучению природы. Став известным зоологом, М. Н. Богданов написал популярную книгу для молодежи «Из жизни русской природы». В ней он писал о птицах, живших у него в доме и о своей дружбе с ними.

— У меня есть дрозд-рябинник, — рассказывал ученый, — которого я выкормил прошлым летом. Когда я выхожу в птичник, он летит ко мне, садится на ближайший предмет, глядит мне в глаза, машет от удовольствия крылышками и распевает песню. Недавно я уезжал недели на две, а когда вернулся, дрозд обрадовался мне не меньше моих мальчиков и целые дни все следил за мной. Сяду пить чай, он тут как тут, щиплет булку, пьет чай из блюдечка; лягу на диван — дроздик садится мне на грудь, и, пока я сплю, не слетает целую ночь.

Кстати, каждому, кто хочет привлечь к себе птиц, живущих на свободе, а равно и в неволе, нужно иметь в виду, что птицы быстрее привыкают к человеку в тех случаях, если он дает им корм, который привычен для данного вида. Поэтому насекомоядным птицам нужно давать насекомых и мясную пищу, богатую белком, мясоядным — мясо, зерноядным — зерно. В зависимости от характера пищи, бывает различной и степень общения с воспитывающим ее человеком. Это связано также и со скоростью переваривания пищи. Установлено, что насекомые перевариваются в желудке птиц за 3–4 часа, и им нужно наполнять его 5–6 раз в течение длинного летнего дня. У хищных птиц — сов, орлов, коршунов и других — мясная пища переваривается за 3–4 часа, но так как она более питательна, то эти птицы удовлетворяются большей частью одноразовым кормлением. Быстрее всего усваиваются в желудках птиц ягоды. У свиристелей, например, они проходят через пищеварительный тракт за 8-10 минут. Зерновой корм усваивается дольше — до 12, а то и 24 часов. Следовательно, насекомоядные птицы, получающие корм от человека чаще, привыкают к нему быстрее, чем зерноядные.

Некоторые любители птиц воспитывают и держат у себя дома воробьев. Воробей становится ручным лишь в том случае, если выкормить совсем маленького птенчика. Работа эта не из легких и требует очень много труда и терпения. Дождевые черви, мухи, белый хлеб в молоке — подходящая пища для выращивания птенца. Зато выросшая в неволе маленькая птичка постепенно привыкает к своему кормильцу, ждет его с кормом и тянется к нему навстречу. Выпущенный из клетки такой воспитанник проявляет трогательное внимание к своему хозяину. Он может следовать за ним по комнате, садиться на плечо, на голову, на руку, ловит на окнах мух и хозяйничает на письменном столе. А когда хозяева обедают, то он может сесть на стол, а то и на край тарелки. Маленький нахал не постесняется взять какой-нибудь понравившийся ему кусочек не только из тарелки, но и выхватить прямо из ложки. Большой знаток певчих птиц свердловский писатель-натуралист Н. Г. Никонов, характеризуя выкормленных ручных воробьев, писал: «Я не встречал более привязанных, потешных и нахальных птиц, пожалуй за исключением выкормышей скворцов». Кстати, из двух видов обитающих в наших краях воробьев — домового и полевого — лучше приручается домовый. У одного зоолога жил ручной домовый воробей. Он свободно летал по комнатам и часто ревизовал карманы своего воспитателя. Особенно нравилось ему проверять карман жилета. Ученому даже казалось, что воробью хотелось в этом кармане устроить гнездо, но для этого у него не было подружки.

В природе воробьи — наиболее осторожные птицы. Хотя они и живут рядом с человеком, но полностью ему не доверяют и всегда держатся начеку. Лишь в местах, где воробьи из поколения в поколение пользуются особым покровительством людей, они привыкают к ним настолько, что даже берут корм из рук. Одно из таких мест — знаменитый Гайд-парк в Лондоне, где кормление различных птиц стало традиционным развлечением посетителей. Вот как об этом рассказывал побывавший там известный советский артист Сергей Образцов: «Свежим утром я сидел в Гайд-парке на лавочке. Дышал липовым воздухом, таким пахучим, будто его напульверизировали одеколоном. На моей ладони лежали крошки хлеба, а на пальце сидел удивительно бесстрашный воробей и, проверяя бусинками глаз мои намерения, торопливо клевал».

Слушать пение птиц, сидя у себя дома, конечно, приятно. Ведь среди этих маленьких пленников есть такие мастера-вокалисты, что у любителей, как говорят, дух захватывает от восторга и сердце замирает. Среди любителей немало таких, которые великолепно разбираются в песнях птиц, любят их, умеют за ними ухаживать. И все же очень часто эта любовь — однобокая, любовь для себя: пусть птичка будет в моей клетке, в моем доме, пусть она поет только для меня. А разве не лучше было бы, если бы эта пичужка пела свои песни на свободе, оживляла леса и сады, тешила и радовала сердца тысяч истинных любителей природы, любителей живого? К тому же нередко бывает и так, что в той или иной роще осталась пара соловьев, несколько щеглов, чижей или других певчих птиц — и тех вылавливают коммерсанты-птицеловы. И навсегда замолкает лес. Не скоро в нем услышат люди пение птиц. Так уже получилось вокруг многих крупных городов. Постепенно замирают леса и в окрестностях Уфы.

Поучительную историю, связанную с массовым отловом соловьев, рассказал устами крестьянки Н. А. Некрасов. В роще возле села люди соловьев ловили, а те «испугалися сетей, да мимо нас и прокатили». И когда роща без птиц стала как немая, взяла крестьян тоска большая.

И положили меж собой —
Умел же бог на ум наставить —
На той поляне, в роще той
Сетей, силков вовек не ставить.
И понемногу соловьи
Опять привыкли к роще нашей,
И нынче, милые мои,
Им места нет любей и краше!
Туда с сетями сколько лет
Никто и близко не подходит,
И строго-настрого запрет
От деда к внуку переходит.
Пагубная мода содержать птиц в клетках захватывает все большее число людей. В апреле 1973 года, как сообщали в газете «Советская Башкирия», только в Уфе в клетках у любителей содержалось 7000 певчих птиц. Это по далеко не полным данным. А ведь приживаются не все птицы. Значительно больше их погибает при отлове, транспортировке и в результате неумелого, неправильного содержания и кормления. У каждой птицы своя привычная пища, а в неволе полностью обеспечить ее такой пищей трудно. Содержание птиц у себя в доме в клетке — не простое времяпрепровождение и не ребячья забава. Это занятие требует большой любви к животным, немалого труда, терпения и определенных знаний. Еще М. Н. Богданов, обращаясь к любителям певчих птиц, писал: «Если вы посадили птицу в клетку и не потрудились узнать, кто она, где живет, что ест, какие у нее привычки — извините, вы невежда, варвар». Может быть, кое-кому это покажется слишком прямолинейно, даже грубо, но сказано верно.

Замечено, что особенно часто погибают птицы, пойманные весной. Причем пойманные неделю-две тому назад птицы живы, здоровы, корм клюют и даже песни распевают, а пойманные позже — невеселы, не едят, не пьют и через два-три дня умирают. Весь секрет этого заключается в том, что прилетевшие с зимовья птицы еще не обзавелись парами, не построили гнезд и не начали выводить птенцов. Пойманные в это время, они сравнительно легко переносят неволю. Но если у птички уже есть гнездо, а в нем яички или птенцы, то будучи посаженной в клетку, она не переносит неволю. Тоска по родному гнезду и детям, усиленная рефлексом свободы, приводит беднягу к гибели. Ловить в такое время птиц — двойное преступление. Натуралист Н. Г. Никонов справедливо пишет, что птиц от пары может ловить только подлец или браконьер.

Ловля птиц — занятие не только отжившее, вредное, но и неблагородное. Она обедняет нашу природу, лишает леса и сады их защитников. В настоящее время ловля птиц в пригородных зонах и торговля ими на рынках запрещена. К сожалению, все еще находятся люди, которые не считаются с законами об охране природы и продолжают браконьерствовать. Хуже того, этим нередко занимаются и ребята-школьники. Осенью 1973 года почти в центре города Уфы четыре мальчика в течение нескольких дней вылавливали синиц во дворах домов, расположенных рядом со своей школой. Никакие уговоры не могли остановить молодых браконьеров.

Следует отметить и такой факт. В Уфе, среди любителей содержания певчих птиц, немало и таких людей, которые совершенно не занимаются подкормкой зимующих диких птиц, живущих на воле. Эти люди подчас хорошо разбираются в песнях сидящих в клетках птичек, но возле многих домов и квартир таких «любителей природы» я не видел кормушек для зимующих птиц.

Содержание птиц в неволе имеет и еще одно отрицательное значение для живой природы. Часто любители певчих птиц кормят своих питомцев муравьиными «яйцами» — куколками. Для того, чтобы набрать такого корма для пленных птиц на целую зиму, они разоряют и губят муравейники. Такие люди забывают, что только одна муравьиная семья ежедневно уничтожает многие тысячи вредных насекомых и защищает от них примерно четверть гектара леса. Поэтому здесь не лишним будет напомнить слова специалистов-зоологов, которые говорят так: тот, кто срубил дерево — браконьер, а тот, кто разрушил муравейник — браконьер во сто крат, он оставил без защиты многие сотни деревьев.

Разумеется, полностью запретить содержание певчих птиц в домах любителям нельзя. Но сократить масштабы этого занятия давно пора. Я бы, например, разрешил это лишь немногим опытным знатокам птиц, коллекционерам, ведущим с ними специальную работу по особой программе. Да еще ученым-орнитологам, которые изучают различные вопросы биологии и поведение птиц на воле и в неволе. Таких людей не так уж много, и особого ущерба птичьему поголовью в лесах и садах они не принесут. Всем остальным, желающим иметь певчих птиц у себя дома, можно рекомендовать содержать канареек или волнистых попугайчиков.

Канарейки, или точнее канареечные вьюрки, жители Канарских и Азорских островов в Атлантическом океане, откуда в конце XV века испанцы завезли их в Европу. Приятное пение заморских птиц понравилось людям, и с тех пор канарейки широко распространились по всем странам. Канарейка — единственная одомашненная певчая птичка, которая содержится только в клетках. В наших условиях канарейки на воле жить не могут. Об этом в свое время писал Д. Н. Мамин-Сибиряк «В сказке про Воронушку — Черную головушку и желтую птичку Канарейку». Любители-кенареводы вывели много пород канареек, отличающихся песнями, окраской и даже формой тела (экстерьером). Кстати, кроме классических желтых канареек есть красные, красно-вишневые, нежно-розовые, муаровые, белые, шафрановые, зеленые.

Среди канареек есть особо талантливые птицы, которые не только хорошо исполняют свою наследственную песню, но и мастерски подражают пению других птиц и музыке. Некоторые любители обучают канареек петь под музыку, для этого они используют магнитофонные записи различных арий.

У одного украинского натуралиста молодой кенарь, живший рядом с соловьем, выучился соловьиным трелям. Потом его использовали для обучения этому искусству других молодых кенарей. Благодаря этому в одном из харьковских театров появился кенарь, выступающий в концертах. Особым успехом пользовался знаменитый «Соловей» Алябьева с участием этого пернатого певца.

Иногда люди выпускают долго живших у них птиц на волю. О таком давнем обычае писал еще поэт И. С. Никитин:

Вчера я растворил темницу
Воздушной пленницы моей.
Я рощам возвратил певицу,
Я возвратил свободу ей.
Все это очень трогательно и, на первый взгляд, гуманно. Как же — зиму синица, щегол, чиж или соловей провели в клетке, в неволе, а тут вдруг их выпускают на свободу. А на воле так хорошо! Светит ласковое солнышко, зеленеют луга и поля, покрылись листьями деревья, цветут цветы. Летай и радуйся птаха! Увы, радость птицы от обретенной свободы кончается очень скоро. В неволе птица привыкла жить в клетке, на готовых кормах и разучилась сама себе добывать пищу. У нее притупились, а то и вовсе угасли многие врожденные рефлексы, особенно такие важные для жизни, как пищевые, оборонительные, ориентации на местности и сменились приобретенными в неволе условными рефлексами. Привыкнув получать корм из кормушки, птица не умеет охотиться за насекомыми и добывать себе другую пищу. Поэтому, полетав на воле, она старается вернуться назад к привычной клетке с кормушкой. Случаи возвращения птиц к людям далеко не редкость. Возвращаются в клетки щеглы, снегири, чижи, зарянки, варакушки, соловьи, синицы-московки. Однако выпущенные на волю птицы, попав в незнакомую обстановку, большей частью не могут найти свой дом и кормушку и погибают. Одни погибают от голода, другие от хищников — они же разучились увертываться от них. Поэтому опытные натуралисты говорят, что человек, взявший к себе в дом птицу, связал себя с ней навсегда, и о ее выпуске на волю не может быть и речи. Ведь это значит выгнать птицу на погибель. И уж если иногда приходится выпускать птиц из клеток, то это нужно делать не ранней весной, когда для них в природе еще очень мало пищи, а летом. В это время повсюду много летает и ползает всяких насекомых, и птицы могут привыкнуть к жизни на свободе и вновь научиться добывать себе корм. Все это нужно учитывать, прежде чем браться за содержание птиц у себя в доме.

Птицы — наши друзья и помощники, украшение природы. И пока они совсем не перевелись в наших садах, лесах и рощах, их нужно всячески охранять и беречь. Это — долг каждого человека.

Пастухи, сторожа, няньки…

Помощники чабанов

Большая отара овец пасется на обочине дороги. По сторонам посевы, поля. Кукуруза, пшеница — в весеннее время большое лакомство для овец. Но ни одна овца не сделает и шагу в сторону поля. Их уже приучили к порядку учителя-собаки. Они следят за поведением овец и не дают им нарушать порядок. Если овца все же потянется за лакомым кормом, то тут же будет немедленно наказана маленькой лохматой собачонкой. Напрасно провинившаяся овца пытается укрыться среди других овец в отаре — собака и там найдет ее и тотчас же накажет.

Так работают пастушьи собаки породы пуми, помогающие чабанам в хозяйствах Закарпатской области. В тех краях чабаны издавна, столетиями, используют в качестве верных помощников собак небольших пород пуми, пули и люкс. Смышленые псы по приказу хозяина гонят отару в указанном направлении, собирают овец в кучу или рассыпают фронтом, загоняют в кошару, сдерживают овец на подходах к садам. Пес Янко, из колхоза имени Мичурина, может пригнать сам отару за 5 километров. И если дорога идет между посевами — не допустит потравы. В хозяйствах, где используют обученных собак, отпадает необходимость искать людей для работы подпасками, что высвобождает немало рабочей силы и позволяет сокращать затраты на заработную плату.

Собаки разных пород в различных районах нашей страны, умело воспитанные чабанами, верно служат им помощниками в работе. Крупные, сильные и свирепые немецкие, кавказские и среднерусские овчарки не побоятся любого волка, бдительно служат сторожами. Знаменитый Топуш, из кавказского горного колхоза, охраняя овец, в единоборстве истребил 103 волка! Овчарки помогают чабанам и при пастьбе овец. Однако с последней работой лучше справляются маленькие лохматые венгерские овчарки. Быстрые, подвижные, выносливые и довольно сообразительные, они стали незаменимыми помощниками чабанов. Чабан смело может оставить овец на их попечение и уйти по делам, пойти на базу подготовить подкормку для овец, покушать, а то и отдохнуть. Случись что в отаре — один из помощников подаст знак громким лаем, а то и прибежит за хозяином.

В Киргизии, на высокогорном пастбище Центрального Тянь-Шаня, ягненок попал передними ножками в расщелину скалы и беспомощно повис над пропастью. Черный лохматый песик заметил это и, оставив отару на попечение товарища — большой овчарки, с громким лаем побежал к юрте чабана. Не прерывая лая, пес круто повернул возле юрты, как бы приглашая хозяина следовать за собой, и снова побежал к отаре. Поспешил туда и чабан. Он с помощью пса нашел попавшего в беду ягненка и освободил его из плена.

При длительных перегонах овец на зимние или летние пастбища, а также на мясокомбинаты собаки следят за отарой и не дают овцам разбегаться, отставать. Отбившихся овец они тотчас же наказывают, покусывая за ляжки или ухо. Вполне понятно, что для работы при стаде годится не всякая собака. Хорошо оберегать овец и управлять стадом могут только специально дрессированные собаки, обладающие к тому же хорошим слухом, зрением и обонянием. Сейчас в нашей стране создаются специальные школы по обучению — дрессировке — пастушьих собак. Собаки там проходят «общеобразовательную» и «специальную» подготовку. Каждая собака должна освоить определенные команды и беспрекословно выполнять их. По приказу чабана она должна выгнать отару, повернуть ее влево, вправо или назад, согнать животных в круг, найти потерявшихся овец. Тут же, в школе, находятся и чабаны — будущие хозяева собак. Они сами приучают их к нужным командам и к себе — важно, чтобы собаки безраздельно подчинялись лишь одному хозяину, выполняли только его команду.

Как работают собаки-пастухи, хорошо показано в научно-популярном фильме «Друг и помощник чабана». Главную роль в этом фильме исполняет пес — овчарка Чингиз. Он не только охраняет стадо овец в ночное время, но и умело управляет отарой во время пастьбы, на водопое, при перегоне и даже во время купания овец.

Чингиз — один из многочисленных воспитанников питомника пастушьего собаководства при Казахском научно-исследовательском институте животноводства. В Казахстане несколько лет тому назад имелось около 100 000 приотарных собак. Разумеется, там нужны не просто собаки, которые умеют только лаять, а специально обученные пастушьей грамоте. Вот этим и занимаются сотрудники питомника, который имеет 23 областных и межрайонных филиала. Только в течение четырех лет ими было выращено и обучено 8000 дрессированных собак, предназначенных для управления отарой и охраны овец от хищников. В школах питомника обучаются собаки 11 пород.

Специалистов — дрессировщиков собак готовят на курсах, организованных при Всесоюзном научно-исследовательском институте овцеводства и козоводства, находящемся на Северном Кавказе, в Ставрополе. Там же создан и питомник племенных собак-пастухов.

Собаки помогают пастухам и чабанам во всех странах мира. В Австралии и Новой Зеландии, странах развитого овцеводства, собаки-пастухи незаменимые помощники фермеров. Пастьба овец там идет по загонам. Овец из загона в загон перегоняют собаки. Фермер открывает загон, свистнет, и собаки стремглав несутся к отаре. Не пройдет и получаса, как овцы уже перегнаны в новый загон. Фермер только наблюдает за этой процедурой со стороны. Собаки помогают фермерам и при различных ветеринарных обработках овец. Они подгоняют овец к ваннам и душевым установкам, а обработанных овец возвращают в загон.

Обученные собаки-лайки помогают и нашим оленеводам пасти в тундре оленей. Они не дают оленям разбегаться и отставать. Собака тихонько подбежит к отставшим оленям и у самых их ног неожиданно и громко тявкнет — олени в галоп и к стаду. Если олени потерялись — найдет и пригонит на место. Собаки помогают собирать и ездовых оленей.

Обученные собаки выполняют звуковые сигналы-приказы только своего хозяина. Чужому обмануть такую собаку трудно. Тем более курьезным кажется нам случай, который произошел на окраине города Эрлангена в ГДР. Одна из овчарок, охранявших стадо овец, была совершенно сбита с толку. Условный свист пастуха, дающего указания своим собакам, издавал не только хозяин, но и два хохлатых жаворонка; из склонности к подражанию они имитировали этот звук. Вскоре, однако, выход был найден: собаки стали подчиняться приказам хозяина в тех случаях, если последние подкреплялись движениями руки или головы.

Пастушьи собаки очень преданы своим хозяевам и чрезвычайно ревностно охраняют их вещи. Известен случай, когда огромный белый пес — туркменская овчарка Дембел — остался на старом пастбище караулить брошенный чабаном старый халат. Семь дней пробыл пес на этом посту. А когда хозяин разыскал его, пес проявил обиду на него, отворачивался и отказывался от пищи.

Еще более оригинальный случай произошел в Дагестане. О нем несколько лет тому назад писали в газете «Сельская жизнь». У бригадира чабанов была очень хорошая, храбрая и умная собака. Она помогала охранять овец на горных пастбищах от хищников. Осенью, когда овец перегоняли в долины, бригадир выбросил свою старую куртку. А когда уже отъехали на порядочное расстояние, обнаружили, что нет его любимой собаки. Решив, что она находится с чабаном, выехавшим несколько раньше, бригадир успокоился и не стал искать собаку. Но ее не оказалось и там. Собака пропала. Через восемь месяцев чабаны опять перегнали овец в горы. Остановились по соседству от прошлогоднего участка — тот уже заняли чабаны соседнего колхоза. Навестив их, бригадир узнал, что его собака у них. Нашедшие ее чабаны рассказывали, что собака караулила куртку, но была крайне истощена. Трава, которая росла вокруг куртки, была вся съедена. Как вынесла собака голод и лютый холод в горах в течение восьми месяцев и выжила — осталось загадкой. Когда бригадир пришел за собакой и стал звать ее, та отвернулась от него. Ни уговоры, ни ласки не помогали: собака не желала смотреть на хозяина. Всем своим видом она словно говорила, что презирает его. И долго еще после этого собака не могла простить хозяину невольную несправедливость. Врач М. Тихилов, описавший этот случай, закончил свой рассказ словами: «Я много читал и слышал о случаях привязанности собаки к человеку. Но никогда не думал, что собака может испытать столь глубокое, истинно человеческое чувство обиды».

Бывает, правда, и так, что даже хорошие собаки начинают манкировать своими обязанностями. Английский фермер Билл Зенкок долгое время был очень доволен своей овчаркой Ласси, которая всегда добросовестно помогала ему пасти овец. Все шло хорошо, пока Билл не купил телевизор. С тех пор собака забросила свои обязанности. Едва загорится экран, она уже сидит у телевизора и никакими средствами ее невозможно прогнать. Особенно ей нравятся фильмы о животных и передачи, рекламирующие ассортимент пищи для собак.

Могут спросить: а везде ли нужно и можно держать пастушьих собак? Нет, не везде. В лесостепных районах, например, где пастбища граничат с охотничьими угодьями, пастухам не разрешается держать собак при стадах крупного рогатого скота, а кое-где и возле небольших отар овец. Особенно это касается собак, не прошедших дрессировки в специальных школах. Не обладая нужной выучкой и выдержкой, они рыщут по кустам и лугам, пугают дичь, сгоняют птиц с гнезд, уничтожают яйца, молодых птиц и зверей, чем приносят вред охотничье-промысловому хозяйству. Такой запрет распространяется и на многие районы Башкирии.

Древние и новые профессии

Есть такая ненецкая сказка. Когда собака была еще только диким предком теперешней собаки, она искала себе сильного и смелого товарища и защитника. Попробовала дружить с зайцем, но когда она стала лаять, заяц испугался и сказал, что на лай придет волк и съест их обоих. Тогда собака ушла жить к волку. Однако и волк не одобрил ее ночного лая: придет, мол, медведь и обоих задерет. Решив, что медведь-богатырь всех сильней, собака пошла к нему. Новые товарищи дружно провели день. Настала ночь. Медведь задремал, а собака опять в полночь залаяла. Проснулся медведь и принялся собаку ругать:

— Молчи ты! Чего лаешь? Услышит человек, придет, убьет нас.

Поняла собака, что и медведь трус, и пошла человека искать. Нашла и предложила жить вместе. Человек согласился и увел собаку к себе домой. В полночь, когда человек спал, собака залаяла. А человек не встает. Громче залаяла собака. Проснулся человек и сказал:

— Эй, собачка моя, коли ты голодна, так поешь, а мне спать не мешай.

Собака замолчала, поела да спать легла. С тех пор она у человека и осталась. И сейчас живет.

Так гласит сказка. А ученые говорят, что процесс приручения дикого предка собаки был довольно длительным. Когда первобытные люди каменного века вели суровую кочевую жизнь, занимались охотой и не всегда еще имели огонь, к ним подходили остроухие звери и питались остатками их пищи. Они следовали за людьми и во время охоты, в расчете на поживу. А когда самый умный из человеческой орды решил приманить этих зверей, умышленно отдав им часть добычи, процесс сближения пошел еще быстрее. Звери держались поблизости от стоянок людей и своим рычанием, воем и лаем предупреждали их о приближении хищников, вроде саблезубого тигра. Постепенно между людьми и предками собак сложился охотничий союз: звери обнаруживали добычу, люди убивали ее и часть отдавали своим помощникам. Примерно так рисуется сейчас ученым процесс сближения предка собаки с человеком, который начался где-то 40 или 50 тысяч лет тому назад.

Спустя тысячелетия, как говорят ученые — в раннем неолите, люди начали вести оседлый образ жизни и стали строить свайные жилища на воде. Тогда-то они и взяли к себе в дом собаку. Возможно, окончательное приручение этих зверей шло путем воспитания их осиротевших детенышей, подобранных в лесу и принесенных в дом наиболее сердобольными из людей или детьми. Факт, что дикая собака превратилась в домашнее животное именно в это время, подтверждается исследованиями ученых-археологов. При раскопках свайных поселений у балтийского побережья найдены черепа небольшой собаки. А это значит, что у человека уже тогда была собака и жила с ним рядом. Было это между 10 и 20 тысячелетиями до н. э.

Кто же был предком собаки? На этот вопрос единого ответа долгое время не было. Одни ученые утверждали, что это был шакал. Другие говорили, что это был волк. Третьи предком собаки считали и шакала и волка. Была и такая гипотеза: собака ведет свою родословную не от шакала и не от волка, а от общих с ними предков. Сейчас большинство ученых, в том числе и советских, считают, что домашняя собака происходит только от волка. В пользу этого утверждения свидетельствуют и генетические исследования. По числу хромосом в клетках собаки и волки не различаются между собой, а у шакалов их число иное. Этим и объясняется тот факт, что собаки и шакалы не смешиваются и не дают потомства. В то же время плодовитое потомство у собак и волков — достоверный, много раз проверенный факт.

Представляет интерес и такой факт. Несколько лет тому назад один американский ученый установил, что у домашней собаки имеется 90 характерных черт, из которых 71 можно найти и у волков. А вот у шакалов и койотов их гораздо меньше.

Но кто бы ни был предком современной собаки, человек сейчас имеет испытанного и верного друга и помощника. За тысячелетия, прошедшие со времени приручения и одомашнивания предка собаки, эти животные стали неизменными спутниками людей и занимают довольно значительное место в их жизни. Одомашнивание и искусственный отбор сильно сказались на свойствах и строении тела собаки и привели к образованию почти 400 пород собак самого различного назначения. В настоящее время все породы собак делят на три основные группы: служебные, охотничьи и декоративные (комнатные). Учитывая назначение породы и умело сочетая врожденные, инстинктивные особенности поведения собак со вновь создаваемыми у них условными рефлексами, люди научили их выполнять десятки, сотни различных видов труда.

Древнейшая профессия собаки на службе у приручившего ее человека — помощь охотникам. Издавна охота с обученной собакой была важным занятием людей, обеспечивавшим их мясом и пушниной, дававшим средства к жизни. Уже за несколько тысячелетий до нашей эры люди держали собак, назначением которых было ловить диких животных. Собака должна была найти зверя, догнать и взять его — затравить. Такие собаки были уже в Древнем Египте. Постепенно от травильных собак произошли две узкоспециализированные породы: гончие и борзые. Гончие с их острым обонянием находили зверя по следу и гнали его, подавая голос, а борзые, обладавшие большей резвостью, зоркостью и силой, преследовали его и ловили. Разнообразие объектов охоты — пернатой дичи или зверя — привело в дальнейшем к узкой специализации охотничьих собак. Сейчас во всех странах их подразделяют на шесть основных породных групп: борзые, гончие, лайки, легавые, спаниели и норные.

Норные собаки — фокстерьеры и таксы помогают охотиться на лисиц, енотов, барсуков. Эти собаки забираются в нору и выгоняют оттуда зверя под выстрел охотника. Иногда они душат его прямо в норе, а некоторые могут вытащить зверя наверх. Сейчас, когда лисиц становится меньше, а охота на полезного барсука вообще запрещается, фокстерьеров и такс можно использовать на работе по борьбе с крысами и другими грызунами.

Крысы — нахальные, плодовитые и по-своему умные зверьки, сумели расселиться по всей планете и стали настоящим бедствием. Нет ни одного города, а пожалуй и села, где бы не было этих прожорливых грызунов, посягающих на запасы продовольствия людей и фуража для скота. В катакомбах, подвалах и сточных каналах Парижа обитает шесть миллионов крыс — в среднем по одной на каждого парижанина. Ученые утверждают, что во Франции на 9 душ населения приходится одна крыса, а в Индии, наоборот, 9 крыс на одного жителя. На некоторых тихоокеанских островах на каждого жителя приходится 20–30, а то и 100 крыс. Подсчитано, что одна крыса поедает за год 15 килограммов пищи и, кроме того, безвозвратно портит еще 75! Выходит, что 7,5 миллиарда крыс, обитающих сейчас на земле, уносят со стола людей 700 миллионов тонн продуктов питания. А это значит, что каждый шестой крестьянин работает на крыс!

Для борьбы с этими вредными грызунами, которые к тому же могут быть и разносчиками возбудителей заразных заболеваний, люди используют различные химические средства, биологические препараты и различных животных. Вот здесь-то и могут пригодиться собаки. Они крыс не едят, но душат их неплохо. В литературе упоминается об одном пинчере-крысолове, который за полчаса мог задушить до 50 крыс. В свое время был известен бультерьер по кличке Жако: при испытаниях он уничтожал на арене за 2 минуты 40 секунд 60 крыс, а за 5 минут 28 секунд — до 100 крыс. Хорошо давят крыс фокстерьеры и даже таксы, хотя они и менее злобны.

Заслуживает внимания и такой любопытный факт, о котором несколько лет назад сообщалось в печати. Чтобы выяснить, каковы могут быть размеры убытка от крыс, в одном американском универмаге провели оригинальный эксперимент. Крысам в магазине предоставили полную свободу действий. В течение двух месяцев вольной жизни грызуны уничтожили или привели в полную непригодность 1200 мешков соли, 1724 мешка кофе, 14 тонн муки и почти 200 тонн сахара. Кошки против крыс бессильны. Поэтому владельцы магазинов и складов обзаводятся фокстерьерами.

К числу древних профессий собак относятся сторожевая служба и помощь животноводам при пастьбе скота. Кроме того, еще в глубокой древности собак стали использовать в ратных делах. Собаки служили в войсках Древнего Египта, в армии Александра Македонского, в войсках Древней Римской империи. Имеются сообщения историков, что огромные боевые псы защищали колесницы древних полководцев, оберегали их покой во время сна и отдыха, караулили рабов и военнопленных, помогали охранять пограничные посты и даже участвовали в сражениях. Во время атаки голодных боевых псов выпускали на врага. И в средние века и позже собаки также выполняли различные поручения военного характера. У царя Петра Первого был пес, который в походах помогал ему поддерживать связь с военачальниками, приносил ему письма и донесения, разносил царские приказы и распоряжения полководцам.

Во время первой мировой войны собаки служили как связисты, почтальоны, санитары, разведчики и ищейки, подносчики патронов, сторожа, помогавшие охранять прифронтовую полосу, а на севере — как ездовые. Кое-где собаки помогали в тылу: огромные сенбернары и доги, запряженные в маленькие повозки, успешно заменяли в городах на мелких перевозках лошадей, мобилизованных для службы в армейских обозах.

В годы Великой Отечественной войны в прифронтовой полосе популярностью и любовью бойцов пользовались собаки-санитары, отыскивавшие раненых, приносившие им воду, перевязочные материалы. Тогда же у собак появились и новые военные специальности — взрывателей танков и миноискателей.

Военная служба собак продолжается и в мирное время. Они помогают пограничникам охранять рубежи нашей Родины от всяких непрошенных гостей, пытающихся пройти через границу с шпионскими и диверсионными заданиями. На разных участках государственной границы можно встретить немало собак, подготовленных для этого в клубах служебного собаководства в городах Башкирии. Нередко Дики, Анчары, Караты и даже Гамлеты едут служить на границу вместе со своими воспитателями, призванными в армию.

Выдающиеся способности собак улавливать запахи привели к тому, что люди уже с давних времен используют собак для розыскной службы. Обученные брать след собаки-ищейки помогают милиции разыскивать преступников, пограничникам — ловить шпионов и диверсантов, охотникам, как мы уже рассказывали, — отыскивать дичь.

В городе Сибае, на юге Башкирии, группа преступников совершила вооруженное нападение на магазин. Из Уфы на место происшествия срочно выехал капитан милиции со своим верным помощником Диком. Изучив обстановку, капитан дал собаке обнюхать пол в магазине и почву возле него и скомандовал: «Дик, след!» И хотя след уже не был «горячим», пес взял его и потянул капитана по направлению к лесу. Ночь, темно, местность незнакомая, поросшая колючим кустарником. Но пес идет стремительно, и нужно почти бежать за ним, догонять преступников. Через пятнадцать километров утомительного для людей бега, на рассвете овчарка привела проводника в какой-то населенный пункт. Здесь лесник указал место, где он видел вооруженных людей с мешками за плечами. Опять команда: «Дик, след!» И собака повела капитана по лесной чаще. Вскоре они настигли убегавших преступников…

В странах, где развита контрабандная торговля наркотиками, полиция привлекает к себе на помощь собак. Обученные собаки очень хорошо отыскивают запрещенный товар по его запаху.

В последнее десятилетие у собак появились еще две мирные профессии, имеющие важное народнохозяйственное значение — рудознатцев и газоконтролеров. Финские, а затем советские геологи стали обучать собак находить месторождения различных руд по их специфическому запаху. Первая в нашей стране школа по подготовке собак-рудознатцев была организована в Петрозаводске по инициативе профессора-физиолога Г. В. Васильева. Обученные собаки открыли ряд месторождений меди, никеля, железа и ртути не только в Карелии, но и в Казахстане, Туве, Таджикистане, на Северном Кавказе и на Алтае.

Вслед за собаками-рудознатцами появились и собаки-газоконтролеры. Их используют для обнаружения мест утечки газа в городской сети. В местах повреждения труб, собаки обнаруживают утечку газа по его запаху, садятся или ложатся на это место и громким лаем дают знать, что аварийное место находится здесь.

Настоящими тружениками и неизменными помощниками жителей севера являются ездовые собаки-лайки. Они же всегда были верными помощниками участников арктических и антарктических экспедиций. Георгий Седов, Роберт Пири, Руал Амундсен, Фритьоф Нансен, Роберт Скотт и многие другие не обходились в своих путешествиях без ездовых собак.

Осенью 1911 года норвежский путешественник Руал Амундсен, прибывший на «Фраме» к берегам Антарктиды, отправился в поход на юг с четырьмя спутниками и несколькими десятками ездовых собак. В середине декабря они достигли Южного полюса. Позже, когда Амундсена чествовали на его родине, он провозгласил тост:

— За собак, которые помогли мне покорить Южный полюс!

В 1937 году отважная четверка советских полярников-папанинцев начала исследования на станции «Северный полюс-1» на дрейфующей льдине. Вместе с ними в историю вошел и их пес, лайка Веселый. Немало собак приобрели популярность за службу советским полярникам — участникам антарктических экспедиций.

В 1971 году была снаряжена крупная экспедиция на Северный полюс в составе 27 человек — норвежцев, датчан, эскимосов и канадцев под руководством итальянца Гидо Монзини. По полярным снегам и льдам людей и грузы везли 350 собак-лаек. Путь шел по тому самому маршруту, которым впервые в истории достиг Северного полюса в 1909 году Роберт Пири. Начав свой поход с самой северной точки Канады — мыса Колумбия на острове Элсмера, участники экспедиции через полтора месяца успешно достигли Северного полюса.

Всегда и везде собаки были верными друзьями, помощниками, а подчас и спасителями людей. О верности собак своему хозяину не раз писали поэты, начиная с Гомера, и многие-многие прозаики. Отдельные выдающиеся собаки вошли в историю и были удостоены персональных памятников.

Хозяин косяка

Летний вечер в предгорьях башкирского Зауралья наступает быстрее, чем на равнине. Здесь длиннее и темнее тени, гуще сумерки. Управившись с вечерней дойкой кумысных кобылиц, табунщики выпускают к ним из загона жеребят. Немного погодя, они отгоняют косяки на пастбище в горы.

Всю ночь лошади косяка пасутся одни без присмотра людей. Но они не беспризорны. Все права и обязанности по охране косяка и поддержанию в нем порядка переходят к косячному жеребцу. В этом ему помогают сильно развитые стадные инстинкты.

У диких животных стадные инстинкты включают в себя и такие качества, как уважение чужой и охрана своей территории, а также установление внутри стада или стаи отношений подчиненности — иерархии. Иерархия имеется у волков, соединяющихся на зиму в стаи, у зубров, зебр, бизонов, диких лошадей, куланов, у горных козлов и даже у крыс и мышей. И везде вожак должен силой отстоять свое право на власть. Ослабевшего и состарившегося сменяет более сильный.

У куланов, диких родственников ослов и лошадей, в косяках, где командуют самцы-вожаки, установлен строгий порядок и подчинение вожаку, охраняющему стадо. Он оберегает самок и молодых, ревниво смотрит, чтобы никто не приближался к ним и чтобы они сами не подходили близко к чужим.

Заботливым хозяином своего табуна бывает жеребец дикой лошади Пржевальского. Интересно описал это известный русский путешественник Г. Е. Грум-Гржимайло, охотившийся на этих лошадей в Центральной Азии в конце прошлого столетия. В заповеднике-зоопарке Аскания-Нова, на юге Украины, где и сейчас имеется небольшой табун лошадей Пржевальского, жеребец ревностно охраняет своих подопечных от всех других животных. Он не допускает к стаду чужих лошадей со всадником и в упряжке. Мчится навстречу и стремится сбросить всадника, а с лошади сорвать седло.

Стадные инстинкты и роль вожака табуна или косяка сохранились и у домашних лошадей. Это неплохо знают и учитывают в своей практической работе коневоды Башкирии, Южного Урала, Казахстана, Киргизии, Бурято-Монголии, Хакассии, Якутии и других районов, где еще существует табунное коневодство и лошадей часто содержат в табунах и летом, и зимой.

Очень хорошо развиты табунные рефлексы у лошадей башкирской породы. Они хорошо знают лошадей своего косяка, дружно держатся в нем, не отбиваются от него, соблюдают определенный порядок, покорно подчиняются вожаку.

Косячный жеребец — глава семьи и полноправный хозяин в косяке. Он не только обеспечивает оставление потомства, но и поддерживает в косяке строгий порядок, знает всех кобылиц и жеребят, любит всех ровно, строг и добр в меру, не позволяет вторгаться в пределы своего косяка чужим лошадям и не выпускает своих, бдительно охраняет своих подопечных от хищных зверей и других врагов. Косячник знает выпасы и водопои, может самостоятельно перегнать косяк куда надо.

Башкирский ученый-коневод и кумысовед доктор сельскохозяйственных наук, профессор И. А. Сайгин рассказывает:

— Косячный жеребец в косяке должен быть полновластным, но справедливым хозяином. Подчинения всех лошадей косяка жеребец добивается силой, пользуясь при этом зубами. Загоняя в косяк чрезмерно удаляющуюся лошадь, жеребец скалит зубы, прижимает уши и, если эта угроза не действует, кусает. Он не допускает драк в косяке. В каждой дерущейся лошади жеребец видит соперника и безжалостно нападает на нее. Хороший жеребец-косячник отважно и храбро защищает свой косяк и свою честь от посягательства посторонних, чужих жеребцов. В то же время к своим кобылам косячный жеребец относится бережно и внимательно. Особенно покровительствует он кобылам с новорожденными жеребятами.

Табунные инстинкты в основном одинаковы у всех жеребцов-косячников. Хорошо описал это Чингиз Айтматов в своей книге «Прощай, Гульсары». Его жеребец-иноходец Гульсары особенно отличался сильным проявлением извечного инстинкта защиты своего рода от опасности. Он не любил, чтобы напрасно тревожили лошадей и, если так случалось, сразу угонял табун подальше. Трогательно заботился Гульсары о маленьких жеребятах. Чуть что проглядит матка — он уже там, не даст жеребенку упасть куда-нибудь или отбиться от косяка.

Случается, что жеребец-косячник находится возле кобылы во время родов и опекает только что появившегося на свет жеребенка. Он облизывает его, побуждает встать, подталкивая носом в грудь, под бока или в задок, оберегает от опасностей. Порой он не подпускает к жеребенку даже людей-табунщиков. Об одном таком жеребце Абакане, из хакасского конного завода, интересно рассказал Алексей Кожевников в романе «Живая вода».

Опекая свой косяк, жеребец-косячник всегда начеку. Он часто поднимает голову, осматривается, прислушивается и при малейшей опасности тревожным храпом заставляет всех лошадей прекратить пастьбу и насторожиться. Почуяв приближение волков, косяк принимает оборонительное положение, выстраиваясь в кольцо, головами внутрь. Жеребята оказываются внутри круга. Жеребец-косячник в это время с высоко поднятой головой и раздувающимися ноздрями крупной рысью обегает кобыл, предостерегая их ржанием о грозящей опасности. И если косяк успел занять такую «круговую оборону», то волки ему не страшны. Обычно хищники не рискуют нападать на лошадей с тыла, опасаясь их крепких копыт. А если и нападают, то почти всегда неудачно и с уроном для волчьей стаи.

Преодолевая инстинктивный страх при виде и запахе хищников, жеребцы-косячники и специально обученные лошади смело бросаются навстречу волкам, затаптывают и забивают их копытами. Табунщик совхоза «Сочинский» Целиноградской области Саду Абулкасымов специально обучил жеребца Бурана бить волков. Обнаружив стаю, Саду на Буране с гиком летит им навстречу. Не выдерживают серые разбойники атаки, поворачивают — и наутек. Отпущены поводья, и Буран чуть не по воздуху мчится за врагами. Такой скорости волки не выдерживают. Все тяжелее их бег, все ближе расстояние до них. Рывок — и волки настигнуты. Высоко вскидывает передние ноги жеребец и с хрустом ломает хребет первому волку. Еще рывок — и второго постигает та же участь. Даже если остальные успевают спастись, все равно два волка за день — завидный трофей. К маю 1963 года на счету Саду Абулкасымова и его Бурана было около пятидесяти волков.

В Башкирии высоко ценятся лошади местной башкирской породы. Они выносливые, привычные к местным условиям, у них хорошо развиты табунные инстинкты, а кобылы — высокоудойные, что очень важно для производства кумыса. Поэтому наши коневоды стараются сохранить башкирскую породу лошадей в чистоте. Дорожат здесь и хорошими жеребцами-косячниками. Многие из них стали знаменитостями.

В колхозе «50 лет Октября» Баймакского района жеребец-косячник Спектр прослыл опытным и умелым хозяином косяка и прекрасным помощником табунщиков. На пастбище он не гоняет без толку свой косяк, а дает лошадям спокойно пастись и досыта наедаться. Жеребец ржанием собирает свой косяк, а если соберутся не все, он отправляется разыскивать отбившуюся лошадь, иногда даже в другой косяк, и возвращает ее обратно. Один коневод два года наблюдал за работой Спектра, и потерь кобыл на пастбище у этого жеребца ни разу не было. А вот у другого косячника, нечистокровного башкирца, кобылы рассеивались и терялись на пастбище, и потом табунщикам приходилось разыскивать их часами, а иногда и целыми днями. Утром Спектр сам приводил свой косяк к месту дойки кобыл, поближе к кумысной ферме. А там уже распоряжались табунщики: они отбивали от маток жеребят, подкармливали их, а спустя несколько часов начиналась утренняя дойка. Бывало и так: увидев подъезжавшего на лошади табунщика, Спектр самостоятельно собирал свой косяк и гнал ему навстречу.

Таких жеребцов, настоящих хозяев и опекунов табунов, на конетоварных фермах колхозов и совхозов Башкирии немало. Но нужно, чтобы их было еще больше.

Умение жеребцов собирать кобыл в косяки используют иногда нечистые на руку люди. В конце 1972 года об этом рассказала газета «Сельская жизнь». В Тувинской АССР из колхозных и совхозных табунов часто исчезало сразу до 10–15 лошадей. Усилия работников милиции найти похитителя долго были безрезультатными. И все же неуловимый вор был найден. Конокрадом оказался гнедой жеребец, принадлежавший одному из местных жителей. Караоолу (в переводе это значит — черный человек). Караоол был хитрым вором и научил своего жеребца угонять из чужих табунов лошадей. Перед кражей Караоол специально не кормил гнедого, затем выбрав какой-нибудь большой табун, подъезжал к нему на расстояние 5–7 километров, отпускал жеребца, а сам отправлялся в обратный путь к своему стойбищу. Жеребец приближался к табуну и пасся вместе с колхозными лошадьми. Наевшись, он начинал выбирать себе подруг. Постепенно он собирал маленький табун из 10–15 кобылиц и ночью уводил их к своему хозяину. Во время очередной воровской операции конокрады — жеребец и его хозяин — были задержаны вместе с похищенными колхозными лошадьми.

Тысячи лет лошади верно служат людям в их делах и жизни. У древних скифов, например, лошадь была не только основным видом транспорта и помощником в охоте на дичь и в ратных делах, но и давала им мясо, молоко, кожу. Огромное значение, которое лошади имели в хозяйственной и военно-политической жизни людей, привело к необычно широкому распространению их по странам мира. Уже в древние века появились многие породы лошадей самого различного назначения. В наше время во всех странах мира насчитывается 230 пород лошадей, из которых на долю СССР приходится примерно 50 пород.

Многие века ни один из великих полководцев, как и его бойцы, не обходился без верного боевого коня. Просто невозможно представить себе Дария, Кира, Александра Македонского, Ганнибала, Сципиона, Юлия Цезаря, Святослава, Александра Невского, Дмитрия Донского, Богдана Хмельницкого, Петра Первого, Пугачева, Суворова, Наполеона, Кутузова, Буденного, Чапаева, Виталия Примакова и других прославленных полководцев без боевого коня. Не зря же возникло и выражение «спешить» — лишить коня. Лишиться коня, спешиться в разгар боя, часто значило наверняка проиграть битву.

— Коня, коня! Полцарства за коня! — неистово кричал зловещий лорд Глостер — король Ричард III, кровавые деяния которого описал великий Шекспир.

Отгремели, отшумели и ушли в прошлое давние и недавние войны и баталии. И только памятники благодарных потомков напоминают нам о славных делах, совершенных под руководством великих полководцев и государственных деятелей. Как правило, они представляют единую художественную композицию: всадник на коне. Поэтому можно сказать, что памятник полководцам — это и памятник их любимым коням. Это стало своеобразной традицией для всех стран мира — везде есть такие памятники. У нас наиболее известны памятники Петру I в Ленинграде, Богдану Хмельницкому и Николаю Щорсу в Киеве, Салавату Юлаеву в Уфе, Григорию Котовскому в Кишиневе, Михаилу Кутузову в Москве. А в степи под Каховкой установлена легендарная тачанка: четверо коней мчат ее быстрее ветра. На ней молодой красноармеец.

Ты лети с дороги, птица,
Зверь, с дороги уходи!
Видишь, облако клубится,
Кони мчатся впереди.
Самой сокровенной мечтой людей во все времена и эпохи был мирный труд. И всегда людям — скотоводам-кочевникам, оседлым земледельцам, горожанам, промышленным и строительным рабочим — в их мирном труде помогали лошади. Говоря о значении коня для трудового человека, П. П. Ершов в своей сказке «Конек-горбунок» писал:

На земле и под землей
Он товарищ будет твой;
Он зимой тебя согреет,
Летом холодом обвеет;
В голод хлебом угостит,
В жажду медом напоит.
Живя и работая бок о бок с людьми, лошади постоянно подвергались стихийной дрессировке, приучались к выполнению всяких работ и самых разнообразных команд. Обладая хорошо развитыми органами чувств и прекрасной памятью, умные и понятливые лошади нередко сами, как бы по собственной инициативе, приходят на помощь человеку. Таких примеров известно очень много. До сих пор помню, как мне помогал спокойный, рослый гнедой конь Кобзарь.

Накануне Великой Отечественной войны мне пришлось вести наблюдения за дикими копытными животными в заповеднике-зоопарке Аскания-Нова на юге Украины. Целые дни, а иногда и ночи, я проводил с Кобзарем в целинной нетронутой степи, где выпасались разные антилопы, зебры, олени, яки. После объезда Большого загона я иногда делал привал. Слезал с Кобзаря, снимал с него седло, отстегивал с одной стороны повод от уздечки, удлинял его кнутом и отпускал пастись в высокой траве. А сам располагался на плаще, положив под голову седло, и наблюдал за животными. Там же, в Большом загоне, паслись и огромные африканские страусы. Тогда я и обратил внимание на одну странность в их поведении. Каждый раз, когда мы с Кобзарем делали в степи привал, самка-страусиха оказывалась возле нас. Не успеешь как следует расположиться на отдых, как неслышно подходит страусиха и неожиданно хватает клювом за кольцо от повода, за стремя или футляр от бинокля. И все это пытается проглотить. Очевидно, ей не хватало минеральных веществ, а может быть нужны были разные предметы в качестве «жерновов» — чтобы перетирать в желудке корма. Порой страусиха интересовалась «вкусом» моих ботинок, пуговиц на плаще или какой-нибудь складкой в одежде. Приходилось отгонять надоедливую птицу. Часто мне в этом помогал Кобзарь. Он сам, по своей воле, без всякой злобы и даже с какой-то игривостью, устремлялся за длинноногой страусихой, а та убегала от него прочь. Но никаких попыток укусить или лягнуть страусиху Кобзарь не предпринимал. Просто помогал мне отгонять назойливую «пичугу» и вновь принимался за траву. Впрочем и страусиха не проявляла особого страха перед ним: через минуту-две она возвращалась и опять клевала какую-нибудь пуговицу на плаще.

Самое интересное во всей этой повторявшейся и в другие дни истории было то, что Кобзарь помогал мне отгонять страусиху сам, без всякого научения или команды с моей стороны. Кто же надоумил его помогать человеку? Какие мысли были в это время в его большой голове с умными темными глазами? Этого мы не можем знать.

О том, что лошади могут по-настоящему помогать пастухам пасти скот, рассказывал натуралист Анатолий Онегов. В юные годы ему приходилось работать подпаском. С пастухом-наставником они пасли молодых бычков. Юноша ехал на преданной ему кобыле Сороке и замыкал шествие бычков на пастбище. И никогда он особенно не следил за тем, чтобы бычки не отставали — это за него делала сама Сорока. Стоило лишь какому-нибудь бычку-лентяю остановиться или шагнуть в сторону, как Сорока тут же оказывалась рядом и не очень сильно, но, наверное, все-таки чувствительно, кусала провинившегося. Бычок моментально приходил в себя и торопился занять свое прежнее место в колонне. На выгоне пастухи слезали с лошадей и отпускали погулять по мягкой утренней траве, покрытой росой. Лошади отходили от пастухов, но все время следили за стадом. Причем следили очень внимательно и строго. Каждый провинившийся бычок тут же знакомился с крепкими зубами Сороки или другой, столь же замечательной лошади, Стрелки. И что самое удивительное, так это то, что ни главный пастух, ни подпасок не обучали лошадей, ремеслу пастьбы скота. А может быть, вспоминал позже натуралист, у наших лошадей, так же, как у деревенских собак, вроде бы сама собой развивалась способность во всем помогать своим хозяевам?

Жители городов все больше отдаляются от живой природы, все меньше общаются с дикими и даже домашними животными, в том числе и с лошадьми. Лошадей многие из них видят лишь изредка на боковых улицах больших городов, а чаще — на ипподромах, в цирке, в кино или по телевизору. В большинстве своем горожане плохо знают лошадей и совсем не умеют обращаться с ними. Им легче завести машину и поехать на ней, чем запрячь лошадь. Все это побуждает некоторых людей делать мрачные прогнозы в отношении будущего лошадей.

И в самом деле, какова же будет судьба лошадей? Неужели у них останется только богатое прошлое и — никакого будущего? Не исчезнут ли они постепенно совсем? Нет. Этого не произойдет. Если в городском транспорте роль лошади сведена до минимума, то в селах, несмотря на обилие автомашин, тракторов и комбайнов, лошади еще очень и очень нужны. И не только для работы нужны лошади. Во многих местах — это и важный источник получения дешевого и питательного мяса. А разве можно иметь хороший кумыс, не имея лошадей? Наконец, в наши дни есть и еще одна область, где значение лошади не только не уменьшается, но все более возрастает. Это — конный спорт. В последнее время конный спорт становится все более массовым, и значение лошадей вновь будет возрастать. Больше у нас будет смелых и сильных джигитов. И это — очень хорошо.

Пастушка Эла

Один фермер из Южно-Африканской республики нашел как-то в джунглях маленького детеныша обезьяны-бабуина. Он принес сироту домой и стал воспитывать. А когда бабуин подрос, фермер приучил его сторожить стадо овец. Каждое утро обезьяна, взобравшись верхом на овцу, идущую впереди стада, отводит овец на пастбище, а вечером пригоняет стадо на ферму. Бабуин и спит среди овец и никогда не оставляет их без присмотра. Благодаря такому заботливому пастуху еще не было ни одного случая, чтобы пропала хотя бы одна овца. Даже львы теперь не режут овец. Раньше у этого фермера львы убивали в отдельные годы до 47 овец. А теперь бабуин не дает львам разбойничать. Конечно, он не бросается на льва и не прогоняет его. Просто при малейшей опасности, угрожающей стаду, он начинает пронзительно кричать, давая знак людям. Льву ничего не остается, как уйти подальше от стада с таким стражем. Интересно и то, что этот бабуин обходится без помощников-собак.

Обезьяны-пастухи в Южной Африке, можно сказать, явление обычное. Местные жители уже более ста лет приручают обезьян-павианов и бабуинов и используют их в качестве помощников при выпасе коз и овец как бесплатных пастухов. Многие из таких обезьян приобрели широкую известность своими успехами на этом поприще. Прославилась в этом отношении и обезьяна-павиан Эла.

С двухлетнего возраста Эла воспитывалась на небольшой ферме в саваннах Юго-Западной Африки, близ города Окахандья. Ее хозяйка, мисс Астон, вообще отличалась стремлением иметь в качестве пастушек для своих коз обезьян-павианов. Эта была уже третьей. Две ее предшественницы — их тоже звали Элами — пасли стадо коз в течение 5–6 лет и погибли при трагических обстоятельствах: одну умертвила бродячая собака, другую застрелил невежественный охотник-чужестранец. Первые дни новую обезьянку держали на привязи в загоне вместе с новорожденными козлятами и поили ее жирным козьим молоком. Позже ей стали давать еще кукурузное зерно. Вскоре ей дали полную свободу, но в дом ее не брали, и никто из людей с ней не играл. Привыкнув к козам, обезьяна-павиан сама последовала за стадом на пастбище, а потом стала выполнять обязанности пастуха. В этом ей помогала еще и собака.

Каждое утро с восходом солнца, после кормления новорожденных козлят, Эла и собака вели стадо к водопою, а потом на пастбище, расположенное в 5–6 километрах от фермы. Обычно собака бегала вокруг стада, а Эла оберегала фланги, не давая козам разбрестись. Постепенно между обезьяной и козами установилась вполне понятная им звуковая сигнализация. В случае опасности предостерегающий крик Элы заставлял коз настораживаться и сбиваться в кучу.

В качестве «спальни» Эла избрала дерево, росшее в середине двора на ферме. Спала она очень чутко и, обнаружив появление леопарда, шакалов или бродячих собак, сразу же поднимала крик, предупреждая людей об опасности.

Эла очень трогательно заботилась о новорожденных козлятах. Правда, в первое время она пыталась утаскивать козлят к себе в «постель» на вершину своего дерева, но от этого ее отучили. Когда козленок рождался на пастбище, то Эла сама уносила его домой на ферму. Если козленок был слабый и сам не мог добраться к вымени козы, то обезьяна поддерживала его под животом у матери. Бывали случаи, когда пригнав стадо домой, Эла по крику козы обнаруживала пропажу козленка. Тогда она отправлялась обратно на пастбище и после длительных поисков возвращалась с найденным козленком. Однажды Эла отогнала стадо на пастбище и уже через полчаса вернулась на ферму очень взволнованная. Оказалось, что работник, который каждое утро кормил новорожденных, забыл выпустить со стадом двух козлят. Их отсутствие и заметила Эла — ведь она знала «в лицо» всех коз в стаде, хотя их было восемь десятков. Лишь в начале своей службы Эла иногда ошибалась, когда не знала, что в стаде появилась новая коза. Обезьяна кусала ее и отгоняла от водопоя. Разумеется, за такое чрезмерное усердие ей попадало от хозяев.

На пастбище Эла следила за порядком, не давала козам далеко разбредаться. Если козы забирались в кусты, где их могла подстерегать всякая опасность, Эла вскакивала на спину самого большого козла, урчала, шлепала его лапами и возвращала обратно на поляну. Во время отдыха стада Эла выискивала у коз клещей или бродила неподалеку, разыскивая себе пищу — насекомых (она с удовольствием съедала даже скорпионов), луковицы и клубни растений, ягоды, сочные листья. Вечером она получала лишь горсть кукурузы.

Эла-пастушка стала знаменитостью в своей округе, и о ней проведали газетчики. Тихую ферму начали навещать журналисты и туристы, а затем в газетах появились заметки и фотографии хозяйки фермы и ее помощницы. Печатались такие фотографии Элы и в наших газетах и журналах.

Несколько позже в печати появилось описание аналогичной службы обезьяны-бабуина Алы своему хозяину из деревни Виндхук в Юго-Западной Африке. Пастушка Ала знает всех своих подопечных коз и внимательно наблюдает за ними на пастбище с дерева или усевшись на самую большую и высокую козу. Если коза отбивается от стада или идет куда ей не положено, Ала возвращает ее обратно в стадо, пользуясь прутиком. Обезьяна внимательно следит за козлятами, помогает им найти мать. Когда коза-мать зовет своего козленка, Ала тотчас же бежит за ним и приводит к матери. Случалось, что хозяин стада по ошибке подводил козленка к чужой козе, тогда неутомимая обезьяна сразу же наводила необходимый порядок в стаде. В награду за труды Ала получает гроздь бананов.

Бородатый предводитель

На Дальнем Востоке, в живописных лесах, созданы особые животноводческие совхозы. Только разводят в них не коров или свиней, а пятнистых оленей. Среди оленей пятнистые — самые мелкие представители этого семейства. Летом у них с обеих сторон туловища среди ярко-рыжей шерсти четко вырисовываются светло-белые пятна. Как будто солнечные зайчики играют по телу оленя. За это и прозвали красивого таежного зверя олень-цветок. А вдоль спины по хребту у него проходит темный ремень.

Пятнистые олени ценны не столько своей шкурой и мясом, сколь пантами. Пантами называют молодые, еще не окостеневшие рога самцов-оленей, покрытые нежной бархатистой кожицей и наполненные кровью. Тронешь такие рога рукой — чувствуешь живое тепло. Когда панты достигают определенного развития, как говорят — созревают, их срезают, подвергают специальной обработке и сушке, а затем отправляют на фармацевтические фабрики. Там из них изготовляют ценное лекарство — пантокрин, — обладающее свойством тонизировать организм больного человека.

Как-то в весенний туманный день егерь и ветеринарный врач одного оленеводческого совхоза нашли в лесу замерзавшего и, похоже, осиротевшего олененка. Взяли они его на руки и принесли домой. Отогрелся малыш, напился молока, повеселел. Вскоре олененок освоился в доме, а потом и во двор стал выходить. Познакомился с ребятами, не испугался собак и стал заигрывать с ними. А потом он подружился со всеми дворняжками и породистыми псами.

Людям Олешек доверял. И не только своим воспитателям, но и соседям и даже незнакомым. Поманила его одна работница совхоза — он за ней, в дом вошел, поднялся на второй этаж, молоком угостился.

Когда Олешка подрос, он стал помогать работникам совхоза. Нужно было взвешивать оленей. А они, полудикие, боятся, не идут на весы. Позвали Олешку. Он смело застучал копытами и прямо на площадку весов. За ним и другие олени пошли. В другой раз, когда пришла пора срезать панты, Олешка также всем пример показал — первым вошел в панторезный станок.

Еще одну услугу оказал людям ручной олень перед отъездом из совхоза. Большую группу оленей нужно было перевезти на остров, где создавали новый оленеводческий совхоз. Доставили оленей на пристань для погрузки на пароход. Все для них тут новое, незнакомое, пугает. Стоят, сбились в кучу, не хотят идти на палубу. А время бежит, пароход простаивает. И тут выручил Олешка. Осмотрелся, гордо поднял красивую рогатую голову вверх и смело двинулся за своим воспитателем, ветеринарным врачом, по сходням на палубу. А за ним, как за предводителем, осторожно пошли и другие олени. Ведь у стадных животных пример имеет большую силу.

У диких животных совместная жизнь, жизнь коллективом — семьей, группой, стаей или стадом — имеет множество преимуществ в борьбе за существование. Там, где один может погибнуть в борьбе с силами природы или в единоборстве с врагами, коллектив выстоит, и вид этих животных будет процветать, даже несмотря на гибель отдельных особей. Вместе безопаснее, легче отражать врагов, пропитаться и воспитывать потомство. Не случайно разные звери и птицы собираются в постоянные или временные группы. У таких животных выработались соответствующие стадные инстинкты, особое стадное или стайное поведение. Большую роль в жизни всей группы у стадных животных играет вожак. Члены стада не только подчиняются своему предводителю, но и подражают ему.

Подражание развито и у домашних животных, особенно у детенышей. Опытные животноводы, наблюдая за пасущимися овцами, замечали, что ягнята безукоризненно копируют поведение маток. Если овца находит участок с хорошей травой, то и ягненок попробует ее на вкус. На участках, где трава плохая, выбита или есть ядовитые растения, овца не задерживается и проходит дальше. Так же поступает и ягненок, приучающийся распознавать хорошие и плохие пастбища и узнавать ядовитые растения.

Вообще у овец стадные инстинкты развиты очень сильно. Свойство этих животных бросаться куда попало вслед за первой шарахнувшейся овцой овцеводам известно с давних пор. Интересно описал это французский писатель XVI века Франсуа Рабле в знаменитом сатирическом романе «Гаргантюа и Пантагрюэль».

Проявлению стадного инстинкта у овец способствуют некоторые их физиологические особенности. Оказывается, взрослые овцы — животные близорукие, а слух у них на 30 % хуже, чем у большинства млекопитающих. Поэтому слабое зрение и неважный слух овцы в какой-то степени компенсируют стадными инстинктами, которые представляют собой своего рода врожденный оборонительный рефлекс. Следствием этого и является определенная пугливость овец, стремление их следовать за вожаком. Чабаны часто в качестве вожака берут в стадо коз и козлов, как более чутких, храбрых и смышленых животных. Куда бы ни гнали отару — на пастбище, с пастбища, а то и на мясокомбинат — козлы всегда впереди.

У одного чабана в стаде овец был козел Васька. Когда чабану нужно было перегнать стадо вброд через речку, он заходил в воду и звал своего бородатого помощника. Козел осторожно следовал за хозяином, а за ним тянулось и все стадо. Было и такое. Чабан как-то задремал, а к стаду стали подбираться волки. Почуяв их, Васька подскочил к чабану и начал скрести его ногой — будил. Чабан проснулся, увидел волков и выстрелил из ружья. Хищники убежали. Так козел спас отару от волков.

В деревнях жители часто пасут коров, овец и коз вместе. Козлы и тут норовят шагать впереди стада.

Как показывают наблюдения, в стаде коров также есть предводительницы и подчиненные. Первые в любом случае могут пустить в ход рога, а вторые покорно убегают. Коровы-предводительницы задают тон поведению стада, с чем нередко приходится считаться животноводам, особенно пастухам.

Стадные инстинкты хорошо развиты у диких свиней-кабанов, ведущих групповой или стадный образ жизни. В определенной степени такие инстинкты сохранились и у домашних свиней. Им также требуются предводители, а при некоторых условиях — проводники. Это, кстати сказать, находит практическое использование на транспорте. При перевозках свиней погрузить их на пароход или в вагоны бывает далеко не просто. Они часто упираются, боятся и не идут на трап. Заталкивать их по одной дело слишком канительное. В некоторых странах Востока погрузку свиней проводят с помощью чучела свиньи. Свиную шкуру натягивают на бамбуковый каркас, обшивают, и «свинья» готова. Рабочий тянет такое чучело за веревку по трапу, а за ним спокойно идут свиньи. Важно, чтобы кто-то проложил дорогу, показал пример. Еще проще идет дело, когда пользуются услугами дрессированных свиней-проводниц. Изредка оглядываясь на следующих за ней свиней, проводница идет по трапу в вагон или на палубу парохода, затем становится в сторону и пропускает приведенных соплеменников. По окончании погрузки проводница самостоятельно возвращается на склад, где отдыхает до прибытия следующей партии свиней.

Гуси не только Рим спасли

Мирная жизнь была нарушена. С севера в Италию вторглись полчища галлов, разбили римлян при Аллии и захватили Рим. Это было в 390 г. до нашей эры. Только Капитолий — крепость на высоком неприступном холме — галлы не могли взять. Потянулись дни осады.

Однажды для связи с осажденными римский военачальник послал храброго и сильного воина Понтия. Ночью тот пробрался через лагерь галлов и по отвесной скале поднялся на капитолийский холм к осажденным римлянам. На другой день галльский дозор обнаружил следы ног, осыпавшиеся комья земли, обломанные ветки кустарника, за которые цеплялся Понтий. Предводитель галлов Брен внимательно осмотрел склон холма, затем велел собрать воинов, наиболее искусных в лазании по горам, и обратился к ним с речью:

— Воины, мы давно здесь стоим и не знаем, как овладеть цитаделью Рима. Сейчас враги сами показали путь, который мы не могли отыскать. На ту скалу поднялся римлянин, значит, может подняться и галл. Где смог пройти один человек, пройдет другой, третий, пройдет много людей. Сегодня ночью мы овладеем Капитолием.

В полночь большой отряд галлов собрался у подножья капитолийского холма. Молча, помогая друг другу, они полезли на скалу. Скоро первые несколько человек достигли вершины. За ними поднялись другие и стали скапливаться у стены. Внутри цитадели стояла тишина: усталые защитники крепости крепко спали. Заснули и дозорные. Не почуяли ничего и сторожевые собаки. Галлы готовы были уж подняться на стену, как вдруг в Капитолии послышалось гоготанье. Это закричали священные гуси при храме богини Юноны, услышав бряцанье оружия. Гогоча и хлопая крыльями, птицы подняли громкий крик и шум. Римляне проснулись и отразили нападение врагов.

Так гуси спасли Рим. В знак благодарности римляне в честь гусей учредили специальные празднества.

Прошли века. Сейчас повсюду, даже и в самой Италии, гусей оценивают по их хозяйственным достоинствам. Заслуги и знатность предков, спасших Рим, к ним отношения не имеют. Об этом недвусмысленно высказался еще И. А. Крылов словами прохожего из басни «Гуси»:

Оставьте предков вы в покое:
Им поделом была и честь;
А вы, друзья, лишь годны на жаркое…
И тем не менее, хороший слух и осторожность гусей помогали им в разное время и в разных местах совершать немало более мелких подвигов и позже. Главные из них — отпугивание криком воров и хищников от хозяйского двора. Но все это было, так сказать, непреднамеренно. А вот администрацию завода алкогольных напитков в шотландском городе Думбартоне, как сообщалось несколько лет тому назад в печати, осенила мысль использовать гусей в качестве сторожей. Вместо увеличения штата сторожей она приобрела 80 гусей. Они охраняли территорию площадью в 50 акров, где хранилось 30 миллионов галлонов виски. Караул гуси несли вполне исправно: стоило лишь появиться в их владениях чужому, как они поднимали страшный крик и бросались на пришельцев. Весной 1972 года одна американская газета поместила информацию об использовании гусей для охраны склада, сопроводив ее фотографией птиц-сторожей. В заметке сообщалось, что если среди гусей оказывались нерадивые сторожа, — то хозяин использовал их по прямому, гастрономическому назначению.

Нужно сказать, что гуси — птицы не только чуткие, но и смышленые. Это выяснилось при изучении автодорожных происшествий. Во всех странах мира птицы и звери вынуждены постоянно иметь дело с таким достижением цивилизации, как быстроходный транспорт. Но именно здесь и кроется причина массовой гибели животных на дорогах — ведь они не знают правил движения и научить их соблюдать эти правила невозможно. И в результате в разных странах ежегодно под колесами автомашин погибает огромное количество зверей и птиц. Жертвами становятся олени, лисицы, барсуки, ежи, горностаи, кроты, крысы, мелкие мышевидные грызуны, разные птицы. Число жертв составляет многие тысячи, а в некоторых странах — миллионы ежегодно. Большое число погибающих на дорогах животных побудило зоологов США изучить степень предусмотрительности их при переходе через улицу. На первое место вышел гусь, который, как показал опыт, почти никогда не гибнет под колесами транспорта. За ним следовали свинья и кошка. Следующее место разделили курица и собака. Человек, как ни странно, занял последнее место.

О чуткости, наблюдательности и смышлености гусей свидетельствует и такой пример. Курсанты полицейского училища в Гонконге решили попробовать ставить на ночной пост у входа в свою казарму гуся. Результат превзошел всякие ожидания. Уже после трех-четырех занятий новый часовой прекрасно усвоил свои обязанности и не пропускал в казарму никого из посторонних. Когда же гусю сшили на заказ новенькую форму, то его рвение еще более усилилось, и он перестал пускать в казарму даже курсантов, если те приходили после отбоя.

В начале 1973 года в печати было еще одно сообщение о сторожевой службе гусей. Американская фирма «Трак эквипмент», занимающаяся перевозками грузов, имела немало забот: сотни грузовых автофургонов с товарами нередко являлись ночью объектом любителей легкой наживы. Сторожа не могли уследить за искусными жуликами. Кто-то из сотрудников, припомнив, что некогда Рим спасли обычные гуси, в шутку предложил применить это старинное средство. И опять-таки шутки ради были куплены четыре гуся, которых разместили по краям охраняемой территории. И сверх всякого ожидания опыт удался. Гуси прекрасно охраняли вверенную им территорию. Как только кто-нибудь появлялся около фургонов, они неистово гоготали.

Пернатый патруль

«Страусы-пастухи», «Страусы-сторожа», «Страусы вместо собак». Под такими заголовками наши газеты одно время печатали заметки, в которых сообщали об использовании африканских страусов для охраны стад.

Вообще африканские страусы смирные, степенные и миролюбивые птицы. Они легко приручаются, что совсем не трудно, если воспитание их начинать после выклевывания из яйца. В неволе хорошо размножаются, самки весной откладывают яйца весом до 1500–1800 граммов. Насиживают по очереди: днем пепельно-серая самка, ночью — черный самец. В период размножения самец бывает все время настороженный, готовый броситься на обидчика.

В Южной Африке чабаны держат возле стад прирученных страусов. Приручаются страусы сравнительно легко, особенно молодые. А страусята, искусственно выведенные в инкубаторах и воспитанные в домашних условиях, настолько привязываются к людям, что следуют за ними, как преданные собачки. Когда хозяева отправляются купаться, маленький страус бесстрашно плавает между людьми, словно утенок. Выросших страусов чабаны используют в качестве сторожей, вместо собак. Страусы очень быстро бегают, отличаются большой силой и готовностью в любое время отразить атаку противника. Обычно африканские страусы бьют врага своей двупалой ногой. Точно, как писал С. Маршак в стихотворении «Страусенок»:

Я — страусенок молодой,
Заносчивый и гордый.
Когда сержусь, я бью ногой,
Мозолистой и твердой.
А бьет африканский страус очень сильно. В Аскания-Нова был случай, когда взрослый страус ударил ногой старого служителя зоопарка в грудь. Несколько недель проболел тот и надолго остался инвалидом. И это неудивительно, если учесть, что взрослый страус ударом своей ноги — «мозолистой и твердой» — может перебить ногу лошади. Не случайно южно-африканские чабаны считают страусов своими самыми надежными и незаменимыми помощниками. Пока птица находится на посту, ничто не грозит отарам овец. Не раз они выдерживали даже атаки хищников. Однажды был случай, когда молодой страусенок бросился на автомашину, приняв ее за грозного хищника. Размеры «противника» страуса обычно не смущают: рассерженный, он нападает на всех, кто ниже его ростом. В Аскания-Нова я не раз наблюдал, что если на палку надеть фуражку или шляпу и поднять вверх, то страус пасовал перед «врагом», который выше его ростом, и почтительно отступал. Заметим, что рост африканского страуса достигает 280 сантиметров.

Слава страусов-сторожей облетела мир, и их начали приглашать «на службу» в другие страны. В Южной Америке владельцы отар сейчас держат кое-где сторожевых страусов, охраняющих овец не только от хищников, но и от воров. Воры очень боятся этой сильной и агрессивной птицы. Страусы преследуют даже автомобили, появляющиеся вблизи стад, и атакуют каждого, кто пытается из них выйти.

Можно приручить и использовать в качестве сторожей не только страусов, но и других птиц. В частности, легко приручить серого журавля. В неволе он привыкает к новой обстановке, осваивается. Очень чуток к ласке, и наоборот, долго помнит обиду. Журавль — птица аккуратная, любит порядок во дворе и охраняет его. Он не терпит никаких раздоров в птичнике и прекращает их сердитыми ударами клюва.

В 1967 году газеты сообщали о журавле, жившем в селе Богославка Актюбинской области. Его подобрали в степи совсем маленьким и воспитали. И он привык к людям, ходил за хозяйкой в магазин или летел на ее поиски. По вечерам журавль загонял кур и уток в сарай, днем караулил цыплят и утят от пернатых хищников. Ястребы и коршуны при таком стороже не отваживались залетать в этот двор. Более четырех лет жил журавль у людей и, имея полную свободу, ни разу не пытался осенью улететь в далекие жаркие страны.

Во многих хозяйствах Южной Америки, к северу от Амазонки, можно увидеть агами, птицу из отряда журавлиных. Крупная, длинноногая, черно-серого цвета, агами плохо летает, но хорошо бегает. Приручается легко и быстро. Этим пользуются местные фермеры, и агами служит у них в качестве «надсмотрщика». Расхаживая по двору, агами строго следит за порядком: разнимает дерущихся петухов, строго наказывает их, гонит со двора чужих кур, а своих подкармливает добытым с поля зерном. Как собака, она бежит на зов хозяина, а у южноамериканских индейцев агами даже отправляется с человеком на охоту.

В колхозе «За мир» Калининградской области на высоком столбе посреди двора птицефермы поселились аисты. Они свили себе гнездо и уже несколько лет выводят в нем птенцов. Куры привыкли к своим огромным соседям и чувствуют себя в безопасности рядом с ними. Раньше на ферму частенько наведывались хищники и даже вороны, таскавшие яйца. Теперь этого нет: аисты отбили у них охоту заниматься грабежом. Стоит только появиться этим разбойникам вблизи птичника, как аисты вылетают им навстречу и отгоняют прочь.

Частенько в бой с врагами вступают петухи и даже куры. И делают это не в силу «служебного долга», а, так сказать, по собственной инициативе, проявляя врожденные оборонительные рефлексы. В селе Пресновка Северо-Казахстанской области на выводок цыплят налетел ястреб и схватил одного. В тот же миг курица-наседка яростно набросилась на хищника. Ястреб выпустил цыпленка, и сам перешел от обороны в наступление. Курица стала сдавать позиции. В это время прибежал петух, бросился в драку и добил своего врага.

Крупные петухи, особенно тяжелых мясных пород, могут не только сбить ястреба-перепелятника, но в отдельных случаях отбивают атаки и тетеревятника. В поселке станции Субутак Челябинской области петух вступил в бой с коршуном, схватившим цыпленка. Схватку, продолжавшуюся несколько минут, выиграл петух: изрядно общипанный хищник покинул поле боя. А победитель важно подошел к цыплятам и стал спокойно разгребать землю, будто ничего и не случилось.

В Дагестане был случай, когда в сарай заползла гадюка и, очевидно, рассчитывала поживиться цыпленком. Но змею заметила курица. Она храбро набросилась на змею и клевала ее в голову до тех пор, пока та не сдалась. Когда подоспел хозяин, змея была уже мертва.

Случается, что героические подвиги совершают и индюки. В селе Веприк на Полтавщине под индюшку подложили часть куриных яиц. Индюшата и цыплята росли вместе. Более крупные и сильные индюки охраняли цыплят, своих «сводных» братьев и сестер, от хищников, налетавших из соседнего леса. Однажды ястреб ухватил молоденькую курочку. Но находившийся рядом индюшонок начал с такой силой клевать хищника, что тот выпустил свою жертву и убрался из «опасной зоны». Наблюдали, что индюки дали коллективный отпор лисице, пытавшейся унести курочку.

Люди могут привлечь к несению полезной им патрульной службы даже неприрученных хищных птиц. Мелкие соколы-мышееды, пустельга и кобчик, истребляют множество грызунов и вредных насекомых. Подсчитано, что пустельга, например, съедает за день от 2 до 9 мышей и полевок. Выкармливая птенцов, пустельга за месяц может уничтожить 180 сусликов и 200–250 мышей и полевок. Полезную деятельность кобчика и пустельги можно усилить. Им ведь трудно целыми днями патрулировать над полями, и они улетают, в леса и посадки отдохнуть. Вот и нужно сделать так, чтобы эти птицы отдыхали «без отрыва от производства». Для этого устанавливают высокие шесты с перекладинами вверху. Птицы охотно сидят на них и высматривают новую добычу. Замечено, что сусликов, мышей и вредных насекомых всегда меньше на полях, где поставлены такие шесты для птиц.

К патрульной службе на полях можно привлечь и могучих свободных беркутов. Такой опыт проделал однажды бахчевод колхоза имени Ленина Успенского района Павлодарской области. Он устроил вокруг бахчи несколько деревянных помостов, и на них постепенно привыкли сидеть орлы-беркуты. Орлы величественно осматривают окрестную местность, и от их зоркого взгляда не скроется ни один грызун, даже маленькая мышь. Первые беркуты начали нести караул лет десять тому назад, а потом к ним присоединилось еще несколько. Птицы хорошо помогали бахчеводу выращивать урожай арбузов.

Иначе поступил другой, кавказский бахчевод. Ему удалось приручить орла и обучить его охоте на сусликов. И гордая птица ловила не лисиц и волков, а вредных грызунов, чем приносила немалую пользу хозяйству.

Связисты

В 43 году до нашей эры в Древнем Риме вспыхнула гражданская война. Борьба шла между сторонниками убитого Юлия Цезаря, вознамерившегося стать императором, и республиканцами. Основные боевые действия проходили в провинциях.

…Легионы римского полководца Марка Антония, сторонника Юлия Цезаря, стремительно подступили к Мутине и потребовали от защищавших ее войск Децима Брута сдаться.

— Умрем, но не сдадимся! — было ответом.

Взять приступом город-крепость, в котором были хотя и немногочисленные, но полные решимости защищаться до последнего человека войска республиканцев, Антонию не удалось. Тогда он приказал осадить город и полностью отрезать его от внешнего мира. У осажденных кончились запасы продовольствия, не хватала воды. Среди жителей города начались болезни. Попытки осажденных сообщить через лазутчиков войскам консула Гирциуса о бедственном положении мутинцев не удавались — всех их схватили часовые Антония. И все же Гирциус получил сообщение об осаде и поспешил на помощь к Мутине. Застигнутые врасплох войска Антония были разбиты, и сам он с трудом избежал плена. Сообщение Децима Брута из Мутины доставили Гирциусу голуби.

С древних веков почтовые голуби несли службу связистов, оказывая людям незаменимые услуги и выполняя порой невозможные для человека поручения. Археологи установили, что в древнем Египте уже 5000 лет тому назад существовала голубиная почта. Согласно преданию, один египетский фараон переслал своему другу 1800 вишен при помощи голубей: каждый из шестисот голубей нес по три вишни. Задолго до нашей эры услугами голубей пользовались и китайцы.

Прошли тысячелетия, а голубиная почта не прекращала своего существования. В прошлые столетия почтовые голуби довольно широко и с успехом использовались в военных и коммерческих целях. Рассказывают, что голубиная почта помогла английскому дельцу Ротшильду сильно разбогатеть. Когда в 1815 году в битве при Ватерлоо англо-прусские войска разбили армию Наполеона, Ротшильд уже через несколько часов получил об этом сообщение в Лондоне. Его принесла заранее организованная голубиная почта. Никому не сообщая о военном успехе, ловкий делец распространял слухи о возможном поражении и скупал по дешевке предприятия у боявшихся разорения владельцев. За один день Ротшильд стал сказочно богатым. И в этом ему помогли голуби, предприимчивость и нечистая совесть.

Во время франко-прусской войны 1870–1871 гг. крылатые гонцы доставили в осажденный Париж 150 000 официальных и около 1 миллиона частных депеш.

Широко использовалась голубиная почта и в России. С ее помощью поддерживалась связь между различными официальными учреждениями и частными лицами из разных городов. Голуби летали из Москвы в Петербург, из Москвы в Киев, из Киева в Одессу и по другим маршрутам. Воздушные почтальоны аккуратно доставляли почту по назначению. Конечно, если в пути не случалось трагических происшествий.

Прошли еще годы. Люди изобрели телефон, радио, телевидение, авиапочту. И все же почтовые голуби до настоящего времени не потеряли своего значения как связисты. Только это уже не те голуби, что были во времена Брута и даже не те, которыми пользовался Ротшильд. Нынешние европейские почтовые голуби — это новая порода, выведенная более ста лет тому назад путем межпородного скрещивания. И теперь почтовые голуби могут преодолеть за час расстояние в сто километров, а лучшие из них пролетают за день тысячу километров. А вот и результаты работы современных голубей. Несколько лет тому назад в Великобритании проделали такой опыт. Из Северной Шотландии в Саутгемптон — портовый город на юге Англии, отправили депешу с почтовым голубем. Одновременно копию ее направили туда же на скоростном поезде-экспрессе. И поезду не удалось обогнать голубя: он прибыл на место назначения на полтора часа позже, чем быстрокрылый почтальон.

Обученные голуби помогали людям во время минувших первой и второй мировых войн. В Англии во время второй мировой войны было более миллиона почтовых голубей, и пятая часть их была привлечена для службы в армии. Они помогли англичанам получить много секретных сообщений из различных районов Европы, занятых гитлеровцами. Использовали голубей и немцы. Англичанам пришлось для борьбы с голубиной связью пустить в дело специально выученных ловчих соколов.

Немалую помощь голуби-связисты оказали и нашим партизанам, действовавшим в тылу у фашистов.

Уже после войны стали известны подробности того, как однажды голуби помогли спастись экипажу английской подводной лодки. Это было весной 1942 года. Фашистские самолеты напали на след подводной лодки и забросали ее глубинными бомбами. Лодка получила повреждения: рулевое управление, подъемная система и глубинная связь вышли из строя. Казалось, помощи ждать было неоткуда, и экипаж обречен на гибель. Но моряки не потеряли веры в спасение: у них оставался на это последний шанс — голуби. На лодке на всякий случай держали двух голубей, которые знали путь домой, на морскую лодочную базу. Их поместили в спасательную капсулу и торпедным аппаратом выбросили в воздух. Начались длинные часы ожидания. Помощь пришла через двое суток. Ее вызвала голубка, которая в страшный шторм пролетела над океаном сотни километров и доставила на базу координаты подводной лодки. За этот героический подвиг голубку наградили специальной воинской наградой Великобритании. Ей соорудили памятник и, кроме того, навеки зачислили в члены экипажа подводной лодки.

Специально обученных почтовых голубей используют в военной и политической разведке. Известны случаи, когда голуби помогают делать фотоснимки наземных секретных объектов. Для этого к телу птицы прикрепляют специально изготовленный фотоаппарат и пускают ее летать над нужным объектом.

Совсем недавно один предприимчивый датский фоторепортер решил использовать почтовых голубей вместо фототелеграфа. Он снимал соревнования яхтсменов в Кильской бухте (ФРГ) и хотел быстрее передать снимки в свою газету. С этой целью он взял на борт своей моторки корзину с почтовыми голубями и отправлял с ними отснятую пленку в редакцию газеты, выходящей в датском городе Орхус. Крылатые почтальоны исправно доставляли этот фотоматериал по назначению, быстро пролетая двести километров по прямой.

Точно так же используют голубей и японские репортеры. Отправляясь в срочную командировку, они берут с собой голубей. Фотопленку в редакцию птицы доставляют гораздо быстрее автомобилей и мотоциклов, зажатых потоком транспорта на дорогах.

О способности голубей находить дорогу в родные места, даже по совершенно незнакомому маршруту, свидетельствует такой уникальный факт. В августе 1960 года один киевлянин подарил своему знакомому летчику из Иркутска пару почтовых голубей-драконов, самца и самку. На реактивном самолете ТУ-104 летчик увез голубей в Иркутск и поселил на своей голубятне. Однако голубям не понравилось новое место. Через неделю они вырвались на свободу и взяли курс на запад. Об этом иркутянин сообщил киевлянину. Прошло полтора года. Каково же было удивление киевлянина, когда в феврале 1962 года, осматривая свою голубятню, он увидел там голубей, подаренных им летчику из Иркутска. Долгий, полный мытарств путь голубь и голубка совершили вместе, не разлучаясь. Все это время они, надо полагать, помнили свою старую голубятню, которая, как маяк, влекла их все 7000 км. Какими ориентирами они пользовались, где проводили зимние морозные и вьюжные дни, где и чем кормились зимой, где ночевали — трудно себе и представить.

Нужно сказать, что многие любители держат голубей не почтовых пород, а декоративных или гонных. Ведь от одомашненного сизого голубя и его городских потомков люди вывели 140 различных пород домашних голубей. Проявляя спортивный интерес, любители-голубеводы особенно ценят гонных голубей. Поднявшись в воздух, голуби долго и красиво летают над голубятней, доставляя этим истинное удовольствие хозяину. При этом не всегда нужно размахивать шестом с прикрепленным к нему красным лоскутом. Можно просто вывесить шест с лоскутом и держать на голубятне до назначенного срока. Сигналом для посадки голубям послужит отсутствие лоскута на шесте — они ведь хорошо видят его, хотя и поднимаются на высоту до 1500 метров. Бывают случаи, когда стая летает всю ночь до утра. Одной из лучших пород гонных голубей считается староуфимская.

Голуби отличаются большой остротой зрения и наблюдательностью. Учитывая, что они хорошо поддаются дрессировке, проводятся опыты по использованию их в качестве контролеров. Обученные голуби осматривают на фабриках готовые изделия (пуговицы, баночки, шарики для подшипников, фармацевтические препараты), выявляют бракованные и нестандартные и отбрасывают их в сторону.

Одно время за рубежом пробовали использовать голубей для управления ракетами. Помещенный в носовую часть ракеты голубь следил за экраном, и если ракета сбивалась с курса и на экране появлялось изображение — он клевал его. На клюв голубя надевали металлический наконечник и при соприкосновении его со специально устроенным экраном возникали токи, вносившие коррективы при полете ракеты к цели. Управляемые голубями ракеты успешно прошли испытания. Тем не менее голубей на той работе не оставили — появились более совершенные способы наводки ракет. И теперь мирные птицы занимаются только мирными делами.

Выручила галка

Голуби — не единственные птицы, которых люди используют для связи. В древнем Риме в качестве почтальонов использовали ласточек. Выпущенные на волю птицы возвращались к родному гнезду и доставляли хозяевам привязанное к ножке послание. При этом оказалось, что ласточки возвращались домой быстрее, чем голуби.

Задолго до развития авиации, первое письмо из Европы в Африку по воздуху доставил журавль. В 1892 году один сельский житель юга России поймал журавля, привязал к его ноге письмо и выпустил его. В письме был указан адрес и просьба сообщить, где журавль будет пойман или убит. Журавль попал в руки людей в Судане.

Случается, что и в наши дни разные птицы исполняют обязанности почтальонов. Аккуратным и исполнительным связистом оказался страус. В Африке, между местечками Чачве и Кучве, расположенными на расстоянии 20 километров друг от друга, нет телефонной связи. Нет и автобусного движения. Ходить пешком — далековато, да и жарко. А жители селений нуждались в связи между родственниками и знакомыми. И вот тут кому-то пришла в голову мысль использовать для этого страуса. Нашлись и энтузиасты, которые обучили почтовому делу и переходам из селения в селение ручного страуса. Опыт удался. Страус оправдал все ожидания жителей и стал регулярно доставлять почту. На шею ему вешают почтовую сумку, кладут в нее письма и отправляют в соседнее местечко. Набрав скорость, страус быстро исчезает за горизонтом. А минут через 20–30 необычный курьер, поднимая на дороге облако пыли, появляется в соседнем селении. Говорят, что страусу доверяют даже денежные отправления: честность птицы вне всякого сомнения. Опасаться, что страусиная почта может пропасть вместе с почтальоном, не приходится: зоркая и сильная птица не боится мелких хищников — вроде гиены или шакала. А от льва ее спасают длинные ноги. В случае опасности африканский страус делает шаги по 4–5 метров длиной и развивает скорость до 70 километров в час. И на лошади не догонишь такого скорохода.

В американском городе Нью-Порт в почтальоны попал пингвин Густав. Ручной пингвин был любимцем школьника — сына начальника одного из почтовых отделений. Мальчику часто приходилось разносить почту, а во время каникул делать это даже дважды в день. Смышленый мальчик привлек к себе на помощь Густава. Пингвин быстро запоминал адреса подписчиков и стал доставлять им почту вместо мальчика. Правда, первое время не обошлось без нареканий. Новый почтальон так медленно ковылял, что утренние газеты попадали подписчикам в лучшем случае к обеду. Чтобы ускорить доставку почты, мальчик научил пингвина бегать на роликовых коньках. И дело пошло на лад. Все остались довольными — и подписчики, и мальчик, у которого стало больше свободного времени. А Густав стал обладателем почетного титула «единственного в мире пингвина-почтальона».

Письма можно пересылать по воздуху и с прирученными птицами, особенно если они свободно летают за хозяевами — членами семьи, а затем возвращаются домой. А приручить, как мы уже знаем, можно самых различных птиц. В их числе — галки. В Кировоградской области, на дорогах Долинского района, несколько лет тому назад можно было видеть машину, а в ней водителя с сидящей у него на плече галкой. Шофер Устимовской автоколонны подобрал ее птенцом и воспитал. Галка привыкла к нему и стала путешествовать с ним по району. Она послушно выполняла просьбы хозяина: расчесывала клювом его волосы, доставала из кармана спецовки папиросы и спички, вытаскивала их из коробок. Галка зарекомендовала себя и как хороший «связист»: часто по приказу хозяина она улетала домой и возвращалась обратно.

Однажды галка по-настоящему выручила своего воспитателя. Во время очередного рейса его машина завязла в болоте и он никак не мог выбраться из него. Вокруг никого не было. Тогда шофер написал записку, привязал ее к ноге и отправил птицу домой. Вскоре на помощь прибыли товарищи из автоколонны.

Берта-почтальон

На одной из улиц небольшого немецкого городка Ашенбург, в Западной Германии, — заметное оживление. Прохожие не шли по своим делам, а стояли и разговаривали. Тут же полно школьников. Чувствовалось, что все чего-то ждут. Приезжие, вышедшие из почтамта, расположенного на этой же улице, удивленно спрашивали, что здесь случилось.

— Так сегодня же четверг! Сейчас Берта за почтой придет.

Оказалось, жители города собирались здесь, чтобы лишний раз посмотреть на необычного почтальона — дикую свинью Берту.

Маленьким полосатым поросенком Берта жила со своей мамой и рылась с ней в лесных зарослях. Однажды ее мама почему-то рассвирепела и напала на проходившего мимо лесника. Тому пришлось стрелять. Осиротевшего поросенка лесник принес к себе домой, назвал Бертой, выкормил и воспитал. Дикая свинка стала совсем ручной и привязалась к леснику и его семье, везде ходила за своим воспитателем.

Когда Берте исполнился год, лесник стал надевать на нее ошейник и водить на поводке за собой в город, куда он один раз в неделю ходил получать почту. Потом Берту приучили носить кожаный мешок на шее. Длинная дорога через глухой лес и городской шум не пугали свинью. Однажды лесник отправил Берту за почтой одну, хотя и не был уверен в успехе такого замысла. Но уже через несколько часов Берта весело похрюкивала у порога с полной сумкой. С тех пор Берта регулярно утром каждого четверга ходила одна в город за почтой. Собиравшихся на улицах людей она не только не боялась, но даже останавливалась ненадолго и позволяла им гладить себя и угощать.

О необычном почтальоне — дикой свинье Берте несколько лет тому назад рассказала на своих страницах западногерманская газета «Хейм унд вельт».

Как видим, доставлять письма, а порой и другие донесения могут не только голуби, но и специально обученные млекопитающие. Роль собак в этом общеизвестна. Правда, подвижные и любопытные собаки не всегда бегут к нужному месту по прямой. По пути они могут отклониться в сторону или отвлечься на побочные дела. Пес Шарик из кинофильма «Четыре танкиста и собака» довольно наглядно продемонстрировал это. Выполняя задание, он по пути погонял зайца, а затем кошку, вступил в драку с другими собаками, увлекся чужой колбасой. Но донесение все-таки доставил на место. Впрочем, исполнительность и аккуратность службы зависят от дрессировки, выучки собаки.

В Швейцарии владелец одного высокогорного курорта для доставки почты использует сенбернара Барри. Гостиница, куда нужно доставлять почту, находится на вершине горы и связана с долиной тросовым подъемником. На шею Барри вешают кожаную сумку с корреспонденцией, и он спокойно устраивается в кресле подъемника. Высоты четвероногий письмоносец не боится и даже не обращает внимания на пролетающих рядом птиц.

Кошки в роли связистов выступают редко и могут выполнять лишь разовые задания. Еще в 1879 году в Бельгии был проделан интересный опыт организации кошачьей почты. Из Льежа в разные места, примерно за 30 километров, вывезли 37 кошек. Там их выпустили, прикрепив к ним записки. Все кошки за сутки вернулись домой.

Вообще кошки сильно привязываются к месту и могут доставлять почту только в направлении к дому.

Уникальный пример регулярной службы кота в роли почтальона был в Югославии. У крестьянина Рандела Евича сын Момор пас скот в горах в восьми километрах от дома. Их домашний кот постоянно ходил на пастбище. Погостив там пару дней, кот возвращался домой в село. Заметив такую привычку, его решили использовать для передачи сообщений на пастбище и обратно. Когда отец хотел что-либо сообщить сыну, он привязывал послание коту на шею и отправлял его в горы на пастбище. Сын таким же путем посылал отцу ответ.

Более надежными почтальонами бывают однокопытные — ослы и лошади.

В югославской деревне Надьюгорье роль почтальона свыше десяти лет выполнял ослик. Жители деревни утверждали, что их ослик — образцовейший почтальон.

А в одной русской деревне была лошадь, которая одна ходила на почтовое отделение в соседнее село за письмами и газетами. Только денежные переводы приходилось доставлять самим людям.

Ловчие птицы

Старый лис-отец заменил лисятам погибшую в драке с собаками мать. Он охранял их, приносил им пищу. Когда они подросли, лис повел их на болото учить охотиться за выводками диких уток. Маленький лисенок Малыш тут же поймал утенка. Но он слишком увлекся своей первой добычей, не заметил сигнала отца об опасности и попал в беду. Громадный орел-беркут камнем свалился с вышины на Малыша. Еще миг — и птица поднялась в воздух вместе с лисенком в когтях…

Эту картину охоты беркута мог видеть каждый, кто внимательно смотрел научно-популярный кинофильм — «Закон великой любви». Для ее съемки работники кино пригласили из далекого Казахстана в Москву знаменитого старого «беркутчи» — охотника Сулеймана Такимова с его ручным орлом-беркутом. Семьдесят два года прожил до тех пор Сулейман в родном ауле, выезжая лишь охотиться в степь верхом на лошади и с беркутом на руке. «Кара тигер», черный тигр, так звали орла. Восемьсот шестьдесят лис и четырнадцать волков поймал он на охоте за свою семилетнюю жизнь. И вот он прилетел на самолете в Москву и стал здесь киноартистом.

Охота с беркутом и другими ловчими птицами известна давно. Особенно важным был этот способ добычи зверей и птиц тогда, когда еще не было огнестрельного оружия и охота велась с луком и различными ловушками — силками, капканами, сетями. Орлы-беркуты и сейчас широко еще используются любителями-охотниками в наших среднеазиатских республиках, особенно в Казахстане и Киргизии. Хорошо обученный беркут там ценится во много раз дороже ружья или домашних животных. Когда-то орел там стоил столько же, сколько несколько лошадей, верблюдов или небольшое стадо овец. И это неудивительно, если учесть, что охота с беркутом очень удачная и добычливая. Известны случаи, когда беркутчи добывали за сезон по 50 и больше лис, не считая другой добычи. Однажды охотник-киргиз за один день добыл с орлом 14 волков.

Для обучения беркутов охотники ловят их еще птенцами, забирая прямо из гнезда. После того как молодой орел приручен, подрос и окреп, его начинают обучать.

Ловят и взрослых беркутов. Киргизские беркутчи используют для этого специальную сеть, к середине которой привязывают как приманку живого зайца или лисицу. Запутавшегося в сети орла освобождают и держат в помещении с закрытыми колпачком глазами и со спутанными ногами. Колпак снимают лишь во время дачи корма — свежего мяса. Приручение беркута длится долго — месяцы, а то и более года. Когда птица привыкает к человеку, узнает его и спокойно принимает пищу из рук, тогда начинают натаскивать ее на ловлю зверей и птиц. Сначала беркута приучают сидеть на руке. А чтобы он не поранил ее своими крепкими когтями, на руку до локтя надевают толстую кожаную рукавицу или стеганый нарукавник.

Обучение беркутов охоте — прекрасный пример выработки у них условных рефлексов. Для этого используется наиболее сильный, естественный, безусловный раздражитель — пища. Используя его, беркутов приучают работать на человека, подкармливая птицу каждый раз, после поимки добычи, кусочками мяса. А чтобы орел не обленился, его перед охотой не кормят. В тех случаях, когда на охоту не ездят и орла нужно кормить дома, применяют прием, способствующий сохранению выработанного условного рефлекса. Один человек бежит и тащит за собой чучело или кожаную подушку с привязанным к ней лисьим хвостом, а охотник в это время выпускает орла. Взлетев и увидев «добычу», беркут настигает чучело и, схватив его когтями, издает воинственный крик. Охотник подбегает к орлу, отнимает «добычу» и тут же кормит его. Кормление орла таким способом представляет одновременно и охотничью тренировку. Поэтому орел получает еду только тогда, когда ловит добычу на охоте или чучело с лисьим хвостом дома.

Но вот беркут обучен. Рано утром беркутчи выезжает верхом на коне в степь. На руке, поддерживаемой особой деревянной подставкой, прикрепленной к седлу, сидит беркут. Глаза его закрыты кожаным колпачком-шапочкой, чтобы он ничего не видел и не слетел за случайной добычей, не нужной охотнику. Наконец беркутчи заметил стаю уток. Сняв шапочку с головы орла, он показывает ему дичь. Поднявшись на могучих крыльях ввысь, беркут быстро находит добычу: он, как и другие хищные птицы, может разглядеть ее даже с километровой высоты.

Добычу беркут берет и в воздухе, и на земле. Птиц, сурков, сусликов, зайцев и лис он мгновенно пронзает ударом своих мощных когтей. Особенно полезен ему в этом деле длинный, до 7 см коготь на заднем пальце. Им, как кинжалом, беркут убивает свою жертву. Крупную добычу, — сайгу, джейрана и волка, беркут ловит за спину и задерживает ее, пока не подоспеет охотник. Если жертва повернет голову в сторону орла, что делают огрызающиеся волки, орел молниеносно хватает одной лапой ее за морду и не дает распрямиться. Чтобы орлу легче было справляться с волком, охотники приучают беркутов выклевывать глаза своей жертве. Для этого в чучело лисы, в глазные отверстия, вкладывают по кусочку мяса.

Опытные беркутчи знают, что орлы очень чутко реагируют на то, как человек обращается с ними. Если охотник закричит на орла или, что еще хуже, ударит его, то гордая птица будет отвечать ему неприязнью. Но если орел проникнется доверием к человеку, то станет ему верным и надежным помощником. Известны случаи, когда беркуты более десяти лет служили приручившему их охотнику.

Нужно сказать, что орлы-беркуты — птицы довольно редкие. В Башкирии и в соседней Челябинской области беркуты лишь изредка встречаются в больших старых лесах, где редко бывают люди. Одна пара беркутов жила в Ильменском заповеднике почти 30 лет и все на одном и том же месте. Ввиду большой редкости этих птиц в нашей местности не может быть и речи об отлове их для охоты. Погубить гнездовье, быть может, последней в данном районе птицы, ставшей своего рода памятником природы, — это настоящее преступление.

В древние времена в Европе и Азии была широко распространена охота на дичь при помощи соколов и ястребов. До изобретения пороха и дробовых ружей соколы помогали людям охотиться на уток, гусей, дроф, цапель, лебедей и даже на таких животных, как зайцы, газели и антилопы. Соколиная охота возникла 2,5 тысячи лет тому назад на Востоке и через Россию перешла в страны Западной Европы. Упоминание о соколиной охоте есть уже в таких древних книгах, как «Слово о полку Игореве», в киргизской саге о Манасе великодушном, в сочинениях Низами.

В качестве ловчих птиц для охоты использовались соколы — кречет, сапсан и балобан, и ястребы — тетеревятник и перепелятник. Из соколов предпочтение отдавалось кречетам, жителям Крайнего Севера.

Соколы и ястребы широко использовались для охоты в Киевской Руси. Уже при князе Олеге был заведен соколиный двор, а позже Ярослав Мудрый учредил государственную соколиную службу. Соколиная охота процветала при Владимире Мономахе и позже. Имеются сведения о том, что Чингисхан и его сыновья — Джегетай и Угедей помногу охотились с кречатами и будто бы они после недельной охоты посылали в Самарканд до 50 верблюдов, нагруженных дичью для раздачи ее населению.

Ловчие птицы ценились в то время чрезвычайно высоко, особенно сокола-кречеты. Об этом свидетельствуют и такие исторические факты. В 1396 году в битве с турками при Никополе французы потерпели поражение, и многие их военачальники попали в плен. Французскому королю Карлу VI пришлось выкупить некоторых из них. Маршалы де Бусико и де ла Тремойль были освобождены из плена за несколько кречетов. Тогда же герцог Бургундский выкупил своего сына за дюжину белых кречетов.

К тому времени уже существовала целая соколиная наука. Первую книгу о ловчих птицах и соколиной охоте написал более 700 лет тому назад не специалист-орнитолог, а император Священной Римской империи Фридрих II Гогенштауфен, великолепный знаток ловчих птиц и сам страстный охотник.

В XVII веке увлечение соколиной охотой приводило к созданию у богатых вельмож и королей целой армии сокольников. У шаха персидского, например, в конце XVII столетия, было 800 соколов с конными сокольниками. У нас, в России, соколиная охота особенно процветала при царе Алексее Михайловиче. Памятью о ней служат Сокольники и Сокольничья роща в Москве.

Создается специальная служба по добыванию молодых соколов, их доставке, содержанию и обучению. Места, где водились соколы, охранялись. Первый на Руси заповедник для охраны от разорения «кречачьих седьбищ» был создан на Мурманском побережье. Оттуда в XVII веке поставляли соколов ко двору царя Алексея Михайловича.

Охотники-сокольники пользовались в то время почетом и многими привилегиями. Управляющий ими — старший сокольничий вообще был представителем высшей придворной знати. Заметим, что в России последним старшим сокольничим был предок А. С. Пушкина Гаврила Григорьевич Пушкин. Нужно сказать, что соколятники умело вели свое хозяйство. Птенцов ловчих соколов они добывали разумно, с перспективой на будущее, не истребляя выводков целиком, чтобы не подорвать веками существовавших гнездовий. Немало значили и строгие наказания за разорение гнезда сокола — от плетей до каторги.

Воспитание и обучение соколов также требует большого умения и даже терпения. Одно время для ускорения приучения соколов к человеку их тренировали в специальных помещениях, залитых водой, чтобы птице не было где сесть. Полетавшему соколу невольно приходилось садиться на плечо или на руку человека, который тут же давал ему кусочек мяса. Когда сокол привыкал к человеку, начиналось приучение его к охоте. Соколы и ястребы ловят добычу на лету (ястреб-тетеревятник берет ее и на земле), а поймав, садятся с ней в укромном месте на землю и начинают терзать — ведь они ловят ее для себя! Поэтому важно научить их отдавать ее охотнику. Обычно охотник быстро подходит к севшему соколу и, присев возле него, протягивает руку в кожаной перчатке. Сокол, как бы несколько неохотно, оставляет добычу и перелетает на руку, за что тут же получает кусочек припасенного в сумке мяса. Чтобы легче было найти севшего сокола, к его ноге прикрепляют бубенчик.

Охотничий бросок сокола на добычу — редкое по красоте зрелище. Взмыв ввысь и наметив себе жертву, сокол-сапсан молнией устремляется на нее сверху, развивая скорость до 200, а то и до 300 километров в час. Добычу он бьет лапами на лету, пронзая ее острым кривым задним когтем. При нагоне добычи соколы летят со скоростью до 75 и даже до 100 метров в секунду.

С развитием ружейной охоты масштабы применения ловчих птиц уменьшились, а кое-где охота с ними и совсем исчезла. И тем не менее еще в прошлом столетии охота с ястребами-тетеревятниками и особенно с более мелкими и слабыми перепелятниками широко практиковалась на территории Башкирии. Много интересных подробностей о ней и о воспитании и обучении ловчих птиц приводит писатель С. Т. Аксаков в прекрасных и поныне увлекающих своей свежестью «Рассказах и воспоминаниях охотника».

В настоящее время охота с ловчими птицами имеет в основном спортивный характер. В нашей стране ею занимаются лишь любители-энтузиасты в республиках Средней Азии и Закавказья. Усилился интерес к ней в Англии, США, Франции, ГДР, ФРГ, Венгрии.

Крупный и сильный ястреб-тетеревятник — самый разносторонний охотник из ловчих птиц. Он с одинаковым успехом берет добычу в воздухе, над водой и на земле. Вот такого помощника приручил однажды директор Токмакского госохотзаказника, расположенного недалеко от озера Иссык-Куль в Киргизии. Разумеется, на территории заказника охота недопустима. Но этот ястреб все же охотился там. Он помогал своему хозяину отлавливать фазанов, чтобы окольцевать их, отправить на зообазу или передать в другие охотничьи хозяйства для расселения. А чтобы ястреб не умерщвлял их своими смертоносными когтями, ему надевали на них своеобразные «перчатки» — кубики пористой резины.

В военные годы в некоторых армиях, в том числе и в нашей, ручных соколов и ястребов использовали для ловли воздушных связистов-голубей, переносивших секретную почту и донесения.

В последнее время ловчих птиц привлекают для охраны урожаев на полях, в садах и виноградниках от налетов воробьев, скворцов и голубей. Отстрел этих птиц, полезных в другое время и в других местах, не всегда возможен и целесообразен. А от урожая их нужно прогонять. Можно использовать магнитофонную запись тревожных криков-сигналов этих птиц, но это не всегда и не везде дает должный эффект. Пугал птицы не боятся — воробьи даже садятся отдыхать на разные чучела. Вот здесь-то и находят свое применение прирученные ловчие птицы. Такой опыт был проведен в Венгрии. Для изгнания с полей и садов воробьев на них выпускали ястреба-перепелятника, а против голубей — тетеревятника или сокола. Хищные птицы нагнали на птиц-дармоедов такого страху, что они сразу же покинули охраняемые участки. Там, где виноградникам вредили скворцы, этот метод также оказался весьма действенным. На опытной станции рисосеяния роль караульщика плантаций выполняла специально обученная пустельга. Летая над полями станции с утра до вечера, она пугала воробьев, и они предпочитали там не появляться. Урожай риса был спасен.

В местах, где рыбным прудам причиняли ущерб цапли и утки, выпуск ястреба-тетеревятника помог избавиться от пожирателей рыбы.

В ряде стран сейчас используют соколов и ястребов-тетеревятников для отпугивания чаек и других птиц от аэродромов, где они нередко вызывают катастрофы при взлете и посадке самолетов.

Как мы уже говорили выше, хищные птицы сейчас находятся под охраной людей. Поэтому отлов их, особенно ставших исключительно редкими крупных соколов, повсеместно запрещен. Лишь в некоторых районах это иногда можно сделать по специальному разрешению. Такие ограничительные меры вполне оправданы. Разве не приятно узнать, что, благодаря разумному отношению людей, одно гнездо кречетов на острове Харлов у Мурманского побережья сохранилось там еще с XVII века. Поражает постоянство этих гордых и мужественных птиц и их привязанность к своему гнездовью.

Вместо борзой — большая кошка

Знойный полдень. Солнце немилосердно жжет землю. Лишь изредка легкое дуновение ветерка приносит прохладу из долины Ганга. На минуту становится свежее, лучше, грудь дышит полнее. А затем опять непереносимая духота и горячий воздух обжигает носовые ходы и даже ноздри при каждом вдохе…

Среди холмистой степи пасется стадо антилоп. Впереди выделяется рослый пепельно-серый самец с белым пятном на горле. Вот ему что-то послышалось. Подняв голову на высоко вытянутой шее, озирает он кругом степь. Ничего опасного. Лишь вдалеке, километра за полтора, двигалась двухколесная повозка. И самец опять пасется, посматривая на доверившееся ему стадо.

А опасность приближалась. На продвигавшейся к антилопам повозке были пассажиры. Один — высокий, загорелый индус в белой повязке на голове, одетый в белую рубашку и такие же, узкие и короткие, до колен, штаны. Рядом с ним лежало какое-то животное, величиной с добрую собаку. Желтого цвета мех, густо усеянный темными пятнами. Лапы, как у собаки, а голова кошачья. Глаза завязаны. Знаток или местный житель сразу признал бы в нем хищного и кровожадного зверя гепарда.

Повозка все ближе и ближе подъезжала к стаду антилоп. Вот их уже можно сосчитать в отдельности, различить старых и молодых. В двух-трехстах метрах от стада индус осторожными движениями открыл голову своему спутнику и снял повязку с глаз. Показав рукой в сторону стада, охотник слегка подталкивает гепарда. Бесшумно соскользнув с телеги, крадется зверь к стаду. Видно, как от волнения, вызванного близостью добычи, беспокойно извивается его длинный хвост. Вдруг он приник к земле и замер: вожак стада на секунду повернулся в его сторону. Дальше зверь уже ползет, тесно прижимаясь к земле. Стадо не слышит врага: ветерок дует в сторону гепарда. Остается пространство в несколько десятков метров. И внезапно все приходит в движение. Зверь вскакивает и стрелой бросается на животных, которые как по команде устремляются в степь, следом за вожаком. Но поздно: одна из антилоп, отставшая в замешательстве, уже настигнута четвероногим охотником. Сильным ударом мощной лапы по ногам сбивает он антилопу на землю и тотчас же хватает ее зубами за горло. Подоспевший индус перерезает добыче шею и, собрав кровь, дает выпить гепарду. Затем, взвалив тушу антилопы на повозку и усадив на нее гепарда, едет дальше.

Мы описали один из способов охоты на антилоп в старой Индии. Там давно подметили, что водящийся в их местности хищный зверь — гепард, или собака-кошка, легко становится ручным. А так как гепарды хорошие охотники на антилоп, их используют как помощников на охоте. Еще в прошлом столетии многие владетельные князья, принцы и богатые индусы имели десятки выдрессированных гепардов, предназначенных специально для охоты на антилоп.

Использованию их на охоте гепарды обязаны многим своим врожденным качествам. В естественных условиях гепард одинаково хорошо умеет и затаиваться, и подкрадываться к антилопам и другим животным. У водопоев он чаще затаивается и хватает добычу из засады. А если выследил своими зоркими глазами в степи стадо антилоп, то осторожно подкрадывается к ним как можно ближе, даже на животе ползет, а тогда уже кидается на них. Если нужно — преследует. И как бы быстро ни бежала антилопа, гепард все равно догонит ее — не зря же он считается самым быстроногим из всех наземных млекопитающих. На коротких дистанциях, примерно в полкилометра, гепард развивает скорость в 110 и даже 120 километров в час. Французский зоолог Борлье наблюдал, как гепард промчался 600 метров за 20 секунд. А британский натуралист Фрэнк Лейн отметил другой рекорд — 128 километров в час, или 35 метров в секунду. Спринтер-рекордсмен среди млекопитающих! Правда, такой темп гепард выдерживает недолго — максимум полминуты. Но и этого ему достаточно для того, чтобы догнать добычу. Причем гепард бежит не только вслед за добычей, но при необходимости пересекает путь своей жертвы под наиболее удобным углом. Следовательно, предвидение и расчет траектории присущи и этим хищникам, не только собакам. Поймав жертву, гепард не рвет ей горло, а душит ее.

Сейчас количество гепардов в Индии сильно поубавилось, и охота с ними стала редким зрелищем. К тому же теперь гепарда часто подвозят к стаду антилоп не на повозке, а на джипе. Охотятся с гепардами на антилоп и в некоторых районах Африки.

Следует иметь в виду, что не всякий прирученный гепард годится для охоты. Та же Пиппа и ее дети, воспитанные Адамсонами, не могли толком ловить зверей не только для хозяев, но и для себя. Дело в том, что гепарды, прирученные с самого молодого возраста, превращаются в домашних баловней и становятся слишком миролюбивыми и недостаточно свирепыми для охоты. Поэтому дрессировщики в Индии предпочитают приручать для охоты гепардов, пойманных взрослыми. На охоту обычно берут голодного гепарда.

Гепарды не единственные хищные звери, которые помогают человеку охотиться на дичь. Есть предположения, что в древнем Египте для охоты использовали и львов.

Известно немало примеров, когда люди приучают помогать им на охоте прирученных лисиц, волков и других зверей.

С. Т. Аксаков в своих «Рассказах и воспоминаниях охотника» писал, что французский естествоиспытатель Жорж Бюффон настолько хорошо приручил и воспитал двух лис, что они ходили с ним на охоту, отыскивали дичь, делали стойку и вообще вели себя, как охотничьи собаки. Более того, лисы сами ловили зайцев и приносили их живыми своему хозяину.

Колхозник А. А. Лукичев из Шацкого района Рязанской области поймал как-то весной в лесу двух волчат — совсем маленьких, едва глаза открылись. Принес домой и посадил к собаке, которая только-только ощенилась. Собака приняла чужих детей, кормила, играла с ними. Когда волчата подросли, хозяин, искусно имитируя волчий вой, научил их откликаться, подвывать. И стал брать с собой на охоту. В лесу, на волчьих тропах, устраивалась засада. Охотник подавал сигнал — прирученный волк начинал выть. В ответ издалека раздавался вой другого волка, третьего. Постепенно волки приближались и попадали в засаду. С помощью прирученных волков охотник немало истребил их диких собратьев.

Такие примеры не единичны. Управляющий Ковалевским отделением совхоза «Лесной» Кустанайской области Н. Тихонов взял в логове, в копне старой соломы, маленького волчонка. Выдра, так назвали найденыша, выросла в красивого зверя. Она жила в одной конуре с собакой, вела себя чинно и заменяла хозяину охотничью собаку: ходила с ним на охоту, превосходно разыскивая следы зайцев и лисиц.

С буйволом на тигра

Каких животных вы считаете самыми опасными?

Такой вопрос не раз задавали туристы, прибывшие в Африку, местным жителям — неграм и охотникам. И в пятерку названных ими самых опасных крупных зверей обязательно попадал буйвол. Правда, одни ставили его на первое место, а затем шли лев, слон, леопард и носорог. А знаменитый охотник-профессионал Джон Хантер наиболее опасных зверей располагал в такой последовательности: леопард, лев, буйвол, носорог и слон.

Как бы то ни было, во всех случаях буйвол попадал в число наиболее опасных животных. Крупные, весом до 800 кг., дикие буйволы, особенно самцы, чрезвычайно агрессивны и переходят в нападение по малейшему поводу. Если буйвол собьет охотника, он почти всегда возвращается, чтобы растерзать, растоптать свою жертву. Кроме того, буйвол отличается большой хитростью. Уходя от преследующего его охотника, он делает петлю и устраивает на него засаду у своего следа. К этому приему обычно прибегает раненый буйвол, который чувствует, что дальше идти не может. В то время как у львов и леопардов хорошо развито зрение, но слабое обоняние, а у слонов и носорогов, наоборот, плохое зрение и прекрасное обоняние, у буйволов в равной степени хорошо развиты и зрение, и слух, и обоняние. А все это вместе взятое усиливает опасность встречи с рассвирепевшим буйволом.

Домашние буйволы, даже самцы, совершенно безопасны для вырастившего их человека или, во всяком случае, не более опасны, чем наш домашний крупный рогатый скот. Однако и их можно обучить помогать человеку на охоте, как это делают в Индии и на Цейлоне. Приучив буйвола ходить с ними на охоту, охотники подкрадываются к дичи, прячась за своего помощника-великана, которого совершенно не боятся антилопы и другие животные. Буйвол помогает хозяину охотиться и на хищников. Благодаря очень хорошему обонянию, он легко обнаруживает зверя по запаху. Появляющиеся у буйвола частые и глубокие вздохи, указывают охотнику, что хищник рядом. В Индии домашних буйволов нередко используют как приманку для львов и тигров во время охоты на них или, при необходимости, для заснятия этих владык джунглей. С этой целью в намеченном месте обычно привязывают молодых буйволов.

Сильные и миролюбивые домашние буйволы-самцы не всегда пасуют перед хищниками и, в случае опасности, могут дать достойный отпор леопарду, а подчас льву или тигру. Индийский писатель Тарашанкор Бондопадхай в рассказе «Черный буйвол» описал такую историю. Крестьянин Ронголал купил себе двух больших, сильных буйволов. Три года прожили они у него, привыкли к нему и слушались только его. Если буйволы паслись или залезали в воду, Ронголалу не нужно было ходить за ними и искать их. Стоило ему только закричать по-ихнему: «У-у-у-у!» — и буйволы, как телята, сами бежали к нему на знакомый голос. Однажды на Ронголала хотел напасть леопард. Он увернулся, отбежал за дерево и закричал: «У-у-у-у!». Тотчас же прибежали буйволы, напали на хищника и, поддев его на рога, распороли ему брюхо. Но и леопард успел вцепиться зубами в шею одного буйвола и тот погиб.

В одном из селений Индии пастухи стали страдать от нападений тигра. Он нападал на буйволов и буйволиц, дававших людям молоко, и тем самым лишал их многого. Нужно было отвадить тигра от буйволиц, не убивая его, — тигров ведь стало совсем мало. Оказавшийся в селении охотник Шриджитхи Сидханталанкар, описавший позже этот случай, вспомнил, что недалеко живет его приятель-охотник Хусейн, у которого есть буйвол, уже победивший двух тигров. Решили вызвать их на помощь.

В назначенный день Хусейн с буйволом были на месте. Буйвол был страшен с виду: налитые кровью глаза, с губ падала пена, выкрашенный красным лоб, прикрытые кожаными щитками суставы ног. На шее — ошейник с острыми железными шипами, торчавшими наружу во все стороны.

Приход буйвола совпал с новым нападением тигра: он убил буйволицу у жителей селения возле водопоя. Тотчас же по следу тигра пошли охотники с буйволом. Впереди шел буйвол и, тщательно принюхиваясь, верно определял нужную дорогу. Обоняние у него было, как у собаки. Шли девять часов подряд и пришли к месту, где в сухой высокой траве у канавы притаился тигр. Буйвол это почувствовал и остановился. Потом он злобно фыркнул и двинулся в сторону кустов. В то же мгновение перед ним появился огромный ощетинившийся тигр. Буйвол оторопел и на мгновенье замер, но в следующий миг, грозно выставив рога, бесстрашно ринулся на тигра. Полосатый хищник взвился в мощном прыжке, отскочил назад на скос канавы и оказался футов на восемь выше буйвола. Буйвол остановился и, задрав голову, озадаченно смотрел на него. Тигр с грозным рычанием бросился на буйвола, но буйвол успел увернуться, и тигр со всего размаху шлепнулся о землю. Не медля ни секунды, буйвол бросился на врага. Тигр все же успел отпрянуть от страшных рогов и стремительно вскочил буйволу на спину. Тот мощным движением сбросил тигра на землю. Тигр вскочил, пытаясь вцепиться буйволу в глотку, но уколовшись об острые шипы ошейника, снова вскочил буйволу на спину.

Буйвол тотчас же, словно расшалившийся ребенок, ловко перекувыркнулся на песке, и тигр, не ожидавший такого маневра, оказался под тяжелой тушей противника. Буйвол задрал ноги кверху и с ожесточением катался по ревевшему от боли тигру. Все попытки тигра вылезти из-под буйвола были безуспешны. Еще минута, и с тигром все было бы кончено. Не желая его гибели, охотник выстрелил из обоих стволов ружья в воздух. Когда дым рассеялся, он увидел, что буйвол растерянно стоит неподалеку, а обессиленный тигр, едва передвигая лапы, ползет по склону горы. Было видно, что буйвол основательно помял его.

Три месяца спустя охотнику пришлось снова побывать в этом селении. Пастухи рассказали ему, что тигр выздоровел и по-прежнему живет в джунглях. Но после того поединка он ни разу больше не нападал на буйволов. Не иначе, как один вид буйвола вызывал у него страх. Урок пошел впрок!

Помощники с кольцом на шее

Чуть забрезжит рассвет, старый Матабэй уже на ногах. Не спится бедному японцу. Это можно богатым, а ему нельзя. Если он не будет рано вставать, то и сам и его маленькая внучка останутся сегодня без риса и овощей.

Взяв своих неизменных помощников-бакланов, Матабэй узенькой тропинкой направился к морю. Позади просыпался город.

Уже всходило солнце, когда Матабэй оттолкнул свой легкий бамбуковый плот от берега. На краю плота, присев на короткие ноги, лениво поводя головами, смотрели в воду бакланы. Возле знакомой отмели старик остановил плот. Надев на шею каждому из бакланов веревочное кольцо, старик скомандовал:

— А ну, за работу…

Один за другим прыгали бакланы с плота и ныряли в воду. Вскоре один из них вынырнул с рыбой в клюве. Видно было, как птица пытается проглотить добычу, но кольцо, охватившее ее шею, не давало пройти ей внутрь. Убедившись, что поживиться ему не удастся, баклан поплыл к плоту. Подхватив птицу вместе с рыбой, Матабэй вытащил их из воды. Так же поступил он и с другими птицами. Отобрав у них рыбу и сняв кольца с шеи, старик дал бакланам немного пищи — по кусочку рыбы в награду за труд. А затем он опять торопливо отправил своих рыболовов в воду: нужно было больше наловить рыбы и еще попасть с ней на утренний базар…

В этой картине, из недалекого прошлого, показано, как работают на человека прирученные бакланы — помощники рыбаков.

Бакланы сравнительно крупные птицы из отряда веслоногих. Водятся они всегда возле воды, близ морей, озер и рек Южной Европы, Южной Азии, Северной Африки. У нас разные виды бакланов живут на Дальнем Востоке и в южных районах. Много их на Каспии в дельте Волги.

Пища бакланов — рыба. Целые дни они проводят на воде, ныряя за добычей. Увидев рыбу, птица стремительно нагоняет ее и хватает клювом — она прекрасный ныряльщик и пловец. К тому же бакланы и видят под водой очень хорошо. В воздухе, при полете, бакланы, как и все птицы, дальнозорки — видят предметы на далеком расстоянии. А под водой им требуется ближнее зрение — ведь рыбу они замечают всего за несколько метров. Но для них и это не проблема: они могут произвольно менять кривизну хрусталика глаза. При этом хрусталик принимает более выпуклую форму, это укорачивает фокусное расстояние до сетчатки, и изображение на ней рыбы будет более четким. А когда баклан выплывает на поверхность, хрусталики растягиваются, выпуклость их уменьшается, и глаза снова настраиваются на видение далеких предметов.

Поймав под водой рыбу, баклан поднимается с ней на поверхность и, подбросив в воздух, заглатывает ее с головы. Промахов у такого «жонглера» почти не бывает. Иногда глотают рыбу, находясь под водой. Прожорливость бакланов необычайна. Один любитель провел опыт, желая проверить, сколько баклан может съесть рыбы. Оказалось, что баклан проглотил одну за другой 26 плотиц, до 20 сантиметров длиной. Рыба заполняла его желудок, пищевод и даже торчала изо рта. В среднем бакланы, живущие на воле, съедают в день не менее 500 г рыбы. Кроме того, в пылу проявления охотничьего инстинкта они убивают крупную рыбу, которую не могут проглотить из-за большой величины. Не удивительно, что в Астраханском государственном заповеднике бакланам не дают сильно размножаться.

Бакланов используют при спортивной ловле рыбы и в Европе. Кое-где на озерах и реках можно видеть сидящего в лодке человека, который держит в руках не удочку, а длинную веревочку. Другой конец ее привязан к кольцу, надетому на шею баклана — на случай, если ему захочется удрать с пойманной рыбой.

Помощником в ловле рыбы может быть и огромный розовый пеликан или, как его называют, баба-птица. Биолог Г. А. Скребицкий рассказывал, что в Кызыл-Агачском заповеднике, на берегу Каспийского моря, севернее Ленкорани, он однажды познакомился со старым рыбаком, Никитичем, у которого был ручной пеликан. Кто-то повредил птице крыло, а старик вылечил и приручил ее. Узнав, что в Японии ловят рыбу с помощью бакланов, Никитич решил приспособить для этого своего пеликана. Он сшил птице ошейник, надевал его пеликану на шею и плыл с ним на лодке в море. Выследив рыбу, пеликан стремительно бросался вперед и, быстро опустив голову в воду, поддевал нижней частью клюва, как сачком, крупную рыбину. Проглотить ее он не мог — мешал ошейник. Никитич подплывал к пеликану, вытаскивал из его пасти добычу и клал к себе в ведро. А взамен он кормил своего помощника заранее приготовленной мелкой рыбешкой. С моря старый рыбак возвращался с хорошим уловом.

Охота с живой снастью

— Как это с живой снастью? — подумает читатель, — разве бывают такие?

И правда, снасти — это неодушевленные предметы. Всякие там удочки, сети, капканы, вентеря, неводы и прочее. Но как оказывается — есть на свете и живые снасти.

В тропических и субтропических морях водится разной величины рыба от 30 до 90 сантиметров длиной. Мелкая чешуя, темно-бурая окраска. На голове у нее находится большая, овальная присоска с поперечными кожистыми листочками. Прижмется рыбка к какому-нибудь предмету, листочки приподымутся — образуется безвоздушное пространство. А со всех сторон вода давит, вот рыбка и держится крепко-прекрепко, не оторвать. Все равно как бы прилипла. Этих рыбок потому и называют прилипалами. Небольшая рыба-прилипала способна удерживать груз свыше 6 килограммов. В Нью-Йоркском аквариуме небольшой прилипалой поднимали сосуд с водой весом в 12 кг, а 10-сантиметровой прилипалой подняли 18-килограммовую рыбу.

Такая особенность прилипал объясняется их приспособлением к среде, к условиям существования. Они плохие пловцы, а в воде требуется очень быстрое передвижение, чтобы собрать достаточное количество пищи. Прилипала и пользуется своими присосками. Пристанет к какой-нибудь крупной рыбе, черепахе, акуле, к киту или к кораблю и плавает с ним. Если нужно схватить пищу, прилипала отстает от своего транспорта, ловит и глотает добычу, а затем опять присасывается к нему. Случалось, что моряки ловили акул, на которых было множество рыбок-прилипал. Вынутые вместе с акулой, они отрывались от нее, но не сразу.

Кстати, чтобы снять рыбу с хозяина в воде, ее нужно продвинуть головой вперед. При этом пластинки-листочки ее присоски опускаются, и вакуум ослабляется. Если же тянуть прилипалу за хвост, то присасывание будет только усиливаться.

Среди прилипал есть такие, которые должны постоянно прикрепляться к определенному хозяину, такова, например, акулья ремора. Есть и свободно живущие прилипалы, прикрепляющиеся лишь временно к подходящим объектам. Обычно они крупнее. Однажды такая рыба смутила и напугала одного из участников советской экспедиции на судне «Витязь». На отмели рифов возле Мальдивских островов он собирал кораллы, и в это время к нему подплыла большая рыба и явно старалась прикрепиться к резиновому сапогу. Полагая, что следом за ней может появиться акула, человек поспешил к берегу, сопровождаемый рыбой-прилипалой.

Особенность прилипал подметил человек и стал пользоваться ими как снастью для ловли черепах. Так делают местные жители в некоторых тропических странах, например на острове Кубе, в Занзибаре, по берегам Торресова пролива. Пойманных заранее для этой цели прилипал они держат в затопленной лодке или яме с морской водой. Отправляясь на охоту за черепахами, они привязывают к хвостам своих помощниц-прилипал веревки (иногда веревку прикрепляют к надетому на хвостовой стебель кольцу) и везут в лодке в сосуде с водой, а то и просто тащат за собой на буксире. Как только охотник заметит плывущую черепаху, он подбрасывает рыбу-прилипалу как можно ближе к ней и разматывает веревку. Рыба догоняет плывущую черепаху и тотчас прилипает к ее нижнему щиту. И прикрепляется настолько крепко, что охотник уверенно подтягивает черепаху к лодке и вытягивает ее из воды.

Таким же способом, при помощи рыбы-прилипалы, кое-где ловят крупных рыб и даже дюгоней — морских млекопитающих из отряда сирен. Годятся прилипалы и для ловли крупных крабов.

Лоси в упряжке

Зимний лес одет в белый наряд. По узкой заснеженной дороге движутся санки. Вот они уже совсем близко, и можно рассмотреть, кто в них сидит. Но что это? Вместо лошади в санки запряжен лось! Да, самый настоящий лесной великан. А в санках сидит всем известный народный артист О. Жаков и правит своим необычным конем.

— Да это же кадр из научно-популярного фильма «Повесть о лесном великане»! — скажут всезнающие читатели.

Верно, кадр. Но если выдрессировать только одного лося так, чтобы он мог возить артиста — и то уже большое дело. Но в фильме речь идет не об одном случае, а о специальной работе по приручению и одомашниванию лосей.

Мы уже говорили, что там, где лоси взяты под охрану, они перестают бояться людей и становятся более доверчивыми, а пойманные, особенно молодые, и вовсе быстро и хорошо приручаются.

При умелом содержании и воспитании диких лосей их можно настолько приручить, что они будут почти полностью одомашнены. Первые широкие опыты приручения лосей с целью хозяйственного использования их начали проводить в Печоро-Илычском заповеднике, на севере нашей страны. Постепенно здесь была создана первая в мире лосеферма.

Кропотливая и терпеливая работа сотрудников заповедника дала положительные результаты. Дикие животные стали вполне ручными. Молодые лосята здесь совершенно не боятся человека и всюду следуют за ним. Они настолько привыкают к людям, что на выпасе в лесу сами подходят к ним и просят какой-нибудь подачки. Даже жалобно мычат, если им ничего не перепадает. Порой их трудно бывает сфотографировать: не успеет фотограф навести объектив, а они уже «выходят из кадра», подходят к человеку, тычутся мордами в руки и пытаются лизнуть фотоэкспонометр. Найденные в лесу лосята-сироты и вовсе легко приручаются — стоит им попробовать коровьего молока — и приживаются на ферме.

Выросшие лоси свободно пасутся в лесу. Если их нужно вызвать из леса — пользуются рожком. На его зов они охотно идут, так как по этому сигналу их приучают приходить к подкормке. Если иной лось и совсем останется в лесу, то все равно людей не забывает, ведь воспитанный человеком лосенок привязывается к своему кормильцу на всю жизнь. В заповеднике был случай, когда на вольном выпасе в тайге исчезла годовалая лосиха. Через два года она встретилась в лесу со своим кормильцем и, услышав его голос, сразу же подбежала к нему и стала обнюхивать лицо, руки, тыкать мордой в карман, из которого когда-то доставала лакомства. Лосиха прошла за человеком около десяти километров до лосефермы и вновь осталась там жить. Примечательно, что за два года жизни в тайге с дикими лосями она нисколько не одичала. Случалось, что лоси, ушедшие с лосефермы в лес, сами возвращались обратно.

Выросшие на опытной ферме заповедника лоси используются на разных хозяйственных работах, а лосих летом доят, получая от них в сутки до двух литров густого, жирного и питательного молока.

Лоси заповедника зарекомендовали себя как хорошие транспортные животные. Причем оказалось, что лоси обладают высокими рабочими качествами: они могут ходить в упряжке и под вьюком. Зимой на них дрова на санях возят, летом они ходят под вьюком по топям и бездорожью, где лошадь увязнет и километра не пройдет.

Длинные ноги лосей с глубокораздвоенными копытами соединены крепкой растягивающейся перепонкой, что позволяет им без труда ходить лесом по бурелому, болотам, а зимой — по глубокому снегу. Не случайно же в скандинавских странах еще в прошлом столетии на лосях пытались возить почту. В периоды осенней распутицы, когда дорога к заповеднику портится, и лошади не могут пройти через незамерзшие топкие болота, работников заповедника выручают лоси. Они возят почту, пассажиров и различные хозяйственные грузы.

Проблема одомашнивания лосей сейчас все больше занимает ученых и практиков. Уж очень заманчива перспектива выращивания на даровых лесных кормах животных, которые за лето дают до 400 литров похожего на сливки молока, с жирностью до 10–12 %, а в двухлетнем возрасте весят до 20–22 пудов. Причем это молоко и мясо можно получать не на выращенных на полях кормах, а на ветках осины, ивы, рябины, на хвое, разных болотных растениях и даже на грибах, которые лоси также охотно подбирают. Не брезгают они и грибами-мухоморами, поедая их без всякого для себя вреда. Важно и то, что лоси не боятся гнуса, который в северных районах является настоящим бедствием для людей и для домашних животных.

Опыты по одомашниванию лосей проводятся и в других местах нашей страны. Значительных успехов в этом деле достигли работники опытной лосефермы, организованной в 1965 году в деревне Сумароково Костромской области. Здесь лоси свободно пасутся в окрестных лесах, питаясь ветками и листьями деревьев, дикими травами. И что особенно любопытно: выйдет лось на поляну, где растет горох, рожь или пшеница — и ничего здесь не трогает, не вредит людскому полю.

Работники сумароковской фермы и окрестные жители хорошо знают, что лоси, хотя и доверяют человеку, но не любят грубости и лишения их свободы. Накричал человек, замахнулся хворостиной — и лось уже обиделся. Гордый зверь! Поэтому жители здесь, особенно школьники, часто носят с собой лакомство — так быстрее можно подружиться с лесными жителями — лосями. На голос своих воспитателей лоси идут из леса и за два километра, позвякивая подвязанным на шею колокольчиком. Одомашнивание лосей на ферме показало, что и здесь они позволяют одевать на себя разную сбрую и ходят под вьюком. До десяти-двенадцати пудов груза везет лось на своей спине. Человека тоже возит и команды его выполняет. Здесь уже мечтают о том, что со временем лось может очень пригодиться геологам, лесным объездчикам, почтальонам.

Опыты по одомашниванию лося продолжаются.

Мамы всякие нужны

Когда в Уфу приезжает передвижкой зверинец, в городок на колесах устремляются посетители. Взрослые, школьники, дети. Ведь там так много интересного. Года три тому назад все, кто побывал в зверинце, в одной из клеток видели сразу двух разных зверей: огромного льва Цезаря и собаку-метиса Рекса. Царь зверей лежал, лениво поглядывая на людей, а возле него дремал большой рыжеватый пес. Их совместная жизнь и дружба началась с первых же дней рождения, в феврале 1962 года. У овчарки Зухры от самца австралийской собаки динго родились щенки, и она кормила их своим молоком. А спустя десять дней у львицы родился львенок. Но мать из нее оказалась плохая, она отказалась кормить своего сынка. Чтобы спасти львенка от голодной смерти, его подложили к овчарке. Проблема «мать и дитя» была решена положительно. Зухра оказалась хорошей матерью-кормилицей для приемыша и выкормила и воспитала львенка наравне со своими щенками. С тех пор молочные братья Цезарь и Рекс неразлучны и гастролируют с передвижным зооцирком по различным городам и районам страны.

В зоопарках и зверофермах совхозов и колхозов нередко случается, что самки зверей погибают или просто отказываются кормить своих детей. Что же может спасти обреченных на голодную смерть детенышей: соска или чужая мать-кормилица? Единого ответа здесь не может быть. Многое тут зависит от вида животных и возраста детенышей. Есть животные, у которых детеныши могут самостоятельно сосать и опорожнять кишечник и мочевой пузырь. Тогда их легко выкормить при помощи соски коровьим молоком. Так можно выкормить не только теленка, жеребенка, ягненка или поросенка, но и лосенка, олененка, куланенка, сайгаченка, барсучат, медвежат. Удавалось выкармливать при помощи соски слонят и даже маленьких моржей.

Часто людям приходится принимать на себя заботу о воспитании осиротевших или покинутых родными матерями щенят, волчат, маленьких песцов, лисят, тигрят и других представителей семейств кошачьих и собачьих. И если малыши к этому времени уже прозрели и стали более или менее самостоятельными, то их удается выкормить из соски коровьим или козьим молоком. Но если они совсем маленькие, одного-двух дней от роду, то спасти их можно только с помощью приемной матери. Здесь, однако, имеются трудности двух родов, которые необходимо преодолеть при выборе кормилицы.

У кошек, собак и других родственных им животных развиты особые инстинкты, связанные с выкармливанием потомства. У них детеныши выделяют меконий (первородный кал), а в дальнейшем и обычные каловые массы, а также мочу, только тогда, когда мать облизывает их после кормления молоком и производит массаж ануса и мочевых органов своим языком. В это время детеныши рефлекторно опорожняют прямую кишку и мочевой пузырь, а мать слизывает и проглатывает их выделения. У различных животных это длится до прозрения детенышей, а иногда и значительно дольше. Поэтому до тех пор, пока малыши не начнут сами опорожняться, выкормить их при помощи соски нечего и думать. Тут нужна именно приемная мать, которая будет не только кормить их, но и проводить нужный им массаж. Хорошими кормилицами в этом отношении зарекомендовали себя кошки и собаки.

Вторая трудность заключается в наличии у кормилиц так называемого обонятельного барьера. Обычно собака знает запах своих детей (причем у разных пород есть свои оттенки запаха), а запах чужачков — волчат, львят, тигрят и других подкидышей ее настораживает. Внешний вид их и даже голос имеет второстепенное значение. Главное в процессе подсадки сирот к матери-кормилице — это сделать так, чтобы запах приемышей был возможно более похожим на запах ее собственных детей. Работники зоопарков и зверосовхозов давно уже научились это делать и успешно выкармливают покинутых матерями или родившихся в избытке песцов, лисят, львят, тигрят.

О том, что и как нужно делать для воспитания львенка под собакой-кормилицей, подробно рассказывает польский зоолог Ян Жабинский. Главная задача заключается в том, чтобы «надушить» львенка или тигренка запахом щенят. Кроме того, необходимо вызвать у кормилицы такое физиологическое состояние, чтобы у нее появилась потребность кормления детенышей молоком. Для этого нужно от собаки забрать ее щенят, вынести в соседнюю комнату и поместить в корзину вместе с львятами. Все они копошатся, ползают друг через друга, жалостно пищат. При этом малыши взаимно насыщаются запахом своей кожи. Некоторые работники зоопарков собирают иногда мочу собаки и орошают ею львят, которые потом будут подложены к ней.

Собака не остается безучастной к изъятию у нее щенят. Она слышит доносящийся к ней писк своих детенышей (и писк приемышей), беспокоится, крутится. Но вскоре ее беспокойство принимает иной характер и вызывается другими причинами. В молочной железе молоко образуется непрерывно, и это ведет к переполнению сосков, их раздражению. Появляется зуд, потом молочная железа затвердевает, беспокоит все сильнее и сильнее. Проходит еще несколько часов, и тогда к собаке, испытывающей боль в молочной железе, приходит человек и приносит в одной руке ее щенка, а в другой — львенка. Уговорив суку лечь, ее поглаживают и прикладывают к соску щенка. Когда собака успокаивается, к другому соску прикладывают львенка. После этого помощник подает второго львенка, потом щенка, затем еще львенка. Но на этом дело еще не закончено. Нужно проследить, как поведет себя собака дальше. Нельзя ни под каким видом покидать помещение кормилицы в течение каких-нибудь двадцати четырех часов или по крайней мере до того времени, пока после отсоса молока инстинкт не подскажет суке помассировать, для нормального переваривания, животики детенышей. В это время наступает момент перелома. Только тогда, когда язык собаки усердно работает под хвостиком между задними ножками львенка, можно быть уверенным, что она не видит уже разницы между собственными и приемными детьми.

Конрад Лоренц говорит, что, если вы хотите, чтобы самка хищных млекопитающих приняла чужого малыша, лучше всего положить его перед логовом и в наиболее беспомощном виде. В этом случае копошащееся существо стимулирует материнский инстинкт гораздо сильнее, и приемная мать скорее всего осторожно унесет к себе сиротку. Если же она обнаружит его среди своих малышей, то воспримет как чужака и съест. Поэтому, когда К. Лоренцу подарили шестидневного щенка дикой австралийской собаки динго, он поступил в соответствии с этим правилом. Извлек из портфеля маленького динго и положил посередине террасы, надеясь, что собака Сента сама унесет его к своим детям. Маленький динго скулил, и Сента кинулась к нему, явно намереваясь унести его к себе. Она даже не остановилась обнюхать его, чтобы убедиться, что перед ней действительно ее собственный щенок. Но когда она наклонилась над плачущим динго и широко разинула пасть, чтобы ухватить его для переноски, в ноздри Сенты ударил чужой дикий запах. Собака в ужасе отпрянула, но спустя некоторое время снова направилась к щенку, осторожно принюхиваясь. Через минуту Сента начала энергично вылизывать шкурку динго, потом перевернула его носом на спину, стала вылизывать его пупок и тут же прихватила зубами кожу брюшка. У кормящих животных это означает, что они могут съесть детеныша, даже своего собственного. Динго взвизгнул. Сента отпрянула, а потом снова стала лизать его и опять ущипнула за живот. Так повторилось несколько раз. Тогда Лоренц забрал динго, а заодно и всех щенят Сенты, посадил их в картонную коробку возле кухонной плиты и оставил там на ночь, чтобы они хорошенько потерлись друг о друга, перемешав все запахи. Когда на следующее утро он отнес щенят собаке, она приняла их и перетаскала в свою конуру. Среди них был и маленький динго, которого Сента кормила вместе со всеми своими щенками.

В Рижском зоопарке одно время жила львица Ведьма. Характер у нее вполне соответствовал кличке: когда у нее родился-сынок Адам, она чуть его не сожрала. Пришлось львенка отсадить от матери. Пропасть бы ему с голоду, да на его счастье в это время собака-дог Стюардесса кормила трехнедельного щенка. Директор зоопарка решил рискнуть и подкинуть ей Адама. И хотя собака была строгая, трагедии не произошло. Стюардесса приняла подкидыша и стала кормить и воспитывать его наравне со своим сыном Нероном. Ни одному из малышей предпочтения она не отдавала. Любила обоих одинаково — ласкала, облизывала их, а если нужно было — призывала к порядку расшалившегося. Адам привязался к своему сводному молочному брату и подружился с ним.

Когда Адаму было пять с половиной месяцев, в Рижский зоопарк приехала дрессировщица Ирина Бугримова. Она подбирала себе новую группу львят — кандидатов в цирковые артисты. Адам ей понравился, и она забрала его к себе на выучку в Сочи вместе с Нероном. Несмотря на дружбу и совместные веселые игры, Нерон на правах старшего обижал Адама — он первым забирал лучшие куски пищи от завтрака или обеда. Но когда Адам подрос, он однажды двинул Нерона лапой, разорвал ему губу и после этого сам съедал лучшие куски. Спустя некоторое время их пришлось разделить. Вначале Адам скучал один и к нему в клетку приводили Нерона. Впоследствии Адам стал хорошим артистом и долго выступал в группе дрессированных львов.

Не кончилась карьера и у Нерона: он стал незаменимым помощником дрессировщицы в воспитании ее молодых питомцев. За свою более чем тридцатилетнюю работу в цирке Ирина Бугримова обучила около ста львов — несколько возрастных поколений. И когда у нее появлялся новый львенок, она отдавала его на воспитание Нерону. Умный дог был настоящей нянькой, вернее — «дядькой» и трогательно опекал привязавшегося к нему малыша. Когда львенок подрастал и его начинали дрессировать, Нерону давали нового воспитанника. За свою многолетнюю службу Нерон помог своей хозяйке воспитать множество львят. А это очень важно — быть всегда кому-то и в чем-то полезным.

А вот и еще один пример. В графстве Уоркшир — в центральной Англии — собака воспитала молодую львицу. Привязанность и дружба между ними сохранились и позже. И когда собака родила четырех щенят, то девятимесячная львица Лиза стала ее лучшей помощницей и няней малышей. Львица следила за щенятами не хуже своей приемной матери, облизывала их, а если они уползали — переносила в своей огромной пасти на место.

Нельзя считать редкостью и случаи, когда собаки выкармливают взятых людьми из логова волчат. Бывает и наоборот: волчицы в естественных условиях выкармливают щенков собаки, унесенных из селений. Такая история была в Южном Таджикистане. Волчица утащила у чабана щенка, унесла в горы и, повинуясь материнскому инстинкту, выкормила его. Выросшая среди волков собака отличалась хитростью и выносливостью и стала грозой отар на пастбищах больше, чем волки.

В этом, пожалуй, нет ничего сверхъестественного. Ведь были еще более удивительные случаи, когда волки или другие животные воспитывали даже детей. Надо полагать, что легендарные Ромул и Рем и киплинговский Маугли, воспитанные волчицами, не просто плод вымысла людей. Сейчас известно несколько десятков достоверных случаев, когда утерянные маленькие дети были воспитаны животными — волками, медведями, обезьянами. Большинство таких приемных детей находили в логове волчиц, выкормивших и воспитавших их на свой лад.

В проявлении материнских инстинктов собакам не уступают и кошки. Из рассказа Э. Сетона-Томпсона «Королевская Аналостанка» все знают, как трущобная кошечка поймала крольчонка, а потом выкормила его вместе с котятами своим молоком. В минуту опасности она защищала приемыша, как родного. Подобных случаев известно великое множество. В одной деревне кошка притащила с поля трех зайчат-русачков, выкормила и воспитала их. Такой же случай был и в Курской области: на полевом стане появился зайчонок, и кошка выкормила его своим молоком. В кубанской станице Медведовской кошка выкормила и воспитала зайчонка вместе со своим котенком.

В журнале «Охота и охотничье хозяйство» в 1972 году было и такое сообщение. У жителя села Гайдош Ужгородского района Закарпатской области кошка родила котят. Хозяин оставил для себя только одного котенка. Когда он проснулся на следующий день, то увидел возле кошки двух котят. Присмотревшись, он обнаружил, что вторым зверьком был зайчонок. Очевидно, кошка ночью отправилась на розыски детей. Но вместо котят она нашла зайчонка, подобрала его, принесла домой, накормила своим молоком и приняла за своего. Так маленький лесной найденыш обрел себе новую маму. Когда зайчонок подрос и намного перерос своего сводного братца-котенка, он стал кормиться травой. Но по-прежнему дружил с котенком и гулял с ним по двору, а кошка охраняла их.

Любопытная история произошла в Караидельском районе Башкирии. Шофер леспромхоза возил на машине лес. Осматривая бревна, он услышал какой-то писк. Оказалось, что в одном бревне было дупло, а в нем три бельчонка. Шофер привез зверюшек домой и отдал их на воспитание кошке, которая кормила котят. Кошка вначале была недовольна, но все же приняла малышей и выкормила их.

П. А. Мантейфель рассказывал, что в Московском зоопарке юннаты нашли в раскопанной крысиной норе девять маленьких слепых крысят. Решили для опыта подложить их к кошке, у которой недавно появились котята. Но кошка насторожилась и приготовилась схватить крысенка зубами. Тогда юннаты взяли тазик с теплой водой, выкупали котят, а потом в этой же воде выкупали и крысят. Крысята стали пахнуть котятами и кошка приняла их, вылизала и стала кормить вместе со своими детьми. Посетители зоопарка постоянно толпились у клетки, в которой жила эта разноплеменная семья, и строили прогнозы, когда же кошка «одумается» и съест своих воспитанников. А одна старушка подошла, посмотрела и плюнула:

— Тьфу ты, господи, до чего же кота испоганили!..

Прогнозы скептиков не оправдались. Кошка вырастила крысят, и они долго еще жили с ней. Нередко кошка играла с ними как с котятами. Выжили, правда, не все девять крысят, а только пять наиболее сильных и выносливых. Погибли крысята послабее и те, у которых рты оказались слишком маленькими для того, чтобы захватить кошачий сосок.

Там же, в Московском зоопарке, как-то кошке подложили четырех крошечных хорьков. Чтобы обмануть бдительность кошки, юннаты намочили хорьков водой, в которой предварительно выкупали котят. Кошка приняла подкидышей, старательно облизала их и стала кормить вместе со своими котятами. Подросшие хорьки играли с котятами и новой мамой, а та приносила им мышей. А однажды кошка заслонила их собой от подкрадывавшейся к ним лисицы.

Кошки довольно часто выручают звероводов: они служат как бы штатными кормилицами, помогают им выкармливать ценных зверят. На Колыме, на одной из звероводческих ферм, самка-песец Дымка родила сразу 18 щенков! Прошло два дня, и люди убедились, что она не сможет выкормить сама столько детей. Тогда отделили шестерых щенков и подложили к кошке, у которой недавно появились котята. Кошка приняла подкидышей и стала кормить их молоком. Щенята выросли хорошо упитанными, качество меха у них также было хорошее. На следующий год эта же кошка выкормила еще шестерых песцов.

В колхозе «Прогресс» Бисертского района Свердловской области на звероферме одна серебристо-черная лисица родила очень много лисят. Часть из них у нее отняли — не хватало для всех молока. Одного лисенка председатель колхоза принес к себе домой. Дома у него была кошка с маленькими котятами. К ней-то и подсадили лисенка. Вначале кошка сердилась, фыркала, убегала, а потом приняла лисенка и выкормила. Скоро лисенок стал крупнее своей приемной матери. Кошка носила ему мышей и птичек, а он разгуливал по двору и гонялся за курами. Когда лисенок подрос и окреп, его отнесли обратно на колхозную звероферму.

Люди, содержащие у себя дома диких зверей, должны учитывать, что они не любят чужих запахов, в том числе и запаха человека, если он исходит от их родных детей. Поэтому при появлении у самок детенышей их не следует брать в руки без крайней надобности. Даже смирные и доверчивые хомячки не терпят на своих детенышах посторонних запахов. И если человек трогал слепых, голеньких и беспомощных хомячков руками, то это иногда приводит к тому, что самка загрызает их.

Бывает и по-иному. Пойдет человек в лес и встретит маленького лосенка. Несмышленыш безбоязненно смотрит на человека и тянется к нему. Естественно, что человека умиляет такое доверие, и он начинает гладить малыша. А этого как раз и не следует делать. Вернувшаяся потом к детенышам лосиха, чувствуя на нем чужой запах, может отказаться от него и бросить на произвол судьбы. Таких случаев, говорят охотоведы, известно немало. Выходит, что людям нужно хорошо знать, когда и как творить добро, чтобы оно не стало злом.

Многие животные реализуют материнские инстинкты весьма своеобразно: они принимают на себя заботу о воспитании чужих детей и ухаживают за ними не хуже родной матери. Часто так делают домашние птицы. В селах нередко подкладывают курам яйца уток, гусей. Наседка потом водится с приемышами и по-настоящему волнуется, когда те лезут в воду.

Известны случаи, когда кошки и собаки нежно и трогательно воспитывали маленьких цыплят и утят. Было и наоборот. Лишившаяся цыплят курица усыновила двух осиротевших котят, водилась с ними и грела под своими крыльями. А в Лондоне одинокий пингвин Волби взял шефство над семью щенками соседской собаки.

Стрелочники, трактористы, домработницы

Несколько лет тому назад лауреат Нобелевской премии сэр Джордж Томпсон высказал мысль о том, что уже настала пора более рационально использовать обезьян на работах, «слишком простых для человека». Мысль интересная, хотя и не абсолютно новая. Дело в том, что воспитанные людьми обезьяны давно уже помогают им в различных хозяйственных работах.

Об использовании жителями Южной Африки обезьян — бабуинов и павианов — в качестве бесплатных пастухов мы только что рассказали. Обезьяны-бабуины зарекомендовали себя и как хорошие няньки. Африканцы на опыте убедились, что бабуины любят играть с детьми и очень бережно обращаются с ними. Нередко бабуины выполняют обязанности сторожей, охраняя имущество хозяев.

Известны случаи использования обезьян на различных хозяйственных работах. Несколько лет тому назад многие газеты писали об обезьяне «фрау Сабине», вывезенной из Родезии в Милан. Она вставала в 6.30 утра по звонку будильника, будила хозяина, готовила на кухне кофе, завтракала вместе с хозяином, а затем шла в магазин за провизией. Вернувшись и отдав покупки экономке, Сабина мыла посуду, вытирала пыль в квартире и подметала пол. И делала все это с исключительной тщательностью.

Обезьян приучают и к более квалифицированной работе. На разъезде Ютенхедж, недалеко от Кейптауна, можно было увидеть такую картину. Неуклюже переваливаясь и подпрыгивая, бабуин спешит к рельсам, хватает один из шести рычагов для перевода стрелок и тянет нужный рычаг вниз. Возле путей сидит в кресле на колесах человек. Он следит за работой обезьяны и удовлетворенно кивает головой. Это — стрелочник. Четыре года назад в катастрофе он потерял обе ноги, и с тех пор его обязанности исполняет прирученная обезьяна.

Хитрые и ловкие дельцы обучают обезьян совершать и преступные действия. В 1968 году полиция ОАР задержала на границе с Ливией 14 обезьян, приученных контрабандистами к переброске товаров в соседние страны. Обученные обезьяны переходили границу с мешками, заполненными транзисторными приемниками, парфюмерией люкс и иным ходким товаром. Одна задержанная обезьяна-контрабандист несла ящик, в котором оказались тысячи лезвий для безопасных бритв.

Обезьян можно выучить управлять автомобилем, трактором, мотоциклом. В городе Лейкленде (штат Флорида, США) много шума наделала шимпанзе, сидевшая за рулем и гнавшая машину со скоростью около 115 километров в час. Полиция и автоинспектор задержали машину с обезьяной-водителем. Рядом с ней сидел пассажир — работник цирка. Он заявил, что тренирует обезьяну в вождении автомобиля: во время совместных поездок шимпанзе ведет, а он пользуется только акселератором и тормозом. Все же его оштрафовали за «лихачество».

Лет пять тому назад в газетах сообщалось о батраке Джонни. Так звали обезьяну, принадлежавшую австралийскому фермеру Л. Шмидту. Джонни управляет трактором, открывает и закрывает ворота, расстилает для просушки овечью шерсть. Налоговые органы предупредили Шмидта, что он обязан вносить государственный налог за использование наемного труда — батрака Джонни.

Управляя сложной техникой, дрессированные обезьяны совершают иногда неожиданные поступки. Забавный случай произошел летом 1969 года в Лондонском зоопарке. Потешая зрителей, на мотоцикле катались две обезьяны — Джони и Рози. Они носились по кругу, зрители смеялись. И так каждый день. Обезьянам такое однообразие, наверное, надоело. Заметив однажды, что ворота зоопарка открыты, Джони дал газ, и мотоцикл рванулся на лондонские улицы. Люди бросились кто куда, а за беглецами помчался грузовик с клеткой и взволнованным дрессировщиком. И вдруг на пути мотоцикла появился полисмен-регулировщик. Он взмахнул жезлом, и Джони затормозил.

— Как вы не побоялись? — спрашивали окружающие. — Ведь обезьяны мчались прямо на вас?

— Обезьяны, не обезьяны, — отвечал страж порядка, — а правила движения для всех одни.

Счастье его, что Джони был приучен выполнять сигналы, подаваемые палочкой дрессировщика.

Выше мы говорили, что обезьяна Ала пользовалась прутиком для призывания непослушных коз к порядку. Не исключено, что она переняла такой прием от людей. И все же прутик в руках обезьяны — это уже некое подобие орудий труда. Обычно животные пользуются лишь готовыми благами природы и, добывая пищу или устраивая жилища при помощи лап, зубов или клювов, не прибегают к применению, а тем более к изготовлению орудий труда.

И тем не менее есть и такие животные, которые способны пользоваться орудиями. Таковы, прежде всего, каланы (морские выдры), обитающие на некоторых участках побережья Калифорнии. Они питаются мидиями. И чтобы добраться до мякоти этого моллюска, калан достает из-под воды камень, кладет его себе на грудь и с силой многократно ударяет по нему зажатой в передних лапах мидией.

Галапагосские дятловые вьюрки, питающиеся насекомыми, добывают их из глубоких ходов в дереве при помощи тонкой палочки или шипа от кактуса, зажав такой инструмент в клюве.

Африканские стервятники, питающиеся яйцами страусов, разбивают их скорлупу камнями. Взяв в клюв камень, птица задирает голову вверх и с силой бросает его на яйцо. И бросает до тех пор, пока скорлупа не расколется.

Первенство в пользовании орудиями среди животных принадлежит обезьянам, у которых передние конечности очень близки к руке человека. Поэтому они и могут выполнять различные виды труда, вплоть до управления машинами.

Рука человека, — писал Фридрих Энгельс, — является не только органом труда, она также и продукт его. В процессе превращения обезьяны в человека на долю рук доставалось все больше и больше других видов деятельности, по сравнению с ногами, которые служили в основном для опоры при ходьбе или стоянии. Разделение функций между руками и ногами имело свою историю. Даже при лазании по деревьям руками пользуются иначе, чем ногами. Многие животные пользуются передними лапами для собирания и удерживания пищи. По-разному пользуются они ими и при лазании по деревьям. Особую четкость разделение функций между ногами и руками получило у обезьян.

«С помощью руки, — писал Фридрих Энгельс, — некоторые обезьяны строят себе гнезда на деревьях или даже, как шимпанзе, навесы между ветвями для защиты от непогоды. Рукой они схватывают дубины для защиты от врагов или бомбардируют последних плодами и камнями. При ее же помощи они выполняют в неволе ряд простых операций, которые они перенимают у людей».

Свою знаменитую работу — «Роль труда в процессе превращения обезьяны в человека» — Фридрих Энгельс написал в 1876 году, почти сто лет тому назад. За это время стало известно много новых фактов, показывающих, что не только обезьяны, но и некоторые другие животные могут пользоваться орудиями труда. Однако никто из них, в том числе и обезьяны, не может изготовлять орудия труда, как это делает человек, а только пользуется готовыми, предоставленными им природой или человеком.

Говоря об использовании животными орудий, следует иметь в виду, что предмет можно рассматривать как инструмент лишь тогда, когда животные поднимают его и каким-либо образом манипулируют им. В таком случае инструмент используется как продолжение руки, туловища, лапы или рта. Определенных успехов в этом добиваются обезьяны, проявляя разносторонние способности и смекалку. Об этом свидетельствуют многочисленные наблюдения над свободно живущими и особенно над выросшими возле человека и прирученными обезьянами.

Прирученные шимпанзе, выросшие в неволе возле людей и воспитанные ими наравне с детьми, перенимают от них навыки в пользовании различными орудиями труда, одеждой и другими предметами быта. Они умеют пользоваться одеждой, постелью, чистить зубы, прилично вести себя за столом, пользоваться посудой, ложкой, вилкой. В Японии шимпанзе приучаются есть при помощи палочек. Стоит вспомнить проделки всем известной Джуди из многосерийного американского кинофильма доктора Дактари, чтобы убедиться в выдающихся способностях обезьян подражать человеку.

Более того, многочисленные наблюдения и опыты, проведенные над обезьянами, показывают, что они не только могут пользоваться различными предметами как готовыми орудиями труда, но сами предпринимают попытки изготовлять нужные им орудия. Зоопсихолог В. Келлер наблюдал, как один шимпанзе-самец воткнул тонкую бамбуковую палку в другую, более толстую, чтобы удлинить ее и достать бананы. Это была уже простейшая форма изготовления орудий. Разумеется, из этого нельзя еще делать вывод о равенстве психики шимпанзе и человека. Опыты, проведенные в нашей стране над шимпанзе Рафаэлем, показали, что он не сразу начал правильно соединять две палки и пришел к правильному решению задачи лишь после многих неудач, путем «проб и ошибок». Но и это уже свидетельствует о наличии у шимпанзе примитивной формы образного, или, как говорят, «ручного», мышления. В этом убеждают и другие многочисленные опыты над обезьянами, проведенные в последнее время учеными в различных странах.

Примитивное мышление высших животных, особенно обезьян, — это мышление путем «проб и ошибок», мышление конкретными образами. Такое мышление не связано с понятиями, и его называют доязыковым. Для животных сигнальными раздражителями, вызывающими психические процессы в их мозге, могут быть только непосредственные раздражители, воздействующие на их органы чувств: обонятельные, зрительные, звуковые, вкусовые, термические. У человека же мышление осуществляется не только на основе таких раздражителей, но и, главным образом, на основе языка — слов, терминов, фраз, понятий, к чему животные не способны. Слова, речь, языковой материал представляют собой особую, вторую сигнальную систему, допускающую возможность обобщенного мышления словами. И так как в мышлении людей главную роль играют словесно выражаемые понятия, то его называют отвлеченным, абстрактным или понятийным мышлением. В развитии его решающую роль сыграл труд. Все это и определило научное название человека — Homo faber, Homo sapiens, Homo loguens — (гомо фабер, гомо сапиенс, гомо локвенс) — человек творящий, мыслящий, говорящий.

Помощники ученых

Выдающийся английский врач Уильям Гарвей еще в первой половине XVII столетия изучал и по существу открыл кровообращение у животных и людей. Свои опыты он проводил на различных животных, а затем и на зародышах птиц, наблюдая за формированием сосудистой сети, работой сердца и движением крови. Для этого ему пришлось непрерывно заставлять наседок сидеть на яйцах, а самому препаровать огромное количество куриных зародышей.

— Мой господин извел столько яиц на свои опыты, что если бы из них приготовить яичницу — ее хватило бы на весь Лондон, — говорила простодушная кухарка Гарвея.

Гарвей изучал и развитие зародышей млекопитающих. А так как доставать их было трудно, то английский король Карл I милостиво разрешил ему — своему любимому врачу — использовать охотничьих животных из его Виндзорского леса. Тут уже науке служили лани.

Во все времена ученые-биологи активно и непрерывно вели научные поиски. И в этом им всегда помогали животные. Сейчас трудно сказать, какое именно из животных люди использовали первым при изучении явлений природы. Да это уже и не столь существенно. Главное для нас то, что животные уже тысячелетия по-разному служат науке, особенно в области биологии, медицины и ветеринарии.

Одними из первых призвали на помощь животных врачи, изучавшие анатомию. Знаменитый врач Древней Греции «отец медицины» Гиппократ изучал строение тела, препаруя трупы собак, обезьян и других животных. Опыты на трупах и живых животных проводили ученые древних и средних веков, занимавшиеся анатомией, физиологией и эмбриологией.

Если оценивать количественное участие животных в различных опытах, то одно из первых мест заслуженно принадлежит лягушкам. Лягушки — настоящие ветераны среди лабораторных животных. Они — важный объект изучения биологических дисциплин в школах, техникумах и институтах. Каждую осень, когда еще стоят теплые солнечные дни, в озерах отлавливают лягушек, а затем хранят их в прохладных помещениях в специальных ваннах. Здесь они как бы дремлют и всегда находятся под рукой к услугам преподавателей, учащихся и студентов. Нужно только ежедневно сменять воду в ваннах и поливать лягушек из шланга, чтобы смывать с них накапливающуюся слизь, обладающую ядовитыми свойствами.

Лягушки — постоянные помощники ученых, которые используют их при различных научных опытах. В течение многих столетий лягушки служат зоологам, анатомам, физиологам, медикам и даже физикам. Опыты итальянских ученых Луиджи Гальвани и Алекссандро Вольта, проведенные на лягушках, привели к открытию гальванического тока, что оказало огромное влияние на дальнейшее развитие естествознания и техники.

Большое количество опытов на лягушках проводил великий русский ученый-физиолог Иван Михайлович Сеченов. Многие открытия, обогатившие физиологию, сделаны им именно на лягушках. Опыты И. М. Сеченова на лягушках и других животных помогли ему обосновать рефлекторную теорию, которая стала важным оружием в руках ученых-материалистов, воевавших со сторонниками признания особой «души», якобы ведавшей всеми действиями животного организма.

Лягушки были постоянным объектом и в исследованиях французского физиолога и патолога Клода Бернара. И, как говорят, именно ему принадлежала мысль об открытии памятника лягушкам. Памятник открыли еще в XIX веке в Сорбонне — Парижском университете. Так ученые отблагодарили своих бессловесных помощников за участие во многих важных научных открытиях. Удостоившись памятника, лягушки не возгордились, а столь же верно продолжали трудиться на ниве науки и медицинского и биологического просвещения. И заслужили себе еще один памятник. Его воздвигли более 10 лет тому назад в Токио благодарные студенты-медики, когда число послуживших там на благо науки лягушек достигло 100 000.

К сказанному добавим, что лягушки помогают и фармакологам при изучении действия различных лекарственных веществ. Более того, лягушек используют и акушеры-медики и ветеринарные врачи — для лабораторной гормональной диагностики беременности.

В жизнь людей давно и прочно вошли собаки. За свои неоспоримые заслуги перед человечеством они, как известно, многократно были удостоены памятников. Еще один памятник — от ученых — поставлен собакам в 1935 году на территории института экспериментальной медицины в Ленинграде по предложению академика И. П. Павлова. Высокий постамент, а на нем фигура крепкой, мускулистой собаки. На постаменте начертаны слова, принадлежащие великому физиологу: «Собака, благодаря её давнему расположению к человеку, её догадливости, терпению и послушанию, служит, даже с заметной радостью, многие годы, а иногда и всю свою жизнь, экспериментатору».

К тому времени собаки зарекомендовали себя как незаменимые помощники ученых самых разных специальностей: анатомов, терапевтов, хирургов, фармакологов, эндокринологов и, конечно же, физиологов всего мира. Особенно много работал с ними академик И. П. Павлов. Почти все свои опыты и исследования он и его ученики проводили на собаках. Они сослужили большую службу И. П. Павлову при разработке им учения о работе пищеварительных желез, а затем о высшей нервной деятельности и об условных рефлексах. Полученные им результаты имеют всемирное научное значение для биологии, медицины и ветеринарии.

Не лишним будет вспомнить и такие факты. Итальянский ученый Л. Спалланцани в 1780 году провел первый научно достоверный опыт искусственного осеменения млекопитающих на собаках. А знаменитый русский ученый академик К. М. Бэр, экспериментируя на собаках, впервые в 1826 году описал яйцеклетку млекопитающих.

В наше время собаки помогали ученым при проведении опытов по оживлению организма после наступления явной смерти. Это позволило ученым разработать методы оживления людей, погибших при несчастных случаях. А сколько тысяч опытов было проделано на собаках с целью пересадки различных органов, начиная от кусочков кожи и конечностей, до почек, сердца и даже головы! Благодаря им стали возможными сложные хирургические операции, позволяющие сохранять жизнь множеству людей. Операции по пересадке сердца от человека к человеку также стали возможными лишь после того, как техника их была тщательно отработана на огромном количестве собак.

На собаках проводилось изучение лучевой болезни и методов лечения больных. Опыты показали, что пересадка костного мозга или тканей селезенки больной собаке от здоровой помогает излечению больного животного. Это открыло путь и к спасению больных людей. В югославском городе Винчи при аварии атомного реактора пострадало несколько ученых-физиков и инженеров. Лечить их взялись французские медики. Кроме различных общих методов лечения, они применили переливание костного мозга больным от здоровых людей. Этот мозг временно приживался, клетки его-размножались и замещали разрушенные облучением. Пострадавшие выздоровели.

Собаки помогали людям и при освоении космического пространства. Прежде, чем позволено было выйти на космическую орбиту первому человеку, нужно было узнать, насколько это опасно. Ведь перегрузки, космические лучи и другие воздействия могли вызвать ряд изменений в организме и привести к тяжелым поражениям. Чтобы изучить все это, ученые предпринимали один за другим опыты, высылая в космос разведчиков — подопытных животных. В их числе были мушки-дрозофилы, мыши, крысы, лягушки, рыбки и, конечно, собаки. Первой в космос поднялась Лайка. Затем там побывали Белка и Стрелка. Внесли свой вклад в изучение проблемы освоения космоса и многие другие собаки. А вот кошки не могут похвалиться этим. При проведении опытов оказалось, что кошки переносят ускорение, увеличивающее их вес всего в 20 раз, тогда как собаки выживают при увеличении веса за пять минут в 80 раз. При этом, говорят ученые, вес тела небольшой собачки, примерно с Лайку, достигает почти полтонны!

Коль у нас зашел разговор о кошках, то все же нужно и им отдать должное. Они также зарекомендовали себя надежными помощниками ученых. Множество опытов по изучению ряда физиологических проблем, например, по изучению кровообращения и функций головного мозга, по испытанию новых лечебных препаратов, по разработке различных методов лечения в хирургии и терапии проводили и проводят на кошках.

Кошки помогают ученым не только в качестве лабораторных животных. Случалось, что они не раз были нечаянными участниками великих открытий. Кошку можно, например, считать «соавтором» открытия йода. Произошло это так. Француз Бернар Куртуа занимался получением цинковых белил, проводил различные опыты. Однажды он приготовил настой морских водорослей в спирте. Рядом, в другом сосуде, находилась смесь серной кислоты с железом. Как-то (это было в 1811 году), сидя за рабочим столом, Куртуа завтракал. На плече у него примостился любимый кот. Внезапно кот прыгнул на стол и столкнул стоявшие бутылки. Они упали на пол и разбились, а жидкости, вытекшие из них, смешались. Произошла реакция. В воздух поднялись клубы пара и газов. А когда они осели, Куртуа заметил на соседних предметах какой-то кристаллический налет. Это и был йод.

В другой раз кошка дала толчок к важным исследованиям в области медицины. Известно, что кошки часто любят понежиться на солнышке. И, наверное, не только ради тепла, но и с лечебной целью. Однажды датский врач Нильс Финзен наблюдал за поведением кошки, которая грелась на крыше соседнего дома, возле трубы. Как только тень от трубы приближалась к кошке, она вставала, переходила на незатененное место, ложилась и снова принимала солнечные ванны. Этот случай навел ученого на мысль изучить действие солнечных лучей на живые организмы, а затем использовать их для лечения людей. Успешное осуществление этой идеи привело к тому, что в 1903 году Нильс Финзен был удостоен самой высокой международной награды — Нобелевской премии.

Много других животных помогают нашим ученым и врачам в их работе. В сотнях, тысячах лабораторий научно-исследовательских институтов, медицинских и ветеринарных лечебных учреждений используются не только собаки и кошки, но и морские свинки, кролики, белые мыши и крысы, хомячки, иногда — суслики и зайцы, различные земноводные и пресмыкающиеся, птицы, насекомые и другие беспозвоночные животные. Всегда новые способы лечения испытываются вначале на подопытных животных. Действие вновь предложенных лекарственных препаратов также обычно проверяется на лабораторных животных. Все это избавляет ученых от ненужного риска при внедрении новых методов лечения и лекарств в широкую медицинскую практику.

В каждом городе в специальных медицинских лабораториях содержатся десятки и сотни лабораторных животных. Они помогают нашим врачам лучше и быстрее распознать, что за болезнь развивается у человека. По результатам заражения лабораторных животных материалом от больного человека врачи могут точно поставить диагноз и своевременно устремиться на борьбу с болезнью. Такие же лаборатории имеются и при ветеринарных учреждениях, ведающих разработкой методов лечения животных. Многие животные служат для получения вакцин и лечебных сывороток.

Большую помощь ученым в развитии науки оказали обезьяны. Опыты на обезьянах начали проводить уже на заре развития научной медицины. Есть сведения, что еще в V веке до нашей эры опыты на обезьянах проводил Гиппократ. Потом этим занимались александрийские медики, а еще позже — знаменитый римский врач Клавдий Гален, живший во втором веке нашей эры. В средине века опыты на обезьянах проводили Авиценна, Андрей Везалий и другие ученые.

Особенно многочисленные опыты на обезьянах стали проводить начиная с XIX века, когда бурное развитие получила микробиология, и ученые начали по-новому изучать различные заразные болезни людей и животных. Луи Пастер, Роберт Кох, Илья Мечников и многие другие ученые свои исследования, обогатившие науку, проводили на различных подопытных животных, в том числе и на обезьянах.

Следует сказать, что существует очень много инфекционных заболеваний, которые невозможно вызвать в типичной форме ни на одном обычном лабораторном животном. Это дизентерия, брюшной тиф, полиомиелит. Но все эти болезни можно с успехом искусственно создавать у обезьян. Только они, благодаря сходству многих физиологических процессов, могут быть экспериментальной моделью, воспроизводящей заболевания, поражающие людей. Поэтому ученые и называют обезьян лабораторным двойником человека. А вот и примеры. Вместе со своими сотрудниками и учениками И. И. Мечников впервые воспроизвел на шимпанзе брюшной тиф, а затем расшифровал при помощи обезьян природу, так называемой, «детской холеры». В лаборатории ученого была получена на обезьянах и модель дифтерии. Особую помощь обезьяны оказали ученым при всестороннем изучении сифилиса. Почти сто лет бились ученые над получением модели экспериментального сифилиса и только И. И. Мечникову в соавторстве с французским ученым Эмилем Ру удалось получить это заболевание на обезьянах. О масштабах этой работы говорят такие цифры: только по проблеме экспериментального сифилиса И. И. Мечников использовал 270 обезьян, в том числе 54 шимпанзе, 3 орангутана и 3 гориллы.

А вот и еще иллюстрация. Есть такая страшная болезнь — вирусный полиомиелит или, как его еще называют, — детский паралич. Обычно им заражаются дети и затем на всю жизнь остаются калеками. Бывает, что вирус полиомиелита поражает и взрослых. Такие случаи нередко были в США, где эта болезнь являлась весьма распространенной. Известно, например, что покойный президент США Ф. Д. Рузвельт заболел полиомиелитом в возрасте 48 лет с тяжелыми последствиями для здоровья. Изучить заразность вируса, его особенности, устойчивость и многие другие вопросы ученым-медикам удалось только на обезьянах. А когда советские и американские ученые доказали возможность приготовить вакцину против полиомиелита, опять-таки понадобились обезьяны, очень много обезьян. Ведь вирус выращивают на тканевых культурах — питательных средах, приготовленных из почек обезьян.

Обезьяны служат экспериментальными моделями для изучения высшей нервной деятельности, различных внутренних и других незаразных заболеваний, их развития, течения, лечения и профилактики. Эксперименты, проведенные на обезьянах в Сухумской медико-биологической станции, показали, что систематическими отрицательными эмоциями у обезьян можно вызвать неврозы, гипертонию, органические изменения в различных органах (а в первую очередь — в сердце) и даже смерть от инфаркта миокарда. Из этого были сделаны очень важные выводы о значении охранительного режима жизни и труда людей.

Обезьяны помогают ученым-медикам и при изучении физиологических особенностей женского организма и специфических женских болезней. Ведь из всех животных, существующих на земле, только у обезьян периодические физиологические циклы аналогичны циклам у женщин. Когда понадобилось выяснить влияние космических перегрузок на женский организм, то это вначале было изучено на обезьянах. Конечно, было нелегко усадить в кабину специальной центрифуги подвижных и неугомонных попрыгуний, приучить их к костюмам с различными датчиками, но и эти трудности были преодолены. Среди подопытных обезьян была и маленькая смышленая обезьянка Наннея, макака-резус, привезенная для опытов из Сухумского питомника. Наннея хорошо перенесла испытания, хотя во время вращения в центрифуге пульс у нее доходил до 230, а дыхание до 54 в минуту. Опыты на обезьянах помогли медикам установить показания и противопоказания для полетов женщин в космос с учетом различных фаз физиологических циклов.

Сейчас, пожалуй, нет женщины, которая не знала бы о существовании гемолитической болезни новорожденных. И хотя поражает она небольшой процент плодов и новорожденных, но доставляет очень много тревог будущим отцам и матерям. Гемолитическая болезнь развивается в связи с особыми различиями крови отца и матери. Изучить болезнь удалось при помощи обезьян макак-резусов. От них и возникло название вещества, содержащегося в крови одного из родителей — резус-фактор.

Животные не только помогали в решении медико-биологических проблем. Они подсказывали ученым возможности устройства различных сложных приборов, применяемых в науке и технике. Проблемой использования закономерностей строения и функций животных организмов для решения инженерно-технических задач занимается наука бионика, раздел кибернетики. Специалисты по бионике, инженеры и биологи, изучают опыт живой природы и по «подсказке» животных, служащих им как бы живыми моделями, конструируют сложные приборы, которые находят применение в самых различных сферах и областях деятельности людей. Вот несколько примеров.

Разгадав способность летучих мышей совершать полеты в темноте и обнаруживать препятствия и добычу при помощи испускаемых ими ультразвуков, ученые проникли в сущность принципов эхолокации, а затем и радиолокации. Это позволило им сконструировать чувствительные приборы — радиолокаторы, получившие широкое использование в авиации и технике. Дельфины подсказали ученым принцип устройства гидролокаторов.

Медузы своими органами равновесия — «слуховыми колбочками» — улавливают недоступные человеку инфразвуковые колебания, возникающие во время шторма, и заранее уплывают в более спокойные места. Используя принцип действия «инфрауха» медузы, советские ученые сконструировали специальный аппарат для предсказания штормов. С его помощью моряки узнают о приближении шторма за 12–15 часов.

У гремучих змей, щитомордников и некоторых других змей впереди и несколько ниже глаз есть две ямки — углубления, в которых находятся особые органы, помогающие им улавливать инфракрасные (тепловые) лучи. Тепловые органы змей помогают им в полной темноте отыскивать добычу — прежде всего таких теплокровных животных, как мышевидные грызуны и птички. Чувствительность термолокаторов ямкоголовых змей просто поразительна: они могут улавливать разницу в температуре, равную одной тысячной доле градуса. Изучение термолокаторов таких змей позволило ученым создать сложные электронные приборы ночного видения, использующие инфракрасные лучи. Они помогают людям водить машины в темноте, фотографировать различные объекты в инфракрасных лучах, рассматривать предметы темной ночью при помощи специальных инфракрасных биноклей. Созданы, например, снайперские винтовки, инфракрасные прицелы которых позволяют в полной темноте обнаружить цель на расстоянии нескольких сотен метров, благодаря излучаемому ею теплу.

Глаза жаб и лягушек действуют как своеобразный кибернетический аппарат. Они посылают в их мозг только жизненно важные для них сигналы о движущейся добыче или приближении опасности. По типу устройства глаз у жаб и лягушек инженеры создали электронный прибор, который используется в авиации для предупреждения опасных ситуаций в воздухе (системы СДЦ — селекции движущейся цели).

Животные всегда, во все века и тысячелетия, были друзьями и помощниками людей, ученых и практиков. С их помощью человек открывал, открывает и будет открывать все новые и новые завесы над многочисленными тайнами природы, увеличивая тем самым свою власть над ней и свою растущую мудрость.

Артисты

Мавр в роли Росинанта

Москва. Большой театр. На сцене идет балет «Дон-Кихот». Из-за кулис на светло сером Росинанте выезжает рыцарь Печального образа — Дон-Кихот. Вслед за ним верхом на ослике появляется его верный оруженосец Санчо Панса.

Зрители тепло приветствуют артистов и их четвероногих помощников. Ведь конь Мавр в роли Росинанта и ослик Валентин помогают зрителям перенестись в далекое прошлое, изображаемое на сцене, лучше запомнить образы героев, созданных бессмертным Сервантесом.

Не всякий театр может похвалиться выездом лошадей на сцену, но Большому театру это по плечу. Не зря же над его фасадом красуется квадрига Аполлона, где бронзовый покровитель искусств управляет четверкой коней…

Использование лошадей на сцене — давняя традиция Большого театра. В разное время лошади здесь участвовали в спектаклях «Борис Годунов», «Князь Игорь», «Мазепа», «Руслан и Людмила». Обычно на конях выезжают певцы, исполняющие роли главных героев. Когда шла опера «Борис Годунов», на Мавре сидел артист, игравший Самозванца. Мавра выводил под уздцы на сцену опытный наездник Московского ипподрома И. М. Шорин. Его также одевали по старой моде и приклеивали бороду. А в спектакле «Хованщина» старый наездник появлялся на сцене с Мавром, запряженным в телегу.

Серый в яблоках жеребец верховой породы Мавр — не единственный четвероногий артист Большого театра. Вместе с ним часто выступают вороная Судьба тракененской породы и чистокровный скакун Смарагд. Выезд на сцену артиста Е. Кибкало в роли Мазепы на Судьбе и Л. Маслова на Орлике представлял очень красочное и незабываемое зрелище. Мавр и другие лошади выходили на сцену и в одном из спектаклей гастролировавшего у нас Миланского театра «Ла Скала».

Лошади не сразу привыкают к работе на сцене. Однажды был случай, когда один из коней испугался музыки и яркого света и умчался за кулисы вместе с растерявшимся артистом. Выходит, что артистам нужно осваивать не только свои роли и арии, но и искусство верховой езды. Кстати, этим хорошо овладел Артур Эйзен, о котором говорят, что он держится в седле, словно заправский кавалерист.

Из лошадей-артистов самым воспитанным считается Мавр. Это был настоящий ветеран сцены. Только в роли Росинанта, с которым у него было большое портретное сходство, он выступал к 1967 году более 50 раз. Мавр спокойно относился к звукам музыки и, приподняв уши, лишь посматривал в сторону оркестра. Когда раздавались шумные аплодисменты в зале в его честь, он вежливо кланялся — этому его научили тренеры в московском манеже. После того, как Мавра уводят со сцены, артисты за кулисами шутливо говорят: «Мавр сделал свое дело…», явно намекая на известного шекспировского героя. За кулисами Мавр принимает из рук балерин сладкие угощения и в знак благодарности за лакомства подает им переднюю ногу и даже кланяется.

А сколько чудесных минут доставляют лошади жителям городов, когда те смотрят их выступления в цирке! Вот под звуки музыки на арену выходят нарядно убранные красивые лошади и в собранном темпе бегают по кругу. Затем они начинают кружиться под звуки вальса. Одни или с седоками-артистами. А потом под гром аплодисментов низко кланяются, красиво опуская головы и сгибая передние ноги.

Короткая пауза, и под бурную музыку на арену врывается мощный поток энергии, силы, храбрости, движения и красоты. Это знаменитые акробаты Али-Бек под руководством старого ветерана цирка Али-Бека Кантемирова демонстрируют искусство джигитовки.

Если поговорить с историками, то они скажут вам, что первыми из животных стали выступать перед зрителями в качестве артистов лошади. Древнейшие зрелищные мероприятия — конноспортивные игры и состязания описал еще Гомер в своей «Илиаде». Постепенно из таких выступлений выделился специальный жанр циркового искусства. Уже в древнем Египте, на острове Крит, в Микенах, в древней Греции, а затем и в древнем Риме широкой популярностью пользовались цирковые представления. В огромных амфитеатрах и цирках — монументальных зданиях для публичных зрелищ с эллипсовидной ареной посредине — зрителям показывали гимнастические выступления, пантомимы, клоунады. В программу представлений входили и кровавые зрелища: бои гладиаторов, бой быков, травля животных, или, наоборот, травля дикими хищными зверями людей — беглых рабов. И, конечно, на аренах выступали смелые и ловкие наездники и дрессировщики лошадей.

Конноспортивные выступления и пантомимы всегда имели неизменный успех у зрителей и дошли до нашего времени. В средние века создавались специальные школы верховой езды, в которых обучались артисты — наездники и дрессировщики лошадей. В конце прошлого и в начале нынешнего столетия конные труппы стали неотъемлемой частью программ цирковых выступлений. В России большой след в цирковом искусстве оставили наездники Соболевские, Н. Сычев, дрессировщик П. Крутиков и другие. Сейчас в наших цирках, кроме осетинских джигитов Али-Бека Кантемирова, успешно выступают и другие конные группы. В их числе — смелый аттракцион «Табунщики-джигиты» под руководством Георгия Токарева, с большим успехом гастролировавший в Уфе.

Цирковых лошадей приучают возить на своей спине не только лихих наездников и смелых наездниц, выделывающих различные акробатические трюки, но и хищных зверей.

Лошади поддаются сложной выездке и всяким премудростям конного спорта. Их можно научить выполнять задания, требующие, казалось бы, умственного напряжения. В начале нашего века прогремела слава орловского рысака Умного Ганса, обученного дрессировщиком решать арифметические задачи. Этого коня в 1900 году купил в России берлинский учитель в отставке, сын владельца старинного рыцарского поместья, фон Остен. Он назвал его Гансом и начал дрессировать. Ганс оказался способным учеником и вскоре решал задачи, заданные ему в устной форме. Он мог складывать, вычитать, умножать, делить и извлекать корень даже из суммы двух чисел. Окончательный результат Ганс выстукивал копытом. Ганса прозвали Умным. Им интересовались и ученые. Как же, «мыслящее» животное! В 1904 году в испытаниях Умного Ганса принял участие сам министр просвещения Штудт. Министр задавал вопросы, и Ганс ударами копыт давал ему правильные ответы.

Шумный успех и слава фон Остена с его Умным Гансом побудили немецкого купца Карла Кралля заняться дрессировкой лошадей в более широких масштабах. Он создал в Эберфельде специальную школу для лошадей, среди которых особенно отличались Мухаммед и Цариф. Эти лошади могли делать все то, что и Ганс и, кроме того, отвечали стуком копыт на вопросы о том, какое сегодня число, какое будет через пять дней или семь недель, читали, «рассуждали» на отвлеченные темы. Предприимчивый делец утверждал, что лошади способны мыслить по-человечески и оперировать отвлеченными понятиями. Он написал об этом книгу «Мыслящие животные», которую стали расхваливать идеалисты и враги учения Дарвина.

Позже, в итоге тщательных исследований выяснилось, что выдающиеся способности Умного Ганса и других лошадей являлись всего-навсего результатом умелой дрессировки. В действительности лошади не умеют и не могут ни считать, ни читать. Все это делал за них человек. Лошадь по условной команде начинала бить копытом и прекращала удары лишь тогда, когда улавливала почти незаметное для посторонних людей движение хозяина, означавшее «стоп». Многих зрителей удивляло и то обстоятельство, что лошадь выполняла команды хозяина, не глядя в его сторону. Но это только так кажется. Дело в том, что у лошади расположение глаз — боковое, и благодаря этому она видит предметы впереди себя, по бокам и даже немного сзади. Поэтому и не глядя в упор на дрессировщика, лошадь боковым зрением улавливает подаваемые ей едва заметные жесты-сигналы. Разумеется, для этого лошади тоже нужно обладать определенными способностями к выработке условных рефлексов, уметь наблюдать, иметь хорошую память, знать, когда и как выполнять команду.

В 1909 году в журнале «Вокруг света» было сообщено о результатах изучения способностей лошадей русским врачом. Одну лошадь во время пахоты останавливали после того, как было сделано 20 борозд. Лошадь привыкла к этому и всегда останавливалась после каждой 20-й борозды. Ни разу не было, чтобы она остановилась на 19-й или 21-й борозде. Другую лошадь приучили останавливаться на дороге возле каждого 15-го или 25-го столба, где в награду за умение «считать» ей давали корм.

В заключение расскажем еще об одном достижении в дрессировке лошадей. Лет восемь тому назад английский футболист Билл Фой купил у соседа жеребца и стал обучать его игре в футбол. Конь освоил эту науку и из него получился отличный вратарь. Он может отбивать мяч задними ногами, головой и даже передней левой, для чего приподнимается на задние ноги. Отдельные моменты его игры были запечатлены на фотографиях, помещавшихся на страницах многих газет и журналов.

Герцог де Бофор и собаки-артисты

Герцог де Бофор и обученный им пес Писташ давали представление обитателям Венсенского замка.

— Который час? — спросил герцог. На часах была половина седьмого. Писташ шесть раз поднял и опустил лапу, затем в седьмой раз поднял ее и удержал на весу. Ответить яснее было невозможно. Далее Писташ отвечал на вопрос герцога: «Кто величайший вор на свете?». Когда герцог называл фамилии королевского секретаря и министра финансов, собака каждый раз отрицательно мотала головой.

— Ну, поищем еще. Уж не светлейший ли это негодяй Мазарини де Пишина, скажи-ка?

Писташ с десяток раз поднял и опустил голову, что должно было означать «да». Под конец спектакля Писташ весело прыгал через трость в честь госпожи де Монбазон, королевы, и еще выше — в честь короля. А когда герцог приказал прыгнуть в честь Мазарини, пес демонстративно повернулся к трости задом.

Так развлекался, дрессируя собаку, один из героев книги романа Александра Дюма «Двадцать лет спустя» герцог де Бофор. Стараниями сиятельного узника Венсенского замка пес Писташ стал настоящим артистом.

Возможно, многое из этого — художественный домысел писателя. Бесспорным остается одно: обученные собаки способны выполнять различные команды и реагировать на сигналы, поданные их хозяевами.

— Зуда идет! — говорили матросы Куцему, и тот стремительно улепетывал с верхней палубы корабля вниз. Как известно из рассказа К. М. Станюковича, пес Куцый, забавлявший матросов, очень боялся старшего офицера, которого ненавидела команда и прозвала Зудой. И когда барона уже не было на корвете, матросы иногда развлекались, устраивая представления, где Куцый при окрике «Зуда идет!» по-прежнему удирал с палубы. Но пес-артист тотчас же, без сигнала, возвращался к матросам, хорошо понимая, что его врага уже нет.

В Мирном, поселке советских зимовщиков на Антарктиде, был хутор радистов. Там жили два радиста и их друг — пес Волосан, родившийся и выросший на шестом континенте. Радисты научили его показывать различные номера, чем потешали зимовщиков. По команде своего наставника Волосан изображал, как заседает руководство экспедиции на очередном диспетчерском совещании. Получив такое задание, Волосан влезал на стул, клал лапы на спинку, поднимал морду вверх и начинал лаять. Успех таких спектаклей всегда был неизменным.

Арто, белый пудель, увековеченный А. И. Куприным, умел танцевать, делать сальто, по команде садился, здоровался «с почтеннейшей публикой», издавая тройное «Гав!». Затем он брал в зубы картуз дедушки Лодыжкина и обходил зрителей, собирая медяки на прокормление себе и своим хозяевам. Арто-артист был главным кормильцем маленькой бродячей труппы.

Собак, как и лошадей, можно научить «считать». Счет они ведут поднятием передней ноги, как это делал Писташ герцога де Бофора, или лаем. Разумеется, считать собаки не умеют. Для этого необходимо обладать абстрактным, понятийным мышлением, которого у животных нет. Просто их обучают лаять до тех пор, пока дрессировщик не даст сигнал остановиться, а зрителям кажется, что собака лает сама, сколько нужно. О том, как этот способ дрессировки освоил школьник Костя Шишкин, интересно рассказал Н. Носов в книге «Витя Малеев в школе и дома». Подкармливая пса Лобзика лакомствами после щелчка пальцами, Костя научил его лаять до этого условного сигнала. Лобзик мог показывать нужные цифры и даже решать несложные задачи. Подача команд-сигналов возможна и другими знаками — кивком головы, движением рук или глаз.

Дрессированные собаки издавна служат артистами-профессионалами на аренах цирков и в кино. Всем знакома история чеховской Каштанки. Эту собачку нашел и обучил выступать на арене цирка В. Л. Дуров. У него же были и другие талантливые артисты-собаки. Дворняжка Бишка могла по приказанию дрессировщика пойти в ложу и взять зрителя-военного за третью пуговицу сюртука, брала на рояле заказанную зрителями ноту, ударяя лапой по клавише, выбирала в куче плакатиков нужные цифры и приносила их в зубах хозяину. Другая собачка, такса Запятайка, показывала на разложенной географической карте, где находится Белое море. Она же на приеме у пензенского губернатора вручила ему прошение от имени бездомных собак, чтобы их не ловили городовые.

Сейчас вряд ли можно найти цирк, где бы не выступали с различными номерами дрессированные собаки и собачки.

Изредка собаки «играют» и на сценах театров. В Большом театре в Москве дрессированные овчарки появлялись на сцене в опере «Судьба человека». Правда, там им поручали лишь отрицательные роли, но исполняли они их великолепно.

Собаки часто выступают и в роли киноактеров. Причем они исполняют и эпизодические и главные роли. Еще до войны широкой популярностью пользовался кинофильм «Джульбарс», а позже — «Ко мне, Мухтар». Очень талантливо сыграли свои роли легавая Боевой и такса Сплетница в сложном сюжетном фильме о животных — «Друзья», заснятом под руководством венгерского режиссера-оператора Иштвана Хомоки-Надь. Миллионам телезрителей полюбился и пес Шарик из польского фильма «Четыре танкиста и собака».

И. Меттер написал повесть и сценарий фильма «Ко мне, Мухтар». Герой фильма — младший лейтенант Глазычев и его служебная собака пес Мухтар. Фильм знаком всем. А вот как шли его съемки, знают не многие. Лишь в 1972 году И. Меттер в журнале «Наука и жизнь» рассказал о том, кто и как играл Мухтара.

Для съемок киностудия достала три собаки — по ходу фильма нужно было дублировать роли, да и по времени события растягивались и нужно было показать Мухтара молодым, зрелым и состарившимся. Съемки начали зимой в Подмосковье. Нужно было заснять эпизод, где служебно-розыскной пес Мухтар со своим проводником Глазычевым идут по следу бандита, убившего колхозного сторожа. Ночь, метель, следы бандита заметает поземка. При киносъемках не дожидаются настоящей метели. Ее делают сами при помощи ветродуя — мощного мотора, приводящего в движение огромный самолетный пропеллер, вздымающий тучи снежной пыли. И вот тут-то операторов и кинорежиссера ждало полное разочарование. Служебно-розыскной пес Буран, взятый на время съемок фильма из московского милицейского питомника, спасовал. Когда его подвели к ветродую, он жалобно заскулил, поджал хвост и улепетнул подальше. А ведь он не был трусом, этот Буран. О нем рассказывали, что он бесстрашно бросался на человека, стреляющего в упор, валил преступников, размахивающих ножом. В общем, с ветродуем пес не сработался. Когда взяли другую служебную собаку — результат был тот же.

И тогда на роль Мухтара пригласили пса Дейка, воспитанного киевским сантехником Михаилом Длигачем. Их срочно доставили самолетом на съемки фильма. Все с интересом и нетерпением ждали реакции Дейка на ветродуйную метель. Не испугается ли и он шума и грохота искусственного урагана? Но пес выдержал экзамен на «пять с плюсом». Как рассказывает автор киносценария, Дейк и ухом не повел в сторону ревущего ветродуя. Возможно, сказалось то, что он часто бывал со своим хозяином на аэродромах. Кроме того, у этого пса было исключительно развито чувство собственного достоинства. Он и с хозяином держался как бы на равных, без проявления обычной собачьей угодливости и холуйства. Но все команды хозяина выполнял беспрекословно.

В кинокартине все видели, что Мухтар любит своего хозяина, роль которого играет Юрий Никулин, слушается малейшего его слова. А на деле Дейк и другие собаки-дублеры вовсе не реагировали на команды Никулина. Команды собакам давали их воспитатели, находившиеся тут же, рядом, но стоявшие, как говорится, за кадром. И псы выполняли лишь то, что им велели их хозяева.

В процессе съемок М. Длигач и Юрий Никулин подружились. Постепенно привык к артисту и Дейк, знавший, что хозяин называет его просто Юра. Месяца за два до конца съемок, когда работа шла уже в киностудии в Москве, Никулин предложил Длигачу:

— Переезжай, Миша, вместе с Дейком ко мне домой. Зачем тебе мыкаться по гостиницам, да и с псом я подружусь еще больше…

Действительно, Никулин по-настоящему привык к Дейку. И когда настал час разлуки, он даже взгрустнул. По окончании съемок он поехал провожать Длигача на Киевский вокзал. Расхаживая по перрону с Длигачем, Никулин не без гордости сказал:

— А все-таки, Миша, Дейк полюбил меня больше, чем тебя!

— Почему ты так думаешь? — спросил Длигач.

— Да потому что каждое утро в восемь часов Дейк подходил к моей кровати, тыкался в меня носом и просил, чтобы я вышел с ним погулять. Меня просил, а не тебя!

— Видишь ли, — ответил Длигач, — каждое утро, без пяти восемь, он пробовал будить меня, но я говорил ему: «Иди к Юре!» После этого он и шел к тебе…

Советским кино- и телезрителям понравилась игра двух овчарок в румынском фильме «Бессловесные друзья». Спасая ребенка от злоумышленников, собаки уносят его в корзине вместе с ручной уткой. Драматические, а часто и забавные ситуации, в которых оказывались герои фильма, вызывали у зрителей гамму самых различных переживаний. И хотя местами способности собак преувеличены, а поступки их явно очеловечены, все же работа дрессировщиков заслуживает самой высокой оценки. То же самое можно сказать и об игре шотландской овчарки в американском художественном телефильме «Лэсси».

Четкую и веселую игру показал дрессированн