Фантастические циклы романов. Компиляция. Книги 1-12 [Егор Дмитриевич Чекрыгин] (fb2) читать постранично, страница - 2


 [Настройки текста]  [Cбросить фильтры]

страшно развеселило меня. Заблудиться в лесу, расположенном в получасе ходьбы от Третьего Транспортного Кольца одной из самых густозаселенных столиц мира, — это уже смахивало на оригинальность. Еще более оригинальным показалось мне устроить в этом лесу ночевку — благо было начало августа, термометр уже пару недель как забыл, что бывают температуры ниже тридцати, и это наводило на мысль, что смерть от переохлаждения мне явно не грозит. Как и смерть от голода — на днюхе я налопался так, что следующие пару дней даже думать о еде будет противно. А что еще оставалось делать среднему мне? Только сидеть в уголочке стола с независимым видом и лопать да выпивать, пока другие… впрочем, это к делу не относится.

…Проснулся я от холода и жуткого сушняка. Утренняя роса изрядно бодрила и намекала на необходимость шевелиться. Не сразу сообразив, где нахожусь, я, тем не менее, поднялся и побрел вперед. Голова раскалывалась, тошнило и жутко хотелось пить… И тут удача (как я тогда думал) первый раз обратилась ко мне лицом. Где-то впереди сквозь стволы деревьев я увидел блеснувшую воду. Моих знаний местной географии вполне хватило, чтобы опознать Академические пруды, именуемые в народе «Байкалом» в честь расположенного рядом одноименного кинотеатра. Там можно было хотя бы рожу умыть, а вырвавшись из ставшего вдруг таинственным и загадочным Тимирязевского леса, купить в ближайшем круглосуточном магазинчике бутылку минералки и…

…Пруд был… Окружающего его города — не было.


…Добив последних защитников, нападавшие быстренько разграбили наше стойбище, поснимали скальпы, упаковали награбленное и своих покойников на волокуши, и, видно, потому, что ни детей, ни рабов, которые натаскали бы воды для овцебыков среди них не оказалось, — погнали трофейное стадо к водопою. И наши «большие братья», которых торчок-шаман, ныне покойный, в своих проповедях наделял исключительной мудростью и братской привязанностью именно к нашему племени, спокойно побрели за новыми хозяевами, пардон — братьями, привычно таща волокуши с теми немногими ценностями, что удалось добыть победителям. Ибо, как я уже давно убедился, наши «большие и мудрые» тупостью своей превзошли и овец, и быков, вместе взятых… Ну да ладно. Не буду обижаться на тупых и подумаю, как жить дальше.

Ключевым словом тут было «жить», а фраза, более правильно передающая смысл создавшегося положения — «прожить дольше». И особо светлых перспектив мое воображение, увы, не рисовало. Жить мне оставалось, наверное, всего несколько дней, при особой удаче — месяц. Все-таки местные ребята знали, что делали, когда даже в безнадежной ситуации дрались до последнего. В этом мире пленных не берут, а убежавшие от битвы подыхают в степи от зубов мохнатых тигров, укусов змей, вражеских копий и дубинок, а то и от банального холода и голода.


…Собственно, когда я выбрался из леска к водоему, то первым делом полез умываться, с трудом пересиливая желание напиться… Пруды хоть и считались проточными, но даже страшно было представить, сколько гадости плавало в этой воде, особенно в разгар лета, когда с целью купания их посещает по нескольку тысяч человек в день… Вот я умылся, поднял рожу и не увидел привычные силуэты многоэтажек на горизонте… Передо мной расстилалась огромная степь — океан колышущейся травы, выпирающие из нее холмы-курганы, кудрявящиеся шапки то ли рощиц, то ли зарослей кустарника, обрамляющих сверкающие под восходящим солнцем пятнышки озер. А над всем этим возвышалось небо, пронзительно-синее, с маленькими вкраплениями облачков. Между травой и небом — никаких деревьев, построек или еще чего-то вертикального, и казалось, что небо начинается сразу от земли… Только тут я обратил внимание на воду озерка, лежащего передо мной. Она была ледяной и хрустально чистой. Дно можно было видеть даже в нескольких метрах от берега на довольно изрядной глубине. В Москве… да что в Москве? В средней полосе России такой воды встретить было невозможно. Ее хрустальная прозрачность навевала мысли о ледниках или горных реках… Вот, кстати, что хорошего было в местных пейзажах, — воды тут было прорва. В последующие годы, пересекая эту прерию вдоль и поперек вслед за стадом овцебыков, я не помню и дня, когда бы мы не пересекли какую-нибудь речушку или не огибали бы озерцо…

Ну да это в последующие годы. А в тот момент я яростно щипал себя за все места, до которых мог дотянуться, протирал глаза, пару раз даже закатил себе солидную оплеуху. Но ничего не произошло… В смысле, привычная Москва XXI века не вернулась на свое законное место, а на равнине все так же неторопливо колыхалась трава, пели птички… да еще прямо перед носом в этой прозрачной воде плеснул хвост, и две здоровенные рыбины гордо проплыли по своим делам, демонстративно игнорируя мое присутствие… Рыбы-то меня и добили окончательно. В моей Москве подобных рыб можно было встретить только где-нибудь в океанариуме или в элитных магазинах, уже