Ненормальный практик 4 (СИ) [Отшельник Извращённый] (fb2) читать постранично, страница - 3

Волков использовали для хранения сена. Всё выглядело временным, собранным на скорую руку. И, как ни странно, парадоксально постоянным, обжитым, будто это «временное» решение растянулось на долгие годы. Видимо когда-то имперцы решили устроить здесь временный лагерь, но так вышло что ВРЕМЕННОЕ стало ПОСТОЯННЫМ. Однако, переделывать тут всё никто не торопился.

«Империя не особо заботится о своих солдатах на северной границе…» — вот что подумала Ингрид.

Только вот, была у лагеря и обратная сторона. По мере продвижения вглубь внимание северянки привлекла чёткая организация жизни внутри столь неказистых стен. Вопреки убогости построек, дисциплина в «Чёрном Лебеде» поддерживалась на высоком уровне. Справа от дороги группа солдат наскоро разгружала телеги с огромными свежеспиленными пнями, ловко перекатывая их и складывая в поленницы. Слева другая группа, переговариваясь короткими командами, перевозила на тачках кизяк для печей, распределяя тот между юртами. Три десятка солдат на тренировочной площадке отрабатывали строевой бой. Их сержант командовал хрипловатым голосом, и подопечные мгновенно реагировали, перестраиваясь из одной формации в другую.

— Заметила? Никаких бездельников, — хмыкнула Фрея, подъехав ближе. — Каждый при деле.

Та кивнула.

Бьёрн, ехавший позади, пробормотал:

— Не от хорошей жизни так стараются.

— Их лагерь называют «штрафным», — тихо произнесла Фрея. — Большинство из них преступники, отправленные сюда вместо тюрьмы. Так что ты прав, Бьёрн.

Ингрид тоже знала это. Многие солдаты здесь бывшие преступники. «Чёрный Лебедь» был не просто гарнизоном, а ещё и местом службы штрафников. Тех, кто искупал вину перед Империей кровью на северной границе. Странные всё же эти имперцы. Отправлять провинившихся на передовую? В племенах Севера так не поступали. Если воин совершал преступление, его судили и наказывали, но не отправляли в бой на смерть. Смерть в бою была честью, не наказанием.

Женщин в лагере практически не было видно. Только изредка мелькали силуэты в мундирах, ничем не отличающиеся от мужских, разве что ростом, да шириной плеч. Однако в какой-то момент Фрея указала взглядом на группу женщин-солдат, стоявших у одной из юрт. Около десятка. Все с суровыми лицами наблюдали за проезжающей делегацией северян.

— Воительницы, — заметила Фрея.

— У Империи женщины тоже воюют, — кивнула Ингрид. — В этом мы похожи.

Но этим сходство и ограничивалось. Лагерь, несмотря на всю организованность, разительно отличался от поселений северных племён. Всё здесь было подчинено военной необходимости, суровой утилитарности. Ни украшений, ни традиционных узоров, ни священных символов. Никаких развлечений. Только голая функциональность.

Конечно появление делегации северян — событие, при чём ОЧЕНЬ НЕОБЫЧНОЕ. Но солдаты продолжали заниматься делами, бросая короткие взгляды на гостей. Никто не выкрикивал оскорблений, не делал неприличных жестов, хотя по напряжённым лицам было видно, что многие едва сдерживаются.

— Им приказали молчать, — заметила Ингрид. — Иначе мы бы уже услышали всё, что они думают.

— Мудрое решение со стороны их командования, — согласилась Фрея. — Но посмотри, как они смотрят на нас. Не только с ненавистью. Есть и что-то ещё.

Лейтенант Куваева привела их группу к большой юрте в центре лагеря, очевидно, главному штабу.

— Мы прибыли, — произнесла она, спешиваясь. — Здесь вас ожидает командир лагеря — капитан Громов и генерал-майор Разин — заместитель руководителя Чёрного Лебедя.

Ингрид взглянула на спутников. Бьёрн выглядел настороженно, Улав — напряжённо, Фрея — задумчиво. Остальные воины держались спокойно, но рука каждого никогда не отдалялась от оружия. Как и положено на вражеской территории.

— Что ж, — сказала дочь Хальвдана, спрыгивая с яка. — Посмотрим, что за приём нам окажут в Чёрном Лебеде.

Она расправила плечи и последовала за Куваевой в главную юрту, готовая встретиться с имперским командованием лицом к лицу…

Глава 2

Внутри юрты оказалось приличнее, чем можно было предположить снаружи. Стены обшиты темным деревом и укреплены, что создавало ощущение не временного жилища, а солидного помещения. Ряд шкафов. Огромная карта необъятной Российской Империи подсвечивалась эфирными лампами, создавая образ картины. Немного выше портрет усатого светловолосого мужчины, смотрящего будто в душу. Также тут, как ни странно, были пара горшков с пышными цветками, аккурат над которыми было устроено окошко из коего падал дневной свет. Ну и в самом центре этой громадной юрты потрескивала большая металлическая печь, распространяющая приятное тепло.

Но внимание Ингрид приковала далеко не обстановка, а двое мужчин, стоявших у длинного стола. Один — капитан Громов, командир лагеря с опознавательным значком на груди. Среднего роста, с выправкой военного и взглядом, хранящим --">