КулЛиб электронная библиотека 

Ангел из моего кошмара [Лала Луние] (fb2) читать онлайн


Настройки текста:



Лала Луние Ангел из моего кошмара

Безустанное бдение крепостных башен и маяков, восставших против моря и времени. Победа близка? Кто знает… Пока же они недвижны, лишь по тихим их комнатам бродят души умерших, наблюдая за живыми. Скоро и мы окажемся там, скоро взойдем на стену времени — и не о чем будет тосковать. Только друг о друге.

Джим Моррисон

Глава первая. 1.431


Ди сидел на стуле в своей полупустой квартире, пытаясь выбросить из головы вчерашний день. И всю последнюю неделю. Весь последний месяц. Как ни странно, но его уставший от беспросветной жизни разум, все еще непостижимым образом верил в чудо. И в какой-то мере чудо было уже в пути. А пока не оставалось ничего, кроме как пассивно отражать от себя темную, с трудом тянущуюся, словно вареная сгущенка действительность.

Некогда желтые стены, потускнели, но по комнатам все еще бродили призраки былого величия. Все предметы скупой обстановки были на месте: потрепанный диван, который не прослужил хозяину и пяти лет, но выглядел уже неважно; небольшой деревянный стол, пришедший на место своего более изящного соперника; тумба под телевизор, на которой в беспорядке хранились немногочисленные оставшиеся у Ди книги, самого телевизора давно уже не было. Дополняли комнату старые настенные часы и одинокий стул, на котором и сидел Ди. Что-то изменилось. Похоже, перестали идти часы, вечно раздражавшие своим нахальным тиканьем. Или все же изменилось, что-то большее?

Ди встал и подошел к окну, которое отсутствием штор, добавляло унылости интерьеру. Из-за тумана было невозможно разглядеть что-либо на улице. Казалось, все вокруг погрузилось в непонятный транс.

Вдруг туман начал просачиваться сквозь щели в окнах. Молодой человек сделал шаг назад, но туман мгновенно окутал все пространство комнаты. Ди обернулся, надеясь увидеть стул, на котором он сидел, но в сером цвете уже растворились все предметы. Он попытался отогнать туман, словно это был неприятный запах. Его безуспешные действия лишь зародили панику в его душе.

«Посмотри, что ты наделал…» — раздался внутренний голос. И неожиданно на Ди нахлынул поток воспоминаний. Ему стало страшно, стыдно, больно, но он никак не мог избавиться от уничижающих мыслей. Неприятные воспоминания и раньше посещали его, в такие минуты, Ди не хватался картинно за голову, как герои дешевых фильмов. Он резко зажмурился, а когда открыл глаза, то понял, что находится на берегу.

Ди стоял перед лицом бескрайнего океана. Волны медленно накатывали и бились о прибрежные скалы. Тихо. Слишком тихо. Нет ни людей, ни птиц, и даже океан не издавал ни единого звука. Осталось лишь ожидание, которое вскоре должно подвести итог всей его жизни. Наблюдая за океаном, он понял, что паника уступила место умиротворенному спокойствию. Его совершенно не удивило столь резкая перемена места. Он и сам не понимал, но чувствовал, что так и должно быть.

Он ощутил легкость во всем теле. Ди пошевелил рукой. Она все еще подчинялась ему, но потеряла свою чувствительность. Странное отсутствие мыслей смутило Ди. Казалось, что все самые дорогие воспоминания уходят от него. Но он не хотел ничего забывать. В особенности ее.

Ди поднял голову, чтобы взглянуть на небо, но почувствовал себя еще более странно.

Наверху над ним нависал океан.

Потом постепенно два «полюса» резко начали сближение, обещая поглотить Ди своими тяжелыми водами. Когда пространство стало давить на него, Ди почувствовал, как закружилась его голова.

Вдруг волны побежали, как испуганные кошки. Ди обернулся и увидел, что в его сторону двигалась женщина. Он не шевелился, пытаясь получше разглядеть ее. На вид ей, казалось, лет сорок пять, высокая, светловолосая, с длинным, прямым носом, с широким лбом и неопределенным взглядом, который, как показалось Ди, указывает на ее внутреннюю борьбу. Пожалуй, будь она немного красивее, то походила бы на сказочного эльфа. За ее спиной волочился густой туман, превращающийся в бесформенную черную массу. Незнакомка медленно развернулась и шагнула туда. Ди отправился следом. Он шел, не разбирая дороги, казалось, довольно долго, и все это время копна светлых волос полу-эльфа не давала ему сбиться с пути.

Ди и сам не заметил, как оказался в комнате с ярко красными подсвеченными стенами. Он выжидающе смотрел на женщину, она же, в свою очередь, не отрывала взгляда от него. Она обдумывала, как бы по-деликатнее сообщить ему необходимую информацию. Ей так часто приходилось заводить этот разговор, но всегда было неудобно его начинать.

— Меня зовут Лисса, — растягивая слова, сказала она, — ты — умер. Уже несколько лет. Просто у океана время летит незаметно.

Ди поразила эта мысль, но он сделал вид, что уже давно обо всем догадался.

— Мы готовы предложить тебе работу, но для этого тебе предстоит пройти испытание, чтобы определить профиль твоей будущей деятельности.

— Ну, в связи с некоторыми изменениями в форме моего существования, у меня как раз появилась свободная минутка, для того, что бы поработать, — саркастично улыбнулся Ди.

— Что ж, знай, что пока ты просто кандидат в ангелы, — сказала Лисса, — пойдем, представлю тебя твоему наставнику.

Разговор получился каким-то быстрым и скомканным, и у Ди создалось ощущение нереальности всего происходящего. Ему казалось, что все это лишь сон, в котором могут происходить невероятные вещи, и он уверенно двинулся вслед за Лиссой, ожидая, что в скором времени он все же проснется. Все это просто недоразумение, про которое можно со смехом рассказывать потом друзьям. Но сейчас он не мог вспомнить, а были ли у него вообще друзья?

Слово наставник ассоциировалось у Ди с седым старцем, в белом балахоне и волшебным посохом. Ужасно скучно. Но когда одна из стен комнаты исчезла, перед его взором открылся длинный темный коридор с множеством дверей. И Лисса привела его плохо освещенную комнату, где за столом сидела прекрасная хрупкая девушка с медными волосами и что-то писала, писала неторопливо, аккуратно выводя каждую букву. В ее волосах виднелась серебристая прядка, которая переливалась в тусклом свете.

— Сонери, — сказала Лисса, — прибыл номер 1.431. Процедуру обработки памяти прошел.

Не поднимая взгляда от написанного, наставница неопределенно махнула свободной рукой.

Лисса легонько подтолкнула Ди вперед и испарилась.

«Что значит процедура обработки памяти?», — подумал Ди, но не решился озвучить свой вопрос. Ему отнюдь не казалось, что у него стерли память. Хотя… нет, не может быть. Он ведь точно помнит, что жил на земле, учился, потом работал. Еще несколько ярких бессвязных картинок всплывало в его подсознании. И все. Но это совершенно не тревожило его. Ди чувствовал себя отдохнувшим и полным сил приступить к новым обязанностям.

Новоиспеченный кандидат в ангелы принялся разглядывать комнату. Здесь, кроме стола, за которым сидела девушка, находился деревянный стул и длинные ряды шкафов с множеством папок. Единственным источником света служила лампа на столе. Это место напоминало Ди салон магии, не хватало только хрустального шара.

«О, хрустальный шар, хрустальный шар, спаси всех нас!»

Сонери тайком поглядывала на своего нового подопечного, и ждала когда же он, наконец, начнет себя проявлять. Какое-то время оба молчали. Ди решил как-то наладить контакт, заговорил первым:

— Не предложите ли кофе?

В ответ тишина.

Тоже мне девица — наставничек. Смешно.

Наконец, Сонери оторвалась от своей работы и посмотрела на Ди своими темными глазами. И Ди был сражен глубиной ее взгляда из-под пушистых ресниц. Он заворожено смотрел ей в глаза, чувствуя, что теряет дар речи. Сонери ухмыльнулась и снова погрузилась в свои записи.

— Нам надо, кое-куда наведаться, — наконец, сказала она, флегматично поднимаясь из-за стола.


Ди и Сонери шли сквозь туман. Сонери предпочитала хранить молчание. Хотя у Ди было очень много вопросов, он терпеливо ждал. Жизнь доказала, терпение — эта первая ступень к познанию.

Он ожидал увидеть унылое зрелище: сотни, парящих над поверхностью, закутанных в светлые одеяния тел, идеальную тишину и место для созерцания.

Но вот послышались оживленные голоса. И вскоре под ногами появилась черная поверхность. Это был не асфальт и не гравий, а скорее, нечто, напоминающее магнит. Впереди, окруженная туманом, показалась Черная скала. Казалось, она притягивает ангелов, питает их своей энергией.

Ди слышал, как за скалой раздавались смех и визги, и любопытство подтолкнуло его узнать, что там происходит. Оказалось, что в скале располагался маленький водопад, а находящиеся вокруг него кандидаты в ангелы беспечно обливались водой. Ди с настороженностью отнесся к происходящему. Присоединяться к всеобщему веселью ему не хотелось. Он не так-то просто сходился с людьми, и предпочел остаться в стороне вместе с Сонери. Но обернувшись, он увидел, что ее нигде нет.

В меру счастливые и достаточно мокрые, кандидаты разбрелись по группкам. Одни что-то оживленно обсуждали, другие взялись за руки, третье уселись на черную поверхность.

Один мужчина средних лет, розовощекий, косолапый, немного полноватый, заметил Ди и направился к нему. Он был раздет по пояс. А его мокрые брюки едва доходили ему до щиколотки. Многое в его внешности, казалось было сделано наспех, будто бы его произвели на китайской фабрике, которая занималась изготовлением низкокачественных подделок.

— Ты тоже тут новенький? — спросил мужчина.

— Да, — ответил Ди, все еще продолжая искать в толпе свою наставницу.

— Ты не знаешь, что они для нас готовят?

Молодой человек пожал плечами.

— Я смотрю, ты не очень разговорчивый. Скажи хотя бы, как тебя зовут.

— Ди.

— А я — Шанди. Знаешь, тут лучше, чем на земле. Не знаю, почему спокойнее или может быть веселее. А может, там было лучше? Не могу сказать. Не помню.

Ди не слишком хотелось общаться с «коллегой», но деваться было особо некуда, а разговаривать не о чем. Тогда заполняя эту неловкую паузу, Шанди вставил:

— Ты видел серебряные полоски в волосах у ангелов. Говорят, когда мы получим такой же статус у нас тоже такая ерунда в волосах появиться. По-моему это не стильно, а ты как думаешь?

Ди пожал плечами. Чтобы как-то поддержать разговор, он сказал:

— И долго вы здесь?

— Да не очень. Нам сказали, что мы ждем, когда все соберутся.

И вдруг поверхность, на которой стояли кандидаты в ангелы затряслась. Ди стал лихорадочно искать, за что бы уцепиться. Но все прекратилось так же внезапно.

— Воу, — Ди отскочил от края.

Сначала ему показалось, что они находятся на крыше небоскреба. Но потом он понял, что это был не просто небоскреб. Это были два небоскреба, соединенные стеклянным переходом. Они оказались как раз на середине перехода.

— Где мы? — не надеясь получить ответ, спросил Ди.

— Башни-близнецы Петронас, Куала-Лумпур, Малайзия, — сказал кто-то.

Перед ними лежал огромный мегаполис с множеством торчащих из земли небоскребов, на верхушках которых красовались названия отелей и компаний. Ди они напомнили не забитые гвозди. Позади одного здания с заостренной крышей он заметил колесо обозрения. Оно казалось таким крошечным по сравнению с окружавшими его строениями. А если посмотреть прямо вниз, то понимаешь, что газон — это большой треугольник с закругленными вершинами и расположенными в нем фонтанами.

— Теперь, когда вы все собрались, — заговорила Лисса, — считаю необходимым объявить о том, что мы от вас ожидаем.

Ди окинул взглядом присутствующих. Кандидатов здесь было около двадцати. Все они внимательно слушали Лиссу, которая, как всегда, без долгих приветствий, сразу преступила к делу.

Отдельно ото всех стояли три фигуры. Всем своим видом они показывали, что являются существами высшего ранга. Одной из них была Лисса, произносящая безэмоциональную речь. Чуть левее от нее сложил руки на груди, стояла Сонери, она казалась Ди самым эффектным персонажем в этой сцене. На ней было черное облегающее платье с поясом в виде стальной змеи. Третьей фигурой был мужчина лет пятидесяти, с усами, предающими его лицу выражение крайнего неудовольствия. Словно он считал себя ужасным Тараканищем, перед которым должны трепетать все звери, и в особенности их маленькие детки, которым грозит быть съеденными.

Ди обратил внимание, что у всех троих в волосах были серебряные пряди. У Лиссы и Сонери по одной, а у мужчины три. Наверное, это были своего рода погоны, определяющие иерархию.

А тем временем Лисса продолжала:

— Сонери, Карлос и я приготовили каждому из вас душу. И по результатам выполненной работы мы сможем определить вашу дальнейшую судьбу — быть вам ангелами-хранителями или ангелами-смерти…

— Работа вам предстоит несложная, но лишь на первый взгляд, — объявил Карлос, — наблюдать за живыми, подавать им необходимые знаки, чтобы не допустить их смерти. Если же вам не удастся сохранить жизнь — в дальнейшем вам будет предложена, довольно «черная» работа ангелов-смерти. Общеизвестные категории добро и зло, должны перемещаться в вас. И вы должны растворить их в своем сознании. Но не пытайтесь до конца постигнуть сути этих двух слов. Ибо бесконечны эти понятия.

— Но тут есть одна загвоздка, — вмешалась Лисса, — Из вас только двое смогут стать полноправными ангелами. Все остальные последуют за душами умерших.

— Главное, что вы не должны вмешиваться в судьбы иных, кроме предложенных вам людей. А пока можете найти на земле место своего временного пребывания. Ваши наставники сообщат дальнейшие указания. А для перемещения в пространстве используйте силу своего воображения, — заключила Сонери.

Оторвав взгляд от своей наставницы, Ди заметил, что сквозь толпу кандидатов к нему пробирается Шанди. Надо срочно куда-нибудь деться. Он закрыл глаза, а когда открыл их, то смог оценить величие малазийских башен-близнецов снизу. Магазин Луи Вьюттон у входа, торговый центр «Сирия», расположенный между башнями был рад гостям, среди которых были туристы из разных стран и сами малазийцы, зачастую с двумя-тремя женами.

Сделав шаг по направлению от торгового центра, Ди вдруг пришла в голову мысль, что перемещение в пространстве не явило для него никаких новых ощущений. Все действо заняло меньше секунды, и он не успел почувствовать ни страх, ни боль, ни даже дискомфорта. Это оказалось проще, чем он думал. Что немного разочаровало Ди, он ожидал, пробуждение неведомых до сих пор сил. Он ожидал, что его сознание должно перейти на новый уровень. Он ожидал чего-то нового. Но возможно, для трансформации сознания должно пройти некоторое время. Все же желание иметь все и сразу было настолько велико, что даже человечество не смогло спрятать его ни в один из своих карманов.

А пока стоит позаботиться о том, куда отправиться далее. Раньше Ди мечтал жить на берегу моря или где-нибудь в экзотическом месте. Сейчас же, он был настроен несколько трагически, и поэтому теперь можно было осуществить одну весьма распространенную мечту и поселиться в… замке.


Для чего нужно жилище? Первое что приходит в голову — для того, чтобы отдохнуть. Правда, эта скорее идеалистическая ассоциация. Не многим удается отдохнуть в своем доме, если рассматривать отдых, как полное ничегонеделание. Если брать в расчет среднестатистического владельца жилплощади, даже при условии, что нет других обитателей, дом все равно сам подкидывает работенку: протереть здесь, там убрать, тут застелить, бесконечно…

Но если брать отдых, как свободное время от основного занятия, выходит, что многие люди больше отдыхают, чем работают. Это Ди подсчитал, будучи еще студентом. Так он учился в среднем восемь часов в сутки, пять дней в неделю. То есть получается, что за месяц Ди отдыхал сто двадцать восемь часов, а был занят своей студенческой деятельностью всего сорок часов.

Вот теперь можно пожить в свое удовольствие в замке! В своем воображении Ди часто рисовал такую картину: утро начинается с обхода владений. Можно было бы заглянуть на кухню и, потирая бороду наблюдать, как куча слуг стараются тебе угодить (почему-то владелец замка, в мечтах Ди должен быть непременно бородатым). Потом пройтись по галерее с охотничьими трофеями, полюбоваться своим отражением на гладкой стали ножей, мечей, сабель. Завершить обход пересчетом золотых монет в потайной комнате. Хотя нет, на это должно было уйти никак не меньше трех дней. Во время сытного завтрака, пока титулованная жена сосредоточенно дожевывала свою кашу, владелец замка поочередно подмигивал бы пяти знатным любовницам, и трем симпатичным служанкам. Далее по программе: отдохнуть, погонять на лошади, отдохнуть, пообедать, отдохнуть, заняться важными делами (выяснить, куда делись пять серебряных ложек), отдохнуть, снова отдохнуть еще сильнее, поужинать, закончить вечерний осмотр замка в комнатах пяти знатных любовниц (с благородной целью, выяснить, наконец, куда делись ложки).

Ди усмехнулся, потирая невидимую бороду. Перед ним лежал средневековый замок, поражающий своим величием. Благо в Европе много замков, в которых уже никто не живет, но несколько дней в неделю их все же атакуют туристы, жаждущие отведать средневековье на вкус.

В одном, закрытом для туристов, помещении Ди нашел свое пристанище. Темная, плохо освещенная комната, со старомодной софой, простым деревянным столом и чудесным стулом в стиле ампир. Завершали этот довольно скромный для замка интерьер: «эксклюзивные» подсвечники, высотой около метра и картины, нуждающиеся в реставрации, аккуратно сложенные углу.

На улице накрапывал дождь, что, несомненно, добавляло уныния замку.

Вдруг один из ярких образов в голове Ди, сформировался в отчетливое воспоминание. Он вспомнил, как когда-то бывал в замке Амбуаз в долине реки Луары. Ему, конечно, показали часовню, в которой находятся останки великого Леонардо. Но, запомнились ему, обои в одной из комнат замка, они были точь-в-точь такие же, как в прихожей его собственной квартире. Только у него они были исполнены в черном цвете, а в замке — в красном. Более ничего о замке Амбуаз, ни о своей прежней жизни он вспомнить не мог.

Ди присел на софу в своей новой комнате.

Вдруг сверху что-то скрипнуло, и Ди даже показалось, что на мгновение дождь перестал биться в маленькое окошко. И вот комната стала наполняться прозрачными телами. Они окружили его, и десятки пар глаз с негодованием уставились на пришельца. С минуту все они молчали, но потом словно по команде, заговорили наперебой. Все, что Ди мог разобрать: «Как ты посмел, непокорный?», «Прочь!», «Кыш!».

Эта сцена позабавила Ди, и он не смог сдержать улыбки.

— Тебе смешно?! — взревел тощий мужчина, грозя кулаком. — Да ты хоть знаешь, кто мы такие?!

И тут на Ди напал приступ истерического смеха. Он вспомнил один детский мультик, с карикатурно нарисованными привидениями в черных перчатках.

— Мы призраки! И это наш замок! — закричали прозрачные тельца.

— Извините, но я не верю в призраков, — давясь смехом, сказал Ди.

— Знаешь, почему здесь никто не живет? — высоким голосом спросило одно из привидений. Он держался очень смело, от чего Ди решил — что это привидение здесь главное. — Потому что, мы не любим посторонних! Последний хозяин, вон он, кстати, в углу, сбросился с одной из башен. А ты ангел, и для нас это вдвойне оскорбительно.

Этот призрак был похож на кота с подстриженными ногтями, который пытается запрыгнуть, на висящий на стене ковер.

— Я понял, у вас тут, что-то типа призрачного общежития? — Ди перестал смеяться.

— Ну, это уже слишком! Уводите стариков и женщин! — приказало главнокомандующие приведение. — В атаку!

Приведения замешкались. Так как сильная половина присутствующих оказывалась явно в меньшинстве.

Ди усмехнулся. Он сложил руки на груди, теперь он мог их разглядеть. В основном здесь были полногрудые женщины, в роскошных туалетах, гордые мужчины, старики, все они словно собрались на маскарад. По их нарядам любопытному моднику можно было бы проследить историю костюма.

Одна дама в черном платье подскочила к Ди и завизжала, что-то по-французски.

— Простите, я вас не понимаю, — сказал молодой человек.

— Нахал! — Топнуло ногой главное приведение. — Среди нас почтеннейшие люди! Лорды, бароны, хозяин замка номер пять, семь, тринадцать и шестнадцать, их знатные, замурованные в стены гости, и даже одна из фавориток короля Людовика.

— Какого именно Людовика? — спросил Ди.

— Какая разница! Среди нас еще и изобретатели, первооткрыватели, величайшие умы человечества!

— Вам тут для полного счастья не хватает лишь овечки Долли, — заметил кандидат в ангелы, — я не человек и мне не нужно спать, поэтому можете выть сколько хотите.

— Долго ты здесь не пробудешь. Мы еще подготовим тебе теплый прием. — Пригрозило главное привидение.

И вскоре комната была свободна от потусторонних сил. Было забавно, что сам Ди никак не относил себя к сверхъестественным существам.

Оставшись один, он принялся анализировать события прошедшего дня, оценивать преимущества своего нового положения. В раздумьях он ходил по комнате, опустив руки в карманы, в одном из которых он обнаружил некий предмет. И не было никаких сомнений, что раньше его там не было. Ди вытащил на свет черную ручку с красивой гравировкой «Sub silber mare». Он не имел понятия, чтобы это могло означать, он рефлекторно прокрутил ее вокруг пальца, понимая, что этот именно этот предмет раньше был хорошо ему знаком. И даже больше, он имел для Ди большое значение. И всю оставшуюся ночь, он ломал над этим голову, пытаясь пробиться сквозь стену к прошлым воспоминаниям.

Внезапно в комнате появилось привидение, которого точно не было в прошлой делегации. Оно смотрело на Ди печальными глазами и теребило подол призрачного камзола. Это был мужчина с большим носом и редкими волосами.

— Ну, что еще одно призрачное предупреждение? — вздохнул Ди.

— Нет, я пришел не за этим, — приведение говорило голосом провинившегося ребенка, — меня зовут Пьер. И я знаю одного очень важного для вас человека.

— Какого? — Ди насторожился.

— Не могу сказать, — призрак пошаркал ногой по полу.

— Это мужчина или женщина? — стал задавать Ди наводящие вопросы.

— Не могу сказать.

— Высокий или низкий? Добрый или злой? С чешуей или без? Волшебник или магл?

— Не могу сказать.

— А что ты можешь сказать? — разозлился Ди.

— Что ответ в ваших руках, — выпалило привидение и испарилось.

Ди пытался разобраться в этом абсурдном диалоге. Но ему в голову ничего не приходило. Так он безуспешно старался что-то вспомнить до рассвета.

А когда рассвело, в комнате появилась прекрасная новая знакомая.

Сонери с подобием улыбки на устах прошла поперек комнаты и остановилась возле двери, спиной к Ди (при виде ее ангел быстро сунул ручку обратно в карман). Все ее действия были не то чтобы наигранными или фальшивыми, скорее выражающими одну идею. Она как будто была героиней мюзикла. И именно мюзикла, а не фильма. Когда актеры играют хорошо, они, кажется, перестают быть собой, и действие, происходящее на экране, словно происходит на самом деле. А в мюзиклах происходящее так несерьезно, что и лица героев не оставляют сомнений, что все это лишь игра. И Сонери приглашала поиграть.

— Вижу, ты уже познакомился со своими «соседями»? — спросила она.

Ди оставался неподвижным. Он пытался определить, какие чувства он испытывает к этой девушке. Слишком уж все противоречиво.

— Почему бы нам не прогуляться? — предложила наставница.

Ди хотел бы дать остроумный ответ, но они слишком быстро оказались в одном знакомом ему месте.

Санкт — Петербург. Зима уже незаконно пребывала на территории прекрасного города. Ди был здесь однажды, летом. Но теперь под снежным покровом, все было как в сказке с пряничными домиками, посыпанными пудрой. Голые деревья с ветками, напоминающими растопыренные пальцы, вместе с изящными фонарями, добавляли загадочности пейзажу. Сонери восхищенно разглядывала окна Эрмитажа, словно ожидая увидеть призраков минувших веков. Возле дворца громоздились кучи снега, высотой почти с человеческий рост.

«Должно быть холодно», — подумал Ди. Но он не чувствовал ветра с Невы, хотя видел, как колышутся ветви деревьев.

Тогда кандидат в ангелы почувствовал себя обделенным. За этим последовали бы далеко идущие тяжелые мысли, если бы Сонери не начала разговор.

— Этот мир похож на большой магнит. Мы бы не прочь оборвать с ним все связи, но нас тянет к нему. Хоть мы и можем управлять человеческими судьбами, но свои нам неподвластны. Мы также как и люди не знаем, что нас ждет дальше и есть ли кто-то, кто все это сотворил.

Сонери шла вдоль реки, и Ди на секунду показалось, что он видел ветер в ее волосах.

— Деление у нас не сложное, — продолжала она, — есть ангелы-хранители, они наблюдают за людьми, и в случаях, не требующих отлагательств, вмешиваются в жизни, во избежание неприятных последствий. Есть ангелы смерти. Они приходят за душами тех, чей час уже пробил. Я рассказала довольно примитивно. Еще есть демоны, но это тебе пока знать рано, если станешь ангелом, сам во все разберешься. Пока для удобства начинающего пользователя такая функция, как видение демонов тебе недоступна.

Она ждала что он проявит интерес к ее словам, но он молча шел рядом и задумчиво смотрел в сторону здания кунсткамеры на противоположной стороне реки. Она ожидала, что он, как третьеклассник, завалит ее вопросами, но он просто шел рядом.

— Лисса — ангел-хранитель, — сказала Сонери, — Карлос — ангел смерти. Я же не отношу себя ни к одной из этих «групп». Считаю, что это необъективно так же как деление на плохое и хорошее, доброе и злое. Ведь все это зависит от того, с какой стороны посмотреть. И что если добро и зло стандартизировано? То есть не мы определяем, что хорошо, а что плохо, а устоявшиеся общечеловеческие правила поведения, довлеющие на нас. На протяжении многих веков человечество не раз пыталось дать объективную оценку смерти. В средние века смерть была явлением положительным. Современные же люди снова в панике. Просто им нужна идея. Свежие ответы на извечные вопросы.

— Деревья. — Сказал Ди, так как будто бы и не слушал, о чем говорит его наставница. — Сколько лет они стоят здесь, на набережной? Разве знают они о своем высоком предназначении? Счастливы ли они оттого, что им довелось украшать этот чудесный город, или им было бы лучше стоять там, где не ступала нога человека?

Сонери сделала вид, что пропустила, все это мимо ушей. Вдруг она остановилась и заглянула в бездонные голубые глаза Ди. Да, у него внутри идет борьба. Он пытается бороться со своими чувствами. Тогда Сонери представила, что внутри нее сосредоточен светящийся шар, наполненный надеждой, она постепенно стала передавать свои ощущения Ди. И вскоре заметила, как он начал успокаиваться.

— Чтобы взаимодействовать с людьми, вмешиваться в их судьбы, ты должен овладеть некоторыми приемами проникновения в их сознания. К сожалению, наши возможности не велики. Мы можем проникать в сны, или внушать разные чувства, от страха до надежды. Нужно только практиковаться.

Ди смотрел на нее и от того, что говорила Сонери, ему казалось, что он спит. Вот так взял и уснул в своей новой замковой комнате. Странный сон.

— Если пока нет вопросов, — вздохнула Сонери, когда они уже почти дошли до медного всадника, — тогда могу показать тебе объект наблюдения.

— На фоне таких декораций наблюдать будет одно удовольствие, — сказал Ди.

— Боюсь, сцену действий придется перенести в менее масштабное место. Просто мне нравится, когда у историй красивое начало.


Глава вторая. Вероника

Вероника разглядывала ногти на больших пальцах своих рук. Длина правого была значительно больше левого. Вероника смотрела на мир сквозь призму собственного несовершенства. А из всего, что казалось ей идеальным, было лишь ее отличное зрение.

Она сидела в институтской столовой и слушала о «потрясающих» выходных, которые провела ее однокурсница Диана. И Вероника все внимала и запоминала, проявляя живой интерес ко всем окружающим людям, желающим поделиться историями из своей жизни.

Личной жизни у Вероники не было, потому что она считала себя непривлекательной. Хотя на деле это была неправда. Человек внимательный мог заметить, что красота ее еще не достигла пика, но приятная внешность уже выделяла ее на фоне остальных. Вероника была открытым и честным человеком, и люди тянулись к ней. Но, не смотря на это, она никого не могла назвать своим другом. С дружбой ей не везло. И это она поняла еще в детском саду. А вообще Вероника производила впечатление нежного создания, словно сошедшего с картин Яна Вермеера.

— Кажется, вон тот парень на меня смотрит, — заявила Диана.

Вероника повернула голову, но не обнаружила ни одного заинтересованного лица. Поэтому предпочла деликатно промолчать.

Диана, в свою очередь была простой, и где-то даже наивной девушкой. Она считала своим другом, того, кто разговаривал с ней больше пяти раз. В мире Дианы все было упрощенно. Ей не нужен был этикет и богатая внутренняя организация. В ее жизни все было предопределено, и Диану восхищала собственная предсказуемость. Она считала Веронику такой же простой, и Вероника не пыталась разубедить ее в этом.

Перемена подходила к концу, и девушки не спеша, отправились в аудиторию. Не успели они расположиться на последней парте, как появилась преподаватель. Вульгарная женщина с невообразимым количеством кудряшек на голове. Она обожала цитировать собственную бабушку и провоцировать студентов на конфликты, желая доказать собственное превосходство. Чтобы не вызвать на себя гнев, Вероника достала из сумки тетрадь с морем на обложке. И с началом лекции принялась рисовать. За окном был сильный снегопад, и унылый пейзаж настраивал ее на особый лад. Рука непроизвольно двигалась по бумаге, создавая сюрреалистические изображения. Картинки Вероники были интересны, но она отчетливо осознавала, что художница из нее никудышная. Просто ей было необходимо творить.

Где-то в середине лекции Диана, сидящая рядом, сунула ей записку. Вероника закончила свой рисунок, и только тогда прочитала ее.

«Пойдем сегодня в клуб?»

«Сегодня не могу. Занята».

Вероника написала без лишних раздумий. Хотя это была и неправда.

«Жаль», — последовал ответ.

«Мне тоже жаль», — быстро черканула Вероника.

Опять неправда. Вероника, не была занята. Она не любила ночные клубы. Пустых разговоров хватало ей в институте. Вообще, в клубах можно было определить ее неприспособленность к реальному миру. Там, где молодежь оживала, ей казалось, что она увядает.

Тем временем преподаватель стала придираться к кому-то на первой парте. Она повысила голос, но ее оппонент не стал защищаться. Тогда чтобы поспорить хоть с кем-нибудь, она завела про «безнравственность современной молодежи». Вызов принял студент, недавно переведенный из другого вуза. Преподаватель начала кричать еще громче, ощущая подъем сил. Она уже заранее знала, что этот бой как всегда будет проигран этими зелеными людишками. Она всегда права.

Все это время Вероника, склонившись над тетрадью рисовала горы.


***

Утром следующего дня Вероника встала с совершенно иным настроением. Она напевала смешную песенку и посылала воздушные поцелуи плакату, с которого на нее поглядывал Джаред Лето.

Ди оглядел небольшую комнату, стены которой были окрашены в лиловый цвет. На кровати с лазурным одеялом лежала большая подушка. Вообще-то Веронике всегда хотелось иметь много маленьких подушечек, но все как-то не было времени их приобрести. А на прикроватной тумбочке разместилась шоколадка, привезенная отцом из его последней командировки в Бельгию. В углу комнаты стояло мягкое желтое кресло, и стол, заваленный разными интересными вещами. На одной стене в ее комнате красовались небоскребы Нью-Йорка, а на другой фотографии, сделанные во время ее путешествий.

Тем временем Вероника скрылась в своем гардеробе. И через какое-то время появилась в наряде середины прошлого века. Она разглядывала себя в зеркале, а потом снова убежала в гардероб, и вернулась с миниатюрной шляпкой на голове. К слову, это была единственная шляпа в ее гардеробе.

Очередной раз, поймав свое отражение в зеркале, она придала своему лицу серьезный вид, и принялась напевать партии из «Эвиты».

В комнату постучали. Все еще продолжая петь, Вероника открыла дверь и пригласила войти молодую женщину. То была Лиза, ее мачеха. Стройная и изящная женщина средних лет, лицо которой знало не одну косметическую подтяжку.

— Доброе утро, — сказала Лиза, — можно я одолжу твои янтарные бусы на денек?

— Конечно. Ты идешь с нами в кино?

— Нет. Я еду заказывать банкетный зал, по случаю моего дня рождения. Ты же уже в курсе, что в этом году будет костюмированная вечеринка?

— О, здорово. Много будет гостей?

— Человек пятьдесят. Жаль твой отец в это время будет в отъезде. Как мне надоели его вечные командировки.

— Мими уже собралась?

— Да, она ждет тебя. Ты так пойдешь?

Лиза окинула взглядом наряд Вероники. Он был ей к лицу, но уж слишком непривычный глазу современного человека.

— Да. — Не задумываясь, ответила Вероника.

— Вероника, — вздохнула Лиза, — когда уже ты начнешь жить реальной жизнью?

Вероника лишь улыбнулась. Реальная жизнь не предполагает наличие чуда, в ожидании которого жила девушка.

Выходя из своей комнаты, она слегка дотронулась до висящей у двери ниточки, соединяющие между собой три маленьких колокольчика. Колокольчики чуть слышно отозвались нежным переливающимся звоном. Такой «ритуал» Вероника совершала ежедневно. Она верила, что это приносит ей удачу. Вообще Вероника была девушкой не суеверной, просто это вошло у нее в привычку. В силу своего оптимизма она верила, что ее история должна иметь счастливый конец. Вероника обожала разные штуки, которые, обещают исполнение любой мечты. Она побывала в кучи таких мест, перетерла множество статуй и кинула сотни монет в десятки фонтанов. И удача была благосклонна к своей преданной поклоннице. По крайней мере, так считала сама девушка.

Еще у Вероники был один странный обычай: отправлять самой себе письма из тех стран, в которых она была. В нижнем ящике ее стола хранилась целая стопка еще нераспечатанных конвертов. Письма приходили ей уже по возвращению домой. Иногда шли месяцами. Но Вероника никогда их не читала, ждала подходящего момента. А письма все копились и копились, они были словно вещественными доказательствами ее одиночества.

Мими была младшей сестренкой Вероники со стороны отца. На самом деле ее звали Мария, но всем привычнее было звать ее Мими. Она была хорошенькой, похожей на куколку девочкой. Ее общество никогда не тяготило Веронику, хотя между ними была разница в десять лет. Вероника с трепетом относилась к своей младшей сестренке. Они весело проводили вместе время и в тайне ото всех поглощали молочный шоколад в огромном количестве.

Вероника и Мими росли в дружной семье. Мать Вероники, хоть и ушла, когда ей было семь лет, ее отец нашел счастье с женщиной по имени Лиза, которая смогла подарить любовь и тепло чужому ребенку.

Вероника выросла в достатке, ей не на что было жаловаться: большой дом, прислуга, шикарный парк автомобилей, полный шкаф модной одежды. А летом семья обычно уезжала в свой домик на берегу Средиземного моря. Очень многие ее любили, и очень многие ей завидовали. Хотя Вероника обладала мягким, уступчивым характером, всегда шла на компромиссы, и не отказывала в помощи. Часто в речи девушки можно было уловить некоторые детские нотки, ведь она умышленно не хотела расставаться с детством, в чем ей непосредственно содействовали и родители, которые всячески оберегали ее от неприятностей.

Как-то ночью Вероника сидела у окна и наблюдала за звездным небом. Ди мог только догадываться, о чем она думает. На ее устах он видел улыбку, и испытывал безмятежное спокойствие, наблюдая, как она любуется красотами этого мира. Кажется, она была рождена для чего-то очень важного. В эту секунду время, словно остановилось, и любое дуновение ветра, виделось добрым знаком.

***


Следующий визит Сонери нанесла через неделю после того, как Ди приступил к исполнению своих обязанностей. Она появилась после того, как Вероника поужинала в одиночестве. Затем доела свой салат, вымыла тарелку и, отрезав себе кусочек пиццы, отправилась в просторный зал смотреть телевизор. Ди сидел в соседнем кресле и с интересом наблюдал за развитием сюжета фильма, который смотрела Вероника.

— «Если бы одни умирали, а другие нет, умирать было бы крайне досадно», — сказала Сонери вместо приветствия.

— Я тоже рад тебя видеть, Сонери, — Ди приподнялся с кресла.

— Пора научить тебя кое-каким ангельским штучкам. Например, как внушать подопечному различные чувства. Начнем, пожалуй, с тревоги.

Ди несколько обрадовал тот факт, что сегодня Сонери решила оставить свои нравоучения и перейти сразу к делу.

Сонери принялась объяснять принципы взаимодействия с подопечными, но поймала отсутствующий взгляд кандидата в ангелы. Тогда она мысленно попыталась разбить преграду, построенную сознанием Ди. Вскоре невидимая преграда рухнула, и Ди обратился в слух.

Для начала ему было необходимо настроиться. Почувствовать то, что чувствует Вероника. Сосредоточившись, минут через десять, Ди показалось, что он улавливает, то напряжение, которое испытывает Вероника, наблюдая за героями фильма. Тогда, обрадовавшись первому успеху, он перешел на новую ступень внушения. Он силился передать чувство тревоги, но никаких перемен в поведении Вероники не наблюдалось.

Сонери понимала, что у него не должно было получиться с первого раза. Ее задача на сегодня была пробудить интерес Ди к своим силам. Он должен практиковаться, ведь умение приходит с опытом. И перед тем как уйти, Сонери продемонстрировала то, как правильно надо выполнять это «упражнение».

Поддаваясь внушению Сонери, Вероника сначала приглушила звук телевизора и прислушалась. Брови девушки немного сдвинулись на переносице, а само лицо ели заметно побледнело. Не раздумывая долго, Вероника встала с дивана и быстрым шагом направилась в комнату к своей младшей сестре, проверить все ли с ней в порядке.

Ди почти восторженно посмотрел на Сонери. А она лукаво улыбнулась и сказала:

— Правда, не все поддаются внушению.

Потом выдержав паузу, добавила:

— Все это необходимо для предотвращения опасной ситуации. Ведь ангелы видят ситуацию шире, чем люди.

— Вопрос такой, — Ди подошел ближе к Сонери, — есть ли какая-нибудь брошюра на эту тему. Типа, «Внушение для чайников»?

— Да, есть.

Сонери совсем забыла про это. Ее мысли сейчас были заняты совсем другим, более важным. Вовремя спохватившись, она достала из кармана своих широких брюк небольшую книгу с ангельскими крыльями на кожаном переплете.

Ди взял книгу и принялся изучать оглавление. Вообще он если и читал что-то, то только ненавязчивые художественные произведения. А книга больше походила на инструкцию по эксплуатации.

— О! «Как управлять снами», — зачитал Ди вслух название одной из глав, — это должно быть интересно.

— Не торопи события. И до этого мы тоже дойдем.

Но Ди решил попробовать проникнуть в сон Веронике, как только Сонери исчезла.


Сначала Ди подумал, что он находится в своем замке. Каменные стены, от которых как он предполагал, дует холодом, тяжелые ступени, маленькие бойницы, и полумрак, захватывающий не освещенное пространство. Но полукруглая лестница, скрывалась за поворотом, от чего ангел решил, что это должно быть башня. И чтобы проверить эту гипотезу, он добрался до первой бойницы и посмотрел вниз.

Да, было так высоко, что при жизни, от такой высоты у Ди закружилась бы голова. Башня, казалось, выросла из отвесной скалы, являлась естественным ее продолжением.

Вдруг наверху послышались голоса, и Ди поспешил наверх, узнать, что происходит. Он с легкостью преодолел некоторое количество пролетов и оказался на балконе. Но ничего не смог разглядеть, так как толпа людей с допотопными сельскохозяйственными орудиями, закрывала весь вид. Здесь были и женщины и мужчины (но численное преимущество, все же было у сильной половины) одетые в простую одежду, напоминающие крестьян со страниц учебников истории.

Ди стал расталкивать людей, пробираясь в гущу событий. И вскоре увидел напуганную Веронику, стоящую на краю балкона, в том месте, где отсутствовали перила. Еще шаг и она сорвется вниз.

А тем временем крестьяне подступали все ближе и ближе, крича жестокие обвинения в адрес девушки.

Надо было срочно что-то предпринять. И Ди схватил вилы у близ стоящего мужчины, огрел ими по голове другого, и решительно принял угрожающую позу.

Присутствующие стали перешептываться, а потом резко замолчали. Ди решил, что они собираются броситься в атаку, но вдруг раздался звук, характерный для сорвавшегося камня. Ди обернулся и словно в замедленной съемке увидел, как Вероника начинает падать вниз. Он молниеносно кинулся к девушке и успел поймать ее за руку. В ужасе он смотрел, как ее почти невесомое тело раскачивается над страшной пропастью. Ди начал тянуть Веронику вверх, он видел благодарность в ее глазах. Но тут рука выскользнула, чтобы её поймать вновь, Ди почти весь свесился вниз, но тут его резко швырнуло в темное пространство, а это могло означать только одно — Вероника проснулась.


Глава третья. Как важно быть ленивым


Когда Вероника засыпала, он отправлялся в свою комнатку в замке. Ди размышлял о вопросах бытия, но все мысли неизменно возвращали его к Веронике. Он уже ощущал себя ангелом. С каждым днем он все больше привязывался к этой девушке. И теперь охранять ее стало смыслом его существования.

В ту ночь замковой комнате возник Карлос. Он принес с собой ощущение тревоги. Его темные глаза буравили Ди, и от этого взгляда хотелось провалиться под землю.

Первое, что можно было сказать о Карлосе, глядя на него, что он независим, самоуверен, и главное неприкосновенен. У Карлоса на все была своя точка зрения. Он много говорил, часто путано, чтобы произвести впечатление философа-скитальца. У него была острая необходимость утолить жажду общения.

Карлос был идеальным ангелом смерти, он не вникал в тонкости человеческой психологии. Его не слишком заботила судьба человека, он рассматривал людей в контексте всего человечества. Еще при жизни, Карлос противопоставлял себя безликой, непросвещенной людской массе. Отчасти поэтому, окружающие обращались к нему лишь в случае крайней необходимости.

— Есть свободная минутка? — Спросил Карлос. — Хотя теперь слово свобода к тебе не применимо. Новая форма твоей деятельности предполагает постоянную занятость. И ты не должен принадлежать себе.

Ди не верил, что Карлос сам придерживается этих установок. Он гадал, что же надо этому ангелу смерти. Не успел Ди дать ответ, как Карлос уже перенес их комнату, пропитанную запахом лекарств. На кровати лежал пожилой мужчина, с полузакрытыми глазами и тихо стонал.

— Как ты думаешь, зачем мы здесь? — снова задал вопрос Карлос.

На этот раз Ди среагировал быстрее:

— Думаю, это демонстрация ваших способностей. Реклама, вашему «черному делу».

Карлос усмехнулся:

— Я хочу, чтоб ты знал, Ди. Никогда нельзя быть точно уверенным, каков будет результат твоих действий, даже если тобою движут благие намерения. Мое «черное дело» не всегда имеет негативные последствия.

— Ну, это уже скорее вопросы философии.

— Не нужно быть философом, чтобы увидеть страдания этого человека, и попытаться облегчить их. И…

— Как же вы справляетесь с грузом всех страданий, которые обрушиваются на вас? — Ди имел наглость перебить Карлоса.

Карлос понимал, что Ди провоцирует его. Карлос слепо верил в свою правоту. Его раздражало присутствие Ди. И охваченный порывом гнева, Карлос соображал, как бы поставить его на место.

— Ответственность. Я вижу, ты понимаешь этот термин очень узко. А ведь у нее существует множество лиц. Страдания одинаковы и составляют единый шрам на лице человечества. А я ответственен за устранение всеобщего страдания.

— Дело тут не в ответственности. И страдание, имеет множество оттенков и проявлений. Страдания индивидуальны и непохожи, как отпечатки пальцев. А если отпечатки пальцев не имеют аналогов, то не доказывает ли это различие между людьми?

— Различие лишь в физиологическом смысле. Единая душа человечества давно сгнила.

— Физиология это первое, с чего человек начинает чувствовать свою неповторимость. Это толчок к дальнейшим размышлениям. Не все конечно этим пользуются, но неповторимость это то, ради чего стоит существовать.

В споре Карлос забыл цель визита в комнату к старику. Он был готов высказать свои суждения, но стон старика заставил его приступить к действиям.

Карлос указал на умирающего мужчину. Затем он щелкнул пальцами, и белое облачко взлетело над бездыханным телом. Карлос щелкнул еще раз, и облачко рассеялось.

Говорить с Карлосом совсем не хотелось. Ди казалось, что его вытащили из уютного мира Вероники, и облили холодной водой в январе. Такая реальность не доставляла удовольствие. В мире Веронике ему было привычнее. Возможно, здесь давало знать его творческое прошлое. Ему смутно припоминалось, что его жизнь на земле была связана с творчеством.

— Думаю, мне пора, — объявил Ди.

Карлос наморщился и неопределенно вскинул рукой. Ему надо было срочно найти, кого-то способного безропотно внимать его речи. И он знал, что уже склонил в свою сторону одного из кандидатов.

***

Прошло несколько дней с момента встречи с Карлосом. Ди довольно быстро смог выбросить их разговор из головы, и полностью посвятить себя наблюдению за Вероникой. Порой, когда она засыпала, ему не хотелось возвращаться в замок. Он мог часами сидеть рядом с ней, представляя что создает кокон, наполненный покоем и безмятежностью.

Еще через неделю Ди понял, что в жизни Вероники не происходит ничего значительного, что могло бы повлиять на ее дальнейшую судьбу. В институте она блистала знаниями, дома читала книги о восточной философии, играла со своей младшей сестрой. Она редко смотрела телевизор, и не общалась со своими сверстниками. Но когда на переменах кто-нибудь рассказывал сплетни об ее однокурсницах, Вероника обычно принималась обсуждать их. Все же отсутствие личной жизни, иногда давало о себе знать. Обычно перед сном она любила слушать музыку, которая уносила ее в страну фантазий. В принципе эта девушка была довольна своей жизнью. Но на сердце у Вероники была рана, которая с каждым годом «кровоточила» все сильнее. Рана была старая, и Ди не мог знать о ней, ведь пока симптомы душевной болезни удавалось скрывать.

Ди продолжал тренироваться. Но дело продвигалось слишком медленно. Он мог внушать Веронике тревогу, но его «чары» были слабыми и быстро рассеивались.

Жизнь Вероники была настолько размеренной, что Ди почувствовал, что ему надо немного передохнуть. И однажды он вернулся к Черной скале.

У Черной скалы было привычное оживление. Кандидаты в ангелы веселились, они давно решили, как проводить время. Справа от себя Ди заметил двух юношей, которые тащили небольшого зверька. Его задние лапы были туго связаны веревкой, один конец которой был в руках у злоумышленника. Зверек всеми силами пытался за что-нибудь ухватиться передними лапками, но тщетно. Он начал жалобно попискивал, а его мучители тянули все сильнее. Ди, движимый благородными побуждениями, кинулся на помощь страдальцу. Он хоть и не питал большой любви к животным, но все же не мог смотреть как над ними издеваются.

— Эй, куда вы его тащите? — спросил Ди.

— К паукообазным, таким мерзким демонам, которые бдят, чтобы мы ничего не натворили, — последовал ответ, — они его очень выгодно меняют.

— Лучше бы вам отпустить животное, — сказал Ди.

Но юноши не отреагировали. Тогда Ди предпринял еще одну попытку мирно разрешить конфликт:

— Последний раз предупреждаю. Отпустите его.

— Или что? — нахально осведомился один из юношей.

Юноша, который тащил зверька, остановился, и вызывающе посмотрел на Ди, словно вопрошая: «Ну и что сможет сделать этот защитник животных?» Конечно, Ди никак не производил впечатление агрессивного человека.

Лицо Ди не отражало то, что он разгневан или оскорблен. Он спокойно сказал:

— Я сотрудник ангельской безопасности, и смотрю, вы не слишком усердно выполняете свою работу. Развлекаетесь, глумитесь над животными, а ведь это все может очень быстро для вас закончиться.

Ди заявил это с таким уверенным видом, что юноша выпустил веревку из рук, и они без лишних пререканий удалились. А ведь Ди и сам не знал, существует ли здесь ангельская безопасность.

Ангел наклонился и стал отвязывать животное. Сам зверек был в длину не больше двадцати сантиметров, и очень напоминал енота. У него был пушистый хвост с восемью полосками. Оба его уха были наполовину белые наполовину черные с длинными тонкими кисточками.

— Ну, вот, — сказал Ди, обращаясь к животному, — теперь ты свободен.

Но тут Ди заметил, что лапы сильно повреждены, и животное вряд ли сможет самостоятельно передвигаться. Ди взял зверька на руки, и отправился искать знакомые лица.

Как и при их первой встречи Шанди беззаботно плескался в воде. Увидев Ди, он стал шумно приветствовать его.

— О, смотрю, ты обзавелся новым другом! — воскликнул Шанди.

— Да, вот только не знаю, кто он.

— Это же парамуль! Сейчас он пользуется большим спросом, — Шанди приблизился к животному, но оно злобно зашипело, — удивительные животные. Они сами выбирают себе хозяев. По ним, кстати, можно определять время. Видишь восемь полосок на хвосте? Полоски исчезают по одной через каждые три часа.

— Хм, а чем он питается?

— Вроде он питается особой рыбой. Не помню, как она называется. Кстати, позвать его можно с помощью маленькой флейты, что висит у него на шее.

И действительно на шее зверька обнаружилась маленькая серебристая флейта. Правда, если взять в расчет размеры этого инструмента, то скорее его можно было назвать свистком. Ди снял свисток с шеи парамуля и, рассмотрев повнимательнее, обнаружил надпись.

— Здесь сказано, что его кличка Мелкий, — сказал Ди.

— Вот точно, Мелкий, — прогоготал Шанди.

— Что же мне с тобой делать, Мелкий? — Ди посмотрел на зверька.

Парамуль, будто понимая, над чем раздумывает Ди, одарил его взглядом полным надежды.

— Да забери ты его себе. Не так скучно будет. Говорят, парамули отпугивают призраков.

«Отлично», — подумал Ди, — «в хозяйстве пригодиться».

— Его бы подлечить надо, — сказал он вслух.

Ди сложил свисток в карман и погладил Мелкого. Он был очень приятный на ощупь, а его шерстка вдруг начала блестеть.

«Уиу-уить», — издало довольный звук животное.

Ди решил отнести парамуля в свою комнату в замке. Он бережно положил Мелкого на свою софу, и предложил ему чувствовать себя как дома, и пообещал вернуться в скором времени. Надо было придумать, где бы раздобыть корма и лекарств. И в поисках ответов Ди вернулся к Черной скале.

Подойдя поближе, Ди понял, что Шанди не сводит глаз с одной женщины. Заметив Ди, Шанди, изрек:

— Посмотри, какая красавица. Это — Рейна. Она просто божественна!

Ди окинул ее быстрым взглядом. Худая, с изящной шеей, фарфоровой кожей, пышными темными волосами и длинным прямым носом, она напоминала Ди диковинную персидскую кошку. А ее элегантные жесты выдавали аристократическое происхождение. В разговоре со своими подругами-ангелами Рейна держалась прямо и всегда смотрела на них свысока.

— И за такую женщину я бы снова умер, — расхрабрился Шанди, — у черной скалы мне слишком скучно. Я сюда хожу из-за Рейны. Сегодня ты должен составить мне компанию.

Неуклюже вышагивая, Шанди приблизился к Рейне. Он выглядел как бездарный пианист, пытающийся сбацать «Лунную сонату».

— Послушай Рейна, у моего друга образовалась проблема. Ты случайно не знаешь, где достать корм для парамулей?

Женщина окинула его пренебрежительным взглядом:

— В отличие от некоторых, я занята делом! Мне некогда думать о всяких глупостях.

— А тут ты тогда, что делаешь? — лукаво подмигнув ей, спросил Шанди.

Рейна фыркнула и повернулась спиной к своему поклоннику. Но Шанди не готов был сдаваться так быстро.

— Ладно, прекрасная Рейна! Согласишься ли ты провести вечер в компании недостойного тебя существа?

— Я должна работать.

— Молю, темноокая Клеопатра, вырвись хоть на часок!

— А кто это с тобой? — спросила Рейна, кивнув головой в сторону Ди. — Не подопечный ли Сонери?

— Ага, — подтвердил Шанди, — это — Ди.

— Где-то я вас раньше видела, — Рейна пронзила Ди своим кошачьим взглядом.

Ди подумал, что этим взглядом она заманила в свои сети немало мужчин, но с Ди вышла осечка. Ди не нашел ее хоть сколько-нибудь интересной женщиной. Рейна казалась ему слишком манерной и довольно предсказуемой. И самое главное, в ее глазах читался неподдельный интерес к его персоне.

— И сегодня вечером вы будете вместе? — уточнила Рейна.

— Да, я сегодня покажу Ди, как надо отрываться, — не заподозрив ничего дурного, ответил Шанди.

— Так и быть, я приду.

— Ты знаешь, где нас искать.

— Знаю, — сказала она, а затем, подойдя поближе к Ди, шепнула ему на ухо, — еще увидимся.

Ди почувствовал, что она незаметно положила ему что-то в карман, но он не подал вида.

И Рейна грациозно удалилась.

— Ты видел! — ликовал Шанди. — Я столько раз приглашал ее и, наконец, она согласилась! Просто магия какая-то. Отныне объявляю Ди моим талисманом!

Ди усмехнулся, ничего магического он тут не видел. Еще во времена своей молодости Ди понял, что еще ни одна девушка не отказалась провести вечер в его обществе.

— Так куда мы направляемся? — спросил Ди.

— Краби, — последовал ответ.

— Я присоединюсь к вам вечером, мне надо навестить парамуля.

Ди перенесся в комнату замка. Мелкий лежал на том же месте, где его оставил Ди. Он приподнял свою голову и жалобно издал «уиууу». С помощью затягивать нельзя.

Рука Ди опустилась в карман, и оттуда была извлечена карточка, которую положила Рейна. Похоже на маленький рекламный проспект. На желтом фоне была помещена следующая информация: «Магазин «Все для парамулей» создан специально для парамулелюбителей. У нас всегда свежий корм и новые коллекции одежды для вашего питомца. Только подумайте о нас, и мы уже с вами».

Значит, чтобы попасть в магазин надо сконцентрироваться на этой карточке. Ди зажмурился и попытался представить, как может выглядеть заведение подобного рода. Что-нибудь вроде магазина для собак? Куча пластиковой ерунды и стойкий запах корма? Хотя в этом мире ожидать можно чего угодно.

Ди очутился в промежутке между дверью и черной бархатной шторкой, за которой и располагался сам магазин. Только вот странно, деревянный прилавок и полное отсутствие ассортимента товара никак не отвечали требованиям, заявленным в рекламе. Здесь отсутствовал кассовый аппарат, но зато в наличии имелся один престарелый продавец.

— Простите, я хотел попасть в магазин, — Ди решил опустить название магазина, так как ему казалось, что это довольно странно прозвучит из его уст, — но, похоже, ошибся.

— Добро пожаловать в магазин «Все для парамулей», — устало сказал продавец, — здесь вы найдете, все, что необходимо вашему питомцу. Оплата вперед. И только затем мы сможем предложить вам товар.

— И чем же платить?

— Водой. Той самой, что течет у Черной скалы.

Ди усомнился в том, что сказал старик. Как-то неправильно сначала заплатить, да еще и водой.

— В чем подвох? — спросил Ди.

— А-а, вы только кандидат! Придется ввести вас в курс дела. Сейчас мы находимся в таком месте, которое не принадлежит ни свету, ни тьме. Мы слишком плохие для садов Эдема и слишком хорошие для того, чтобы вечно мучиться. Вот и находим развлечение в собственном мире. В этом мире, каждый может создать все, что пожелает, но мозг редко у кого может в это поверить и сотворить магию из этого пространства.

— А причем тут все-таки вода?

— Нам закрыт доступ к Черной скале. А вода обладает разными интересными свойствами.

— Я в чем ее можно принести?

Продавец достал из под прилавка фляжку, расписанную на персидский мотив, и протянул ее Ди. Ди взглянул на продавца, стараясь определить, стоит ли доверять этому человеку. Но не испытал никаких чувств. Разве что легкий налет жалости, лежал поверх его седин. Жизнь старика была серой, ему не доставало драм, душевных переживаний. И теперь каждый раз, когда что-то шло в разрез с его планами, это становилось маленькой трагедией для него. Он так любил, когда его жалеют, что вызывать сострадание стало почти что его хобби.

— Чтобы вы хотели получить взамен воды?

— Еду для парамуля. И еще. Нужно что-нибудь, что вылечить его лапы.

Продавец кивнул. Тогда Ди повертел в руках фляжку и отправился за водой.

Вернувшись с водой в магазин, он увидел, что на прилавке стоит круглый аквариум, с плавающими в нем рыбками. Тельца этих рыбок были продолговатые, и словно подсвечивались изнутри бледно-голубым светом. Чешуя у них отсутствовала, что придавало им сходства с лунным камнем, специфичной формы. Когда Ди приблизился к аквариуму, рыбки начали плавать то вверх, то вниз строго по вертикали.

— Это рыбы под названием фишки. Давайте своему парамулю по одной такой рыбе в день, — сказал продавец.

Ди отдал фляжку. Продавец вылил содержимое из нее куда-то под прилавок и снова протянул ее Ди:

— Она вам еще пригодится. А кстати, вот вам мазь. Смазывайте ей лапы три раза в день семь дней подряд.

Мазь находилась в светло-зеленой коробочке величиной со спичечный коробок. На этикетке был изображен летний пейзаж с ярким солнцем, распустившимися цветами, и парамулем, свернувшимся в клубочек. Эта картинка, так или иначе, навеяла Ди воспоминания о детстве. Ничего конкретного, просто ощущение безмятежности, связанное с ранними годами жизни. Ди приподнял крышку коробочки, и обнаружил приятно пахнущее средство, напоминающее клубничное варенье с черными зернышками. Ди боролся с искушением, чтобы не лизнуть мазь тут же. Уж очень аппетитно она выглядела. Вместо этого он закрыл коробочку, и сухо поблагодарив продавца, отправился в замок.

Вернувшись к Мелкому, Ди первым делом решил накормить его. Но поймать фишку оказалось не так-то просто. Рыбки, оказались скользкими и юркими, как впрочем, и все представители царства рыб. Сначала Ди пробовал выловить рыбку одной рукой, затем в ход пошли обе конечности, но хитрая рыбка с легкостью ускользала.

— Хоть бы удочку в комплекте положили, — пробурчал себе под нос Ди.

Он вытащил руки из воды и встряхнул их. Расхаживая по комнате, Ди ругал себя за то, что не уточнил, как доставать этих рыбок. Возвращаться обратно ему не хотелось, и он присел рядом с аквариумом, укоризненно постучав пальцем по его стенке. И в следующую секунду, одна из рыб, пулей вылетела из аквариума, и приземлилась на пол почти у самой софы.

Ди был несколько удивлен произошедшему, от того, что это все случилось так неожиданно. Он подобрал рыбку, которая теперь была неподвижна, и положил ее перед парамулем.

Мелкий в одночасье проглотил лакомство и скорчил довольную мордочку. Затем Ди принялся аккуратно смазывать лапы животного. Парамуль предпочел отвернуться, чтобы не видеть, как над ним проводят процедуры. Он только изредка попискивал. И уже через час сонный парамуль считал эту комнату в замке своим домом. А Ди, глядя на посапывающее животное, понял, что у него появилась новая привязанность.


Глава четвертая. От Сиама до Суоми


Краби — городок, расположенный на побережье Андаманского моря в Таиланде. Ди и Шанди прибыли туда вечером, было около восьми часов, а на улице уже стояла непроглядная темень. Но сотни огоньков вдоль набережной заманивали все новых туристов. Здесь на ярко освещенных улицах можно было купить тайский сувенир или подделку часов «Шанель».

— Обожаю Таиланд! — воскликнул Шанди. — Даже самые серьезные люди здесь улыбаются. Здесь все улыбаются. Таиланд — «счастливая» страна!

Ди с интересом вертел головой из стороны в сторону. Вот пять хохочущих девушек заплетают туристам африканские косы. А вот крепкий таец предлагает сфотографироваться с игуаной. Далее женщина в национальном костюме завораживающе играет на ксилофоне. Повсюду снуют туристы, а из открытых павильончиков раздаются звуки музыки. Ди прислушался к одной из песен:

Когда я тебе перезваниваю,

Я знаю, ты любишь покрасоваться.

Я никогда не думал,

Что ты можешь так далеко забраться.

Что же я знаю?

Только мерцающие огоньки вдалеке.

Ангелы прошли мимо вывески, предлагающей заняться снорклингом и поплавать с рыбами, а затем свернули за угол. Там располагались уже закрытая парикмахерская и ирландский бар в глубине улицы.

Шанди привычно зашел и сел за свободный стол перед большим телевизором, транслирующим футбольный матч. Кажется, Гана играла против Нигера.

Шанди уже где-то умудрился раздобыть яркую майку без рукавов. Теперь он был похож на беззаботного туриста, который спускал деньги направо и налево. Ди же хотелось соответствовать образу ангела, навеянного готическими рассказами, и поэтому на нем были черные брюки, черная кофта. Правда, на ногах он позволил себе маленькую слабость в виде белых кед, так любимых им в земной жизни.

— Наших бьют! — закричал Шанди. При этом было непонятно, кто здесь «наши»: сборная Нигера или Ганы.

Тем временем Шанди достал из-под стола черную фляжку. Тут же на столе материализовались два высоких граненых стакана. И Шанди разлил прозрачную жидкость по стаканам. С виду это было похоже на воду, но первое время она пузырилась и шипела. Ди кинул недоверчивый взгляд в свой стакан.

— Это вода, что течет возле нашей Черной скалы, — пояснил Шанди, — она принимает облик того напитка, который тебе хочется. Бывают забавные случаи: делаешь пару глотков — вроде пиво, а допиваешь стакан и понимаешь, что это самый лучший коньяк. Нам, ангелам, тоже иногда надо развлекаться.

Ди отпил немного и понял, что в стакане яблочный сок. Затем прищурился и на этот раз получил латте. Затем были еще «Пина-колада» и «Куба либре». Это сторона жизни ангелов пришлась Ди по душе.

Немного погодя к их столику грациозно подошла Рейна. Она хищно посмотрела на Ди и присела рядом с ним.

— Великолепнейшая Рейна, — сладко пропел Шанди, — вы подобны…

— Да-да-да, все твои эпитеты мы уже слышали, — перебила его Рейна. — Ты не слишком оригинален, как всегда. И это место…

Рейна недовольно обвела взглядом бар.

— Здесь можно здорово оторваться, — сказал Шанди, неуклюже показывая танцевальные движения. — Тебе разве не нравится? Море — это потрясающе.

— Но моря бывают разные, — возразила Рейна. — Я преклоняюсь перед северными морями. Меня привлекает их суровая красота.

— О, проницательная Джульетта!

— Я часто бываю в Норвегии. Наслаждаюсь фьордами.

— О, восхитительная Мэрилин Монро!

— А тебе, Ди, что ближе, — поинтересовалась Рейна, она всеми силами старалась заполучить этот интересный экземпляр в свою коллекцию, — Северные или южные моря?

Ди было открыл рот, чтобы ответить, но Шанди, посылающий Рейне восторженные взгляды, перебил его:

— О, обворожительная Афродита!

— Прекрати, Шанди, — недовольно нахмурилась дама, — или хотя бы расставляй женщин в хронологическом порядке.

— О, умнейшая Мари Кюри, незабываемая Коко Шанель, бескомпромиссная Мадонна, грациозная Наоми Кэмпбелл.

— Я думаю, нам стоит пройтись до Балтики, — Рейна, игнорируя своего поклонника, подвинулась поближе к Ди.

— Да пусть будет Балтика! — закричал на весь бар Шанди.

Ангелы появились на борту двенадцатиэтажного парома «Силья Европа», следующим по курсу Турку — Стокгольм. Вообще паром был вместилищем развлечений: бассейн, рестораны, бары, беспошлинные магазины, казино и дискотека. На седьмом этаже от стойки ресепшена в левую сторону уходил коридор с ресторанами, а в правую с магазинами.

Рейна пригласила всех посидеть на палубе. Она сказала, что не помнит точно, но похоже в прошлой жизни, она здесь работала, на пароме. Они сели за стол. Ди обратил внимание на проходящую мимо них шведскую девочку-подростка. У нее были длинные светлые волосы и голубые глаза. Она шла в тонкой футболке и упорно терла руками предплечья, пытаясь согреться.

— Кажется, сегодня время летит очень быстро, — заметил Шанди.

— Время нужно живым, — хрипло сказала Рейна, — оно приближает их к концу.

— Жаль только, мы не можем побывать в прошлом, — картинно вздохнул Шанди, — я бы познакомился с Клеопатрой или с Анитой Экберг. Как думаете, я бы им понравился, а?

— Несомненно, — отмахнулась Рейна.

Она поднесла два пальца к губам, изображая, будто курит.

— Расскажи, за кем ты наблюдаешь, Ди, — побарабанила пальцам по столу Рейна.

— Зовут Вероника. Молодая. Симпатичная. Без вредных привычек, если не считать фанатичную любовь к молочному шоколаду.

— Ну, ты даешь, Ди! — воскликнул Шанди. — Как будто тебе ее сосватали!

— У тебя все равно не получиться сказать лучше, Шанди, — заметила Рейна.

— Да про моего дядечку, и говорить, то особо нечего, — стал оправдываться Шанди, — живет себе серой жизнь.

— А что ты скажешь о своем подопечном? — спросил Ди.

— Мне досталась очень эффектная женщина, — Рейна подалась вперед, — и я вспомнила, где раньше видела тебя, Ди. У нее на фотографии.


Глава пятая. Моя дорогая Роза


— Конечно, я приеду вечером. Мне же надо отыграться. Сегодня мой счастливый день.

Она сложила свой мобильный телефон в карман бежевого элегантного плаща и грациозно дошла до такси, ожидавшего ее на углу улицы.

Ей было около сорока лет, но на ее лице все еще играла молодость. Стройная и гибкая, она ловила на себе взгляды прохожих, и все время улыбалась своей гипнотической улыбкой.

Ее звали Роза, и она воистину была похожа на прекрасный цветок, но шипы ее больно впивались в руки тем, кто осмеливался прикасаться к ней.

Она зашла в квартиру, которую снимала, и, напевая веселую песенку, отправилась на кухню приготовить себе кофе.

Жилище Розы было полупустым. В коридоре висело зеркало во весь рост, и стоял потрепанный пуфик. В помещении служившим одновременно гардеробной и спальней вдоль серой стены на длинной палке размещались вешалки с одеждой, на полу возле окна лежал матрац с пледом и пятью маленькими подушечками. Везде по полу была раскидана косметика, которой у Розы было предостаточно.

На стене раньше висела авангардная картина, но она была продана, как многие другие «лишние» вещи, хотя Роза и держала ее у себя до последнего.

На кухне грустил стол и одна табуретка. Компанию им составляли унылый старый холодильник и газовая плита.

— Вот собственно и моя подопечная, — объявила Рейна.

Ди следил взглядом за Розой, стараясь вспомнить хоть что-нибудь. Но пока безуспешно. Откуда у этой женщины могла быть его фотография? Сейчас к ней он не испытывал никаких чувств.

Тогда он подумал, что Рейна просто разыграла его. Он смерил ее холодным взглядом, собираясь исчезнуть. Но Рейна наоборот этим самым хотела лишь добиться расположения Ди.

Понимая, что сейчас упадет в его глазах, Рейна уцепилась за последнюю ниточку:

— Посмотри там, на вешалке есть кожаная куртка, именно в ней она хранит твое фото.

Ди нехотя взглянул в указанном направлении. Да, действительно, там висела куртка. Вдруг мгновенная вспышка, ярким светом озарила сознание Ди. Он вспомнил, как примерял эту куртку в первый раз, и как вокруг него с оценивающим взглядом ходила эта самая женщина — Роза.

Но Ди сделал вид, что ничего не вспомнил, чтобы не делить с Рейной радость своего открытия.

— Все я должен идти, у меня еще много дел на сегодня, — сообщил Ди и испарился.


Но вместо того, чтобы вернуться к Веронике, Ди направился в свою замковую комнату. Он снова и снова прокручивал в голове единственный всплывший из подсознания эпизод.

Ди достал из кармана черную ручку «Sub silber mare» и принялся крутить ее между пальцев, будто надеялся, что так память быстрее восстановит потерянную информацию.

И как ни странно это помогло. Понемногу ангел вспомнил. Вспомнил, как она придирчиво выбирала ему одежду в магазине. Вспомнил, как она радовалась, когда они заходили дорогие магазины и выходили оттуда с кучей покупок. Вспомнил, как они мчались вдоль набережной в открытом автомобиле. Он вспомнил, как любил ее смех. Вспомнил, как она ждала его за кулисами….


Он был когда-то знаменит. Да, был лидером группы «Сумасшедшие ангелы». Как личность творческая, Ди писал стихи. И даже зачитывал их на студенческих вечерах. Народу на такие творческие вечера ходило не много, так что стеснений перед аудиторией он не испытывал. Стихи приходили к нему сами. Его порой осеняло в самых неожиданных местах. А вдохновение могло прийти даже при взгляде на рекламный плакат на остановке. Ди писал в свое удовольствие, не претендуя ни на что.

Но однажды на один из вечеров заглянул один очень пробивной студент, который собрал свою группу, но ему требовался вокалист и автор песен. Лирика Ди показалась ему близка, и он пригласил его в группу. Ди недолго думая, согласился, ему собственно было почти все равно чем заниматься.

«Сумасшедшим ангелам» понадобились два года скитаний по клубам и мало перспективным парковым сценам, чтобы наконец-то их заметили. А уж дальше все закрутилось просто с невероятной скоростью.

На одной из случайных вечеринок, которые сменялись одна за другой, Ди околдовала Роза. Ее красота была вызывающей и даже агрессивной, она штурмом пошла на Ди и он сдался без боя. Она была старше Ди на десять лет, но это ничуть не смущало его. Наоборот придавало некоторую остроту отношениям. Ди нравилось быть всемогущим идолом подростков, и в то же время, ощущать себя беспомощным мальчишкой рядом с Розой.

Ди и глазом не успел моргнуть, как Роза переселилась в его уютную квартирку, наполненную диковинными музыкальными инструментами. Ему казалось, что Роза привнесла в его жизнь глоток свежего воздуха. Ведь у него было все, о чем можно пожелать. А она не давала ему пресытиться жизнью. Они веселились, развлекались, гуляли и проматывали состояние Ди. Это было лучшее время в его жизни.

Сейчас бродя по замку, не обращая внимания на капризы призраков, Ди решил для себя — он должен поговорить с Розой. Он расскажет ей обо всем, что с ним произошло, расскажет, как одиноко ему без нее, расскажет, как он сильно ее любит. Но надо лишь найти способ, как все это провернуть. Очевидно, придется проникать в ее сон. И для начала нужно будет отвлечь Рейну.


Глава шестая. Еще один день ничего не стоит


Это был апрельский вечер. Настроение было почти летнее. Но вдруг, ни с того ни с сего, из собравшихся в небе темных туч, делая пируэты в воздухе, на землю стал опускаться снег.

Ди находился в большом помещении, наполненном людьми, столами и бессмысленными разговорами. Ди вспомнил, что сегодня должно быть банкет по случаю дня рождения мачехи Вероники.

Вероника стояла в окружении женщин пренебрегающих требованиям костюмированной вечеринки. Чего они боялись? Проявить свою индивидуальность, или может быть, их страшили пересуды по поводу их внешнего вида? Так или иначе, эти женщины хотели быть частью общества, и они упорно подгоняли каждый миллиметр своего сознания под общепризнанные каноны. Но только не Вероника, формально считающая себя членом этого общества, но живущая в мире, где законы диктует ее сердце.

Взгляды всех присутствующих были прикованы к Веронике, когда она шла через весь зал. На ней было белоснежное платье и пара крыльев за спиной. Она была ангелом.

И этот образ был настолько гармоничен, что присутствующие под конец вечера стали сомневаться в ее небожественном происхождении.

Ди наблюдал за Вероникой, за тем как она порхает по залу. В этом костюме с крылышками она казалась ему еще инфантильнее. Ди, опустив голову, стал бесцельно бродить по залу, размышляя о своем плане.

Сонери скрестив руки на груди, не сводила взгляд с Ди. Внешне она была спокойна, но на самом деле ужасно нервничала. Сработает ли то, что она задумала? Слишком большие ставки на кону, Ди не должен подвести ее.

К Веронике подошел молодой человек, который держался очень развязно. Он представился и осведомился об ее имени. Она ответила и постаралась как можно быстрее придумать себе неотложное дело и бежать подальше от этого субъекта. Но он тут же воскликнул:

— Вероника! Какое чудесное имя! Разрешите пригласить вас на танец?

Внутри у Вероники все перевернулось. Они испугалась, как владелец посудной лавки, на которую с огромной скоростью несся бродячий слон.

Непонятная паника охватила ее. В ней боролись два чувства: стеснительность и неконтролируемое желание угождать людям.

Ситуацию спасла Мими. Она подбежала к Веронике и закричала:

— Пошли скорее к окну там салют!

И Вероника дала сестре себя увести, убегая от кавалера почти вприпрыжку.


Вечеринка продолжалась, но Вероника была вынуждена уехать, так как Мими устала.

— Я боюсь, — сказала Мими, когда Вероника уже собиралась погасить свет в детской.

— Чего ты боишься? — спросила Вероника, присаживаясь на край кровати.

— Боюсь, что тени начнут оживать. Боюсь разных голосов.

— Знаешь, я иногда тоже боюсь темноты. Видишь, то могучее дерево, что растет перед нашим домом? Когда мне страшно я прошу его защитить меня. И она начинает со мной разговаривать.

— Правда?

— А ты не знала, что у деревьев есть свой язык? Ветер приносит их голоса. Просто надо сосредоточиться, чтобы их услышать.

— И о чем они говорят?

— Они делятся своей мудростью. Деревья много повидали на своем веку, это видно по их истерзанной морщинами коре. Они могут даже исцелять, но надо поверить в их силу.

— Научи меня слышать голоса деревьев, — Мими придвинулась ближе к сестре.

— Ложись и закрывать глаза. Так проще учиться. Представь, как дерево дышит. Почувствуй, то тепло, которое от него исходит. Затем надо не спеша поймать «волну», как на радиоприемнике. Но сразу может не получиться, ведь необходимо, тренироваться.

Вероника говорила все тише и тише, пока Мими не заснула. Затем она ели слышно встала и побрела в свою комнату. Там она от усталости свалилась на кровать, позабыв снять крылья.

Ди, чувствовал умиротворение. Словно все тяготы обоих миров отступили. И ему не хотелось сегодня возвращаться в замок. Он лег на пол рядом с кроватью Вероники и посмотрел на луну, любопытно заглянувшую в комнату. Луна будто ждала объяснений. Но Ди и сам не знал, почему он еще здесь. Ему не хотелось сейчас думать ни о чем, он просто наслаждался своей безмятежностью.

Луна усмехнулась и спряталась за тучу.

***

Как-то Лисса решила устроить плановую проверку и навестить Ди. Он, в то время как раз наблюдал за Вероникой во время лекции. Сказать по правде, ему уже осточертели все эти лекции, и то с какой точностью на них ходит Вероника. Когда Ди еще учился в институте, он не мог высидеть больше трех часов подряд. С Вероникой не происходило абсолютно ничего плохого. Она просто не провоцировала судьбу, и вдобавок ко всему была не слишком решительна. Ди даже ни разу не вмешался, и (о, досада) не проявил своих ангельских способностей.

Лисса появилась очень вовремя, если бы Ди мог заснуть, то давно бы сделал это. Преподаватель монотонно читал с листа лекцию, даже не обращая внимания на аудиторию. А это было утро понедельника, поэтому аудитория пребывала в странном, почти гипнотическом трансе.

— Я вижу у тебя все в порядке, — констатировала Лисса.

— Да, — отозвался Ди. В его голосе прозвучало едва уловимое неудовольствие.

— Это слишком скучно для тебя?

— Нет-нет. Мне нравится работать с Вероникой, но…

— Нужен водоворот событий? — Лисса усмехнулась.

Ди вздохнул. Он ждал, что Лисса начнет описывать преимущества своей работы, навязывать свое видение мира. Но Лисса лишь сказала:

— Ну, что ж веселись.

И она растворилась в воздухе.

А Ди продолжил «веселье», наблюдая, как медленно глаза Вероники закрываются, а голова почти падает на парту.


На другое утро, Вероника играла на табле, индийских барабанах, и вдруг вспомнила, что сегодня седьмое число. А седьмого числа каждого месяца Вероника устраивала «день добрых дел». В этот день она старалась совершить как можно больше хороших поступков: переводила бабушек через дороги, оставляла приличные суммы официантам «на чай», кормила бездомных животных, в общем, оказывала посильную помощь нуждающимся.

В этот день Вероника отправилась в институт на такси. Когда она проезжала по мосту, по которому каждый день лежал ее маршрут, она обратила внимание, как необыкновенно прекрасно солнце сегодня поднимается над рекой. Веронике казалось, что у солнца не бывает одинаковых рассветов и закатов. Она чувствовала перемены, словно солнце могло менять настроение. Девушка любила, когда солнце пребывает в радостном предвкушении нового дня и своим нежно — коралловым светом, проникает во все уголки просыпающегося города. Еще Вероника любила утренний туман, он помогал проникнуться задумчивым настроением солнца.

Когда такси подъехало к институту, Вероника полезла в карман за деньгами. Она не носила кошельков, так как не доверяла им (это было связано с тем, что однажды кошелек у нее украли). Но в ее кармане оказалось совсем немного наличных денег, и ей пришлось расплачиваться мелочью. За что водитель такси одарил Веронику недовольным взглядом.

Надо бы снять деньги с карты, но вот-вот должна начаться пара, и она не успеет дойти до ближайшего банкомата. Тогда Вероника посмотрела по сторонам, и, не обнаружив пенсионерок, которым нужна ее помощь, расстроенная пошла в институт.

Вероника вошла в аудиторию, так посмотрим, кто сегодня пришел без ручки. Седьмого числа Вероника обычно приносила с собой не меньше десяти ручек. Но, похоже, аудитория сегодня организована как никогда. Рядом с Вероникой как всегда плюхнулась Диана и начала рассказывать о событиях, разворачивающихся в сериале, который она смотрит. Диана выложила все необходимое для лекции, но тут рукав ее кофты попал в замок сумки.

— Я помогу тебе, — сказала Вероника, чувствуя прилив сил.

И Вероника принялась за спасение кофты. Она дернула замок, но он не поддался. Тогда она потянула на себя рукав и собачку замка одновременно. Не вышло. Вероника дернула не многого сильнее и в ту же секунду на рукаве оказалась дырка почти до локтя.

— Ой, — только и могла сказать Вероника.

Диана задумчиво оценивала ущерб.

— Я заплачу за новую кофту, — виновато проговорила Вероника.

— Да не надо, — Диана повеселела, — рукав три четверти будет смотреться лучше.

Но от ее слов Веронике не стало легче.

На следующей паре был тест. На него Вероника сделал свою очередную ставку. Ну, на тесте то, все вечно у нее списывают. Но когда, никто даже не повернулся к Веронике, она совсем отчаялась.

И вот в конце трудового дня в аудиторию ворвалась заместитель директора по учебной части. Ее горящие глаза и растрепанные волосы, предвещали грандиозный скандал. Она дошла до середины аудитории, и гневно тряся в воздухе каким-то листочком бумаги, начала кричать:

— Кто приклеил ко мне на дверь в кабинет это объявление? Вы хоть понимаете, какие серьезные люди ко мне приходят?

Студенты притихли, кое-кто уже начал медленно сползать под парты.

— Здесь написано, что это ваш курс! Ну, признавайтесь, кто это написал?

И тут Вероника подумала, что возможно это и есть ее «звездный час». А вдруг это написал, отчаявшийся сдать сложный предмет студент, которого за объявление еще и выгонят из института? А может, кто-то хотел показать свою храбрость, чтобы защитить себя от нападок однокурсников? Или это сделали ради любви? Так размышляла Вероника, надеясь спасти хоть кого-нибудь.

— Это я написала, — Вероника встала со своего места.

— Вероника? — у заместителя директора отвисла челюсть. — Неужели это ты написала, читаю: «Компания «Последний рейс» продает билеты в комфортабельный клюв аиста. Идеально для полетов в теплые страны. Аист является экологически чистым транспортным средством. И если вы привлекательная жаба или аппетитная лягушка, то клюв аиста создан специально для вас!»

Когда она закончила чтение все студенты уже бились в приступе дикого хохота. До заместителя директора, кажется, только сейчас дошел смысл прочитанного, а точнее его полная бессмыслица, и она вместе со всеми смеяться.

— Я все же узнаю, кто это написал, — унимая смех, сказала она, — а ты, Вероника. Да сядь уже, наконец!

«Вот так день добрых дел» — подумала Вероника, громко вздохнув.

А после всех пар Диана предложила Веронике выпить по чашке кофе в институтской столовой. Ей непременно хотелось поделиться своими переживаниями по поводу отношений с ее парнем. И вот, Вероника в столовой за чашкой омерзительного кофе, слушала размышления своей однокурсницы по поводу различия полов.

— Короче, отношения между полами для меня, это как… Как кофе и кружка — не могут друг без друга. А ты как думаешь?

Но Вероника, опечаленная промахами сегодняшнего дня, лишь пожала плечами.

— Ну, Вероника. Это же такая интересная тема. И я хочу знать твое мнение.

— Не так много того, что в мире существует парами, ножницы, брюки, обувь, или скажем… серьги. Они хоть и пара, но живут по разные стороны головы. А вечером встречаются, если их снимают.

— Не понимаю, при чем тут серьги. Они не могут быть вместе, потому что находятся в разных ушах. Бред. Всего-то надо проколоть вторую дырку в ухе, и вуа-ля, они отныне неразлучны.

— Вот. Так и люди стараются упростить отношения. Но ведь тогда теряется эстетическая красота.

— Если ты будешь все усложнять, то тебе грозит остаться одной.

— Одиночество — это еще не приговор.

— Кому как, — ответила Диана, отхлебнув кофе из не слишком чистой кружки, — а вообще, все одинокие люди находят себе отговорки.

Эта случайная, совершенно не свойственная Диане фраза, заставила Веронику задуматься. В последнее время она действительно читала в Интернете кучу разных теорий, оправдывающих одинокое существование юных и не очень барышень. Вроде бы одной быть неплохо, но все же чего-то не хватало до полного счастья или кого-то.


Глава седьмая. Когда меркнет свет


Ди понимал, насколько глупо выглядело то, что он собирался сделать, но времени не было выдумывать более изощренные и коварные планы. Да он и не был искусным в таких делах. В прежней жизни он старался все делать правильно. Старался угодить всем, старался всем понравиться. И болезненно переживал критику в свой адрес. Коллеги по группе не показывали ему гневные отзывы о его творчестве, так как знали, что он может впасть в депрессию на неделю. Но теперь все изменилось, зачем ему хорошая репутация в загробном мире?

Но так сразу жить без оглядки на чужое мнение Ди тоже не мог. Пофигизм еще надо было выработать.

Рейна в черном блестящем платье величественно шла за Розой по супермаркету. Роза сегодня собралась наспех. Завязала волосы в хвост, натянула старые джинсы и пуховик. Она придирчиво выбирала продукты, решая, чем сегодня она готова пожертвовать. Денег в последнее время хватало только на ограниченное количество товаров.

Рейна же выглядела так, будто ее пригласили почетным судьей на Каннский фестиваль. Она вышагивала, высоко подняв голову, презренно взирая на всех этих «дерганных» актрисок. Потом, видимо понимая, что ее триумфальную красоту никто в мире живых не видит, стала со скучающим видом изучать пожухлую морковь. Своим появлением Ди оторвал ее от «интересного» занятия.

— Вспомнил чего-то? — с металлическими нотками в голосе осведомилась она.

— Нет, я не за этим сюда пришел, — Ди прислонился спиной к холодильнику с газированными напитками, — пусть прошлое остается в прошлом.

— Да? — удивленно спросила Рейна.

— Да. Кому нужно это прошлое, — Ди кивнул в сторону Розы, — когда впереди великолепное будущее.

Рейну польстили его слова, но как порядочная стерва она не подала и виду.

— Так что если будет скучно, приходи к Черной скале после «отбоя».

— Я подумаю, — растягивая слова, произнесла Рейна, но она уже точно решила, что когда Роза уснет, она тут же примчится на место встречи.

***

Шанди не надо было разыскивать. Он с другими ангелами веселился возле Черной скалы, пытаясь отработать акробатический номер — сделать «колесо». Пока он только разбегался и неуклюже кувыркался.

— Шанди, — позвал ангела Ди, — есть разговор.

— Э-хэ-хэй! Здорово, Ди! Ты видел, я почти что сделал сальто!

— Да! Но ты будешь еще более счастлив узнать, что о тебе думает Рейна.

— Рейна? Она вообще обо мне думает? — удивленно замер Шанди.

— Еще как. Вот сегодня я решил навестить ее, чтобы попытаться вспомнить эту женщину, которая видимо, знала меня в той жизни.

— И вспомнил?

— Нет. Все бесполезно.

— Очень жаль.

— Ладно, не важно. Так вот, тут Рейна меня спрашивает, давно ли я тебя видел. Я говорю давно, а что?

— А она что? — с нетерпением спросил Шанди.

— Ответила, что сама не знает почему, но все время мысли ее крутятся вокруг твоей персоны.

— Вокруг моей персоны? — Шанди был так удивлен, словно только что диагностировал синдром навязчивых состояний у белки.

— Да. Сама она слишком гордая, чтобы назначить тебе свидание. И тогда вам на помощь приходит Ди, — ангел щелкнул пальцами, будто собираясь показать фокус, — сегодня вечером здесь она будет тебя ждать.

— Вот это да! Спасибо дружище! — Шанди на радостях похлопал Ди по спине. Ди подумал, что в той жизни руки Шанди были вечно потными.

— Но. Она все время будет спрашивать обо мне, делать вид, что ты ей безразличен, и она якобы ждет меня. Ну, ты же знаешь этих женщин! Скажи, что я скоро подойду. А сам действуй, устрой пикничок что ли.

— Отличная идея. Пойду, раздобуду где-нибудь одеяло и бутафорские яблоки.

Итак, дело было сделано. Теперь оставалось ждать, когда Роза уснет.

***

Ди оказался в комнате, в которой спала Роза. Внешне она почти не изменилась, разве что черты лица стали резче. Он вспомнил, как они вместе веселились. Нет, она никогда не ждала его дома. Не сидела у окна, не названивала по сто раз. Она старалась получить максимум от жизни, поймать момент и выжать все до последней капли. Роза посещала почти все концерты «Сумасшедших ангелов». Она была душой почти любой компании. И, несмотря на то, что она была старше Ди, она никогда не играла роли назидательной матери. Скорее ему приходилось тащить ее на себе после пьяных вечеринок.

Да, их жизнь была чертовски интересной. И когда мысли Ди возвращались к прошлому, он не мог не оплакивать ушедшие времена.

Ди опустился на корточки рядом с Розой, сконцентрировался, представил, как сотни тонких золотых нитей соединяют его с ней. И вот он оказался на небольшом перроне, какого-то захолустного городка.

Народу было не так много, кто-то нервно расхаживал взад-вперед, кто-то дремал на скамейках, кто-то, кому не повезло занять удобные места, грустил сидя на чемоданах. Все ждали прибытия поезда.

«Роза должна быть где-то здесь», — подумал Ди.

Но снаружи ее не оказалось. В пыльном вокзальном помещении было почти не протолкнуться, Ди с трудом пробрался к лестнице, чтобы сверху отыскать ее. Он вглядывался в лица людей, но все они суетились, словно муравьи, подгоняемые первым листопадом. Вдруг его кто-то толкнул. Ди обернулся и увидел быстро удаляющуюся Розу в коричневом платье с маленьким чемоданом в руке.

— Роза! — он бросился за ней.

Она не услышала его, гул толпы блокировал все признания.

— Роза, постой, — Ди догнал ее и дотронулся до ее плеча.

Она обернулась и ели заметно сморщившись, сказала:

— А-а, это ты. Мне некогда с тобой разговаривать, я спешу.

И она еще быстрее зашагала по направлению к перрону.

— Я ради тебя, пришел сюда! — крикнул в отчаянии он.

Она не оборачиваясь, помахала ему рукой. Он снова кинулся сквозь толпу. Но народ сам задвигался к выходу, и Ди понесло в человеческом потоке.

На перрон прибыл поезд. Всего три вагона, их явно не хватило бы на всех присутствующих, но, тем не менее, люди упорно стали атаковать транспортное средство. И вот поезд медленно тронулся с места. Все кто не влез, издали разочарованный вздох.

Все же людей стало меньше, и Ди заметил Розу, которая закинула чемодан в дверь поезда, а сама даже не думала садиться.

Непонятно откуда взявшийся большой пес со спутанной серой шерстью, сбил Ди с ног. Поднимаясь, он заметил знакомое лицо в окне последнего вагона. То была Вероника, ее взгляд был печален, из глаз капали слезы.

Ди испугался не на шутку. Неужели из-за его легкомысленного поступка все перемешалось? Меньше всего ему хотелось навредить своей подопечной.

Поезд удалялся, все покинули перрон, и лишь Роза осталась на том месте, где стояла.

— Ты меня любишь? — спросила Роза, обращаясь в пустоту.

— Конечно! — не задумываясь, ответил Ди.

Она расхохоталась. Она смеялась громким уничижающим смехом и не могла остановиться. Он стоял растерянный, забыв, зачем пришел.

Потом она перестала и, посмотрев на ангела своими змеиными глазами, сказала:

— Какой же ты дурак, Ди.

И тут он снова оказался в ее комнате. Она проснулась. Лениво повернулась на другой бок, потянулась за часами, узнав время, решила еще поваляться.

Ди смотрел на нее, и убеждал, что все это было лишь сном. Просто дурной сон. Это была не Роза. Не стоило ему вмешиваться.

Надо было скорее убираться отсюда, пока не появилась Рейна.


Глава восьмая. Мечта умирает первой

Ди вернулся в замок. Странно, но парамуля нигде не было видно. Наверно, решил погулять. Ди не верил, что Мелкий мог убежать, мало ли какие у парамулей могут быть дела.

У Ди были смешанные чувства. Он все еще обдумывал, что бы значил этот сон Розы. И что там делала Вероника? Но с другой стороны — это всего лишь сон. Всего лишь плод фантазии. Непонятно чьей фантазии.

Главное, что он совершенно забыл, что должен был явиться на встречу с Рейной и Шанди. Сейчас это казалось совершенно неважным.

Вдруг взгляд Ди упал на стол, на котором он обнаружил клочок бумаги. Он подошел поближе. Это была записка, написанная красивым, но не слишком аккуратным почерком.

«Думаю, тебе стоит кое-кому представиться. Сонери»

Очень странно. Сонери оставляет записку. Не является сама. Ди еще раз поразился коварству этой девушки. Она узнала. Она точно узнала о деле Шанди. Теперь наверняка их ждет суровая кара. Что бы там не было, надо оставаться спокойным. Ди приготовил пренебрежительную улыбку, и отправился в «лапы» своей наставницы.

Когда Ди очутился в кабинете Сонери, его наставница стояла возле одного из шкафов и перелистывала страницы в одной из папок. Она проделывала это так медленно, чтобы Ди ни в коем случае не догадался об ее заинтересованности его персоной. Пока он не появился, Сонери просто места себе не находила, чего никогда не было за всю ее карьеру ангела. Она была вся в предвкушении от грядущих событий. Встреча, которую Сонери собиралась ему устроить, должна была заставить его понервничать. К чему это он так улыбается? Хотя у самого вид нашкодившего кота. Конечно, Сонери знала про Розу. Роза была частью ее собственного плана.

— Итак, ты пришел, — Сонери захлопнула папку, — как идут твои дела?

— Хорошо, — продолжая улыбаться, ответил Ди.

— А как твоя подопечная? — Сонери была словно ребенок, ковыряющий прутиком в грязной луже.

— Все спокойно. Она ведет размеренную жизнь. Хотя, это и к лучшему.

— Извини, что отвлекаю тебя от работы, — стала провоцировать его Сонери.

— Нет, все в порядке. Сейчас Вероника отдыхает. Так, что у меня куча свободного времени, раз я все равно не сплю.

Сонери усмехнулась про себя. Он врет, и не краснеет. Ну что ж, тогда приготовься.

— Предлагаю перенестись в одно место, — Сонери подошла поближе к Ди, — оно называется «Остров Забытой Мечты».

***

Ди оказался на пляже, который был окружен со всех сторон грозными скалами, заставляющими трепетать сердце. Ди и Сонери шли по белому песку, и Ди очень хотелось разуться. Песок был настолько чистым и гладким, что создавалось впечатление, будто они первые кто пришел сюда.

Море. Ничего подобного Ди не видел в жизни (надо признаться, что даже после смерти). Море словно было соткано из миллиарда серебряных нитей. Оно светилось изнутри, а по его глади пробегали спокойные волны, казалось посыпанные блестящими кристаллами. Вдалеке виднелась еще одна скала, которая условно указывала на то место, где начинается реальность. Но самое необычное было то, что почти на всей поверхности серебряного моря скопилось куча прозрачных бутылок. Когда Ди пригляделся к ним, он понял, что в каждой бутылке спрятана записка, вроде тех, что посылали в море моряки, терпящие крушение.

«Остров Забытой Мечты». Так Сонери называла это место. Значит, в этих бутылках томятся мечты, которые были преданы забвению. Кто они все эти люди, некогда мечтавшие о прекрасном? Суровая действительность заставила людей выбросить из головы бесплотные фантазии. Они надежно спрятаны и закупорены, и они уже никогда не будут исполнены.

— Теперь иди один, — сказала Сонери.

И по-хорошему, ей надо было удалиться, но она не могла пропустить самого интересного. Все-таки, это она заварила эту кашу.

Ди шел вперед, не оставляя следов на песке. С каждым шагом зародившееся чувство тревоги все сильнее охватывало его.

И вот вдалеке показался знакомый силуэт. Ди прибавил шаг. Не может быть. Ди перешел на бег. Только бы он ошибался!

Но нет подойдя, ближе он понял, что произошло нечто непоправимое. Спиной к нему стояла Вероника. Здесь она казалась ему маленькой, потерянной девочкой. Она была в платье с пышной юбкой голубого цвета, доходящей ей до колен.

Когда Вероника обернулась, он не знал, что ей сказать. Теперь они были в одном мире.

И в этом виноват только Ди.

Тем временем Вероника стала разглядывать незнакомца. Он был бледен и взволнован. Она же была спокойна как никогда. Вероника смотрела в его голубые глаза, и казалось, в них, она видела тысячи причин, по которым она здесь. И в эту секунду ей не нужны были объяснения. Она впервые смотрела в глаза незнакомца так долга, не испытывая при этом смущения. Вероника не старалась постигнуть его сущность, просто от этого взгляда ей стало очень легко на душе.

Ди хотелось, чтобы время остановилось. Он мог целую вечность просто стоять и смотреть на Веронику. Но когда Вероника узнает всю правду, она уже не сможет оставаться такой спокойной. Ее смерть по истине станет большим ударом для всех, кто ее знал.

— Я еще никогда не бывала в местах, подобное этому, — улыбнулась Вероника.

Отлично. Она избавила Ди от мучительных раздумий о том с чего бы начать разговор. Неужели за столько времени он сможет с ней поговорить?

— Да, теперь часто придется бывать в странных местах.

Кажется, ее это совсем не смутило. И тогда Ди решил сообщить ей о самом главном:

— Я должен сообщить неприятную новость, — Ди вздохнул, — новость о твоей смерти.

— Нет. По-моему вы не знаете всех обстоятельств дела, — пожала плечами Вероника, — я все еще жива.

— Ничего не понимаю, — пробормотал Ди.

— Я, в общем, то тоже, — Вероника смущенно заулыбалась, — просто девушка, которая за мной пришла, сказала, что я еще могу вернуться.

Тут как раз вовремя подошла Сонери, будто тюремный надзиратель, который пришел сообщить, что время свидания окончено.

— Да, она все еще жива. Просто в коме. Ты еще сможешь ее вернуть назад. Исправить свою ошибку.

— Как? — спросил Ди.

— О! Тут мне запрещено тебе советовать. Придумай, что-нибудь. Прояви свою изобретательность. Возможно, найдешь того, кто тебе подскажет, как.

Глава девятая. Покоренный и сломленный


Сонери оставила Ди и Веронику на пляже одних. Ди опустился на песок, решая с чего бы ему начать. Вероника тоже последовала его примеру. Думал он довольно долго, и ей стало скучно. Тогда она сказала:

— Кстати, я — Вероника.

— Да, я знаю, — Ди стал нервно крутить ручку, — я — Ди — твой ангел-хранитель. Хотя наверно уже бывший.

— Ангел-хранитель, здорово.

— Да уж.

— Мне кажется, я раньше видела тебя где-то, — Вероника нахмурилась, пытаясь сложить пазл из случайных картинок-воспоминаний воедино.

Ди промолчал. Потом спохватившись, быстро проговорил:

— Так вот что. Пойдем на землю. Посмотрим, что там с тобой случилось.

Больница. Тоскливые серые стены, мышьякового цвета, источали депрессивный настрой. Тело Вероники лежало в больничной палате, опутанное проводами и трубочками. Ее левая рука была в гипсе. Волосы спутались, да вид был не самый презентабельный. Рядом с кроватью сидели Лиза и Мими, обе рыдали, нелепо утешая друг друга. Глядя на все происходящее, Вероника невольно тоже начала рыдать.

— Так, — Ди взял девушку за руку и повел в коридор, — все еще можно исправить.

Вероника громко всхлипнула. Она была близка к истерике, а это сейчас меньше всего было нужно Ди. Это мешало ему сосредоточиться.

Вдруг в конце коридора он заметил знакомый силуэт. То была Роза, замершая в нерешительности. Вероника все продолжала всхлипывать, пока Ди не мог оторвать взгляд от Розы.

Потом Вероника тоже посмотрела в том направлении и резко перестала рыдать.

— А она что тут делает? — с некой обидой в голосе спросила девушка.

— Ты о ком? — не понял Ди.

— О моей матери, вон она в конце коридора. Вспомнила, наконец, что у нее есть дочь.

Ди оцепенел. Он даже не знал, что у Розы была дочь. Она никогда ему о ней не рассказывала. И вообще, она о себе мало говорила. Как-то раз упомянула, что была давно замужем, но муж ее был алкоголиком.

Роза передумала подходить к палате, и с лицом преисполненным чувством выполненного долга, направилась к выходу.

— Пойдем за ней! — скомандовала Вероника.

Ди и самому было любопытно, он согласился и они «сели на хвост» женщине, которую оба, казалось, неплохо знали.

Роза села в такси. Ди и Вероника просочились вслед за ней.

Женщина назвала адрес, и немолодой таксист похотливо улыбнувшись, повез в ее указанном направлении.

— Значит это твоя мать? — Ди все еще по-детски верил, что все это простая нелепая ошибка со стороны Вероники.

— Да. Она бросила нас с отцом, когда мне было семь лет. Просто ушла, тихо под утро пока мы спали.

— Почему она ушла?

— Не знаю, но думаю, это всегда было в ее характере. Она не способно любить искренне.

Немного помолчав, Вероника добавила:

— Года два назад, она пыталась со мной связаться. И знаешь, что ей было нужно? Деньги. Она просила одолжить ей деньги. Видимо тогда, у нее кончались все богатые любовники, с которых она тянула все соки.

Такси подъехала к сверкающему высотному зданию, отведенному под деловой центр. Роза кинула водителю деньги и спешно выбралась из машины.

Затем поднялась на десятый этаж и целенаправленно двинулась в офис № 15. Проигнорировав молоденькую секретаршу, она ворвалась в кабинет с дорогим ковром на полу. Молодой мужчина с пивным пузиком, наряженный в обстоятельный дорогой костюм, сидевший за столом, невольно вздрогнул, от неожиданно налетевшего урагана по имени «Роза». Но он быстро пришел в себя и наглым тоном осведомился:

— Чем обязан такому странному визиту? Наконец, через много лет ты вспомнила обо мне, твоем скромном рабе?

— Ты должен купить у меня кое-что из вещей Ди, — Роза подошла вплотную к столу и нависла над ним.

— Вещи Ди? Что у тебя все настолько плохо? — с плохо скрываемой радостью спросил хозяин кабинета.

— Нет. Просто решила оказать тебе услугу. Специально для тебя, по чисто символической цене — пять тысяч долларов. Ты сможешь продать это куда как дороже.

— Не смеши мои тапочки! Кому нужны жалкие пожитки давно всеми забытого Ди?

Вероника поочередно смотрела то на свою мать, то на Ди.

— Они о тебе сейчас говорят? — холодно спросила она.

Но Ди ей не ответил. Он пытался вспомнить, что это за человек. Он был уверен, что знал его в прежней жизни.

Точно! Он играл в «Сумасшедших ангелах»! Да, барабанщик. Они ведь даже были друзьями. Вот только его имя не как не приходило в голову.

— Как хочешь. Я все равно продам вещи, когда-нибудь они будут бесценны, — крикнула Роза.

— О, да! Не сомневаюсь. Я буду горько плакать в подушку.

Артур! Его зовут Артур. И вместе с озарением всплыла ужасная картинка. Вечер. Уже на закате славы, Ди возвращался с одного ужина, на котором он должен был произвести впечатление на мелкого продюсера, чтобы хоть как-то вернуться на сцену. У самого у него денег почти не оставалось. Все было потрачено на прихоти Розы.

Он хотел пойти домой. Но видеться с Розой сейчас не хотелось. В последнее время отношения вконец испортились. Она закатывала истерики по любому поводу и требовала все больше денег. И Ди пошел к Артуру. Он постучался в дверь его квартиры раз десять, и хотел было уходить, но тут дверь отворилась, и на пороге он увидел Розу, которая стояла в одной простыне. Увидев Ди, она ничуть не смутилась, наоборот выглядела так, будто он испортил весь праздник.

— Пойдем отсюда, — жестко сказал Ди, обращаясь к Веронике, — здесь нам делать нечего.

Он перенес их в свою комнату в замке. Сейчас бы не помешала волшебная водичка, что течет у подножья Черной скалы.

— Посиди тут минутку, я сейчас вернусь, — с этими словами Ди исчез.

Вероника не успела, как следует расположиться на софе, как в комнате снова появился Ди с двумя стаканами прозрачной жидкости. Он протянул один из стаканов Веронике. Она обхватила емкость двумя руками и вопросительно уставилась на нее.

— О, эта особая вода, — спохватился Ди, — она принимает вид и вкус того напитка, который тебе бы хотелось выпить.

Вероника нахмурилась и в следующую секунду вернула стакан Ди, сказав при этом:

— Я ничего пить не стану. По крайней мере, пока ты все не объяснишь.

— Я уже объяснил тебе, что это типа загробный мир. Но ты не умерла, а просто в коме.

— То, что я «просто в коме» это понятно, — съязвила девушка, — объясни мне, что у вас там с мамой было?

Ди сам залпом опустошил свой стакан. Ему не понравилось, как эта девица вдруг на него налетела со своими претензиями. Она стояла и требовала что-то прямо как Роза в свое время. Теперь он видел, что мать и дочь были во многом похожи. Тот же нос и глаза, то же сердитое выражение. Чего хорошего можно ждать от человека с такими генами?

— И? — нетерпеливо вопросила Вероника.

Вдруг на Ди напал приступ гнева.

— А ты сама ничего не поняла? — крикнул он, а после чего залил в горло содержимое стакана Вероники.

— Поняла…, — опустила голову Вероника, которая не привыкла к тому, что на нее повышают голос.

— Вот и чудесно, — сказав это, Ди снова исчез.

Растерянная Вероника осталась одна. Она слышала, как за окном завыл ветер. Ей стало страшно. И что теперь будет?

Но неожиданно из-под софы выскочил Мелкий. Он издал приветственное «Уииить» и замер в ожидании, что его пригласят присесть на мягкое ложе.

— Какой миленький, — Вероника погладила животное, — кто же ты такой?

Решив, что уже можно запрыгнуть, Мелкий оказался рядом с девушкой. Вероника немного отвлеклась от своих дум, разглядывая необыкновенного зверя. Парамуль же, понимая, что им любуются, стал гордо поворачиваться, чтобы гостья смогла в полной мере оценить великолепный блеск его шерстки.

— Эй! — раздалось над головой. — Ты кто?

Вероника подняла голову и увидела розовощекого мужчину. Он стоял и гипнотизировал девушку, решая, не стоит ли звать на помощь.

Пока Вероника ничего не успела ответить, Мелкий зашипел на Шанди. А этим розовощеким мужчиной оказался именно Шанди. Он как мог, развлекал Рейну, но она сурово потребовала присутствия Ди.

— Где вообще Ди?

Вероника пожала плечами.

— Мне кажется, что ты еще жива, но как ты тут оказалась? — прозвучал очередной вопрос от Шанди.

И тут она все вспомнила, и резко подскочив со своего места, охваченная порывом, выпалила:

— Да, теперь я вспомнила, как я оказалась здесь. Моя подружка решила подвезти меня. Был дождь, и мы ехали по дороге. Она еле плелась по левому ряду, и все сигналили ей. Когда ее стали обгонять, она прибавила скорости. Уж не знаю, хотела ли она посоревноваться или просто позлить того водителя. Машина вырвалась вперед, но на скользкой дороге ее развернуло и тот самый автомобиль, который хотел обогнать ее, врезался в крыло со стороны пассажирского сидения, где, на свою голову, и сидела я.

— Значит, Ди проиграл! — воскликнул Шанди. — Он проворонил тебя! А у него были все шансы попасть в ангелы.

— Стоп! Я еще не умерла! — раздраженно выпалила девушка.

— Ну-ну. Так где, говоришь Ди?

— Так у вас тут какое-то соревнование? — Вероника решила не церемониться с этим странным существом.

— Угу. Кто проиграл — того списали на тот свет.

— Я думала мы и так на том свете.

— На самом деле мы и сами не знаем, где этот «тот свет», что там. И главное, есть ли кто-то, кто всех нас создал.

— Хватит болтать! — это вмешалась внезапно возникшая Рейна, — я его нашла.

— Ди? И где он? — с энтузиазмом спросил Шанди.

— Вон он, голубчик.


Ди расхаживал по галереи замка. Он выпил достаточна и «волшебная водичка» ударила ему в голову. Он ничего не хотел сейчас решать, не хотел оправдываться и выслушивать упреки. В нем проснулась дикое желание что-нибудь уничтожить. Сломать. Разбить. Но он больше не имел власти над предметами из мира живых. И вдруг ему попалось главное привидение, мирно спящее в воздухе.

— Бу! — крикнул Ди в ухо привидению.

Привидение вздрогнуло, и, сообразив, что произошло, перешло на свой привычный писк:

— Как ты посмел, нахал?!

— Беги, — только и сказал Ди.

— Что? — опешило приведение.

— Убегай отсюда, — спокойно сказал ангел.

— Ну, еще чего!

Тогда Ди глубоко вздохнул, резко встряхнув руками. И в следующее мгновенье стены замка затряслись. Перепуганной привидение рвануло вперед, и Ди, выждав немного, погнался за ним с небывалой для себя скоростью. Убранства замка стремительно проносились мимо, но все что сейчас видел Ди перед собой, было прозрачное тельце главнокомандующего приведения. Само привидение, явно не ожидая от Ди такой прыти, бездумно неслось вперед.

Скользя по каменному полу, Ди повторял каждое движение преследуемого. Он так вошел в раж, и когда приведение вздумало переместиться, Ди без особых усилий переместился вслед за ним.

Тогда привидение начало череду перемещений, но Ди всегда оказывался рядом. Это было похоже на игру в прятки. Ди это здорово отвлекало от его собственных проблем, он больше не чувствовал себя пассивным свидетелем, беспомощным существом, ставшим жертвой непредсказуемой судьбы. Внезапно для себя, Ди ухватился за прозрачную одежду привидения, и стал трясти его вверх и вниз с такой силой, что привидение онемело от такого поворота события.

Тут как раз появилась Рейна, позвавшая Шанди и Веронику.

— Ди! — крикнула Рейна, — что ты делаешь?!

— А что не видно? — Ди не отрывал своего мстительного взгляда от привидения. — Разгоняю тоску.

— У тебя большие неприятности, а ты тут развлекаешься, — назидательно сообщила Рейна.

Ди никак не прореагировал на ее слова, ему только стало чуть-чуть полегче.

— Да, ладно, что тебе с того, милая Рейна? — спросил Шанди приторно сладким тоном. — Одним конкурентом у меня меньше. То есть, я хотел сказать, у нас меньше, одним конкурентом.

— Шанди, иди погуляй, что ты таскаешься все время за мной? — не выдержала Рейна.

Все-таки когда дело принимало серьезный оборот, маска холодной обольстительницы покидала ее лицо с острыми чертами, и миру открывалось душевное создание, не безразличное к чужому горю. Поэтому, сменив гнев на милость, Рейна подошла к Ди, и заботливо, но с некой тревогой в голосе сказала:

— Я знаю, что ты влез, куда не следует. Не удержался. И теперь тебя накажут.

— О чем ты? — Ди отпустил приведение. Оно тут же заскулив унеслось прочь.

— Я о Розе.

— И я о Розе, — раздалось за спиной Ди.

Ди обернулся и увидел Карлоса. Карлос был преисполнен чувством собственного достоинства, ведь новости которые он принес, были не слишком приятными.

— Ты нарушили правило, касающееся невмешательства в судьбы, неподвластных лиц. Скажу, что игра в ангелов для тебя окончена, и далее последует наказание.

— Вы нарочно ждали, что я совершу ошибку, чтобы теперь натыкать меня в лужу, как нашкодившего котенка? — с вызовом спросил Ди.

Карлос разразился неприятным смехом. Будто кто-то провел по стеклу ногтем.

— Мы не просто хотим тебя натыкать, — продолжал Карлос, — мы желаем выкинуть тебя за порог нашего гостеприимного «небесного» дома.

— А что будет с Вероникой? — Ди посмотрел на девушку, которая неуверенно сжалась, услышав свое имя.

— А подвластная тебе душа будет уничтожена, — громко и безапелляционно произнес Карлос, словно выносил смертный приговор.

Рядом с ангелом смерти появились три фигуры. Это были два существа с человеческими телами и с шестью паучьими лапками. Их лица были изуродованы множеством глубоких порезов, проходивших через все лицо.

Когда паучьи лапки одного из них зашевелились, Ди мог поклясться, что слышал, как вскрикнула Вероника.

Вдруг Карлос резко взмахнул рукой и паукообразные кинулись вперед. Но Ди среагировал быстрее. Он молниеносно развернулся и, дотронувшись до Вероники, перенес их к Серебряному морю.

Вероника, чуть заметно дрожа, спросила:

— И что теперь?

Ди пожал плечами. Потом вдруг произнес:

— Знаю только то, что я найду способ вернуть тебя домой.

«Я прямо как Элли, на приеме у волшебника Гудвина», — подумала Вероника.

Ди обдумывал, куда еще можно податься, когда Вероника закричала, указывая в сторону прибрежных скал:

— Смотри!

На них двигалась целая колонна паукообразных. Они активно размахивали своими мохнатыми лапками, что казалось эти лапки, заполнили все свободное пространство.

— Надо перемещаться, — сказал Ди.

Его голос был спокойным, но внутри он был готов сразиться с подступающими приступами паники.

— Если мы переместимся, их может стать еще больше, — возразила Рейна. Она возникла рядом, решив помочь оказавшемуся в беде товарищу.

Ди оценил ее подвиг и благодарно кивнул.

— Тогда нам остается только бежать, — заключил Ди.

И все трое бросились бежать. Но очень скоро они поняли, что бежать им некуда. Перед их ногами простиралась водная гладь, и море приветствовало их шелестом серебристых волн.

Тогда Ди схватил первую попавшуюся бутылку, их тех, что прибило к берегу, и кинул в толпу приближающихся паукообразных. Бутылка, угодив точно в цель, сбила одно из существ с ног.

«Какие хрупкие существа». — Усмехнулся Ди. — «Или же, какие прочные бутылки».

Рейна, недолго думая, схватила по одной бутылке в каждую руку, и принялась интенсивно кидать их в неприятелей.

Ди без остановки бросал свои бутылки, чувствуя при этом легкий азарт. Вероника же стояла в оцепенении. Она и к маленьким паучкам испытывала неприязнь, а к этим и подавно. Ей хотелось закрыть глаза руками, чтобы не видеть этого ужасного зрелища.

Внезапно одно из существ резко подалось вперед и оказалось рядом с Вероникой. Девушка готова была лишиться чувств, когда шесть омерзительных лап потянулись к ней.

Расстояние между ними неумолимо сокращалось, как вдруг по голове существу прилетела бутылка метко брошенная Ди. Существо повалилось на песок, а к ногам Веронике из разбитой бутылки выпал клочок бумаги.

«Как бы мне хотелось маленького плюшевого крокодильчика», — прочитала девушка и подумала, — «серьезная детская мечта, которой так и не суждено было сбыться».

Ее мысли уже готовы были унести ее к берегам печальных воспоминаний, но голос Ди, призывающий вступить в бой, подействовал отрезвляюще. Присутствие Ди успокаивало ее, теперь она верила, что он действительно сможет помочь ей. И сдержит свое слово. Вернет ее домой.

Вероника схватила бутылку и бросила ее. Но промахнулась. Тогда она попробовала кинуть другую бутылку и попала одному из паукообразных прямо в лоб. Существо остановилось в замешательстве, и его свалили с ног те, что бежали за ним.

Вероника позволила себе маленькое ликование. Она радостно подпрыгнула на месте, и продолжила борьбу с «вредителями».

— Ей, сороконожки подходите по одному, — воинственно сказала Рейна, — я угощу вас коктейлем из нелепых желаний!

Но только она это сказала, как один из паукообразных схватил ее, опутал в белый кокон из паутины. Она даже не успела ничего сообразить.

— Рейна! — крикнул Ди, кидаясь ей на помощь, но было слишком поздно. Паукообразный исчез вместе со своей жертвой.

Когда враги были уже совсем близко, Ди стал использовать бутылки, как орудие ближнего боя. Бах! Бутылка разбилась о голову одного существа, тогда Ди стал обороняться оставшимся острым горлышком.

— Ди! Все бутылки кончались, — отчаянно крикнула Вероника.

— Не может быть, этих бутылок должно было хватить на тысячи вот таких бестолковых черепушек.

— Похоже, что они исчезли.

— Держи, запусти в них этим.

Ди протянул свою ручку, которую он достал из кармана. Вероника уже хотела, было запусти ее, как вдруг ее взгляд упал на гравировку.

— Кидай же, Вероника! — крикнул Ди, видя, что она замешкалась.

Но девушка вопреки его ожиданиям повернулась к морю, и кинула ручку в воду.

Неожиданно серебряное море ослепило всех своим сиянием. Когда сияние прекратилось, поверхность стала твердой, и в пяти метрах от берега появился светящийся лаз.

Ди и Вероника переглянулись и бросились к лазу. Вероника скользила по застывшей серебристой глади, готовая упасть в любую секунду, тогда Ди подхватила ее за локоть. Еще не много и паукообразные схватили бы их, но Ди и Вероника успели прыгнуть в светящееся отверстие. И тогда волны снова начали свое движение.


Глава десятая. Под Серебряным морем

Ди и Вероника оказались в пещере, проход в которую и открылся в море. Похоже, путь предстоял не близкий. Спасало только то, что струйки просачивающейся серебристой воды освещали темное помещение.

Ди отдышался.

— Как ты до этого всего догадалась? — спросил он.

— На твоей ручке было написано «Sub Silber Mare». Это означает «Под Серебряным Морем». На самом деле мне интуиция подсказала, что ручку надо кинуть.

— Ты знаешь латынь?

— Немного учила в институте. Не то чтобы могу на ней говорить, так знаю несколько фраз.

Ди задумался, почему все так вышло.

«Ответ в ваших руках», — всплыли вдруг в голове слова призрака из замка.

Возможно ли, что эта ручка была связью с его матерью? Он был так зациклен на воспоминаниях о Розе, что все остальные воспоминания казались незначительными. Лучше бы он о ней вообще не думал и не вспоминал! Но зато теперь вспомнить что-то касающееся матери не составило труда.

Ее звали Мелания. С ней всегда было легко и весело. Она была обладательницей прекрасного голоса, подрабатывала певицей в ресторане. Пела она в свое удовольствие и, не мечтая о том, чтобы прославиться. Возможно, потому что не верила в свои силы, а возможно решила для себя, что успеха добиваются только непорядочные люди, которым ради славы приходиться идти на разные подлости. Сама она была очень честным и рассудительным человеком. Но так как семья ее была довольно бедна, то Мелания не смогла получить хорошее образование. Вот и вынуждена была искать работу, не требующую особой квалификации. Какое-то время она работала в прачечной, выдавала и принимала заказы. А потом устроилась на почту. В самом крупном ресторане города она пела по вечерам. Там она и познакомилась с отцом Ди. Он был старше на двадцать лет, да к тому же еще женат. Серьезный предприниматель был тронут непосредственностью и чистотой, которой была окутана девушка. Он долго добивался ее расположения: посещал все выступления, дарил мелкие подарки, звал на свидания. Она долго сопротивлялась, но потом сдалась. О наличии семьи у ухажера Мелания узнала потом. Она не стала умолять его бросить жену, нет. Она собралась, и никого не предупредив, покинула город. Позже выяснилось, что она беременна, но назад пути не было. Мелания обосновалась на новом месте. Какое-то время ей помогала ее сестра, но в основном она растила сына своими собственными средствами. Бралась за любую работу: мыла полы, продавала овощи, сидела с чужими детьми, мыла машины, и как бы не тяжела была ее жизнь, она не переставала петь.

Но однажды она сильно заболела. Ди тогда было десять лет. Она убеждала его, что болезнь несерьезная, и она скоро поправиться, но поправиться ей было уже не суждено. Она умерла тихо с улыбкой на устах. После смерти матери, Ди взяла на воспитание сестра Мелании. Тетя Кристина была хорошей женщиной, но заменить мать ей так и не удалось.

Какой была Мелания? Ди помнил лишь светлый образ. Как бы он не пытался он не мог вспомнить ее голос. Ди мало что знал о своей матери, поэтому он несколько идеализировал ее.

«Ответ в ваших руках».

Вот, что это значило. Ручка — это нить, связывающая Ди с матерью. Ведь это была ее ручка. Да, он точно помнил, как она хранила ее в красивой красной коробке, и говорила, что это самая дорогая вещь во всей их убого обставленной съемной квартире.

И Ди ускорил свой шаг. А мысль, что он скоро увидит мать, заставляла его трепетать. И он на долю секунды позабыл о присутствии Вероники. Потом, спохватившись, он стал двигаться не так стремительно, понимая, что Вероника ели поспевает за ним.

Они шли долго. Вероника верила, что вот-вот окажется дверь, войдя в которую она вернется домой. Вот-вот она избавиться от этого кошмара. Пожалуй, только сейчас она поняла, что не любит приключения. Уж лучше сидеть в своей комнате и не высовываться.

Наконец, темный пещерный проход расширился и стал освещенным. Неожиданно стены, пол и потолок помещения приобрели металлическое покрытие, словно в футуристических фильмах семидесятых годов. От одной из стен отделился стол, похожий на грубо сколоченный деревянный куб с большими серебристыми болтами. Тут же за столом возникла серьезного вида девушка в длинной красной рубашке с туго собранными на затылке серыми волосами.

— Позвольте узнать, куда вы направляетесь? — весьма недружелюбно осведомилась она.

— Э-э, — протянул Ди, — мы ищем Меланию.

— Сомневаюсь, что Мелания кого-то ищет.

— Значит она все-таки где-то здесь, — приободрился Ди.

— А что это за место? — спросила Вероника, надеясь, что, быть может, это и есть пункт отправки душ обратно на землю.

— Это главный ангельский суд, — просветила девушка, — прошу вас сейчас же покинуть это помещение.


Ди и не надеялся, так просто сдаваться. Повернуть сейчас назад, значило потерять все. И тогда он сделал шаг вперед и дерзко заявил:

— Я пришел с явкой с повинной. Я совершил правонарушение и должен понести наказание.

— Что же вы такое натворили? — с легкой издевкой спросила строптивая дама.

— Я вмешался в судьбу мне не подотчетной души. Да, я вероломно вломился в ее сон, преследуя при этом свои личные цели.

— Хм, — дама задумалась.

Вероника ели удержалась от того чтобы не ляпнуть Ди какую-нибудь гадость. Ведь она догадалась, в чью жизнь он вмешивался. И не то, что она злилась на Ди из-за того, что тот крутил роман с Розой. Нет, она была отходчива и за это быстро его простила. Ей был неприятен тот факт, что даже здесь в таком далеком мире, ее мать была незаслуженно находилась в центре внимания.

— Ладно, — наконец согласилась дама и нажала на кнопку у себя на столе.

Тут же в одной из стен показалась дверь, из которой вышел лысый мужчина в белом балахоне с весьма прискорбным выражением лица.

— Следуйте за мной, — сказал он гнусавым голосом.

«А если ничего не выйдет?» — мелькнуло в голове у Ди.

Но он твердо зашагал следом, стараясь отделаться от мыслей, подрывающих его естественный оптимизм и веру в себя.

Они зашли в ту же дверь и оказались в большом круглом мраморном зале с колоннами исполинских размеров в виде лихо закрученных морских раковин, а в центре красовалась статуя фемиды с крыльями.

Вероника на секунду замерла перед статуей, но почувствовав легкий толчок со стороны Ди, продолжила движение. При этом он неодобрительно на нее покосился, как старший брат, взглядом требующий прекратить его позорить, будто она прилюдно пыталась взять его за руку.

Из этого зала был проход в зал поменьше с множеством дверей с торжественными серебристыми табличками. Он быстрым движением открыл одну дверь, и так же быстро закрыл ее. Потом тоже проделал еще с двумя кабинетами, и только на четвертый раз, видимо получив согласие, пригласил вовнутрь Ди и Веронику.

Судейский кабинет произвел на Веронику еще большее впечатление. Здесь весь пол был усыпан камнями: большими и маленькими, яркими полупрозрачными и грубыми темными, острыми, как вершины скалы и гладкими как стекло. Три стены белые с тонкими горизонтальными полосками, имитирующими волны, а одна стена перед которой стоял стол судьи, была отведена под водопад. Вода Серебряного моря сочилась с потолка большим потоком, и мягким приливом подкатывала к ногам вошедших.

Сам судья грузный, бородатый, в белой рубашке с жабо, нервно постукивал по столу пальцем, косясь на Ди и Веронику.

Провожатый указал на два камня перед столом, на которые надлежало сесть, и сам удалился. Ангел и его подопечная покорно сели, и затаив дыхание, стали ждать, что будет.

— У меня нет на вас времени, — объявил судья, и его передернуло словно в нервной судороге, — еще надо попасть на одно заседание и написать приговор. Откуда вы вообще взялись? Хотя нет, не отвечайте, сейчас у меня будет вся информация на вас.

Тут в кабинет вбежал худой подросток и сказал:

— Скоро соберется заседание в пятом зале, а вы еще не подписали несколько документов.

— Да, помню я, помню, — раздражено ответил судья, — иди, и передай, что я буду вовремя.

Почти сразу за подростком зашла женщина и принесла бумаги на подпись. Судья почти, что вырвал у нее их из рук, гаркнув, чтобы она оставила его в покое. Потом один за другим заходили еще два мужчины со своими просьбами. С ними он старался вести себя в рамках приличия, но все нутро его кипело, накаляя обстановку.

И снова заявился подросток:

— Заседание уже давно не могут начать без вас!

Судья вскочил с места и запустил в мальчишку чернильницей. Подросток успел увернуться, чернильница зависла в воздухе в метре от женщины только, что появившейся. Она спокойно взяла склянку и направилась к столу. Пылающее гневом лицо судьи смягчилось, он даже попытался устало улыбнуться:

— Мелания, душенька моя, проходи, проходи. Ты же займешься этими двоими, пока я отлучусь?

— Хорошо, — сказала женщина, подходя к столу.

Ди не верил своим глазам, да, это была его мать. Она совершенно не изменилась, все те же длинные, немного вьющиеся светлые волосы, все тот же безмятежный взгляд. Все тот же наряд, немного похожий на цыганский: блузка с рукавами, начинающимися на предплечьях, темная кружевная жилетка и широкая юбка в пол, расписанная цветами.

Судья ушел. Мелания заняла его место, в следующий момент перед ней возник лист бумаги. Она быстро пробежала по нему взглядом, затем посмотрела на Ди и Веронику, а затем внимательнее изучила их досье.

Нет, она его не узнала. Конечно, ведь она прошла процедуру очищения памяти. Внутри у Ди все оборвалось. Его надежда не оправдалась. Сейчас его собственная мать его осудит, и он уже не сможет ничем помочь Веронике. Он поник. Он опустил руки. Он приготовился к самому худшему.

— Можете ли вы назвать причину, по которой вы вмешались в судьбу не подотчетной вам души? — спокойно спросила Мелания.

— Я не знаю, — промямлил Ди, — то есть, знаю… она… мы…

— Короче, — не выдержала Вероника, — в прошлой жизни она крутила с ним шашни.

— То есть вы помните, что любили ее в прошлой жизни? — Мелания нахмурилась.

— Да. Вдруг вспомнил.

— Странно. Все проходят процедуру очищения памяти. Для того она и нужна, чтобы предотвратить такие случаи. К сожалению, вы все равно понесете наказание. А сначала вновь пройдете процедуру.

— Накажите меня, но я больше не хочу ничего забывать! — Ди вскочил с места.

— Боюсь, это невозможно.

— Что будет с Вероникой?

— Она получит статус умершей души и возможность переродиться.

Вероника всхлипнула. Черт! Ну, почему у всех ангелы как ангелы, а ей попался такой непутевый, одержимый своей прошлой жизнью товарищ?!

Лицо Мелании стало жестче:

— Пожалуйста, подойдите к столу. Я заберу ваши воспоминания, для того чтобы в дальнейшем перенести их в хранилище.

— Хорошо, — Ди твердым шагом направился к столу.

«Неужели он так просто сдался?» — подумала Вероника, закусив губу.

— Дайте вашу руку, — снова приказала Мелания.

Ди дал ей руку. В тот момент он сконцентрировался на ярком моменте. Летний день. Солнечные лучи отражались в лужах, таких огромных, что в них можно было запустить целую флотилию бумажных корабликов. Ди в старом костюмчике, доставшемся ему от соседского парнишки, беззаботно катался на карусели. Белогривые лошадки, крутились под музыку, уносящую в страну фантазий. Повсюду доносился детский смех, пахло жареной кукурузой и сладкой ватой.

Когда карусель остановилась к Ди подошла мать. Она осторожно сняла его и спросила:

— Ну, что накатался?

— Можно мне еще разок? — Ди посмотрел на нее своими большими детскими глазками полными надежд.

— Ладно, — улыбнулась она, — прокатись последний раз, а потом мамочке надо бежать на работу.

Мелания отдернула руку. Ди не сводил с нее глаз. Он все продолжал прокручивать это воспоминание. Но матери хватило и одного раза. Она испуганно прижала ладони к лицу, не зная, что сказать.

Вероника наблюдала за этой картиной, пытаясь сообразить, что же произошло. Пока она об этом могла только гадать.

Ди ждал. Мелания собралась с мыслями и с большим волнением в голосе сказала:

— Вам надо скорее идти отсюда.

— Но нас ищут, — напомнила Вероника.

— Я решу этот вопрос.

— А что насчет Вероники? — Ди сложил руки на груди.

— Приходите ровно через сутки, и я отправлю ее обратно.

— Спасибо, — Ди стал двигаться по направлению к выходу.

— Только… вот это может вам пригодиться.

Мелания достала из-под стола с темную коробку. Она поспешила открыть ее.

На дне коробки блестел обычный спартанский меч. На его рукоятке была высечена латинская буква «S» с крючкообразными ответвлениями.

Ди дотронулся до сверкающего лезвия.

— Пока все не будет улажено, он вам пригодиться, — сказала Мелания.

— А что дает кнопка на рукоятке? — Ди только сейчас заметил ее.

— Попробуй.

Ди аккуратно достал меч и, взяв его в правую руку, рассек воздух. И отступив назад, чтобы никого не задеть, нажал на кнопку. И мгновенно с обеих сторон лезвия вылезло еще по клинку. Теперь это оружие напоминало трезубец.

— У меча еще есть одна очень важная функция, — Мелания стала удерживать указательный палец на браслете, который красовался на запястье ее левой руки. И меч, превратившись в серебристые капли, словно засосало в браслете. Тогда Мелания сняла его с руки и протянула сыну.

— С ним ты сможешь вернуться сюда. Но у вас есть только сутки.

— А как мы будем определять, сколько времени осталось? — осмелилась спросить Вероника.

— На это случай у меня есть парамуль. Полосы на хвосте Мелкого исчезают через каждые три часа.

— Идите же, — поторопила их Мелания, опасаясь, что кто-нибудь может войти.

Ди кивнул ей с благодарностью, и они с Вероникой исчезли.


Глава одиннадцатая. День парамуля


Ди решил оставаться пока в замковой комнате, быть наготове с мечом, чтобы в случае чего отразить атаку паукообразных. Он нажимал на кнопку на браслете, проверяя, как работает система. Меч исправно появлялся в его руке.

Вероника присела на софу и к ней тут же «по доброй памяти» запрыгнул Мелкий. Ей ужасно хотелось спросить его о Мелании, но она боялась вызвать в Ди гнев. Быть может вскоре, он сам ей обо всем расскажет.

Тем временем парамуль, который до этого терся об нее и урчал, вдруг замер.

— Посмотри, что это с Муликом? — озабоченно спросила Вероника.

Она бережно взяла его на руки. Теперь зверек тяжело вздыхал, и забавно то втягивал, то надувал щеки. Хотя на это было довольно смешно смотреть, но Ди понимал, что парамулю должно быть не очень хорошо сейчас.

— Он проголодался, — ответил Ди.

— Так уже бывало?

— Примерно так. Нам нужно в магазин, купить ему фишки.

— Что?

— Сейчас узнаешь.

Они перенеслись в магазин.

— Что это значит?

— Судя по вывеске, магазин закрыт.

— И что мы будем теперь делать?

Ди и Вероника повернулись спиной к двери магазина «Все для парамулей». Раньше Ди сразу попадал вовнутрь, а то, что происходит снаружи, его никогда не волновало. Он вспомнил, что это место типа чистилища, где застревали души. Сюда захаживали и некоторые кандидаты. Это место напоминало современный мегаполис с тучей народа и кучей мерцающих огоньков. Ди и Веронику окружали небоскребы. Только магазин, в которых они хотели попасть, был высотой в два этажа, что выделяло его на фоне остальных зданий. На одном из небоскребов был прикреплен экран. На нем была изображена молодая японка, которая что-то очень быстро говорила. Рядом с ней мелькали иероглифы, и все это было похоже на рекламу. Но вот ожили и другие здания, и к японке побежало изображение парамуля. Попав на экран, он прыгнул на руки довольной женщине, после чего появилась надпись, призывающая беречь парамулей.

На первом этаже здания, которое находилось справа от Ди и Вероники, был магазин «Парамуль Стайл», в витрине которого стоял манекен зверька в костюме супергероя.

Далее виднелась вывеска о проведении конкурса «Парамуль года», и афиша театра. В ней значилось такие постановки как: «Парамульные явления», «Дневники Парамуля», «Воскрешение принца Парамуля».

— Да, — протянула Вероника, — похоже, тут настоящая парамульная паранойя.

Мелкий радостно присвистнул.

Вдруг к Веронике подошел непонятно откуда взявшийся мужчина. У него была весьма непримечательная внешность. Черная куртка и тонкие усы. Он наклонился к девушке и спросил шепотом:

— Чем кормишь своего парамуля?

— А что такое? — вмешался Ди.

— У него такой болезненный вид. Хотя можете не отвечать. И так понятно, что вы даете ему фишку.

— Это плохо?

— Вы даже себе не представляете насколько она вредная. Раньше она была натуральной, а теперь сплошная химия. От такой рыбы теряются все полезные свойства парамулей. У него притупляется нюх. А через некоторое время у него бледнеет хвост.

— И? Есть ли альтернативный вариант? — Вероника озабочено погладила Мелкого.

— Да! Новый корм «Дерв-1». Он содержит много полезных веществ. От этого корма шерсть парамулей начинает блестеть и животное прекрасно себя чувствует. Если вас это заинтересует, то могу проводить в магазин.

— Думаю, мы согласны, — сказала Вероника, — нам очень нужно накормить Мелкого. А мы тут вообще не ориентируемся.

Незнакомец доброжелательно улыбнулся и предложил следовать за ним. Они прошли через магазин одежды, затем стали спускаться вниз на нижние уровни здания.

— Так как говоришь, тебя зовут? — спросил Ди. В его душе закралось сомнение относительно происходящего.

— О, я не представился, — ударил себя по лбу мужчина, — Дэвилон.

— Я — Вероника. А это — Ди и Мелкий.

— Очень милая у вас пара. И, похоже, парамуль внес разнообразия в ваши отношения.

— Думаю, вы все не так поняли, — сказал Ди, сморщившись.

— Ну, тогда извините. Просто у нас тут все стараются жить парами. Так проще выживать.

— И зачем, позвольте узнать, выживать тем, кто давно мертв? — язвительно спросил Ди.

Дэвилон кивнул, показывая, что оценил шутку.

— Вот и пришли, — Дэвилон толкнул дверь, пропуская вперед своих покупателей.

Это была просторная комната, заваленная разными вещами, начиная от спичек и заканчивая телевизорами. Одни из углов был забит книгами и журналами. В другом углу стояло чучело медведя с шапкой-ушанкой на голове. Посреди на столах лежала одежда, обувь и разные женские штучки. Одна из стен была забита бытовой техникой, а другая завешана картинами. А весь потолок был завещан люстрами, прямо как в специализированном магазине.

Дэвилон подошел к микроволновой печи и вытащил оттуда миску с сухим кормом.

Он протянул ее Ди, сказав:

— Здесь витаминов дня на три минимум.

— И сколько стоит такое удовольствие? — уточнил Ди, прежде чем принять из рук Дэвилона корм.

— Всего лишь одно воспоминание.

— И что, все здесь продается за воспоминания? — спросила Вероника, осматривая ассортимент товара.

— Да.

— О-о, смотри, Ди! — воскликнула она.

— Что?

В руках Вероники была с виду обычная белая сумка. Ди ничего не понимал в сумках, поэтому она не вызвала у него большого интереса. Но Вероника продолжала:

— Ты представляешь, что это за сумка? Это же Биркин Бэг!

Ди с сомнение переводил взгляд с Вероники на сумки и обратно. Он не хотел оскорблять девушку, но и делать комплименты куску кожи был не намерен.

— Однажды английская актриса Джейн Биркин зашла на борт самолета, следовавшего в Лондон. Пытаясь положить свою сумку на полку, она ненароком выронила ее, и все содержимое разлетелось по полу. Тогда ее сосед сделал замечание Джейн. На что она ответила, что будь сумки более удобными, этого бы не случилось. И самое интересное, что ее сосед оказался президент Hermes. Он учел все пожелания актрисы, и через некоторое время прислал специально разработанную сумку, которая и получила имя Биркин. В честь Джейн.

— Возможно, это лишь легенда, — заметил Ди, — так сумочки будут лучше продаваться.

— Эй, это же Биркин Бэг. За ними очередь по два года! Я ее хочу! И если можно заберите то воспоминание, когда в детском саду меня избила лопаткой девочка из старшей группы.

Дэвилон усмехнулся:

— Так не пойдет. Мы сами выбираем, какое воспоминание забрать.

— Я согласна! Ради этой сумки, согласна.

Ди отвел Веронику в сторону и шепнул ей на ухо:

— Это ловушка. Надо отсюда выбираться.

— Но…, — Вероника посмотрела на Ди жалобным взглядом.

— Зачем тебе эта сумка? И вообще как ты собралась ее забирать в тот мир?

Веронике пришлось согласиться с доводами Ди, как бы печально это не звучало. Она вспомнила о своей семье и ей стало грустно. А вдруг Мелания им не поможет?

— А ваш парамуль прожорливый, — сказал Дэвилон, — вторую тарелку доедает.

Ди обернулся и увидел, что пока он отвлекся на Веронику, изголодавший Мелкий, добрался до еды. Так. Это усложняет дело.

— Но мы не договорились, — возмутился Ди.

— Вообще-то я сразу сказал о цене. Так что время платить. По воспоминанию из двух головок.

Дэвилон достал из кармана темно-синий перстень и, покрутив его, направил на Ди.


— Ты помнишь, как мы тут оказались? — спросила Вероника, озираясь по сторонам.

— Конечно, помню, — ответил Ди, — мы пришли купить корм для Мелкого.

— И этот Дэвилон пообещал, что заберет по одному из наших воспоминаний.

— Интересно, что он забрал? Я не чувствую себя опустошенным.

— Странно. Мне кажется, что я ничего и не забывала.

На всякий случай Ди проверил свой браслет. Он, к счастью, оказался на месте. Но меч больше не выскакивал, как бы упорно Ди не давил браслет.

— Он забрал меч, — констатировал Ди.

— Что будем делать?

— Давай проясним ситуацию Вероника. Ты, конечно, может и не заметила, но твое присутствие только осложняет поиски.

— Но я думала, что смогу помочь тебе.

— Чем? Ну, чем ты сможешь помочь? Таскать нас по магазинам, выдавая бесполезную информацию о сумках.

Веронику очень оскорбили его слова. Она старалась быть ближе к Ди, а он только отталкивал ее, не давая шансов. И в эту секунду ей не хотелось больше говорить ничего, что толку оправдываться?

В дело вмешался Мелкий. Он перепрыгнул с плеча Вероники на плечо Ди и посмотрел на хозяина решительно и серьезно. Затем, спрыгнув на землю, пошел вперед. Но, сделав несколько шагов, остановился, повернув свою головку к Ди. Мелкий ждал, что они последуют за ним.

«У!» — издал парамуль, словно предлагал довериться ему.

Ди вздохнул, и за неимением лучшего варианта, решил отправиться за своим четвероногим другом.

Они шли по оживленной улице между двумя небоскребами. Вокруг кипела жизнь, и люди куда-то спешили, словно боялись пропустить важное событие в своей жизни. Хотя не все прохожие подходили под определение «люди». Некоторые из них больше напоминали тени, направляющие свои прозрачные тельца на встречу приключениям. Светящиеся вывески и вся эта уличная суета напомнили Ди Токио. А Вероника хоть никогда и не была в Японии, тем не менее, ее ассоциации были аналогичными.

Парамуль Мелкий, показывал дорогу. Он шел с высоко поднятой головой, ощущая себя хозяином этих улиц. Вероника же с любопытством наблюдала за прохожими. Она энергично крутила головой в разные стороны, желая запомнить каждую мелочь, напоминая при этом туристку, впервые выбравшуюся за пределы Родины. Пожалуй, ей не хватало фотоаппарата и смешной шапочки. Она старалась делать вид, что не замечает Ди.

Самого Ди мало интересовало происходящее. Он был погружен в свои мысли, его брови были нахмурены, и он безуспешно старался понять, отобрал ли Дэвилон, помимо меча, какое-нибудь воспоминание. А может это не так уж важно? В конце концов, еще не так давно Ди сам мечтал избавиться от всех этих гнетущих воспоминаний, которые заставляли его снова и снова возвращаться на землю. Но… Но быть существом без прошлого ему тоже не хотелось. Ведь уроки, которые преподносила ему жизнь, были очень ценными.

С мысли Ди сбила летучая мышь, врезавшаяся ему в ногу. Похоже, ни один Ди о чем-то задумался. Но мышь быстро сообразила, что к чему и упорхнула, оставив на прощание рекламную листовку красного цвета. Она так и просилась, чтобы ее прочитали.

— Ух, ты! — воскликнула Вероника, — тут мыши распространяют рекламу!

Она запрокинула голову и увидела еще, как минимум пять летучих мышей, занятых делом. Прохожие совсем не реагировали на них, и листовки постепенно заполняли все пространство, находящееся под ногами.

— «Парамульи бега», — прочитала надпись на листовке Вероника, — «спешите на большой стадион в Парамуль-сити. Начинаем уже через пять минут».

Услышав сию информацию, Мелкий резко остановился. Его словно осенило. В его глазах разгорелся огонек азарта. Он приподнялся на задние лапки и, переполненный отвагой, уставился на Ди.

— Решил пойти туда? — вдохнув, спросил Ди, — не знаю, не знаю. Где вообще этот Парамуль-Сити?

— Да вы уже в Парамуль-сити, — донесся неизвестный голос.

Ди и Вероника обернулись и увидели, кто с ними разговаривал. Это был старик с длинной седой бородой, в самодельной шляпе из куска газеты, но самое примечательное было то, что старик этот сидел на синем шаре. И, по всей видимости, этот шар предназначался для того, чтобы на нем прыгали.

— А где находится большой стадион? — спросила Вероника.

— Я как раз туда, — сказал старик, — идите за мной.

И он поскакал на своем шаре, радостно отталкиваясь от земли своими сухими ножками.

Это было до того забавное зрелище, что Вероника стала тихонько хихикать. Но вскоре она поняла, что старик движется достаточно быстро, и если она не поторопится, то упустит его и Ди из виду.

Стадион напоминал большой муравейник с сотнями входов и выходов, которые располагались в пять этажей. Так что народ не скапливался на улице. Тот, кто мог оторваться от земли, пользовался верхними входами. К слову сказать, основные двери на первом этаже оставались неиспользованными.

Мелкий как-то очень быстро скрылся в здании стадиона. Старик на шаре приостановился и хмыкнул:

— Шустрый у вас парамуль! Но у него нет шанса победить сегодня на бегах. Мой мальчик настоящий чемпион.

— Мы не участвуем, — сказал Ди.

— Конечно, вы не участвуете, это же парамульи бега!

— Я имел в виду, что и Мелкий тоже не участвует, — пояснил кандидат в ангелы.

— Но вам все равно придется делать ставки. А у нас принято ставить самое ценное.

Старик ухмыльнулся, наблюдая, как лицо Ди вытягивается.

— Но что я могу поставить?

— Я же сказал, самое ценное, — повторил старик, — например, ты мог бы поставить свой браслет.

Ди прикоснулся к браслету на своей руке. Нет, это он поставить никак не мог. Ведь это «ниточка», связывающая его с матерью. Это безумие! Надо срочно хватать Мелкого и убираться подальше отсюда. Ну, Мелкий! Завел, называется. Плохой парамуль, плохой! Ведь он просто маленький пушистый зверек, он вообще, похоже, не понимает, что происходит.

Тем не менее, Ди вошел в здание стадиона, с целью разыскать четвероногого беглеца, и в надежде, что ставки все же не придется ставить. Но к ним сразу же подбежал юноша в красной кепке и с корзинкой в руке. Он был похож на грибника, которого заботили только грузди.

— Поскорее, забег скоро начнется! — поторопил юноша, и, протянув свою корзинку вперед, добавил, — на кого будете ставить?

— Мы только пришли забрать своего парамуля. Он только что пробежал, не видели его?

— А-а, вы с Мелким. Ну, тогда проходите так.

Ди и Вероника прошли через холл, и вышли к трибуне. Это был настоящий огромный стадион, с ареной, секторами, но с весьма странными болельщиками. В небе над ареной порхали два здоровенных экрана. Один, из которых показывал то, что происходит на арене, а другой имена участников и их номера.

— Ты видишь Мелкого? — спросил Ди.

Но Вероника не хотела говорить с Ди. Вокруг происходило столько всего интересного, что она была занята, наблюдая за происходящим. А Ди стоял как грозовая туча и портил настроение. Да, все очевидно складывается не лучшим образом, но Вероника могла отключиться от проблем. Она, конечно, поискала парамуля, но это оказалось не так просто. Дело в том, что здесь было полно парамулей. Они были одни или с хозяевами. Некоторые зверьки были по-модному одетые, другие вообще без одежды.

Ди решил, что бесполезно искать сейчас Мелкого. Он непременно должен вернуться. Ди перевел взгляд на Веронику, и подумал, что лучше бы Мелкий вернулся поскорее. Она как маленькая девочка подпрыгивала от восторга, будто впервые попала в зоопарк. Это очень раздражало кандидата в ангелы. Он опустился на скамью, дожидаясь начала забега. Вероника последовала его примеру, и присела на приличном расстоянии от Ди.

Только сейчас Ди обратил внимание на то, что над беговой дорожкой находилось увеличительное стекло. Все это было сделано из-за весьма скромного роста животных.

— Итак, — было объявлено через громкоговоритель, — представляем вам участников сегодняшнего забега: номер одни — Разноцветный; номер два — Лун; номер три — Барон фон Ляля; номер четыре — Быстрый. К сожалению, номер пять попался на допинге, в его крови был обнаружен препарат «Турбо Лапы»!

Весь стадион разом охнул.

— А что такого страшного в этих «Турбо Лапах»? — не поняла Вероника.

— Номер шестой добровольно выбыл из забега. И, наконец, номер седьмой. Под этим номером, как всегда, выступаю чемпионы прошлых забегов, братья-парамули — Стефик и Демик.

Стадион встал, приветствуя чемпионов. Все участники уже подошли к стартовой линии, готовые к забегу. Над спинками всех парамулей, в воздухе плавали зеленоватые цифры с их номерами. И вместо стандартных «На старт. Внимание. Марш», над стадионом раздалось:

— Вперед. В бой. К финишу!

И забег начался. На начальных этапах вперед вырвались Быстрый и Разноцветный. Далее лапа в лапу бежали Стефик и Демик, и уже за ними плелись Лун и Барон.

— Вы за кого болеете? — спросила Вероника, сидящую рядом старушку.

— За Быстрого, — ответила женщина, не глядя в сторону Вероники.

— А я думаю, что победят братья.

Пошел второй круг забега. Лун и Барон окончательно сдали свои позиции. Теперь первым номером бежал Разноцветный, затем Быстрый и, наконец, братья-парамули. Но в очередной поворот не вписался Быстрый. Он пробуксовал на задних лапах, и дал себя обогнать Стефику и Демику. Теперь в лидеры выбивались трое парамулей.

Вероника, подогреваемая неподдельным интересом, немного привстала со своего места. И Ди искоса посмотрел на нее, так чтобы она не заметила. Все же она Вероника была очень естественной. Можно даже сказать слишком естественной и простодушной. Она так легко относилась ко всему происходящему. Ди не мог понять, откуда взялась неприязнь к этой девушке. Дело ли это в ее матери, или в том, что она так к нему привязалась. Вероника верит, что он единственный, кто сможет ее спасти, вернуть ее жизнь. И он горько осознал, что его жизнь уже не вернуть. Уж лучше пусть она его ненавидит, чем питает положительные чувства. Ведь расставание неизбежно.

Ди смотрел не отрывая взгляда, до тех пор, пока она внезапно не подпрыгнула, и поворачивая свою радостное лицо к Ди не объявила:

— Ура! Стефик и Демик победили!

И Вероника кинулась Ди на шею. И казалось на секунду, ему передалась ее радость, но потом он отогнал от себя навязчивые мысли, сознавая всю нелепость положения. Ди отстранился, но Вероника все еще продолжала светиться от счастья.

И очень кстати перед ними возник неизвестный мужчина, пока Вероника не успела осмыслить того, что произошло. А мужчина имел явное намерение вступить в разговор с Ди. Ему было на вид под пятьдесят лет, крепкого телосложения. А его лицо было уставшим, и проникнутым неведомой печали. Одет он был как средневековый бродячий музыкант.

Вдруг на плече мужчины показались два парамуля. В одном из которых, Ди узнал своего питомца.

— Вы хозяин Мелкого? — осведомился мужчина.

— Да.

— Меня зовут Бернард. И мы очень многим обязаны Мелкому. Когда он пришел ко мне я понял, что ему требуется помощь. Я вижу, вам предстоит трудное испытание, и я готов отправить с вами своих парамулей.

Ди стал разглядывать парамуля, ехавшего на плече, рядом с Мелким. И приглядевшись повнимательнее, Ди заметил на зверьке маленькую розовую шляпку и бантик на шее. Проследив за взглядом Ди, Бернард пояснил:

— Это Люлюндра. Она давно уже является невестой Мелкого. Но я не имел в виду ее. У меня еще есть парамули.

И словно по команде к Бернарду подбежали еще два парамуля. Их маленькие тельца были украшены миниатюрными медалями, а на их шеях были по-модному завязаны шарфы.

— Это же Стефик и Демик! — догадалась Вероника.

— Да, — ответил Бернард, — они старшие братья Люлюндры. И теперь они в вашем распоряжении.

— Вы сказали, что видите, какое-то испытание, предстоящее нам? — спросил Ди, в это момент лицо его имело очень задумчивый вид.

— Я уточню, вообще-то это Люлюндра видит будущее, а мне только передает некоторые картинки.

— И что же она видит?

— Поле из красных тюльпанов. Дом. И отряд паукообразных. Вы найдете там то, что ищете.

— Мы найдем меч? — спросил Ди.

— Возможно. Возьмите Стефика и Дэмика и поспешите. Они помогут отбиться от паукообразных. Не теряйте времени, идите.

— Черт, я же совсем забыл про время! Мелкий, покажи, сколько еще осталось.

На хвосте у Мелкого осталась всего одна полоска. День подходил к концу.

Глава двенадцатая. Дом среди тюльпанов


Все было окутано в красный цвет. Повсюду тюльпаны качали своими изящными головками. И не было конца этому цветущему безумию, оно уходило далеко за горизонт.

Ди и Вероника пробирались сквозь тюльпановые заросли. Вероника старалась ступать как можно аккуратнее, не повредив растений, но это не всегда ей удавалось. И каждый раз, когда она давила цветок, мысленно просила у него прощение. Ди же двигался быстро. Он боялся опоздать. Но вдруг он осознал, что чем скорее доберется до нужного места, тем быстрее он распрощается с Вероникой. Они найдут меч, вернуться к Мелании и все будет кончено. Он оглянулся, убедившись, что она все еще идет за ним, а затем продолжил всей путь.

Потом они увидели холм, весь заросший тюльпанами. Даже странно, что здесь тюльпаны росли как вертикально, так и горизонтально. В самом холме располагалась грубо сколоченная деревянная дверь. Ди решительно подошел и толкнул ее. И дверь отворилась, открывая проход в темное пространство.

Ди уже было хотел ступить туда, но внезапно Вероника остановила его, схватив за руку.

—Ди, — сказала она, — возможно, тут все и закончится. И мы больше не сможем поговорить.

Она опустила взгляд. Стоило ли вообще начинать этот разговор? И если она этого не скажет, то будет жалеть всю жизнь. Но к чему сейчас длинные разговоры? Лучше оставить все как есть. Тут двойственность, свойственная девушке проявилась в полной мере. И вместо длинной, заранее подготовленной речи, Вероника выдала:

— Я просто хотела сказать спасибо.

Ди растерялся, услышав это «спасибо». Со своей стороны он тоже ожидал услышать длиннющую речь, наполненную признаниями, и может даже слезами. Наверное, он в чем-то ошибся по отношению к Веронике. Хотя думал, что изучил ее досконально.

— Пойдем, времени совсем мало, — твердо сказала девушка.

И Ди ступил в темноту, а когда скрылся, Вероника последовала его примеру. Первые несколько секунд Вероника не могла понять, что происходит. Но потом сообразила, что летит по какой-то горке в кромешной тьме. И казалось, этой горке не будет конца. Она не испытывала страха, зная, что Ди там, впереди, и он не даст ее в обиду.

Наконец, ноги Вероники почувствовали твердую поверхность под собой. А ее глаза, снова обрели возможность видеть. И сначала видели они только силуэт Ди перед собой, но потом, словно очнувшись, они исправились и принялись изучать окружающую обстановку.

Темное, заросшее паутиной помещение, некогда служило столовой. Здесь были резные шкафчики под посуду, створки которых были отворены, и можно было разглядеть старую утварь. Так же здесь находился стол, на котором оставалась пожелтевшая со временем скатерть. Стул, отодвинутый от стола так, будто кто-то в гневе покинул место трапезы. У стены расположилось фортепиано с отсутствующей крышкой. И рядом с ним стояло такой же инструмент, но в одну октаву. В столовой еще имелась дверь, к которой молча направился Ди.

Судя по тому, что сохранилось от следующей комнаты, можно было сделать вывод, что когда-то это была библиотека. Маленькое окошко под потолком служило единственным источником света. Но этого света было достаточно, чтобы разглядеть стеллажи с книгами вдоль стен, и винтовая лестница, которая чуть-чуть не доходила до потолка, и похоже была установлена для красоты. Просто большая скульптура в интерьере.

В библиотеке обнаружился проход в галерею. Там тоже были стеллажи с книгами, но между ними висели огромные старинные карты в позолоченных рамах. Гостем в этом интерьере был стол, стоящий справа. Он выглядел новым, относительно всех остальных вещей. На нем в беспорядке лежали листы бумаги, письменные принадлежности, и еще какие-то предметы, которые Ди не мог разглядеть из-за плохой освещенности.

«Где-то здесь должен быть меч, я чувствую», — подумал ангел, — «должно быть это логово Дэвилона».

Ди подошел к одной из карт, стараясь отгадать, что за местность на ней изображена. Но названия были подписаны очень неразборчиво, и, по всей видимости, от руки. Вероника тоже подошла, но смотрела она отнюдь не на карту. Она знала, что это последние минуты рядом с Ди, и пыталась сохранить его образ в своей памяти.

— Тик-так, — раздалось за их спинами.

Ди и Вероника резко обернулись и увидели Сонери, сидящую на столе. Она закинула одну ногу на другую, и покачивала ими, показывая, что все происходящее забавляет ее. На сей раз, одета она была в короткое черное платье, а ее руки и ноги украшали полосатые гетры. Черная полоса. Белая полоса.

— Вы очевидно, уже не знаете, куда податься, — усмехнулась Сонери, — вы делаете жалкие попытки, чтобы спасти свои шкурки.

— Почему ты в этом так уверена? — высокомерно спросил Ди.

— На вас все еще идет охота. О! А вот и мальчики подоспели.

В это мгновение пространство вокруг Ди и Вероники начало заполняться паукообразными.

«Меч, меч! Надо найти меч!» — промелькнуло в голове у Вероники.

Ди замер в ожидании чуда. Он знал, что его план должен сработать.

И внезапно один из членистоногих, стоящих в последнем ряду, упал. И не успели остальные опомниться, как рядом с Ди оказались братья-парамули Стефик и Дэмик.

И паукообразные кинулись на Ди. Он принял бой.

Он принялся наносить удары кулаками, ногами, локтями. И хотя, в обычное время он мог сказать, что не был силен в боевых искусствах, сейчас он чувствовал себя мастером.

Дэмик и Стефик тоже участвовали в схватке. Кто-то из них запрыгнул на своего противника, вцепившись в шею. Кто-то действовал, как Мелкий, кусая за ноги. Да, именно Мелкий «обрабатывал» задние ряды.

Ди нанес удар в челюсть, затем сбил с ног, несущегося со злобно перекошенным лицом, противника. И Ди уже не сомневался, в том, что победа уже близко. Как вдруг увидел, что один из парамулей отброшен к стене, а остальные пропали из вида. Как не странно Вероника тоже исчезла. Ди стал искать ее в толпе, но не мог найти. Тогда воспользовавшись тем, что он замешкался, один из неприятелей нанес ему удар в спину. Ди упал на пол. Он уже было хотел подняться, как внезапно над ним заблестела сталь меча. Сначала Ди подумал, что это тот самый меч, который ему дала Мелания. Но этот образец холодного оружия был примитивнее, чем тот, что был доверен Ди.

— Какой милый у вас ножичек, — усмехнулся Ди, — не дадите лук порезать?

Пока паукообразный соображал над ответом, Ди приподнялся на локтях, резко толкнул нападавшего ногой в колено. Паукообразный упал на спину, а Ди ловко вскочил, и выхватил меч, пока его соперник не успел опомниться.

С мечом бой продолжился куда успешнее. Конечности летели в разные стороны.

— Ди, я нашла! — раздался радостный голос Вероники, справа от Ди.

Он поспешил к ней, отмахиваясь от налетающих паукообразных. Вероника показывала на выход. И в правду, меч висел на стене над самым проходом в другое помещение.

Когда до Вероники оставалось метров пять, внезапно рядом с ней выросла фигура в черном. Все что успел разглядеть Ди — это наполненные злобой глаза, и тонкий белый шарф на шее. А потом он исчез вместе с Вероникой.

Напуганные паукообразные, стали исчезать. И вскоре остались только Ди и Сонери.

— Что это было? — спросил Ди.

— Это была ловушка, — сказала Сонери.

Она старалась дышать ровно, чтобы скрыть свое волнение. Затем она продолжила:

— Он заманил нас всех этим мечом.

— Кто «он»?

— Натаниэль, — медленно произнесла Сонери.

— Кто это? И куда он дел Веронику?

У Ди было еще куча вопросов, но он почувствовал, что его дергают за гачу брюк. Он наклонил голову и увидел одного из братьев парамулей. Он тянул Ди к столу. Ди последовал в указанном направлением, и обнаружил Мелкого, лежащего без сознания.

— Мелкий, ну как же ты так, дружище, — Ди взял парамуля на руки.

— Отнеси свое зверье в замок, и жди меня, — сказала, подошедшая, Сонери, — я скоро буду.


Глава тринадцатая. Атлантика


Ди ходил из стороны в сторону по комнате замка. На софе лежал Мелкий и тяжело вздыхал, на его брюшке зияла большая рана. И Ди становилось невыносимо от мысли, что он не в состоянии помочь зверьку. За то недолгое время он прикипел к этому комочку шерсти, и чувствовал в нем родную душу.

Сонери же не заставила себя долго ждать. Она появилась посреди комнаты с пузырьком алого цвета, и решительно направилась к Мелкому. Ее волосы были несколько растрепаны, и от этого Сонери выглядела как самая обыкновенная девушка. Она аккуратно влила содержимое пузырька зверьку на рану. Парамуль завизжал. И Ди бессознательно бросился на помощь. Но когда он подошел поближе, Мелкий уже замолчал. От крови не осталось и следа.

— Ему надо отдохнуть, — сказала Сонери, — но в целом, он поправится.

Потом она развернулась, намереваясь уйти. Но остановилась и жестко сказала:

— А за объяснениями лучше обратись к своей матери.

И она исчезла.

Хоть она и помогла Мелкому, Ди не понравился этот ее командирский тон. Может быть она и старше по званию, но все же демонстрировать такое явное пренебрежение совсем не по-ангельски. Он чувствовал себя униженным. Да, ведь никто так и не объяснил ему, что произошло, и где теперь Вероника.

Тогда он принял решение отправиться к матери. Тем более, что и время подошло. Но к ней было идти как-то не по себе. Ее надежд он, увы, не оправдал. Так глупо потерял меч, и так бестолково провалил свое задание.

Но Мелания и не думала его ни в чем попрекать. Когда он явился вновь, воспользовавшись браслетом (он дотронулся до него и переместился в кабинет Мелании). Мать обитала в куда более скромном помещении, чем остальные судьи. Стол с белой глянцевой поверхностью, жесткий стул, картина с бегущей лошадью светло-серой масти, и с четырьмя нежными плюшевыми диванами с изящными подлокотниками, вдоль стен. Два на одной стене и два на противоположной.

Мелания указала сыну на один из диванов и сама присела рядом. Она подготовилась к его визиту. Ей удалось под благовидным предлогом попасть в информационный отдел и добраться до своих воспоминаний. Теперь, сидящий рядом мужчина виделся ей маленьким мальчиком, которого так хотелось обнять и погладить по головке.

Какое-то время они оба молчали. Потом Ди опустил взгляд в пол и обреченно сказал:

— Я потерял меч.

— Да, я знаю. Но ничего, — постаралась приободрить его Мелания, — наступили неспокойные времена. Дело в том, что Натаниэль снова объявил о себе.

— Кто этот Натаниэль?

— Когда-то он был отличным ангелом смерти. Он выполнял приказы точно, и обладал необыкновенной силой. Он мог забрать сразу несколько душ, и поэтому был просто незаменим в периоды эпидемий и войн.

— И что же с ним произошло?

— Он подстрекал других ангелов к бунту против высших ангелов. И однажды, он напал на Верховного Жреца. Я думаю, все это произошло, потому что в любом обществе каким бы идеальным оно не было, всегда найдутся те, кого не устраивает существующая реальность.

Потом Мелания сделала паузу. Она долго смотрела на картину с лошадьми, а потом продолжила:

— Мы его судили и приговорили к заточению в лесу безумия.

— И что он выбрался оттуда?

— Видимо, смог обойти расставленные нами преграды. Теперь он на свободе, и никто не знает, что он задумал и насколько он опасен.

— У него Вероника, — выпалил Ди.

— Да, я знаю. Мы найдем Натаниэля и освободим девушку. И ты сможешь стать ангелом.


Глава четырнадцатая. Новая книга


Темнота. Жуткая, беззвучная. Темнота проникла в каждую клетку невесомого тела Вероники. Она вытянула руку вперед и не смогла разглядеть ее. Холодная дрожь пробежала по всему телу.

— Ты кто? — раздался властный голос сверху.

— Я — Вероника, — робко ответила девушка.

— Что ты здесь делаешь? — голос теперь доносился справа.

— Я не знаю. Просто попала сюда. Меня кто-то перенес.

— Черт возьми! Ты же не ангел и даже не демон.

Свет стал медленно загораться, будто в театре, являя зрителю действующих героев представления. В маленькое пространство свободное от темноты попал высокий молодой человек. Темные растрепанные волосы, глаза, как показалось Веронике, горят огнями гнева, губы презрительно сжатые, руки, стиснутые в кулаки, побелели. Незнакомец изо всех сил старался подавить в себе сильные эмоции. Он был способен разодрать девушку на куски силой собственного взгляда, но резко отвернулся от нее и стал удаляться в темноту.

Вероника стояла, не шелохнувшись, не зная, что ей делать. Но незнакомец, все решил за нее:

— Иди за мной.

Она повиновалась (идти за незнакомыми людьми теперь вошло в ее привычку), и они двинулись через лес. Сухие серые ветки царапали кожу, Вероника кое-как продиралась вперед. Хотя незнакомец легко и просто шел, и колючие растения расступались перед ним. На нем была темно-зеленая куртка с капюшоном и джинсы, но при всем при этом он шел босиком.

Вероника уже по инерции стала отодвигать ветки, как вдруг заметила, что это уже вовсе не ветки, а упругие зеленые лианы. Настоящие тропики! Вдалеке даже были слышны пения экзотических птиц.

Впереди показалась поляна, посреди которой стояла высокая стена, уходящая ввысь с множеством разноцветных дверей. Они стояли друг на друге. Некоторые призывно поскрипывали, приглашая войти.

Обитатель леса вошел в ярко бирюзовую дверь. И впечатленная этой декорацией Вероника, поспешила войти туда же.

А за дверью снова продолжался сухой, темный лес. Но незнакомца на сей раз, нигде не было.

Вероника какое-то время продолжала идти, пока не поняла, что окончательно потерялась. И неожиданно для нее самой вместо паники и отчаяния, пришла решительность. Она рьяно кинулась вперед, жестко обламывая наглые ветки. Так она боролась с лесом какое-то время, пока довела себя до полного изнеможения. Еще рывок и она упала, думая, что больше ей уже не встать. Сухие ветки победно срослись в двух сантиметрах над ее головой.

Теперь уже Веронике хотелось плакать. Она приподняла голову от земли и, о, чудо, увидела впереди домик, похожий на книгу в солидном переплете: маленькая дверь, выглядела как исписанная страница рукописи, а сверху еще книга, поставленная так, чтобы напоминать крышу.

Девушка сделала над собой усилие, чтобы доползти до дома и постучать в дверь. Сознание угасало в ней и последнее, что она увидела перед тем, как окончательно отключиться, надпись над входом: «Fortis imaginatio generat casum».

Она очнулась в маленькой по-спартански обставленной комнате. В углу на столе стояла свечка, стыдливо освещая незначительное пространство вокруг себя. Вероника лежала на кровати с грубым шерстяным одеялом, сейчас она в полной мере ощущала себя пленницей.

Девушка аккуратно села, но кровать под ней предательски скрипнула, и в следующую секунду в комнате оказался тот самый незнакомец, за которым она шла по лесу. Он стоял в белой расстегнутой рубашке и джинсах и презрительно смотрел на Веронику. Вероника вжалась в стену, как могла, и старалась даже не моргать.

Он сделал решительный шаг по направлению к девушке и жестко приказал:

— Спать!

И она под действием тяжелых чар провалилась в сон.


Еще раза три или четыре. Вероника вот так просыпалась, к ней тут же заходил этот странный обитатель леса и приказывал ей спать. Но вот однажды девушка открыла глаза и стала безропотно ждать, когда ее снова уложат. Спать, еще не так страшно. Быть может это и лучше для нее.

Прошло какое-то время. Он не появился. Вероника отвернулась к стене. Она подумала о своей семье. Отец, наверное, с ума сходит от беспокойства. Быть может он уже и не надеется еще хоть раз поговорить с ней. Она вспомнила о том лете, когда ушла ее мать. Тогда отец почти не разговаривал ни с кем. Он молча готовил поесть, молча помогал ей одеваться, молча брал за руку и вел на прогулку. Даже тогда маленькой девочкой она понимала, как ему тяжело. Его взгляд грустный и обреченный, часто устремлялся вдаль. И в одну из таких молчаливых прогулок по набережной, Вероника увидела маленькую собачку и попыталась пролезть за ней, через дырку в бетонном ограждении. И если бы ей это удалось, то она кубарем скатилась бы по скату к воде и ударилась о прибрежные камни. Но отец вовремя успел ухватить ее за куртку. Поняв, что ей ничего не угрожает, он взял ее на руки и крепко обнял.

— Ты единственное дорогое, что осталось в моей жизни, — сказал он, — я не переживу если с тобой что-то случиться.

Вероника все ждала. Здесь в помещении без окон было непонятно, сколько времени прошло, но казалось довольно много. Почему он все еще не появился? Может сам ушел? Тогда можно попробовать убежать. Но в лесу одной будет еще опаснее, чем здесь.

Вот и пришло время разведать обстановку. Вероника встала. На сей раз кровать не стала изменнический издавать протяжных звуков. Тихо подкравшись к двери, она приоткрыла ее и увидела светлую комнату с книжными шкафами вдоль стен. Также книги валялись повсюду, стопки громоздились на простом деревянном столе, под столом, по углам, из книг был сооружен табурет.

Незнакомца нигде не было видно. Тогда Вероника позволила себе маленькую дерзость и вышла из своей комнаты. Она подошла к ближайшему шкафу и провела рукой по старинным книжным переплетам.

— Я бы убил тебя, — внезапно раздался голос, — но правильная книга спасла тебя.

Вероника застыла на месте. Сначала она посмотрела на свою руку, которая держалась за переплет одного печатного издания «По ту сторону добра и зла». А потом она перевела взгляд на существо, угрожающее ей.

Он стоял и смотрел на нее, не мигая, и, казалось, время остановилось. Все стало неподвижным, пропали все причинно следственные связи, прошлое стерто, а будущее исчезло.

— Ладно, — сказал хозяин дома более-менее дружелюбно, — ты уже, наверное, поняла, кто я.

Вероника набрала в легкие воздуха, но не решилась ничего сказать. По ее испуганному взгляду он понял, что информацией она совсем не владеет.

— Не может быть, ты не знаешь коварного предателя Натаниэля? — почти с улыбкой спросил он, — и про лес безумия не слышала?

— Не слышала, — несмело ответила Вероника.

— Прекрасно, — голос Натаниэля снова стал надменным, — можешь забрать книгу и идти в свою комнату.

Вероника поддалась первому порыву и, взяв книгу с полки, сделала шаг по направлению к своей «камере», но внезапно передумала.

— Лучше снова усыпите меня, — попросила она.

— Как здорово, да? Спишь и не мучаешься. Но знаешь, что? Хватит спать. Садись, прямо там, где стоишь. Садись. И начинай читать.

И она повиновалась.

«Воля к истине, которая соблазнит нас еще не на один отважный шаг…»


Вероника читала и читала. Она уже никак не могла уловить смысл, застревала на одной фразе и думала о своем.

Натаниэль ходил по комнате с записной книжкой стального цвета и карандашом, и периодически что-то записывал. Бывало, он жестко все перечеркивал и импульсивно кидал записную книжку на пол. Ходил просто так, заламывая себе руки. А потом, немного успокоившись, снова поднимал ее и продолжал строчить.

На какой-то момент Вероника отвлеклась и стала следить за Натаниэлем. Но он быстро заметил это.

— Решила расслабиться? — фигура Натаниэля нависла над ней.

— Да, вот все думаю, — осмелилась сказать Вероника, — почему над входом в ваше жилище написано: «Сильное воображение рождает событие»?

Натаниэль хмыкнул. Он отвернулся от нее, подошел к столу и, выдержав паузу, сказал:

— Ты знаешь латынь. Как мило.

Он сразу вспомнил свою пассию, которая терпеть не могла, когда он, по ее словам, начинал умничать и переходить на язык древних римлян. Она вообще считала, что все его проблемы от ума. И он бы не гнил сейчас в лесу безумия, если бы был менее прозорливым и чуть более подходящим под общественный шаблон.

У Вероники была местами схожая проблема. В ее окружении было решительно не с кем пообщаться. Все кругом были довольно заурядными личностями, не заинтересованными в получении новых знаний. А сама девушка страдала от чрезмерного научного любопытства, что еще больше отдаляло ее от приземленного мира.

— Так и почему же? — спросила Вероника, поняв, что Натаниэль ушел в свои мысли.

— Как? Разве ты не знаешь, что Вселенная исполняет все, что ни попросишь? Но раз я здесь, то видимо не понял до конца, как распоряжаться священным знанием.

— Я думаю, что она исполнила то, что вы попросили. Своими негативными мыслями притянули это событие. Может быть, я и ошибаюсь, простите меня.

Натаниэль промолчал. В ее словах что-то было. Да, ведь он все делал с оглядкой на то, что у него ничего не выйдет. Он заставил людей поверить ему, но сам не поверил в себя до конца.

— Можешь идти в комнату, — сказал Натаниэль, — продолжишь читать, когда проснешься.

— Как долго я еще буду здесь? — безнадежно спросила пленница.

— Может на пару дней. А может навсегда.


Глава пятнадцатая. Напоминание

«Все будет хорошо», — повторял про себя Ди, успокоенный словами Мелании. Да, Натаниэль опасен, но высшие ангельские силы найдут его, вероятно, окончательно расквитаются с ним, ну, а Вероника будет на свободе. Ему оставалось лишь ждать.

И ожидание Ди решил провести с пользой. Он отправился изучать Парамуль-Сити. И снова он попал в атмосферу нескончаемого праздника. Он стоял на площади перед фонтаном в виде дерева, из листьев которого струилась зеленая вода. Вокруг этого фонтана водили хоровод несколько девушек, завернутых в простыни а-ля туники, с нарисованными на них желтыми головками парамулей. Они пели и смеялись, очевидно, изображая нимф. Площадь окружали четырехэтажные здания с большими экранами, транслировавшими мультики. Где-то вдалеке послышался грохот духового оркестра. Под ногами пробежала стайка парамулей. Ди едва не наступил на них.

Он прошел между двумя зданиями и пошел вверх по мощеной улице, ощущая прилив счастья. Ему хотелось подхватить ритм этого города и идти вприпрыжку. Но он сдержался. Он слышал, как женщина, стоящая на балконе на втором этаже играла на бокалах с водой. Она наигрывала что-то знакомое, кажется «Yesterday».

Он шел дальше, улочка становилась узкой и безлюдной. Метров через двести показалась металлическая ограда высокого забора, опутанного вьющимися растениями. Ди остановился и уставился на розовый цветок, печально отцветающий с поникшей головой. Вдруг цветок, встрепенулся, словно увидел Ди. Раскрыл свои лепестки и внутри у него оказался глаз. Некоторое время зрачок с подозрением следил за Ди, а затем цветок снова закрылся. Вдруг к Ди потянулись зеленые ветки и стали явно заманивать его войти вовнутрь.

Ди отрицательно покачал головой и отступил на шаг назад. Но растения дотянулись до него, схватили по рукам и ногам и протащили между прутьями решетки. Оказавшись внутри, растения распутали Ди. Сначала он ничего не понял, будто внезапно стемнело. Но потом пришло осознание того, что нечто просто висит в воздухе, затмевая дневной свет. Он сделал несколько шагов вперед, и понял, что это висят деревья. Широколиственные деревья, некоторые вверх тормашкой, что можно было увидеть листву, а другие наоборот, корнями книзу. Ди мог достать до деревьев, вытянув руку. Это было удивительно. Холодные шершавые корни и приятная листва, некоторым деревьям не нравилось, что их трогают, и они поднимались выше.

Ди захотелось бежать. Он бежал, ощущая себя единственным живым существом во Вселенной. Он доверился лесу. Он ждал, куда приведут его эти странные растения.

И они вывели его к поляне на которой совершенно обычным образом рос могучий дуб. У основания дерева была вырублена винтовая лестница. Ди принял это за знак и начал подниматься по ней. Все быстрее и быстрее пробирался он сквозь листву и, наконец, очутился на вершине. Отсюда был прекрасный вид на город.

Большой стадион и пестрые небоскребы. Маленькие суетящиеся люди. Он любовался видом, и ему не хотелось уходить. Звуки города почти не доносились досюда. Как вдруг громкий голос заставил Ди обернуться.

— Ну, что вы меня уже забыли? — на одном из экранов появилось лицо Натаниэля, — напрасно.

Его голос звучал так громко, что был слышен во всех частях города. Потом Натаниэль пропал, и экран снова начал транслировать рекламу с всеобщими хвостатыми любимцами.

Это вывело Ди из ступора. И почему он понадеялся на высшее ангельское руководство? Если Натаниэль в городе и Вероника вполне вероятно с ним. Тогда Ди сам должен разыскать ее.

***

В другой раз она проснулась от сильного грохота. Вероника осторожно вышла из комнаты и увидела Натаниэля, который обреченно сидел на полу, а на него сыпались книги из шкафа. Видимо он в приступе гнева с силой толкнул стеллаж. Но сейчас он выглядел таким одиноким и потерянным, что Вероника, несмотря на потенциальную опасность, подошла к нему и села рядом. Она с сочувствием положила руку на его плечо. Он грубо сбросил ее. Потом яростно посмотрел на девушку, но увидел совершенно неожиданно для себя живого человека. Почувствовал нечто настоящее пришло в его жизнь. Почувствовал тепло. Почувствовал искренность и обеспокоенность его судьбой.

— Простите, — Вероника сама не зная, что на нее нашло, она ругала себя за то, что вмешалась, — я пойду.

— Нет. Посиди еще немного.

И она осталась.

А вверху над ними зависли в полете две книги, которые так и не достигли пола.


— Можно я посмотрю, что вы пишите? — Вероника указала на записную книжку Натаниэля.

Он безразлично пожал плечами, но на самом деле ему очень хотелось поделиться хоть с кем-нибудь своим творчеством.

Она стала внимательно перелистывать янтарные страницы, погружаясь в странную поэзию хозяина дома.

Надежда жила в ледяном замке

Испуганно пропадала она,

Завидев луч солнца.

Возвращалась очерствевшая,

Призраком бродила

По своим покоям,

В одиночестве тихо угасала,

Теряла силы,

Забывала свое имя.


— Я прочитала стихотворение про надежду, — Вероника оторвалась от книжки.

Натаниэль скрестил руки на груди.

— Вопрос такой: почему надежда пропадала, завидев луч солнца? Ведь солнце должно питать надежду, а не пугать ее.

— Потому что моя надежда живет в хрупком ледяном замке. И яркие солнечные лучи могут уничтожить ее жилище. Надежду можно убить и благими намерениями. Она незащищенная, не знает, откуда ждать удар. Зло и добро перемешались, и она уже не способна их отличить.

Вероника снова наклонилась к записям Натаниэля.


Я отправлял тревогу скоростными поездами,

Что вмиг скрываются в туннелях бессознанья.

И понял поздно, что они кругами все ходили

Тоску во мне извечно возводили.


И все его стихи сквозили отчаянием и одиночеством. Веронике стало жаль своего похитителя, у нее вертелся один вопрос, который ей страшно хотелось озвучить. И вот застенчиво улыбнувшись, она, наконец, спросила:

— А была ли в вашей жизни любовь?

— А в твоей? — усмехнувшись, спросил Натаниэль.

— Ну…. сложно сказать. Скорее была жалость.

— «Жалость снова и снова прикидывается нищенкой и ночной темноте стучится в мои двери. Я снова и снова ведусь на этот трюк». Это кстати, тоже одно из моих произведений.

— Хорошо. Переформулирую вопрос: Вы хоть на секунду ощущали себя счастливым?

— Каждый раз я понимал счастье по-разному. Никогда не мог распознать его.

— То есть не ценили момент?

— Да нет. Просто не знал, что «дверь, ведущая к счастью, открывается наружу, и поэтому ломиться в неё бесполезно».

— Это тоже что-то из собственного сочинения?

— Нет. Это Кьеркегор. Вон он на третьей полке.

Вероника подошла к указанной полке. И нужна книга сама упала к ней в руки.

— Можно, я позже ее почитаю? — девушка посмотрела на похитителя почти умоляющим взглядом.

— Я не настаиваю на ее прочтении. Просто в этом безумном лесу книги могут сами тебя выбирать.

— Хорошо. Но вот вы тут читает, пишите, а чем еще занимаетесь?

— Я тебе когда-нибудь покажу.


Глава шестнадцатая. Мне кажется, ты классно танцуешь


Ди навестил своего парамуля. Мелкий снова был здоров, он носился по комнате и радостно подпрыгивал.

Надо было что-то решить. Ди подумал, что бесполезно слоняться по Парамуль-Сити, неизвестно у кого, выясняя подробности и заполняя пробелы в информации относительно Натниэля. Зато в замке ему неожиданно пришла идея, спросить у того самого призрака Пьера, который дал ему наводку на Меланию.

— Пьер, — позвал Ди.

— Для начало уберите, пожалуйста, вашего парамуля, — донеслось за стены.

— Мелкий, — Ди подозвал к себе зверька, — побегай где-нибудь недолго.

«Ууу-и».

Парамуль все понял и исчез.

Тогда призрак появился перед Ди.

— Что ты знаешь, про Натаниэля? — сходу спросил Ди.

— То, что он в лесу безумия. Раньше я жил в Парамуль-Сити. Там в основном живут люди, которые прожили на земле бесцветные жизни, и после смерти сложно было оценить все их поступки. И им давался еще какое-то время, чтобы понаблюдать за ними, и уже точно решить, куда их в Ад или Рай. Хотя может у них свои места. Точно никто не знает.

— Ближе к делу, пожалуйста.

— Так вот. Насчет меня тоже все было неопределенно. Меня поместили в Парамуль-Сити. Я пожил там некоторое время, и, о чудо, меня решили назначить призрачным наблюдателем. И теперь я наблюдаю, за этими истеричными недотепами. Они оказались привязанными к земле, видимо у них остались серьезные невыполненные обязательства.

— Натаниэль, — снова напомнил Ди.

— Да, я знал Натаниэля. Он хотел устроить что-то типа революции. Но его поймали и осудили. Какие он пламенные речи произносил! Даже я готов был идти за ним в огонь и воду.

— Хорошо. Как ты узнал, про то, что Мелания — моя мать?

— Мне Сонери сказала. У нее большие связи. Она меня и попросила вам намекнуть про Меланию.

— Зачем?

— Не знаю.

— А где находится лес безумия?

— А вот это я знаю. И могу объяснить.


После разговора с Пьером, остались нерешенным некоторые вопросы. Пока имеющихся кусочков пазла, хватало только на то, чтобы заполнить маленькую часть картины. И чтобы был виден основной рисунок, нужно было обратиться к Сонери.

Но в кабинете Сонери не оказалось. Ди даже позволил себе взглянуть на бумаги на ее столе, но они были не относящимися к делу.

Зато в коридоре Ди наткнулся на Лиссу. Она была слегка взвинчена, но охотно сообщила, где может быть Сонери.

— В ресторане «Танцующая Луна» в Парамуль-Сити. Она иногда ходит туда расслабиться. В последнее время она так занята поисками Натаниэля, что мне, кажется, начинает сходить с ума.

Ресторан «Танцующая Луна». Темный зал, где обитатели города могли выпить и посмотреть на танцующих. Сегодня двое: верткий мужчина в черной рубашке и с завязанным на затылке хвостом, и хрупкая девушка в красном коротком платье виртуозно отплясывали сальсу. Народ громко хлопал и поддерживал их радостными криками. Кто-то вставал со своих мест и тоже пробовал танцевать, но получалось не так здорово. Все же в центре танцпола царили профессионалы. Никто не мешал им выделывать па.

Ди присел за стол к Сонери. Она быстро кинула на него взгляд и сказала:

— Хоть выпить нам закажи.

Ди отправился на поиски официанта.

Сонери любила смотреть на людей, которые могут вот так, как эти двое танцоров, управлять своими телами. Как они могут долго-долго кружиться и подпрыгивать, на секунды преодолевая законы притяжения.

Вдруг из толпы на танцпол вырвалась черная фигура, она оттолкнула танцора и принялась танцевать с дамой. Это был мужчина, но лица его разглядеть не удалось из-за капюшона, опущенного на глаза.

Танцор с хвостом на затылке не стерпел такого унижения и кинулся на нахала. Он пытался нанести удар, но мужчина ловко уворачивался продолжая танцевать. Тогда танцор дернул капюшон, и все ахнули.

Зажигательная музыка смолкла. Зрители перестали издавать какие-либо звуки, все с ужасом уставились на Натаниэля. Сам же Натаниэль, усмехнувшись, исчез, сделав при этом еще одно па.

Ди как раз подошел к столу с выпивкой, и увидел, что Сонери стояла словно окаменевшая, зрачки ее были расширены.

— Черт, неуловимый Натаниэль, — Ди с грохотом поставил стаканы на стол.

— Да, — Сонери вышла из оцепенения, он спокойно встала и направилась к выходу.

— Стой, — крикнул Ди, — а как же я? Так и не объяснишь мне ничего?

— Потом, сейчас у меня нет времени.

Глава семнадцать. Мне ночью снилось, что кто-то меня любит


То было пятнадцатое декабря. Сонери тогда была начинающим ангелом-смерти, и только-только вышла в свой первый отпуск. Сказать прямо в этот отпуск ей идти не хотелось, в этом мире она совершенно не знала, чем себя занять. Да и к остальным ангелам она относилась весьма скептически, даже можно сказать с презрением. Она никак не могла понять, по какому принципу шел набор, ведь многие из ангелов не обладали даже элементарными навыками, необходимыми для этой работы.

Может быть, поэтому друзей у нее не было, никто не отвечал ее запросам. Хотя были некоторые ангелы, которые осмеливались пригласить ее куда-нибудь. Так три наивные подружки, вечно звали ее посидеть с ними где-нибудь в Парамуль-Сити.

Сонери всегда отказывалась в резкой форме, ожидая, что они, наконец, прекратят свои попытки заманить ее в свою компанию, но пока они не сдавались. И в тот день от страшной скуки она решила присоединиться к ним.

Ариана и ее подруги устраивали женсовет в баре «Пост» на улице Безумия. Сонери хоть и не слишком хорошо ориентировалась в Парамуль-Сити, все же нашла эту улицу без труда. Дома на этой улице чередовались: то низкий, то высокий, но у всех у них была зеркальная поверхность, которая производила странное впечатление. Вдобавок ко всему, уличным освещением служили гигантские свечи, находящиеся на уровне третьего этажа. И бесконечные вывески разных увеселительных заведений.

Бар «Пост» был полон, но Сонери сумела отыскать Ариану и компанию. Без лишних приветствий она опустилась на свободное место и стала смотреть на пьяных танцовщиц, которые все еще пытались выступить достойно.

— О, Сонери! — воскликнула Ариана. — Отлично, что ты пришла. А мы только собрались.

Ариана в длинном белом платье с венком на голове сейчас меньше всего напоминала ангела смерти. Две ее подружки, выглядящие примерно также, весело кивнули, приветствуя вновь прибывшую.

Сонери обреченно вздохнула. Она уже сто раз пожалела, что решила присоединиться к этим помешанным девицам.

— Итак, девочки, — объявила Ариана, — сегодня на повестке дня у нас — Натаниэль.

— Ой, он такой классный, — захлопала в ладоши одна из подружек.

— Глория видела его на прошлой неделе, — сообщила вторая, — говорит, его мощь ощущается прям за километр.

— А ты что думаешь о нем, Сонери?

Сонери пожала плечами.

— Ты что не слышала про него? — изумилась Ариана.

— Слышала, — ответила Сонери, — но что в нем такого особенного?

— Как? Он же уникальный ангел-смерти. Он может забирать сразу несколько десятков душ! А еще он такой красавчик.

— Ну, раз он красавчик, тогда все понятно.

Девушки выпили по рюмке и принялись обсуждать свои текущие дела. Сонери слушала, подперев рукою щеку, ее медные волосы бесцеремонно спадали на стол.

Где-то через час, все высказались, их взгляды вновь обратились к Сонери, желая услышать ее истории. От собственной пустой болтовни ее спала внезапно появившаяся компания ангелов. Когда они вошли в бар, все загалдели, приветствуя их.

— Это Натаниэль! — воскликнула одна из подружек Арианы.

Любопытство Сонери сыграло злую шутку и заставило ее обернуться и посмотреть на всеангельского любимца. Он был высоким с растрепанными волосами и живыми глазами, в которых прыгали огоньки свободы. Он двигался грациозно, точно лев, перед которым приклоняли колени остальные животные.

Для Натаниэля и его компании тут же освободили стол. Он сел, и его тут же окружили другие посетители.

— Мы тоже должны подойти поближе, — сказала Ариана.

И троица сорвалась с места и побежала к своему кумиру. Только Сонери осталась недвижима. Да, в нем был некий магнетизм, но она никогда не давала своим эмоциям завладеть сознанием.

Она решила, что ей пора уходить, но дойдя до двери, шум толпы заставил ее еще раз обернуться.

Натаниэль легко вскочил на стол и взирал на всех свысока. Он был словно король ящериц.

— Вы думаете, что свободны? Вы думаете, что управляете своими действиями? Вы думаете: «уж в этом мире есть истинная справедливость»? Нет, потому что мы и здесь довольствуемся ролями мелких пешек, которыми все помыкают. Разве вы не видите, что мы слепые исполнители чужой воли?

Натаниэль продолжал выкрикивать свою речь под одобрительные возгласы, на что Сонери лишь фыркнула и вышла на улицу.

Она плутала по Парамуль-Сити, с целью убить время. Она сама не заметила, как оказалась на смотровой площадке, одного из самых высоких зданий в городе. Отсюда было видно так много ярких, раздражающих надписей, от которых у живой Сонери начала бы болеть голова. Зато здесь кроме нее больше никого не было.

Вдруг периферическим зрением она уловила тень справа от себя. Она повернулась и увидела Натаниэля, который сидел на парапете и смотрел на нее в упор.

— Привет, — наконец сказал он.

— Что ты здесь делаешь? — насторожилась Сонери.

— Я шел за тобой.

— Зачем? Все твои фанаты остались в баре.

— Там стало слишком скучно.

Натаниэль спрыгнул с парапета:

— Как тебя зовут?

— Какая разница?

— Знаешь, ведь они стирают нам память, оставляя лишь наши имена и тонкие контуры потерянного прошлого.

— Уйди, ты мешаешь мне любоваться городом.

— Ерунда. Ты ненавидишь этот город.

— Такой прозорливый, думаешь, ты знаешь все про всех?

— Нет. Даже здесь по ту сторону жизни, я все еще думаю, что мир непостижим. Всего знать невозможно. Я знаю только то, что такая болезнь как одиночество распространена и здесь.

— Я пойду, пожалуй.

— Иди, но пока ты не скажешь, как тебя зовут, я буду преследовать тебя.


Она никогда не говорила, что любит его. Он всегда знал это и так. Он лишь спрашивал: «если бы мы были все еще живы, ты бы умерла за меня?». Она, не раздумывая, отвечала, что пошла бы ради него на все.

Вечерами они сидели в его доме, где он читал ей стихи поэтов-революционеров, которые заканчивали свои жизни трагически. Она слушала его, улавливая каждый оттенок в голосе.

Никто ничего не знал о них. Они открывали старые истины заново. Вопреки всему они снова начали ощущать себя живыми.


Сонери подошла к лесу безумия. На ней было платье узкое и длинное темно-зеленого цвета, от рукавов которого свисала тонкая прозрачная материя, напоминающая стрекозьи крылья.

Она стала ждать его. Каждый раз сердце ее разрывалось, когда он выходил к ней из лесной чащи. Он садился, словно индийский гуру в позу лотоса и слушал последние новости. Покорно он принимал свое заточение.

Но сегодня он долго не появлялся. Она забеспокоилась, и так все пошло наперекосяк, теперь ожидать можно было самого худшего.

Когда Натаниэль все-таки вышел, в его глазах была некая холодная отстраненность. Будто он все рассчитал.

— Что произошло? — сразу воскликнула Сонери, — зачем тебе понадобилось похищать девчонку? Ведь у нас был другой план. И потом все произошло слишком рано.

— Был твой план, да, — ответил Натаниэль, — я не мог больше ждать.

— И вот теперь у тебя есть пленник, но не тот!

— Ничего.

— Нет, ты ошибаешься. Высшее ангельское руководство не станет спасать Веронику.

— Зато твой Ди станет.

— Не уверена.

— А ты внуши ему. Любовь к девчонке. Ты же можешь.

— Ты доверяешь мне, Натаниэль? — с надеждой спросила Сонери.

— Нет. Я доверяю только себя, — он посмотрел ей прямо в глаза.

— Но ведь ты любишь меня?

Натаниэль опустил взгляд и тихо сказал:

— Не знаю.

— Тогда зачем? Зачем ты пошел тогда за мной в Парамуль-Сити? Зачем добивался меня так долго?

— Все изменилось.

— Что? Что изменилось? Вероника, да?

Он ничего не ответил. Это породило в Сонери внезапную вспышку гнева.

— Отлично! Выкручивайся сам! Я больше и пальцем не шевельну, чтобы тебе помочь! Знай лишь, я с самого начала знала, что твоя миссия обречена на провал.

***

Сонери бродила взад и вперед по своему кабинету, со злости она уже снесла пару полок, и теперь смачно топтала важные листы бумаги. В кабинете появилась Мелания. Она была так занята своими мыслями, что не придала значения беспорядку.

— Натаниэль продолжает появляться в городе, — сказала Мелания, — все время приходят сообщения, что его видели то там, то тут. Были даже случаи, когда он нападал на жителей. Мы уже сбились с ног, не зная, где его искать.

— Да, где его искать?! — не выдержала Сонери. — В лесу безумия не смотрели?

— Но ведь он обошел ловушки…

— Как будто бы.

— Его видели в…

— Я тебя умоляю, — Сонери закатила глаза, — Натаниэль отплясывающий сальсу, разве это не глупо?

— Значит, Натаниэль все еще в лесу безумия и кто-то, приняв его обличие, запугивает людей?

— Да, это его дружок Дэвилон.

— Он нас всех провел…, — поразмыслить над новыми данными Мелания решила в своем кабинете.

А Сонери все еще была слишком зла на Натаниэля. До нее пока не дошло, какую глупость она совершила.


Глава восемнадцатая. Решение


Однажды Натаниэль привел Веронику в чащу леса, куда дневной свет почти не проникал. Идти пришлось не очень долго. Вскоре, Вероника почувствовала под своими ногами болото. Вместе с тем она ощутила, что Натаниэль сжал ее руку.

Вероника испытывал к Натаниэлю огромную симпатию. Она понимала, почему люди шли за ним. Она бы и сама пошла. В нем была некая сила, побуждающая к действию. Рядом с ним хотелось творить, хотелось достичь вершины, не важно чего.

А он впервые не хотел нагружать ее своими бунтарскими идеями. Натаниэль не желал портить чистоту ее помыслов. Она была как кристально чистое озеро с питьевой водой, спасительный источник. Как глупо было отравлять его вязкой нефтью.

— Вот мы и на месте, — сказал Натаниэль.

Над мрачным болотом свисали черные, словно обугленные ветви деревьев. В центре находились несколько кочек, между которыми неподвижно застыла темная водная гладь. И все это должно было напугать и оттолкнуть неприспособленных к жизни личностей, но. С этих жутких веток свисали чистые холсты в позолоченных рамах. Их было около пяти штук. Они неподвижно висели, хотя Вероника ощущала небольшое дуновение ветра.

— А теперь, если позволишь, я докажу, что Fortis imaginatio generat casum, — Натаниэль вытянул свободную руку вперед и сосредоточился.

Раз, и на одном из холстов появилось синее пятно. Потом красное, желтое, зеленое, словно кто-то кидал шарики с краской. Потом краски начали наплывать друг на друга, образовывая четкую композицию. Словно из тумана, начал проступать одинокий маяк с тусклым светом.

— Ух, ты! — по-детски воскликнула Вероника.

— Ты тоже попробуй, — предложил Натаниэль.

Девушка глубоко вздохнула и мысленно представила себе, как водит кистью по холсту. И у нее получилось! Получилось нарисовать пейзаж с разноцветными воздушными шарами. Она чуть не запрыгала от восторга. А ведь она считала себя бездарностью в этой области. Просто пассивным созерцателем чужих творений.

Натаниэль вдохновленный ее радостной реакцией, принялся заполнять новый холст. У него получился портрет Вероники с цветком ромашки в руке.

— Я очень милая, — девушка оценила портрет.

— Да, ты милая, — Натаниэль посмотрел ей в глаза.

Она залилась краской.

— Спасибо, — смущенно проговорила пленница.

Он все еще держал ее за руку. И она почувствовала, что находится в его полной власти. Он завладел ее душой.


В другой раз они прогуливались по лесу, и он привел ее к обрыву, откуда отлично просматривалось Серебряное море.

Они уселись на край обрыва и в необременяющем молчании стали любоваться серыми переливами волн.

— А есть ли где-то рай? — спросила Вероника.

— Не знаю, — искренне ответил Натаниэль, — да и если честно, мне все равно. Даже мы ангелы не ведаем, есть ли что-то над нами.

— Удивительно. А что известно вам, ангелам, об этом мире?

— Тебе интересно, как у нас тут все устроено?

Беседа шла неторопливо, как будто между дедушкой и внучкой, которых разделяло много лет и поколений. Натаниэль говорил снисходительно, хотя в былые времена он был ярым противником существующего ангельского правительства.

— Как ты уже поняла: есть ангелы смерти, которые служат проводниками человеческой души и ангелы-хранители, они успокаивают, дарят веру в себя, они защищают души. Стараются предотвратить неминуемые случайности. Так же ведут борьбу за человеческую душу с демонами.

— С демонами?

— Да. И такие, тоже у нас имеются. У них сложнее организация. Там даже есть целые Министерства. Министерство порока, например. Их агентов засылают на землю, чтобы сеять зло в души людей.

— Зачем?

— Так сходу сложно объяснить. Все это для поддержания баланса, равновесия. К тому же, у зла есть много положительных сторон. Да, и вообще, демоны сами по себе неплохие ребята. Они даже пытались заманить меня к себе. В Министерство войн и распрей. Но я отказался.

— Почему?

— У меня всегда были окна и двери, но мне никогда не хотелось иметь дом, — загадочно ответил Натаниэль.

— А кстати, паукообразные к какому классу относятся?

— Они низшие демоны. Их используют для мелкой грязной внутренней работенки.

— А-а, — протянула Вероника, — Тебе нравилось быть ангелом?

Натаниэль усмехнулся. Он встал, решив немного пройтись. Он поднял с земли камень и кинул его вниз. Но пролетев пару метров, камень ударился о невидимый барьер, отскочил точно мячик-попрыгунчик и вернулся в руки к ангелу.

— Самый большой подарок, которым мне сделали в этой жизни, — сказал, наконец, Натаниэль, — лишили меня воспоминаний о прошлом. Но взамен обрекли меня в невежестве совершать былые ошибки.

— А ты когда-нибудь был счастлив?

— Смотря, что ты понимаешь, под словом счастье?

— По-моему счастье — это когда тебе хорошо.

— А психолог Виктор Франк сказал: «Счастья подобно бабочке — чем больше ловишь его, тем больше оно ускользает. Но если вы перенесете свое внимание на другие вещи, оно придет и тихонько сядет вам на плечо». Еще он считал, что человек стремиться не к самому счастью, а к тому, что создает условия для счастья. Когда создаются такие условия, ощущение счастья возникает само собой.

***

Дэвилон зашел в свою квартиру. Было уже темно, но он не стал включать свет, так как все вокруг было заставлено «товаром» и стало сложно дотягиваться до выключателя. Увидеть в этом доме хоть кусочек стены было почти невозможно, их закрывали всевозможные коробки, набитые разной ерундой.

Основной комнатой Дэвилону служила гостиная. Пол здесь был устелен газетами и объявлениями, а единственной мебелью был диван. Хотя, постойте, еще была перевернутая коробка, корчащая из себя журнальный столик.

Дэвилон тяжело уселся на диван, сложил ноги на «столик» и достал из кармана небольшую фляжку с водой. Не успел он открыть фляжку, как вдруг свет в комнате зажегся. И теперь стало очевидно, что в комнате есть еще кто-то. И этим кем-то была Сонери.

— Как ты умудрилась найти выключатель? Я забыл его местонахождение еще лет десять назад, — сказав это Дэвилон, как ни в чем не бывало, отпил из фляжки.

— И тебе привет. Я думаю, стоит опустить всю эту дружескую трепотню. И перейти сразу к делу.

Сонери скрестила руки на груди. Но Дэвилона не так-то просто было смутить этим суровым взором:

— Да, что ты. Мы же так давно не виделись. А ты что покрасилась? Когда успела? Знаешь тебе так к лицу. Этот зеленый цвет.

Он не любил Сонери. Она его раздражала. Такая холодна и заносчивая. И что Натаниэль нашел в ней?

— Что ты молчишь, Сонери? Давай продолжим разговор двух старых приятелей. Ты уже посмотрела этот дивный мультик «Возвращение блудного парамуля»? Нет? Стоит посмотреть, я так рыдал в конце, что соседи подо мной устроили у себя аквапарк из моих слез.

— Хватит ломать комедию! Я знаю, что это ты изображаешь из себя Натаниэля.

— Да, и наш с Натаниэлем план работает.

— Уже нет. Вот-вот за тобой придут.

— Пусть придут, я до последней секунды буду предан Натаниэлю, в отличие от некоторых.

— Что это значит? — нахмурилась Сонери.

— А то, что если бы не ты, у него все бы получилось, и он не угодил бы в лес безумия!

Сонери недовольно фыркнула. Что еще выкинет Дэвилон, чтобы заставить ее чувствовать себя виноватой?

— Так зачем ты пришла? — сурово спросил Дэвилон.

— Где меч?

— Значит, оружием интересуемся? Мечи я всегда храню в правом углу. Там атмосфера лучше, — к Дэвилону вернулся его прежний насмешливый тон.

Сонери посмотрела по сторонам и действительно в одном из углов комнаты увидела три меча. Но все они были не те.

— Я имела в виду совершенно конкретный меч, который ты украл у Ди!

— Я? Украл? Я честный и порядочный гражданин. Идеальный во всех отношениях. А тебе, моя дорогая, не хватает очень много качеств, душевности, например. Но это легко поправимо, советую тебе на досуге посмотреть какую-нибудь киношку с Мег Райн. У нее там даже есть что-то про ангелов.

Сонери закатила глаза, она уже корила себя за то, что явилась сюда.

Но Дэвилон понял это по-своему и продолжил болтать:

— Да согласен, тот фильм про ангелов печальный, и к тому же они, похоже, сперли сюжет у старого «В небе над Берлином». А там был…

Но Сонери не стала его дослушивать, а быстро исчезла.

Дэвилон замолчал. Он потер подбородок, решая, что новости, которые принесла Сонери не слишком хорошие, и надо срочно что-то предпринять.

Он достал из-под дивана украденный меч и переместился к лесу безумия. Обычно они с Натаниэлем заранее договаривались о встрече, но сейчас был экстренный случай.

Дэвилон стал звать Натниэля, но все было бесполезно.

Тем не менее, он слепо верил, что Натаниэль добьется своего. Дэвилон очень уважительно относился к нему. И не сказать, что их связывала крепкая дружба. Нет. До заключения ангела смерти, они были знакомы только мельком. В основном Дэвилон был в толпе людей, внимающих каждому слову Натаниэля.

Когда Натаниэля осудили, все сочли, что их одурачили, что никакой он не миссия, который боролся за лучшее общество. Нет, он просто подстрекатель к бессмысленному бунту. Но Дэвилон так не считал. Однажды он пришел к лесу безумия, скорее даже просто так из любопытства. И у границы встретил осужденного. Натаниэль тогда ждал Сонери, но он был впечатлен появлением своего почитателя.

Дэвилон, конечно, мог бы провернуть массовую акцию в поддержку ангела смерти, но у него не было дара Натаниэля вести за собой людей. И поэтому их план состоял в том, чтобы вызволить его из леса безумия. Тут как раз появился кандидат в ангелы, сын той самой судьи, которая и осудила Натаниэлья. Поставщиком сей информации была Сонери, и у нее был свой план — заманить Ди в лес. Но время шло, а она все выбирала подходящий момент. И тогда у Натаниэля родился новый план.

Он поделился им с Дэвилоном. Дэвилону план понравился, и он пустился в пляс, словно чечеточник, отстукивая ритм каблуками. Он любил танцевать, особенно, когда с азартом начинал новое дело. В это время у леса появилась Сонери, она презрительно посмотрела на нового друга Натаниэля и ничего не сказала. У нее не было никаких новостей в тот день, она просто принесла новую порцию книг.

С мечом надо было что-то делать, и Дэвилон кинул его в лес, в надежде, что Натаниэль найдет его.

***

Ди переместился в кабинет Мелании, снова воспользовавшись браслетом. Он хотел узнать, как продвигаются поиски Натаниэля. Но матери в кабинете не оказалось. Тогда Ди вышел в коридор, рассчитывая, что она может оказаться там.

Неведомая сила потянула Ди прямо по направлению к большому мраморному залу со статуей Фемиды в центре.

В центре зала собрались человека три из собственной ангельской безопасности, Мелания и Карлос. Агенты ангельской безопасности ходили в белых костюмах с жирными красными полосами на рукавах. Количество серебристых прядей в их волосах, означало солидный статус присутствующих. Лица агентов постоянно имели странное выражение, будто они безуспешно пытаются помножить 147 на 258. Говорили они все громко и торжественно, словно произносили высокопарные речи перед многотысячной толпой. Ди спрятался за колонной, чтобы его не заметили, и стал подслушивать.

— Итак, Мелания, доложите, что вам известно, — осведомился один из агентов.

— Натаниэль все это время находился в лесу безумия, — сказала мать, — он и не выходил оттуда. То, что могли наблюдать в Парамуль-Сити, был бывший демон Дэвилон.

— Значит, он не угрожает безопасности ангелов и Верховного жреца? — осведомился другой агент.

— Нет, не угрожает, но у него заложница.

— Предлагаю, все оставить, как есть, — заявил третий агент ангельской безопасности, — по его приказу похитили девушку, теперь он, очевидно, хочет обменять ее на свою свободу. Но так как это простая, стратегически не важная человеческая душа, то можно ее там и оставить в лесу безумия.

— Да, — согласился второй агент, — к тому же, последователь Натаниэля, бывший демон, нами был обнаружен и обезврежен.

В этот момент за спиной у Ди хлопнула дверь. Он оглянулся и увидел мужчину в очках, который шел прямо на него, изучая бумаги, и пока он не заметил Ди, кандидат в ангелы немедленно исчез.

А разговор продолжался.

Первый агент был старше других и являлся начальником ангельской безопасности, серьезный, слегка полный ангел с крупным носом и черными глазами, жестко сказал:

— Если у Натаниэля был один последователь, мы не можем исключить появление других. Так что, я считаю, что Натаниэля нужно уничтожить, дабы предотвратить иные попытки к бунту.

— Я против такого плана! — высказался Карлос. — Считаю, что Натаниэля нужно судить. Дабы прояснить все обстоятельства дела.

— Нечего тут прояснять, — сказал начальник собственно ангельской безопасности, — с каждой секундой он становится все опаснее. И мы должны как можно скорее все это пресечь.

— Если вы знаете Натаниэля, то он лучший в своем деле, — настаивал ангел смерти, — хоть лес безумия и блокирует некоторые его силы, все же если вы сунетесь к нему, мало вам не покажется!

Карлос был очень высокого мнения о Натаниэле. Так как, несмотря на огромный опыт в своем деле, он все еще не мог достичь тех высот, что некогда достиг Натаниэль. Жаль, очень жаль, что он пошел по скользкой тропинке. Но как ангел он был безупречен.

— У нас новое оружие и оно сможет уничтожить любое существо в лесу безумия, — почти что похвастался первый агент.

— Но там же Вероника! — воскликнула Мелания.

— Еще раз повторяю, ее душа ничего не стоит. Нам вообще-то все равно, что вы думаете. Мы приступим к выполнению операции немедленно!


Глава девятнадцатая. В безумном лесу

Ди шел по лесу, ожидая, когда, наконец, переступит границу леса безумия. Раз они не хотят спасать Веронику, то он обязан это сделать. Из него вышел никудышный ангел-хранитель. Этого звания он точно не заслужил. И все же нужно спасти Веронику от этого безумного Натаниэля. Ди надоело составлять планы, советоваться с кем попало. Он просто шел, в надежде, что по ходу дела решение придет само.

Уже было довольно темно, и вскоре он перестал разбирать куда идет. Казалось, всем этим деревьям не будет конца. Он перешел почти на бег. Если бы только знать куда, можно было и переместиться. Сначала Ди обрадовала перспектива идти пешком, так как было время все хорошенько обдумать. Но здесь он понял, что разум оставляет его. И временами казалось, что голова свободна вообще от каких либо мыслей.

Ди краем глаза уловил, как что-то блеснуло с правой стороны. Он остановился и подошел поближе. Лунный свет отражал гладь клинка. Это был меч. Тот самый меч, который давала ему мать. Ди мгновенно поднял его, и тут у него мелькнула мысль, что это вполне может быть ловушка. Но ничего не произошло.

Ди успокоился и продолжил свой путь дальше. Меч он не стал убирать, держа его перед собой, будто ожидая подвоха от всякого куста. Так он прошел еще минут пятнадцать, осознавая некоторую глупость своего положения. Затем опустил меч, и уже хотел сложить его, как вдруг увидел свет, горевший из окна. Добрался. Вот оно логово Натаниэля!

***

На границе леса безумия все уже собрались. Мелания, Карлос и человек двадцать из ангельской безопасности вооруженные до зубов. У них были небольшие мечи, максимально разрешенной длины.

Перед лесом безумия стоял элитный отряд ангелов, их лица украшали маски, почти как у лыжников, и красные полосы на лицах. Что должно было свидетельствовать о серьезности их намерений.

В руках у Мелании было нечто напоминающее осколок стекла длиной в двадцать сантиметров. Она уже готова была приступить к началу операции.

— Так, — сказал начальник ангельской безопасности, — прошу, вас Мелания, приложите осколок к границе. И мы получим полный анализ находящихся там вещей и существ.

Мелания приложила осколок. Раздался щелчок и осколок пристал к невидимой границе, но со стороны было похоже на то, что он весит в воздухе. Тут же на «экране» забегали волны, и вскоре замерцала голубоватая точка.

— Так меч внутри, — сказал один из ангелов безопасности, — но ничего, начинаем действовать.

И они открыли принесенный с собой чемодан, внутри которого находилась банка. Простая металлическая банка без особых отметок. Но с особыми свойствами. Если ее бросить, то начнет распространятся вещество, которое способно уничтожить все на ограниченной, закрытой территории. Пальцы начальника ангельской безопасности медленно опустились на дно чемодана, откуда осторожно было вынута банка.

Все затаили дыхание. Начальник поднес банку к границе, готовясь к броску. Но внезапно раздался крик Мелании:

— Стойте! Там кроме Натаниэля еще…

— Мы давно решили пожертвовать девчонкой, — раздраженно перебил ее начальник безопасности, — все об этом знают!

— Нет, там Ди! — простонала Мелания. — И я не позволю вам предпринимать решительных действий.

— А что тогда прикажешь делать?! — взревел ее оппонент.

— Есть план «Б». Об этом все знают, — встала в позу Мелания.

Начальник, бухтя себе под нос, вернул банку в чемодан. Он посмотрел на своих подчиненных вычисляя, кто идет первый:

— Так. Тетта. Каппа. И Гамма. Вы идете вовнутрь. Приводите кандидата в ангелы № 1.431.

— И Веронику, — попросила Мелания.

— Да на что она вам сдалась? — махнул рукой начальник. — Ладно. Девчонку тоже приведите.

— А, если Натаниэль будет оказывать сопротивление? — робко спросил один из «избранных».

— Убейте его, на что вам мечи, — как само собой разумеющееся сказал начальник.

На что Карлос чуть сдержал свой смех.

— Удачи, ребятки, — саркастично сказал он.

***

Натаниэль сидел перед своим домом и чертил прутиком окружность на земле. Вдруг верхняя часть рисунка была испорчена неизвестной ногой, у владельца которой были явно плохие намерения. Натаниэль поднял голову и увидел Ди, который угрожающе занес над собой меч.

И без лишних слов Ди стал атаковать. Но Натаниэль ловко вскочил на ноги и стал уворачивался от всех ударов. Тогда Ди стал прилагать еще больше силы, но это играло против него. Враг был подобен неуловимой тени, скользящей меж деревьев. Следующий удар пришелся на дерево, которое застонало словно живое. Еще удар. И еще. Но Натаниэль совсем скрылся из вида. Ди был словно мальчишкой, который первый раз взял в руки топор, который казался тяжелее его самого.

— Что ты делаешь, Ди?! — закричала Вероника, вышедшая из дома.

— Вероника? — кандидат в ангелы повернул голову в сторону девушки. — Беги!

Но тут сильный удар в лицо свалил его. Натаниэль легко перехватил меч. И занес его над головой, лежащего Ди.

Последний же, смотрел с широко раскрытыми глазами, не соображая, что делать дальше. Но бывший ангел смерти и не думал причинять вред непрошенному гостю. Лицо Натаниэля не выражало ни малейшей озлобленности. Он стал опускать меч, как вдруг заметил, что в его сторону летит клинок одного из ангелов безопасности, решившего, что злобный враг вот-вот разделается с невинным кандидатом в ангелы. Но Натаниэль уклонился от клинка. И тут же последовало новое нападение со стороны другого подоспевшего ангела.

То был избранный Каппа. Который в одном из ста случаев ошибался в своих расчетах. Это и был как раз тот самый случай, и его клинок летел прямиком в Веронику, стоявшую неподалеку от Натаниэля.

Хозяин леса успел оттолкнуть девушку, и через долю секунды клинок пронзил его правое предплечье. Натаниэль вытащил клинок из своей руки, и бросил его в стену дома за собой, своими действиями показывая, что не намерен драться.

Но избранный Тетта был хоть и сильным, но не слишком смекалистым. И поэтому решил, что враг, таким образом, нагло демонстрирует свою силу и превосходство. И, вырвав оставшийся клинок у робкого Гаммы, кинулся на темного ангела. Завязался бой, в котором Натаниэль, казалось, предвидел все удары противника. Спохватившись Каппа, вытащив клинок из стены, тоже пришел на подмогу своему боевому товарищу. Только Гамма продолжал стоять в растерянности.

Ди же, воспользовавшись всеобщим замешательством, схватил Веронику за руку и потянул к выходу. Девушка, выйдя из оцепенения, неожиданно для Ди крикнула ему в ухо:

— Я никуда не пойду!

— Ты спятила Вероника! Уходим, пока нас не зацепило.

— Я не брошу Натаниэля!

— Иди, — крикнул обороняющийся Натаниэль.

— Нет, — твердо сказала Вероника, вырвав свою руку у Ди.

— Спать! — приказал Натаниэль.

И Вероника, мгновенно отключившись, упала на землю.

Тут девушку подхватил Гамма, закинул ее на плечо, и бросился прочь из леса. Бежал он быстро, так как был лучшим в своем отряде по бегу. Ди последовал за ним.

— Кто вы? — спросил Ди у убегающего Гаммы.

— Агенты собственно ангельской безопасности, — сказал Гамма, — нам приказано вытащить вас отсюда. Следуйте к границе леса.

И Ди старался бежать как можно быстрее, но все равно очень скоро отстал от Гаммы.

А бой продолжался. И Натаниэля стало все это утомлять, так как он сражался не в полную силу. Просто оборонялся, чтобы не уничтожить нападавших.

Потом он в два счета залез на дерево. Каппа и Тетта принялись раскачивать его, надеясь, что Натаниэль не удержится. Но Натаниэль целенаправленно пригнул вниз сшибая двух избранных агентов. Пока они приходили в себя, он резко ударил их головами друг о друга. Теперь уж они оба были в отключке.

Темный ангел кинулся бежать вслед за Ди. Он должен успеть перехватить его, пока тот не достиг пределов границы. Натаниэль сообразил, что снаружи наверняка целая куча агентов ангельской безопасности, которые пришли разобраться с ним. И вот теперь решающий момент. Он все еще может исполнить то, что задумано.


Глава двадцатая. Натаниэль


Стоящие по ту сторону границы увидели избранного Гамму с Вероникой на плече. Он быстро приближался.

Мелания торопливо набрала на осколке нужную комбинацию, снимающую защитную блокировку. И уже через несколько секунда Гамма с Вероникой оказались рядом со встречающей стороной.

Посредством новой комбинации граница была закрыта.

— Кандидат в ангелы номер 1.431 шел за мной, — чугунно-глухим голосом сообщил Гамма, — он должен скоро появиться.

Мелания напряженно ждала, когда же появится Ди. И, казалось, прошла уже целая вечность.

Все молчали, но тут тишину нарушила внезапно появившаяся Сонери.

— Эй, что тут происходит? — Сонери только, что узнала об операции и немедленно переместилась к лесу безумия.

— Мы не обязаны перед тобой отчитываться, Сонери, — пренебрежительно сказал начальник ангельской безопасности.

— Они решили прикончить Натаниэля, — спокойно заявил Карлос, будто пересказывая опоздавшей, что она пропустила в начале фильма.

— Прикончить? Так просто? — яростно спросила Сонери, — вы его даже не судили. Или судья с вами, и вы быстро будете выносить новый приговор?

Но тут из леса вышел Ди, Мелания собралась набирать код, как начальник ангельской безопасности крикнул:

— Стой! Там Натаниэль!

— Я успею! — Мелания решительно набрала код. — Скорее, Ди!

Ди бросился на голос матери, но Натаниэль оказался быстрее. Его рука была в нескольких сантиметрах от Ди, как вдруг очнулась Вероника, которая все еще болталась на плече агента Гаммы.

— А ну, отпустите меня!

Натаниэль всего на долю секунды отвлекся и Ди успел выскочить из леса безумия. И граница снова была закрыта.

Темный ангел остановился. Он не был готов к проигрышу. Его гордая осанка, и сосредоточенное лицо не выдавали ни малейшей слабины. Его взгляд мельком скользнул по всем присутствующим и замер на Сонери. Нижняя губа Сонери ели заметно дернулась. Они не могла себе позволить какое-либо лишнее движение, дабы не выдать себя. Иначе, ее как сообщницу, тут же толкнули бы к Натаниэлю.

И она продолжала делать вид, что ей все равно на самом деле она боялась, что же случиться дальше. Она ждала, что он скажет. Но Натаниэль просто стоял и смотрел на Сонери, как будто пытаясь удержать ее образ в своей памяти. В его взгляде не было ни упреков ни сожалений.

— Не надейся, что мы откроем границу, — заявил начальник.

— Но там же ваши люди, — вмешалась Мелания.

— Они готовы погибнуть ради, всеобщего блага, — рука начальника снова потянулась к чемодану.

И вот опасная банка была готова к полету, как Вероника закричала:

— Нет. Прошу, вас не надо. Вы сами не понимаете, что творите! Вы совершаете большую ошибку!

— Уведите ее отсюда, — раздалось от кого-то из ангелов безопасности.

Тем временем к границе приблизились Каппа и Тетта. Первым делом они увидели опасную банку в руках командира. Не смотря на то, что они давали присягу, и в теории были готовы к необратимой гибели, на деле погибать им не хотели.

— Я не могу смотреть на это, — сказала Мелания.

— Да, пора тебе уходить, и девчонку с собой прихвати, — сказал начальник.

Мелания развернулась, и легко коснувшись Вероники, исчезла вместе с ней. Пока девушка не успела опомниться.

После ее ухода начальник ангельской безопасности, не раздумывая, бросил банку рядом с Натаниэлем. И мгновенно зеленое пламя охватило тела обоих ангелов безопасности. Они кричали. Кричали от ужаса и боли. Их кости поедало беспощадное пламя, и для зрителей этой картины их страдания, казалось, длятся целую вечность. Они звали на помощь, умоляли прекратить все это. Но командир яростно кричал, что они ведут себя не достойно их элитного отряда, и он разочарован. Но как бы он не пытался заглушить их стоны, это ему не удалось. А когда их страдания окончились, и остались только горстки пепла, все перевели взгляд на Натаниэля.

И поначалу показалось, что на темного ангела не подействовала новая разработка. Все же приглядевшись, они с ужасом поняли, что Натаниэль был объят пламенем почти по пояс. Но он словно и не замечал этого. Он все еще продолжал смотреть на Сонери. Она же не просто не смогла выдержать этот взгляд. Взгляд, в который было вложено столько силы духа, бесстрашия и надежды. Горело его тело, но дух оставался непоколебим. Когда огонь стал стирать прекрасные черты его лица, уже никто не смог смотреть.

— Это не конец, — последнее, что сказал он, перед тем как навсегда перейти в Вечность.


Глава двадцать первая. Пустота

Когда огонь поглотил Натаниэля, все присутствующие не могли прийти в себя. Сцена его гибели никого не оставила равнодушным. Все ангелы безопасности были бледны, а у их жестокого командира, казалось, появился намек на сердце. Его руки дрожали, и чтобы скрыть свою слабость, он спрятал их в карманы.

Карлос первым пришел в себя, он был уверен, что теперь будет почитать Натаниэля как божество. Ангел смерти исчез первым.

Затем по команде исчез отряд ангелов безопасности со своим начальником.

Пораженный увиденным, Ди поспешил убраться с места трагедии. Для него это был словно кадр из фильма, который надо попытаться забыть.

И только Сонери осталась неподвижной. Натаниэль все еще был у нее перед глазами.

Когда она поняла, что все кончено, слезы хлынули из ее глаз. Дрожа всем телом, она упала на траву.

Во всем виновата она! Одна она! Почему она стояла?! Лучше бы разделила его участь.

Но теперь было слишком поздно.

Сонери не знала, сколько пролежала там. Время теперь потеряло ценность. Существование больше не имело смысла. Она потеряла его, и медленно теряла себя.

***

В белоснежном коридоре стояли Ди и Вероника. Они молчали, словно ожидая своей участи. Вскоре появилась Мелания. Она была будто на иголках, и ели заметно подпрыгивала при ходьбе. Она подошла к сыну и сказала:

— Теперь можем приступить к процедуре отправки Вероники домой.

Ди обессилено кивнул, он все еще никак не мог забыть той страшной сцены, и поэтому почти не вникал в происходящее сейчас. Он и не подумал, что еще чуть-чуть, и он больше никогда не сможет быть так близко к Веронике.

— Так, — рядом возник начальник ангельской безопасности, — прежде чем отпускать ее, нужно сначала допросить. Итак, Вероника, расскажи, что тебе стало известно о Натаниэле.

Вероника подняла голову. Ее глаза были покрасневшими от слез. И она медлила с ответом, так как боялась, что все ее эмоции снова выйдут наружу, и она расплачется.

— Ничего мне не стало известно, — тихо сказала девушка.

— Он ничего тебе не говорил?

— Нет.

— Но ты признаешь, что Натаниэль похитил тебя и плохо обращался?

— Да, то есть, нет. А вообще, какая разница? Думайте, что хотите.

Ди смотрел на Веронику, и не понимал к чему весь этот разговор. Ведь приговор Натаниэлю уже приведен в силу. И теперь, по всей видимости, они хотят оправдать свой поступок и усмирить совесть. Вспоминая события, минувшей ночи, Ди стал задумываться над действиями Натаниэля. Судя по всему, он и не собирался убивать его. И меч, лежащий на границе. Что-то в этом нечисто. И чем больше начальник ангельской безопасности пытался выведать у Вероники информацию, тем сильнее злился Ди. Он закипал медленно. Он всегда всячески старался избегать конфликтов. Но сейчас был тот самый случай, когда его мягкий характер решил вынырнуть из своей темной норки.

— Пора заканчивать этот допрос. Она все еще живой человек. И все, что мы должны, так это вернуть ее домой, — отрезал Ди.

— Но нужно еще уточнить, были ли у Натаниэля сообщники.

— Вероника много пережила за последние несколько дней, — вступилась Мелания, — мы все равно сейчас не получим внятных ответов. Да и смысла во всем этом нет.

Начальник ангельской безопасности нехотя сдался. Он хлопнул в ладони, и пол под Вероникой внезапно разъехался.

Девушка провалилась в мягкий свет.

— Ну, вот и все, Ди, — мать положила ему руку на плечо, — теперь ты можешь вступить в должность ангела-хранителя. Мы найдем тебе новую душу. И ты начнешь все заново.

— Или не начну, — шумно выдохнул Ди.

— Что ты такое говоришь?

— Я знаю, ты просила за меня, но ведь я не заслужил того, чтобы быть ангелом-хранителем. И я готов, как там говорили — «последовать за душами умерших».

— Подумай, как следует Ди, — сказала Мелания и исчезла.

Исчез и начальник ангельской безопасности.

Ди же медленно побрел по бесконечному коридору, безразличный к своей дальнейшей участи. Но внезапно перед ним материализовался Карлос. Так близко, что Ди пришлось отступить на шаг назад.

— Здравствуй, Ди, — сказал Карлос, потирая руки.

—А я то думал, вы про меня забыли. Что ж, где ваши головорезы? Хватайте меня, я весь ваш.

— Это хорошо, что ты весь наш. Так как у меня к тебе предложение.

— Я и так уже сдался добровольно, что еще?

— Готов, предложить тебе должность ангела-смерти. Все-таки твоя подопечная в какой-то степени умерла. Странный набор кандидатов на сей раз, все такие положительные и ленивые. Просто не из кого выбирать.

— Весьма неожиданно, — сказал Ди, он уже не чувствовал прежней неприязни к Карлосу, — мне нужно подумать. Хотя, ангел смерти? Почему бы нет?


Глава двадцать вторая. Ускользнувшие воспоминания

Вероника проснулась среди ночи. Она с трудом села. Ее правая рука ныла под гипсом. И вздохнув, она подумала, что теперь только ночью может остаться наедине с собой. После того как девушку выписали из больницы, от нее ни на шаг не отходят родственники и одногруппники. Да, похоже, почти весь курс уже был здесь. И все они используют благовидный предлог, чтобы сходить на экскурсию в «замок спящей красавицы». И, несмотря на то, что девушка принимала не менее десяти посетителей за день, ее мучило странное чувство одиночества. Одиночества смешанного с неопределенной грустью. Откуда взялось это чувство, Вероника не могла объяснить. Казалось, что она потеряла что-то важное в своей жизни.

Девушка подошла к окну. Было тихо, и даже листья не шелестели от порыва ветра. Вероника взглянула на луну, бледную красавицу, которая в отличие от солнца позволяла собой любоваться. Но сейчас было не до любований. Если бы только луна могла говорить! Возможно, она сказала бы, что не так с Вероникой. Но она лишь хитро спряталась за тучу.

Вероника опустила взгляд в сад, и заметила черную тень. Неужели, там, в саду есть кто-то? Почему тогда собаки не лают? Тень все приближалась к дому. Почувствовав страх, девушка отпрянула от окна. Но когда, любопытство все же заставило ее снова выглянуть, то с разочарованием обнаружила, что это была всего лишь тень от ветки.

Потом Вероника решила спуститься вниз, чтобы выпить воды. И на кухне она неожиданно столкнулась со своей мачехой Лизой, которая поглощала содержимое маленькой кастрюли.

— Вероника? Ты не спишь? — оторвалась от еды Лиза.

— Да, спустилась за водой.

— А я тут ем спагетти. Хочешь тоже?

Вероника подошла поближе и заглянула в кастрюлю.

— Это «капелли ди энжели», — сообщила Лиза, — что в переводе с итальянского означает «волосы ангела». Посмотри, как итальянцы могли в этих гнездах разглядеть что-то прекрасное.

Вероника решила не забивать желудок на ночь, все-таки налила себе воды.

— Ты стала такой странной, когда тебя выписали из больницы. Куда делась та веселая девчонка? — спросила Лиза.

Девушка пожала плечами. А мачеха, закончив ночную трапезу, серьезно сказала:

— Мы все так переживали за тебя. Врачи давали неутешительные прогнозы. И просто чудо, что ты выжила. Похоже, что твой ангел-хранитель спас тебя.

Неясный образ вдруг возник в голове у Вероники. Она поставила стакан и произнесла:

— Скорее, это был Ангел из моего кошмара.


Оглавление

  • Глава первая. 1.431
  • Глава вторая. Вероника
  • Глава третья. Как важно быть ленивым
  • Глава четвертая. От Сиама до Суоми
  • Глава пятая. Моя дорогая Роза
  • Глава шестая. Еще один день ничего не стоит
  • Глава седьмая. Когда меркнет свет
  • Глава восьмая. Мечта умирает первой
  • Глава девятая. Покоренный и сломленный
  • Глава десятая. Под Серебряным морем
  • Глава одиннадцатая. День парамуля
  • Глава двенадцатая. Дом среди тюльпанов
  • Глава тринадцатая. Атлантика
  • Глава четырнадцатая. Новая книга
  • Глава пятнадцатая. Напоминание
  • Глава шестнадцатая. Мне кажется, ты классно танцуешь
  • Глава семнадцать. Мне ночью снилось, что кто-то меня любит
  • Глава восемнадцатая. Решение
  • Глава девятнадцатая. В безумном лесу
  • Глава двадцатая. Натаниэль
  • Глава двадцать первая. Пустота
  • Глава двадцать вторая. Ускользнувшие воспоминания