КулЛиб электронная библиотека 

Языческие шифры русских мифов. Боги, звери, птицы... [Борис Борисович Баландинский] (fb2) читать онлайн


Настройки текста:



Баландинский Б. Б Языческие шифры русских мифов Боги, звери, птицы…

Предисловие

Все мы с раннего детского возраста сталкиваемся с таким таинственным и загадочным явлением, как русская сказка. Но знаем ли мы, что скрывается под ее волшебным словесным покровом?

Советская материалистическая наука принципиально не допускала даже саму возможность существования в древности высокоинтеллектуальной мифологии. Она считала возникновение системы мифов процессом хаотичным и стихийным, а древнего человека — существом с примитивным мышлением. Это обусловило отсутствие комплексных исследований русских национальных фольклорных источников. А между тем, как показано в книге, именно русская культура явилась хранительницей многих древних мировых тайн, постижение которых приоткрывает завесу перед загадками древних богов. Мировая религия была корневой системой мифологического древа. Характер се известен по многочисленным дошедшим до наших дней памятникам человеческой мысли — религия носила ярко выраженный астральный характер. И хотя о многоплановости и взаимосвязанности идей астральной религии в разных районах земного шара можно спорить, отдельные ее компоненты и идеи бесспорно универсальны, в том числе на индоевропейском пространстве.

История Руси фактически начинается с событий, описываемых христианами-летописцами, для которых вся дохристианская эпоха — это «мрак язычества». Жреческая культура и наука уничтожалась вместе со жрецами и их святилищами. Начало этого процесса положил приход христианства на Русь, тысячелетие которого недавно торжественно отмечалось. В трудных условиях преследуемые древнерусские жрецы, хранители древнейших знаний, вынуждены были сокрыть свои знания от непосвященных.

Церковная цензура, которая активно работала в царской России, не давала возможностей издавать непризнаваемое церковью, в частности — астрологическую литературу. И ученые, занимавшиеся русским фольклором, не имели поэтому достаточных знаний и источников в этой области, не имели возможности серьезно рассмотреть фольклор с позиций астрологической методологии. Впрочем, в конце XIX века наблюдалось некоторое ослабление церковной цензуры. Благодаря чему стали появляться книги, содержащие хоть какие-то сведения о ранее запрещенных и «отреченных» книгах.

В развалинах дохристианской древнерусской науки как раз и лежат истоки русских сказок и былин, которые являются ровесниками и предшественниками христианства, самым древним источником знаний о древнерусской науке и культуре, пришедшим к нам сквозь тысячелетия.

Говорят, труднее всего найти то, что лежит на виду, когда прячущие придают спрятанному совершенно иной вид. Видимо этим и руководствовались древнерусские жрецы и ученые, оставившие свои знания потомкам в зашифрованном виде. Были созданы шедевры словесности, которые позднее получили название былин. Кто бы мог подумать, что кроме обычного, видимого содержания в былины вложено нечто тайное, тщательно скрываемое от пристального ока недоброжелателя.

Если приподняться над тайной и посмотреть на нее широко, не узким взглядом специалиста, то ее можно не только увидеть, но и понять. Чем шире раздвигает горизонт мировоззрения новая идея, тем уже кажутся знания и возможности отдельного человека. При этом могут ускользать мелкие детали и явления, которые, впрочем, способны рассмотреть и уже знающие всю перспективу специалисты. Наконец эта тайна приоткрыта. И взору постигшего ее основы предстают уже не только русская сказка и былина, но приоткрывается весь мир. Древние русские тайны оказываются лежащими в начале начал всех мировых цивилизаций.

Между мифом и сказкой нет четкой границы. Сказка — вечная спутница мифа. В ней, как в кривом зеркале, отражаются, мифические действия Но если определить кривизну этого зеркала иносказательности, то сказка становится точным отражением мифа. Сами мифы также не лишены иносказательности, однако в них, как правило, боги называются своими наиболее часто употребляемыми именами. Можно предположить, что и блестяще разработанные системы мифов в значительной мере служили для прикрытия истинного смысла тайн астральной религии.

Эта книга — своеобразная дверь в сказку. Можно предположить, что она будет полезной всем тем, кто интересуется древнейшим прошлым как русского народа, так и других народов мира, станет основополагающей для будущих исследователей.

Во второй половине XX века русские мифологи В. В. Иванов и В. Н. Топоров совершенно справедливо предположили, что славянская мифология является вариацией индоевропейской мифологии. А следовательно, утраченные фрагменты славянских мифов можно восстанавливать, используя мифологические представления других народов. Эти выдающиеся исследователи также весьма справедливо использовали в своей работе фольклорные тексты наряду с поверьями и былинками, предполагая в них наличие «осколков» древнерусских мифов. Такая концепция получила название теории «основного мифа». Научные оппоненты бросили на эту теорию множество «червей сомнения», которые в значительной мере подъели воссоздаваемую по крупицам древнюю русскую мифологию. Но процесс реконструкции идет. Свидетельством этого является, в частности, и настоящая работа.

Борис Баландинский

Введение «Сказка — ложь, да в ней — намек, добрым молодцам — урок»

Две тысячи лет христианство победно шагает по планете. Робким и мягким гостем оно пришло в Древнюю Грецию и Рим. И мы говорим о мифах Древней Греции и Древнего Рима Тысячу лет назад отнюдь не гостем, а воинствующе и жестко пришло христианство на Святую Русь. И мы говорим о «язычестве» дохристианской Руси. Придуманное христианскими богословами слово «язычество» произошло от «языки», которое в древности употреблялось также в значении «племена», «народы». Не в названии дело, а в том, что оно отражает суть отношения к архаичным традициям. В Греции, например, до сих пор сохранились храмы, посвященные языческим богам. Огнем и мечом прошли новообращенные христиане по местам древних русских языческих святилищ, на пепелище которых обычно возводились церкви и часовни. Широко известны античные мифы, но мы практически ничего не знаем о древних русских богах, кроме простого перечисления некоторых из них, кумиры которых были поставлены при князе Владимире в Киеве, а затем по приказу того же Владимира, но уже принявшего христианство, уничтожены.

Вера в астральных богов, названная христианскими священниками язычеством, являлась тем гигантским пластом в истории человечества, обнажения которого мы постоянно наблюдаем в нашей повседневной жизни. Молодая поросль, возникавшая на почве христианства, ислама, буддизма, иудаизма и других религий, волей-неволей уходила корнями в этот древний пласт и находила в нем для себя питание. В моменты же зарождения этих вероисповеданий не было иной почвы, кроме астральной религии, и основатели новых верований были вынуждены взращивать на ней свои теологические идеи.

Под астральной религией мы понимаем такое мировоззрение, миропонимание и мироощущение, такие связанные с ними действия и такое поведение, которые основаны на вере в астральных («звездных») богов, в число которых входили и планетарные. Напомним, что в стародавние времена в число планет включались светила. И поэтому так называемая «солярная» («солнечная») религия, в которой главным объектом поклонения являлось солнце, была частным случаем религии астральной. Священным объектом поклонения астральной религии являлось небо. Следует отметить, что у разных народов в разные времена главные божества могли различаться. Люди поклонялись Солнцу, где-то — Луне, где-то и когда-то — Сатурну, а затем — Юпитеру, важнейшим божеством на Ближнем Востоке временами становилась Венера, а у сторонников герметизма особо почитался Меркурий.

Сказочное пространство, в котором происходили и до сих пор происходят волшебные превращения, есть гениальное изобретение человеческого разума. Оно скрывало в своей замечательной многомерности выдающиеся достижения в познании звездного неба. Чудесное очарование сказки всегда раздвигало и раздвигает сегодня необычные горизонты перед изучающим по сказкам мир молодым поколением людей, создавая один из основополагающих элементов цивилизации — иррациональность мышления. Каждый народ привнес какие-то свои, национальные оттенки в оформление такого восприятия, но само оно имело ярко выраженный межнациональный характер и способствовало объединению людей.

История знает примеры, когда в периоды преобразований древние знания сохранялись благодаря их шифровке. Так было, например, с картами Таро, в которых предусмотрительно были сокрыты, как полагают, фрагменты тайной науки древних египтян. Автор пришел к мнению, что нечто подобное имело место и на Руси.

Древняя Русь… Тысячелетие христианства наложило свой отпечаток на наше восприятие далекой от нас исторической действительности Мы смотрим на дохристианскую Русь сквозь призму, созданную разумом монахов-летописцев. Воспитанные на Библии, они, конечно, не понимали и не принимали языческих обрядов, боролись с ними. Проповедуя смиренную христианскую любовь, христианство, естественно, отвергало языческие жертвоприношения. При этом церковь не гнушалась ничем в борьбе с инакомыслием.

Нет, пожалуй, на Руси человека, который бы не слышал русских народных сказок и былин, где герои отправляются далеко-далеко, в тридевятое царство во имя любви или просто для спасения героини от темных сил. В древнерусских былинах — в лесах, на полях, в городах и селениях — действуют былинные богатыри во имя Родины.

Из множества неизвестных страниц в истории человечества есть такие, которые не прочитаны только потому, что они написаны непонятным современному человеку языком. Вероятно, в качестве объекта для сокрытия эзотерических, т. е. тайных, закрытых для непосвященных, знаний служили пришедшие из глубины веков русские народные сказки и былины.

С раннего детства человека окружает мир чудес, который дает ему сказка. Это удивительное создание человеческого разума. Сказка учит. В ней говорится о добре и зле, радости и горести, правде и кривде, счастье и несчастье, прекрасном и безобразном. Она рождает в человеке оптимизм, веру в будущее, сознание того, что силы добра могущественнее, что в итоге добро победит.

Сказка возвышает человека ощущением сопричастности к описываемым событиям, стремлением быть на стороне сил добра, правды, в мире прекрасного.

Вместе с тем сказки — произведения фантастического плана, в которых осуществлялась вековечная мечта человека о чудесах. Сказка увлекает кажущейся достижимостью невозможного. Она приподнимает фантазию человека на иной уровень, на котором человеческое мышление способно решать самые неправдоподобно сложные задачи.

Если посмотреть внимательно на русские сказки, то можно увидеть, что они относятся к самым загадочным явлениям, какие только рождало человечество.

Бой богатыря со Змеем Горынычем.

Старинный русский лубок


Исследования автора позволяют сделать вывод, что в абсолютном большинстве сказок и былин в иносказательной форме речь идет о явлениях космического плана.

Помните? Прилетел дракон и унес героиню сказки в тридевятое (т. е. 27-е) царство… В другой истории ту же роль играет широко известный русскому человеку Змей Горыныч. Он и силен, он и горюч, он снабжен «хоботами», он еще и летает…

Существует множество гипотез, в которых предпринимались попытки объяснить этот сказочный образ. Есть гипотезы академика-секретаря Отделения истории Академии Наук Б.А. Рыбакова, других специалистов, прежде всего историков, которые у нас в стране являлись законодателями в рассматриваемых областях знания, и гипотезы людей, неотягащенных учеными званиями, простых любителей сказок. Если мы познакомимся только с наиболее серьезными [122] из них, то узнаем, что образ Змея Горыныча порожден значительными трансформациями воспоминания людей о мамонтах. Что речь идет о динозаврах. Что Змей Горыныч — аналог смерча. Или шаровой молнии. Что образ Змея Горыныча вызван якобы применявшейся войсками Чингисхана и Батыя китайской пороховой артиллерией. Или извержением вулкана. Интересно предположение, высказанное в одном из словарей по славянской мифологии: «Под Змееем Горынычем подразумевались прежде всего грозные темные тучи, залегающие на небе пути-дороги солнцу красному и лишающие тем весь согреваемый его лучами живой мир главного источника жизни. С течением времени дракон-змей является уже не в виде самой тучи, а вылетающих из этой «небесной горы» молний. Змеевидность последних сама говорит об этом воплощении» [122]. «При этом прозвище — Горыныч — якобы происходит от слова «гора», что «Змей Горыныч — обитатель пещер, уходящих в неизведанные глубины гор», что Огненный Змей, в отличие от Змея Горыныча, является воплощением змеиной хитрости и силы, что именно он «летает по воздуху и горит огнем негасимым», «проникает в избы одиноких девушек и женщин». Авторы другого словаря считают, что имя «Горыныч» произошло от слова «гореть» и лишь вторично от слова «гора». Есть версии о похищении древних русичей космическими пришельцами, а Змей Горыныч, по этой версии, — их летательный аппарат. Существует предположение историков, что в основе повторяющихся у разных народов мотивов змееборчества лежит смутное воспоминание победы Солнца над Изначальной Зимой. Отмечают, что Змей Горыныч совершал свои налеты из запредельных далей, а граница археологической Лужицкой культуры проходила в XI–VII веках до н. э. по реке Горынь. В общем, теорий много, и в подтверждение каждой приведены многочисленные доказательства.

Когда заходит речь о праславянских знаниях, то вольно или невольно мы задаемся вопросом о ведических взглядах на этот счет. Можно видеть общность ряда богов ведийцев с языческими богами на Руси, да и само слово «веды» имело одинаковое значение и в русском языке, и на санскрите. Статистический анализ числа совпадений слов индоарийских языков со словами европейских языков выявил, что наибольшее количество сов падений имели славянские языки и особенно восточнославянские. А на первых трех местах русский, украинский и белорусский языки [74]. Все это указывает на существование в древности единого источника знаний у восточных славян и у индоариев. Оказалось, что в Индии в период с VI по XI век н. э. произошел переход лунной астрологии с 27-суточного цикла на 28-суточный цикл [50]. Впрочем, при этом, достаточно «грубом» с астрологической точки зрения, переходе, астрологические значения 27 «накхатр» (местоположений Луны) не изменились [50,284].

Затмение с драконом

Гравюра из альманаха 1597 г.


Для того чтобы понять, что такое «дракон», надо совершить экскурс в ведическую астрологию. В ней большое значение имеют так называемые «раху» и «кету», которые можно перевести как «голова дракона» и «хвост дракона». И, рассматривая космические масштабы сказки, в сказочных драконах и летающих змеях можно увидеть «Голову и Хвост Дракона». Эти точки лунной орбиты находятся в поле зрения и большинства современных астрологов. В астрономии «Голова и Хвост дракона» соответствуют восходящему и нисходящему лунному узлу [221], это — точки лунной орбиты, точки ее пересечения с плоскостью земной орбиты. Когда Луна находится вблизи одной из этих двух точек, то только тогда возможно затмение — в это время Солнце, Земля и участок орбиты Луны находятся на одной прямой линии. Если в этот момент Солнце противостоит Луне, а это бывает в полнолуние, планета Земля затеняет Солнце и наступает лунное затмение.

Нахождение Солнца позади Луны случается каждое новолуние. Если именно в этот момент Луна находится в непосредственной близи к точкам «Голова дракона» или «Хвост дракона», то солнечное затмение гарантировано. Из описанного ясно: в сказках и былинах очень часто имел место рассказ о затмениях. Безукоризненность такого понимания следует также из астрономии. С древности и до настоящего времени существуют и применяются такие понятия, как драконический год и драконический месяц. Последний во всех учебниках астрономии трактуется как промежуток времени между двумя последовательными прохождениями Луны через один и тот же узел своей орбиты.

Для того чтобы разобраться о каком затмении идет речь, посмотрим на сказку с позиций лунной астрологии. Каждый лунный дом по продолжительности примерно эквивалентен суткам. Для начала следует поставить знак равенства между словами «дом» и «царство», ведь для сказочного героя, царевича, дом — все его царство. Итак, царевич отправляется на поиски похищенной драконом героини, но прежде всего обращается за консультацией к знатоку астрологии, магии и йоги — Бабе Яге. Перечисленные науки — только для посвященных. Баба Яга присматривается к герою и наконец сообщает: «Ищи ее в тридевятом царстве — царстве Кощея Бессмертного».

Солнечное затмение с драконом

и развалинами города.

Гравюра из календаря XVI–XVII вв.


О «тридевятом царстве» говорилось во многих сказках. Числа «три» и «девять» считались у праславян особыми, священными. Например, было принято хоронить покойника на третий день после смерти, а на девятый день — его поминать. Число три имело достаточно много скрытого в самом себе смысла. Но одним из главных было троичное деление мира: на мир небесный, земной и подземный. «Тридевятое» число — это не что иное, как число двадцать семь. Чем же оно выделяется? Это — одно из лунных чисел. В астрономическом понятии «драконического месяца» он равен 27,21 средних суток.


В лунной астрологии дома отсчитывались от новолуния, и двадцать седьмой дом («царство») — последний дом лунного цикла, дом начала следующего новолуния Таким образом, в сказках иносказательно говорилось, что имело место солнечное затмение, когда «дракон» похищал героиню, олицетворявшую солнечный свет.

Но что же представлял собой главный герой сказки? И почему его называли в отличие от его братьев Иванушкой-дурачком? Дело в том, что на Руси в древности, по-видимому, использовался отсчет суток начиная с вечера. Вечорка, Полуночка и Зорька — три героя некоторых русских сказок, являлись персонификацией трех периодов суток В них проглядывается древний русский обычай делить сутки на три части. И слова, что у сказочного царя или еще у кого-то было три сына, следует понимать, что в сутках было три части. Если рассматривать магическую сторону сказки, то становится понятным представление создателей сказок о существовании связи магии с темным временем суток. Потому-то старшие братья, персонифицирующие темное время суток, умны, что наделены магическими умениями, знают магические премудрости. Посмотрев в этом ракурсе на младшего сына, дневного, увидим, что он не только моложе, но и не может обладать умениями и премудростями старших братьев, на их фоне он — «дурачок» Тем не менее именно ему, Иванушке-дурачку удавалось сделать то, что не могли сделать другие, например освободить царевну из заточения. Солнечного затмения ночью не видно, оно могло быть только днем, т. е. во время этой третьей части суток. Иван женится на царевне и становится царем — правителем Иванова царства. Имя «Иван», вероятно, обозначало правителя первого дома и поэтому в сказочных повествованиях о затмениях обычно и участвует персонаж по имени Иван. В конце концов в сказках возникают царства, полные солнечного света.

Многие русские народные сказки кончались словами: «Сказка — ложь, да в ней — намек, добрым молодцам — урок». Эти слова еще раз подчеркивали наличие в сказках скрытого смысла, говорили о том, что в сказочной форме дано назидание. Русская сказка, в которой повествование велось обыденно и просто даже для ребенка, являлась своеобразным сказочным учебником. И не только добра и оптимизма. Сказка пронизана тайной древнейших знаний, обучала астрономо-астрологическим и другим древним знаниям, являлась прологом к тому русскому песенно-поэтическому сказочному наследию о героях-богатырях, которое получило название былин.

Человечеству предстоит вновь обрести миф, сказку и другие фольклорные источники. Эта книга лишь показывает тропу, по которой надо пройти, чтобы осознать древнюю мудрость богов, их роль в древнейшей науке о беспредельном и становлении всех других религий, в том числе мировых религий современности.

Живительный источник, или Древнерусский шифровальный ключ

Существование шифровальных ключей вытекает из самого астрономо-астрологического содержания сказок и былин. В самом деле, что может быть сказано о движении планет и светил, если нет ни одной цифры? Вероятно, что цифры даны в словесной форме, зашифрованы в некоторых словах. По всей видимости, в древности применялось несколько шифровальных ключей.

«Ключ небесный, земной замок!» — подсказывает старинный русский заговор. В другом заговоре говорится: «И тем моим словам ключ и замок, и замок замкну, и снесу замок в Окиян-море под Латырь камень» «К тем моим словам небо и земля, ключ и замок» — сказано в третьем В четвертом записано: «…замок пресветлого рая, ключ небесного царствия от земли до неба, от неба и до престола и по земли…» [211]. Таким образом, ключ и замок являются распространенными символами неба и земли, указателями того, что ключ от земного замка шифры — следует искать на небе.

Тайны небес сокрыты в пестроцветии земных мифов и сказок всего мира. Поэтому имеет глубокий смысл копать этот еще в достаточной степени неизученный и потому совершенно непонятный пласт древности. А с предложенных позиций можно попытаться понять их многомерную суть.

То, что это удивительное многообразие содержит еще что-то иное, таинственное, было хорошо понятно многим мыслителям как далекой древности, так и наших дней. Вот что, например, писал известный немецкий философ, отец диалектической системы Георг Вильгельм Фридрих Гегель: «Вступая в мир древнеперсидских, индийских, египетских образов и созданий, мы чувствуем себя сначала не по себе; мы чувствуем, что странствуем посреди каких-то задач. Сами по себе эти создания нас не привлекают, непосредственное созерцание их не доставляет нам удовольствия и не удовлетворяет нас; они сами как бы требуют от нас, чтобы мы перешагнули через них и пошли дальше, к их смыслу, который есть нечто более широкое, более глубокое, чем эти образы».

Попытки объяснить давнее почитание объектов животного и растительного мира, играющих значительную роль в многообразии тайн космической религии, родоплеменным тотемизмом слишком упрощают причинно-следственную сторону рассматриваемого вопроса. Подобное упрощенчество в науке, к сожалению, заходит слишком далеко.

Часто в фольклоре содержится прямой намек на шифрованность сказочного сообщения: «тогда еще люди звериную речь понимали». Существует множество русских, славянских и вообще евразийских сказок, в которых действуют говорящие животные, говорящие птицы, говорящие рыбы, говорящие деревья. Мифологи предположили существование некоего принципа «расщепления», согласно которому в наиболее древнем фольклорном наследии народов мира герои сами оборачивались птицей или животным, а в более позднем — герои как бы расщепляются на два. И вместо человеко-птицы или человеко-животного в сказках и мифах участвуют кроме героя его помощники — птицы и животные.

В одной литовской сказке говорится: «Когда и птицами еще властвовал Перкунас, тогда он и места, где им жить определил: аисту — на высоком дереве, утке, гусю, нырку — в воде, чибису — среди кочек, жаворонку — на пашне, синице, кукушке, удоду — в лесу, сороке — в лозняке, овсянке, пеночке, куропатке — в кустах, ласточкам, воробьям — под крышами». Напомним, что Перкунас — аналог Перуна, Зевса, Юпитера.

Необычайно большая распространенность среди русских фамилий таких, которые имели в своей основе наименование птиц, отмечалась многими специалистами. Зарубежный славист В.Р. Кипарский доказывал даже на этой основе существование у русских культа птиц. Специалист в области ономастики (науки об именах) В.А. Никонов отмечал, что сравнительный анализ русских фамилий показал их связь с птицами более частую, чем связь с животными или рыбами [179]. По всей видимости, эти факты свидетельствуют о большой распространенности на Руси «птичьего языка» — тайных числовых птичьих шифров, с помощью которых древние русские жрецы сокрыли свои знания. И могло быть не случайным то, что слово «сокрыли» созвучно с русским же словом «крылья».

О знании «птичьего языка» говорится во многих русских сказках. Например, в сказке «Охотник и его жена» у мужика было две собаки, но после того, как он спас от огня говорящую змею, он стал понимать «и как зверь говорит, и что птица поет» и узнал, о чем говорили его собаки и его петух.

В другой, русской же, сказке, называемой «Птичий язык», рассказывается про мальчика Василия, который понимал птичий язык.

В сказке из Вятского сборника Д.К. Зеленина [102] шел демобилизованный солдат у пруда, когда змея обвилась ему вокруг шеи. Взял солдат змею за хвост и хотел разбить ее голову о сосну, но та взмолилась и за свою жизнь наделила солдата волшебным корешком. Съел солдат корешок и стал понимать, о чем говорили сороки, вслед за этим он услышал, что говорили вороны.

Подобные мифы, сказки и легенды есть и у других народов, хотя язык птиц там не так сильно выделен. Например, скушал Иржик, герой чешской сказки о Златовласке, рыбки, и сразу начал понимать язык птиц, зверей, рыб и даже малых жучков.

В древнегреческом мифе некто Меламп взял змеенышей из разоренной змеиной норы и их выкормил. А когда они выросли, то ночью заползли Мелампу на плечи и почистили ему уши. Так Меламп научился понимать язык животных и предсказывать будущее. Наделен был магической силой искусства музыкального исполнения герой античных мифов Орфей, и этой игре были покорны не только люди, но даже боги. Как следует из приведенного изображения, Орфей находил общий язык также с птицами и животными.

Орфей, играющий на лире.

Мозаика, III в.,

Палермо, Национальный музей


Существовало пояснение к библейскому мифу о потопе. Согласно ему нижний ярус ковчега занимали пресмыкающиеся и звери, средний — люди, а верхний — птицы. Ноев ковчег, как мы можем предположить, был прибежищем птиц и животных, которые составляли древние шифры.

На Благовещение, 23 марта (7 апреля по новому стилю), в старину на Руси существовал обычай выпуска всех птиц из неволи, что, вероятно, было связано с трансформацией начала нового года и новым птичьим циклом отсчета. С птичьим отсчетом дней, по-видимому, связано следующее поверье. У славян считалось, что все птицы на Воздвижение (14 сентября по старому стилю) отправляются в рай, ирий, и на земле остаются только те змеи, которые летом покусали человека. И возвращаются птицы 22 марта (по новому стилю) в день Сорока святых мучеников, носящем в просторечии птичье название — этот день называют Сороками.

Небо — божий дом. Возможно, что именно поэтому когда-то на Руси был гак популярен «птичий язык», ведь у птиц среда обитания — небо.

Восточный мудрец из эстонской сказки «Северный дракон» говорил юному герою, что птицы небесные смогут указать путь к волшебному перстню, но для этого надо научиться их языку Старик-мудрец сварил чудодейственный напиток из девяти собранных при лунном свете трав и три дня поил им юношу, давая по девять ложек в день. И тот стал понимать птичий язык.


Живот Дракона. Эклиптика, небесный экватор и дракон.

Г. Бонати, «Liber astronomicus», 1491 г.


Три дня по девять раз: опять мы имеем дело с тридевятым числом. Речь, вероятно, идет о драконическом месяце, в котором насчитывается 27 суток. Слово «драконический» намекает на того дракона, которого считали виновником затмений.

Птичий язык известен по источникам различных народов. Народов Западной Европы, Северной Африки, Ближнего Востока, Восточной Азии. Праславяне некогда обитали в среднем Подунавье (см., например, [269; 294]) на древнейшем перекрестке дорог Запада и Востока. И впитали в себя то общее, что лежало в основе мировой культуры.

Как уже отмечалось, очень часто в старинных русских заговорах попадаются сравнения неба и земли с замком и ключом. Есть во многих индоевропейских языках слова, имеющие такое же значение «ключ» и созвучные русскому произношению. Так английским словом «clue» обозначают «ключ» в переносном значении этого слова. Отметим, что лингвистически близко и русское слово «клюв». Это показывает возможность связи одной из основных отличительных черт пернатых и тайн шифровального ключа.

Для понимания скрытой сущности той или иной птицы следует прислушаться к тому, что говорится об этой птице в народе. Существует великое множество произведений народного творчества, в которых героями и персонажами выступают птицы, имеющие человеческие звания и должности, что соотносит такие произведения с некоей системой шифров.

Сказки, напечатанные под названиями «Ворона», «Ворона-карабута» и «Бедная кукушка» из пермского сборника Д.К. Зеленина [103] и вологодского собрания Н.А. Иваницкого [110], в какой-то степени похожи друг на друга. В них рассказывается, что у кукушки было гнездо на со сне, которая росла рядом с семью березами (или новый дом), где птица выводила своих детей, однако ворона это гнездо разорила, детей прибила. А дело было на восьмой тысяче лет в марте месяце. Кукушка обращается в суд с жалобой на скоробогатую птицу ворону, которую один из вариантов называет погуменной совой. Впрочем, концовка у разных вариантов разнится где то ворону признали виновной, а где-то невиновной. В последнем случае пострадала кукушка — ее отправили в темный лес на тридцать лет. И с тех пор кукушка не имеет своего гнезда

Интересен состав суда, характеристики свидетелей и чиновников разных уровней, которые несколько отличаются в разных сказочных вариантах. Царем называют белого лебедя, гуся и филина — губернатором, павлина — архиереем, журавля — приказчиком, гуся и коршуна — исправником, ястреба — урядником, грача — становым, тетерева польского — мирским старостой, воробья — десятником или каморкой, сороку — сотником, синицу — рассыльным, галку — с палкой, сыча — приставом, зуя — праведным, воробья, желна и дятла — ябедниками, клеветниками и потаковщиками. Сыча, сову, орла и скопа — тайной полицией В одном варианте кукушка челом бьет сизым орлам, «белая куропать» отдает приказ на розыск вороны, а «филиново отродье» называют «Вашим благородьем».

Фрагмент золотой статуэтки богини Серкет с птицей на голове, стоявшей у одной из четырех сторон саркофага фараона Тутанхамона (с трех других сторон были статуэтки богинь Исиды, Нефтиды и Нейт).

Около XVI в. до н. э.

Египетский музей, Каир


Символически-образная форма сказочно-мифического шифрования была близка посвященным в тайны шифров людям прошлого. Но каково общее число различных шифров и их элементов было в древности, в точности никто и никогда не узнает: слишком много фольклорных источников, в которых эти элементы упоминались, безвозвратно утеряны. Вероятно, их число примерно равнялось числу божеств, общее количество которых также пока неизвестно. Так как у каждого божества могло быть несколько имен, возможность даже грубой количественной оценки весьма проблематична.

По аккадско-шумерским мифам Ануннаки являются посредниками между людьми и богами. Это — группа родственных между собой небесных, земных и подземных божеств. Их число колеблется от 7 до 600, причем 300 из них считались верхними, 300 — нижними. В это число входят «игиги», которых называли космическими богами [165].

Фрагмент заставки Юрьевского евангелия XII в.


Некоторым птицам, животным, растениям с именами собственными народная молва приписывала те или иные особые качества Например, считалось, что вещая птица Гамаюн не имела ног и, прилетая из рая, приносила с собой райское благоухание, мифическая птица славян Пантирь имела кости, которые, как считалось, были способны резать любые камни и железо, а волшебная Гагана угощала вежливых прохожих птичьим молоком. Птица же Алконост (или Алконос) несла яйца на берег моря, погружала их в воду и тем самым делала море спокойным. Кроме того, Алконост обладал чарующим голосом. Известна сгорающая и возрождающаяся вновь птица Феникс. Одно из русских названий ее — Оленец. В некоторых фольклорных источниках [21] упоминается птица моксос, которая умирает на зиму и воскресает весной.

Как следует из ряда мифов и сказок, некоторые птицы сами могут быть символическими эквивалентами богов. Ореол святости у изображения птицы из Юрьевского евангелия тому пример.

В главном из четырех славянских языческих храмов в древнем городе Штетине были выпуклые изображения птиц, зверей и людей, так похожие на настоящие, что казались живыми. И то, что такие изображения были в языческом храме, вероятно, также связано с тайным смыслом шифров [39].

По всей видимости, с числами связывали все, что окружало человека, и даже то, что было внутри него. Кроме птиц, животных, человеческих имен, деревьев, рыб, трав, плодов, насекомых, цветов, материалов, содержимого домов, предметов одежды, вероятно, были шифры частей человеческого тела. Каждый элемент шифров мог быть связан с тем или иным божеством или явлением, среди которых особую, главенствующую, роль играли затмения.

Подразделяя древние шифры на шифры птиц, шифры животных, шифры деревьев и другие следует иметь в виду взаимосвязи как элементов одних и тех же шифров, так и различных шифров между собой. Образовывались сложнейшие комплексы, системы шифров. Так, например, определенные пищевые привязанности птиц могут подсказать, хотя это и необязательно, связи между шифрами птиц и деревьев. Ведь глухари предпочитают сосны, тетерева — березы, белые куропатки — ивы, рябчики — ольху. Хотя, по-видимому, не следует переоценивать подобные сочетания. Каждый из богов имел несколько ипостасей и, таким образом, был связанным с несколькими образами, каждый из которых мог соответствовать некоторому числу.

Мифическая птица тота в древнерусском источнике [21] — птица, обладающая человеческим голосом. Хотя очень может быть, что птицу следовало бы писать с большой буквы: птица Тота. И соотносить с древнеегипетским богом мудрости, счета и письма Тотом. Впрочем, судя по древнерусским сказаниям о птицах, каждой мудрецы вложили в уста те или иные слова. И потому каждая птица, участвующая в шифрах, являлась птицей То га.

Вероятно, что когда-то существовало представление о причинах затмений, связанных с ближайшей планетой. Т. е. в этом смысле планетарные боги могли выполнять двоякую миссию.

Брахма создал в первый день (в первой кальпе) небесные тела, знаки зодиака, жертвенных животных и растения, применявшиеся при жертвоприношениях. Тут также видится астральный рассказ о создании божественных, небесных шифров.

В латышской сказке младшего сына рыбака по имени Пастарис унес великан. Сказочный герой узнал, где находилась жизнь великана, и с помощью четырех воевод победил его. Один из этих воевод был старшим над зверями, другой — над птицами, третий — над рыбами, четвертый — над «муравьями». А жизнь великана была в голубином яйце, голубь этот был в зайце, заяц — в голове змеи, а змея — в лесу. Но отрубить голову змее можно было только мечом, который висел на неком столбе, столб же этот стоял во дворе находившегося «посреди моря» замка.

В древнееврейском мифе о царе Соломоне [139] рассказывается, что Бог не только возвеличил имя Соломона над царями земными, но и дал ему вместе с мудростью власть и над дикими зверьми, и над птицами, и над демонами, и над духами. И даровал способность понимать язык птиц и животных, говор деревьев и шепот трав, шелест колосьев и то, о чем говорят бутоны цветов. И услышал Соломон, как на утренней заре павлины, попугаи, удоды и ястребы славили золотистое и прекрасное солнце. У царя Соломона было нечто вроде ковра-самолета в виде большого квадратного летающего покрывала со стороной в сорок верст из зеленого шелка, с изображением всего на свете и, в том числе, зверей, птиц, рыб, растений. А у четырех концов этого волшебного покрывала были Асаф, который командовал людьми, Ремират, который командовал демонами, лев, который командовал зверями, и орел, который командовал птицами [139].

Адам, дающий имена животным.

Английский бестиарий, XII в.


Весьма интересно изображалась четверка евангелистов. Матфей имел вид человека, но с четырьмя крыльями. Иоанн — человека с птичьей головой и крыльями либо вообще в виде птицы, обычно изображавшейся похожей на орла. Лука имел вид либо быка, либо крылатого человека с головой быка. Марк имел голову льва и человеческое тело с крыльями, либо голову человека и тело крылатого льва, либо изображался крылатым львом. Мифическое существо, называемое евангелиста, на котором, как на коне восседала дева — церковь, изображалось с четырьмя головами (человеческой, львиной, бычьей и орлиной) и с четырьмя ногами (человеческой, львиной, бычьей и орлиной) [19]. В этом существе символически слились черты четырех евангелистов, что еще раз отражает наличие в Библии сакральных черт астрального плана.

В двенадцати главах «отреченной» церковью книги, называемой «Чаровник», описывалось «двоенадесять опрометных лиц звериных или птичьих» [221; 264].

Птичье «перо» лингвистически соотносится с индоевропейским словом «per», что означает «чудо» [152]. Поэтому, вероятно, с каждым пернатым в мифах и сказках связывались чудеса. Но и поведению птиц уделялось значительное место в религиозных воззрениях прошлого. В античном сообществе существовала целая отрасль гадания по поведению птиц, и использовались специальные жрецы — таруспики.

Мифолог В.Н. Топоров трактует числа в мифопоэтических системах как «элементы особого числового кода, с помощью которого описываются мир, человек и сама система метаописания» И действительно, числа в мифопоэтических системах являлись элементами числовых кодов и записывались в иносказательном виде. Представляется, что шифрование в древнейшие эпохи астральной религии распространялись, вероятно, на все, что окружало человека и что было в нем самом. Достаточно быстрое расширение номенклатуры окружавших людей вещей, которые появлялись с эволюцией цивилизации, могло сказаться на числовых кодах, привести к их расширению или оставить что-то вне их рамок. Связь числа со словом, названием, которое это число выражало, косвенно может указывать на словесную шифрованность чисел у индоевропейцев, что показывает, например, находимое лингвистами [152] сходство латинских слов «потеп» («имя») и «numerus» («число»), которые имели взаимосвязь со словом «питеп» («божественная сила»), а также ирландским «пет» («небо»).

Лад или Ладон, по мнению некоторых исследователей, — славянский бог, который назначал дорогу солнцу, вытканную знаками зодиака. Он же поделил ход на 12 месяцев и 4 поры, а зверей и растения на роды и виды. Он устанавливал порядок на небе и земле, и в этом деле ему помогала его жена и сестра богиня благополучия и семейного согласия Лада. Некоторые авторы сопоставляют Лада и Ляда. Однако последнее ныне имеет некий недоброжелательный оттенок («на кой Ляд»), в то время как «Лады» на Руси произносились как идеал согласия. С Ладами, парой богов согласия и порядка, поделивших животный и растительный мир на роды и виды, по-видимому, были связаны и числовые шифры.

Обширные русские лесные пространства стали оазисом язычества, на котором сохранились пережившие тысячелетия жреческие, дохристианские знания. Особенное распространение получили они на территории Русского Севера. Устные сказания отражают коллективную память народа. Проведенный нами анализ ряда произведений русского фольклорного наследия, а слово «фольклор» буквально означает «народная мудрость», позволил найти заповедный живительный источник, в котором, по мнению автора, содержится древний шифровальный ключ и таятся разгадки некоторых тайн русских народных сказок, былин, песен, заговоров и т. д.

Приводимое произведение былинного творчества привлекло к себе внимание как песня-шутка. Его использовал в отредактированном сокращенном варианте выдающийся русский драматург А.Н. Островский при создании хора птиц в прологе пьесы «Снегурочка».

Представляем наиболее полный, а потому и наиболее авторитетный, вариант текста стихотворения-песни «Птицы и звери». Он был записан на Онеге (в районе Пудоги) А.Ф. Гильфердингом в 1871 г. со слов сказителя былин, слепого нищего крестьянина Ивана Фепонова [61].

Птицы и звери

Ай отчего-те зима да зачаласе,
Ай красное лето состоялось?
Зачалася зима да от мороза,
А и красно лето от солнца,
Ай богатая осень от лета.
И по тыя-то осени богатой
Вылетала малая птица,
А и малая птица певица,
Садилась в зелену садочку
А на тое на дерево калино,
А и начала пети, жупети,
Всякими она-me ясаками.
Ай услыхали руськие птичи,
Сбиралися стады они стадами,
Прилетали к зелену садочку,
Ай садились птичи рядами,
В одну сторону да головами;
А начали пети, жупети,
Заморскую птицу пытати:
— Ай малая птица-певица,
Скажи божью правду, не утайсе:
Кто у вас за морем больший,
Кто за Дунаечким меньшии?
А отвёт держит птица певица:
— Глупые вы руськие птичи!
А зачем же сюда прилетали,
Зачим про синё морё спрашали?
Все у нас за морем больший,
Все за Дунаечким меньшии.
Ай крестьяна у нас по деревням,
А десятски у нас по селеньям,
Ай старосты у нас по волостям,
Попы дьяки у нас по погостам,
Старцы игумны в монастырях,
Подьячие люди по присуствам,
А гости торговы по посадам.
Воеводы живут у нас по мызам,
Солдаты идут по походам,
Цари да царьствуют по царьствам.
А все ль-mo у нас по роботам.
А еще бы заДунаечким морем
Белый-от колпик был царик,
Белая колпица царица.
А гуси-ты намори бояра
Лебеди боярицкие жены.
Соловей при них веселый
Во всякие игры играёт,
Все ведь он бояр и спотешаёт.
Воробьи боярьски холопы,
Колья-жердьё да роботали,
Крестьянски конопля розбивали,
Оттого сыты пребывали.
А голубчик-от на мори попик,
Голубушка-та была попадьюшка,
Ай косачки дьячки церковны,
Тетёрки-ты дьяческия женки,
Кулик пономарь церковной.
А травник-от был протаможник.
А терпук-от был трапезник,
А канюк от был ведь человалъник,
Рябчик-от на мори стряпчей.
А ластушки красны девицы,
Утки да были молодицы,
Селезень гость торговой;
Ай по синему морю ведь он плаваёт,
Всякими товарами торгуёт.
Чайки-ты были водоплавки,
Гагары-ты были рыболовки.
А с озера в озеро ныряли,
Всяку опы рыбу добывали;
На горы их рыба не бывала,
А в торгу их рыбы не видали,
Крестьяна их рыбы не едали.
А журавль-от был перевощик:
По синему морю ведь он бродит,
Руськия птицы перевозит,
Цветного платил не мочит.
Галицы были черници,
Черныя вран да игумён,
А ястреб был и атаманом,
А филин-от тать да разбойник,
Сокол-от скорый посланник,
Орёл-от на мори налетник;
Единожды в год и прилетаё,
А велику себи дань и собираё, —
По три головы да по четыре,
Иногда по целому десятку.
А мошник-от на мори крестьянин,
Коппала крестьяньская женка.
А синька б… и полежлива;
Часто лежит она хвораёт,
Долго она не пропадаёт,
Роботы роботать она может,
Казака нанять она не смыслит.
 Дрозд-от у нёй Казаченко,
День-то он ночи роботаё,
Гроша он найму да не видаё,
Кокуша победна горюша;
Много она яиц выкладаёт,
А счёту во яйцах не знаёт,
Детей выводити неумеёт.
Куропотъ бобыль беспоместной,
Штаники он носит с напусками,
Из куста во куст перебродит,
Поместья себе да не имеёт.
Деятель-от на мори плотник,
Желна-та церковной строитель,
По темному лесу летаёт,
Всякое она дерево пытаёт,
Церкви соборы роботаёт.
Сорока кабацкая женка,
Черныя чеботы держала,
С ножки на ножьку скакала,
Молодых ребят приманяла;
На груди подолы подымала:
Без калача да есть не сядет,
Без молодца да спать не ляжет;
Пешь же она, курва, не ходит,
Всё ль-mo едё на подводах,
А пара у ней коней вороныих,
Извощики ребята молодыи.
Ворона-та на мори бабка;
Когти толстый грязный,
Порядню-ту водит худую.
Петухи казаки донскии, —
То-то молодцы да удалый;
По многу жён оны содёржат,
По три жёны да по четыре,
Иной до целого десятка,
А всех нарядити он умеёт,
Веема разрядити разумеёт,
Не так как на Руси у мужа
Одна его бажоная жёнушка, —
И той нарядити он не умеёт,
На работу розрядить не разумеёт.
А курица последняя птица;
Кто ни ею да поимаёт
Всякой в дыре да ковыраёт,
Все из яйца бедиу пытает,
Любимым зятевъям и припасает.
Лев — тот на мори мясник был,
 Медведь-от был кожедерник;
Много он кож придираёт,
Сапогов на ногах не видаёт.
Вочк — тот и на мори овчинник;
Много он овчин придираёт,
Ай шубы он на плечах не видаёт,
Велику себи стужу принимаёт.
Олень-от скорый посланник,
Зайко-то на мори калачник,
А ножки тонгнъки беленьки,
Калачики пекёт он и мякотеньки.
А лисица молода молодица;
Долог хвост — и не наступит,
Зделает вину — она не скаже.
А собака-та зла лиха свекрова;
День она ночи варайдаёт,
Дела никакого не скажет.
Ай кошки эты были вдовицы,
То-то сироты да бобылицы;
Днём кошки лежа по печкам,
Ночью пойдут по добычкам,
А криночки-горшочки открывают,
Без ложки сметанку снимают,
За то же их бьют и беспощадно.
А всем молодцам был и роспуск,
Всем удалым был и розъезд:
Красным девицам по теремам,
Ай молодым молодцам был и по лавкам,
А молодыми молодкам по скамейкам,
Старым старикам и по полатям,
Старыим старушкам по печкам.
То-то старуха на печки.
То то старуха недоества, —
Кринка овсяного теста.
А ела бы старуха молчала,
Молчала бы старуха, не ворчала… тпру.

Это произведение будем рассматривать как стихотворение, хотя в старину оно имело и музыкальную составляющую.

Вступительная часть, зачин, в виде вопросов и ответов сильно напоминает замечательное произведение русской эзотерической мысли «Голубиную книгу», считающуюся апокрифической книгой христианского духовного стихосложения. И вообще рассматриваемое стихотворение в значительной степени перекликается с ним по стилю, форме и тональности.

Во введении стихотворения есть подготовительная фраза: «…садились птичи рядами, в одну сторону да головами». Она настраивает на важность птичьего порядка, служит косвенным доказательством существования в стихотворении кода птиц. Особенно часто встречающимся здесь словом является «море». Причем в части, непосредственно следующей за введением, птица-певица рассказывает о людях разных занятий и перечисляет места, где они обитают за морем. Подчеркнем: за морем. А далее в стихотворении перечисляется, какие птицы и животные каким родом человеческой деятельности занимаются на море. Именно на море.

Наибольшее место в стихотворении уделяется птицам. Различных птиц упоминается более трех десятков, в то время как не летающих животных — всего восемь, да и помещена эта восьмерка в конце, перед самой концовкой стихотворения. Можно предположить, что в стихотворении мы имеем дело с несколькими связанными друг с другом шифровальными системами. Во первых, здесь наиболее полно просматривается система птичьих шифров. Помещены отрывки из системы шифров нелетающих животных, которую для краткости будем называть шифрами животных. Кроме того, здесь дана система шифров профессий или рода деятельности. Может быть, таких систем даже две: одна из них соответствует птицам, а другая — животным.

В начале стихотворения перечисляются люди двенадцати разных занятий и десять мест, где они находятся, причем снизу вверх, начиная с крестьян и деревень и кончая царями и царствами Ясно, что мы тут тоже имеем дело с системами шифров, однако о чем они говорят, сказать достаточно трудно. Среди героев и персонажей сказок, былин и другого фольклорного наследия двое могут символизировать Голову и Хвост дракона и семь — символизировать семерку планет, что вместе составляет девятку. И подобная девятка участвовала в астрологических построениях в индийской традиции. Однако в этом перечне должна быть хотя бы одна женщина, символизирующая планету Венера. А женщин среди перечисленных в стихотворном фрагменте людей не выделено, хотя люди и даны несколько обобщенно, во множественном числе. К тому же мы имеем дело с десяткой. Можно предположить, что рассматриваемый фрагмент является лишь отрывком из шифров астрологических домов, о которых пока из за отсутствия достаточного мате риала мы не можем достоверно судить. Следует также иметь в виду версию о возможных шифрах разбиения дуг в десять градусов, так называемых деканов, на градусы. Серьезность последней версии будет понятна из показанной в настоящей работе распространенности применения 10-градусных дуг.

Каждое число в смысловом плане многогранно. Оно могло означать божество, планету, один из двенадцати знаков зодиака, один из 36 деканов, соответствующее направление, одни из 27 лунных суток, те или иные небесные и земные явления и многое другое.

При рассмотрении даже птичьей, наиболее полной части стихотворения, ощущается недосказанность, что связано с потерями, обусловленными несовершенством человеческой памяти. Это заставляет сомневаться в соответствии приведенного записанного в XIX веке стихотворения, первоначальному, уходящему в глубины прошлого, и делает необходимым в отдельных местах стихотворения анализ справедливости помещения птицы в данном фрагменте. Особенно настораживает упоминание после кулика относящегося к куликам же травника, порядок птиц после врана, а также слово после «синьки», которое можно понять как ругательство, а можно — как профессию и некоторые другие места кодового стихотворения.

Существовало несколько вариантов кодового стихотворения, которые приведены в Приложении. Однако даже предварительный анализ этих вариантов показывает, что мы не можем принимать их всерьез. По сути древнее кодовое стихотворение неоднократно видоизменялось, обновлялось в некоторых деталях, в частности род человеческой деятельности, который ставился в соответствие с той или иной птицей, периодически осовременивался. Поэтому приведенное стихотворение выглядит существенно моложе, можно его принять за произведение века XVI–XVII Но не исключено, что по своему реальному возрасту некоторые варианты птичьих шифров старше египетских пирамид. На это в какой-то мере указывает участие птиц в древних мифах разных народов.

Среди приведенных в стихотворном коде птиц некоторые названия ничего не говорят современному читателю. Есть в стихотворении не совсем понятные слова, относящиеся к названию следующей птицы или служащие дополнением какими-то качествами птицы предыдущей. Поэтому следует более тщательно проработать, насколько это возможно, эти места, так как иначе может произойти сбой шифров

Немногие птицы представлены в стихотворении особями обоих полов. Такую пару можно рассматривать как две шифровальные единицы, так как во всех подобных случаях для обеих особей персонально приведен род их деятельности.

По окончании птичьей части стихотворения начинается следующая, в которой упоминаются не летающие, не пернатые, а четырехлапые животные, каждому из которых ставится в соответствие человеческая профессия. По всей видимости, здесь спрятано еще два стихотворных шифровальных кода. Из восьми упомянутых в тексте животных трое даны в женском роде, представлены самками. Ощущается, что представленные строчки с животными являются фрагментом или фрагментами большого стихотворения с шифровальными кодами, в том числе самостоятельного кода животных.

В качестве числовых шифров птиц, по-видимому, рассматривал приведенное выше стихотворение специалист по былинам В.И. Чичеров, который сократил это произведение и низвел его до упоминания лишь 30 птиц [37], т. е. попытался все свести к месячному циклу. Поэтому имеет смысл рассмотреть некоторые представления древнерусской математики.

Начала древнерусской математики

Если взглянуть на русскую сказку глазами человека, пытающегося найти волшебство в числах, то такой человек выделил бы цифры: три, девять, тридевять, тридесять, сорок. «У царя было три сына», «в тридевятом царстве, тридесятом государстве», «сорок царей и царевичей, сорок королей и королевичей». Другие числа встречаются в сказках в несколько завуалированном виде. Такие периоды, как драконический и синодический месяц, девять месяцев беременности, естественно, не могли не отразиться на признании статуса чисел 9, 27, 30. Возможно, слово «дева» явилось первоосновой числительного «девять», которое носит магический оттенок.

Число сорок выделено во многих фольклорных источниках. Например, в русской сказке «Иван-царевич и Марья-краса, черная коса» из собрания Д.Н. Садовникова [218] у невесты богатыря Карки (имя, которое может быть является производным от голоса ворона) было сорок кузнецов и сорок девушек. Кузнецы как ударят сорок раз, так появятся сорок солдат. У каждой из сорока девушек есть сорок булавочек, которыми они готовили солдат к бою

Вообще, число сорок выделено в мифо-легендарном творчестве многих народов мира. 40 дней библейского потопа. 40 дней и ночей Моисей внимал Богу на горе Синай. 40 дней и ночей составляли пост Иисуса в пустыне, откуда возник 40-дневный пост христиан. 40 месяцев Иисус проповедовал, через такой же срок после смерти вознесся на небо. По 40 лет каждый правили в Израиле цари Давид и Соломон. На 40 дней исчезал древнеегипетский бог Осирис. В 40 лет пророк Мухаммед услышал Аллаха. И так далее.

Древнерусская мера «сорок сороков» также указывает на существование в древности на Руси системы счета с основанием сорок.

Следует еще раз отметить важность значения солнечных затмений в архаичном мировоззрении людей, что следует, в частности, и из русских сказок. В астрономии существует понятие «сарос», которое, как предполагают лингвисты, имеет древнеегипетское происхождение, выражает период времени, через который цикл затмений повторяется. По данным современной астрономии число солнечных затмений в течение одного сароса составляло в разные века от сорока до сорока трех. Можно предположить, что это явление и явилось первоосновой подобной системы счета.

Сорокаметрическая система счета будет понятна из рассмотрения шестидесятиметричной системы, используемой в Древнем Вавилоне, которая, в свою очередь, была заимствована у шумеров [128, 129]. Числа, меньшие 60, записывались путем повторения символов 10 и 1. При этом число 10 записывалось как клин, а 1 — как вертикальный нажим. Таким образом, три клина и четыре нажима обозначали число 34. Для больших чисел использовалась позиционная система нумерации, т. е. представление в виде числового ряда с коэффициентами k1, k2, k3:

k1602+k2601 + k3.

Шумеры имели таблицы для умножения, для определения обратных величин и извлечения квадратных корней.

Близость наименования числительного «сорок» с названием птицы «сорока» ведет к предположению, что в «птичьем» шифре сорока символизирует именно это число. В том же шифровальном коде, искаженном, к сожалению, временем, многие сказители уверенно помещают сороку в длинный список птиц. Но не в самый конец: после сороки уверенно упоминаются ворона и петух. Это дает основание считать, что в древнерусском «птичьем» цифровом шифре могло быть 42 основных числа, т е. 42 птицы. Следует отметить, что из содержания стихотворения следует возможность шифрования чисел, несколько превышающих 42. Это достигается упоминанием, что у петуха может быть много жен. Надо понимать, что указание нескольких кур равноценно превышению на это количество числа сорок два.

Число 42 играло особую роль в древнерусской эзотерике. Существуют, например, такие русские поговорки с этим числом: «Квас-малина: сорок два налива» [110]; «Не видал ягоды сорок два года, а хоть бы и век, так и нужды нет» [131].

Эта выделенность числа 42, по-видимому, не случайна, Интересно, что древнерусская азбука состояла из 42 букв. Такое количество букв кириллицы приводил крупнейший специалист по древнерусскому языку XIX века И. И. Срезневский (1812–1880) в своем многотомном «Словаре древнерусского языка» [249]. В соответствии с «Панновским житием» Кирилла Отец славянской письменности, болгарский монах-просветитель Кирилл, нашел в Херсонесе книги, написанные русскими письменами. Их он использовал для создания новой письменности. Согласно гипотезе Срезневского, эти книги, найденные в Херсонесе, были написаны на русском языке «протокирилловским» письмом, а не привычным для славян способом «черт и резов». Написаны они были на греческой основе и дополнены некоторыми буквами традиционного письма. Профессор В.А. Истрин в книге «1100 лет славянской азбуки» отмечает, что версия Срезневского более чем столетней давности наиболее вероятна из всех, которые были предложены [116]. Вероятно, Кирилл не мог сократить числа букв, используемых в этих книгах, чтобы не исказить передаваемые ими слова, и модернизировал их написание.

Об избранности числа 42 в языческой практике говорят параллели эзотерики Древнего Египта. Там считали, что загробный суд состоял из 42 богов, что соответствовало числу основных грехов. Не удивительно, что и древнеегипетская «Книга мертвых» писалась на 42 свитках, т. е. членилась на 42 части. Известно, что изложение Гермесом всей земной мудрости включало в себя 42 произведения. Древние греки насчитали в Древнем Египте 42 храма бога Сераписа, который почитался как бог плодородия и медицины. Этот бог отождествлялся в Древнем Египте со священным быком Аписом. В древнеегипетских погребальных обрядах, описываемых на стенах помещений пирамид, особенно важная роль отводилась сердцу. Именно оно взвешивалось в присутствии 42 богов.

С египетской «Книгой мертвых» перекликается «Тибетская книга мертвых», представляющая собой сборник наставлений умирающему и умершему. По древним тибетским представлениям существуют собрания богов, так называемые Мандалы. Число богов Большой Мандалы — сто десять. Причем считалось, что сорок два из них локализуются у людей в области сердца, десять — в области горла, а остальные — в области головного мозга [262].

42-частное членение известно также из индийских источников. На предлагаемом читателю рисунке, взятом из книги М. М. Маковского [152], приведено подобное деление.

Тот факт, что деление на 42 части применялось в отдаленных друг от друга регионах Европы, Африки и Азии, указывает на значительную древность подобного явления.

Откуда возникло число 42 не только как число сароса, но и как наделенное числовым сакральным смыслом? Может быть, это число возникло перед исследователями при изучении лунного цикла. В современной измерительной технике, например в измерительных линиях микроволн, применяется примерно такая же методика. Когда точно неизвестно место, где расположен измеряемый отрезок, но приблизительно известна его максимальная длина, то для измерения минимального и максимального параметров синусоидальных циклов выбирается шкала в полтора раза большая этого максимума. В этом случае на данной шкале заведомо можно будет измерить расположение либо двух максимумов, либо двух минимумов и в точности судить о цикле. В нашем случае для лунного цикла, максимум которого составляет 28 суток, в полтора раза большая величина — 42 суток.

Можно представить себе наделенное магической значимостью число 42 как механическую сумму 12 знаков зодиака и 30 суток месяца. В этом случае 12 шифровальных единиц должны были бы указывать только знаки зодиака (или месяцы), а 30 других — только сутки. Не исключено, что так и было на одном из начальных этапов астральной науки, но в настоящее время мы не располагаем данными, подтверждающими эту версию.


Индусское изображение Вселенной в виде Мирового яйца: оно разделено на 42 слоя (верхний — мир богов, средний — мир людей, нижний — преисподняя — мир духов)


Избыточность шифровальных единиц (участие в шифрах курицы как 43-го элемента) позволяет предположить образование числа 43 через сумму числа деканов 36 и 7, известных тогда, когда светила также назывались планетами. Не исключен вариант образования числа 42 как суммы числа суток в большом 35-суточном месяце (с 5 «дополнительными» днями) и семерки планет. Однако несмотря на то, что в конце «птичьего» числового отрезка петух явно способен символизировать солнце, а дятел — планету Марс, слишком большое число птиц в конце этого «птичьего» числового отрезка с «женскими» окончаниями заставляет усомниться в последней версии.

Таким образом, версия об образовании числа 42 из сароса как числа солнечных затмений является основной. Это означает, что кроме всего прочего птицы, по всей видимости, являются мерилами и выразителями конкретных солнечных затмений.

Часть первая Птичий язык, или Шифры птиц

Изображение фантастической птицы с русского браслета

XII–XIII вв.

Колпь и колпица, царь и царица

Белый-от колпик был царик,
Белая колпица царица.
Так начинается значимая часть «птичьего» цифрового древнерусского шифровального кода. Это означает, что колпик символизирует число один, а колпица — двойку. В Житии Иоана Златоуста, написанном в XV веке, говорится: «Вижу землю… белеющую, как колпь». Но что это за удивительные царственные белые птицы?

Сохранился документ XVI века («Толкование пророков»), в котором против слова «сиринъ» сделана на полях объяснительная приписка — слово «колпь». Можно сделать вывод, что слова «сиринъ» и «колпь» — синонимы.


Птица Сирин. Русский старинный рисованный лубок


В древнегреческой мифологии сирена представляет собой в нижней половине птицу, а в верхней — женщину. В «Одиссее» Гомера эти полуженщины-полуптицы своим волшебным чарующим пением завлекали проплывающих мимо мореплавателей к скалистым берегам острова, на котором жили. В результате чего корабли разбивались о скалы и люди гибли. Хитроумный Одиссей приказал привязать себя к мачте, чтобы послушать их пение, а гребцам велел заткнуть их уши мягким воском и не вынимать воска до тех пор, пока они не проплывут остров сирен. Одиссей также наказал не слушать и его в том случае, если он отдаст приказ плыть к этому острову.

По мнению некоторых мифологов, в Древней Греции существовало тождество между героем Одиссеем и богом Гермесом.

В другом классическом древнегреческом произведении, поэме Аполлония Родосского «Аргонавтика», описывается как во время возвращения аргонавтов под руководством Ясона с золотым руном на родину случилось их кораблю проплывать мимо острова сирен. Слышали мореплаватели и манящее пение сирен и, когда очарованных аргонавтов с неудержимой силой повлекло к сиренам, певец и музыкант Орфей вступил в соревнование с сиренами. Можно представить себе издаваемые им звуки, если очарование музыкой закончилось, и мореплаватели вернулись в реальный мир.

Вообще, древние греки как-то связывали сирен с загробным миром Иначе трудно объяснить многочисленные изображения сирен на надгробиях.

Корабль Одиссея плывет мимо острова Сирен (рисунок на античной вазе)


Чудовищные женщины с птичьими крыльями, называвшиеся в древнегреческих мифах Гарпиями и считавшиеся богинями вихрей, уносили души умерших в подземное царство. Иногда их изображали в виде птиц с женскими головами, и, таким образом, они смыкались с Сиренами. Эти полуженщины-полуптицы Гарпии, по древнегреческим мифам, похищали не только человеческие души, но и детей.

Советский специалист по античной мифологии Лосев А.Ф. находил, что в образе сирен «совмещаются художественный восторг и гибель, т. е. красота и смерть».

Античные Сирены — демонические существа. Они унаследовали от отца, речного бога Ахелоя, дикую стихийность, а от матери, музы, — волшебный голос. Сирены, по древнегреческим воззрениям, сидят на одной из восьми сфер мирового веретена и своим пением создают мировую гармонию. Мойры также имели прямое отношение к веретену. Между тройкой богинь судьбы, Мойрами, было четкое распределение обязанностей Клото пряла нить жизни, Лахесис отмеривала нить человеческой жизни, а Атропос перерезала эту нить. Впрочем, разные мифы называют различное число мойр, чьи функции разграничены иначе.

По существующим представлениям, отраженным в различных словарях древнерусского языка, птица сирин — это наполовину женщина, а на вторую половину — птица, т. е. то же самое, что и древнегреческая сирена. Текст же древнерусского шифровального кода делает различия между колпиком и колпицей.

Можно предположить, что белая колпица эквивалентна сирене, т. е. является наполовину женщиной, а на другую половину — белой птицей Вероятно, белый колпик — наполовину-белая птица, а на вторую половину — мужчина. Можно предположить, что этот царь птичьего мира, белый колпик, должен бы быть изображен с седыми волосами, бородой и усами. Тогда мы должны были бы обнаружить множество столь колоритных изображений колпика. Но подобных находок нет, и мы вынуждены найти объяснение этому факту.

В словаре О.В. Беловой приведены строки древнего русского документа: «О сиринах. Во цретво Маврикия царя греческого некогда убо со возхождением солнечным явистася в реце ниле (реке Ниле) два животна (живых) человека образны (в виде:) до пупа муж (мужчина), муж и жена (мужчина и женщина): (?) и от пупа (-) птица(,) муж убо (стало быть) красен персми (передней частью тела), власы черны (волосами черными) имяста (имеются) же оба сосцы (сосца) без влас, их же нарицают сладко песнивыя (поющими) сирины (сиринами), слышав же сих (их) пение человк (человек) аще непрестануть поюще, (если те не перестанут петь) весь пленяется мыслию и(,) вследь ихь шествуя(,) умирает(,) слышав же сия (это) и до девятого часа епарх (т. е. глава церковно-администативной области, архиерей) же и вселюдие зряще (видели) чудишася (чудища) и потом паки (снова) в реку нил (Нил) внидоша (взошли)».

Таким образом, мужская особь колпи оказывается с черными волосами, и нет никакого упоминания о бороде. Это может быть понято из строчек «Голубиной книги». В записи Кирши Данилова [80] на вопрос о том, отчего что начиналось, следовал ответ:

А и белый свет — от лица Божья,
солнце праведно — от очей его,
светел месяц — от темечка,
темная ночь — от затылочка,
заря утренняя и вечерняя — от бровей божьих,
часты звезды — от кудрей Божьих.
Если имелась символизация первой птицей одной из ипостасей Бога, бога начал, то лицевая сторона у этой птицы должна быть светлой, а теменная — темной (между этими словами связь не только лингвистическая).

Улисс и Сирены. Античное изображение


В некоторых источниках птичья часть сирина называлась гусиной.

Колпицей ophhtoj юги называют птицу из семейства ибисов, отличающуюся от других, имеющих изогнутый клюв, прямым клювом. Колпица — белая птица, имеющая на голове желтый хохолок и желтый кончик на черном клюве, Эта птица в настоящее время очень редка. У нас в стране она водится в дельте Волги и в плавнях Предкавказья. Среди ибисов имеется род птиц, которые носят название священного ибиса [25] Это название птица получила потому, что считалась земным воплощением египетского бога Тота. Это белое существо с голой черной головой и шеей, с черным тонким загнутым книзу клювом. Ибисы — птицы южные, обитают в болотистой местности. Питаются мелкой рыбой, лягушками, червями, насекомыми. Священный ибис обитает в теплых климатических условиях и, в отличие от колпицы, на Руси не водится, хотя и залетает время от времени в дельту Волги. Семейство ибисовых относят к отряду аистообразных, куда входят также аисты, цапли, выпи, кваквы и фламинго, что делает возможным использование каких-то из названных птиц в некоторых вариантах шифров пернатых на Руси и в античном мире вместо ибиса, например видов рода белой цапли и белого аиста. Впрочем, Цицерон отмечал птицу, которую переводчик называл: «колпик» [290].

В. Даль отмечал, что перья птицы колпь шли на казачьи султаны и что одно из народных ее названий — чачура [78]. По-видимому, неспроста у казачьего колпака «царственное» название.

Бог, в соответствии с библейской книгой «Левит», указывал Моисею птиц, которых нельзя употреблять в пищу. Среди двух десятков названных был ибис. Это подтверждает вероятность использования ибиса в некоторых вариантах числовых шифров птиц. В Абидосе обнаружено кладбище, которое относилось ко II в н. э. На этом кладбище хоронили священных птиц — ибисов.

Маат и Тот в облике Ибиса.

VII–VI вв. до н. э.

Ганновер, музей Кестнера


Древнеегипетский бог Тот являлся верховным сановником бога Ра, считался в стране пирамид «владыкой времени», разделившим время на годы, месяцы и дни. Небожитель Тот вел счет времени. Вероятно, что его истинное имя нельзя было произносить. Он был заместителем Ра ночью, его называли «серебряный Атон» (т. е. «серебряный диск») и отождествляли с другими богами луны Хонсу и Яхом, называя Хонсу-Тот, Тот-Ях [165]. Этот бог изображался иногда в виде павиана, а иногда — в виде птицы, ибиса и был главным действующим лицом в церемонии взвешивания сердца умершего человека при определении судьбы его души в мире мертвых, именно он записывал результат процедуры. Вообще, священными птицами египетского бога Тота считались ибис и журавль. И у греков журавль почитался как священная птица бога Гермеса. Понят но, почему в некоторых странах мира журавль предстает как символ общения с богами, а в Африке его связывали с даром речи — во всем этом видятся качества бога Гермеса.

В папирусе, автором которого называют мага Астрампсиха, дана молитва, обращенная к богу Гермесу, в которой среди прочего говорилось: «…я знаю и образы твои, они следующие: на востоке ты имеешь образ

ибиса…». Если птица колпь и ибис в числовых шифрах служили для обозначения первого, начинающегося с востока, сектора, то они символизировали эту сторону света. Эта молитва обращена к богу Гермесу, которого соотносили с древнеегипетским богом Тотом. Персонификация богом Тотом востока указывает на его возможную связь с восходящим солнцем.

В Древнем Египте была популярна игра, которая называлась «сенет». Эта игра была божественна. Судя по некоторым мифам, приведенным, например, Плутархом, бог Тот играл именно в сенет с богиней Луны, когда выиграл у нее 5 дней года, получивших название дополнительных. На доске было 30 квадратов, которые имитировали лунный месяц. Игра в сенет начиналась с квадрата, который назывался «дом Тота» [205].

В соответствии с мифологией одной из областей Древней Греции, Аркадии, мир был создан богом Гермесом из уже существовавших четырех стихий. Собственно говоря, бог лишь умиротворил эти стихии, упорядочил материю, создал зародыш мироздания.

Гермес был среди всего прочего богом речи, и именно поэтому при жертвоприношениях отрезались языки. Это он одарил людей речью и, говоря словами древнегреческого герметиста Пемандра (не позднее II в. н. э.), «…посеял в них речи мудрости и они были вскормлены водой бессмертия». В соответствии с древнейшими герметическими традициями, именно бог речи и слова Гермес являлся богом — демиургом, строителем мироздания, и как в этой связи не вспомнить слова из Библии: «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово был Бог. Оно было в начале у Бога; все через него начало быть, и без него ничего не начало быть, что начало быть…». «Миф», по-гречески означающий «слово», был средством сближения и призван служить для взаимопонимания людей. А Гермес, бог и олицетворение слова, играл особую роль в объединении людей в то целое, что называется Человечеством.

Гермес представлялся в древности еще безусым юношей. Вечно юный бог персонифицировался ибисом и мог быть изображен в виде наполовину человека, а наполовину ибиса или похожей на него птицы. И изображение бога в виде птицы с человеческим лицом молодого человека вполне могло быть воспринято как изображение сирены — птицы с женским лицом.

Первоначальный ветер в финикийской мифологии, как отмечал на рубеже I в. Филон Александрийский, носил имя Колпий [276]. Этот первоначальный ветер, вероятно, имеет отношение к тому изначальному, обозначаемому в шифрах пернатых птицей колпь.

Латинское слово «solus» означает «один», «одинокий», а латинское слово «sol» — «солнце». Единица — число солнца, т. е. света, Бога, единства, справедливости, мужского, активного, творческого начала. Греческое слово «monoz» («один», «одинокий»), по свидетельству лингвистов, соотносится с английским словом «тап» и немецким словом «Мапп», которые означают «человек» [152] Единица, таким образом, могла рассматриваться древними людьми как человеческое существо.

Двойка в эзотерике символизирует женское начало, двойственность, отрицание, подсознание, противостояние, некоторую враждебность, выход за некие пределы, поляризацию и притягивание Двойка — число луны, т. е. число ночи и тьмы. Она символизирует пассивное, женское начало, противостояние и отрицание, а следовательно, связана с дисгармонией, но побуждает к выбору. В астрологии луна связана с человеческой душой. Эта связь, по-видимому, и обусловила значительное число различных ночных обрядов, заговоров, колдовских чар, гаданий. Впрочем, представляется, что в древности двойка воспринималась как некое соединение, из чего виден отраженный солнечный свет и выражение двух противоположных принципов: света и тьмы, солнца и луны, дня и ночи, белого и черного, хорошего и плохого и т. д. Двойка имеет отношение к принципу двойственности и символизируется парностью и близнецами. Заложенная в двойке и близнецах идея проявляется в двойном колосе, а следовательно, в двойном урожае, и в двойном отеле, а следовательно, в двойном увеличении поголовья скота. И, следовательно, двойка может ассоциироваться с плодородием и богатством. Нельзя полностью игнорировать возможность связи древнейшего представления о двойке не с Луной, а с другой женской планетой (в астрологии Луна считается планетой), Венерой, которую некоторые астрологи называют «малым счастьем».

Если поставить ударение на букву «о», число «один» превращается в божественное имя. Один — верховный бог в скандинавской мифологии и не исключено, что такое совпадение слов не случайно.

Возможно, что в представлении древних славян колпик персонифицирует бога-творца, бога Сварога.

Не только с мелом связано имя матери русских богатырей Омелфы. Словом «мелос» в греческом языке обозначают и реку, и песню. Таким образом, возможна ее взаимосвязь и с русалками, и с сиренами.

Пение птицы сирин, по мнению людей, служило иносказательным обозначением божественного слова, входящего в душу человека.

В одном из старинных русских источников, в соответствии со справочником О.В. Беловой, рассказывается о том, что птица колпь говорила: «Колп рече коли йюда преступил пред богом предал хрста жидом на роспятии взял на нем 30 сребреник й взем сребреники купиша село скуделниче на погребение странным се есть село крови». («Колпь говорит: “Если Иуда преступил пред Богом, предал Христа жидам, на распятии взял за него 30 сребреников и, взыскав сребреники, купил село с кладбищем для погребения странников. Это — село крови’’».)

Алконост-живущая в славянском Ирии птица, имеющая птичье тело, женское лицо и голос любви, заставляющий забыть все на свете. Несет она яйца на краю моря в то время, когда стоит семь безветренных дней. Алконост не высиживает яйца, а погружает их в море. Возможно, что и Алконост — одно из имен Сирены.

В соответствии с мифом, Сирены сидят на одной из восьми сфер мирового веретена и своим пением они создают мировую гармонию. Мировое веретено вращается между колен богини Ананки, которая по древнегреческим представлениям является олицетворением неизбежности, необходимости. Ананка считалась матерью мойр, которые помогали ей вращать мировое веретено.

Нетрудно увидеть в мировом веретене отображение величественной картины небесной механики. При этом сферы отражают видимые движения планет и светил вокруг земли Но почему тогда число сфер восемь, а не семь? Можно предположить, что на одну из сфер наносились перемещения точек «Голова и Хвост Дракона».

В одной из русских сказок ведьма, женаИвана-царевича, обращалась в колпицу и улетала в постель к одному иноземному царю. Но однажды улегся в эту постель разбивший войско этого царя Иван-царевич, который увидел ночью прилетевшую в виде птицы-колпицы жену, принявшую его за царя, бывшего хозяина этой постели. Тогда выхватил Иван-царевич меч и отрубил правую руку своей неверной жене.

Русская «Сказка о молодце-удальце, молодильных яблоках и живой воде» рассказывает, что молодец-царевич попал туда, откуда никак не мог выбраться «на белый свет», там, у одного «подземельного царя», была дочь Полюша и «птица-колпалица: она может их туда несть, только б было что ей в дороге есть». Для птицы-коллалицы убили и запасли на мясо целого быка. Этого быка положили на спину птице, уселись царевна с царевичем ей «на хребет» и «понеслись на божий белый свет». Всего быка птице-колпалице скормили, прежде чем поднялись из подземного царства.

В другой русской сказке рассказывается про сына царя Гороха, Ивана-царевича, отправившегося выручать мать, которую утащил нечистый дух. Пришел царевич в медное царство, затем — в серебряное и золотое. И в каждом царстве — и в медном, и в серебряном, и в золотом — сидело по тридцать три девицы-колпицы. А мать он нашел в жемчужном царстве, у Ворона Вороновича, которого победил герой. О существовании же колпиц жемчужного царства в сказке не упоминается.

Еще в одной русской сказке по совету Бабы-Яги Иван-царевич отправился «на сказанное место» и спрятался в кусты. Тогда «прилетели двенадцать колпиц, ударились о сырую землю, обернулись красными девицами и стали купаться». Царевич украл сорочку у старшей, Василисы Премудрой, и, когда ее сестры улетели, та пообещала выйти за выкравшего сорочку доброго молодца замуж, если тот придет к ее отцу, водяному царю. И, получив сорочку, обернулась колпицей и улетела.

Не исключено, что своеобразной заменой ибиса у славян являлась птица аист. С христианским праздником Благовещения (25 марта — 7 апреля) славяне связывали прилет птиц из Ирия и в этот день ожидали появление аистов, пекли лепешки в виде лапы аиста под названием «бусневы», часть которых бросали в гнезда птиц. Впрочем, то, что греки-фессалийцы почитали одновременно аиста и журавля указывает на возможность отнесения этих схожих птиц в одну группу, делает возможным персонификацию ими в числовых шифрах пернатых одного числа. И журавль, и аист назывались одним именем — бусел. Вариантами этого слова являются: бусюль, бусюл, бусол, буско, боцан. Бусел, в соответствии с древнерусскими сказаниями о птицах (см. Х.М. Лопарева), будто бы говорил: «Воскресением своим весь народ с пекла вислободил».

Одним из элементов, составляющим человеческую сущность, загробным воплощением человека древние египтяне считали некий «Ах» [17]. В то время как тело принадлежало земле, Ах принадлежал небу. Это слово переводили как «блаженный», «просветленный». Различали несколько Ахов, чаще всего семь. На изображениях бог Ах имел облик хохлатого ибиса. В стране пирамид эти птицы почитались как символы мужества, и после смерти их бальзамировали.

Не исключено, что слово «иблис», служащее для названия дьявола в исламе, связано с птицей «ибис», являющейся, по-видимому, олицетворением языческого небожителя.

Творящие чудеса гуси, прекрасные лебеди и ужасные гуси-лебеди:

А гуси-ты на мори бояра,
Лебеди боярицкие жены.
Эти строчки шифровального ключа по тексту сказителя И. Фепонова однозначно ставят гусей на третье место среди птиц, а лебедей — на четвертое. При этом в тексте сказительницы Георгиевской эти птицы занимают те же места после колпика и колпицы, как и в тексте Фепонова:

На мори гуси бояра,
Лебедушки были княгины.
В тексте сказителя Максимова лебеди просто следуют прямо за гусями:

Гуси ты на мори бояра
Белые лебеди княгины,
а в тексте сказителя Лядкова, в котором лебеди вообще не упоминаются, гуси стоят на третьем мете после царика и царицы. Это подтверждает правомерность нахождения гусей и лебедей соответственно на третьем и четвертом месте списка пернатых шифровального кода, Не суть как важно, что некоторые сказители называют лебедей княгинями, а некоторые — боярскими женами.

Получается, что устойчивому словосочетанию русского языка «три — четыре» соответствует знакомое «Гуси-лебеди», которое достаточно часто встречается в русских сказках.

Максимальное число затмений в году равно семи [76]. По данным современной астрономии возможны два варианта. По первому число солнечных затмений — 4, а лунных — три. По второму варианту солнечных затмений — 5, а лунных — 2. Последние хорошо наблюдаются на обширнейших территориях. Полные солнечные затмения наблюдаются редко — раз в несколько лет, а в островном это явление носит частный характер, т. е. затмевается только небольшая часть солнечного диска. Она иногда настолько незначительна, что даже нельзя уверенно сказать: было или не было солнечное затмение. Так что в древности люди, вероятно, могли более уверенно говорить о первом варианте максимального числа затмений.

Гуси, по всей видимости, олицетворяют в сказках лунные затмения а в древнерусских шифрах цифру три Лебеди — солнечные и цифру четыре. Гуси-лебеди — всяческие затмения: и солнечные, и лунные.

Купил купец из русской сказки за большие деньги в тридесятом царстве диво дивное, чудо чудное. Гуся, которого можно жарить и есть, но есть гуся надо за один раз, и если гусиные кости не разбрасывать, то гусь оживал. Привез покупку купец жене. А та вздумала угостить гусем любовника. И подивился народ на необычное зрелище — идет гусь, к нему купчиха прилипла, к той — ее любовник и приказчики, которые пытались их разнимать. Так они и ходили, пока неверная жена не созналась во всем мужу. Только купец смог их разнять.

Сказка может указывать на бытовавшие у людей представления о связи лунных затмений с нечистым временем. Недаром это время использовалось колдунами. Отметим также связку: купец-гусь.

В шифре профессий нет воинов. Служивое боярство, по всей видимости, возникло на Руси из воинов княжеской дружины. Возможно, что сказочные солдаты и стрельцы явились в шифрах профессий поздней трансформацией профессии боярина. Хотя и сам стрелец, последовательно убивающий птиц птичьих шифров, вполне мог иносказательно уподобиться месяцу.

Солдат в русской сказке дал мудрые ответы царю. Царь посадил солдата в темницу и обещал прислать ему тридцать гусей, чтобы солдат выщипал из них по перу. И посадил в темницу тридцать купцов, которые не смогли paзгадать царские загадки. Дал солдат купцам отгадки, за что получил от купцов большие деньги. Выпустил тогда царь всех из темницы. В этой сказке участвует связка купцы-гуси-солдат, что в некоторой мере подтверждает гипотезу об использовании солдатской профессии в шифрах профессий

Как говорится в сказке: «Гуси-лебеди давно себе дурную славу нажили, много шкодили и маленьких детей крадывали…». Так и в известной русской сказке «Гуси-лебеди» эти птицы злодейски похищают детей, т. е. выступают аналогами пожирающих людей драконов.

Кое-где гуси-лебеди являются и положительными персонажами. В сказке «Терешечка» герой обращается к гусям-лебедям за помощью, и гусенок уносит его от ведьмы к отцу и к матери. А Лутонюшку из сказки «Ивашко и ведьма» гуси-лебеди уносят от злой «ягой-бабы».

Лебедь.

Рисунок созвездия (Гигин, «Роейсоп astronomieon», 1534 г.)


Подобные представления, по-видимому, были распространены и за пределами Руси. Особый статус этих птиц следует из древних мифов.

Сын бога Аполлона красавец-охотник Кикн отталкивал своей надменностью всех, кто хотел с ним дружить. Но когда от него отказался последний друг, то они вместе с матерью бросились в воду и утонули. Аполлон превратил их в лебедей. Собственно говоря, имя Кикн переводится с греческого как Лебедь. Поэтому о Кикне рассказывается много мифов. Среди древнегреческих есть такой.

Фаэтон, сын бога солнца Гелиоса, взялся управлять солнечной колесницей отца и погиб, испепеленный огненным жаром. Царь племен ликургов Кикн, друг Фаэтона, так оплакивал смерть друга, что Аполлон превратил его в лебедя и поместил на небо в качестве созвездия Лебедя. По-видимому, миф о Фаэтоне следует воспринимать с позиций иносказательного рассказа о солнечном затмении.

Среди античных мифов о Кикне есть один, в котором Кикн назывался сыном бога Посейдона. У него самого было двое детей: сын и дочь. Вместе со своим сыном Тенесом Кикн воевал на стороне Ил иона, и они вместе погибли, сражаясь с непобедимым сыном земли Ахиллом. Морской же властитель превратил Кикна в лебедя.

Судя по мифам, небожитель Аполлон передвигался по небу на колеснице, запряженной четверкой лебедей. Есть миф о том, как этот бог в облике лебедя обратил в бегство Геракла.

Путешествовала верхом на лебеде и богиня Афродита. И не исключена лингвистическая связь русских слов «лебедь» и «любить».

Афродита на лебеде (изображение на античном краснофигурном сосуде)


Бежавшие с Энеем троянцы упрекали его мать, богиню Афродиту, во всех своих бедах, и та превратила неблагодарных в лебедей. Эти птицы, как было показано, символизировали солнечные затмения. С позиций такого превращения, вероятно, и следовало рассматривать воспетую Гомером Троянскую войну.

Древнегреческая богиня мести Немесида, дочь богини ночи Никты, наблюдает за справедливостью и распределением благ. Впрочем любимые ею гипербореи — народ живущий севернее Черного моря, — никогда не испытывали гнева Немесиды. По одному из мифов, она, спасаясь от преследований Зевса, превратилась в гусыню. Тогда глава богов превратился в лебедя. Результатом этого романа явилась Елена, которая появилась на свет из снесенного Немесидой яйца. Та самая Елена, которая в качестве воплощения божественной мести человеческому роду и стала причиной воспетой Гомером Троянской войны. Отметим связь этой богини с ночью — временем, когда наблюдаются лунные затмения, а гусь, в соответствии со сказанным знаменует именно эти явления природы. Тогда Елена является персонификацией затмений вообще — лунных и солнечных. Существует вариант изложенного мифа, где матерью Елены называется супруга царя Тиндарея Леда, с которой Зевс соединился в облике лебедя.

Дикие гуси (печать на перстне).

Начало I тыс. до н. э. Кносс, остров Крит


Будущая царица подземного мира Персефона поймала гуся, которого по одному из вариантов мифа выпустила из рук ее подруга Теркина.

В русской сказке про корову по имени Буренушка злая мачеха превратила в гусыню Марью-царевну.

Славянский Белобог считался богом счастья и удачи. Вместе с Чернобогом они составляли диалектическое единство подобное индийским Митре и Варуне. А следовательно, пара Белобог и Чернобог, также как и другая пара Митра и Варуна, могли быть синонимами пары Раху и Кету Ведические боги, живущие на небе братья Ашвины, иногда перемещаются на колеснице, в которую запряжены лебеди.

Богатырь Михайло Потык полюбил явившуюся в облике белой лебеди Авдотью Лиховидьевну, а когда та умерла, отправился в подземное царство добывать живую и мертвую воду для ее оживления. И добыл, победив при этом змея «о двенадцати хоботах».

О.Э. Озаровская привела такие строки из «шутовой старины»: «А была-жила лединушка-кнегинушка, а ростаела о Ивани дни». Из этих строк следует возможная связь княгини, которая в соответствии с шифрами птиц была равнозначна лебедю, лединушкой, Ледой (Лето).

Царевна лебедь. Фрагмент картины М. Врубеля (1900 г.)


В башкирском народном эпосе «Урал-батыр», записанном в 1910 году, герои добыли на охоте среди прочей дичи белую лебедушку, которая при попытке ее убить оплакала и заговорила человеческим голосом. В переводе на русский язык этот отрывок опубликован в следующем виде:


Я в небе летала,
Мир узнавала,
Я птица небесная, а не земная.
Есть род у меня, есть страна,
От отца Самрау я рождена,
Когда на земле было голо и пусто.
Отец мой искал себе пару.
Но на земле никого не нашел,
Из другого племени выбрать подругу,
Равную себе тоже не смог.
И тогда полетел он высоко в небо,
Желая возлюбленную найти,
Луну и Солнце повстречал он в пути,
Стал к ним присматриваться
И ласковым словом сразу обоих приворожил
И вскоре в жены себе взял,
Всем птицам главою стал
И зажил счастливо падишахом,
Не ведая горя, болезней и страха.
Две дочери у него родились,
Ничем они никогда не болели,
И отец до сих пор живет падишахом.
Отпустите меня, я к нему вернусь,
В пищу я вам все равно не гожусь,
Не режьте меня-я не съедобна.
Взяв воду из родника живого,
Тело мое мать омыла,
Потом в солнечных лучах искупала.
Имя матери моей — Койш.
Я же самого падишаха Самрау
Старшая дочь по имени Хумай.
Итак, Хумай, являющаяся у башкир сказочной птицей счастья, и лебедушка — одна и та же птица. И если предположить, что лунные узлы у башкир называли падишахом Самрау, то две дочери этого двоеженца — это олицетворения солнечного и лунного затмений. В эпосе в дальнейшем прямо указывается: «Хумай — дочь Солнца». Таким образом, мы находим здесь подтверждение того, что лебедь — аллегория солнечного затмения. Сестра Хумай — Айхылу, имя которой по-русски означает «Лунная красавица», также предстает в образе чудесной птицы Однако о какой породе, олицетворяющей, по-видимому, лунное затмение, идет речь, из русского перевода текста не видно.

Выбор этих водоплавающих птиц в качестве символов затмений, по всей вероятности, может исходить из их внешнего вида, от маленьких головок на длинной шее, которые в какой-то мере могут быть уподоблены змеям. В былине «Алеша Попович и Тугарин Змеевич» говорится:

Он, взявши, Тугарин, лебедь белую.
Всю вдруг проглотил,
Еще ту ковригу монастырскую.
Лебедь является олицетворением солнечного затмения, и весьма символично, что за столом у князя Владимира именно Змеевич проглотил лебедя.

Когда лебеди взлетают перед смертью к дарующему радость солнцу, то, как считают, они исполняют свою последнюю, «лебединую» песню Существовавшие в старину представления о смерти лебедя могут быть проиллюстрированы строками, приведенными в словаре О.В. Беловой (в редакции автора): «Лебедь есть птица морская долгими ногами и белыми крылы. Имать же обычаи и провидит смерть свою, и егда уведает яко имать умрети три дни преждь днь и нощь поет сладко, и тако поя издыхает, и сим образом поручается члком боящимся смерти зане той являет яко радуется о смерти своей, и тако поя и радуяся умирает» («Лебедь есть птица морская, с длинными ногами и белыми крыльями. Взять же обычаи: и провидит и смерть свою, и, когда видит, как начинает умирать, три дня прежде день и ночь поет сладко и, так поя, издыхает. И таким образом передает человеку, боящимуся смерти, потому что тот показывает, как радуется смерти своей, и так поя и радуясь, умирает»).

Лебедь упомянут среди двух десятков птиц, которых в соответствии с ветхозаветной книгой «Левит» Богом запрещалось употреблять в пищу.

Существовала, сегодня не очень понятная, философия шестерки божественных пар, которая в Древнем Риме проявлялась во время одного из торжественных ритуалов, когда для двенадцати богов и богинь выставлялось шесть лож. Одну из лож занимала пара Меркурий и Церера. Теперь Цереру называют хтонической богиней, богиней производительных сил земли, произрастания и созревания злаков, богиней материнства и брака, богиней подземного мира, насылающей на людей безумие. Одно время римско-италийская Церера сопоставлялась с древнегреческой богиней Деметрой. Церера изображалась в Древнем Риме летящей на лебедях, а следовательно, по мнению автора, была связана с затмениями. Из чего можно сделать вывод о возможной причастности к затмениям и ее напарника, Меркурия.

Тройка символизировала божественный порядок и гармонию. И ритуал, проявлением которого является «три» в русском слове «тризна». Последнее указывает на возможное участие тройки в связи между мирами, о чем также свидетельствует литовское слово «drika» («нить»), а также, по мнению лингвистов, с ним связанные древнеанглийское и греческое слова, обозначающее то, из чего делались тончайшие нити, «drisn» и «triz» («волосы») [152]. Индоевропейский миф о том, что земля покоится на трех китах, отражает важность функции тройки в мироздании. Принятое древними деление суток, года, месяца на три части, участие в сказках трех братьев или трех сестер отражает ту важность, которая когда-то имела тройка.

Олицетворяющий тройку гусь мог быть связан с музыкальным инструментом, гуслями. Кельтское слово «trigio», что означало «музыка», содержит «tri» и подтверждает возможность связи с тройкой. Гусли имеют также вероятную лингвистическую связь с польским словом «gusla», что означает «колдовство», «волшебство», и древнеанглийским словом «husel» — «жертвоприношение» [152].

Число «четыре» выражает не только солнечные затмения, но и число направлений (север, юг, восток и запад). Четверка — классическое число стихий: земля, вода, воздух, огонь (на Востоке, в Китае — число стихий и их названия другие). Четверка дает оттенок некоторой устойчивости, на что указывает славянский миф о расположении земли на четырех быках. Античные эзотерики использовали число «кватернер», т. е. «четыре», в значении «закон».

Идея плодородия, заложенная в двойке и близнецах, проявленная в двойном колосе, содержит в себе представление о материальной удаче, которое, как дважды два, усиливается в четверке. Не исключено, что немецкое «vier» («четыре») связано с английским словом «fairy» («волшебный», «сказочный») и русским словом «вера».

Гуси и лебеди — весьма распространенные участники произведений народного творчества. И каждый раз, когда эти птицы упоминаются, — будь это в легенде о спасении гусями Рима или об основании тремя братьями и их сестрой по имени Лыбедь Киева, — вполне вероятно, что под этим кроется астролого-астрономический подтекст

Славный и богатый гость Соловей и Соловей-разбойник

В древнерусском числовом «птичьем» коде строки о соловье в текстах разных сказителей отличаются ненамного. Вот как выглядят стихотворные строчки о соловье у сказителей былин А. Максимова и И. Фепонова соответственно:

Соловьюшко был веселые,
Всякие свирёла играв,
Всё ли царя спотешае.
Соловей при них веселый
Во всякие игры играет.
Все ведь он бояр и спотешаёт.
Птица соловей в древнерусском «птичьем» коде упоминается после лебедя и уверенно занимает пятое место, что говорит об идентичности соловья в шифре и цифры пять.

Античные эзотерики использовали квинкснер («пятерку») в значении «знание».

Купеческий сын по имени Василий в русской сказке понимал птичий язык. Жил в его семье, в клетке, соловей, который предсказывал будущее. Шестилетний мальчик рассказал родителям, о чем говорил соловей, что отец с матерью будут своему сыну служить. Не поверили ему, и уплыл маленький герой вместе с соловьем, и усыновил его капитан судна. Исправно сообщал соловей о том, что будет буря, а затем о том, что навстречу им плывут двенадцать разбойничьих кораблей.

В астрологии знаком, несколько напоминающем цифру «пять», обозначают планету Сатурн. Конечно, из этого не стоило бы делать обобщений, однако учтем, что Сатурну древние астрологи приписывали свойство холода. А само название символизирующей пятерку птицы «соловей» содержит «вей», которое при учете того, что латинское слово «sol» означает «солнце», может быть связано с обвеянием солнца. Соловей считается лучшим певцом, а русские слова «петь» и «пять» лингвистически близки и могут быть связаны друг с другом. Кстати, английское «five» («пять») также близко по произношению с английским же словом «fife», что обозначает такой поющий инструмент, как «дудка». А соловей, в соответствии с кодовым стихотворением, «во всякие игры играет» для потехи бояр и, надо полагать, способен играть и на дудке.

Говорят, что в городе Суздале стоял некогда кумир бога по имени Облупа. По свидетельству М. Забылина, в Туле Облупой называлось особое гуляние, которое имело место именно в Петров день. Еще с вечера люди там отправлялись в поле «караулить» солнце, чтобы посмотреть, как оно «играет». На Ярославщине тоже считалось, что солнце в этот день такое же, как и в Светлое Воскресение. Народ собирался там на возвышенном месте и до восхода солнца проводил время в играх и песнях. А в момент появления солнца, в соответствии с приведенным А.А. Бычковым текстом, запевалась песня: «Ой Ладо! Ой Лад! На кургане соловей гнездо завивает, а иволга развивает Хоть ты вей, не вей, соловей! Не быть твоему гнезду совитому, не быть твоим детям вывожатыми, не летать им по дубраве, не клевать им яровой пшеницы! Ой Ладо! Ой Лад!» Исследователи связывают этот обряд с солнцем и отмечают сходство с ним встречи с богом Святовитом. Заметим, в таком шучае, особую роль соловья в последнем обряде встречи, возможность персонификации птицей этого древнего бога.

В русских былинах Соловей — это достаточно распространенное имя героев былин Остановимся на двух из ни> Положительный герой — богатый купец Соловей Будимирович, отрицательный — Соловей-разбойник. В былине о Соловье Будимировиче говорится:

От того-то царя ведь заморского
Выбегали, выгребали тридцать кораблей,
Тридцать кораблей как один корабль,
Славного гостя богатого
Молода Соловья сына Будимировича
В тексте сразу дается цифра тридцать, содержащая в себе, по мнению автора, намек на число дней в месяце. Можно предположить, что здесь главный герой олицетворяет месяц. С учетом «птичьего» шифра мы считали, что речь может идти о пятом месяце в году, хотя и не исключено, что имя содержит намек на пятое число месяца.

Образ Соловья-разбойника выведен в русской былине «Илья Муромец и Соловей-разбойник» Однако этот персонаж выглядит несколько безлико, отчетливо проявляются лишь его действия:

А то свищет Соловей да по-соловьему,
Он кричит, злодей-разбойник, по-звериному,
Нот его ли то от посвиста соловьего,
И от его ли то от покрика звериного
Те все травушки-муравы уплетаются.
Все лазоревы цветочки осыпаются,
Темны лесушки к земле все приклоняются,
А что есть людей — то все мертвы лежат.
Прямоезжею дороженькой — пятьсот есть верст,
Ай окольной дорожкой — цела тысяча.
Илья Муромец и Соловей-разбойник. Раскрашенная литография 1868 г.


Таким образом, на наш взгляд, описывается весьма значительный катаклизм, соизмеримый по своим масштабам с действием современного нам термоядерного оружия. Дается в былине и подробный адрес «гнездышка» Разбойника:

Как у той ли то у Грязи-то у Черноей,
Да у той ли у березы у покляпыя,
Да у той ли речки у Смородины,
У того креста у Леванидова
Сидит Соловей-разбойник на сыром дубу
Сидит Соловей-разбойник Одихмантьев сын.
Отсутствие описания самого разбойника позволяет предположить, что само его имя является только элементом шифра — указанием, например, месяца, а речь идет, скорее всего, о явлении астрального характера.

Отметим, что звуки в астральной религии рассматривались, по мнению современных исследователей индуизма, как символы творящего божества, что может быть связано и с затмениями.

Название птицы «соловей» может иметь связь со словами «соловый», выражающем в современном русском языке масть лошадей (желтоватый цвет со светлыми гривой и хвостом), и «соловеть», т. е. становиться вялым, сонным.

Есть славянский миф о том, что птица соловей произошла от человека. Отметим также загадочную вероятную связь мифологических персонажей, олицетворяемых соловьем и кукушкой. Слишком уж часто героями сказок выступал дуэт: соловей и его сестра или жена кукушка.

Соловьем старого времени называло Бояна «Слово…». В соответствии со «Словом…», «соловьи веселыми песнями рассвет» князю Игорю возвещали, когда тот бежал из половецкого плена. Последнее говорит о связи этой птицы с солнцем.

Существуют другие названия: славий, славый, славен, славии, славик, соловий, соловейко. Впрочем, славием называли и некоторых других птиц с великолепием в голосе, поющих в некоторую пору днем и ночью. Этот прекрасный дар считался данным Богом. А потому славием и соловьем обозначали праведника, днем и ночью воспевавшего Бога, а также человека, никогда его не забывавшего. В одном из старинных текстов, приведенных в словаре О.В. Беловой, соловей произносит фразу-молитву от имени премудрого царя Соломона, который, вероятно, являл собой аллегорию солнца. В некоторых древнерусских сказаниях о птицах (см. О. В. Белову, Х. М. Лопарева, А. Багрия) соловей пел о том, что Иуда предал Христа за 30 сребреников, купив себе вечную муку (надо иметь в виду, что 30 сребреников, 30 лун — месяц). У восточных славян считалось, что соловей помогал Христу спастись от своих мучителей. Что соловей укрыл Христа под своими крыльями. А преследователям Христа, спросивших его про Христа, соловей будто бы ответил: «Утек, утек, утек».

Ночь на 15 мая считалась на Руси «соловьиной» ночью.

Отметим, что во многих древнерусских текстах соловьи назывались «славии». Следовательно, соловьи связаны со славой, они — птицы славы. Существует семейство славковых, относящееся, как и соловьи, к отряду воробьеобразных. Возможно, что славка могла быть дублером соловья в некоторых вариантах шифров пернатых. Так как некоторые виды славок очень похожи на соловьев, то не исключено, что когда-то славок отождествляли с соловьями.

Холоп воробей или бей вора

Воробей занимает шестое место в списке пернатых «птичьего» цифрового шифра в соответствии с наиболее авторитетным вариантом текста шифровального кода сказителя Фепонова, в котором сказано:

Воробьи боярьски холопы,
Колья жердьё да роботали,
Крестьянски конопля розбивали.
Оттого сыты пребывали.
Однажды небожитель Зевс в облике голубого, небесного цвета змея разорил гнездо, в котором обитала воробьиха с восемью птенцами, т. е. гнездо с девятью птицами. Это случилось перед Троянской войной, и было воспринято греками как предсказание того, что предстоят девять лет войны.

Когда гусей лебедей стала обижать в русской сказке ворона, то сыч пожаловался на это сизому орлу. Тот послал за вороной легкого посла — воробья. С помощью пинков доставил воробей ворону на суд к орлу, и обидчицу осудили.

Герой русской сказки Иван Быкович, победив многоголовых змеев, выходил в чисто поле и оборачивался воробушком, чтобы полететь к белокаменным палатам, в котором змеиная теща жила — старая ведьма. И услышал он, какие пакости готовили ему дочки этой злодейки — змеиные вдовы.

Вор воробей сговорился в русской сказке с мышкой носить к ней в норку всякий корм. Много они наносили зерна. А зимой мышь перестала пускать воробья к себе, и пожаловался он на это своему царю. А мышь стала искать спасения у своего царя И началась от этого настоящая война между звериным и птичьим царствами. Множество птиц и зверей погибли в битве.

С другой стороны, воробей как выразитель числа шесть мог символизировать как полугодовой период, так и шестерку трудных, рабочих дней недели, следствием последнего могло быть мнение о воробье как о трудяге.

В цитируемом же отрывке, если быть внимательным, показано, что воробей — птица вредная. Да и в самом имени этой птицы содержится заявление: «Бей вора!».

От головной боли царя из абхазской сказки мог излечить лишь мозг воробья, а воробей этот находился в шкатулке. А шкатулка — в желудке зайца, заяц — в животе косули, а косуля в желудке огромной рыбы, которая плавала в море.

В сербской же сказке «Дракон и царевич» сила похищающего людей дракона оказывается в тридевятом царстве, где близ города, в котором живет царь, «есть озеро, а в том озере дракон, а в драконе — вепрь, а в вепре — заяц, а в зайце — голубь, а в голубе — воробей», а в этом воробье — сила дракона.

Трех жареных воробьев надо было скушать бездетной жене правителя из осетинской сказки «Ацырухс», и после того как она это сделала, у нее появился мальчик. Другого героя сказки родила сука, отведавшая потрохов волшебного жареного воробья.

Орел, сокол и воробей в русской сказке когда раз в год прилетали домой, то оборачивались добрыми молодцами и жили как братья. Однажды пришел к ним купеческий сын Иван, стал им названым братом и пробыл у них три года. На прощание одарили братья Ивана подарками. При этом младший, воробей, подарил чудесную рубашку, которую пуля не берет и которая дает своему владельцу неодолимую силу.

Воробей, кот и жихарь (жихарем в старину звали отважного, удалого молодца, а здесь, по-видимому, следует вспомнить слова из кодового стихотворения сказителя И. Фепонова: «петухи… молодцы да удалые») жили втроем как братья. И когда Баба-Яга украла жихарька, то он закричал и позвал братьев. Прибежали ушедшие рубить дрова кот и воробей и отняли брата у Бабы Яги.

Орел и сокол, вероятно, персонифицировали ночное и дневное светила. Если вспомнить мнение некоторых исследователей о том, что в некоторые времена третьим светилом называли зарю, т. е. закат и рассвет, то можно, на наш взгляд, видеть в воробье из русских сказок про орла, сокола и воробья и про воробья, кота и жихаря персонификацию этого третьего светила.

Воробьиной ночью называют в народе ночь с сильной грозой или с зарницами. Существует народное представление, что воробьиная ночь — это время разгула нечистой силы. Есть украинское поверье, что в ночь с 1 сентября или на 1 ноября воробьи собираются там, где их меряет черт и берет себе в пекло большую часть птиц.

Существует два, казалось бы, взаимоисключающих народных поверья:

1. В году обязательно бывает одна или три воробьиных ночи.

2. Воробьиная ночь бывает раз в 6–7 лет.


Поговорка из словаря В.И. Даля говорит про хмельного человека: «За обедом соловей, после обеда воробей». Однако поговорка, по всей видимости, имела также скрытый смысл, выражала последовательность птиц в числовых шифрах. В.И. Даль рассказывал также о существовании народных игр, называемых воробьем. Одна из этих игр, святочная, проводилась «в кругу», была хороводная, с песней.

Сказочный сюжет, в котором лиса погибает от зубов собаки, а способствует этому птица, есть в сказочном арсенале очень многих народов мира. В болгарской сказке такой птицей является воробей. Он подружился с лисой, и вместе стали сеять пшеницу. Однако лентяйка-лиса, пока напарник работал не разгибая спины, «подпирала небо». А когда стали они делить урожай, то потребовала себе рыжая в девять раз больше, так как работа у нее была труднее. Вот воробей и спрятал собаку в мешке с зерном.

Воробьиная ночь.

Рисунок художницы Н. Антиповой


У В.И. Даля приведено народное поверье о том, что в то время как ласточки предостерегали Спасителя, воробьи его предали. Они кричали: «Жив, жив». И за это преступление ноги воробьев связаны невидимыми путами, из-за которых эти птицы не могут переступать с ноги на ногу, а способны только прыгать. Когда распинали Христа, то ласточки крали у римлян гвозди, с помощью которых должны были прибить Христа, а воробьи приносили их римлянам обратно.

Бесхвостый воробей в испанской сказке о Птице-Правде занял гнездо ласточки, которая жила во дворце. Та пожаловалась на него другой ласточке. Хотя воробей не хотел уступать гнездо, однако множество налетевших птиц прогнали его из наследственного гнезда.

Народное предание принесло из глубины времен рассказ о птице, которая питалась росой и умирала на зиму. В одном из рукописных источников сказано (О.В. Белова): «И то диво(,) сказывают(,) птичие (птичье) зовут их воробей телчей(,) велик (величиной) он таков(,) как шершень, нос у него долог (длинный), а живет он росою, а мед он збирает (собирает) на розных (разных) цветах. И во октябре мсце (месяце) повесится он ножкою за маленкую лозу, и гак мертв висит до мсца (месяца) априлиа (апреля). В таком месте он повеснет (повиснет,) чтобы на него дождь не шол (не шел), а как весною цветки появятся, и он паки (опять) оживет тот час. И для того его зовут воробьем, что паки (опять) оживет».

Описанная птица, воробей-телчей, чем-то напоминает колибри. Свойством умирать на зиму и оживать весной обладала так называемая «слука» (она же, вероятно, «слуква» и «случева»). В древнерусских сказаниях о птицах (см. О.В. Белову и Х.М. Лопарева) случеве приписали такие слова: «Коли у нас панов не будет, хто (кто) нас будет судити (судить)?» Как мы видим, реплика эта вполне соответствует холопскому статусу воробья, указанному в кодовом стихотворении.

В древнерусских сказаниях о птицах (см. О.В. Белову и А. Багрия) приведена такая речь куропатки: «воробей не почиркивай и не потрубливай над чужими женами, знай как свою жену в коноплях». Воробья называли врабием, воробцом, вороби. Воробец, в соответствии со сказаниями о птицах (см. О.В. Белову и Х.М. Лопарева), будто бы говорил: «Не подобает женам старих мужей судыти: знай ты, женка, кудель да гребень, та дома сидячи присти, щоб своим гол им телом не светила». («Не подобает женам старых мужей судить: знай ты, женка, кудель да гребень, да дома сидячи прясти, чтоб своим голым телом не светила».) Как мы видим, тема жены достаточно часто связывалась с воробьем. Вообще тема эротики, плотской любви и совокупления. Недаром мясо воробья считалось лекарством от импотенции, а воробьиный жир будто бы способствовал росту пениса. О.В. Белова в своем словаре приводит такой старинный текст: «Мясо воробьево или яйца (яйца), мехирь (т. е. желчный пузырь?) велми (весьма) посиляет (усиливает способность) к совокуплению». В таком качестве способствующего зарождению детей воробей участвовал в обрядах. Например, на Рязанщине молодой жене давали съесть воробьиное сердце.

Античные эзотерики использовали двойной тернер («шестерку») в значении «прогресс». Возможно, что такое понимание возникло по аналогии с идеей восхождения. Числительное «шесть» лингвистически похоже на слово «шест», что может быть связано с темой вершины, горы. Об этом также может говорить находимая лингвистами вероятная связь числительных ряда языков со значением «шесть», например немецкого «seeks» и английского «six», с латинским словом «saxum», что означало «камень», «гора» (впрочем, отметим, что в Москве есть Воробьевы горы, где воробьи сочетаются с горами). Лингвисты [152] находят также связь упомянутых слов с русским словом «сук», что, впрочем, по своему значению может быть тождественно слову «шест», а также слову ныне мертвого тохарского, родом из Средней Азии, относящегося к индоевропейской семье, языка «А suk» («счастье»).

Поп-голубь и богиня любви попадья-голубка

Следующими за воробьем птицами в древнерусском «птичьем» шифровальном коде, чье место в нем не вызывает сомнений, являются голубь и голубка. Посмотрим, какая роль отведена им в сказках и мифах По тексту сказителя И. Фепонова эти строки такие:

А голубчик-от на мори попик,
Голубушка-та была попадьюшка.
Не вызывает сомнения, что голубь — птица, чье место в коде — номер семь. Это говорит о персонификации голубем цифры семь. Однако можно задаться вопросом о том, персонифицирует ли голубка отдельную цифру восемь. Изучив соответствующие материалы, следует ответить на этот вопрос положительно. Русское числительное «семь» естественно связано с половиной луны (в сутках, все равно как считать: от новолуния или полнолуния). По всей видимости, оно лингвистически связано и со словом или частью слова, которое в некоторых языках имеет значение «половина», «полу-». Как, например, английская приставка «semi-» — «полу-». Этот факт, на наш взгляд, дает основание отнести слово «семь» к достаточно древним пластам мировой реликтовой религии. По-видимому, голубь мог символизировать половину луны, С семеркой связаны недельные фазы луны.

То, что голубю соответствует профессия попа, надо, наверное, понимать с оглядкой на то далекое прошлое, когда не было на Руси христианства и попов, а были жрецы.

Половинная фаза луны имеет ту символическую сторону, что олицетворяющее семерку (а быть может и восьмерку) божество связывается в сознании людей с двумя половинами луны, как светлой, которая отражает солнечный свет, так и темной, которая не видна и являет проявление темного, подземного мира. Не случайно число «семь» связывалось с голубем — посланцем богов. Оно с давних пор восхищало мистиков и магов разных эпох. Это пленяющее воображение особое число использовали и жрецы древних религий. Семерка была связана с небом, с богами, выражала число известных планет и их богов. Можно отметить, что по установившейся в астрологии традиции знаки зодиака определяют их начала. И седьмой знак зодиака, начинающийся с точки запада, мог символизировать Запад, деление неба на две половины, а также Принцип связи половин неба, выражавших мир Верхний (верхняя половина), мир Нижний (нижняя половина) и мир Средний (линия между половинами), т. е. Принцип связи трех миров — Небесного, Земного и Подземного. Согласно некоторым древним представлениям людей существовало именно семь небес, семь сфер, которые, по-видимому, связаны с движением семерки планет. Семерка же известных в древности планет (включая Солнце и Луну) иногда называлась по-латински просто септенером, а в астрологии это название было до последнего времени достаточно распространено.

В русских сказках голуби частенько предстают перед читателем. Например, в голубином обличье Василиса Премудрая вместе с другими двенадцатью голубицами прилетала к озеру. Они оборачивались красными девицами и купались. Однажды Иван-царевич похитил у красавицы одежду и вернул ее, когда Василиса, дочь морского царя, дала сказочному герою золотое колечко. А в русской же сказке про Настасью Прекрасную про голубей загадываются загадки.

Есть поверие у славян, что душа умершего превращается в голубя. Может быть, поэтому голуби изображаются как аллегории души, мира и любви.

Птица голубь с древнейших времен служила людям для передачи вестей. И Меркурий, и его греческий аналог Гермес являлись вестниками богов. Подчеркнем, что в психологическом портрете всех этих богов отмечается их юность. Богомольцем являлся связанный, по всей видимости, с планетой Меркурий русский богатырь, молодой Алеша Попович.

Специалисты считают, что наиболее древние части «Илиады» не знают вестника Гермеса, а вестницей богов там являлась Ирида. В «Одиссее» уже Гермес стал вестником своего грозного отца Юпитера.

Есть в астрологии понятия возничего и оруженосца, пришедшие к нам из глубины тысячелетий, когда в экипаже боевой колесницы перед стрелком находился управляющий лошадьми возничий, а позади стрелка был подававший стрелы или другое оружие оруженосец. В астрологии в роли стрелка было Солнце, в роли возничего и оруженосца — две ближайшие к Солнцу планеты, соответственно предшествующая и находящаяся за ним. Если учесть, что Меркурий — ближайшая к дневному светилу планета и физически не может удаляться от него больше, чем на 23 угловых градуса, то в роли возничего или оруженосца часто оказывается именно она. И в силу своей близости к Солнцу бог Меркурий — Гермес выступал в качестве божественного посланника.

Гермес являлся посредником не только между небесным владыкой и людьми, но и между миром живых и миром мертвых. Он, по представлениям древних греков, провожал души умерших на тот свет. И когда говорили о человеке, что «Гермес его взял», это означало смерть того человека.

Адрес вырия (или ирия), славянского рая, в различных описаниях достаточно сильно расходится. Одни говорят, что он находится на востоке, но большинство мифологов относят его на запад. Во многих индоевропейских мифах рай помещают на горе, которая расположена, по-видимому, на севере. Во всех этих адресах есть определенная логика. Их объединяет та идея, что загробный мир расположен там, где не видно солнца. Движение подземного солнца вокруг северной горы позволяет сказать, что «рай» находится на севере. Восход солнца на востоке указывает, что там расположен выход из подземного мира, а заход солнца показывает, что входная дверь все же находится на западе.

Среди голубей (латинское название «columba») в европейской части России обитают сизый голубь, клинтух, вяхирь. Очень изменчивы по окраске сизые голуби. Клинтух же имеет одноцветный хвист. снизу темные надхвостье и нижнюю сторону крыла, светлый клюв и менее резкие, чем у сизого голубя темные полосы на крыльях. Вяхирь — наиболее крупный голубь, имеет яркие белые пятна на крыльях и шее, розовую грудь, хвост с белой поперечной полосой, желтый клюв. К том} же семейству относят также горлицу. Она меньше и изящней, чем другие голуби, крайние рулевые перья у нее с белыми вершинами. У обыкновенной горлицы, обитающей в европейской части России, спинная сторона — бурая с чешуйчатым рисунком, брюшко серовато-розовое, хвост-черный с белой полосой по краю Впрочем, название «горлица» — среди семейства голубиных единственное, которое имеет «женское» окончание. Поэтому именно горлица могла быть сопоставима с голубкой Богиня Исида иногда изображалась в облике этой птицы.

Дикий лесной голубь вяхирь имел еще такие названия: ветютень, припител, трепетень, трипутень. Последнее название может указывать, по нашему мнению, на некие три пути, по которым этот голубь пролетает или проходит. В соответствии с древнерусскими сказаниями о птицах (см. О.В. Белову и Х.М. Лопарева), этот голубь будто бы говорил: «Приидет Бог на землю судити живих и мертвих и даст комуждо по делом его» («Придет Бог на землю судить живых и мертвых и даст кому что по делам его»).

В русской сказке «Вехорь Вехоревич» из собрания О.Э. Озаровской злодей Вехорь унес царицу, мать трех царевичей, которая тридцать лет «свету белого не видела», да вышла погулять в саду. Жил Вехорь Вехоревич на Вехоревых горах. Да смог забраться туда младший сын, Иван-царевич, отрубил Вехорю голову, когда тот с Руси прилетел, освободил мать. Название крупного голубя, вяхирь, может быть связано с именем отрицательного персонажа сказки и, по-видимому, также связано с названием сильного ветроворота, ныне часто называющегося смерчем. В старину этот ветер назывался «вихорь» и, судя по В Далю, «чортова свадьба».

Дикий голубь витютень (он же ветютень, ветюг, ветвин), в соответствии с древнерусскими сказаниями о птицах (Х.М Лопарев), будто бы говорил: «Говорите, братцы, а слушать нечево: я сам далеко летаю, высоко сажуся, много всего видаю (вижу), а некому не сказываю».

В древнерусской редакции «Византийского “Физиолога”» сказано: «Голубь — славнейшая из птиц. Различай же белую и черную голубку, как ходят белые, и пестрые, и черные, и красные и кормят птенцов своих как сына по-голубиному. Не могут они сами взлететь, — пока красная голубка не появится и не подаст им пищу, они не возлетят».

Рождение Венеры. Картина С. Ботичелли. Фрагмент. Флоренция, галерея Уффици


У бога Аполлона был сын по имени Апий (возможно, что это имя указывает на происхождение имени самого небожителя, т. е. на его связь с именем скифской богини надежды Апи). Три дочери Апия — Элайо, Спермо и Эмо — обладали способностью обращать комья земли в пищу и напитки. Элайо — в масло, Спермо — в зерно, а Эмо — в вино. Эту способность им дал бог виноделия Дионис (Вакх). Когда этих дев связали, чтобы они отправились с войском, они молили богов о помощи. И Дионис превратил их в трех белых голубок.

Почему именно три голубки фигурируют в мифе, может быть понято, как мы думаем, из сопоставления их с сутками, в которых и в древности насчитывалось 24 часа, каждая из голубок могла символизировать не только число «восемь», но и определенную треть суток: время вечерней и утренней зорь, ночь и день. С этими же тремя голубками могли быть связаны идеи Веры, Надежды и Любви. Например, Надежда могла выражать ночное время, Вера — время зорь, Любовь — время дневного светила.

Согласно некоторым античным мифам, богиня любви и красоты родилась из морской пены.

Соответствующая Афродите и Астарте этрусская богиня Туран изображалась не только перевитая змеей и с крыльями, но и с голубем (или голубкой) в руке (и рядом с пантерой). Голубь вместе с полумесяцем и египетским иероглифом жизни были символами богини Танит (Тиннит). Однако об этой древней богине карфагенского пантеона известно не много. Есть предположение, что она являлась богиней луны, а некоторые специалисты считают, что она являлась богиней неба. Ее называли «Великая мать», «небесная дева». Она отождествлялась и Артемидой, и с Афродитой Уранией. Армянская богиня плотской любви Астхик также символизировала планету Венера и отождествлялась с греческой Афродитой. В середине лета, во время праздника вардавар, этой богине приносили в дар розу и выпускали голубей. Неизвестно, имели ли отношение к героине древнегреческого мифа Семирамиде висячие сады Семирамиды — одно из чудес света. В соответствии с греческим мифом эту дочь богини, ребенком оставленную в горах, вскормили голуби и воспитали пастухи. Сама она стала вавилонской царицей, а после смерти превратилась в голубку.

В Древнем Египте богиня Хатхор персонифицировала те части неба, где восходит и садится дарующее свет солнце. Таким образом, Хатхор была по совместительству еще и богиней утренней и вечерней зари. Следует отметить, что древние греки в некоторой мере отождествляли «золотую» богиню Хатхор, богиню Исиду и богиню Нефтиду е древнегреческой богиней любви и красоты Афродитой, которая, в свою очередь, была в той или иной степени аналогом римской богини Венеры, западносемитской богини Астарты, аккадской богини Иштар, скифской богини Аргимпасы и других, которые, по-видимому, тоже олицетворяли планету Венера. Тара — это слово обозначало звезду у древних индусов. Тара — имя жены наставника индийских богов Брихаспати, из-за которой возникла мифологическая война между богами и Асурами. Малым даром, малой удачей называли планету Венеру средневековые астрологи (в отличие от большого дара, удачи, которые считались присущими планете Юпитер). Такое благоприятное действие оказывает планета Венера на судьбы людей. Голубь — спутник богини любви Афродиты, эта птица считается символом страсти. Женой бога Гора Бехдетского (а иногда женой бога Птаха) называли богиню в облике коровы, богиню неба Хатхор. Это имя в переводе означает «Дом Хора (Гора)». Богиня Хатхор иногда отождествлялась с матерью Гора

Исидой По древнеегипетским представлениям именно семь Хатхор, семь молодых богинь, увенчанных коронами из коровьих рогов, предсказывали судьбу новорожденному младенцу. У южных славян прилетающие с края света к новорожденным детям на третий день от рождения для того, чтобы наделить ребенка Долей (и Недолей), назывались Наречницами или Орисницами. Не совсем понятно отношение богини-львицы Хатхор и этой семерки богинь Хатхор. Семерка Хатхор могла обозначать семь небес, семь орбит, планеты септенера, т. е. семерку известных в то время планет.

В голубином яйце находилась жизнь великана из латышской сказки. Однако голубка эта находилась в зайце, а заяц — в голове змеи.

С древности числом планеты Венера почиталась восьмерка. За пять синодических периодов, равных пяти земным годам, планета Венера совершает восемь оборотов вокруг Солнца.

Таким образом, достаточно велика вероятность того, что голубка воплощала восьмерку. К тому же богине любви служили жрицы, аналогов которым в церковной иерархии не было, самое близкое значение слова «жрица» на более современном, христианизированном, языке — «попадья».

В Вавилоне планету Венера изображали в виде восьмилучевой звезды. Ее можно встретить на многих изображениях того времени [40].

У славян сохранилось предание о том, что еще до сотворения мира Бог летал в облике голубя. В ведической и индуистской литературе в голубя превращался бог, чья природа тройственна. Его имя Агни (что по-русски означает просто Огни). Огней, ипостасей бога Агни, три: Огонь на небе (солнце, молния), Огонь в водах и Огонь жертвенного костра. У него не только троякий свет, но и три жизни, три головы, три силы, три языка. Агни — сын неба и земли. Он дружественен людям, домашнему очагу, соединяет супругов, приносит в дом богатство, поражает врагов, устраняет тьму [75; 260]. Основная функция Агни — посредничество между людьми и богами. Агни — божественный жрец. Огонь возносит жертву языками пламени жертвенного костра на небо.

Лев и Гидра, перед которыми восьмилучевая

звезда, символизирующая планету Венера

(древневавилонское изображение)


В Древнем Риме во время одного из торжественных ритуалов для двенадцати богов и богинь выставлялось шесть лож. При этом мыслилось, что одну из лож займет связанная с огнем божественная пара Вулкан и Веста. Римский Вулкан был богом разрушительного и очистительного пламени и в значительной мере считался аналогом греческого символа огненной стихии бога-кузнеца Гефеста. Богиня Веста изображалась с закрытым покрывалом лицом, чашей, факелом и скипетром, была в Риме хранительницей священного очага общины, курии, дома. Весте посвящался вход в дом.

Само имя «Веста», вероятно, лингвистически связано с русским словом «весть» и отражало ту посредническую роль огня домашнего очага, которая рождалась при домашних жертвоприношениях. Когда дым сжигаемой жертвы отправлялся на небо, в мир богов, тогда Веста и играла роль богини-вестницы.

Голубками прилетали красные девицы в русской сказке про Елену Премудрую на зеленый луг. «Немного погодя осияло и небо и землю — летит по воздуху золотая колесница, в упряжи шесть огненных змеев; на колеснице сидит королевна Елена Премудрая — такой красы неописанной, что ни вздумать, ни взгадать, ни в сказке сказать!» Затем красавица пересаживалась на золотой трон и по очереди обучала голубок разным премудростям.

В грузинской сказке «Еловик» рассказывается, что прилетели к дому, в котором в ночь буковых ветвей родился мальчик, два голубя и начали спорить о том, «как им вписать судьбу новорожденного в книгу судеб». Услышал этот спор купец, что именно его богатство в будущем должно достаться этому мальчику, и решил извести ребенка. В лесных дебрях он привязал его к вершине ели на растерзание орлам. Царь охотился здесь со своей свитой, охотники ребенка нашли и назвали Еловиком. Купцу ничего не помогло изменить судьбу. Герой сказки в конце концов женился на его дочери и стал наследником всего богатства.

За птицу-зорьку в удмуртской сказке хозяин воздуха потребовал златогривого коня, который находился у владыки земли. За златогривого коня хозяин земли потребовал у героя по имени Петыр золотого окуня. Этот окунь был во власти царя вод. Он же потребовал за золотого окуня дочь хозяина мира. Но дочь хозяина мира кликнула белого голубя и приказала ему превратиться в ее копию, а затем — в золотого окуня и златогривого коня.

Еще в одном древнегреческом мифе с семеркой голубей связывались Плеяды. Семь дочерей титана Атланта, того самого, который держит на себе землю, вышли замуж. Шесть из них — за богов, а седьмая — за простого смертного. Когда Плеяд стал преследовать охотник Орион, то они превратились в голубей. Зевс вознес их на небо в качестве созвездия. Шесть звезд созвездия светят ярко, а седьмую почти не видно — ей стыдно показываться на глаза людям В другом античном мифе титан Атлант и титанида Феба владели ночным светилом, луной. Связь Атланта с луной делает возможным связь семи Плеяд с неделей, а недели, т. е. числа семь, — с голубями.

Посредническую функцию выполняли два додонских голубя в античном мифе: они принесли Гераклу известие, что он, герой, через пятнадцать месяцев умрет. Именно голубь принес ветхозаветному Ною известие об окончании потопа, что вода сошла и земля обнажилась: «Голубь вернулся к нему (Ною) в вечернее время… и вот свежий масличный лист во рту у него».

Ной, выпускающий из ковчега голубя.

Византийская мозаика в базилике святого Марка, Венеция


В Библии, в третьей книге Моисея — книге «Левит», Господь Бог объяснял Моисею, какие жертвы сынам Израилевым следует приносить Всевышнему: «Если же из птиц приносит он Господу всесожжение, пусть принесет жертву свою из горлиц или молодых голубей». Дух Святой, в соответствии с Библией, сошел на Иисуса при крещении в виде голубином. Он является в христианских традициях действующей силой божественного вдохновения, третьей составляющей троицы. «Святой Дух» переводят как «Божественный Ветер», он обеспечивает связь человека с Господом. «Сошествие Духа Святого» на апостолов сопровождается шумом с неба «как бы от несущегося сильного ветра» и подобием языков огня. Зримым же образом Святого Духа в христианстве считается птица голубь.

В пояснение того, почему голубь считается птицей мира, приводят миф о Марсе, который не мог отправиться на войну, так как в его перевернутом шлеме голуби свили гнездо. Мифы говорят и о любви бога Ареса к богине Афродите. Но если богиню любви олицетворяла голубка, то представляется возможным, что голубь персонифицировал когда-то одну из ипостасей грозного бога войны. Данная ипостась — мирная, а потому голубь — аллегория мира. Ипостась — влюбленная, а потому пара воркующих голубей — аллегория любви.

В русской сказке «Поди туда — не знаю куда, принеси то — не знаю что» героиня — птица горлица — просит стрельца, чтобы он не убивал ее, не сводил ее с «белого света», а принес домой, посадил на окошечко, а затем, когда на нее найдет дремота, стукнул ее наотмашь правой рукой. И тогда, он, стрелец, добудет себе «великое счастье» Как сказано, так и сделано, и горлица вдруг стала «душой-девицей, да такою прекрасною, что ни вздумать, ни взгадать, только в сказке сказать! Другой такой подобной красавицы во всем свете не бывало!»

И в изложенной русской сказке, как мы видим, просматривается непосредственная связь горлицы-голубки с богиней любви и красоты.

И еще. Слово «Зирка» по-белорусски просто звезда. Богиню счастья иногда называли Зиркой. Просто Звездой называли иногда, в старину, планету Венера [72].

Таким образом, древнерусский «птичий» шифр показывает, что голубь и голубка воплощают соответственно цифры семь и восемь, а мировое культурное наследие подтверждает справедливость подобного умозаключения. При этом возможно, что число семь связано с планетой Меркурий (не исключена планета Марс), а число восемь — с планетой Венера.

В самом начале была только богиня — мать всего сущего. Древнегреческий миф называл эту богиню Эвриномой. Когда Эвринома восстала из Хаоса, она отделила небо от моря, а затем обнаженная богиня начала свой одинокий танец над волнами. В результате танца и движения богини к югу возник северный ветер. Эвринома сжала ветер в ладонях так, что из северного ветра, который греки называли Бореем, возник Великий змей Офион. Возбужденный танцем богини, змей оплодотворил Эвриному. Превратившись в голубку, Эвринома снесла Мировое яйцо. Семь раз обернулся змей вокруг яйца и таким образом «высидел» его. И из яйца появились и все семь планет, включая оба светила, звезды, землю и небо, горы и реки, деревья и всякие живые существа.

Число «семь» в седые времена символизировало не только семерку известных в древности планет (в их число входило оба светила), не только число дней лунной фазы, не только максимальное суммарное число солнечных и лунных затмений, но и, как установили ученые, выделяло семь точек и направлений: пять на земной поверхности и две по вертикали — восток, юг, запад, север и центр, а также зенит и надир. Если учесть, что зенит имел отношение к небесным богам, надир — к миру подземному, а центр — к миру земному, то это, на наш взгляд, могло определять посредническую функцию седьмой птицы, голубя.

В древности говорили о семи сферах — семи небесах, которые связывались с движением семерки планет. Восьмерка могла обозначать еще одни небеса, сферу отдаленных, неподвижных звезд. Не исключено, что немецкое слово «acht» («восемь») лингвистически связано с одним из элементов, составляющим человеческую сущность, загробным воплощением человека, которое древние египтяне выражали словом «Ах», а египтологи переводят как «блаженный», «просветленный» Это «Ах» принадлежало небу. Эго наше предположение согласуется с древними представлениями — ведь с каждой звездой древние связывали какого-либо предка.

В Древней Греции до V в. до н. э. существовали восьмилетние календарные циклы, о чем писал в I в. до н. э. Геминос Родосский. В третьем, пятом и восьмом годах этого цикла было 13 месяцев вместо двенадцати.

Античные эзотерики связывали двойной кватернер («восьмерку») со значениями «рок» и «судьба». Недаром слово «АсЫ» в немецком языке обозначает «восьмерка», «опала» и «внимание».

Дьячки косачки и их жены тетерки

В цифровом «птичьем» коде после голубушки, символизирующей, вероятно, число восемь, в соответствии с вариантом сказителя И. Фепонова следует:

Ай косачки дьячки церковны,
Тетерки-ты дьяческие женки…
Птицы «косачки» (ударение на букву «и») в этом отрывке: кто они? Косачами в народе называют самцов тетеревов. Косач достаточно сильно отличается от самки. Тетерка мельче самца, имеет рыжеватое оперение с темными пестринками. Косач — черное с сине-зеленым отливом, а на крыльях белое «зеркальце». Рулевые перья хвостового оперения у него лировидно изогнуты наружу, откуда, по всей видимости, и возникла ассоциация с косами.

В коде косачки стоят на девятом месте, тетерки стоят в коде на десятом месте. По-видимому, это дает основание полагать, что косачки и тетерки воплощают в шифрах числа девять и десять соответственно.

Птицы тетерев и тетерка во многих языках, в отличие от русского, имеют различающиеся корни, что может указывать на их различные числовые значения в шифрах. Тетерев может открывать последние четыре месяца года или, при принятом в древности делении года на три части, последнюю треть года. Тетерка же открывает последнюю четверть года и может быть связана с делением года на четыре части, а в более поздней мифологии такое деление также встречается: например, четыре стороны света и четыре ветра.

Байка про тетерева была записана Д.Н. Садовниковым под Самарой [218]. В ней рассказывается о том, что тетерев задумал построить дом. Думал тетерев о строительстве дома, думал, но так и не построил, а ночевал в снегу.

В немецком языке слово «пеип» («девять») и слово «пей» («новый») тесно связаны друг с другом, и можно предположить, что это числительное вошло в язык несколько позже, т. е. не исключено, что когда-то в древности практиковалась восьмеричная система счета. Английское же слово «nine» («девять») звучит столь похоже на немецкое «nein» («нет»), что может предполагать, что такого числа некогда не было вообще.

Античные эзотерики связывали тройной тернер («девятку») со значением «познание». Число «трижды три» могло быть весьма почитаемо, так как само «три» считалось божественным. Число «девять» могло быть священным в силу его возможной связи со словом «дева». Но божественным мог сделать число «девять» уже только один факт — ровно девять месяцев женщина вынашивала ребенка.

Десятка, которая выполняет важную роль в современной, десятиричной системе счета, практически весьма мало применялась в древней эзотерике, хотя это было, казалось бы, вполне естественно, ведь у человека на руках десять пальцев. Пожалуй, единственно важное использование десятичного принципа было заложено в древности в деканах — отрезках дуги в десять градусов. Вероятно, их начали использовать не на самой заре астральной религии.

В уста птице тетереву древняя народная мудрость вкладывала такие слова (см. О.В. Белову): «Татаровя и немцы вера некрещеная миром и маслом не помазани святго великого поста не знают а даров и покояния не приимают а по закону своему ходят и богу молятца а греха они боятца и муки вечныя» («Татары и немцы — веры некрещеной, миром и маслом не помазаны, святого великого поста не знают, даров и покаяния не принимают, а по закону своему ходят и богу молятся и греха они боятся и муки вечной»).

Тетеря или тетерка, в соответствии с древнерусскими сказаниями о птицах (изданными Х.М. Лопаревым), будто бы говорила: «Тепере мы, братия, говорим много, да не нашем станетца: как Богу надобно, так и будит» («Теперь мы, братья, говорим много, да не по нашему будет: как Богу надо, так и будет»).

Полевой и степной тетерев назывался также полевиком, полиовиком, полеником, полюхом, полюшком, поляком, полетом. Эта птица, в соответствии с древнерусскими сказаниями о птицах по Х.М. Лопареву, будто бы говорила: «Я ваш разве не гетман?» Гетман в старину в Польше и на Украине — командующий войском, причем на Украине в его руках была сосредоточена вся власть, в том числе гражданская.

Слово «тетеря» у обских угров, по свидетельству З.П. Соколовой, можно перевести как «птица сна». Исследовательница отмечает, что этим словом угры называли глухарку, и по их представлениям именно так выглядела «сонная душа» человека. Тетерю изображали на спинке детской кроватки, чтобы птица охраняла сон ребенка Когда один из охотников-угров застрелил «тетерю» и почувствовал себя плохо, ему объяснили, что он убил собственную душу, и этот охотник вскоре умер.

Если из птиц составить зодиак, то тетерка в нем может соответствовать точке зимнего солнцестояния и символизировать собой зиму и полночь. Ночь ассоциировалась у людей со словом «глухая». Так, может быть, устойчивое на Руси словосочетание «глухая тетеря» имеет астральный корень и связано с древним шифром пернатых?

Вот как косача связывают со святым Георгием. В рукописи XVII века имеется рецепт магического обряда: «Канун Егорева дни в ночь скотине во хлеве не клади ничего. Добудь косача, да с косачом куриное яйцо; да свечу без огня с вечера положи перед Егорием. Как люди уснут… триады поклон».

Название птицы «косач» сходно со словом «коса», которое в русском языке имеет несколько смыслов. Во-первых, это — предмет для срезания травянистых растений, и в том числе зерновых. Во-вторых, это орудие как оружие изображалось в руках бога Сатурна — считалось, что этой косой смерть косит людей. В-третьих, ввиду аналогии могло быть соотнесено с лунным серпом. В-четвертых, это — сплетение волос на голове. Кроме того, слово «кос» связано с греческим словом «κοσμοζ» («космос») — «Вселенная». И потому птица могла мыслиться как связанная с вершиной Вселенной.

Косачем могли птицу называть и потому, что она персонифицировала, например, бога Сатурна с косой, которого в древности связывали с севером. Не случайно его изображали с косой, которой он якобы косил людей, т. е. был богом смерти [221].

Сатурн с косой.

Изображение XV в.


Сатурн связывался с самым страшным из ветров — северным ветром, и в этой ипостаси был сопоставим с Дедом Морозом. Косач, по-видимому, символизировал время, предшествующее точке зимнего солнцестояния.

Fro жена, тетерка, могла открывать Новый год, отсчитывающийся от этого времени, и могла символизироваться всегда юной Снегурочкой В этой связи отметим, что снегуркой в Полесье называли снегиря. О.Э. Озаровская отмечала, что самка черного тетерева — косача, на русском Севере называлась Марьюхой. Можно предположить наличие связи с женским именем Марья.

В Болгарии косачом называли птицу коростеля [241]. Поэтому в некоторых шифрах, возможно, число девять символизировал коростель. Хотя это и необязательно.

Напрашивается вопрос о корнях общности между ипостасью бога Сатурна и церковным дьячком Отметим, что первая семерка дьяконов были рукоположены в апостолы (Библия. Книга Деяний). Вообще, дьякон (в переводе с греческого «служитель») служит при таинствах и в церкви выполняет певческие функции, воспевает божественное. Славяне же называли бога грозного северного ветра Позвизд или Посвист. Имя, которое вероятно упоминалось из боязни назвать истинное имя грозного бога, передает звук якобы создаваемого этим богом ветра.

Десятка при обозначениях ведет себя несколько противоречиво. Тетерка, десятая птица в числовом коде птиц при отсчете зодиака по 30 градусов (естественно, от востока), обозначала сектор, начинающийся с севера, и могла бы символизировать Север, но при отсчете деканов, г. е. по 10 градусов, обозначала декан, начинающийся с юга, и в этом качестве могла бы символизировать Юг. Но тетерка непременно способна символизировать ось «Север-Юг».

Кулик — пономарь

В числовом «птичьем» коде после тетерок, символизирующем, как уже отмечалось, по всей вероятности, число «десять», следует строчка про кулика, которая в варианте сказителя И. Фепонова выглядит следующим образом: «Кулик пономарь церковный». Эта птица, таким образом, занимает среди персонажей стихотворения-кода одиннадцатое место, что дает все основания символически отождествлять кулика и пономаря с числом «одиннадцать».

В русском народе бытует довольно много пословиц с участием этой птицы. Одна из них звучит так: «В нужде и кулик соловьем засвищет» [97]. Противопоставление, возможно, имеет под собой глубочайшую основу. Можно предположить, что в народе эти птицы выражали две крайности. Соловей воплощал число «пять». Противоположным пятому месяцу года является сдвинутый на полгода месяц, т. е. одиннадцатый. Это в какой-то мере подтверждает правильность предыдущего предположения.

Русская поговорка: «Уважают как соборного звонаря», а звонарь и пономарь — это часто одно и то же лицо, означает, что данного человека совсем не уважают. Об этом говорит и следующее: «Худое барство хуже пономарства» [110].

Есть русские пословицы, связывающие птицу кулика с болотом: «Всякий кулик на своем болоте велик». «Всяк кулик свое болото хвалит» [97]. О том, что по старым представлениям людей болото является обителью всяческой нечисгой силы, говорит еще одна русская поговорка: «Было бы болото, а черти найдутся». Можно предполагать, что кулик мог персонифицировать некие отрицательные, вредоносные персонажи древних славянских мифов, живущие, по-видимому, далеко, на что указывает русская поговорка: «у черта на куличках». Но есть в представлении об этой птице еще один аспект, благодаря которому в старину куликами прозывали пьяниц.

Бытует такая русская поговорка: «Далеко кулику до Петрова дня», что указывает на возможность существования особого, связанного с куликом дня.

Слово «кулик» при переводе с русского на санскрит почти не меняется: «кулика», что свидетельствует о древности понятия. Использование одного названия у двух территориально отдаленных народов указывает на то, что в глубокой древности оно было заимствовано вместе с какими-то, вероятно религиозными, идеями.

Вся гамма представлений о ликах кулика (впрочем, как и других птиц шифровального кода), по-видимиму, непостижима. Иногда он выступает даже в роли божественного дарителя благ — роли, которая вскрывает еще одну сторону многогранной тайны.

Так, кулик — один из персонажей русской сказки из сборника И. А. Худякова [286] — предстает перед нами как большой любитель гороха. Это растение посадили два брата, которые и послали третьего младшего брата, дурачка, его сторожить. Иванушка-дурачек поймал кулика, а, когда тот человеческим голосом просил его отпустить, дал ему волю. Кулик подарил Иванушке сначала скатерть-самобранку, затем — лошадь, которая при ржании дает золото, и, наконец, волшебные щипцы, способные щипать того, кто вызывает их из коробки. Жил же кулик в белых хоромах, имеющих красные подпоры.

Если учесть, что день имеет белый цвет, ночь — черный, а утреннюю и вечернюю зори можно воспринять в качестве красных подпор, то, на наш взгляд, речь идет о действии кулика в дневное или ночное время суток. Понятно, почему именно старшие братья, если они олицетворяли сумерки и ночь, «сажали» «горох», т. е. звезды, звездное небо, а кулик уничтожат звезды. Так что смысл божественных действий кулика в указанной сказке заключается, возможно, в своеобразном описании солнечного затмения.

Слова «elf» и «Elf» в немецком языке соответственно обозначают «одиннадцать» и «эльф». Связь эльфов, берегущих в подземных сокровищницах золото, с числом одиннадцать, которое, будучи привязано к земле, могло выражать направление на северо-восток, весьма показательна, красноречива. В летние дни оттуда появляется Главное золотое сокровище — солнце.

Чтобы привлечь весну в начале нового года, который некогда начинался 1 марта, праздновали Овсень (Авсень, Усень, Таусень), и в этот день выпекали из теста двух птиц — «жаворонков» и «куликов». Последний как символ весны и предвестник весеннего равноденствия, т. е. как одиннадцатая птица, согласуется с названной датой.

В варианте кодового стихотворения, записанном в смоленской губернии, говорится: «Кулик на море — рассьшыцик».

Если поставить знак равенства между предвестником и рассылыциком, т. е. если понимать, что кулик рассылает весть о весне, то названный вариант имеет смысл. В некотором смысле и звонарь — вестник, скликающий на службу. По поверьям поляков, бродящий по берегам рек кулик своим криком скликает утопленников.

Есть не вошедшее в напечатанный в 1917 г. А.М. Смирновым сборник Великорусских сказок Архива Русского Географического Общества стихотворение («Скоморошина») [243], начинающееся с такой строчки: «Кулики баню рубили». О связи кулика с печью мы более подробно будем говорить в разделе о перепелке. Быть может, связь кулика с баней, основной частью которой являлась печь, также не случайна.

В одном из рукописных источников сказано (О.В. Белова): «Кулик рече коли господа на кресте роспяли и тогда сотона тогда мучил вес род хрстиянскии и заключил у собя во аде и в суботу тоя нощи против Воскресения хрстова гсь воста от мертвых в третий день и сниде на ад и ста на врата адцкия и хотя ийзвести род хрстиянский изо ада на свет». («Кулик говорит: “Если Господа на кресте распяли, и тогда сатана мучил весь род христианский и заключил Его у себя в аду в субботу той ночи, противясь Воскресению Христа, Господь восстал из мертвых в третий день, и взошел на ад, и стал на врата ада, желая вывести род христианский из ада на свет”».)

По свидетельству Даля, кулик, каравайка, зуй — общее название голенастой болотной птицы от самого рослого горбоносого степного кулика, кроншнепа, до маленьких: зуйка или поплавка, желтобровки и куличка-воробья, в том числе кулика-ласточки, кулика-сороки (жеребца), красноножки (щегла), нетигеля (улитки), травника, курноски. Тот же автор отмечал, что не зовут куликами только несъедобных голенастых — цаплю, выпь, а также «коростеля и курочек, да все виды бекасов». Таким образом, получается некоторая двойственность: разница числовых значений кулика и зуя в шифрах, а из названий, приведенных Далем, следует, что кулик и зуй (травник) — слова-синонимы. Из-за этой путаницы, по-видимому, и возникла ошибка в кодовом стихотворении И. Фепонова, где после кулика следовал травник. Вероятно, существовали шифры, в которых подразумевалось равенство зуя кулику.

Вообще говоря, кулики составляют чрезвычайно большую группу птиц, куда входят по современной классификации ржанки, авдотки, чибисы, бекасы, зуйки, шилоклювки, плавунчики, кулики-сороки, улиты, кроншнепы. Просто же кулика, как такового, орнитологи не выделяют.

Есть на Руси поговорка, которой можно закончить наш рассказ о кулике: «кулик не велик, а все-таки птица».

Ласточки, девицы

«А ластушки красны девицы…» — говорится в тексте «птичьего» кода сказителя И. Фепонова. «Ластушки были девицы…» — сказано в тексте кода сказителя Максимова.

В литературных источниках эти птицы появляются часто. Ласточка считалась у древних греков одной из священных птиц Афродиты, вестницей весны и любви. А в древнеегипетском мифе богиня Исида оборачивалась ласточкой, когда искала ящик с телом своего брата и мужа — убитого бога Осириса Польская легенда рассказывает, что девушка, которую пленили татары и пытались обратить в свою веру, превратилась в ласточку. Исследователь славянских богов А.А. Бычков называл в своей книге славянскую богиню справедливости по имени Приснена, которая имела помощниц — Правду и Правдицу. При этом символами Правды и Правдицы были очищающие вода и огонь. Символом же самой Приснены была ласточка.

Ласточки предстают как олицетворение чистой и непорочной юности. Может быть, с этим древним представлением и связан известный по литературе символический смысл ласточки, где она рассматривается как аллегория весны и юности, символ Воскресения.

Интересно отметить и выпестованное миром сказок существование связи красных девиц, чистых девушек с числом двенадцать. Причины этого могут заключаться в словосочетаниях типа: двенадцать голубиц — все красных девиц».

Конечно, число двенадцать в сказках, мифах, былинах играет особую роль. Оно служит для иносказания, для замены слова «месяц», при обозначении этого временного интервала, так как двенадцать месяцев насчитывает солнечный год, а следовательно, и для иносказательного обозначения года. Вообще, в русских сказках и былинах очень часто число двенадцать не шифруется. Указание на то, что кого-либо или чего-либо именно двенадцать, вероятно, является своеобразным намеком — подсказкой о шифрованное™ текста.

В контексте же «двенадцать голубиц» может обозначать, что жреческие функции, на что указывает слово «голубица», выполняет непорочная девушка, о чем говорит число двенадцать — этому числу и, очевидно, ласточкам, по нашему мнению, соответствует «красная девица».

История разных народов свидетельствует о том, что не всегда жрицы были девственницами. Так Фрэзер в своей знаменитой книге «Золотая ветвь» пишет об обычае, существовавшем некогда, в языческую эпоху, на острове Крит. Там женщины перед замужеством должны были отдаваться чужеземцам в святилище богини. А в Пафосе цари должны были вступать в половую связь с женщинами из храма, в частности богини Астарты. При этом дети, родившиеся от этой связи, считались ее детьми. Так что божественное происхождение ряда исторических личностей — не просто миф. Известно множество других, прямо противоположных традиций. Так, например, жрицы римской богини священного очага Весты, весталки, поддерживающие горевший в храме богини вечный огонь, были обязаны дать обет блюсти целомудрие, и горе тем, кто покусится на честь весталки. Имя этой богини, возможно, связано со словом «невеста».

Жреческие функции заключаются в посредничестве между людьми и богом. В осетинском героическом эпосе рассказывается о борьбе нартов с небожителем. При этом в качестве посланца бога к нартам прилетает ласточка. Она же относит ответ обратно.

Ласточка выступает в подобной роли в фольклорном наследии многих стран. Она была, например, спасительницей героини испанской сказки «Черт-женишок», ее посланницей к родителям.

О распре двух былинных братьев Кленовичей рассказала в «Любушином суде» прилетевшая к окну княжны ласточка.

Собиратель интересных сведений о жизни птиц М.С. Прокопенко указывал, что ласточек использовали в Древнем Риме в качестве «почтовых» птиц. При этом сообщалось, что ласточки летали гораздо быстрее голубей.

Семиголовый дракон, похитивший сестру великанов в осетинской «Сказке о молодом охотнике», хранил свои надежду, силу и душу в очень интересном месте. В животе сидящего в пруду кабана находилась лань, внутри которой был заяц, в зайце — шкатулка, а в шкатулке — три ласточки. Одна из них — сила, другая — надежда, а третья — душа, Вероятно, недаром мифы разных народов матерью трех девиц — Веры, Надежды и Любви — называют Софью, т. е. Мудрость!

В древнеиндийской мифологии правитель трех миров — верхнего, среднего, т. е. земли, и нижнего, т. е. подземного, чье имя на санскрите

Мула Джади, имел три ипостаси: правитель и сущность верхнего мира, чудовище, свисающее с ветвей мирового дерева, как управитель среднего мира и змей — повелитель подземелья. Перед его домом находилось мифическое дерево, на листьях которого написана будущая судьба людей. Эта судьба давалась каждой новой душе двумя женщинами. По легенде господин миров сотворил свое царство с помощью птиц. Курица при этом снесла яйца в ветвях мирового дерева, а из яиц вылупились жены тройки главных богов. В процессе творения мира птицы, ласточки, играли роль посланцев. Они обеспечивали связь в этой божественной операции. Подобное посредничество между людьми и богами, как уже отмечалось, было также свойственно голубям. Сплетение этих идей в русских сказках великолепно вписывается в представление о посреднической миссии этих птиц.

У В.И. Даля описывается русское народное поверье о том, что ласточки своим чириканием предостерегали Спасителя от его преследователей (а предали его воробьи). Есть предание, что они таскали у римлян гвозди, с помощью которых должны были распять Христа (воробьи приносили гвозди обратно).

В день памяти христианского святого Симеона Столпника, который приходится на 1 сентября, как считается, ласточки жалуются этому святому на воробьев за то, что те занимают их гнезда.

В испанской сказке о Птице-Правде ласточка, которая жила во дворце, сетовала другой ласточке на воробья. Она говорила ей о том, что бесхвостый воробей занял ее гнездо. А это гнездо построили еще ее дедушка и бабушка. Воробей не хотел уступать, однако налетели другие ласточки, подруги, и все вместе прогнали завоевателя из наследственного гнезда.

Воробьи, которые в «птичьих» шифрах воплощают число шесть, противопоставляются, таким образом, ласточкам. Можно предположить, что такой антагонизм имеет под собой глубочайшую основу, в народе эти птицы выражали две крайности. Получается, что противоположным шестому месяцу года, персонифицированному воробьем, является сдвинутый на полгода месяц, т. е. двенадцатый, который олицетворялся ласточкой. Все это, на наш взгляд, подтверждает правильность предположения об идентичности в русских шифрах числа двенадцать и красных девиц.

В пришедшей из забытых веков русской традиции считалось, что ласточки — «божьи» птицы, они «отпирают» небо, прилетают шестого мая, и что с этого времени следует выгонять скот пастись на луга. Доброе отношение к этой птице видно из наследия и других народов мира.

У колдуна Калаура, персонажа абхазского, нартского, фольклора, душа находилась внутри большого быка, который пасется на поляне за шестью горами. В быке скрыта косуля, а в косуле — три ласточки. И только в одной из них была душа колдуна, а в двух других — сила его глаз, позволяющая видеть сквозь камень и сквозь землю.

Существует мнение у разных народов о грехе в отношении ласточек: их нельзя бить и нельзя разорять их гнезда.

В украинской песне «Ой, на Дунаечку, на бережку» ласточка уподобляется Божьей Матери. Это, возможно, также согласует христианское представление о непорочном зачатии и взаимосвязь «ласточка — красная девица».

В одной из белорусских легенд ласточка украла у Божьей Матери клубок ниток и ножницы, да и в загадках раздвоенный ласточкин хвост сравнивается с мотовилом, служащим для разматывания мотков пряжи. Тема прядения, издревле связанная с судьбой, вероятно, указывает на небесный путь планет, видимые с земли их орбиты движения.

Например, в сербской легенде рассказывалось про девушку по имени Грозданка. Эта девушка вышла замуж за Солнце, но соблюдала обет молчания. Тогда Солнце решило, что Грозданка немая и захотело взять себе другую жену. А Грозданку Бог превратил в ласточку.

Южнославянское предание рассказывает, что ласточка спрятала солнце под свое крыло и унесла его от пожиравшей змеи высоко в небо. Змее удалось откусить у ласточки лишь перья ее хвоста, отчего он стал раздвоенный. Есть польское предание, согласно которому кот перевернул возок с ласточкой и переломал ей ножки. Поэтому-то ласточка не может ходить по земле.

Изложенные предания, по всей вероятности, затрагивают тему конца года и конца месяца, что вообще может быть объяснено особенностями числа двенадцать, т. е. использованием числа двенвдцать для завершения года, символизации года и месяца.

Ласточку славяне называли ластовицей, ластавицей, лестовицей, лаской. В одной из редакций памятника древнерусской литературы, известном как «Византийский “Физиолог”», сказано: «Ласточкино гнездо в пустыне на распутье. Когда ослепнет один из птенцов ее, она отправляется в пустыню, и приносит травы и кладет на очи его. И он прозревает. Так и ты, человек, когда согрешишь, то обратись к молитве и прими покаяние, и ради единосущной Троицы ты избавишься от того греха». Если ласточка символизировала число 12, то она могла персонифицировать и календарный месяц и год, который, вероятно, в незапамятные времена отчитывался от затмения. На что, возможно, и указывает слепота птенца. Несомненно, птицы эти считались ценными. Древнерусские лечебники содержат сведения о различных болезнях и способах излечения людей с помощью камней, которые будто бы можно добыть из живота молодых ласточек. Например, в одном из лечебных сборников говорится, что в пупках у птенцов находятся три камня: черный, красный и белый (что, по-видимому, связано с тремя цветами времени ночью, зарей и днем). Черный камень обещает талант к торгу (что, вероятно, связано с лунным серебром). «Красного дьявол боится и бегает (от него)» (что может быть эквивалентным словам: заря прогоняет тьму). Белый камень рекомендован для улучшения зрения (что конечно же может ассоциироваться с солнцем и с днем). «Ластовиця (см. О.В. Белову и А.Д. Карнеева) зиме пришедши весноу являеть» («Ластовица зиме пришедшую весну являет»), откуда можно понять, что речь идет о времени, пограничном зиме и весне, которое могла символизировать ласточка.

Раздвоенный хвост с «косицами», длинными и тонкими рулевыми перьями, имеет так называемая деревенская ласточка, у которой спинная часть — черная, брюшко — белое или рыжеватое, лоб и горло — красно-коричневые, поперек горла — черная полоса. Эта ласточка обитает в России везде, кроме тундры. Деревенскую разновидность зовут касаткой, и, вероятно, этим объясняется происхождение достаточно распространенной фамилии Касаткин. В европейской части России встречаются три рода ласточек: деревенская, которую называли касаткой, городская, которую раньше называли воронком, и ласточка-береговушка. Человек уже в древности жил в мире с касатками. Стоит только выйти в поле, как появляется касатка у самых ног, — она ловит малозаметных на траве вспугнутых насекомых. Эти птицы чаще летают на небольшой высоте, а гнезда устраивают обычно из глины открытыми сверху, и предпочитают иметь над своим жилищем выступ крыши деревенского дома, козырьки сооружений, уступы в скалах. Взрослые касатки имеют длинные и тонкие крайние рулевые перья, «косицы», и издают звуки, похожие на «вит-вит». Воронки устраивают обычно глиняные гнезда с боковым входным отверстием в каменистых пещерах и расщелинах скал, иногда не брезгуют норами ласточек-береговушек, которые обычно находятся на обрывах речных берегов. Именно воронка можно видеть высоковысоко в небе, где находится так называемый «воздушный планктон». А ее резкий крик «трррчч, трррчч» хотя и несколько походит на голос стрижа, но с «визгом» стрижа несоизмерим. Интересно отмесить, что изредка встречаются ласточки с белоснежным оперением или, как их теперь называют, ласточки-альбиносы. В Полесье береговую ласточку ласково называли берегулькой, что сближает ее с берегинями.

Портной в сказке из Вятского сборника Д.К. Зеленина [102] решил жениться. У черта же, которому он сшил «малахай» из семи овчин, было двенадцать дочерей — одиннадцать своих, а двенадцатая — унесенная, «купчёвна». И эту-то девушку решил портной сосватать, но должен был выбрать ее из двенадцати внешне одинаковых герой сказки. И три раза он именно ее выбрал, хотя черт сначала превратил их в ворон, затем «переперил» их в голубок, а в третий раз «переперил» их в ласгочек-касаток.

Первого марта на Украине встречали весну и при этом носили чучело (по-видимому, куклу) ласточки [158]. В день Сорока мучеников — 9(22) марта — хозяйки на Руси пекли сорок булочек в виде птичек, которых называли ласточками. Считается, что ласточка прилетает в день архангела Гавриила 13(26) марте. Указанные сроки почитания ласточек отстоят от весеннего равноденствия (20–21 марта) в среднем примерно на 10 суток. Это позволят говорить о возможности версии, в которой ласточки могут символизировать не двенадцатый сектор, а третий декан этого сектора, последний декан года.

Русское слово «дюжина», служащее для обозначения двенадцати, могло быть связано со словами «дужина», «дуга». Таким образом, дуга, возможно, служила для обозначения зодиака. В немецком языке числительное «zwolf» («двенадцать») могло иметь лингвистическую связь со словом «Wolf» («волк»).

Древнерусский Зодиак птиц и Святая Русь

По результатам дешифровки птичьих шифров из первой дюжины птиц можно составить Зодиак, в котором эти птицы могли служить в качестве созвездий.

Пример использования первых двенадцати птиц шифра пернатых для обозначения зодиакальных созвездий


Суздаль

Мы стремимся познать мир вокруг нас и преобразовать его по своему разумению. Космические масштабы мышления древнерусских людей создали целую гипотетическую страну, которая была подобна небу.

По-видимому, существовало очень много отражений неба на земле и целый ряд школ, которые использовали птичий Зодиак. Большинство из них прекратили свое существование либо не оставив следов, либо скромно сделав не слишком много отпечатков, главным образом в виде каких-либо наименований местности, реки или населенного пункта. Но некоторые из таких школ внесли достаточно большой вклад, в том числе и в топонимику, совокупность географических названий определенной территории.

В качестве примера рассмотрим одно из отражений неба на земле, своеобразную страну, характер которой был выражен с помощью зодиака пернатых. Этой стране требовался центр в качестве эквивалента всей планете Земля. Точка, в которой сужаются земные (и не только земные) дали. И, по всей вероятности, некогда был построен такой город. Город, в котором сузились земные дали, получил имя Суздаль.

Автор не ставил перед собой исторической задачи. Тем не менее на древнем фоне рассматриваемого культурного наследия вдруг да промелькнет во всей цветовой палитре яркая историческая картина прошлого.

Первое упоминание о суздальской земле относится к 990 году, т. е. ко второму году после начала крещения Руси. В летописи говорится: «В лето 6498 от Киева подвижеся блаженный Владимир шествовати в Суждальскую землю взем с собою двух Епископов… и в земли Суждальской вся люди крестиша».

Город Суздаль возник в излучине реки Каменки на периферии ростовского княжества не очень далеко от тогдашней границы с муромским княжеством. По преданию, записанном в XVIII веке священнослужителем А. Федоровым, один из князей «изобрете место, и ту заложи град, и по великому своему суждению нарече Суждаль». Это объяснение имени города не удовлетворило многих, потому-то и появилось еще множество версий о его названии [20].

Мы не знаем доподлинно, когда в точности возник Суздаль Не совсем понятно, кто княжил в Ростове Великом при основании Суздаля. А князем ростовским был Ярослав, получивший позднее прозвище Мудрый. Затем — другой сын великого князя киевского Владимира — Борис, ставший вместе со своим братом, муромским князем Глебом, святым после их убийства в 1015 году.

Первое же упоминание о самом городе Суздале относится к 1024 году, когда на почве неурожая и голода в Ростове и Суздале вспыхнуло восстание под руководством языческих проповедников. В Лаврентьевской летописи говорится, что «бе мятеж велик». Он был жестоко подавлен дружиной Ярослава, ставшего к этому времени великим князем киевским.

Конечно, строительство такого города должно было иметь не только экономический и военный смысл, но и политический. Вероятно в противовес политике князя Владимира, крестившего Языческую Русь,

в ростовской земле обхаживали ярых естественных противников киевского князя Ьла (имира — языческих жрецов. Именно для них, видимо, и был построен Суздаль.

Нелегко шла христианизация в Ростово-Суздальской земле. Отметим лишь, что первый ростовский епископ Леонтий был убит в Ростове.

Не исключено, что тайную политику, направленную против отца, проводили князь Ярослав и его окружение. В историческом романе П. Загребельного «Ярослав Мудрый» красочно описана ненависть, которую питала к Владимиру мать Ярослава, полоцкая княжна Роксана, и указано то, что именно она подбирала наставников своему сыну. Такая точка зрения, по всей видимости, близка к истине. Общеизвестно, что, будучи новгородским князем, Ярослав отказался платить в 1014 году дань отцу от Новгорода и готовил войско для войны с ним. И только внезапная смерть князя Владимира в 1015 году не дала хода войне отца и сына, а подготовленное к войне новгородское войско, вместе с наемниками-викингами, позволило Ярославу выступить в качестве судьи над своим братом, киевским князем Святополком, считавшемся убийцей своих братьев Бориса и Глеба, и стать великим князем киевским, главой уже христианизированной Руси.

Сакральная география, или проекция Зодиака птиц на землю

Можно на карте провести через Суздаль шесть прямых линий, каждая из которых была бы повернута относительно соседних на угол в 30 градусов, причем одна из них должна проходить в направлении север-юг, а другая — запад-восток. Таким образом, образуется 12 секторов, отсчет которых ведется от линии Суздаль-восток вниз, по часовой стрелке, как бы повторяя видимый ход солнца.

Такие сектора являются аналогами зодиакальных знаков современной астрологии. Луна перемещается также по часовой стрелке. Впрочем, в этом направлении перемещаются все планеты солнечной системы. Однако, в отличие от Солнца и Луны, в их видимом с Земли движении имеются сравнительно кратковременные периоды, когда они как бы останавливаются и даже меняют направление видимого с Земли движения на обратное.

По старообрядческой формуле «как дедами и прадедами заповедано» в обрядах венчания и крестном ходе направление движения соответствовало направлению движения солнца. Из-за этого «посолонного» направления, также как и из-за «двуперстного» сложения пальцев при «крестном знамении», шли непрекращающиеся споры между Русской

Православной и Старообрядческой Церквями [45]. Из этих споров можно сделать вывод о том, какое направление выбиралось при шествиях в языческое время — конечно же вместе с величайшим благом, солнцем, по направлению видимого движения солнца.

«Рафли», «сиречь святцы языческие», использовались для гаданий. Среди всего прочего в них сообщается, что год начинается с марта, «понеже в нем сотворен мир, в 25 день марта».

Если в былине говорится, что Илья Муромец выехал из Мурома (а Муром находится во втором секторе), значит планета Марс находилась в это время во втором секторе.

Подойдя к таким выводам, автор сначала не учел природных географических названий. Вдруг оказалось, что ряд географических названий соответствует номеру сектора в цифровых шифровальных кодах.

В первом секторе название одной из рек имеет имя птицы — Колпь (эта река находится в бассейне реки Ушна). Эта птица («колпик») в птичьем цифровом шифре соответствует единице. Во втором секторе, правда, находится еще одна река с тем же названием — Колпь (впадает в реку Гусь перед впадением их вод в Оку). По цифровому шифру двойке соответствует птица «колпица», т. е. корни этих слов совпадают.

В секторе номер три протекает река Гусь, а «гуси» в цифровых шифрах обозначают тройку. Ничего лебединого автор не нашел в секторе номер четыре. Однако написанием таких слов не заканчивается исследование. Автор пользовался географическими картами. Но, взяв в руки случайно попавшийся план города Владимира, автор вдруг с удивлением узнал, что через этот древний город протекает малая речка, которая носит название Лыбедь. Это — градообразующая река, так как именно при ее впадении в реку Клязьма и возник (около 1108 г.) Владимир. Позднее автор узнал, что другая небольшая речка с тем же названием Лыбедь, протекает через город Рязань, который находится примерно посредине четвертого сектора. Кремль города Переяславль-Рязанского (позднее — просто Рязани) заложен в 1095 г. при слиянии рек Лыбедь и Трубеж.

На линии, служащей началом пятого сектора, находится город Курск, а кто же не слышал про курских соловьев? Соловей — пятая птица в птичьем цифровом шифре. В «соловьином» секторе оказывается стольный город Великого князя — город Киев. И слова «птичьего» шифра о том, что соловей бояр (в другом варианте — царя) потешает, обретают и географический смысл,

В секторе номер шесть находится город Москва. Впрочем, город Москва возник более чем на столетие позже Суздаля, а тогда в шестом секторе находились Воробьевы Горы, Это название совпадает с птицей номер шесть в птичьем цифровом шифре.

Седьмой сектор примерно начинается с почти прямой линии Клины (населенный пункт Владимирской области) — город Суздаль. Само название Клины показывает, что в древности, вероятно, сектора назывались клиньями. Есть даже такая поговорка о том, что на чем-то или ком-то «сошелся клином белый свет». Поговорка: «Куда ни кинь — везде клин» [278], по-видимому, имела и астральное значение. Сектора представляли из себя знаки зодиака, так как земля рассматривалась как проекция неба. Любая точка на земле принадлежала тому или иному знаку зодиака.

Ростов, главный город ростово-суздальской земли, находится в восьмом секторе. Числу восемь соответствует в древнерусском «птичьем» шифре голубица — попадьюшка. Русская поговорка из фольклорного сборника Вологодской губернии Н.А. Иваницкого [110] звучит: «Хороша, как ростовская попадья». Напомним, что, в соответствии с шифрами, попадья, голубица и число восемь связаны именно с богиней любви и красоты.

В русском народе бытует противопоставление кулика и соловья, выраженное в поговорках типа: «В нужде и кулик соловьем засвищет». Воробьи же противопоставляются в русских представлениях ласточкам. Можно предположить, что такие противопоставления имеют под собой глубочайшую основу, что в сознании людей эти птицы выражали два противоположных направления. Соловей воплощает число «пять», а кулик воплощает число «одиннадцать», Противоположный пятому клину является сдвинутый на 180 градусов клин, т. е. одиннадцатый. Воробей воплощает число «шесть», а ласточка воплощает число «двенадцать». Противоположный шестому клину является сдвинутый на 180 градусов клин, т. е. двенадцатый.

Вообще, в верхней полуплоскости не так уж много пока найдено чего-то заслуживающего внимания с целью проверки разных вариантов цифровых шифровальных кодов в диапазоне от семи до двенадцати Может быть, не найдено по той причине, что у автора просто не оказалось географической карты с нужным масштабом.

Исследуя названия рек, озер, болот, лесов, полей, гор и других географических объектов, их взаимное расположение, видимо, можно выя вить и проверить часть существовавших цифровых кодов. Однако задача эта не проста. Мало того, что надо изучить расположение и названия множества очень мелких рек и речушек, причем в их старинных руслах, и других объектов, не тронутых позднейшими мелиораторами, землеустроителями, строителями и другими преобразователями земли. Конечно, любая географическая карта, изображаемая без применения точных геодезических методов, обречена быть приближенной. И следует, по-видимому, учесть отличие древних карт и планов от современных.

Д.И. Садовников приводил загадку: «В печурке три чурки, три гуся, три утки, три тетерева». Ответ на эту загадку: «Времена года». Пока не совсем понятно, что понималось под чурками, но Гусь как знак зодиака соответствовал открывающему лето июню — месяцу. Позднее мы покажем, почему одна из уток, гагара, могла символизировать осень, и обратим внимание на тетеревов. Как уже отмечалось, кос, самец тетерева, и тетерка персонифицировали девятый и десятый знаки зодиака. Указанные знаки соответствовали декабрю и январю месяцам, и тетерева, таким образом, являлись символами зимы, что подтверждает справедливость предлагаемого птичьего зодиака.

Населенные пункты Тетерино (Владимирская обл.) и Тетеринское (юго-запад Костромской обл.) также находятся в начале десятого знака зодиака — Тетерка, а Девкина Гора (Ивановская обл.) — в начале двенадцатого. Напомним, что в шифрах «А ластушки красные девицы…».


Связь Кощея с числом 27 следует из многих русских сказок. 27-й декан при отсчете с востока заключается между 260 и 270 градусами. Есть в Ивановской области два населенных пункта с одинаковым названием — Кощеево. Если провести через них на карте прямую линию, то угол наклона в точности соответствует 27-му декану. Однако линия эта проходит в стороне от Суздаля (на расстоянии свыше 30 км). Таким образом, где-то неподалеку от Суздаля существовал еще один центр.

Город Галич (Костромская обл.) также не вписывается ни в систему с центром в Суздале, ни в систему, давшую наименование Кощеево. Не следует забывать, что первоначально этот город носил название Галич Мерьский, т. е. относящийся к племени Меря. Надо полагать, что и некоторые другие племена могли иметь свои системы и свои центры.

Множественность систем и центров внесли неразбериху, и разобраться с образованием названий достаточно трудно. Надо правильно определить все подобные центры и ответить на вопрос о том, к какому из них относится данное название. Ведь мы даже не знаем того, сколько было таких центров.

То, что рядом с Суздалем, символизирующем Землю, возник город солнца, город Владимир, ставший столицей Владимиро-Суздальской земли, наверное, не случайно. Во всяком случае, поставим под сомнение идею о связи рождения этого города только с именем князя Владимира.

Гуси и лебеди олицетворяют соответственно третий и четвертый клинья (сектора) на карте подобной небу Святой Руси, а следовательно, гуси-лебеди персонифицировали направление на юг.

Воробьи и голуби символизировали шестой и седьмой клинья (сектора) Святой Руси, т. е. эти птицы вместе олицетворяли направление «Запад». Злой стороной и местонахождением Сатаны называли запад, «подзакатную» сторону старинные русские заговоры. С этим направлением связывался в заговорах «кобылий хвост», а также «мышиная нора», «собачья труба», «подворотная дыра», «сто семьдесят дьяволов», вход в славянский подземный мир И, вероятно, далеко не случайно, что именно воробьев и голубей требовала от убивших ее мужа древлян княгиня Ольга.

Город Суздаль — центр Святой Руси, столица древнерусской языческой культуры. Мы предположили существование у города Суздаля лишь одного из жреческих культурных центров Святой Руси. Суздальская былинная школа с центром в Суздале или рядом с ним, вероятно, внесла наибольший вклад в былинное искусство Древней Руси.

Итак, Святая Русь мыслилась как проекция космоса на землю. Возможно, что нечто подобное небесам располагалось и на других землях Древнего Мира. Некоторое подобие зодиака могло, хотя бы частично, мыслиться на земле Древней Греции Например, эмблемой косской династии был небесный бык, который мог символизировать созвездие Тельца.

Поместим центр символического круга Вселенной где-нибудь на севере Греции и проведем из него три радиальных линии, поделив этот круг на три одинаковых сектора по 120 градусов таким образом, чтобы одна из радиальных линий была направлена на запад. Тогда мы можем обнаружить, что другая радиальная линия пройдет примерно как линия, разграничивающая Азию и Африку, а третья пойдет примерно на север Уральского хребта. Из этого следует, что Европа, Азия и Африка были в античные времена не только географическими названиями континентов, но и делили мир на три части.

Три брата Лях, Чех и Рус, которые, судя по славянским легендам, были родоначальниками соответственно поляков, чехов и русских, указывают на возможность существования когда-то на тогдашней границе расселения этих народов какого-то центра. Который был подобен некому центру Древнего мира, делившего мир на Европу, Африку и Азию.

Некоторые исследователи обращают внимание на то, что земной мир был для разных народов древности лишь отражением небесного мира. И при этом даже применяют термин «астрологическая география». Этот предмет древнего учения в своей основе заключается в соотнесении земных стран, городов, земных географических названий с небом, с расположением звезд и созвездий. Поэтому имеется и международный опыт использования земной поверхности в качестве плоскости проекции неба. Так, в центре древнеегипетского города бога Тота, называемого греками Гермополем, горел «вечный» огонь, а сам город располагался в соответствии со знаками зодиака. Жители многих стран Древнего мира — больших и малых (городов) — создавали свои страны копированием божественного чертежа, по образу и подобию звездного неба. Так, в Вавилоне Ниневия была подобием созвездия Большая Медведица, Ашшур — Полярной звезды, Сиппар — созвездия Рак и т. д. Благодаря представлениям древних философов о подобии неба и земли описания небесных явлений проводились в привязке к земным объектам. Именно поэтому по мифическому описанию троянской войны Г. Шлиману удалось найти Трою.

Конечно, обозначение числами разных секторов по меньшей мере несколько двойственно. Так первые двенадцать птиц могли обозначать сектора как соответствующие знакам зодиака, т. е. по 30 градусов, так и соответствующие деканам, т. е. по 10 градусов. И, стало быть, направления, которые обозначали эти двенадцать птиц, были различными. Особенно отчетливо такое противоречие можно видеть на примере тетерки, десятой птицы в числовом коде птиц. Тетерка при отсчете знаков зодиака обозначала знак, начинающийся с севера, и могла бы символизировать Север, но при отсчете деканов, она же обозначала декан, начинающийся с юга, и в этом качестве могла бы символизировать Юг. Возможно, что для устранения такого разночтения применялись какие-то смешанные шифры. Т. е., например, вкраплялись в шифр птиц элементы шифра животных, и, может быть, поэтому в конце числового кода птиц дан сказителями фрагмент числового кода животных. Но, скорее всего, фрагментарность кода животных объясняется просто несовершенством человеческой памяти.

Молодица утка

Имя бога земли Геба писалось в Древнем Египте иероглифом утки, хотя эту птицу не считали священным небожителем. А дочь Геба богиня Исида называлась «Яйцом утки».

Герой великого Гомера Одиссей победил в соревновании по бегу и был главным претендентом на руку Елены Прекрасной, но женился он на ее двоюрной сестре, дочери Икария Пенелопе. Свое имя она получила после того, как однажды чуть не погибла в морской пучине, но ее спасла стая розовых уток. «Пенелопа» означает «утка». Двадцать лет отсутствовал Одиссей. Его жена за это время приобрела эпитет верной супруги и в настоящее время является символом супружеской верности Множество женихов осаждало Пенелопу, обладавшую не только красотой, но и островом Итакой. Вернувшийся Одиссей убил всех их, Рассказывали, что Пенелопа почиталась в Аркадии в облике утки

Если предположить, что Одиссей по сути своей был олицетворением одного из лунных узлов, а прекрасная Елена — солнечного света, то становится понятно, почему Одиссей был одним из главных претендентов на руку красавицы. А то, что герой предпочел утку, указывает на полнолуние и, вероятно, лунное затмение. Тот мифический факт, что Пенелопа ждала мужа 20 лет, мы предполагаем, можно объяснить разницей календарного числа дней в год}'. По современному календарю возврат лунного узла в ту же точку составляет на 11 дней дольше 18 лет. Если бы отсчет велся по количеству дней драконического года, то этот период составляет 19 лет. Не исключено, что имело место округление 19 до 20. Но и в шифре птиц 20-летний период достаточно четко выделен как несущий затмения, т. е., вероятно, был еще и иной год с несколько меньшим количеством дней. Исследователями было высказано предположение, что Одиссей мог быть сопоставим с планетой Сатурн Однако это можно было бы понять, выяснив в каком направлении двигался Одиссей в своем путешествии. Только лунные узлы перемещаются в сторону, противоположную движению солнца. А в мореплавании гомеровского героя было слишком много мифических островов и государств, чтобы однозначно ответить на этот вопрос.

Описание Елены Прекрасной в русской сказке «Семь сыновей Симеонов» в записи И.В. Карнауховой [121]: «Така красавица, что невиданно. Под косой месяц, на каждой волосиночке по жемчужиночке» В этой сказке Елена Прекрасная умела обращаться серой уткой.

Созвездие Плеяд (Орион) называлось в русском народе по-разному Волосыни, Стожары, Волосожары, Власожелищи, Бабы и Утиное Гнездо. Первое название, очевидно, связано с культом бога Волоса. То, что в Плеядах хорошо заметны семь звезд, видно из уже приведенного античного мифа о семи сестрах Плеядах. Итак, мы имеем дело с Утиным гнездом, состоящим из семи элементов.

В сведенных и поэтизированных Э. Лёнротом в единый карелофинский эпос «Калевала» рунах содержались сведения, что из семи яиц, снесенных уткой (шести золотых и одного железного), родилась Вселенная:

Покатились яйца в воду,
В волны вод они упали,
На куски разбились в море
И обломками распались.
Не погибли яйца в тине
И куски во влаге моря,
Но чудесно изменились
И подверглись превращенью:
Из яйца, из нижней части,
Выгила мать — земля сырая;
Из яйца, из верхней части,
Встал высокий свод небесный,
Из желтка, из верхней части,
Солнце светлое явилось;
Из белка, из верхней части.
Ясный месяц появился,
Из яйца, из пестрой части,
Звезды сделались на небе…
Существует немало свидетельств участия уток в сказочно-мифологическом творчестве народов мира, что может говорить о наличии утки в шифрах пернатых и важности утки в символизируемых ею явлениях астральной религии.

Утка в немецкой сказке «Белая змея» проглотила драгоценное кольцо, лежавшее на подоконнике королевского дворца.

В восточнославянских преданиях злой дух, способный летать и связанный с водой, имел имя Анчутка, что по-литовски буквально означает «маленькая утка». Анчутка в славянском фольклоре показан безпятым духом, так как его пятку откусил волк.

Ведьма в русской сказке превратила молодую княгиню в белую уточку, а сама заняла ее место во время отсутствия князя. Нанесла уточка яичек и вывела ребят — «двух хороших, а третьего заморышка». Убила детей злая ведьма. А птица так убивалась от горя, что услышал князь ее человеческую речь. Сказал князь: «Стань белая береза у меня позади, а красная девица впереди!» Превратилась уточка в женщину, в которой князь узнал свою жену. Оживили они детей, а ведьму казнили.

В белую уточку с золотым хохолком превращается златокудрая Отолонка из чешской сказки, когда колдунья сбросила ее в море. А единственного брата героини бросили в тюрьму. Колдунья подсунула вместо Отолонки в качестве невесты короля собственную дочь. Однако уточка иногда принимала человеческий облик, а золотых волос не утаить… Король узнал правду, и справедливость восторжествовала.

В словацкой сказке «Золотая подкова, золотое перо, золотой волос» у ведьмы в золотой клетке жила утка с золотыми перьями, которую добыл герой сказки по имени Янко — младший из двенадцати братьев. В другой словацкой же сказке на вершине горы «горел большой костер, а вокруг него лежало двенадцать камней, и на тех камнях сидели двенадцать человек: трое из них с белыми, седыми бородами, трое помоложе, трое еще моложе и трое совсем молодых». Двенадцать братьев — месяцев. Просвечивается связь утки с месяцами и из других славянских источников.

Бессмертная сила страшного змея в латышской сказке «Звери в зятьях» находилась в утке, в которую обращался убитый бык. Но если погубить эту утку, то, мертвая, она оборачивалась яйцом, которое падало в море. И только тогда с яйцом уходила в морскую пучину бессмертная сила змея.

Смерть Кощея Бессмертного в русской сказке находилась под дубом, в ящике, «в ящике заяц, в зайце утка, в утке яйцо», а в яйце — смерть Кощея. Иван-царевич добыл яйцо и убил злодея.

Примерно такой же адрес любви дан в другой русской сказке. «На той стороне океана-моря стоит дуб, на дубу сундук, в сундуке заяц, в зайце утка, в утке яйцо, а в яйце любовь царь-девицы». Добыл это яйцо Иван, купеческий сын. Прилетела царь-девица вместе с тридцатью другими. Скушали они все по обычному яичку, и лишь царь-девице было подсунуто то яйцо, после съедения которого она крепко-крепко полюбила сказочного героя.

Если учесть, что называемая яйцом утки древнеегипетская богиня Исида отождествлялась рядом исследователей с греческой богиней любви Афродитой, то это перекликается с процитированными словами русской сказки: «в утке яйцо, а в яйце любовь». Впрочем, с Афродитой отождествлялись и другие древнеегипетские богини.

Пошел один из двух братьев — тот, который был бедным, — рыбу ловить. И вытащил со дна реки кувшин, некто оттуда попросил разбить сосуд, и вылез джин, который в русской сказке из собрания А.Н. Афанасьева назван «неведомым молодцом». Этот джин сказал: «Есть зеленый луг, на том лугу береза, у той березы под кореньями утка; обруби у березы коренья и возьми утку домой; она станет нести тебе яички — один день золотое, другой день серебряное…». Так бедный брат и сделал и разбогател. Узнал о причине его богатства барин, стал разглядывать чудесную утку и увидел у нее на брюшке надпись о том, что кто съест ее голову, тот будет царем, а кто съест ее сердце, тот будет золотом плевать. Захотел барин съесть утку, но его опередили два сына некогда бедного брата, один съел голову, а другой — сердце

Злая колдунья превратила героиню русской сказки из сборника И.А. Худякова [286] в золотую утку и пустила ее «по белому свету». Обернувшись женщиной, та родила от слюны своего мужа, царя, двух прекрасных близнецов. И дала им в виде благословения матери по говорящему золотому яичку. Впрочем, эти яйца обладали той особенностью, что не могли говорить ночью, после полуночи. Это свойство, в сущности, может быть понято и из солнцеподобного цвета яиц и их матери.

Смерть Змея из белорусской сказки про Федора Тугарина находилась на острове. Там на камне был заяц, в зайце — утка, в утке — яйцо, а в том яйце — желток. И в нем находилась смерть Змея. Желток, по-видимому, являлся аллегорией солнца. Вообще желток, его подобие солнцу, дает ответ на то, почему именно в яйце заключалась смерть Кощея и с чем связана всеобщая любовь.

«Утки да были молодицы» — эти слова из текста сказителя И. Фепонова стоят в «птичьих» числовых шифрах непосредственно после ласточек, а им, как предполагается, соответствует число двенадцать. Мы вправе допустить, что утки представляют в шифре пернатых число тринадцать.

Культовые изображения из языческого храма в Ретре, являвшегося одним из главных религиозных сооружений западных полабских (при балтийских) славян и разрушенного в середине XII в., вызывают споры у специалистов. Хотя подлинность сделанных в XVIII в. рисунков самих предметов не вызывает сомнений, а споры идут лишь вокруг рунических надписей, которые, как считают некоторые, появились позднее XII в. Эти изображения не получили должного внимания общественности. Среди этих изображений [192] обратим внимание на львиноголовое божество с бычьей головой в руках, которое специалисты отождествляют с богом Митрой. На голове у него — птица, очень похожая на утку.

Бог Земли Геб назывался также Ну, или Время. Он изображался с уткой на голове. Если утка — символ числа 13, т. е. числа «драконических» месяцев в году, а следовательно, Геб мог обозначать год. Отсюда становится понятным персонификация богом Гебом Времени.

Утку крякву в Полесье называли марцовкой, что могло быть связано, мы считаем, с месяцем мартом и с богом войны Марсом. Имеются данные, свидетельствующие о связи утки с морским владыкой. Например, спасаясь со своим мужем Иваном-царевичем от отца, Василиса Премудрая, тринадцатая дочь морского царя, обернула в русской сказке коней озером, селезнем сделала Ивана-царевича, а сама превратилась в утку.

В лунном календаре, в отличие от солнечного, насчитывается именно тринадцать месяцев. Поэтому на христианизированной Руси называли «тринадцать» «чертовой дюжиной», в отличие от «дюжины», обозначавшей божье число — «двенадцать».

Изображение божества с уткой на голове

из храма в Ретре, разрушенного в сер. XI в.


Отнял у старика живший за его печью Кручина краюшку хлеба. А за это в русской сказке дал старику уточку, которая каждый день несла по золотому яичку и обладала еще одним чудесным свойством: кто ее съест, тот станет царем.

Нетрудно увидеть в золотом яйце аналогию с ежедневно нарождающимся солнцем. А в завершении олицетворяемого уткой тринадцатимесячного года — начало нового гида, т. е. нового царства. Не случайно, наверное, в сказках, чтобы достать смерть дракона, часто нужно было добраться до утки.

По поверьям некоторых народностей Китая, драконы живут на горах и холмах. На проводимых в Китае праздниках драконов место обитания чудовища разыскивают с помощью живой утки, что в очередной раз свидетельствует о возможном единстве некоторых корней астральной рели гии Китая и древнейшей религии индоевропейцев. Что ж, если принять, что основные функции дракона заключались в символизации затмения, которые давали начало новому году, и символизации самого года, то отсюда может вырасти связь дракона с уткой, которая персонифицировала число 13, а следовательно, могла символизировать месяц (как одна тринадцатая года) и год (как 13 месяцев) по лунному календарю.

Селезень, гость торговый

Уток в народе иногда зовут кряквами. Не исключено, что герой западнославянских легенд по имени Крак связан с этой птицей. Крак убил жившего на горе Вавель дракона, пожиравшего людей и животных А в его логове основал город Краков. В его честь были названы Краковскими горы, которые позже стали «Карпатами».

Существуют мифы, сильно напоминающие русский миф о гоголях. Так, на Алтае у некоторых тюркоязычных народов существует миф о том, что верховный бог, «двигающий солнце и луну», демиург и громовержец Ульгень, который являлся и главой светлых небесных духов, парил над первобытным океаном и в образе утки «от скуки» создал небо, землю, звезды, планеты, людей, зверей и все живое. Бог подземного мира Эрлик (или Эрлик-хан, Ирлик и др.) в соответствии с мифами некоторых народов в облике утки помогает Ульгеню творить мир. Эрлик добыл комок глины со дна океана и из него создал землю и некоторых животных. По некоторым мифам разных народов (калмыцким, бурятским, тувинским, хакасским и другим), он — владыка мира.

Подобные мифы сохранились у марийцев. Верховный бог Кугу-Юмо (т. е. «Великий бог») представлял собой обожествленное небо, его дыхание было ветром, а луком была радуга. Этот демиург приказал своему младшему брату Керемету, плавающему в первичном океане в облике селезня, нырнуть и достать со дна землю. Кугу-Юмо своим дыханием сотворил мир и человека, а затем отправился на небо за человеческой душой. Он оставил собаку сторожить свое творение. Собака в то время была голая, и Керемету удалось подкупить ее теплой шубой и оплевать человека. Вернувшийся Великий бог проклял неверное животное и был вынужден вывернуть свое создание наизнанку. Таким образом, человек оказался творением несовершенным и подверженным болезням.

Селезень, в соответствии с древнерусскими сказаниями о птицах (см. О.В. Белову и Х.М. Лопарева), будто бы говорил: «Се (Это) нам, братия (братья), дал Бог всего много, да сами мы от Бога отступили и диаволу (на дьявола) работаем, в том и жизнь свою коротаем».

В «птичьем» шифровальном коде у Фепонова сказано:

Селезень гость торговой;
Ай по синему морю ведь он плаваёт,
Всякими товарами торгуёт.
Селезень и гость торговый занимают, вероятно, четырнадцатое место в «птичьем» коде и воплощают собой число четырнадцать.

Ассоциация селезня с «гостем торговым», вероятно, не случайна. Число «четырнадцать» характеризуется полной луной, и речь может идти о ее символе — крупной серебряной монете. С другой стороны, торговый гость, купец, символизирует богатство, а селезень яркой окраской как бы демонстрирует его. Потому, по всей видимости, у Федотова говорится:

Павы на море гости торговы,
Павины женки торговки.
Возможно, что в некоторых вариантах птичьего шифра функции селезня выполнял павлин, особенно в вариантах, применявшихся в теплых странах. Не исключены другие и, вероятно, поэтому в смоленском фрагменте варианта кода говорится: «Чечет — гость торговый». Эта птица имеет яркие темя и грудь с красным или розовым оперением. Не исключено, что чечет мог подменять в некоторых вариантах селезня

Иван, купеческий сын, из другой русской сказки, записанной в районе города Уфа, получил в подарок от названого брата, воробья, чудесную рубашку, которая давала непобедимость тому, на кого она надета. Но злодей, Змей Горыныч, обольстил Елену Прекрасную и с ее хитрой помощью завладел волшебной одеждой. Злодейка жена сняла с мужа рубашку, а самого его изрубила на мелкие кусочки и приказала выбросить в чистое поле. В конце концов герой сказки обернулся золотым селезнем в озере. Змей Горыныч снял рубашку на берегу и бросился в озеро. А селезень постепенно завлек его подальше от берега. Затем вспорхнул и оказался на суше, обернулся добрым молодцем, быстро надел чудесную рубашку и осилил Змея Горыныча. Затем казнил предавшую его Елену Прекрасную.

Следует отметить, что приведенная сказка, идея золотого селезня, несколько противоречит представлению селезня только как олицетворения полной луны.

Утка, селезень и луна

Во многих сказках перед читателем предстает целая утиная парочка. Например, инучка морского царя Елена Прекрасная загадывала загадки Ивану-царевичу. Но их разгадывал его слуга — Иван, купеческий сын. Послала девушка служанку на птичий двор, и та, по ее приказу, принесла уточку, а купеческий сын в шапке-невидимке пошел за служанкой и взял селезня. Посмотрел он, как Елена Прекрасная украсила уточку лентами и драгоценными камнями, и нарядил селезня на пару к уточке.

Змей Пифон преследует богиню Лето и ее детей, Аполлона и Артемиду.

Рисунок на античной вазе


Число четырнадцать занимает особое место в лунной астрономии и, видимо, поэтому торговый гость, купец, купеческий сын или птица селезень — одни из самых распространенных персонажей русских сказок. Селезень олицетворяет полнолуние и лунные затмения, что следует, например, из казни Елены Прекрасной, символизирующей солнечный свет.

Тринадцать двадцатисемидневных месяцев дают 351 день. Чтобы получить 365 дней требовалось прибавить 14. Вероятно, поэтому в древности происходили сдвиги, и начинали отсчитывать какие-то годы с полнолуния. Возможно, когда дочь Водяного царя Василиса Премудрая в русской сказке бежала с царевичем от отца и превратила коней в медовую реку с кисельными берегами, себя — в серую уточку, а царевича — в селезня, это обстоятельство и имелось в виду. Царевич олицетворял Месяц, селезень число 14 и полнолуние. Уточка, а следовательно, и супруга царевича Василиса в тот момент олицетворяла число 13 и год Впрочем, в старину вместо слова «год» употреблялось слово «лето», а мы знаем богиню Лето как мать Аполлона и Артемиды, богов, которых в юном возрасте надо было спасать от преследующего их могучего змея Пифона. Можно предположить, что когда картофеля не было и в помине, на Руси для приготовления киселя применялся горох, а горох, как это следует хотя бы из загадок, — иносказательное название звезд. Молочная река с кисельными берегами — это, по-видимому, Млечный путь, окруженный звездами.

Водяной царь ел кисель и пил сыту (медовый напиток), да и лопнул. Однако это было третье превращение. Сначала Премудрая обернула коней колодцем, царевича — старичком, а сама стала ковшиком. Потом она сделала царевича старым попом, а сама превратилась в ветхую, обросшую мхом церковь (про коней здесь не упомянуто). По-видимому, намек на глубокую воду означал тьму звездного неба накануне новолуния, а отсюда старик, олицетворяющий последнюю фазу старого Месяца, ковш же — некую конфигурацию звезд (возможно, что речь идет о ковше созвездия Большая Медведица и направлении на север). Поп в шифрах олицетворял число семь, а следовательно, и первую четверть луны и направление на запад. Об иносказательном же смысле старой церкви можно построить множество гипотез. Не исключено, что поскольку олицетворяющему Месяц герою удавалось быть спрятанным, в сказке описаны разнесенные во времени лунные затмения на севере и на западе неба.

Например, крест, находящийся на маковке церкви, мог быть символом перекрестка звездных дорог, в частности солнца и луны, и, следовательно, быть символом затмения.

В древнеегипетской мифологии богом мудрости, счета и письма был «владыка времени» Тот. Его называли серебряным диском и отождествляли с луной. В античной мифологии он был Гермесом и Меркурием, слывя при этом богом торговли и покровителем путешественников. Торговый гость символизировал число четырнадцать, число полной луны. Он был связан с богом торговли и серебряным диском полной луны. Это может служить указанием того, что селезень мог персонифицировать одну из ипостасей Гермеса.

Чайка и Дар тьмы

В античном мифе жители острова Кос Афон, Бисса и Миропида почитали богиню земли Гею и не хотели почитать Гермеса, Афину и Артемиду. За это Бисса была превращена в чайку, ее сестра — в сову, брат Афон — в ржанку, а их отец Евмел — в ворона.

Артемида Эфесская (античная скульптура)


То, что в последнем мифе брат и две его сестры связаны с превратившими их в птиц Гермесом, Афиной и Артемидой, указывает досгаточнс вероятная связь совоокой богини Афины с совой, а в сову была превращена Миропида. Из этого можно предположить связь Артемиды с другим женским персонажем мифа, с Биссой, и, следовательно, с птицей чайкой.

Английское «gull» («чайка»), по мнению лингвистов, связано с латышским словом «gulet» («лежать»). Может быть, это как-то относится к ложащейся, т. е. убывающей, луне? Другое английское слово, служащее для обозначения чайки, «соЬ», также соотносится со словом, имеющим значение «лежать», латинским «сиЪо». Последние слова могут быть лингвистически связаны со старинным русским «кобь» — «судьба».

Из этого, на наш взгляд, может следовать какое-то взаимоотношение лунной богини Артемиды с судьбой.

Слово «Larus» — латинское обозначение чайки, похоже на слово «Лары» («Lares») [152] — древнеримские покровители семей, общин, городов и других образований.

Скульптурное изображение Артемиды Эфесской со многими грудями позволяет видеть в функциях этой богини связь с многочисленными лунными сутками.

Дочь славянской богини Летницы (т. е. Лето или Латоны) носила у западных славян имя «Дзевана» [119], что очень напоминает имя «Диана» — римский эквивалент «Артемиды».

Ввиду сопоставления Артемиды с чайкой неудивительно, что эта птица была упомянута среди двух десятков пернатых, которых, в соответствии с канонической библейской книгой «Левит», Богом запрещалось употреблять в пищу.

Возможно, что тройку детей Евмела следовало бы сопоставлять с тремя временами суток. При этом юноша Аргон, в отличие от своих сестер, мог персонифицировать именно день — недаром это существительное в русском языке имеет мужской род. Ночь, по всей видимости, могла быть связана с ночной птицей совой и Миропидой. Тогда чайке и Биссе остается связь с зарей — вечерней и утренней. Это может предполагать участие в мифе именно той разновидности птицы, которая носит название «розовая».

Чайка, в соответствии с древнерусскими сказаниями о птицах (см. О.В. Белову и Х.М. Лопарева), будто бы ругая некую птицу, говорила слова: «…у беса ти була, а не у Бога, як некто Бога не может видети» («…у беса ты была, а не у Бога, так как никто Бога не может видеть»). В «птичьем» коде сказителей Фепонова и Максимова чайка следует за селезнем и воплощает, таким образом, на наш взгляд, число пятнадцать: «Чайки-ты были водоплавки…»

Мартинком (мартынком, мартышкой) называли сразу нескольких птиц. Чайку, иванка (аиста), зимородка и, быть может, крачек. Одному из них народная молва вложила следующие слова (О.В. Белова и Х.М. Лопарев): «Тим она хвалиться, що при вельможах живет» («Тем она хвалится, что при вельможах живет»). Из приведенного текста непонятно, кого осуждает мартинок. В словаре Беловой высказано мнение, что мартинок, мартынок и мартышка — общее название водяных птиц. Мартышка, в соответствии с древнерусскими сказаниями о птицах (см. О.В. Белову и Х.М. Лопарева), будто бы говорила: «На что мне ум? Только бы мне была по истокам рыба». Слово «мартышка» может свидетельствовать о возможной связи указанной группы птиц с богом мудрости и счета Тотом (иначе Джехути), который часто изображался в виде обезьяны и отождествлялся с луной. По всей видимости, полной, так как его называли «серебряный Атон», т. е. «серебряный диск». Бога Тота называли сердцем бога Ра. Центром почитания его считался город Шмун, он же Хемену (что буквально означает «восемь» и, вероятно, указывает на количество почитаемых здесь богов) и Гермополь (греческое название того же города). А город этот был центром 15-го, заячьего, нома (в Древнем Египте страна делилась на административные единицы — номы).

Рыболовка гагара и мир иной

Миф утверждал, что богине Афине поклонялись в святилище, находившемся в Мегаре, одном из древнегреческих полисов, в образе гагары и баклана.

Среди двух десятков птиц, которых, в соответствии с библейским пятикнижием Моисея, Богом запрещалось употреблять в пищу, назван рыболов. Такой птицы нет. Однако, исходя из древнерусского числового кода птиц в изложении сказителя И. Фепонова, с рыбной ловлей ассоциировались гагары:

Гаеары-ты были рыболовки.
А с озера в озеро ныряли,
Всяку оны рыбу добывали;
На горы их рыба не бывала,
А в торгу их рыбы не видали,
Крестьяна их рыбы не едали.
У Фепонова гагара следует за чайкой и может воплощать, таким образом, число шестнадцать.

Гагары летают преимущественно ночью, и их трудно увидеть. Живут они около воды, с трудом передвигаются по суше, но отлично ныряют и под водой могут проплыть метров триста. И при приближении человека гагары обычно прячутся в воде, ныряют. Хотя их трудно увидеть, их можно услышать ночью, находясь неподалеку от их жилья, и сразу узнать по леденящим душу воплям и стонам [25]. Впрочем, в полете эти птицы громко кричат «га-га-га-рра», чем можно объяснить их название. Гагары живут в северных районах России, но зимуют на Черном, Азовском и Каспийском морях, а также на Камчатке и Сахалине.

В русском фольклоре эта птица — неуважаемая. Примером тому может служить не только приведенный отрывок стихотворения-кода, но и следующие строки из былины «Алеша Попович и Тугарин», в которых Змей-Тугарин сравнивается с гагарой:

Не куда уйдет гагара безногая —
Уезжал Тугарин во чисто поле.
Птице гагаре народной молвой приписаны следующие слова (О.В. Белова и Х.М. Лопарев): «Горе нам, братие, ожидающаго смертнаго часа: праведные радуютца, а грешный плачют» («Горе нам, братья, ожидающие смертного часа: праведные радуются, а грешные плачут»).

В стране пирамид запрещалось в 16-й день месяца слушать радостные песни потому, что в это время богини Исида и Нефтида оплакивали бога Осириса в Абидосе. В древнеегипетском же «Папирусе Ну», в так называемой «Исповеди Отрицания» [17,205], адресованной 42 богам, на 16-м месте стоит божество «Ам-сенеф», приходящее из дома казней. Это имя египтологами переводится как «Кровопийца».

Найденная около итальянского города Пьяченца бронзовая модель овечьей печени служила когда-то для обучения гаданию и предсказаниям жрецов-гарусников. На ней были обнаружены 40 участков имен этрусских богов [174]. Некоторые части не очень хорошо сохранились и дают основания считать, что в свободных местах вполне могла поместиться еще информация. Достаточно хорошо просматриваются все шестнадцать имен богов, расположенных по ободу, периметру печени, разделенные вертикальными линиями. Если производить отсчет ячеек с надписями по ходу солнца, считая первой ячейку с именем бога Килена, которого многие специалисты соотносят с римским Янусом, богом открывания дверей, богом всех начал, то на последней шестнадцатой надписи можно прочитать имя этрусского бога, имя которого, по мнению некоторых исследователей, читается «vetisl» и которого Цицерон называл подземным Юпитером. Этого бога соотносят с римским богом по имени Ведиус. Этот «Ведун», в составном имени которого второе означал «бог», по-видимому, был одной из ипостасей владыки подземного мира римского Диспатера, который больше известен под своим греческим именем Плутон. Впрочем, по мнению древних, сам Юпитер предстоял в трех лицах, одним из которых был подземный бог Плутон. Жена бога Диспатера Прозерпина соотносится с греческой Персефоной (Корой). Гагара могла персонифицировать подземный мир, и из этого понятно, почему рыба, добытая этой птицей, «на горы» не бывала.

Подобные взгляды на гагару бытовали у некоторых сибирских народов. Мифология кетов с берегов Енисея дает нам один из вариантов мифа о сотворении мира, по форме похожий на индоевропейские и, в частности, на русский с участием двух гоголей. Демиург по имени Дох создал сушу из тины, которую, ныряя, выносила на поверхность гагара. Великий шаман Дох, по одному из мифов, попал на землю в облике этой птицы и неузнанный людьми был убит камнями. У сибирских ханты и манси были группы людей, которые считались связанными с птицами и рыбами, в числе которых кроме лебедя и ястреба имеется гагара [244]. Один из трех главных богов народа манси — Куль-отыр — повелитель подземного мира. Он также участвовал в творении мира, плавая в водах первичного океана в облике гагары. Куль-отыр создал на земле пресмыкающихся. При сотворении людей этот бог также внес свою лепту — подменил настоящих людей на глиняных, благодаря чему они стали подверженны болезням. Вообще Кули у манси — злые духи, которые населяют леса и воды и составляют войско загробного мира.

Шестнадцатый декан в годовом цикле — особый. Он дает начало шестому знаку зодиака и осени, а гагара — утка, которая могла рассматриваться как символическое обозначение осени.

Журавль — перевозчик

Журавль является участником не только мифов, но и многих сказок народов мира.

Повадились журавли в русской сказке-небылице клевать на поле горох. Тогда выставил мужик корыто с вином да с медом. Когда же журавли напились и попадали наземь, мужик их всех привязал к телеге. И поехал домой. Да протрезвели журавли и полетели, а мужика вместе с конем и телегой высоко подняли. Испугался мужик, обрезал веревки и упал в болото — еле оттуда выбрался.

Посадил дурак в русской сказке три гороховых зерна, а когда горох взошел, то поймал клюющего горох журавля. Журавль откупился от дурака. Дал ему коня, который при команде «Стой!» расссыпался серебром, скатерть-самобранку, на которой при команде «Развернись!» появлялось множество закусок и напитков, и рожок, из которого при команде «Из рожка!» выскакивало два молодца, и они дубинками начинали всех колотить.

В др}той русской сказке старик поймал журавля, и тот подарил ему суму. По команде «Двое из сумы!» вылезали двое, ставили столы, яства на стол, а спустя некоторое время журавль подарил старику другую суму. По той же команде из нее появлялись двое молодцов и били окружающих.

Любовь журавлей к гороху, символизировавшему звезды, указывает на связь журавля с тем временем, когда существовало звездное небо и не было видно светил. Парность молодцев, по всей видимости, также не случайна. Она, вероятно, указывает на связь с двумя точками лунной орбиты, которые эквивалентны восходящему и нисходящему лунным узлам и имеют прямое отношение к затмениям.

По одной славянской легенде первоначально царем птиц был лебедь, а орел был только князем. Но, так как лебедь не умел вовремя кричать, царем стал журавль, и только впоследствии — орел.

Существуют варианты русской сказки, в которых сказочный герой отправляется в путешествие на деревянной птице, ибо русский Дедал был «деревянных дел мастером». В одном варианте (из сборника сказок Пудожья) Иван-царевич летал на деревянном орле, а в другом (из сбор ника М.В. Красноженовой) царевич нарекался Иваном Ветровым и летал он на деревянном журавлике. В этой сказке герой прилетал к запертой в высокой башне царевне, которой предрекли, что она родит мальчика от неизвестного отца.

В представлениях астральной символики ветер наделялся способностью нагонять тучи и, таким образом, по своему усмотрению осуществлять затмения. Связь журавля с ветром может говорить о том, что журавль в некие времена считался относящимся к самому принципу, некому закону, по которому производился отсчет времени затмения.

Намеком на это обстоятельство могут рассматриваться также строчки цифрового «птичьего» кода, в которых миссия журавля проявляется в смысловом совмещении различных птиц, персонифицирующих разные числа. Эти строчки у сказителя И. Фепонова имеют следующий вид:

А журавль-от был перевощик —
По синему морю ведь он бродит,
Русьския птицы перевозит,
Цветного платия не мочит.
Синь моря, по которому бродит журавль, а под морем понималось небесная даль, может указывать и на синь неба, на космический характер персонифицируемого журавлем явления. Местоположение птицы в варианте кодового стихотворения сказителя И. Фепонова указывает на высокую вероятность символизации журавлем числа 17.

Журавли ассоциировались и с быком. Во всяком случае, существует предание о кельтском ритуале, связанном с «гневным» богом Езусом, богиней — «вершиной» Бригитой (или Бригантией) и изображением быка со стоящими на его спине тремя журавлями.

Данный эпизод может указывать на связь журавля с годом, так как три птицы (3 х 17 = 51) могли быть сопоставимы с примерным числом недель в году, а одна могла символизировать треть года.

О функции журавля как перевозчика рассказывает также народное предание, частично приводимое собирателем любопытных фактов из жизни птиц М.С. Прокопенко. Оказывается, в народе считалось, что птицы коростели не сами перелетают в южные страны, а верхом на журавлях. Причем последние сами своим криком приглашали пассажиров занимать места. Коростель — птица, относящаяся по современной классификации к пастушкам, семейству из отряда журавлеобразных, но с журавлем несоизмерим: размером — чуть крупнее перепела, с коротким клювом и удивительно гибким позвоночником. Эта бурая птичка отлично и быстро бегает, пригнув голову и ловко огибая стебли камыша и осок. Зимует она в Африке и на самом деле добирается туда поодиночке.

Не очень-то понятно, как конкретно понимать полет коростеля на журавле. Такой напарник мог символизировать часть «журавлиного» числа, например какую-то треть семнадцатых суток. Но не исключено, что в иносказании подразумевалось другое. Что журавль на себе «перевозит» весьма большую часть птиц, и в таком случае следует рассмотреть то божество или мифический персонаж, которого мы не знаем, но которого он мог персонифицировать. С другой стороны, 17-й журавлиный декан приходится на начало осени, когда птицы собираются в стаи и отправляются в дальние края, и, может быть, в этом смысле журавль назывался перевозчиком.

В соответствии с древнегреческими преданиями, существовало в древности племя карликов размером в пределах от муравья до мартышки. Это мифическое племя пигмеев, которое будто бы обитало к югу от Египта, каждый год ведет войну с журавлями. Воюют карлики, сидя верхом на куропатках, баранах и козлах. Смертная женщина из этого племени Герана (в некоторых мифах ее зовут Ойноя) почиталась как богиня и своей заносчивостью оскорбила Геру и Артемиду, которые превратили обидчицу в журавля. Собственно говоря, журавль по-гречески — «геранос». Причиной войны называлось как изгнание Гераны из племени, так и охота пигмеев за яйцами журавлей.

Следует указать отмеченную исследователями частую фольклорную парность коростеля с самой маленькой из куропаток — перепелкой. Так Даль привел свадебный приговор: «Мой коровай в печь перепелкой, а из печи коростелкой». В польских и западно-украинских прибаутках коростель и перепелка спорили о том, сколько зерна они должны вернуть друг другу. А на Черниговщине считается, что если коростель начнет кричать раньше перепелки, то будет стоить дорого сено, и у западных славян его крик рассматривался как сигнал к сенокосу. Влюбленный в перепелку коростель из польских прибауток обещает пригнать ей теленка в обмен на поцелуй и издает такие звуки, будто бы он действительно гонит теленка. А у моравов коростель являлся пастухом у перепелки.

Тройка птиц участвует в черниговском рассказе про укравшего какую-то вещь и спрятавшегося в рожь «хохла». При этом перепел пытался помочь вору спрятаться, журавль грозил расправой, а коростель выдал вора, закричав: «Здесь, здесь! Драть, драть!». Еще в одном украинском рассказе птицы проводят совместную пахоту. Перепелка предупреждала: «Тут пенек, тут пенек!» Коростель кричал: «Придержи, придержи!» А журавль говорил: «Турли, турли!» Плуг в результате ломался, и птицы разлетались.


Битва пигмея с журавлем, роспись коринфской керамики


Одна из детских игр у славян, о которой упоминает А.В. Гура в «Славянских древностях», заключалась в попытке не дать журавлям улететь, сбить летящих птиц с пути. Эти обряды, по-видимому, связаны с тем украинским поверьем, что зимуют журавли в вырии и что они уносят туда грешные души, а весной приносят оттуда новые, детские, т. е. тех детей, которые будут рождаться весной и летом.

Журавль назывался также: жаравль, жеравль, журавель, шуравль, жеравие, жеравь, жерал, журав, жорав, жеретия, жретия и другими названиями. И журавль, и аист назывались одним именем — бусел. Вариантами этого слова являются: бусюль, бусюл, бусол, буско, боцан. Бусел, в соответствии с древнерусскими сказаниями о птицах (см. О.В. Белову и Х.М. Лопарева), будто бы говорил: «Воскресением своим весь народ с пекла высвободил». -

То, что фессалийцы в Древней Греции одновременно почитали аиста и журавля, указывает на возможность отнесения этих схожих птиц в одну группу, делает возможным персонификацию ими в числовых шифрах пернатых одного и того же числа. Однако этой возможности очень серьезно препятствуют другие факты. Так, на Львовщине бытовало поверие, что журавли и аисты осенью, перед отлетом, ведут между собой войну.

Жили в русской сказке в своих избушках «по концам» болота журавль да цапля. Решил журавль жениться и посватался к цапле. Отказала та, а затем передумала и пошла сама к журавлю. Прогнал ее жених, но одумался и пошел обратно свататься. Отказала цапля, но в сказке сказано, что ходят они друг к другу до сих пор, да никак не поженятся. Если цапля экв] [валентна ибису и символизировала число один и весну, то журавль мог символизировать число семнадцать и осень. Однако не исключено, что некоторые виды цапель не белого цвета, в частности кваквы, в старину также относились к журавлям. Из сказки отчетливо выступает разница птиц, что указывает на их самостоятельность в числовых шифрах. Не исключено здесь и некоторое противопоставление птиц, а стало быть, и каких-то скрытых в древних шифрах идей. Если цапля являлась воплощением царственных начальных чисел в шифрах, то при отсчете по деканам, т. е. по 10-градусным дугам, 17-й декан оказывается примерно противоположным («по концам») относительно первых.

На суде (см. рис.) умершему дается право произнести речь на собрании богов. На приведенном фрагменте рисунка из «Папируса писца Несмина» [205] показано, как некто выступает перед двумя группами. В одной можно насчитать 19 богов, а в другой — 23, т е. всего 42 бога. Некоторые боги показаны как люди, другие — с человеческими телами и головами животных или птиц. Первый бог меньшей группы имеет голову птицы, похожей на ибиса, и мы можем предположить, что перед нами бог Тот. Как уже отмечалось, ибис, колпь и аист символизировали число один. 17-й бог имеет на рисунке очень похожую голову. Это подтверждает, на наш взгляд, справедливость символизации числа 17 журавлем.

Существует на небе созвездие Журавль, расположенное в южном полушарии небесной сферы.

Умерший произносит оправдательные речи перед Великой и Малой Эннеадами.

Фрагмент рисунка из «Книги Мертвых»

(«Папирус писца Несмина»), Эрмитаж


Монашка голица

Галка являлась объектом народного творчества разных народов мира.

Например, античный миф рассказывает, что жительница острова Сифнос по имени Арна совершила предательство, за которое она была превращена богами в птицу галку.

А в русской сказке Морской царь, прежде чем отдать замуж свою дочь Василису Премудрую за Ивана-царевича, дал ему задание. На пустоши в тридцать верст в длину и в ширину, где были рвы, буераки и камни, чтобы стало все «как ладонь» гладко, посеять рожь и чтобы к утру рожь выросла такой высокой, что в ней могла бы спрятаться галка.

В народе птицу галку называли галей, галицей, Галками называли носящих имя Галина, а в костромской губернии птицу галку, как отмечает В. Даль, — анкой.

Мировое веретено в греческой мифологии вращается между колен богини Ананки, имя которой, по мнению специалистов, буквально можно перевести как «Неизбежность, Необходимость». Ананка являлась матерью мойр, помогавших ей вращать мировое веретено. Древнеирландское слово «snati» («нить») лингвисты связывают с древнеиндийским «snati» («купается») [152], что, вероятно, отражает представление людей о на холящихся в пустоте космических путеводных нитях, по которым пере мещаются планеты. Можно увидеть в мировом веретене величественную небесную механику, причем сферы отражают движения планет относительно земли. Почему число сфер восемь, а мы говорили о девяти действующих лицах древней астрологии? Вероятно, перемещения точек «Голова и Хвост Дракона» наносились на одну сферу.

С Ананкой и русской Анкой, по-видимому, мог быть связан домусульманский миф об Анке, которую уже мусульманская мифология представляет как одну из созданных аллахом совершенных птиц, ставших затем враждебными. Коран также связывает Анку с неким народом «асхаб ар-расс», который был спасен уничтожившим птиц пророком Ханзалой. Имя его, возможно, восходит к Анзу — огромной птице божественного происхождения, представляемой в шумерско-аккадской мифологии в виде львиноголового орла. Она связана с богом неба, носившим в шумерских мифах имя Ан (или Анзуд), а в аккадских — Ану (или Анау).

Название «галица» отличается от названия «галка» некоторой мягкостью, привносит оттенок ласковости. Со слов крестьянина И. Фепонова «Галицы были черници…» можно сделать вывод об использовании этой птицы в числовом коде (менее авторитетные источники, например слова «Галушки были цыганки…», только подтверждают это). Так как галка в авторитетном варианте следует за журавлем, можно предположить, что она воплощала число восемнадцать.

Продолжительность одного сароса составляет восемнадцать лет. Плюс одиннадцать или десять дней — в зависимости от числа современных високосных лет. Если же считать в году 365 суток, то превышение восемнадцати лет составляет пятнадцать суток. И таким образом, по современным данным каждое затмение повторяется через 6585 суток. Или каждые 18 лет (плюс несколько суток). Это в том случае, если вычисления проводились в «солнечных» годах.

В былине «Об Алеше Поповиче» рассказывается, как богатырь освободил полоненную двумя татарами «красну девицу — душу русскую», которая оказалась его родной сестрой, дочерью «попа Ростовского». Представляет интерес обращенная к полонянке речь одного из татар:

Ты по-русскому красна девица,
А по-нашему будь свлчаночка.
Красная девица — символическое имя одной из ипостасей богини любви и красоты, которая в древних шифрах выражала еще и число двенадцать, которое символизировало количество месяцев в году и год в целом. «Голчаночка» — это, по-видимому, название «галицы», которая в шифре птиц означает число 18 — равное длительности сароса, выраженного в годах. Эта девица — дочь олицетворяющей Венеру попадьи, которая в шифрах пернатых представлена голубкой. Таким образом, по нашим расчетам древними астрономами рассматривалась возможность существования связи движения планеты Венера с затмениями. Красная девица на Руси выражала также направление на восток, к татарам, на востоке же галка выражала направление на запад, ко входу в загробный мир.

Впрочем, стаями галок «Слово…» образно называло половцев. Характерно, что и в этом случае галка связана с вторжением врагов.

В древнеегипетском «Папирусе Ну», в так называемой «Исповеди Отрицания» [17], адресованной 42 богам, на 18-м месте стоит «Неб-Маат», чье имя египтологами переводится как «Повелитель Маат». Вообще, богиня правды Маат считалась женой бога Тота и «сердцем бога Ра». Это божество, Повелитель Маат, в соответствии с древнеегипетским текстом, приходит из города двух Маат. Чертогом же двух истин называли место пребывания сорока двух богов.

Связь птицы галки с богиней правды, перо или статуэтку которой можно видеть на одной чаше весов при определении дальнейшей судьбы умершего, видна в нескончаемой концентрации на теме смерти. Ведь имени птицы созвучны названия злобных демонов подземного мира, которые у шумеров звались Гала, а в аккадских мифах — Галлу. Прусское слово «Gallon» («смерть»), вероятно, также имеет лингвистическую связь с русским словом «галка».

В южнославянских сказках Гала — способный принимать облик птицы огромный змей. Впрочем, имя последнего иногда произносится «Хала», а «X» может быть почти неслышимым, как придыхание, как «Ала», алый же цвет указывает на цвет зари, на явление другого рода, которое, казалось бы, противоречит темному характеру птицы. Хотя число 18 при отсчете по десятиградусным дугам, деканам, могло символизировать Запад, а следовательно, быть связанным с вечерней зарей, закатом.

Болгары называют иногда ночное светило «баба Гале». Такое название луны может указывать на возможность связи Галицы с луной.

Возможна лингвистическая связь русского названия птицы «галка» со словом готского языка «galga», что означает «крест» (а отсюда и название места воздвижения креста — Голгофа, но нельзя исключить обратный порядок словообразования). Крест как символ значительно древнее христианства и применялся, по всей видимости, в астральной религии для обозначения пересечения звездных дорог, им отмечали солнечные и лунные затмения. По мнению лингвистов, слово готского языка «galga» («крест») связано с русским словом «глаголь», что на современном языке означает «слово». А слово, в соответствии с древнейшими воззрениями, нашедшими отражение и в Библии, сопоставимо с Богом.

Корень «гал» в русских словах может быть также связан с индоевропейскими словами «ghal» («сильный») и «ghebf («вино»), а также с ирландским словом «gaol» («любовь») [152]. Понятно, что только наделенное силой божество способно вызвать затмение. Каким-то образом эти небожители связывались с вином, напитком бессмертия, нектаром, амритой. Винные возлияния были и в самом ритуале обращения к богам. В связи с последней параллелью, с любовью, можно лишь вспомнить древние русские слова «галити, галю» в значении «радоваться, ликовать», т. е. слова, имеющие отношения наряду с любовью к высшим проявлениям чувств.

Зодиак часто называли просто кругом, что на языках семитской группы звучит как «galgal». Например, в библии Зодиак иногда называли «Galgal Hammazoloth», т. е. «Круг Знаков». Из такого двойного повторения слога «gal» в понятии «круг» одиночное употребление слога «gal» может указывать на половину круга. Лингвистическая связь с русским женским именем «Галя» и русским названием птицы «галица» (или «галка») может придавать им также эзотерический смысл полукруга.

В числовом выражении зодиакальный круг может быть представлен 36 деканами или десятиградусными секторами. Тогда половина круга — 18 деканов. А следовательно, птица галица могла быть выражена числом восемнадцать и могла символизировать запад.

Древнеегипетский «Папирус Ани» содержит такое обращение к богу Ра: «…богиня Маат обнимает тебя утром и вечером». Это можно понять так, что богиня правды, закона, порядка, регулярности рассматривалась как богиня восхода и захода солнца, как богиня утренней и вечерней зари. Вероятно, поэтому-то и говорили о двух богинях Маат, что одна из богинь Маат была связана с зарей утренней, а другая — с вечерней.

В «Папирусе Ани» также говорится в обращении к богу Ра, что «бог Тот и богиня Маат определили для тебя [твой путь] на каждый день». Таким образом, можно сделать вывод, что эти божества, по-видимому, кроме всего прочего выражали некие общие законы движения небесных тел.

Когда мы говорим о светилах, то вкладываем в это понятие современные представления о существовании двух из них — ночного и дневного. Следует иметь в виду, что древний гимн «Ригведы» называл «одетую» в солнечный свет и «омытую его великолепием» богиню зари Ушас также «светилом». Таким образом, сутки были поделены между тремя светилами, о чем косвенно указывает древнеегипетское представление о трех солнечных богах: Атуме, Хепри и Ра.

В сознании людей птица галица связывалась с мыслью о суде. Так, галка, в соответствии с древнерусскими сказаниями о птицах (см. О.В. Белову и Х.М. Лопарева), будто бы говорила: «В корчме не бували (не бывали), пива не пивали, да рано едали, праздников не знали: прийдется (придется) нам на суде стояти (стоять)». О.В. Белова в своем словаре также приводит такой старинный текст: «Галица молвит: (“) много (Много) у нас таких судей сыщется(,) как ты(”)».

Игумен черный Ворон и старцы Грачи

«Черныя вран да игумён…» говорится в наилучшем варианте кодового стихотворения, варианте сказителя И. Фепонова. «Ворон-от вещая птица..» — сообщает сказитель А. Максимов. Но и в том, и в другом случаях ворон следует за галкой.

В древнерусских сказаниях о птицах (см. А. Багрия) приведена такая фраза: «А крук мовит я естем сващеник черную на собе одежду маю» («А ворон молвит: “Я — священник, черную на себе одежду имею”») Эти слова хорошо сочетаются с информацией из стихотворного кода И. Фепонова.

В самом авторитетном кодовом стихотворении указаны и ворон, и ворона, причем в разделенных местах. Поэтому и на основании других источников мы считаем, что следует рассматривать птицу ворона отдельно от вороны.

Очень крепок клюв у ворона. В одном из палеоазиатских мифов ворон пробил своим клювом небесную твердь и добыл свет.

То, что ворон связан с солнечным светом, следует и из следующей русской сказки. Нанялся купеческий сын в русской сказке к богатому купцу. А тот подсыпал ему сонного зелья, убил «лядащую клячу», выпотрошил ее, вложил парня в лошадиное брюхо, туда же лопату и зашил. Прилетели черные вороны «с железными носами», схватили падаль и унесли на золотую гору, откуда дороги вниз нет. Очнулся купеческий сын, отогнал воронов, а затем стал копать золото и бросать его вниз так, что к вечеру богатый купец собрал девять возов ценного груза.

Однако в этой сказке мы видим не только символизирующую солнце и солнечный свет золотую гору. Мы можем наблюдать также связь ворона с падалью, которой он питается. Не случайно головню из самого пекла принес младшему из трех братьев крестьянскому парню ворон из датской сказки про волшебное дерево. Можно предположить, что ворон имеет отношение как к белому, так и черному, вероятнее всего — к закону, по которому и происходят солнечные затмения. На это могло указывать существовавшее в Шотландии поверье, что если ребенок выпьет молока из черепа черного ворона, то у него в будущем откроется какая-нибудь чудесная способность. Один из детей таким образом стал понимать язык птиц. И не только понимать, но и разговаривать с ними [68].

О цветовой двойственности ворона говорят и другие источники. Так мифы указывают, что оперение ворона не всегда было черным. Оно стало таким после грехопадения Адама и Евы. И тогда ворон стал питаться падалью. Младшему из трех сыновей короля, герою французской сказки «Лис-лисеныш», удалось с помощью лиса украсть одно из трех чудес света — белого ворона, которого хозяева хотели обменять на чудо-кобылицу.

Тему белого ворона можно найти и в античной мифологии В частности, об этом говорил Овидий:

То же случилось с тобой, ворон речивый, недавно
Бывший белым, — твои вдруг черными сделались крылья,
Ибо когда-то ты был серебряной, снега белее,
Птицей,
Сгублен он был языком.
Язык — причина, что белым
Раньше был цвет, а теперь обратным белому стал он.
О.В. Белова в своем словаре приводит старинный текст: «Еродии — цапли, но по иным летописным книгам означает род белых воронов». Считали, что белый ворон являлся одним из обозначений Иисуса Христа. Впрочем, имеются сведения, что еродиями называли также и чаек. Слово это, по-видимому, связано со словом «юродивый», по-русски — безумный, психически больной человек, обладающий, впрочем, даром прорицания. На небе существует созвездие «Ворон».

Ворон.

Гравюра XV в. с изображением созвездий Гидры, Ворона и Чаши

(К. Фламмарион, «Звездное небо и его чудеса», 1899 г.)


В одном из славянских преданий ворон произошел из щепок и стружек, оставшихся после выстругивания дьяволом волка [39]. Последний, как мы покажем далее, — символ солнечных затмений, а следовательно, ворон мог быть связан с записями и зарубками, фиксирующими это грозное, «дьявольское» явление. Арабский путешественник ал-Масуди, умерший в 956 г., описал славянского идола в виде старца с посохом, которым он якобы извлекал останки умерших из их могил. Под левой ногой идола, судя по описанию, были изображения воронов и других черных птиц [214].

В одном из вариантов кодового стихотворения, опубликованном Хрусанфом Лопаревым под названием «Чины на мори разным великим и малым птицам», говорится:

Черной ворон на море игумен;
Грачи на море старцы,
Галочки на море черницы….
В другом варианте, опубликованном тем же X. Лопаревым под названием «Из рукописного сборника в Твери», содержатся примерно те же строки:

Ворон на море игумен,
Живет всегда поза(до) гумен,
Грачи на море старцы,
Галочки на море старички…
Таким образом, между галкой и вороном в двух источниках упомянут грач, причем в обоих случаях грач назван старцем. Следует подчеркнуть, что, судя по контексту, речь идет именно о монастырских старцах. Там рядовой старец — это простой монах. Были, впрочем, старцы и соборные, которые являлись членами монастырского собора или совета.

Если галки персонифицировали число 18, то грач мог символизировать число 19, а ворон — 20, хотя современные орнитологи относят грача (впрочем, как и галку) к роду ворона.

Грач по своему облику был полетать декану, которому он соответствовал. Грач — птица полностью черная. Его голос — хриплое «Краа». Специалисты считают, что грачи появились в центральных областях России во время сельскохозяйственного освоения этих областей где-то в IX веке. Весной грачи облепляют пашню и в большом количестве поедают вредителей, почему их кое-кто относит к полезным птицам, однако те, кто видел, с каким энтузиазмом грачи уничтожают посевы, сильно сомневаются в их полезности.

Кот Васька и собака Журка в русской сказке нашли в тридесятом царстве, в мышьем государстве, похищенное у их хозяина волшебное кольцо и отправились с кольцом в обратный путь. Кот держал кольцо во рту, когда переплавлялся через море на спине у собаки. Но тут прилетел черный ворон и стал долбить кота в голову до тех пор, пока тот не уронил волшебное кольцо в море.

Кольцо — символ змеи, а кот, о чем пойдет речь дальше, может быть связан с последним днем лунного месяца, и сказочная ситуация может иносказательно указывать на солнечное затмение. И, таким образом, ворон, вероятно, выступает в сказке в роли «менеджера» солнечных затмений.

Народ «за Бореем» был особенно любим Аполлоном. Но и гипербореи, как свидетельствуют древнегреческие мифы, непрестанно восхваляли этого бога. Он являлся к ним на колеснице, запряженной лебедями, через каждые 19 лет.

Служители Аполлона, выходцы из страны гипербореев Абарис и Аристей обучали древних греков мудрости. Они рассматривались как ипостаси своего хозяина — бога, наделялись навыками и способностями в музыке, философии, поэзии и различных искусствах. Они владели в храме Аполлона его символами — стрелой, деревом лавром и птицей вороном. Впрочем, в храме Аполлона были еще и священные змеи. Так, в мифах сообщается, что сын Приама и Гекубы, названной в «Илиаде» матерью девятнадцати сыновей, Елен и его сестра-близнец Кассандра получили дар ясновидения от священных змей в храме Аполлона. Но ворон являлся вестником и соглядатаем этого бога. В него иногда оборачивался и сам Аполлон. Например, когда указывал людям место строительства будущего города. Миф рассказывает, что когда на богов напало чудовище по имени Тифон, то все бессмертные небожители испугались и превратились в различную живность. Аполлон при этом превратился в ворона. Можно предположить, что эта черная птица — одна из основных ипостасей данного бога.

Двойственность Аполлона проявлялась в том, что он носил имена Пилад и Орест. Первое из них происходило от названия города Фермопил (или просто Пил), который имел отношение к охране основанного Аполлоном Дельфийского храма с вырезанным над дверьми призывом: «Познай самого себя». Второе из имен происходило от «орос», что по-гречески означает «гора». Имелась ввиду священная гора бога — Парнас. Сам облик олимпийского небожителя достаточно противоречив. Он считается эталоном мужской красоты. Однако в ранних античных мифах Аполлон предстает четвероруким и с четырьмя ушами: «Никакой Аполлон не является истиннее того, которого лакедемоняне соорудили с четырьмя руками и четырьмя ушами, поскольку он явился таковым для тех, кто сражался при Амикле, как говорит Сосибий…» [145]. Утверждают, что четырехрукая статуя бога находилась в Антиохейском храме Аполлона. Две пары рук также могут указывать как бы на совмещение богом обязанностей двоих, один из которых имеет дело с Солнцем, а другой — с Луной, но в противоположной части неба. Таким образом, вероятно, Аполлон совмещал свойства солнечного и лунного бога, и в некие времена функционально подменял свою сестру

Скандинавский верховный небожитель Один, которого ставят в соответствие с римским богом Меркурием, имел двух служивших ему воронов по имени Хугин и Мунин (что переводится как «думающий» и «помнящий»).

И, возможно, в этой связи среди двух десятков птиц, которых, в соответствии с канонической Библией, Господом запрещалось употреблять в пищу, был ворон. Именно он по преданиям сообщил людям о рождении Христа. С воронами сравнивались ветхозаветные Каин и Авель. Ворон приносил пищу в пустыню и пророку Илие. После окончания бури во время потопа ветхозаветный Ной выпустил прежде всего ворона, который вернулся, не найдя суши.

В древнерусской редакции «Византийского “Физиолога”» рассказывается о войне птиц между собой. Слетались на нее в страну Лукия к реке, называемой Ксанфон. Строились на бой шесть месяцев и в определенные дни начинали биться. В битве участвовало с одной стороны воронье войско, куда входили вороны, галки, коршуны и прочие хищные птицы, а с другой стороны реки были аисты с гусями, утками и прочими водными и травоядными птицами [298]. Надо полагать, что во главе войск стоят ворон и аист, хотя второе воинство иногда называлось пеликановым и журавлиным. «Если аистово воинство победит, то будет изобилие пшеницы и прочих злаков. Если же вороново воинство победит, то будет множество овец, и коров, и других четвероногих». По-видимому, пшеница и другие злаки ассоциировались с солнцем, а овцы и коровы — со звездами.

Герой множества кельтских (ирландских и валлийских) мифов Бран был наделен удивительной чудесной головой, он вброд перешел через море, перенес на своей спине через реку войско, достиг потустороннего мира, где и пировал на блаженном острове Гвалес [68]. Его называли Браном Благословенным, но имя Бран означает «ворон» и хорошо соотносится со старорусским словом «вран» («ворон»). С этим именем, вероятно, связано и русское слово «брань», которое сегодня является синонимом слова «ругань», но в седой древности имело смысл боя, битвы, что указывает на ныне утраченное понимание солнечного затмения как битвы светлых и темных сил.

Из-за ссоры маленькой птички и крошечного животного начинается раздор между птицами и животными. Этот сказочный сюжет универсален. Мышь в качестве крошечного животного выступала и в украинской сказке, и в шотландской, и во французской. Маленькой птичкой в украинской сказке являлся жаворонок, воробей — в шотландской, королек — во французской. Однако в одних сказках выделена роль орла в грандиозной битве. Его ранит вмешавшийся в ход боя принц, а затем, искупая свою вину, принц исцеляет орла. В других же в ход битвы вмешивается королевич, помогая ворону, сражавшемуся против змеи. За это ворон отнес королевича через девять вершг н, через девять долин, через девять озер и там подарил ему чудесную котомку. Сама битва со змеей — явление в достаточной мере показательное, ведь она часто символизировала собой затмение.

В русской сказке про Арапулку (из беломорского собрания Д.М. Балашова) царевну Елену, когда та подошла к яблоне, утащил прилетевший Ворон Воронович, он же — Клекот Клекотович, он же — Семигородович. Три брата-царевича отправлялись вызволять сестру, но лишь младшему удалось убить Ворона Вороновича.

В другой русской сказке Иван-царевич, сын царя Гороха, отправился выручать мать Анастасию Прекрасную, которую утащил нечистый дух. Пришел царевич в медное царство, затем — в серебряное и золотое. И царевны каждого из них объясняли герою, что его мать находится у их отца Ворона Вороновича — «он хитер и мудер, по горам, по долам, по вертепам, по облакам летал». Нашел Иван-царевич мать в жемчужном царстве. Было у Ворона Вороновича два чана: с сильной водой и бессильной. Переставил их местами Иван. Прилетел Ворон Воронович, «был он светел, как ясный день, а увидел Ивана-царевича — и сделался мрачней темной ночи». Пал сказочный герой на крылья Ворона Вороновича, взвился тот в небо и долго таскал на себе, но поскольку он выпил бессильной воды, а герой — сильной, то герой и победил. Отдал злодей Ивану-царевичу «посошок-перышко», «сам сделался простым вороном и полетел на крутые горы». При нужде вынимал Иван-царевич этот посошок, ударял им о землю. И являлись в ту же минуту двенадцать волшебных молодцев, спрашивали приказа.

При отсчете по деканам (есгсс [венно, от востока) девятнадцатый декан начинался с запада и мог символизировать эту сторону света. Загробный мир считался в некоторых славянских источниках расположенным с дверью на Западе.

В былине «Об Алеше Поповиче» ворон также называется вещей птицей. Он не только считается в народе мудрым и вещим. Триста лет жизни ворона — еще одна иносказательность, природу которой предстоит еще раскрыть.

На Руси ворона называли внуком бога Стрибога и отождествляли с ветром, гонящим тучи от сияющего солнца. Но, как это следует из ранее сказанного, за образом ворона скрывалась небесная механика, механизм затмений.

Трем своим сыновьям женщина в словацкой сказке в гневе пожелала превратиться в воронов и быть ими до тех пор, пока кто-либо из семьи не снимет с них проклятие. Сыновья стали воронами и улетели. Их сестра отправилась на поиски братьев. Но ни Месяц, ни Солнце не знали, где живут эти тpoe. Знал лишь Ветер. Сестра разыскала их жилище, поела из одной тарелки супа, выпила из одной чаши вина, поспала на одной из постелей. Чтобы спасти братьев сестра молчала семь лет, семь месяцев, семь недель и семь дней. Это было трудно, но сестра сняла заклятье со своих братьев.

Похожи на эту латышская и литовская сказки. В латышской семь братьев-принцев превратились в воронов, когда срезали семь роз для единственной сестры. Семь лет сидела на дубу и хранила молчание их сестра, чтобы братья-вороны смогли принять человеческий вид. Двенадцать братьев из литовской сказки были превращены в двенадцать воронов. Отправилась искать их сестра. В этом случае ветры не знали, где находятся пропавшие. Лишь раненый орел указал, что они ночуют на высокой горе, днем летают они черными воронами, а ночью оборачиваются добрыми молодцами. Двенадцать лет пришлось соблюдать молчание девушке, прежде чем ее братья стали людьми,

Ворон явно не эквивалентен ветру, но с ним связан. Возможно, что подобно тому, как ветер состоял из четырех ветров в позднюю эпоху, так в ранние времена число направлений ветра было три.

Мальчик Иван, герой чувашской сказки, нес зерно. Но мешочек порвался, а озорник ветер развеял рожь по полю. Отправился Иван к матери ветров. Оказалось, что старший из ее трех сыновей выворачивал столетние дубы, средний — снимал крыши с овинов и ломал крылья ветряных мельниц, а признал вину младший сын. Чтобы загладить ее, ветры подарили герою чудесный пирог и козу, из которых сыпались серебряные и золотые монеты, а также дубинку, защищающую от воров.

В поисках мужа обратилась героиня одной словенской сказки к живущему во дворце посреди долины Легкому Ветерку, затем к живущему в башне на вершине горы Вольному Ветру. Но только Буйный ветер, живший в замке на вершине «высокого-превысокого утеса», смог помочь и отвести ее к мужу. Каждый из них подарил ей по ореху, который надо расколоть, если понадобится помощь. Из подарка, который дал Легкий Ветерок, выкатился перстень с таким драгоценным камнем, что все вокруг засветилось, «будто солнце засияло». Из ореха Вольного Ветра выпали золотые сережки с камнями, осветившими все комнаты, а из ореха Буйного Ветра — платье, обшитое жемчугом. Возможно, что последний, Буйный Ветер, был связан со звездным небом без светил, а может быть, и с затмениями.

Иногда все ветры обобщаются в один. Так, Иван-царевич, младший сын царя Бел Белянина из русской сказки, отправился на поиски своей матери Настасьи «Золотая коса», которую унес Вихрь. Попал сказочный герой в горы: сначала во дворец медного царства, куда Вихрь летал каждые три месяца Затем — серебряного, куда Вихрь петая каждые два месяца И золотого, в котором царицей пребывала Елена Прекрасная, куда Вихрь летал каждый месяц. Вход в каждом царстве охраняли страшные змеи Герой нашел мать в царстве самоцветов, куда злодей прилетал каждую неделю. Там Иван-царевич поменял местами кади с сильной и бессильной водой и благодаря этому победил Вихря.

Вероятно, что число воронов связано с теми явлениями, которые описываются также с трех-, семи-, девяти-, двенадцатиголовыми драконами. С теми же числами связано и время обета молчания, который принимала на себя героиня сказок. Временное масштабирование, принятое в астрологии, определялось подобием суток и года, суток и месяца, года и месяца. Т. е. интервал времени, указанный в сказках, мог быть иносказателен. Возможно, что речь шла о месяцах, на что указывает число двенадцать. Кроме главного бога ветров в мифах участвуют боги четырех сторон света, которым приписывалась способность нагонять ветры со своего направления, приносить, таким образом, соответствующую погоду и изменять времена года. Следует иметь в виду то, что при этом подразумевалось когда-то: с ветрами нагоняются и тучи, которые несут возможность затмения. Вероятно, с этими богами связывались затмения, имевшие место в их сферах влияния, в их направлениях. В русских заговорах есть обращения к семи братьям, к семи Ветрам буйным. Как понимать эту буйную семерку, непонятно. Может быть, Ветры связаны с семеркой космической, с семью планетами септенера, в число которых в старину входили светила (так же, как и в современной астрологии).

Отметим, что 19 лет в астрономии соответствует саросу — периоду полного оборота восходящего или нисходящего лунного узла вокруг Земли, выраженного в так называемых «драконических» годах. Такой год — это период между возвращениями Солнца к одному и тому же лунному узлу и по современным данным равен 346,62 дня. Сарос — это мудрый закон, это период повторения цикла солнечных и лунных затмений. Сарос составляет 6585,32 суток. 19 драконических лет составляют 6585,78 суток. Таким образом, отличие 19 драконических лет от сароса составляет менее полсуток. 19-летний цикл называют иногда метонским, так как его открытие современные нам астрономы приписывают афинскому астроному V в. до н. э. Метону. Китайцы называют этот цикл «чань» Им он был известен по меньшей мере во II в. до н. э. Однако, по всей видимости, знание людьми сароса относится к значительно более древнему периоду детства Человечества.

Большие числа в старину носили особые названия. Так, число «10000» называлось тьмой. Число же в тысячу раз большее именовалось «ворон», т. е. ворон приравнивался 10000000. Это число, которое почти не встречалось в древнейшей практике товарно-денежных отношений, было значительно больше количества звезд на небе в самую безоблачную и темную безлунную ночь и свидетельствует о большой доле вероятности использования ворона в качестве Числа чисел, определяющего некий числовой закон.

Двойственность числового эквивалента ворона (20 и 10000000), а также все сказанное предполагает, что ворон мыслился в творчестве народов как некий дирижер, регулирующий затмения.

Грач слывет весенней птицей, и это противоречит версии осеннего, 19-го декана, который будто бы символизировал грач в соответствии с представленными, по-видимому, взаимосвязанными версиями птичьего кода. Говорили: «Грач на горе — весна на дворе». В пользу весенней версии также говорит факт прозвища Герасима, а его звали Грачевником. День этого святого приходится на весенний день 17 марта. Считалось, что с помощью и поддержкой Герасима Грачевника можно успешно бороться с Кикиморой.

В кодовом стихотворении сказателя И. Фепонова грачи не упоминаются. Будем придерживаться наиболее авторитетных версий кодового стихотворения, все же имея в виду возможность принадлежности грача как к осени, так и к весне (вероятно, в разных версиях шифров). Справедливость такого подхода может показать только время.

Будем считать ворона связанным с числом девятнадцать.

Ударила поясом Кузьку его неверная жена в сказке из собрания братьев Б. и Ю. Соколовых [245] и превратила его в воробья. Прилетел он к ворону, а тот превратил Кузьку обратно в человека и посоветовал ему хлестнуть поясом жену и ее любовника Не исключено, что и в сказке ворон символизировал 19-й декан, который следует за шестым знаком зодиака, который персонифицировал воробей.

В печь перепёлкой, из печи коростёлкой

Перепелка являлась героиней многих народных старинных произведений. Так, в русской сказке о мудрой деве царь приказал явиться девочке-семипетке к нему «не пешком, не на лошади, не голой, не одетой, не с гостинцем, не без подарочка». Девочка сняла с себя всю одежду и надела на себя сетку, взяла в руки перепелку, села верхом на зайца и в таком виде поехала во дворец. Там она протянула царю подарок — перепелку. Однако перепелка вспорхнула и улетела. Существовали в старину русские игра и песня, называвшиеся перепелочками.

В сказках разных народов встречается сюжет, в котором лисица требовала от некой птицы птенцов. А в противном случае угрожала что-то сделать с деревом, на котором та свила себе гнезде, выдернуть его с корнем или перегрызть дерево и его свалить. Но находился добрый советчик, который объяснял уже потерявшей большинство своих птенцов птице, как надо поступить в данной ситуации. Лиса обычно преследовала советчика, но погибала сама. В узбекской сказке, например, птицей, отдавшей всех своих детенышей, кроме одного, была сорока, а в качестве советчика выступала хитрая перепелка.

Тройка птиц участвует в черниговском рассказе про укравшего какую-то вещь и спрятавшегося в рожь «хохла» — перепел, коростель (его в народе называют еще деркачем) и журавль. При этом перепел пытался помочь вору спрятаться, журавль грозил расправой, а коростель выдал вора, закричав: «Здесь, здесь! Драть, драть!». В еще одном украинском рассказе птицы проводят совместную пахоту. Перепелка предупреждала: «Тут пенек, тут пенек!» Коростель кричал: «Придержи, придержи!» А журавль говорил: «Турли, турли!» Плуг в результате ломался, и птицы разлетались.

В народе считалось, что птицы коростели не сами перелетают в южные страны, а верхом на журавлях. Причем последние сами своим криком приглашали пассажиров занимать места. Коростель — птица, относящаяся по современной классификации к пастушкам, семейству из отряда журавлеобразных, но с журавлем несоизмерим: размером — чуть крупнее перепела, с коротким клювом и удивительно гибким позвоночником. Эта бурая птичка отлично и быстро бегает, пригнув голову и ловко огибая стебли камыша и осок. Зимуют коростели в Африке и на самом деле добираются туда поодиночке. Коростель получил прозвище «дергач» за свой голос: он издает треск, похожий на звук от разрыва плотной ткани полотна. Впрочем, коростелем в старину могли называть очень похожего на коростеля пастушка или погоныша, главное отличие которых заключается в их пастушьем или хулиганистом крике.

Перепелы же по современной классификации относятся к семейству фазановых, это — мелкие перелетные птицы, птицы скрытные, ведут преимущественно ночной образ жизни. Если у самцов горло обычно бурое, то у перепелок — горло белое.

Следует указать отмеченную исследователями частую фольклорную парность коростеля с перепелкой. В польских и западно-украинских прибаутках коростель и перепелка спорили о том, сколько зерна они должны вернуть друг другу. А на Черниговщине считается, что если коростель начнет кричать раньше перепелки, то будет стоить дорого сено, и у западных славян его крик рассматривался как сигнал к сенокосу. Влюбленный в перепелку коростель из польских прибауток обещает пригнать ей теленка в обмен на поцелуи и издает такие звуки, будто бы он действительно гонит теленка. А у моравов коростель являлся пастухом у перепелки.

Даль привел свадебный приговор: «Мой каравай в печь перепелкой, а из печи коростелкой». Надо полагать, что указанные слова в точности определяют места этих птиц в древних русских шифрах — соответственно перед печью и после печи. Однако непонятно, где находилась эта печь. Хотя и есть в южной части небесной сферы созвездие с таким названием, но представляется, что печь надо искать на карте. В самом деле имеется река с печным названием — Печора, имеется на карте Печорское море (так называют юго-восточную часть Баренцева моря) и Печорская губа. В начале прошлого тысячелетия на берегах реки Печоры обитал народ, который также носил название Печоры и платил новгородцам дань. С центром в городе Суздале угол от истоков реки Печоры до конца Печорской губы составляет около 40 градусов. Перед Печорской губой находится 29-й декан, а после истоков реки Печоры — 33-й декан. В этом случае перепелка должна быть в шифрах пернатых 29-й птицей, а коростель — 33-й.

Следует отметить, что ни перепелки, ни коростеля не упоминает самое авторитетное кодовое стихотворение, записанное от сказителя Ивана Фепонова, в котором, впрочем, данный числовой отрезок зияет пустотами и путаницей птиц. Коростеля нет и в других источниках, зато в варианте Афанасьева орла называли царем, а «его голубушка перепелка». Если орел символизировал месяц и число 30, то «его голубушке» число 29 очень подходит.

Есть у индоевропейцев еще некая связь перепела и коростеля. Так, коростель по-немецки — «WachtelkÖnig», что можно перевести как «перепелиный король». Какая тут может быть связь?

29-й декан соответствует средней декаде января и всей зимы. Перепелка, таким образом, могла символизировать зиму и зимние деканы. 33-й же декан соответствует последней декаде зимы, вершине зимы, а отсюда и могло возникнуть иносказательное название коростеля «перепелиный король». Тот же смысл, вероятно, имеет перепелиный пастух. Способность коростеля изображать, как он гонит коров, можно объяснить тем, что корова также являлась символом зимы.

В казахской сказке рассказывается, что когда-то была одна очень высокая-превысокая гора, через которую не могла перелететь ни одна птица, в том числе и беркут, и ястреб. Однако перепел так разозлился, что ударил гору грудью и пробил в ней дыру, И таким образом перепел оказался по ту сторону горы. Конечно, и в этой сказке иносказательно говорится о зимних деканах, проходящих сквозь гору, которую повсеместно совмещали с точкой севера.

Имелась, по всей видимости, еще одна сторона рассматриваемых птиц. Голубушка перепелка могла представлять собой одну из ипостасей богини любви и красоты. Фольклорный образ коростеля наделен такими качествами, как сообразительность и плутоватость, т. е. сопоставим с психотипом бога Гермеса (Меркурия), который, как известно, уже в раннем младенчестве угнал коров бога Аполлона.

Микросказка из саратовского сборника Т.М. Акимовой про перепелку и дергуна рассказывает, что перепелку поймал волк, но пообещала перепелка волку пригнать пять телят, и волк отпустил птицу Рассказала об этом перепелка дергуну (дергун — птица коростель), и стали они кричать так, как будто в действительности телят гонят. А волк ждал, ждал телят, да и сдох. Отметим, что именно пятерку телят обещала перепелка. Чехи же, например, крик перепелки истолковывали как «пять монет». Насколько случайно такое «пятерочное» совпадение, сказать трудно Можно предложить две версии. Во-первых, перепелка персонифицировала пятый декан зимы. Во-вторых, в древности планета Венера могла считаться пятой планетой (судя по средневековым источникам, после Солнца), считая от Сатурна.

Отметим, что в коде, вероятно, участвовала именно женская особь перепелиных. Автору представляется существование связи между птицами шифровального кода и русскими фамилиями. И косвенным свидетельством участия именно самки перепела в коде видится существенно более частое употребление в производных от нее русских фамилиях — от перепелки и перепелицы.

Одним из прозвищ, которым наградили люди перепелку в Полесье, — посвистёлка. Это название может указывать на связь перепелки с богом Позвиздом (Посвистом). Профессор Г. А. Глинка, русский мифолог и автор книги «Древняя религия славян» (1804 г.), упоминал о том, что на поле вблизи Киева Позвизд имел свой храм. Ученый полагал, что в северной части храма помещалась статуя свирепого бога Позвизда, а внешний вид этого бога Г.А. Глинка представлял примерно так: промерзлая борода, сердитое и морщинистое лицо, лоскут шкуры белого медведя на голове, одежда из оленьей кожи, гагачья кожа на ногах. В руках же грозный бог держал завязанный мех, в котором помещались морозы, снега, бури, дожди и другие непогоды. И если этот бог, сын Сильнобога, хотел возвеселиться, то он развязывал свой мешок и требовал человеческих жертв. Север действительно в значительной степени всегда определял погоду на земле, и потому бог сурового северного ветра был назван в отличие от богов южного, восточного и западного ветерков богом ветров. Хотя это описание в некоторой степени вымышлено, все равно его нужно иметь в виду при скудости имеющегося материала о древних славянских богах; многих данных, которыми пользовался этот ученый, к настоящему времени не сохранилось. Античный аналог этого бога северного ветра крылатый бог северного ветра Борей считался сыном Астрея («Звездного Неба») и Эос («Утренней Зари»), Он также изображался могучим, бородатым и длинноволосым. Античный Борей, так же как и Позвизд, являлся многодетным отцом: он оборачивался в жеребца и даже породил с кобылицами Эрихтония 12 быстрых, как сам ветер, жеребят. Конечно, приведенное имя бога ветров «Позвизд» (или «Посвист»)

иносказательно: словом «посвист» может передаваться лишь слышимое проявление ветра, и никто не имел желания призывать этого грозного бога. Но нельзя исключить, что имя «Позвизд» могло вести свое происхождение от «звезд». Следует отметить, что античным аналогом этого Деда Мороза надо, вероятно, считать бога Крона, Сатурна.

В словаре О.В. Беловой про перепелку говорится: «Препелка молвит: бог богов в трех лицех прославляет» («Перепелка молвит: “Бог богов в трех лицах прославляет”»). Почему именно перепелке доверила народная молва говорить о трех ипостасях Бога, не совсем понятно, хотя совершенно очевидно, что эта птица пользовалась определенным уважением в народе. В какой-то мере перепелка оказалась в народных представлениях тесно связана с истиной и ложью. В частности, одной перепелке приписывают воровство яиц другой перепелки, однако вылупившиеся из этих яиц птенцы будто бы всегда узнают свою мать и следуют именно за ней, а похищение этой перепелкой чужих яиц становится явным. Или другой старинный рассказ (в соответствии с текстом О.В. Беловой) отображает перепелицу как жертву лжи. «Перепелица, узревши некогда ловца, сети растинающа, вопроси его, что бы то деят. Он же отвещает яко град назидаю. Посему отшедшу ловитель восхоте перепелица град той посетити и в нем нуждная стяжати себе: и яко скоро помысли тако немедленно влете во град той и бысть ловитва ловителю» («Перепелица, увидевши некогда ловца, сети расставляющего, спросила его, что тот делает. Он же отвечал, якобы город обучаю строить. Так отошел ловец, захотела перепелица город тот посетить и в нем нужное взять себе: и как скоро помыслила, так немедленно влетела в город тот и была поймана ловцом».)

Древнеегипетская богиня Исида, в частности, воспитывала сына своей сестры богини Нефтиды. Судя по этому мифическому эпизоду, Исида вполне могла символизироваться перепелкой, насиживающей чужие яйца.

В античных мифах бог Зевс и богиня Лето превращались соответственно в перепела и перепелку. Результатом такой трансформации явилось рождение близнецов Артемиды и Аполлона. Первой была рождена Артемида, которая, едва родившись, помогла матери переправиться че рез пролив. А после девяти дней схваток Лето на острове Делос между оливой и финиковой пальмой родила Аполлона. Серьезного рассмотрения требует связь орла и перепелки. Ведь символом Зевса являлся орел. И «голубушка перепелка», отнесенная к орлу, символизирующему число 30, могла указывать на соседство в числовых шифрах перепелки и орла. А в таком случае вероятна персонификация перепелкой числа 29. Перепелка считалась в древнем мире священной птицей богини Артемиды. Прочтение имени богини как «Дар тьмы» понятен, когда из кромешной тьмы появляется не очень яркое, но светило. А это как раз наступает где-то через день после безлуния, и число 29 в значительной мере устраивает эту версию С другой стороны, как было показано, орел персонифицировал луну, а перепелка — птица, которая ведет, в основном, ночной образ жизни.

Перепел или, как его еще называли, перепелец и верепец, а также (см. словарь О.В. Беловой) крастель (коростель), в соответствии с древнерусскими сказаниями о птицах (см. О.В. Белову и Х.М. Лопарева), будто бы говорил: «Уже нам от тех чинов и многих панов придется погибнуть». Эта фраза в некоторой степени сближает перепела с воробьем, который в шифрах представлен как холоп. Птица коростель, по предположению ученых, обозначалась также словом «хворостил». В древнерусских сказаниях о птицах (см. О.В. Белову и А. Багрия) приведена такая реплика этой птицы: «Я в хворосте сидел: Бога на краю ведел». Дергачу (коростелю) приписывали такие слова (см. О.В. Белову и А. Багрия): «Я царь царям». Если перепелками образно называли зимние деканы, включая 30-й декан царя птиц орла, то перепелиный король мог называться царем царей. Коростель персонифицировал число 33, 33-й декан, последнюю декаду зимы, конец зимы в целом.

Ястреб и бог Стриб

Античная мифология не очень-то баловала ястреба своим вниманием. Существовал древнегреческий миф о Дедалионе (или Дайдалии). Хиона, дочь Дедалиона в античном мифе, изложенным Овидием, находила себя красивее богини Артемиды и за это поплатилась жизнью. Несчастный Дедалион после смерти любимой дочери Хионы полез на гору — на Парнас, чтобы броситься оттуда и умереть. Однако бог Аполлон превратил Дедалиона в птицу — ястреба. Конечно, подобные обрывочные сведения из античной мифологии мало что дают для понимания сути этой птицы.

Ястреб был в стране, дарованной Нилом, символом материнства, именно с ним связывалась богиня неба Нут, которая считалась женой бога солнца Амона и матерью бога луны Хонсу.

Вероятно, что в Древнем Египте Кемнут считали птицей. Так полагают некоторые современные исследователи, которые относят кемнут к ястребиным. В древнеегипетской астрономии три декана (декан — угол в десять градусов) имели в своем названии Кемнут: декан Голова Кемнут, который соответствовал второму декану зодиакального созвездия Рак; Кемнут, который соответствовал третьему декану зодиакального созвездия Рак; Низ Кемнут, который соответствовал первому декану зодиакального созвездия Лев. Особая роль, которую играл ястреб в древней стране долины Нила, следовала из именования ястреба самкой орла. Орел же у древних, по всей видимости, был связан с луной и 30-суточным календарным месяцем.

Эддический, описанный в эпосе «Старшая Эдда», миф о мировом дереве ясене Иггдрасиль, более подробно о котором будет рассказано при рассмотрении шифров растений, говорит о дереве, объединяющем небо, землю и подземный мир. На вершине этого дерева сидит мудрый орел, а между его глазами — полинявший от непогоды ястреб.

Есть удивительно яркая, далекая и огромная звезда в созвездии Лира по имени Вега, что переводят как «Летящий ястреб». Отметим, что лира имеет вид двух кос.

Колдун из русской сказки «Хитрая наука» обернулся петухом и стал клевать зерна, в которые обернулся его ученик. Но одно зерно вдруг превратилось в ястреба, который и задрал петуха.

Молодой ястреб клевал мак на поле, которое засеял маком герой словацкой сказки «Железник» по имени Янко. Янко прострелил ястребу крыло, а затем ухаживал за птицей и лечил ястреба. Когда рана у ястреба зажила и тот смог летать, то молодой ястреб отправил героя к своему отцу ястребиному королю, чтобы наградить героя. При этом сказал, что у его отца есть три подземные кладовые, в первой хранятся медные монеты, во второй — серебряные, в третьей — золотые, но взять надо не деньги, а старый сундучок. Этот сундучок был волшебным. Ястреб, таким образом, мог иметь отношение к величественным явлениям, связанным со всеми временами суток. А следовательно, и к затмениям всех типов — и солнечным, и лунным.

При сотворений Богом мира, как говорится в польском мифе, черт послал утку украсть у Бога немного земли. Когда похитившая землю утка улетала, на утку напал ястреб и схватил ее своими когтями. Утка выронила землю, а из этой земли образовались горы. Как было показано выше, утка символизировала число тринадцать и год, состоящий из 13 месяцев по 27 суток, а следовательно, связана с затмениями.

В славянском (например, болгарском) фольклоре описываются навьи как летающие по ночам во всякую непогоду, в бурю и «на злых ветрах» (не потому ли птицы полиняли?), птицеобразные души умерших, которые кричат подобно голодным ястребам. Их крик или пение несут смерть.

В одном из вариантов русской сказки Иван-царевич проголодался и хотел было убить ястреба, но взмолился ястреб, и герой его отпустил. Этот ястреб в дальнейшем помог Ивану-царевичу в его борьбе с Кощеем Бессмертным, он поймал утку, в которой находилось яйцо со смертью Кощея.

Можно попытаться прочитать название птицы по-русски: «Я — стрсб». «Сгреб», очевидно, — это измененное «Стриб». А Стриб, или Стрибог, в древнерусском пантеоне богов занимал видное место. Его кумир был удостоен чести быть установленным в 980 году в столице Киевской Руси. Ветры названы в «Слове о полку Игореве» Стрибожьими внуками, которые стрелами веют с моря. И современные ученые отводят таинственному Стрибогу роль царя ветров. Впрочем, некоторые исследователи функционально сближают (а некоторые противопоставляют) Стрибога с замечательным дарителем благ Дажьбогом.

Мохноногий канюк, камышевый лунь, ястреб-тетеревятник и ястреб-перепелятник, коршун-подворник (или утятник) имели в старину общее название — их звали туляками, а кое-где — шуликами (созвучно жуликам, т. е. ворам), шульпеками или шулятниками. И в соответствии с текстом древнерусского текст (см. О.В. Белову и А. Багрия), туляк будто бы говорил: «Я пан панам». Таким образом, шуляк показан неким вельможей. Яструб — также обобщенное название хищных птиц. В соответствии с древнерусскими сказаниями о птицах (см. О.В. Белову и Х.М. Лопарева), яструбу приписывались слова: «Я ваш чи (разве) не брат?» Вообще говоря, близость названий яструб и ястреб заставляет предположить их идентичность. Следует отметить, что в старину к четырем родам ястребов, а их иногда называли крагуями, относили одного из соколов — чеглока или, иначе, чеглика. Чеглок — мелкий длиннокрылый сокол, чье латинское название «Falco subbuteo>> могло иметь какое-то отношение к субботе и почитаемому в этот день Сатурну.

Исследователи совершенно справедливо находят лингвистическую связь между этрусским богом Сатре и «стри» в имени славянского Стрибога. Однако следует учитывать, что этрусский «бог небесной долины» Сатре являлся аналогом древнеримского бога Сатурна, на что уже указывает их лингвистическая связь. Слово «сатурн» лингвисты переводят как «сеятель». Строгий бог Сатурн был повелителем грозного северного ветра Борея. В честь грозного и невеселого Сатурна в Древнем Риме целую неделю проходил восхитительный праздник Сатурналий, а окончание праздника 21 декабря примерно соответствует дню зимнего солнцестояния.

Можно не удивляться тому обстоятельству, что ястреб был упомянут в числе тех двух десятков птиц, которых Богом, в соответствии с третьей книгой пятикнижия Моисея, запрещалось употреблять в пищу.

Книга Иова содержит следующее кажущееся странным обращение к Богу: «Твоею мудростью летает ястреб и направляет крылья свои на полдень». Но эти слова подчеркивают сакральную выделенность смыслового звучания ястреба в эзотерике птиц.

Ястреб играл невероятно большую роль в первоначальной астральной религии. Настолько большую, что дает возможность принципиальной родственности слов «астро-» и «ястреб».

В тексте благодатного стихотворения-ключа сказителя И. Фепонова есть такая строчка: «А ястрёб был и атаманом…». Эта хищная птица в этом тексте занимает место после ворона, воплощающего число девятнадцать. Казалось бы, это позволяет поставить ястреба в числовом шифре птиц на двадцатое место, однако..

В России широко распространены два вида ястребов: ястреб-тетеревятник и ястреб-перепелятник. Как уже отмечалось, перепел являлся символом зимы. Ну а тетерки? В сборнике загадок Д. Садовникова есть такая: «В Печурке три чурки, три гуся, три утки, три тетерки». Ответ на эту загадку. «Времена года». Под тремя тетерками следует понимать три зимних месяца, в самом деле два знака зодиака, т. е. два месяца из трех обозначались тетеревом-косачем и тетеркой. Таким образом, и тетерки, и перепелки выражали одно и то же — зиму. Поэтому и ястреб-тетеревятник, и ястрсб-перепелятник были синонимами одного ястреба-Зимнего. Если мы зададимся вопросом о том, откуда такая выделенность зимы в названиях ястребов, то вероятным ответом может быть такой: ястреб также был символом зимы. По всей видимости, ястреб открывал зиму, обозначал 25-й декан, первую декаду зимы и персонифицировал число 25.

Совоокая богиня и разбойник филин

«Филин могильный давал смертельное знаменье криком», — писал Овидий в десятой книге «Метаморфоз». Эта строчка перекликается с русским стихотворным шифровальным кодом, где филин назван татем и разбойником, т. е. отправляющим на тот свет.

Существовало болгарское поверье, согласно которому больная мать попросила принести ей воды, но ни сын, ни дочь не выполнили просьбы. И родительница прокляла их. Сын стал филином, а дочь — совой.

По другой, польской, легенде Бог превратил человека в филина за то, что тот ел скоромное в постный день.

Древнегреческая монета с изображением совы


Филин — наиболее крупная птица семейства совиных. Мы не знаем, делили ли люди птиц по родам и семействам в старину. И относились ли филины и сычи, как сейчас, к совам? Тем более что сова в отличие от филина в наиболее полном и авторитетном варианте стихотворного кода Фепонова не упоминается.

У сказителя Максимова, наоборот, находим: «Сова-то ли был подорожек». Что такое «подорожек», мы не ведаем. Может быть, это искаженная форма употребляемого в старину слова «псдружик», служившего для обозначения близкого человека, друга?

Древнегреческая богиня мудрости и справедливой войны Афина — дочь Зевса и Метиды {«metis» в переводе на русский язык означает «мысль», «размышление»). Миф рассказывает о рождении Афины. Зевс, узнав от Геи и Урана, что его, главу богов, лишит власти сын, рожденный от Метиды, проглотил свою супругу. Однако он был вынужден расколоть себе голову изготовленным Гефестом топором, откуда и появилась воинственная богиня-дочь в боевом вооружении. Совоокая богиня имела своими атрибутами змею и сову, а защитой ей служила так называемая эгида — щит из козьей шкуры с изображением страшной головы Медузы. Тот мифологический факт, что Афина родилась не от матери, а из головы Зевса, по мнению исследователей, дал повод к естественной философской ассоциации богини Афины с Мудростью, так как Мудрость рождается именно в голове.

В русском языке название птицы имеет общий корень с группой слов «совет», «советовать», «советчик» и тому подобными, несущими смысловую нагрузку, непосредственно связанную с мудростью. Не даром птица-советчица считается птицей мудрости.

Газель в суданской сказке пришла за советом к самой мудрой обитательнице леса — сове. Та советует попытать счастья и достать трон господину этой газели в некой стране, которая стонет под властью злого дракона. Сова рассказывает, как сделать гибельное для дракона волшебное зелье из растения с красными цветами, растущего под стенами дворца дракона. Таким образом, и в Африке сова выступала как советчица.


Древняя ближневосточная богиня в окружении сов


Яичко, взятое стариком Пятанем из совиного гнезда, высидела его старуха Акуля из мордовской сказки. И родился мальчик, нареченный именем Куйгорож. Если ему долго не давали работать, он разрушал уже сделанное. Примерно так же, как многие джины в арабских сказках.

Совы и филины названы вместе в том царстве, куда попал герой грузинской сказки про свечку. Некий царь-филин сосватал старшую из трех сестер сказочного героя. В данной сказке, правда, возможны погрешности (человеческая память не слишком надежный инструмент). Не совсем понятна концовка, в которой герой, который был младшим из трех братьев и, следовательно, должен был иметь солнечный статус, женится на прекрасной девушке, но имеющей облик гуся, который в шифрах пернатых связывается с лунными затмениями.

Во французской сказке написано, что совы и филины устроили шабаш в ветвях дуба и болтали между собой. Так, понимающий язык птиц конь Золотого Драгуна узнал, что Дух Ночи поймал красавицу и держит невесту в домике у Волчьего ключа.

В саросе присутствует еще некая магия. Число двадцать один могло быть представлено половиной числа солнечных затмений в течение одного сароса, которых бывает от 41 до 43, т. е. в среднем 42. Если речь зашла о затмениях, то неудивительно, что спутником богини Афины Паллады был священный змей Эрихтоний.

В древности в городе Афины одноименной богине посвящалась каждая третья декада месяца. Не исключено, что сова участвовала в «птичьем» числовом шифре и открывала третий десяток, т. е. воплощала число двадцать один.

Двадцать первый лунный день характеризуется ополовиненным видом ночного светила. Тогда птица, ведущая ночной образ жизни, может символизировать «золотую половину» серебряного цвета. Быть выразителем принципа мудрости. Например, выбора между миром и войной.

Половина луны может составлять мудрое диалектическое триединство богини со славянской парой Белобогом и Чернобогом или их ведическими аналогами — Митрой и Варуной.

Интересна сказка, рассказанная С.К. Барышниковой (более известной как Куприяниха), в которой некий старик убил птицу, а в гнезде обнаружил двадцать одно яичко. Эти яйца по требованию своей старухи он самолично высидел. И из них через двадцать одну неделю вылупился двадцать один сын. Самый последний, Иван-болтун, в отличие от своих братьев, смог поймать кобылицу с двадцать одним жеребенком. Однажды Иван-болтун шел-шел в густых лесах и пришел к избушке «на куриных лапках, на собачьих пятках», обращаясь к которой он сказал: «Стань ты ко мне передом… на запад задом». Выделенность числа двадцать один в русских сказках, вероятно, не случайна.

В наиболее полных вариантах сказителей непосредственно за ястребом, следует филин (у Фепонова) и сова (у Максимова), которая, как представляется, и символизировала число двадцать один, называемое иногда «очко», что, в общем, отражает внешний вид птиц. Все совы имеют вокруг глаз так называемый «лицевой диск» из узких перьев.

Можно с высокой степенью вероятности считать, что птица мудрости в знакомом нам шифре персонифицировала число двадцать один, однако в отношении филина этого сказать нельзя. Сомнительно, что советчица сова могла трактоваться в коде как «тать и разбойник».

Сова и филин упомянуты в числе двух десятков птиц, которых Богом запрещалось употреблять в пищу, в соответствии с канонической библейской книгой «Левит». Можно предположить, что в числовых шифрах эти птицы имели самостоятельные значения.

В христианизированном народе считалось, что сова сторожит клады и является советницей лешего. Филина называют на Руси деверем совы и также связывают его с лешим, постоянным спутником которого он являлся. Сычи же называются в народе гонцами лешего.

Сербская легенда указывает, что Бог послал ангела с золотым кувшином за водой, но тот назад не вернулся и был превращен в сыча.

Стоит отметить, что ястребиная и белая, полярная, совы прекрасно умеют охотиться днем. И сыч любит погреться на солнышке.

Не исключено, что все эти три птицы, каждая из которых, судя по приведенному поверью, имели смысл в астральной идеологии, персонифицировали одно и то же число. В таком случае сова могла быть советницей днем, сычи могли быть связаны с сумерками — вечерняя и утренняя зори скоротечны и сопоставимы с функциональными особенностями быстрых гонцов, а филин мог отражать самое темное время тех же суток, которое считалось временем татей, как «тать» в старину назывались воры и грабители. Убывание луны, а в 21-ю ночь луна уже ополовинена, могло трактоваться как воровство лунного серебра и зарывание его в землю. Именно такую основу имели многие заговоры на поиск кладов — зарытых разбойниками сокровищ.

В приведенной А.Н. Афанасьевым прибаутке говорится: «на море филин водовозом». Само упоминание здесь филина подтверждает правомочность нахождения его в более авторитетном птичьем коде сказителя И. Фепонова, где ночной хищник назывался татем и разбойником. При всем кажущемся различии занятия водовоза и разбойника в астральной религии они примерно идентичны при учете их иносказательности. Разбойник отбирает монету. Если речь идет о ночи, то монету серебряную — иносказательно разбойник снимает с неба луну, вызывает темноту. Небесная же тьма ассоциировалась с водой, отсутствием светила, и водовоз мог быть иносказательно воспринят как вызывающий тьму.

Птицу-Правду в испанской сказке птицы лжи сторожили в сыром и темном застенке. О том, где он находится, знал лишь старый филин, который жил на вершине старого дуба во дворе замка под названием «Войдешь — не вернешься». Филин заколдован, но его можно расколдовать, если произнести слово «ночь». Эта птица на Руси называлась в старину: «нощный вран» и «слеповорон». В древнерусских сказаниях (см. О.В. Белову и Х.М. Лопарева) филин будто бы говорил: «Фома-апостол безверный Богу, а неверие его всему миру верно и спасение учинилось».

Связь с птицами лжи, которых могли называть у некоторых народов '‘вилами”, возможно и дало название птицы “вилин”—’’филин”. Отметим, что по-английски филин — “eagle-owl”, что означает “ночной орел”, а немецкое слово “Wille” (“воля”, “желание”), возможно, имеет лингвистическую связь с русским словом “филин”.

Крик филина расценивался людьми на Руси как предвестник пожара.

В некоторых русских фольклорных источниках участвует сыч. Увидел сыч в русской сказке, что гусей-лебедей обижает ворона, у них яички таскает, и пожаловался на это сизому орлу. Орел же ворону судил и осудил.

Сыч (в некоторых районах его называют сичь) в древнерусских сказаниях о птицах (см. О.В. Белову и Х.М. Лопарева) будто бы говорил: «Панове, князове, по ночи летаю, а хорошенько спеваю: приимете мене до себе за музыку, бо вам без музыкы не пробути» («Господа, князья, я ночью летаю, но хорошенько пою примите меня к себе за музыку, ибо вам без музыки не быть»).

В марийском варианте имеющейся у многих народов сказки лиса угрожает разломать дуб, в дупле которого у совы было гнездо с пятью птенцами. Обманутая сова отдает лисе на съедение сначала одного совенка, а затем другого. Но сорока-белобока объяснила ей, как надо ответить рыжей плутовке. Лиса хитростью пытается поймать сороку, но ей удается только выдернуть часть перьев из хвоста.

Подобный сюжет существует и в одной удмуртской сказке Там птицу, отдающую лисе своих птенцов, чтобы та не повалила сосну с гнездом, звали Простофиля. А голубь объяснил ей, что лиса не в силах сделать это. Хотя лиса хитростью поймала голубя, но тот улетел от ее зубов. А Простофилю теперь зовут Филином.

Наверное, не случайно некоторые народы в литовском мифе — литовцы, ятвиги и пруссы — названы «совицею». Последнее — это, скорее всего, следствие числовой символики совы в птичьем шифре, ее места относительно центра. Дело в том, что при отсчете по деканам, десятиградусным дугам, центр должен находиться относительно двадцать

первого декана где-то на юго-востоке от мест расселения перечисленных народов.

Рог единорога окрашен в три цвета, белый, красный и черный, в чем нетрудно увидеть три цвета времени: день, времена зари и ночь. Именно на эти три части делили древние сутки, иносказательным выражением которых были многие-премногие сказочные герои. Достаточно упомянуть тройку царских сыновей. Однако надо иметь в виду, что древний символизм многомерен. И если в фольклорном наследии упоминается белая и черная луна, то, употребляя древний принцип все делить на три части, приходим к выводу, что и луна должна иметь дополнительно красный цвет. Действительно, мы встречаем эддический миф о том, как лунному псу Манагарме удалось проглоти! ь Луну и залить ее кровью все небо. Но если белый цвет луны мог указывать людям на полнолуние, черный — на новолуние, то о чем же мог намекать красный цвет? Может быть, под этим понималось промежуточное состояние, т. е. период ополовиненной луны.

Красный цвет был на заре цивилизации синонимом слова красивый, и потому числа лунного месяца, которые примерно соответствовали времени половинной луны, связаны с наиболее уважаемыми богами. 7–8 — с Гермесом и Афродитой, 21 — с воинственной девственницей Афиной. Может быть, это время проглатывания луны небесным псом, что, по всей видимости, понималось как время лунного затмения.

В шифрах насчитывается 42 составляющие, по числу солнечных затмений в продолжение одного сароса. Это указывает на то, что каждое божество, соответствующая ему птица, символизировавшие то или иное число, персонифицировали, кроме всего прочего, еще и конкретное солнечное затмение. Если Афине соответствовало число 21, то сама богиня, вероятно, символизировала в саросе 21-е солнечное затмение и половину сароса. Следует отметить, что длительность сароса составляла в среднем 6585 суток плюс (примерно) треть суток. Благодаря указанной трети суток происходил сдвиг с каждым разом, и солнечное затмение на заре могло превратиться в следующем цикле в дневное солнечное затмение. При сдвиге же времени в ночь солнечного затмения вообще могло не наблюдаться. И поэтому вполне закономерна символизация этого явления ночной птицей.

Одна из русских загадок:

Живет в лесу —
Ухает, как разбойник;
Люди его боятся,
А он людей боится.
Имеет отгадку: “филин”. Как мы видим, народная молва также связывает филина с разбойником.

А ястрёб был и атаманом,
А филин-от тать да разбойник…
Фрагмент стола двенадцати богов.

Античное изображение


Эти строчки из текста стихотворения-ключа сказителя И. Фепонова, по-видимому, следует рассматривать в смысловом комплексе, т. е. эти птицы должны быть в числовых шифрах рядом. Однако порядок следования этих двух птиц-разбойников, вероятно, нарушен. Если числовое значение ястреба равно 25, то можно предположить, что филин эквивалентен числу 24.

В подтверждение последней версии может свидетельствовать изображение зодиака на античном изображении Стола двенадцати богов [145].

Здесь на границе зодиакальных знаков Рыбы и Овен изображена птица, удивительно похожая на филина. В случае персонизации филином 24-го числа и 24-го декана, последнего декана зодиакального знака Рыб, эта птица и должна быть на границе знаков Рыб и Овна.

Сова же, по всей видимости, могла быть связана с числом 21.

Крестьянин мошник и его жена коппала

Приведем фрагмент шифровального стихотворного кода, записанного со слов сказителя И. Фепонова:

А мошник-от намори крестьянин,
Коппала крестьянская женка…
Такой же отрывок есть в кодовом стихотворении сказателя А. Максимова.

Во многих сказках говорится о крестьянине, который что-то посеял. Надо иметь в виду, что слово «сатурн» лингвисты переводят как «сеятель». И здесь налицо иносказание — под крестьянином можно понимать сурового бога Сатурна римлян, а также Крона или Хроноса греков.

Под названием «мошник» сегодня больше известен глухарь, а птицу «коппала» ныне зовут, по-видимому, «глухарка».

Вообще-то, по свидетельству В. Даля, мошником называли в старину мохового тетерева, глухаря, Tetrao uragallus.

Самец глухаря окрашен в бурые, черные и темно-серые тона с белыми пятнами на брюхе и на нижней стороне крыла. Обладает мощным светлым клювом. Это крупные птицы, гнездятся в глухих лесах, буреломах, по краям болот. Питался травой, ягодами, семенами, а зимой — хвоей сосны, почками осины и лиственницы. Во время токования самец на несколько секунд глохнет, что используется охотниками, отсюда и название птицы. Глухарь — птица очень осторожная, но взлетает с большим шумом.

В.И. Даль отмечал, что в Карелии и на севере России коппалой зовут самку глухаря.

Современные орнитологи отмечают, что в литературе глухаря называют «древней» птицей, хотя палеонтологи считают ее относительно молодой. Глухарки в отличие от самцов редко подают голос, они издают звук, похожий на глухое «бук-бук».

Глухарка у обских угров, по свидетельству З.П. Соколовой, называлась «тетерей», что можно перевести как «птица сна». Исследовательница отмечает, что по представлениям угров именно так выглядела «сонная душа» человека. Русские поговорки также отмечают связь мошника со сном и зимой: «мошнику зима за обычай», «мошнику вся зима одна ночь».

Коппала по древним хевсурским мифам — это божество, которое борется против нечистой силы. Лингвисты переводят слово «коппала» как «пастуший посох». Святилище этого божества некогда находилось на вершине горы Карати на северо-востоке Грузии. Пастушеский труд сам по себе хорошо соотносите? с крестьянским, о котором указано в древнерусском шифре птиц при упоминании коппалы.

Гнездо глухаря обычно располагается в траве, на земле, что, возможно, и породило представление о тесной связи птицы с землей, с главным объектом крестьянских забот. Отметим, что в прежние времена глухарем звали также глухого человека.

Широко распространен в русских сказках образ крестьянина, у которого было три сына, младший из них становился главным сказочным героем, которому в конце концов удавалось жениться на прекрасной царевне и стать царем солнечно светлого царства. Уже этот факт говорит о том, что крестьянин может олицетворять число менее 27. Отметим, что наиболее часто в сказках выращивается горох, а он, как мы показываем в дальнейшем, ассоциировался со звездами. Сеятель гороха и его жена могли олицетворять какие-то числа, предшествующие числу 27.

В славянской мифологии, по утверждению А А Бычкова, было божество — некий гигант по имени Столим (или Стволим), вечно пытающийся достичь небес и своим заступом поотрывать с небосвода звезды и утопить их в море. Напрашивается вопрос не является ли этот мифологический персонаж аналогом упоминаемого в шифрах крестьянина мошника, запросто использующего заступ в качестве инструмента?

Глухарь и глухарка характеризовались глухотой. Поэтому то время, которое они персонифицировали, также должно было называться «глухим». Весна и лето глухими не бывают, в отличие от осени. В отношении зимы могли быть разные мнения. Автор настоящей работы склонен считать, что про глухую зиму не говорят, однако авторы словаря эпитетов русского языка [67] приводят эпитет «глухой» не только к осени, но и к зиме. Спор на данную тему не имеет смысла, так как в результате проработки числовых значений зимних деканов мы уже не находим двух соседних деканов, которые могли бы представлять глухарь и глухарка. Тот же факт, что эти птицы должны занимать соседние места в шифрах, не вызывает сомнения.

Глухой осенью называют тот период времени, когда уже улетели птицы и жизнь в лесу в значительной степени заглохла, что имеет место в последний осенний месяц. Ввиду того, что 24-й декан мы связали с филином, в последнем месяце осени осталось лишь два декана, которые могли персонифицировать глухарь (мошник) и глухарка (коппала) — 22-й и 23-й соответственно.

Казачонок дрозд и птица синька

Приведем фрагмент шифровального стихотворного кода, записанного со слов сказителя И. Фепонова:

А мошник-от на мори крестьянин,
Коппала крестьянская женка,
А синька б… и полежлива;
Часто лежит она хворает,
Долго она не пропадаёт,
Роботы роботать она может,
Казака нанять она не смыслит.
Дрозд-от у ней казаченко,
День-то он ночи роботаё.
Гроша он найму да не видаё…
Отрывок кодового стихотворения в изложении А. Максимова более краток и поэтому может быть не совсем правилен:

Мошник-то на мори крестьянин,
Коппала крестъяньская женка,
Дроздъ-оту их казачёнко:
Колья, жердье подбирав,
Выгоды поподпирае.
В малоавторитетном варианте, записанном со слов сказителя Лядкова, говорится:

Дроздик тот на мори гвоздик,
Сив тот на мори птица бессчастна,
А сив работать не умев,
Казаков нанимать он не смыслит.
Как мы видим, никакой синьки в других вариантах стихотворения в интервале коппала — дрозд нет. Может быть, это слово следует рассматривать как ругательство. И опустить, отметив возможную связь птицы коппала с синим цветом. Может, речь здесь идет о «синочке», как называли кое-где трясогузку? Но не исключено, что так называли синицу. Казаченок дрозд, его хозяйка коппала (или сив) и крестьянин мошник составляют блок из трех или, скорее всего, четырех взаимозавязанных между собой птиц. Особенно много фольклорного наследия связано с дроздом, а поэтому дешифровка этого участника шифровального кода пернатых может повлечь нахождение места в числовом ряду других персонажей рассматриваемого стихотворного фрагмента.

В Чехословакии и Германии популярна сказка про короля Дроздоборода. Как народную сказку ее сняли чехословацкие кинематографисты, а немецкие — как сказку братьев Гримм. Этот король, хитростью, как нищий, женившийся на капризной принцессе, был полновластным повелителем в своем царстве, в отличие от Ивана-царевича с золотыми волосами из русской сказки — правителя будущего. Отражение названия птицы дрозда в прозвище короля и в бороде человека, а отсчет, вероятно, велся «с ног до головы», указывает на то, что дрозд в древних шифрах пернатых мог выражать число, предшествующее рождению солнечного царства, Да и голова ассоциировалась у людей в эпоху астральной религии с высшим, божественным, миром богов. Лингвисты находят связь между древненемецким словом «Grana» («борода») и осетинским «guryn» («рожать») [152]. Этот факт наталкивает на мысль о символическом смысле бороды (в частности, дроздоборода) как зародыша нового качества.

Герой французской сказки крестник английского короля по имени Эжен мог переправиться через море только в то время, когда пел живший у великана дрозд. Эту птицу, а также мула и волшебный фонарь великан отдал Эжену с условием, что тот когда-нибудь данное вернет. Герой получает задание освободить королевскую дочь, которая находилась в плену у королевы с серебряными ногами. В страну, где у входа в замок с 36 комнатами находилась пленная, превращенная в извергающую пламя львицу, герой поплыл на специально построенном корабле. На нем триста девственниц пряли триста фунтов льна, а в специальной каюте работал великан на громадном ткацком станке. По дороге корабль попал в королевство рыб, в муравьиное королевство, в крысиное королевство, в королевство воронов, в королевство великанов. С помощью ткача-великана герой выполнил задания королевы с серебряными ногами и освободил принцессу.

Обратим внимание на число тридцать шесть, равное числу деканов (десятидневок) в году, которые играли заметную роль в астрологии Древнего Мира. Но особо отметим пение дрозда как сигнал к движению.

В русской сказке «Звери в яме» дрозд помог выбраться лисе из ямы. Затем они отправляются в деревню. Там дрозд, расположившись на воротах, а зрительница-лисица — под воротами, начал требовать от бабки кусок сала. На этот крик выбежали собаки и разорвали лису. Забегая несколько вперед, отметим, что лисица в русских сказках всегда обманывает олицетворяющего солнечные затмения волка, и ее гибель может указывать на приближение этого явления. Нахождение дрозда в это время «на воротах» может отражать пограничное время солнечных затмений.

Подобная выделенность дрозда в русской сказке могла быть связана с периодом, непосредственно стоящим рядом с солнечным затмением, т. е. то, что дрозд может олицетворять число 26 или 27, скорее всего второе.

Лис в одной французской сказке «в былые времена, когда куры петухами пели» съел птенцов дрозда. Тогда дрозд сговорился с собакой о том, что та будет лежать неподвижно, как мертвая, когда он будет ее клевать. Когда же лис захотел поесть собачьего мяса, собака его разорвала.

Итак, и в русской, и во французской сказках дрозд способствует лисьей гибели от собачьих зубов. Дешифровав числовые тайны лисы и собаки, нужно вернуться к уточнению места дрозда в числовом шифре пернатых.

Само слово «казак» употреблялось для обозначения поселенцев на самой окраине, охранявших рубежи, т. е. как синоним современному «пограничнику». Дрозд же был не казак, а казачонок. Это слово является уменьшительной формой слова «казак» и способно указывать на малое, внутреннее приграничье. Таким образом, с этих позиций может проявляться близость дрозда в птичьем шифре числу 27.

С другой стороны, словом «казачонок» называют казачьих мальчиков, и потому было бы любопытно взглянуть на вечно юных богов, которые могли быть некоторым отражением астрального шифра. Вечно юный Амур — шалун, а не работник, слишком молод он для этого, да и Венера, которую Амур обычно сопровождает, не могла быть удостоена столь нелестных эпитетов, какими наградили составители кода хозяйку казачонка. Корыстный Гермес (Меркурий), который был самым юным из всех планетарных богов, по целому ряду причин не подходил для роли слуги (да еще без оплаты). В случае эквивалентности казачонка с новолунием, числом, персонифицированным дроздом, могло быть 27.

Приведенная В. Далем русская поговорка «прост как дрозд» указывает, на наш взгляд, на возможность соотнесения дрозда со сказочным героем, младшим из братьев, дураком. Старинное словосочетание «хватил дроздов», по свидетельству Даля, имело смысл «прозяб». Последнее могло подразумевать скрытую связь дрозда с морозом, с самыми северными деканами, 27-м или 28-м.

В древнеегипетском «Папирусе Ну» приведена так называемая «Исповедь Отрицания» — текст, адресованный 42 богам. На 27-м месте обращения стоит некий бог «Нехен, приходящий из озера Хекет». Имя его египтологами переводится как «Ребенок», что перекликается с казачонком, который предположительно занимал 27-е место в онежском варианте числового кода пернатых.

Дрозды размером примерно со скворца. Они питаются дождевыми червями и насекомыми. Представляет особый интерес те виды дроздов, которые населяют смешанные и лиственные леса, сады и парки Европы и европейской части России. Самцы черного дрозда имеют полностью темный цвет оперения, только кольцо вокруг глаз да клюв оранжевые. Крупный дрозд, называемый рябинником, имеет голубовато-серые верх головы и надхвостье, белые брюшко и низ крыльев, каштаново-бурую спину, охристые с черными пестринами грудь и бока. Поскольку черный дрозд своим цветом символизирует тьму, а название «рябинник» ассоциируется с рябиновой ночью, то в обоих случаях может быть обнаружена связь с темнотой, а может быть, и с затмениями. Дрозд деряба, наиболее крупный из дроздов, имеет оливково-серую с кремовым оттенком спину, белое с яркими черными пестринами брюшко и снизу белое крыло. У певчего дрозда оливково-серая спина, бледно-охристые бока, на груди и брюшке округлые темные пестрины и светло-рыжее снизу крыло. Он издает трель, которую орнитологи передают фразой: «спиридон — спиридон — чай пить — чай пить — витю — вило». Впрочем, не только певчий, но и черный дрозд поет звучные песни, имеет разнообразный песенный репертуар, среди его песен и трели, и свисты, и щелканья, и флейтовые звуки.

Старинный источник описывал дрозда как птицу вишнево-желтого цвета. Со ссылкой на мудреца Альберта известно (см. О.В Белову), что если перья из правого крыла дрозда повесить на нитке, то в этом дому никто не сможет спать, а сама эта птица называлась «вое» (похоже на переделанное «кос»).

По польскому поверью камень из гнезда черного дрозда делает счастливым своего обладателя. Польское слово «kos» (кос) означает «черный дрозд», по-латински «Turdus merula». В Полесье эту птицу называли чернокос. Также словом «кос» (или «костак»), по данным О.В. Беловой (со ссылкой на В. Даля и др.), обозначали скворца (шпака) Если он указывал на 27-ю десятидневку, то этот период соответствовал последней трети 9-го месяца, символизируемого косачем, а потому дрозда и скворца могли называть косом. Латинское наименование скворца «Stumus» близко по звучанию к названию планеты и бога Сатурна. Конец 27-ого декана и 9-ого месяца совпадает со временем зимнего солнцестояния, временем Деда Мороза, который являлся аналогом Сатурна. И не случайно этого бога в средние века особенно часто изображали в виде несущего смерть старца с косой. Впрочем, Дед Мороз до наступления Нового года, который примерно совпадал со временем зимнего солнцестояния, показывался в виде старика с большой белой бородой, который передавал свои полномочия мальчику, символизирующему Новый год. Если верить славянским сказкам, то в старину месяцы обозначали 12 братьев, и лишь потом некоторые месяцы стали обозначаться через женщин.

Идущая от берега длинная песчаная отмель, «коса», по свидетельству В. Даля, у русских в Сибири называется «кошка», что роднит и слово «кос» с этим домашним животным, которое могло иметь примерно тот же числовой эквивалент в шифрах животных.

Дрозда называли в Полесье липаром. Черного дрозда называли также мерюлом, что соответствует одному из его латинских названий. Дрозд по-французски — «merle», что может быть связано с часто встречающимся в западноевропейских сказках персонажем, колдуном Мёрлином. Упоминалось (см. словарь О.В. Беловой), что дрозд мерюл обитает в «мурской» земле. Уж не связана ли эта земля с муркой, т. е. кошкой? Кошка, как представляется, символизировала в шифрах животных число 27.

Одним из атрибутов богини Бает была кошка, в виде которой она часто изображалась. Бает греками отождествлялась с Артемидой, одним из атрибутов богини Басг являлся музыкальный инструмент под названием систр. В дальнейшем мы будем рассматривать шифровальный смысл кошки и ее место в шифрах животных более подробно и достаточно уверенно свяжем ее с числом, близким к 27.

Птицу из рода дроздов дерябу называли емелюхой (О.В. Белова), Это связывает дрозда с мужским именем Емеля, которое русские сказки присвоили ленивому дураку, младшему из трех сыновей крестьянина, творящему именем щуки различные волшебства. Впрочем, сказочному герою за выполнение той или иной работы каждый раз обещали, именно красный кафтан. В конце концов в Емелю влюбляется царская дочь. И по приказу царя их на пару с царевной закатывали в бочку, смолили

и пускали в море. Щука, как будет показано далее, по всей видимости, олицетворяла солнечные затмения, так же как и тьма тьмущая внутри бочки. В сказках про Емелю царь его простил, герой женился на царевне и стал царским зятем. Но не царем: до такого этапа сказочные рассказы не доходят. Это делает возможным персонификацию дроздом числа, которое соответствует солнечному затмению, т. е. числа 27 или следующего за ним числа 28.

В сборнике Великорусских сказок Архива Русского Географического Общества А.М. Смирнова есть сказка, записанная в Архангельской губернии [243], про кота, дрозда, петуха и лису. Первые трое жили вместе, кот с дроздом частенько рубили в лесу дрова. Петух же оставался дома, но его выманивала из дома лиса, которой очень хотелось отведать петушатинки. Она пела: «Петушок, петушок, золотой гребешок, маслена бородка, зелёной хвост, вы'глен-ко за окошечко, склюнь горохово зёрнятко». Петух выскакивал, и лиса его хватала. Петух звал на помощь, кот прибегал, дрозд прилетал — они отнимали петуха. В другой русской сказке «Жерновца» из собрания О.Э. Озаровской «живало-бывало кот, дрозд да петушок», «кот да дрозд дрова рубили». Короче говоря — подобный сюжет. Но существовали другие варианты этой сказки, в которых отсутствовал дрозд, а петуха отнимал лишь кот (см., например, сказки «Про котеньку и петушка» [268] и «Кот, петух и лиса» [12]). Поэтому не исключено, что кот и дрозд дублировали друг друга, являлись выразителями одного и того же принципа, но посредством разных шифров: кот — в шифрах животных, а дрозд — в шифрах птиц.

Само упоминание этих персонажей в одной связке заставляет пред положить возможность идентичности их числовых значений, но в различных шифрах.

Супруги из ирландской сказки купили у охотника пару птиц на рождественский ужин. И из-за этой покупки вышла у них небывалая распря. Муж считал, что этими птицами были черные дрозды, ведь он их покупал. Жена уверяла, что это были серые дрозды, ведь она их ощипывала. Когда же супруги спросили у охотника, тот сказал, что продал им скворцов.

Поистине волшебную смекалку надо проявить, чтобы извлечь сказочную мудрость из глубин реки Забвения. Не указывает ли данное повествование на шифровальную идентичность скворцов и дроздов? Не исключено, что первые могли персонифицировать одно из трех времен суток, два других символизировали черный и серый дрозды. Скорее всего, время зорь. Ведь розовый скворец, как считалось, хорошо поедает саранчу. Скворец также мог участвовать в шифре пернатых потому, что об этом в косвенной форме указывает достаточная распространенная на Руси фамилия Скворцов (пожалуй, не менее распространенная, чем Дроздов). Эта птица относится к отряду воробьиных, и ее имя также включает в себя «ворец», «вор», хотя, возможно, указывает направление «к вору», что, вероятно, отражает близость к затмению. «С» в связи с — хвором» могло показывать возможность солнечного исчезновения уже в день этой птицы, т. е. персонифицируемое скворцом число суток входит в разброс дней, когда возможны такие явления. Кроме самого распространенного обыкновенного скворца, имеющего блестяще-черную расцветку, на юге России достаточно распространена розовая разновидность, имеющая, впрочем, черные голову, хохол, крылья и хвост.

Латинское название обыкновенного скворца — «Sturnus vulgaris», розового — «Sturnus roseus». Эти названия также могут указывать на вероятность лингвистической связи скворцов с грозным богом Сатурном.

В некоторых источниках говорилось (см. словарь О.В. Беловой), что шпак (скворец) будто бы ругал Иуду, в частности: «…июда продал кровь неповинную, побрал сребреника и пошел удавился на древе, а по смерти его господ велми жаловал и повелел тому древоу трястися денно и нощно без ветру» («…Иуда продал кровь неповинную, забрал сребреники и пошел удавился на дереве осине, а по смерти его Господь весьма жаловал и повелел сому дереву трястись днем и ночью без ветра»). Может возникнуть вопрос. не идет ли здесь речь о лунном серебре и не являлись ли 30 сребреников в иносказании эквивалентом месяца. В таком случае сребреники, отданные Иуде, могут указывать на безлунное время новолуния, т. е. символизировать число 27.

Скворец, в соответствии с древнерусскими сказаниями о птицах (см. О.В. Белову и Х.М. Лопарева), будто бы говорил: «И мы тож, братие, сидим по темницам, кое по клеткам» («И мы тоже, братья, сидим по темницам, где по клеткам»). В какой-то мере эти слова иносказательно подтверждают вероятность персонификации скворцом числа 27 и времени тьмы — периода новолуния. Интересно отметить поверье, приведенное в словаре О.В. Беловой, о существовавшей рыбе с головой птицы и названия рыбы скворец. Рыба с головой скворца могла иносказательно указывать на завершение одного, «птичьего» цикла счета лунного месяца и наступление последующей «рыбьей» системы.

В.И. Даль производит слово «скворец» от старинного слова «сквара» (или «шквара», «шкварки»), что имело значения: огонь, пламя, горение, смрад. Исследователь поэтому предположил черный цвет скворца, как «опаленный». Скворец (шпак) имел также множество местных, обусловленных исполняемыми напевами названий: алеманд, полукурант, перенеси-бог, ямской-свист, ржание, червякова дудка.

Легенда с берегов древней Волги [163] рассказывает, что друг Соловья-разбойника мордвин Скворец женился на 18 женах, которые родили ему 70 сыновей. Пришел герой к чародею Дятлу и предсказал тот, что если сыновья не будут жить дружно, то придут русские и построят здесь город, который не одолеет ни один враг. Похоронил

Скворец предсказателя на горе, которая стала называться Дятловой горой, где позднее возник город Нижний Новгород. В 18 женах легко увидеть сарос, а в 70 сыновьях — общее число солнечных и лунных затмений в каждом саросе.

В русской сказке «Орон Верный» из сборника И.В. Карнауховой [121] говорится: «Есть в море остров Буян, в острове погреб, в погребе ящик, в ящике заяц, в зайце яйцо — в том яйце моя смерть лежит». Есть и несколько иные адреса смерти Кощея, но похожие Так все же что представляет собой смерть Кощея Бессмертного? Сундук, вероятно, обозначал год Заяц воплощал число двенадцать и месяц солнечного года. А утка — число 13 и драконический месяц. Тогда получается примерно такой смысл: «В году содержится 12 месяцев, а в 12 месяцах содержится 13 месяцев».

Но далеко не всегда в сундуке заключена смерть Кощея. «На той стороне океана-моря стоит дуб, на дубу сундук, в сундуке заяц, в зайце утка, в утке яйцо, а в яйце любовь царь-девицы!» — вот такой адрес любви дан в сказке «Царь-девица». Обычен для русского фольклора остров Буян. «За морем синим, за морем Хвалынским, посреди Окиан-моря, лежит остров Буян, на том острове Буяне стоит дуб, под тем дубом живут седьмерицею семь старцев, не скованных, не связанных…» — таков зачин одного старинного русского заговора из собрания И.П. Сахарова [222]. Семеркой старцев иносказательно называли, по-видимому, семь планет, в числе которых раньше включали и светила. «На том острове Буяне сидит птица Гагана с железным носом, с медными когтями…» — сказано в другом старинном русском заговоре из собрания И.П. Сахарова. В записи, сделанной священником Алексеем Соболевым во Владимирской губернии, есть такие слова: «На море, на Кияне, на острове на Буяне стоит дуб честной, на том дубу 70 гильев, на тех гильях 70 гнездов, на тех гнездах 70 орлов…». Орел олицетворяет, по-видимому, Месяц. И то, что указывалось примерное, округленное, общее число затмений, и солнечных, и лунных, показывает, что люди представляли себе роль луны в солнечных затмениях, иначе бы орла среди участников этого явления не было. По современным астрономическим сведениям в течение одного сароса происходят 42–43 солнечных затмения и 28 лунных. Так что в древности, вероятно, обладали знаниями об их общем числе.

Но что общего между Кощеем и юнцом? Надо сказать, что само написание имени этого царя несколько двойственно. Специалисты считают, что слово «кощей» применялось в древности для обозначения княжеского отрока, т. е. человека очень молодого, а также, что слово «кащей» пришло из тюркского языка и имело значение «пленник», обозначало человека, вынужденного жить на чужбине. Летописец, описывая то, как принимала христианство Русь, рассказывал, что в Новгороде сброшенный в реку Волхов кумир — деревянный идол Перуна, плыл «из свет в кощное, сиречь тьму кромешную». Таким образом, возможно еще одно прочтение слова «кощей», в смысле его связи с кромешной тьмой. Но это также может указывать и на солнечное затмение. В старину в русский язык вошло несколько слов, вероятно, связанных с именем «Кощей»: «кощунство» — «надругательство над христианской святыней», «кощюньник» — «волшебник», «сказитель кощун», «кощюнить» — «колдовать», «рассказывать», «кощюнословие» — «рассказывание мифов», «кощюна» — «миф» и другие. Эти слова придают некий мифический оттенок Кощею, который видится и с астрологической точки зрения.

Впрочем, астрономические и астрологические значения утки, зайца и других рассматриваются достаточно подробно в соответствующих разделах. Здесь лишь отметим, что все в сказках пронизано непонятым современным читателям смыслом, являющимся многоплановым. И на примере Кощея Бессмертного эта многогранность хорошо видна.

Но вернемся к нашим птицам. Что это за синька? Один из сказителей называл ее синочка, другой — сив. Скандинавская богиня по имени Сив, жена бога Тора, была известна тем, что являлась обладательницей замечательных золотых волос. Бог Локи однажды срезал их. По требованию Тора Цверги, боящиеся света подземные карлики-кузнецы, выковали для Сив новые волосы. Священная птица, которую называли Матерь Сва, считалась покровительницей Руси. Возможно, что созвучие названия с совой здесь не случайно. Нельзя исключить связи этой птицы с богиней Сивой, чье имя в некоторых местностях звучало как Сьва. Это единит «сивую» богиню с древнегреческой Афиной, атрибутом которой была птица-сова. Определение «сивый» служит обычно для обозначения масти животных, имеющих шерсть с сильной проседью. Серебристость седины может указывать на лунный характер этого цвета, что также в какой-то степени объединяет цвет с птицей, ведущей ночной образ жизни.

Имеет ли какое-либо отношение скандинавская богиня Сив к птице из древнерусского шифра, мы не знаем. По-видимому, синькой или синочкой могли называть птицу-синицу. В.И. Даль относил к синицам 8 видов, в том числе лесную, болотную, лазоревку, черноусую (зиньку), ремеза, гаечку и долгохвостую. В настоящее время долгохвостой синицы нет. Не исключено, что это была одна из трясогузок (тот же Даль трясогузку, голубую и желтую, называл мухоловкой). Отметим, что легкомысленных женщин в народе называли вертихвостками, а поэтому трясогузка вполне могла ассоциироваться с той птицей, которую сказитель назвал б…

Однако не столь важно, есть или нет в одеянии птицы, носящей прозвище «синька», синие или голубые тона. Надо иметь в виду, что окружающий землю «море-окиян» в представлениях людей был синью.

Безлунное же звездное небо также считалось океаном. А ночи суток, которые были рядом с новолунием, могли персонифицировать птицы лишь с синью в названии, хотя такой цвет в оперении, наверное, также приветствовался.

Скорый посланник сокол

Сокол являлся весьма почитаемой птицей в стране пирамид. Сохранились специальные галереи, в которых их захоранивали. Древнеегипетские паломники-богомольцы приносили по одной птице в дар храму. Каждого сокола мумифицировали, помещали в специальный сосуд и запечатывали. Затем укладывали в несколько ярусов вдоль стен галереи. Ученые-египтологи пока не сосчитали общее количество сосудов, имеются только грубые оценочные данные — настолько это число велико. Речь идет о миллионах мумифицированных останков.

Обряд захоронение соколов в древней стране пирамид не случаен. Ведь в облике этой гордой птицы или человека с ее головой, увенчанной солнечным диском, обычно представляли самого авторитетного бога Древнего Египта — Ра. Считалось, что владыка солнца вылупился из яйца, которое снесла птица «великий Гоготун». Впрочем, имеются и другие варианты рождения. Один из них говорит, что Ра появился из цветка лотоса. Другой утверждает, что он возник из огненного острова, с помощью которого уничтожены Мрак и Хаос, создан мир света и порядка, основанною на справедливости.

С головой сокола изображались многие египетские боги. Как крылатую женщину или соколицу изображали в стране пирамид Исиду. «Та, у которой тысяча имен», египетская богиня жизни и здоровья, плодородия и материнства, воды, ветра, семейной жизни, мореплавания, символ женственности Исида — дочь бога Геба и богини Нут, сестра и жена бога Осириса, сестра бога Сета и богини Нефтиды, мать бога Гора. В одном из мифов Исида создала и наслала на бога солнца ядовитую змею, не узнав его, но затем исправляет ошибку и спасает Великого бога.

В то время как Исида принимала облик либо ласточки, либо птицы Хат (последний некоторые специалисты называли обликом коршуна), вид Соколицы принимала богиня Нефтида, когда они, в соответствии с древнеегипетскими мифами, отправились искать пропавшею Осириса.

Соколом изображался и древнеегипетский бог Сокар, покровитель плодородия и мертвых. Имя его можно перевести на русский как «Скрытый», «Сокрытый».

В виде человека с головой сокола, увенчанной короной с двумя перьями, изображался египетский бог войны Монту (у греческого Ареса атрибутом был коршун). Считалось, что он возносит умершего человека на небо. Другой бог в облике сокола и с двумя перьями на голове, но в длинной одежде, с длинными волосами и бородой по имени Соплу считался у египтян охранителем восточной (т. е. связанной с восходом солнца) границы. Древнеегипетский бог ливийской пустыни Аш также имел в качестве священной птицы сокола.

Пусть не удивляет такое скопление в Древнем Египте этих божественных птиц. У Бога множество имен. Все другие являются Его ипостасями.

Не исключено, что представители рода соколов (по латыни — «falco») несколько различались при их сочетании с тем или иным богом. К соколам относятся кречет, балобан, сапсан, чеглок, дербник, кобчик, пустельга. Все они встречаются в России.

Павианы приветствуют солнечного бога, изображенного в виде сокола.

Древнеегипетское изображение


Однако следует отметить одну колоссальную разницу: если роль сокола в Древнем Египте была значительная, то в мифологии Древней Греции они почти не участвуют. Не исключено, что солнечную роль здесь выполняла другая хищная птица. Вероятно и то, что в античные времена роль солнечного бога отступает на второй план, а на первом появляется новый глава пантеона богов, который мог вобрать в себя некоторые специфические функции бога Ра. Подобной метаморфозе не стоит удивляться: ведь у одного и того же бога — множество имен.

Слово «сокол» содержит в себе «кол» и, возможно, лингвистически связано со словом «Коляда» (или «Коледа») — таким образом, имело отношение ко времени. Ведь Коляда является, по мнению специалистов, славянским воплощением новогоднего цикла. С колядками ходили по домам ряженные в зверей люди с пожеланиями благополучия и требованиями подарков. В знаменитом «Стоглаве», являющемся сборником ответов духовенства царю Ивану Грозному на его вопросы, говорится и о языческих праздниках. В частности, было написано примерно так

(перевод автора): «каланды… есть первый день кождого месяца, но особенно много в марте месяце, празднование большое торжественно сотворяется, игр много затевается по эллинскому обычаю». «Календарь», производное от латинского «calendae», — родственное «каландам» и «коляде» слово.

«Сокол-от скорый посланник…» — говорится в тексте «птичьего» кода сказителя И. Фепонова. Исходя из мифов народов мира — сокол — не просто посланник, а вероятно, божественный посланник, посылаемый с вестью о том, что скоро должно случиться Нечто. Мы предполагаем — затмение: именно к ним проявляли люди в древнейшую эпоху особый интерес. В русской сказке «По колена ноги в золоте, по локоть руки в серебре», явившейся в какой-то мере прообразом «Сказки о царе Салтане» А.С. Пушкина, героиня говорит, что если бы Иван-царевич полюбил ее, младшую из трех сестер, то она бы «родила ему сынов, что ни ясных соколов: во лбу солнце, а на затылке месяц, по бокам звезды».

Спас Иван-царевич трех царских дочерей от змеев многоголовых. И попросил у царя, чтобы его доставили «на верхний свет». Позвал тот птицу-сокола и приказал ему Ивана-царевича вынести. Летел, летел на соколе Иван-царевич да мясом сокола кормил, а в последний раз оторвал свои икры и их скормил. Кашлянул сокол и икры герою вернул.

Солдат в русской сказке из собрания А.Н. Нечаева направлялся в качестве скорого гонца с грамотой царя за чудесным мечом-кладенцом с обязательством управиться за одни сутки. Для ускорения пути он оборачивался зайцем, оленем и соколом. Часть пути, таким образом, «скорый посланник» преодолел птицей, о которой повествует эта глава.

В русской сказке «Береза и три сокола» героиня, превращенная в березу, имела трех братьев, которые летали в облике соколов, но, ударившись о сырую землю, обращались в добрых молодцев.

По всей видимости, птица сокол являлась символическим выразителем солнечных затмений. Однако в отличие от лебедя он мог персонифицировать ту фазу явления, когда тьма сменяется светом. Иносказательно это представлялось как бой сокола с лебедем.

В «Слове о полку Игореве» говорится, что раньше пускали 10 соколов на стаю лебедей «и какую лебедь настигали — та первой и пела песнь старому Ярославу, храброму Мстиславу…прекрасному Роману Святославичу». Итак, песнь пела именно лебедь, которая, как мы показали, олицетворяла солнечные затмения, но при участии сокола. О гнезде «шестокрылци» упоминается в «Слове…». В старину так называли сокола, у которого оперение каждого крыла как бы делится на три части. Это сближает сокола со святым в христианстве образом Шестикрылого Серафима.

Ясен Сокол — персонаж многих русских сказок. В одной из них («Перышко Финиста ясна сокола») в сокола превращалось Перышко, причем Финиста Ясна Сокола надо было искать за тридевять земель, в тридесятом царстве. А чтобы добраться туда, героине пришлось истоптать три пары башмаков железных, изломать три посоха чугунных и изглодать три просвиры каменных. В Ясного Сокола оборачивается Иван Царевич в русской сказке «Хрустальная гора», прежде чем срубить головы Змеям. Именно с затмениями связан целый ряд сказочных атрибутов. Жар-цвет и Жар-птица, возможно, имеют отношение к виду солнечной короны, которая во время полного затмения представляет собой изумительную по красоте картину. Пером Жар-птицы или Финиста — Ясного Сокола, возможно, представлялся протуберанец — светящийся выступ над поверхностью Солнца, особенно хорошо видимый на краях солнечного диска во время полных солнечных затмений.

Сокол предстает как божественный посланник, дарующий свет. В качестве освободителей от тьмы людям виделись и ближайшие к затмению планеты, персонификация которых могла представляться богами с соколиными головами. А когда рядом планет не было, то само божественное светило имело соколиное обличье. Сам же сокол персонифицировал солнце, и число, которое он олицетворял, должно быть связано с солнечным циклом. Возможно, что оно свидетельствует о солнечном затмении. Точное число суток зависит от конкретного взаимного расположения Солнца, Земли и Луны и может несколько (на один-два дня) отличаться от среднего «драконического» месяца. Это число близко к 27. Вероятно, сокол олицетворял в кодах именно его. Тогда может проявляться связь солнечного затмения с Возрождением Финиста — Ясного Сокола: ведь под маской этой птицы скрывался сам бог могущественного солнца Ра. Можно предположить, что персонифицируемое соколом число является следующее за 27: «драконический» месяц равен 27,21 суток. Вполне могло быть, что сокол символизировал лишь первую, малую часть 28 го числа. Впрочем, этот период есть время возвращения луны к одному и тому же узлу, наблюдать который невозможно: о его местонахождении можно судить лишь по наступлению солнечных затмений, которое зависит от взаимного положения Солнца, Луны и собственно лунного узла. Период между солнечными затмениями — величина переменная, может различаться более чем на сутки. Т. е. десятые и сотые доли получаются лишь при усреднении периодов между солнечными затмениями в продолжение одного сароса. И число около 27 вполне может характеризовать это значение.

Вот русская загадка (из сборника Д. Садовникова [217]):

Выходили двенадцать молодцов,
Выносили пятьдесят два сокола,
Выпускали на триста шестьдесят пять лебедей
Отгадка: «год». Пятьдесят два — число недель в году. Но не только недель, но и воскресений — дней, посвященных солнцу.

Если разные соколы связаны с разными днями недели, то не исключено, что сокол связан с числом, символизирующим сутки. Надо сказать, что фольклорная база у такой версии слаба,

Чеглок (или чеглик) — мелкий длиннокрылый сокол — в соответствии с древнерусскими сказаниями о птицах (см. О.В. Белову и Х.М. Лопарева), произнес слова. «Чего нам, братие, много говорити? лутче на одни положити. надобно тужить, как бы жена нажить» («Что нам, братья, много говорить? Лучше на одно положить: надобно тужить, как бы жену нажить»), В другом старинном источнике (словарь Беловой) чеглик говорил о смысле написания евангелий: чтобы «крестьянский род» по закону ходил и праздники чтил. Сокол-чеглок, чье латинское название «Falco subbuteo», судя по названию, имел отношение к субботе и, значит, почитаемому в субботу Сатурну-Крону.

Пустельга — небольшая хищная птица семейства соколиных, питающаяся мелкими грызунами и птицами, ящерицами и насекомыми. Яйца высиживает обычно в течение 28 суток, что близко по продолжительности к аномалистическому (27,55 суток) и драконическому (27,21 суток) месяцу Эта птица — единственный сокол с названием женского рода, могла быть связанной с Венерой-Афродитой, а день почитания этой богини приходился на пятницу. Неизвестный автор вложил в уста пустельги (постулги) (см. О.В. Белову и Х.М. Лопарева) слова: «Чи много нам у пекле мучитися и буты?» («Разве много нам в пекле мучиться и быть?»)

Кобчик или, как его называли, «кобець», мелкий острокрылый сокол, в соответствии с древнерусскими сказаниями о птицах (см. О.В. Белову и Х.М. Лопарева), будто бы говорил: «А я у вас стану в гонцах гонять». Эти слова прекрасно сочетаются с той профессией, которая дана в стихотворном коде И. Фепонова. Отметим, что божественным гонцом считался в древности Меркурий-Гермес, а днем этого бога была среда. Название птицы, вероятно, лингвистически связано со старинным русским словом «кобь» — «судьба». По О. Беловой, у этого сокола была еще такая реплика: «Кобец молвит: «Я вам буду ловец, добрый продавец/). Небесным кобчиком в египетских мифах назывался Гор Великий. Солнце же представлялось оком этого небесного кобчика «с широкой грудью».

Если сопоставлять соколов с планетами и светилами, то с Солнцем мог быть сопоставим лишь кречет, который имеет светлую, почти белую, форму. Солнечным днем считалось в старину воскресенье. Это проясняет фразу кречета (см. О.В. Белову и Х.М. Лопарева): «Я князь над князьями». Впрочем, такое высказывание могло быть справедливо и в случае связи его с главой богов Юпитером. В другом источнике (см. О.В. Белову) приведены слова якобы кречета: «А я у вас дворецкий». В этих словах отражается его более скромная руководящая роль среди птиц.

В средневековой Европе существовала определенная иерархия соколов, т. е. были запреты на использование тех или иных из них. Так, охотиться с помощью кречетов имел право лишь король. И другие охотничьи соколы должны были соответствовать рангу охотника. «Балобан» несколько мельче кречета и имеет окраску с рыжевато-желтым оттенком. Название птицы содержит «бан»: так называли в некоторых восточно-европейских странах, например в Венгрии и Хорватии, королевского наместника в той или иной части королевства. В переводе с общесемитского языка «Балу» дословно означало «хозяин», «владыка». «Бал», «Бел», «Балу», «Баал», «Ваал» — бог-громовержец, что сближает его с Зевсом, Юпитером, Перуном. Собственно говоря, в античные времена бога Балу и отождествляли с Юпитером, изображаемым с хищной птицей, похожей на орла или сокола. Мраморное изображение, к сожалению, не имеет выделенных цветов и не позволяет по оперению птицы сделать уверенный вывод о ее виде. Следует отметить, что не всегда Балу сопоставляли с Юпитером, в Древнем Египте какое-то время его сравнивали с богом Сетом, и само слово «хозяин» говорит о главе пантеона богов, а таким в античной мифологии был и Уран, и Сатурн, и лишь позже Юпитер. Но сопоставление «хозяина» с Юпитером, на наш взгляд, наиболее вероятно. Название сокола указывает на хозяина наместников. А следовательно, сокол балобан мог быть связан именно с ним, Зевсом, Юпитером, Перуном. Отметим, что князь Баал, Баал-Зебул (специалисты отсюда ведут происхождение библейского Вельзевула) именовался богатырем, скачущим на облаке героем, что указывает на близость корней русского былинного богатырского цикла.

Есть неподалеку от Вологды город Сокол. Он находится на севе ре от города Суздаль. Само русское название птицы можно прочитать как состоящее из двух слов «со кол», а кол это север. Сокол, скорее всего, персонифицировал часть 28-го числа, его начало, а может быть, одновременно и конец предыдущего 27-го числа. Из-за малости оставшегося 27-го числа могло сложиться представление, в котором соколу предшествовал ребенок.

Королек и крапивник — птичьи короли

О корольке и крапивнике ничего не говорится в известных текстах птичьих шифров. Однако анализ индоевропейского фольклорного наследия позволяет говорить об особом месте этих птиц в сакральных представлениях древних.

А.В. Гура, один из авторов славянского этно-лингвистического словаря, назвал маленькую птичку королька выполняющей связующую роль между небесами и подземным миром, между птицами и гадами. Тот же автор отметил как сходство славянских названий птиц с малыми размерами королька и крапивника, так и их функциональную роль фальшивого царя птиц [241]. Эти птицы сравнивались в фольклоре и с бобовым зерном, и с бычьим оком.

Птица королек во французской сказке однажды встретилась с мышью и крепко с нею поссорилась. Через неделю они назначили встречу на горе Бре, где и состоялся великий бой между всеми птицами и всеми зверьми. Королевский сын наблюдал этот бой и своей стрелой поранил орла. Из-за этого звери победили пернатых, а принц целых девять месяцев лечил орла, кормил его зайцами и куропатками.

Сказочный сюжет с мышью и корольком обусловлен сравнением размеров королька и мыши. Желтоголовый королек не только является самой маленькой птичкой России, но и самой маленькой птичкой Европы да и всего Восточного полушария. Королек имеет на голове яркую шапочку, которая, судя по названию птицы, сильно напоминает корону. Собственно говоря, различают красноголового королька, у которого корона красного цвета, и желтоголового, имеющего «золотую» корону на голове. Королек и крапивник — мельчайшие птицы отряда воробьиных. Оперение тела у крапивника — серовато-бурое, а у корольков — серовато-зеленое, темя же у самцов оранжевое, а у самок — желтое, с черными полосами по бокам [25]. Эта цветовая выделенность темени корольков могла также указывать на логическую параллель объекта шифра пернатых со временем, близким к солнечным затмениям.

Сказка может служить также намеком на то, что даже самые малые птицы и животные могут привести к глобальной войне. Это, безусловно, особенно актуально в нашу ядерную эпоху. Не исключено, что участие в сказочном фольклоре королька в сравнении с мышью может быть и за счет сравнения шифровального смысла этой птицы и животного, мыши. А сказочные игры в кошки мышки и другой фольклорный материал дают немало пищи для предположений шифровального смысла этого маленького животного.

Впрочем, в одной из украинских сказок говорится, что в незапамятные времена царем был жаворонок, а мышка — царицей. И было у них поле, на котором они посеяли пшеницу, а при дележе урожая они последнее зернышко не могли поделить. Из-за этого-то и возникла большая война между птицами и зверьми. Мошкара, которая была на стороне зверей, подгрызла перышки птицам, и те потерпели поражение. Как и во французской сказке, выжил только раненный охотником орел: три года за ним ухаживал охотник и скормил ему двух коров и быка — все, что у него было из домашнего скота.

Есть литовская сказка про королька, которого не захотела покачать купырь-трава. Королек просил козу пощипать эту траву, а когда та не захотела это сделать, то обратился к волку, чтобы тот поймал козу. Когда волк отказался, то обратился к охотнику, чтобы тот застрелил волка.

И так далее до тех пор, пока курица не исполнила просьбу королька. Курица кинулась клевать червяка. Цепь событий перевернулась, и охотник пошел стрелять волка, волк — ловить козу, коза — щипать купырь-траву.

С окончанием святок, в соответствии с английским народным поверьем, Бран (или Сатурн) прятался в плюще в обличим королька [68].

Как мы видим, птица королек участвует в творчестве многих народов и каким-то образом связана с шифрами. Намек на связь королька с Сатурном, может быть, прояснит место этой птицы в шифрах. Но, скорее всего, это место могут определить сроки святок. Когда были святки на Британских островах, следует уточнить, а по православному календарю святки как дни воспоминаний о Рождестве и Крещении продолжались с 7 по 19 января.

Ирландский миф так описывал выборы короля птиц. Им должна была стать та птица, которая взлетит выше всех остальных. Когда все птицы уже устали и упали, то в воздухе остался только орел. Он взлетал все выше и выше и наконец обессилел и он. В это! момент со спины орла взлетела маленькая птичка крапивник и поднялась на один фут выше орла. Так крапивник стал королем птиц, хотя не умел высоко летать. Есть славянские источники, в которых называются разные крупные птицы, которые служили стартовой площадкой для крапивника, — орел, журавль или аист [241]. Этим объясняются такие иносказательные названия крапивника, как украинские «кралик», «царик», «пташачий краль», польское «ptasi krol».

Сюжет нечестного взлета королька выше других птиц имел продолжение у украинцев и лужичан. Рассерженные птицы решили выбрать царем ту птицу, которая спустится глубже всех в землю. И вновь победителем стал королек (или крапивник). Благодаря малым размерам он смог влезть в мышиную нору. Благодаря этому крапивник получил такие наименование, как «мишка», «миший краль», «мишова птаха», польские — «туsi krol» и «mysikrolik» [241].

Мотив обмана присутствует в многочисленных украинских прозвищах крапивника: «облуда, дурисв!т, дурихлопчик, дурибаба, дурич, дурильце и других. Многие славянские источники указывают, что после разоблачения обмана королек или крапивник спрятался под забором. И поэтому его зовут «подзаборным королем», «подзаборником». Последние названия могут указывать на близость числовых значений указанных птиц к некой границе, «забору».

Гарагулец, некая хищная птица, в соответствии с древнерусскими сказаниями о птицах (см. О.В. Белову и Х.М. Лопарева), будто бы говорил [21]: «Все птахи меня боятся, а крапивяпки (т. е. крапивники) по крапиве ховаются (т. е. прячутся)». Упоминание в сакральном тексте крапивника позволяет предположить использование этой птицы в шифрах.

Латинское название крапивника «Troglodytes troglodytes» заставляет вспомнить о мифических троглодитах — людях, живущих в пещерах и поедающих змей. Если учесть, что змея могла быть аллегорией затмения, то крапивник мог занимать место в числовых шифрах птиц поблизости от чисел, чье символическое значение было эквивалентно затмению.

Следует отметить, что, по всей видимости, существовали системы календарного счета, отголоски которой можно наблюдать в астрологии. По такой системе сутки, начинающиеся после затмения, а также сутки, заканчивающиеся затмением, могут длиться очень короткое время. Это может символически отражаться указанием младенческого возраста, как, например, у дрозда (а быть может, это младенчество отражено и в уменьшительном названии «королек»), или малыми размерами персонажей, в частности крапивника и королька.

Птица янчук (янчик, янчучок) будто бы говорила в соответствии с древнерусскими сказаниями о птицах [21] такие слова: «Мы птахи малие, а от вас бы себя оборонили» («Мы птицы малые, а от вас бы себя обороняли»). В Полесье янчиком называли малых птиц: крапивника и трясогузку [180]. Исследователи терминологически сближают с крапивником еще одну мелкую птицу — ястребиную славку [241]. Отметим «ян» в этом обобщенном названии мелких птиц. Имя «Ян» у западных славян эквивалентно имени «Иван» у восточных славян. Оно может свидетельствовать о том, почему сказочный персонаж, владелец этого имени, переживал затмение и часто в сказках даже нарекался царем.

Представляется предпочтительным, что крапивник (а может быть, и королек, и трясогузка, и ястребиная славка) символизировал число 28. Тот же сказочный факт, что эти птицы наиболее близки к орлу, заставляет предположить вероятность персонизации крапивником, а может быть, и другими названными птицами, числа 29. Отметим, что крапивника иногда называют орешком, и поэтому он может соответствовать орешнику и ореху в шифрах деревьев и плодов. Тем не менее можно относительно уверенно говорить об участии рассматриваемых птиц лишь в некоторых вариантах древнерусских шифров. Если принять во внимание то, что сокол мог символизировать начальную часть 28-го числа, то самые маленькие птицы — наиболее вероятные кандидаты на персонификацию оставшейся части 28-го числа.

Орел — символ луны

Орел представлялся в древности неким олицетворением силы, власти и красоты Считается, что он живет дольше других птиц и обладает свойством омоложения. Для этого он в старости летит на самый край света и, искупавшись там в реке Иордан, в живой воде, омолаживается.

Крылатое божество с головой орла.

Рельеф из дворца Ашшурнасирпала II в Нимруде.

883–859 годы до н. э.


Орел принес на Олимп по приказу Зевса пастуха Ганимеда, который стал виночерпием богов. Амброзия — напиток, очевидно, связанный с медом, который является составной частью имени «Ганимед».

Вообще, орел считался священной птицей главы Олимпа и его слугой. Сам Зевс, принеся красавицу Европу в облике быка на остров Крит, овладел ею именно в облике орла.

Связка бык — орел встречается и в другом античном мифе. Там орел сел на воловью упряжку Гордия, и сбылось предсказание оракула — на род выбрал его царем. Впрочем, человечеству Гордий более известен своим умением завязывать узлы. Легенда утверждает, что Александр Македонский, не сумев развязать таковой, разрубил его и тем самым также выполнил прорицание оракула, обрел власть над Азией.

Герой ирландской сказки «Дурное место» забрел ночью в болото, откуда уже не чаял выбраться. Вдруг луна потемнела, и к нему слетел орел. Он оказался не только говорящим, но и знающим имя сказочного героя. Чтобы выбраться с острова, человек принял приглашение орла сесть ему на спину. Однако вместо дома был занесен на самую луну. И падать бы ему оттуда, да спас его гусак,

В виде устремленного ввысь орла изображается Психея (или психе) — древнегреческое олицетворение души, которая идентифицировалась в древние времена с дыханием. Луну астрологи издавна связывали с душой. И при уподоблении орла месяцу становится понятным значение этой птицы как символа обновления души.

С подобной точки зрения, к орлу подходит Евангелие (от Иоанна), где орел предстает как символ Духа Господня.

В грузинской сказке птенец орла с перебитым крылом сидел на трех дубах и попросил охотника не убивать его, а полечить. Через две недели лечения орел выхватил из земли дуб с корнем, закинул его за три горы и сказал, что еще не вылечился. Спустя еще две недели он выхватил из земли дуб с корнем, закинул его за девять гор и опять сказал, что еще не вылечился. А еще через две недели выхватил из земли дуб с корнем и закинул его так далеко, что не найти. Орел вылечился. Судя по грузинской сказке, он мог иметь отношение к явлениям, которые в творчестве многих народов мира символизировались трех- и девятиголовыми драконами.

Велика особая роль орла, если судить и по скандинавским мифам. На самой вершине мирового дерева, а таковым в скандинавских мифах является ясень Иггдрасиль, сидит мудрый орел, между глазами у него помещается полинявший от непогоды ястреб. У этого дерева, под кроной которого находится весь мир, помещается святилище самих богов. Орел же имел любимое занятие — слагал песни о созидании и разрушении. Бог Один тремя глотками осушил сосуды, в которых находился мед поэзии великана Гуттунга. Последний превратился в орла, чтобы догнать обидчика. Преследуемый Один отрыгнул часть меда, которая упала на землю. Но поскольку это был лишь осадок меда, то люди, вкусившие его, становясь поэтами, уступали в этом искусстве богам.

Почитаемый у западных славян «бог богов» Свентовит, чье имя, как полагают, переводится как «святой» или «священный», представлялся идолом с четырьмя головами, обращенными на четыре стороны. В качестве атрибутов Свентовита называют меч, знамя и боевые значки с изображением орла.

Орел. Рисунок созвездия

(Ян Гевелий «Uranogrqfia», 1690)


У южных и западных славян бытовало понятие о так называемых «Планетниках», которые могли принимать облик орла, змея и дракона под названием Гала. Гала (Хала) — огромный змей южнославянских сказок — оказывался способным превращаться в орла, а по шумерской мифологии это злобные демоны подземного мира. Вероятно, Планетники связаны с движением планет — отсюда и название. А их отношение к другим природным явлениям вторично. Хотя пока остается общепринятым иное мнение: Планетниками называются существа, пребывающие в дождевых и грозовых тучах, управляющие их движением, дождями, ветрами и вообще погодой.

Шел Ивашко Запечник из русской сказки про три царства по подземному миру, а как из него выйти — не знает. Видит: сидит на пне старик — «сам с четверть, а борода с локоть». Спросил у него, как выйти на Русь. Тот ответил, чтобы шел он дальше до избушки; там «лежит длинный мужчина из угла в угол», у него надо спросить. Пришел Ивашко к избушке, зашел в нее и сказал: «Сильный Идолище! Не губи меня: скажи, как на Русь попасть?» Ответил мужик, что надо пойти за тридцать озер, где в избушке на куриной ножке живет «яга-баба»; у нее есть птица, которая куда надо и вынесет. За семью дверьми оказался этот орел, которого Ивашко всю дорогу на Русь кормил говядиной, а потом своим мясом, но потом это ивашкино мясо орел выхаркнул, и оно приросло к телу вернувшегося на Русь героя.

Некоторые источники говорят об орле как о царе всех птиц. В словаре О.В. Беловой приведены строки старинного русского документа: «Орел: птах который на пятсотное лето обновяется жегом солнцем. И погораа в источнице водне, паки юн бывает» («Орел: птица, которая на пятисотое лето обновляется обжигом солнца и, погоря в источнике водном, снова юн бывает»). Любопытно, что былинные богатыри, по всей видимости, связанные с Месяцем, упоминают число 500 (например, купил кобылу за 500 рублей).

В одной из редакций памятника древнерусской литературы, известном как «Византийский “Физиолог”», сказано: «Орел живет лет сто. И растет кончик клюва его. И ослепнут глаза его, так что он не видит и не может охотиться. Тогда он взлетает в высоту, бросается на утес, и отломится кончик клюва его; и искупается в золотом озере. И потом садится на солнцепек. Когда же он согреется, с него сходит чешуя, и он опять становится птенцом. Так и ты, человек, если много нагрешишь, возвысся, то есть обратись к вере, и оплакивай проявление греха, и умойся слезами своими. Отогрейся в церкви и сбрось с себя грехи». Есть такая русская загадка:

Летели триста гусей,
Да пятьдесят лебедей,
Да двенадцать орлов,
Да четыре вороны.
Она имеет отгадку «год», откуда следует идентичность орла календарному 30-суточному месяцу.

В наиболее авторитетном варианте сказителя Фепонова говорится:

Орёл-от на мори налетник;
Единожды в год и прилетаё,
А велику себи дань и собираё, —
По три головы да по четыре,
Иногда по целому десятку.
Из отрывка следует, что орел воплощает собой особое число, которое не всегда является календарным месяцем: месяц в сказочно-былинном жанре — величина весьма относительная. В то же время обилие мифов, сказок, заговоров и легенд с участием в них орла весьма велико, и можно предположить, что все же речь идет о числе весьма и весьма распространенном при описании астрономических событий. В таком случае эта высоколетающая птица могла олицетворять Месяц.

Как рассказывается в древнееврейском мифе [139], Бог даровал власть царю Соломону над дикими зверьми и над птицами. И послал тогда царь царей маленькую искрящуюся серебром, с золотым ожерельем на шее, птичку на вершину высочайшей горы за величайшим громадным белым орлом. Трепеща, прилетел к Соломону белый орел, и царь царей совершил на нем путешествие. И повелел потом этой белой птице каждый месяц являться к нему.


Богиня Геба ласкает орла Юпитера.

С античной камеи


Белый орел, вероятно, мог символизировать полную луну. Он считался врагом змей, и полагали, что эта птица питается змеями, о чем говорил еще Аристотель. Если предположить, что время змей — это время новолуния и затмений, то получается, что время орла наступает после гибели змей, после новолуния. Это вписывается в предложенную выше концепцию. В рассказах о жизни орлов есть мифические эпизоды, в которых, например, говорилось, что эти птицы учат своих питомцев смотреть на сияющее солнце и не выдержавших это испытание бросают. Луна светит отраженным от Солнца светом, и это обстоятельство, по-видимому, понимали некоторые люди еще в древности.

Как уже отмечалось, в Древней Греции орел был атрибутом бога Зевса, а в Древнем Риме — Юпитера. Например, в хранящейся в Эрмитаже мраморной скульптуре главы богов, относящейся к I в. н. э., именно орел расположен у ног небожителя.

Возможно существование в древности еще какой-то параллели, связывающей этот божественный образ с луной. Например, магия числа 12. В современной астрологии широко применяются методы так называемых дирекций — первичных, вторичных (прогрессий) и третичных. Они используют пропорциональные временные подобия года суткам и месяцу, и, вероятно, ведут свое начало из древности. Планета Юпитер, имеющая период обращения вокруг Солнца (и Земли) около 12 лет, могла быть в некотором смысле уподоблена Луне с ее 12-месячным годом.

В одном из заговоров приписывалась орлу, олицетворению Месяца, способность метать молнию: «Летел орел из Хвалынского моря…кинул Громову стрелу во сыру землю». Циклопы (киклопы), одноглазые великаны, выковали молнию для Зевса, поразившую Асклепия, сына бога Аполлона, который затем перебил всех циклопов. Возникает вопрос об истинном смысле грозного оружия Громовержца. То, что под словом «молния» и его эквивалентами «маланья», «перун» и другими, скрывается нечто иное, кажется достаточно ясным. Так как Аполлон, по всей видимости, являлся выразителем закона, по которому свершались затмения, то под испепеляющим огнем могли быть спрятаны солнечные затмения.

В русской сказке «оборотила Василиса Премудрая коней озером, Ивана-царевича селезнем, а сама сделалась уточкой. Прискакал царь морской к озеру, тотчас догадался, кто таковы утка и селезень; ударился о сыру землю и обернулся орлом. Хочет орел убить их до смерти, да не тут-то было: что не разлетится сверху… вот-вот ударит селезня, а селезень в воду нырнет; вот-вот ударит утку, а утка в воду нырнет!» Как мы видим, в этой сказке почти полный комплект пернатых, связанных с луной.

Загадка «Летит орлица по синему небу, крылья распластала, солнышко достала», как считают, имеет отгадку «туча». Но лишь раскрывая шифры, понимаем, что если в древних астральных кодах орлица обозначала луну, то люди правильно представляли механизм солнечных затмений.

Орел в русской традиции — змееборец, несущий добро и свет, символ царской государственности и мощи.

Герб Российской Империи


Двуглавый орел, красующийся на гербе России с 1472 г., со времен женитьбы Ивана III на племяннице последнего византийского императора Константина XI Софье Палеолог, имеет очень древнюю историю, уходящую корнями в астральную религию.

Хетты, народ ушедший в небытие задолго до рождения христианства, во втором тысячелетии до н. э., считали двуглавого орла символом Небесного Владыки. Не исключено, что в религии, в которой высочайшими почитались знания о затмениях, двуглавость была иносказательным указанием на небесную пару, которая в индийской мифологии иногда представлялась как пара орлов и которую чаще обозначали как Голова и Хвост Дракона.

Две орлиные головки на тонких шейках очень напоминают двух змей. Двуглавый орел как символ, быть может, потому получил популярность, что являлся синтезом двух символов: орла и змей. Если первый олицетворял луну, месяц, то вторые, вероятно, являлись персонификацией двух небесных дорог, лунной и солнечной, а следовательно, указывали на затмения. Таким образом, двуглавый орел был символом лунных затмений, заимствованный в Византии и в какой-то мере противоречивший древнейшему, дохристианскому, солнечному принципу страны под названием Святая Русь.

Есть две русские в чем-то похожие друг на друга сказки. Только в одной из них на трех девицах женятся Солнце, Месяц и Ворон Воронович, в другой Сокол, Орел и Ворон. Из чего, на наш взгляд, можно сделать вывод об эквивалентности Солнца и Сокола, Месяца и Орла.

Орел-могильник частенько сидит на курганах и высматривает оттуда добычу. Молодые самцы имеют охристо-рыжий цвет с продольными пестринами снизу. Взрослые птицы темно-бурого цвета. У некоторых азиатских народов орел-могильник называется «каракуш», что означает «черная птица». Но темнота у них не абсолютная: затылок обычно имеет

желтый, золотистый, цвет. Возможно, поэтому ее название на латыни — «Aquila heliaca», что означает «солнечный орел».

Двухголовая птица Себетту.

Месопотамская печать. II тысячелетие до н. э.


Среди двух десятков птиц, которых, в соответствии с канонической библейской книгой «Левит», Богом запрещалось употреблять в пищу, упоминались орел, гриф, сип и морской орел. Можно предположить, что в числовых шифрах эти хищники были разделены.

В калмыцкой сказке с берегов Волги [163] рассказывается про сову, которая своим мудрым ответом царю не позволила просверлить себе дырки в клюве, и поэтому у нее нет ноздрей. А «царем птиц был орел, а орлица царицей».

Такие же определения можно найти в прибаутке из собрания Л.Н. Афанасьева: «На море орел царем, на море орлица царица». Не исключено, что название царственных птиц в некоторых вариантах было трансформировано. В наиболее авторитетных кодах указаны непонятные колпь и колпица. Вполне допустимо предположить, что они заменены на вполне реальных птиц. Орел не без причины считается царем птиц, он был в каких-то вариантах шифров эквивалентом царю.

Стряпчий Рябчик

Человеческая память обычно сохраняет начало и в меньшей степени, конец длинного сочинения, а также в какой-то степени начальную часть середины. Исключения из этого мнемонического правила составляют фрагменты, имеющие особый смысл, вызывающий какие-то ассоциации, и часто применяющиеся для каких-либо иных целей. Из четырех птиц рассматриваемого фрагмента стихотворения мы имеем сразу три упоминания рябчика в изложении наиболее авторитетных сказителей: И. Фепонова — «Рябчик-от на мори стряпчей», А. Максимова — «Рябчик-от на мори стряпчик», сказительницы А.В. Георгиевской — «На мори рябчик стряпчой». Такая хорошая сохранность строчки шифра в памяти людей может служить косвенным свидетельством особого места этой птицы в числовом коде.

Рябчик — птица семейства тетеревиных, обычно имеющая рыжевато-серое с пестрянками оперение. Возможно, это название возникло от поперечной ряби, хотя некоторые куропатки также имеют множество поперечных полос. Рябчик довольно красив. Во всем его оперении есть какая-то тонкая поперечная рыжевато-серая неповторимая пестрота, а на голове имеется хохолок, который в некоторые моменты поднимается как корона. У самцов резко выделяется черное пятно на горле. Черная же полоса на конце хвоста могла пониматься как итоговая черта, некий символ завершения. Рябчик не летает на большие расстояния, а в момент взлета издает резкий шум.

Рябчик назывался также рябец, и, как считают, рабец, ряб, раб, ярабок. Птица рабец, в соответствии с одним из древнерусских сказаний о птицах (см. О.В. Белову и Х.М. Лопарева), будто бы говорила: «Я птаха не великая, только огровне (громко?) летаю, за то себе проклятие имею от тех птах малых». Кроме того, в другом древнерусском сказании о птицах (также см. О.В. Белову и Х.М. Лопарева) птица раб будто бы подавала такую реплику: «Рад бы иной человек и добро делать, да поучить его некому, а сам не догадается». Еще в одном древнерусском сказании о птицах (см. О.В. Белову и А. Багрия) будто бы рапчик (рябчик) говорил: «…мне убитым быть, худой век и горкой живот».

Сочетание рябчика и стряпчего в русском коде порождено, по-видимому, их созвучием, некоторой игрой слов. Стряпчий — государственный чиновник, в конце XVIII в. был помощником прокурора по уголовным делам, занимался правовой защитой казенных интересов. Но до Петра Великого этот царский чиновник находился при хлебном, конюшенном и других дворах, где в основную функцию стряпчего входили запись, хранение и учет царского имущества. Были, вероятно, такие люди у князей и в те времена, когда еще не было царей.

В Ростовском, а затем Ростово-Суздальском княжестве столицей княжества был город Ростов Великий. Там было место стряпчему. Относительно Суздаля Ростов был расположен не только в 8-м знаке зодиака, знаке Голубки, но и в 24-м декане. 24-й декан соответствовал последнему декану осени, подводил итоги сбора урожая.

Старинные источники говорили о существовании некой птицы «Рябь». В.И. Даль, хотя и соотносил эту птицу с куропаткой, предполагал, ставя, правда, при этом знак вопроса, что рябь и рябчик могли быть одной и той же птицей. Птица Рябь служила символом, обозначала человека, ненасытного в приобретении богатства. Бытовало народное поверье, что эта птица крадет яйца из чужих гнезд, кладет их в свое гнездо и высиживает их. Изображение же этой мифической птицы было бы похоже на голубя, если бы не были подчеркнуты когти на лапах [21]. Если рябчик и рябь — одна птица, то рябчик — стряпчий, собирая подати, многое мог положить и в свое гнездо. Таков смысл вполне возможен в народных представлениях о стряпчем.

В древнеегипетской мифологии функции записи выполнял бог мудрости, счета и письма, «владыка времени» Тот. Он записывал дни рождения и смерти людей, был летописцем. Ему посвящались пять добавочных дней в году, состоявшего из 12 месяцев по 30 дней и 5 добавочных дней. Его называли серебряным диском и иногда отождествляли с луной. Однако Тот изображался в виде человека с головой ибиса. Возможно, ибис и рябчик могли символизировать разные ипостаси бога мудрости. Л может быть, и не совсем разные. Вообще-то у бога Тота было две птицы. Т ак, один из папирусов запечатлел мифологический рассказ про бога Ра и истребление человечества: «И его величество бог (Ра — Б.Б.) сказал Тоту: «…я даю тебе право слать хаб…вследствие чего появится Ибис (хаби) птица Тота. Кроме того, я даю тебе [право] поднимать твою руку пред двумя Сонмами богов, которые величественнее тебя, и то, как поступишь ты, будет справед ливее, чем [деянье] богаХен; вследствие этого появится божественная птица Тота текни». Мы не знаем, что за птица — текни, но не исключено, что в некоторых древних русских шифрах эта птица могла быть эквивалентна рябчику.

Бог Гермес (Тот — Меркурий), по-видимому, являлся в какой-то мере аналогом мифического двуликого Януса. Януса изображали с двумя лицами, смотрящими в противоположные стороны, с ключами от дверей и с 365 пальцами — по числу дней в году. Впрочем, по римскому мифу число дней в году было только начертано на ногах бога времени Януса, который вел счет дням, месяцам и годам. На правой ноге бога было написано ССС (число 300), на левой ноге — LXV (число 65). У бога Януса в руках был ключ, которым тот открывал и закрывал небесные ворота, а смотрящие в противоположные стороны два лица Януса были устремлены в прошлое и в будущее.

Римский миф рассказал, что прежде Юпитера божеством неба и солнечного света был Янус, который открывал небесные врата, выпускал на небосвод солнце, а после захода солнца запирал их на ночь. Указывалось, что Янус царствовал на земле еще до Сатурна, и именно ему люди обязаны знанием ремесел и земледелия, кораблестроением и умением считать время. Функция счета дней в году в какой-то мере подтверждает правильность выбранной аналогии, того, что стряпчий рябчик мог подводить итоги осени, после которой наступала ночь — зима Двуликий Янус римской мифологии — бог входов и выходов, дверей, всякого начала, но не всякого конца. Януса почитали как бога первого месяца года и бога первого дня каждого месяца. У римлян Янус назывался царем Лация, который научил людей возделывать почву, выращивать овощи, строить корабли и разделил власть с прибывшим вею царство богом Сатурном. Мифы разных народов говорят о двуликом боге, называя его разными именами, но иногда богом богов и создателем мира.

Все это очень серьезно напоминает мифы о Гермесе, и можно предположить, что в основе зарождения мифов о боге Янусе стоит иносказательность мифов о боге Гермесе, который мог быть его прообразом. Недаром Янус считался в римских мифах покровителем путников и дорог. Бога Диониса также называли «дитем двойных дверей», и не исключена его идентичность Янусу и Гермесу, хотя более вероятно, что Дионис символизировал открывшееся «дверьми» число.

Птица рябчик — по-французски «gelinotte» — по своему написанию может быть связана с греческим «gelios» — солнце и латинским «nota» — знак. Можно ли понимать рябчика как некий «знак солнца», доподлинно, конечно, мы не знаем. Но если такой смысл имеет место, то обозначаемое рябчиком в шифрах число должно быть числом солнца. 24-й декан, завершающее осень, вполне мог быть таким солнечным знаком.

В русской сказке из Белозерского края, рассказанной сказителем Г.Е. Медведевым, охотник стрелял два раза в сидящего “на стожье”, “на коле” рябчика, но тот продолжал сидеть, а охотник увидел держащего ружейный ствол руку черта. Зарядив медной пуговицей ружье, с третьего выстрела охотник убил рябчика, прострелив при этом руку черта.

Чтобы найти место рябчика в шифрах, следует ответить на вопрос о месте руки черта на небосводе. Как мы уже отмечали, с чертом связан символизируемый куликом 11-ый знак зодиака при отсчете от знака царя птиц — Колпи. 11-ый знак зодиака, при отсчете от знака царя животных — Льва, соответствует знаку Близнецов.

Мифологи связывают знак Близнецов с братьями Диоскурами. Античный миф о Диоскурах говорит, что братья-близнецы и сестры-близницы, сыновья и дочери прекрасной Леды, имели разных отцов: Кастор и Клитемнестра были детьми ее супруга, спартанского царя Тиндарея, а Полидевк и Елена были зачаты самим Зевсом. Самая искренняя любовь связывала братьев Диоскуров. А они считались в Греции героями. Кастор смирял самых неукротимых коней и ему не было равных в искусстве управления колесницей. Никто не мог сравниться с Полидевком в кулачном бою. Были у них двоюродные братья Афаретиды, по имени Идас и Линкей. Эти братья также были между собой близнецами. Мифы говорят, что на самом деле Идас был сыном бога Поседона. Идас славился необыкновенной силой, а Линкей был знаменит удивительным зрением, он не только видел в темноте, но и обладал способностью видеть сквозь землю — мог найти зарытые сокровища. Идас из-за прекрасной Марпессы отважился биться с самим Аполлоном, но Зевс прекратил бой и дал право Марпессе самой выбрать себе мужа. Наслушавшись о непостоянстве Аполлона, та предпочла Идаса. Братья Диоскуры и братья Афаретиды совершили совместный, можно полагать разбойничий, набег и угнали из Аркадии стадо быков. Однако при дележе добычи у них возникла ссора. Обиженные дележом Диоскуры отправились в Мессению и похитили у братьев Афаретидов не только спорное стадо, но и принадлежащих лично им быков. А, кроме того, они похитили невест Идаса и Линкея. Конечно, братья Диоскуры знали, что Идас и Линкей попытаются им отомстить.

По одной версии мифа, они спрятались в дупло огромного дуба. Однако Линкей, даже находясь на вершине горы, Тайгета, их увидел. Идас, сбежав с горы, пронзил копьем дерево и находящегося в дупле Кастора. Выскочивший из дупла Полидевк поразил копьем Линкея, а Зевс, принявший сторону сына, поразил Перуном Идаса.

Диоскуры похищают дочерей Левкиппа.

Фрагмент росписи краснофигурной гидрии Мидия.

Около 410 г. до н. э., Лондон, Британский музей


Другая концовка есть в другой версии мифа. В соответствии с ней Кастор в бою убил Линкея, а Идас перестал сражаться и занялся погребением горячо любимого брата. Кастор же приблизился и нагло разрушил только что построенное Идасом надгробие, считая, что убитый недостоин его, о чем он и заявил Идасу. Тогда Идас обернулся и вонзил свой меч в живот Кастора, а Полидевк тут же отомстил за брата.

Были и другие версии финальной части мифа. Однако все сводится к тому, что из двух пар близнецов живым остался лишь бессмертный сын Зевса. Полидевк вознес молитву отцу с просьбой не дать ему пережить любимого брата.

Бессмертный Полидевк был Зевсом взят на небеса, но, так как Полидевк соглашался на бессмертие лишь вместе с братом, Зевс разрешил проводить им свои дни попеременно на небесах и в преисподней. Как образец братской любви, близнецы были помещены среди звезд в качестве созвездия.

Близнецы. Рисунок созвездия.

Из книги Д. Флемстида «Atlas Coelestis», 1791 г.


Изображение зодиакального знака Близнецы, привязанное к конкретным звездам, представлено на рисунке.

Если поделить изображение по деканам на три части, то Полидевк занимает последнюю ее треть, т. е. 33-й декан, в первой трети (или 31-м декане) расположена рука Кастора, а в середине знака (в 32-м декане) показан сам Кастор. Пусть читателя не смущает зеркальное расположение изображение на рисунке, легко видеть, что рука Кастора тянется в сторону рогов звездного тельца.

Именно на месте 30-го, 31-го и 32-го деканов находилась печь, в какой ее части находился огонь мы не знаем, но, скорее всего, посередине, в декане, обозначенном рукой Кастора. Именно там находилось, по всей видимости, то самое пекло, которое могло ассоциироваться с чистилищем. Те, которые часть времени проводили в преисподней, могли трактоваться как нечистые, как черти.

Не являлась ли рука черта из русской сказки рукой близнеца на изображении созвездия? В этом случае именно рябчик должен персонифицировать 31-й декан.».

Протаможник Травник

В кодовом стихотворении сказателя И. Фепонова указано:

А травник-от был протаможник.
Названо теперь балладой стихотворение-былина «Травник», в котором говорится:

От моря-то синего,
Из-за гор высокиих,
Из-за лесу, лесу темного
Вылетел молодой Травник.
Прилетал молодой Травник,
Молодой зуй болотинник,
А садился Травник на лужок,
А травку пощипывает…
Таким образом, травник и зуй — одна и та же птица. Зуй или, точнее, чуек — невысокий на ногах кулик с короткой шеей и прямым, не слишком длинным для кулика клювом. Вероятно то, что травник относится к куликам, и может объяснить, почему эта птица была упомянута сказителями не на своем месте, а после кулика.

Но неправда, что зуек связан с травой. Эти птицы гнездятся на песчаных и галечных пляжах рек, придерживаясь мест, где растительность разрежена или отсутствует. Питается в основном зуек насекомыми, ракообразными и моллюсками. Почему же зуек мог называться травником?

Травником звали в старину не только луг, но и человека, специалиста по травам, знахаря. С травой связывали весну. Слово «трава» образовывали названия весенних месяцев — апреля и мая — травань (у славянских предков современных хорватов), травень (на Руси в старину и на Украине)

По всей видимости, травник связан с числом 34, обозначает 34-й декан. Т. е. травник — название символическое, обозначает весну, 34-й декан и первую декаду весны. Следует отметить, что 34-й декан начинается непосредственно после 11-го знака зодиака, знака Кулика, и это, в некоторой степени также психологически поясняет, почему сказители могли поместить травника после кулика.

Впрочем, имеется и такая птица — травник. Это — среднего размера, чуть меньше голубя, кулик, причисляемый орнитологами к роду улиты семейства бекасовых отряда ржанковых. Это — обычная птица на травянистых болотах и сырых лугах средней и южной полосы России. Имеет серо-черную окраску с мелкими пестринами, белый хвост с темными полосками, с заметной белой чертой на крыльях. При ходьбе птица покачивает задней частью тела. «Вытлюк на море травник, сам ябедник…» — вариант сказителя Щеголенка. Сопоставление с вытлюком, хотя и в малоавторитетном варианте кодового стихотворения, заставляет рассмотреть упоминания разных сказителей об этой птице. «Витлюк ключник — язычник…» — вариант сказительницы Степаниды Неклюдовой. «Ветлюк — ключник — язычник…» — записано Рыбниковым со слов сказителя Федотова в 1863 году. Хотя такой птицы в наиболее авторитетных источниках нет, однако повторение ее названия в иных свидетельствах заставляет достаточно серьезно к нему отнестись. По фольклорным данным ветлюком могли называть в старину кулика. Одно из названий птицы пишется через «е» — ветлюк, а это делает возможной аналогию ее числовых значений и дерева. Ветла — народное название рода ивы. Не исключено, что птица ветлюк — то же, что и птица витюк, т. е. (в соответствии с О. Беловой) дикий голубь.

Отнесение травника к семейству бекасовых не меняет того, что травник может обозначать весну, 34-й декан и первую декаду весны.

Протаможием называли в стародавние времена особую пеню за тайный провоз товара без уплаты пошлины, за неявку в таможню. Можно предположить, что протаможником мог быть человек, который эту пеню собирал, либо тот, который эту пеню платил, т. е., говоря современным языком, контрабандист. Таким образом, иносказательно речь могла идти о человеке или олицетворяемом им явлениях, находящихся вблизи какой-то границы и пересекающих ее. Именно связь с весной породила название— протаможник, т. к. весна связана не только с концом года, но и с началом года следующего, весна проходит через границы.

Трапезник Терпук и «штуковатая» Малиновка

В кодовом стихотворении сказателя И. Фепонова указано:

А терпук-от был трапезник.
Трапезником звали в старину торговца. Однако, вероятно, слово «трапезник» не ограничивалось одним значением. Ведь под словом «трапеза» понимались не только обычный стол, не только яства, но и жертвенник, и церковный престол. При таком понимании слова «трапеза» слово «трапезник» могло обозначать человека, в обязанности которого входило принесение жертвы. Тогда трапезник мог рассматриваться основным участником одного из главных ритуалов астральной религии — жертвоприношения. Так как под иносказательностью птицы скрывалось не только числовое значение, но и параллель с тем или иным богом, то под трапезником мог пониматься и тот, кому эти жертвы предназначались. Следует отметить, что слово «трапезник» в своем значении человека, готовящего трапезу, мог быть кем-то очищающим закрома ради этого.

Если исходить из того, что вслед за птицей, персонифицирующей число 34, должна следовать птица, символизирующая число 35, то терпук должен соответствовать именно этому числу.

Мы не знаем, что за птица такая — терпук, как она называется на современном языке. По-видимому, название птицы происходит от «терпеть, терпение».

Для определения того, какая птица могла обозначать 35-й декан, имеет смысл посмотреть, какие населенные пункты имеются в этом декане с I центром в Суздале. В начале этого декана расположены Гоголи, во второй половине, ближе к середине, 35-го декана лежит Клестово, а в конце декана (на самой границе со следующим) — Снегирево. Следует иметь в виду, что даже небольшие перемещения населенных пунктов в течение длительного времени, находящихся в непосредственной близости от Суздаля, связанные с пожарами, прокладкой дорог и тому подобное, могли привести к изменению порядкового номера декана. Так, полагая, что Клестово и Снегирево находятся в 35-м декане, мы не можем уверенно отрицать их принадлежность к 36-му декану. Клесты и снегири, давшие названия указанным населенным пунктам, по меньшей мере самцы, выделяются яркими красными цветами оперения. Цвет некоторых клестов определяют даже как красно-малиновый. Очень похожи на клеста по расцветке и облику птицы чечевица и щур. Последняя птица кроме интересного названия наделена оперением, наиболее напоминающим цвет малины.

Птица малиновка — старинное название некоторого класса птиц, и не имеет строгого соответствия конкретной птице с современным названием. По определению малиновке должны соответствовать какие-то птицы, имеющие малиново-красное оперение.

Есть в Нижегородской области населенные пункты Малиновки п Малиновка. Если провести через них линию, то ее продолжение во Владимирской области пересечет город Суздаль. Это указывает на высокую вероятность того, что начала этим названиям дали языческие шифры. Угол наклона начертанной линии к направлению на восток составляет примерно 340 градусов. В астрологии существовало правило, по которому названия определяются началом. В данном случае угол 340 градусов показывает, что речь может идти о 35-м декане и персонификацией птицей малиновкой 35-го числа.

В прибаутке из собрания А.Н. Афанасьева говорится: «малиновки штуковаты». Слово «штуковаты» в данном контексте требует тщательного научного анализа. Буквосочетание «шт» в старину иногда заменялось буквой «щ», о чем упоминал И.И. Срезневский в своем замечательном словаре, а слово «щук» было равнозначно словам «стук», «шум». Солнечное затмение когда-то связывалось со звуками, о чем имеется немало, хотя и косвенных, свидетельств. Возможна тут игра слов «щук» и «щука» — названия рыбы, которая, как можно предположить, являлась символом солнечного затмения. Впрочем, подробнее о рыбьих шифрах мы будем говорить в соответствующем разделе.

Само упоминание птицы малиновки указывает на вероятность использования птицы в шифре пернатых, а ее участие в сказках подтверждает эту идею.

Решил подсмотреть молодой солдат, куда деваются каждую ночь красные девицы в русской сказке про Елену Премудрую. И увидел, что ударялись они о волшебный ковер и оборачивались голубками. И улетали. Ударился солдат о волшебный ковер, превратился в птицу-малиновку и полетел за голубками. Прилетели голубки на зеленый луг, а малиновка — под куст смородины. На золотой колеснице, запряженной шестью огненными змеями, прилетела сказочной красоты Елена Премудрая. Уселась Елена Премудрая на золотой трон и по очереди обучала голубок разным премудростям. Влюбился солдат в Елену. Но малиновку поймали, посадили в клетку. Елена Премудрая милостиво разрешила солдату спрятаться от нее. Иначе солдата ждала за его дерзость смерть. Но солдату помог нечистый дух, которого солдат некогда освободил из заточения. Нечистый в облике сизого орла отнес его в поднебесье, но и там был солдат обнаружен с помощью волшебной книги. Тогда нечистый превратил солдата в булавку, в облике мышки проник в покои к Елене Премудрой и воткнул булавку в волшебную книгу. Не нашла солдата Премудрая и вышла за него замуж.

Малиновка, по преданию, поддерживала огонь в очаге, вблизи новорожденного Христа, а ворон сообщил людям о его рождении.

Малиновкой часто называют малую певчую птицу зарянку, обитающую по берегам ручьев в сыром лесу, чаще всего в зарослях ольхи и орешника. Эту птицу ныне относят к семейству дроздовых. У взрослой зарянки бурая спинка, белое брюшко, рыжие зоб и грудь, Цвет птицы и ее название указывают на ее связь с зарей. И в Полесье малиновку называли зарянкой, лещиновкой, ольшанкой. Малиновке народная молва вложила следующие слова (Х.М. Лопарев): «Сажуса я на малиннике (Сажусь я в малиннике): люди меня не видят, а глас мой всем славен». Ивулшанка (исследовательница О. Белова предположила, что эта птица — на Украине вильшанка, а в иной Руси — зарянка, малиновка), в соответствии с древнерусскими сказаниями о птицах (см. О.В. Белову и Х.М. Лопарева), будто бы говорила: «Придется нам за них присягать, что они пивали и едали чужое добро».

У обских угров среди мифических птиц можно увидеть трясогузку. О том, что среди птиц, которых называли в старину на Руси малиновкой, была трясогузка, указывал авторитетный В.И. Даль. Белая трясогузка, называлась также плиской, пляской, плизкой, сосуддией, плишкой, плисточкой, пласточкой, при этом в Полесье называли также ситкой, причем белую трясогузку называли лыской, лысухой и лысычкой. Последние названия роднят трясогузку с водоплавающей птицей лысухой. Эта птица, в соответствии с древнерусскими сказаниями о птицах (см. Х.М. Лопарева) говорила сороке: «Пропасть тебе будет на том свете». Плисточка, в соответствии с древнерусскими сказаниями о птицах (см. А. Багрия), подавала такую реплику: «…я знаю, что тебе будет по твоим словам мука вечная, не поднимай высоко хвоста».

Учитывая, что в русской сказке в малиновку оборачивался мужчина, не исключено, что под малиновкой понималась птица с «мужским» именем. Такой птицей мог быть щур, которого относят к семейству вьюрковых отряда воробьеобразных. Птица щур размером со скворца, с толстым крючковатым клювом, самцы имеют малиновый цвет оперения на груди и спине, темно-бурые крылья и хвост, только брюшко серое, да на плечах у этих птиц белые полоски. За свой красивый наряд щура даже называют северным попугаем. Очень красив щур в своем малиновом оперении.

Иногда щуром в старину называли небольшую птичку вообще, в частности, по В.И. Далю, щурку, щура, стрижа, ласточек береговую и городскую. Существовало поверье (см. словарь О.В. Беловой): «Щюрове летая въспоють дъждь назнаменують» («Щуры летая запоют, дождь предвещают»). Или: «Егда щур начнет летати, то знаменует дождь» («Когда щур начнет летать, то предвещает дождь»). Интересно сопоставление щура с сошествием Святого Духа: «Щурове убо есть птицы, полетая, поют, дождь назнаменуют. Сице и человек, аще Христова ради имени с места на место гоним бывает, дождь назнаменуют, еже есть сошествие Святаго духа» («Щуры, стало быть, — птицы, летая поют, дождь предвещают. Также и человек, если Христова ради имени с места на место гоним бывает, дождь предвещает, каждый раз это есть сошествие Святого Духа»).

Недаром весна издревле считалась красной. 12-й знак зодиака, эквивалентный первому знаку весны, знак ласточки, по-видимому, одновременно был знаком малиновки, знаком «щюрове».

Кроме преобладающего малинового цвета оперения интересно и само название птицы: «щур» ныне встречается в качестве корня слова «пращур», имеющее значение «далекий предок, родоначальник». Историк XIX века С.М. Соловьев в «Истории России с древнейших времен» писал: «В значении рода божества-покровителя является щур, дед, прадед».

Так как русское слово «род» обозначает предков данной семьи, то отождествление птицы с предком может указывать на вероятность персонификации этой птицей Рода — бога, которого считают аналогом Сатурна, а следовательно, и Крона. В мифологиях ряда народов слово «Родитель» было одним из эпитетов бога планеты Сатурн. Бог Род как божество, воплощающее единство рода, по мнению ряда исследователей, известно только восточным славянам. Впрочем, некоторые исследователи приписывают богу Роду только семейный характер, подменяя его неким семейным божком типа домового. Слово «Род» переводится на латынь как «gens» или Гений. Гений же являлся аналогом греческого Демона. Гений считался в Риме прародителем рода, богом мужской силы и изображался юношей с рогом изобилия. Считалось, что у человека существует два Гения: один — добрый, а второй — злой. И что все Гении рождаются от змей. В Древнем Риме почитался бог — гений дома по имени Лар. Вероятно, что у славян также почеталось подобное божество, о чем говорит упоминаемое в древнерусских источниках слово «ларь». В ларях люди хранили свое домашнее богатство. По-видимому, со словом «род» связано древнеиндийское божество Родаси, Родаси, также как и Гении, несли в себе двойственное число, выражая одновременно и землю, и небо. Тем не менее слово «родас» у ведийцев обозначало землю. И таким образом Род мог быть связан именно с землей. В дальнейшем, говоря о фаллических культах, мы более подробно будем говорить о существовавших и в Древнем Египте, и на Руси изображениях земли в виде мужчины. Отпечаток этого представления, по-видимому, и нес на себе образ бога Рода. Впрочем, в древнерусском списке Иоана Златоуста содержатся такие слова: «Инии в Сварожитца веруют и в Артемиду, им же невегласи молятся и куры им режут». «Слово некоего христолюбца» содержит такие строки: «…откуда извыкоша елины класти требы Артемиду и Артемиде, рекше Роду и Рожанице». Из чего следует возможная идентичность бога Рода богу Аполлону. Был в гамбургском пантеоне богов некто Паллас, который изображался совместно с богиней-девственницей Дианой-Артемидой, а следовательно, мог быть аналогом ее брата Аполлона.

Возможно, со словом «род» связано имя Родион. Родион — имя, означающее, по гречески, «розовый». Не означает ли это, что русское слово «родина» связано с розовым цветом зари? Во всем «родном» предполагалось обязательное участие солнечного света и утренней зари. А может быть, и вечерней: на западе могли обитать души умерших родных, родителей, предков. В розовом цвете можно видеть и возрождение солнечного света, солнца после затмения, и рождение нового человека. Название малиновой птицы дает основание считать, что не только алый и розовый, но и малиновый цвет связывался с прекрасным пламенеющим цветом зари. Можно предположить некоторую идентичность птицы щур и зарянки в различных древних вариантах шифров.

«Щур красный, а день ненастный». По мнению В. Даля, щуром мог быть стриж, который гнездился в кучевых облаках и относился к «породе» ласточек.

Отметим, что «малиновки штуковаты», понимаемое как «малиновки щуковаты», могло быть связано с рыбой солнечных затмений щукой (впрочем, о рыбах речь впереди), а молодая, только родившаяся щука, щуренок имеет в своем названии «щур». По всей видимости, не случайно «щур» заложен в основе такого связанного с ярким солнечным светом глагола, как «щуриться». Слово «щуриться» имеет смысловой оттенок затмения солнечного света. Следует отметить существование названия птицы «щур» уже во времена, близкие к языческим. И.И. Срезневский и словаре привел отрывок из «Златоструя» XII веке, в котором «щюроне» упоминаются наряду с птицами «ластовиця» и «славие».

Английский поэт и мифолог Р. Грейвс, рассуждая об имени Робина Гуда в своей книге «Белая богиня», слово «Robin» со значением «Баран» уравнял со словом «Robin» со значением «малиновка». Этим объясняется английское народное поверье, что Робин Гуд спасался через дымовую трубу, превратившись в малиновку, но с окончанием святок выходил против Брана (или Сатурна) и, когда тот в обличьи корольки прятался в плюще, Робин ловил противника и вешал. Отметим, что «Гуд» («Hood») означало «Чурбан» и в древности чурбан мог быть Кумиром, т. е. статуей божества.

Павсаний, древнегреческий писатель II века, в своем «Описании Эллады» пользовался источниками, которые к нынешнему времени давным-давно утеряны. Он, в частности, утверждал, что Триптолем был двойником египетского бога Осириса в древнем городе Элевсине, который находился в Аттике, неподалеку от Афин. И что до того Триптолем был мистагогом, т. е. посвященным в тайны мистерий жрецом по имени Троил, но бежал из захваченного Агенором Аргоса в Аттику. Не будем вдаваться в подробности не очень-то иносказательно понятных мифических событий. Отметим только вслед за известным английским поэтом и мифологом Р. Грейвсом, что имя «Троил» означает «малиновка», а также означает «относящийся к колесу». Впрочем Грейвс объяснил происхождение этой двойственности тем, «что за малиновкой охотятся, когда колесо года завершает полный оборот», т. е., надо полагать, речь идет о колесе года. Английский мифолог подчеркивал, что до недавних пор в Сомерсетшире малиновку соотносили с колесом. Малиновку носили в ящике со стеклянными окошками и называли эту птицу Королем, а над ящиком помещалось колесо с разноцветными лентами.

Самцы клеста имеют красно-малиновое оперение. Клест немного крупнее воробья с перекрещивающимся клювом и относительно коротким вырезанным хвостом. Клесты относятся к семейству вьюрковых. Они гнездятся высоко на деревьях и питаются, обычно вися вниз головой, содержащимися в шишках хвойных деревьев семенами. Во второй половине зимы раскрываются шишки деревьев, и в это время семена весьма доступны. Именно это время, несмотря на морозы, является периодом массового гнездования клестов. Внешне щур отличается от клеста лишь узкими полосками на плече, да едва-едва заметным превосходством в размерах.

Клест считался в русском народе святой птицей. Есть предание о том, что клест своим загнутым клювом вынул гвоздь из распятого Христа. За это клест был вознагражден Богом, и тело его после смерти не подвержено гниению, т. е. клест считается нетленной птицей.

Не исключено, что слово «щур» в некоторых местностях Руси звучало как «чур». В этом случае становится понятным, почему в русской загадке про времена года весенние месяцы назывались «чурками». Как божество Чур почитался покровителем и сберегателем границ земельных родовых владений. Чур олицетворялся кумиром, вырубленным из дерева, который обычно устанавливался на межах. Он же охранял от нечистой силы (при встрече с которой надо сказать «Чур меня»), недобрых пожеланий (надо сказать «Чур тебе на язык»), а также не только старое, но и новое добро (надо только успеть сказать «Чур мое»).

В сказках упоминается и снегирь. Так, в испанской сказке о Птице Правде одна ласточка спрашивает у другой, живущей во дворце ласточки о том, все ли такой же нарядный снегирь.

Захотел снегирь из удмуртской сказки прогнать воробья, который жил в теплом гнезде под самой крышей Но снегирю сделать это не удалось — клюнул воробей снегиря, у того только «искры» из глаз посыпались. Рассказал снегирь про это синице, а та выгнала воробья из теплого гнезда и стала в нем жить.

Это может свидетельствовать о том, что снегирь, эта небольшая певчая серая птичка с ярко красной у самцов грудкой, относящаяся к семейству вьюрковых, могла также быть участником числового шифра пернатых. Снегирь (его также называли: снигирь или сигирь), в соответствии с древнерусскими сказаниями о птицах (см. Х.М. Лопарева), будто бы говорил: «Богу все по воле Его будет». Как мы видим, снегирь как-то связан с божественной волей. В том же источнике переданы другие слова этой птицы: «Снеги пали, а у ленивых нет ни шубы, ни серьмяги; как им будет зима зимовати? (как они будут зиму зимовать?)» Из последнего следует, что снегирь связан со снегом не только по названию. В восточной части Украины зяблика зовут «снегирек». Хотя по своему названию зяблик — птица теплолюбивая, на холоде должна «зябнуть», но на самом деле эта птица прилетает, когда еще нередки заморозки. Снегирь также назывался: гель, гиль, гил (сравни польское «gil»). Этим же словом называли небольшую певчую птичку с ярко окрашенной оранжевой грудкой — зарянку. Зарянка не только имеет некоторое сходство со снегирем, но и является той птицей, которую называли малиновкой. Правда, в списке кандидатов в малиновки достаточно много птиц, среди них снегирь и зяблик, однако зарянка, по-видимому, в этом списке занимает главное место. Интересно отметить, что в Полесье снегиря называли не только «мужским именем» снигур (или снегур), но и «женским» — снегуркой или снигуркой, а также называли снегиря большой синицей. Последнее говорит о неслучайности связки «снегирь-синица» в удмуртской сказке. По-видимому, не случайно и упоминание такого персонажа русских сказок, как Снегурка. Так как Снегурочка участвует в рождественских обрядах наряду с Дедом Морозом, то можно предположить, что снегирь когда-то в некоторых шифрах мог символизировать число десять

Так как малиновка, вероятно, являлась аналогом ласточки и символизировала число 12, а снегирь мог символизировать число 10, то число 34 могли персонифицировать гоголи. Именно так — Гоголи — назывался населенный пункт в начале 34-го декана. Птиц гоголей в шифровальных стихотворных кодах не упоминалось. Однако сначала следует разобраться, почему речь идет именно о гоголях, т е. во множественном числе

В одном из мифов Заонежья сказано: «По досюльскому окиян-морю плавало два гоголя; первый бел гоголь, а другой черен гоголь», Из комка земли, которую достал со дна черный гоголь, белый гоголь создал земной мир. В другом мифе исходное море, в котором плавали гоголи, называлось «Тивериадским», а мир был создан из поднятого со дна песка и кремня.

Гоголь — среднего размера утка с большой головой, тонкой короткой шеей, высоким черным клювом. В России гнездится в настоящее время только так называемый обыкновенный гоголь. Самец имеет белое оперение и черную спину и крылья, белые зеркальные и кроющие маховые перья. Голова у самцов — черная, с зеленым металлическим блеском. Самка вся светло-серая, только голова у нес коричневая. Гоголи плавают по воде, но очень часто ныряют и питаются водными беспозвоночными и мелкой рыбой. Живут гоголи по берегам рек и озер в дуплах, гнезда в которых выкладывали своим пухом. В Древней Руси существовал особый промысел — гоголиные гоны. Гоголи прогонялись заготовителями, и из опустевших гнезд люди собирали пух. Подобно гагачьему, высоко ценился и гоголиный пух.

Даль отмечает, что к гоголям относятся такие роды, как собственно гоголь, гагк, дзынк и чернеть. Мы не знаем, что это за птицы такие гагк и дзынк, однако орнитологи относят чернеть к ныркам. Эти утки, хотя и имеют светлые бока и низ, верх у самцов имеют черный. Они значительно темнее самцов гоголя и могут быть рассмотрены как гоголи черные (откуда и их название — чернеть), в то время как собственно гоголи могли называться гоголями белыми.

Есть миф о народах, которые назывались Гог и Магог. Раз в году из тучи падал дракон, которого эти народы поедали. Об этих народах писали Фирдоуси и Низами. «Гоголь-моголь», как называли на Руси болтушку, по-видимому, произведено от названий этих мифических народов. Слово «гоголь» в этом словосочетании, очевидно, отражает связь с птицей, имеющей то же название.

Полностью белого или черного гоголя нет, и непонятно, что могла выражать эта утка. Двойственность же свойственна многим древним божествам. Если в мифе из Прионежья предположить под светлоокрашенной самкой гоголя богиню неба по типу древнеегипетской богини Нут, а под гоголем-самцом — бога Земли, то можно понять, почему имя бога земли Геба писалось в Древнем Египте иероглифом утки. Эта парочка, по представлению древних, стояла у истоков мира. И, вероятно, селезень (и число 14) был связан с Гебом, а самка, утка (и число 13), — с Нут. В этом случае наблюдается и наиболее полная схожесть заонежского варианта миросозидания с другими, в которых участвуют утки.

Птице гоголице народная молва вложила следующие слова (Х.М. Лопарев): «Мы не знаем, куда (куда) нас Бог обернет: коли б над намы (нами) Бог змыловался (смилостивился,) да нас у (в) рай упустив (впустил)». Другие пришедшие из старины слова (см. О.В. Белову) вложены в уста птицы гоголя: «Христос на кресте».

Одна из русских загадок:

Десять гусей,
Пятьдесят лебедей,
Один гоголёк,
Да и тот щеголёк —
обозначала праздники, воскресения и Пасху. Подобная выделенность гоголя подчеркивала важность этой птицы, хотя, по-видимому, и не во всех шифрах пернатых принимал участие гоголь. Не исключено, что щеголёк мог обозначать щегла, который мог быть в некоторых шифрах идентичным гоголю.

Празднование Крещения и кукование кукушки

По некоторым славянским языческим поверьям считалось, что в кукушку превращается Владыка Вселенной. Может быть, поэтому существовала вера в способность предсказаний, которой люди наделяли кукушку. Если кукушку, например, спросить: «Кукушка, кукушка, скажи: сколько лет я проживу?» То каждым своим кукованием птица якобы предвещает по году жизни слушателю. Можно задавать и другие важные для человека вопросы. Например, девушки спрашивали: «Скажи мне, кукушка, сколько мне осталось ходить в девках?» А в ответ девушки считали число кукований.

Птица кукушка, одетая для проведения обряда крещения и похорон кукушки


Сравнение кукушки со вздорной кликушей в смоленском варианте птичьего шифра не лишено смысла: кликуша — не только припадочная и бесноватая женщина, но и пророчица.

В храм божества Живы на горе Живец около города Кракова приносили жертвы в начале мая те люди, кто слышал первое пение кукушки-прорицательницы.

Кукушка, ритуальное чучело из травы кукушкины слезки, обряженное для проведения обряда крещения и похорон кукушки


Про кукушку известно очень много различных мифических историй. В одних кукушка скорбела и звала загубленного мужа В других оплакивала смерть брата. В третьих ее проклинает брат за потерю ключей. В четвертых ее прокляла и изгнала из дома мать, а она, тоскуя по дому, оборачивалась кукушкой и прилетала домой. В каких-то пугала Бога из-под моста. В каких-то она — жадная вдова, не накормившая нищего хлебом. В соответствии с мифами, кукушка не имеет пары. В разных источниках сообщается о ее супруге разное: что он покинул ее во время потопа, что она его сжила со свету, убила его или спрятала под мост. И одинокая вдова-кукушка спаривалась с петухом, самцом вороны, соловьем, удодом, ястребом.

По одному из предании, мать прокляла детей за потерю ключей. И будто бы сын превратился в соловья, а дочь — в кукушку.

Другая легенда рассказывает, что сестра либо убила, либо прогнала из дома брата за потерю ключей от амбара. И с тех пор, превратившись в кукушку, она зовет его: «Кузьма, вернись, ключи нашлись».

Есть такая русская поговорка: «кукушку кстили да языка не прикусили». Устаревшее «кстить» когда-то было равнозначно слову «крестить», и поговорка означала примерно следующее: «покумились да поссорились». Существовал в старину обряд крещения кукушки, который совершался в дни, когда поминают усопших, на Семицкой неделе, т. е. накануне Троицы. В обряде крещения кукушки участвовало сделанное из лоскутьев и цветов чучело кукушки или вырванная с корнем и одетая в сорочку трава. Над ними ставили крестообразно две дуги, покрывая дуги платками, и вешали по кресту с двух сторон. Впрочем, в разных районах Руси существовали разные варианты подобного действия, и то, к какому был ближе обряд крещения кукушки в дохристианские времена, можно лишь предполагать. В праздник Семик желающие покумиться друг с другом девицы приходили в рощу к двум плакучим березкам, украшали их венками цветов, лентами и вышитыми полотенцами и помещали под венки или над ними рукодельное чучело кукушки, часто одетое в сарафан и черный вдовий головной платок или особую, вырванную с корнем траву, называемую травой-кукушкой, так что на каждой березке как бы образовывался большой венок, а по сторонам вешали кресты. Затем желающие покумиться девушки трижды обходили березки навстречу друг другу, иногда под песню хора, в которой кукушке принадлежал эпитет «ряба», трижды целовались сквозь венок и менялись красными или желтыми крашеными яйцами, нательными крестами и кольцами.

Чучело же кукушки девушки делили на части и хранили как память. В Троицу эти покумившиеся девушки ходили снимать с берез венки и бросали их в воду. Парность березок, которые участвуют в обряде кумовления, парность дуг, участвующих в обряде на Семицкую неделю, парность крестов — все это указывает на связь описанных обрядов астральной религии с парой лунных узлов. Две дуги с далекой древности использовались как символ пары лунных узлов, на древних изображениях часто при этом использовались дуги луков без стрел. Крест — также древний символ перекрестка звездных дорог, в том числе лунной и солнечной, и затмений. Желтые или красные яйца, которыми обменивались кумящиеся, символизировали солнце. Все это указывает на возможную связь шифра кукушки с солнечным затмением, от которого отсчитывался какой-то новый период времени.

В слове «кукушка» есть два слога «ку», а в слове «кума» также содержится «ку». Это может указывать, что в обряде крещения кукушки есть еще какая-то глубинная основа, которую мы до конца не понимаем. Есть сказание о некой птице Купин, которую боялись все остальные птицы. На своем совете птицы решили убить Купина, а в благодарность будут сообща воспитывать детей смельчака. Степной орел с высоты своего полета увидел, что Купин сидит в своем гнезде. Орел камнем кинулся вниз и клюнул страшную птицу прямо в голову, по, испугавшись, улетел. Кукушка отважилась заглянуть в гнездо Купины и сообщила птицам о его смерти. С тех пор птицы кормят детей кукушки.

Отметим народное поверье об одном из зароков, который надо выполнить, чтобы выкопать зарытый Змеем или разбойниками клад. Это — съедение сердца кукушки.

В цифровом «птичьем» коде, в соответствии с вариантом сказителя И. Фепонова, говорится:

Кокуиш победна горюша;
Много она яиц выкпадаёт.
А счоту во яйцах не знает,
Детей выводити не умеет.
Можно предположить, что использование воплощаемого кукушкой числа для счета непродуктивно (так как счета она яйцам не знает и де I ей выводить не умеет). Речь идет, по всей видимости, о числе большем тридцати. Отметим, что в приведенном фрагменте кукушка называлась «кокушей», а «коко», в некоторых народных говорах, — синоним яйца. В этой связи следует вспомнить, что яйцо — древний символ мира. Мира, который содержит в себе солнце (его символом являлся желток).

Среди многих русских поверий о кукушке есть и такое, что Бог лишил кукушку гнезда за то, что она нарушила запрет работать в праздничный день («за то кукушка без гнезда, что в Благовещение его завила»). От этого птица плачет — кукует. Именно поэтому когда Ярославна плакала в Путивле, то, в соответствии со «Словом…», «на Дунае Ярославнин голос слышится, кукушкой безвестной рано кукует».

Полесский миф рассказал, что когда Богородица с Христом и Иосифом прятались под деревом, кукушка своим кукованием выдала их преследователям. За это Богоматерь прокляла птицу. И с тех пор кукушка после Петрова дня, т. е. 29 июня по нов. ст., прячется от других птиц, так как те ее преследуют. Считается, что к колошению ржи и ячменя, началу покоса трав кукушка охрипает, давится рожью или ячменем, сырником или вареником по окончании Петровского поста. Есть даже русская поговорка: «не кукуется кукушке на Петров день». В последующий период она прячется то в капусте, то в крапиве.

Можно сопоставить такой уход кукушки в капусту с известным народным представлением: в капусте можно найти ребенка. Сказочное дитя — обычная иносказательная форма, выражающая молодой месяц или молодое солнце, а рождение ребенка — рождение месяца или года. Казалось бы, с этой точки зрения, что кукушка может выражать время окончания месяца или года, а точнее — предпоследние сутки. Но это в том случае, если капуста являлась иносказательным указанием на последний день. Возможно же, что она была выражением всего месяца (или года), в которой каждый лист — день.

У некоторых европейских народов считалось, что кукушка способна превращаться в коршуна или ястреба. А в Белоруссии верили, что из ее снесенных яиц выводились коршуны. Там говорили: «До Петра кует (кукует), а после Петра кур бьет». По другому поверью кукушка превращается в хищную птицу в старости или в возрасте 3 лет. Может быть, это поверье отражает систему счета лет, когда через 3 года, состоящих из 365 дней, следовал год из 366 дней, т е. ныне называемый високосным.

Говорили, что кукушка и ястреб (или коршун) — одна и та же птица, которая часть года живет в обличил кукушки, а в другую часть года — в обличии ястреба (или коршуна).

Хотя не исключено, что это может отражать соседствующие положения пернатых в числовом шифре птиц. Впрочем, это еще не говорит о порядке следования птиц, поскольку некоторые фольклорные герои могут персонифицировать лунные узлы, которые астрономически перемещаются в обратную от движения солнца и планет сторону. Кроме того, в числовом шифровальном коде участвует просто ястреб, ястреб-сарыч, канюк, коршун. Не говоря уже об объяснении исследователей превращения кукушки в ястреба внешним сходством этих птиц. Впрочем, скорее всего, связь кукушки и коршуна имела иную подоплеку'.

В сказке из Вятского сборника Д.К. Зеленина [102]. названной «Про раков», обитавший в пруду «жмей» похитил у одной из купающихся девочек (двенадцати лет) одежду и вернул ее, взяв с нее слово, что та пойдет за него замуж. Когда же пришла пора (через 4 года) ее сватать, змей похитил невесту и за 3 года, прожитых в пруде, прижил с героиней сказки двух детей — мальчика и девочку. Отпросилась героиня у змея навестить родителей, своих детей взяла. Но мать героини, узнав про место жительства змея, пошла к пруду и убила зятя. Узнала про это героиня и превратила сына в водяного рака, дочь — в «плишку» (трясогузку), а сама «ударилась о землю» и сделалась кукушкой.

В поверьях славян, живущих в некоторых достаточно далеко отстоящих друг от друга местах, кукушка считалась не только гадалкой, но и посредником между земным и потусторонним миром. Считалось, что кукушка первой из птиц улетает в вырий — потусторонний славянский рай. Но весной птицы возвращаются оттуда. И кукушка — последней. Утверждалось, будто именно у нее находились ключи от вырия. Последнее указывает на возможность того, что некогда кукушку считали завершающей птицей какого-то, по-видимому годового, цикла, но вопрос о завершающей птице этого цикла был пересмотрен. Если кукушку, например, спросить: «Кукушка, кукушка, скажи, сколько лет я проживу?» И каждым своим кукованием кукушка предвещает по году жизни слушателю. Это поверье отражает связь кукушки именно с годовым циклом. Впрочем, считалось нехорошей приметой услышать кукушку не вовремя.

Выделенность кукушки среди других птиц можно видеть также из общего числа мифов, сказок и легенд, в которых участвовала кукушка.

Античный миф рассказывает о безуспешном ухаживании грозного Зевса за своей будущей женой богиней Герой. Вызвав страшную бурю, Зевс превратился в кукушку и стал издавать столь жалобные звуки, что богиня пожалела птицу и пригрела ее у своей груди. Этого-то и добивался коварный бог. Считается, что брачная ночь их длилась триста лет. Кукушка стала священной птицей Владычицы Вселенной — богини Геры, а также символом весны и возрождения. И почиталась в античной древности как вестница весны. Навершие скипетра Геры завершалось изображением кукушки. В Микенах была найдена позолоченная модель храма, увенчанного кукушкой. Гера была богиней календарного года, и времена года в мифах назывались ее няньками.

Из данных русского фольклора вытекает возможность олицетворения кукушкой числа, которое не только применялось раз в году, но и было последним в годовом счете. Миф о Зевсе-кукушке подтверждает и делаег более вероятным такое иносказательное прочтение образа птицы, предвестницы весны. Но что такое это последнее в годовом счете число? Таким могло быть число 36. С одной стороны, оно равно числу деканов (десятидневок) в году. А с другой стороны, при счете года, состоящего из двенадцати месяцев по 30 суток, что образует 360 суток, а в году 365 с четвертью суток. То есть остается число более пяти, и при округлении в большую сторону к числу суток последнего месяца приплюсовывается шесть суток. К тому же иногда даже при современных астрологических расчетах применяют такую старую систему исчисления дней, в которой первый день отсчитывается от события, а событием могут быть новолуние или солнечное затмение, до темноты, вечерней зари, а последние сутки могут считаться от вечерней зари до следующего подобного события.

Отметим, что, например, древнеегипетский календарь складывался из месяцев, составляющих 360 и пять дополнительных дней. В древнеегипетском мифе говорится, что первоначально год считался состоящим из 360 дней. Владыка Вселенной Ра разгневался на богиню неба Нут из-за ее непослушания и проклял все 360 дней, и Нут не могла разрешиться бременем в эти дни. Бог мудрости Тот отправился к богине Луны и, уговорив ее сыграть с ним в шашки, выиграл у нее пять дней. С этих пор продолжительность солнечного года увеличилась до 365 дней. Богиня Нут в эти дополнительные дни родила пятеро детей, по одному в день: старший сын — Осирис, второй — Гор Бехдетский, третий — Сет, затем дочери — Исида и Нефтида.

В русской практике год включал в себя 12 месяцев, а солнечный месяц, как это следует из былин, состоял из 30 дней. Возможно, что для счета в последний месяц года в древнейшем русском календаре нужно было закладывать 35 дней. Вероятно, кукушка и была одной из птиц, олицетворяющей число тайного шифра в диапазоне от 31 до 35, а наиболее вероятно число 35. Именно оно, возможно, было последним числом последнего месяца года. Мы склоняемся к мысли, что отсчет в древние времена велся по деканам. При отсчете же по деканам кукушка, по-видимому, символизировала последний 36-й декан года и, в таком случае, число 36.

Древнеегипетский миф делает возможным связь младшей из рожденной богиней неба Нут Нефтиды с образом кукушки. Это — одна из мало понятных богинь древнеегипетского пантеона. Ее изображали в виде женщины, иногда крылатой, с иероглифом своего имени на голове. Собственно говоря, имя Нефтида — греческое.

В Древнем же Египте Нефтиду звали Небетхет, что означает «владыка дома» (сравним: кукушка — «ключница»). Ее называли женой своего брата бога Сета, но в сохранившихся мифах Нефтида в кознях Сета не только не участвовала, но и часто действовала вразрез с его устремлениями. Если Сет истребил брата Осириса, то Нефтида вместе с сестрой богиней Исидой разыскивала его тело, охраняла мумию и оплакивала. Вместе они встречали «у восточного неба» умершего. Как отмечали мифы, Исида плавала «в дневной барке», а Нефтида — «в ночной». Последняя — непременная участница магических заупокойных обрядов и ее изображения часто помещались на саркофагах (кукушка также считалась посредницей между этим миром и миром мертвых). Древнеримский писатель I в. н. э. Плутарх отождествлял Нефтиду с неплодородными землями (что в какой-то мере сближает ее с кукушкой, которая «детей выводити не умеет»). С этой богиней связывали последние в году 365-е сутки. Не исключено, что последние пять суток добавлялись к 12-му месяцу, и это тогда означало, что Нефтида родилась на 35-е сутки. В таком случае с кукушкой может быть связано число 35. Плутарх указывал, что Нефтиду одни называли Телевте, т. е. Афродита, другие же называли ее Нике, г. с. сопоставляли ее с богиней победы. Нике — предвестница победы светлых сил и начала нового года.

В одном из египетских мифов говорится, что бог Усир (по-гречески Осирис), был обманут влюбленной в него богиней Небетхет (по-гречески Нефтида), и вступил с ней в интимную связь, даже не подозревая об этом. Небетхет, опасаясь мужа, бросила родившегося от этой связи ребенка на произвол судьбы. Но богиня Исет (по-гречески Исида) по венку клевера, который оставил Усир Небетхет, обо всем догадалась. Она с помощью собак разыскала место, где кормила ребенка Небетхет (Нефтида), нашла и выкормила его. Богиня назвала его Инпу (по-гречески Анубис). Со временем мальчик вырос и стал постоянным спутником и стражем Исет (Исиды).

В русской сказке «Птица-орлица», рассказанной воронежской сказочницей А.Н. Корольковой [127], героя сказки Ивана послал царь добыть «кукующих слез царю на руку». Прекрасная супруга Ивана Марья Моревна дала Ивану клубок ниток так, чтобы он зажал «первоучена» нитку и никому ее не давал. Она ему наказала: «Где клубочек остановится, там будет дерево, а на том дереве, на ветке (а на дереве ветка, она сухая) кукушка кукует, и по ветке слезы скатываются. Ты этой ниточкой перевяжи ветку около кукующих слез». Клубочек остановился не доходя пяти шагов до сухой березы, на которой не было «ни цветоч ка, ни листочка». Герой сказки увидел ветку с кукушкиными слезами, перевязал ее и принес ее царю. Скатившиеся с ветки кукушкины слезы образовали кольцо, которое пришлось ему по руке. Отметим, что сказочный царь во многих случаях символизировал солнце. Следует особо подчеркнуть, что от остановки клубка до кукушки именно 5 шагов. Не исключено, что таким образом отмечалась связь кукушки с богиней любви и красоты — планета Венера имеет 8-летний цикл, в течение которого описывает 5-конечную звезду.

Кукушка у славян называлась также зозуля (польское), зегзуля, зогзуля (болгарское), зогза, загза, загозка (словенское), зогозка, заговоска, кукавица, кокушка, жежгуля, жегуля, жегзула, жезгула, желгоуля, жожгоуля, жожгуля, жзгу, у греков — езгуля. В древнерусских сказаниях о птицах (см. О.В. Белову и А. Багрия) приведена такая реплика кукушки: «…я на этом свете куковала и горько плакала». Зузуля на Западе России — кукушка, но также называют растение красолю (красулю). Это название в некоторой мере сближает персонифицируемую кукушкой богиню с богиней любви и красоты. Даль отмечал, что кукушку в старину называли зегзица.

Кукушки, обитающие в очень теплых странах, имеют весьма привлекательный, красивый наряд. Самая маленькая из них, золотистая кукушка, к примеру, одна из самых красивых, окрашена в золотисто-зеленый с медным отливом цвет, перья по краям отливают голубым, а снизу тело этой птицы окрашено в нежные светло-желтые тона, при этом золотистая кукушка имеет темно-синий клюв и кораллово-красные веки. Таким образом, кукушка далеко не случайно могла быть выбрана в качестве одного из символов богини любви и красоты. Наверное, идолопоклонники представляли свою богиню не только обнаженной и вырезанной из мрамора, но были и другие, например деревянные эквиваленты, где богиня была одета в тканевые наряды. И не случайно итальянское название кукушки — «куколо». Это слово очень уж похоже на русское слово «кукла».

Человальник Канюк

В кодовом стихотворении сказателя И. Фепонова указано:

А канюк-от был ведь человальник…
Был в старину присяжный человек, целовавший крест в доказательство своих слов, целовальник. В разные времена целовальники занимались сбором податей и судейско-полицейскими делами. Так же называли продавца в питейном заведении, кабаке, где он не только подавал вино, но и являлся вышибалой. Он также целовал крест при вступлении в должность. Возможно, что «человальником» могли называть человека, целующего в чело, т. е. в лоб.

Возможен также некий смысл, посеянный игрой слов, так как крестом, по всей видимости, обозначали перекресток дорог, в том числе лунной и солнечной, и символически обозначали затмение. Поскольку для «целования» креста необходимо приблизиться к месту затмения, а вход в берлогу также указывает на близость затмения, то число, которое персонифицирует человальник, указывает на непосредственную близость к затмению. Некоторые фольклорные источники наводят на мысль об эзотерической, сакральной связи затмений с питьем вина, а поэтому возможна связь затмений и с работником сферы винных услуг, с целовальником-вышибалой.

В варианте Щеголенка говорится: «Канюк на море хлопотник». Следует отметить, что у этого сказителя не много птиц, занятия которых совпадали бы с теми, которые даны у других, более авторитетных сказителей. Поэтому вряд ли следует серьезно рассматривать, почему канюк назван хлопотником, но тот факт, что само название птицы упоминается наряду с более нами признаваемым вариантом И. Фепонова, подтверждает правомочность применения ее в коде.

Канюк — хищник семейства ястребиных, птица, которую называют иногда сарычем, что позволяет рассмотреть взаимозаменяемые названия птицы, персонифицирующей одно и то же число. На самом же деле кашок и сарыч различаются, и орнитологи относят их к разным родам, впрочем, орнитологи отмечают, что эти две птицы очень похожи друг па друга, причем не только по внешнему виду, но и по голосу. Собственно ястребиный сарыч — птица, населяющая лесную и лесостепную зоны, и настоящее время находится на грани исчезновения. Интересно отметить, что в ее рацион кроме грызунов, лягушек и насекомых входят змеи.

Египетское слово «фараон» возникло от титула «Са Ра», что может быть прочитано как «Сын Ра» [17]. Стоит ли удивляться, что установленные в честь фараонов обелиски, как полагают египтологи [18], являлись фетишами бога солнца Ра. Не исключено, что может существовать некая связь между этими и другими Са. Например, Са в ингушских мифах-душа, летающая в облике мухи. Название птицы сарыч весьма созвучно высшему египетскому титулу оттенком, что титул может быть по-русски прочитан как отчество, т. е. как сын фараона, как царевич.

Черного и красного коршуна в Полесье называли также каней, т. е. канюком. Там же канюка называли иногда мышеловом и мышеедом. «Каня плачет, у бога пить просит», — так говорили люди, утверждая, что канюк пьет только дождевую воду.

Рамзес Великий под покровительством бога Хорона из Таниса.

Гранит. XIII в. до н. э. Каир


Когда все люди и звери страдали от жажды, сарыч в чувашском мифе семь суток долбил своим мощным клювом землю и на восьмые сутки забил ключ с прозрачной питьевой водой. Сарыч напился, очистился от грязи и чистым пошел сообщить людям о своей находке, но его опередила ворона, которая предварительно вывалилась в грязи как бы в доказательство своей земляной работы. Ей и досталась человеческая благодарность. Сарычу же никто не поверил и даже в наказание за обман не разрешили пользоваться вырытым источником; и он вынужден пить только дождевую воду. Отметим сказочную эпизодичность связи сарыча с водой источника, по продолжительности сопоставимую с затмением.

В степях живет одна из разновидностей канюков — курганник. Связь этой птицы с курганом может наводить на размышления относительно возможности запредельного смысла астральных тайн этой птицы.

Сет, Властелин Юга, и Гор, Властелин Севера, — два извечных антагониста. Их головы вырастают из одного тела, под ногами — два горизонтально расположенных лука.

Древнеегипетское изображение


Канюком, по свидетельству В.И. Даля, называли и род небольшого филина, и род небольшого ястреба — полевого коршуна. Причем самка его, в отличие от бурого самца, не только побольше, но и имеет дымчатый цвет, ее называли в народе «лунь», а также этого коршуна называли «мышатником». Следует отметить, что это сопоставление канюка и птицы из рода филина могло иметь древнеегипетские корни. Ведь именно так изображали бога Хорона, которого финикийская мифология называла целителем. Он лечил болезни скота и оказывал помощь в случае укусов волков и змей. Об особом смысле волчьих и змеиных укусов мы еще будем говорить в дальнейшем, а сейчас лишь отметим, что волков и змей роднит их сакральное содержание, зиждущееся на затмениях. По-видимому, Хорон лингвистически связан с имеющим религиозноритуальный смысл русским словом «хоронить». Этот бог, возможно, являлся одной из ипостасей бога Хора, т. е. Гора.

Древнеегипетский рисунок, изображающий Сета и Гора в одном геле, не оставляет сомнений также об иной сути этих персонажей.

На рисунке видно, что божества являются двумя сторонами одного и того же явления, олицетворениями Головы и Хвоста Дракона, о которых уже рассказывалось ранее. Сет и Гор были не только богами планетарными, но и богами затмений.

Впрочем, челом когда-то называли также топочное отверстие печи и входное отверстие берлоги. Исходя из зашифрованных астральных представлений, в которых медведю уделяется особая роль, а медведь, вероятно, являлся символом лунных затмений, достаточно серьезной представляется версия о связи человальника с входным отверстием берлоги. Однако отметим, что печь также являлась предметом сакрального шифрования и могла быть связана с берлогой и лунным затмением. Не случайно в русских сказках Емеля разъезжает «по щучьему веленью» именно на печи, а в сказке, известной как «Гуси-лебеди», героине, чтобы спастись от Бабы Яги, надо было непременно скушать выпечку из печи.

Области, где находилась «Печора», печь, занимали 30-й, 31-й и 32-й декады. 29-й и 33-й деканы, как уже отмечалось в разделе про перепелку и коростелку, символизировали эти птицы, 30-й и 31-й деканы персонифицировали соответственно орел и жаворонок. И лишь только для 32 ого декана пока не было найдено символизирующей птицы. Канюк мог быть птицей печного чела и соответствовать 32-му декану.

Бобыль куропоть

В авторитетном варианте кодового стихотворения, в изложении сказителя Ивана Фепонова, сказано:

Куропоть — бобыль беспоместный,
Штаники он носит с напусками,
Из куста во куст перебродит,
Поместья себе да не имеет.
И эти слова могут быть понятыми как намек на отсутствие у куропоти постоянного места жительства. Если учесть, что в астрономических расчетах активно применялись числа до 36, которое является числом деканов в зодиакальном круге, то можно предположить символизацию «куропотью» числа более 36. С другой стороны тот факт, что перед сорокой, которая, по-видимому, персонифицировала число сорок, в кодовом стихотворении И. Фепонова стоят еще птицы дятел и желна, поэтому логично предположить связь «куропоти» с числом 37.

Лиса в аварской сказке, услышав пение куропатки, похвалила ее и спросила о том, как она поет — с открытыми глазами или закрытыми. Закрыла глаза куропатка, чтобы показать, что она поет с закрытыми глазами не хуже, чем с открытыми. И чуть было не поплатилась за это. Но лисе все же не удалось полакомиться куропаткой. Когда лиса уже схватила птицу, та напомнила лисе о том, что надо возблагодарить бога за удачу. Когда лиса попыталась это сделать, куропатка улетела. Следует отметить, что в птичьем мире обычно главные певчие — самцы. Поэтому вероятным персонажем сказки являлся самец куропатки.

Куропатки считались священными птицами Великой богини и упоминались в рассказах об оргиях, устраиваемых по случаю весеннего равноденствия. В это время исполнялся танец, который имитировал хромающую походку петушков куропаток. Этот факт напоминает о хромающем Гефесте и дает повод английскому мифологу Грейвсу отметить аналогию Гефеста и Талоса.

Вероятно, что больше информации о скрытой сути «куропоти» можно почерпнуть из античных мифов о Дедале. Древние греки приписывали Дедалу честь создания мифического лабиринта для сына царя Миноса — полубыка-получеловека, чудовищного Минотавра. В этом дворце было множество комнат и переходов, а путеводный клубок нити дочери царя Миноса и внучки бога солнца Гелиоса Ариадны, с помощью которого герой Тесей после уничтожения Минотавра выбрался из лабиринта, свидетельствует об астральном характере героев мифа. Не говоря уже о дальнейшей судьбе Ариадны, которая бежала с Тесеем, но была покинута им. И тогда сам бог Дионис влюбился в Ариадну, а на свадьбу Афродита подарила Ариадне светящийся венец работы бога Гефеста, что, может быть, может служить иносказательным указанием на солнечное затмение и солнечную корону. Античный миф о Дедале и его сыне Икаре рассказывает, что Дедал сделал из перьев птиц и воска крылья себе и своему сыну, чтобы покинуть негостеприимный остров Крит. Но высоко к солнцу воспарил Икар, солнце растопило воск, и он погиб в море Так боги наказали Дедала за убийство, совершенное им из-за низкой зависти, талантливого и изобретательного племянника и ученика Пердика (Пердик в другой версии мифа назван Талом). Его Дедал столкнул со скалы, но Афина Паллада обратила несчастного в птицу — куропатку. В соответствии со словарем О.В. Беловой: «курапать (куропоть) есть птица, в некоторых делах збонлива (особенно?) глупа, вид (по полю зрения?) голову хранит, мнит, что и все ее не видят». Примерно такое же представление существовало у людей о повадках страуса, что делает возможным идентичность страуса и куропати в разных птичьих шифрах. Токующие самцы белой куропатки издают крики, напоминающие собачий лай. Крик куропатки античные мифы сравнивали с шумом пилы, которая считалась одним из изобретений Пердика. Пила же эта, в соответствии с мифом, была сделана как аналог строения рыбьих костей и позвоночника. Пердику также приписывали изобретение гончарного круга и циркуля. Последнее может свидетельствовать о возможности знания близости кругов к орбитам планет вокруг солнца, хотя речь могла идти и просто о зодиакальном круге.

Белый цвет был особенно почитаем у солнцепоклонников. Белая куропатка обитает в настоящее время и на севере европейской части России, и в Сибири, и в Скандинавии, и в Англии. Возможно, что в старину ареал обитания этой птицы был более широк, чем сейчас. Летом она рыже-бурого цвета, а зимой вся белая-белая, черный только хвост. Впрочем, шотландские белые куропатки на зиму не белеют. У белой куропатки происходят сезонные изменения не только цвета. Именно у этой птицы и только в зимнем наряде когти резко увеличены в длину, а лапы полностью покрыты густым белым оперением, позволяющим и птице быть на поверхности даже весьма рыхлого снега. И нет никакого сомнения, что куропоть, который «штаники носит с напусками», есть не кто иной, как самец именно белой куропатки.

Строительные профессии дятла и желны

По легенде будущих основателей Рима братьев-близнецов Ромула и Рема, брошенных в реку по приказу царя Амулия, вынесло на берег под смоковницу, где их охраняли и кормили дятел и волчица.

Дятел почитался в Древнем Риме как божество Пик (или Пикус) и в качестве священной птицы бога Марса использовался для гадания у римских авгуров специальных жрецов, занимавшимися гаданием но поведению птиц. Собственно говоря, имя божества означает на латыни слово (дятел». По греческим поверьям считается, что дятлы стучат к дождю. В античной мифологии Пик супруг Помоны, в которого была влюблена Кирка (Цирцея). Эта обитательница острова Эя — дочь бога Гелиоса и Персеиды и тетка волшебницы Медеи, а Медея у Гомера помогла Ясону в похищении золотого руна, усыпив своим зельем охранявшего руно дракона. Кирка испытывала на людях свою магию. Она превратила спутников Одиссея в свиней. На острове Эя проживало много животных, в которых Кирка превратила людей. Однажды увидев красивого юношу-охотника по имени Пик, она влюбилась в него. Чтобы объясниться с окруженным свитой царем-охотником Пиком без помех, Кирка, умевшая окутывать мглой яркую луну и затмевать пре-, светлое солнце, устроила мрак. Но Пик, влюбленный в нимфу-певунью по имени Каненс, отверг эту любовь. Разгневанная волшебница превратила его в птицу — дятла.

Существует и у славян предание о том, что дятел раньше был человеком, а по профессии либо плотником, либо пчеловодом, но наказан Богом за работу в воскресный день. Пчеловод якобы долбил сосну в воскресенье для того, чтобы выдолбить борть, и в наказание стучит дятел по деревьям каждый день. Мясо же дятла нельзя есть также еще и по другой причине: считалось, что такой человек принимает на себя грехи дятла.

О способности дятла открывать забитое гнездо с помощью некой травы (например, травы — прыгун) говорят отдельные фольклорные источники. Существует русское поверье о том, что дятел умеет добывать волшебную разрыв-траву, которой можно открывать любые замки и находить клады. Слова из текста сказителя И. Фепонова про дятла стоят в «птичьем» числовом шифре в конце, но до сороки, вороны, петуха и кур:

Деятель-от на мори плотник,
Желна-та церковной строитель,
По темному лесу летаёт,
Всякое она дерево пытаёт,
Церквы соборы роботаёт…
Приведем две строчки из стихотворения в изложении А. Максимова:

Дятель-от на мори плотник,
Желна-то церковные мастер…
У сказителя Лядкова дятел — церковный плотник:

Детель тот на мори плотник церковный,
Церквы он божии строит,
Тем свою голову кормит.
Таким образом, в 2-х наиболее авторитетных источниках Фепонова и Максимова упоминается и дятел, и желна. Да и у Неклюдовой говорится: «Клевец на море плотник…», а клевцом в старину называли дятла, а во всех приведенных вариантах дятел — плотник. Но в менее авторитетных источниках нет упоминания птицы желна, именно дятел там строил церкви.

Птица желна и принадлежит к семейству дятловых по современной классификации птиц. Следует сразу оговориться, что мы в точности не знаем, является ли в числовом коде птиц самостоятельной единицей птица желна. Вероятно, что является. Иначе зачем ее вообще было поминать. Отметим, что в этих авторитетных вариантах практически нет поясняющих названий птиц, идет простое перечисление птиц и их занятий, причем стихотворный рассказ о каждой птице начинается именно с названия птицы. Дятел же называется в стихотворном коде плотником, но не всякий плотник занимается строительством церквей и соборов.

В.И. Даль привел фразу, из которой также следует профессиональное разделение птиц: «Кто дятла прозвал дровосеком, а желну бортником?» Возможно, что такие профессии были присвоены птицам в каком-то ином варианте шифров. Отметим, что занятия дятла и желны в некоторой степени чем-то перекликаются с теми профессиями, которые назвали сказители Фепонов и Максимов.

Не исключено, что и последнее пристанище человека, саркофаг или гроб, рассматривалось в языческой древности как храмовое сооружение. А это могло являться причиной, почему строитель соборов помещен в самом конце птичьего списка. Важно разобраться в том, была ли идеология человеческой смерти приложена к шифрам птиц. И если мы убедимся в использовании такой идеологии при создании птичьего стихотворения-кода, то это чуть повышает вероятность знака равенства и шифрах между дятлом и желной.

На Руси считалось, что если дятел прилетает долбить дом, то это к покойнику. Таким образом, и здесь проглядывается народное мнение о связи дятла с загробным миром.

Птица желна, называемая естествоиспытателями черным дятлом, существенно отличается от других своими крупными габаритами и своим особым «похоронным» видом. У этой птицы — черное оперение и красное темя. Дятлы питаются насекомыми, обитающими под корой деревьев, но в холодное время года предпочитают семена, содержащиеся в еловых и сосновых шишках. А желна обычно селится в хвойном лесу, выдалбливает себе гнездо в хвойном дереве. Особенно любит еловые деревья. Учитывая, что у древних людей ель часто связывалась с загробным миром (см., например, [241]), то легко можно себе представить следующую картину. Сидит вещая птица на ели, и это — в холодное и голодное время года! Конечно, желна — это предвестник смерти. Но эта птица еще и подготавливает человека к миру иному. У древних славян Желя или Жьля — персонификация тоски и печали. И вполне допустимо, что птица желна связано с Желей не только лингвистически.

Можно ориентировочно полагать, что дятел и желна воплощали собой в коде соответственно числа 38 и 39. По крайней мере до тех пор, пока ничего более определенного исследователи не предложат.

Это число близко к тому, за которым имеется некий водораздел, подобный реке, разделяющей этот и иной мир. Возможно, что поэтому в соответствии со «Словом…» «дятлы стуком путь к воде указывали» князю Игорю, когда тот бежал из половецкого плена.

В одной из русских сказок про ворону участвуют и желна, и дятел, правда, на суде их называют одинаково — ябедниками. Птица желна также называлась у славян жолна, жовна, жолнь. Существовало поверие, что именно желна с помощью разрыв-травы отворяет гнездо и освобождает птенцов из плена. Впрочем, профессия церковного строителя желны, указанная в кодовом стихотворении сказителя И. Фепонова, могла иметь в виду и несколько иную трактовку пришедших из старины слов (см. О В. Белову): «Желна чад своя (своих) затворена (затворенных) хитро отворяет». Профессия мастера-строителя предполагала знание разнообразных приемов открывания построек. Впрочем, церковное строительство могло использовать некоторые магические приемы. О.В. Белова в своем словаре приводит и другой старинный текст: «Желна(,) чада (детей) своя (своих) избив(,) и ребра сии (свои) проклюет(,) кровь точа на них (детей,) оживляет». Эту способность оживлять своих детенышей с помощью своей крови приписывали также птице неясыть (пеликану). Ныне желной называют черного дятла, но в старину зеленой желной называли зеленого дятла (щурку) и желной называли, вероятно, щурку золотистую (пчелоеда). В древнерусских сказаниях о птицах (см. О.В. Белову и Х.М. Лопарева) приведен такой текст про дятлов: «Черная мовит на зеленую: “Мучися ти, але людем шкоду чиныш, не тилко людем, але и Богу, и пчелы выбирает”» («Черная говорит зеленой: “Мучаешься ты, но людям шкоду чинишь, не только людям, но и Богу. И пчел выбираешь”»).

В одной из редакций памятника древнерусской литературы, известном как «Византийский Физиолог», сказано: «Дятел — пестрая птица, живет она в горах, садится на кедры и стучит своим клювом. А где найдет мягкое дерево, там делает себе гнездо. Так и дьявол борется с людьми. И когда в ком-то найдет слабость и пренебрежение к молитвам, то войдет в него и угнездится. Если же в другом найдет крепость, то бежит от него».

Дятел в Полесье именовался по прозвищу — коваль, кувал. Таким образом, он предстает с еще одной профессией — кузнеца. Вообще, в глубокой древности профессия кузнеца связывалась с подземным миром, и далеко не случайно сопоставление дятла с дьяволом.

Бог, как говорится в одном румынском мифе, насобирал «полный мешок разных вредных козявок, жучков, букашек, комаров» и других насекомых. Позвал он бабу носатую и дал ей мешок, чтобы та утопила мешок в море. Да наказал не открывать его. Обещала баба носатая сделать все так, как Богом велено. Но любопытство взяло в ней верх, и она не удержалась — развязала по дороге мешок, чтобы посмотреть, что там внутри. Однако содержимое мешка быстро распросгранилось по всей земле. В наказание Бог превратил бабу носатую в птицу — дятла. И в этом облике она должна пребывать до тех пор, пока не переловит всех, кого она выпустила.

На Руси бабой и кликушей назывался пеликан. Эта птица баба, как отмечалось (см. О.В. Белову), «…наподобие гуся, только нос имеет отмерный и большой собою». Существуют и другие параллели, позволяющие отождествить этих птиц. Например, уже указанная способность оживлять своих детенышей с помощью своей крови приписывалась и желне, и неясытю (пеликану).

Магическая птица сорока

Аномальность слова «сорок» при словообразовании числительных (слова типа «четырдесят» в русском языке нет), выделенность числа сорок как меры (например, сорок сороков) показывают необычность этого числа. Русские обычаи поминать покойника на сороковой день после смерти, не выносить сор из избы в течение сорока дней.

Близость наименования числительного «сорок» с названием птицы «сорока» привело нас к предположению, что в «птичьем» шифре сороки символизирует именно это число.

Число «сорок», вероятно, связано со словом «сарос», служившим для обозначения цикла затмений, в который входило около сорока солнечных затмений и который продолжался около 18 лет.

Существует греческий миф о Пиэридах. Девять дочерей Пиэра носили те же имена, что и девять муз, т. е. выбор имени, которое давалось при рождении, был не случайным совпадением [277]. Хотя бы потому, что простой смертный не мог знать, сколько у него родится дочерей. Пиэриды им шали на соревнование по пению самих муз. Музы же были дочерьми Мнемосины — богини разума. Пиэриды были побеждены. Боги превратили их в сорок — таково было наказание за их бестактность и самонадеянность. Впрочем, по одному из вариантов этого мифа не все Пиэриды были превращены в сорок, одну из них превратили в птицу-дракониду.

Характерно, что общее число соревнующихся составляла число лет в саросе. Как уже отмечалось, вероятно, что один из лунных узлов к античных мифах связывался с Аполлоном, а другой — с его сестрой, Артемидой, один — с солнечным затмением, противоположный — с лунным. Музы же в мифах составляли свиту бога Аполлона. Пиэриды, по всей видимости, были связаны с луной и могли символизировать годы. Но сороки, скорее всего, символизировали солнечные затмения. А потому, раз уж Пиэриды носили имена муз, то как и музы могли быть связанными именно с солнечными затмениями. На Руси Музы носили, по видимому, название «Певапицы». В их многочисленные функции входило, по предположению исследователя А.А. Бычкова, обучать молодежь пению. Число 9 в отношении Пиэрид и в отношении муз могло выполнять ту же функцию, что 9 голов дракона.

Сороку славяне называли вещицей, что означало вещая птица. Считалось, что если сорока скачет у порога, то скоро придут гости. А гостей надо было ждать с той стороны, в которую она машет хвостом. Птица сорока по-английски «magpie», что можно понимать как магическая птица.

«Злословием леса» называл сорок древнеримский поэт Овидий. И в русском народе у сороки так и установилась репутация сплетницы и болтуньи. Про сороку, в соответствии с наиболее авторитетным вариантом текста шифровального кода птиц сказителя Фепонова, сказано:

Сорока кабацкая женка,
Черныя чеботы держала,
С ножки на ножьку скакала,
Молодых ребят приманяла;
На груди подолы подымала —
Без калача да есть не сядет,
Без молодца да спать не ляжёт;
Пешь же она, курва, не ходит,
Всё ль-mo едё на подводах,
А пара у ней коней вороныих,
Извощики ребята молодыи.
Сороке, таким образом, в кодовом стихотворении «птичьего» цифрового шифра посвящено строк больше, чем другим птицам. И, по-видимому, не случайно. Об этом может говорить и имя птицы, которое содержит слово «рок» и которое можно прочитать в смысле «вместе с роком». Русское числительное «сорок» лингвисты связывают со словами тохарского языка «А sark» («болезнь») и «А sruk» («смерть») [152]. Последнее слово можно было бы связать и с русским словом «срок», также содержащим слово «рок».

Есть у восточных славян легенда, в соответствии с которой будто бы сороками оборачиваются ведьмы.

Когда по повелению Бога в восточнославянском предании все птицы чистили море, белая сорока вымазалась грязью и пожаловалась Богу, что коршун ничего не делает, а ей, сороке, пришлось работать за двоих. Обман раскрылся, и грязь навсегда пристала к сороке. У украинцев есть поверье, что тогда, когда детей будут рожать мужчины, а не женщины, то сорока вновь станет белой. Возможно, что белая сорока символизировала тот редкий случай, когда число солнечных затмений в саросе равнялось 40.

Сорока в птичьем шифре — птица завершения сароса, указывает на одно из чисел количества солнечных затмений в саросе. А волк символизирует солнечные затмения. Таким образом, сказка может намекать на то, что в другом саросе будет похожая картина солнечных затмений.

В русской сказке, записанной в Сибири [210] (запись 1902 г.) под названием «Короста», стоит большой терем, «весь сороками обвешан, и змей трехглавый обвернулся кольцом, — голову в хвост уткнул; у самых дверей спит». Змей охранял избушку, в которой находились два царских сына: «во лбу ясный месяц, по вискам частые звезды, по локоть руки в серебре, по колено ноги в золоте». По-видимому, само упоминание многих сорок равносильно намеку на сарос.

Несколько противоречивы речи сороки в древнерусских сказаниях о птицах. В одном из источников (см. словарь О.В. Беловой) сорока будто бы говорила: «…я в вырей не летаю, между людьми проживаю, як хто сховается (как кто спрячется), то я зараз (сразу) знаиду (найду) и всем возвещу». В другом (см. О.В. Белову, Х.М. Лопарева) фраза сороки такова: «Я вчера у Бога была и с Богом говорила, нынче я буду мелких птиц судити (судить)».

У славян, как, впрочем, и у некоторых других народов, было поверье, что каждому человеку от рождения до смерти сопутствует его незримый дух-охранитель Для защиты своего подопечного охранители дерутся между собой и могут даже погибнуть, а в последнем случае вслед за своим духом-охранителем умирает и человек. Эти духи, называемые у южных славян ведогонами, в Белоруссии имеют противоположный пол, т. е. девочка при рождении получает духа-братика, а мальчику при рождении придается дух-сестричка. Такая сестричка называется сорка, и не исключено, что существует своеобразный лингвистический мостик: сорка — сорока.

Связь духа-охранителя с названием птицы, которую в сказках славянских народов отправляют за живой и мертвой водой, может следовать также из места этой птицы в шифровальном коде птиц на границе миров.

Корона богатой птицы вороны

В античном мифе говорится, что царевна Коронида, которая прогуливалась по берегу моря, была поймана морским царем богом Посейдоном. Она молила богов, и богиня-девственница Афина превратила се в птицу — ворону. С этих пор ворона стала спутницей богини. Еще одна Коронида стала возлюбленной бога Аполлона и родила от него сына, бога-врачевателя Асклепия. Имя «Коронида», собственно говоря, и означает «ворона» [277]. Возможную связь вороны с «короной», в частности — с солнечной, еще предстоит доосмыслить

Англичанин Р. Грейвс отмечал [69]: «Богиня Кар, по имени которой названа Кария, превратилась в Италии в богиню прорицания Карменту («Мудрая Кар»), а кариотиды — это ее ореховые нимфы». Античный миф рассказывает, что царевна Кария была возлюбленной бога Диониса, но неожиданно умерла в Кари, и Дионис превратил ее в ореховое дерево. После того, как богиня Артемида принесла эту весть лаконцам, те построили храм Артемиде Кариотиде. Кария была известна также как символизирующая мудрость Метида.

Богиня Кар, вероятно, связана с вороной — недаром ее имя напоминает о вороньем крике. Обращает на себя внимание применение скульптурных изображений связанной с богиней Кар Карии в качестве колонн. Колонна в виде женской статуи и получила название «кариотида». Такая колонна являлась опорой какого-то верха. Если бог Птах являлся таким верхом, о чем может говорить использование символизирующих Птаха петухов на самом верху многих домов, то ворона могла символизировать опору, т. е. быть предшественницей петуха в числовом ряду птичьих шифров Что мы собственно и наблюдаем в стихотворном шифровальном коде, записанном со слов сказителя И. Фепонова.

В русской сказке про орла и ворону ворона обижала гусей-лебедей, у них яички таскала. Это заметил сыч и попросил суда над вороной у сизого орла, который послал за вороной воробья и, когда тот привел ворону, осудил ее. Не исключено, что в этой сказке выражена мысль о том, что ворона не только связана с затмениями, но и находится на заключительном этапе числового шифра, так как количество шифровальных чисел равно числу солнечных затмений в течение одного сароса, а изъятие яичек олицетворяющих затмения птиц может указывать на завершение цикла.

Как показывают многие варианты «птичьего» стихотворения-кода, в нем фигурирует кроме ворона еще и ворона, причем ворона, в отличие от ворона, стоит отдельно и неизменно находится в числе замыкающих список птиц перед петухом. В наиболее авторитетном варианте, у Фепонова, она упоминается после сороки. Можно предположить, что ворона символизирует число сорок один.

Ворона, в соответствии с древнерусскими сказаниями о птицах (см. О.В. Белову и Х.М. Лопарева), будто бы говорила: «Я птица грешная, серокрылая, ничево не знаю, толко и знаю — по дорогам летаю да соры (мусор) клювом разбиваю».

А.В. Георгиевская и А. Максимов в один голос называют ворону «богатой птицей». Тем не менее, как представляется, более правилен вариант Щеголенка и С. Неклюдиной, что «ворона на море пупорезная бабка…», ведь на его правильность указывает самый авторитетный из источников — Фепонов называет ее «бабкой». Но это — если выбирать между двумя вариантами кода. Скорее всего, первоначальный вид строк про ворону является суммой этих вариантов: «пупорезная бабка» ворона, одновременно вполне может быть и богатой птицей. То, что следующая за сорокой, «сороковой», птица выполняет акушерские функции, может следовать и из того факта, что сорок недель считается в настоящее время нормальным сроком беременности у женщин.

В русской сказке, записанной в Сибири [210] (запись 1902 г.) под названием «Крестьянский сын», царский сын поехал за повивальной бабкой. И по дороге встретил бабу-ягу, которая заявила, что именно она первая бабка в городе. С ее помощью родился ребенок «по колено ножки в серебре, по локотки руки в золоте, в затылке ясной месяц, по вискам частыя звезды, во лбу красное солнце. Баба-яга его отпустила в чистое поле…. подложила котенка…». Таким образом, ворона в шифрах могла соответствовать Бабе Яге.

Ворону славяне называли иногда в старое время каргой. Этим прозвищем также часто называли злую бабу или ведьму.

Слово «кара» у славян обозначало в древности плач по умершим. Историк Рыбаков Б. А. предположил, что карна — это плакальщица, «специалистка по ритуальным причитаниям» [214]. Не исключено, что эти снова связаны с карканьем вороны. Древнеримская богиня подземного мира с намекающем на ворону именем Карна считалась защитницей детей, спасшая младенца Прока от ночных птиц Стриг, которые питаются внутренностями людей. Богине Карне приносили в дар бобовую кашу. Интересной мифической подробностью является то, что ее любовником считался бог входных и выходных дверей Янус. Янус подарил Карне колючую ветвь и способность открывать любые дверные шмки. Кстати, ветвь, называемая в мифах золотой ветвью [282], считалась в античных мифах пропуском в загробный мир и обратно. Эней, сын Афродиты, по наущению кумской Сивиллы сорвал такую ветвь го ли дуба, то ли омелы и совершил свое мифическое путешествие в страну мертвых.

Как мы отмечали, по мнению мифологов с вороной связана римская богиня-родовспомогательница Кармента. Ее две помощницы Прорса и Постворта имели имена, отражающие два положения ребенка при родих [69]. С именем этой богини, а стало быть и с вороной, связано также слово «саrтеп» («песня»), и считалось, что в песнях говорится о судьбе новорожденных.

Становится понятен и иной смысл того, что имелось в виду при названии вороны «пупорезной бабкой». Вещая птица ворона давала начало новой жизни, новому небесному циклу.

Не исключено, что сорок первое божество, а всего богов в коде, вероятно, сорок два, могло олицетворять хозяйку потустороннего мира. Были такие саросы, в которых число солнечных затмений равнялось сорока одному. Наверное, об этом иносказательно говорится в поверьях сванов, грузинской этнической группы, которые верили, что после смерти душа мужчины переселяется в петуха, а женщины — в курицу. Но затем число затмений в саросе стало равняться сорока двум.

Молодец петух и курицы

Не случайно то, что эпиграфом ряда французских сказок служат слова: «Это было в те года, когда у кур росли рога». Процитированная поговорка также указывает на то, что курица являлась когда-то весьма таинственным и скрытым явлением древней астральной религии.

Как понимать числа 42 и 43? Ведь куры в соответствии с древнерусскими шифрами обозначают именно такие числа. А обычай поминать умершего на сороковой день после смерти? По всей видимости, числа 42 и 43 можно понимать как некоторую границу и символическое выражение каких-то потусторонних, запредельных явлений?

Древнеегипетский небожитель Птах почитался в древнем городе Мемфисе как создатель всего сущего, Птах создал самого себя, создал бога вечернего солнца Атума, который в свою очередь и сотворил мир по воле Птаха Именно Птах наделил могуществом богов, вдохнул жизнь в людей, дал им законы, письменность, магические заклинания, научил их почитать богов, строить дома и каналы, а также дал людям многие умения. С течением времени Птах стал еще и древнеегипетским покровителем искусств и ремесел. Храм этого бога в Мемфисе связан с культом священного быка Аписа. Впрочем, есть и иная версия рождения бога Птаха. В соответствии с одним из египетских мифов, бог Птах родился из яйца, которое снес ртом бог Хнум.

Супруга Птаха — воинственная богиня Сохмет, изображавшаяся с головой львицы, а сын — солнечное божество Нефертум — изображался с цветком лотоса на голове. Вместе эта семейка — Птах, Сохмет и Нефертум — составляли Мемфисскую триаду. Мемфис — греческое название древнейшей столицы Египта. Древнеегипетское название этого города — Хет-Ка-Пта, что примерно означает по-русски «Усадьба души — Двойника Птаха». Отметим, что на изображениях жена и сын Птаха держали в правой руке символы жизни, чего не было на изображении самого Птаха.

Изображение Птаха представляет для нас особый интерес. Дело в том, что этот небожитель изображался в виде человека, завернутого в погребальные пелены. Таким образом, Птах имел прямое отношение к покойнику, к его физическому телу, но уже лишенному духовной части. По крайней мере, на изображении этого нет.

В русской сказке из собрания Н.Е. Ончукова лисица пожаловалась журавлю на петуха за то, что «последняя птица в колеснице» над ней насмеялась. Можно предположить, что система чисел от одного до сорока двух и далее опять с одного до сорока двух и т. д. называлась колесницей.

Русское название птицы «Петух», вероятно, лингвистически взаимосвязано с именем древнеегипетского бога «Птах». Русское слово «Птаха» является синонимом слова «Птица» и, по-видимому, также связано с именем этого небожителя. Это подтверждает мысль о том, что древние русичи могли знать и бога Птаха. Другое прочтение имени древнеегипетского бога «Пта» также нашло отражение в древнерусском языке. Слово «пта» в древности также означало птицу.

Вплоть до нашего века в русском народе сохранились легенды о сотворении мира богом Сварогом. Например, в книге Ю. Миролюбова «Русский языческий фольклор» дана такая интерпретация миросозидания: «Вначале был один Бог, и тот спал!…Бог стал мыться в мовнице, да попарился…да вехтем терся…» Мир возник из «Божьего пота». Похожие космогонические варианты известны и по другим источникам.

Сварог создал мир из «пота» или его создал «Пта»? Между этими словами определенно возможна лингвистическая связь. Можно вспомнить ряд русских былин, где похищенной оказывается племянница олицетворяющего Солнце князя Владимира с очень интересным отчеством — Потятична. Брат Солнца — Пот? Не указывает ли это на близкое родство богов: Пта и Солнца? Живые часы с гребнем и шпорами — символический провозгласитель, глашатай могущественного и благотворного Солнца, считался хранителем времени. Красным же петухом называли люди огонь.

На сицилийской монете петух изображен совместно с богом тайных знаний, который был, вероятно, прообразом Януса, богом начала и конца. Если петух — последняя значащая птица в шифре пернатых (курица, вероятно, уже вне этого списка), то эта версия весьма правдоподобна.

Посеял петух из удмуртской сказки горох. И когда петух готовился к уборке урожая, лиса, до того времени промышлявшая ловлей мышей, спряталась в горохе и стала ждать петуха, очень уж захотелось лисе разнообразить свое меню петушатиной. Но петух позвал в горох собаку, и когда лиса прыгнула на петуха, была поймана собакой.

Гермес с ветвью оливы, петухом и собакой.

Сицилийская монета

V в. до н. э.


Для понимания сказочной иносказательности следует напомнить, что сказочный горох являлся эквивалентом настоящих звезд.

В русских сказках, собранных в Беломорье Д.М. Балашовым, указывается, что избушка Бабы Яги стояла не только на куриной ножке, но и на «петушиной головке».

Петуха западные славяне называли птицей бога Святовита. По созвучию имени языческого бога со святым Витом, как предположили ученые, на святого Вита были в какой-то мере перенесены воспоминания о Святовите. И поэтому на старинных христианских иконах св. Вита также можно увидеть петуха. В Чехии Петух рассматривался как солнечное божество, и изображалось это божество в виде петуха, но с мужской головой.

Царем Кологреем назвала петуха старинная русская загадка. Возможно, что это одно из имен солнечного бога.

Одно из древнейших и давно забытых русских названий петуха — «сабль», а курицы — «саблица», Эти названия указывают на возможность стародавнего иносказательного выражения петуха через холодное оружие — саблю.

Небесный петух своим пением пробуждал весь мир и поэтому считался и на Руси символом солнца. Петуха называли в старину, кочет, когут, петел, петелин, певень, певен и другими названиями. Петух, в соответствии с древнерусскими сказаниями о птицах (Х.М. Лопарева), будто бы говорил: «Ox-те мне, беда мне! пришол (пришел) час и конець: хотят мя (меня) зарезати (зарезать) и вложити (вложить) мя (меня) в горнец». Отметим сакральную выделенность связи петуха с концом и огнем. В том же источнике кочету приписывались слова* «Я у вас думной (думный) диак (дьак)». Если дьяки в России являлись государственными чиновниками, то думные дьяки руководили канцеляриями и по своему положе нию могли бы быть приравнены по современным меркам к министрам. Петух, по-видимому, персонифицировал такого бога, который главенствовал над рядом других богов.

Некоторый интерес для нас в части понимания шифров птиц представляет культурное наследие Шумер [95; 129]. Шумер — древнейшее государство, было расположено в долине рек Тир и Евфрат и обладало в свое время высочайшей культурой. Шумерцы появились в Двуречье в 5–4 тыс. до н. э. После завоевания Шумер в конце 3-го тыс. до н. э. семитскими племенами шумерский язык стал «мертвым» языком Впрочем, завоеватели переняли культуру поверженного Шумера, и будущие аристократы Древ него Вавилона, процветавшего на месте Шумер государства, были обязаны изучать шумерский язык, литературу, науки.

Потусторонний, запредельный мир, куда уходило то, что оставалось от человека, шумеры называли словом «Кур» (буквально «Гора»). Кур представлялся шумерам как пустое пространство между землей и первозданным Океаном. Для проникновения в Кур было необходимо пересечь реку, которая поглощает людей, а их перевозил в Кур специальный «человек лодки» — перевозчик. Иногда шумерами для обозначения потустороннего мира применялось другое, вторичное название: «Кур-ну-ги» — «Страна без возврата».

По всей видимости «куры» не случайно замыкают древнерусский шифровальный список птиц. Приведенная аналогия достаточно красноречиво об этом говорит. В варианте числового стихотворного кода сказителя Фепонова о курах говорят следующие строки:

А курица последняя птица;
Кто ни ею да поймает
Всякой в дыре да ковыраёт,
Все из яйца бедну пытаёт,
Любимым зятьям и припасает.
Возможно, что в последней строчке содержится намек на связь кур со старшим поколением людей, с предками, с загробным миром. Следует иметь в виду, что в соответствии с практикой древнерусского языка курами называли не только куриц, но и петухов.

Слово «курган» само по себе содержит «кур», что указывает на его снизь с подземным царством. Но курганы являлись также началами троп к звездам. Поскольку бытовало поверье о превращении душ умерших в звезды, то само обращение людей к звездам было в какой-то мере одновременным обращением людей к душам предков.

В русской сказке «Охотник и его жена» охотник понимал птичий язык и узнал, что сказал его петух. А петух сказал, что он не такой дурак, как хозяин, который не может справиться с одной женой. Что у него кур «тридцать и больше того», а если он захочет, то доберется и до других. Таким образом, нельзя исключить числа кур у петуха более того десятка, о котором говорится в коде.

Считалось, что по ночам в баню приходят навьи — покойники. Поэтому, если кто увидит там куриные следы, тому непременно надо осенить себя крестом. Ассоциация отпечатков куриных ног и покойников никак нс случайна. Куры выражали потустороннюю часть в шифрах пернатых.

Подобные взгляды существовали у многих народов мира. По поверьям народов Восточной Африки, например, души умерших переселяются в куриц

Возможно, что древнеегипетского бога Птаха также называли Великой Курицей. Слова из «Египетской книги мертвых» могут говорить и об этом: «Хвала тебе, дерево сикомор богини Нут! Даруй мне от воды и от воздуха, что пребывают в тебе. Я занимаю трон, что в Гермополисе, и сторожу и оберегаю яйцо Великой Курицы. Оно растет, я расту; оно живет, я живу; оно вдыхает воздух, я вдыхаю воздух: Я Осирис…»

Аид и Персефона.

Под креслом властителей загробного мира — курица.

Рельеф из Локр. Терракота.

470–460 гг. до н. э. Реджо-ди-Калабрия. Национальный музей


В соответствии с древнеиндийской легендой, творение мира происходило с помощью птиц. Именно курица снесла яйца в ветвях мирового дерева, а из этих яиц вылупились жены тройки главных богов.

И не случайно яйцо, которое снесла курочка-татарушка в русской сказочке наделено эпитетами: «пестро, востро, костяно, мудрено».

Кстати, в старинных русских заговорах иногда упоминаются Петушиные яйца. Так, семигодовалый петух по старинному поверью способен снести яйцо, из которого вылупляется змей — губитель рода человеческого.

Яйцо — зародыш жизни и ее символ. Поэтому, исходя из принципа подобия микрокосма и макрокосма, яйцо являлось также зародышем Вселенной.

В античной мифологии с петухом и курицей связан мир подземный, и, следовательно, непосредственно с ними связаны владыка загробного мира Аид (он же Гадес, он же Плутон) и его супруга Персефона (она же Кора). Впрочем, были античные версии мифов, по которым Зевс, Посейдон и Аид — тройка братьев, а по некоторым мифам братья имели общее имя, в частности называлось имя Зен.

По античному мифу дочь Зевса и Деметры юная Персефона играла с подругами и резвилась в Нисейской долине. Она бегала от одного красивого цветка к другому, но заметила невдалеке необычно прекрасный цветок и, когда она уже протянула к нему руку, чтобы его сорвать, появился на четверке вороных коней в золотой колеснице Аид и умчал (с разрешения Зевса) Персефону в свое мрачное царство. Долго искала Деметра свою дочь и от бога солнца Гелиоса узнала правду. Опечаленная богиня Деметра покинула Олимп, облачилась в темные одежды и стала лить слезы. Перестала расти всякая зелень, завяли травы, засохла листва на деревьях, перестала плодоносить земля. Грозила гибель всему живому, но не хотела Деметра возвращаться на Олимп, пока не вернет Аид Персефону. Вынужден был Зевс удовлетворить желание Деметры. Послал Зевс Гермеса к Аиду, который поведал Аиду волю Главы богов. Отдал Аид Персефону, но предварительно дал ей проглотить зерно плода граната — символа брака. Тогда Зевс принял решение: Персефона две трети года должна жить с матерью, а одну треть проводить со своим мужем в царстве теней.

У славян бог Пекла назывался иногда Пекленцем. Он, вероятно, был аналогом Аида-Гадеса-Плутона. По-видимому, существовал славянский миф о похищении богом Подземного мира девушки по имени Ния (Нива), являвшейся аналогом Персефоны (Коры). На античных монетах изображался иногда в зооморфном виде с ногами в виде змей, а потому именовался словом «Гад» (связанным с греческим «Гадес»). Ведь словом «гад» на Руси обозначали змееподобных животных. Впрочем, бога Подземного мира и земных богатств, возможно, называли у славян «Плуто».

Зевс Велохан, одна из ипостасей Зевса, на монетах в Фесте изображался с петухом. Это можно понять, вникнув в древние воззрения на главу пантеона богов. Так античный философ-неоплатоник V в. Прокл различал трех Зевсов. Так он писал: «…первый Зевс, будучи Демиургом всего, является царем первого, среднего, конечного. О нем и Сократ недавно сказал, что он — властвующий и царь над всем и что для всего через него жизнь и спасение… Второй же Зевс диадически именуется Чевсом Морским и Посейдоном. А третий — тридодически Зевсом Подземным, Плутоном и Аидом. Именно первый Зевс спасает, демиргирует и животворит самое высокое, второй — вторичное и третий — третичное. Поэтому о последнем и говорится, что он похищает Кору, чтобы он одушевил пределы Всего».

Имеющий облик маленькой женщины злой дух дома, бывающий часто невидимым, называется Кикиморой. Поверья приписывают Кикиморе способность вредить мелким домашним животным, но особенно курам. Поселившись в доме за печкой, Кикимора берет в руки веретено и прядет, путая нити и комкая кудель. В астральной религии времен детства человечества веретено связано с богинями судьбы, а нити — с путями планет и жизнью людей. Обрыв нити судьбы равнозначен смерти. Запутывание нити приносит людям злую долю или Недолю. Считалось, что Кикимора рождалась у красной девицы от Змея Огненного и проклята матерью еще до своего рождения. Из-за этого проклятия новорожденная улетает «за тридевять земель» и к семи годам становится способной творить свое злое волшебство.

Словом «Нечисть» славяне называли все демонические существа и духов. В старину полагали, что Нечисть вылупляется из носимого слева под мышкой «петушиного» яйца. Больше всего Нечисть боится крика петушиного. Ведь ее связывали с темным временем суток. Список всякой Нечисти может быть очень и очень длинным. Чаще всего, пожалуй, упоминались: леший, домовой, водяной, дворовой, овинник, кикимора, лесовик, боровой, моховой, полевик, луговик, амбарник, запечник, подпольник. Обитатели ада — черти. У славян ад назывался пеклом. Кроме того на петухе заканчивались птицы, имеющие связь с богами: таков, видимо, смысл скрытого в «петушиных» яйцах намека.

В швейцарском городе Базеле, по данным Дж. Фрэзера [282], в 1474 году был осужден петух за то, что он якобы снес-яйцо Было общеизвестно, что из яиц, снесенных петухом, изготовляют колдовские снадобья и из них вылупляются всякие вредные для христиан твари. Поэтому попытки защитника-адвоката представить суду несение яиц непроизвольным актом со стороны петуха, что делало петуха невиновным, не увенчались успехом. Суд признал петуха виновным в колдовстве и приговорил его к сожжению на костре вместе со снесенным им яйцом. Приговор суда был приведен в исполнение в торжественной обстановке

Дважды рожденными называли в Индии птиц* они первый раз рождались в виде яйца, а второй раз — птенца. С ведическими представлениями пересекается русская народная загадка: «два раза родился, ни разу не крестился, а черт его боится» — имеет отгадку: «петух». Такой особый статус петуха объясним лишь с позиций астральной и враждующих с ней религий.

Римское название французов — галлы. Оно произошло от «галлус», что означало не только название народа, но и имело значение «петух», поэтому-то петух является неофициальным символом Франции. Французы же называют петуха «chante-clair», что буквально означает «поющий рассвет».

В русской сказке «Петух и жерновцы» старику удается забраться на небо по чрезвычайно высокому дереву и принести оттуда кроме чудесных «золотых-голубых» жерновцов, которые сами делают блины и пироги, хранителя жерновцов — петуха с золотым гребнем.

У брата с сестрой из карельской сказки был один только петушок с красным гребешком. Когда подмела девочка птичьим крылышком закрома, то нашла одно ржаное зернышко. Дети посадили зернышко, а утром увидели, что из него вырос толщиной с сосну стебель, который вершиной «подпирал» небо. Дети лазили на небо и принесли оттуда волшебный жерновок, из-под которого блины и пироги «вылетают». Злой царь отобрал у сирот жерновок. Однако петушок пошел к царю, дабы восстановить справедливость. По дороге к нему пристали медведь и волк — медведя петух посадил под правое крыло, а волка — под левое. Громко кричал петушок перед народом о вине царя перед сиротами. Когда же царь напустил на петушка диких жеребцов и диких баранов, то выпустил петух медведя — и тот задрал жеребцов, и выпустил волка — и тот зарезал баранов. А петух продолжал кричать о вине царя, и царь был вынужден вернуть волшебный жерновок сиротам.

Славянские сказки ласково называют петуха Золотым Гребешком, что, по-видимому, отражает ассоциацию петушиного гребня и золотой царской короны. Кроме того, оно отражает расположение этой птицы на границе двух миров. Только малая часть этой птицы имеет ярко выраженный солнечный золотой цвет. Но и не исключено, что на каком-то историческом этапе астрологический отсчет велся исходя из сорока двух дней, и после Петуха, являющегося олицетворением числа 42, исчисление начиналось сначала, с «золотого» дня. Если числа 42 оказывалось мало для исчисления числа солнечных затмений в течение одного сароса, то для дальнейшего счета применялись курицы. И в этом случае день золотого солнца наступал после числа «курицы». Однако, притом, что курицы являлись представительницами потустороннего мира, петух был провозвестником солнца и дня. Впрочем, и окончания дня, и наступления ночи. Тем не менее, по всей видимости, петух во многих сказках персонифицировал именно солнце.

Чудесная курица снесла старику в русской сказке самоцветные камушки стоимостью пятьсот рублей каждый. Обладала курица еще одной сказочной способностью: кто съест голову этой курицы, тот будет королем, а кто съест ее потроха, тот будет золотом харкать.

За курицей в числовом шифре начинается новый отсчет, новый цикл, открывающийся новым царством или королевством. А внутри такого явления, которое связано с курицей — сарос с его циклом солнечных затмений, новым возрождением золотого солнца. Вероятно, что так можно трактовать замечательные свойства сказочной волшебной курицы.

Не исключено, что петух не просто соответствует числу 42, но и завершает список птиц, которые олицетворяют какое-либо божество. В то время как курицы соответствуют числу 43 и числам, большим 43, а также простым смертным, попадающим в загробный мир. Число 42 — Наибольшее божественное число, и, вероятно, не случайно было общепринято в домостроительстве помещать на верхней части домов изображение петуха.

По-видимому, были не дошедшие до наших дней мифы с указанием, что ключи от вырия были переданы петуху — именно он являлся в шифрах сорок второй птицей. Отголоском этого мифа, возможно, явился библейский миф, который говорит о святом апостоле Петре как обладателе ключей от рая. И недаром в русских сказках, да и в быту, петуха часто называют Петей. Петя — упрощенная форма имени Петр. И евангельских же мотивах даже можно найти петуха в качестве эмблемы ев. Петра.

Бывало, что сарос насчитывал более сорока двух солнечных затмений. Видимо, это про такой случай рассказывает поговорка: «Бывает, что и курица петухом поет!»

Таблица древнерусских числовых шифров птиц

По результатам исследования использования птиц в фольклоре построена настоящая таблица. В таблицу не вошли птицы, которых бы сопровождало три и более вопросительных знака.

В приведенной таблице указаны некоторые птицы и предположительно соответствующие им числа, комментарий к которым в книге отсутствует. Это произошло, к сожалению, в силу ограниченности объема книги. Впрочем, рядом с таким соответствием птицы и числа стоит но меньшей мере один вопросительный знак. Этот знак указывает не только на неуверенность автора в этом соответствии, но и на его готовность принять разумные предложения на этот счет.

Таблица





Примечание. Курицы, упомянутые как жены петуха, оставлены нами за пределами таблицы, однако не исключено, что они могут обозначать числа, большие 42, в соответствии о их указанным количеством.

Следует отметить, что приведенные в таблице числовые значения птиц не являются истиной в последней инстанции и открыты для обсуждения.

«Очищик деревенский» жаворонок

В самом названии птицы жаворонок есть «ворон» — название другой птицы, играющей важную роль в сакральном действии птичьего шифра. Жаворонок не входит в число птиц, упомянутых в птичьем шифровальном коде в пересказах наиболее авторитетных сказителей. Однако некоторое совпадение менее авторитетных вариантов с участием жаворонка указывает, что эта птица также могла быть составной частью древнего шифра. В одном варианте жаворонка называют земским:

Жаворонок земский,
То есть очищик деревенской.
В другом жаворонка называют десятским:

Жавроленок на море десятский,
То есть очищик деревенский.
Но в обоих случаях называют не совсем понятным прозвищем «очищик», которое, возможно, говорит о собирателе долгов и налогов, о том, кто очищает крестьянские, деревенские, амбары. Хотя возможно, что очищались амбары с целью сбора средств для проведения жертвоприношения. Слово «очищение» использовалось в старину также в духовном смысле. И не исключено, что жаворонку приписывалось свойство очищения от грехов.

В варианте сказителя былин Щеголенка говорится:

Жаровленочек он по поднебесью летает,
Желобнехонько он щекотает
Впрочем, следует отметить, что вариант Щеголенка малоавторитетен.

В прибаутке из собрания А. Н. Афанасьева говорится. «Жаворон воспевает, слышит весну красну, слышит лето тепло: стала мать-рожь на колос метаться, скотинушка в лес убираться».

О возможном использовании жаворонка в древних числовых шифрах указывает также участие этой птицы в качестве героя сказочного творчества народов мира.

В дракона превратилась змея из словацкой сказки, и дракон этот понес на своей спине пастуха на самую вершину высокой-превысокой горы. Там пастух увидел жаворонка и попросил его помочь. Жаворонок опустил на голову дракона березовый листок, исписанный какими-то золотыми буквами. И дракон с пастухом плавно спустились с вершины на пастбище.

В болгарской сказке «добрый жаворонок» дает крестьянину тройку волшебных помощников: дубинку, выполняющую желания, осла, выплевывающего золотые червонцы, и молоток, вызывающий тройку удальцов-молодцов-охранников, с помощью которых крестьянин побеждает вороватых царя и кузнеца.

На Благовещение, Алексеев день и день Сорока мучеников, т. е. в пятнадцатидневный период, начиная со дня весеннего равноденствия, на Руси пекли из теста и ели птиц-нептиц, которых называли жаворонками. Конечно, для этой выпечки в пустых в это голодное время амбарах все же находилось кое-какое зерно, и, таким образом, можно понять один из смыслов названия «очищик». С другой стороны, обряд выпечки жаворонков мог осуществляться с целью духовного очищения. Тем более что прилет жаворонка был эквивалентен приходу весны.

Профессор Снегирев в своей книге о русских праздниках, изданной в 1837 г., связывал блины и оладьи, которые пекут на масленицу, с жаворонками, «alaudae» (вероятно, кельтское название жаворонков).

Жаворонки из теста


В образе жаворонка на древнегреческой вазе V в. до н. э. изображалась богиня Афина.

Хохлатый жаворонок, по свидетельству ласточек из испанской сказки о Птице Правде, повадился летать на крестьянские поля и клевать маис и турецкие бобы. А выбегавшего с палкой крестьянина голосистый жаворонок называл в песенке ротозеем и обещал все равно склевать его урожай.

Если учесть особую роль сказочных бобов, а из бобов в сказках разных народов мира частенько вырастают растения, напоминающие мировые деревья, то жаворонок в какой-то мере также может быть связан с идеей мирового дерева.

В незапамятные времена царем был жаворонок, а мышка — царицей. Так говорится в одной из украинских сказок. Из-за мелочной ссоры между жаворонком и мышью возникла большая война между птицами и зверьми. Птицы потерпели поражение. Выжил только раненный охотником орел: три года за ним ухаживал охотник и скормил ему двух коров и быка — все, что у него было из домашнего скота. За это отец орла дал сказочному герою волшебное яйцо. Из разбитого по дороге этого чудесного яйца повалило большое количество скота. И лишь змее удалось загнать животных обратно в яйцо и скорлупу заклеить. Отметим, что вариантов сказки про войну между птицами и зверьми много у разных народов мира, в них зачинщиками называются разные мелкие птицы.

Славянская легенда говорила, что жаворонок вместе с ласточкой вынимал колючки из тернового венца Христа. И за это Бог позволил ему высоко летать. Жаворонок стал летать высоко и говорить: «Я высоко летаю, песни воспеваю, Христа прославляю». Возгордился впоследствии жаворонок и, когда поднимался ввысь, будто бы говорил: «Полечу на небо, на небо, схвачу Бога за бороду, за бороду». Когда же он падал, то будто бы говорил: «А Бог меня бил-бил кием-кием и на землю кинул-кинул-кинул». А потом добавлял: «Кий упад кий упал».

Существует польский миф, согласно которому Бог подбросил к небу комочек земли, и этот комочек превратился в маленькую, земляного цвета птичку — жаворонка.

Среди народных поверий есть поверья о Дне Сорока святых мучеников. Говорили, что в этот день возвращаются из ирия все птицы. Впрочем, говорят, что в этот день возвращается из ирия только жаворонок. А ласточка прилетает в день архангела Гавриила 26 марта (по ст. ст.).

Существовала на Руси легенда, будто бы птица жаворонок на зиму превращается в мышь и обитает в мышиной норе под камнем в поле, но перед летом возвращает свой прежний вид. Всю зиму он спит на одном боку, лишь в середине зимы переворачивается на другой бок. Когда сверкнут первые молнии, то раскрываются небеса, и жаворонку, которого держат ангелы, разрешается посмотреть на небеса.

Мышиная нора может означать, что место жаворонка в числовых шифрах где-то после 27. На праздник весны в начале года, который начинался задолго до дня весеннего равноденствия (и в какие-то годы 1 марта), выпекали из теста двух птиц — «жаворонков» и «куликов». Следует отметить, что начало одиннадцатого зодиакального знака, а кулик символизировал число одиннадцать, совпадает по времени с началом 31-го декана. Поэтому персонификация жаворонком числа 31 представляется более предпочтительной.

Жаворонок.

Обрядовое печенье из Львова


Один из родов лесных жаворонков, обитающих в средней полосе европейской части России, называется «юла». Впрочем, авторитетный В.И. Даль указывал, что «юла» — старинное русское название жаворонка вообще, что жаворонка в старину также обозначали словом «вырей». Если последнее слово, очевидно, отражает связь этой птицы с загробным миром, то применение слова «юла» в отношении жаворонков требует осмысления. В городе Волине, возникшем в VIII в, на острове в устье реки Одры (территория современной Польши), как божество почитался столб с воткнутым в него копьем, называемый Юлом. В Скандинавии праздник зимнего солнцеворота назывался «JOIFEST», где слово «FEST» — «праздник», а слово «Hjul» означало «колесо». Праздник возрождающегося солнца отмечался в тот момент, когда солнце на годовом круге занимало самую северную позицию. И, таким образом, Юл оказывался родственным Деду Морозу, одному из обликов бога Сатурна.

Жвабран — божество абхазских мифов, прародительница коров. А богине Жворуне поклонялись в языческой Литве в облике суки. Возможно, что эти божества имели отношение к птице, имеющей созвучное имя — жаворонок. Но их объединяет не только созвучие названий. Жвабране, одной из семи долей бога плодородия и покровителя животных абхазской мифологии Айтара, молились в первую субботу марта. Суббота — день, когда во всей Европе почитали бога, соответствующего в античном пантеоне богов Сатурну, почему в названии субботы на разных языках и присутствует Сатурн, так как буквально означает «день Сатурна». Пусть не смущает женский род божества — мифология содержит немало примеров, когда под похожими именами сочеталась пара богов. Так в восточно-романской мифологии святая Мьеркурь связана была со средой, а святая Марцоля — со вторником, т. е. в дни соответственно богов Меркурия и Марса.

Хохлатого жаворонка называли на Руси не только жайворонкоми другими похожими словами, но и посметушкой, посметухой, что хорошо согласуется со строчками текста стихотворного кода, хотя в изложении и не слишком авторитетных сказителей, где жаворонок назывался «очищиком деревенским». Белова в своем словаре приводит такие строки с не совсем понятным окончанием: «Посметюшка мовит, я у выреи не летаю, а над святой неделе жайворонковым гласом спеваю триденощ тою у гною (вероятно — в навозе) пробиваю» («Посметушка молвит: “Я в вырей не летаю, а на святой неделе Жаворонковым голосом пою, три дня и ночи ту дыру в навозе пробиваю”»). Упоминается вырий в другом приведенном в словаре старинном источнике: «Жайворонок мовит я у вирею наперед всех птиц вилетаю и веселенко спеваю людем весну возвещаю» («Жаворонок молвит: “Я в вырей вперед всех птиц вылетаю и веселенько пою, людям весну возвещаю”»). Еще в одном старинном источнике говорится (см. О.В. Белову): «Жаворонок рече жалобно было нам тогды коли хрста взяли жидовя на роспятие и тогда знамение велико бысть запона це розно раздрася сверхнего края и до нижнего земля потрасеся и камение роспадеся солнце померче и луна в кров преспуся и тма бысть по всей земли от шестаго часа до часа девятого» («Жаворонок говорит: “Жалостно было нам тогда, когда Христа взяли жиды на распятие, и тогда знамение великое было, застежка эта по-разному разбилась, с верхнего края и до нижнего земля потряслась и камни распадались, солнце померело и луна в кровь опустилась, и тьма была по всей земле от шестого часа до часа девятого”»).

Как уже отмечалось, кое-где да Украине хохлатого жаворонка называли суседкой или сусеткой. В древнерусских сказаниях о птицах (см. Х.М. Лопарева) сусетка обличала: «Ой ты, копец, поддорожник, степной разбойник! Ведомые вы воры с кречетом, — быти (быть) вам обеим (обоим) казненными, воровали вы вместе». Копец — это, по всей видимости, кобец (кобчик). Таким образом, жаворонок ругал двух соколов: кобчика и кречета. В пояснение ситуации отметим, что жаворонок, по всей видимости, — одна из символических ипостасей бога Крона (Сатурна), который в древнейшие мифологические времена был главой бог ов, но затем был вынужден уступить власть Зевсу (Юпитеру).

Поляки называют жаворонка певцом божьей матери, который будто бы приносил ей вести о ее божественном сыне. Впрочем, мнение, что жаворонок прославляет Христа, существовало и у других славянских народов.

Орел в сказке про Ивана-Царевича и Елену Прекрасную из Вятского сборника Д.К. Зеленина [102], когда получил от ворона два пузырька, «раздернул» пойманного им жаворонка пополам. Из одного пузырька смазал — жаворонок сросся, из другого — жаворонок полетел. Опробованные таким образом жидкости из пузырьков были использованы орлом для оживления Ивана-Царевича. Орел символизировал, число 30, а то, что жаворонок был рядом с орлом, могло указывать на его соседнее местоположение в шифрах.

Жаворонок, вероятно, персонифицировал число 31, первую декаду последнего месяца зимы и в таком качестве символизировал весну.

В.И. Даль приводил такую поговорку: «Жаворонок к теплу, зяблик к стуже». Эго указывает на возможное участие зяблика в некоторых шифрах, причем, вероятно, на персонификацию зябликом какого-то осеннего декана.

Заболел королевский сын в молдавской сказке, и старец-ведун сказал, что королевич выздоровеет, если съест язык птицы-нептицы, которую убьет человек-нечеловек ружьем-неружьем, сделанным из дерева-недерева. Бояре предположили, что птица-нептица — это жаворонок, что он хоть и летает, но больше по земле ходит, а поет он только в небе и, закончив петь, падает на землю. Что человек-нечеловек — это пастух, который не как все живет, с людьми, а больше на пастбище, с животными. Послали бояре пастуха с луком, сделанным из липы, подстрелить жаворонка, по человеческим голосом заговорил жаворонок с пастухом. И объяснил жаворонок, что он — птица настоящая, что летает высоко, песни поет, птенцов выводит, и в чужие края не улетает — на родных местах остается.

Возможно, что ответ на вопрос о смысловой сущности жаворонка может дать его характеристика птицы-нептицы. Чтобы оправдать такую характеристику жаворонок не должен участвовать в птичьих числовых шифрах с одной стороны, но в то же время и участвовать неким образом.

Как это может быть? Первые двенадцать птиц, как уже было показано, использовались для обозначения знаков зодиака. Для того, чтобы не было путаницы при обозначении деканов, вполне возможно, что эти, участвующие в шифрах птицы, имели дублеров. Можно предположить, что среди таких птиц-дублеров был и жаворонок.

Мы немало наговорили о жаворонках такого, из чего следует, что жаворонок может занимать особое место в шифрах птиц-дублеров. Как певец Божьей Матери жаворонок может персонифицировать весну. На весну также указывают мучные жаворонки, пекущиеся на масленицу. Вероятно, для того, чтобы быть символом весны, жаворонок должен был отождествляться со средним деканом весны. В таком случае в списке птиц-дублеров он, по-видимому, занимал второе место, т. е. мог быть связан с числом 2.

Еще о птицах, числах и птичьих шифрах

В былине, ныне называемой «Молодец и река Смородина», есть такие строки: «Утонул добрый молодец во Москве-реке, Смородине». Такое уподобление Москвы-реки реке, содержащей в своем названии «мор», а также соответствие названия ягоде и кусту достаточно интересно. С позиций суздальской былинной школы Москва-река находилась в «воробьином» клине — шестом знаке зодиака, который предшествовал точке Запада. Москва-река находилась, таким образом, перед дверью в вырий, славянский загробный мир. В указанной былине на вопрос героя «быстра» река Смородина отвечала человеческим голосом:

«Со броду кониного Я беру по добру коню,
С перевозу частого — По седелечку черкасскому,
Со мосточку калинова — По удалому молодцу…»
Таким образом, река Смородина сопоставлялась с шестым 30-градусным сектором, который подразделялся на три декана: 16-й, 17-й и 18-й, первый из которых мог обозначаться конским бродом, второй — перевозом, а третий — мосточком калиновым.

Как следовало из нашего рассказа о числе, которое символизировал журавль, ранее мы достаточно уверенно связали эту птицу с числом 17. Подтверждением этой версии может служить упоминание в кодовом стихотворении сказителем И. Фепоновым рода занятия журавля: журавль был перевозчиком, который перевозил русских птиц, не намочив их цветного платья. Перевоз же, как теперь оказалось, связан именно с 17-м деканом.

Но если с сакральным значением журавля (по-видимому, и с числовым значением птиц до журавля, до 17) все более или менее ясно, то числовые эквиваленты некоторых птиц вызывают вопросы. Мы уже отмечали двойственность наших представлений о граче. Возможная ошибка расположения грача в шифрах ведет к смещению числового значения ворона на единицу и к неопределенности числовых значений некоторых других птиц.

Несколько двойственен также символизм чибиса, который не упоминается в кодовом стихотворении, почему мы его отдельно и не рассматривали. Чибис — название птицы, созвучное названию птицы «ибис», а поэтому чибис мог применяться как эквивалент колпи. Тем более, как отмечают исследователи, что не только священный ибис, но и чибис изображался на гербах Древнего Египта. Кроме того, латинское название чибиса — «Vanellus vanellus», что могло быть связано с русским именем Ваня, а это также могло означать идентичность чибиса и единицы, чибиса и ибиса. С другой стороны, В.И. Даль отмечал, что в Костроме чибезами (чибисами) называли чаек. Это могло означать, что чибис мог занимать то же 15-е место в шифрах пернатых, которое было отведено чайке. Таким образом, есть две версии символизации чибисом чисел: 1 и 15, новолуния и полнолуния. Чибиса называли в Полесье книгой и вещуном. Какие-то предсказания делали в новолуние, а какие-то в полнолуние. Да и книги, особенно священные книги, использовались в старину и для гадания. Не исключено, что чибис был выразителем божеств судьбы. Впрочем, последнее верно и в случае персонификации этой птицей семейства ржанковых, которую называли иногда пигалицей, одного из времен: 1-х или 15-х суток. Замечательный исследователь русского языка В.И. Даль записал народное поверив: «Я ибеза (чибисы) с вечера кричат — к ясной погоде». Подобное приписывали именно птице-предсказательнице, но не только оракулом представлялся чибис. Это была птица священной правды. В соответствии с древнерусскими сказаниями о птицах (по Х.М. Лопареву), чибис будто бы подавал такую реплику: «Я по болотам сижу, всякую неправду стерегу».

В представленных шифрах не нашлось места еще целому ряду птиц, на сакральное использование которых указывают источники народного фольклора. Среди них чиж, чирок, баклан и некоторые другие. Чижами и чирками называли деревянные чурки, которыми пользовались в народных играх, да и баклана нередко называли чуркой. Д.И. Садовников приводил загадку: «В печурке три чурки, три гуся, три утки, три тетерева». Ответ на эту загадку: «Времена года». Таким образом, чурки соответствовали весне. Если учесть, что первые 12 птиц птичьих шифров одно временно могли персонифицировать как деканы, так и знаки зодиака, то это должно вносить некоторую путаницу. Поэтому у первых 12 птиц вполне могли быть дублеры. Не исключено, что среди них были и указанные птицы.

Сойка, в соответствии с древнерусскими сказаниями о птицах (см. О.В. Белову и А. Багрия), будто бы говорила: «…ох нам грешным(,) что у нас судей и боляр (бояр) умножилос (умножилось,) а некому по правде разсудить (рассудить)». В другом древнерусском сказании о птицах (см. О.В. Белову и Х.М. Лопарева) птица сой (сойка) молвит: «Я семьдесят языков умею (знаю): буду я у вас толмачем, бо (ибо) вам без толмача не пробути (не быть), а другого такого некого принята (принять)». Словом ксиссова, по-гречески «xissa», обозначали на Руси и сойку, и иволгу. Их называли также словом «киса», что является производным от слова «ксиссова». Есть упоминание о сойке в весьма малоавторитетном варианте кода, записанного со слов сказителя былин Щеголенка: «Сойка на море, она была верещага». Это упоминание, однако, не следует переоценивать. Хотя слово «верещага» может указывать на оповещательную функцию сойки. Некоторые данные указывают, что сойку в старину сопоставляли с другой птацей-верещагой — сорокой. Информационная деятельность отмечалась не только на Руси, но и во французской сказке про печально известного персонажа по имени Синяя Борода, где благодаря рассказу сойки и прикончили Синюю Бороду — не дали ему убить его восьмую жену. Очень может быть, что в некоторых шифрах было увеличенное число птиц, причем до семидесяти. Это число могло выражать общее число затмений солнечных и лунных. По современным астрономическим данным это общее число в среднем составляет 70–71 затмение в течение одного сароса. Впрочем, не совсем понятно, почему считается, что сойка пытается улететь в ирий, этот славянский рай, три раза в течение года. Первый раз когда цветет гречиха, второй раз — когда зреет хлебный колос. Но каждый раз она возвращается, чтобы узнать, сколько она пролетела. В третий раз сойка улетает в ирий, когда ложится снег, но она возвращалась на этот раз потому, что там не хватало корма.

Наверное, далеко не всегда складывались сердечные отношения между князьями и жречеством. Но княжеская опала не могла остановить жреца-солнцепоклонника и ученого. И без средств к существованию старатель ищет и находит золотой самородок, который хранится в сокровищнице Человечества. В науке зачастую отсутствие финансирования не останавливает истинного ученого. Лабораторией ученого было небо, а на родной земле было где укрыться от нескромных взглядов на обширнейших лесных пространствах. На каждое место наблюдения опускалось небо, и эта проекция неба на землю образовывала Святую Русь.

Сколько было на Руси центров наблюдения за небом, мы не знаем, но их было достаточно много.

Ясно, что образование таких центров способствовало децентрализации княжеской власти и вызывало ответную реакцию. Пересмотр религиозной концепции солнцепоклонников и провозглашение главенства бога Перуна по примеру античных государств не могло спасти ситуацию и не привело к цели. Настоящей религиозной революцией, ведущей к централизации княжеской власти, стало крещение Руси И одной из предпосылок к этому, одним из исторических корней христианства, вероятно, являлась распространенность языческих религиозных центров.

Часть вторая Звериные лики богов

Фрагмент рисунка на браслете из старой Рязани

XIII в.

Введение

В башкирском героическом эпосе «Урал-батыр» прямо связаны дни и месяцы с разными зверями:

Каждый день и каждый месяц
На Урал приходили новые звери,
И, отмечая дни их прихода,
Люди названья месяцам дали.
Если мы возьмем список животных, которые обитали на территории Руси, то он не так уж и велик. И вполне возможно, что для обозначения 42 чисел животными надо было сохранить названия животных, обитавших в иных странах, описание которых смутно известно по рассказам далеко не из первых уст. И все-равно в этом списке должны были бы воплощать, по крайней мере, некоторые из чисел только самцы, а некоторые — только самки.

Одно из удивительных фантастических существ, особенно часто описываемых в сказках, мифах, былинах, устных преданиях и заговорах — это оборотни. Появились даже научные термины, которые обозначают людей-оборотней как реально существующие объекты и сам процесс оборотничества. Например, слово «ликантропия» ряд словарей трактует как «превращение ведьмы в волка». Вообще, человек-волк, пожалуй, центральная фигура фольклорного наследия, в котором участвуют оборотни, привлекающая внимание ученых. Их называют ликантропами, вервольфами, верманами, волколоками, волкодлаками и другими именами. Такое обилие имен показывает распространенность этой темы в творчестве народов мира, но ни в коем случае не говорит о реальности таких существ. Именно многочисленность упоминаний в фольклорном творчестве очень отдаленных географически народов заставляет ученых относиться весьма и весьма серьезно к теме оборотничества. На основании изучения фольклорного наследия народов мира мы вынуждены подчеркнуть, во-первых, иносказательный характер превращения людей в животных, а животных в людей, и, во-вторых, вызывающую удивление широту распространения древних тайных шифров животных. Через избранных жрецами людей, посвященных в тайны шифров, уже в глубокой древности языческие знания получили люди, живущие в различных частях всего евразийского континента и в Африке (а может быть, и в Америке?).

Своеобразное существо, которое, как считалось у некоторых славянских народов, обладало двумя душами — человеческой и демонической, называлось Двоедушник. При этом днем существо это вело себя так, как и полагается обычному человеку, но ночью засыпало крепким непробудным сном и, покидая свое тело, принимало обличья различных животных: зайца, пса, коня и других. Бывали и женщины, наделенные подобными свойствами. Они принимали по ночам облик кошки, мышки, собаки, а также кочерги, колеса и некоторые другие. Двоедушников по ночам нельзя задерживать — это небезопасно, так как они обладали громадной силой. Двоедушника, как считалось, все же можно пробудить, но для этого его тело надо перевернуть: ноги положить на место головы, а голову — на место ног. Все же после такого пробуждения он болел в течение двух недель.

То, что особое распространение в народном творчестве получила трансформация человека именно в волка, по-видимому, следует отнести к особой роли, которую играли эти животные в древних шифровальных кодах. Конечно, существует определенная группа людей, которые считают себя волками. Такими, вероятно, были люди, которые подобно герою Р. Киплинга Маугли оказывались в силу обстоятельств в волчьей стае. Но таких — единицы за всю историю человечества. Основную же массу считающих себя волками людей составляют психически больные люди. Ведь теме оборотничества посвящают свои произведения многие талантливейшие писатели и режиссеры. Фильмы ужасов, в которых один из главных героев оборачивается страшным зверем, обычно волком, не сходят с экранов телевизоров. Существуют книги ужасов с человеко-волком в качестве главного персонажа. С оборотнями мы регулярно сталкиваемся, начиная с раннего детства, когда встречаемся со сказкой. И вера в оборотней в той или иной форме, иногда подсознательной, сохраняется в течение всей жизни человека.

Народное наследие донесло до наших дней отголоски фактов наличия древних шифров, о которых, правда, часто говорится в несколько туманной форме. Например, Иван-королевич из русской сказки «Звериное молоко» занимался охотой, причем «не только собаки, да ястреба, да сокола верой-правдой ему служили, но и лисицы, и зайцы, и всякие звери, и птицы свою дань приносили; кто чем мастерил, тот тем ему и служил: лисица хитростью, заяц прыткостью, орел крылом, ворон клевом». Поскольку, как отмечалось, Иван-не-суть-важно-кто сам являлся элементом шифровального счета, то, как можно понять, и лисицы, и зайцы, которые ему служили, также участвовали в числовых шифрах.

Русская обрядовая песня просватанной девицы, возможно, не случайно содержит птиц числовых кодов и различных зверей.

Животные в сказках также, по-видимому, могли использоваться для обозначения конкретных месяцев. Вероятно, поэтому в тувинской сказке герой имел именно тридцать коз, ровно тридцать коров и тридцать лошадей, которые он все отдал лишь за три знания.

Удивительные вещи рассказала про хозяина горы Кроноше польская сказка о Янеке и Ханке. Про того хозяина, которому принадлежали все находящиеся на этой горе леса, реки, пастбища и целебные источники и чьим скрытым под землей сокровищам не было числа. Сам он жил под землей во дворце из хрусталя и самоцветов и мог превращаться в кого только захочет — в зверя, в птицу, в человека. Говорилось, что столетия для него проходили как один миг для людей. Иногда в облике человека спускался он в долину и награждал добрых, и наказывал злых.

У южных славян эквивалентом «скотьего» бога Велеса был святой Сава (или Савва). Этот святой не только оживлял мертвых и делал зрячими слепых, но и обладал способностью превращать борзых собак в волков, а людей — в животных. Он мог с помощью железа извлекать воду из камня. По поверьям Сава создал кошку для борьбы с мышами и дал людям отнятое им у дьявола дарующее свет благостное солнце.

Некто Ян Лисовский когда-то писал, что языческого бога Велеса заменил христианский святой Николай. Таким образом, святой Николай в какой-то мере сохранил божественное почитание.

В русской сказке «Кулик» из сборника И.А. Худякова [286] пастухи назывались духами, лошадиные пастухи — лошадиными духами, коровьи пастухи — коровьими духами, свиные пастухи — свиными духами, овечьи пастухи — овечьими духами, гусиные пастухи — гусиными духами, утиные пастухи — утиными духами. К ним обращался герой сказки с просьбой указать ему место жительства кулика, но только утиные пастухи сказали, где живет кулик. Духи животных представляют собой еще одну грань многогранных древних религиозных представлений людей.

Говорящие звери и птицы — явления, характерные для сказок всего мира, и эти звери и птицы, как отмечала ирландская сказка, «говорят куда умнее, чем иные люди».

Звери, вероятно, не только обозначали те или иные числа, но и богов, знаки зодиака, деканы и градусы. Причем если в современном зодиаке часть знаков не была представлена какими-то животными, как, например, весы, водолей, близнецы, то в древнем зодиаке, вероятно, все было иначе. Вот что писал знаменитый Джордано Бруно в книге «Тайна коня Пегаса» в связи с библейскими мифами: «12 священных колен здесь, на земле, соответствуют 12 высоким знакам зодиака, которые находятся в поясе небосвода. Это видел и объявил пророк Валаам, когда с высокого места на холме ему представились племена, отдельно находившиеся в 12 месторасположениях на равнине. Валаам сказал: “Блажен и благословен народ Израиля, вы — звезды, вы — 12 знаков, расположенных в таком прекрасном порядке стольких плодовитых стад. Ваш Бог обещал, что потомство вашего патриарха Авраама станет таким многочисленным, как звезды на небе, то есть в соответствии с 12 знаками зодиака, которые вы назовете именами 12 зверей”» [36].

Вероятно, потому что существовали разные числовые шифры, есть в некоторых языках народов мира, расположенных на территории от Африки до Китая, числовые классификаторы, одни из которых применяются для счета деревьев, другие — для счета животных и т. д.

Древняя религия с ее тщательно разработанными и широко применяемыми шифрами животных, птиц и растений стояла, по-видимому, у истоков того явления в жизни древнего общества, которое ныне называют термином, произошедшим от слов «от отем» («его род») из лексикона американских индейцев, — тотемизм. Если для людей, посвященных в тайные, зашифрованные древние знания, было понятно, почему та или иная группа людей считалась родственной какому-либо животному, то с расширением альтернативных религий число и качество обучения жрецов древнейшей религии уменьшалось. И в некоторых районах земного шара потерялась сознательная связь людей и обожествляемых ими животных. При потере этой осознанности люди стали считать почитаемых животных своими предками или родственниками. Что и было, в сущности, настоящим тотемизмом. Участие животных в названии групп людей, существование запрета убивать и употреблять в пищу этих животных, их почитание, подражание животным в церемониальном танце — наиболее распространенные формы облика тотемизма. Во многих же случаях древнему обществу исследователями приписывался тотемизм тогда, когда его не было, а было шифрование посредством животных.

Шумерские боги, ставшие затем вавилонскими, ассирийскими и т. д. богами, в самом начале, как считают ученые, почитались как местные боги городов и племенных центров и имели черты животных [128]. Велико было почитание некоторых животных в Древнем Египте. Египетские боги в виде животных также были покровителями номов — территориально-административных единиц страны пирамид. В Дендере особо почитали корову, в Мемфисе — быка, в номе Элефантин — барана, в Гермополе — ибиса и павиана, в Бубастисе — кошку, в Файюмском оазисе — крокодила, в Мендесе — козла (и барана), в Ликополисе — волка, в Сиуте — шакала. Древние греки разных районов также особо выделяли и почитали животных: ампракиоты — львицу, афиняне и дельфийцы — волка, критяне — свинью, фессалийцы — змею, аиста и журавля.

Имена многих аттических мифических героев и персонажей, по мнению специалистов, образованы от животных [105]: Крионды — от криос (баран), Бутады — от бутас (бычий), Эгиды — от эгейос (козий), Кинады — от кинос (собака).

Культ животных известен в истории практически всех народов мира и имеет научное название — зоолатрия.

Как символы предстают многие животные. Например, символами некоторых человеческих грехов являлись свинья, петух и змея. Свинья была символом нечистоплотности, петух был символом похоти, змея была символом зла и гордыни.

Чтобы превратиться в птицу или зверя, сказочные герои ударялись оземь, перевертывались, обертывались, перекувыркивались. Но в сказках печорских коми есть такие словосочетания' «против шерсти солнца», «по шерсти солнца», что выражало направление движения соответственно против хода солнца и по ходу солнца Это указывает на возможное использование у народов мира ассоциации каких-то градуирующих делений или зарубок (соответствующим дням солнечного года или градусам) и шерсти, волос. Древний славянский бог Волос, таким образом, мог быть связан с солнцем. Однако если шерсть имела некий сакральный смысл, то подобно этому некий потаенный смысл, вероятно, имели и перья пернатых.

Существовало две формы культа групповых духов-покровителей, зачастую почитавшихся как предки, имевшие вид конкретного животного, птицы или рыбы. Одна форма относилась к народности, племени или роду, жившему на определенной территории. Вероятно, что животное-покровитель (птицу или рыбу) могли дать шифры в зависимости от направления из какого-то культового центра. Именно так могли зарождаться и некоторые географические названия. Причем это животное могло закрепиться за народностью, племенем или родом и в случае переселения этих людей на новое место не измениться. Другой формой культа являлись тайные союзы и общества посвященных, которые брали себе в качестве духа-охранителя конкретное животное, птицу или рыбу. Тут более вероятны не столько территориальные способы выбора животного, сколько иное идеологическое обоснование. А за то, что такие образования могли быть распространены, говорит тот факт, что только в Западной Африке было зафиксировано более 150 подобных союзов.

Царь зверей лев и царица львица

Лев открывает древнерусский шифровальный код животных. Из числового кода в соответствии с вариантом сказителя И. Фепонова следует: «Лев-тот на мори мясник был…» Эта строчка, по-видимому, дает начало этого кода.

Царь зверей, вероятно, персонифицировал число один. Хотя строчки, в которой участвовала царица зверей, не сохранилось, можно предположить по аналогии с «птичьим» шифром, что именно она являлась олицетворением числа два. В качестве царицы зверей, вероятно, могла выступать львица.

Лев являлся в соответствии с русскими шифрами олицетворением числа один, начала нового отсчета.

Изображения львов попадали и к праславянам. Археологи в святилище Почепского селища в бассейне Средней Десны, нашли египетскую печать из голубой пасты, датированную ими I–III веками н. э., с фигурой лежащего льва.

На Руси такие животные не водились. Тем не менее из такого положения находился сказочный выход. В русской сказке «Звериное молоко» герою сказки после того, как он достал молоко волчицы и молоко медведицы, надо было добыть молоко львицы, и он отправил зверей и птиц на поиски львицы. «Дело было нелегкое, зверь-то заморский». Но львицу нашли, и молоко она дала.

Лев с человеческим бюстом.

Древнеассирийское изображение


В сказке, рассказанной воронежской сказочницей А.Н. Корольковой [127], львица унесла на остров в озере одного из двух царевичей, где и вскормила его своей грудью. А мальчики эти были таковы, что ими приезжали любоваться из чужих стран: «по плечам у них лежат кудри русые, будто золотом перевитые, мелким жемчугом пересыпаны» Когда же враги напали на царство их отца, а эти мальчики к тому времени выросли вдали от отца, то сошлись они из разных мест вместе на поле боя и разбили врагов. При этом рядом со своим воспитанником также билась с врагами львица.

В русской сказке из собрания О.Э. Озаровской родила царица близняшек-мальчиков, да была оговорена мачехой царя. Отправили их в чисто поле, где одного малыша унесла и воспитала львица. Выросли дети и, когда царю пришлось воевать, помогли в битве отцу. При этом один из братьев бился на коне, а другой воевал верхом на львице.

Лев-зверь из русской сказки пермского сборника Д.К. Зеленина [103] просил сидевшего на дубе Федора Бурмакина помочь ему в битве с «окаянным» шестиголовым Идолищем. Идолище также обещало Федору за помощь ему половину золотой горы. Пустил Федор стрелы из лука и отшиб Идолищу четыре головы, а две оставшиеся головы лев потом сам оторвал. И доставил лев Федора на себе на Русь. В другой русской сказке про Ивана Туртыгина из собрания Д.Н. Садовникова [218] лев бился с «окаянным». Напрасно «окаянный» предлагал герою за помощь ковер-самолет и шапку-невидимку — Иван снес голову «окаянному», а лев доставил героя в его царство. В обеих сказках лев давал наказ сказочному герою им, львом, не похваляться, и в обоих случаях этот наказ выполнен не был. Лев пришел даже, чтобы наказать за вину Федора Бурмакина, но Федор отговорился тем, что виноват в этом некий Хмель. Познакомил Федор льва с Хмелем и, когда лев захмелел, связал льва. Когда лев очнулся, то Федор сказал льву, что это Хмель его связал. Напился во второй раз лев, Федор льва развязал. И уверовал лев, что Хмель может все сделать.

Котенок показал льву в болгарской сказке человека, который пришел в лес за дровами. И захотел лев помериться силами с человеком. Но человек с помощью хитрости так отделал льва, что тот убежал туда, где люди не водятся.

«Лев».

Рельеф на канители южного портала

Рождественского собора в Суздале (1122-25)


Сразу несколько древнеегипетских бет инь воплощалось в виде львиц. Среди богинь, изображавшихся в образе львиц богини Тефнут, «золотая» Хатхор, Сехмет, Мехит и другие. Мехит означало «северный ветер». Хатхор (Хатор) означает «дом Хора (Гора)». Богиня-львица Тефнут, дочь и «любимое око» бога Ра, считалась богиней влаги. Когда Ра восходил над горизонтом, она огнем горела на лбу Ра, сжигая всех врагов своего отца. Это ее, поссорившуюся с отцом и покинувшую Египет, по просьбе Ра завлекли песнями и плясками боги Тот и Шу в шкурах павианов.

В древнеегипетском варианте условного изображения северной части неба, которое рисовалось в виде зодиакальных секторов, в секторе с зодиакальным созвездием Лев, чуть севернее от него, расположена гигантская, во весь львиный сектор, похожая на кобру змея.

Бог Тот в облике павиана и богиня Тефнут в львином облике

в Нубийской пустыне. Над Нефнут солнечный диск суреем

и богиня-коршун Нехбет.

Древнеегипетское изображение


В своей четвертой аватаре, в соответствии с индуистским мифом, бог Вишну принял облик человеко-льва Нарасинхи. Тело у него было человеческим, а львиными были голова и когти. В этом своем перевоплощении этот бог спас мальчика по имени Прахлад от всепожирающего огня костра, сделав тело Прахлада прохладным.

В древнееврейском мифе [139] рассказывается, что Бог даровал власть царю Соломону над дикими зверьми и над птицами. И послал тогда царь царей Соломон маленькую птичку на вершину высочайшей горы за величайшим из орлов — за громадным белым орлом. И послал Соломон орла за гигантским и страшным белым львом. И повелел им царь царей каждый месяц являться к нему, причем одному из них быть через полмесяца после другого.

Если в шифрах орел являлся олицетворением луны, а белый орел — полной луны, то белый лев, вероятно, персонифицировал начало каждого месяца, символизировал не только число один, но и какое-то большое начало.

Само имя библейского царя Соломона, по всей видимости, отражало его связь с солярным божеством, с солнцем На это указывает «Сол» в имени мифического царя. Однако «мон» в имени может свидетельствовать о связи и с ночным светилом, о чем говорит луна, на многих индоевропейских языках. Например, немецкие «Mond» («луна») и «Montag» («день луны», «понедельник»), английское «moon» («луна») и другие.

Астрологически (в западноевропейской традиции) лев символизировал власть лучезарного светила.

Но не везде лев выступал как представитель светлых сил, не всегда ассоциировался с солнцем. Так, в одном из старинных текстов (см. О.В. Белову) говорится: «Лев…боится петуха, а особенно белого, его пения слышать не может». Но это в том случае, если петух ассоциировался с солнцем, а не с 42-м затмением.

В варианте русской сказки из примечаний А.Н. Афанасьева о золотом, серебряном и медном царстве сказочный герой Иван-царевич, взобравшись на вершину горы и отдохнув под дубом, вышел к палатке с эмблемой медного царства и с медным шаром наверху, вход которой охраняли два «превеликих» льва. Герой налил львам воды и прошел в палатку. Внутри палатки он увидел прекрасную царевну, а у ног царевны — спящего трехглавого змея, которому герой снес одним махом все три головы.

В русской сказке из сборника И. А. Худякова [286] «Царевна и жених» сказочный герой сын купчихи, у которой было сорок лавок и сорок приказчиков, покинул семью и попал в некий дом, стоящий на берегу в поле. В этом доме жили три брата, один из которых оборачивался соколом, другой — орлом, а третий — царь-львом. Эти братья научили и героя превращаться в сокола, орла и льва.

Среди мировых поверий о львах есть и такие, в которых они будто бы способны излечиться, съедая обезьян, а также отметим их мифическую боязнь белою петуха и его пения, а также яда скорпиона.

Пара львов у входа в палатку, в которой жила царевна медного царства из русской сказки, заставляет вспомнить изображение римского времени Матери богов Кибелы с парой львов у ног этой фригийской богини, считающейся олицетворением производительных сил природы. Эта мраморная статуя хранится в Национальном музее Неаполя.

Египтологи приводят древнее изображение двух сидящих львов, смотрящих в разные стороны, которые, по их мнению, олицетворяют два времени: лев, смотрящий влево, представлял прошлое, а смотрящий вправо будущее. Шумеро-аккадские мифы изображали владыку подземного мира Нсргала с двумя львиными головами.

Колодцы с живой и мертвой водой охраняли два льва, которые в двенадцатом часу спали. Эта колодцы принадлежали богатырше Усоньше, которая в русской сказке жила «за тридевять земель, в тридесятом государстве».

Два льва Акер, имена которых «Вчера» и «Завтра».

В «Папирусе Ани» (гл. 17) комментарий:

«Мне принадлежит вчера, мне ведомо завтра.

Что же это? Вчера — это Осирис, завтра — это Ра»

Кожедерник медведь и волки

В стихотворном числовом коде животных в соответствии с вариантом сказителя И. Фепонова следует;

Медведь-от был кожедерник;
Много он кож придираёт,
Сапогов на ногах не выдаёт.
Волк тот и намори овчинник;
Много он овчин придираёт,
Ай шубы он на течах не выдаёт,
Велику себи стужу принимаёт.
Вероятно, медведи знаменуют число три, а волки — четыре. И в некотором смысле эти животные в числовых шифрах животных эквивалентны гусям и лебедям в числовых шифрах птиц.

Тема медведей и волков достаточно сильно отражена в мифах, легендах и сказках разных индоевропейских народов.

От боли в спине царя из абхазской сказки спасло лекарство из костного мозга большого пятисотлетнего медведя, лежащего за семью горами в ущелье.

На заповедной горе в удмуртской сказке про смелого охотника были владения Страшилы — медведя со змеиным языком и длинным хвостом.

К индуистской группе полубогов Видьядхарам, а это имя означает буквально «держатели знания», относится медведь Джамбават.

Персонаж англосаксонских легенд Беовульф сочетал в своем имени два значения: «пчелиный волк» и «медведь». Беовульф с помощью своего дружинника и помощника Виглава одолел дракона, но погиб и сам.

В одном мифе соединены медведь и волк — вероятные аллегории лунных и солнечных затмений Возможно, сам нечестивый царь олицетворял один из узлов лунной орбиты, о которых уже достаточно много говорилось. Тот самый узел, который привел к солнечному затмению.

В русской сказке из сборника Н.В. Новикова некий старик с седой бо родой до колен, со светящимися, как угли, глазами накричал на лесоруба за то, что тот осмелился рубить в его заповедном лесу. И велел передать другим мужикам, что если кто осмелится рубить в его лесу дрова, то он, хозяин леса, не отпустит этого человека. До тех пор, пока тот не сроет гору и не засыплет овраг под горой. А землю при этом он будет возить на волках и медведях.

Царь в русской сказке нагнулся, чтобы испить воды из колодца, но был схвачен за бороду царь-медведем, которому царь пообещал отдать то, что он не знает в своем доме. Царь не знал, что в его доме у него родилась двойня: Иван-царевич и Марья Моревна (отец: царь Мор или царь Море — морской царь?). Подросли дети, умерли родители, пришел Царь-медведь и понес детей к себе через высокие горы. Сокол пытался унести детей от царя-медведя. Но царь-медведь усмотрел его в поднебесье, «ударился головой о сырую землю и обжег ему пламенем крылья». Орел пытался унести детей от царя-медведя. Но и его постигла та же участь. И лишь бычок смог унести детей от царя-медведя Как только медведь догонял, бычок-дристунок поднатуживался и залеплял ему глаза.

Таким образом, в сказке задействованы и сокол, и орел, и возможна связь медведя и с солнечными и с лунными затмениями. А может быть, такая всеобщая связь является прерогативой именно царя-медведя? Не исключено, что наименование «царь-медведь» относится к одному из созвездий — Большой или Малой Медведице.

Большая Медведица.

Рисунок созвездия.

(Ян Гевелий «Uranografia», 1690)


Тема преследования близнецов, мальчика и девочки, затронутая к русской сказке, вызывает ассоциацию в античной мифологии — преследование Аполлона и Артемиды змеем.

«Агса» в переводе с латыни означает «барка», «ковчег», «ящик», а с греческого — «запруда для воды». Это же слово служило римлянам к качестве названия созвездия Большая Медведица. Отметим, что именно в Аркадии нимфа Каллисто родила сына Аркада (Аркаса), и когда была превращена богами в медведицу, то едва не была убита сыном. Сын и мать были помещены на небо Зевсом в качестве созвездий Большой и Малой Медведицы.

Специалисты находят в чертах аркадского изображения Артемиды медвежьи черты. Эту богиню иногда называли матерью дикой природы. Артемида — богиня, имя которой надо, вероятно, читать как Дар Тьмы, по древнейшим взглядам людей сама представлялась в облике медведицы. А жрицы Артемиды-Бравронии исполняли обрядовые танцы в шкурах медведицы. Ипостасью Артемиды специалисты считают мифическую Аталанту — охотницу, которую вскормила медведица [165]. То, что богиня луны связана с медведями, еще раз подтверждает предположение об идентификации лунных затмений с медведями из шифров животных.

В русской сказке, напечатанной в 80-х годах XVIII в., на унесенной ветром царевне по имени Луна женился медведь [140].

У сибирских кетов мифологического покровителя и хозяина зверей звали Кайгусь. Этот «гусь» имел облик медведя. Возможно, что такое совпадение не случайно. Ведь и тот, и другой, гусь и медведь, по-видимому, являлись в древнерусских сакральных построениях олицетворениями лунных затмений, только гусь — в «птичьих» шифрах, а медведь — в шифрах животных.

Красная девица, королевна, была заколдована и ходила в русской сказке в облике медведицы. Три ночи надо было переночевать солдату в замке этой принцессы-медведицы, чтобы колдовство рассеялось.

В некоторых районах Белоруссии существовал еще в XIX веке праздник весеннего пробуждения медведя, праздник комоедицы, который праздновался в Полесье 24 марта. У греков он назывался праздником «комедеи» («комос» по-гречески означает медведь). От действий подобного древнейшего праздника, на котором люди рядились в медвежьи шкуры, как считают [215], и пошли последующие античные «комедии». И в словосочетании «ломать комедию» слово «ломать», по-видимому, также связано с медведем. Впрочем, вероятно, слово «ком» иносказательное название зверя. Большим комом мог показаться медведь стороннему наблюдателю (впрочем, для малого кома применяется слово «комок»). Скатывание шарообразного снежного кома для снежной «бабы», возможно, когда-то было обрядовым действием, связанным с лунным затмением. При наблюдении лунного затмения можно видеть, что нечто подобное шару, кому закрывает сначала часть ночного светила, затем — все светило, далее светило начинает появляться и становится все больше часть открывающегося светила. Будто ком прокатился.

По мнению специалистов (см., например, [215]), русское название животного медведь иносказательно. Животное, которое ведает мед. Иносказания отражают предрассудки древних людей. В частности, убеждение: если произнести подлинное имя животного, то оно и появится. Такое предубеждение зашло так далеко, что мы теперь просто не знаем этого подлинного славянского имени. Лингвисты предполагают, что оно сохранилось в немецком языке: «Bãr» (по-русски это звучит как «бэр»). Однако представляется более вероятным, что это слово возникло из подражания рева зверя — «бэ-э-эрр». Так как жилище медведя называется русским словом «берлога», то его можно рассматривать как «логово бэра».

Слово «лог» в современном русском языке обозначает широкий и длинный овраг. Участок низины, в котором из-за обилия влаги буйно разрастается растительность. Это слово, преобразованное на греческий лад, дает слово «логос», над которым много потрудились древнегреческие философы, вкладывая в это понятие широчайший и глубочайший смысл. Логос, как считают, включал в себя изначально понятия «слово», «высказывание», «речь», «словесный смысл», «суждение», «словесное основание». А стараниями мыслителей-философов, начиная от Гераклита, под логосом стали понимать и Духовное Первоначало, и Мировой Разум, и Божественную Идею, да и ряд других основополагающих понятий. Древнеанглийское «log» означало «вода» и, вероятно, лингвистически связано с русским словом «логово». Небесное логово зверя связано с водой, что иносказательно обозначало космическую пустоту.

Есть мнение, что страшный «Бука», которым пугали маленьких детей, чтобы те не лазали, куда не надо, есть не что иное, как «табуированное имя медведя».

Медведь получал иносказательные названия у разных народов. Например, у якутов он — князь зверей и владыка чащи, у айнов — горный бог, у хантов и манси — мудрый священный зверь. Медвежье имя на англосаксонском, германском и литовском языках описательно — связано со значением «бурый». Эвенки, идущие убивать медведя, прибегали к обману. Они говорили, обращаясь к медведю: «Дедушка, тебя убивает ворон» [244].

Михалями (см., например, словарь О. Беловой) называли различных «нечистых» животных: землероек, ящериц, ежей, летучих мышей и других. Само название роднит их с Михаилом, Мишей, медведем. В словаре () В. Беловой говорится о славянском поверни, которое требует более глубокого исследования, а именно то, что существует зверь подобный и медведю, и мыши — «медведомышь» [21].

Археологические находки позволяют говорить о колоссальной древности культа медведя. Уже во времена раннего неолита (т. е. нового каменного века) на территории, где позднее обитали племена, называемые праславянскими, изготавливались покрытые орнаментом глиняные сосуды в форме медведя, относящиеся к шестому тысячелетию до н. э. А найденную в Югославии фигуру женщины в маске медведицы относят приблизительно к шеститысячному году до н. э. [215]. Немало среди археологических находок статуэток медведей, изготовленных в эпоху энеолита (ранний бронзовый век). Все это говорит о ритуалах астральной религии, которые проводились у предков славян за несколько тысячелетий до оккупации Северного Причерноморья скифами, которые считаются передаточным звеном астральной культуры славянам. Следует лишь осознать всю важность наиболее основополагающей атрибутики религии времен детства человечества. В частности, медвежьего культа. И тогда поменяются наши исторические представления. Временные границы религиозных культов отодвигаются на тысячелетия.

Возможно, что русское слово «вера» связано с обожествленным медведем, на что, например, указывают слова, имеющие значение «медведь» — древнеанглийское «Ьеrа», немецкое «Bãr» и другие.

На Руси к христианскому святому Егорию Храброму обращались как к сберегателю скота, каковым был до того языческий бог Велес (Волос). В костромской песне Егория просили: «спаси нашу скотину в поле и за полем, в лесу и за лесом, под светлым месяцем, под красным солнышком, от волка хищного, от медведя лютого, от зверя лукавого». Опять вместе упомянуты волк и медведь. И опять речь идет, вероятно, о затмениях. Сберегатель скота древнейший «скотий» бог Волос (Велес) сам принимал облик медведя.

Три сына было у старика со старухой из русской сказки про три царства: «первый — Егорушко Залет, второй — Миша Косолапый, третий — Ивашко Запечник». Если первый ассоциируется с дневной и вечерней зарей, а имя — с Егорием Храбрым, то Мишкой Косолапым зовут в народе зверя, медведя. Второй сын в русских сказках чаще всего связан с ночью. Имя же третьего сказочного сына обычно связано с днем; а его имя Иван не должно вызывать сомнения в этом.

Вообще, у сказочного медведя много имен. Этого страшного громадного хищника на Руси называли Мишей, Топтыгиным, Михаилом Ивановичем, Косолапым, Михайлом Потапычем и многими другими уважительными с оттенком ласки именами.

Чаще всего в русских народных сказках медведь имеет имя-отчество, обычно в сказках медведя называют Михаилом Ивановичем. Русское имя Михаил в некоторых языках звучит как Мигель, т. е. это имя может быть лингвистически родствекным слову «мгла», которое могло отражать темноту при лунном затмении. Отметим, что имя «Михаил» переводят с иврита как «Кто как бог».

В русской сказке с сюжетом, напоминающим сюжет сказки А.С. Пушкина, в качестве золотой рыбки выступает некое дерево (название дерева не указано), зато последнее высказанное дереву желание, после которого старик со старухой были превращены в медведя с медведицей, было желание сделать их богами. Из этой русской сказки можно сделать вывод, что желание людей было все же деревом исполнено. Просто медведь, вероятно, почитался как бог, был в древней религии одним из богов.

Женщина-медведица,

Эпоха неолита (из книги Б. А. Рыбакова «Язычество древних славян»)


Заблудившийся в лесу русский богатырь Иван пришел к избушке, попросил ее встать к лесу задом, а к нему передом. В этой избушке жил медведь с медведицей и со своей дочерью Настасьей Прекрасной. При побеге от родителей Настасья превращает своего суженого Ивана в селезня. В этой сказке, записанной Китайником на Урале, просматривается закономерная связь медведя и селезня, оба они имеют отношение к луне.

В «Сказке о Бабе Яге», впервые изданной в конце XVIII в [250], Яга невзлюбила свою невестку и сначала послала ее доить коров, а затем — стричь овец. Но каждый раз она встречала своего мужа — сына Бабы Яги. Только следуя его советам, ей удалось принести молоко и шерсть: ведь коровами Бабы Яги были медведицы, а овцами Бабы Яги — волки.


Женщина-медведица.

Эпоха неолита (из книги Б. А. Рыбакова «Язычество древних славян»)


Почитался у славян бог и повелитель морозов по имени Корочун (Карачун). День этого бога отмечался у древних славян 23 декабря. Если рассматривать имя бога Корочун в связи с этим днем, то видно, что имя свое получил он, вероятно, из-за своей способности укорачивать светлый день. Считалось, что медведи-шатуны и стаи волков являлись слугами Корочуна. Медведь оборачивался бураном, а стая волков — метелью. Такова метеорологическая сторона древних шифров.

Не исключено, что медведь мог символизировать нечто большее, всю Вселенную, по меньшей мере, в какой-то отрезок времени. За это говорит вероятная лингвистическая связь литовского слова «lokys» («медведь») и древнеиндийского слова «loka» (Вселенная») [152].

Лингвисты связывают древнеанглийские слова «Ьyre» («время») и «Ьеrа» («медведь») с бретонским словом «Ьеиrе» («утро») [152]. Из чего следует возможность древнего представления людьми связи медведя, по-видимому бурого, с утром. Но с утром и с солнцем же издавна связывалась сорок вторая птица числовых шифров животных — петух, который поет на заре. Бык, баран и петух убежали в русской сказке из дома и поселились в лесу. Однажды залез к ним медведь, хотел их съесть. Закричал петух, чтобы подали его ему, что он его ногами истопчет, что он ему голову топором срубит. Испугался медведь петуха и пустился бежать, бежал, да от страху умер.

Так, может быть, медведь от солнца бежал, и речь шла о вечерней заре?

Как пример иносказательности мы помещаем информацию еще об одной из русских сказок, хотя в ней нет ничего медвежьего В ней сказочный герой имел профессию кожевника, которая в древнерусских кодах животных и занятий соответствовала медвежьей (или волчьей) профессии. В этой сказке стало известно, что только Никиту Кожемяку считал сильным противником змей, который повадился брать на съедение девок. Долго упрашивал Кожемяку и князь, и народ. И в конце концов уговорили. В битве со змеем повалил Никита змея, а тот предложил Кожемяке поделить всю землю. Сделал богатырь соху, запряг в нее змея и повел от Киева межу до самого моря. А затем Кожемяка повел борозду дальше — море тоже делить. И потопил змея в море.

У ряда народов Севера созвездия «Большая медведица» и «Малая медведица» носят имена «Лось» и «Лосенок». В мифах же северных народов встречается сюжет, в котором гигантский небесный лось похищает пресветлое солнце. Кола — название Большой Медведицы. Лось — старинное название Полярной звезды.

Можно с полным правом предположить, что лось и медведь могли быть взаимозаменяемы в некоторых шифрах животных. Нельзя исключить, что в первоначальных древнейших шифрах животных первоначально участвовал вовсе не медведь и даже не лось, а какое-то иное животное.

Овчинник волк и медведи

Вервольф обычно переводится как «человек-волк». Волки-оборотни литовских сказок — Вилктаки, что буквально означает «бегущие волком». У некоторых славянских народов волки-оборотни назывались Волкодлаками. Волкодлаки, по славянским представлениям, пожирали солнце и луну: «егда убо погибнеть луна и слнце глаголють влъкодлаци луну изведоша или слнце». Специалисты по древнеславянской мифологии справедливо считают, что само слово «влъкодлак» состоит из двух слов: «волк» и «длака» — так на церковно-славянском языке называли шкуру. А слова «волкодлак» и «вурдалак» полагают словами-синонимами [46; 47].

Существовало подобное представление и у скандинавских народов. Так, по одному из мифов, предсказывающих гибель богов и всего мира, конец мира будет разыгрываться по следующему сценарию. Один волк проглатывает солнце, а другой волк похищает месяц. Звезды падают с неба, дрожит мировой ясень. Выживут только два человека — по имени Лив и Ливтрасил. Скандинавский верховный бог и глава Асов — Один, которого ставят в соответствие с германским богом Воданом и римским богом Меркурием. Он имеет двух волков по имени Г ери (т. е. «жадный») и Фреки (т. е. «прожорливый»). Бог Один кормит волков мясом в обители богов, находящейся в Вальхалле. По мифам в сражении бога Одина с волком Фенриром во время Рагнарека («конца мира») бог гибнет — его проглатывает Фенрир. О вымышленности этого волка может говорить цепь по имени Грейпнир, которую сотворили карлики Цверги по просьбе богов из корней горы, шума кошачьих шагов, дыхания рыбы, женской бороды, медвежьих жил и птичьей слюны. И на острове в мировом океане боги надели на Фенрира эту цепь ценой откушенной руки бога Тора.

Остров Исландия был заселен в IX X веках выходцами из Норвегии, приверженцами астральной религии. В самой же Норвегии короли в X–XI веках проводили с помощью оружия христианизацию. Христианизация же самой Исландии официально состоялась примерно в 1000 г., но выглядела как полюбовное соглашение между приверженцами старой и новой религии, а потому там долгое время сохранялось в неизмененном виде древнее фольклорное наследие народов северной Европы. Снорри Стурлусон, записавший в ХШ в. многое из древней поэзии исландских скальдов и известное нам как «Младшая Эдда», рассказал миф о двух небесных волках. Один из них, по имени Скель (т. е. Отвращение), время от времени ловил Солнце, в то время как другой волк, по имени Хати (т. е. Ненависть) настигал Луну. Когда им удавалось догнать Солнце или Луну, наступало затмение. При этом люди пугались и поднимали такой страшный гвалт, что испуганный в свою очередь волк ронял свою жертву. Сыну великанши из Железного леса Манагарме (что означало Лунный Пес) удалось проглотить Луну и залить ее кровью все небо.

Созвездие Волк имеется на звездном небе.

В древнегреческой мифологии имеется целый ряд мифов, в которых упомянуты волки. Сын владыки ветров Эола Макар (а это имя переводится как «блаженный», «счастливый») покончил с собой, когда Эол узнал о кровосмесительной связи Макара с сестрой. Владыка ветров приказал отдать их ребенка на растерзание волкам.

Древнегреческий историк Геродот называл неврами народ, живущий на территории севернее скифов и переселившийся туда из-за нашествия на их страну каких-то змей, и писал о них: «Эти люди (невры), по-видимому, оборотни. Ведь скифы и эллины, которые живут в Скифии, говорят, что раз в год каждый невр становится волком на несколько дней и затем снова возвращается в прежнее состояние».

В румынской сказке звери обращаются к богу с просьбой, чтобы он им дал такую письменную грамоту, в которой было бы оговорено, кто из них главнее и кого им слушаться. Написал им бог грамоту и вручил ее волку — его он назначил главным правителем среди зверей.

К сироте крестьянской дочери Марфе ночью чудесным образом пришел мужик. И когда героиня русской сказки из собрания Д.М. Балашова зажгла огонь, чтобы рассмотреть своего ночного гостя, у того на голове сгорели три волосинки: одна — золотая, другая — серебряная, третья — медная. Это был Иван-царевич, племянник Бабы Яги. Он был украден у Бабы Яги и жил вместе с другими похищенными молодцами в чистом поле. Их было сорок молодцов, и днем они бегали серыми волками, а ночью превращались в добрых молодцев. Число 40 отражало число солнечных затмений в продолжение одного сароса и, безусловно, отражало связь волков именно с солнечными затмениями. Не совсем понятно сгорание волосков, символизирующих все три цвета времени. Может быть, речь идет всего лишь о сутках?

На шестерке вороных коней прискакал жених и взял замуж сестру героя латышской сказки «Работниковы дети». Когда же брат отправился на розыски своей сестры, то, пройдя через пещеру и выйдя на широкое поле, он увидел сияющий замок на куриной ноге, на страже которого были медведи и волки. Там он и нашел свою сестру замужем за чертом. Герой нанялся к черту на работу и должен был кормить белую кобылу и убирать за ней. Эта белая кобыла оказалась самой чертовой матерью.

Есть латышская же сказка про «то время, когда звери и люди жили одним родом, одним народом». Тогда медведь сватал девицу за зайца, но та решила выйти замуж за волка.

Пошли искать птицу-зорьку в удмуртской сказке три брата. Сначала — старший. Он на дороге нагрубил старику, и старик отправил старшего брата по дороге, где его разорвали медведи. Затем — средний. Он также на дороге нагрубил старику, и старик отправил среднего брата по дороге, где его задрал волк-людоед. И только младшему брату, который проявил уважение, старик указал, как найти птицу-зорьку.

Мы уже неоднократно подчеркивали, что старшие братья символизировали в былые века темные времена суток. И старший брат символизировал времена зорь. Возможно, что тут птица-зорька указывала на начало солнечного дня.

В одной французской сказке рассказывается, что жители одного из замков были заколдованы. В поисках творящей розы для младшей из своих трех дочерей попал туда один человек. И получил он говорящую розу с условием прислать того, кто первый попадется ему дома. Этим первым и оказалась его младшая дочь, которая пошла в заколдованный замок к белому волку. Оказалось, что это был заколдованный вельможа, который днем превращался в белого волка. Вероятная суть образа волка-альбиноса — в указании времени суток, т. е. в выражении дополнительного параметра.

Волк. Рисунок созвездий Центавра и Волка.

Гравюра XIV в., Фламмарион «Звездное небо и его чудеса»



Волк-самоглот по славянским сказкам живет на небе («на море-океяне») и имеет кроме страшной пасти под хвостом — баню, а в заду — море. Если сказочный герой попарится в этой бане и искупается в этом море, то станет добрым молодцем и замечательным красавцем.

Солнечные затмения, олицетворяемые волками, рассматривались как знамения небес. Во время идеологического господства астральной религии они задавали время начала каких бы то ни было мало-мальски важных дел. и одним из важных, обусловленных затмениями мероприятий являлась закладка городов. Со вскормленными волчицей Ромулом и Ремом связывалось, например, основание Вечного города Рима.

Капитолийская волчица, кормящая Ромула и Рема.

Бронза. Нач. V в. до н. э.


Кем только не оборачивался былинный князь Роман Митриевич и, в том числе, серым волком:

Сам князь обернулся серым волком,
Побежал-то князь во чисто поле
Ко тем ко шатрам полотняныим;
Забежал он во конюшни во стоялые,
У добрых коней глоточки повыхватывал,
По чисту полю поразметал…
Девушку ростом с веретено в коми-пермяцкой сказке выдали замуж за сынАйомы — ведьмы. Но сына на самом деле у ведьмы не было. Просто она понадобилась ведьме для того, чтобы стричь ее овец и доить ее коров. Овцами же у ведьмы были волки, а коровами — медведицы.

Выудил Иван золотую рыбку, кинул ее оземь, и превратилась рыбка в девушку-красавицу, в суженую. Отцом же девушки оказался волк медный лоб. Так в русской сказке из собрания И.В. Карнауховой [121] пересекаются золотая рыбка, олицетворявший затмения, волк, медный лоб которого, по-видимому, приближает время затмения к заре, и Иван — герой сказки, который в конце сказки становится царем.

Волк в русских сказках обладает мудростью и способностью говорить человеческим голосом — он дает советы и оказывает другую помощь главному герою сказок Ивану-царевичу. И даже превращается для него в коня.

Выбрал из трех дорог Иван-царевич в русской сказке правую. Ту, на которой сам жив будешь, но коня потеряешь. Встретившийся ему говорящий волк попенял Ивану-царевичу за то, что тот коня нс пожалел. Ну и коня волк съел. Но затем этот же волк пожалел героя и предложил себя в качестве замены коню. Верхом на волке Иван-царевич отправился к царю Долмату за Жар-птицей, выслушал советы волка, как украсть Жар-птицу, но сделал не так, как сказал волк. Его поймали и послали к царю Афрону за златогривым конем. Он выслушал советы волка, как украсть златогривого коня, но сделал не так, как сказал волк. Его поймали и послали за королевной Еленой Прекрасной. Наконец волк сам выкрал Елену Прекрасную. А затем волк оборачивался Еленой Прекрасной, и Иван-царевич выменял его на златогривого коня; волк оборачивался златогривым конем, и Иван-царевич выменивал его на Жар-птицу. Когда же братья Ивана-царевича убили брата и присвоили его добычу, мудрый волк поймал вороненка и послал ворона за мертвой и живой водой. Он оживил мертвого в течение тридцати дней героя и доставил Ивана-царевича, сына царя Выслава, в его отечество.

Впрочем, в русской сказке о Любиме-царевиче, напечатанной в 80-х годах XVIII в. [140], волк, который возил на себе царевича, был крылатым.

Волки отображали символику солнечных затмений и, вероятно, соответствовали в шифрах числу четыре.

Молитва мага Астрампсиха была обращена к богу Гермесу. Там среди прочего говорилось: «…я знаю и образы твои, они следующие: на востоке ты имеешь образ ибиса…на юге имеешь образ волка…» В астрологии обозначение знаков зодиака обычно приурочивается к началу этого знака. Поэтому вполне естественно предположить, что птица или животное, служащее для обозначения некоторого знака зодиака, может быть символом того направления, с которого этот знак начинается. Птица колпь (ибис) в числовых шифрах служили для обозначения первого начинающегося с востока сектора, поэтому они символизировали восток. Волк персонифицировал число четыре и четвертый тридцатиградусный сектор, а с этого сектора начиналось направление на юг, и волк мог являться символом не только солнечных затмений, но и юга

Мифологический сын бога Гермеса Автолик — великий плут и стяжатель. Однако рассмотрим само имя этого сына: «Автолик»,«Auto-lykos», т. е. «Сам-волк» [178]. Отец разрешил своему сыну давать лживые клятвы его именем, чем Автолик и злоупотреблял. Миф рассказывал о некой Местре, которая умела превращаться в разных животных, и которых продавал ее отец, а на деньги от такой продажи они и жили. Пока однажды ее не купил Автолик и не сделал своей женой. Пусть читателя не удивляет воровская слава Автолика: связанное с солнечными затмениями «волчье» имя мифологического героя могло говорить о похищении солнечного золота. Умение обращаться в животных его жены в этой связи может указывать на время, на конкретные лунные сутки.

Сказочный волк в русских сказках о животных часто бывал одурачен лисой и даже благодаря хитростям лисицы битым, с оторванным хвостом, а то и убитым.

Созвездие и небо, бык и корова

Южные славяне считали быка опорой земли. Сербы, например, придерживались мнения, что земля держится на четырех быках (черном на западе, белом на севере, красном на востоке и сивом или соловом на юге).

Быков обожествляли и в Индии, и в долине Нила. На быке Нанду ездил Шива — один из Тримурти — трех главных ведических богов. В стране пирамид Апис, выбранный жрецами священный бык, черный с белыми отметинами, обитал в специальном храме и почитался даже после смерти: его бальзамировали и захоранивали в высеченном для него из гигантской каменной глыбы громадном саркофаге весом в 65 (и более) тонн. Храм Аписа, называемый Серапиумом, в Саккара находился перед входом в склеп, коридор которого составлял примерно 350 метров. Сохранились статуэтки с изображением Аписа, у которого между рогов сиял солнечный диск. В Древнем Египте почиталась и корова, мать Аписа. Пастухи коров и быков в долине Нила после жрецов и воинов были самыми уважаемыми людьми.

Древнеегипетская богиня Нут — рождающая звезды и управляющая ими (вместе с богом Ра), поднимающая души умерших на небо, охраняющая умерших в гробницах. Богиня Нут изображалась в виде громадной, величиной с небо, божественной коровы. В виде коровы изображались и некоторые другие богини — Исида, Хатхор, Ихет и др. «Небесная корова» — богиня неба Ихет, как указывали древнеегипетские источники, родила могучее солнце.

Связь рогатого скота с божествами следует и из лингвистических параллелей На древнесеверном (или исландском) языке слово «rögg» означало «божественная сила». Это слово лингвистически соотносилось с русским словом «рог» [152].

Одно из мифических существ (обрядовый Дивень), а также круглый хлеб с украшениями носит у восточных славян название Коровай или Каравай. Мифическое существо Коровай или Каравай у древних славян символизировало еще и плодородие. Специалисты высказывали предположение, что название это возникло из-за фигурок коровы или быка из теста, а также, как считают специалисты, являются «солярно-лунарными знаками-), т. е имеют прямое отношение к звездному небу. Рога быка или коровы могли иметь вид, напоминающий лунный серп, и в этом смысле представить богов изображаемых с рогами на голове. А таких изображений было немало. В частности, такой предстает перед нами египетская богиня Исвда. Слезой Исиды называли египтяне звезду Сириус. Древнеегипетская богиня звезды Сириус (Сопт, Сотис) по имени Сопдет, она же покровительница мертвых, также изображалась в виде коровы или женщины с коровьими рогами. У египтян она считается богиней наводнений и чистой воды, а также богиней наступления нового года.

Священные быки — спутники хурритского божества Тешуб носили имена Хурри и Шерри, что соответственно означает «утро, восток» и «вечер, запад». В Древней Ассирии широкое распространение получили изображения Лам (Ламассу) крылатых быков и коров с человеческими головами, так как они считались защитниками дворцов. Царь-бык Гопат-шах, судя по иранским мифам, имел торс человека. Он отождествлялся с первочеловеком.

По аккадским и западносемитским мифам владыка богов, а по античному мифу царь Египта, сын бога Посейдона и нимфы Ливии по имени Бел (возможно, родственный древнее завянскому богу удачи и счастья Белобогу) имел облик быка или человека с бычьей головой.

Древнеегипетская богиня Нут в облике коровы олицетворяла Вселенную.

Древнеегипетское изображение


Западнославянская богиня Подага (ее же называли Божуней) изображалась в виде обнаженной женщины с коровьими рогами, либо с головой коровы, а то и с двумя коровьими ликами. Имя богини лингвистически связано, по мнению исследователей, с литовским словом «Tauge», что значит «небо» [39]. И потому, вероятно, являлась аналогом древнеегипетской богини неба, изображаемой в виде коровы богини Нут.

Коровы упоминались и в античных мифах. Возлюбленная царя богов Зевса Ио была превращена им в белоснежную телку, чтобы уберечь ее от ревности богини Геры. Гера все же послала овода, от которого телка бежала по разным странам в Египет. Там Ио приняла человеческий вид и родила героев. Героиня древнегреческих мифов Европа называлась «широкогласной» и «широкоглазой» и, таким образом, отождествлялась с луной. Властелин богов Зевс задумал похитить Европу, но для этого ему понадобилось сначала принять облик быка. И уже в бычьем обличьи Зевс похитил героиню мифа.

Античный миф рассказывал, что Гиады — нимфы, дочери Атланта и океаниды Плейоны, после гибели брата Гиаса (а того растерзали львы) умерли от горя и богами были превращены в звездное скопление Гиады созвездия Телец. Другое звездное скопление созвездия Телец — Плеяды — представляет собой одно из самых примечательных явлений звездного неба. Плеяды, сестры Гиад, в античной мифологии подвергались преследованиям Ориона и были превращены в голубок и помещены Зевсом на небо.

Крылатый человекобык Ламассу (Лама) у входа в пропилеи Ксеркса


Подобие коровы луне может следовать и из славянских народных представлений. Так, на Украине и в Болгарии считается, что ведьмы способны снять с неба луну и выдоить из нее молоко. Когда такое случается, то не может быть дождя. Схожесть луны и коровы видна из самой рогатости ночного светила. Коров издревле связывали с небесными водами.

Быки иногда, в особо торжественных случаях, приносились в жертву богам. Но это осуществлялось с большим уважением к животному. В Древних Афинах, по данным Дж. Фрэзера, существовал специальный суд для животных и предметов, которые принесли смерть или увечье людям. Этот суд обвинял в убийстве также орудия, принесшие смерть жертвенному животному. Так, орудие убийства быка во время праздника в честь Зевса ежегодно признавалось виновным и приговором суда бросалось в море.

В соответствии с античным мифом, Прометей, защищая людей от гибели, договорился с Зевсом о том, что люди будут приносить богам жертвы. Он забил быка и разделил его на две кучи. Мясо завернул в кожу, а сверху положил весьма противные на вид внутренности. Поверх головы и костей быка Прометей наложил приятно пахнущий и аппетитный жир. И спросил у повелителя богов о том, какую часть быка он бы хотел получать от людей в жертву. Грозный бог указал на более соблазнительную кучу с жиром.

Похищение Европы. Роспись краснофигурного кратера. Ок. 490 г. до н. э.

Тарквиния.

Археологический музей


На мордовском празднике «Буканьозкс», название которого можно перевести как «бычье моление», жертвоприношение состояло из трех быков — бурого, красного и пестрого [244]. В некоторых славянских обрядах обращалось внимание на цвет коровы, и ее черный или красный цвет считался неблагоприятным.

В абхазской сказке колдун по имени Хайт появляется рыжим в красной одежде на гнедом коне с красной плетью в руке, затем — белым, в белой одежде на буланой лошади и с белой плетью, а спустя время — черным, в черной одежде на вороном коне и с черной плетью. В первом случае он покупает гнедую лошадь, во втором — белую корову, а в третьем — буйвола [2].

В русской сказке «Царь-медведь» дети-близнецы Иван-царевич и Марья-Царевна бегут от Царь-медведя, который знаменовал, по-видимому, лунные затмения. Пытались бежать верхом на соколе, но убежать от медведя им не удается. Затем пытаются бежать верхом на орле, но убежать от медведя опять им не удается. И только верхом на бычке им удается убежать. Правда, у бычка-дристунка в русской сказке было не совсем обычное средство защиты: он использовал экскременты. Спасший Ивана-царевича и Марью-царевну от царя-медведя в русской сказке бычок попросил зарезать его и сжечь, а пепел посадить на трех грядках. Из одной грядки выйдет конь, из другой — собака, а на третьей вырастет яблоня.

Бычок-третьячок, дристунок, в одном из вариантов русской сказки о зверином молоке спас Ивана-царевича и Елену Прекрасную, Он посадил их себе на спину и бежал от медведя — железная шерсть. Как только медведь догонял, дристунок залеплял преследователя своими испражнениями. Так мальчику с девочкой удалось убежать на бычке, хотя медведь железная шерсть перед этим догнал коня и гусей, верхом на которых они пытались сделать то же самое. Когда же брат с сестрой захотели есть, бычок сказал им, чтобы они его, бычка, зарезали и съели, а косточки бы собрали. Так они и сделали. И вышел из косточек бычка «мужичок-кулачок-сам с ноготок, борода с локоток». Этот сказочно сильный мужичок помогал Ивану-царевичу добыть молоко волчицы, медведицы и львицы, достать яйца Жар-птицы, жениться на богатырь-девице, а также и в других деяниях Ивана-царевича.

Античная камея, изображающая дионисийского быка с тремя грациями и семью звездами, символизирующими семь Плеяд


Баба Яга унесла в русской сказке про «Снежурочку» из Самарского собрания Д.Н. Садовникова [218] девушку и заставила качать ребенка. Эту девушку-красавицу старик со старухой слепили из снега. Качала Снежурочка ребенка да так горько плакала, что сжалился над ней пробегавший мимо баран и девушку домой к отцу с матерью на себе понес. Однако догнала их Баба Яга, и пришлось снова Снежурочке ребенка качать да горько плакать по дому. Сжалился над ней проходивший мимо черный бык и девушку домой на своей спине понес Хотя, было, догнала их Баба Яга, но бык так дристанул, что залепил Яге глаза и доставил Снежурочку к отцу с матерью По-видимому, в сказке мы имеем дело со знаком зодиака Овен (Баран) и следующим за ним знаком зодиака Телец (Бык) Не исключено, что именно быку, а не барану удалось доставить Снегурочку (Снежурочку) потому, что богиня с таким прозвищем управляла зодиакальным знаком Телец. Впрочем, у каждого божества было немало имен.

Бык с закрученными в спираль рогами Бонакон, по сообщению античных авторов, для своей защиты также опорожнял свой желудок, и его содержимое уничтожало все вокруг на площади три акра, сжигая растительность.

Бог Посейдон внушил дочери солнечного бога Гелиоса, супруге царя Миноса, страсть к быку. Результатом такого влечения стало рождение чудовищного Минотавра, имя которого, Астерий, переводится как звездный и указывает на астральный характер этого мифологического персонажа. На съедение обитавшему в лабиринте чудовищному человеку с головой быка Минотавру в античном мифе афиняне ежегодно присылали семь юношей и семь девушек. Герой Тесей убил Минотавра и с помощью нити, которую герою дала дочь царя Миноса Ариадна, благополучно вышел из лабиринта.

Тесей убивает Минотавра

Античное изображение


В русской мифологии Тесея называли Чурилой, а Ариадной обернулась Баба Яга. Нить судьбы прял также один из русских духов в образе женщины по имени Кикимора, стараниям которой приписывали заболевания, и мор кур, и другие несчастья.

«Коровий мир» — Голока — расположенный на южном склоне мировой горы Меру — индуистский рай бога Кришны. Древнеиндийское представление о горе Меру заключалось в том, что ее считали центром земли и Вселенной, причем вокруг этой горы вращаются светила, планеты и звезды. Кстати, по мнению некоторых ученых, русские слова «мир» и «мера» лингвистически связаны со словом «Меру» [152].

Можно предположить, что бык служил и для обозначения суток. Так в русской сказке «Тит-рыба» из собрания Ф.В. Тумилевича герой сказки по имени Айеша встретил дерущихся из-за туши быка бирюка, орла и жука. Алеша поделил тушу быка и отдал кости зубастому бирюку, мясо — беззубому орлу, а потроха — жукам. Если вспомнить, что еще в Древнем Египте жук-скарабей был символом начала дня и утренней зари, орел, как мы уже отмечали, олицетворял месяц и символизировал ночь, а волк-бирюк применялся для обозначения солнечного затмения и, таким образом, указывал на дневное время суток.

Один из подвигов Геракла заключался в очистке за один день всего скотного двора сына лучезарного бога Гелиоса царя Авгия. Среди многочисленных стад царя Авгия триста быков с белыми ногами (может быть, можно полагать, что все остальное у них — черное?), двести быков красных, 12 быков было белых, как лебеди, а один бык сиял подобно звезде. Авгий, считая невозможным сделать такую работу за один день, обещал Гераклу в награду десятую часть своих стад. Геракл же не стал чистить скотный двор вручную, а отвел воды двух рек Алфея и Пенея, и вода сделала за него эту работу. По некоторым античным мифам священный скот бога Гелиоса состоял из семи стад по 50 быков (или коров) в Каждом, и, таким образом, быки (или коровы) символизировали 350 дней календаря, или год.

Два вола величиной «с горошинку» — «от земли не видно» — было у бедняка, героя венгерской сказки «Чудо-мельница», а «детишек, что дырочек в сите, даже на одного поболе». Пошел бедняк с волами в лес, а на красивой лужайке в лесу играли принц из Западной страны с принцессой из страны Восточной. И «в тех местах… были такие страны: в одной стране солнце всходило, в другой заходило, а… по лужайке проходила между ними граница». Мальчику крошечные волы так понравились, что бедняк обменял их на чудесную маленькую мельницу, способную выдавать всякие желаемые вещи.

Евангелист Лука изображался иногда, как, например, в миниатюре VIII века, с бычьей головой, окруженной ореолом святости. В облике быка изображался бог Яхве.

В Библии упоминалось медное море. Архимандрит Никифор в своей «Библейской энциклопедии», изданной в XIX веке, привел рисунок и описание называемого медным морем огромного медного сосуда, похожего на шестилепестковую лилию, в 10 локтей в ширину и 5 локтей в высоту. Этот сосуд стоял на двенадцати медных быках. Само число 12 указывает на Зодиак, на 12 зодиакальных созвездий, а также на символизацию быками созвездий.

На основании рассмотрения мифологического материала можно предположить, что под быками в древности могли понимать созвездия звездного неба. Так, в мифе об очистке Гераклом авгиевого скотного двора упомянуты триста черных быков с белыми ногами, которые, вероятно, и видимы людьми, т. е. звезды. Двести красных быков, т. е. видимые во время восхода солнца, отражают цвет неба во время зарева. Двенадцать белых быков — это двенадцать освещенных солнцем созвездий, зодиакальных. Солнце в своем видимом с земли движении вокруг земли продвигается по небесному кольцу, проходящему через эти двенадцать зодиакальных созвездий. Среди двенадцати зодиакальных созвездий есть одно, называемое созвездием Быка или, что аналогично, Тельца. По всей видимости, планеты могли рассматриваться как созвездия, видимые с земли в виде одной звезды (быка с одной белой ногой). Конечно, древнее видение звездных скоплений отличалось от теперешнего. Триста древних созвездий современными астрономами были сведены к восьмидесяти восьми. Некоторые звезды также могли быть названы быками, на что указывают «семь волов» Большой Медведицы. Моментальное очищение звездного неба, вероятно, иносказательно говорит о полном солнечном затмении, когда среди бела дня гаснет сияющее солнце и на небе вдруг появляются звезды.

Бессмертная сила страшного змея из латышской сказки «Звери в зятьях» находилась в страшном быке, который обитал во дворце, бывшем на высокой скале. Даже если убить быка, то дохлый бык оборачивался уткой. И если убить эту утку, то дохлая утка оборачивалась яйцом, которое падало в море. А с яйцом канула в морскую глубину и бессмертная сила змея. Для тою чтобы уйти вместе с сестрой от черта, герой латышской же сказки «Работниковы дети» убил чертова теленка, из головы которой выбежала утка, а разрубив утку, он добыл золотое яйцо.

Корова в шифрах могла быть связана с затмениями. Об этом говорит и существовавшее у славян поверье о том, что уж сосет молоко у коровы. Так как змея имеет непосредственное отношение к затмениям, а уж, по-видимому, рассматривался в шифрах как разновидность змеи, то и корова, вероятно, связана с затмениями. Хотя уж, по-видимому, иносказательно представлял целый комплекс явлений.

Одно из описаний системы древнего мусульманского мироздания включало гигантскую рыбу, под которой находились воды, а под водами была тьма. На этой плавающей по воде рыбе по имени Бахамут стоял бык с четырьмя тысячами глаз, ушей, ртов, языков, ног. На быке располагался громадный цельный рубин, а на рубине стоял ангел, держащий землю. Если предположить, что рубин символизировал красное солнышко, то в образе быка скрывалось само небо.

Река и божество Гилас в облике человекобыка.

С античной монеты


Речные божества, в соответствии с античными мифами, имели золотые рога и изображались в виде быков. Бык не только сопоставлялся с рекой, но и с одноименным божеством. Впрочем, по древним представлениям людей река — это не только земная данность, но и отражение или продолжение реки небесной.

В русской сказке «Иван Быкович», также из сборника сказок А.Н. Афанасьева, героем сказки является добрый молодец, которого родила, выпив помои от варки рыбы — златопёрого ерша, корова. Это также весьма конкретно и может говорить о связи этого герои русской сказки с лунными затмениями.

Кентавры, кони и лошади — соловые, гнедые, вороные

В мировой мифологии имеется колоссальное количество эпизодов, в которых упомянуты мифические коки, лошади, мерины, кобылы, жеребята. Не говоря уже об удивительных животных, являющихся сложными комбинациями со значительным долевым участием этих парнокопытных.

Подобное мифологическое существо Китоврас в русском «Алфавите» XVII века был истолкован словами: «кентавръ» и «онокентавръ».

Кентавры описывались в античных мифах как полулюди-полукони. На верхнюю половину они изображались как люди, а на нижнюю — кони. Некий царь по имени Иксион воспылал страстью к жене самого Зевса Гере. То ли у царя богов кончились молнии, а может быть, скуки ради, но устроил Зевс спектакль. В качестве декорации он использовал облако, которому придал облик Геры: И посмотрел, как Иксион наслаждался пустотой. Неизвестно, кому из богов пришло в голову сыграть одну шутку Но вдруг облако забеременело и родило ребенка, названного Кентавром Кентавр же как-то умудрялся жить с кобылицей, и та благополучно разрешалась от бремени кентаврами: наполовину людьми, а на другую половину — конями. Буйными пьяницами, распутниками и дебоширами.

Впрочем, среди правил всегда бывают исключения Среди кентавров такими были кентавры по имени Фол, который считался цивилизованным и благожелательным, и по имени Хирон, слывший мудрецом. Впрочем, он что-то перемудрил, так как, будучи единственным кентавром — обладателем бессмертия, отдал бессмертие и от случайной ядовитой стрелы Геракла помер. Но его можно созерцать на небе — он наполняет собой созвездие Центавра. Можно видеть и его безрассудного, мстительного собрата — кентавра по имени Несс, погубившего самого Геракла. Несс же помещен на небо как зодиакальное созвездие Стрельца. Изображения созвездия Стрелец из Древнего Вавилона и Дендера (Древний Египет) очень похожи друг на друга.

Лук со стрелами — древнее оружие. На звездном небе мы находим это оружие в руках у кентавров. Лук со стрелой являлся эмблемой зодиакального созвездия Стрелец, и на индийском зодиаке мы находим эту эмблему без всякого намека на кентавра. Впрочем, в Древнем Вавилоне Стрелец изображался с хвостом скорпиона, а иногда и с птичьими, похожими на куриные ногами и нижней частью тела. Верхняя же часть тела также была человеческой, с луком и стрелой в руках. В древности Стрелец зачастую представлялся двуглавым, причем второе лико, смотрящее назад, иногда изображалось как волчья или собачья морда, что видно из иллюстрации.

Стрелок из лука на вавилонском межевом камне

(Касситский период) и на «Круглом зодиаке» в Дендере


Сатиры, спутники богов Диониса и Пана, описывались полулюдьми-полуконями, но впоследствии получили козлоподобность. И часто античные художники их изображали людьми с козлиными ногами, но иногда — с лошадиным или козлиным хвостом.

Бог ветров Эол в античном мифе сошелся с дочерью кентавра Хирона Теей (или Феей). Чтобы избавить ее от преследования отца, боги превратили Тею в кобылицу Гиппу (что и переводится как «кобылица»), а затем перенесли ее на небо в качестве созвездия Лошади. Сам Хирон по одной из версий мифа считался сыном бога Кроноса и Океаниды. Так как во время зачатия Кронос находился в облике коня, то ребенок родился наполовину человеком, на другую половину — конем.

У Борея вместо ног были змеиные хвосты. Он обитал в пещере на горе Гем, в семи расщелинах которой бог Арес держал своих лошадей. Борей обратился в темногривого жеребца и в этом обличьи покрыл двенадцать кобылиц из тех трех тысяч кобылиц, которые принадлежали Эрихтонию, сыну Дардана. От этого акта родилось 12 жеребят, которые скакали по полю, «не касаясь колосьев». Число 12 указывает, что речь идет о зодиаке, а под кобылицами и жеребятами следует понимая» созвездия. Но на небе нет 3000 созвездий, хотя цифра эта весьма показательна, так как соответствует числу звезд на небе, видимых невооруженным глазом. Вероятно, что кобылицы объединяли понятия созвездия и звезды. И потому мы видим на древних изображениях 12 звезд, которые эквивалентны 12 созвездиям. Эрихтоний, владелец 3000 кобылиц, обозначал божество звездного неба, т. е. уподоблялся богу неба Урану.

Беллерофонт с Пегасом.

Античный барельеф

II в. до н. э.


А крылатый конь по имени Пегас, в соответствии с античным мифом, был способен выбить своим копытом источник вдохновения для поэтов.

Добрый молодец в русской сказке благодаря своей мудрой жене выполнил заданную чертом работу. И за свою работу выбрал у черта на конюшне самую шелудивую клячу. Оказалось, что кляча вовсе не кляча, а родной отец этого молодца, бывший охотник. И рассказал отец сыну, что все кони на конюшне у черта — на самом деле утопленники, удавленники и пропойцы.

Нанялся Ионице, герой румынской сказки «Иляна Косынзяна», в работники к ведьме с лошадиными ногами — кобылицу каждый вечер пасти. И превращалась кобылица: то — в птицу, то — в зайца, то — в дуб. Но Ионице каждый раз находил кобылицу и за службу получил себе самого захудалого на вид коня. Но обратился этот волшебный конь в коня замечательного. И было у этого коня четырнадцать селезенок.

У скандинавского же бога Одина был конь с восемью ногами.

В абхазском богатырском эпосе нарт (богатырь) Сасрыква, чье имя означает «человек из камня», родившийся огненно-красным сотый сын мат: ери нартов Сатаней Гуаши, которого при рождении кузнец для закалки с помощью клещей опустил в расплавленную сталь, имел под стать себе и богатырского коня. Когда Сасрыква похитил сестру трех братьев, один из которых был связан с солнцем, другой — с луной, а третий — с ветром, то братья по очереди гнались за похитителем. Конь усмирил вихрь связанного с ветром младшего брата с помощью урагана, который шел у него из ноздрей. Стуже, которую насылал связанный с луной средний брат, конь противопоставил струи огненного пламени, а жаркому зною связанного с солнцем старшего брата — свое холодное дыхание.

О лошади, которая каждый день жеребилась, поворачиваясь три раза на месте, говорилось в осетинской сказке о Дзамболате. Как только она жеребилась, появлялся из-под земли семиголовый великан, забирал жеребенка и исчезал с ним. Когда при родах присутствовал старший брат сказочного героя, то этот великан появился в черной одежде на черном коне. Когда при родах присутствовал средний брат сказочного героя, то появился рыжий великан в рыжей одежде на рыжем коне. Когда же во время появления жеребенка присутствовал младший брат, а это он являлся главным сказочным героем, то семиголовый великан появился весь в белом и на белом коне. Таким образом, цвет великана и его коня соответствовал тому времени суток, которое символизировал каждый из братьев.

Жеребенка заработал у ведьмы сказочный герой из латышской сказки «Звери в зятьях», а выбрал он последнего, двенадцатого жеребенка, которого особенно ценила ведьма и показывала как больного. Этот же говорящий жеребенок пояснил своему новому хозяину, что если его, жеребенка, пасти три дня на белом клевере, то из него получится хороший конь. Но если его пасти шесть дней на белом клевере, то конь станет трехкрылым, способным взлететь ветром, а если его пасти девять дней на белом клевере, то он станет шестикрылым, способным взметнуться вихрем.

Принц из французской сказки прежде чем сесть на коня, расспросил коней по имени Моро и Байар о том, сколько лье они делают за один шаг. Напомним, что сухопутное лье равно 4,444 км, а морское — 5,556 км. Моро ответил, что восемнадцать. Байяр же сказал, что за один шаг он проходит пятнадцать лье, но посоветовал выбрать именно его, так как он смышленее.

Иван крестьянский сын в русской сказке (из примечаний А.Н. Афанасьева) был сиднем, т. е. не мог ходить. Благодаря прохожему нищему Иван не только стал ходить, но и стал обладателем такой богатырской силы, что, воткнув кол посредине огорода, он повернул кол и «вся деревня с колом повернулась». В запертом подземелье перед царским дворцом Иван нашел доброго говорящего богатырского коня, который заявил богатырю, что ждет его ровно тридцать лет и три года.

Ведический бог Вивасват, что означает «сияющий», являлся олицетворением света на небе и на земле и, как полагают, солнца. Сурья — иное имя этого небожителя. Древнеиндийский бог солнца Сурья, всевидящее око богов, обладал лучами, которые в гимнах уподоблялись семи кобылицам. Его женой была дочь бога-демиурга Тваштара, творца всех существ и форм и заведовавшего напитком богов сомой, по имени Саранью. Саранью родила сначала близнецов Яму и Ями, а затем — Ашвинов. Последних, Вивасват и Саранью, зачали будучи в облике коня и кобылицы. Да и само слово «Ашвины» переводят как «обладающие конями» или «рожденные от коня».

Чтобы спасти принцессу, свинопас Янош из венгерской сказки «Дерево-до-небес» нанялся на работу к дракону и стал ухаживать за худющим и хромым конем, которого напрасно Янош кормил травой и ячменем. Конь оказался говорящим и объяснил Яношу, что кормом его является «алый жар из костра», который ему не дает хозяин-дракон. И в воскресенье, когда пошли «дракон с королевной в церковь», разжег Янош огонь и задал коню жара. «Засиял, засверкал золотом красавец конь, налился силою, ребер уже не видно». И не четыре уже ноги у коня, а пять. С помощью этого мудрого пятиногого говорящего коня Янош спас принцессу и стал мужем единственной дочери короля. Но что означала пятипогость? Может быть, конь связан с числом пять?

В русской сказке «Орон Верный», как и в некоторых других сказках, Иван-царевич нашел коня в погребе за двенадцатью дверьми, за двенадцатью замками, где под передним углом богатырские доспехи «валяются».

В украинской сказке царь грозился вручить царство тому, кто приведет кобылу в золоте и серебре. Эту кобылу добыл дурачок с помощью чудесного сивого коня.

На коне «что ни шерстинка, то серебринка, а во лбу светел месяц» приезжал хотевший украсть царевну двенадцатиглавый змей в русской сказке про крестьянского сына Ивана и мужичка, который был «сам с перст, усы на семь верст» Надо полагать, что появление двенадцатиглавого определял символизировавший лунное небо конь, шерсть которого отождествлялась с лунным светом.

Волшебный богатырский конь в этой сказке находится не за одними дверьми и замками, а за двенадцатью, т. е. равно числу зодиакальных созвездий. Это может говорить о том, что конь не является принадлежностью какого-то одного знака зодиака, а всех двенадцати, т. е. движется от одного к другому. Сочетание месяца и солнечного зодиака могло иметь смысл затмения солнца, причем такого, который завершал годовой цикл. Следует предположить возможную подмену с течением времени и развитием коневодства коровы на коня как символа неба.

Античный бог северного ветра Борей превращался в темногривого жеребца и породил двенадцать быстрых жеребят от двенадцати кобылиц. А двенадцать волшебных кобылиц, которые к тому же умели говорить человеческим голосом, было у популярного персонажа русских сказок Бабы Яги. А вот Баба Яга южнорусского образца не только летала в ступе, но и перемещалась верхом на коне во главе женской конницы, а также воевала с пастухами быков.

В русской сказке «Волшебный конь» герой сказки Иван купил себе «крепко худую, паршивую» лошадь. Но, после того как он свою лошадь каждое утро и каждый вечер выводил на пастбище и «как прошло двенадцать зорь утренних да двенадцать зорь вечерних — сделалась его лошадь такая сильная, крепкая да красивая, что ни вздумать, ни взгадать, разве в сказке сказать, и такая разумная — что только Иван на уме помыслит, а она уже ведает». А еще этот конь, когда привез своего хозяина «за тридевять земель, в тридесятое королевство» и как только стемнело, ударился «о сырую землю, оборотился сизокрылым орлом» и перенес Ивана через стену к Настасье, прекрасной королевне. Когда же Ивана схватила стража, то обернулся конь «малою птичкою» и выручил Ивана из беды.

Фрагмент Чертомлыцкой вазы

IV в. до н. э. с изображением крылатого коня


«Сивко-Бурко, вечный Воронко, встань передо мной, как лист перед травой», — говорит младший из трех братьев — дурачок Иван, герой еще одного варианта русской сказки, записанной А.И. Никифоровым, и истинно волшебный конь предстал перед ним: «из рта пламя ходит, из ноздрей дым валит». Но «красота вся в его ушах» — в правое ухо влезал Иван и становился красавцем, в левое ухо — приобретал свой прежний вид. Подобные варианты сказки есть и у других собирателей сказок. Вещим Воронко называл чудо-коня, у которого «из очей пламя пышет, а из ноздрей дым столбом», вариант сказки из собрания А.Н. Афанасьева. Вещей Кауркой называл замечательного коня вариант сказки в записи Н.Д. Комовской.

Во многих русских сказках действует удивительный персонаж, конь с комбинированными свойствами — «сивка-бурка, вещая каурка». Однако, например, в сказке из уральского собрания И.Я. Стяжкина [253], используются три разных коня с именами: Бурко, Коурко и Воронко (отметим, что вещим здесь называли последнего). Герой, Иван-дурак, отправился ночевать на могилу отца вместо старшего брата и за это получил от отца коня, затем — за среднего брата и за это получил от отца другого коня, а затем — за себя и за это получил от отца третьего коня. Три брата символизировали времена суток, три цвета времени, по-видимому, содержали в своем имени кони: ночь — Воронко, время зорь — Бурко, на Коурку остается день. В отношении цвета по имени третьего коня следует обратиться к В.И. Далю. Каурый — «конская масть: стан рыжеватый, светлобуроватый, впрожелть, хвост и грива такие же или светлее, а ремень потемнее, но не черный» В той же сказке Иванушко, насыпав белояровой пшеницы добывает кобылу с золотой гривой.

Сивый цвет лошади — серовато-серый или с сединой. Пород лошадей белого цвета не бывает, но к настоящему времени выведены породы лошадей с ранним поседением шерсти. Возможно, в старинные времена таких полностью белых коней не было, и речь шла о коне-альбиносе, цвет которого близок к белому. Вороной цвет лошади — черный. Бурко — популярное имя богатырских коней в русских былинах, и это имя, по всей видимости, распространено благодаря намеку на бурый цвет. Итак, мы имеем коней: белого, бурого и черного. Это три цвета символизировали времена дня, утренней и вечерней зари и ночи. А ночь — вещее время суток.

С предложенной идеей в какой-то мере перекликаются и другие сказки. Так, в русской сказке об Иване-кобыльникове сыне, записанной в Сибири, в качестве спутников и помощников героя в сказочном сюжете участвовали еще два Ивана: Солнцев сын и Месяцев сын. Вероятно, герой родился от кобылы, символизирующей зарю.

В русской сказке «Василиса Прекрасная» героиня задает три вопроса Бабе Яге о трех всадниках, которых она встретила, кто они: всадник на белом коне, сам белый и в белой одежде; другой всадник на красном коне, сам красный и весь в красной одежде; черный всадник? Ответила Баба Яга на эти три вопроса соответственно: «это день мой ясный», «это мое солнышко красное», «это ночь моя темная — все мои слуги верные!» Таким образом, не только цвет всадника с конем, но и цвет самого коня подсказывает время суток.

Слово «соловый» обозначает лошадиную масть — желтоватый цвет шерсти со светлой гривой и светлым хвостом — и, возможно, лингвистически связано с названием птицы «соловей». Можно, хотя и с большим допуском, предположить идентичность их числовых шифров, т. е. если соловей в числовых шифрах птиц символизировал пятерку, то и конь, по меньшей мере, соловый конь, персонифицировал число пять в шифрах животных. Вероятность того, что лошади разных окрасов могли персонифицировать разные числа в шифрах животных, обуславливалась не столь большим разнообразием животных на какой-либо территории по сравнению с птицами.

Спасаясь от своего бывшего учителя колдуна, юноша из русской сказки «Хитрая наука» обернулся конем. Тогда колдун обернулся волком. Добежал конь до реки, превратился в ерша и поплыл. Колдун же обернулся из волка в щуку и поплыл за ершом. Но можно ли из этого эпизода делать вывод о возможной связке конь-ерш?

Лишь медлительностью движения небесных тел можно объяснить обстоятельства побега Ивана-Царевича с Марьей Моревной от Кощея Бессмертного в русской сказке «Марья Моревна». После того, как побег открылся, говорящий конь Кощея сказал такие слова своему хозяину: «Можно пшеницы насеять, дождаться, пока она вырастет, сжать ее, смолотить, в муку обратить, пять печей хлеба наготовить, тот хлеб поесть — да тогда вдогон ехать, и то поспеем!» «За тридевять земель, в тридесятом царстве, за огненной рекою живет Баба Яга; у ней есть такая кобылица, на которой она каждый день вокруг света облетает». Эти слова Кощея из русской сказки «Марья Моревна» также проливают некоторый свет на таинственную суть сказочных кобылиц.

Прочитал Иван-царевич надписи на столбе, который стоял у развилки дорог, что если поедешь прямо, то будешь в холоде и голоде, поедешь налево — будешь убит, но конь жив будет, а поедешь направо — сам жив будешь, но коня потеряешь. И поехал направо. Волк попенял Ивану-царевичу за то, что тот, прочтя надпись, коня не пожалел и коня этого скушал. Пошел герой пешком. Но этот же волк пожалел героя, догнал его и предложил себя в качестве замены коню. И Иван-царевич в русской сказке стал разъезжать на волке как на коне. С помощью волка Иван-царевич умыкнул Жар-птицу, златогривого коня и Елену Прекрасную. При этом в одном из эпизодов волк сам оборачивался златогривым конем.

Младший из трех братьев, дурак, герои русской сказки поймал кобылицу златогривую, да еще и с двенадцатью жеребятами, А в еще одном варианте той же русской сказки, также помещенном в сборник А.Н. Афанасьева, дурак поймал коня не только златогривого, но еще и златохвостого. Из золотого, солнечного цвета гривы и хвоста замечательного коня можно сделать вывод о неоднозначности коня в таинственном мире древней религии. И приписать коня к какому-то одному явлению не удается. А если учесть, что сказочные герои шастали на конях по всем царствам, что былинные богатыри вообще будто бы срослись с конем, с коня почти не слезали, можно предположить какие-то особенности места коня в сакральных представлениях людей в древности.

Соболиные брови и скачки горностая

Мех соболя, куницы и горностая дорого ценился у многих народов мира.

В русской сказке о Горе-горянине Даниле-дворянине князь Владимир «накидывал» на героя службу. Сшить шубу из сорока сороков черных соболей. «Соболи не чинены, шелки не виты, золото не лито, а шуба была бы сшита».

Суть того, что скрывает под собой употребление слова «соболь», может подсказать уйгурский фольклор. В рукописи эпоса «Огуз-наме» герой произведения Огуз был зачат от лучей света и родился богатырем. Он победил чудовище-единорога. Но посмотрим на облик богатыря. Его ноги были подобны ногам быка, поясница волчья, плечи у него — плечи соболя, грудь — грудь медведя. Ему помогает говорящий человеческим голосом волк. 11ебесная дева спустилась к Огузу в лучах света. От нее у богатыря рождаются три сына: Кун (солнце), Ай (луна), Юлдуз (звезда). Три сына рождается и от другой жены: Кёк (небо), Таг (гора) и Тениз (море). Ему были дарованы небом золотой лук и три серебряные стрелы.

По-английски соб