КулЛиб электронная библиотека 

Рай. Земля. Ад [Елена Тихомирова Элтэнно] (fb2) читать онлайн


Настройки текста:



Элтэнно. Хранимая Звездой Рай. Земля. Ад

Предисловие или о чём была первая книга

Книга повествует о девушке по имени Пелагея (Лея) спокойно живущей размеренной жизнью в пригороде Санкт-Петербурга. Привычный ход её жизни рушится из-за нелепого стечения обстоятельств – по дороге на работу она становится свидетелем нападения на незнакомку. Вместо того, чтобы убежать, Лея старается помочь несчастной жертве, но вместе с преступником (далее становится известно, что он на самом деле охотник на людей) переносится в Ад. Девушка приходит в себя в пустынной местности мало пригодной для жизни человека.

На этом бы история и закончилась, но на её удачу наместник города Аджитанта (в котором и происходит действие книги) Ал’Берит как раз возвращается с подчинённой ему территории. Он проявляет заинтересованность к неожиданному появлению человека в его владениях, ибо это даёт возможность приструнить его амбициозного заместителя Хдархета. Так Лея становится ценным свидетелем, но люди в мире демонов всего лишь товар, о чём на собственном опыте и узнаёт девушка. Как только она перестаёт быть необходимым доказательством, то становится узницей, чья жизнь уже ничего не стоит.

В темнице Лея знакомится с демонессой Дайной, вместе с которой совершает побег и даже возвращается в родной мир. Увы, это событие, радостное для девушки, только приводит к конфликту между Раем и Адом. Теперь, она вынуждена остаться в Аду. Ал’Берит предлагает ей выбор: провести оставшуюся жизнь в темнице, из которой она сбежала, или «удостоиться редкой в Аду почести, коей не удостаивался ещё ни один человек» – стать вторым заместителем наместника. Разумеется, Лея выбирает второй вариант, не зная, что ей предстоит стать марионеткой в ловких руках, привыкшего дёргать за ниточки, демона. Дайна и её клан подвергаются суровому наказанию.

Назначение Леи (ничтожного жалкого человечка) на высокую должность приводит в ярость Хдархета, ибо это открытое издевательство над ним. Однако, понимая, что смерть девушки по его приказу не выгодна в силу многих причин, только устраивает многочисленные каверзы, призванные выставить самого наместника не в лучшем свете. Результатом становятся – интриги, коварство, продуманные ходы между Ал’Беритом и его заместителем. Между тем, Дайна, желая отомстить за вынужденное убийство своих сестёр, ведёт свою игру. Оба сюжета порою переплетаются.

Чтобы разобраться с новым назначением, и жизни в Аду в целом, Лея нанимает Дайну и её клан как телохранителей. Фактически же функции клана Дагна становятся намного шире, но и человека, и демонов это устраивает. Ведь здесь их цели совпадают. У Леи появляется шанс выжить. У Дайны – отомстить и дать необходимую передышку для клана.

Одна из обязанностей Леи в новой должности – контроль над мифрильными шахтами, ранее принадлежавшими Хдархету. Ему пришлось передать их во власть Князя из-за скандала, чтобы «замять дело». Девушка посещает шахты и принимает работающих там вампиров за людей. По возвращении в город она всячески старается улучшить их быт.

За время пребывания в Аджитанте Лея узнаёт много нового о том, о чём ранее и не задумывалась: что такое Ад и Рай; как они возникли, откуда берут истоки битвы войны за человеческие души и зачем эти души вообще нужны; как возникло человечество. Жестокие же развлечения демонов приводят к переосмыслению жизни. Ведь порой необходимо делать крайне нелёгкий выбор, способный свести с ума. А Хдархет с удовольствием предоставляет все возможности для этого. Его игры достигают апогея, когда на балу в качестве кровожадного развлечения появляется семья Леи, а всё, что остаётся девушке – быть безмолвной наблюдательницей. Ведь даны чёткие указания Ал’Берита. Выбор невелик. Найти в себе силы жить дальше, пытаясь отомстить Хдархету, либо подвести наместника и обречь себя на адские муки.

Судьба же продолжает преподносить и новые «приятные» сюрпризы. Ал’Берит и один из демонов высшего сословия одновременно, и нежданно для Леи, посещают дом девушки. Возникает неловкая ситуация, приносящая своей нелепостью удовольствие обоим демонам. Они устраивают игру, а Лее предстоит стать «сомнительным призом» для победителя. Так девушка становится фавориткой наместника. В начале она пытается избежать таких отношений, но постепенно понимает, что влюблена. При этом прекрасно осознаёт, что для демона это только очередная забава.

Возможность для мести Хдархету не появляется до тех пор, пока Лея вновь не посещает шахты. Тогда то и происходит непредвиденное – часть рабочих устраивает мятеж. Бунт подавляется лояльными вампирами. Управляющий шахтами, не желая подвергать огласке это преступление, идёт на сделку. Он рассказывает о том, что у Хдархета есть нелегальная шахта, а, следовательно, скрытые доходы и неуплаченные налоги в казну самого Князя… Это приводит к окончательному падению заместителя. Более того, на него Ал’Беритом умело «вешается» ещё несколько дел, вызывавших конфликт с Раем.

В конце первой книги раскрываются причины некоторых поступков наместника, позволившие удачно завершить его интриги, но остаётся открытым вопрос о дальнейшей судьбе Леи…

Часть I

Рай. Ниточки марионетки

Подставлю ладони –

Их болью своей наполни,

Наполни печалью,

Страхом гулкой темноты.

И ты не узнаешь,

Как небо в огне сгорает,

И жизнь разбивает

Все надежды и мечты.


Ария «Потерянный Рай»


Глава 1

«Вот так бывает, тебе уже за тридцать. И вроде жизнь твоя ясна и понятна, как будто написана под копирку ленивым творцом. И ждать от неё уже нечего. Да и не хочется ждать. Другие в твоём возрасте пожинают плоды юности, хорошие и не очень, а ты всё ещё ищешь свой укромный уголочек на этой планете и сомневаешься, что такой вообще существует. А ведь хочется простого человеческого счастья – мира в семье, покоя в душе, близких рядом, друзей верных, любви взаимной… Большой список получается. М-да. Видимо, не так уж и просто это счастье человеческое. А судьба только усмехается украдкой, делая очередную подножку. Вдруг на этот раз марионетка случая не сожмёт кулачки крепко-накрепко и не стиснет зубы? Вдруг не поднимется? А встанет, так тоже хорошо – можно будет очередную гадость готовить упрямому человечку. И вот уж где веселье для злорадного безумного создания! А ты растерянно идёшь и идёшь корявой тропой своей жизни, не зная, чего ещё ожидать за очередным поворотом, и зачем тебе это вообще надо. Но месишь песчинки времени под ногами, потому что есть в душе вера что всё не напрасно, что есть глубокий смысл у бытия и когда-нибудь всё будет хорошо. Ведь будет, правда? Должно же так быть.

Надежда – последнее, что умирает в человеке… Ох, и прав был Диоген Синопский. Можно потерять абсолютно всё, но пока живо это чувство в тебе теплится и жизнь. И если не дать этому тлеющему угольку погаснуть, то оно может превратиться в новое горячее пламя… Или потухнуть окончательно несмотря на старания… Зависит от того, на что хватает сил твоих. Можешь ли ты рассмеяться в лицо судьбе и построить жизнь заново, несмотря на её каверзы?».

– Лея! – окликает тебя низкий женский голос, отвлекая от новой попытки написания мемуаров. Предыдущую версию-то пришлось сжечь, ибо не прошла цензуру строжайшего литературного критика.

– Лея!

Подруга остановилась, уперев руки в бока. Вид у демонессы был крайне недовольный и забавный. Синие глаза с укоризной смотрят из-под нарисованных, только начинающих отрастать, бровей. Косая неровная светлая чёлка (почти от макушки) к утру опять разметалась, создавая впечатление проплешин. Совсем коротенькие косички у висков немного топорщатся. Хорошо хоть кожа на лице вернулась к естественному бледно-розовому цвету с тёплым отливом.

– Дайна, может тебе, пока волосы не отрасли, ободком воспользоваться? – предложила, стараясь скрыть возникшую улыбку, Лея.

Глаза воительницы загорелись нехорошим огоньком. Конечно, никого не приведут в восторг последствия маленького экспериментального взрыва, когда они столь портят внешность. Хотя, тут бы радоваться, что Дайна, как демоническое создание, достаточно ловка и крепка и отделалась только такими мелочами.

– Если бы меня это так волновало, то давно бы уже иллюзией воспользовалась.

Несмотря на явное недовольство, подруга предпочла отмахнуться от замечания. Затем она, как бы невзначай, подошла к девушке. Заместитель наместника Аджитанта тут же отложила перо и попыталась прикрыть лист руками, словно школьница, решившая не дать подсмотреть учительнице, как гениально могут решаться сложные математические примеры в исполнении незадачливого ученика. Попытка не удалась. В отличие от тактичных педагогов Дайна ловко подцепила угол бумаги кончиками пальцев и чётким молниеносным движением вытащила добычу также, как опытный рыбак подсекает рыбку. Лея, понимая тщетность попыток отнять, только вздохнула и выжидательно посмотрела на демонессу. Комментарии не заставили себя ждать.

– Чушь какая! – фыркнула воительница, а затем, вчитываясь в смысл слов, скрытых за корявым почерком, задумчиво и серьёзно добавила. – Но вполне сойдёт… Знаешь, ты, пожалуй, допиши.

– Понравилось?

Лея ощутила небывалый прилив гордости. В душе уверенно просыпался автор «бестселлера».

– Ну, как сказать? – ухмыльнулась ехидная собеседница. – Во всяком случае, от бессонницы поможет. Пара абзацев и крепкий продолжительный сон обеспечен.

– Вот спасибо, – разочарованно ответила молодая женщина и всё-таки выхватила листок.

– Или под пытки читать хорошо. Надо же заключённым и о бренности бытия задумываться, – невозмутимо продолжила та. – Ситуация-то располагает. А то они всё о побегах, да о подкопах.

– Дайна, ты…

Лея многозначительно замолчала, давая возможность телохранительнице самой додумать соответствующий эпитет. Дагна лишь восторженно заулыбалась, словно в предвкушении изысканного комплимента.

– Да уж такая, – рассмеялась, наконец, она, понимая, что госпожа ничего так и не скажет из своих соображений понятия вежливости. – Ты вот мне лучше объясни, зачем тебе вот это?!

Дайна вновь приняла недовольную позу и грозно указала пальцем, оканчивающимся заострённым когтем, на шкаф.

На его створке болталась вешалка с обновкой. Девушка искренне считала, что это одна из её наилучших идей. После случая с вампирами ей хотелось быть более защищённой перед лицом опасности. Увы, тренировки с Дагна показали полную неуклюжесть и неспособность управляться с оружием. Меч, даже короткий, хотелось держать двумя руками. Ноги в нужные позиции иногда и вставали, но плавно перетекать в другую комбинацию не хотели, изощрённо путаясь. Более того, на атаку был только один рефлекс – испуганно отскочить и, закрывая глаза, попытаться кольнуть мечом в сторону противника. Это в лучшем случае. А так просто сделать кружок-другой по залу, надеясь найти иной выход или попросту уморить противника. Конечно же, первой уставала сама девушка. Дайна, искренне уделив этим тренировкам почти две дюжины дней, решительно отказалась продолжать, заявив, что большей бездари не встречала в своей достаточно продолжительной жизни, и лучше Лее не менять отработанную тактику. Уж надёжнее на четвереньках спрятаться в укромный уголок и оттуда пытаться сделать какую-нибудь верную гадость врагу (ведь до сих пор как-то это получалось), чем напрямую лезть на рожон с явными нежелательными последствиями для себя любимой. Какая-то часть души взбунтовалась, находя в себе великого героя и воина всех времён, но разум благоразумно согласился. Хотя, скорее всего, решающую роль сыграли усталость, лень и синяки от сих упражнений.

И вот, понимая, что нападение не всегда лучшая защита, девушка решилась на хитрость, благо новоприобретённая шахта позволяла совершать и не такие дурости. Конечно, процентный доход с этой собственности оказался небольшим, но его, благодаря богатой жиле, с лихвой хватало, ведь он превышал её заработную плату как заместителя наместника в несколько раз.

На плечиках вешалки висело тонкое изделие, которое из-за фасона можно было бы назвать и сорочкой под платье. Оно было двухсторонним. Чёрный и телесного цвета шёлк. Между слоями ткани скрывалась тончайшая кольчужная сетка из мифрила. Однако толщина той всё равно позволяла выдержать серьёзный удар. Если, конечно, у врага не было цели попросту раздавить противника. И при этом вставка не мешала наряду струиться и двигаться в такт движениям так, как если бы он был без такого секрета. Лёгкий металл практически ничего не весил. Треугольный глубокий вырез, бретели и подол украшали витиеватые петли. Это был не просто узор. При желании к одеянию можно было прикрепить рукава с узкими заострёнными манжетами, ворот, плотно закрывающий шею, и длинный низ, полностью скрывающий ноги.

– Это моя рыцарская броня, – гордо произнесла Лея, любуясь воплощённой в жизнь гениальной задумкой.

– Это твоя исключительная… Твой бред, – поправилась демонесса, избегая рифмы. Затем её голос стал громким и возмущённым. – Как такое изуверство и извращение могут приходить в голову разумному существу?!

– А, может, я не такая и разумная, – предполагая, отшутилась молодая женщина. Настроение было прекрасным, и ничто не могло его испортить.

– Столько драгоценного металла извести! – не унималась Дайна и начала круговое шествие по комнате, читая наставления.

Опыт выслушивания аналогичных поучений в течение жизни, начиная с далёкого детства, сделал своё дело. Взгляд сквозил виной, но голову моментально заполнили иные мысли и раздумья. Лея лишь машинально периодически кивала в знак того, что речам внимает. Уши же ничего не воспринимали и даже не собирались этого делать. Мозгу тоже было всё равно насколько редок и дорог мифрил. В конце концов, сердце радовалось, душа ликовала, сознание не возражало – аргументы Дайны были бесполезны.

– Ты меня вообще не слушаешь! – возмутилась воительница.

– Скорее не хочу слышать. Я ведь тоже могу быть вредной. Как говорится, с кем поведёшься – от того и наберёшься, – съязвила её госпожа.

– Только интеллекта, чтобы нормально ум перенимать не хватило, – не осталась в долгу Дагна. – Ты лучше ответь, придумала название для шахты? А то завтра последний день. Нельзя так оставлять.

– Никак не могу решиться. «Хдархетова погибель» или «Пелагеина отрада»? – честно ответила она, придавая своему лицу выражение мученического выбора при абсолютной серьёзности.

Комнату заполнил смех телохранительницы.

– И своё имя увековечить хочется. Пусть навсегда помнят, – уже открыто улыбаясь, продолжила девушка. – И вот бывшему первому заместителю почести воздать полагается.

– Хдархета не стоит. Его имя не просто так будет выжжено из упоминаний, – отсмеявшись, ответила Дайна. – А «отрада» как-то чересчур.

– Тогда не знаю как…

– Пусть будут «Безымянные Копи». Чем не хорошо? И загадочно, и всю полноту твоего воображения отражают по части придумывания названий.

На этот раз шутка демонессы была воспринята за великолепную идею.

– Точно! Тогда и решили, – согласилась с выдумкой Лея.

Дагна с некоторым недоумением посмотрела на свою госпожу. Затем пожала плечами.

– Но эта гадость просто нечто, – снова бросив недовольный взгляд на бронированное платье, сказала воительница.

– Зато хоть какая-то защита, – прозвучало возражение в очередной раз. – Больше-то никак у меня не получается.

– Я об этом хорошо подумала, – уже более серьёзным голосом проговорила Дайна и внимательно посмотрела на девушку. – Есть одна мысль. Может, тебе попробовать использовать кристаллы душ? Сомневаюсь, что твоей силы хватит на сложные заклинания. Не таковы уж твои возможности, – развела руками демонесса. – Но это был бы выход из положения, если ты определённо решила научиться хоть чему-то полезному.

– Если честно, я боюсь их, – ёжась, ответила она, вспоминая все неприятные ощущения, что возникли внутри, когда Хдархет вложил ей в ладонь маленький осколок кристалла. Боль и отчаяние, поглощающие собственную душу. И всё же добавила. – А ты можешь меня научить?

– Могу. Но не буду.

Ну, и как тут не удивиться?

– А зачем же ты тогда обо всё этом говоришь?

– Потому что для этого нужно согласование с Высшими… Попроси Его превосходительство Ал’Берита, – посоветовала Дайна и заговорщицки подмигнула.

Лея почувствовала, что щёки начали краснеть. Демонесса откровенно намекала, что от романа с повелителем следовало получать выгоду, раз пока он благоволит к человеку. А это было именно так.

Раскрывая наместнику тайну Хдархета, девушка ожидала любого его решения. Было бы вполне естественно, если бы её, как уже не нужную использованную вещь, отбросили в сторону. И пусть способ, каким избавился бы от подобного бремени Ал’Берит, оставался неизвестен, он явно должен был стать весьма малоприятным. Однако должность осталась за ней… Удача словно решила улыбнуться. Лея даже стала первым заместителем наместника несмотря на то, что обязанности остались теми же. Повелитель также согласился на патент новой шахты (не упустив при этом пользы и для себя) и… она всё ещё была фавориткой. Сердце невероятно радовалось последнему обстоятельству.

«Может быть», – начинала только появляться не оформившаяся до конца крамольная мысль, как разум старательно прерывал её.

Ничего не могло получиться у них. Во всяком случае так, как ей бы хотелось. У Ал’Берита во всём свои интересы. Когда он избавился от Хдархета, молодая женщина потеряла свою значимость. Внутреннее чутьё подсказывало, что стоило ждать подвоха. Но раз он не спешил появляться, то какие игры вновь вились около неё? Чего ещё следовало ждать?

Глубокий вздох вырвался из груди. Ещё месяца три и прошёл бы год, как она оказалась в Аду. Всего год. А казалось, что целая жизнь. Кто бы мог подумать, что желание помочь незнакомке так перевернёт размеренное скучное бытие? Ведь и сейчас бы некая Пелагея каждый будний день ездила на электричке на работу, обсуждала с коллегами разнообразные новости, а порой и уезжала в родной город к родителям. Обычная жизнь самого обычного человека. Но, увы. Уже столь недоступная для неё…

– Пора в замок. А то должность всем демонам на зависть, а она ерундой бумажки марает! И это вместо того, чтобы пораньше на работу прибыть, – шутливо заворчала Дайна, выводя Лею из состояния задумчивости.

Девушка положила исписанный лист в небольшой сундучок на комоде и закрыла его на ключик. Как будто это могло кого-то остановить! Но привычка оставалась привычкой. Ключик упал на дно небольшой вазочки. Теперь можно было начинать продолжительный спуск с четвёртого этажа дома, являющегося мансардой. Некогда именно так высоко ей захотелось устроить личные покои, и ныне она периодически об этом жалела. Возможно, стоило бы задуматься о лифте, вроде тех, что в замке, но хозяйка особняка решительно отмахивалась от периодически возникающей в её голове задумки. Пешие прогулки ещё никому не вредили, а лифт в частном доме… Что за ересь такая?

В холле царило неестественное оживление. Несмотря на то, что клан Дагна благодаря её должности повысил свой социальный статус, телохранительницы отнюдь не стали серьёзнее. Однако подобного безобразия давно не происходило. Приглушённые голоса и смешки легко можно было различить ещё с площадки третьего этажа. Лея не удержалась и, перегибаясь через перила, посмотрела вниз. Ей были видны Дайри и Дэйби, поджидающие свою госпожу и откровенно над чем-то хихикающие. Выяснять же над чем – себе дороже. Не захотели бы, так ни за что бы и не рассказали. А иначе сами выболтали бы. Не настолько уж они и были скрытными.

– Я что-то пропустила? – оживилась Дайна, решив удовлетворить и Леено, и своё любопытство, как только они спустились.

– Да тут такие сплетни, – ответила скромно стоящая у входных дверей Дана, едва улыбаясь кончиками губ, как будто её принуждали к этой искажённой улыбке. Строгая демонесса не изменяла своим привычкам, стараясь оставаться серьёзной и сосредоточенной в любой ситуации. – Вроде и веры нет. Но забавно.

– И в чём же слухи заключаются?

Заинтригованная Кхалисси клана словно забыла, что ещё недавно торопила Лею. Она спокойно облокотилась о перила лестницы, выражая полную заинтересованность. Дела-то, конечно, дела… Но как ими можно заниматься, когда любопытство столь не даёт покоя?

– Считалось, что назначение госпожи Пелагеи первым заместителем служило для того, чтобы и должность была занята, и никаких подстрекателей в ближайшее время не появилось.

– А выяснилось? – вырвалось у Леи. Её сердце тревожно забилось от неизвестности.

– У повелителя совсем иные планы. В замке говорят, что скоро объявят об инициации барона Аворфиса. Он станет вторым заместителем, – сухо, как будто отчитывалась, ответила Дана.

Дайна ухмыльнулась, но молодая женщина непонимающе обвела взглядом демонесс.

– А что смешного-то? – вскоре задала она вопрос. Ей было как-то не весело. Прямо-таки совсем.

– Представляю, какие ставки делают в городе! – не думая о том, чтобы как-то смягчить удар произнесла подруга и откровенно предвкушающе улыбнулась.

– На что ставки-то? – уже несколько жалобно спросила её госпожа, ничего не понимая.

– Как на что? – искренне удивилась Дайна, а затем добавила. – Порой забываю, что ты человек… Конечно на то, когда тебя… хм, в отставку отправят.

– И на что же ты планируешь поставить? – уязвлено вопросила Лея. В том, что Кхалисси Дайна свою ставку сделает, можно было не сомневаться.

– Сначала надо разузнать всё. В том числе и какие соотношения, – со всей серьёзностью прокомментировала Дана, окончательно «поднимая» настроение своей госпоже.

Вот оно и плохое предчувствие. Всё-таки интуиция не обманула! А ведь только так захотелось расслабиться и отдохнуть. Чего следовало ждать от нового коллеги? Таких же каверз, как и от Хдархета? И что в ближайшем будущем сделает с ней Ал’Берит?

«Господи, да отпустит этот вопрос меня когда-нибудь или нет?» – устало подумала Лея, но вслух буркнула:

– Поехали.

Расстроенная жертва обстоятельств стремительным шагом вышла из дома. Экипаж, запряжённый дэзултами, уже ожидал её. Только и оставалось, что пройти через заботливо открытую перед ней дверку, чтобы расположиться на уютном белом диванчике да облокатиться на сине-фиалковые подушечки с забавными кисточками. Это Лея и сделала.

Сама дорога на работу была не такой уж и долгой. Карету госпожи, являющейся первым заместителем наместника города Аджитанта, никто не думал останавливать. А потому городские пейзажи быстро пролетали за окошком, только внимания самой девушки не удостаивались. Она предпочитала смотреть на потолок кареты, где располагалось своеобразное окошко в её родной мир. Сейчас там как раз было видно утреннее лазурное небо в переливчатых разводах розовых облаков. К сожалению, самого солнца никогда не было видно.

– А что этот Аворфис из себя представляет? – решила узнать побольше о вероятной проблеме Лея. Дайна неопределённо пожала плечами, так что ответила Дарра.

– Барон не вполне ясная личность. Он держится в тени, но с ним предпочитают не связываться. А, значит, на это есть существенные основания.

– Конечно, основания для этого есть, – поддержала разговор Дана, окинув сестру недовольным взглядом. Пожалуй, ей виделось, что прозвучавший ответ мог быть более развёрнутым. – Неоспоримый факт, что он очень могущественен. Более того, раз Его высокость служит в Канцелярии Ада и успешно, то ума ему тоже не занимать.

– А ещё что о нём известно?

Дарра и Дана вопросительно переглянулись и развели руками.

– Ну, больше сказать толком нечего. Что правда, то правда, – призналась вместо сестёр Дайна. – По сравнению со своими яркими родственниками он сущий отшельник. Так что будем узнавать на деле.

Дэзулты остановились у величественного тёмного здания, до сих пор вызывающего трепет в человеческой душе. Ещё бы! Ведь ей предстояло ехать на лифте. На последний этаж! А сам замок со своей необычной, кажущейся весьма неустойчивой архитектурой (словно лестница в небо по небольшой спирали), никак не мог стоять вечно по мнению молодой женщины, как бы хроники ни доказывали обратное.

Стражи открыли перед первым заместителем наместника кованые ворота с изображениями разнообразных мук. Лея уже почти не обращала внимания ни на привратников, ни на створки. Да и открывающийся вид на покрытые фиолетовым ковром бесконечные белоснежные ступени, казалось, уходящие в бесконечность, давно стал обыденностью. Так что она равнодушно прошла немного вперёд и повернула направо к лифтам. Дагна тенью следовали за ней.

Стремительный подъём на высоту более чем в двести метров не ощущался, но Лея всё равно побледнела, так как когда-то, как будто в прошлой жизни, с ней произошёл инцидент. Створки кабины в обычной многоэтажке ни в какую не желали раскрываться, и «счастливице» довелось пол дня просидеть в одиночестве, ожидая расслабившихся ремонтников. Поэтому Лея с наслаждением вышла на двенадцатом этаже и привычно поднялась по ступеням, ведущим на площадку выше. Поверхность фиолетового ковра, упирающегося в огромную лиловую дверь, едва прогибалась, пружиня под её ногами. Но следов не оставалось и под более тяжёлыми демонами. Ворс сразу принимал прежнее положение.

Кабинет нынешнего первого заместителя находился по правую руку и запирался на замок маленьким ключиком необычной формы. Пожалуй, он больше подходил для девичьей шкатулки, нежели для такой махины. Его едва можно было удержать двумя пальцами. И потому, зная свою злосчастную рассеянность, молодая женщина предпочитала носить его на тонкой цепочке.

Дверь легко и едва слышно открылась. Лея вошла внутрь и первым делом грустным взором окинула кипу свитков, непостижимым образом появляющуюся на её столе каждое утро. Наверное, у каждого свой Ад. Вот для неё им стала бесконечная документация. Хорошо ещё, что большую часть работы выполняла умница Дана. Вот и сейчас демонесса взяла в охапку большинство новых свитков и направилась трудиться в личный архив госпожи, благо тот был смежным с кабинетом помещением. К этому времени девушка уже пришла в себя от утренней новости, а потому села в кресло с единственно возможным для неё настроением. Подобное бывает в начале рабочего дня у большинства офисных сотрудников.

– Знаешь, какой самый важный совет для начинающих? – поинтересовалась Дайна, наблюдая как Лея, страдальчески морща лицо, обводит хмурым взглядом бумаги на столе.

– Ну.

– Начните! – гордо заявила демонесса, но это слово не вызвало должного отклика в душе молодой женщины. Каким-то немотивационным оно оказалось. Так что Лея откинулась на мягкую уютную спинку сидения, с наслаждением прикрыла глаза и тихонечко пробубнила.

– Где мне превозмочь лень? Лень – это великая сила.

После этого она зевнула. Документы, которые предстояло разбирать, не воодушевляли. Возможно, если бы кружечку кофе…

– Да, лень она такая. Ей можно лишь подчиняться, – сладко потягиваясь вдруг согласилась подруга, на полуслове перебивая мысли своего начальства. Лея от удивления даже ненадолго приоткрыла глаза, чтобы проверить, не издевается ли Дайна. Но вроде бы нет. Демонесса умудрилась удобно для себя устроиться на жёстком диванчике и, тоже зевая, авторитетно добавила. – Если возражать, то она будет нудеть и нудеть. И чем больше сопротивление – тем хуже для мозга.

– Полностью с тобой согласна.

Лея снова прикрыла глаза и перед её внутренним взором уже начали было мелькать образы недосмотренного сна, как из архива, дверь в который так и не была закрыта, стремительно вернулась грозная Дана и предостерегающе заявила:

– Поэтому и существуют такие создания, которые вынуждены нудеть больше, чем голос чьей‑либо лени…

Её голос прервала переливчатая мелодия. Первый заместитель резко выпрямилась, моментально сбрасывая с себя дремоту, и привычно повернула резной диск на столешнице стола до нужной отметки.

– Госпожа Пелагея, вас хочет видеть повелитель, – послышался из устройства хорошо поставленный голос Кассандры, секретаря наместника города Аджитанта.

Девушка вернула устройство в прежнее положение, отключая связь. Информация принята. Никакие уточнения не нужны. К чему растягивать разговор благодарностями за выполненную работу? Вот логика Ада. Лея уже сама не замечала, что даже не пытается говорить вежливые слова, как по началу своей рабочей деятельности.

Дайна театрально печально вздохнула и неохотно поднялась с диванчика, расправляя тёмные крылья, украшенные острыми шипами. Расстояние между кабинетами было не такое уж и большое, но работа телохранителя требовала даже такой прогулки. Лея между тем мельком взглянула на своё отражение в крошечном зеркальце, и после, не теряя времени, они вместе вышли в коридор. Заставлять ждать повелителя – подобная мысль даже прийти в голову не могла.

Маленький девичий кулачок негромко постучал в массивную дверь с отделкой из чернёного металла. Та самостоятельно раскрылась, приглашая войти, и Лея решительно зашла внутрь. Первым делом она неглубоко поклонилась, приветствуя хозяина кабинета. Пусть между ней и Ал’Беритом был роман (если вообще можно назвать этим словом подобные отношения), и всё же вести себя фамильярно с ним претило. Да и вряд ли бы он это оценил.

Наместник, как и обычно, сидел в кресле из бледной кожи, расположенном на постаменте, и занимался бумагами, но при появлении девушки он отложил в сторону свиток. Правда, при этом на его лице появилось такое выражение, как если бы он не ожидал столь скорого визита подчинённой. Лея не знала, гордиться этим или нет, но непроизвольно улыбнулась. В ответ Ал’Берит позволил уголкам своих губ чуть приподняться на краткий миг. Вот и всё. Это значительно позже можно будет не стесняясь целовать его тело, крепко обнимать в порыве страсти или просто вести неспешный разговор, сидя на коленях и играя с жёсткими прядями его чёрных волос… Но не раньше, чем он сам этого захочет. Сейчас позволительно, да и следовало, лишь подойти к трём массивным ступеням, ведущим на постамент и подняться.

В этом кабинете Лея была уже много раз, но она до сих пор внутренне содрогалась от вида стен. Казалось бы, разве могло что-либо пугать человека привыкшего к кошмарам Ада наяву? Да. Только не пугать уже. Просто это остатки всего человеческого в душе, что приходилось тщательно скрывать от беспощадного окружения, никак не могли успокоиться. А потому по-прежнему неприятно выглядели живые мумии, стискивающие белоснежные зубы на обсидиане ступеней. И не подойти было близко к стенам, выложенным чернёными человеческими черепами, в которых словно теплилась своя тёмная жизнь. Да и вид мрачных вулканических гор за окном, с которых непрерывно медленно стекала лава, собираясь в постепенно остывающие озёра, никак не мог стать родным.

Лея почти дошла до постамента, как вдруг виконт встал из-за стола и, сделав несколько быстрых шагов по направлению к ней, остановился. Это было необычно. Подходить к нему должна была всегда она, а сейчас они застыли друг напротив друга. Молодая женщина замерла в нерешительности недалеко от Кхоттажа – нового Кхала клана Рохжа, призванного охранять (а, по сути, выполнять различные поручения) Ал’Берита, так как наместник не подавал никаких знаков, чтобы ей приблизиться или сделать что-то иное. Более того, его аристократично красивое лицо снова стало бесстрастной маской. Даже выразительные необычайно светлые глаза ни о чём не могли поведать. Это крайне настораживало. Демон не любил тратить время на перегляды, и потому к ней вернулось утреннее беспокойство. Но ожидать дальнейших событий долго не пришлось. Всего секунда или две, и первый заместитель скорее почувствовала, нежели услышала, как за её спиной открылась дверь.

«Значит, кто-то вошёл. Кто-то, кого Ал’Берит ждал, – осознала она и с любопытством подумала. – Кто же это?».

Увы, момент, чтобы оглянуться ненароком и узнать, был упущен. А оборачиваться намеренно девушке претило. Ей казалось, что так она выставит себя глупо. Поэтому Лея внутренне сжалась, с трудом сдерживая любопытство. А оно всё росло, так как шагов за спиной слышно не было.

Может ощущения её обманывали? Может никто и не пришёл?

Но нет. Наконец слух уловил шорох одежды. Совсем рядом. Так близко, что голова девушки непроизвольно чуть повернулась в сторону звука, но она так ничего и не разглядела толком.

– Вот и вы! – спускаясь по ступеням навстречу неизвестному посетителю, доброжелательно, словно старому знакомому, произнёс Ал’Берит. – Очень рад вас видеть!

– Это взаимно, Ваше превосходительство.

– Тогда прежде, чем мы перейдём к намеченной беседе, позвольте представить вам моего первого заместителя – госпожу Пелагею. Госпожа Пелагея, Его высокость Аворфис.

Лея поняла, что ей дают возможность удовлетворить своё любопытство и посмотреть на демона, который с самого утра занимал её мысли. Хотелось резко повернуться, но она сумела сдержать себя и сделала неторопливый полуоборот.

Гостем виконта оказался немолодой худощавый мужчина неуловимо похожий на итальянца, только с каштановыми волосами и бесстрастными серыми глазами, скрытыми за круглыми пенсне. Одет он был просто, но официально, напоминая сотрудника бухгалтерии начала двадцатого века, как их представляла себе молодая женщина. Абсолютно ничего примечательного.

Аворфис в свою очередь скучающе посмотрел на неё. Пожалуй, он мог с таким же выражением на лице смотреть на мебель. Она сразу почувствовала себя странной девочкой, очутившейся в Зазеркалье. «Алиса это Пудинг, Пудинг это Алиса!»[1]. Вот только бояться быть съеденной предстояло самой Лее.

– Мне давно хотелось увидеть вас, госпожа Пелагея.

Демон неглубоко поклонился. Она ответила на его приветствие лёгким книксеном и молчанием, так как сказать, что внутри ощущалась радость или удовольствие от этой встречи было никак нельзя. Видеть Аворфиса Лее тоже никак не хотелось. Скорее наоборот. Так что она промолчала, так и не решив, что из вежливого и честного можно озвучить.

– Его высокость в скором времени займёт должность моего второго заместителя, – как о чём‑то будничном и незначительном сказал Ал’Берит, обращаясь к Лее и заминая возникшую паузу. – Поэтому в эту встречу нам необходимо обсудить текущее состояние дел.


***


«Вот тебе и поддайся лени», – горестно подумала Лея, падая в изнеможении на своё рабочее кресло.

Голова разламывалась и ужасно болела. Сосредоточиться на чём-либо не предоставлялось возможным из-за обсуждения «текущего состояния дел», занявшего около половины рабочего дня.

А толку-то?

Если по своим обязанностям она по памяти (и так не самой замечательной) могла ещё что‑то рассказать, то остальные городские проблемы её никогда и не волновали. Уйма информации, большая часть которой была абсолютно не понятна, отзывалась нудной пульсирующей болью в висках, потому что не пытаться запоминать в такой компании было нельзя. Осознать – почти невозможно. А уж чтобы обсуждать, давая окончательно понять какая она дура… Так что почти весь разговор Лея молчала, пытаясь сохранить умное сосредоточенное выражение на лице, хотя на самом деле испытывала беспросветную скуку и ощущение, что она в этом кабинете была абсолютно лишней. Внутренне молодая женщина также лелеяла надежду, что барон принял её молчание хотя бы за отголосок интеллекта. Мечтать о том, чтобы новый заместитель повелителя подумал, что его проверяют таким замысловатым образом на компетентность, совсем не приходилось. Более того, казалось, что Аворфису абсолютно всё равно, кто такая Лея, чем она занимается. Повелитель позвал – значит так надо. Остальное неважно…

И это, честно говоря, раздражало.

Девушка обречённо поставила локти на столешницу и упёрла ладонями потяжелевшую от новообретённых знаний и сомнений голову, а затем начала массировать виски кончиками пальцев.

– И так. Когда отставка?

Непринуждённый и беззаботный голос демонессы откровенно не добавлял приятных ощущений. Лее даже почудилось, что подруга всё время пребывания госпожи у повелителя не на площадке стояла, а где-нибудь отсыпалась. Похожие чувства легко пережить, когда после бурно проведённой ночи к вам приходит преисполненный оптимизма бодрый друг.

– И откуда у тебя такое зловредное воображение? – поинтересовалась девушка.

– Пф-ф, воображение, – возмутилась Дайна. – У меня просто богатый опыт!

– В таком случае, придётся его расширить до более светлых пределов. Ни о чём таком речи не было. Зашёл Аворфис, и мы вместе обсуждали весь спектр обязанностей наместника и ситуацию по ним.

– А если конкретнее? – оживилась Дана, вытаскивая из-за уха перо, дабы сделать пометки на обратной стороне чьего-то свитка. Лея лишь жалобно посмотрела на неё и честно ответила:

– А демоны его разберут!

Разочарование Даны отчётливо читалось на её лице. Демонесса расстроенно поправила косу, завитую в куколь, и, храня молчание, ушла в архив.

– Так Его высокость Аворфис всё же станет новым заместителем повелителя? – решила прояснить для себя Кхалисси клана Дагна.

– Да. Сегодня вечером объявят дату инициации.

– Значит опять ничего хорошего.

Дайна устало вздохнула и вполне по-человечески осунулась на миг. Но всего на мгновение. После чего, воодушевляясь, села на диванчик и положила ноги на стоящую поблизости тумбочку. Перед Леей вновь возникла её открытая улыбка, а в синих глазах засияла знакомая хитринка.

– Вот и его сместим. А там, быть может, меня заместителем назначат.

– Искренне буду радеть за такое решение, – рассмеялась молодая женщина, а Дайна весело подмигнула и напустила на себя мечтательный вид.

Лея посмотрела на свои часы-браслет, которым никогда не суждено было сняться с её руки. Времени для безделья не оставалось, тем более что завтра ожидался приёмный день. Хозяева домов развлечений до сих пор надеялись, что личный визит хоть что-либо изменит. Но первый заместитель была непреклонна, а потому потчевала посетителей самыми обычными, ничего не значащими фразами, да и только.

В Аду не ценилась ложь как таковая. Вот и приходилось тщательно следить за речью, не давая никаких обещаний и не брезгуя различными изворотливыми отговорками. Уж лучше так. Может и демоны перестали бы надоедать (а они, судя по всему, всё же решили взять её измором), да и лучше, когда умница Дана сначала просматривала документ, вылавливая уйму подводных камней. Столько времени прошло, как она стала заместителем повелителя, а вот нюансы «деловой переписки» молодая женщина до сих пор большей частью разглядеть не могла.

Поэтому Лея решила перво-наперво закрыть вопрос о названии шахты, оставив на потом деловые бумаги с прикреплёнными к ним Даной листами пояснений и рекомендаций. Рука привычно обмакнула металлический кончик пера в чернильницу. Маленькая капелька стекла обратно. Теперь можно было писать.

«Безымянные Копи» – старательно вывела молодая женщина как можно менее корявым почерком на невероятно дорогом бланке. Он был выполнен из особо прочного, стойкого ко многим воздействиям материала и украшен золотым орнаментом. Но эти качества особой красоты надписи не добавили. Отсутствие строчек на листе всегда приводило к скашиванию текста, а буквы и так никогда не были точными копиями друг друга.

«Зато эксклюзивно», – подумала она, любуясь, и продолжила писать. На столе была ещё уйма требующих внимания бумаг.


[1] Льюис Кэррол «Алиса в Зазеркалье»


Глава 2

Инициация Аворфиса должна была происходить в замке герцога Дзэпара, как сеньора над землями наместника Аджитанта. Это с Леей так простенько вышло. А вот назначению барона на должность предстояло стать куда как более серьёзным и знаменательным событием. Но визит в Бьэллатор девушку не радовал. Уж очень свежи ещё были воспоминания обо всём произошедшем там. И кто знал, кому на этот раз предстояло стать развлечением? Да и не такое уж удовольствие приносили все эти роскошные балы и великосветские рауты. Может, кому-то и нравилось, но она хождению по залу под руку с Ал’Беритом, во время которого попутно приходилось приветствовать окружающих и постоянно деланно восхищаться чему-то, предпочитала нудный рабочий день.

Настроения надевать на праздник вероятного врага что-либо яркое не было. Но и полностью чёрное, удовлетворяющее состоянию души, вызывало ассоциации о трауре по самой себе. Однако стоять у шкафа в раздумьях было уже особо и некогда… Привычная ситуация для обычной женщины, решающаяся, как всегда, до нелепости просто. Лея с закрытыми глазами протянула руку вперёд и, нащупав ткань, посмотрела на свою добычу. Кажется, ей было суждено надеть недавно заказанное воздушное платье василькового цвета. Не самый шикарный выбор, но этот недостаток легко устранялся изящными украшениями, благо приобрести их нынче не составляло проблем. Даже первоначальный доход от шахты позволял исполнять почти любые капризы.

Дверь в комнату открылась без предварительного стука, заставляя едва закончившую с приготовлениями хозяйку дома вздрогнуть от неожиданности. Это пришла Дайна. «Тактичная» телохранительница сообщила, что повелитель прибыл. В ответ на это обстоятельство девушка только горько вздохнула. Если бы инициация проводилась в Аджитанте, можно было бы надеяться на «вечер в узком кругу», который действительно доставлял удовольствие. А так… Нехотя она вышла в коридор.

Из-за стремительного спуска каменные ступеньки так и мелькали под ногами, но Дайна, казалось, шла обычным шагом. При этом пальцами левой руки Лея придерживала подол длинного платья, чтобы не споткнуться. Даже вернее задрала его, обнажив ноги почти по колено. Однако к середине лестницы девушка оставила платье в покое и сбавила темп. Теперь стоило идти медленнее. Некрасиво как-то появляться перед кавалером, задыхаясь от пробежки. Более того, сразу же появилась и некая грациозность. Весьма своевременно. Ал'Берит встретил девушку в холле у самых перил. Он сделал несколько шагов ей навстречу и элегантным движением подал руку, чтобы помочь сойти своей даме с последних ступеней.

– Вы очаровательны, – сказал виконт ничего не значащий комплимент, и Лея, как всегда, засмущалась. – И всё же нам пора. Мы должны прибыть своевременно.

С этим она не могла не согласиться. Конечно, с выбором наряда пришлось повозиться очень долго, но всё равно повелитель приехал несколько позже, чем ожидалось. Не особо на него походило, но… мало ли какие дела могли задержать могущественного демона? А опаздывать на инициацию никак не дозволялось. Не красться же позади Аворфиса, чтобы пройти в зал, в самом‑то деле? Слишком уж заметно было бы их отсутствие. Поэтому они немедля направились к роскошной карете.

Дэзулты – ездовые ящеры, напоминающие тираннозавров, нетерпеливо переминались на массивных лапах. Один из Рохжа, бывший возницей в этот вечер, открыл дверцу и выдвинул лестничку… Хм, это было странно. Наместник предпочитал повсюду находиться именно с Кхоттажем.

«Значит, направил на какое-либо дело», – решила для себя Лея, совмещая обе нестыковки в своей голове, и поставила ножку в туфельке изумительной работы на крохотную ступеньку. Ал’Берит зашёл следом и сел подле неё на диванчик.

Одет был демон безупречно. Соответствующие случаю белые перчатки и чёрный фрак, украшенный тёмно-синей оторочкой и медным узором, сидели на нём идеально.

Карета начала движение, а виконт поправил ворот белоснежной рубашки, хотя это не требовалось, и опёрся ладонью о край дивана. Молодая женщина не удержалась и положила свою руку на его. Жар тела демона чувствовался даже через плотную ткань. Ал’Берит улыбнулся.

– У тебя прядь выбилась, – сказал он, нежно поправляя её волосы.

Ничего такого. Самое обычное действие, но сердце Леи забилось несколько быстрее. И потому, пытаясь снять не нужное очарование момента, она на всякий случай спросила:

– С Бьэллатором у меня связаны не самые приятные вспоминания. На этот раз там не будет каких-либо сюрпризов?

– Во время инициации ничего значительного для тебя случиться не должно, – беззаботно ответил повелитель. Ей сразу же стало спокойно.

– Вот и хорошо.

– Уже устала от нежданных оказий? – на удивление участливо поинтересовался Ал’Берит.

Лея посмотрела ему в глаза, и их взгляды столкнулись. В них не было напряжения или неловкости. Так смотрят друг на друга хорошие знакомые или влюблённые… Она его любила! Она верила ему! Но доверять не смела. Этого было просто‑напросто нельзя делать! Каждое слово могло нести свой скрытый смысл. Как бы ни хотелось расслабиться – действовать следовало соответственно ситуации.

– Да. Хотелось бы большей определённости.

– Иногда я даже тебе завидую. Когда видишь события насквозь, то начинаешь ценить неожиданности, какими бы они ни были, – устало и как-то вполне по-человечески произнёс Ал’Берит, и Лея не смогла не поверить этим словам.

Конечно, она не стала предлагать кидать кости, чтобы Высший демон, наместник одного из великих городов Ада, словно балаганный фокусник угадывал следующее выпавшее число. Но захотелось именно этого… Кажется, у неё появилась исключительная возможность увидеть сокровенное, тайное и истинное «Я» Ал’Берита, а голову наполнили только невероятно глупые мысли. Даже смешно. А затем короткая вспышка пламени телепорта разрушила слияние их взглядов. Девушка не могла не перевести взор на окно. А когда снова посмотрела на попутчика, то возле неё вновь сидел повелитель. Она медленно убрала свою руку. Время для доверительного разговора вышло невероятно быстро. Дэзулты, глухо рыча, останавливались. Гости прибыли.

Рохжа снова открыл дверцу кареты. Первый заместитель вышла наружу, мечтая как можно скорее перейти решётчатый мост над рекой лавы, чтобы войти в замок. Свирепый жар моментально охватил всё тело. Дышать стало невероятно тяжело. Увы, высокий ранг не позволял пробежки даже на такую короткую дистанцию. А потому пришлось идти мучительно размеренным шагом, держась под руку с повелителем, и надеяться, что подошва туфелек не расплавится, намертво приклеиваясь к металлу. Почему-то Лея именно это себе и представляла в тот миг. Мерещилось, что станет трепыхаться, как муха на поверхности варенья.

Так что, преисполняясь такими губительными для самомнения мыслями, девушка считала каждый шаг, и оттого путь стал ещё дольше.


***


– Его превосходительство виконт Ал’Берит, наместник города Аджитанта, Хранитель летописей, Главный архивариус Ада и его первый заместитель госпожа Пелагея! – зычно, но вполне привычно, проголосил церемониймейстер, стуча посохом о пол.

Приветствия в виде поклонов и реверансов. Они давно уже были безразличны. Главное, что внутри зала было относительно прохладно да присутствующие предпочли человеческий облик. Молодая женщина внутренне развеселилась, представив, что ей пришлось бы обмениваться приветствиями с какими-нибудь гигантскими пауками. Раньше она об этом не задумывалась, ведь гости в естественном обличье всегда были хотя бы отдалённо похожими на людей, то есть являлись гуманоидами, в большинстве своём ростом около трёх метров. Однако ей доводилось видеть и яркие исключения. Прими Хдархет хоть раз свой истинный облик во время бала, и Лея бы решительно не знала, как ей поступить в его обществе. А так всё было уже довольно просто.

Ал’Берит после небольшого променада по залу на некоторое время оставил свою даму в одиночестве. Его присутствие возле трона герцога, которого пока так и не было, считалось необходимой частью церемонии. Скорее всего, Дзэпару предстояло появиться в самый последний момент. Сразу перед Аворфисом. Поэтому, утратив интерес к спине уходящего повелителя, Лея развернулась, чтобы найти другую компанию. Однако компания сама нашла её.

– Очень рада вас видеть, Ваше превосходительство, – приветствуя незаметно подошедшую к ней баронессу Ахриссу, сказала девушка.

Демонесса доброжелательно улыбнулась, насколько вообще могла быть дружелюбной улыбка в её исполнении. Всё-таки рот, больше похожий на рыбий, давал весьма ограниченные возможности в мимике. Более того, в больших жёлто-салатовых глазах открыто читался намёк на задуманную гадость.

– Госпожа Пелагея, вы не представляете, сколько удовольствия доставляет мне ваше общество. Тем более приятно увидеть вас на таком событии. Вы уже знакомы с Его высокостью Аворфисом?

– Да, я познакомилась с ним несколько дней назад.

Баронесса ни разу не принимала при Лее человеческий облик, но всё равно выглядела великолепно. И это несмотря на отсутствие носа, рытвины на лице, как после оспы, и длинные уши, изнутри которых росли непрерывно двигающиеся отростки ядовито-оранжевого цвета. Почему-то инстинктивное отталкивающее чувство, всенепременно возникающее из-за её своеобразной внешности, невероятно быстро пропадало. Ахрисса умела быть очаровательной… Если того хотела, конечно. Молодой женщине достаточно было вспомнить, как во время одного из боёв на арене, та поставила на сторону впоследствии проигравшую. Любая фурия позорно бы бежала, лишь бы не столкнуться с разъярённой демонессой.

– И как вы его находите? – полюбопытствовала наместница Крудэллиса.

– Отдалённо он напоминает мне Его превосходительство Ал’Берита. Правда, скорее это связано с его манерой вести дела, нежели с чем-либо большим.

«Вроде хорошо сказала. Молодец. И не охаяла, и не похвалила», – с некой радостью подумала Лея.

– Отдалённо? Так вы не знаете, что он, – баронесса замялась, словно ей требовалось подобрать нужное слово, и уже тише, как по секрету, добавила. – Немногим родственник виконта. Он сын его бывшей пассии Ашенат.

Решившая только и делать, что улыбаться Ахриссе (быть может, та и уйдёт поскорее, оставив человека в покое!), девушка внутренне напряглась. И потому, кажется, её улыбка становилась натянутой. Но ведь ничего подобного услышать она не ожидала! Глаза беспокойно посмотрели на баронессу, делающую как можно более участливый и заботливый вид. Но актриса из неё оказалась не такая хорошая. На выразительном лице нельзя было не заметить отголоски истинных чувств. Однако спросить больше ничего не получилось.

– Второй заместитель наместника Аджитанта. Господин Аворфис! – возвестил церемониймейстер, собрав любопытные взгляды на одном единственном демоне. Этого мгновения хватило, чтобы собеседница как будто растворилась среди прочих гостей герцога, оставив Лею на растерзание её сомнениям.

Пожалуй, никто не смотрел на барона так внимательно, как делала это молодая женщина. При этом умом она понимала, что вот уж никак не следует сравнивать человеческие обличья обоих демонов, но… ничего поделать с собой никак не могла. Глаза сами выявляли какие-либо схожие черты.

«Вот! Нос вроде похож… А если не обращать внимания на внешность, то характер-то вполне», – пронеслось в её голове, прежде чем молодая женщина жёстким усилием воли остановила неугомонный поток абсурдных мыслей. Все раздумья и вероятные претензии разбивались о стену осознания, кем является для демонов сама Лея.

«Тем более, – выдал новое умозаключение, мгновенно ставший куда как более благоразумным, мозг. – Тем более, что Ахрисса сказала «немногим родственник». Не стала бы она играть словами, если бы не хотела просто поиздеваться над человеком».

Эта догадка заставила её спокойно вздохнуть. Некая Ашенат, видимо, и правда имела место быть. А всё остальное лишь домыслы. Таким образом, приведя хаотичные думы в порядок, Лея обнаружила, что основная и самая главная часть церемонии закончилась, а она даже не заметила.

Вокруг появились незаметно снующие слуги. Молодая женщина, ожидая пока Ал’Берит представит Аворфиса тем, кому должно, взяла бокал с подноса одного из них бокал и подошла к колонне. Лиана, обвивающая ту, оказалась толстой и мясистой, толщиной в мужскую руку. Растение как будто сжимало светлый камень так крепко, насколько могло, и, скорее всего, этой хватки хватило бы, чтобы переломать кости человеку.

Светские приёмы светскими приёмами, но неуёмное любопытство не угасало никогда. Лея дотронулась ногтем до тёмного глянцевого ствола, пытаясь подковырнуть его. Огромный цветок противного травянисто-коричневого цвета тут же изогнулся и, казалось, злобно зашипел. Тут же чья-то рука резко отодвинула её в сторону, словно она была лёгкой и невесомой, как детская тряпичная кукла, и воздух на месте, где ей только что доводилось стоять, обозначился крапинкой рыжей пыльцы. Она чуть обернулась, рассчитывая увидеть Ал’Берита. От неожиданности Лея даже не обратив внимание, что от руки исходит не жар, а лесная прохлада.

– Пожалуй, госпожа Пелагея, вам стоит отойти в сторону ещё немного, – совершенно серьёзно сказал Вердельит. Девушка послушно последовала его совету и после встревоженно спросила:

– А что такого?

К ней только сейчас пришло чувство страха. При этом испуг оказался невероятно сильным. Настолько, что её голос прозвучал с хрипотцой.

– Не самые безопасные для человека растения. Айэтор, конечно, служит защитой, но… с такой концентрацией яда ему весьма сложно справиться.

– Спасибо, – начала было она, но тут же дважды смутилась. Мало того, что даже не поздоровалась, так и за спасение ещё так умудрилась поблагодарить! Разъяснение Дайны на эту тему помнилось отчётливо. Молодая женщина, смущаясь, покраснела, а затем сбивчиво и торопливо произнесла. – То есть благодарю вас. И я даже не поприветствовала.

Она поспешно сделала реверанс, словно стараясь нагнать упущенный момент. Вердельит из‑за её стараний, казалось, был готов вот-вот с удовольствием рассмеяться. И всё же ему пришлось сдержаться. Торжественная обстановка и желание, дабы «шут» на этом празднике так и остался только одним, требовали того, чтобы он просто поклонился в ответ.

– Не стоит никакой благодарности, – демон приглушил голос и с беззаботными интонациями пустился в объяснения. – Прежде всего, ведь я думал о гостях. Портить столь прекрасный вечер глупой неожиданностью такого рода…

Общаться с ним по-прежнему было легко, поэтому, думая, правильно ли она поняла, что предыдущая фраза всё же шутка, Лея ответила:

– Да уж. Хотя, такая нелепая смерть напротив развеселила бы местное общество.

– Тогда, быть может, желаете повторить? Цветов ещё много, – он выразительно указал смешливым взглядом на ближайшую колонну.

– Предпочитаю сорванные и… более безопасные экземпляры, – наотрез отказалась резко прекратившая жаждать экспериментов Лея, и Вердельит авторитетно заявил:

– Тогда вам подойдут ромашки.

– Почему ромашки? – с кокетством осведомилась девушка, мгновенно понимая, что разговор лучше заканчивать. Одного присутствия этого демона было достаточно, чтобы ощущать себя прекрасной и желанной. Если же он начинал диалог, то флирт возникал сам собой.

– Считается, что это цветок сомнений, но вместе с тем он приносит удачу и везение.

– Тогда, пожалуй, вы правы, – не могла не согласиться она. Демон же, приглушая голос, заговорщицки произнёс:

– У этого растения есть ещё особенность.

– Какая? – ответить на эту интригующую фразу что-либо банально вежливое, чтобы покинуть компанию, было невозможно.

– Его чтят за успокаивающие свойства. А порою это так ценно, – задумчивая и отрешённая улыбка, мимолётная пауза и несколько детское негодование. – Но ведь если я подарю вам ромашки, вы не будете их заваривать?

– Ни в коем случае.

Лея не смогла удержаться от тихого хихиканья и открыто широко улыбнулась. Как бы хорошо ни было с Ал’Беритом, ей, как женщине, хотелось такого вот простого флирта, разговора со смешинкой и внимания. Однако… Она понимала, что разговор затянулся. Как ни печально. Поэтому, потеребив меж пальцев кончик широкого пояса платья, молодая женщина всё же произнесла:

– Прошу простить меня, но…

Вердельит поклонился, не дослушав вежливую причину, и печально улыбнулся на прощание, прежде чем исчез среди остальных гостей. Лея, не зная куда деть руки, расправила платье. При этом колонна на мгновение снова привлекла её взор. Однако больше любопытничать не хотелось. Да и имелось у неё одно важное дело. Необходимо было поприветствовать хозяина дома.

Первый заместитель незаметно (во всяком случае, ей хотелось думать, что именно так и выглядело со стороны) привстала на цыпочки, но это оказалось бесполезно. Поэтому она решила пройтись по залу и, на удачу, почти сразу увидела герцога. Даже странно, что не заметила его раньше.

Дзэпар был занят серьёзным разговором с графом Форксасом, поэтому приветствие вышло коротким, хотя Лее показалось, что владелец замка совсем не против уделить ей больше времени. Но не стоять же рядом, влезая в беседу, в которую её не приглашали? Поэтому, скучая, она направилась к центру зала в намерении избежать вида тошнотворных стен.

Большинство людей мало что интересовало в жизни. И даже с тем, что их интересовало, они не так уж хорошо представляли, что делать. А на происходящей инициации ничто и вовсе не задевало любопытство девушки, поэтому она просто плыла по течению. Это оказалось верным решением. Ал’Берит увидел её и в сопровождении барона направился к ней.

– Госпожа Пелагея.

– Господин Аворфис.

Приветствие заместителей не отличалось новизной и экстравагантностью. Только Лея машинально попыталась по новой разглядеть сходства между двумя демонами, но тут же резко остановила себя.

– Прошу прощение, что на столь долгое время оставил вас, – сказал повелитель, целуя кончики её пальцев, скрытые белоснежной перчаткой до локтя. Приятные мурашки пробежали по всему телу. – Обещаю, что в этот вечер подобного не повторится.

– Буду весьма вам признательна, – произнесла она с нежностью, так как осознавала, что виконт впервые пообещал ей что-то приятное. Пусть и такую малость… Хотя малость ли? Мало ли забот у демона такого ранга?

– Думаю, мне будет весьма приятно работать вместе с вами, – между тем заметил Аворфис монотонным голосом. – Однако сейчас я должен вернуться к моей супруге. Прошу меня простить.

– Конечно, – произнесла Лея, отвечая на поклон барона.

Её брови между тем вопросительно выгнулись против воли. Следить и управлять мимикой своего лица ей было не суждено. Однако, едва только второй заместитель отошёл в сторону, девушка ещё и выжидательно посмотрела на Ал’Берита. Тот, казалось, искренне улыбнулся проявлению её любопытства.

– Бывает в Аду и такое, хотя очень редко. Брак для демонов нечто иное, нежели для людей. Он означает слияние энергетик, – прокомментировал он, без разъяснений понимая, что она хочет узнать, и тихо добавил. – Вижу, что задумка Её превосходительства Ахриссы не достигла своей цели.

– Это не должно иметь никакого значения, – как можно более равнодушно сказала Лея, хотя в горле возник горький комок. Неприятно избавляться от собственных фантазий, отказываясь от них вслух.

– Ваше спокойствие доставляет мне исключительное удовольствие. Тем более, что оно обосновано.

Девушка была благодарна за поставленную точку. Ал’Берит чётко дал понять, что в своих рассуждениях ей довелось оказаться правой. Демонесса просто-напросто решила поиграть на чувствах… И это заставляло задуматься о своём романе с другой стороны. Не стоило кому-либо кроме Дайны понимать, что с ней творится… Вот только как бы получилось скрыть?

Да, какой бы плохой актрисой ни казалась ей наместница Крудэллиса, сама госпожа Пелагея владела собой ещё хуже. Намного хуже.

Последовали скучные танцы. На этот раз большую часть Лея танцевала с Ал’Беритом. Герцог так и не смог больше подойти к ней. Пару раз его по пути перехватывали другие гости, да и повелитель находил иных достойных собеседников. Молодая женщина не знала радоваться этому или нет. С одной стороны, хорошо, что они не могли пообщаться. О чём было разговаривать? С другой – он никогда не оставлял её без своего внимания. Может, что-то в этом было? Сомнительно, чтобы демоны прекратили свои игры. Просто одна закончилась, началась другая. И вряд ли кто-то собирался объяснять человеку новые правила…

В какой-то миг ей подумалось, что у неё начинается паранойя, потому что некое нехорошее предчувствие не имело под собой никаких оснований. Потом она задумалась и решила, что благодаря жизненному опыту, скорее всего, наконец-то заработала логика. Просто раньше времени тревожно ей стало. Вот и всё.

На балу Лея познакомилась и с супругой Аворфиса. Ею оказалась миловидная рыженькая демонесса. Разглядеть, что её тело покрыто тонкой нежной чешуёй, а не обычной кожей, можно было только вблизи. Маленькие витые рожки и острые тоненькие ушки с крошечными сверкающими серёжками придавали ей трогательный и забавный вид. Однако скромное платье и манеры говорили о спокойном уравновешенном характере. Вместе пара смотрелась замечательно. Чувствовалось, что эти двое идеально подходят и дополняют друг друга…

Казалось бы бесконечный бал подошёл к концу, о чём объявил церемониймейстер, но Ал’Берит не торопился увести Лею из зала. Он дождался, ведя с нею непринуждённый лёгкий диалог, пока гости попрощаются с Аворфисом, как с особым гостем, и герцогом Дзэпаром. Это несколько раздражало. Несмотря на предстоящее медленное шествие по мосту, нагретому не хуже подошвы горячего утюга, ей уже хотелось оказаться дома. Она безумно устала. И осознание, что ведь вполне мог иметь место быть вечер «не в формальной обстановке», только не в Аджитанте, что было для неё уже привычным делом, а здесь – в Бьэллаторе, не радовало. Но предположение не подтвердилось.

– Пожалуй, настало время покинуть замок и нам, – сказал Ал’Берит и наконец-то повёл Лею к герцогу.

Они церемонно попрощались, поблагодарив витиеватыми напыщенными словами за прекрасный вечер, и уже почти вышли из зала, как пол содрогнулся. Цветы лиан резко захлопнули бутоны. Если бы не рука спутника, девушка бы упала, но демон успел поддержать её. Лея испуганно посмотрела на виконта, крепко стискивая пальцы на его локте для сохранения равновесия, сначала не понимая, что произошло. Затем у неё возникла мысль о землетрясении, а после пришло понимание, что так уже было. И не так уж давно.

– Ангелы, – испуганный охрипший и вместе с тем несколько визгливый голос, казалось, не принадлежал ей.

Осознавая значение своей собственной догадки, она переводила тревожный взгляд с одного демона на другого. И герцог, и Ал’Берит, казалось бы, сами удивились такому визиту, а затем мир на краткий миг исчез в вспышке света.

От этого сияния Лея, казалось, ослепла, но на самом деле лишь потеряла ориентацию на несколько секунд. Местность, где она оказалась, являлась не самым лучшим местом для комфортного времяпрепровождения. Судя по всему, это было что-то вроде не имеющей ограждения огромной террасы, расположенной почти на самой на вершине замка герцога. Её поверхность из полированного до блеска вулканического камня выглядела скользкой. На такой высоте тёмное небо, навечно затянутое тучами, казалось соприкасалось с площадкой, а молнии ещё ярче расчерчивали небо, частично отражаясь в плитке. Треск грома, однако, не стал громче.

За спиной Леи, буквально в полуметре, возвышалась наклонная стена, но девушка от испуга не могла сделать ни шагу, чтобы прижаться к ней. Казалось, что малейший шажок и задувающий здесь сухой жёсткий ветер просто-напросто унесёт её за столь близкий край. Духота же словно достигла своего пика.

Повелитель виновато посмотрел на неё и объяснил:

– Я обещал не оставлять вас одну в этот вечер.

Пришлось понимающе кивнуть. Демоны предпочитали держать своё слово, даже если не клялись. Они не любили лгать. Дайна что-то объясняла про местную философию, заключающуюся в том, что любая ложь отворачивает лик фортуны, и что те, кто не придаёт этому значение, в конце концов теряют своё могущество. Более того, воительница доказывала сказанное, вставляя в свою речь труднопроизносимые слова. Мало чего поняв из объяснений, кроме того, что воспринять идейную основу не удастся, Лея предпочла сделать пару самых простых выводов. Так что девушка поняла Ал’Берита, хотя и предпочла бы остаться в куда как более комфортном зале. Даже в одиночестве. Сильные порывы ветра, казалось, вот-вот разорвут платье, и она всё же прижалась к стене в поисках опоры. Ужас обстановки не давал возможности на чём-либо сосредоточиться, так что оставалось лишь отрешённо наблюдать за происходящим.

Повелитель подошёл ближе к краю опасной террасы. Туда, где уже находился герцог. Одежда на последнем сменилась на алые доспехи. Он снова принял облик невозмутимого властителя, чей плащ, словно в кинофильмах про героев древности, развевался за спиной широкой красной лентой. Затем сверкнула вспышка света, заставляющая глаза резко зажмуриться. Рядом с двумя демонами возник ещё один.

Он имел две руки, две ноги и голову, украшением которой явно служила огромная пасть. То есть являлся гуманоидом. Почти полное отсутствие одежды позволяло разглядеть достаточно могучее телосложение с сильной, чересчур развитой для его невысокого роста мускулатурой. Он был немногим выше самой Леи, хотя его плечи выглядели значительно шире мужских человеческих. Тёмно-зелёная чешуя покрывала всё тело. Заострённые уши, плотно прижатые к голове, чуть повернулись, как у кошки, выдавая великолепный слух.

Молодая женщина, почувствовав, что в присутствии этого демона лучше даже не дышать, затаила дыхание, стараясь слиться со стеной здания. Но не вышло. Существо обернулось, и его золотые глаза впились в неё, как в принадлежащую ему добычу.

– Тебя направили одного, Картиельо? – спросил герцог.

Существо утвердительно кивнуло, моментально утрачивая яркий интерес к человеку. Но Лея не сомневалась, что он продолжает следить за ней, пусть и не зрением.

Отведённые десять минут до прибытия ангелов на этот раз необычайно долго тянулись, словно каждое мгновение превратилось в свою собственную вечность. Голова уже даже закружилась от невыносимой жары и сильного порывистого ветра. Болезненно пульсировало в висках. Хорошо ещё, что на всю кожу, зная куда ей предстояло ехать, она нанесла специальные средства. Иначе бы платье давно пропиталось потом и прилипло к телу, доставляя дополнительные неудобства.

Наконец небо озарило мягкое лазурное сияние. Чёрные густые тучи словно разошлись, боясь соприкоснуться с этим чистым светом, а тем более с белоснежными крыльями божественных созданий, величественно и умиротворённо спускающихся с небес. Края струящихся воздушных одеяний, ниспадающих многочисленными складками, словно благословение коснулись грешной выжженной земли. С каждого мгновения полёта ангелов можно было писать картины, не оставившие бы равнодушным даже самого строгого критика или атеиста.

Их опять было двое. Вроде даже те же самые. Высокий мужчина, похожий на изображения на иконах, и мальчик-подросток с четырьмя крыльями. Увы, на этот раз их лица выражали только непоколебимую строгость и печаль. Не было ласковых взглядов, говорящих о том, что молодая женщина не одна в этом мире, что рука помощи всегда будет подана, надо только верить и ждать. И всё же от присутствия ангелов Лее всё равно стало значительно уютнее. Пусть она необычайно переживала в этот момент, понимая всю тяжесть совершённых ею в Аду грехов, в присутствии их через пелену преследующих её страхов пробился ясный луч надежды… Быть может, сейчас её жизнь переменится? Она столько выстрадала. Неужели всё ещё не была достойна возвращения на Землю? Домой.

Древние враги замерли друг напротив друга, словно вели беззвучный диалог. Затем демоны расступились, открывая райским существам путь к прижавшейся к стене девушке. Лею моментально охватил чуть ли не первобытный ужас, хотя она не понимала, почему так испуганно заколотилось сердце. С чего ей было бояться ангелов? Почему так хотелось посмотреть на Ал’Берита, ища поддержки у демона?

От необъяснимого страха колени желали подогнуться, и, несмотря на жару, ледяные мурашки пробежали по всему телу.

– Дитя человеческое, – грустным голосом сказал ангел Власти, смиренно прижимая обе свои тонкие, казалось бы женские, изящные ладони с длинными пальцами к сердцу. – Однажды возжаждешь ты мира и возжелаешь любить, но уж не будет в любви твоей подвига, ибо уже нельзя. Ибо завершённа та жизнь, которую возможно принесть в жертву любви было. Великие основы десяти слов отданы на поругание. Бездна раскинулась между той жизнию и сим бытиём. Своими убеждениями и деяниями имеешь ты в себе диавола, ввергая многих во тьму погибели. Уделом станет мучение во мраке геенны огненной. Отвержение от Царя Сущего, Бога Истинного. И стыд в совести, коему не будет конца.

На этот раз за громоздкими витиеватыми фразами смысл не ускользнул от Леи. Милосердный Рай отказывался от неё. Навеки оставлял в Аду, где некому, да уже и не зачем, было более хранить жизнь человека. Судьба полностью оказалась в руках демонов.

Хуже того, она знала почему… Самое большое предательство… И не важно, чего хотелось на самом деле, что было у неё в душе в тот миг. Выбор был. И он сделан. Ничего не вернуть. Никогда не исправить. Ибо принимая решение и шагая на избранный путь мы расплачиваемся. Всегда! Расплачиваемся свободой, огромным обилием возможностей и всё ради одной единственной вероятности, которую в какой-то момент считаем правильной и верной.

Так было, есть и будет.

Неписаный закон. Невысказанное правило. Ибо прошлое – написанная книга, в которой не изменить слов. И так же, как неминуема сама плата – неизбежно и решение. Выбор пути.

Дар, данный свыше…

И одновременно проклятие…

Воспоминания, которые невозможно стереть из памяти, нахлынули с новой силой, заставляя глаза наполниться влагой. Но ни одна слеза так и не смогла упасть. Адский сухой ветер иссушал горе дотла.

Невысокая бледная фигурка в васильковом платье, замершая с плотно сжатыми кулачками, больше походила на фарфоровую статуэтку, чем на живую женщину. Быть может и правда, истинная жизнь ушла из тела, оставляя ощущение безысходности и полного отчаяния. Эти чувства переполнили её маленькую хрупкую душу и так столь долго балансирующую на грани своего бытия. Пришла пора разбиться, разлетаясь на тысячи осколков. У всего и у каждого есть свой предел. И Лея своего достигла.

Невидящие глаза смотрели, как ангелы подходят к демонам и как неслышно они говорят друг с другом. Она видела, как лазурная волна вновь озарила небо, возвещая, что визит райских гостей завершён… Но ей было всё равно. Красота момента стала абсолютно безразлична. Какое-то непонятное равнодушие и беспросветная пустота переполнили всё существо девушки. Её беззаботно лишили всего во имя своих причин и желаний. Дом, семья, надежда – теперь лишь ничего не значащие звуки… Не во что больше верить и чего-то ждать. Если ранее Лея пряталась за желанием отомстить Хдархету, всё же вернуться домой, то ныне перед ней раскрывалась тьма.

Её желания не имели для вселенной никакого значения.

Правы демоны. Высшие завершили игру, марионетка перестала быть нужной.

Правы ангелы. Она сама сделала свой выбор и ввергла себя в бездну, перечёркивающую До и После.

Все трое Высших неспешно, словно подкрадываясь, подошли ближе к ней. Было в их шагах что-то кровожадное и неприятное, как будто с правителей слетел напускной светский лоск, обнажая истинную сущность охотников. Добыча лишь молчаливо смотрела. И дело было даже не в том, что, по сути, она и не могла дать никакого отпора. Лея смирилась.

«Пусть хоть на крошечные кусочки рвут! Всё равно. И ничего больше не важно. Если хотят развлекаться, то пускай! Хоть какой-то смысл для такой никчёмной жизни бесполезного человечка», – отрешённо, но твёрдо решила девушка.

– Забавное ограничение по воздействию на это существо завершено.

Толстые мясистые губы Картиельо раскрылись, обнажая острые ряды бежевых клыков, и он низким голосом жутко захохотал. После чего, быстро двигаясь, демон, словно повинуясь неким звериным инстинктам, стремительной хищной тенью ночного кошмара неуловимо проскользнул к ней, и его морда едва не прикоснулась к нежной коже шеи. Округлые ноздри вновь прерывисто затрепетали.

– Любопытно, хочет ли этот человечек и дальше жить?

Возможно, следовало содрогнуться от ужаса, падая на колени и моля о пощаде, но Лея не ощутила и тени страха. Сердце не застучало быстрее. Она даже не вздрогнула. Просто с безразличием посмотрела на демона, нарушившего тишину, и вскользь подумала: «Кто знает, в чьей ладони исчезнет кристалл моей души, вбирая в себя всю мою сущность, всю мою боль…».

– Госпожа Пелагея, у нас возникла несколько щекотливая ситуация, – заявил герцог, пристально посмотрев на Картиельо и нехорошо при этом сощурив глаза. От этого взора тому пришлось отойти от молодой женщины.

Плащ Дзэпара цвета свежей крови, застёгнутый на руническую пряжку на одном плече, в эти мгновения привлекал её внимание больше, чем его слова. Ткань так красиво развевалась! Движения полотна манили, гипнотизируя, словно указывая единственный возможный путь. Невозможно было оторвать глаз!

– Возникла, – согласилась она, стараясь стряхнуть с себя наваждение.

Лея искренне улыбнулась Дзэпару и беспомощно развела руками, как если бы хотела сказать: «Ну что поделать, если так вышло с глупым человеком?».

Ей почему-то даже стало смешно и интересно, захочет ли Ал’Берит избивать её раскалённым кнутом так же, как того демона в их первый день встречи. Или попросит Дайну? Та ведь не посмела бы ему отказать.

Девушка поглядела на ставшего таким родным повелителя. Увы, по его беспристрастному лицу вновь ничего нельзя было понять. Тогда взор вернулся к хозяину замка. Превратившиеся в огонь чёрные глаза герцога пристально смотрели на неё испытывающим взглядом, словно пронизывая насквозь. Он как будто чего-то ждал.

«Спросить, что ли, что теперь?» – подумалось ей. Но дальнейшее было так безразлично для её разбитой души!

«Пусть сами делают выбор, какой хотят. Я так устала!» – определилась Лея, вмиг ощутившая, как будто на плечи опустился неподъёмный груз.

Словно желая вырвать её из этой обессиливающей отрешённости Дзэпар решил дать подсказку, провоцируя молодую женщину к каким-либо словам или поступкам:

– И её надо как-то решать.

– Надо, – согласилась она и мягкими шагами без тени страха подошла к краю площадки, не обращая на опасные порывы ветра никакого внимания. Охватившее её равнодушие позволило удовлетворить неуёмное любопытство.

Воздух с крупицами колющей пыли ещё сильнее ударил в лицо. Словно предупреждал. Высота казалась невероятной и манящей. Сделай она шаг, и довелось бы ощутить возвышенное чувство полёта и полной свободы. Так просто. Сойти в бездну. Вернуться в землю. Упасть на неё – сухую и безжизненную. Напитать своей кровью. Красноватые сумерки. Бурая земля. Чёрный замок. Алая лава. Яркое искорёженное пятно её тела внизу… И не будет больше при этой мучительной жизни боли. Всё равно она умерла бы. Это неизбежно. Несколько раньше. Несколько позже. Итог оказался бы один. Можно было лишь сделать прижизненные терзания короче… И менее болезненными.

«Ты не сделаешь этот последний шаг», – жёстко приказало ей что-то внутри неё.

Это нечто категорически взбунтовалось от мысли о столь незамысловатом решении, но им было отнюдь не желание жить. Оно просто знало, что это была не та бездна, что должна её ждать за свершённое. Слишком просто.

Нет. Лея поняла, что готова нести свою ношу до конца. За то, что ей пришлось совершить в Аду, должно быть иное наказание. И прежде всего за её семью. Чтобы сердце наконец-то перестало рваться на части от воспоминаний, необходимо было испытать тоже, что и они. И первым делом – страх перед неизвестностью. Жаль, что она сейчас не ощущала его в полной мере!

Мысли уносили её вдаль. Лея безжалостно вычленяла из них всё то, чего бы ей – той, что ещё могла чувствовать и желать жить, хотелось. То, на что та её часть надеялась. И неистово желала себе обратного!

– Красивый вид, – мечтательно произнесла молодая женщина, искренне наслаждаясь простирающейся внизу чёрной обожжённой землёй, и вновь повернулась к троице в ожидании их решения.

– Кажется, ты выиграл и на этот раз, – разочарованно произнёс Дзэпар Ал’Бериту.

Пламя в его глазах стремительно темнело, превращаясь в бездонное чёрное озеро. Картиельо расстроено прищёлкнул языком. Наместник Аджитанта лишь шутливо поклонился, нарушая привычную церемонность, и бережно взял молодую женщину за руку.

– В таком случае, забираю свой выигрыш. Благодарю вас за чудную компанию, – виконт был явно доволен.

Огненная вспышка вновь промелькнула перед ней, прежде чем через её столь совершенную стену равнодушия сумело пробиться удивление, возвращающее подобие жизни. Она почему-то оказалась в покоях наместника. Лея, бывающая в последнее время здесь довольно часто, легко узнала помещение. Но сейчас это не было важным. Боясь впустить в свою душу даже тень несвоевременной надежды, она непонимающе посмотрела на повелителя, всё ещё ожидая наихудшего. Демон же, как всегда прекрасно понимающий, что с ней творится, пояснил:

– Ангелам было должно появиться, и их действия легко предугадывались. Вопрос заключался только в том, что сделаешь ты.

– И насколько выбор был правильным? – тихо спросила молодая женщина, не испытывая особого интереса.

– Ты могла умолять о пощаде или начать доказывать, насколько для всего Ада ценна твоя жизнь. Тогда бы довелось первый и единственный раз увидеть столицу. Быть может, даже самого Князя. Невероятная честь! Редко кто даже из демонов привлекал его внимание своей судьбой, – восхитился он безо всякого намёка на иронию. – Могла бы сойти с края площадки в ожидании более лёгкой участи. Сомневаюсь, что Его высокопревосходительство всё же позволил бы тебе разбиться, у него явно был более глобальный замысел.

– А я не сделала ничего. У меня нет сил просить о дальнейшей жизни. Ни даже самой решиться на смерть, – мёртвый, безжизненный голос прозвучал с едва уловимой тенью презрения к себе. – Полное ничтожество.

– Порой удивительным образом люди трактуют то, что их побуждает к тем или иным действиям, – даже изумился наместник Аджитанта. – Кто-то совершает ужасающие даже меня поступки, но выдумывает невероятно благородные цели. Кто-то ссылается на надуманную необходимость. Ты же сейчас стараешься сказать, что… Хотя. Неважно. В любом случае, выбор совершён. Сделано то, что сделано. Насколько это было верно и правильно – судить только тебе самой. Но через пять часов ты продолжишь исполнять обязанности моего первого заместителя.

Лея машинально посмотрела на часы. До начала лилового сектора, обозначающего её рабочее время, стрелке в виде изрыгающего пламя дракончика как раз надо было пройти через пять сверкающих камушков. Она тут же печально улыбнулась Ал’Бериту. Это был шикарный подарок с его стороны. Вот только когда ещё она сможет достигнуть такой глубины раскаяния, чтобы смириться с собственной смертью? И даже больше. Принять её, как наивысший дар… Хотя, вряд ли им двигал альтруизм. И пусть ей стало предначертано жить дальше, это значило, что её ждёт не менее яркое по ощущениям будущее, чем то, что намеревались устроить два других демона.

– Благодарю за прекрасный вечер. Я получила столько удовольствия, – грустным голосом сказала первый заместитель, прощаясь.

Она почувствовала, что дрожит. Бесконечная усталость от превратностей судьбы давила словно тяжёлый сизифов камень. Возможно, слёзы принесли бы желаемое душевное спокойствие. Но их уже просто не было.

– Ну что вы, это мне было приятно, – ответил Ал’Берит и притянул её к себе, не давая уйти. А затем прошептал. – Тем более, я обещал не оставлять тебя в этот вечер. А он ещё не кончился.

Он склонился над ней, чтобы поцеловать, но замер на пару секунд. Тёплая волна сразу пробежала через всё её тело. Ей не хотелось, чтобы этот миг кончался, однако она уже обвила свои руки вокруг его шеи и придвинулась ещё ближе, хотя, возможно, стоило выскользнуть из объятий и исчезнуть в коридорах замка. Хотя, что толку от размышлений, когда нет никакого желания уходить? Вдруг во всём стоило увидеть другой смысл? Начать наслаждаться тем, что есть. Здесь и сейчас. Всё ведь невероятно просто устроено. Гениальное и не может быть иным.

Не правы ангелы! Можно познать счастье. Для этого достаточно поддаться соблазну, и стать счастливой.

Да, когда-нибудь и это уйдёт, оставляя печаль на очередной странице её судьбы. Но пока есть чем заполнить внутреннюю пустоту – жить стоит!

Губы слились в поцелуе. А когда уже не нужное платье упало на пол, даже ангелы потеряли для Леи всякое значение.


Глава 3

Она повернулась, прижимаясь всем телом к лежащему рядом повелителю. Несмотря на груз недавних событий да проведённую бурно ночь, спать не хотелось. Поэтому обычный сценарий, когда Лея засыпала рядом с Ал’Беритом, а просыпалась уже в своём доме не предвиделся.

Светло-зелёные глаза демона горели каким-то задором. Он с лёгкой усмешкой смотрел на девушку и играл с локоном её волос. То наматывал на кончик пальца прядь, то распутывал. Он и вовсе никогда не спал.

– Раз всё так вышло, – она решила, что лучшего момента для рекомендации Дайны не сыскать. Сердце предательски забилось, выдавая волнение. – Можешь научить меня использовать кристаллы душ?

– Каждый кристалл – это преобразованная тень. В них заключена серьёзная мощь, и человека можно научить пользоваться этой силой. Но ты не раскроешь её до конца. Большая часть просто‑напросто рассеется. А если нет, то ты можешь сжечь себя так же, как портится электроприбор при подключении к сети с высоким напряжением, – не отвлекаясь от своего медитативного занятия, ровным голосом ответил демон, прежде чем заметить. – Правда, для последнего нужно уметь контролировать себя куда как лучше нежели умеешь ты. Поэтому подобная опасность тебе мало грозит, если только ты будешь осторожна и не решишься на воздействие, значительно превышающее твои способности.

– А что превышает мои возможности?

– Много чего. Тут важнее понять, что любое действие такого рода является процессом. Поэтому сперва может казаться, что сил на то или иное достаточно, но, поверь, по мере вливания их будет всё меньше и меньше. И если тебя не хватит на завершение, то…

Он испытывающее посмотрел на неё.

– А я всё равно хочу.

– Тогда приступим.

Наместник прекратил игры с локоном волос и легко встал с кровати, покуда Лея ощущала глубокую внутреннюю лень, столько знакомую всем, кто хоть раз был вынужден посреди ночи покинуть уют тёплого одеяла. Но другого шанса познать новое могло и не быть. Так что она скинула с себя плед, укрывающий её до пояса, и подняла с пола платье. Затем быстро надела одежду, уже не выглядящую столь нарядно как накануне. Когда оделся виконт, молодая женщина не заметила, но к ней он подошёл уже одетым. Рубашка с широким не застёгнутым воротом, шейный платок, кожаные брюки – не вполне походило на обычный стиль наместника, но демону шло. И даже в таком простом наряде повелитель умудрялся выглядеть стильно и презентабельно.

Он подошёл к ней и крепко обнял сзади. Миг, и они оказались в тёмном помещении, больше похожим на маленькую пещеру. Мутный свет исходил из щелей кладки. Видимо, светился сам раствор. А больше ничего не было видно. Никаких предметов. Только подсвеченный камень. Если бы не присутствие Ал’Берита, то легко можно было потерять ориентацию в пространстве. Запутаться, где низ, где верх.

Пальцы виконта скользнули по телу Леи, ласково захватывая её запястье, чтобы слегка вытянуть руку девушки ладонью вверх. От этого движения перехватило дыхание, а от возникшей нежности даже закружилась голова. Хотелось обернуться, чтобы вновь оказаться в сильных крепких объятиях, но она сдержалась. Наместник поднёс к её ладони свою левую руку и бережно разжал кулак, словно делал подарок. Внутри оказался чёрный пятигранный стержень камня, похожего на горный хрусталь.

«Морион», – вспомнила Лея, как назывался похожий по внешнему виду минерал.

Одного сосредоточенного взгляда хватило, чтобы угнетающее отчаяние и пустота заполнили всё её существо. Да, совсем недавно Лея испытывала схожие чувства, но их горечь стирала стена равнодушия. Сейчас же это были именно боль и горе, сокрушающие всё. Внутренний голос во всю мощь кричал, чтобы она не прикасалась к кристаллу, но девушка усилием воли так и не убрала руку. Камень резко скатился в её ладонь, и пальцы машинально крепко сжались. Грани оказались очень острыми, они словно разрезали кожу. От неприятных ощущений хотелось разжать кулачок, но лёгшая поверх него рука Ал’Берита не дала этого сделать.

– Закрой глаза и постарайся расслабиться, – нежно шепнул его голос около уха. – Не думай ни о чём.

Лея закрыла глаза, стараясь последовать совету. Но расслабиться в такой буре отрицательных эмоций и прекратить внутренний диалог не получалось.

– Забудь о своих мыслях, не желающих замолчать даже на миг. Сконцентрируйся на ощущениях.

Это было легко только сказать. Мысли и не собирались покидать голову. Они роились, комментируя всё, что происходило вокруг. Обрывать их оказалось бесполезно… Наверное, у неё бы так и не получилось, если бы в какой-то миг сила отчаяния кристалла не перехлестнула через край возможного и вдруг захватила её без остатка.

«Помни, что это не твои переживания. Как бы пропусти их через себя», – донёсся откуда-то столь знакомый голос, разрушая воронку тьмы, в которую уже неслась душа Леи.

«Да. Вот боль. Во мне. И в стороне. Есть я. А есть она», – бессловесно осознавала девушка.

– Открой глаза и разожми ладонь.

Рука Ал’Берита отпустила её кулачок. Глаза открылись. Пальцы распрямились. Не было ни ран, ни царапин, ни кристалла. Однако где-то внутри ещё бушевали остатки, принесённых им эмоций. Просто они нашли своё место внутри неё. И как бы вдали.

Немного потрясённая Лея спросила:

– Что теперь?

– Это всё, что нужно. Дальше вести должна только мысль. Но без визуализации тебе будет очень сложно, – всё тем же завораживающим шёпотом пояснил демон. Затем сделал жест, похожий на розжиг обычной карманной зажигалки. – Повтори. Только вновь закрой глаза и отчётливо представь возникающий огонёк. В остальном я помогу тебе.

Он мягко дотронулся ладонями до её висков… Более ясного сознания у неё в голове никогда не было. Казалось, что она может ответить чуть ли не на любой вопрос. Хотя, может и не на любой, но Лея была готова вспомнить всю свою жизнь с самого первого мгновения появления на свет. Большинство скрытых тревог молниеносно улетучилось в осознании своей ничтожности и бестолковости. Необъяснимое понимание всего происходящего, ощущение себя над этим миром и над прежней собой. Молодая женщина даже не стала закрывать глаза. Она знала, что должна увидеть и почему. И не сомневалась, что увидит. Уверенность в том, что стало бы именно так, была непоколебима на тот момент.

Лёгкое движение пальцами, и огонёк, не больше обычного пламени зажигалки, возник из ниоткуда. Демон осторожно убрал свои ладони. Ясность и понимание мгновенно слетели, как дешёвый напускной лоск, оставляя вместо себя понимание, что всё существование могло быть другим. Иначе. Она же вернулась к себе. Резко стала прежней Леей. Огонёк забился, словно трепещущий мотылёк в банке, но не исчез.

– Прекрасно, – довольно сказал Ал’Берит. – В окружающем пространстве достаточно элементов для осуществления почти любой цели. Главное для их преобразования – концентрация, воля и сила. А теперь она в тебе… Можешь осторожно подуть на огонёк и тем добавить стихии воздуха. Чем сильнее – тем разрушительнее станет воздействие.

Пока ещё не знающая своих границ и пределов возможного Лея решила быть послушной. Она собралась с духом, сомневаясь в том, как лучше совершить такое обыденное действие, а потом подула. Просто. Как дуют на горячий кофе или чай… Вот только эффект оказался совсем иным. От соприкосновения с её дыханием безобидный огонёк превратился в пятиметровую струю огня, лизнувшую стену до оплавления каменной кладки. От неожиданности молодая женщина не успела даже вскрикнуть. Лишь разжала кулак и резко отклонилась назад, упираясь в тело демона. Огонёк, естественно, исчез. Стой она ближе к стене хотя бы на пару метров, пламя вполне могло обжечь её саму.

– Ой… Надо было ещё осторожнее, – только и было произнесено вслух.

Наместник звонко рассмеялся. Лея и сама уже улыбалась. Мимолётный страх исчез так же быстро, как появился, оставляя безрассудное веселье. Девушка снова сделала лёгкое движение пальцами. Огонёк незамедлительно возник вновь, но погас под тяжестью накрывшей его ладони Ал’Берита.

– Пожалуй, покамест достаточно, – твёрдо сказал он, завершая обучение, и посоветовал. – Вряд ли тебе хватит жизненного времени, чтобы научиться более-менее регулировать поток энергии и верно рассчитывать необходимую силу. Всегда держи при себе запасной кристалл.


***


Преисполненная воодушевления Лея прошла мимо печальной Дорры, не сказав ни слова, так как хотела поскорее войти в свой кабинет. Телохранительница скользнула следом за ней, отчего-то покинув привычный пост. Девушка же, не обращая внимания на кислые лица демонесс и сияя, словно узнавший великую тайну ребёнок, села в кресло, сцепив ладони на уровне лица в замок. Из‑под этого своеобразного ограждения она и посмотрела на Дагна хитрым взглядом, еле сдерживая себя от: «А посмотрите, как я умею!».

– А что вы такие грустные? – всё же найдя в себе мужество пересилить хвастовство, спросила Лея.

Демонессы как ни в чём не бывало напоказ начали заниматься своими обыденными делами, лишь Дайна разочарованно вздохнула и с возмущением пояснила:

– Ты представляешь, сколько можно проиграть денег, не на то сделав ставку?

– А всегда надо в меня верить! – намекнула молодая женщина, не сомневаясь, что сия ставка телохранительницами была сделана.

Она ни капельки не обижалась на Дагна. Во-первых, это было бы тоже самое, как дуться на дождь за то, что он всё-таки пошёл. Во-вторых, уж очень театрально драматично поставлен был голос для вероятных убытков, а, значит, демонессы разыгрывали очередную сценку. Дайна же, словно не слыша свою госпожу, запричитала:

– И как при проигрыше вернуть ежемесячное жалование всего клана?

– Зато вы его не прекратите получать, – резонно заметила первый заместитель наместника Аджитанта. Воительница щёлкнула пальцами и снова вздохнула.

– Вот только поэтому и беспокоилась за тебя. Где ж мы ещё найдём такое приличное и хорошо оплачиваемое местечко? – Кхалисси постучала острым коготком по деревянной столешнице. Звук вышел весьма громким. – Но всё равно, это было не очень-то хорошо с твоей стороны так не подыграть остальным.

– Постараюсь исправиться, – улыбнулась Лея.

Ей было понятно, что Дайна переживала. Просто та сообщала об этом более привычным для себя образом. Демонесса же, прекращая театральные игры, подошла совсем близко. Любопытство сверкнуло в синих глазах.

– Так что было-то? – поинтересовалась подруга.

– Ангелы, – постаралась этим коротким словом ответить Лея. От воспоминаний сердце снова потяжелело, как камень. Дайна же только фыркнула.

– Вот уж об этом весь Ад знает. А те, кто и прозевал все знамения, уже услышали. Более того, твои подчинённые с самого утра пишут возмущённые жалобы и присылают заявки на новые перемещения людей. Так что меня интересует, что конкретно произошло у герцога. Судя по тому, что ты жива, в Раю тебя всё же не прокляли?

Грустно вздыхать пришлось на этот раз самой девушке.

– Они отреклись от меня.

– М-да. Судя по всему, если хозяева домов предположат, что визит был из-за тебя, жалобы повалят на нас с новой силой.

Было ли это попыткой сгладить ситуацию такой своеобразной шуткой или осознанием всего следующего за таким фактом бедствия, Лея не поняла, а потому не знала, как отреагировать. Дайна же, приняв её молчание за нечто иное, произнесла:

– В любом случае, это не неожиданность после… Сама понимаешь.

– Понимаю. И ждала чего угодно…

Она кратко рассказала о произошедшем. Демонесса покачала головой, словно пытаясь уяснить что-либо непонятное для себя, и девушка выжидательно посмотрела на подругу, надеясь, что вот-вот последуют какие-либо замечания или советы.

– Ничего не могу сказать, – словно забыв про свой ехидный образ, абсолютно серьёзно произнесла подруга. – Во всяком случае хорошего. Скорее всего у повелителя припасена для тебя ещё одна игра, но… не считай его своим покровителем. Как только роль окончится или в ближайшем будущем не возникнет даже тени необходимости твоего существования – жди наихудшего.

Понимая, что демонесса словно произносит её собственные мысли вслух, Лея решила попросить:

– Дайна. Когда я умру, – в горле возник противный сухой комок. Необъяснимо сложно разумному существу терять то, что считается его жизнью. И всё равно какой та была. – Когда я умру, забери мой кристалл души. Сохрани его.

– Вот ещё! – фыркнула демонесса. – Ты меня не слышала, что ли? И так из-за ставки уйму денег могли потерять. Ещё и вкладываться в поиск и покупку твоего кристалла не хватало. Такая бесполезная трата средств! Тем более, как отличу один от другого, и какой нельзя расходовать?

Она потрясла рукой, на запястье которой находился браслет из грубо обработанных кристаллов душ. Свирепое возмущение телохранительницы и так лишь вновь подняло настроение Лее, а вид украшения и вовсе воодушевил её.

– О! – воскликнула девушка, пытаясь подцепить хоть один из кристаллов, как котёнок висящую игрушку. На этот раз с ужасающими ощущениями при прикосновении справиться оказалось значительно легче. Теперь ей было известно как с ними совладать. – Мне как раз нужна парочка.

– Это ещё зачем? – отцепляя крепко сжатые пальцы госпожи от своего имущества, процедила сквозь зубы Дайна.

– А вот смотри!

Желание показать новое умение пересилило. Лея оставила браслет в покое и повторила изученное движение. Огонька не возникло. Пришлось собраться с духом, выкинуть лишние мысли и повторить. На этот раз удачно.

– Вот! – похвасталась она, подсовывая свой кулак демонессе прямо под нос.

Та лениво послюнявила палец и придавила огонёк, сообщая голосом многодетной мамочки, твердящей хулиганистым отпрыскам изо дня в день одну и ту же фразу.

– Это тебе не игрушка. Кабинет ещё спалишь.

– Ну, в общем-то да, – засмущалась первый заместитель, припоминая опалённую каменную кладку.

Пожалуй, экспериментировать лучше всего и правда было на открытом воздухе. Но в голову тут же пришло новое обстоятельство для гордости.

– Зато я могу его спалить!

– Ой-ой-ой. Хорошо. Кого-нибудь из мелких демонов и нечисти ты попугать теперь можешь. Но о том, что у остальных защита есть, не подумала? – сбила всю спесь Дайна.

– Ну вот, – разочарованно произнесла Лея. – Чего ж тогда советовала-то?

– Потому что это лучше, чем ничего. Просто хвастаться особо нечем… Вот другое дело я! Самостоятельную частичную телепортацию освоила, – кончик носика Кхалисси горделиво поднялся ввысь.

– И что же это такое «частичная»-то? По кусочкам? – приготовилась в свою очередь издеваться девушка. На её удивление Дайна заметно смутилась, заставив её уже подумать, что та бы и утвердительно кивнула. Однако демонесса лишь произнесла:

– Только по Аду… И не пойми куда каждый раз. Но! – изящный указательный пальчик поднялся ввысь. – Зато самостоятельно. Без помощи артефактов.

– И не говори. Круто!

Интонация говорила совсем об обратном, но воительница засияла. Лея решила не портить ей настроение, тем более что последняя фраза натолкнула её на новую интересную мысль.

– А если мне артефакты попробовать?

– Не выйдет.

– Это почему? – возмущенно обиделась она.

– Ну, так что такое артефакт? – несмотря на вопрос, Дайна тут же самостоятельно продолжила. – Это предмет, созданный более умелыми по контролю и управлению пространством демонами. Вот ты можешь то-то и не больше. Я более твоего могу, но всё равно меньше, чем многие остальные. И дело не в том, что не хочу. Просто, чтобы достичь такого развития сознания нужно больше жизненного времени и собственных возможностей. Артефакт же на краткое время вызывает… даже не знаю как описать… резкий рывок, что ли?

– Кажется, я понимаю, – ответила Лея, вспоминая собственные ощущения, когда Ал’Берит дотронулся до её висков ладонями.

– Это позволяет совершать то, чего ты в принципе не можешь. Но опять же. Использование сильного для тебя артефакта ничуть не поможет, а скорее даже навредит. Нужно более чётко понимать свои границы. Это первая проблема. Вторая, их не стоит применять слишком часто…

– Общий смысл ясен, – отмахнулась Лея. Нельзя, так нельзя. И хватит забивать многострадальную голову.


***


Рабочий день проходил самым обычным образом. Разве что монотонное разбирательство дел наводило совсем уж непомерную скуку. Поэтому через пару часов трудового времени первый заместитель поняла, что ужасно хочет спать. Бессонница, вызванная нервными перепадами, приходила к логическому завершению. Мозг жаждал положенного ему природой отдыха. Сосредоточиться на смысле фраз с первого раза не получалось, ибо буквы на бумаге расплывались. Приходилось перечитывать и перечитывать по несколько раз. Клевание носом всё больше приближалось к умиротворяющей дремоте…

– Лея!

Девушка резко подняла голову с поверхности стола, одновременно ударяясь коленом о твёрдую столешницу. Тело тут же пронзила резкая боль. И всё же беспокойство доставляла не только нога. Судя по тому, как заболела правая часть лица, покоилась та на столе достаточно давно. Так что Лея провела затёкшей ладонью по щеке, превратившейся в красное пятно с поперечными полосами от давления пальцев, заодно стараясь снять с себя пелену сна.

– Чего так кричать-то? – сонным хрипловатым голосом вопросила госпожа, пытаясь разлепить непослушные веки. Наконец, они приоткрылись, и Лея обвела взглядом помещение. Она поняла, что находится в своём кабинете.

– Так не могу определиться. Забыть тебя здесь до утра, что ли, всё равно ты выспалась, поработать ночью сможешь. Или домой всё же забрать? – ответила Дайна.

– Поехали! – оживилась девушка и с помощью рук отодвинула от стола стул со своим телом.

Ушибленное колено ныло, но это не помешало ей встать. Такое дело, как возвращение домой, девушка была готова совершить даже хромая. Правда, до этого всё же не дошло. Нога ещё несколько секунд возмущалась, а затем боль сменилась на постепенно стихающую и ноющую. Так что, когда лифт достиг второго этажа, походка пришла в норму.

Стражи открыли ворота при приближении первого заместителя наместника Аджитанта и её телохранительниц. Оставалось только пройти через массивные створки да спуститься по широкой лестнице, украшенной готическими скульптурами. Там, внизу, уже стояла карета, обтянутая чёрной фактурной кожей. Дейра нетерпеливо теребила в руках вожжи. Лея мельком посмотрела на свои часы. Всего где-то на полчаса и задержалась. Затем она приподняла подол надоевшего платья и, наступая на ступеньку лестнички, принялась размышлять на тему, что всё-таки невозможно современному человеку не снимать одежду около суток, ведь сразу возникало неприятное ощущение.

Итак, молодая женщина поднялась внутрь экипажа и хотела было присесть на сидение, как вдруг увидела нечто необычное.

Она даже не сразу поняла, что не так. Уж очень гармонично сюрприз смотрелся с окружающей обстановкой. На уютном белом диванчике между двумя сине-фиалковыми подушечками притаился небольшой букет ярких ирисов. Лея, заинтригованная до глубины души, осторожно присела на край сидения и бережно взяла цветы в руки. Они оказались невероятно свежими, как будто только срезанными ранним утром. На прохладных полураспустившихся лепестках даже сохранились мельчайшие капельки росы. Стебли и листья, меж которых пряталась маленькая карточка из светлой тиснёной бумаги, тоже оказались чуть влажными. С превеликим интересом Лея взяла записку и, недоумевая, повертела в руках. Не было ни единой надписи, но… догадаться от кого букет сложности не составило. Соответствующие цвета, да и карточка наподобие тех, что являлись приглашениями на балы Аджитанта. Действительно. Слов было не нужно.

Дайна хмуро покосилась на цветы, но ничего не сказала. Лея была благодарна ей за это. Девушка хотела насладиться возникшим ощущением безмятежности и нежности. Мягкий манящий аромат ирисов уносил все тревоги, а мечты были готовы вознестись до небес. Самые обычные человеческие мечты о самом простом человеческом счастье.

Дорога в карете совершенно не ощущалась, словно не было ни ямок, ни рытвин, ни камней. За раздвинутыми шторками мелькали разнообразные каменные строения. Почти мгновенно исчезали из видимости многочисленные прохожие самых разнообразных обликов. Одни провожали экипаж любопытными взглядами хищных глаз. Другие – игнорировали. В одном из переулков, пересекаемого ею, происходила настоящая драка. Но она не интересовала первого заместителя. Та ждала, когда карета остановится около особняка в викторианском стиле – её дома. Наконец, дэзулты замедлили свой ход, и перед взором оказалось столь желанное здание.

Не выпуская букет из рук, Лея вышла из кареты и направилась ко входу. Цветы невероятно гармонично оттеняли васильковое платье, позволяя чувствовать себя божественно прекрасной. Встретившие свою госпожу в холле демонессы с любопытством посмотрели на растения. Конечно. Ничего подобного в Аду не росло. Возможно, стоило оставить подарок на видном месте, чтобы Дагна тоже могли полюбоваться им, но внутреннее чутьё заставило её повести себя эгоистично. Ирисы в руках казались драгоценным даром. Принадлежащим только ей.

Как только молодая женщина вошла в комнату на мансарде, то первым делом подошла к маленькой вазе на комоде и, осторожно взяв ту за горлышко, вытряхнула ключик со дна да пошла в ванную. Там, наполнив сосуд водой, она разместила в нём подарок и расправила стебли. Смотрелось великолепно. Затем Лея посмотрела на своё отражение в зеркале.

Тонкие пальцы стискивали синюю с золотым узором вазу, а фиолетовые лепестки цветов в ней у основания радовали ярко-жёлтой окраской. Распущенные русые волосы значительно отрасли за время проведённое в Аду и после дневного сна топорщились в разные стороны, словно у сказочной ведьмы. Зелёно-карие глаза казались огромными на бледном лице с узкими губами. Кожа, лишённая солнца почти год, выглядела совсем белой. Вкупе с синяками под глазами от недосыпания это добавляло образу сходство с вампирами. И при этом худенькая хрупкая девушка, смотревшая на неё из зеркала, выглядела невероятно счастливой.

Возвращаясь в комнату, она поставила вазу снова на комод. Богатая обстановка спальни стала значительно уютнее, радуя женский глаз.

– Дайна, – обратилась Лея, даже не оборачиваясь в сторону телохранительницы. – А что означают ирисы на языке цветов?

– Если интересно, то лучше спроси у Дагенны. Это она настолько Землёй увлекается, чтобы голову такой ерундой забивать.

– Надо будет не забыть, – решила для себя девушка.

К сожалению, или же, напротив, к счастью, Лея так и не спросила беловолосую демонессу об этом. Ей захотелось оставить внутри себя чувства, принесённые подарком, а не выискивать его возможный тайный смысл. Поэтому и не довелось ничего узнать о том, что эти цветы традиционно олицетворяют чистоту, мудрость, веру, доверие, надежду, защиту и бесстрашие. И вместе с тем являются символом боли и скорби. Острые клинообразные листья ириса издревле несли в христианстве ассоциацию с печалью и страданиями сердца Богоматери.

– Тогда и про эти заодно узнать не забудь. Мне они больше нравятся, – посоветовала воительница, отвлекая свою госпожу от любования.

Пришлось повернуться к демонессе лицом, чтобы проследить взглядом за дланью, указующей на огромную кровать, где на светлом покрывале лежал ещё один и не менее прекрасный букет. Белые полевые ромашки.

– Надо бы их тоже в воду поставить, – растерянно произнесла Лея.

После розы, подаренной Вердельитом, в комнате появилась ваза. Но во всём доме она была только одна. Как-то откровенно не ожидалось получать такие подарки в этом мире. И тем более в таком количестве.

– Ладно. Сейчас принесу чего-нибудь, – обречённо сказала Дайна и вальяжно вышла из комнаты.

Молодая женщина подошла ближе к кровати и наклонилась к цветам, осознавая, что никогда не задумывалась, чем пахнут ромашки. Тёплый приятный немного терпкий аромат… Она закрыла глаза и, повинуясь сиюсекундному порыву, упала на кровать рядом с букетом. Перед внутренним взором возникло глубокое синее небо, какое ещё бывает в конце лета. Представилась обычная поляна на берегу реки со скошенной, сбитой в полосы для лучшей просушки, пожелтевшей травой, где у самой тропинки растут скромные цветы с золотой сердцевинкой и множеством белоснежных лепестков, словно специально созданных для гаданий.

«Ромашки пахнут домом», – поняла Лея и улыбнулась.

Такая простая мысль, казалось, несла в себе невероятно глубокий первозданный смысл. Она с неохотой открыла увлажнившиеся глаза, сгребла букет в охапку и прижала к себе. В такой позе и застала её Дайна.

– Ромашки пахнут домом, – прозвучал ответ на вопросительный и недоумённый взгляд демонессы.

– Ну-ну, – покачала головой та. – А через неделю?

– Сеном… Или травяным сбором, – рассмеялась Лея, вспоминая о пожелании Вердельита. – А через месяц и вовсе трухой и пылью.

– Значит, для меня домом они будут пахнуть только через несколько дюжин дней, – Дайна протянула ей широкую стеклянную колбу. – А до этого времени убери от меня эту иномирную гадость куда подальше! Фу!


***


Несмотря на продолжительную дремоту на работе Лея заснула в тот вечер мгновенно, а на утро никак не желала просыпаться. Однако избежать этой участи, когда тебя будит вредная демонесса, просто невозможно. Пришлось открыть глаза, позволяя сну ускользнуть в мир несбывшихся грёз раз и навсегда.

– И как можно столько времени проводить впустую? – в очередной раз удивилась подруга.

– Ты даже не представляешь, насколько это интересно, – Лея хотела было пересказать свой сон, но, как это обычно и происходило, от сновидения уже остались только несвязные обрывки. То, что мгновение назад казалось самым прекрасным и волнующим событием в жизни стало сборищем нелепых моментов. – В конце концов, это достойная замена кинофильмам и компьютерным играм.

– Лично мне интересно, как вы, люди, при таком распорядке дня ещё хоть что-то успеваете, – с укоризной покачала головой Дайна. – И так живёте мало, так и на всякую ерунду время растрачиваете.

– Ну, вот такая у нас натура.

В ответ можно было бы придумать что-либо получше, но, по совести, Лея была согласна с демонессой. Человечество бесцельно растрачивало драгоценные минуты на всевозможные развлечения.

– И ты, как я вижу, своей природе изменять не собираешься?

Госпожа утвердительно кивнула в ответ. Более того, прижала к себе мягкую подушку, словно ребёнок самую любимую из игрушек.


Глава 4

Жизнь протекала достаточно размеренно и монотонно. Прошло уже более двух месяцев со дня назначения Аворфиса вторым заместителем наместника Аджитанта, и это не имело для Леи никаких последствий. Абсолютно и совершенно! Барон, казалось, был вовсе не заинтересован плести интриги для собственного возвышения. Его коллега даже подозревала, что ему просто‑напросто нравилось заниматься порученными ему делами, а остальное выглядело второстепенным и не важным для него. И это подозрение постепенно перерастало в уверенность.

Аворфис не только не строил козни, но даже с удовольствием сотрудничал, когда дела их ведомств пересекались. Уже привычная к возникающим то и дело гадостям девушка смогла наконец-то расслабиться. И эта передышка приносила ей исключительное удовольствие. Она начала осознавать, что каждому новому дню предстояло стать не хуже и не лучше предыдущего. Просто невероятно похожему на прошлые… И это было замечательно!

Иногда подобную стабильность человечество незаслуженно называет однообразием. Порой, пока люди неожиданно не попадают в какую-нибудь крайне неприятную ситуацию, они и не понимают, насколько на самом деле была прекрасна их устоявшаяся размеренная жизнь…


***


Это был второй раз, когда Лея оказалась в Ледяном зале замка. Статуи драконов со светящимися глазами вновь привлекли её внимание своим великолепием. Казалось, они молчаливо следят за гостями, не упуская ни малейшей детали.

«Безмолвные наблюдатели», – с уважением подумала она и, решив, что уже достаточно времени провела на этом вечере, направилась в сторону Ал’Берита. Однако дорогу ей мягко перегородил второй заместитель. Ранее девушка его не видела. Поклон. Реверанс.

– Госпожа Пелагея, – обратился он к ней.

Лея выжидательно посмотрела на Аворфиса, ожидая продолжения, но тот лишь поправил дужку пенсне. Свободной рукой. В другой он держал кожаный портфель – весьма необычный атрибут даже для такого «мелочного» светского вечера. Из знати почти никого не было, да и те не представляли собой ничего грандиозного.

– Вы что-то хотели сказать?

– Вчера снова был визит ангелов, – наконец произнёс барон и осторожно добавил. – И это уже третий раз со дня моего назначения на должность.

– Да, – пришлось согласиться, печально вздыхая.

По словам Дайны такие визиты были достаточно редки, и их частота не могла не настораживать. Да и нарушали они всю работу! Хозяева домов развлечений открыто возмущались, ведь ограничение по количеству человек в течение определённого временного периода никто не отменял, а стоило добыть «товар», как от него практически сразу приходилось избавляться. Денежные компенсации от администрации тоже ни коем образом не покрывали их расходы. Более того, сегодня из кареты были отчётливо слышны переполох и суматоха, охватившие Аджитант. Рядовыми демонами поднималась открытая буча на запрет перемещения людей. Дайна могла сколь угодно говорить о бесцельно растрачиваемом бесценные минуты жизни человечестве, но жители Ада и сами не могли отказаться от развлечений.

Запрет же пришлось ввести по указанию Ал’Берита. Три дня назад он вызвал заместителей обсудить некоторые моменты, а затем дал чёткие распоряжения, не объясняя толком их причин.

– Необходимо подготовить документ, – обратился наместник к Лее, – Завтра должен быть объявлен мораторий на перемещение людей и приостановление выплат по предыдущим инцидентам.

Аворфис с непривычным для его невыразительного лица любопытством вслушался в указание. Самостоятельно задавать вопросы ему было без надобности. Не к нему обращались всё‑таки. Да и коллега не могла не поинтересоваться сама, представляя грандиозность проблем, возникающих в связи с этим.

– Мне дозволено будет узнать основание для такого решения?

– Экономическая целесообразность, – кратко ответил Ал’Берит.

Тон его голоса отчётливо ставил точку в дальнейших расспросах. Но так как ей казалось сомнительным, чтобы у казны Ада не хватало средств для нынешних выплат, то додуматься, что визиты и не вздумали бы прекращаться, молодой женщине было легко. Подоплёку же такой заинтересованности со стороны Рая никто раскрывать человеку не собирался… А стоило двери кабинета повелителя закрыться за ней, как Лея осознала, что так ничего и не спросила о сроках.

«На неопределённое время», – пришло ей в голову решение проблемы, тут же заставившее её поморщиться от отчаяния.

Вряд ли можно было придумать более зловещую формулировку для не желающих терять свои средства демонов. Внутренне она даже содрогнулась, понимая, что за «приятная» работа ожидает её и Дагна в ближайшем будущем.

– А ведь некоторые дома развлечений работают исключительно с человеческим материалом, – предрекая беду, заметила тогда Дарра.

– Придётся перейти на обычный.

А что ещё оставалось советовать?

– Это несколько негуманно. Да и несомненно, что перейдут, но менять всю специализацию…

Увы, всех масштабов возникших трудностей Лея тогда не осознавала. Даже ужасающее сейчас было только началом недовольств. И хуже становилось с каждым часом. Втайне молодая женщина лелеяла надежду, что вчерашний визит ангелов охладит пыл подчинённых. Всё-таки это подтверждало обоснованность нового документа. Но на практике выходило иначе. Видимо, слова «на неопределённое время» приобрели для них более неприятный смысл, чем ей хотелось бы.

Однако столь короткое замечание Аворфиса подтверждало факт, что даже демоны высокого ранга не знали всей полноты ситуации. Это было пусть и слабое, но всё-таки утешение.

– Эти посещения мешают некоторым делам. Вы не знаете, как долго они будут ещё продолжаться? – напрямую задал вопрос барон.

– К сожалению, нет, – честно ответила Лея, представляя, чего Высшему демону стоило интересоваться такими подробностями у человека.

Ал’Берит не прояснил ничего и в более приватной обстановке. Поэтому ей также приходилось находиться в подвешенном состоянии неизвестности. Девушка посмотрела на встревоженного второго заместителя. Тот всё ещё чего-то ждал, а потому она позволила себе признаться:

– Но они меня тоже весьма беспокоят.

– Взбудоражен весь город, – тихо зашептал Аворфис, отводя коллегу немного в сторону. Затем с вежливой полуулыбкой поприветствовал подошедшего к ним демона и через некоторое время с тревогой продолжил. – Если не дать жителям чего-либо взамен, то возникнут более серьёзные конфликты.

– У вас есть какие-либо предложения?

– Пока ничего определённого, – с секундой паузой ответил он. – Но мне было бы приятно, если бы вы тоже задумались над этим вопросом.

– С превеликим удовольствием, господин Аворфис, – согласилась Лея.

Гроза предстоящего дня значительно смягчалась для неё под влиянием этого разговора. Приятно было осознавать, что существуют не только враги.

– Хорошего вам вечера, госпожа Пелагея, – пожелал ей барон на прощание, и их пути разошлись.

Девушка подошла к нише, чтобы взять бокал напитка. С тем внутренним напряжением, что принёс этот диалог, к Ал’Бериту лучше было не подходить. Виконт сразу бы почувствовал перемены в ней. Поэтому она предпочла сначала немного унять волнение. Удалось это сделать достаточно быстро. Так что она отставила кубок и подошла к наместнику попрощаться.

– Вы как раз своевременно! – восхитился повелитель, ничего не давая ей сказать первой, и заговорщицки улыбнулся.

«Конечно, когда дело касается тебя, то все всегда оказываются в нужное время и в нужном месте», – съязвил мозг, немного завидуя.

Неподалёку возник Аворфис, но уже без портфеля. Под руку с ним стояла его миловидная супруга, и Лея впервые обратила внимание, что у той были приятные глаза тёмно-апельсинового цвета.

– Господа, – громко произнёс виконт, и гости тут же, обращая все взоры к нему, прервали свои разговоры. – Сколько раз стоит доказывать, что некоторые деяния ни к чему хорошему не приводят. Будьте же благоразумны!

Ал’Берит широко улыбнулся и поднял бокал, как будто сказанное являлось тостом. Некоторые демоны неуверенно переглянулись, но дальнейшую их реакцию на эти слова разглядеть было сложно. Послышался шум, как если бы что-то тяжёлое упало, и гости резво отстранились в сторону от левого края зала, давая Лее разглядеть, что в том месте пол исчез, и теперь пространство образовавшейся ямы медленно расширяется, заставляя окружающих пятиться дальше. Наместник же, напротив, неспешно подошёл ближе. Заметив, что Аворфис следует за повелителем, она тоже предпочла не оставаться на месте.

Стоило Ал’Бериту оказаться у проёма, как тот перестал увеличиваться в размерах. Молодая женщина подошла к самому краю и с опаской посмотрела внутрь. Голова немного закружилась от открывающегося перед нею вида, и потому по итогу Лея, на всякий случай, сделала маленький шажок назад.

Внутри ямы, около шести метров в диаметре, метался грузный демон. Его когти могли бы и на стали оставить глубокий след, но… не на стенах места своей казни. Выбраться оттуда без дозволения повелителя он не мог и сам знал об этом, а потому мимолётная попытка обретения свободы быстро прекратилась, и его взор выжидающе уставился наверх. На лице виконта не отражалось больше никаких эмоций, кроме скуки. Действо для него являлось самым обыденным, поэтому он без излишних слов лишь негромко щёлкнул пальцами. Яма тут же наполнилась тремя премерзкими мелкими тварями, напоминающими переплетающиеся бугристые мышцы, затянутые в излишне узкую кожу. Несмотря на то, что жертва выглядела значительно массивнее и сильнее, исход стал ясен уже после нескольких секунд. Противник оказался слишком быстр. Лее даже не удавалось рассмотреть, как палачи наносят удары. Казалось, укусы на «госте» появляются сами собой.

Ал’Берит удовлетворённо кивнул и, окончательно утратив интерес к происходящему, отошёл в сторону. Вечер продолжался.


***


– Не могу не согласиться с господином Аворфисом, – заметила Дайна, как только госпожа первый заместитель закончила пересказ событий, и они вошли в её кабинет. – Возможно у наших деятельных Высших есть свои грандиозные планы, раз необходимы такие переговоры. Вероятно, они знают и как сгладить конфликты… Но бездействовать и чего-либо ждать просто нельзя.

– А что можно сделать-то? – беспомощно развела руками Лея. – Я понимаю, что нужно перевести внимание. Причём так, чтобы никто в накладе не остался. Но нет у меня никаких великолепных идей!

– Будь здесь у кого-то нечто подобное и вопроса бы не возникло, – огрызнулась воительница.

Отвечать на такое замечание – только начинать скандал внутри своего лагеря. Поэтому молодая женщина раздражённо раскрыла первый попавшийся под руку свиток, уже догадываясь о чём в том будет идти речь. Интуиция не подвела. Захотелось отшвырнуть противную бумагу в сторону, но этого было нельзя делать. Раздалась переливчатая мелодия. Лея повернула диск, ожидая, что последует очередное приглашение в кабинет Ал’Берита, но она ошиблась.

– Госпожа Пелагея, сегодня не приёмный день, но у ворот замка собираются ожидающие вашего внимания хозяева домов развлечений.

Монотонный голос Кассандры даже гадости сообщал с одной и той же вежливой интонацией. Девушка посмотрела на Дагна в ожидании подсказки. Дайна что-то попыталась показать руками. Выходило вроде, что нежданных гостей нужно повесить, но первый заместитель сомневалась в собственной трактовке этих движений. Секретарь же по-своему восприняла эту паузу.

– Мне следует сообщить вам их имена или другие данные? – поинтересовалась та.

– Нет, – растягивая единственный слог, ответила Лея, попутно читая выводимые Дайной символы.

Буквы складывались в прекрасную фразу, самой первой возникшей в голове госпожи. «Гони их в шею», – гласила она.

– У нас есть чётко установленные правила, а, значит, никого из них не следует допускать внутрь.

– Я передам ваши указания, – сказала Кассандра, и девушка отключила диск.

Холодок пробежал по спине. Уж слишком быстро события развивались.

– Ужас, – сообщила она окружающим её демонессам.

– Ещё бы. Это додуматься надо! Превращать замок в проходной двор, – фыркнула Дарра, заставляя окружающих улыбнуться. Слова сняли напряжение обстановки, но некое гадкое чувство так и не исчезло.

Самое неприятное же началось по окончании рабочего дня. Сначала всё шло своим чередом. Лея вместе с Деттой, Даной, Даррой и Дайной села в подъехавшую карету и устало облокотилась на спинку диванчика. Голова в очередной раз разламывалась. Затем врата замка привычно пропустили экипаж на Главную Площадь, слишком пустынную для этого времени суток. Дэзулты беззаботно перебирали лапами, следующая за ними карета быстро неслась к дому. Они благополучно миновали Замковый, Золотой и Чёрный районы. Большая часть пути осталась позади, как вдруг от резкого торможения девушку едва не скинуло с сидения.

– А ну прочь с дороги! – раздался властный голос Дейры, и щёлканье кнута со свистом разрезало воздух.

Взгляд переместился с одного окна на другое. Молодая женщина поняла, что попала не в самую приятную историю. Карета вынужденно остановилась посреди неширокой улочки Серого района, с двух сторон которой плотно стояли корявые каменные здания. Дагна поспешно покинули экипаж, оставив госпожу под присмотром Даны. Несмотря на то, что боевые события обходили стороной демонессу, предпочитающую битвы с документацией, та спокойно достала из потайных карманов метательные ножи и удобно расположила их на своей одежде. Лея взволнованно начала озираться, но изнутри толком понять, что происходит, было невозможно.

В какой-то момент она начала открывать дверцу, чтобы выяснить подробности, но кто‑то снаружи помешал это сделать, резко захлопнув ту. Тогда первый заместитель, потирая ушибленную ладонь, снова облокотилась на спинку дивана, но теперь не чтобы расслабиться, а чтобы обдумать происходящее. Между тем шум снаружи возрастал.

– Человек не будет управлять нашей жизнью! – послышался чей-то сиплый рык, призывая остальных к действию.

От страха сердце Леи похолодело, а затем ритмично забилось. Это была ловушка. Демоны решили самостоятельно исправить досадное недоразумение, оказавшееся на вершине власти.

Перед ней встал выбор. Тихо и смирно сидеть в карете, ожидая дальнейшего развития событий, либо играть свою роль, доказывая, что должность досталась ей не просто так. Даже от мысли о втором становилось невероятно жутко, но это давало дополнительные минуты. Быть может, за время перетирания пустыми словами подоспели бы Стражи? Хотя сомнительно, чтобы кто-либо решился на нападение, не будучи уверенным в своих силах. А, значит, нападающие не могли не подумать о возможных проблемах.

Лея нервно поправила браслет из крупных кристаллов душ и, словно кидаясь в омут с головой, решительно вышла наружу.

Открывшаяся перед ней картина в полной мере отражала её мысли. Карету, зажатую между зданий, с двух других сторон окружало по группе демонов. От вида огромных клыкастых тварей, столь недружелюбно смотрящих на неё, у первого заместителя наместника едва не подогнулись ноги. Однако она постаралась обвести бунтовщиков как можно более спокойным и выразительным взглядом. Сердце же билось о грудную клетку так, как будто хотело выпрыгнуть наружу. Дайна нахмурилась, увидев девушку, но приказывать своей госпоже в такой обстановке не посмела.

– Как вы смеете задерживать меня?! – прошипела она, вставая рядом с Дагна и словно от гнева стискивая зубы. На самом деле, ей не хотелось, чтобы окружающие заметили, как клацают её челюсти.

Дейра, уже давно спрыгнувшая с козел, стояла рядом с дэзултами, готовая распрячь их в любой момент. Уж лучше было внести суматоху ездовыми ящерами, чем не использовать такой шанс. Пытаться же проехать напролом являлось чистой воды безумием. Дайна и Дарра, внезапно оказавшиеся по обе стороны от Леи, обнажили оружие, предупреждая, что схватка станет серьёзной. Детта, следившая за обстановкой на противоположной стороне, не снимала ладонь с эфеса меча.

– Человечек ещё будет обращаться к нам в таком тоне! – рассмеялся высокий демон с ярко‑красными глазами. Его голову и подбородок украшали четыре длинных рога, а серая кожа была морщинистой, словно у старика. И всё же существо отнюдь не выглядело старым и немощным. – Думаешь, я не чувствую стук твоего сердца?! И не ощущаю страх?!

На это, собственно, Лея и надеялась. Она постаралась унять вредное сердечко, но глаза словно зациклились на жадно трепещущих округлых ноздрях демона.

Вот и вся польза от разговора. Ждать какой-либо помощи от Стражей за такое короткое время не приходилось. Подмога не подоспела бы. Ужас охватил всё тело, а подстрекатель лишь снова рассмеялся и приподнял оружие, больше всего напоминающее чересчур длинную косу. Словно по кадрам фильма девушка видела, как тот начинает делать широкие шаги по направлению к ней. Как Дагна встают в боевую стойку, готовые выполнить свой долг… И, понимая, что сейчас её просто‑напросто сметут с пути, она сделала простецкое движение пальцами. Крошечный игривый огонёк мгновенно возник, повинуясь её воле. А затем Лея стремительно, нисколько не боясь, что тот погаснет, поднесла кулачок к лицу и, сосредотачиваясь, дунула во всю мощь лёгких.

Плавящиеся на браслете кристаллы душ причинили мучительную боль, но болезненный человеческий вскрик был не слышен в гуле и грохоте огненной свирепой волны, разошедшейся конусом от рук. Казалось, начала бушевать сама стихия. Ловкие телохранительницы ещё успели отпрыгнуть в сторону, а вот запряжённым дэзултам было значительно хуже. Они находились слишком близко к линии огня, и теперь поджаривались, источая горелый запах плоти. Ящеры только и смогли, что издать короткий предсмертный повизгивающий всхлип-крик. Грозного демона, на которого и было направлено заклинание, больше не существовало. Лея не была уверена, но, кажется, тот просто обратился в пепел.


***


Дайна вышла из кареты, чтобы оценить обстановку. М-да. Ситуация была совсем не в их пользу, и виновата была в этом она сама. Уж слишком расслабились телохранительницы за последнее время. Конечно, справиться с противником, разбив того на группы, не составило бы проблем, но… Против толпы боевые умения не так уж полезны. Количество всегда играло значительную роль в битвах, атакой засады никак не ожидалось. Не водить же за госпожой, словно детскую игрушку на верёвочке, маленькую армию! Да и даже сейчас предположить, что будет совершено открытое нападение на должностное лицо, да ещё фаворитку повелителя, казалось нелепым. Но последний документ слишком уж потряс этот город.

Демоны жили слишком долго, чтобы легко воспринимать любые нововведения. А в последнее время в Аджитанте произошло столько грандиозных событий, что…

Нет! Мысленно Дайна чертыхнулась. Подопечная всё же вышла из экипажа. Карета-то была замечательно изолирована от окружающего мира. За наложенные охранные руны пробился бы не всякий. Кхалисси Дагна считала, что возможно дело закончится всего лишь гневным диалогом. Но теперь. Когда объект недовольства собственной персоной явился перед очи негодующих…

«Как могла Дана выпустить её?!» – мгновенно разозлилась Дайна, прекрасно понимающая с каким удовольствием кровожадная толпа предоставит первому заместителю осознание, где истинное место человека в Аду.

– Как вы смеете задерживать меня?!

Голос на этот раз у женщины не дрожал. Да и мимика вполне удалась. На удивление. Хотя Дайну, прекрасно изучившую свою госпожу от и до, это не обмануло. Воительница украдкой посмотрела на противника. Их окружали в основном демоны не самых примечательных кланов, но были и те, против кого выходить совсем не хотелось. Скорее всего, хозяева домов развлечений нашли своеобразный авангард. Удалась бы задумка – прекрасно. Нет – так они вроде как ни при чём.

Жители Ада, несмотря на свой неистовый темперамент и взрывной характер, были весьма подвержены субординации. Кхалисси с удовлетворением заметила, что некоторые из них испуганно вжали голову.

– Человечек ещё будет обращаться к нам в таком тоне! – громко и выразительно рассмеялся один из демонов. – Думаешь, я не чувствую стук твоего сердца?! И не ощущаю страх?!

Демонесса поняла, что задумка всё же обречена на провал. Нужно было как-то вернуть подопечную в карету. Поэтому она мельком глянула на Дейру. Та понимающе придвинулась на шаг ближе. Демон же взмахнул в воздухе улучшенной под его потребности гвизармой и захохотал. Изогнутый узкий наконечник его оружия был очень длинным, придавая гвизарме сходство с косой. Движение предназначалось специально для телохранительниц, давая понять, что сражаться им предстоит с опытным воином. Это было плохо. И хуже того, что позади них ещё одна группа сделала несколько шагов вперёд, сжимая живое кольцо.

Именно наблюдение за тем, что творится позади, и позволило Дайне заметить, как в руке госпожи загорелся пока ещё безобидный огонёк. Но только пока. Ужас, написанный на сосредоточенном лице, говорил об одном… Дайна только и успела метнуть взгляд на Дарру. Сестра, судя по всему, пришла к тому же выводу. Обе Дагна постарались очутиться как можно скорее за спиной женщины. Своевременно. Человек, не понимая до конца, что собирается сделать, использовала всю силу огня, что только сумела вызвать. Не так уж и много, но не ожидающих такой выходки демонов это застало врасплох.

Дайна, стараясь сбить с себя частично задевший её огонь, резко сменила позицию и обернулась. Удовлетворённый вздох вырвался из горла – Дейра, наплевав на любимых дэзултов, предпочла всё же спасать свою жизнь. Лишь теперь взгляд воительницы вернулся к подопечной. Та вопила, неосознанно усугубляя мощь пламени. Вместо того, чтобы завершить процесс, она вливала в него всё большую и большую энергию. Причина была ясна. Из-за рывка, каким оказалась высвобождена сила кристаллов, те плавились вместе с кожей на запястье.

«Хорошо ещё, что она хоть как-то их использует», – похолодела телохранительница, представляя, что сделает с ней повелитель, если она предъявит ему мёртвое тело своей госпожи.

Указания Высшего демона и так заставляли Кхалисси чувствовать себя акробатом, пытающимся перейти пропасть по тоненькой верёвочке ради одной единственной цели – остаться в живых. И потому перво-наперво она обругала саму себя за то, что надоумила подопечную учиться столь опасному навыку. А потом в её голове забилась тревожная мысль: «Как же её остановить‑то? Как?!». Но на удачу Дайне не пришлось вмешиваться. Госпожа, не иначе как чудом, сумела справиться самостоятельно и, мгновенно ощущая непосильную усталость, резко замолчала. Вместе с её криком постепенно исчезло и пламя, оставив вместо себя обновлённое, очищенное пространство.

Угрожающая толпа поредела – всё-таки они ожидали нападения от Дагна, а не от человека. Так что некоторых демонов сожгло до состояния пепла. Остальные были либо невосприимчивы к пламени, либо успели защититься, но всё равно все они выглядели не самым лучшим образом. Прежде всего, их характеризовало изумление. Двое, поднимающееся с земли и до этого по‑человечески прикрывающие головы руками, казались и вовсе испуганными. Ещё бы. Местность вокруг них стала похожей на место военных действий. Частично обрушившаяся кладка домов местами ещё горела. Стены немного оплавились, и их покрывала чёрная копоть.

– Прочь отсюда! – тихо, но злобно зашипела женщина. При этом глаза у неё загорелись каким‑то опасным безумством. Дайне и самой стало не по себе от этого взгляда. О нападающих нечего было и говорить. Грозный вид первого заместителя наместника подействовал на них так же, как если бы за её спиной возник сам повелитель.

При этом знай эти демоны госпожу Пелагею хоть немного лучше, они бы поняли, что та готова вот-вот расплакаться. Просто это стало её последней попыткой выставить себя той, кем она не является. Но они ничего не знали. Они не считали возможным даже использование кристаллов душ человеком. И это породило внутри них сомнения. А последнее – вещь опасная, способная разрушить даже самые гениальные планы. Что уж говорить о таком наспех организованном нападении? Большинство демонов вместо того, чтобы ответить настоящей магической бойней, предпочло убраться куда подальше, не дожидаясь новых неприятностей. Оставшимся из-за этого было бы затруднительно справиться с Дагна. Им тоже пришлось ретироваться.

Кхалисси устало вздохнула, понимая, что вскоре Аджитант облетит некая новая сплетня о том, что, быть может, первый заместитель и не человек вовсе. И это при том, что любой демон мог определить обратное с первого взгляда и не только благодаря своеобразной человеческой энергетике госпожи Пелагеи. За время пребывания в Аду её душа напиталась такой силой, что она притягивала внимание словно сильный магнит железную стружку.

– Куда она? Зачем? – вдруг пробормотала Дарра.

– А?

– Я говорю, как куда-то ехать, если дэзулты мертвы?

Оказывается, пока Дайна думала о своём, сестра угрюмо наблюдала за подопечной. И та в настоящий момент, прижимая к груди дрожащую от боли изуродованную руку, как раз садилась в карету. Кожа на запястье продолжала пузыриться. Странно, что человек ещё не упала в обморок… Но нет. Села в карету сама, хотя дверцу оставила открытой.

– Так-то да, – согласилась она и с тревогой добавила. – Только оставаться на улице, привлекая внимание своей беспомощностью, нам тоже нельзя.

– И что нам делать? Может, попробуешь телепортацию?

– Я, конечно, задалась целью научиться самостоятельно телепортироваться между мирами, но… Ладно, с помощью артефакта в нашу обитель выйдет.

– А в особняк никак? – с надеждой посмотрела на неё Дарра.

– Ты хочешь ни с того ни с сего на теневой стороне планеты оказаться?

– В обитель так в обитель. Давно там не были.


***


Из глаз Леи ручьём текли слёзы. Её было легко понять. Даже простой ожог приносит ужасную боль, а уж если кожа покрылась пузырями, а местами и вовсе обнажила кровоточащее мясо… При этом девушку из-за неправильного использования кристаллов душ мутило, у неё повысилась температура, сильно ломило кости, тело порой сводило судорогой, а сердце билось неравномерно. Однако, решившись посмотреть на своё запястье, она вдруг ещё и завыла от ужаса.

– Хватит ныть! – грозно рявкнула на неё Дайна, попутно заканчивая снимать с себя обожжённую одежду, и повернулась в сторону Даны, с энтузиазмом рыскающей по заполненными различными склянками полкам. Лея уставилась в ту же сторону и помрачнела. Пыль, покрывающая баночки и флаконы, не оставляла сомнений – их не использовали уже длительное время.

«Наверняка срок годности прошёл», – печально подумала бедолага, и от осознания собственного несчастья выдала новый, ещё более жалостливый всхлип.

– Мне так плохо-о, – зазвучали прерывистые от рёва детские слова.

– Нет. Плохо бы тебе было, если б ты не сумела поток энергии плавно остановить или вместо целого браслета только один кристалл имела. А живой быть – это ещё хорошо, – безжалостно заявила Дана, всё же выбрав какую-то неказистую баночку из полупрозрачного стекла.

Демонесса посмотрела сквозь сосуд, пытаясь различить, плавал ли там необходимый ингредиент или и правда что-то сдохло. Видимо, увиденное её удовлетворило, ибо жидкое содержимое без предупреждения щедро полилось на обожжённую кожу. Девушка вздрогнула, внутренне собралась, ожидая максимально болезненного эффекта, но руку охватила лишь приятная прохлада. Нет, кожа не восстановилась, как по волшебству, но боль в запястье стремительно уходила.

– И мне дай, – потребовала Дайна, сидящая в одном нижнем белье на каменном постаменте с цепями. Не иначе некоторых демонов приходилось приковывать для принудительного лечения.

– Ага! Вот и она! – довольно заявила Дарра, рывшаяся в другом стеллаже.

Оказавшаяся в руках демонессы огромная банка с зеленоватым содержимым не внушала Лее уверенности в завтрашнем дне, но выбора как такового не было. Густая неприятная мазь покрыла рану толстым слоем, вызывая у мнительной несчастной мысли о гное и заражении, грозящем ампутацией. Может, этому способствовал и противный запах. Поверх всего этого безобразия легла простая повязка.

– Рука заживёт? – задала столь беспокоящий её вопрос молодая женщина.

– А то. Не сразу, конечно, но мазь регенерацию усилит, – сказала Дарра.

После такого утешительного ответа да уменьшившейся боли слёзы высохли, оставляя на память о себе красные, чуть припухшие глаза. Здоровая рука потянулась ощупать повязку, но остерегающее поцокивание Дарры остановило это движение.

– Как мы домой-то попадём? – спросила Лея и почувствовала, как ни с того ни с сего свело икры ног. Тело хаотично выкидывало одну каверзу за другой.

– Карета не пострадала, так что, как только Дейра приведёт новых дэзултов, мы выдвинемся в путь, – прояснила ситуацию Кхалисси, с беспокойством наблюдая как её госпожа, крепко сжав зубы, растирает резко отвердевшие мышцы.

– Давай, любимая сестрёнка. Подлечим и твою шкурку, – Дарра подошла к Дайне, чтобы помочь теперь и ей. – А завтра хорошо бы подумать о телепортации к замку.

– Нет, – одновременно возразили остальные телохранительницы и сама Лея.

– Если мы это сделаем, то дадим понять, что боимся, – пояснила Дана. – Произошедшее даёт нам передышку. Не стоит столь глупо ею распоряжаться.

– Значит, надо придумать, как устранить возникающий бунт, – вздохнула девушка, оставляя свои ноги в покое, и, не сумев в столь плачевном состоянии взвесить все за и против, спросила совета. – Может, стоит рассказать о случившемся Ал’Бериту?

– И признаться в том, что ситуация вышла из-под контроля? – скептически приподняла брови Дайна, проигнорировав первую часть фразы. Не рассказывать же ей было, что повелитель запретил Дагна вмешиваться в это дело.

– Я думаю, он и так это узнает. Свидетелей было предостаточно, – развела она руками.

– Да, но у них нет повода трепаться. Если только они не готовы встретиться с палачом, конечно.

Предположение Дайны Лее понравилось.


***


– Беспорядки в городе… У меня два заместителя, а такой ерундой должен заниматься я сам?

Тихо заданный спокойным голосом вопрос звучал значительно хуже ругательств и криков. Самая настоящая словесная пощёчина. Лея заметила, что и на лице Аворфиса возникло беспокойство, но никакого обнадёживающего чувства ей это не принесло. Раз Ал’Берит начал свою речь с того, что сообщил о факте уничтожения демонов, напавших на неё, то и спрос с вполне конкретного заместителя.

Словно в подтверждение этой мысли наместник выразительно посмотрел на молодую женщину, ожидая незамедлительного ответа.

– Недовольства вызваны объявлением моратория, – начала пояснять она, опуская взгляд к полу.

– Разве я спрашивал о причинах? – перебивая её, вкрадчиво поинтересовался демон.

Дыхание в горле перехватило. Повелитель был в гневе. Даже в ярости. Она достаточно изучила его беспристрастные маски, чтобы осознать это.

– Больше такого не повторится, – пообещала Лея.

Она постаралась посмотреть на Ал’Берита, чтобы придать своим словам внушительности, однако взгляд так и не поднялся выше уровня его груди. Молодая женщина ощущала себя маленькой пятилетней девочкой, которую вот-вот должны поставить в угол за ужасно плохое поведение. Только ситуация совсем иной была.

– Вот как? – демон заинтересованно подовинулся вперёд, склоняясь над столом. – И какие же меры для этого приняты?

Лее стремительно захотелось провалиться сквозь землю.

«Никаких, – в отчаянии думала она. – Я не знаю, что предпринять!».

Но такой ответ никак не должен был прозвучать вслух. Мысли лихорадочно метались из стороны в сторону.

– Реализация требует дополнительного анализа для уточнения, – неуверенно выдавила из себя первый заместитель, но осеклась под хмурящимся взглядом наместника.

Потчевать его набором бессвязных слов для отвлечения внимания от основного вопроса было ещё глупее. Пальцы виконта начали отбивать раздражённый ритм, но это затронуло некоторые подзабытые воспоминания.

– Олимпийские игры!

Как она произнесла последние слова вслух, да ещё и так громко, Лея не поняла. А там первоначальное озарение быстро сменилось на невероятное беспокойство. Уж слишком откровенно удивлёнными взглядами посмотрели на неё демоны. Наверное, они дружно решили, что человек сошла с ума, но ей оставалось только обыгрывать сказанное до конца.

– Хозяева подстрекают жителей. Нужно перенести их внимание на другое. Конечно, бои на выживание на аренах – это одно. А вот когда предстоит заполучить некий приз и принять участие сможет каждый, – постепенно она воодушевлялась собственной бредовой идеей. – История показывает, что это работает…

– Ваша человеческая история. И то до определённого момента, – ледяным голосом перебил наместник. – Данное предложение не требует никакого анализа. Демоны не примут игр без крови. Кто-то окажется достаточно глуп, чтобы заявить о себе, считая себя великим бойцом. Кто-то будет надеяться показать себя, дабы возвыситься… Остальные поймут, что это просто массовое искоренение населения. Вы действительно считаете, что подобные действия подавят беспорядки, госпожа первый заместитель?

Последние два слова Ал’Берит произнёс чуть ли не по слогам.

Не смея опустить глаза, Лея кратко ответила:

– Нет.

То, что она недостаточно сообразительна для решения подобных вопросов, было прекрасно известно и самой девушке. И всё же легче было бы пережить обычное оскорбление, чем подробное разъяснение насколько ей не хватает ума для нынешней службы.

Увы, до простых действий повелитель никогда не опускался.

– В таком случае я задаю себе вопрос. А нужен ли мне сотрудник, неспособный предвидеть элементарное? Более того, попусту тратящий моё время?

Пришлось всё же потупить взгляд. Пристальный негодующий взор был слишком невыносим.

Вряд ли могло быть хуже. Он так отчитывал её, да ещё при бароне. Неужели вот оно? Она лишалась его покровительства?

– Остаётся только радоваться тому, что вам, госпожа Пелагея, хватило силы достойно разрешить ситуацию с нападением на вас. В остальном я разочарован настолько, чтобы напомнить. Вы – мой заместитель. И если желаете им и остаться, то ведите себя соответственно занимаемой должности!

Каждое слово словно вбивало по гвоздю в крышку гроба. Столько раз она твердила себе одно и тоже, но только сейчас осознала всю серьёзность положения.

Лея неловко поклонилась, давая понять, что осознала предостережение. Её ноги подкашивались и противно дрожали. Ал’Берит внимательно смотрел на её старания, а затем обратился к своему второму заместителю. При этом его голос утратил восклицательные нотки, снова становясь ледяным и властным.

– Господин Аворфис, по вашему запросу служба безопасности временно переходит в ваше подчинение. Я даю согласие на усиление стражи на улицах города. Подстрекатели к беспорядкам должны быть выявлены в течение суток и скрыто уничтожены… Госпожа Пелагея, – персона Леи, внутренне негодующей, что оказывается-то коллега обставил её не хуже Хдархета, вновь удостоилась наивысшего внимания. – Вы прожили в Аду уже достаточно долго. Пора бы вам уяснить, что лучше всего несущественной проблему делает более существенная проблема. Когда собственная жизнь висит на волоске, остальное как-то теряет свою значимость. Вы согласны?

– Да, – кратко подтвердила Лея едва слышным голосом.

Демон указал на нужный факт. Она ведь совсем не подумала о таких простых мерах, стараясь выдумать что-нибудь гениальное, способное порадовать всех вокруг. Дурацкое человеческое желание стать хорошей для всех.

«Ещё и демонесс с толку сбила», – пронеслось в голове.

Наверное, она, как человек, уж очень негативно на них влияла. Или, возможно, и правда не стоило забывать, что Дагна далеко не могущественный клан. Её телохранительницы очень долгое время стояли в стороне от всех политических проблем.


***


Запястье стремительно заживало, но, судя по всему, небольшим шрамам не суждено было исчезнуть. Лея осторожно почесала нежную, красноватую, ещё совсем тоненькую кожу и нанесла лечебную мазь противного оттенка. Самостоятельно забинтовывать руку было неудобно, но она уже приноровилась. Наконец, с повязкой было покончено. Молодая женщина облегченно вздохнула и подошла к комоду. Ирисы давным-давно утратили яркие краски и свежесть.

Понимая, что цветам суждено погибнуть, уже через несколько дней она безжалостно вылила воду, чтобы те смогли засохнуть, сохраняя некое подобие красоты. Увы. Теперь от малейшего прикосновения букет старался рассыпаться. Руки с сожалением вытащили его из вазы, и труха стремительно осела на платье.

– Кажется, теперь он и правда пахнет твоим домом, – попробовала пошутить Лея, сообщая это только что вошедшей Дайне. Демонесса выглядела несколько удивлённой тому, что человека не придётся будить.

– В общем-то да… Только не вздумай дарить мне эту гадость! – предупредила подруга.

– Если честно, то я думаю, куда их выбросить. Ожидать, пока от сухих цветов останутся более‑менее крепкие палки стеблей не кажется мне хорошей идеей.

– Оставь на комоде. Сестричкам скажу, они сами уберут, – отмахнулась подруга.

Это вполне устраивало. Лея вернула цветы на место и стряхнула прилипший сор с бархатистого платья на пол. Но избавиться таким лёгким способом от крошечных кусочков лепестков и листьев всё равно не удалось. Пришлось методично сощипывать их, предварительно отойдя в сторону, ибо труха тут же меняла своё местоположение с пола на подол.

– Так вот для чего ты пораньше встала, – прокомментировала это занятие Дайна.

– Неужели со стороны это кажется действительно занятным? – после минутного размышления спросила девушка.

– Ещё как! – ухмыльнулась вредная демонесса.

– На самом деле я хотела перед работой посетить лавку. Руки, конечно, жалко, но жизнь ещё дороже. Так что хочу купить новый браслет с кристаллами душ… Кстати, до сих пор радуюсь, что не взяла то миленькое ожерелье.

– Пока не научишься ощущать пределы своих возможностей, никаких кристаллов! – пригрозила Дайна и подбоченилась. – У меня нервы не железные.

– Вот будут кристаллы, тогда и научусь.

Они упрямо уставились друг на друга, но потом телохранительница вздохнула и призналась:

– Лея, даже если так, то мне легче кого-либо из сестёр отправить, чем тебя выгуливать. Или что, тебе приключений мало?

– Приключений предостаточно, просто… Разнообразия хочется. А то мои приключения большей частью являются ответами на прошения и отчитыванием перед руководством. Так что я сама съезжу, а ты меня сопроводишь.

– Это приказ?

– Считай, что да.

– Ладно, не хочешь меня слышать, как хочешь. Но бери с собой больше денег. За последние пол дюжины дней цены на кристаллы значительно увеличились, – проворчала телохранительница и выразительно посмотрела на свою госпожу.

– Хорошо, возьму больше. Благо могу себе позволить.

Уж из-за такой ерунды расстраиваться никак не хотелось.


Глава 5

Утро выдалось хмурым даже по адским меркам. Пепел крупными хлопьями сыпал с неба, грозя занести все улицы и здания. Видимость свелась на нет. И всё же город продолжал жить своей непостижимой, но размеренной жизнью, так как меры, принятые бароном Аворфисом, оказались действенными. Волнения исчезли столь же резко, как появились. Однако вместо них за последние несколько дней образовался какой-то ажиотаж. Демоны гудели, словно воодушевлённые предстоящей ярмаркой селяне. Лею это только раздражало. Пусть от хозяев домов развлечений перестали исходить бесконечные просьбы, но это была скорее дань новому визиту ангелов и мерам, принятых вторым заместителем, чем её безупречному таланту руководителя. Девушке до сих пор хотелось переплюнуть коллегу и придумать какую-либо достойную замену развлечениям с людьми, но все идеи быстро разбивались о суровую реальность.

Всматриваясь в рисунок шторок кареты её мысли сами собой незаметно переключились на повелителя. Встречи с Ал’Беритом стали крайне редкими. Выволочка затронула чувства, но Лея не могла не признать, что его негодование являлось оправданным. В том, что её глупость порой доходит до нелепости, виновата только она сама. Более того, прошло достаточно времени, чтобы негативные эмоции стёрлись. Молодая женщина откровенно скучала, но наместник постоянно был занят. Он часто отсутствовал. Навязываться же ему претило. Это невероятно глупо смотрелось и в человеческих отношениях, что уж говорить о таком странном романе?

Пепел как будто решил стать грозным предвестником неудачного дня. Или это просто у неё самой снова получилось выстроить у себя в голове логическую цепочку из ничего не значащих фактов и впасть из-за этого в дурное настроение. Но, как бы то ни было, на площадке тринадцатого этажа судьба снова столкнула обоих заместителей. Аворфис с довольным выражением на лице вышел из кабинета наместника в тот момент, когда Лея закончила подниматься по лестнице.

Следовало сказать, барон уже вторую дюжину дней подряд выглядел весьма воодушевлённым. И чему только радовался? Ведь позавчера подчинённые ему Лавовые озёра даже подверглись тщательной инспекции из самой столицы. Дана, неизвестно откуда добывшая подробности, во всех красках рассказала, как та происходила. Причём так, что Лея даже искренне посочувствовала коллеге, но… либо тому и правда удавалось вести свои дела безупречно, либо он нашёл настолько гениальный выход, что…

– Госпожа Пелагея, – поприветствовал её демон, слегка наклоняя голову.

– Рада нашей встрече, – не забывая про вежливость, ответила она. – И факту благополучной инспекции Лавовых озёр.

– Ну что вы, их работа прекрасно отлажена. Более того, проверка это такой пустяк, когда достаточно чётко предполагаешь, чего стоит ждать.

Фраза вызывала тихую зелёную зависть. Девушке также почудился в ней некий тонкий намёк на её собственную некомпетентность и несостоятельность как заместителя повелителя.

– Вполне с вами согласна. Жаль только, что невозможно предусмотреть абсолютно все нюансы, – постаралась уколоть барона Лея, но тот высокомерно поправил пенсне, становясь похожим на умудрённого профессора неких наук, и не задумываясь произнёс:

– Скорее это связано с неготовностью или нежеланием в полной мере разобраться с очевидным так, чтобы связать его с наиболее вероятным результатом.

Настроение упало окончательно. Отвечать что-то в духе, что и всей жизни на подобное может не хватить, выглядело бы не самым лучшим образом. Сразу вспоминались первые страницы «Мастера и Маргариты» Булгакова, где Воланд доказывал о несостоятельности человечества в качестве высшего разума и вершины эволюции, ибо люди, по сути, существа весьма примитивные и недолговечные. Не так уж приятно самой было напрашиваться на такое сравнение. Поэтому за лучшее молодая женщина посчитала попрощаться и уйти в кабинет, оставляя своё недовольство при себе.

На этот раз, несмотря на раздражение, ей удалось сосредоточиться на работе. Видимо, разговор с Аворфисом заставил мозг работать на неких новых возможностях, так как ежемесячный отчёт по шахтам занял совсем мало времени. Первый заместитель наместника Аджитанта даже заслуженно возгордилась. Она расправила свиток, ещё раз просматривая и сверяя записи для исключения вероятных ошибок. Все данные сходились и располагались в соответствующих местах. Итоги оказались описаны кратко, согласно всем требованиям таланта. Если исходить из известной пословицы.

– Восхитительно, – похвалила саму себя Лея, но Дарра не поленилась охладить её пыл:

– Может и так, но ты лучше дай Дане на сверку.

– Само собой, – ответила девушка.

Затем ещё раз полюбовалась своей работой и после встала с кресла. Тело от продолжительного сидения затекло, так что сделать несколько шагов до архива оказалось вдвойне приятно. Дана свиток взяла, сказав, что просмотрит его, как только закончит с ужасно настроченным по стилистике доносом. Лею это вполне устраивало. Так что она вернулась на своё рабочее место и с довольной улыбкой от хорошо сделанного дела обвела взглядом комнату. Взор при этом сам собой задержался на Дайне.

Подруга отчего-то выглядела откровенно встревожено. Лея даже посмотрела ей прямо в глаза, стараясь угадать причины внезапной тревоги, но тут демонесса, отбросив некие сомнения, сама решила поделиться:

– Знаешь, мне пришли в голову кое-какие мысли, – начала издалека Кхалисси, жестом призывая остальных Дагна уйти в архив. И когда они сделали это, молодая женщина насторожено и с некоторым удивлением спросила:

– Ты хочешь поделиться этими мыслями именно со мной?

– А почему бы и нет? – пожала плечами та. – Иногда ты производишь впечатление не такого глупого человека.

– Тем и беру, – на лице появилась довольная улыбка.

Дайна тем временем смела бумаги со столешницы в одну сторону без разбора, вызывая тем самым негодование госпожи, и вольготно уселась на краю стола.

– Тебе ничего не кажется странным в истории с ангелами?

– Да всё в ней странное! – не задумываясь фыркнула Лея в ответ, попутно размышляя, сколько времени уйдёт, чтобы заново рассортировать все документы, беспощадно, словно мусор, спутанные телохранительницей.

– И что всё-то? – потребовала конкретики собеседница, заставляя мозг человека постараться соединить информацию воедино.

– Визиты уж очень частые. Да и мораторий этот. Значит, повелитель уверен, что они и дальше будут продолжаться… Что, собственно, и происходит.

– Да. Но с чего он не так уж и обеспокоен этим? – задала наводящий вопрос воительница. Лея, не задумываясь, выдала предположение:

– Знает точную причину и, видимо, она его устраивает.

– Верная логика, – удовлетворённо согласилась Дайна. – Сомнительно, чтобы Хранитель летописей и Главный архивариус Ада не был в курсе таких событий. Вопрос в том, для чего такие частые визиты?

– Они не могут договориться о чём-то, – после некоторого раздумья предположила молодая женщина. До этого связывать эти обстоятельства ей в голову не приходило.

Дайна звонко щёлкнула пальцами.

– Напрашивается вопрос. А о чём?


***


– Да тут можно много чего предположить, – растерялась человек, заставляя демонессу мученически закатить глаза. Этот ответ мало чем отличался от всеобъемлющего «да всё», по сути отражающего нежелание толком размыслить над вопросом и сделать даже минимальные выводы.

– Даже не хочу спрашивать, какие у тебя насчёт этого мысли!

«И как подвести к столь очевидному обстоятельству?» – задала самой себе вопрос Дайна.

Нет, конечно, и сама она не сразу поняла. Но вот бездна, уже весь Ад на ушах стоит, зная всё точно до официального объявления, а первый заместитель наместника Аджитанта даже не догадывается, предпочитая отвлекаться на всевозможные мелочи! Как можно не связать воедино?

В голове по новой пронеслось недвусмысленное предупреждение повелителя о том, что госпоже следует разобраться самостоятельно.

«Но ведь если не навести на нужную мысль, то это может затянуться до бесконечности! – подумала Дайна. – И кто знает, как отразился данный факт на человеке, а, соответственно, и на нас самих?».

Сомнения, чуть было вновь не охватившие демонессу, прекратились. Лея подробно описала реакцию Его превосходительства на свой промах. Нельзя было дать ей погибнуть, утягивая за собой весь клан. Им требовалось ещё хотя бы несколько месяцев! Сейчас, когда столько сестёр в ожидании разрешения от бремени, опасно возвращать себе прежнюю свободу.

Воительница глубоко вздохнула, набираясь терпеливости. В конце концов, это должно было быть ненамного хуже, чем объяснять что-либо маленькому и крайне несмышлёному демонёнку.

– Ты подумай, – Дайне захотелось постучать по голове человека, но представившийся глухой звук, словно по чугуну, не порадовал. – Что у нас за последнее время произошло помимо ангелов?

– Нападение на меня. Ал’Берит сторонится и вечно занят. Инспекция на Лавовые озёра… А так, как обычно всё.

– Хорошо! – понимая, что на самом деле всё крайне плохо, произнесла телохранительница довольным голосом, надеясь воодушевить собеседницу на дальнейшие размышления похвалой. – Нападение. К чему оно привело?

– Вот!

Человек, недолго думая и обиженно оттопырив нижнюю губу, показала запястье с некрасивым шрамом, частично прикрытым купленным накануне новым широким браслетом из кристаллов.

Снова захотелось постучать по голове «госпожи», но на этот раз остановило предположение, что это действие окончательно нарушит тонкий процесс, который с натяжкой можно было бы назвать и мыслительным.

– Прекрасно смотрится, – ткнула пальцем в полезное украшение демонесса и многозначительно посмотрела. – Только дорого обошёлся. Цены на кристаллы невероятно взлетели.

– Надо было сразу несколько бирюлек брать. Нет же. Подумала, что экономика весьма устоявшаяся, стабильная. К чему излишества? Вот и к чему. Переплата серьёзная… Нет, если что‑то нужно, всегда надо иметь это про запас. Всё именно так, как говорила моя бабушка. Кстати, вот сегодня заедем и прикуплю ещё чего. От хранения же кристаллы всё равно не портятся?

– Несомненно, – едва удерживая себя от закатывания глаз, произнесла Дайна и, как бы невзначай, повторила: – Но цены увеличились значительно.

– Да уж, в несколько раз. Хорошо, что меня сейчас финансы вообще не напрягают, – согласилась подопечная и печально вздохнула, прежде чем в её глазах засверкал огонёк озарения. – Хм. Ты намекаешь, что это из-за инспекций? Какие-то проблемы с обработкой душ?

– Могло бы и так быть, но ты же слышала Дану. На Лавовых озёрах, как и в столице, всё безупречно. Более того, они готовы принять даже большее количество теней, – стараясь выделить последнюю фразу, сказала Кхалисси.

– И чего ж тогда цены взлетели? – наконец-то задумалась человек. Телохранительница тактично выжидала. – Производство непрерывное и в стабильных объёмах. Предложение осталось прежним. Значит, либо спрос резко вырос, либо их запасают.

– А с чего расти спросу или складировать кристаллы? – Дайна подняла палец, чтобы бесценная мысль не была упущена. Затем решила, что это может привести хаотичные размышления Леи в несколько другую сторону, и добавила. – Тем более что мы берём в расчёт, что Рай и Ад о чём-то не могут договориться.

– Готовится нечто серьёзное, – осознала человек и напрямик задала вопрос. – Война между Адом и Раем?

– Абсолютно бесполезное занятие. Достаточно было одной, чтобы прекратить заниматься такими глупостями раз и навсегда. Никто не откажется подставить подножку, но сотрудничать намного выгоднее.

Дагна была готова к такому повороту мыслей подопечной. Человек же побледнела, насколько это было вообще возможно при её светлой коже, и догадалась:

– Война с Землёй.

Дайна торжествующе посмотрела на Лею, давая ей понять, что это именно та мысль, что и заслуживает внимания. Пусть доказательство шилось белыми нитками и легко могло быть оспорено, но к иным фактам ещё надо было бы долго и муторно подводить. Так выходило значительно проще. Тем более, повелитель скорее поверил бы в самостоятельность вывода при более примитивных доказательствах.


***


– Война с Землёй, – поняла она.

Мир как будто решил уйти из-под ног. Девушка взволнованно посмотрела на Дайну, но та выглядела явным подтверждением этой мысли.

«Как же так? Что же теперь делать?» – пронеслось в голове с оттенком паники.

– Но ведь Ал’Берит не мог не сообщить о таком своим заместителям? – предположила с отчаянной тенью надежды Лея.

– Если только повелитель не желал обратного.

Замечание Дайны попало в «яблочко». Первый заместитель встала и суетно прошлась туда‑сюда по кабинету. Как ни крути, а демонесса вполне могла оказаться права. Лучшее, что можно было сделать – это дать знать Ал’Бериту о своих домыслах. Во всяком случае, гадать бы не пришлось.

Она прислонилась лбом к угловому шкафу, стараясь унять первоначальное волнение и трепет. Столь простое движение этому поспособствовало, но вернулась и привычная нерешительность.

Что если повелитель не захочет общаться с ней на эту тему? Или он вовсе не желает, чтобы она вообще об этом что-то знала? Или вдруг размышления Дайны оказались в чём-то неверны, и тревога выходила пустой и напрасной?

Не выставит ли она себя дурочкой?

Лея вновь прокрутила доказательства в голове, но от этого они стали казаться ещё более верными. Добавились и иные факты… Нет, следовало выяснить. И как можно скорее, пока сомнения в правильности визита не одолели вновь!

Ноги сами собой понесли её в коридор. Затем она торопливо постучала в дверь и в ожидании ответа постаралась унять собственные невнятные страхи о том, что она всё-таки неправа. Но волнение об этом только усилилось. Поэтому, когда створки раскрылись, девушка была уже совсем не рада своему решению. Кроме того, виконт оказался не один. У него снова находился Аворфис.

«Как будто мёдом ему здесь намазано!» – зло подумалось ей.

Внутри разгоралось сильное раздражение, принесённое неприятным и весьма болезненным уколом самолюбия. На Лею-то у Ал’Берита времени совсем не находилось. А со вторым заместителем всегда есть что обсудить!

Она поклонилась повелителю. Обговаривать свой вопрос при посторонних не хотелось, поэтому молодая женщина застыла в центре кабинета словно изваяние и только. Уйти сейчас означало, что вряд ли смелость позволит в скором времени повторить такой шаг. Наместник же, видимо почувствовав её настроение, достаточно быстро закончил с Аворфисом. Коллега покинул кабинет. Не удостоив Лею и взглядом.

– Вы что-то хотели?

– Да, – ответила она, стараясь более ясно сформулировать свои мудрые мысли, но в голове плутали лишь какие-то их бессвязные отрывки. – Узнать, к чему так готовится Ад?

– И какие у вас предположения? – между делом поинтересовался повелитель. Он начал что‑то вписывать в свиток, как будто её приход являлся чем-то совсем несущественным.

– Армагеддон.

Это одинокое слово прозвучало как-то немыслимо глупо. И ужасно. Лея внутренне съёжилась, ожидая ответа. Демон же действительно отвлёкся от занятия, удостаивая девушку своим величайшим вниманием.

– Откуда такие озарения?

Ал’Берит слегка ухмыльнулся, нарушая ход светской беседы. И его ироничный вопрос окончательно выбил её из колеи, заставляя думать, что она всё же ошиблась. Но пути назад не было. Нужно было пояснить свою точку зрения.

Обрывки размытых доказательств служили скудным объяснением. Если бы ей довелось разговаривать с человеком, тот, скорее всего, не понял бы доводов.

– Так что Армагеддон, – заключила она, внутренне содрогаясь.

Говорить о таком казалось дикостью и нелепостью. И не важно, что окружающий мир являлся наиболее веским доказательством обратного.

– Нет, – поморщился наместник. – Не то слово, но смысл, который ты вкладываешь в него, вполне подходит.

– Так что происходит? – умоляюще спросила Лея.

– То, что Земля используется для жизни человечества, вовсе не означает, что она пригодна исключительно для людей. Был создан новый прототип, более удобный для производства кристаллов душ. Он не требует столь тяжёлой очистки теней и содержит самовозобновляемый источник.

Ответ не прояснил многого, но основной смысл стал и так понятен.

– Новые люди?

– Можно и так сказать… Обновлённое человечество, – рассмеялся демон над собственными словами. – Испытания образцов показали себя достаточно хорошо. Дело осталось только за тем, чтобы опробовать новую систему на практике.

– А для этого старое должно освободить жизненное пространство? – горько осознал разум.

– Именно. Так что визиты ангелов являлись ничем иным, как согласованием о том, как это будет происходить, – соизволил даже пояснить он.

– Великолепно! – восхитилась первый заместитель, понимая, что ей нужно что-нибудь выпить. И покрепче.

Догадываться о конце света – это одно. А когда тебе сухо излагают логичную подоплёку вопроса – другое. Ручные станки не выгодны, нужна автоматизация процесса. Своеобразная промышленная революция.

– И когда начнётся?

– Через тринадцать с половиной дней.

Ответ заставил землю под ногами исчезнуть. В очередной раз. Лея искренне считала, что у её мира есть в запасе хотя бы столетие. Не могут же такие глобальные вопросы так быстро решаться!

Она потрясённо прошептала:

– Так скоро?

– Обсуждения тянулись достаточное количество лет, а окончательное шлифование соглашений никогда не занимало много времени.

– Но почему именно заменять человечество? Наверняка есть какая-нибудь другая планета, не меньше подходящая для жизни прототипа, – пытаясь ещё хоть что-то и хоть как-то исправить предположила девушка.

– Это было бы невероятным подарком судьбы, – мечтательно произнёс Ал’Берит. – Но найти подобную землю обетованную пока так и не удалось. Даже для выращивания пищи для самих людей необходимо значительное терраформирование. Что уж говорить о душах? Их существование уникальное явление. Они формируются в результате специфического течения энергии планеты. И та мощь души, что люди накапливают в течение жизни, ничто иное, как передаваемая вам ею сила. Вы её резервуары. Запас, задача которого видоизменять энергию, прежде чем она вернётся обратно в исток. И других подобных, да ещё природных, вместилищ энергии пока не было обнаружено.

– Погодите, так, получается, вы выкачиваете энергию Земли в своих целях? – она ужаснулась от осознания всей полноты картины. – Если бы не переработка в кристаллы, то она бы возвращалась обратно?

– А вот теперь тебе действительно стало жутко, – заулыбался демон, прежде чем продолжил. – Для того, чтобы душа наполнялась энергией, она должна быть связана с сущностью планеты. И эта привязка, как в человечестве, так и новых прототипах, самое сложное. И минимальное условие для него – родиться и жить на вашей… Земле.

– И что будет, когда вы исчерпаете этот… источник?

От сухих определений коробило, но говорить яркие слова, более точно описавшие бы всё то, что значит для Леи её родной мир, повелителю она не могла. Это было бы словно отдать на поругание самое святое.

– Работаем над этим, уж очень не хочется терять. Но даже та пустота, которую ты себе представляешь, не будет абсолютна и истинна. Это тоже энергия, только воспринимаемая совсем иначе.

Ал’Берит обворожительно улыбнулся, но молодая женщина не заметила красоты его улыбки. Он сказал правильно. Ей действительно стало жутко. Даже все её чувства к нему значительно посерели. Как можно было любить такое существо? Столь далёкое в своём сознании от человека? Или она не права? Разве не делают люди примерно тоже самое, пусть и немного иными путями?

– И как мы будем уничтожены? – грустно спросила Лея, хотя не так уж хотела знать ответ на этот вопрос.

– Мы? – виконт хитро прищурил глаза, и она поспешно исправила фразу.

– Человечество.

– Люди будут устранены достаточно целенаправленными на них действиями. Пусть это займёт немногим больше времени, но не станет соответствовать занятной инструкции, описанной в Откровении Иоанна Богослова. Всё-таки нужен пригодный для жизни мир.

– Я могу в этом участвовать? – взыграла вера в лучшее, хотя Лея ещё не понимала толком, зачем ей это понадобилось.

Что-либо изменить? Нет, не в её хрупких силах. Но быть может… Хоть что-то… Хоть для кого-то возможно станет предпринять что-нибудь… Это всё, что оставалось. И, быть может, ещё. Самое последнее и тайное желание – снова увидеть родной мир, пока он не стал совсем чужим домом.

– Не в первой волне. В возникшем хаосе может быть, что угодно, – воспротивился Ал’Берит и, сделав паузу, заключил. – Но позже вполне.

– Это доставит мне удовольствие, – искренне поблагодарила первый заместитель привычной фразой. У неё появилась самая настоящая надежда, но наместник только с сомнением усмехнулся.

– А мне удовольствие доставят твои попытки, – не сомневаясь в её ещё не оформившихся задумках, сказал демон. – Сегодня вечером в столице будет официальное объявление… Армагеддона, – последнее слово заставило его рассмеяться, но эту шутку Лея не смогла оценить. – Такое грандиозное событие трёх миров нельзя не отпраздновать. Я пришлю за тобой по возвращении.

Заключительная точка в разговоре была поставлена. Она вышла из кабинета, стараясь не показывать свои эмоции, но её буквально затрясло от гнева.


***


Вновь вернулось первоначальное осознание того, кем она являлась для Ал’Берита.

Игрушка в цепких кошачьих лапах.

Живая добыча.

С ней можно было играться. Для начала схватить и почти сразу же отпустить, вроде как на волю. Но при этом не выпускать из зоны видимости, чтобы в нужный момент снова сжать когтями, нанося раны. Не сильно. И так должно было повторяться снова и снова, лишая жертву силы. Ведь для всей полноты эмоций охотника мышка обязана долго трепыхаться. И только это оставляет её в живых. Как только она перестанет развлекать кота, то возможна одна единственная возможная участь. Да, как ни старайся, но со временем у крохотного живого существа на сопротивление сил не останется. И тогда когтистая лапка примется теребить добычу, провоцируя на действия. А если их не возникнет, то острые клыки вгрызутся в плоть. Незамедлительно и беспощадно.

Отгоняя столь живую картинку сравнения, Лея встряхнула головой, возвращая свой разум в реальный мир.

Слышать, что происходило за дверями в замке, она не могла, но её не покидала уверенность, что фраза: «Вызванная по вашему распоряжению госпожа Пелагея прибыла, повелитель» уже давно была произнесена, ибо на этаж, где находились личные покои Ал’Берита, молодая женщина прошла быстро и без заминок.

– Я здесь. Как вы и желали, – мягко произнесла она, стараясь стереть формальность этой неформальной встречи.

– Да. Вы всегда в моём распоряжении, – сдержанно ответил виконт, не поднимаясь из своего кресла, предпочитая оставаться спиной к ней…

Такая короткая фраза, но сколько было в ней смысла и потаённой сути!

Лея промолчала, не зная, что сказать, но волна горечи и внутреннего протеста, вызванного гордостью, разлилась по её телу, заставляя щёки зарумяниться. Столько дней она, ведомая своими чувствами, надеялась на скорую встречу с Ал’Беритом. Ждала его нежных прикосновений, возможности поговорить, чтобы стать ближе. Она хотела разрушить стену отчуждения, неожиданно возникшую между ними. Ныне же какое-то чувство гадливости по отношению к нему переполняло и обращало в прах первоначальное желание. Теперь она мечтала бежать прочь, но уйти можно было позволить себе только с его высочайшего дозволения.

– Вы думаете, с моей стороны было бы разумно поступать иначе? Разве это, прежде всего, не говорило бы о моей глупости? – позволила себе первый заместитель оттенок вызова через некоторое время.

Это наконец-то привлекло внимание повелителя к ней. Он всё же встал, подошёл ближе и, приподнимая пальцами подбородок молодой женщины да смотря ей прямо в глаза, холодно произнёс:

– Я как раз решаю, что мне думать.

Что-то внутри неё инстинктивно остановило её от продолжения разговора. Так зверь ощущает невнятную опасность и замирает в ожидании.

Это, казалось, удовлетворило Ал’Берита. Он неторопливо убрал руку от лица Леи и отошёл на несколько шагов от неё.

– Раздевайся, – коротко и непоколебимо приказал он спокойным уверенным голосом. После чего изменил интонацию, давая понять, что ему сейчас приятно издеваться над ней. – Ведь твой интеллект считает мудрым исполнять все мои прихоти.

Лея позволила себе ненадолго прикрыть глаза и, угомонив внутренние противоречия, расстегнула пуговицы. Тонкое платье заскользило вдоль тела и с мягким шелестом легло на пол. Сердце билось словно птица в клетке, и она настолько сосредоточилась на этом, что с искренним удивлением услышала свой собственный дрожащий и хрипловатый голос:

– Но это не значит, что я сама так хочу.

– Вот как? – равнодушно поинтересовался Ал’Берит и стал рассматривать массивную печатку на безымянном пальце. – Что же для тебя твои желания? Подчинение собственным сиюминутным эмоциям? Или достижение некой цели, что принесёт тебе удовлетворение?

Молчание повисло в воздухе. Как и всегда, отвечать следовало осторожно, а она не могла выбрать. Оба варианта были столь тесно сплетены между собой, что желание казалось хрупкой границей между тем и другим, но ведь на самом деле не так. Что-то было первично…

Наконец Лея произнесла:

– Мотивированная, в том числе и чувствами, потребность делать или не делать что-либо. Получать или не получать.

– Подойди ближе, чтобы я мог поставить на тебе клеймо. Ведь раз ты исполняешь все мои повеления, ты не более чем моя собственность. А подобные вещи принято метить.

При этих словах печатка на его пальце налилась жёлто-красным цветом раскалённого металла. В горле у неё мгновенно образовался некий комок. Молодая женщина машинально попятилась от близкой угрозы.

– Считаешь, что не хочешь этого?

Конечно же она не хотела! При этом его взор даже не скользнул по ней, а в голосе ни разу не исчезли повелительные нотки. В попытке избежать намеченного Ал’Беритом действа, она ответила:

– Более важное желание иногда вынуждает совершать некоторые совсем неприятные поступки. Но это не означает, что должно тянуть к их свершению.

– Но ведь если ты не хочешь воплощать эти шаги в жизнь, то как ты можешь искренне желать того, к чему они ведут? Более того, тебе может что-то не нравиться, но если ты предпочитаешь достигнуть желаемого, то станешь это совершать. А разве это не означает, что ты этого хочешь? Цель и мотивированная потребность.

Она окончательно запуталась в том, что хотел донести до неё демон, и словно бы утратила способность издавать всякие звуки. Логика выглядела невероятно извращённой. Что-то на уровне чувств не стыковалось и казалось крайне неправильным. Но объяснить не получалось. Любые попытки размышления над этим – приводили к тому же выводу. Девушка замерла. Повелитель же вскользь скучающе заметил:

– Ты просила посетить Землю. А ведь я могу и не дозволить иметь дела, с нею связанные, столь строптивому человеку. Подойди ближе.

Можно было сколько угодно разуму твердить одно и тоже изо дня в день, но глупое сердце всегда могло только подпевать чувствам. И теперь оно сжималось от боли. Недостаточно сколь угодно знать… Ведь невозможно не верить! Где-то там, глубоко внутри, всегда находится место надежде на чудо. И когда она умирает – возникают свежие шрамы. Увы! От их количества новые раны не становятся менее безболезненными.

«Зачем только нужны все эти «отношения»? Как будто нет других способов разочароваться в том, кто рядом!» – горько подумалось ей.

Между тем ловушка захлопнулась. Ал’Берит давал выбор и ждал ответ на ранее поставленный вопрос. И Лея уже знала своё решение. Она медленно подошла к нему. Резонанс между холодным полом и жарким воздухом в помещении вызвал озноб.

«Разум даёт человеку многое, – обнадёживающе пронеслось у неё в голове. – По крайней мере, позволяет выживать в тех условиях, в которых можно жить».

– Повернись, – приказал повелитель.

Девушка обернулась к нему спиной и почувствовала, как его рука приподнимает её волосы. Это было последним спокойным ощущением перед сильной болью между лопаток, разливающейся вдоль всего позвоночника, как если бы противные маленькие раскалённые паучки впивались своими жвалами всё глубже и глубже в её тело. Она инстинктивно дёрнулась, выгибая спину, но заставила себя остаться на месте. Липкие капельки пота выступили на лбу. Сквозь стиснутые до скрежета зубы вырвался приглушённый стон.

– Видишь. Ты сама желаешь выполнять все мои прихоти.


***


– … и через соответствующий срок в обеих столицах об этом будет официально объявлено одновременно, – закончил свою мысль Ал’Берит и с облегчением произнёс. – Наконец-то эти переговоры закончились.

Мало того, что ангелы посещали Ад, так и демонам приходилось бывать в Раю. Точнее на той части планеты, на которой подобные визиты были ещё дозволены. Ведь изгнание сопровождалось достаточно чёткой формулировкой о невозможности возвращения. Слово Царя Сущего нерушимо. Небесный город по-прежнему оставался запретной территорией.

Проходить такие встречи без присутствия «секретаря», имеющего должность Хранителя летописей и Главного архивариуса Ада не могли. А запах райских цветов всегда раздражающе действовал на наместника. Чтобы устранить крайне нежелающий выветриваться с поверхности его тела аромат, ему всегда приходилось прилагать немало усилий.

У герцога подобных проблем не возникало, а потому он окинул смешливым взором собеседника и перешёл к более важным вещам.

– И всё равно меня смущает замысел. Он имеет достаточно слабых мест, а человечество весьма устойчивая отработанная система.

– В этом я согласен с вами. Ангелы излишне торопятся.

– Только вот сами они считают иначе. Что это мы осторожничаем, – усмехнулся Его высокопревосходительство.

– Как бы то ни было, Князь дал своё согласие. Легионы готовы выступить в назначенный час, и между Адом и Раем скреплено достаточно приятное дополнительное соглашение.

– Если бы не оно, то вряд ли вся эта суматоха началась бы, – заметил Дзэпар. – А так, если прототип окажется удачным… Ты по-прежнему не желаешь знать его название?

– Да. Я счёл для себя приемлемым узнать его, только когда получу результаты первого периода сбора душ, и не изменю своего решения. Достаточно забавно при моей должности суметь осуществить подобное. Тем более, что название то, чем принято интересоваться в первую очередь, а вам известно, я считаю, что суть важнее, и ставлю её на первое место.

– Ты как всегда излишне принципиален в мелочах, – скривился демон.

Ал’Берит слегка наклонил голову, давая понять, что вроде и солидарен с этим фактом, но всё его и так вполне устраивает.

– Рай уверен в своём прототипе, – продолжил свою мысль собеседник. – Но это оказалось для нас очень удобным. Если задумка выйдет так, как планируется, воспользуемся всеми благами. Нет – Рай ослабит свои позиции. И значительно.

– Удобно. Но ряд нежелательных последствий также будет в любом случае. И основная суть в том, что нам важно только ослабление Рая. И ангелам, и демонам понятно, что более никто не начнёт войну, которая не нужна и не выгодна ни одной из сторон… Разве это обстоятельство стоит того, чтобы начинать полномасштабное изменение Земли?

– С этого я и начал наш разговор. Человечество весьма устойчивая отработанная система, – недовольно повторил герцог. – Но ты и сам понимаешь, что либо Князь согласился бы на своих условиях, либо возмущения достигли бы предела, и он стал бы вынужден учитывать иные пожелания.

– Видимо, у меня просто достаточно опыта, чтобы не столь радоваться таким нововведениям.

– Не только у тебя… Хотя одни только постоянные изменения административного аппарата в подчинённых тебе землях делают тебя весьма эксцентричным, а потому заставляют обснованно сомневаться в искренности таких слов, – рассмеялся он. – В свете событий, произошедших с двумя последними твоими заместителями, я бы на месте барона Аворфиса не был столь уверен в правильности своего назначения.

– Он просто имеет все основания полагать, что действительно мне подходит, – спокойно возразил Ал’Берит.

– Так же, как человек? – как бы вскользь заметил демон, но в его чёрных без белка, хитро прищуренных глазах всех трёх голов промелькнула насмешка.

– Вы сами требовали, чтобы вам было интересно, – искренне возмутился наместник. – Я всего лишь выполняю ваше пожелание.


Конец первой части


Часть II

Земля. Пути неисповедимые

Незаметно исчезает

Всё добро, что было с нами.

В асфальтированном рае

Места нет твоей душе.

Что взамен тебе оставят

За украденную жизнь?

Только чёрный ворон знает ответ.

Знает ответ, а ты – нет.


Hi-Fi «Чёрный ворон»

Глава 1

Виконт Ал’Берит отослал всех Рохжа прочь из помещения. Он желал побыть в одиночестве, которое не нарушалось бы даже умеющими быть незаметными подчинёнными. Демон подошёл к окну в своём кабинете и скрестил руки на груди. Никто теперь не мог помешать повелителю наслаждаться открывающимся видом на Аджитант и прилегающие окрестности. Ал’Берит молча наблюдал за городской суетой, царящей внизу и вполне различимой для его взора. Мысли же его простирались вдаль, собирая воедино осколки окружающей реальности для предстоящих целей.

Знание – точка. Размышления – линия от точки к точке. Домыслы – формирование контура фигуры.

Рисунок вне рамок и границ был бесконечен. Он тянулся во все стороны пространства. Неповторимый эскиз и настоящий шедевр. Это требовало полного сосредоточения, но являлось достаточно обыденным для повелителя занятием.

В кабинете второго заместителя наместника также властвовало безразмерное спокойствие, хотя иного плана. Возможно, кого-либо иного на месте барона всерьёз оскорбило бы являться всего вторым заместителем, когда первый – самый обычный человек. Но только не Аворфиса. Он понимал, что это досадное неудобство кратковременно. Даже если взять в расчёт продолжительность жизни людей выше средней и при этом вообразить, что заинтересованность Его превосходительства останется прежней, то недоразумению всё равно оставалось существовать не так долго. Так что барон предпочитал превратить сие во благо. Пусть человечек занимается частью проблем ко всеобщему удовольствию, а он понаблюдает со стороны, чтобы в дальнейшем самому не совершить какой-либо нелепой ошибки. Более того, это предоставляло ему значительно больше весьма ограниченного свободного времени. Как можно было не радоваться такому подарку судьбы и считать его чем-то пошлым?

А вот в помещении на том же этаже замка, но напротив кабинета второго заместителя, царила совсем иная атмосфера, преисполненная тревог и беспокойства. От волнений и переживаний даже сам воздух стал каким-то густым и тяжёлым. Дана со своими помощницами укрылась в тихом архиве, предпочитая попусту не тратить время и нервы… Но Кхалисси Дайна была вынуждена по полной исполнять свой долг как перед наместником, так и перед кланом и человеком.

У демонессы уже складывалось нехорошее ощущение, что скоро бродить из одного угла кабинета в другой, причитая о том, как всё плохо, станет уже не сама Лея, а она. Госпожа не прекращала монотонных вышагиваний, крайне резко разворачиваясь, как будто хотела протереть дыры в бесценном ковре. Судя по всему, представитель рода людского считала, что это как-то поможет упорядочить хаос в её сознании. Но сама Дайна в невероятном положительном эффекте от таких блужданий обоснованно сомневалась… однако это хотя бы не доводило госпожу Пелагею до очередного срыва. Всего-то и оставалось наблюдать, чтобы та не споткнулась неудачно.

… Хотя нет. Приходилось ещё выслушивать и советовать. И последнее было для телохранительницы настоящей мукой.

Чтобы что-то подсказать, следовало понять. Дайна же, как уроженец Ада, была существом эгоистичным и весьма практичным, а осознать проблему живущего эмоциями человека не всегда удавалось легко. Приходилось буквально вживаться в чужую «шкуру», учась сопереживанию. И последнее всё чаще начинало доходить до автоматизма. Периодически демонесса подлавливала себя на мысли, что ей уже тоже всех жалко и всех просто обязательно нужно спасать. Вот во что бы то ни стало!


***


Лея снова развернулась на пятках. Движение умиротворяло и успокаивало взбудораженный мозг. Но, несмотря на это, на глаза снова чуть не навернулись слёзы. Всё из-за воспоминаний о вечере с Ал’Беритом. Подобное приглашение было жестоким. И хуже всего то, что ей пришлось играть свою роль. Полностью. Не смея выказать и тени недовольства. Потому что задуманное стоило всех оскорблённых чувств!… Она нуждалась в нём. И он абсолютно это понимал. И принимал, внутренне посмеиваясь над человечком.

Насколько жалкой она выглядела перед ним!

– Так и будешь бродить? – скучающе осведомилась Дайна.

Доверить свои сердечные переживания демонессе Лея не могла, ибо ей необходимо было несвойственное для подруги сочувствие. Поэтому она вернулась к тому, о чём действительно стоило думать. Во всяком случае, девушка считала именно так.

– Я-то ещё могу бродить. А вот там, – она ткнула пальцем куда-то вверх. – Через несколько дней ходить будет уже некому.

– Твои-то в чём проблемы? – воительница мученически закатила глаза. – Как твоя жизнь от этого зависит? Кто эти люди для тебя?

– Те, кто не должен умереть по решению демонов с ангелами!… В которых большинство даже не верит!

– Человечков на Земле несколько миллиардов. А сколько останется?… Ни одного! Вот почему ты не можешь просто радоваться жизни? Она-то у тебя есть, – привела иной довод Дайна.

– А почему ты не можешь забыть про свой цинизм и сарказм? Почему не можешь быть обычным… человеком? – искренне возмутилась Лея. Фраза, правда, звучала несколько глупо, но сказать «демонессой», так подруга и вела себя вполне соответственно.

– Это называется мозги, – пояснила та. – И тебе их включать рекомендую. Хотя бы периодически. Ты можешь и далее продолжать свои прогулки по кабинету, поражаясь, что остальные тебя не понимают, но это ничего не изменит. Абсолютно.

– Ты права, – была вынуждена согласиться первый заместитель, горько вздыхая, и села в своё рабочее кресло. – Я думала просить Ал’Берита об организации резерваций. Я так и жизнь хоть кому‑нибудь сохраню и… это станет своеобразным запасом кристаллов душ.

– Вот это уже ближе к теме, – обрадовалась телохранительница. – По крайней мере, хоть логически обоснованная помощь. Только учти, что их придётся организовывать в Аду. Планета должна быть полностью зачищена.

– Плохо. Это значит только район мифрильных шахт и, возможно, Питомника. Не такая уж и большая территория.

– Если правильно преподнесёшь информацию, то другие города тоже воспользуются твоим предложением.

– И как же её правильно донести-то?

Лея была настолько в отчаянии, что даже не задумалась, что такие гениальные мысли уж наверняка пришли бы в голову и наместникам, будь они действительно полезными.

– Приведи несколько больше доводов, чем запас кристаллов душ, – вмешалась в разговор Дарра. – Что ещё можно получить от людей?

Испуганный взор Леи пронзил демонессу насквозь. О таком даже думать не хотелось, но… демонесса, как ни крути, была права.

– Мясо. Более того, хозяева домов развлечений не просто так скандал раздували. Конечно, людей на Земле хватит повеселиться, но… запас. Опять же, они самодостаточная рабочая сила. Могут выращивать пищу или… что ещё там есть в Питомнике?

– Вот видишь, – удовлетворённо кивнула Дайна. – Всё довольно просто. Ты чего-то хочешь? Заинтересуй в этом кого-то, кто может.

– Так что такое Питомник? – снова задала вопрос Лея.

Когда-то она спрашивала об этом Дагенну, но та сказала несколько фраз, и на этом девушка успокоилась. Тогда и так было предостаточно информации для размышлений, а больше необходимости или желания узнавать об этом районе не возникало.

– Я понимаю только то, что это место, где в Аду сконцентрирована пищевая отрасль.

– Хорошо. Так оно и есть, – сказала подруга.

– Ты чего-то не договариваешь, – напрямую заявила Лея, почувствовав какую-то фальшь.

Дайна тут же печально вздохнула и развела руками, признаваясь с неким ехидством:

– Мне кажется, тебе не понравится слушать о том, как выращивают на мясо существ, которых всё же можно назвать разумными. Вот и не хочу тебя расстраивать.

– Не нравится. Но есть же у нас коровники, свинарники и прочие фермы. Почему у вас ничего подобного быть не должно?

– Просто у нас выращивают и, – Дайна как будто смутилась и неопределённо пожала плечами.

– Что выращивают? – потребовала более развёрнутого ответа Лея.

– И некоторые земные виды. Примитивные… А ты так за всех переживаешь! Вдруг и этих спасать надумаешь?

Дайна упёрла руки в бока и закатила глаза, давая этим понять, насколько ей надоело всеобъемлющее сочувствие госпожи. Остальные Дагна звонко рассмеялись.

Лея при этом вдруг почувствовала себя крайне неловко. Её щёки покраснели от смущения и злости. Ей захотелось объяснить, что да, она любит животных, но глобальным поборником справедливости она не являлась при этом никогда. Увидев котёнка на улице, она могла вынести ему миску молока или принести еду, но никогда не взяла бы его домой даже на время, чтобы подыскать хозяев. Прекрасно понимала, что привязалась бы и не отдала, а животное при её графике работы стало бы скучать в одиночестве. И это тяготило бы её ещё больше, чем просто совершение малого добра… Но после слов Дайны Лея внезапно осознала, как именно Дагна видят её сочувствие. Для их восприятия она оказалась некой сумасшедшей, рыскающей по улицам в намерении собрать всех бездомных пушистых и хвостатых, что только возможно найти. И всё ради того, чтобы затем принести их в свою крохотную квартирку, где и так ютится не менее десятка питомцев.

– Пусть растят и разводят. Меня волнуют люди, – спокойно ответила Лея и тем поставила точку в разговоре. Обсуждать эту тему с демонессами ей расхотелось. Она не выказала обиды, но на самом деле серьёзно расстроилась.


***


На этот раз наместник принял её визит весьма благосклонно. После первых фраз он даже предложил Лее присесть на возникшее с края его стола кресло и с удовольствием выслушал. Это позволило не только надеяться на благополучное решение вопроса, но и на некое возвращение прежних отношений. Каким бы бредом разуму последнее не казалось, но зов сердца ещё никем не отменялся.

– Что же, до начала действий ещё семь суток, так что этот вопрос выдерживает временные рамки. Его возможно утвердить. Он был бы актуален, даже если бы ты пришла на четыре дня позже, – сказал повелитель, снимая с Леи страх, что она не успела, что поздно обсуждать идеи такого рода. Поэтому девушка искренне обрадовалась и обнадёженно протянула проект.

Демон ласково улыбнулся, но бумаги не принял.

Это насторожило её. Возможно, сперва следовало показать свои планы Дагна, чтобы понять почему всё произошло именно так. Вот только насмешка последних вынудила её действовать в одиночку. Она даже не рассказала им для чего на самом деле направилась в кабинет Ал’Берита.

– Однако я не стану принимать окончательное решение прямо сейчас, – продолжил наместник и, не став наслаждаться отчаянием в глазах, снисходительно пояснил. – Полагаю, ты упускаешь из внимания существование некоторого нюанса, весьма значимого для той стороны дела, что тебе интересна. А потому я отложу рассмотрение этого вопроса до тех пор, пока ты не поймёшь его.

– И что я упускаю? – тут же поинтересовалась Лея.

– Думаю, рациональнее будет, если ты лично посетишь Питомник, нежели я буду объяснять на словах. Как мне понятно, Дагна в силу своих причин так толком о нём и не рассказали? Иначе у тебя не было бы такой надежды.

Первый заместитель внутренне напряглась. Это было открытое указание на то, что не стоило во всём полагаться на своих телохранительниц.

– Пожалуй, что стоит и посмотреть, – осторожно согласилась она.

– Вот и замечательно. Если после визита твоё предложение останется в силе, то я с удовольствием утвержу его.

Ал’Берит слегка откинулся на спинку кресла и участливо улыбнулся.

– Когда я смогу отправиться?

– Полагаю, прямо сейчас ты не готова, – с некоторым сожалением в голосе произнёс демон.

– Но я смогла бы сегодня.

Конечно, события стремились свершиться очень быстро, но терять драгоценное время тоже не хотелось. Так что происходящее было ей на руку.

– Это само собой. Вот только если я скажу, что внизу тебя уже ждёт карета, в которой будет абсолютно всё, что необходимо для путешествия, ты всё равно будешь искать повод, чтобы хотя бы на пару часов задержаться, – с этим Лея не могла не согласиться. – Поэтому не стоит попусту тратить время. Ты прямо сейчас спустишься вниз, и у входа в замок тебя встретит Кхоттаж.

– А Дагна? – удивилась молодая женщина.

– Не стоит беспокойств, им сообщат о твоём отсутствии, – при этих словах виконт так посмотрел на собеседницу, что ей резко расхотелось перечить ему по этому вопросу. – Вместе с Кхотажем, ты заедешь к себе домой. На один час. Этого времени должно хватить на сборы. Постарайся уложиться, потому что я желаю увидеть тебя в своём кабинете через двадцать четыре часа. Дозволить своему заместителю отсутствовать дольше не в моих интересах.

– Разве у меня получится уложиться в сутки? – с беспокойством задала она вопрос, так как уже припомнила карту земель Ал’Берита. – Ведь до Питомника расстояние значительно больше, чем до шахт.

– Часть пути сократится телепортацией… И да, Дагна не получат необходимые ориентиры для неё, поэтому считай это одной из причин, по которым сопровождать тебя будут именно Рохжа, – поставил точку Ал’Берит, и у Леи появилось некое нехорошее предчувствие.

Стало понятно, что и эту причину ей называют только для того, чтобы по возвращении она смогла объясниться с телохранительницами. Какими же были остальные?

– Ясно, – а что ещё можно было ответить?

– В таком случае жду тебя завтра в это же время, – заключил повелитель.

Она встала с жёсткого кресла, чьи подлокотники были выполнены в виде ястребов или иных хищных птиц. Лея в подобном совсем не разбиралась. После чего поклонилась и вышла из кабинета наместника. В коридоре Дайны, на удивление, не оказалось, а, значит, переговорить с подругой не получилось бы. Нарушать указание Ал’Берита не следовало. Так что ей пришлось идти к лифту. При этом девушка посмотрела на наручные часы. На них было начало второго часа по лиловому сектору.

«Хорошо сделала, что решила обсудить всё с самого утра», – пришла ей в голову радостная мысль. Ведь за ночь Лея выспалась, и провести сутки практически без сна ей не казалось сейчас таким подвигом, каким оно могло бы стать под вечер.


***


У входных дверей замка стоял Кхоттаж. Вместо носа у него были три тонких полосы дыхательных отверстий, периодически открывающихся и закрывающихся складками серой кожи. От основания лба начинался тройной чёрный гребень, спускающийся до верхней трети спины. Само тело являлось вполне человеческим, только более мускулистым. При этом выглядел демон весьма сходно с остальными членами своего клана, разве что отличался низким ростом. Всего чуть более двух метров. Одет он был просто – из всей одежды только широкие штаны и пояс. Всё остальное – оружие. При этом стоит отметить, что, как и Дайна, Кхоттаж предпочитал парные клинки. И вот уж кто-кто, а первый заместитель наместника Аджитанта знала, насколько быстро шестипалые лапы могут управлять ими!

Увидев доверенное лицо повелителя, его правую руку, Лея внутренне сжалась. Кхал являлся не тем существом, с котором ей хотелось общаться. Да и его узкие жёлтые глаза, как и обычно, были хитро прищурены. Подобное отнюдь не добавляло Кхоттажу очарования. Поэтому она насторожилась и сразу после этого расстроилась. Втайне девушка надеялась, что не встретит демона внизу, и потому со спокойной душой вернётся за Дагна. Не вышло. Как Кхоттаж, не присутствующий при разговоре с Ал’Беритом, мог уже всё знать, да и, согласно повелению наместника, столь быстро очутиться на нужном месте и в нужное время, оставалось только гадать.

– Госпожа Пелагея, – спокойный с лёгкой хрипотцой голос. Клыкастые пасти Рохжа были призваны для рычащей речи. Кхоттаж мастерски освоил не самое лёгкое дело. – Мне велено сопровождать вас.

– Хорошо. Пусть будет так.

Она спустилась по лестнице. Карета, на козлах которой сидел один из Рохжа, а не Дейра, казалась чужой. Демон открыл перед ней дверь. Чувствуя себя узницей, Лея, подчиняясь судьбе, села внутрь и краем глаза заметила, как Кхоттаж садится верхом на дэзулта. Ящер казался матёрым зверем – значительно крупнее обычной взрослой особи и с более тёмным отливом чешуи.

Ворота её дома открылись перед экипажем без излишних вопросов, но молоденькие телохранительницы поглядывали на Рохжа с явной угрозой. Кровная многовековая вражда так просто ни для кого не проходит. И может поэтому, а может и потому, что в этом не было нужды, «попутчики» предпочли подождать госпожу во дворе. Молодую женщину это устраивало, а потому вместо возражений, она неспешно, преисполняясь собственного достоинства, пошла ко входной двери. Однако едва та закрылась за ней, ограждая от внешнего мира, как вся её грациозность и величие закончились. Времени было крайне мало.

– Дагенна, идём со мной! – позвала Лея демонессу, по счастливой случайности оказавшуюся в холле. После чего первый заместитель приподняла подол и стремительно, с недостойной для должности скоростью, умчалась наверх, на мансарду. При этом в её голове в очередной раз промелькнуло сожаление, что лифт она так и не заказала.

Быстрый подъём привёл к тому, что дверь в свою комнату хозяйка особняка открывала тяжело дыша. Ноги гудели и стали ватными. Лицо раскраснелось. Но нельзя было тратить ни секунды впустую! Она достала кожаный саквояж без рисунка, намереваясь сложить в него самое необходимое.

– Ты слишком волнуешься и переживаешь, – укоризненно произнесла Дагенна.

Мысленно Лея чертыхнулась. Как можно было в спешке забыть, что у беловолосой демонессы проявились сильные способности эмпата?

Тут же последовал комментарий:

– Не стоит такого негодования.

– Невежливо читать чужие чувства, – пояснила своё недовольство первый заместитель.

– Для меня эмоции – та же речь. Так как я могу не слушать то, что мне говорят? По мне именно это и неучтиво. А по поводу твоих ощущений сейчас – так ты и сама понимаешь, что я права. Лучше объясни, откуда Рохжа?

– Повелитель предложил мне посетить Питомник. А предложение в его устах – это спускайся, тебя уже ждут. Хорошо хоть возможность заехать домой дал.

Лея закинула в сумку первые попавшиеся пару платьев. Подумать о том, зачем ей столько одежды на такое короткое путешествие, она уже не успевала.

Конечно, с одной стороны хорошо, что Дагенна стала эмпатом. Более того, та прекрасно чувствовала каждую из демонесс клана. Во всяком случае, размышлений о том, живы ли те и здоровы, не возникало.

– Дайна, Дана и остальные остались в замке. Повелитель против их присутствия в поездке. Сказал что-то насчёт ориентиров для телепортации. Не даст.

– Понятно, – уяснила Дагенна. – Кстати, насчёт Рохжа можешь не беспокоиться. От них не исходит угрозы.

– Благодарю, – искренне обрадовалась девушка хоть какому-то радостному событию, прежде чем ей стало любопытно. – А что они чувствуют?

– Почти тоже, что и ты. Раздражение, что повелитель свёл вас вместе.

– Неудивительно. Могла бы и сама догадаться.

– Будут какие-либо указания?

– Нет… Хотя, – она колебалась, но добавила. – Передай Дайне, что эта поездка из-за того, что она мне чего-то про Питомник недосказала.

– Передам… Ты хочешь ненадолго остаться одна, так что я оставлю тебя минут на пятнадцать.

Лея внезапно замерла и с возмущением сказала:

– Я порой не могу понять. Ты чувства читаешь или мысли?

После появления у Дагенны её способностей, девушка вовсю старалась избегать общества этой демонессы. Одно дело разговаривать с Ал’Беритом, который благодаря логике понимал, что должно с ней твориться. А другое, когда насквозь видят, что в душе происходит.

– Просто у тебя мысли от чувств недалеко уходят, – печально улыбнулась беловолосая Дагна и развела руками.

Дагенна вышла. Тихо, как приведение. Лея же так и осталась стоять у сумки, держа в руках уйму мелочей, столь нужных в дороге. Затем она покачала головой, сбрасывая оцепенение. Нужно было ещё успеть сходить в душ и обязательно надеть под платье иное – то, с прослойкой из мифрила. После событий на шахте первый заместитель зареклась путешествовать без своей обновки. Этим она и занялась, понимая, сколь ограничено время, находящееся в её распоряжении.


***


Дверца кареты захлопнулась, заставляя её вздрогнуть. Несмотря на замечание Дагенны, Лея в окружении серокожих демонов всё равно чувствовала себя крайне неуютно. Путешествуй она с Дагна, Дайна села бы напротив. В дороге можно было бы обсудить уйму дел, да и просто послушать какую-либо новую сплетню.

Болтать с Кхоттажем?

Такое разве что в страшном сне могло присниться. Поэтому молодая женщина с превеликим удовольствием некоторое время наблюдала, как тот скачет вместе с остальными Рохжа за пределами её личного пространства, ограниченного стенами кареты. Однако наблюдение привело к тому, что как только экипаж выехал из города, её чуть не ослепила огненная вспышка телепортации. Из-за этого она чертыхнулась и начала тереть глаза. К счастью, зрение вскоре вернулось.

После такого казуса рассматривать Рохжа Лее расхотелось, поэтому она потянула руку к шторке, чтобы закрыть её и избавиться от соблазна пялиться за окно, но по итогу не стала этого делать. Вместо этого госпожа первый заместитель комфортно устроилась и, уносясь мыслями в собственные фантазии, продолжила созерцать округу.

Вид за окном немногим отличался от привычного ей. Чёрная обожжённая земля. Такие же холмы… Разве что на повороте дороги промелькнули огромные вулканические горы, обозначающие границу Лавовых озёр. И температура явно снизилась. Однако дышать ненамного легче стало. Сухой пыльный воздух, даже немного охлаждённый, не доставлял радости.

Помня о визите на Лавовые озёра, некоторое время Лея ожидала, что вот-вот возникнут какие-либо огромные врата или что-то ещё, что достойно ознаменовать начало Питомника, но ничего такого не появлялось. Затем она начала рассматривать местность, пытаясь определить то место, куда её выкинуло при перемещении в этот мир. Это тоже не удавалось из-за слишком однообразного пейзажа и слабого знания местной географии. Так что надеяться, что где-то до сих пор лежит многострадальная куртка, не приходилось. Однако по истечении часа ей это всё надоело. Да и горы почти скрылись из вида, а, значит, судьбоносное место явно осталось где-то позади.

Лея устроилась полулёжа и решила подремать. Увы, спать не хотелось. Заняться было нечем.

Тогда отчаянно заскучавшая первый заместитель по новой придвинулась к окну. На её удачу Кхоттаж как раз ехал достаточно близко.

– Кхоттаж, – немного высовываясь наружу, обратилась к нему Лея и выжидательно замерла. Дэзулты так топали, что демон мог не услышать её. Вдруг у него слух значительно хуже, чем у Дагна? Однако Рохжа всё-таки обернулся и, правильно истолковав её взгляд, подъехал ближе. Теперь он держался почти вплотную к карете. – Сколько ещё до Питомника?

– Не более часа, – ответил демон.

«М-да. Нельзя было потерпеть немного», – с горечью подумала девушка, но решила «погневаться».

– Так долго с телепортацией?

– В закрытую зону прямые пространственные перемещения могут совершать только наместник и заместитель, ответственный за неё… Либо заместитель, назначенный для посещения, наместником. Конечно, при условии, что в его силах и пожеланиях сократить путь, – спокойно прояснил Кхоттаж, заставив Лею почувствовать себя ещё неуютнее.

Хорошо ещё, что у неё была достаточно обширная практика в «чувствовать себя глупо и неловко». Хотя порой казалось, куда уж больше-то?


***


К концу путешествия местность изменилась значительно. Правда, тут стоит в оправдание добавить, что скорость дэзулты развили весьма высокую, а потому Лея не сразу обратила внимание на появившуюся траву. Если, конечно, можно назвать травой меленькие бугорки коричневато‑зелёного цвета. Сначала она подумала, что это просто такие камни, но постепенно всё вокруг, кроме дороги, покрылось сей растительностью.

Границей Питомнику служила массивная высокая стена, не ниже городской, украшенная такими же рунами шнура молний Волнгенче. Единственным отличием являлось то, что от вершины кладки плавной дугой ввысь уходили красные полупрозрачные лучи, едва виднеющиеся в вечно багряных сумерках Ада. Эти линии наводили на мысль об энергетическом куполе. Стражи у врат не препятствовали въезду кареты, но далеко вглубь территории проехать не удалось. Практически сразу экипаж остановился поблизости от небольшого каменного двухэтажного особнячка.

Молодая женщина с наслаждением вышла из кареты и осмотрелась. То, что она приняла за траву, оказалось чем-то похожим на земной болотный мох. Во всяком случае, влагу впитывало также превосходно. Стоило ступить на поверхность, как вокруг следа образовалась крохотная лужица синеватой влаги. Достаточно необычно для сухого адского климата. Ещё более чуждо смотрелись невысокие вытянутые кустики, представляющие хаотичное переплетение тоненьких колючих веток с крошечными оранжевыми листиками на них. А около дома росло даже нечто похожее на дерево. Узкий светлый ствол резко расширялся в нижней части, разделяясь на многочисленные отростки, словно у растения были обнажены корни. Листья, более похожие на бугорки или конусообразные выросты, прятали меж собой маленькие шипастые плоды, вроде как у каштана, только грушевидной формы.

Меж тем Кхоттаж что-то шепнул расторопно спускающемуся с крыльца исполинскому жабообразному существу, одетому в нечто отдалённо напоминающее тогу. Серо-фиолетовое чешуйчатое тело, крапинками на котором являлись короткие, непрерывно шевелящиеся розоватые щупальца, плавно, словно бы перетекало, перемещалось со ступени на ступень. Четыре мутных и розовых, словно у крысы, глаза без зрачка смотрели только на девушку, старающуюся скрыть невероятное отвращение к демону. Маленькие, по сравнению с весьма крупным туловищем, передние лапки существа тем временем прижались к огромному брюху, и он раболепно по‑восточному склонился. При его масштабах это движение смотрелось омерзительно. Тварь словно складывалась внутрь себя.

– Моя жизнь озарилась вашим появлением, госпожа Пелагея, – голос у демона оказался под стать. Глубокий и булькающий. Крайне неприятный. – Позвольте представиться. Кварзиотто из клана Къорро. Главный смотритель этих великолепных земель.

– Замечательно. Я здесь с целью осмотреть Питомник. Узнать о нём больше, – решила сразу же перейти к делу Лея. Интонации и напыщенность фраз вызывали дешёвые ассоциации с пытающимися сбагрить товар рыночными торгашами.

– Лучшего проводника по Питомнику вы не найдёте во всём Аду! Позволите ли вы, госпожа, вашему скромному слуге сопровождать вас и услаждать слух своими недостойными пояснениями? – воскликнул Кварзиотто в духе восточных сказок о персидских царях, визирях и дервишей.

– Великолепно, – с сарказмом ответила Лея, представляя себе весь ужас предстоящей прогулки, на которую Ал’Берит выделил ей двадцать четыре часа. Даже за полдня общения с этой жабой можно было бы сойти с ума. Но, несмотря на её интонацию, через всю округлую морду Кварзиотто протянулась линия подобострастной улыбки, как если бы он остался доволен сказанным.

– Госпожа не пожалеет о своём решении, – на самом деле, госпожа уже очень и очень жалела. – С какого сектора вы желаете начать?

– Расскажите кратко о каждом. Из этого и будем исходить.

В принципе информация, изложенная смотрителем, оказалась вполне таковой, какой её Лея ожидала услышать. Питомник, по сути, являлся планетарных масштабов фермой. Сектора – отраслями. В землях, подчинённых Ал’Бериту, не занимались выращиваем редких плодоносных растений Ада. Конечно, были и сады, но они являлись своеобразными яслями для нескольких видов личинок – основы мясной промышленности. Куда больше девушку заинтересовал Земной сектор.

– На некоторые вопросы можно получить ответ, лишь совершая деяния. Так, дабы возыметь желаемое и воззреть истину, то и суждено было стать настоящим замыслу в подтверждение мыслей Высших. Увы, время обратило надежды в прах. Сектор нёс разочарование, вызывая гнев… Но смилостивились над ним. Ибо пусть и не показал он себя в плане ожидаемого, и всё же выгоду приносил существенную.

– И в чём эта польза заключается?

После предыдущих пояснений Лея уже достаточно хорошо воспринимала такую речь. Поставили эксперимент. Чего хотели – не получили, но результат всё равно оказался не так уж плох. Вот и всё… а столько фраз напыщенных!

– Нет ничего лучше, чем свой собственный взор. Поэтому смею предложить вам лицезреть всё своими прекрасными глазами. Позволит ли госпожа перенести её в эту часть Питомника, дабы узреть сердце сектора, или предпочитает прогулку к оному, за время которой в беседе получит то, что желает знать?

– Лучше сразу посетим сектор, – ответила она, невольно подмечая, что до этого её мнением о собственной телепортации никто особо не интересовался.

Они оказались на пологом холме. Освещение сразу заставило глаза девушки от непривычки зажмуриться. Дуги на небе, несмотря на оттенок, здесь давали свет не менее яркий, чем дневной солнечный. Даже грели так же – мягко, по-доброму. И не сильно. Это принесло ей неописуемое наслаждение после ужасающей жёсткой жары Ада вне Питомника. Первому заместителю пришлось напомнить себе, что она здесь по делу, а, значит, надо прекращать довольно улыбаться собственным ощущениям. Волей-неволей пришлось перевести взгляд на Кварзиотто, терпеливо дожидающемуся, когда госпожа обратит на него внимание. Однако потребовался всего миг, чтобы нечто иное вновь захватило её без остатка.

С вершины холма открывался любопытный вид. У Леи даже создалось впечатление, что она перенеслась на тысячелетия назад, столь похожа была местность на стоянку первобытных людей. Разве что растительность оказалась совсем не земной, да кострища не хватало. Внизу ютились хижины, собранные из гигантских костей и покрытые настолько тонкими шкурами, что за ними отчётливо различались силуэты, находившихся там существ. Словно в подтверждение теории о доисторическом поселении одна фигурка вышла из лачуги. Ею оказалась женщина на сносях. Чёрные спутанные волосы благодаря своей длине прикрывали худощавое тело. Лица с такого расстояния было не рассмотреть, но Лее почему-то показалось, что оно было бы с выраженными надбровными дугами и массивной челюстью, как у неандертальца.

– В чём заключался эксперимент? – осведомилась девушка, всё ещё ошеломлённая тем, что видит людей.

Вот тебе и «некоторые земные виды». Какой же идиоткой она выглядела перед Ал’Беритом, предлагая ему то, что уже есть!

… Хотя. Как же те пережили визит ангелов? Может, это и не вполне люди? Например, некие доисторические переходные формы, не интересующие Рай?

– У мудрых было два замысла. Первый о том, что при смене поколений люди смогут впитывать энергию не только своей планеты, а и того мира, в котором звезда судьбы дозволила бы им родиться. Второй, что рождённые в иных мирах однажды смогут насыщать души той же энергией, что и их предки. Независимо от расстояния. А посему в Аду были созданы поселения, дабы открыть истину.

– Так это обычные люди. Не… переходные формы? – Лея машинально кивнула головой, указывая в сторону подконтрольной популяции.

– Да, моя госпожа. Но позволено ли будет мне рассказать всё более подробно и последовательно? – кажется, Кварзиотто наслаждался возможностью такого рассказа.

Может, обычно ему не дозволяли вести речи в таком стиле? Или, вполне возможно, он чувствовал невероятную мудрость или принадлежность к Высшим, объясняя то, что известно всем демонам, существу столь высокого ранга. Пусть им и оказался обычный человек.

– Конечно. Я внимаю вам, – Лея мысленно чертыхнулась, но уж слишком прилипчиво было восточное наречение.

– К сожалению, время показало, что обеим думам не должно воплотиться в настоящее. Однако и печаль несла в себе тьму озарения. Обратное желаемому тоже приносит знания, пусть и с оттенком скорби. Так, стало ясно, что люди, рождённые на Земле способны и в Аду принимать сущность своей планеты. И даже несколько сильнее. Как если бы та питала своих заблудших чад лучшим, дабы даровать им ещё больше сил пережить разлуку. И этому суждено было бы воплотиться в прекрасное известие, если бы их потомки получали хоть тончайшую связь со своим миром. Но те рождались без основной сущности, а человек, лишённый души, не может таковым даже называться. Те, кого вы видите перед собой, просто животные.

Демон обвёл пространство над поселением своей мерзкой лапкой, брезгливо сморщив тупоносую морду. Это некое внутреннее отвращение к своим подопечным позволило ему несколько забыться и сделать вывод без использования замысловатых приторных фраз, столь надоевших.

– У них присутствуют основные инстинкты, их можно научить выполнять определённые действия, но мышление и разум в первом же поколении приходят в невероятный упадок даже для таких несовершенных существ.

– Конечно. Они же как-то пережили визит ангелов, – нашла своё собственное подтверждение этому факту девушка.

Информация вышла настолько неутешительной, что Лея не обратила должного внимания на некоторые слова.

«Вот, о чём недоговаривала Дайна! Вот, на что намекал Ал’Берит!» – кричало её осознание.

Она могла спасти людей, но это было бессмысленно для человечества в целом. Без себеподобного потомства оно было обречено на вымирание.

– И в чём же польза?

– О! Они прекрасно размножаются, что позволяет использовать их и в качестве дополнительного источника мяса. По вкусу оно ничем не отличается от земной человечины, – демон плотоядно облизнул губы длинным тонким языком, но, увидев ошеломлённое лицо первого заместителя наместника, вспомнил, кто на самом деле перед ним, и быстро прекратил.

Это было ужасно. Одно дело пытаться обустроить хоть какую-то жизнь людей, чтобы дать им шанс на выживание, а другое… Насколько правильно давать такое? Существование. С осознанием, что ты всего лишь кусок мяса для некоего высшего создания. Лея была в подобной ситуации. И вполне могла бы сказать, что уж лучше так, но… А когда у тебя перед глазами будет расти дитя, которому никогда не стать тем, кем оно должно быть? Продолжением тебя. Не милосерднее ли не давать ложную надежду такими резервациями, обрекая на медленную, беспощадную и осознаваемую гибель?

Нужно было это хорошо обдумать. А для этого рассмотреть во всех подробностях.

– Я хочу увидеть этих людей ближе.

– Прошу вас, госпожа.

Кварзиотто предложил ей первой пройти по узкой тропинке, протоптанной меж того же болотного коричнево-зелёного мха, на звёздочках которого порой под яркими лучами охранных дуг сверкали капельки синеватой влаги. Однако не успела она сделать и шага, как Кхоттаж, нехорошо зыркнув на жабообразного демона, опередил её. Девушка последовала за Рохжа. В чём тот углядел опасность, она не понимала. Быть может, угроза исходила от поселенцев?

У основания холма растительность резко исчезала, как будто её специально изничтожали, как вредоносный сорняк с грядки. Лея с любопытством посмотрела вперёд, пытаясь лучше разглядеть беременную, так и стоявшую спиной к ней. Увы, под грязными патлами даже её фигура почти полностью скрывалась. Наконец, та всё же обернулась, почувствовав чьё-то приближение. Взгляды таких разных женщин столкнулись.

Поначалу незнакомка казалась самым обычным человеком. Разве что отсутствие одежды и прилипшая грязь не давали воспринимать её иначе, чем кого-то из первобытных людей. Лицо при этом оказалось достаточно миловидным, несмотря на некоторую плоскость, приоткрытый рот и маленький нос, с закреплённой на нём пластиной айэтора. В больших карих глазах горел сильный испуг. Дикарка отчаянно боялась, но отчего-то не попыталась скрыться в хижине. Напротив, что-то гортанно заулюлюкала, призывая остальных членов общества.

Люди принялись покидать свои лачуги. Передвигались они на двух ногах, но движение тел ассоциировалось только с обезьянами или с примитивными племенами. Возможно потому, что они поспешили собраться в единую кучу на свободном от их «домов» пространстве и склонились перед пришедшими, как перед божествами. В основном это были женщины и дети. Несколько мужчин. И ни одного старика.

– Их предков забирали из такого же… э-мм, первобытного строя? – поинтересовалась девушка, чувствуя неловкость из-за происходящего.

– Да будет известно госпоже, что великий наместник нашего непревзойдённого города Аджитанта одно время лично соизволил заниматься этим вопросом. Под началом моего предшественника и в дальнейшем моим скромным руководством сменилось несколько групп из разных человеческих эпох. Те, чей вид вызывает ваше недовольство, потомки жителей Европы конца шестнадцатого века по последнему летоисчислению Земли. Но даже первому поколению не удалось достичь сознания выше обычного шестилетнего ребёнка, несмотря на многочисленные упражнения, направленные на развитие их разума.

– Как тебя зовут? – обратилась Лея к одному из мужчин, догадываясь, что знакомые на вид ошейники застёгнуты на шеях людей не просто так.

– Джо-о-н, – тяжело ворочая языком, протяжно произнёс тот, а затем постарался напрячь мускулы. – Джо-о-н сильный. Любая работа.

«Ужас какой!» – подумала она, понимая во что складываются все черты лица и поведение.

Вряд ли кто-то из современных людей не слышал о синдроме Дауна. И, может, с хромосомами у данных жителей всё было в порядке, но признаки определённо совпадали.

– Хороший, мальчик. Старательный, – похвалил мужчину Кварзиотто с долей нежности. Морда демона при этом приобрела некое умильное выражение, как если бы у хозяина, крайне довольного трюками, выполняемыми его собачонкой. – И ведь сему неразумному созданию удалось указать ещё один смысл своего бытия.

– Используете в качестве рабочих? – высказала предположение Лея.

Додумать его вышло легко. Тем более, что она совсем недавно доносила ту же самую мысль до наместника, пытаясь убедить его в необходимости сохранения хотя бы небольшого количества людей.

Внутри девушки разгорался самый настоящий гнев на телохранительниц. Неужели они настолько привыкли, что она по любому вопросу советуется с ними, что не могли сказать всю правду сразу?! Хорошо ещё, что Ал’Берит не открыто посмеялся над ней.

– Госпоже дано зреть в самую суть, – деланно восхитился демон. – Несмотря на, казалось бы, свою бесполезность, они показали себя достаточно эффективно в качестве разнорабочих. А ведь здесь много. Очень много дел.

– И для каких же целей используете? – первый заместитель решила вернуться на вершину холма. Смотреть на дикарей было невыносимо неприятно.

– Да будет вам известно, что под Питомником находится обширная сеть пещер для выращивания грибов, одного из двух ингредиентов пищи. Из вот этого подножного растения, название коему данаквий, добывается плесень.

– Мха? – девушка даже заинтересованно остановилась. Цвет был однотонным. Никаких налётов. – Где ж на нём плесень?

Смотритель не поленился наступить на растительность своей толстой лапой. В отметине его следа тут же собралась крошечная синеватая лужица.

– Растворена в этой жидкости. Корни у данаквия очень длинные и прочные, – словно любитель ботаники начал разъяснение демон, моментально преображаясь из восточного вельможи в профессора кафедры биологии. – Они достают до глубинных источников. Собирают влагу изнутри планеты, но саму по себе её нельзя использовать без очистки. Очищая, получаем и воду, и плесень, являющуюся вторым основным ингредиентом для пищи. И всем этим занимаются люди!

– Не требуется рабочих из местных жителей, – кисло усмехнулась Лея. – Хорошая экономия средств.

– И между тем труд не даёт утратить несчастным остатки человеческого разума, – добавил веское основание управляющий Питомником. – Да и вашим несравненным очам самим довелось лицезреть, сколь они, недостойные, стремятся стать полезными.

– И где же ещё используете?

– Сбор и уход за личинками, моя госпожа… Да на всех самых простых работах, кроме их собственной бойни!

Кварзиотто улыбнулся. Молодая женщина содрогнулась и попыталась перевести тему.

– И популяция не испытывает проблем?

– Периодически приходится обновлять геном, доставляя новых людей или совершая обмен между различными Питомниками. Слишком близкое скрещивание пользы совсем не приносит, – как только речь зашла о конкретике, в демоне снова проснулся биолог-любитель.

– А если полностью обновить популяцию? Это не вызовет проблем?

– До недавних пор о полном обновлении приходилось только мечтать. Но это было бы прекрасно! Эти существа стали совсем примитивны, а существует необходимость во многих более сложных работах. Даже столь короткий срок разумного существования значительно облегчил бы многие из задач.

– И сэкономил ресурсы, – с лёгкостью заключила Лея. Кварзиотто почтительно склонился, давая девушке понять, сколь гениальна её догадка.

Она обернулась, ещё раз оглядывая поселение. Визит не вызвал разговоров. Жители расползались по хижинам, либо возвращались к прерванным делам … Стоило ли осуществлять свою задумку? Это дало бы человечеству не более сотни дополнительных лет. Но дальше?

– А если вернуть их обратно? На Землю, – с некой долей страха и надежды осведомилась девушка.

– Они постепенно начнут развиваться. В первом же поколении будут зачатки душ. Через три потомки нагонят по развитию остальное человечество. Хотя, конечно, всё ещё зависит от предоставляемых возможностей для тренировки разума.

Фраза решила всё. В ней слышался шанс. Вероятность, что могло быть иначе. Скорее всего, она так и не сумела бы сделать ничего большего. Но быть может когда-нибудь кто-нибудь вернёт людей на Землю. Пусть в силу своих эгоистичных причин, но… Всё началось бы заново. Человечество вновь ступило бы на свой путь. И всё стало бы хорошо. Обязательно. Должно так быть!

– Я хочу подробнее осмотреть окрестности, увидеть какие именно работы выполняют люди. Понять их жизнь от самого начала до конца. И мне нужны данные, какое количество новых человек Питомник может принять дополнительно.


Глава 2

– Госпожа осмотрела всё, что считала нужным? – осторожно уточнил Кхоттаж, когда Лея изъявила желание вернуться в Аджитант.

– Даже более чем, – отрешённо и устало ответила она, а затем подумала, что, быть может, вопрос был с подоплёкой. – Или есть ещё моменты, который стоят моего внимания?

– Пожалуй, вы осмотрели очень много для такого малого времени.

Мысленный вздох от ответа Кхала Рохжа вышел тяжёлым. Около девятнадцати часов, проведённых в Питомнике, не казались ей таким кратким сроком. Осмотр и неспешные пояснения Кварзиотто измотали её. А ведь поначалу, рассчитывая на телепортацию, молодая женщина была уверена, что Ал’Берит преувеличивал насчёт суток.

– Но вы требовали показать жизнь этих людей от начала до конца.

Последнее слово Кхоттаж выделил, заставив главного смотрителя слегка поморщиться. Первый заместитель тут же попыталась вспомнить, что она могла упустить, как догадка громом рухнула на её голову. Конечно же, каков итог всех животных на ферме? Внимание настолько сконцентрировалось на том, как люди станут здесь жить, что совсем позабылось о том, как тем довелось бы… умирать.

– Действительно. Каков же итог их жизни? – обратилась к Кварзиотто Лея, стараясь убрать из речи все интонации. Не то, чтобы ей так хотелось это знать. Просто должно осознать всё. Решение требовало именно этого.

– Госпожа желает осмотреть бойню? – вяло поинтересовался жабообразный демон. Судя по его голосу, показывать эту часть Питомника он не особо желал в силу своих каких-либо причин.

– Желает, – решительно ответила госпожа.


***


А ведь она считала, что после ужаса арен и пыточных готова ко всему. Нет, разум понимал, что предстоящее зрелище ни за что не смогло бы оставить её равнодушной, но… к такому Лея не была готова.

– Особи, предназначенные для убоя, – от одной этой фразы, произнесённой Кварзиотто после телепортации, желудок попытался сделать кульбит. – В основном те, кто достиг определённого возраста и дети мужского пола. Для популяции важнее самки, приносящие потомство. Производителей нужно не так уж много. Иногда ассортимент расширяется, но только по заказу.

Сухие факты. Лея осмотрела помещение, где люди подлежали своеобразной предварительной чистке. С них, ничего не понимающих, состригали волосы равнодушные низшие демоны. Для них это была самая обычная работа.

– Можно и опалить, – заметил Кхоттаж.

– Не стоит расходовать то, что ещё можно использовать, – недовольно произнёс главный смотритель. Ему не понравилось, что Рохжа высказал своё мнение.

Какая-то женщина пыталась играть с отрезанными прядями, по-детски радуясь и смеясь. Её звонкий смех эхом раздавался в каменных стенах. Острые предметы людям, видимо, не доверяли, но после стрижки им выдавали своеобразные губки и направляли в соседний зал, запирая за ними дверь. Там, под указанием демонёнка, злобно зыркнувшего на Лею (видно он не привык видеть людей в таком облике), те сами мыли друг друга. Процесс для несчастных был явно непривычен. Поначалу они боялись, но очень быстро понимали, что от них требуется, и после испытывали новое воодушевление. Если не думать о том, что являлось следующей стадией, то можно было бы найти всё это очень забавным. Ведь человечки веселились, не зная, что их ожидает. А дальше начинался ужас, заставивший впечатлительную девушку надолго забыть о чувстве голода. Пытки и издевательства – это страшно. Но когда убийство превращается в хладнокровное монотонное ежедневное действо…

Одного за другим людей уверенным движением подвешивали за ноги, размещая их с помощью крюка на своеобразной цепи-конвейере. Тонкие тела извивались, напоминая пойманных рыбёшек. Некоторые начинали скулить и жалобно плакать, словно в предчувствии дальнейшего. А оно не заставляло себя ждать. И от будущего отделяла всего-то тоненькая шторка из полупрозрачной светлой кожи. За ней стоны превращались в отчаянные крики, почти мгновенно затихающие и переходящие в еле слышный хрип. Сам воздух, казалось, был пропитан чёрной зловещей смертью. Никто не оглушал людей. Они видели, как шею предшествующего человека плавным единым движением разрезает гладкий острый нож в руке демона. И ничего не могли поделать.

«Элитное мясо», – только и возникли в голове Леи два слова.

Цепь же двигалась. Уже недвижимые фигурки перемещались, чуть пошатываясь от движения звеньев. Кровь стекала в специальные желоба на плитах пола. На запястьях и лодыжках делались надрезы, чтобы одним резким движением стянуть кожу. Затем шло потрошение с сортировкой внутренних органов…

Отрешённо смотреть на грандиозность замысла Питомника не получалось. Рабы… У рабов и то было больше прав! Скот. Именно так. Именно этим словом можно было охарактеризовать селян, обитающих в этих землях. Как люди использовали некоторых животных для разнообразных работ, так и демоны извлекали пользу из них самих. А когда те становились непригодными – шли на убой. Покорно. Как будто, так и должно было быть.

Поневоле Лее вспомнились слова Дайны о том, что ей бы искренне радоваться тому, как сложилась её жизнь. Как же права была демонесса! Все пережитые горести и близко не стояли с той реальностью, с которой она столкнулась нынче. А ведь по должности приходилось следить за домами развлечений. Умом понималось, кем являются люди для жителей Ада. Но «лицезреть своими очами», как говаривал Кварзиотто – совсем иное.

И при этом, даже всё это осознавая, в её голове трепетно билась мысль, что, может, всё и не так грустно получится? Глупая и безрассудная надежда! Над ней можно было бы хорошо посмеяться, не будь ужасающая реальность столь настоящей, что, как говорится, рукой подать.


***


Лея вымоталась. Она пробыла в Питомнике даже дольше запланированного. И во всём своём величии ощущение разбитости пришло, когда она вернулась в карету. Несмотря на пережитое усталость настолько овладела ей, что глаза слипались. Хотелось вздремнуть те два с небольшим часа, которые бы длилось путешествие до замка, но она сомневалась. Проснуться своевременно казалось проблематичным. Дожидаться пока Рохжа разбудят? И снова выглядеть посмешищем?

«Нет. Хватит!» – решила Лея.

Поэтому ей пришлось старательно занимать голову разнообразными мыслями, чтобы хоть как-то отогнать дремоту. В конце концов это удалось настолько, что, достигнув Аджитанта, из кареты девушка вышла преисполненной легендарного второго дыхания. Правда, при этом она чуть не споткнулась, зацепив подол платья, но Кхоттаж успел её поддержать. Первый заместитель благодарно улыбнулась ему, и невозмутимый демон, казалось, смутился. К несчастью, этот инцидент заставил второе дыхание испариться, как если бы его никогда не возникало. А стоило только зайти в кабину лифта, как усталость по полной вновь взяла своё. Лея сладко зевнула, прикрывая ладошкой рот.

И как в таком состоянии вести серьёзные беседы?

Она постаралась снова вернуть настрой. Ведь и правда. Диалог с виконтом предстояло вести нешуточный!

– Ты задержалась, – прокомментировал её появление Ал’Берит, изящным взмахом руки повелевая Рохжа покинуть помещение. Кружевная манжета чуть шелохнулась от этого движения и вернулась в своё прежнее безупречное состояние. – Присаживайся.

Возле стола наместника одновременно с его словами вновь появилось кресло. Оно поднялось из-под поверхности каменного пола, как из глади тихого тёмного озера. Факт наличия сидения порадовал молодую женщину. Несмотря на долгую дорогу в карете, она достаточно набродилась по Питомнику. Ноги всё ещё гудели и требовали продолжения отдыха. Желательно в горизонтальном положении. Увы, последнее не грозило ещё на протяжении нескольких часов. Внеурочная командировка ещё не являлась основанием отлынивать от общественно полезной деятельности в рабочее время.

Лея ступила на первую из трёх обсидиановых ступеней, в края которых впивались зубами чёрные тела мумий. Для неё наступало время своеобразной битвы. Глазница тварей засияли недобрыми огоньками, но особенно одной из них. Та тихо и протяжно захрипела, боясь разжать пасть, но не упускала из виду ни малейшего движения. А затем их взгляды встретились, и ступня в хорошенькой туфельке постаралась мимоходом наступить на гадкую черепушку. Но мумия на этот раз сумела увернуться, да ещё и цапнула зубами подошву обуви. От неожиданности первый заместитель едва не потеряла равновесие, но удержалась и попыталась вырваться.

– Кыш, – всё же шикнул на тварь Ал’Берит, понимая, что старания девушки не приносят ни малейшего успеха.

Мумия перевела жалобный взгляд на хозяина, словно ожидая, что тот переменит мнение и вредная нахалка всё же будет справедливо наказана, но повелитель больше не давал никаких указаний. Нежити пришлось разжать челюсти, чтобы снова ухватиться за край ступени. Иначе её тело утонуло бы в камне окончательно. Лея при этом встряхнула ногой, как если бы отряхивала грязь. Хотя на самом деле пыталась осознать – не возникла ли боль в ступне? Судя по внешнему виду, туфелька вроде не была прокушена, но мало ли? Зубы противницы выглядели страшными. Вот только инфекцию какую-нибудь на ровном месте подхватить не хватало!

– Вот поганка! – не удержалась от эмоциональных слов девушка, прежде чем окончательно подняться по ступеням и сесть в кресло. Демон натянуто улыбнулся, но на фразу ничего не ответил и не возразил.

– И как прошло путешествие? – беспечным голосом поинтересовался он.

От вопроса создавалось впечатление, что его подчинённой довелось побывать на курорте и сейчас ей предстоит показывать фотографии, доказывающие, как хорошо может быть под южным солнышком, а особенно в купальнике посреди морских волн. Лея хмуро взглянула на него исподлобья, но тут же постаралась вернуть своему богатому на мимику лицу более вежливое и подобающее ситуации выражение.

– Это было… познавательно, – нашлась девушка с ответом.

– И… – намекнуло на ожидание продолжения фразы начальство.

– Моё предложение всё ещё в силе. Хотя и с некоторыми поправками в связи с тем, что частично оно уже осуществлено, – решила не тянуть Лея.

«А вдруг он ещё и подробный пересказ захочет?» – ёкнуло сердце.

От самой мысли о таком по коже пробежали мурашки. Нет, хорошо, что она признала свою оплошность сразу же. Лучше уж так, чем выслушивать указание на это от повелителя.

– У меня осталось только одно сомнение.

– Всего одно? – даже искренне удивился Ал’Берит.

– Два, – немного подумав, уточнила его первый заместитель. – Прежде всего, ведь между Раем и Адом существует соглашение. Если переместить людей, то во время ближайшего визита ангелов их также убьют?

– Ни в коем случае, – серьёзно ответил он. – Договор о вторжении предусматривает некоторое исключение из этого пункта.

– Некоторое? – с подозрением спросила молодая женщина. Жизнь в Аду заставляла докапываться до любых мелочей.

– Да. Но для тебя всё именно так, как тебе хотелось бы по данному нюансу.

– Могу я спросить о подробностях? – не унималась она, нюхом чувствуя какой-то нехороший подвох. Ал’Берит хитро и ехидно прищурился, несколько фривольно отклоняясь на спинку своего кресла:

– Не доверяешь?

– Не до конца, – созналась Лея после небольшой паузы, полной сомнений в том, что следует ответить на вопрос повелителя.

– Вот и правильно… Только тогда тебе стоит изучить договор самостоятельно, – ответил демон, усмехаясь. После чего открыл один из ящиков стола и достал огромную, невероятно толстую книгу. Скорее даже фолиант. Любая из виденных Леей энциклопедий меркла по размерам по сравнению с ней.

– Дарю свою собственную копию. Так ты сможешь досконально изучить все подробности.

Подарки от виконта доставались не часто, но угрозы сами по себе они не несли никогда. Поэтому она без опаски пододвинула к себе том. Точнее, сначала попыталась, но одной рукой перемещать такую тяжесть было бесполезно. Пришлось ухватиться двумя, чтобы подтянуть подарочек и рассмотреть его внимательнее. Бело-чёрная тиснёная кожа обложки, с непонятными двойными иероглифами, не воодушевляла на изучение содержимого. Но, уже понимая, что ей доведётся увидеть, молодая женщина всё же раскрыла страницы.

Они оказались из тончайшего, но непрозрачного материала. Одна сторона разворота была белоснежной. Другая – словно сама тьма. Крошечные золотые руны покрывали всё видимое пространство. Языка, на котором сие было написано, Лея, конечно же, не знала. Однако, судя по количеству страниц и шрифту, на чтение, даже если бы она понимала содержимое, пришлось бы потратить не менее полугода вечеров. Во всяком случае, именно столько времени по первоначальному представлению первого заместителя это бы заняло. И уже понимая, что вряд ли когда-нибудь она соберётся на такой подвиг, разочарованная Лея ухватилась за слабую надежду:

– А перевода нет?

– Ни в коем случае! – возразил Ал’Берит, искренне наслаждаясь угрюмым выражением её лица. – Подобные документы во избежание разногласий всегда следует читать только в оригинале.

– Прелестно! – восхитилась она, решив, что всё же захватит с собой «местную прессу». Мало ли чего полезного Дагна отыщут?

Виконт решил вернуть разговор в прежнее русло:

– А второе сомнение?

– Я бы желала лично заниматься делами новой группы людей, – заявила Лея.

– Эта просьба не вызывала даже тени сомнений, – отмахнулся повелитель. – Она будет удовлетворена. Земной сектор Питомника перейдёт в твоё подчинение.

– Значит, я могу надеяться на положительное решение моего вопроса? – обрадовалась она, что всё так легко получается. Затем вдруг вспомнила, что ещё так и не рассказала о новых доводах для создания поселений. – Это действительно необходимо. По сведениям некоторые работы…

– Можешь не продолжать, – скучающе произнёс Ал’Берит. – Причины для утвердительного ответа у меня есть. Так что считай, что оно уже принято. Все необходимые данные о предпочтительном количестве, возрасте и тому подобному запроси у Кварзиотто.

– Я благодарю вас, повелитель, – пожалуй, это было самой замечательной новостью за последнее время! Естественно, что её тут же омрачили новым замечанием.

– Отбором людей для переселения тоже будешь заниматься лично. Приступишь сразу, как только первая волна пройдёт, и на Земле образуется некое подобие порядка.

А вот это было уже намного хуже.

Когда ты спасаешь некое абстрактное человечество, то всё ещё довольно просто. Посмотрела на Питомник, решила, что даже предлагаемые им ужасы лучше, чем ничего. Теперь вот стоило узнать – сколько человек можно вытащить с Земли. А там следовало постараться организовать наиболее приемлемый быт для них… Но вот когда из нескольких сотен предстояло лично выбрать двух-трёх? Собрать кучку, чтобы пройти мимо тысяч?

Ал’Берит знал, что делал. Прекрасно понимал, что действительно стоило доверить своей марионетке, чтобы та ни на миг не прекращала ощущать свои тонкие ниточки. И ведь было не подкопаться. Сама всех взбаламутила. Самой и стоило идти до конца. И начинать с самого начала.

– Я поняла, – ответила вмиг побледневшая Лея.

– Замечательно, – спокойно ответил наместник и достал новый свиток.

Его пальцы ловко вытащили из подставки для письменных принадлежностей огромное чёрное перо с серебряным наконечником. Рука привычно начала выводить изящные символы, а затем и сделала заключительную подпись, больше похожую на схематичный рисунок. Документ, написанный виконтом Ал’Беритом – непревзойдённым наместником города Аджитанта, можно было смело вешать в рамку, как великое произведение искусства, а демон лишь просто и буднично передал свиток в её слегка вспотевшие ладони.

– Вот указ. Исполняй.

Лея взяла свиток, встала с кресла и хотела было уйти, но вспомнила про фолиант. Пусть повелитель думает себе что угодно, но от «подарочка» она не откажется! Пальцы ухватили книгу за обе стороны низа обложки, но та ни в какую не хотела подниматься. Тогда в голову пришло, что можно и «по старинке». Прилагая немало усилий, девушка пододвинула фолиант к самому краю стола, чтобы документ чуть свисал. Наместник наблюдал за сим цирковым фокусом не отрывая глаз. Помогать ей, чтобы лишить себя подобного увеселительного зрелища, он явно не собирался.

Наверное, только богатое воображение, нарисовавшее, как она всё же возьмёт книгу, спустится по ступенькам, а там, стараясь сделать поклон, так и рухнет со своей ношей, позволило избежать подобной ошибки. Умница предварительно поклонилась на прощание и, всё‑таки сумев удачно ухватить том, начала спускаться с постамента. Мумия, понимая, что малейший неосторожный взгляд и эта кипа каллиграфической писанины грохнется на её многострадальную черепушку, затаилась, заставляя Лею злорадно ухмыльнуться. Увы, вес ноши соглашения не позволял подбросить его, чтобы припугнуть гадину ещё сильнее. А дверь из кабинета по доброй привычке раскрылась вполне самостоятельно.

В коридоре уже маячила фигурка Дайны. Демонесса вальяжно опиралась спиной о перила ограждения, поджидая свою госпожу. И, узрев оную, она лениво покинула пост и неторопливо подошла к девушке.

– Держи, – не терпящим тоном возражений сказала её госпожа. В конце концов, силёнок у воительницы поболее будет.

– Милая книжечка, – угрюмо прокомментировала Дайна, но всё-таки приняла фолиант.

Мышцы рук телохранительницы напряглись, но видно было, что удержание документа не доставляет ей таких уж неудобств. Лея, передав свою ношу, свободно вздохнула. От тяжести кисти рук слегка задрожали, но это было временным явлением. Хотя, скрыть его стоило. Поэтому молодая женщина прямиком направилась к себе. Её желание отдохнуть и выспаться никого не волновало.

«Время рабочее – так что соизвольте и проводить его соответственно, госпожа Пелагея. А не то вон там Питомник некий есть. Всегда добро пожаловать», – ехидно прокомментировал мозг, и на душе стало обидно, что такие комментарии отпускает её собственный разум.

В кабинете царило безмятежное спокойствие. Дарра развалилась в кресле своей госпожи. Дорра полулежала на ковре и над чем-то звонко хихикала. Даже Дана и то не занималась бумагами, а спокойно сидела на диванчике с неестественно прямой спиной и закрытыми глазами. Никто из них не посмотрел на вошедших несмотря на то, что руководство соизволило де явиться. Так что Дайна оглядела своих сестёр хмурым взглядом и направилась к письменному столу. Мгновением позже соглашение с глухим, но раскатистым гулом, рухнуло на столешницу. Глаза Даны резко открылись, а остальные Дагна с любопытством уставились на это чудо письменности.

– И чёй-то такое? – поинтересовалась Дарра, не решаясь дерзить раньше времени.

– Подарочек, – Лея ласково погладила кожаную обложку. Белая половина отдавала бережным теплом. Чёрная – ледяным холодом.

– Увесистый, – авторитетно заявила Дайна, наконец-то решив рассмотреть заголовок. Видимо тот её не порадовал, настолько кислым стало лицо Кхалисси.

– Познавательный, – реабилитировала тот девушка, и Дана оглядела фолиант убийственным взглядом.

Кажется, умная демонесса моментально поняла, кому на самом деле предстояло «познавать» это чудо юриспруденции. Правда, на её счастье госпожа от этого взора смутилась. Просьба о переводе буквально-таки застряла в горле. Уж и так слишком много возложено было на плечи этой Дагна. Поэтому Лея обрадовалась, когда Дарра повела разговор в иное русло. Пусть и такое.

– Как поездка?

– Это было… познавательно, – повторила она те же слова, что и в кабинете наместника. Однако на этот раз грустно добавила. – Честно, я думала, что такое от меня не будет скрываться. Неожиданно и неприятно.

– А ты действительно хотела бы знать всю правду? – даже не думая оправдываться, возмущённо сказала Дайна.

«Да!», – хотелось крикнуть ей вслух, но она понимала, что демонесса права, и потому только опустила голову. А затем вдруг подняла глаза от пола и решительно произнесла:

– Я бы не хотела узнавать её так.

Воительница усмехнулась и подошла совсем близко, смотря при этом пристально и неприятно. Её взгляд вышел очень тяжёлым, но Лея его выдержала.

– А теперь ответь. Спасая людей, чтобы отправить их в Питомник, ты намерена рассказать им всё так, как оно есть? Сразу.

– Нет, – пришлось признаться тихим голосом.

Наверное, чтобы простить кого-то по-настоящему, нужно его понять. А это всегда невероятно сложно. Ведь каждый из нас пропускает информацию через маленькую призму, называемую «Я». Ничтожный нюанс, а смысл порой меняется кардинально. Одно и тоже событие имеет уйму сторон и разночтений. Поэтому понять кого-то всегда намного сложнее, чем может показаться. Понять – это полностью примерить «шкуру» другого существа на себя. И сейчас Лею просто-напросто ткнули носом в этот факт. Она и сама сделала бы тоже самое, что и Дагна. Какое же тогда имеет право осуждать их?

– Тогда давай не будем говорить о том, что мы невежливо или несколько нехорошо поступаем с тобой, – заключила демонесса. – Во всяком случае, наш клан хоть как-то старается тебе помочь.

– И я очень ценю это Дайна. Очень… Наверное, мне просто ещё больше не хочется терять уверенность в том, что это действительно так. Что я хоть на кого-то могу положиться в этом мире, – призналась Лея и поняла, что это действительно правда. От осознания истины стало невероятно жалко себя, и она горько пожаловалась. – Вокруг все только и пытаются использовать меня на своё усмотрение!

– Использовать – это когда взаимопомощь без взаимности. И Питомник тому яркое подтверждение, – фыркнула в ответ Кхалисси и хитро прищурилась. – Так ли уж ты ничего не получаешь взамен, чтобы столь расстраиваться?

– Больше, чем могла бы, – была вынуждена согласиться молодая женщина.

– Так живи так, чтобы сильным мира и далее была интересна твоя судьба, – с оттенком беспечности в голосе посоветовала подруга, и первый заместитель горько созналась:

– Боюсь, что мне тут даже стараться не приходится.

– Ещё бы. Всё-то тебе неймётся, – с укоризной вздохнула Дана и, взяв в руки соглашение между Раем и Адом, направилась в архив.

Дарра, храня молчание, последовала за ней, а Дорра вернулась на свой пост в коридоре. Лея осталась наедине с Дайной. Девушка села в своё рабочее кресло и заёрзала. Несмотря на испытываемые ею сильные угрызения совести из-за принесённого фолианта, ей очень хотелось устроиться поудобнее и подремать.

– Ты хоть на этот раз не засни, – словно читая мысли, произнесла телохранительница. – За время твоего отсутствия дел поднакопилось.

– Постараюсь, – ответила она и почему-то искренне улыбнулась.

Дайна, однако, от этой улыбки смутилась, и после продолжительного молчания сурово добавила:

– Да, по поводу доверия кому-то… Никогда не забывай, что все кланы Аджитанта беспрекословно подчиняются повелителю.

– Несколько безвыходное положение.

– Нет, просто следующее из этого заключение тебе не нравится. Полагаться ни на кого не стоит. Никогда.


***


Утро вышло самым обычным. Разве что первой мыслью стало: «Один день». Именно столько времени осталось до начала беспощадной войны…

Войны… О какой войне может быть речь, когда противник даже не сможет сопротивляться? Резня. Вот наиболее верное слово.

И так дурное настроение, преследующее по пятам, упало ещё ниже.

– Если ты и дальше будешь реагировать на моё появление таким выражением на лице, то я отказываюсь заходить к тебе по утрам! – решительно заявила Дайна.

– Неужели всё настолько плохо? – кислым голосом осведомилась девушка.

– Конечно! Я сразу начинаю думать, что во мне не так? То ли волосы растрепались, то ли одежду не так надела.

– Да не. Вроде чёлка-то отросла у тебя, – честно ответила Лея, единой фразой поднимая себе настроение.

– О! У кого-то проснулось чувство юмора, – весело прокомментировала подруга, не думая обижаться. – Настоящий прогресс для такой плаксы.

– Просто всё чаще вспоминаю один мультик.

Что-то внутри никак не могло смириться с обзыванием её плаксой. Да. В последнее время слёзы лились рекой. Но кто бы посмел сказать, что для них нет повода? Демонесса же, мигом потеряв интерес к разговору, из своих соображений о вежливости всё же спросила:

– Что за мультик?

– Про чёртика тринадцатого, – ушки воительницы насторожились. – Была там замечательная фраза. «Люби себя, чихай на всех и в жизни ждёт тебя успех!».

– Прелесть какая! – искренне восхищаясь, ответила заинтригованная Дайна. – А о чём ещё там была речь?

– Боюсь, что сам сюжет тебе не понравится.

– Тогда лучше и не рассказывай. Пусть впечатление останется… Но вот на чём тебе учиться жизни стоило.

– Я и училась… По-своему, – ворчливо заметила Лея, понимая, что действительно пора вставать.

День, как ни крути, обещал стать насыщенным. Война войной, а административный аппарат должен был работать несмотря на такие события. То есть по расписанию. Это рядовые жители, коим не предстояло перемещаться на Землю, могли развлекаться и праздновать. Хотя радовались и собранные войска. Пусть отряды муштровались строгими командирами, дабы избежать в дальнейшем неурядиц с дисциплиной, но там царило не меньшее предвкушение и ажиотаж. Так что до моральных проблем первого заместителя наместника городу не было ни малейшего дела, а потому демоны не собирались давать госпоже Пелагее даже малюсенькой передышки в работе.

Наверное, хуже чем ей было только Ал’Бериту и Аворфису. Им-то предстояло во второй половине дня ещё и столицу посетить, оставив без внимания требовательных подданных. Хотя, всё относительно. Их умственные способности позволяли им вести свои дела без таких трудовых затрат. Во всяком случае, сама Лея была в этом убеждена на все сто.

Свою подчинённую в столицу повелитель, как и всегда, не взял с собой. Поэтому, когда стрелка часов перевалила за середину лилового сектора, первый заместитель позволила себе немного расслабиться, решив сделать пару кружков по кабинету, чтобы размять косточки. Как говорится – «кот из дома, мыши в пляс»! Мышцы сладостно заныли, одобряя подобную прогулку. Но не успела молодая женщина завершить первый круг, как перед глазами возникло нечто красное, с чем она, не успев прервать ход стремительного шага, и столкнулась.

– Ой! – воскликнула Лея, потирая ушибленный нос и отступая назад, чтобы рассмотреть неожиданную помеху. К её удивлению, препятствием послужило тело герцога Дзэпара.

Возможно, будь на нём не доспехи, а обычный наряд, столкновение вышло бы менее болезненным. Но уж так получилось, что он оказался именно в боевой броне из непонятного материала. На ощупь броня была прочной, как металл, и при этом оказалась достаточно гибкой, не стесняющей движений. Пожалуй, только последнее обстоятельство и спасло Лею от какого-либо перелома.

Пока она пыталась свести глаза на переносице, чтобы понять, точно ли у неё ещё существует нос, Дзэпар, скрывая так усмешку, провёл ладонью по остроконечной эспаньолке, в которую плавно переходили узкие полосы его щетины. Даже легко приподнятые уголки губ внушительно смотрелись в величественном облике могущественного Высшего.

– Прошу прощение, Ваше высокопревосходительство, – поспешила принести извинения за инцидент Лея, хотя вина её была весьма мнимой. Затем она поклонилась и с некоторой опаской посмотрела на герцога. Его непроглядные чёрные глаза заставляли ощущать тревогу.

– Принимаю, – произнёс демон низким голосом. Как и обычно, говорил он как бы с ленцой, чуть растягивая слога. И так как после этого замолчал, то она, нарушая повисшую паузу, полюбопытствовала:

– Чему обязана чести вашего внимания?

Конечно, столь светские речи казались неуместными при столь внезапном визите, но ранг нежданного посетителя требовал именно такого обращения. А далее Дзэпар жестом, словно он ничуть не являлся здесь гостем, по-хозяйски предложил ей присесть на диванчик. Между тем из воздуха возникло его любимое кресло в средневековом стиле. Судя по всему, демон желал достаточно длительной беседы. И весьма неофициальной, иначе бы его собеседнице пришлось стоять.

– По делам службы, госпожа Пелагея, – как только девушка заняла предложенное им место, соизволил ответить он словно вопреки её измышлениям. Дагна, находившиеся в это время в кабинете, предпочли отойти как можно дальше к стенам. – Уж приходится вас тревожить.

Внутри Леи всё замерло от резко возникшего предчувствия грандиозной неприятности. Даже нудящий от столкновения, и по её ощущениям опухающий, нос отошёл на второй план.

Неужели в каком-либо деле они с Даной допустили ошибку?

От этой мысли можно было и поседеть! Даже обычные служебные неприятности на прежней работе в офисе банальной фирмы тяжело сказывались на душевном равновесии девушки. Не принимать их близко к сердцу не получалось. А уж вот так. Зная, чем мог закончиться малейший промах… Достаточно было последней выволочки от повелителя, чтобы забыть, что в языке существует такое слово как «халатность» и присутствуют словосочетания: «не знаю», «не умею» да «не могу».

– Его превосходительство Ал’Берит буквально-таки прячет вас от высшего общества, бессовестно находя невообразимое количество приличествующих доводов для подобного действа, – продолжил герцог, и девушка даже расслабилась. Подобное не ассоциировалось у неё с понятием «проблема». Скорее наоборот. – А ведь ваша должность порой обязывает присутствовать при тех или иных событиях. Как, например, сегодняшний вечер в столице. Начинаются пересуды.

– Боюсь, эти пересуды ни разу не смолкали с момента моего назначения, – даже шутливо ответила Лея, заставляя демона открыто улыбнуться.

– И всё же нынче вам следовало бы покинуть Аджитант. Неужели вы откажете мне в такой малости, как наслаждение вашим обществом?

– Увы, у меня просто нет выбора, – стараясь придать своему голосу приличествующее сожаление, отказалась она.

Взгляд на мгновение поневоле упал на стол. На нём покоилась недавно водружённая Даной кипа свитков. Весьма своевременно. Появлялась возможность указать герцогу на завал, но… А не оказалось бы это ещё хуже? Пожалуй, не стоило озвучивать подобные отговорки. Во всяком случае, столь прямолинейно.

– Обстоятельства требуют моего настоятельного внимания, ведь в связи с последними событиями в моё распоряжение перешли ещё и некоторые дела Питомника.

– Вот как? – искренне заинтересовался Его высокопревосходительство и, словно забыв о первоначальной цели визита, полюбопытствовал. – И чем же вам предстоит заниматься?

– Организацией новых поселений, сформированных из захваченных людей.

Предостаточно развитая за последний год интуиция намекнула, что что-то здесь нечисто. Неужели Ал’Берит решил сыграть втёмную, не уведомляя ни о чём герцога?

… Лея не собиралась говорить чего-либо по этому поводу, но болтливый язык не сдержался и добавил. В конце концов, Дзэпар сеньор над землями наместника, и всё равно окажется в курсе всех дел. Рано или поздно. И «рано» ему обеспечила сама девушка своей предыдущей фразой.

– Повелитель также доверил мне руководить отбором подходящих… особей.

– Замечательная мысль с его стороны, – согласился собеседник. – Делая выбор между вами и господином Аворфисом, я бы тоже предпочёл доверить такое тонкое дело именно вам, госпожа Пелагея. И всё же мне искренне жаль, что вам приходится пропускать такое грандиозное зрелище, призванное потрясти всю столицу до основания. Не на памяти и всех демонов происходили подобные события.

– Уверена, что до меня обязательно дойдут весьма подробные красочные пересказы… Но вы в доспехах. Это означает, что под вашим руководством будет некоторое количество войск?

Раз уж её оставляли в покое, то она решила поинтересоваться планом нападения. Ал’Берит ускользал от расспросов на эту тему с невероятной ловкостью и проворством опытного вельможи. Даже на прямо поставленный вопрос он умудрялся ответить ничего не значащими общими фразами.

– В каком-то смысле да. Но заниматься командованием напрямую не в моём желании, тем более что на это есть соответствующие лица. Скажем так, я предоставляю свои войска в их распоряжение. Предпочитаю развлечься самостоятельной прогулкой.

– И как вы считаете, люди смогут оказать какое-либо сопротивление? – задала столь давно беспокоящий её вопрос Лея.

– Сомнительно. Нам известны все основные объекты, которые могут быть опасны. Причём их способность причинять неприятности несёт вред не столько для Ада и Рая, сколько для возможности дальнейшей жизни на планете. Достаточно перемещения отрядов в единый миг времени в такие комплексы, чтобы сломить вероятную оборону. Более того, единовременно с этим будут устранены правительства, нарушена связь и отключена основная подача электроэнергии. Это моментально устранит возможную координацию войск Земли. Возникнут, конечно, небольшие стычки, но они не столь актуальны, чтобы называть их таким словом, как «сопротивление». Основная «битва» займёт всего несколько минут.

– Но ведь у обычных жителей остаётся шанс ускользнуть, – заметила первый заместитель.

Конечно, ситуация выглядела безвыходной. Но, быть может, хоть кто-то и выживет самостоятельно?

– Позвольте поинтересоваться, госпожа Пелагея. Вам известно, что учёные Земли уверены, что предшествующие Homo Sapiens виды исчезли повсеместно?

– Да, – с тенью сомнения согласилась она.

– Так вот. Небезосновательно. Кроме того, замечу, что их устранение являлось более тяжёлым делом, ибо энергия душ не была столь велика в то время. Почуять же человека, если на него предварительно не нанесены специальные защитные руны, и вовсе труда не составляет.

Лея невольно вспомнила, как во время побега Дагна разукрасили её лицо и ладони бордовой краской. После чего с сожалением вымолвила, попутно радуясь, что хотя бы на использование Питомника решилась:

– Достаточно безрадостная картина для человечества.

– Ну что вы, – отмахнулся демон. – Вы даже не представляете, сколько людей искренне обрадуется, узрев подобное нашествие. «Избранных» предателей своего рода, мечтающих о бессмертии и иных благах, невероятно много… И для чего им далось так это бессмертие? Большинство даже за столь короткий срок своей жизни не знает, чем себя занять.

– Сомневаюсь, что и они будут долго ликовать, Ваше высокопревосходительство, – искренне прокомментировала заявление обладательница бесценного опыта.

Верить в благодарность со стороны жителей Ада, а тем более ангелов, за подобное не приходилось. Герцог даже поморщился:

– Само собой. Такие ничтожества не вызывают ничего кроме отвращения и желания воздать по заслугам за их служение.

Фраза для самой Леи не вызвала двоякой трактовки. Ожидать таких несчастных могла только ещё более страшная участь, нежели остальных живущих.

– Подобных человечков можно некоторое время использовать для выявления скрывающихся групп. Люди ведь столь любят собираться в стаи при опасности. Всегда готовы принимать новых «выживших»… А это приводит к более лёгкому обнаружению. Как из-за предательств, так и из-за более сильного сигнала энергии душ.

– Предусмотрены абсолютно все моменты.

Печальная улыбка сама собой возникла на её лице. Можно было не задавать оставшиеся немногочисленные вопросы. Наверняка и на них имелся не менее чёткий план действий.

– До мельчайших подробностей, – довольно подтвердил герцог и встал с кресла. Сидение сразу начало неспешно таять в воздухе. – К сожалению, вынужден оставить вас наедине с возложенными на вас заботами, госпожа Пелагея.

– Наша беседа доставила мне удовольствие, – попрощалась в свою очередь она, делая реверанс.

Герцог исчез, оставляя вместо себя чувство опустошённости. И как можно было надеяться совершить ещё что-либо? Как приходило в голову сомневаться в гениальности стратегов Ада?

Молодая женщина раздражённо села в кресло и посмотрелась в маленькое зеркальце. Нос лишь немного покраснел и даже не думал опухать, как ей казалось. Беспокоиться о нём не стоило, так что можно было смело возвращаться к прочтению ранее отложенного документа. Бессмертие‑то ей явно не грозило, но, чтобы сохранить свою жизнь, оставалось быть хоть немного полезной демонам… И для этого занятия предоставлялись все возможности в виде ещё не разобранной кипы документов.

Увы, как бы бойко ни шла работа, Леено ведомство всегда работало на пределе своих возможностей. Шатко балансировало на грани между «вроде разобрались» и «ещё чуть-чуть и завал». А тут ещё и за Земным сектором Питомника следить пришлось бы.

– Госпожа Пелагея, – отвлекла, уже вникшую в суть просьбы, изложенной в свитке, первую заместительницу наместника Аджитанта Дана. – Я сделала перевод первых страниц соглашения. Можете посмотреть и сделать вывод, стоит ли его продолжать?

Взяв тонкие листы, разделённые на две части ровной линией, Лея вчиталась в текст. Голова мгновенно отказалась воспринимать содержимое. Обычная документация, с которой ей доводилось иметь дело на Земле или в Аду, даже близко не стояла с тем, что она держала сейчас в руках. Перевод Рая вышел не лучше витиеватых, тяжело воспринимаемых речей ангелов. Версия Ада настолько изобиловала бесконечными примечаниями и сносками, что одно предложение умещалось на целый лист мелкого почерка. В любом случае, суть вроде и была перед глазами, и между тем бессовестно ускользала.

– А если кратко и основные моменты? – из приличия она заставила себя прочитать все четыре страницы перевода, хотя уже давно могла бы остановиться.

– Я и так позволила себе это сделать, – обиженно пояснила Дана.

– А если пересказывать, то это уже сказка про тысячу и одну ночь, – сделала неутешительный вывод девушка. – Благодарю тебя за работу, дальнейший перевод не понадобится.

– Наконец-то уяснила, сколь глупо верить, что без тебя чего-то не предусмотрели?

Ехидная интонация Дайны оказала благотворное влияние и на этот раз.


***


Ал’Берит отошёл от основной свиты и позволил себе облокотиться на перила крошечного балкончика. Кхал Кхоттаж тенью проследовал за ним. Рохжа крайне неуютно чувствовал себя, ведь остальные Высшие не дозволяли низшим кланам присутствовать во время таких процессий. Наместнику эта неловкость лишь доставляла удовольствие.

Кислота, выделяющаяся из желёз в основании пальцев и покрывающая те до кончиков острых, словно бритва, когтей заставляла поверхность камня, на котором возлежали руки Ал’Берита, слегка шипеть. Демон не обратил на это никакого внимания. Столицу хранили достаточно мощные заклинания, чтобы последствия не были необратимы. Величайший город Ада восстанавливал сам себя. Ещё бы, столько демонов в одном месте! Если бы не самостоятельная регенерация, то от него давно не осталось бы камня на камне. Поэтому взгляд Хранителя летописей не задержался на перилах, а устремился дальше.

С высоты балкона открывался непревзойдённый вид на необъятную главную площадь подземного города, сплошь покрытую прямоугольниками легионов. Демонические войска стояли там в полной готовности. Они лишь ждали сигнала. И до последнего оставалось совсем немного. Одно слово и целому миру должно было вновь встать на колени перед могуществом превосходящих сил. Грандиозность замысла и величие момента завораживали.

Ал’Берит слегка повернул голову в сторону, расположенной на том же уровне, что и балкон, площадки, где собралась остальная свита во главе с самим Князем Светоносным. Архитектура скрывала от его взгляда основные события, но ему это и не требовалось. Достаточно было отражения в жаждущих расправы и крови глазах легионеров. Затем он, как если бы событие, ради которого виконт намеренно посетил столицу, вдруг перестало его занимать, повернулся к площади спиной и обратился к стоявшему неподалёку демону глубоко задумчивым голосом:

– Знаешь, Кхоттаж, в последнее время перед моим взором достаточно часто мелькает образ моего второго заместителя. Господина и барона Аворфиса, – титул и имя наместник произнёс с холодной насмешкой. – Причём почти всегда в сопровождении своей супруги… Яркое подтверждение тому, что и демонам доводится впускать в себя то чувство трепета к другому существу, желания обладания и заботы, что люди называют коротким словом «любовь». Вот только в отличие от человечества большинство из нас прекрасно может справиться с биохимией своих тел, чтобы не допустить возможного губительного влияния этой эмоции.

– Истинно так, мой повелитель, – бесстрастно согласился Кхал Рохжа.

– А скажи-ка мне, Кхоттаж, позволял ли ты испытывать себе нечто подобное? – вкрадчиво поинтересовался Ал’Берит, смотря на подчинённого свысока. Он был всего на пару сантиметров выше того, но это не мешало его ярким лиловым глазам словно пронзать вынужденного собеседника насквозь.

– Для моего клана подобный вопрос не столь актуален. Если ты ценишь женщину, то никогда с ней не будешь, мой повелитель, – ответил серокожий демон, намекая на то, что готовые к рождению дети клана Рохжа вынуждены были поедать внутренности матери, прежде чем выбраться из её чрева. Таким уж являлся единственный способ получить жизнеспособное потомство.

Наместник, казалось, задумался, но затем его взор вновь вернулся к площади. Своевременно. Согласно сигналу пламя массовой телепортации взмыло ввысь, почти касаясь края балкона.

Вот оно. Начало и конец. Или наоборот? Конец и начало. И сколько ещё раз замыкался бы этот круг?

– Решительно не понимаю, к чему стоило делать из этого такую тайну! – без приветствия начал возмущённую речь герцог, вставая около виконта. Задуманное свершилось. Князь покинул свиту, и предоставленные самим себе Высшие демоны спешили воспользоваться обретённой свободой. – Это только лишило меня удовольствия наблюдать за всем с самого начала.

– В неизвестности есть своё неповторимое очарование, – прежде чем выйти из своего состояния задумчивости ответил Ал’Берит, с ходу понимая, о чём идёт речь. Дзэпар позволил не утруждать себя избавляться от запаха человека, дабы сократить вступительные речи.

– Вот только сомнительно, чтобы женщина оценила его по достоинству, – рассмеялся он. – Но я доволен! Каковы бы ни были последствия этого… прототипа, всё ведёт к одному. Так что можешь продолжать, только с одним условием.

– Вы обязательно будете присутствовать, Ваше высокопревосходительство. Никак не смею разочаровывать вас в этом моменте.

– Замечательно, – довольно произнёс Дзэпар. – Ты по-прежнему не желаешь посещать Землю?

– Человечество и так узрит предостаточно демонов. Вы же знаете, что я предпочитаю несколько иные развлечения.

– И всё равно не следует отказывать себе в разнообразии, – с укоризной возразил собеседник и язвительно добавил. – Вот почему я столь долгое время предпочитал общество Ахриссы.

– Для неё ныне настали наиприятнейшие времена.

Баронесса была достаточно молода, а потому не застала предыдущего вмешательства. Так что в том, что кровожадная демонесса не упустит свой шанс повеселиться на Земле, сомневаться никому не приходилось.

– Ты прав. Однако наш разговор следует прервать, я не желаю упускать время. Вторжению и так суждено стать весьма коротким действом.

– Не смею задерживать вас, Ваше высокопревосходительство.

Они раскланялись, и Ал’Берит вновь остался на балконе в обществе Кхоттажа. Повелитель Аджитанта посмотрел вниз. Пустоту площади нарушало медленное шествие пары демонов. Аворфис неспешно вёл куда-то под руку свою супругу.


Глава 3

Утро для Энн-Мари не задалось. Началось всё с того, что ни свет ни заря её звонком разбудил бывший муж и снова стал угрожать, что натравит юристов и заберёт детей. Он требовал значительную сумму денег, которой у неё просто-напросто не имелось в наличии. Брать очередной кредит было непозволительно, да и факт вымогательства изрядно раздражал. Как вообще она могла строить отношения с этим человеком? Почему не увидела раньше истинное лицо? Теперь постоянные скандалы доводили женщину до безумия, и она боялась, что в конечном счёте нервные срывы приведут к тому, что муж действительно сможет получить опеку над Джонни и малышкой Кэт.

Чтобы хоть как-то разрядить обстановку Энн позвонила своей младшей сестре Сьюзи и предложила той прогуляться с детьми в местном парке. Поэтому-то сейчас они неспешно брели по солнечной аллее, ведя перед собой коляски с дочурками. Джонни был уже достаточно взрослым, чтобы бегать вокруг сестёр, постоянно отвлекаясь на маленькие чудеса утренней природы. Всё внимание женщин занимал оживлённый разговор о бывшем Энн и возможных путях решения проблемы, а потому они не замечали, как за ними следит неопрятно одетый парень с мутными, постоянно бегающими красноватыми глазами.

Грег, а именно так звали этого молодого человека, крайне нуждался в деньгах. Последняя доза наркотика давно была израсходована, а в долг дилер больше ничего не давал. Да и после того, как парень отвратно показал себя в качестве бегунка, о том, чтобы халявно ширнуться, приходилось лишь мечтать. Даже на шмаль бабла не хватало. Тащить с хаты было нечего, вот он и решил опробовать себя в новом деле. Утро же показалось ему прекрасным временем для кражи. Никто не ожидал неприятностей. Да и идущие впереди женщины выглядели дурочками, полностью вовлечёнными в диалог. Плотная дамская сумочка, беспечно болтающаяся на кончике ручки одной из колясок, манила. Всего-то и нужно подойти чуть ближе, сделать рывок и бежать без оглядки. Грег уже внутренне собрался, чтобы осуществить задуманное злодейство, как проклятый мальчишка подскочил к матери и, дёрнув ту за край блузы, восторженно пропищал:

– Ангелы!

Женщина сначала не отреагировала на слово, считая поступок обычным баловством и воображением, но ребёнок проявил настойчивость и указал в небо пальцем. Взоры Грега и остальных людей поблизости машинально устремились ввысь.

– О, мой Бог! – восторженно воскликнула Энн-Мари.

Сьюзи взволнованно ахнула и схватилась за ладонь сестры, словно в поисках опоры и поддержки.

В лучах утреннего солнца на безупречной синеве неба выделялись силуэты плавно спускающихся трёх прекрасных созданий. Они образовывали треугольник таким образом, что их лица смотрели в разные стороны. Всё смирение, скорбь и печаль отражались во взглядах. Белоснежные одежды и крылья не оставляли сомнений, что мальчик оказался прав.

Грег потёр глаза грязной ладонью. Дозы ведь не было, да и обычно его посещали совсем иного рода видения. Джонни же с детской непосредственностью подбежал к посланцам господним и открыто улыбнулся им. Энн-Мари только и могла, оцепенев, наблюдать за происходящим.

– Мама! Они настоящие! У них действительно есть перья! – радовался мальчик.

Один из ангелов нарушил на миг композицию, ласково погладив ребёнка по голове, а затем всё пространство покрыл невероятно мягкий тёплый свет. Ненадолго. Всего на несколько секунд, а затем привычные краски вернулись в мир. Правда, теперь он казался несколько серым и, как будто, пустым. Вот только некому было это осознать.

Люди лежали везде, где им довелось упасть. Малышка Кэт словно заснула. Энн-Мари, случайно скинув свою сумку, соприкасалась руками со Сьюзи. На каждом лице царила блаженная улыбка. Даже у Грега, как будто прислонившегося к стволу старого ветвистого дерева, чтобы передохнуть от суеты будней. Пожалуй, таким счастливым его видела только мама в очень далёком детстве. Открытая, ничем неприкрытая радость. А вокруг первозданная тишина и блаженное умиротворение. Безмятежное спокойствие волшебного прелестного сна… Только вечного… Никто из пришедших в то утро в парк больше не дышал.


***


– Ну и в качестве прикола, – решил завершить оставшийся час вахты Денисочкин байкой про Великую Отечественную.

Мичман, страдающий в ту ночь бессонницей, а посему добровольно подменивший расклеившегося от простуды Васька, с удовольствием слушал очередную историю болтливого начальника.

– Немец спать хочет, а слышит, что русские что-то всё копают и копают. Ну, он высовывает голову, в каске, естественно, из окопа и кричит дурным голосом: «Эй, ти. Рус. Чиго всю ночь копаешь? Клад ищещь?». Ну, а кто-то из наших тихонечко так. Эдак душевненько и отвечает: «Что надо, то и копаем. Сюрприз будет»…

Рассказ прервался непонятным грохотом на нижней палубе крейсера, заглушившим тихий смешок слушателя байки, и мгновенно погасшим светом ламп. В наступившей тишине мужчины молча тревожно переглянулись.

– Ёшкин кот! – искренне удивился мичман и посмотрел на потускневшие экраны мониторов, показывающих только помехи.

Он постучал по одному из них пальцем, надеясь столь простым, но надёжным и проверенным поколениями способом устранить возникшую неполадку, как те моргнули в последний раз и погасли. Видимо что-то произошло и с запасным генератором. Вокруг воцарилась темнота.

Денисочкин, бормоча под нос что-то матерное, ибо, прежде чем нащупать нужный предмет, он предварительно уронил нечто металлическое и тяжёлое себе на ногу, включил порядком запылившийся от неиспользования фонарь. После чего выразительно посмотрел на собеседника. Самому-то ему покидать мостик инструкция не позволяла. Борис выругался в сердцах, но делать было нечего. Вызвался Родине служить – так служи исправно.

– Второй-то фонарь найдётся? – только и спросил он.

– Да. Был где-то.

Денисочкин выдвинул ящик и, отодвинув в сторону ненужные вещи, достал оттуда продолговатый тёмный предмет – карманный фонарик. Мичман взял его и проверил на работоспособность. Свет загорелся сразу и заскользил ярким пятном по стене. Так что Борис довольно крякнул и вышел на палубу. Ледяной ночной ветер, казалось, пронизывал тело насквозь, так как впопыхах мужчина забыл накинуть тёплый плащ. Эх, по температуре и не сказать было, что сейчас начало весны.

«Холодная какая-то выдалась», – недовольно подумал моряк, ёжась.

Воды привычно спокойно шумели, плескаясь о металлический борт военного корабля. Вокруг стояла тишина. Такая, как будто ничего и не происходило минуту назад. Но мудрое сердце тревожно колотилось о грудную клетку. Вроде и обычно всё выглядело, да только неправильно как‑то. Что-то не так.

Первые два шага стали самыми сложными, а потом Борис подумал, что пора прекращать трястись. Подумаешь дурное предчувствие! С чего он взял, что нечто масштабное произошло? Половину оборудования давно менять надо. Вот и всё! И настоящий русский моряк такой чепухи, как поломка, бояться никак не должен.

С этими прогоняющими страх мыслями мичман сделал ещё несколько шагов, только более уверенных, как вдруг перед ним возникли красные угольки глаз. Уж вертикальные зрачки не дали бы ни с чем иным спутать такое.

Нестыковка увиденного с ожидаемым, столь отличное от всего понятного и объяснимого явление, заставили руку мужчины затрястись. Но та мужественно направила слепящий луч света, чтобы разглядеть непонятицу подробнее. Правда, толком рассмотреть мичману существо не удалось. Однако ему хватило и беглого взора на огромную пасть, открывшуюся под близко посаженными глазами.

– Ёшкин кот! Вот так тварь!

Перепуганный голос казался чужим, но Борис сумел выхватить табельное оружие и начал стрелять в темноту, ибо фонарик от неловкого движения выключился и упал под ноги. Затем обойма кончилась.

Мичман попытался оглядеться в блёклом свете луны, надеясь, что невиданная тварь сдохла. Но разглядеть ничего не вышло. Тогда он наклонился, нащупал фонарь и хотел его включить, как ноги оплела светящаяся красная петля. Она обожгла лодыжки, заставляя кожу буквально вскипеть. Мужчина закричал от боли, а потом его ещё и внезапно подняло высоко в воздух. Но это дало некоторое преимущество. С высоты существо стало значительно лучше видно.

«Вот тебе сюрприз будет», – пронеслось в голове Бориса, и он со всей силы швырнул бесполезное оружие прямо между глаз твари, совсем не ожидающей подобного обращения со своей персоной.

Хватка плети резко ослабла, и мичман стремительно отлетел в сторону. На его счастье ударился он о гладь воды, а уж выплыть на поверхность опытному моряку труда не составило. Практически сразу Борис заметил, как по палубе в звёздном свете пронеслась ещё одна фигура, похожая на предыдущую тварь. А затем по всему кораблю раздались отчаянные крики.

– Ёшкин кот! – сквозь зубы процедил мичман и быстрыми гребками поплыл прочь от крейсера.

Твари его преследовать не стали.


***


– Ты веришь в существование Рая? – поинтересовалась шёпотом Люси.

– А то, – шутливо ответил он и заговорщицки подмигнул. – Разве не ангел во плоти со мной?

– Я серьёзно! – надулась девушка, хотя комплимент достиг своей цели и вызывал её белоснежную улыбку. – Ты веришь в Рай и Ад?

– В Аду я по семь дней в неделю бываю. Это моя работа создавать для других Рай, – снова отшутился президент и обнял малолетнюю любовницу, валяющуюся на кожаном диване его загородного кабинета. Её глупая болтовня его абсолютно не интересовала. Скорее наоборот. Раздражала. Пожалуй, уже настала пора избавляться от этой девчонки. Она ему порядком поднадоела.

– Ты невыносим! – тая в его объятиях, проворковала Люси и томно вздохнула.

Его руки при этом привычно скользнули под короткую юбку школьной формы. Девушка, почти девочка, глупо захихикала в предвкушении, но игриво постаралась казаться недоступной, одёргивая одежду вниз. Тотчас её тонкие запястья оказались зажаты крепкой хваткой мужчины, и в его глазах от подобного возражения ласкам засветилось вожделение.

– Как же я своевременно, – возрадовалась Ахрисса, возникая из ниоткуда в естественном облике.

Она шаловливо поправила свои прямые чёрные волосы, постриженные каскадом, и, наслаждаясь внесённым ею замешательством, уставилась на парочку, так и не успевшую слиться в сладострастных объятиях. Люси глупо приоткрыла красивые пухлые губки и выпучила огромные голубые глаза, становясь похожей на аквариумную золотую рыбку.

– Но, кажется, вы меня не ожидали, – демонесса, приветливо улыбаясь, подошла совсем близко.

Школьница на некоторое время замерла, не отрывая испуганного взгляда от пугающего её лица Ахриссы, а затем вдруг взвизгнула и уже намеревалась закричать, но баронесса прервала это намерение взмахом своей шестипалой кисти. Длинные острые когти без труда проткнули грудную клетку, и всё же на этом демонесса не остановилась. Она резко повернула руку, превращая туловище в фарш из лёгких и костей, и вытащила ладонь с зажатым в ней, ещё бьющимся сердцем. Движение не потребовало ни малейших усилий. Люси, словно кукла, тут же обмякла и упала на пол с дивана.

Президент смог более умело сориентироваться в ситуации. Пусть в его голове и пронеслись многочисленные сюжеты о фильмах про монстров, но он осознавал, что существо вполне может быть некой экспериментальной генетической разработкой. В любом случае, за лучшее ему показалось попробовать узнать, что этой твари от него нужно. У политика его класса всегда имелся шанс договориться.

– Чего вы хотите? – напрямик спросил он, судорожно пытаясь застегнуть недавно расстёгнутую ширинку и одновременно косясь на свежий труп. Ему совсем не хотелось превращаться в нечто подобное.

– А вдруг всего лишь поцеловать? – кокетливо предположила Ахрисса, откусив кусочек от сердца девушки, и пронзительно посмотрела мужчине прямо в глаза.

– О, моя госпожа, – послышался мгновением позже хрипловатый голос.

Под действием гипноза суккуба президент, забыв про пуговицы на брюках, рухнул на колени и пополз к ногам демонессы, не обращая внимания на лужицу крови. Ахрисса тихо и тоненько захихикала, дабы раньше времени не всполошить охрану громкими звуками. Ещё очень хотелось поиграть. Поцелуи покрывали её изящные стройные ножки, оканчивающиеся копытцами, но вскоре это ей наскучило. Демонесса отшвырнула сердце, словно яблочный огрызок, наклонилась и несильно зажала шею мужчины меж двух длинных пальцев.

– Я хочу тебя, – со всей страстью, страдая от съедающего его плотского желания, воскликнул политик, приподнимаясь.

В эту минуту он и правда не видел ни рытвин на лице баронессы, ни отсутствия носа, ни того, как полные губы раскрылись, обнажая редкие конусообразные иглы зубов. Перед его взором была только самая прекрасная женщина из всех, что он видел. И он был в шаге от того, чтобы обладать её восхитительным телом, пьянящий аромат которого будоражил воображение.

– Ты и правда хочешь, чтобы я тебя поцеловала? – словно она была самой скромностью, прошептала демонесса. Густые ресницы, как вуаль, трепетно прикрыли её раскосые жёлто‑салатовые глаза.

– Я жажду этого! – простонал президент.

Ахрисса вздохнула, как если бы совсем не желала дальнейшего, и поцеловала мужчину. В тот же миг наваждение спало с него. Глаза его округлились, он замычал. С подбородка потекла кровь, и вскоре человеческое тело обмякло в объятиях демонессы. Жестокая красавица сплюнула на пол откушенный язык и недовольно посмотрела на свою игрушку.

– Слабак, – с обидой произнесла она и сжала между ладоней голову мужчины. Та лопнула словно спелый арбуз.

Баронесса привычно слизнула с губ солоноватую кровь длинным раздвоенным языком и отпустила мёртвое тело. Основная часть возложенной на неё миссии была окончена, так что теперь можно было расправиться и с остальными человечками в этом здании.

«И это будет… сладко», – подумала она.


***


– …Собака! – в панике выругался Амир, терзая кнопки умершего телефона.

Не работала даже экстренная связь. А иначе связаться с руководством и доложить обстановку он не мог. В голову не приходило ничего дельного. Обычный солдат не знал, как следовало действовать в подобной ситуации.

Свет аварийных ламп узкого извилистого коридора секретной базы замерцал на краткое время, после чего загорелся несколько ярче, сообщая о приближении пришлого. Серые стены окрасились кровавым оттенком, нагоняя ещё больший ужас от происходящего.

Мужчина выглянул из-за угла. Пока никого ещё не было видно, но он знал, что скоро пришлый появится. Непременно. И он понимал, что им был малаика, но называть его так у него язык не поворачивался.

Быть может, Амира обманывали собственные глаза? Или, скорее всего, то были происки врагов? Неверных. Уж слишком не хотелось верить в настойчиво возникающие мысли. Да и чем могли они столь прогневать Аллаха? Иль может сейчас испытывается вера?

Солдат прижал к себе автомат. Возможно, ему стоило прекратить бежать. Ведь он видел, какая улыбка озарила остальных, когда божественный свет коснулся их тел и душ. Чего же он так боится? Ведь малаика призван беспрекословно выполнять все приказы Аллаха. Как он – простой человек, может идти против воли Творца и Господа всего сущего?

Амир ужаснулся собственной непочтительности и откинул бесполезное оружие в сторону. Он раскинул руки, готовясь принять в свои объятия свет, дарующий блаженство, и вышел из-за угла.

– Во имя Аллаха Всемилостивого и Милосердного! Хвала Аллаху, Господу миров…

Малаика ласково улыбнулся, и мир прекратил своё существование для Амира.


***


Самый обычный вечер в саванне. Великое солнце было уже совсем низко. Оно настолько потеряло силу, что его силуэт легко скрывался за скромной соломенной хижиной. Лишь последние оранжево-красные лучи озаряли пространство, даря надежду на возвращение света после ночного покоя. Золотые нити неба протянулись над темнеющей землёй. Мир готовился к ночи, но… Хишне не обращал внимания на его красоту.

Мужчина вертел в тонких жилистых руках страусиное яйцо. Днём женщины проделали в нём аккуратное отверстие, перемешали содержимое тонкой палочкой, а затем вылили жидкость и запекли в золе своеобразный омлет. Тогда пустая скорлупа перешла в руки мужчины. До сезона дождей ещё много раз взошло бы и опустилось солнце. Но, в конце концов, когда тучи покроют небо, чтобы живительная влага излилась на сухую землю, Хишне вставит в это отверстие сноп травы. Стебли прекрасно собирают капельки, и потому вода должна была накопиться внутри яйца, обеспечивая дальнейшую жизнь племени, которое между тем собиралось у единого костра. Ещё немного и вокруг огня рассядутся все жители, и старейшина начнёт повествование о духах предков.

Хишне гордился своей общиной. Он родился в большом сильном племени хороших охотников. С любовью мужчина оглядел соплеменников. Вот их сколько! У огромного костра помещались только в несколько рядов. Много воинов, много женщин, много детей. И, несмотря на скудность саванны, всем пока хватало пищи. А потому не надо идти работать на фермы, как поступали многие другие племена. Дано помнить общине своё прошлое. Дано жить так же, как жили до них деды и прадеды. Не оставляли своих потомков духи предков!

Мужчина поднялся с порога хижины и сел рядом с остальными.

Пламя лизало сухие ветки. Охватывало их, поднимая к небу яркий сноп искр. В огне что-то периодически потрескивало. Этот шум умиротворял и вносил в слова старейшины некий иной, более глубокий смысл. А старик всё шептал и шептал, и в детских глазах вместе с отблеском пламени горело искреннее любопытство.

Ещё один вечер в саванне. Ещё одна наступающая ночь. А завтра предстояло настать новому рассвету. Жизнь продолжалась. Ещё немного и вырастут дети Хишне. Сыновья станут добытчиками. Дочери принесут новых детей. Великий круг жизни беспрерывно замыкался и начинался заново. И радостно от этого было на душе самого лучшего охотника племени.

Неожиданно темнота озарилась короткой вспышкой. Старейшина прекратил свой рассказ на полуслове и с опаской посмотрел в сторону столь быстро исчезнувшего света. Хишне, как и остальные воины, приподнял копьё и встал на ноги. Женщины и дети в страхе сбились в кучу за спинами мужчин…

Тишина.

«Может, и не было ничего?» – подумал воин, но сердце подсказывало обратное.

Хишне сжал крепче древко оружия, предчувствуя опасность, и тут же отпрянул – в круг света вступил злой демон. Он был невероятно высок, доставая до верхушки дерева, росшего у края стоянки племени. Чёрное тело, словно из эбонита, венчала голова, схожая с бычьей. Из огромных ноздрей вылетали облачка дыма, за плечами виднелись огромные крылья. В руках демон держал суженный к середине с обеих сторон длинный жезл, покрытый крошечными бугорками.

Охотник, конечно, вкладывал в определение «злой» своё собственное понятие, но эмоциональное состояние существа вполне соответствовало этому слову. И даже больше.

«Это ж надо было довериться жребьёвке!» – внутренне негодовал посланец Ада.

Более мелкие демоны отправились в города, внося хаос и разрушение в жизни тысяч людей, а он? Какое-то жалкое племя! Демон утешался лишь тем, что по возвращении он обязательно найдёт шутника, внёсшего в список первой волны этих людишек. Ярость захлёстывала его настолько, что хотелось как можно скорее доделать своё дело и вернуться обратно для долгого приятного мщения.

Без излишнего пафоса он повернул обе составляющие жезла по разные стороны от центра. Часть бугорков мгновенно взлетела, наполняя воздух гудящим жужжанием. Несколько сотен мух ринулись на людей, облепляя их тела. Не было ни криков, ни воплей. Невероятно болезненный укус практически сразу парализовал тело. Тёмная кожа африканцев посветлела, вены их синели и вздувались. Глаза ещё беспокойно бегали, но это являлось концом.

Демону не было интересно досматривать действо до последнего. Он исчез в пламени телепорта.


***


Сару давно сторонились все жители города, а родня отказалась иметь любые отношения с женщиной. Но её это устраивало. Ведь кем те были? Лишь глупыми суетливыми человечками, тратящими свою короткую жизнь на размножение и оплату счетов! Им бы стоило беспокоиться о вечном! Развивать своё сознание и служить истинному Хозяину!

Они смели презирать её!

Глупцы!

Не понимали, что она сильная колдунья. Более того, в свои неполные двадцать пять – уже верховная жрица великого ордена, все члены которого нынче собрались в старой заброшенной школе.

Пустынная местность обладала прекрасной гиблой энергетикой. Когда-то здесь произошла серия убийств, а вскоре и сильное землетрясение. Здание, стоявшее на окраине, неплохо сохранилось несмотря на то, что люди давно покинули посёлок. Большой актовый зал с ещё целыми скамейками вмещал чуть ли не тысячу членов ордена, собравшихся из разных городов и стран ради такого события в одном месте. Призывание Хозяина. Сатаны… Сегодня должен был быть зачат Антихрист!

Может, ради этого и родилась Сара? Да! Это и есть её истинный долг!

Женщина почувствовала прилив гордости и сил, удобнее располагая своё обнажённое тело на холодной твёрдой поверхности алтаря, специально сюда привезённого. Она постаралась освободить разум, и вскоре монотонные слова жреца, начинающего обряд, ввели её в транс.

Между тем в зал ввели маленького мальчика, накачанного наркотиками до пены изо рта, чтобы тот не сопротивлялся, нарушая важность и торжественность момента. Его глаза закатывались, а удерживаемое младшими жрецами тело безвольно висело. Сара сама занималась покупкой жертвы. Можно было бы и выкрасть, но опыт доказывал, что легче приобрести ребёнка из приюта, где «замяли» бы дело, чем ссориться с полицией. Деньги позволяли делать всё быстро и без проблем.

Мальчик был так же обнажён, как и Сара. Все остальные кутались в чёрные однотипные мантии, скрывающие лица под глубокими капюшонами. Громкие певучие слова верховного жреца звонко наполняли всё пространство, заставляя присутствующих чувствовать себя единым целым. Их голоса тихо вторили его речам. Заклинание плелось, впитывая в себя силу всего ордена.

– Жертва! – услышало тускнеющее сознание Сары.

Четверо послушников привязали ребёнка к перевёрнутому кресту и поместили его горизонтально над телом женщины, возлежавшей на алтаре. Жрец медленно и глубоко перерезал жертве горло, и кровь, смешиваясь с наркотической пеной, с силой брызнула на белую кожу избранной. После этого крест с жертвой закрепили в изголовье алтаря. Остриё ножа тут же неторопливо поползло по груди и животу несчастного мальчика, оставляя за собой красную извилистую полосу рисунка. Сара не видела этого, но моментально почувствовала сильное возбуждение. Её тело было готово принять в себя семя. Она слегка изогнулась, словно во время оргазма.

– Приди к нам! – гулко призывал жрец на древнем языке.

Неожиданно двери зала распахнулись. Головы большинства присутствующих машинально обернулись в сторону, противоположную алтарю. В проёме замаячила фигурка худощавого старика, одетого в рясу и несущего огромный крест с распятым на нём деревянным Христом. Падре Аарон, ставший настоящей головной болью для руководства ордена, никак не мог оставить сатанистов в покое.

– Одумайтесь! – начал было он проповедь, но, увидев кровь и убитого ребёнка на перевёрнутом кресте, сотворил знамение. – И да пусть падут на вас небеса! Господь Всевышний да откроет пред вами геенну огненную!

Верховный жрец уж было отдал приказ, чтобы помеху схватили, как вдруг пространство зала наполнил тёплый свет, и за спиной падре возникло два высоких величавых белокрылых существа. Аарон обернулся. Узрев такую могущественную поддержку, он округлил глаза, но вера была сильна в нём. Священник продолжил, ощущая себя посланцем Господним, призванным вернуть заблудших овец на путь истинный:

– Узрите же силу и величие Бога истинного!

Жрец растерялся. Члены ордена тоже не были готовы к такому развитию событий. Призывали-то они своего Хозяина, а тут…

Сара тем временем привстала со своего ложа и, не стесняясь наготы да размазывая кровь по телу, прокричала:

– Приди же к нам, Сатана!

Словно в ответ на её зов возле алтаря полыхнуло пламя, но оно не испугало женщину. Наоборот, наконец-то свершалось то, чего она так ждала. Жаждала. Сара захохотала. Человеческая жертва придала верховной жрице достаточно сил для вызова дьявола… Точнее, двух его слуг.

Извечные противники посмотрели друг на друга, и одно из Адских созданий что-то прорычало.

– Накладочка вышла, – сказал демон на своём языке, обращаясь к ангелам. Как они все сумели оказаться на одном и том же объекте – загадка. Всё же предусмотрено и не один раз проверено было.

– Предоставим это вам, – уступил старший из ангелов и положил свою руку на плечо священника. Тело Аарона моментально обмякло, а затем создания Рая исчезли, и восторг засверкал в глазах всех членов ордена.

Двери зала резко захлопнулись, запирая людей. Однако никто из собравшихся не думал убегать. Верховный жрец стоял на коленях и восторженно причитал слова молитвы. Поэтому демоны злорадно переглянулись и развернули искрящиеся от электричества плети. Вот только стоило им занести руки для удара, как их кнуты раскалились, словно были сделаны из металла.


***


Герцог Дзэпар с наслаждением ступил на асфальтированную дорогу и осмотрелся. Разговор с Ал’Беритом и ещё одно дело достаточно задержали его, чтобы наиболее умные люди сумели оценить возникшую опасность и разбежаться, словно тараканы, по укромным уголкам. Во всяком случае, по их мнению это было так. Демон же прекрасно ощущал трепет энергии душ в окружающей город атмосфере страха. Он даже радовался, что пик первой волны почти прошёл. Намного интереснее играть с добычей, то давая ей шанс на выживание, то нагоняя.

…Какой-то тощий человечек с острым носом выбежал из-за угла и поспешил рухнуть на колени.

– Повелитель, я буду верным слугой!

Герцог недовольно поморщился. Мало того, что обращение принижало его истинный ранг, так и инцидент нарушил ощущение внутренней гармонии. Это не позволяло наслаждаться запланированными намерениями и далее. Маленькая «букашка» испортила всё настроение! Ему нужна была добыча, а не падаль. Конечно, такие существа приносили свою пользу, но заниматься подобными делами лично не хотелось. Совершенно. Поэтому могущественный демон нахмурил брови, и, повинуясь его воле, изо рта человека начал изрыгаться пищевод, а затем и прочие внутренности. Глупца буквально выворачивало наизнанку.

Узрев дарованное наказание, некто неподалёку истошно закричал. Его высокопревосходительство с ленцой повернулся на звук, так уже просканировал местность, а потому выяснил, что там скрываются две женщины. Столь близкое присутствие неплохой добычи частично вернуло ему хорошее расположение духа. Он пошёл навстречу новым игрушкам.

Ими оказались совсем молоденькие девушки. Они вдвоём пытались спрятаться за машиной, припаркованной возле какого-то бара, и даже не понимали, сколь прекрасно их видно в отражении зеркальной стены. Подобная глупость развеселила Дзэпара настолько, что он рассмеялся вслух. Обстановка места событий ему тоже понравилась. Она как раз подходила для одной из самых любимых его задумок…

«Прекрасно», – подумал демон.

Девушки замерли, скованные волей герцога Ада. Их ноги словно перестали слушаться. Любая попытка пошевелиться ни к чему не приводила. Исчезла даже возможность говорить! А потому игрушки Дзэпара ощутили страх, доведённый почти до паники, когда он предстал перед ними. И это доставило ему несравненное удовольствие. Ноздри демона затрепетали, вдыхая нежный и сладкий, но неощутимый для обычного человека аромат отчаяния и безумия.

– На колени, – приказал он, дабы окончательно утвердиться во мнении, чего на самом деле стоят эти жертвы, и снял обездвиживающие чары.

Обе девушки, не задумываясь, послушно исполнили указание. При этом одна из них всё же осмелилась взглянуть в чёрные, словно сама тьма, глаза. И хотя взгляд она тут же отвела, видимо лицо человеческого облика Дзэпара натолкнуло её на безрассудную мысль. Девица начала стягивать верхнюю одежду, предлагая себя. Герцог на это ничего не сказал, но сделал вид, будто заинтересован. На самом деле это было не так. Достаточно предсказуемая и наивная реакция не затронула никаких эмоций кроме скуки.

Как можно верить, что этим возможно подкупить многотысячелетнего демона?

Смешно. Проходили века, цивилизация сменяла цивилизацию, считая прежнюю крайне примитивной и недостойной, но женщины каждой из них в схожей ситуации всенепременно продолжали снимать одежду, надеясь «договориться». В большинстве случаев. В остальных либо падали в обморок, либо были уж слишком рьяными религиозными фанатиками только и способными призывать на помощь своё божество… Увы, исключения оставались по-прежнему редки.

Наконец, на девушке, вряд ли разменявшей второй десяток лет, осталось только крошечное ажурное исподнее светлого цвета, и из-за этого стало видно совершенство её фигуры. Однако помимо хороших форм, у неё были ухоженная загорелая кожа, чёткий овал лица, аккуратные брови. Волосы оказались красиво уложены, а длинные ногти ровно подпилены. Почти на всё нанесена соответствующая краска.

Дзэпар сделал вывод, что человек любила себя и своё тело. Старалась украсить его.

– Только оставь мне жизнь. Оставь мне жизнь, – без перерыва хрипловато шептали нежные губы малинового цвета.

– Хм, а хотите, я оставлю её вам обеим? – великодушно предложил Дзэпар.

– Да, – подала голос другая девчонка. Не менее красивая, но более юная и пугливая.

– Тогда у меня будет всего одно маленькое условие, – он указал ладонью на зеркальную стену. – Посмотрите на себя.

Девушки единовременно развернулись в сторону бара. На поверхности стекла отражались они сами и герцог, в руке которого загорелся чёрно-красный дымчатый шар. Затем ладонь Дзэпара чуть сжала сферу. Девушки начали стареть. Быстро, но при этом достаточно медленно, чтобы суметь в полной мере воспринять это. Сначала у них появились морщины в уголках глаз и рта, иссохла кожа рук. Потом одрябли мышцы. А там ещё хуже.

Ужас в глазах, так и оставшимися молодыми и прекрасными, доставлял Высшему демону неописуемое удовольствие. Он наслаждался тем, как человечки ошарашенно водят руками по своим лицам и телам. Безумие стремительно охватывало их хрупкий разум, а он вдыхал его сладкий аромат… А затем Дзэпар довольно рассмеялся и завершил процесс. При этом жизни он, как и говорил, своим жертвам оставил. Другое дело, что людям внутренних возможностей их организмов оставалось от силы на несколько часов.

Его высокопревосходительство пошёл дальше по улице с присущей ему величественной осанкой.

На асфальте возле модного бара умирали две немощные страшные старухи.


***


Лея сидела на краю кровати и немигающим взором смотрела на часы. Стрелочка неумолимо двигалась вперёд. Молодая женщина при этом осознавала, что при невероятном количестве запланированной на завтра работы следовало передохнуть. Но не могла этого сделать. Ведь уже больше часа человечество стиралась с лица планеты.

– Может, хватит заниматься самогипнозом? – предложила Дайна перед тем, как оставить госпожу в одиночестве.

– Не могу больше ни о чём другом думать.

Демонесса вышла. И то верно. Тема, на которую хотела бы поговорить девушка, была давно рассмотрена со всевозможных сторон. Чего ещё обговаривать?

Она опустила лицо в ладони, и практически сразу чья-то тёплая рука легла ей на плечо. Лея вздрогнула и резко подняла голову. Это был второй раз, когда Ал’Берит появлялся в её комнате. И снова внезапно.

От неожиданности она быстро заморгала и словно оцепенела. Но быстро пришла в себя. Причём настолько, чтобы осознать, что повелитель выглядит задумчивым и отчего‑то не спешит говорить о цели столь странного визита. Зачем он пришёл?

– Иногда слова кажутся только лишними, – мягко и негромко пояснил виконт в ответ на её ожидающий пояснений встревоженный взгляд.

Сейчас демон выглядел тем, кем ей уже долгое время хотелось его увидеть. Словно он вновь приоткрывал завесу, давая узнать в нём кого-то отличного от привычно хладнокровного повелителя. Это заставило Лею невольно улыбнуться и немного расслабиться. Но не настолько, чтобы не заметить:

– Однако без них многое так и остаётся загадкой.

– Несомненно, – спокойно подтвердил Ал’Берит, а после с некой отрешённой интонацией добавил. – Но чаще всего между словами таится совершенно новая неизвестность.

– Тогда, может, иногда действительно стоит просто помолчать? – подумав, предложила девушка, уставшая искать во всём какой-либо иной, скрытый смысл.

– Возможно и так.

На удивление, демон снова согласился, и потому она с сомнением и подозрением уставилась на него. Ал’Берит тем временем сел рядом на кровать. Руки он положил себе на колени и слов более не произносил. Так что некоторое время в комнате царила тишина, никем и ничем не нарушаемая. Даже дышать захотелось крайне осторожно, чтобы не вспугнуть ту ни единым звуком. Портили наваждение только разнообразные суматошные мысли, наполнившие голову. И, в конце концов, Лея, поняв, что при таком раскладе ни за что не сможет успокоиться, не выдержала:

– Зачем вы здесь?

– Всё-таки молчание оказалось не самой лучшей идеей?

Он посмотрел на неё со знакомой хитринкой в глазах, и Лея искренне улыбнулась, временно забыв о своём твёрдом намерении никогда не прощать Ал’Берита и не радоваться его обществу. А после даже ответила его словами:

– Возможно и так.

– И всё равно. Иногда слова кажутся лишними, – нежно произнёс демон после некоторой паузы и ласково провёл ладонью по её щеке.

Свет единственной лампы, которую она не потушила, ярким блеском отражался в полупрозрачных зелёных глазах, и молодая женщина вдруг ощутила себя мотыльком, готовым лететь на опасное манящее пламя. В тот момент ей не хотелось раздумывать сколь сильно огонь способен опалить такое хрупкое существо. Знакомые приятные мурашки пробежали по её коже. Чувства и желание близости затмевали разум. На миг она ещё испытала лёгкую досаду на себя за то, что обещала ненавидеть Ал’Берита, а сама обняла… Но в следующее мгновение оставила все сомнения, невольно придвигаясь ближе к нему, чтобы тихо прошептать перед поцелуем:

– Возможно и так.

Мужские руки в ответ нежно скользнули по её спине и вдруг слишком крепко сжали талию, причиняя неожиданную боль. Машинально Лея приглушённо вскрикнула, и хватка тут же ослабла. Ал’Берит резко отодвинулся, сбрасывая возникшее между ними наваждение. Постепенно демонический лиловый огонь в его глазах, заставивший молодую женщину, не ожидавшую увидеть нечто подобное, напрячься, снова превратился в застывший зелёный лёд. А затем он уверенно поднялся с кровати в намерении уйти, но она глупо удержала его за край рукава с надеждой, что это его всё-таки остановит. Сердце отчаянно и глухо колотилось о грудную клетку. Какая-то пугливая надежда и смутный страх переполняли.

Ещё совсем недавно Лея решила, что нужно ухватиться за последнюю неофициальную встречу, как за превосходное средство для прекращения всех отношений с повелителем. Тем более, он сам стремительно отстранялся от неё. А сейчас… Сейчас Ал’Берит вновь оказался столь близок. И… она и сама не могла объяснить, зачем пытается вернуть его! Просто не могла никак иначе.

– Останься, – прозвучала жалобная просьба обычной живой женщины, способной по воле чувств совершать бездумные поступки.

Демон неторопливо обернулся, загораживая своим телом лампу. Лицо его выглядело бесстрастной маской, а глаза посмотрели ей прямо в глаза. При этом в его взгляде она не могла различить ни единого понятного для человека чувства. Это был взор абсолютно иного и чужого существа, мыслям и желаниям которого навсегда суждено остаться загадкой для её скромного разума.

Ал’Берит взял Лею за руку. Такое простое соприкосновение вызвало новую волнующую бурю эмоций внутри неё. А после на некоторое время они так и застыли, покуда демон резким рывком не дёрнул девушку на себя, заставляя её тем стиснуть губы от боли. В единый миг она вновь оказалась в его крепких объятьях.

– Люди невероятно безрассудные существа, – задумчиво и тихо сказал он, начиная ласкать её тело. – А нам иногда так хочется вкусить хоть кусочек этого безумия.

– Разве это столь плохо?

– Зависит от того, что делать с этим в дальнейшем… Но мне ближе всего совсем недавно услышанное мнение, пусть и основывалось оно на несколько иных доводах.

– Какое же? – спросила она, но Ал’Берит прикоснулся своей горячей ладонью к её рту, призывая к молчанию. После чего улыбнулся и, словно наслаждаясь фразой, повторил:

– Иногда слова кажутся только лишними.

Его пальцы неторопливо двинулись к подбородку Леи и приподняли её лицо, чтобы ему было удобнее коснуться мягких податливых женских губ. А затем он отстранился и, прежде чем поцеловать девушку вновь, с нежностью прошептал:

– Будь осторожнее в своих желаниях. Когда хочется объять необъятное, всегда можно встретиться со взаимностью.


Глава 4

– …как того и требовало соглашение, не устранённых людей за три дня осталось не более одного процента от общей численности человеческого населения планеты. Так что, госпожа Пелагея, вы вполне можете посетить Землю для осуществления, возложенной на вас, задачи, – подвёл итог своему краткому рассказу о недавних событиях Ал’Берит. – Сопровождать вас будет не только клан Дагна, но и Рохжа.

– Будет исполнено, повелитель, – Лея поклонилась, чтобы скрыть от взора виконта сожаление в глазах.

Серокожие демоны никак не вписывались в своевольные планы девушки, желающей дополнительно скрыть хоть какое-то количество людей и на Земле. Как Дагна смогут наносить защитные руны под таким контролем?

… О том, что ей ещё только предстояло сообщить своё пожелание Дайне, Лея старалась не думать. Вряд ли бы демонессу это «заманчивое» предложение обрадовало. Наверняка тут же резонно поинтересовалась бы: «А что, если этих людей обнаружат?». Руны легко навели бы на первого заместителя наместника Аджитанта. Кому же ещё такое могло понадобиться? А там и на саму Кхалисси. Это понимала даже Лея.

Она разогнула спину и немного поморщилась. Нанесённое клеймо ещё болело. Ал’Берит между тем продолжал находиться у края подиума и равнодушно смотрел на стоящих перед ним подчинённых. Позади девушки стояли Дайна, Дарра и Дорра. Лея для обеспечения собственной безопасности рассчитывала обойтись таким малочисленным отрядом. Во всяком случае, чтобы по возвращении не разгребать завалы, Дану с несколькими телохранительницами по-любому следовало оставить в замке. Нет, конечно, клан Дагна не был столь мал, чтобы не взять кого-либо ещё. Просто не хотелось. Дайну же удалось убедить, что она никуда не стремится уходить за пределы лагеря. Та поверила… Или сделала вид, что поверила.

На самом деле Лея особой опасности от мирных жителей не ожидала, а от мелких неприятностей было способно защитить и платье из мифрила, которое она стала носить ежедневно под низ другой одежды. От тех же пуль оно послужило бы прекрасным бронежилетом.

– Отправляетесь немедленно, – неожиданно запоздалое предупреждение Ал’Берита ни коим образом не подготовило её к тому, чтобы через пару секунд очутиться в совершенно ином месте.

Она оказалась в каком-то городе. Пустынные серые коробки бетонных зданий со всех сторон окружали каменную мостовую большой пятиугольной площади с памятником в центре. С серого хмурого неба моросил дождь, дул прохладный ветер, но было достаточно тепло.

Возле молодой женщины, словно окружая её от родного мира, стояли демоны. Трое Дагна по одну руку, трое Рохжа во главе с Кхоттажем по другую. Ал’Берит немного впереди, а за ним трое Стражей. По массивным браслетам на их плечах Лея поняла, что перед ней низшие командиры.

– В ваше распоряжение переходят три взвода, – обратился повелитель к своему первому заместителю, одновременно давая демонам понять, кого им стоит слушаться и чьим приказам внимать. – Можете начинать инструктаж.

После этих слов наместник покинул место действия, мгновенно растворяясь в воздухе. Лее уже не раз доводилось видеть телепортацию без «спецэффекта» в виде пламени.

– Почему так? – по-детски поинтересовалась она однажды у Дайны, сверля ту любопытными глазами.

– Огонь – это как сигнал оповещения. Техника безопасности. Чтобы по ту сторону перемещения все отошли от ограничивающего контур пространства.

– Но ведь всё происходит так быстро!

– Для осуществляющего телепорт всё намного безопаснее. Для других же времени достаточно, чтобы убраться куда подальше. Поверь, никому не хочется, чтобы внутри его тела оказалось иное существо. Это заставляет поторопиться… Конечно, только если тебя не удерживают на месте насильно, – подруга звонко расхохоталась, словно припоминая что-то. – Одно время была даже такая казнь.

– И почему тогда иногда перемещаются без этого огня? – решив не зацикливать своё внимание на весёлом смехе, осведомилась госпожа.

– Разве что Высшие. Они-то вполне могут проверить будет ли кто-нибудь в радиусе приёмной точки телепортации.

Итак, Ал’Берит покинул Землю, оставляя свою подчинённую на растерзание собственным страхам. Руководитель и командир из неё был никакой. Во всяком случае, за время работы на столь высокой должности в Аду она проявила себя именно так. Отдавать указания ей всегда казалось невероятно сложной миссией, ибо, зачастую, и додуматься до постановок задач казалось чем-то недостижимым. А уж когда, приветствуя тебя, трое огромных демонов преклоняют колено в ожидании не заготовленных заранее речей…

Сглотнув слюну, первый заместитель постаралась собраться с мыслями. Она знала, что длительная «вторая волна» заключается в том, чтобы отлавливать людей, избежавших встречи с ангелами и демонами. То есть тех, кому посчастливилось не оказаться на значимых военных объектах, а также в крупных городах или больших скоплениях народа, привлекающих «первую волну».

«Спроси, какое было у них назначение раньше!» – потребовала первая мысль, основанная на неуёмном любопытстве.

«И какое тебе должно быть до этого дело?» – лениво выдала логика, после чего зевнула и скрылась в глубинах разума, уходя на покой. Она посчитала, что полностью выполнила возложенную на неё миссию.

Лея, в поисках подсказки для начала речи осмотрелась. Местность загораживали Стражи, Рохжа и Дагна…

«И что ж их всех по трое-то?» – выдала гениальную мысль наблюдательность, ничуть не помогая сориентироваться в обстановке.

«Трижды три – это девять», – грандиозно «посодействовал» довольный собой интеллект…

Хм, а действительно подсобил.

– Сколько в распоряжении каждого взвода единиц? – решила уточнить численность вверенного ей «войска» Лея. Наконец-то молчание было нарушено.

– По дюжине, госпожа, – ответил Страж слева.

Легко было понять, что имеется ввиду адская дюжина. То есть тринадцать. Ответ и лёгкие математические расчёты привели разум в равновесие. В конце концов, ситуация обговаривалась с Даной. Тут же девушка вспомнила и о шпаргалке. Она достала из-за манжеты в несколько раз сложенный листочек и развернула его. Уж лучше позорно зачитать, чем забыть какой-либо важный момент.

– Так. Необходим лагерь вблизи питьевой воды. Там предстоит собирать людей в возрасте до двадцати пяти лет, – монотонным голосом любителя двоек по чтению зачитала Лея.

Ей было невероятно сложно разобрать свой собственный корявый почерк. Она рассчитывала переписать шпаргалку «когда-нибудь потом», но так и не собралась в течение пары дней. А там внезапный вызов в кабинет повелителя нарушил все планы. Хорошо ещё, что вообще вспомнила о листочке и спрятала его за манжету.

Дайна рекомендовала сократить возраст до двадцати, а то ещё меньше. Этого требовали и интересы Питомника, и общее количество людей, что предстояло отобрать. Даже один процент от населения планеты был предостаточным числом для нахождения нужных трёх тысяч с небольшим переселенцев. Но по этому вопросу Лея была непреклонна, руководствуясь извечным «а вдруг».

– Желательно, чтобы там были подобные многоквартирные здания, чтобы не расширять площадь временного поселения. Кстати, из последнего следует, что необходимо обеспечить лагерь пищей, – взгляд Леи ненароком упал на обречённое лицо подруги, мученически закатывающей глаза. Видимо дословно зачитывать шпаргалку совсем не стоило. – Кхалисси Дайна уточнит остальные подробности.

Взгляд «осчастливленной» Леей (нашедшей грандиозное решение своей проблемы) демонессы полностью передавал испытываемые ею эмоции. Молодая женщина тем временем подошла ближе к Кхоттажу, стоявшему вместе с остальными Рохжа чуть в стороне. Наверное, они старались делать вид, что вообще не принадлежат к этой странной компании, но развернуться и уйти просто-напросто не могли.

Ал’Берит направил с Леей свою «правую руку», и это не очень-то радовало первого заместителя, так как означало лишь то, что повелитель намерен следить за ней досконально. Буквально за каждым шагом и движением. Но, как бы её ни расстраивало общество Рохжа, был у них и существенный плюс. Те умели самостоятельно телепортироваться. Так что в женской голове мгновенно сформировалась задумка, а шило в известном месте потребовало её незамедлительного осуществления.

– Если я пожелаю переместиться в некое определённое место на Земле, вы сможете меня туда перенести? – поинтересовалась она у Кхала, машинально приглушая голос.

Прекрасно услышавшая эти слова Дайна грозно посмотрела на свою госпожу, словно напоминая, что не так давно кто-то уверял её в том, что станет исключительно чинно и мирно вести себя «ниже травы, тише воды».

– У меня есть только основные ориентиры. Но если покажете на карте, куда бы вы хотели попасть, то это вполне возможно, госпожа Пелагея.

Лея довольно кивнула в ответ, а затем, решив, что как-то сомнительно, чтобы демону было известно местоположение её маленького родного городка, осмотрелась и сразу нашла то, что искала. Поэтому она, оставляя Дайну и далее заниматься инструктажем, в компании Кхоттажа направилась к книжному магазину. Во всяком случае, огромная вывеска на фасаде здания над входом гласила именно об этом. Дверь оказалась открыта. Так что внутрь удалось войти без препятствий, а, проходя мимо стеллажей нужного отдела, легко нашлось искомое. Она развернула на столе с кассовым аппаратом карту и ткнула пальцем в крошечную точечку, обозначающую родные места.

– Туда, – указала первый заместитель наместника Аджитанта.

Да, она знала, что никогда не застанет родных там. Но ведь были друзья, да и просто знакомые. Если они живы, то почему бы не начать спасение именно с них?… Может, это являлось несколько эгоистичным деянием, но разве кто-либо иной поступил бы иначе на её месте? Городок-то скорее даже посёлок дачного типа. Многоэтажки лишь в центре. Никаких важных объектов. Его жители вполне могли уцелеть.

– Кого госпожа желает взять с собой? – тактично поинтересовался Кхоттаж, заставляя Лею подумать о факте, что Дагна не смогут самостоятельно совершить подобное путешествие.

Пришлось поднять взгляд от карты и посмотреть за стекло витрины. Дайна ещё не освободилась, а по лицам стоящих у входа в магазин Дарры и Дорры было не понятно, что их больше расстроит. Прямое указание, что раз они не умеют телепортироваться без соответствующих ориентиров и артефактов, то им придётся принять помощь кровного врага, или же то, что их здесь оставят? Приходилось делать нелёгкий выбор.

– Только вас будет вполне достаточно, – решила Лея.

Брать всех Рохжа без Дагна на её взгляд выглядело ещё хуже, чем предыдущие две вероятности.

– Как пожелаете.

В голосе Кхоттажа появилась ворчливая нотка, но предлагать госпоже взять кого-либо ещё для охраны ему не позволила гордость. Не признаваться же при враждующем клане, что так ему будет спокойнее?

Воистину, Ал’Берит знал кого свести вместе, чтобы создать максимально возможное количество интриг и проблем! Лее оставалось лишь суметь воспользоваться возникшей ситуацией самой. Не только же Высшим демонам получать от своих козней удовольствие.

– Только примите человеческий облик, – сообразила молодая женщина.

Вряд ли люди с распростёртыми объятиями выйдут навстречу серокожему демону. Это она привыкла к странным обликам жителей Ада. На Земле же из-за такого знакомства нынче можно было бы нарваться на кинутую своеобразными партизанами гранату из-за угла.

… Думать, откуда у рядового обывателя вообще может взяться граната, мозг уже не желал. Ему хватило первой идеи воображения для пробуждения здравого смысла.


***


Они оказались на одной из главных улиц городка, давившей своей пустынностью. Вокруг никого не было видно. Лея с лёгкой тревогой посмотрела на сопровождающего её демона. В истинном облике Рохжа почти не имелось ничего человеческого, однако не узнать Кхала, последовавшего её указанию, было невозможно. Казалось, что нельзя найти ничего схожего, кроме специфического разреза глаз, но… перед ней словно стоял брат Кхоттажа, если бы тому довелось иметь родню среди людей… А так, обычный молодой парень с русыми волосами и мягкими светло‑карими глазами, выправкой чем-то неуловимо напоминающий военного. Хотя одежда самая простая. Брюки, футболка на выпуск да поверх плотная рубашка с длинным рукавом.

– А они обязательны? – указала Лея на выделяющуюся в облике неизменную перевязь с мечами.

– Можно создать иллюзию, но для города, подвергшемуся оккупации, это не столь критично. Оставшиеся люди вряд ли ходят с пустыми руками, поэтому изумление скорее вызовет безоружный незнакомец.

Пояснение выглядело логичным. А то, что мечи… Так сомнительно, что все обыватели нашли огнестрельное оружие. Да и мало ли коллекционеров? Поэтому она воздержалась от дальнейших возражений.

Конечно, в последние года девушка бывала в родных местах редко, а потому город каждый раз казался ей чуть иным. Жизнь-то не стояла на месте. Всё менялось. Однако сориентироваться, чтобы понять, куда довелось телепортироваться, получилось легко. Они находились совсем близко от её родного двора. Машинально Лея подошла к знакомому переулку и застыла.

Нет. Не стоило идти домой.

Семьи давно не стало. Вполне возможно, что в такой родной квартирке живут уже совсем иные люди. Разве что можно было поискать Мурчика – любимого кота. Но это, скорее всего, только навредило бы ему.

Она посмотрела на молчаливо и терпеливо следующего за ней Рохжа. Он не был Дайной, а потому не стал бы задавать лишние вопросы, но… пояснить свою выходку всё же следовало.

– Для новых поселений в Питомнике нужно жильё. Строительство каменных многоэтажных бараков займёт значительное время, а временные хижины не вместят нужное количество особей на ограниченной по размерам территории. Поэтому я хочу проверить, находящееся здесь неподалёку производство сборных домов. Возможно, используя эти материалы, проблему получится разрешить, – объяснила Лея своё путешествие в родной город с более логичной точки зрения, только что пришедшей ей в голову. Почему-то оправдания для себя ей всегда было значительно легче выдумывать, нежели ставить перед исполнителями задачи.

– Как пожелаете, госпожа, – невозмутимо сказал демон.

Намекать, что можно было кого-либо иного вместо себя отправить, Кхоттаж не стал. И молодая женщина этому искренне обрадовалась, представляя, чего бы уже наслушалась от Дагна. Возможно, присутствие Рохжа имело значительно больше плюсов, чем она могла представить в самом начале.

Идти по родным улочкам оказалось очень приятно несмотря на то, что они были пустынны. Вероятно, сказывалось на восприятии ещё и вечернее время, но воспоминания захлёстывали, словно цунами.

Вот школа. Столько лет, проведённых там от звонка до звонка. Трёхэтажное здание казалось таким маленьким и приземистым, а ведь когда-то… и потолки выше, и коридоры шире. А вот универмаг – теперь, судя по вывеске, какой-то сетевой продуктовый магазин. А ведь раньше там можно было купить самые разнообразные безделушки… Парк. Сколько первых свиданий произошло именно здесь?

Лея не удержалась и подняла грязно-коричневый прошлогодний лист клёна с подтаявшего на краю асфальтовой дорожки снега, смешанного с красновато-оранжевым песком. Длинный склизкий черенок, давно утративший упругость, изогнулся меж её пальцев.

– Красивый какой! – восхитилась она и понюхала вялый лист.

Конечно, приятного аромата не было. Лишь пыль дороги, гниль и сырость начала весны. Но это её совсем не смутило. Лея всё равно наслаждалась, и лицо её при этом выражало блаженство на грани с эйфорией.

– Может, стоит вернуться, а сюда направить соответствующий отряд? Тем более что подобный склад можно найти в любом другом месте, – предложил не столь счастливый Кхоттаж. Уже почти часовая безрезультатная прогулка демона нисколько не радовала. А красота прошлогоднего листа внушала опасения в адекватном состоянии доверенного ему человека.

– Нет-нет. Осталось не так долго, – ответила возражением девушка и, кутаясь в пальто, снятое с манекена одного из магазинов, с сожалением заставила себя идти несколько быстрее.

Мост через реку с частично отсутствовавшими уж как несколько лет перилами словно служил границей между городом и наступающей окраиной. За ним начиналось что-то вроде садоводства, но в крошечных домиках на маленьких участках жили не только летом. Там круглый год кипела своя жизнь. Только зимой более тихая и размеренная, хотя и резко меняющаяся на выходные. Лабиринт кривых улочек и переулков не запутал бы Лею никогда, поэтому она решительно направилась вглубь него. Пусть теперь её дорога и петляла, зато значительно сокращала расстояние до завода, чем если бы они следовали по асфальтированному шоссе. Конечно, приходилось быть и бдительной. Некоторые дома поменяли свою окраску, какие-то перестроили на вполне уютные мини особнячки. И вот тот фиолетовый, скрывающийся за серым рифлёным забором, с небольшой башенкой и украшенный белыми звёздочками, казался весьма симпатичным. Самый настоящий замок для безумной сельской принцессы.





– Лея! – вдруг послышался громкой мужской оклик.

Девушка, уже столь привыкшая к тишине, нарушаемой лишь редким гавканьем собак да криками птиц, вздрогнула и обернулась на знакомый голос. Какая-то фигура спрыгнула с чердака сарая ближайшего дома на огромную копну сена, прикрытую чёрной плотной плёнкой, съехала по подмёрзшей сушёной траве и быстрым шагом направилась к ней.

– Андрюшка! – искренне обрадовалась она, узнавая в силуэте друга. Радость было не передать словами. Живой ведь. Живой!…

Когда-то Лея встречалась с Андреем. Но они расстались из-за какой-то ерунды, а там было сделано решение о переезде в другой город, где, как она предполагала, открывалось больше возможностей. Примирение стало и вовсе невозможным. Во всяком случае, ей так казалось. Уже во время первого приезда к родителям непредсказуемая судьба столкнула её с этим парнем в здании вокзала. Он стоял с огромным букетом цветов и смотрел на неё. Лея, смущаясь и не понимая с чего бы ему вдруг так встречать её, постаралась пройти мимо, но он поздоровался. Она ответила. Завязался разговор. Оказалось, что у него есть новая девушка, и он ждёт, когда приедет поезд с другой. Бывшая подружка не расстроилась, так как и сама уже была в отношениях, и казалось, о чём дальше разговаривать? Но парень в знак примирения вручил букет. А там как-то так вышло, что дружить с Андреем оказалось намного проще, нежели строить некое совместное будущее. Периодически они встречались и часто переписывались, не выходя за рамки дружбы. Однако в последние три года дела завертели обоих так, что виртуальным сообщениям пришлось исчезнуть. Андрей ушёл с головой в создание своей фирмы, а Лея в постройку новых отношений, увы, снова оказавшихся неудачными.

Так что так. Старые друзья или просто неплохие знакомые – даже не ответить. Но сейчас, увидев крепкую, плотную фигуру Андрея, Лея обрадовалась. И даже больше. Счастье переполняло душу. Она даже не ожидала, что ещё способна на такие яркие и чистые эмоции. Они были настолько сильными, что по её щеке скатилась слеза. От радости девушка не могла даже пошевелиться и просто смотрела на Андрея.

Парень, хотя уже мужчина в расцвете лет, почти не изменился за эти годы. Разве что немного увеличился в объёмах. Но это было не пивное брюшко, просто он всегда был массивным. Голубые глаза радостно сияли.

– Лея! – он подбежал к ней навстречу достаточно близко, чтобы раскинуть руки в намерении обнять подружку.

– Не смей прикасаться к ней! – тут же угрожающе прошипел Кхоттаж, и его ладонь упёрлась в грудь Андрея, не давая соприкоснуться с женщиной, доверенной телохранителю самим повелителем. Это не был удар, но резкое движение не могло не причинить боль. В голове Леи при этом пролетела мысль о том, что Кхал мудро не выдал её. Не назвал госпожой.

– Это кто? Дружок твой? – с подозрением уставился Андрей на демона, дабы решить, что сделать в ответ.

С одной стороны он считал, что следовало бы дать в морду за такое хамство, а с другой – мало ли какой ревнивец? Ударишь такого без разбирательств, а потом улаживать ссору с обиженной подружкой придётся.

– Нет-нет.

От высказанного предположения Лея даже ужаснулась и похолодела. Ей хватало одного странного романа с Ал’Беритом выше крыши.

– Он так, приятель. Нервный он просто в последнее время, – первый заместитель наместника Аджитанта выразительно посмотрела на Кхоттажа, давая ему этим безмолвное укоризненное указание не вмешиваться, и всё же решила добавить для ясности. – Не стоит беспокойств. Всё в порядке. Этот человек мой друг, Кхот…

– Кхот? – переспросил Андрей Лею, прервавшей имя Рохжа на первом слоге. Уж как-то не вписывалось оно в рамки привычного.

– Кот, – поправила саму себя она с самым невинным выражением на лице. – Кличка у него такая.

– Ну, Кот так Кот. Я Андрей, – заключил мужчина и подал Рохжа массивную руку. После чего задал ему самый банальный вопрос на свете. – Как настроение?

– Рабочее.

– Значит, пора его менять на более хорошее. Уже вечер, – со смешком заметил Андрей, стараясь стереть напряжённую нотку в знакомстве.

– А оно у меня как-то не поднимается пропорционально снижению солнца относительно уровня горизонта, – заумно пробурчал хмурый демон и вынужденно принял рукопожатие человека.

Друг с десяток секунд пытался переварить услышанное, после чего мысленно плюнул и всё‑таки крепко обнял подружку, чтобы мстительно расцеловать её в обе щёки. Колючая короткая щетина поцарапала кожу, но это была такая мелочь за счастье встречи.

– Вот чёрт, мы не виделись, наверно, сто лет, – донеслись до неё тихие слова, а затем Андрей отодвинулся от Леи, не прекращая держать её за плечи, и смешливо осмотрел с ног до головы. – Вот только ты немного изменилась. Вы это откуда в таком виде, барышня?

Вот этот вопрос и правда оказался не самым приятным. В Аду Лея привыкла к длинным нарядам настолько, что даже не задумалась, насколько станет выделяться из окружения обычных людей. А ведь при этом беспокоилась, что выдаст её облик демонов. Как можно было объяснить, почему на ней вдруг вечернее платье? С какого такого бала принцесса сбежала? Хорошо ещё, серое пальто хоть как-то добавляло облику обыденности.

– Да это история такая, – смутилась она.

– В чём была – в том и дала дёру, – заключил Андрей и рассмеялся. – Зная твоё везение, наверняка в примерочной была.

– Ты как в воду глядишь, – обрадовалась объяснению девушка, а мужчина тем временем словно опомнился и заозирался.

– Давайте-ка с улицы в дом. На ровном месте нас любая бестия засечёт, – с этими словами он пошёл на участок, к которому вела калитка за копной сена, и приглашающе махнул рукой, давая понять, что просит следовать за ним.

– Госпожа Пелагея, – крайне почтительно и крайне тихо начал Кхоттаж крайне нехорошим голосом, но госпожа не постеснялась его перебить.

– Просто подыграй мне! – тоном, не терпящим возражений, прошипела она.


***


Андрей сел в потрепанное клетчатое кресло и взглядом указал на диван рядом. Гостья присела, осознавая, что уже бывала в этом месте.

Точно!

Дело было на первом курсе учёбы. Родители Андрюшки как-то уезжали, и парень пригласил потусить её вместе с его компанией на дачу. За крошечной гостиной ещё и лесенка на второй этаж должна находиться, если верить воспоминаниям.

– Давно здесь? – решила начать разговор занервничавшая Лея, когда поняла, что лучше поспрашивать самой, чем отвечать невпопад на расспросы друга.

– Да со вчерашнего дня.

– Как оказался?

– Работал спокойно вместе с бригадой, а там вышли перекурить. Теперь же с этим жёстко. Официально на территории запрещено. За территорию производства выходить во время рабочего дня сама понимаешь. Штраф за штрафом. Ну, мы с ребятами и приноровились в закутке. Между основным зданием и забором. Ширина не больше метра пространства. С одной стороны тупик. Никто туда лишний раз не заходит. Самое то покурить. Даже проветривать ничего не надо, и так на воздухе.

– А ты разве не фирмой своей занимаешься? – удивилась Лея.

– Не, не вышло, – отмахнулся Андрей безо всякого сожаления. – Прогорел по полной. Жена ушла к другому побогаче, а я… Вот на завод этих сборных домиков устроился. Как бригадиру платят нормально. На жизнь да отложить немного хватает, вот и Бог с ним. Зато нервотрёпки с развозками и неадекватными клиентами никакой.

– Ясно. А дальше-то что?

– Стоим, курим, о своём болтаем. Вдруг крики да вопли. Ну, мы-то подумали, случилось что-то с оборудованием. Мало ли чего в жизни бывает? Несчастный случай какой-нибудь. Ну, и бегом к зданию, чтобы помочь. За ручку двери хвать – а она горяченная да не открывается. Мы к окнам! А там монстры людей искрящимися от электричества хлыстами секут. Кого достанут – сразу замертво падают.

Андрей вытащил помятую сигаретку из кармана и закурил. Судя по бычкам в пепельнице, курил он много. Очень много.

– Дураков-то геройствовать, как в американских фильмах, не нашлось. Вот мы с завода и бросились наутёк. Сначала в Димкину машину сели да в город. А там ещё того чище оказалось. Так что затаились у Стаса на квартире, он как раз на окраине живёт… Из окон много чего насмотрелись, но быстро поняли, что гиблое дело в клетушке скрываться. Электричества нет, воды нет. Вот мы всё бросили да на дачи подались. Плохо, что весна, конечно. Топить опасаемся, но в погребах запасов ещё полно. Вода в колодце. Так и сидим по разным домам, – он сделал затяжку. – Ты-то как? Давно уж не слышно было, а тут такая встреча.

– Соскучилась по родным местам, вот сюда и направилась, – солгала молодая женщина полуправдой, понимая, что Андрей ничего не знает об её исчезновении. Хотя, от кого ему получить такие известия? Общих знакомых у них не имелось. И раз за год слухи никакие не дошли, то и замечательно.

– Никак родителей захотелось увидеть, а, редкая гостья?

– Очень, – голос оказался хриплым. Пришлось немного прочистить горло, и, чтобы не разреветься, перейти на другую тему. – А тут эта круговерть началась. Вот тоже о дачах подумала.

– А этого-то где нашла? – кивнул мужчина на Рохжа.

– Да знакомый просто. А на дороге столкнулись, вот вместе и пошли, – уж придавать словам убедительную интонацию да использовать соответствующую мимику лица – в этом Лея весьма поднаторела. – На дачах-то спокойно? Много вас?

– Трое. Да больше и не стоит. Тут в доме неподалёку, как за девять человек жильцов перевалило, вмиг их монстры нашли. И так повсюду. Как соберётся компания, глядь, её уже и нет, – он печально вздохнул, смахнул пепел с сигареты в пепельницу, и заключил. – Хотя, в общем на дачах спокойно… только всё равно думаем обратно на завод.

– Чего ж так? – удивилась собеседница.

– Да бомба в одно и тоже место дважды не падает, – он лихо подмигнул. – А под ним бомбоубежище старое есть. Остаётся только еды натаскать да оружие хоть какое-то найти.

– А в дядь Славином доме не искал?

– Да я сразу про него и подумал, – хитро усмехнулся Андрей. – Да вот только не помню, как его хата выглядит. Давно дело-то было.

О том, что дядя Слава заядлый охотник и у него винтовка и патроны в хозяйстве имеются – во времена юности Леи знали все местные ребятишки. Ибо помимо сего оружия славился старик урожаем прекрасным. Как можно было оставить по осени дары этого сада? Как мог вредный хозяин позволить обирать себя? Только бесполезными оказывались его угрозы. Дети год за годом лазили собирать ягоды и фрукты, и наилучшие добытчики смело могли гордиться званием самого храброго. Во всяком случае, до следующего года. Неудачники лишь хмуро потирали красные опухшие уши, когда их отчитывали родители под бдительным руководством дяди Славы.

– Неужели? Он же здесь недалеко совсем. Всего через пяток улиц, – не задумываясь, ответила Лея.

Не предложить свою руку помощи она не могла, тем более что видела в этом шанс. При Кхоттаже рассказывать правду не хотелось, а тут образовывалась возможность всё-таки поговорить с бывшим наедине. Объяснять всё при демоне – совсем не было желания.

– Тогда, может, и стоит сходить, – воодушевился Андрей, как вдруг в окно поскреблись. Хозяин тут же осторожно постучал о стенку с прерываниями, намекающими на то, что это какой-то сигнал.

Дверь, несмотря на шифровку, очень осторожно раскрылась, и в дом с опаской, один за другим, вошли двое долговязых парней. Один из них, совсем молодой, лет двадцати, был немыслимо рыж и конопат. Даже глаза отливали оранжевым цветом. Вместе с его тёмной, загорелой и обветренной кожей смотрелся он несколько фантастично и смешно. Второй, старше на вид, явно имел азиатские корни. Оба парня настороженно уставились на незнакомцев, но Андрей их успокоил.

– Это Лея, моя давнёшняя подружка, и её знакомый Кот. А это мои друзья и товарищи. Димон и Стас, – указал он поочерёдно на рыжего и азиата. Те не были особо рады гостям.

– Не думаешь, что нас слишком много здесь собралось? – «намекнул» Стас недовольным голосом.

– Мы можем уйти, – равнодушно пожал плечами Кхоттаж и выразительно посмотрел на госпожу.

– Да ладно тебе. Понятно, что ребята беспокоятся, слышал же рассказ, – укорила телохранителя девушка, невольно припоминая слова герцога о предпочтении людей собираться в «стаи».

– Да уж точно, – согласился с Леей Андрей и обратился к друзьям. – Вот только пять – это не девять. А вместе всё легче… Стас, есть возможность винтовку достать. Надо только смотаться кой‑куда, но тут недалеко. В час, максимум в три, уложимся.

– Это хорошо. Но всем вместе не дело идти, – проворчал азиат с акцентом.

– Того же мнения.

– И кого с собой возьмёшь?

– У меня рюкзак с едой уже собран, – Андрей кивнул в сторону огромного армейского мешка, частично скрытого за грузной шторой. – Так что подождите нас здесь. Мы с Леей быстро сходим.

– Я тоже пойду, – решительно вставил своё слово Кхоттаж.

– Мы бы вообще никуда не пошли, если бы я дороги не знала, – отрезала девушка, вживаясь в роль «выжившей». – Но если уж рисковать, то не всей группой.

– Верно, – единогласно подтвердили мужчины.

Понятно, что азиат и рыжий просто-напросто не хотели никуда лишний раз идти. Открытое пространство казалось им более опасным местом нежели гостиная. Андрей же, скорее всего, элементарно не доверял Кхоттажу, а потому не желал таскать подозрительного типа с собой. Он намеревался оставить его под присмотром и наедине расспросить о нём Лею. Сама Лея тоже рассчитывала переговорить с бывшим наедине. Тем более что она не думала, что ей грозит некая опасность. Демоны легко поняли бы её благодаря браслету-переводчику. Да и фокус с огнём, которому она научилась у Ал’Берита, добавлял свою долю уверенности…

Мнение Кхала осталось в меньшинстве, и это ему не понравилось, так как да, он знал, что ему, как телохранителю, не стоит нарушать игру госпожи, но оставить её без присмотра выглядело достаточным основанием для беспокойства. Это можно было счесть открытым нарушением долга перед повелителем.

– Ты только сходи наверх. Переоденься, – посоветовал Андрей. – В Маринкиной комнате ещё уйма вещей осталась, найдёшь что надеть.

– Хорошо, – вынужденно согласилась Лея.

Конечно, снимать броню не хотелось, но с точки зрения мужчин вылазка в платье в пол выглядела определённо нелепой затеей. Не объяснять же, что это идеальная для подобного занятия одежда? Так что она вздохнула и покорно поднялась по скрипучей лестнице. А там и открыла старый облезлый шкаф с уймой потёртых вещей.

Младшая сестра Андрея была полнее Леи, хотя и такого же роста. К счастью, здесь висели и старые школьные вещи, которые выбрасывать рачительным родителям было жалко. Джинсы с прорезями на коленях пришлись почти в пору по бёдрам, но из-за более тонкой талии Лее пришлось подпоясать их ремешком от халата. С остальным оказалось проще. Удлинённый светлый топ и тёплая рубаха с длинным рукавом из ткани в классическую клетку, концы которой девушка завязала узлом на животе, смотрелись вполне прилично.

По итогу Лея нашла ещё и большую потрёпанную сумку из коричневой кожи. Она была заполнена кипой старых женских журналов и оказалась тяжёлой. Но девушка сумела стащить её с верхней полки, затем вынула содержимое и сложила внутрь снятое платье и «броню». Оставлять здесь столько мифрила она не была намерена даже на час, так как знала ему цену. На себе она таскала считай что императорскую корону, а любой русский человек знает, что дорогие вещи долго без присмотра на своём месте не лежат.

После этого она закрыла дверцу шкафа, и вскоре в мутном поцарапанном зеркале отразилось её удивлённое лицо. Лея и забыла, что может так выглядеть. Исчезли лоск и грация. «Барышня» превратилась в шебутную девчонку-пацанку. Даже длинная коса, украшенная резными костяными гребнями, не помогала в исправлении впечатления от облика.

Вот и всё. Всё встало на свои места.

Первый заместитель наместника Аджитанта задорно и по-хулигански улыбнулась своему отражению, после чего вприпрыжку вышла из комнаты. Пожалуй, будь у лестницы перила, то она бы по ним съехала.


***


Маленькое помещение наполняли клубы табачного дыма, исходящие от четырёх курящих мужчин. Кхоттаж присоединился к компании и теперь авторитетно заявлял, что сигареты нынче совсем не те. А из тех, что продаются, всего несколько приличных марок. Оживлённая поддержка его мнения говорила о том, что первоначальное недоверие удалось устранить благодаря общему интересу.

Лея по привычке помахала рукой, пытаясь отогнать смог, но задыхаться ей не пришлось. Вживлённый айэтор блокировал неприятный запах вместе с вредными веществами. Это заставило её впервые задуматься над тем, что хотя аромат цветов и листьев устройство давало ощущать, но, скорее всего, многие запахи теперь навсегда стали для неё недоступны.

– Я готова, – поняв, что дым не доставляет никаких беспокойств, спокойно произнесла Лея.

– Тогда пошли, – потушив о толстое стекло пепельницы сигарету, ответил Андрей. Затем оглядел её с головы до ног и добавил. – Вот, совсем другое дело.

– И всё же я бы хотел с вами, – попробовал настоять на своём Кхоттаж, но получил категоричный отказ.

– Не стоит.

Хозяин дома встал с кресла и вышел на улицу. Лея вновь накинула пальто и, провожаемая недобрым прищуренным взглядом телохранителя, шустро засеменила вслед за другом.

Как же здорово было вновь оказаться на Земле! Вечернее солнышко припекало, согревая не столько кожу, сколько саму душу. Птички щебетали. Чей-то толстый рыжий кот, задрав хвост, прошмыгнул по перекладине забора в соседний двор и протяжно замяукал в поисках возможной пассии. Мирная картина самой обычной жизни.

– Прилипчивый он какой-то, – недовольно сказал Андрей, нарушая молчание, стоило им немного отойти от дома. – Да и кличка какая-то. Кот. Не нравится он мне… Имя-то есть у него?

– Да есть, конечно, – отмахнулась она. – Просто сам же знаешь, у каждого свои тараканы в голове. А порой и столько! Вон, на тебя посмотришь – так тоже испугаешься, если не знать. Идёт какой-то качок массивный, небритый. Глаза нехорошо и подозрительно на всех смотрят.

Девушка искоса хитро поглядела на собеседника. Тот широко заулыбался, представляя, каким он действительно мог бы показаться со стороны. Кажется, эти мысли его весьма и весьма радовали. Затем она подумала о себе. И кому же из незнакомцев могло прийти в голову, что крадущаяся вдоль забора в компании массивного мужчины бледнокожая хрупкая фигурка никто иная, как сама госпожа Пелагея? Первый заместитель наместника Аджитанта – одного из великих городов Ада.

… Лея звонко и беззаботно рассмеялась.

– Ну ты и коза, – принял на свой счёт её смех Андрей. Ругательством обзывательство не являлось. Это было его любимое словечко, когда он хотел вроде и поддеть девушку в ответ на сарказм, но при этом без обид. – Всё такая же, как и прежде.

– А чего мне меняться? – весело прозвучал риторический вопрос. Столько надо было обсудить, а разговор всё равно свёлся к какой-то беспечной ерунде, как и принято у хороших друзей.

– По мне, так и не стоит ничего менять… Да и вообще. Неблагодарное это дело меняться. Особенно ради кого-то, – последние слова были произнесены несколько задумчиво, как если бы мужчина что-то нехорошее припомнил. Из-за этого наступила неловкая тишина, нарушаемая лишь шорохом их шагов по грунтовой дороге.

– Это из-за жены, что ли? – предположила Лея.

– И из-за неё тоже. Было дело, – нехотя ответил парень, а затем, тяжело вздохнув, решил поделиться тяготящим его прошлым. – Сначала она показалась мне идеальной женщиной. Я сделал ей предложение всего через три месяца знакомства! Интересная, не требовательная, весёлая хохотушка. Я просто сходил с ума. У неё всегда получалось найти позитивные стороны. Всегда и во всём. Она даже разделяла мои увлечения. Сама с удовольствием спускалась со мной на рафте. Представляешь?

– Нет, я бы испугалась.

– Знаю. А ей нравилось. Поэтому, когда почти сразу после свадьбы мы начали планировать ребёнка, я очень удивился. Такие развлечения внезапно стали весьма безответственными с моей стороны. Но я размыслил и решил, что она права в чём-то. В конце концов, брать с собой в такие приключения вероятно беременную женщину никак не стоило, а оставлять её на берегу и весело махать рукой из лодки, типа как мне тут весело без неё… Ну, сама понимаешь.

– Угу. Не очень-то.

– Вот-вот. Но потом начались запреты на посиделки с друзьями. Я всего-то на один вечер в неделю и уходил вместе с ребятами попить пиво да поиграть в бильярд! Есть же такие темы, на которые можно поговорить только в мужской компании. Да и общаться с друзьями вполне естественно. А мне поставили это в укор. Действо означало, что она будет ухаживать за маленьким ребёнком, а я буду «шастать».

– Кажется, всё становилось хуже и хуже, – грустно прокомментировала девушка рассказ.

Друг утвердительно кивнул головой. Затем сорвал с ближайшего куста сухую веточку и начал ломать её на маленькие кусочки. Лея сразу поняла, что Андрей до сих пор очень переживает из-за прошлого. Ей захотелось хоть как-то утешить его, но она не успела ничего сказать. Андрей, решив высказать наболевшее до конца, продолжил:

– А через полгода назрел ещё и финансовый вопрос. У меня начались трудные времена, и она почему-то решила, что как только выйдет в декрет, то нам даже есть станет нечего. И я не спорю, что пришлось взять большой кредит, но до такого бы никогда не дошло. Я бы на подработку устроился, в конце концов. Но жена, перечитав уйму форумов с грустными историями, посчитала, что я уйду, оставив её с «новорождённым на шее», ибо «не готов видеть нужды семьи». Ведь малыша для полноценного развития обязательно надо возить за границу, а я был практически банкрот. Нам даже пришлось отменить запланированное путешествие в Европу.

– Она серьёзно так считала? – удивилась Лея. Андрей даже усмехнулся.

– По её мнению, младенец с рождения должен быть обеспечен квартирой и машиной. Что уж говорить о каких-то банальных планшетах и прочих навороченных гаджетах? Почему именно это формирует счастливое детство, я вот до сих пор понять не могу. Остаётся удивляться, отчего сам был доволен своим, которое довелось прожить в одной комнате с сестрой.

– Как и мне с братом, – улыбнулась своим воспоминаниям Лея. – И что дальше?

– В целом, остаётся радоваться, что она так и не забеременела, – кисло улыбнулся друг. – За год планирования мне довелось ощутить себя студентом, проходящим тест на профпригодность и по всем параметрам его не сдающим. В конце концов, я напрямую поинтересовался. Если рождение ребёнка доставляет столько беспокойств, может нам отложить это на пару лет?

– А она?

– Она заявила, что я негодный муж. Серый, неинтересный. У меня нет увлечений, я весь в делах, да ещё и детей не хочу. И где тот мужчина, в которого она влюбилась?… А, если честно, то я и сам уже не видел перед собой девушки, которая смогла вызвать во мне всю ту бурю эмоций и чувств.

Вспоминать дальше Андрею расхотелось, так что он отшвырнул в сторону измученную веточку и перевёл разговор на другую тему.

– Ты-то как? Замужем? Дети?

– Нет, – печально ответила Лея, понимая, что для неё подобное теперь даже не предвидится.

Никогда.

Столько раз она пыталась завязывать отношения. Столько раз рыдала, когда те заканчивались… Что же. Жизнь расставила всё на свои места.

Никогда.

Семь букв, чётко дающих понять мнение судьбы насчёт её хрупкой мечты об обычном женском счастье.

Снова повисла пауза.

– Какой-то грустный диалог у нас получается, – заметила она.

– Так ведь и жизнь-то не сказка, – усмехнулся собеседник и зло сплюнул. – А если и сказка, то до мерзости жуткая. Откуда только эти монстры взялись? Никакой информации что, откуда, из‑за чего. Тебе вот хоть что-то известно?

– Да, – созналась Лея, и её душа скрылась где-то в районе пяток. – Чуть-чуть.

Она же и пошла с ним, чтобы на эту тему поговорить. А тут и повод как раз. Только вот так страшно стало! Так не хотелось признаваться!

Да ещё и за сумасшедшую принял бы её друг… Хотя тут доказать здоровье психики было бы легко. Сложнее, чтобы сам собеседник умом не тронулся.

Андрей тем временем остановился и выжидательно посмотрел на Лею. Конечно, такое знание воспринимать между прочим, мимоходом, было никак нельзя. Так что девушка тоже замерла, а затем глубоко вздохнула, собираясь с силами для ответа.

– Так что знаешь-то? – нетерпеливо спросил Андрей. Почти одновременно с вопросом через пару домов от них сверкнуло огненное облако телепорта.

Из пламени возник демон, как две капли воды походивший на того, что Лее довелось сжечь после принятия моратория во время покушения на её персону. Такие же красные глаза, серая морщинистая кожа. Даже рога на подбородке и голове были той же длины. Уж настолько события того вечера и его участники въелись в память, что заместитель даже опешила от неожиданности. Но быстро успокоилась, поняв, что демон иной, просто, видимо, был из того же клана.

– Беги! – приказал Андрей и достал из-за пояса длинный боевой нож.

Подобное благородство согрело женское сердце, да вот только в данной ситуации это хрупкой девушке необходимо было спасать своего рыцаря. Пусть в руках демона находилась не «коса», а сеть с подвешенными грузиками в виде черепов, Лею это не обманывало. Уж подобное оружие ей довелось видеть на практике! Стоило накрыть такой сетью противника, как острые грани ячеек сжимались, разрезая тело на мелкие кусочки.

Она вместо того, чтобы бежать, сделала шаг вперёд и приготовилась потребовать, чтобы демон убирался подобру-поздорову. Увы, не удалось произнести ни слова. Андрей столь сильно оттолкнул свою спутницу, что Лею отбросило на землю на несколько шагов в сторону, выбивая дыхание. Ладони и щёку тут же зажгло от ссадин, но молодая женщина встряхнула головой и резко повернулась. Ей необходимо было действовать, а не думать о боли. Между тем Андрей метнул нож, и она ощутила досаду и сожаление. Храбрость здесь была бесполезна. Не то оружие, и не та скорость. Противник легко перехватил клинок в воздухе и вернул обратно. Лезвие воткнулось в икру мужчины, сбивая его с ног.

Вместо того чтобы наконец-то отдать приказ или воспользоваться огнём, Лея с визгом бросилась к другу.

Остриё вошло глубоко, до рукояти. Штанина начинала быстро пропитываться кровью, но Андрей всё равно попытался приподняться и, морщась, потребовал:

– Да беги ты, дура!

Это вернуло её в реальность. Руки ещё дрожали, но она хотя бы поняла, что действительно должна сделать. Лея повернулась к ехидно ухмыляющемуся демону и… осознала, что опоздала. Сеть, по которой перебегали искры словно от электричества, уже начала полёт в их сторону. Все слова застряли в горле, но они уже и не требовались. Было слишком поздно для приказов.

Но не для событий.

Доли секунды хватило, чтобы в пространстве между людьми и легионером Ада возник разъярённый Кхоттаж. Головные гребни у пребывающего в гневе Рохжа распушились, словно у ерша, значительно прибавляя роста и внушительности. Мощная лапа ловко прервала полёт опасной сети, ухватив её за край, и отшвырнула в сторону. После чего телохранитель застыл, сверля взглядом другого демона, и грозно произнёс:

– Я Кхоттаж, Кхал клана Рохжа, заявляю, что эти люди принадлежат Его превосходительству Ал’Бериту. Наместнику Аджитанта.

Легионер, не ожидая подобного сопротивления, счёл за лучшее не связываться с противником такого ранга, а потому наклонил голову в знак смирения и, быстро подняв с земли своё оружие, стремительно исчез в пламени телепорта. Телохранитель тут же повернулся в сторону Леи. В его жёлтых глазах было столько ярости, что некое неприятное ощущение застыло у девушки в районе живота.

Может, опасной сети удалось избежать только ради того, чтобы Кхоттаж смог избавить мир от её существования лично?

Однако, несмотря на явные эмоции внутри, голос у подающего ей ладонь чтобы подняться Рохжа остался спокойным:

– Госпожа Пелагея, возможно, вам стоит закончить ваше развлечение.

Пришлось прикусить язык. Демон был прав. И ещё как. Однако Лея не приняла его руку, а снова посмотрела на Андрея. Он выглядел крайне испуганно, удивлённо и старался отползти подальше от неё, хотя вокруг его ноги растекалась лужа крови. Мужчина был бледен, как полотно.

– Подожди, – ласково попыталась она остановить его словами, и друг действительно замер.

Тогда она скинула пальто, намереваясь снять с себя клетчатую рубашку и после использовать её в качестве перевязочного материала. Однако своевременно поняла, что сначала нужно избавиться от ножа.

Лея положила обе руки на рукоять, пачкая их в крови, но не сделала ни одного движения. Она моментально поняла, что самостоятельно ей лезвие не вытащить. Во всяком случае быстро и одним рывком.

Господи, ну не расшатывать же?

– Кхоттаж, я прошу тебя немного помочь.

Выразительный взгляд на нож в ноге Андрея дал Рохжа понять, чего от него ожидают, но демон отрицательно помотал головой, едва не доводя тем Лею до полного отчаяния – её друг вот‑вот истечёт кровью!

Однако, это был отказ только от того действия, что она ожидала. Кхоттаж склонился над Андреем и стянул с его брюк ремень. Не будь ситуация такой горькой, Лея могла бы и посмеяться над испугом в глазах бывшего. Ещё бы! Какая-то когтистая лапа в такой близи от сокровенного, но… Всё было как есть. А именно – жутко. Демон сильно затянул ремень чуть выше раны и зафиксировал его. Только после этого ухватился за рукоять ножа и плавным движением легко извлёк его. Андрей побелел ещё сильнее, стиснул зубы, но даже не простонал. Лея в свою очередь постаралась дрожащими от волнения пальцами подготовить повязку.

– Вы позволите, госпожа Пелагея? – поинтересовался Кхоттаж, протягивая свою руку к терзаемой ею рубашке, никак не желающей стать перевязочным материалом.

Она молча отдала одежду, понимая, насколько бесполезным и жалким созданием является. Даже такое исконно женское дело достойно выполнить не смогла.

– Благодарю, – тихо сказала первый заместитель и обтёрла о джинсы кровь с трясущихся рук. То ли хотела и правда очистить их, то ли скрыть столь неприятную реакцию организма на стресс. В последнее время руки дрожали слишком часто. По-хорошему, всерьёз следовало бы заняться нервами, но покой как-то совсем не предвиделся.

– Наилучшей благодарностью для меня стало бы ваше возвращение к исходной точке отправления, госпожа Пелагея, – сухо ответил демон, заканчивая перевязку. – Я так полагаю, что вы желаете взять с собой этого человека?

– И всё же, что здесь происходит? – решил наконец-то подать голос мужчина.

– Чуть позже обязательно расскажу, Андрюш, – «успокоила» его Лея и вновь обратилась к Кхоттажу. – Да. Пора бы и вернуться.


***


Взгляд, коим одарила прибывшую троицу Дайна, был непередаваем. Лея мгновенно и по полной ощутила всю степень собственного шкодничества. Захотелось, словно маленькому котёнку, прижать ушки и ласково потереться о ногу демонессы, умильно прося прощение. Но статус совсем не позволял. Дайна же подошла ближе, скорбно и неторопливо разглядывая размазанные потёки крови на одежде Леи и лапах Рохжа. К некоторому облегчению, наравне с сожалением, подруге пришлось признать, что ранен оказался только абсолютно незнакомый человек. Царапина на щеке госпожи вряд ли шла в счёт, но…

– Вам следовало позволить хотя бы одной из Дагна последовать вместе с вами, госпожа Пелагея, – не удержалась от ехидного комментария Дайна.

– Потом поспорите, – быстро сказала Лея.

Она интуитивно поняла, что Кхоттаж вот-вот достойно ответит на эту фразу, а, значит, вскоре могла начаться вежливая ссора и к чему та способна привести… Раздумывать ей не хотелось. Голову и так переполняли проблемы. Чужих разбирательств ей ещё только не хватало.

– Лучше скажи, что за время моего отсутствия произошло?

– Недалеко отсюда нашлось замечательное местечко для лагеря. Удовлетворяет всем условиям. Судя по рассказам, какой-то военный городок. Территория огорожена, но ограждения будут дополнительно усилены чарами. Один из взводов подготавливает территорию, остальные занимаются поиском и ловлей людей. Думаю, через день, может два, задача по Питомнику будет выполнена.

– Хорошо, – с довольной интонацией произнесла молодая женщина, надеясь, что на этом разговор и закончится. Увы, её надежды мало интересовали этот мир. Дайна требовательно поинтересовалась:

– А это что за человек?

– Он нам понадобится, – первый заместитель наместника Аджитанта сглотнула возникший в горле комок. Снова приходилось оправдываться. – Я рассчитываю на завод по сборным домам. Они бы подошли для Питомника в качестве временного жилья для переселенцев. Так вот, он на нём работал и прекрасно сможет информировать нас о том, что конкретно нам надо. И, соответственно, поможет в будущей сборке конструкций.

– Что-то он даже старше твоих «берём тех, кому не за двадцать пять» выглядит, – резонно заметила Дарра, забывая про официальное обращение.

– А, как ни крути, специалисты нужны. Будем брать точно, – авторитетно заявила Лея, и вокруг неё повисло нехорошее молчание. Только вдали заголосила ворона.

Да, кажется, теперь её недолюбливали абсолютно все телохранители. А, значит, стоило ожидать двойных недомолвок и новых тихих проказ.

– Куда брать? – растерянно спросил Андрей, надеясь дождаться хоть какого-то ответа.

Демонов, регулярно носивших из-за тесного общения с девушкой двухсторонние синхронизаторы речи, он понимал.


Глава 5

– А, собственно, где все мёртвые? – осведомилась Лея, осознав, что именно выглядит таким странным в окружающем её мире.

Воображение-то рисовало картины в стиле «лежал живой на мёртвом, а мёртвый на живом», а тут лишь зловещая пустота улиц, как если бы человечество просто-напросто испарилось.

– Это когда ты такой кровожадной-то стать успела? – вяло поинтересовалась Дайна и всё же соизволила ответить. – Тебе не кажется, что это, прежде всего, было бы пустой тратой ресурсов? Да и как новый прототип в мир отпускать, когда такой аромат стоял бы?

– Как всегда. Всё логично, а есть совсем расхотелось, – прокомментировала первый заместитель, с сожалением убирая подтаявшую шоколадку обратно в сумку. А ведь ещё несколько мгновений назад действительно так хотелось её съесть. – Вот бы на этот прототип глянуть хоть одним глазком! И название-то у него есть вообще? Чего так примитивно? Прототип, прототип. Бредово звучит как-то.

– Вряд ли ты прототип увидишь, мы здесь раньше дела все закончим. А по поводу названия – так оно есть. Только тебе-то что с того?

– Любопытно всё-таки.

– Вечно тебе какая-нибудь ерунда интересна, – отмахнулась Дайна и добавила. – Давай пройдём по этой улице?

– Погоди, так через площадь мы расстояние срежем значительно, – на ходу сверяясь с картой, возразила девушка. – Давай через другую?

Это предложение подруга проигнорировала, поворачивая туда, куда хотелось ей, но зато не поленилась заметить в ответ:

– Если уж тебя так время волнует, так направила бы сюда Рохжа.

Как только Дайне удалось одной фразой сделать два упрёка и дать совет?

Лея тяжело вздохнула, но на переулок вслед за демонессой из упрямства не свернула, зашагав ещё быстрее и увереннее в сторону площади. Судя по приглушённому ворчанию за спиной, телохранительница осталась недовольна этим поступком.

– Я уже устала испытывать чувство бессилия и обречённости, – раздражённо сказала молодая женщина, смотря только под ноги, как будто её спутницы и не существовало в здесь и сейчас. – Это невыносимо. Мне каждый раз хочется к лучшему что-либо изменить, но всё препятствует этому. Словно я иду по скользкому льду. Делаю шаг вперёд. Поскальзываюсь. Разбиваю коленки да оказываюсь ещё дальше от того места, до которого так хотела дойти. Не могу продвинуться ни на сантиметр… Наверное, будь я демоном, всё было бы проще. Отдала бы здесь нужные указания, отправилась к Дане выполнять основную работу. А когда пришло бы известие, что людей предостаточное количество, вернулась к лагерю и по приказу Ал’Берита отобрала бы из них по чётким критериям нужные «особи»… Но я так не могу. Если я переступлю эту внутреннюю черту, то просто-напросто исчезну! Моё тело будет жить, но это буду уже совсем не я. И потому всё, на что меня хватает, чтобы не сойти с ума, это попытка заняться некими бытовыми вопросами. Пусть они всего лишь не так уж и нужная проверка целостности склада…

Невнятный шум со стороны площади заставил её прервать свою горячую речь. Пожалуй, нечто подобное можно было услышать возле стадиона. Лея тут же перевела удивлённый взгляд на воительницу, безмятежно вертящую между пальцев сорванный с клумбв одинокий подснежник. Задавать вопросы расхотелось, но и идти по улице к манящей площади тоже.

Может, стоило послушать Дайну и вернуться к переулку?

Она осмотрела местность. Дома стояли близко друг к другу. То, что это разные постройки, позволяли определить лишь архитектурные изыски да различные цвета зданий. Плотность же застройки была такой, что стены плотно соприкасались… И особенно хорошо выделялся грузовичок-фургон, застывший возле пожарной лестницы.

– И? – возмущённо нахмурила брови демонесса, наблюдая, как её госпожа принялась неловко карабкаться на кабину автомобиля. Благо одежда на молодой женщине была подходящей для таких упражнений. – Ты меня вообще убеждала, что в лагере отсиживаться будешь! Что теперь надумала?

– Хочу дойти до площади по верху зданий, – ответила она, оценивая расстояние между крышей грузовичка и притягательно свисающей расшатанной металлической лестницей. С земли оно казалось как-то сравнительно ближе.

Брови телохранительница медленно вернула на своё место, но сама так и не пошевелилась. Это давало понять, что помогать госпоже Пелагее без просьбы никто не собирается. И, в общем, Дайна по-своему была права. Перечить в глупостях первому заместителю наместника Аджитанта она не имела особого права, но вот подыгрывать или нет – решала самостоятельно.

Сдерживая печальный вздох, Лея совершила отчаянный прыжок в сторону. Пальцы мёртвой хваткой вцепились в холодный металл. Лестница слегка пошатнулась, заскрежетав. Ржавая пыль противно взвилась в воздух. Сглотнув слюну, девушка осознала, что на лбу даже выступил пот. Подтянуться удалось, однако шаткая поверхность от её движений словно задрожала. Но выдержала. Это придало уверенности, и она стремительно начала карабкаться наверх. А там перебраться через край проблем не составило, получилось даже не поцарапаться об острый отслаивающийся металл. И всё же, прежде чем осмотреться, Лея посмотрела вниз. Дайна как раз расправляла крылья. А затем, легко подпрыгнув, сразу оказалась на уровне второго пролёта. Беспокоиться о демонессе не приходилось, так что молодая женщина всё же отряхнула грязные ладони и отвернулась от края. Если верить карте, то крыша не должна была прерываться до самой площади, обеспечивая достаточно пространства для прогулки. Оставалось лишь проверить всё это на практике. Благо до конечного результата предстояло не так уж долго идти.

Постройки были примерно одного уровня, и поэтому разница в высоте между домами не стала новым препятствием. А чем ближе к концу крыш они подходили, тем звонче становился шум, всё более походя то на восторженный, то разочарованный. Лея предостаточно побывала в различных домах развлечений, чтобы рёв наводил на мысль об арене и демонах в качестве зрителей. Так что, возможно, следовало развернуться сделать вид, что ничего такого не происходит. Ведь это не Аджитант, где подобные развлечения являлись ей подконтрольны, а совсем другой город. Земной. Где из всех подчинённых одна Дайна. Но… Лея была весьма любопытна, а некое подобие собственной значимости лишь усугубляло последнее, внушая чувство собственной неприкосновенности.

На выступе, возле антенны-тарелки, сидели двое легионеров и увлечённо наблюдали за чем‑то происходящим внизу площади. Увы, умением спрыгивать бесшумно с метровой высоты на шероховатую поверхность неровной, покрытой металлом крыши первый заместитель не умела. Поэтому, несмотря на то, что на её кожу был нанесён узор, призванный скрывать человеческую сущность и делающий её во многом «невидимой» для чутья демонов, слух их он обмануть не мог. Один из двоицы обернулся и резво вскочил на ноги. Второй стремительно повторил оба эти движения. На миг, показавшийся вечностью, незнакомцы напряжённо застыли напротив Леи, округлив глаза и не вполне понимая ситуацию. Но, видимо, персона девушки была достаточно известна в Аду, чтобы связать воедино Дагна и маскирующие символы на человеке. Демоны быстро понимающе переглянулись и молчаливо поклонились. Лея склонила голову. Не более чем на пару сантиметров, и спокойно подошла к краю крыши, давая понять, что легионеры её совсем не интересуют.

Все предположения подтвердились. Площадь оказалась превращена в некое подобие амфитеатра, хотя самих зрителей было мало. Менее сотни. Круглая арена обозначалась обычной верёвкой, хотя более отчетливо обрисовывала её контур кровь – видимо, бой был далеко не первым. Помимо этого, Лея поняла, что попала к концу очередного побоища. Двое парней, связанные за руку одного и ногу другого, как раз вышли победителями из бойни. Судя по количеству валявшихся тел изначально пар было тринадцать.

Улыбка и ликование на лицах чемпионов вызвали у Леи волну отвращения. Никаких живых людей более на площади не наблюдалось, а, значит, выигрышем для бойцов не могла стать следующая битва. Она отвернулась, понимая, что не хочет знать, что же там дальше будет. Тем более что происходящее не касалось ни возложенных на неё дел, ни являлось ей подконтрольным, чтобы вмешиваться.

– Будет ещё один бой, госпожа Пелагея. Желаете остаться? – послышался чей-то приятно рычащий голос.

Лея стремительно посмотрела в сторону говорившего. Огромное существо мягко и бесшумно приземлялось на край крыши, где она только что стояла. Серо-чёрные перьевые крылья плавно сложились за его спиной.

Узнавший её показался девушке очень знакомым. Он был среднего для демонов трёхметрового роста. Огненно-рыжая грива волос начиналась от линии бровей, придавая лицу, больше напоминающего мордочку ёжика, сходство с львиной головой. Она точно видела этого демона на одном из балов у герцога Дзэпара.

«Иариэль!» – пронеслось даже в голове имя, но кем именно он был, Лея, конечно же, уже не помнила… Что же, его не вполне формальное обращение вполне могло остаться без должного приветствия.

– Нет. Подобные зрелища становятся достаточно раздражающими, когда они часть твоей работы.

– Пожалуй. Однако в осуществляемый сбор людей для Питомника они внесли приятное разнообразие, – довольно чуть ли не промурлыкал демон, становясь похожим на домашнего кота. Букву «Р» он произносил на манер французов.

– Это отбор? – вслух изумилась Лея, мгновенно осознав, насколько глуп вопрос.

Всё было ясно по предыдущей фразе и недоумевать по этому поводу… Что же, она хорошо обосновала Ал’Бериту в своём отчёте по посещению Питомника для чего всё это требовалось. Так что не только Аджитант мог поддержать задумку… Или же самостоятельно следовать своим собственным планам.

– Да.

В голосе демона проскользнула нотка удивления. То ли из-за того, что у него интересовались такими вопросами, то ли… В любом случае он сам пришёл к какому-то вполне удовлетворяющему его выводу и добавил:

– В этом секторе зачистка прошла очень аккуратно, так что стало возможным сделать этот процесс веселее. Процент погрешности позволяет. Честные бои воодушевляют меня.

Он хищно улыбнулся, хотя выражение по-ангельски бирюзовых глаз осталось напряжённым, и Лее ничего не оставалось, как «понимающе» улыбнуться в ответ. Делать вид, что она в курсе чего‑либо, с каждым разом получалось у неё всё лучше и лучше. Главное было не забывать, что наиболее важно в этом деле поменьше болтать, раскрывая тем истинные карты. Демон же слегка развернулся в сторону площади и подал некий знак подчинённым. Увы, весь центр пространства теперь перекрывало его тело, и молодой женщине не удалось рассмотреть подробнее, что же там происходит по этому сигналу.

– Пора начинать последний бой, – пояснил Иариэль и, утрачивая интерес к нежданной гостье, вяло поинтересовался. – Вы точно не желаете остаться?

– Ваше предложение лестно, но мои заботы требуют моего внимания, – ответила она и поклонилась, прощаясь.

Собеседник сделал ответный поклон, но с крыши никуда не ушёл. Более того, даже не отвернулся. Мысленно Лея слегка запаниковала. Ей хотелось уйти либо незаметно, либо эффектно. А сомнительно, что метровый подъём, а, значит, фактически заползание на соседнюю крышу, повысит её репутацию.

А кто знает, как долго Иариэль намерен провожать её взглядом?

Мысленно проклиная возникшую встречу и связанные с ней сомнения, она обратилась к телохранительнице:

– Дайна, возвращаемся телепортацией к исходной точке.

Воительница невозмутимо кивнула, не выдавая собственную неуверенность даже взглядом. Конечно, путешествовать таким образом стоило бы с Кхоттажем, но после событий в родном городке демон позволил себе столь безукоризненно в плане вежливого обращения комментировать планы госпожи, уничтожая задумки на корню, что ей захотелось сбежать от него куда подальше. Так что, улучив момент под предлогом сна, девушка всё же подбила Дайну на вылазку. Подруга после недолгих препирательств согласилась, и даже смогла переместить их весьма точно без помощи артефакта…

Город, во всяком случае, был тот самый. Но овладевать искусством перемещения в полной мере демонессе, конечно, предстояло ещё долгое время…

А тут вот так. Без подготовки.

«Хорошо ещё, что у меня есть такой выход из положения», – успела подумать довольная Лея, прежде чем свет померк, и сильный ветер прижал её к чему-то холодному.


***


Этим чем-то, как удалось понять в сумерках, оказалось скользкое стекло высотного здания. Ей ещё повезло оказаться на достаточно широком карнизе около тридцати сантиметров в ширину. Порыв воздуха вжал тело между окном и выпирающей балкой, но поребрик был чуть наклонным, влажным от прошедшего дождя, и ноги заскользили в сторону края.

– Дайна! – отчаянно закричала молодая женщина, но телохранительницы видно не было.

– Держись! – послышался откуда-то снизу гневный приказ, но Лея и сама понимала, что от неё требуется.

Рука со всей силы впилась в край балки, но долго так удерживаться было бы невозможно. Она в отчаянии посмотрела вниз. Судя по всему, подруге не посчастливилось телепортироваться за край карниза, но современная конструкция, изобилующая различными элементами, позволила ей ухватиться за нечто, чтобы не упасть с огромной высоты.

– Как ты?! – в ужасе воскликнула Лея.

В ответ послышалось что-то нецензурное, и правая ладонь Дайны легла на декоративную трубу, обозначающую край карниза. Увы, та не была готова выдержать подобный вес и, противно заскрежетав, частично оторвалась от здания. Воительница, всё же расправив крылья, зло фыркнула и попыталась использовать и такую слабую точку опоры, чтобы подняться. Но её пальцы соскользнули.

Сердце девушки похолодело от внезапного понимания – чтобы телепортироваться вновь демонессе были нужны обе руки. А как их освободить? Стоит разжать пальцы, и Дайна сорвётся!

Новый порыв ветра на этот раз не вжал её в угол между балкой и окном, а, словно кошка, загнавшая мышку в тупик, попытался достать из укрытия добычу. Лея зажмурила глаза, в отчаянии пытаясь ухватиться и второй рукой за что-нибудь, но движение лишь привело к тому, что она едва не потеряла равновесие.

Мысленно мозг уже обругал себя за идиотизм. Хотя, да. Уйти удалось эффектно. И ещё как!

И хуже всего то, что не предвиделось никаких шансов. У Дайны хотя бы крылья имелись. Не такое уж и подспорье, летать, как Иариэль, она не могла. Но спланировать вполне получилось бы. А вот ей и этого было не суждено.

И вот на подобной крайне оптимистичной мысли несчастная женщина почувствовала, как опора в виде стекла за спиной внезапно исчезла.

– Ой! – машинально глупо взвизгнула она.

Однако вместо ожидаемого падения, кто-то с силой схватил её за талию и резко втащил внутрь здания. Ещё не до конца осознавая, что вот оно – спасение, Лея не сразу разжала руку. Однако казавшиеся намертво сжатыми пальцы легко отцепились от балки, оставляя на память некую напряжённость внутри себя. Эта боль прояснила разум, и девушка сумела развернуться в тисках объятий лицом к своему спасителю и… тут же уткнулась носом в огромный мускулистый торс демона.

Не ожидая ничего хорошего, она испуганно подняла взор, но, к своему удивлению, столкнулась взглядом с узкими жёлтыми глазами Кхала Рохжа. Невероятное чувство облегчения переполнило всё тело, делая ноги ватными, но он всё ещё держал её, не позволяя упасть. Лея встряхнула головой, прогоняя слабость.

– Кхоттаж, – услышала она свой изумлённый и вместе с тем восторженный шёпот.

Демон неторопливо убрал свою руку и отступил на шаг. Однако опора ей больше не требовалась. Молодая женщина достаточно пришла в себя и, опоминаясь, вскрикнула, указывая в сторону открытого окна.

– Дайна! Там Дайна!

– А с чего вы решили, что мне нужна помощь?

Беззаботный весёлый голос расходился с действительностью. Воительница вновь попыталась взобраться на карниз. Пытаясь улучшить сцепление с поверхностью, она постаралась использовать когти, но на поверхности бетона остались лишь неглубокие царапины. Ухватиться не получилось. Тогда Лея требовательно повернула голову в сторону Кхоттажа. Кхал не обладал богатой мимикой. Даже азартный огонёк в глазах – промелькнул и тут же погас. Рохжа послушно вышел через окно на карниз и, присев на одну ногу, протянул свою руку демонессе.

– С того, что она вам очевидна нужна, Кхалисси Дайна, – спокойно произнёс Кхоттаж.

Несколько невероятно долгих мгновений ничего не происходило, и Лея уже подумала, что упрямая подруга, быть может, предпочтёт сорваться вниз, но та всё же приняла помощь. С невероятно грустным и кислым лицом Дайна выбралась на карниз и проскользнула в окно.

Увы, сорваться она всё же решила. Но в несколько ином смысле.

– Лея, – вкрадчиво начала Дайна, но её голос с каждым словом набирал обороты. – Для чего тебе нужна была эта телепортация?!

– А как бы я поднималась на крышу соседнего здания, когда за нами следил Иариэль?

Демонесса глубоко вздохнула. Выдохнула. Но это ни капельки не помогло ей в сохранении душевного равновесия. Схватив свою госпожу за шиворот, телохранительница подняла её над полом и завопила:

– Никто не ждёт от тебя сверхспособностей! Скорее наоборот. Это ожидаемо! Если бы мы просто ушли с крыши подальше, это было бы ЛОГИЧНО! А там уж можно было бы и думать, как подниматься, раз тебе мерещилась заинтересованная публика. Но ты!

Голос разъярённой Дагна, ещё и раззадоренной помощью Кхоттажа, заставил Лею пожалеть, что она всё же не упала с карниза. Дайне было всё равно, что у этой выволочки имеется свидетель.

– Превосходно зная все мои проблемы с телепортацией, ты предпочла именно этот путь!

– Ты могла бы посоветовать мне другой, – нашлась с возражением Лея и постаралась вжать голову в тело, ибо её начали трясти словно щенка, надеясь выбить из человека всю дурь раз и навсегда.

– Если бы я открыто возразила, то это выставило бы тебя в крайне нелицеприятном свете. Ты можешь не уметь что-то сама, но должна же знать, на что способны твои подчинённые! Как можно было загнать саму себя в такую нелепую ситуацию?!

– Я думала, что раз у тебя в лагере получилась такая точная телепортация, то ты сможешь её повторить… Прости, – повинилась она.

Дайна зло фыркнула, но всё же отпустила девушку, и, скрестив руки на груди, отошла в сторону. Лея тут же ощутила небывалое облегчение, а потому даже продолжила:

– Но ведь всё закончилось хорошо благодаря Кхоттажу… Кстати, – подозрительный взгляд непроизвольно метнулся к демону. – А как вы поняли, что ваша помощь нужна, и где мы находимся?

– Меня назначили вашим телохранителем, госпожа Пелагея. Это моя работа.

– И всё же, – ответ только увеличил подозрительность.

– На тебе маячок, – пояснила Дайна.

– В смысле?

– Нанесли вместе с защитными рунами, – ехидно сообщила воительница. – Позволяет считывать твои физические характеристики, вроде сердцебиения, и помогает определить местоположение. Нам же надо как-то выполнять свои обязанности с учётом невероятного везения подопечного объекта и шила в его неугомонной…

– Вполне согласен с вашими доводами, – вставил своё слово в разговор Кхоттаж, перебивая Дайну. – И всё же должен сказать, что считаю ваши собственные действия схожими и абсолютно непрофессиональными.

– А это что значит? – спросила Лея, наблюдая как подруга возмущённо задирает нос, но всё же ничего не говорит в ответ.

Пояснений не было. Пауза отчётливо становилась слишком уж напряжённой, а проблемы переселенцев, которые молодая женщина хотела решить, так и не сдвинулись с места.

– Но склад всё равно надо бы проверить, – неуверенно подала голос первый заместитель, стараясь перевести тему в другое русло.

– Госпожа Пелагея, – обратился к ней Кхоттаж. – Поверьте, склад уже проверен… Как и дорога к нему.

– Тогда возвращаемся в лагерь, – по некотором молчании смирилась она.

Пришлось усилием воли унять собственное внутреннее недовольство. Не слишком-то красиво отчитывать своего спасителя за бдительность и предусмотрительность. Этому узкому карнизу небоскрёба долгое время предстояло преследовать её в кошмарах… Лея неожиданно хитро улыбнулась. Она поняла, что знает, как снять испытанный ею стресс.

– Хотя…


***


– С того, что она вам очевидно нужна, Кхалисси Дайна, – спокойно произнёс Кхоттаж, и не думая убирать ладонь.

В синих глазах полукровки тут же промелькнули гнев и упрямство, достойные крови Стражей.

– Вряд ли подобная гибель Кхалисси клана, ответственного за безопасность госпожи Пелагеи, вызовет положительные эмоции у повелителя, – пришлось шёпотом добавить ему.

Мысль об ответственности за сестёр заставила упрямую воительницу ухватиться за его руку. Несмотря на постоянные тренировки, кожа её ладоней показалась демону очень нежной. Кровь же пульсировала по венкам слишком быстро для спокойного состояния. В подтверждение этому зрачки Дайны расширились, выдавая возбуждение.

– И к чему такая забота? – прошипела она. – Наше сотрудничество привело к своим результатам. Но разве оно не закончено?

– Всё-таки мои соклановцы считают, что обязаны уничтожить ваш клан лично. Так что мне не хотелось бы уступать инициативу в этом повелителю.

Он встал, словно пушинку потянув её за собой. Демонесса упёрлась коленом на карниз и уже самостоятельно поднялась, чтобы решительно зайти в здание через окно, оставив без словесного внимания последнюю фразу.

– Лея, для чего тебе нужна была эта телепортация?!

Подобная вспышка гнева в отношении человека бальзамом разлилась по телу Рохжа. Сам он не мог позволить себе подобной фамильярности, хотя очень хотел, а потому приготовился вовсю наслаждаться открывающимся зрелищем.

– А как бы я поднималась на крышу соседнего здания, когда за нами следил Иариэль? – женщина, словно ребёнок, немного обиженно выпятила нижнюю губу вперёд.

– Никто не ждёт от тебя сверхспособностей! Скорее наоборот. Это ожидаемо! Если бы мы просто ушли с крыши подальше, это было бы ЛОГИЧНО! А там уж можно было бы и думать, как подниматься, раз тебе мерещилась заинтересованная публика. Но ты!

– Ты могла бы посоветовать мне другой, – ещё и нагло возразила первый заместитель.

На этом моменте Кхоттаж окончательно решил, что сделал верный выбор, не дав воительнице сорваться с карниза. Истребление клана Дагна не стоило того, чтобы самим становиться телохранителями этой человеческой женщины. Даже от самой такой мимолётной мысли Кхалу весьма сильного клана становилось дурно.

Полукровка же видимо поняла, сколь тщетны её словесные попытки пробуждения интеллекта у представителя рода людского, ибо перешла к более действенному физическому способу, начав трясти госпожу. Наблюдать за этим было приятно настолько, что Рохжа позволил себе не вмешиваться. Пусть коллега немного развеется. В конце концов, пока жизни госпожи здесь ничего не угрожало… Кроме окончательного психологического срыва телохранителей.

«Если бы мне довелось столько времени работать с человеком, то вряд ли я был бы столь мягок», – с неподдельным уважением подумал Кхал о Дайне. По его мнению, та обладала невероятной терпеливостью.

– Но ведь всё закончилось хорошо благодаря Кхоттажу… Кстати, а как вы поняли, что ваша помощь нужна, и где мы находимся?

– Меня назначили вашим телохранителем, госпожа Пелагея. Это моя работа, – кратко ответил он, рассчитывая таким ответом покончить с остальными вероятными расспросами.

– И всё же, – продолжила настаивать человек.

И как ей без труда удавалось раз за разом становиться ещё противнее, чем она есть?

– На тебе маячок, – пояснила Дайна, переключая внимание на себя. Кажется, она решила позлить госпожу.

– В смысле?

– Нанесли вместе с защитными рунами. Позволяет считывать твои физические характеристики, вроде сердцебиения, и помогает определить местоположение. Нам же надо как-то выполнять свои обязанности с учётом невероятного везения подопечного объекта и шила в его неугомонной…

– Вполне согласен с вашими доводами, – решил покончить с этим концертом, уже ставшим напоминать обычные бытовые дрязги, демон. – И всё же должен сказать, что считаю ваши собственные действия схожими и абсолютно непрофессиональными.

Дайна от колкого замечания смутилась и замолчала.

– А это что значит? – глупо поинтересовалась человек.

Понимая, что если не дать госпоже совершить мелкую глупость, то она найдёт «рыбку покрупнее», демоны решили «выгулять» подопечную. Раз госпожа чего-то хочет, то пусть это и сделает. Но только под присмотром и на поводке. Поэтому, как только человек озвучила местоположение склада, телохранители со значением переглянулись, понимая, что вскоре их ждёт некая «гениальная идея».

Повторно отпустить женщину на неизведанную территорию, даже в сопровождении, было бы неосмотрительно с их стороны. Ведь та ещё и жаждала оказаться с как можно меньшим количеством наблюдателей. Поэтому, согласно одобренному обеими сторонами плану, двое Рохжа разведали дорогу и осмотрели склад, пока Кхоттаж, оставаясь незамеченным, телепортировал Дайну вместе с госпожой несколько в стороне. Демонесса и ничего не заподозривший человек выдвинулись к объекту по нужному маршруту. Кхоттаж, на случай непредвиденных обстоятельств, следовал за ними…

Стоило ли говорить, что эти «непредвиденные обстоятельства» взяли да произошли? Далось же человеку исследовать местность!

Перед ареной Кхоттажу пришлось отстать. Идти по крыше он не мог. Стоило женщине оглянуться, как она сразу заметила бы его. Слишком открытое пространство. Слишком громкая поверхность. Пришлось следовать по земле, а это не давало полностью осуществлять возложенную на него задачу. Когда же человек закончила разговор с Его высокопревосходительством, телохранитель мысленно взвыл, призывая на её голову всевозможные кары, и пополз вверх по стене здания. Дайна не могла не слышать его. Так что из сложившейся ситуации у неё было два разумных выхода: либо воспользоваться артефактом, либо пройтись вперёд по крыше, чтобы оказаться в его зоне досягаемости.

На эти два обстоятельства и указал своим замечанием Кхоттаж, ибо демонесса, видимо, слишком долго находилась в обществе человека, и то крайне негативно повлияло на неё. Дагна из‑за гордыни решила опробовать самостоятельную телепортацию.

Уж скольких усилий ему стоило зацепиться за искажающий пространство криво построенный путь, чтобы найти их…

– Но склад всё равно надо бы проверить.

Пожелание госпожи заставило кончик его хвоста нервно дёрнуться.

Непроизвольно.

– Госпожа Пелагея, – обратился к ней Кхоттаж, стараясь сохранить официальную интонацию. Человек ничего не заподозрила, но Дайна довольно ухмыльнулась, понимая, насколько его достала её госпожа. – Поверьте, склад уже проверен… Как и дорога к нему.

– Тогда возвращаемся в лагерь, – неожиданно быстро смирилась человек. Это было подозрительно и заставляло верить, что вскоре возникнет ещё какая-то неприятность.


***


– Ты ещё скажи, что это не такая уж и хорошая задумка, – сонно поворчала Лея, переворачиваясь на живот, чтобы подставить лучам иные участки кожи.

– Ни за что! По-моему, это единственная полезная и приятная мысль в твоей голове… за последнее время, – согласилась демонесса, нежась на мягком белом песочке. Лёгкий бриз теребил её светлые волосы.

Иметь возможность переместиться в любую точку мира и не исполнить «мечту всей жизни»?

Это было чересчур даже для Леи.

В конце концов, вскоре предстояло отправиться обратно в Ад. Когда виконт позволил бы ей вновь побывать на Земле – неизвестно. Скорее всего, что вообще никогда. Так что, как можно отказать себе в удовольствии элитного пляжа, лазурного моря и тёплого солнца? И всё равно, что светлая бледная кожа раскраснелась. Загар лучше схватится.

Да и почему бы и нет?

С делами всё в порядке. Если что-то существенное произойдёт, так демоны дадут знать. А так. Количество людей пополнялось. Поставки стройматериалов в Питомник осуществлялись. Не требовало пока её внимания ничего.

Во всяком случае, в течение нескольких часов ждать никаких новостей не приходилось, и Лея позволила себе задремать.


***


Голова ныла, словно с похмелья. Ужасная усталость поселилась во всём теле. Спина горела и чесалась, а лёгкая ткань, соприкасаемая с ней, приносила весьма неприятные ощущения.

И надо же было додуматься заснуть на солнце!

Дайне-то хоть бы хны, лишь потемнела немного. А вот Лея обгорела по полной. Оставалось лишь радоваться, что заснула она на животе, а потому радовать окружающих демонов ещё и бордовым лицом с облезающим носом не пришлось бы.

Сдерживая стон, девушка вошла внутрь своего временного жилища.

Маленький домик стоял чуть поодаль военного городка, скрываясь среди фруктового сада. В нём было всего три небольшие комнатки и кухня на первом этаже. Второй представлял собой чердак со старым хламом. Даже вход туда располагался со стороны улицы, а взбираться надо было по приставной деревянной лестнице. Во дворе был разбит огородик. Вскоре ему предстояло зарасти сорняками, но пока грядки, ограниченные подгнившими деревянными досками, смотрелись ещё аккуратно. Крошечная банька и небольшой сарайчик, у стены которого под навесом расположился дровяник, слегка покосились от времени. Однако скрипучий колодец, с привязанным на толстую цепь жестяным ведром с небольшой трещинкой у самого верха, был заботливо выкрашен свежей яркой краской. Скорее всего, домик принадлежал какой-либо пожилой паре или просто одинокой старушке. Вся небогатая, скромная, но уютная обстановка кричала об этом.

Круглые половички, плетёные из полос старой одежды, заменяли ковры. Потерявшая свой первоначальный блеск, покрытая лаком мебель в гостиной была заботливо протёрта от пыли. Стены повсюду украшали фотографии. Они даже на раме зеркала трельяжа были прикреплены. Большинство из них выглядели старыми, пожелтевшими, хотя присутствовали среди них и цветные с изображением детей или свадеб. Чужие лица, казалось, осуждающе смотрели на незваных гостей, но снимать их Лее показалось кощунством. А вот иконы, стоящие в углу на полочке, украшенной кружевной салфеткой и веточками вербы, она сложила в стопку. Чистая скатерть на столе с крошечной глиняной вазочкой, в которой стояли увядающие нарциссы, выглядела откровенно аляповатой. Несколько книг в потёртых обложках стояло на полке над древним квадратным ящиком телевизора. Сервизы и бокалы, заботливо расставленные за стеклянными дверцами шкафчиков, отражались в заднем зеркале.

Обстановка спален была ещё проще. В каждой, вдоль невысоких стен, находилось по паре кроватей с мягкими матрацами, покрытыми узорчатыми покрывалами. Их украшали груды подушек, выложенных в виде пирамидок и прикрытых сверху тюлью. Стояли ещё громоздкие шкафы, небольшие прикроватные столики да несколько расшатанных стульев.

Девушка поправила нарциссы в вазе и положила возле них распечатанный свиток. В нём было чёткое указание. Его следовало исполнить. Хотя даже не хотелось думать как…

Лея подошла к телевизору, чтобы взять книгу наугад с полки над ним. «Тимур и его команда» гласило название. Она поморщилась. Читать такое настроения совсем не было, так что печатное издание было поставлено на место.

«Встретиться с Андреем?» – задала самой себе вопрос девушка.

Три дня назад они были друзьями. Тогда он ещё не знал, кто перед ним…

Лея содрогнулась от воспоминаний об его взгляде, когда впервые пришла проведать друга. Как будто она стала для него предателем. Разговор совсем не клеился, столь отстранённо Андрей держался. Ей же не пришло в голову ничего лучше, как попытаться поговорить на отвлечённую тему. Вроде как материалов на складе в родном городке оказалось недостаточно для всех переселенцев, нужно было узнать, где можно найти дополнительные. И примерный адрес конкурентов завода Андрей сказал таким тоном, что Лее не составило труда понять – разговор окончен. Но на душе по-прежнему скребли кошки.

– Мы пойдём в лагерь, – заявила она.

Можно было бы приказать доставить друга сюда, но ей показалось, что это ещё более отдалит его. А он, как ни крути, являлся единственным знакомым и родным человечком в этом мире, что у неё остался. Его было просто нельзя терять.

– Зачем?

– Я хочу побеседовать с Андреем… Только не возражай, Дайна. Прошу!

– А как же я тогда потом скажу, что я же тебе говорила? – полюбопытствовала демонесса, поправляя причёску.

У разбитой дороги, преграждённой шлагбаумом недалеко от покосившейся недействующей автобусной остановки, находился бетонный указатель, но время не пощадило краски, и название стало почти нечитаемым. Так что как городок называется можно было лишь догадываться. Но, возможно, это и не имело значения даже для живших здесь. И забор, и въезд, и сама территория, усаженная деревьями, производили впечатление упадка. Нет, видно было, что городок являлся жилым, но стены домов оказались облуплены, обнажая свои кирпичные кости. Свежая весенняя трава пробивалась через местами сохранившуюся брусчатку. Угнетал и массивный забор с колючей проволокой, ограничивающий небольшое пространство военного городка – всего семь пятиэтажных домов, маленький магазинчик да гостиница для командированных офицеров, ставшая чем-то вроде дома культуры. Во всяком случае, вывески на ней гласили, что здесь располагается спортзал, парикмахерская и кафе. Сама часть стояла чуть поодаль.

На первый взгляд Стражей не было видно, но стоило Лее подойти чуть ближе, как они словно возникли из ниоткуда. Да уж! При всём желании сбежать удерживаемым в лагере было невозможно. А там уже царило перенаселение. Необходимые три тысячи давно уже были собраны…

– Андрей, – тихо позвала она, заходя внутрь одной из крошечных квартир, ведь все входные двери, кроме ведущих в подъезд, отсутствовали, и преград для перемещений не возникало.

Никто не откликнулся, но Дайна поворотом головы указала в сторону кухни. Лея знаком попросила подругу остаться на месте. Услышать-то разговор демонесса всё равно смогла бы без труда. Но как-то легче беседовать о личном, когда хоть немного можно почувствовать себя наедине.

– Как нога?

Андрей действительно находился на кухне. Сидел в несколько неудобной позе, чтобы не тревожить раненую конечность, и курил в окно.

Не было ни электричества, ни водоснабжения. Лёд в холодильнике растаял и образовал некрасивую, уже засыхающую неровным пятном лужу на линолеуме под ламинат. Четырёхцветная пушистая кошка, заметив гостью, перестала лакать из той и жалобно замяукала, царапая лапкой белую поверхность техники. Лея приподняла подол платья, чтобы не замочить, подошла ближе и достала сверху пакет с сухим кошачьим кормом. После чего взяла со стола одну из тарелок, поставила её на пол и наполнила. Затем подумала и высыпала всё содержимое пакета. Вечером началось бы перемещение людей. Некому станет позаботиться о животном.

– Мог бы и покормить кошку, – с укоризной сказала Лея.

– Да давал я ей поесть, так ведь она жрёт-то! Как только влезает? Желудок же с напёрсток быть должен.

– У них там портал в другую вселенную… Сам-то как? – спросила она, радуясь, что мужчина вроде как пошёл на контакт.

– Тебе-то что с того?

Вот и вся радость.

– Андрей. Это же я, Лея. Всё та же.

– А мне кажется, что несколько изменилась, – иронично хмыкнул он и небрежным жестом уверенно стряхнул пепел за окно.

«Если бы он только знал, что со мной было. Но как рассказать об этом?!» – в отчаянии подумала молодая женщина и замерла, не зная что сказать и как быть дальше.

– Садись уж, раз пришла, – предложил он, пододвигая в её сторону свободный стул.

Она села и молча уставилась за окно. Можно было много чего рассказать. Можно. Нужно… Но невероятно тяжело.

– Болит моя нога, – прервал друг повисшую тишину ответом на ранее поставленный вопрос. – Да так, хоть волком вой. А в остальном… Еда есть. Вода тоже. На улице колонка. Людей пообщаться предостаточно. Да только разговоры всё какие-то… Об одном и том же. Ничего же неизвестно. Так что лучше, как тараканам, разбежаться по своим углам.

Он сделал глубокую затяжку и щелчком выбросил недокуренную сигарету за окно. После чего посмотрел ей в глаза и напрямую спросил:

– Так что происходит, Лея? Для чего нас здесь собирают?

– Это очень долгая и нехорошая история, Андрюш…

Нет. Конечно, она ему не всё рассказала. Далеко не всё. Некоторые моменты невозможно раскрыть даже самому лучшему другу. Потому что, чтобы тот их понял, ему надо побывать в твоей шкуре. Пройти твой непостижимый путь. Медленно. Шаг за шагом. И пролить твои слёзы. Горько. Каплю за каплей… А это невозможно. Даже самому лучшему другу никогда не стать даже на миг тобой самой.

– Значит вот как обстоят дела, – задумчиво проговорил он.

Видно было, что сама история и объяснение не вполне укладываются у него в голове. Уж слишком они противоречили всему известному. Но факты… От них было никуда не деться.

– Да. И теперь ещё это указание. Всего две тысячи вместо трёх! Как?

– Не тот вопрос, на который я могу дать тебе хороший совет, но… может, что-то вроде лотереи?

– В таком вопросе рассчитывать на удачу? Банально раздать всем карточки и предложить сыграть в лото?

Предложение возмущало до глубины души.

– Ничуть не хуже, чем почувствовать себя фашистом, выдумывая критерии.

– «Критерии». Я их даже сформулировать не могу. Там не понадобятся инженеры, учёные. Разве что врачи, да и то… Всё что нужно, это быть молодым и здоровым.

– Кажется, я не подхожу ни в одну из категорий, – криво улыбнулся Андрей и задорно подмигнул.

– Ты прекрасно знаешь, что я тебя здесь ни за что не оставлю, – не приняла шутливого тона Лея и вернулась к прежней теме. – Да и устраивать опросы некогда. Даже если уделить каждому всего по минуте времени, то до вечера никак не успеть. А придумывать что-то надо. Если предложить людям самим выбирать, то представляешь, что начнётся?

– Тот ещё беспорядок. Зато эволюция по Дарвину проявит себя во всей красе. Выживут сильнейшие гопники… Знаешь, пожалуй, я всё же могу тебе кое-что посоветовать в этом вопросе.

– И что же?

– Недовольные будут всегда. Так что всё же реши это дело лотереей, но постарайся не разлучать семьи.

Он встал, опираясь на перевёрнутую швабру, как на костыль. Бледное лицо скривилось от боли, на повязке проступила кровь. Лея вскочила со своего места, смотря на мужчину с укоризной.

– Я бы тебе помогла, – осуждающе сказала она.

– Знаю. Просто на этот раз сам хотел помочь тебе, – мягко ответил Андрей и крепко обнял её. – Пусть даже только этим, девочка.

Лея прижалась к нему, обнимая в ответ. Её тело на миг содрогнулось от необъяснимого чувства – горя, отчаяния, боли, смешанными с нежностью, заботой и поддержкой. А затем это чувство исчезло, оставляя уверенность, что всё получится. Ибо больше она не была одна в этом мире. И это значило больше, чем могли бы сделать самые добрые и правильные слова…

Андрей провёл рукой по её волосам, словно гладил ребёнка, и Лея осознала, что не хочет выпускать его из объятий. Напротив, жаждала прижаться ещё крепче. И это осознание заставило её расцепить руки и отойти на одеревеневших ногах назад. Она не имела права так прикасаться к нему. И более того, эти возникшие чувства могли обернуться против неё же. Него же… Негоже!

– Я должна идти, – попрощалась она.

И всё-таки, прежде чем уйти с кухни, девушка обернулась и погладила кошку, чтобы вернуть на лицо спокойствие и невозмутимость. Некоторые моменты невозможно раскрыть даже самому лучшему другу… Что уж говорить о поджидающей у входа в квартиру демонессе?


Глава 6

Из подъезда они вышли. Даже отошли в сторону от домов, но уходить из городка Лея не собиралась. Оставалось немногим более шести часов до массовой телепортации. Прийти к выводу как провести отбор стоило уже сейчас. Текст свитка беспрекословно приказывал вместо трёх тысяч людей взять только две. И девушка ничуть не сомневалась, что это действительно необходимость… Вот только в том как бы развлечься, предлагая своей игрушке новые испытания!

– Как же мне поступить, Дайна?

Внутренне, Лея уже была готова согласиться с любым предложением демонессы. Это являлось шагом отчаяния, но она настолько устала переживать, что ещё один стресс привёл только к невыразимой усталости решать что-либо самой. Хотелось, чтобы ситуация вдруг, и неожиданно, сама по себе разрешилась. И, конечно же, наиболее приятным способом для всех.

– Выстрой в шеренгу и отсчитай нужное количество.

Воительница сорвала травинку с колоском и взяла её кончик в рот. Лея же, позабыв о своём намерении принять любое предложение подруги, уставилась на неё округлившимися от удивления глазами.

– А что? – возмутилась Кхалисси в ответ на этот взгляд. – Ничем не хуже лотереи. Только время сэкономит.

– Но так нельзя. Это же живые люди. Как можно относиться к ним, как к неким объектам? Ведь дети…

– Фраза доказывает, что ты уже вполне знаешь, как и что делать. Просто всё ещё крайне не хочешь принять ответственность.

Лея поняла, что просьба о дальнейших советах ни к чему не приведёт. Демонесса предложила бы ещё что-либо не менее примечательное. Например, по примеру Иариэля устроить гладиаторские бои. Для всех, включая младенцев. В стиле, выживает в мире-то сильнейший. А если и это мнение не устраивает, то и действовать госпоже Пелагее следует по собственному разумению… В конце концов, это действительно её обязанность, а не чья-то ещё.

Но всё же она предпочла гневно ответить:

– Мне их жалко! Тебе вообще знакомо такое слово, как сострадание?

Фраза была сказана излишне резко и вполне могла привести к первой настоящей ссоре в столь тесном сотрудничестве. Воительница молчала. Сердце Леи стремительно колотилось в ярости, но к ней уже пришло понимание, что некоторые слова лучше не произносить вслух. Она уже искренне жалела, что позволила подобное проявление чувств.

– Сострадание, – между тем медленно произнесла Дайна.

В голосе демонессы не было ни презрения, ни угрозы, ни каких-либо иных эмоций. Но он стал достаточно резким, чтобы обратить на себя пристальное внимание.

– Это ничто иное как понимание того, что может ощущать другое существо. Напоминание о том, что когда-то испытывал ты сам. Но ты предпочитаешь именно жалость. Чувство, когда при сострадании возникает стремление помочь… Эти ощущения стоят столь близко друг к другу, что они часто сливаются воедино. И всё же их нужно разграничивать и разъединять. Испытывая жалость – ты берёшь на себя проблемы другого существа. Да, можно действовать или бездействовать. Но отсутствие помощи лишь завсегда накажет тебя. В чём-то сильнее. В чём-то слабее. Но накажет. Элементарно тебя будет долгое время тяготить мысль о том, что можно было сделать… Жалость оправдана, когда ты можешь совершать и совершаешь поступки, чтобы изменить в лучшую сторону ход событий для некоего создания. В остальных случаях, ты просто разрушаешь себя. Конечно, это твоё исконное право испытывать или не испытывать последствия этого. Жалеть или не жалеть… Я же предпочитаю жить. Наслаждаться этим. И заметь, у меня это весьма недурно получается.

Речь закончилась, но слова словно ещё висели в воздухе. Кровь почему-то прилила к лицу Леи, заставляя щёки краснеть. Девушка осознала, что ей стало стыдно, но не могла понять, отчего возникло именно это чувство. И именно сейчас. Размышлять над этим же не хотелось. Скорее в ней преобладало яростное желание прогнать это неприятное ощущение, но внутри словно образовался вакуум… Она опустила глаза и закрыла ладонями лицо – очередная наивная детская попытка убежать от окружающего мира.

… Надо было попросить у Дайны прощение. Но что-то внутри откровенно возмущалось этому.

– Необходимо, – расслышала Лея свой собственный приглушенный и какой-то чужой голос.

Все остальные составляющие могли меняться, но одно в её мыслях оставалось неизменным, и потому следовало начать именно с этого элементарного. Как ни странно, спрятанное в ладонях лицо способствовало тому, чтобы собрать воедино свою сущность и продолжить речь.

– Необходимо как можно скорее собрать всех людей на открытом пространстве, – произнесла она.


***


Она стояла на возвышении. Маска на лице уменьшала обзор, но и того, что молодая женщина видела, было достаточно. Людей собрали на открытом пространстве перед военным городком и по её указанию выстраивали в колонны по девяносто шесть человек. Всех, кроме Андрея.

Какая-то часть девушки возмутилась от его вероятного присутствия, но предлогом для демонов послужила именно раненая нога «ценного кадра». Это обстоятельство позволило отправить мужчину в домик, где временно обосновалась Лея, чтобы Дарра по её просьбе смогла обработать рану… Правда, демонесса не особо оценила указание госпожи, пусть даже заниматься раной ей предстояло не на виду, а значит без такого колоссального ущерба для собственного самолюбия.

Люди требовались здоровые. Конечно, какое-либо небольшое заболевание не являлось критерием. А вот что-то серьёзное уже следовало исключать. Но как можно определить, например, употребляет человек наркотики или нет? Страдает ли от астмы? Болеет ли раком? Проводить анализы да клепать медицинские справки было бы делом долгим и неблагодарным. К счастью, Лея смогла обратить внимание на врождённые способности демонов и, в данном случае, решила воспользоваться ими в качестве своеобразной системы диагностики. Количество колонн как раз позволяло применить рядовых членов взводов для этого.

– Тридцать три шеренги. Последняя не полная. Всего семьдесят четыре человека. Сведения по численности совпадают с данными Стражей, – отрапортовала тихим голосом, чтобы её могла слышать только госпожа, Дайна. Однако своенравная демонесса не была бы собой, если бы выполняя распоряжение госпожи, вскользь, как бы ненароком, не заметила. – Кроме одной единицы.

– Тогда продолжаем, – не снижая тона, приказала Лея и подала знак Стражам действовать дальше.

Большинство собранных в лагере людей оказались подростками. Видимо в силу возраста им легче было отринуть некие моральные ценности и потому они сумели избежать первой волны. Да и постоять за себя они уже могли. Вот детей оказалось совсем мало. Остальными же были взрослые. Вряд ли демоны при отборе спрашивали паспорта да свидетельства о рождении, но её приказ «до двадцати пяти», судя по внешности, остался исполненным.

Глаза все старались держать опущенными. Хотя стоило кому-то поднять взгляд, как во взоре загоралась искра ярости.

А может ей так только казалось?

Ведь людей было много, и стояли они на некоем отдалении от неё. Может, Лея просто интуитивно знала, что творится в их душах, какие помыслы те ощущают?…

Испытывала ли она при этом жалость?

Уже нет.

Демоны хотят поиграть с ней?

Что же, пусть выстраивают события. Но сегодня марионетка не станет играть свою роль так, как ей уготовано. Потому что хватит! И потому что сейчас она совсем другая Лея… Даже не так. Леей – обычной женщиной с вполне ясными мечтами да обыденными надеждами, она была год назад. Её прежний облик ныне размылся до едва узнаваемых очертаний.

Привычная жизнь… Где она?

Словно драгоценная влага проскользнула меж пальцев, оставляя на ладонях лишь влажный след на память.

Год назад. Неужели прошло столь мало времени? Ведь произошло так невероятно много событий! Как в это время смогла уложиться целая иная жизнь? И где пролегла граница между прошлым и нынешним существованием?

Уйма вопросов, а истина лишь в том, что сейчас она – Пелагея. Госпожа Пелагея.


***


Константин подчинился приказу и встал в одну из шеренг.

«Что этим тварям нужно?» – подумал он.

Мужчина пробыл в военном городке совсем немного. Несколько часов. До этого ему удавалось весьма успешно прятаться в глубоком погребе, вырытым ещё дедом Вадимом.

Последствия войны навсегда оставили отпечаток на предке. «А мало ли что в жизни-то бывает, – глубокомысленно произносил старик, а после добавлял: – Вот помню…». Дальше шли рассказы о том, как всё происходило в его жизни. Голод. Страшное горе. Вадим помнил, как его мать за соль отдавала золото, доставшееся по наследству. Помнил, как их деревню оккупировали и… Много чего помнил. А потому желал, чтобы у его потомков было место, где можно пережить и переждать подобное. Строил втайне свой скрытый меж двух раздвоенных сосен погреб. Конечно, до бункера тому было ой как далеко, но всё же…

Будучи совсем мальчишкой, Константин о погребе не знал. Рассказал о «сокровище» Вадим уже подростку, втихаря хорошо посмеявшемуся над дедом. Однако старик столь серьёзно объяснял важность погреба, что открыто рассмеяться и возразить оказалось совестно. Но вот для чего ему было нужно такое наследство? Время от времени пополнять запасы, чувствуя себя идиотом? Какая война могла предвидеться в современном обществе-то? А даже если и началась бы, то уже такая, что нажал на кнопку – и всё. Не стало планеты Земля.

– Ты про погреб-то не забывай, сынок, – в день смерти, лёжа на больничной койке хриплым голосом, часто глухо покашливая, попросил дед, смотря на единственного внука такими глазами, что Константин понял – не сможет забыть. Это другим достаётся в наследство всякое богатство, а ему такое вот завещание… А потому по концу лета взял за привычку менять воду в старых окольцованных бочонках, постепенно заменив их на пластиковые канистры. Проверял срок годности на консервах да лапши быстрого приготовления, заменивших кадушки с крупой да стеклянные банки с бабушкиными заготовками.

«Как чувствовал дед, что пригодится!» – лихорадочно думал Константин, пытаясь нащупать тонкое ржавое кольцо от крышки погреба. Иначе можно было стоять на входе, а не заметить. Всего из знаков-то – две раздвоенные сосны да это неприметное колечко. И, быть может, пережил бы так в лесу это мрачное нашествие, да есть сухую лапшу с консервами – удовольствие маленькое. Решил выбраться, осмотреться, да и попался сразу. «А теперь пожинай, Костик, плоды своего решения. Становись в строй да смотри на затылок стоящего впереди тебя!» – пронеслась грустная мысль.

Последнее, правда, не выходило хорошо. Ведь пытливый мозг осознавал, что демонов было меньше. Если всем пленникам рвануть единовременно в рассыпную, то кто-нибудь да и убежит. Вот только передавать мысли телепатически Константин не умел, а потому видел выход только в том, чтобы не прозевать момент да использовать и минимальную возможность для побега. Людей ведь было много, а демоны хоть и демоны, но значительно уступали в количестве и глаз на затылке не имели.

Жаль, конечно, что он не попал в крайнюю колонну, да ещё и стоял в самом начале живой цепочки. Но всё равно. Свои глаза следовало держать широко раскрытыми и, прежде всего, стоило оценивать обстановку.

Людей вывели из городка, но далеко их не погнали. Поэтому шеренги от окружающего мира с одной из сторон ограничивала высокая бетонная стена, лицом к которой их и заставили повернуться. Сначала Константин подумал, что это только для того, чтобы немногочисленным демонам стало легче присматривать за многотысячной толпой. Однако здесь оказался и другой смысл – близость въезда.

Большинство демонов начали ходить меж рядов и, время от времени, отдавали краткие приказы некоторым из людей. Тогда те неуверенными шагами вынужденно возвращались в городок, не зная насколько хорошо это или плохо. Те же, кто сомневался и стоял, получали ощутимый стимул в виде оголённого оружия в опасной близости от собственного тела. Константин ощутил дрожь, когда высокая тварь, выше его раза в два, на пару секунд застыла возле него. Пугающее существо обладало смуглой кожей, огромными серыми крыльями и пронзительно яркими синими глазами. Мужчина настолько испугался, что мысль о побеге моментально покинула его. Он всегда считал себя сильной личностью, волевым, здоровым мужиком, но… По сравнению с тем, кто сейчас смотрел на него, казался пылинкой.

Демон прошёл мимо, но Константин некоторое время стоял, боясь пошевелиться. Лишь позже постарался выглянуть из-за впередистоящего, чтобы снова взглянуть на странную женщину, недвижимо стоящую на плоской крыше пропускного пункта.

По сравнению со стоящими возле неё блондинками и ещё более рослыми серокожими чудовищами, она казалась низенькой, хотя это было не так. Женщина была нормального среднего роста, правда очень худенького телосложения. Спина её была неестественно выпрямлена. Лицо до середины скрывала маска. Видимо, так скрывалась ею демоническая сущность. Ведь кожа на открытых участках тела выглядела местами неестественно красной, как будто после долгого пребывания под палящим солнцем. Русые волосы по пояс развевались на ветру словно у тёмной жрицы. Одежда лишь дополняла ассоциацию несмотря на то, что чёрное платье в пол прикрывало вполне современное на вид длинное серое пальто. А, может, виной была погода, соответствующая этому впечатлению? Хмурое небо плотно затянулось тёмно‑серыми облаками. И казалось, что вокруг слишком темно для вечера, хотя подобное являлось вполне обычным явлением, ведь всего‑навсего собиралась начаться за весну первая гроза. Однако ощущение, что ненастье устроила именно эта могущественная ведьма, лишь усиливалось. Пусть женщина выглядела самой хрупкой из демонов, всё и все здесь подчинялись именно ей…

Между тем выборка людей из шеренг прекратилась, и это вызвало новый приказ.

– Люди должны разойтись на две группы, – достаточно громко произнесла «ведьма». К кому конкретно была обращена речь, Константин не вполне понял. Смотрела женщина только на колонны, а приказывала вроде как кому-другому. – В одной те, у кого среди присутствующих есть члены семьи. Во второй – одинокие.

Тут всё обошлось практически без присмотра демонов. Чудища просто рассредоточились по периметру, огораживая пространство, где толпились люди. Решать пленникам приходилось самостоятельно.

Константин был здесь один из своей родни, да и знакомых тоже, но что-то внутри него воспротивилось пойти в группу одиночек. Жизненный опыт и подсознание говорили о том, что у «семейных» найдутся свои преимущества.

«Понять бы для чего отбирают именно по наличию родственных связей», – разозлился подобной неизвестности мужчина.

Он осмотрелся. Женщина неподалеку от него как раз брала на руки ребёнка лет трёх. Малыш на удивление не хныкал и вёл себя очень спокойно.

– Можно я с вами? – попросил Константин, немного краснея в смущении от своей просьбы.

Женщина обескуражено посмотрела в ответ, лишь прижимая ребёнка крепче, как будто незнакомец мог отнять её живое сокровище. Затем расслабилась и нерешительно кивнула. Они вместе начали идти в группу «семейных».

– Вам помочь? – предложил он, ощущая невероятную неловкость за своё прошение. Ему хотелось сгладить момент хоть какой-то помощью.

– Нет, – категорично ответила его спутница с таким букетом отрицательных эмоций в голосе, что мужчина решил за лучшее в дальнейшем молчать. Может эта дама и не являлась такой злюкой на самом деле, но сейчас, словно волчица, защищающая своего волчонка, вынужденно рычала на каждого и готовилась в случае чего растерзать вероятного врага на мельчайшие клочки.

Начал моросить мелкий противный дождь, но скрыться от него было негде. Хорошо ещё, что к безмерному удивлению Константина деление на группы не заняло много времени. По его внутренним часам прошло всего лишь около получаса. А ведь по школьным временам он помнил, что такое разойтись на команды. И стоило заметить, что учеников на уроках физкультуры было гораздо меньше, чем собравшихся здесь людей. Кто-то всегда поначалу не понимал, что от него требуется. Кто-то решал, что в другом лагере станет лучше. Некоторые во время хаоса надеялись сбежать с занятия. Другими словами, начинались суетливые блуждания с места на место, с трудом останавливаемые бдительным учителем. Здесь этому внимание уделяли демоны, а они куда как более действенно пресекали метания и побеги. Нарушителей сразу же отправляли в группу «одиночек», и это позволило Константину почувствовать внутреннее удовлетворение. Обстоятельство он посчитал за знак правильности принятого решения.

«Семейных» оказалось значительно меньше. В четыре или пять раз, насколько Константин мог позволить себе судить. Он осмотрелся в толпе. В другой группе детей почти не осталось, а в его их было невероятно много, как и женщин. Зато мужчины практически отсутствовали, хотя напротив парней хватало. То ли и семей у тех ещё не было, уж очень много подростков вылавливал взор, то ли они не испытывали такого инстинкта по защите своего потомства. То ли попадались, давая возможность своим близким сбежать… Последняя мысль показалась ему намного приятнее, но среди своего окружения Константин всё равно ощутил себя ещё более неловко, чем когда только присоединялся к группе.

– Все дети до четырнадцати лет должны перейти в первую группу. После чего построение внутри групп на колонны по сорок девять, – раздался ледяной, но уставший голос властной женщины.

Она уже не стояла так прямо, как изначально. Немного ссутулилась и вместо тёмной жрицы стала походить на мрачную старуху из сказок. Одна из блондинок – обладательниц готических крыльев, ранее стоящая возле неё на крыше, отсутствовала. Но стоило Константину только начать обдумывать этот факт, как та появилась вновь. Демонесса принесла самую обычную табуретку, и отдающая приказы женщина села на неё, словно на трон.

Мужчина почувствовал, что его начинает разбирать нервный смех. К нему пришло ощущение, что он находится на съёмках малобюджетного фильма ужасов. Да и сама сортировка вдруг стала казаться не пугающей, а нелепой.

– Ты чего? – сурово поинтересовалась женщина, что позволила ему присоединиться к ней и ребёнку.

– Да не знаю, – ответил Константин, осознавая, что его смех всё-таки вырвался наружу. А потому лишь простодушно развёл руками, заставляя, по всей видимости, собеседницу решить, что он медленно, но верно сходит с ума.

Группа «семейных» образовала девятнадцать шеренг. «Одиноких» – тридцать девять. Снова вдоль колонн началось шествие чудовищных надсмотрщиков. На этот раз они прошлись без отбора, лишь в конце остановились и показали некие знаки руками в сторону демонов на крыше. Любопытство Константина после этого поугасло. Сбежать всё равно бы не вышло, а вот ноги устали и гудели – сказывалась привычка на машине кататься.

Сколько они уже находились здесь?

Больше часа точно простояли. И, судя по всему, ещё долго никуда бы не ушли, играя в перестановку фигур на шахматной доске… Недаром же кому-то и табуретки приносят.

Ребёнок рядом захныкал, но взять его на руки мать побоялась. Лишь присела и приобняла, стараясь успокоить.

– Всё хорошо будет, – зачем-то сказал Константин.

– Да? – подозрительность и язвительность в тихом голосе прозвучала та ещё. – Это с чего же такая уверенность?

– Ну, – замялся мужчина, безрезультатно стараясь выдумать оптимистичный ответ, но на его счастье раздался новый приказ.

Теперь уже все женщины должны были перейти к ним в группу, почти сравнивая этим по численности «оба лагеря», так как шеренги снова нарушались из-за подобного действа, Константин позволил себе по примеру других сесть на землю. Брюки сразу намокли. Пусть дождь начал моросить не так давно, но трава собрала предостаточно влаги. Мужчине стало уже не столько противно – сколько холодно. Ребёнок так вообще стучал зубами. Мать прижимала его к себе, но…

– Вот, – не испытывая сомнений стянул с себя куртку Константин и прикрыл, ещё хранящей тепло его тела, одеждой малыша. За это он получил достаточно мягкую улыбку и доверительный взгляд «попутчицы». А после, несмотря на то, что кожа от холода покрылась мурашками, на душе у него стало значительно теплее. Может, они ещё и подружатся.

А вот Тимуру подобные светлые человеческие чувства испытать не довелось.

Скорее наоборот, кутаясь в слишком толстое для весенней погоды пальто, он мёрз. Крепко стискивал челюсть, чтобы зубы не так стучали, но лишь заработал этим головную боль. Дождь же прекратил моросящее издевательство и начал пытку ливнем. Несмотря на достаточно крепкое здоровье, нос паренька наполнили сопли…

Ненавижу!

Состояние казалось хуже некуда. Ещё и выкрашенные в чёрный цвет по моде волосы выбились из хвоста, неприятно прилипая к лицу. Между тем люди, словно дворовые шавки в поисках тепла и поддержки стаи, сбивались в плотную кучу. Эта шевелящаяся масса вызывала у Тимура отвращение ещё и тем, что ему приходилось являться её частью.

Ненавижу!

Он считал происходящее отвратительным и омерзительным зрелищем. Демонам давно бы стоило перебить всех окружающих его, чтобы избавиться от этого дрожащего от страха быдла. Мысль несколько согрела Тимура, но ненадолго. Парень, согласно отбору, оказался в той группе, что должна была идти цепочкой по кривому кругу мимо въезда, где на крыше пропускного пункта сидела женщина. В одной руке она держала зонт, но тот не мог помочь против косого сильного дождя. Из величественной та превратилась в мокрую курицу в маске!

«Ха!» – позабавило его зрелище, прежде чем более привычное чувство переполнило его.

Ненавижу!

«Да», «нет», «возможно» – кратко говорила женщина, смотря на того или иного представшего перед ней.

Слово «возможно» означало лишь то, что стоило встать в конец очереди «за раздачей благоволения». Те, кому она отказывала, проходили в городок. Кому довелось услышать «да» – шли к группе с ноющими малолетками и бабами.

«Словно покорные овцы», – с ехидной издёвкой прокомментировал мозг Тимура.

– Возможно, – с некоторой заминкой донёсся до него своеобразный приговор, направляя в путь по второму кругу.

Действо уже казалось бесконечным. Земля под ногами давно стопталась в грязь. Хорошо ещё, что «да» говорилось чуть ли не каждому третьему, а «нет» всё же присутствовало. Это стремительно меняло изгибающуюся линию неторопливо шествующих людей. Но во второй раз Тимуру дойти до женщины не удалось. Всего несколько человек оставалось перед ним.

– На этом и закончим, – донёсся до него усталый голос женщины.

Эта фраза обозначила, что ему следовало идти в городок. Тимур почувствовал, что доволен доставшейся ему долей. Это выглядело лучше, чем мёрзнуть в поле. Можно было бы укрыться в доме и пожрать наконец-то. А вот остающиеся… Столько времени, чтобы разделить людей, не просто так было затрачено. Обратно в лагерь другую группу точно не пустили бы. Наверняка тем пришлось бы, словно рабам, плестись куда-то. Тимур даже зло усмехнулся, представляя это шествие, но ненависти не испытал. Ему было приятно, что он хоть так смог избавиться от лишнего ноющего сброда.

Между тем парень прошёл на территорию городка, рассчитывая скрыться в облюбованной квартирке. Но не вышло. Чуть поодаль входа стояла пара массивных демонов, следящих за верным ходом событий. Пришлось идти к дому культуры и так уже забитому пленниками до отказа. Вот только, на удивление, оттуда не доносилось ни звука.

Тимур осторожно переступил порог. Некое нехорошее предчувствие сумело даже перебить привычную ненависть ко всему происходящему.

– Последняя партия. Действуйте, – буднично проговорил серокожий демон более высокому сотоварищу – почти копии тех наблюдателей на поле, и, не дожидаясь ответа, исчез в вспышке пламени. На его месте остался лишь лёгкий тёмный дымок.

Людей согнали в хореографический зал. Пространство помещения позволяло вмещать и не такие сборища. Электричества же не было, а света из окон падало совсем мало. Приближалась ночь. Видимо, тревожный полумрак сдерживал разговоры. Хотя, возможно, если бы им всем пришлось находиться здесь дольше, начались бы размышления и измышления. То, что Тимур называл «тупой болтовнёй». Но пленным сейчас требовались не обсуждения, а отдых. Столько времени они блуждали по полю в напряжении от неизвестности. Да ещё и ливень. Каждый стремился найти более-менее удобное местечко, чтобы присесть и просто уткнуться взглядом в пол.

Всего через несколько минут, как закончился поток «наседок» (чтобы не причислять себя к их числу, Тимур просто прислонился к стене), в зал вошли демоны, разворачивающие сверкающие синеватыми электрическими искрами кнуты. Парень даже не успел подумать о том, что следует теперь делать, как его кожи коснулся хлыст и он замертво рухнул на паркетный пол.


***


Она всё ещё продолжала машинально держать зонт, хотя вся одежда и волосы пропитались дождевой влагой. Стремительно сгущающиеся сумерки не позволяли отчётливо рассматривать силуэты, но всё же было видно, что передвигаются те с трудом, пошатываются. Скорее плетутся, чем шагают.

– Последний человек, – напомнила о количестве Дайна, заставляя Лею вздохнуть от облегчения несмотря на то, что ещё утром она предполагала испытывать несколько иные чувства.

– Да, – произнесла девушка, завершая отбор.

Ей почти удалось сдержать своё намерение посмотреть каждому человеку в глаза. Хотя, на самом деле, и черты лиц уже едва различались. Вечер становился столь поздним, что начал плавно перетекать в ночь. Погода становилась всё хуже. Лея промокла насквозь, а потому закрыла уже не нужный зонт затёкшими мокрыми руками и швырнула его под ноги. Пожалуй, ей следовало наслаждаться дождём, как если бы он стал последним, но после стольких лет жизни возле Санкт‑Петербурга уже не выходило. Она обвела взглядом своих телохранителей.

Внешне на Рохжа ливень не отразился. Стекали капли, да и стекали. Словно по камню. А вот Дагна в этом отношении были ближе к людям. Пусть к ним и не приставала пыль, но вот волосы хорошо впитали влагу, слиплись и потемнели. Демонессы выглядели откровенно жалко, но Лея понимала, что и сама нынче представляет не самое великолепное зрелище. И всё же ни сил, ни желания приводить себя в порядок не возникало.

– На этом и закончим, – устала произнесла она.

Принеси Дорра стул, а не табурет, получилось бы с удовольствием откинуться на его спинку. Но о подобном комфорте приходилось только мечтать.

Между тем фраза подтолкнула демонов к действию. Не предназначенных для перемещения в Ад людей они быстро загоняли внутрь городка. Что с теми будет девушка не хотела просто‑напросто знать. Будущие переселенцы, о которых ей следовало позаботиться, стояли прямо перед ней… И сидели тоже.

– Сколько до телепортации времени осталось?

– Чуть больше часа, – ответила Дайна.

Лея недовольно прикусила губу, стараясь определиться с выбором. Она не знала, оставить людей ожидать на поле или же отправить их в некое более уютное место? С одной стороны, те и так уже достаточно замёрзли и настрадались. Ещё и дети плакали и хныкали так, что как их не успокаивали, а было уже бесполезно. Но, с другой стороны, городок был занят не прошедшими отбор. Спутать группы после подобного отбора никак не хотелось. А если выбрать какое-нибудь иное место, то пока все люди только дойдут до него, хорошо бы их скоренько возвращать обратно. Приказывать же Стражам «сгонять» за одеялами и чем-нибудь поесть для…

– Значит, придётся оставить их как есть, – сказала она вслух.

– Конечно, времени не так много. Надо же ещё надеть на них айэторы.

Словно в подтверждение этих слов Стражи вновь начали строить людей в колонны. Вдалеке сверкнула молния, и вскоре послышался раскатистый гром. Ветер задул ещё сильнее и, казалось, стал холоднее.

– Но мы, пожалуй, всё равно пока вернёмся в домик, – произнесла Лея и встала с табуретки.

Ноги затекли и подкашивались. Даже голова закружилась. Пришлось на некоторое время застыть в одной позе, чтобы вернуть равновесие и подвижность мышцам. Возвращаться надо было. И не только потому, что хотелось ощутить крышу над головой и сменить платье на что-либо более сухое и приятное, ведь прослойка мифрила так и оставалась металлом, а он обладал свойством несколько отличным от ткани – приносить ощущение холода в подобную погоду. Нужно было ещё и Андрея обязательно направить к остальным… И по дороге продумать – как это сделать незаметно, не выделяя его раньше времени из толпы.

Люди нуждались в её друге не только как в специалисте, считала Лея. Прежде всего – как в руководителе. Она твёрдо намеревалась позаботиться о вынужденных переселенцах, но не спрашивать же ей было каждого о том, чего ему не хватает или хотелось бы? Следовало поставить во главе группы человека, реально смотрящего на вещи и ситуацию в целом. Того, кому можно верить и доверять. И Андрей подходил ей в этом. Более того, те, кому предстояло отправиться в Ад, являлись в большинстве своём просто детьми и подростками. Руководить их действиями, а порой и спасать от откровенных глупостей, если вспомнить на что способны люди в таком возрасте, должен был тот, кто это сможет осуществить. У Андрея имелись соответствующие качества. Достаточно было вспомнить, как он на заре их знакомства усмирял буйных одним только словом. Хороший лидер. И имеющий достаточный жизненный опыт.

Увы, сформированный на основе таких мыслей великолепный образ неожиданно резко испарился, стоило только Лее войти внутрь облюбованного домика.

Дарра, неистово возмущающаяся тому, что её вынуждали остаться… Та самая Дарра, которая только что не шипела на просьбу осмотреть рану какому-то человеку… Гадкая Дарра, кокетливо улыбаясь и накручивая на изящный пальчик прядь волос, откровенно флиртовала вот с этим вот самым «ничтожным»! И Андрей, по всей видимости, отвечал взаимностью.

– Мы вернулись, – мрачно прокомментировала своё очевидное возвращение Лея, дабы разрушить идиллию.

Она ощутила невероятно сильный укол ревности. Бывший или нет, но кого такое порадовало бы? И наиболее противно на душе стало от того, что при этом она сама выглядела не лучше, чем уличная кошка! Одни спутанные от порывов ветра и мокрые от дождя распущенные волосы чего стоили. А тут ещё и с одежды чуть ли не ручьём стекает вода, а ноги по колено измазаны в местной грязи.

– Вот и хорошо, значит можно его к остальным отвести, – заключила Дарра как ни в чём не бывало. – Идём, человечек.

– Пора так пора, – вставая с дивана, сказал Андрей, меняясь в лице. Беззаботное игривое выражение сменилось задумчивой серьёзностью. – До встречи, Лея.

– До встречи, – ответила она.

Ревность стремительно отошла на второй план. Грустное, немного отрешённое прощание отдавало едким привкусом горечи. Друг вышел из комнаты вслед за демонессой, лишая её своего общества, столь необходимого ей.

«Вот и всё», – печально подумалось Лее.

Вроде событие происходило к лучшему, но на сердце образовался тяжёлый камень. Это было очередное начало конца привычной жизни.

– Пойду переодеваться, – буркнула девушка и скрылась в одной из спален.

Смена одежды и высушенные полотенцем волосы вернули её в более боевое расположение духа. Наконец-то можно было позволить себе и снять маску, но она решила с этим повременить. Столь простой атрибут давал ей возможность ощутить себя совсем другой. Словно Лея переставала быть собой, превращаясь в молчаливого наблюдателя, для которого не существовало некое хорошо или плохо. Она просто видела, слышала, ощущала, но не чувствовала.

Между тем возвращаться к людям, чтобы посмотреть на процесс телепортации, совсем расхотелось. Да и на что там смотреть? Демоны прекрасно справятся самостоятельно. Лучше обратить внимание на дальнейшее, но и менять ранее принятое решение почему-то не хотелось тоже…

– Чёрт! – привычное ругательство вылетело машинально.

– Ты о чём? Где чортъ? – непонимающе произнесла Дайна, частично высовываясь из-за косяка двери и хмуря при этом брови.

– Да это я, – начала было Лея, но махнула рукой на объяснение значения слова, переходя к самой сути. – Я же хотела Андрея скрытно как-нибудь к людям присоединить, но забыла отдать распоряжение!

– А. Ну так неудивительно, Дарра неплохо постаралась, – расслабилась Кхалисси и звонко рассмеялась. – Молодец, любимая сестрёнка!

– Это ты о чём? – непонимающе хмуриться на этот раз пришлось самой Лее.

– Да тебе бы со стороны своё лицо видеть, как вошла. Должна же она была хоть как-то отыграться, что её здесь оставили.

– Ну вам бы только издеваться бы надо мной! – тоже забавляясь происшедшим, весело ответила девушка.

– Нет, просто мы не стесняемся собственной натуры. Это тебя приручили, что огорчить другого – по сути равнозначно подлости. Постоянно идёшь на уступки, приносишь себя в жертву да взваливаешь чужой груз. А потом хнычешь по ночам.

Сказано это было настолько лёгким голосом, что никак на критику или поучение не походило. Однако мозг сделал очередную пометку, а память намекнула, что не даст забыть об этой «галочке».

– Просто такова моя собственная натура, – лукаво ответила она подруге.

– Тогда подготовь её к возвращению, – посоветовала Дайна, и Лея поймала себя на мысли, что думала об этом как о возвращении… домой. В серый, неуютный, опостылевший… но всё-таки дом.

Осознание этого разом испортило её настроение.


Глава 7

Силуэты, больше похожие в ночной темноте на чёрное живое и непрерывно шевелящееся пятно, на миг осветились холодной вспышкой пламени телепорта. Она была столь яркой, что Лее пришлось ненадолго прищурить глаза. А когда зрение полноценно вернулось к ней, то людей уже не было. Действо оказалось коротким. Девушка даже немного пожалела о своём окончательном решении присутствовать на этом событии.

Может, ей всё же стоило находиться по ту сторону телепортации и встретить переселенцев в Аду? Разъяснить им, что произошло?

«Нет», – определилась Лея.

Всё было правильно. После такого перемещения и отбора люди окажутся растеряны. Им будет не до её слов. Пусть уж лучше сотрудники Питомника сами покажут все реалии. А вот через неделю, когда те пообвыкнут, уже стоило бы и посетить поселения, проверить, как исполняет поручения Кварзиотто, узнать, что дополнительно требуется. Так что поступок был правильным. Верным.

– Госпожа Пелагея, повелитель требует вашего возвращения, – обратился к ней не пойми откуда возникший Кхоттаж.

Несколько ранее он не стал заходить внутрь домика. Когда же она направилась обратно к лагерю, то его по близости уже не оказалось. Что же, теперь стало понятно, что Кхал просто‑напросто побежал с докладом к своему хозяину.

«Интересно, что именно достигло ушей Ал’Берита?» – подумала она, но вслух только сухо сказала:

– В таком случае незамедлительно отправляемся обратно.

Рохжа спокойно наклонил голову и выразительно посмотрел на своих соплеменников. Те обступили Лею и Дагна, заключая их в своеобразный круг. Всё-таки серокожий Кхал не обладал могуществом Высших, а потому был вынужден объединить силу своих соклановцев, чтобы переместить и первого заместителя наместника, и её телохранительниц.

Глаза молодая женщина закрыла заранее, чтобы в очередной раз не мучить зрение. Когда же ей довелось открыть их, то перед взором уже находились палаты замка Аджитанта. А именно – кабинет Ал’Берита.

Слегка приподняв одной рукой низ платья, чтобы было удобнее сделать поклон, Лея запоздало осознала, что переодевание не так уж помогло в возвращении приличного облика. Сменная одежда тоже испачкалась несмотря на то, что девушка старательно поднимала подол при ходьбе по размякшей от ливня земле. Носки туфель так и вовсе покрывала коричневая подсыхающая масса, смешанная с травинками. Однако исправить это она уже не могла, так что, напуская на себя невозмутимый вид, просто-напросто склонилась перед сидящим в кресле-троне демоном и произнесла:

– Все возложенные на меня обязанности исполнены в соответствии с вашими пожеланиями.

Небольшая пауза перед ответом на эту фразу и холодное лицо Ал’Берита, не выражающее никаких эмоций, заставили её душу переместиться в район пяток. Видимо, приходилось ожидать очередного яркого недовольства повелителя. И хотя поводов для подобной немилости имелась уйма, Лея непроизвольно и с беспокойством опустила взгляд на свою обувь. Может неподобающая грязь на туфлях была более очевидна опрятному до щепетильности наместнику Аджитанта, чем ей хотелось?

– Несмотря на некоторые инциденты, я вполне доволен вами, – мягко улыбаясь, наконец-то произнёс Ал’Берит. У неё стремительно отлегло от сердца, однако несколько преждевременно. – Но не Кхалисси Дайной. Надеюсь, вам понятно моё предупреждение?

Он многозначительно посмотрел на воительницу, после чего дал знаком понять всем телохранителям выйти из помещения. Те незамедлительно подчинились приказу. Словно ненароком проводившая их взглядом Лея обратила внимание, что сапоги Дагна и лапы Рохжа выглядят абсолютно чистыми. Но это обстоятельство недолго занимало её мысли. Теперь, когда она осталась наедине с повелителем, голос совести стал особенно громок. Он настойчиво требовал сказать, что Дайна ни в чём не виновата, что всё произошедшее только её ошибка!

Однако тут была проблема. И суть её составлял привычный для неё страх из-за кипы бесконечных сомнений.

Прежде всего, требовалось узнать, в чём именно заключается недовольство повелителя демонессой. И нужно это было потому, что Лея, если честно, совсем не хотела каяться в том, о чём наместник мог не знать. Например, молодая женщина искренне надеялась, что до руководства про её путешествие в родной городок всё-таки не дошло никаких историй… хотя разум и считал это одной из наиболее вероятных причин немилости.

В целом, она была убеждена, что наверняка дело касалось либо случая при встрече с Андреем, либо не самой удачной телепортации на небоскрёб. И хаотично скачущие размышления подсказывали, что Ал’Берит, видимо, имел в виду именно второе, так как первое скорее било по репутации Кхоттажа нежели Дайны.

Правда, в этом особой уверенности не возникало.

С одной стороны – зачем Кхалу Рохжа сообщать такие подробности? С другой, неизвестно же в каком свете он мог донести подобную информацию. А защищать свою госпожу от необдуманных для здоровья действий и поступков прямая обязанность демонессы. И на это повелитель явно бы и указал своему первому заместителю.

К сожалению, запутанные раздумья заняли достаточно времени, чтобы Ал’Берит подошёл к ней и дотронулся до влажных от дождя и растрёпанных от ветра волос девушки. После чего, сурово, сказал:

– Ты верно решила. Твой внешний вид является неподобающим.

Наместник сделал небольшую паузу, наслаждаясь смущением своей подчинённой, и, уже улыбаясь, словно предыдущая грозная фраза не имела никакого значения, продолжил:

– И всё же не настолько, чтобы так быстро закончить аудиенцию, – он с чуткой лаской поцеловал её в губы и негромко мягко произнёс. – Ты пробыла на Земле не так долго, но пахнешь совсем другим миром.

Лея растерялась. Она не знала, как реагировать на подобную нежность.

Наивная надежда шептала, что может, совместная ночь во время «Апокалипсиса» что-то задела внутри рассудительного демона? Недаром тот казался столь странным тогда. Однако поддаться вере в наилучшее и радоваться происходящему толком не получалось. Вроде бы момент должен был вызвать трепет в душе… Вот только такой эмоции не возникло. Очарование почти не чувствовалось.

Ал’Берит взял её руку в свою. Он неторопливо провёл пальцами по коже запястья Леи, рассматривая браслет из кристаллов душ, и, прежде чем поцеловать молодую женщину вновь, заметил:

– Твоя душа напиталась такой силой, что ни одному из этих камней не сравниться с тем, что внутри тебя. Странно, что ты никак не используешь эту энергию.

Фраза, да и вся ситуация в целом, идеально подходили для того, чтобы попросить виконта продолжить обучение. Вот только Лея сейчас хотела совсем не этого. Настроение всегда играло значимую роль в её поступках. Ныне же, помимо усталости, ею владели раздражение и разочарование. Ни доводы разума воспользоваться ситуацией, ни порывы сердца насладиться обществом повелителя, так и не остались ею услышанными. А потому она, без энтузиазма ответив на поцелуй, ровным тоном, удачно убрав из голоса желаемую язвительную интонацию, сказала:

– Из меня выйдет отличный кристалл.

Ставший цепким пристальный взгляд глаз Ал’Берита заставил Лею прикусить опрометчивый язык. Нечто зловещее в этом внезапном взоре основательно испугало её. Однако страху не предстояло стать долгим. Повелитель без суеты отстранился и, заведя руки за спину, как если бы глубоко задумался над чем-то, сделал несколько равномерных шагов, возвращаясь на подиум. Затем повернулся к ней лицом и нарушил возникшую тишину.

– Да, госпожа Пелагея, это было бы так.

Несмотря на то, что виконт ни с того ни с сего перешёл на официальное обращение, он звонко засмеялся и после заметил:

– Вы хорошо постарались для новых переселенцев.

Не до конца разобранные девушкой события, эмоции и хаотичные размышления тут же отошли на второй план. Ей следовало собраться, чтобы не поддаться на провокацию, явно предназначенную, чтобы она поинтересовалась о причинах приказа, заставивших сократить численность спасённых людей более чем на треть.

– Забота о них – моё желание.

– По-прежнему стремитесь нести добро, – задумчиво протянул он, а затем обворожительно улыбнулся и констатировал факт: – Но не доносите.

Его спокойные слова заставили её на мгновение вскипеть. Она в очередной раз не смогла сдержаться от крошечной едкой фразы, являющейся на взгляд Леи абсолютно точной причиной, из‑за чего в Питомнике оказалось всего две тысячи переселенцев!

– Зато повелителя Аджитанта очень немногое удерживает от того, чтобы делать то, что он хочет и тогда, когда он этого хочет.

– Да, госпожа Пелагея. Несомненно, мои дела в полном порядке.

Смешок демона прозвучал как сарказм. Она же постаралась понять, почему он подчеркнул слово «дела». Это явно было сделано намеренно. Но для чего?

«В любом случае, надо успокоиться», – посоветовал разум самому себе и постарался расслабиться.

– Речь же идёт о вашей персоне, – продолжил Ал’Берит.

– Вы считаете, что мои старания оказались излишними, повелитель? – смиренно осведомилась девушка.

Не важно, из-за чего был такой приказ. Гораздо значимее то, как он воспринял её действия и что из-за этого произойдёт дальше.

– Отнюдь. Хижины действительно являются пережитком прошлого. Многоэтажные дома – замечательное и простое решение для размещения одного и того же количества людей на меньшей площади.

Ал’Берит сделал паузу. Он снова давал ей возможность задать вопрос, из-за чего тогда резко уменьшилось число переселенцев? Однако Лея решила одержать маленькую победу, не произнося ни слова. Раз у повелителя имеется необходимость, чтобы сведения об этом были донесены до её ушей, то пусть озвучит информацию сам! Безо всяких на то просьб!

Она, стараясь сохранять недвижимость мышц лица, лишь выжидательно смотрела на демона. И виконт действительно продолжил речь.

Вот только совсем на другую тему.

– Через четыре часа вам следует прибыть ко двору Его высокопревосходительства Дзэпара.

– Для чего?

Глаза Леи округлились от удивления. Последняя фраза всё-таки выбила её из уверенной колеи. На часах был второй час чёрного сектора. Напряжённый день, полный далеко не самых приятных забот и проблем, оказался весьма долгим, и, честно говоря, в душе горела надежда как можно скорее добраться до кровати.

– Будете исполнять свою основную обязанность, – Высший демон снова ненадолго замолк, заставив мысли молодой женщины превратиться в тысячи змееподобных нитей, спутавшихся в тесный нераспутываемый клубок. – Как моему первому заместителю, вам предстоит прибыть в Бьэллатор, дабы представлять Аджитант, когда моего внимания требуют иные вопросы.

– Мне следует знать какие-либо нюансы, что могут вызвать интерес Его высокопревосходительства? – мертвенным голосом вопросила она.

Лее впервые предстояло покинуть владения Ал’Берита без него самого. И, более того, непонятно зачем. Если это действительно являлось деловым вопросом, то повелителю было бы значительно проще не тратить на неё время, а переговорить напрямую с Дзэпаром… Или же Аворфиса отправить.

Это же тоже его прямая обязанность в конце-то концов!

– Несомненно, – утвердительно сказал виконт и сообщил запрашиваемое ею обстоятельство. – Дела Аджитанта в полном порядке.

Тон голоса не менялся, но не уловить насмешку в словах было невозможно.

– Так что то, что может привлечь внимание Его высокопревосходительства, известно только ему самому. Я, конечно, могу высказать предположения, но они только ими и будут… На этом всё, госпожа Пелагея. Можете идти.

Она поклонилась, сталкиваясь взглядом с ехидной мумией, которая сквозь щель между сжатыми на ступеньке зубами сумела протиснуть кончик языка, высовывая его наружу. Увы, голова нежити находилась достаточно далеко, чтобы «случайно» наступить на вреднейшую тварь. Так что ничего не оставалось, как проигнорировать мерзавку.

Выйти из кабинета в коридор, где её уже поджидали Дагна, девушке хотелось очень быстро, и всё же ей удалось соблюсти правила приличия и сохранить привычную скорость шага. Однако едва дверь за спиной закрылась, как Лея, высоко приподнимая подол платья, чтобы не споткнуться, буквально-таки подбежала к своим телохранительницам. Кажется, её взволнованный вид и поведение заставили тех ощутить серьёзное беспокойство, настолько тревожными стали их взгляды.

– Дайна, Дана здесь? – первым делом поинтересовалась она у Кхалисси. Следовало как можно скорее найти демонессу, которая, на взгляд девушки, могла разрешить возникшую ситуацию и вернуть ей душевное равновесие. – Мне надо с ней поговорить.

– Между прочим, сейчас нерабочее время. От нас хотят переработки, – шёпотом, настойчиво привлекающим к себе внимание, с юмором намекнула Дарра своей Кхалисси.

… И откуда она выдумала такое слово в Аду?

– Дана уже вернулась в дом. А о чём речь? – спросила Дайна, проигнорировав шутку сестры.

Голос подруги прозвучал раздражённо. Конечно, день у воительницы тоже выдался не из лёгких, да ещё и замечание Ал’Берита её «порадовало».

Первый заместитель неуверенно осмотрелась. Подобные темы ей не хотелось обсуждать на открытой площадке, даже если сам разговор и занял бы от силы минуту.

– Зайдём в кабинет.

– Хорошо, – согласилась Дайна и, как только дверь за ними закрылась, сухо поинтересовалась. – Так в чём дело?

– Не знаю, – честно ответила Лея и вдруг, разводя руками, нервно захихикала.

Подруга посмотрела на неё таким странным оценивающим взглядом, что всё же пришлось заставить остановить начинающуюся истерику расшатанной психики.

– Меня отправляют исполнять мой служебный долг в Бьэллатор.

– То есть повелитель хочет, чтобы ты замещала его на каком-либо собрании или совещании у герцога Дзэпара?

Как только Дайна сумела всё и сразу понять, для госпожи Пелегеи осталось загадкой… Вызывающей зависть.

– Именно. Теперь ты понимаешь суть проблемы?

– Конечно, ему бы стоило всерьёз задуматься о замене первого заместителя, – мгновенно ответила вместо Кхалисси Дарра.

– К чему обсуждать избитые истины? – поморщилась Дорра. – Это скучно.

– Сознайся, если бы не я, то тебе это просто-напросто не пришло бы в голову, – подмигнула сестре Дарра с самым невинным выражением на лице.

– Мне намного ближе мысль, что нам стоит переложить эту обязанность на господина Аворфиса, как на второго заместителя. И заметьте. Пусть не так красиво перед повелителем, зато насколько рационально!

– То есть никому в голову не приходит, как помочь мне самой справиться? – жалобно подала голос Лея.

– Конечно, – ответило слаженное трио.

– Нет. У тебя, конечно, есть шансы, – решила утешить Дайна, с сочувствием глядя на расстроенную госпожу.

– Хоть ты в меня веришь, – постаралась поблагодарить её она.

– Но явно не в этой жизни, – тихо дополнила фразу сестры Дарра.

– Нет-нет. Шансы есть, – убедительность в голосе Дайны, заставила молодую женщину вновь ощутить надежду.

Ей крайне не хотелось побывать в гостях у Его высокопревосходительства без сопровождения Ал’Берита. Она боялась Дзэпара. И эта фобия даже пересиливала страх перед собственной некомпетентностью.

– Правда?

– Определённо. До этого же тебе как-то везло? Так что, например, мероприятие перенесут или герцога не окажется в замке. И ты преспокойно вернёшься домой.

– Как утопленнику везёт, – мрачно прокомментировала Лея. – А если что-то дельное предложить?

– А дельное, – усмехнулась Дайна. – Мы были на Земле вместе с тобой и не в курсе многих дел здесь… Более того, Дана, может и знает что-то полезное. Но до неё сначала надо доехать. А это время. Почему бы для начала не потревожить Кассандру и не узнать у неё основную информацию?

– Ты гениальна! – расцвела Лея.

– А вы это запомните! – довольно задрала нос перед сёстрами Кхалисси, покуда её госпожа поворачивала резной диск. Практически сразу из устройства раздался знакомый томный голос.

– Да, госпожа Пелагея.

– Меня интересуют подробности, что ожидается сегодня на приёме у Его высокопревосходительства Дзэпара.

– У Его высокопревосходительства не запланировано подобное мероприятие, известное для меня.

В обычно ровном голосе Гвас'Увэйд промелькнула нервная нотка. Кажется, вокруг Леи просто-напросто не могла существовать спокойная обстановка.

– А что будет?

– Ежегодное собрание наместников городов.

– Вот это я и имею в виду, – довольно сообщила секретарю первый заместитель, даже на таком расстоянии ощущая, какое сильное негодование та испытывает за подобные неточности в формулировке.

– Отчёты по всем ведомствам были переданы в канцелярию Его высокопревосходительства в срок. Так что запланировано совещание для разрешения возникающих в связи с ними вопросов и обсуждение дел устройства, управления, дисциплины и нравственной жизни общества.

– Кассандра, мне необходимы эти данные. И как можно скорее.

– Будет исполнено, госпожа Пелагея.

Молодая женщина отключила переговорное устройство и с задумчивым выражением на лице нервно забарабанила пальцами по столешнице.

– Нравственной жизни общества, – наконец фыркнула она. – Надо же до такой фразы додуматься!

– Между прочим, это твоя сфера деятельности, – намекнула Дарра.

– Вот потому-то я какую-то сомнительную нравственность общества и вижу.

– Не беспокойся. Общественность видит в тебе не менее сомнительное руководство над её нравственностью.

В дверь раздался стук, прерывая почти сформировавшуюся мысль с ответом. Идея достойной реплики незамедлительно сгинула прочь, и Лее ничего не оставалось, как ворчливо дать указание впустить посетителя. Им оказалась проявившая молниеносную исполнительность Кассандра. Её огненно-рыжие волосы были распущены, немного стирая из облика привычную официальность. Переливающиеся стрекозиные крылья оказались чуть расправлены. Так что сейчас, когда она держала в одной паре тонких рук, украшенных массивными браслетами, несколько пухлых свитков, а другую оставила за спиной, Гвас'Увэйд больше походила на фею, чем на демоническое создание. И это несмотря на огромные фасеточные глаза.

Секретарь церемонно положила данные на стол и поинтересовалась:

– Ещё чего-либо изволите, госпожа Пелагея?

– Нет. Можете идти, – с нетерпением отпустила секретаря Лея. Ей хотелось как можно быстрее просмотреть отчётность, но стоило Кассандре уйти, как девушка сгребла свитки в охапку для иной цели.

– Поехали домой. По дороге посмотрю.

Стоило ли говорить, что путь до особняка занял по её ощущениям крайне мало времени? Лея рассчитывала по отчётам сделать краткие шпаргалки, но написать более сжато, чем в основном источнике, оказалось занятием нереальным. Так что она решила хотя бы просто прочитать данные, не забивая особо голову. В конце концов, если бы кто-нибудь решил задать какой-нибудь вопрос, то первый заместитель наместника Аджитанта могла хотя бы честно ответить, что интересовалась сутью дела. А человеческая память, увы, столь не совершенна…

В холле дома оказалось на удивление пустынно, и это немного расстроило Лею. Почему-то в глубине души она считала, что её ожидает более оживлённое и торжественное возвращение.

– Позвать Дану? – вяло поинтересовалась Дайна, потягиваясь.

Девушке очень захотелось повторить это движение… Настолько, что она твёрдо сказала:

– Нет. Я пойду и лягу спать.

Неподдельное удивление тут же возникло на лицах демонесс. Лее же внезапно довелось осознать, что она по-любому выставит себя глупо, что бы ни произошло дальше. Хотя бы потому, что не может совладать с собственной природой или стать какой-то другой Леей, способной играть с непонятными ей силами. Но объяснять всё это первый заместитель не стала. Лишь небрежно водрузила на ближайший столик кипу отчётов и начала подниматься по лестнице со словами:

– Так что разбуди меня через пару часов. Как раз хватит времени, чтобы принять душ, одеться и телепортироваться.

Последнее слово навело её на весьма неприятную мысль, заставившую застыть с приподнятой над ступенькой ногой.

Ведь повелитель так и не обмолвился, как ей добраться до герцога!

Вряд ли бы он забыл о том факте, что даёт указание самому обычному человеку, а, значит, видимо, по этому вопросу следовало проявить предусмотрительность и заблаговременно позаботиться самой Лее.

Вполне возможно, что это была его очередная каверза.

– Кстати, ты сможешь нас переместить? – с надеждой поинтересовалась молодая женщина у Дайны.

– Пусть с артефактом, но смогу. Правда, не в сам замок. А так, координаты Бьэллатора у меня есть.

– Вот и отлично!

На данный момент Лею, осчастливленную быстрым решением возникшей проблемы, не тревожила длительная прогулка по улицам не самого прохладного города, поэтому она в быстром темпе продолжила свой путь наверх. Чтобы ни произошло дальше, ей стоило отдохнуть хоть немного.


***


Повелитель внимательно смотрел, как за его первым заместителем закрывается дверь. При этом, пусть желание и решение его осуществить пришли всего пару минут назад, демон ощущал нетерпение. Да и само намерение требовало оперативности. Настолько, что Ал’Берит предпочёл нарушить привычный порядок, и створки приглушённо сомкнулись несколько быстрее обычного. Теперь можно было приступать к задуманному.

Краткий миг и наместник Аджитанта переместился на Землю. Тут же в лицо ему устремился свирепый порыв влажного ветра, как будто пожелавший смести прочь чуждое этому миру существо. С небес с новой силой посыпались тяжёлые капли дождя. Угрожающе, почти одновременно, сверкнули две ветвистые молнии, и вскоре гулкий гром заглушил прочие звуки…

И всё же земная природа была беспомощна против нарушителя границ пространства. Электрические росчерки бессмысленно разрезали тучи, их громкие раскаты не привлекли внимания демона. Влага иссыхала, не долетая до его тела. А ветер огибал фигуру Ал’Берита, не смея задеть даже волос. Появившаяся в просвете тёмных клубов облаков Луна только и смогла, что с пустой злостью освещать пространство, дабы ни одно движение незваного гостя не стало упущено.

Высший демон беспрепятственно делал необходимые шаги. Трава и грязь промелькнули под ногами, но не оставили ни единого следа о себе на сапогах.

Хранитель летописей и Главный архивариус Ада не желал соприкасаться с этой планетой не менее сильно, чем та не хотела принимать его.

– Вы задержитесь здесь для выполнения ещё одной задачи, – оценивающе оглядывая приветствующего его командира Стражей, сказал Ал’Берит. – И рассчитываю, что моё указание будет исполнено за время оставшееся до всеобщего отбытия.

– Всё, что пожелает, мой повелитель.

– Вам предстоит собрать не менее пятидесяти зрелых и здоровых женщин.

В глазах Стража промелькнули неуверенность, удивление и тревога. Именно в таком порядке.

Как и всегда, члены этого клана прежде всего думали о деле. Предстоящее же поручение вполне подходило под определение «найти иголку в стоге сена». Людей на планете осталось и так крайне немного, а Его превосходительству ещё и требовались определённые особи. Собственно, поэтому обстоятельство, что этот вопрос стал озвучен столь поздно, и изумляло. Ведь наместник Аджитанта, помимо эксцентричности, славился во всём Аду своей предусмотрительностью.

Так что, подводя все мысли к единому итогу, командир пришёл к выводу, что Высшему демону зачем-то понадобилось его устранение. Соединяя факты, ему было легче поверить именно в это, чем в иные вероятности. И результат размышлений не мог не вызвать у него беспокойство.

Ал’Берит, внутренне наслаждаясь переживаниями подчинённого ему демона, ещё и добавил.

– И да, это должно быть сделано по возможности тихо и тайно. О выполнении сообщите мне лично.


***


– Лея! – возмущённо прокричала Дайна, разрубая ножом верёвку, прикрепляющую шлюпку к кораблю.

Девушка отчаянно ухватилась за борта, но спасительное судёнышко опасно накренилось, грозя выкинуть человека в ледяную воду. Между тем воительница перерезала и вторую верёвку. Лодка стремительно полетела вниз, и она, от страха зажмурив веки, вжалась в дно. От соприкосновения с водой её затрясло.

– Раздери тебя бездна! – послышался совсем близко гневный голос демонессы.

«Откуда? Она же осталась на корабле», – обескуражено подумала Лея и нашла в себе силы открыть глаза.

Над ней стояла ужасно сердитая Кхалисси клана Дагна.

– Что ты здесь делаешь? – ещё не до конца понимая происходящее, изумилась молодая женщина.

– Тебя разбудить пытаюсь, – процедила телохранительница сквозь зубы.

Лея осмотрелась. Окружающее пространство совсем не походило на морские пейзажи. Она находилась в своей комнате и лежала на кровати… Правда поперёк и закутанная в плед, словно в кокон.

Кажется, сон приснился тот ещё.

И между тем реальность вновь постаралась ускользнуть. Стоило на секунду прикрыть веки, как в сознании замелькало продолжение сюжета.

– А зачем? – зевнула госпожа Пелагея, намереваясь устроиться поудобнее, но тонкое одеяло, как в сказке, убежало за пределы досягаемости руки.

Пришлось всё же принять сидячее положение, чтобы сообразить, для чего нужны такие издевательства над человеком. Воспоминание, однако, пришло само собой. Лея тут же посмотрела на часы.

– Ой! Мы же так опоздаем! Ты чего так поздно?!

– Я поздно? – с удивлением и возмущением осведомилась демонесса. – Между прочим, я тебя будила своевременно. И ты встала!

– Не помню такого, – честно ответила Лея. – А я что-нибудь говорила?

– Что через полчаса будешь готова!

– Эх. Прямо-таки школьные времена повторяются! – вскакивая с кровати, в сердцах воскликнула она.

Именно так всегда и происходило в годы юности, если решалось дочитывать книгу до конца и приходилось ложиться спать под утро. Будильник выключался, как далеко его не отставляй, словно по волшебству. А родители не всегда могли тормошить дочку каждые пять минут.

Быстро закончив с водными процедурами, Лея подумала, что, быть может, всё вышло не так уж плохо. Столь активное начало бурной деятельности после сна заставило включить мозг и тело на полную программу. Во всяком случае, готова она была к выходу уже через пятнадцать минут. Подобной скорости девушка от себя никак не ожидала.


***


– Я готова, – наконец провозгласила человек.

– Тогда пошли вниз.

– Зачем? Разве отсюда нельзя телепортироваться?

– Можно, но повелитель прислал Кхала Рохжа в качестве транспортного средства, – последние слова Дайна просмаковала.

– Давненько не виделись, – прозвучал грустный комментарий. – Неужели он так нужен нам для этого?

– С одной стороны да. В сам замок я не смогу при помощи артефакта совершить телепортацию, даже зная ориентиры… Иначе бы мы и на работу твою не катались.

– И потеряли бы львиную долю романтики, – задумчиво и грустно сказала подопечная.

– Это ты о чём? – поинтересовалась озадаченная Кхалисси.

– О наболевшем, – послышался скорбный ответ.

Демонесса исподтишка посмотрела на человека, что стремительно и отрешённо, словно в последний бой, спускалась по ступеням. Вполне вероятно, что подниматься по этой лестнице госпоже Пелагее уже бы и не пришлось. Поэтому Дайна сочла за наилучшее промолчать… Но не только для того, чтобы унять собственное раздражение и сохранить в памяти более приятные моменты. Не хватало ещё среди всех, и не думающих исчезать проблем, уделять внимание такой ерунде. Сейчас перед ней стояла только одна цель – не дать своей госпоже утянуть за собой весь клан. Дагна стоило тихо и быстро исчезнуть со смертельной сцены. Позиция повелителя являлась для Кхалисси кристально ясной – дай своему подчинённому задание, с которым он заведомо не справится, и можешь делать с ним всё, что захочешь. Так что, как бы ей ни нравилась женщина, рассчитывать на ту и делать ставку, было нынче никак нельзя. Вряд ли нынешний первый заместитель наместника Аджитанта продержалась бы ещё один год.

Кхал Рохжа стоял в холле ближе к выходу. Его лицо не выражало абсолютно никаких эмоций, но не приходилось сомневаться, что он рассержен и предпочёл бы находиться в любом ином месте.

Почему для путешествия в Бьэллатор повелитель избрал именно свою «правую руку», оставалось для Дайны загадкой. Для такой цели подошёл бы любой его соклановец или какой-либо иной демон.

«Для чего нужно было столь принижать самого Кхала?» – задалась она вопросом, и внезапно ответ пришёл сам собой.

Наверное, не только её поведение вызвало недовольство Его превосходительства. Кхоттаж тоже получал своё, только не открытыми словами. Что, в общем-то, было хуже. Пока слова оставались только словами, они не являлись столь значимыми, как действия.

«Что же ты такого наделал? За что так наказан?» – заинтригованно думала Дайна, пока демон приветствовал первого заместителя своего непосредственного руководства.


***


Резиденция герцога так же, как прочие замки и иные важные объекты, являлась ограниченной для телепортации территорией. Без особого доступа осуществлять пространственные перемещения имелась возможность только в определённом зале. Если же не обладать общим допуском, то и такая привилегия не допускалась. Поэтому комнату, в которую Кхоттаж перенёс её и человека, воительница видела впервые. Для неё это вообще было первое посещение Бьэллатора. И оно ей сразу не понравилось. Пятиугольное помещение с рунным бело-матовым в крапинку полом, где они оказались, насквозь пропитывала угрожающая аура. Светлый камень, в котором застыли сотни кристаллов душ, служил великолепной охранной системой. Одна небольшая нестыковка, подозрение… да, что угодно, и всему этому залу, как минимум, предстояло превратиться в жерло вулкана!

Кхалисси украдкой стёрла липкий пот со лба. Пожалуй, только личный приказ повелителя и заставил бы её телепортироваться в это местечко самостоятельно.

– Красиво, – беззаботно сказала человек, рассматривая искусно выточенных из костей Высших демонов шестируких големов, пока неподвижно стоящих. После чего с небрежностью ткнула одного пальцем.

У Дайны застрял комок в горле, а всё тело словно утратило подвижность.

– Нам следует идти дальше, – с вежливой интонацией поторопил госпожу Кхоттаж, опасливо озираясь. Ему тоже было здесь совсем неуютно.

– Да. Хорошо, – на удивление легко согласилась подопечная и развернулась. Оттого ей и не довелось увидеть, как глаза голема загорелись красным светом и жуткая голова, хищно скалясь, повернулась в сторону нарушительницы покоя.

– Госпожа Пелагея, позвольте представиться. Я Леккео, секретарь Его высокопревосходительства Дзэпара.

Взгляд женщины с удивлением уставился на встречающего их невысокого и худощавого полукровку. Тот выглядел словно темноволосый человеческий мальчик лет двенадцати. Его бледную кожу и светлые, почти белые глаза, резко оттеняли длинное чёрное одеяние и тёмно‑бордовый плащ, капюшон которого немного прикрывал лицо. Пожалуй, Леккео являлся одним из тех редких существ в Аду, чья безобидная внешность вполне сходилась с действительностью. И не будь он одним из самых первых результатов экспериментов по слиянию генов с людьми, то был бы просто-напросто уничтожен. Но ему достаточно повезло, и он, несмотря на кажущийся юный вид, работал на герцога с незапамятных времён.

– Пройдёмте, – вежливо попросил секретарь.

Насколько бы этот полудемон сам по себе не являлся безобидным и слабым созданием, голем под его взглядом бесшумно и покорно вернулся в прежнюю позу.

– Госпожа Пелагея, я буду ожидать вас здесь, – твёрдо произнёс Кхоттаж, стоило им только покинуть жуткую комнату и выйти в аскетично обставленный холл.

– Хорошо, – удивлённо согласилась человек, и Дайна поняла, что та ожидала некой слежки со стороны Рохжа. Грустно, но подопечная по-прежнему не осознавала – повелителю гораздо легче узнавать всё от Дагна.

– Если того не требуют ваши намерения, то я бы рекомендовал оставить обоих слуг здесь. Его высокопревосходительство предпочитает, чтобы посетители придерживались строгого делового этикета.

– Останься вместе с Кхоттажем, Дайна, – попросила человек, сверкая неповторимым очарованием отчаяния в глазах.

Телохранительница поклонилась, давая госпоже возможность уйти, но та замялась, страшась остаться без её общества. А затем всё-таки последовала за Леккео.


***


Лея села в огромное жёсткое кресло с лилово-чёрным подобием герба на навершии высокой спинки, почти идентично повторяющим подпись Ал’Берита и обозначающим, что сидение предназначено именно для него. Пожалуй, в отличии от своей несчастной заместительницы, он действительно был бы здесь на своём месте.

«Что я здесь делаю?» – мгновенно оробев, подумала она и заёрзала, сцепляя пальцы в замок.

До этого молодая женщина пробовала положить ладони на подлокотники так, чтобы дрожащие пальцы ухватились за их край, но руки оказались вытянутыми, словно на зарядке. Ступни же и так болтались чуть ли не в полуметре от пола. Но выбора, как такового, не имелось. Слезать с кресла определённо не следовало… Иначе бы из-за высоты стола её практически не видно стало!

– Желаете чего-либо? – сочувственно посмотрел на неё Леккео. Сам он был ещё меньше ростом, и явно испытывал схожие проблемы с мебелью рослых демонов.

Первый заместитель наместника Аджитанта нервно и слишком быстро отрицательно замотала головой в ответ, боясь, что от испытываемого стресса вот-вот начнёт заикаться. Мальчик лишь понимающе улыбнулся.

– Я всё-таки прикажу подать напиток, госпожа Пелагея. И, пожалуй, попрошу Его высокопревосходительство перенести совещание в другой зал.

Он развернулся и вышел, оставляя гостью в полном одиночестве. Но вскоре в помещение зашёл слуга, чтобы поставить перед ней стальной кубок в виде черепа со слегка дымящейся зелёным жидкостью малинового цвета. Она проводила уходящего демона крайне недоверчивым взглядом, но, решив, что терять нечего, не принюхиваясь, сделала большой глоток.

По вкусу содержимое немного напоминало чёрносмородиновый глинтвейн, только, кажется, было полностью безалкогольным. В голову сразу пришла мысль, что перед уходом стоит спросить название, уж очень напиток понравился, но… на этом позитивные думы завершились. Возможно, после этого совещания, ей уже не предстояло заказывать такие угощения. Никогда в этой жизни.

Наслаждаясь последними мгновениями спокойствия перед грандиозным провалом, Лея снова заёрзала… в очередной раз рассуждая, что альтернатива пребывания в Аду в качестве узницы Рохжа на самом деле являлась не такой уж плохой задумкой. Ведь в темнице было прохладнее, нежели в Бьэллаторе, и кормили. Ещё бы интернет провести и появилась бы возможность прожить самую обычную жизнь. Подумаешь, что из камеры при этом не выйти! Сколько людей почти так и жили? Работа. Дом. Диван перед телевизором или компьютерное кресло. И всё.

Никаких событий или приключений.

Красота!

Руки во всяком случае не дрожали бы от любого шороха!

Словно следуя за её мыслью, дверь в зал совещаний раскрылась, и у первого заместителя наместника Аджитанта тут же затряслись и ноги.

– Её превосходительство Ахрисса! – возвестил слуга с некоторым опозданием. Баронесса вошла слишком поспешно и взволнованным взглядом осмотрела помещение.

– Ещё никого нет! – мгновенно разозлилась она.

Лея не стала махать рукой или как-то иначе подавать знак о своём присутствии. Наоборот, даже порадовалась, что на неё не обратили внимание. В конце концов, это не её проблемы, что наместница Крудэллиса пришла на три минуты раньше.

– Его высокопревосходительство, уведомляет о том, что совещание перенесено в Морской Зал. Прошу вас следовать за мной, – сказал не пойми откуда возникший Леккео.

– Замечательно! – демонесса была готова метать молнии. – Мало того, что время теряем, так ещё и мокнуть предстоит!

Девушка тихо сползла с кресла, предварительно сделав глоток напитка, и молчаливо последовала за секретарём. Подросток шёл размеренным неспешным шагом, приводя в неистовое бешенство Ахриссу подобной нерасторопностью. И, как ни странно, это обстоятельство разливалось светлым теплом в душе.

«Как будто у неё там пожар», – довольно подумала вредность.

«А мы вот никуда не торопимся», – прокомментировало ехидство, наблюдая как медленно волочится по полу чересчур длинный бордовый плащ Леккео.

«Да-да, нам-то хорошо», – радостно согласилась язвительность.

Морской Зал оправдывал своё название. Возможно, именно так выглядела в чьих-либо фантазиях таинственная Атлантида. Лазурная с золотом вычурная дверь словно открывала проход в кусочек иного мира. За порогом вместо привычной комнаты находилась каменная площадка, напомнившая Лее афитеатр. Только перевёрнутый. Пожалуй, это могла быть и крыша здания, стены которого под углом уходили вниз, чтобы затеряться в хмурых синих волнах. По серому небу, какое бывало перед грозой, куда-то бежали тёмно-фиолетовые облака. Они скрывали собой мутное пятно солнца. И с этой высоты открывался прекрасный вид на огромный белокаменный город. Прямо к пирамиде, а молодая женщина уже определилась с мнением, что находится на вершине той, вела прямая широкая аллея, пересекаемая кольцами округлых стен. На местах пересечения сверкали розовой медью литые ворота. Насколько позволяло увидеть зрение, меж домов находились многочисленные зелёные скверы с фонтанами, серебристые струи которых взмывали высоко над землёй. Воздух же пах морской свежестью и был прохладным настолько, что по коже Леи пробежали мурашки.

Сама дверь, через которую она вошла в «зал», висела в воздухе посреди синей мраморной арки, а от её порога вело шесть огромных ступеней вниз. На площадке же располагался каменный округлый стол, вокруг которого стояли три низких одинаковых кресла из тёмного дерева. На одном из них сидел граф Форксас. Демон, в обличии сурового старика с роскошным профилем, выглядел неизменно хмурым. Его рука с массивной печаткой отбивала некий несвязный ритм по столешнице. Герцог тоже находился здесь. Он предпочёл своё неизменное кресло, выделяющееся на фоне трёх остальных.

– Присаживайтесь, – пригласил хозяин замка.

Баронесса и Лея заняли места так, что девушка оказалась напротив герцога и спиной к двери. Взгляд тут же привычно обречённо опустился вниз, и вернуть его обратно стало невероятно сложно. И не только по причине страха. Каменная столешница была искусно изрезана очень узкими желобками, по которым текла из выполненного в виде чаши источника вода, чтобы по извилистым завиткам плавно спускаться на пол и исчезать в едва видимых щелях.

– Похоже, что один из нас слишком много о себе мнит, – негромко пробурчал Форксас.

Это оказался один из редчайших случаев, когда для первого заместителя наместника Аджитанта не остались загадкой речи Высшего демона. Домыслить, о ком шла речь, труда не составило. Однако она не порадовалась своему пониманию. Вместо этого госпожа Пелагея стремительно возжелала стать невидимкой, но магия такого уровня была всё ещё ей недоступна.

Пристальные взгляды присутствующих сосредоточились на человеке, а затем граф привстал и позволил себе громко возмутиться.

– Вы мой сеньор, но поступок вашего вассала переходит все границы. Он может играть в любые игры, но по отношению к себе я требую уважения!

– И не только вы, – поддержала Ахрисса, после чего фыркнула. – Как будто только у Ал’Берита есть занятия, которым стоит уделить внимание в это время!

Его высокопревосходительство сурово посмотрел на обоих подчинённых таким взглядом, что те, мгновенно уняв гонор, замолчали. Наместник Игниссиса покорно вернулся на место, даже не посмотрев вновь в сторону первого заместителя виконта.

– Все ваши обоснованные недовольства, – герцог сделал столь грозный акцент на слове «обоснованные», что у Леи невольно застучали ещё и зубы, – вы всегда можете изложить письменно. Например, как в своих отчётах. И, кстати, в отличие от ваших земель, дорогая баронесса, они в Аджитанте безупречны.

Официально Ал’Берит имел полное право прислать заместителя. Другое дело, что это являлось только формальностью, да ещё и заместитель оказалась человеком. Так что разговор с сеньором ему определённо предстоял не самый приятный. Вот только сейчас герцогу было вернее поставить на место остальных наместников, нежели публично признавать их правоту, а, соответственно, и тот факт, что виконт повёл себя пренебрежительно по отношению к нему самому тоже. Поэтому, прекрасно понимая, что Дзэпару на самом деле далеко не по нраву её присутствие, молодая женщина не особо порадовалась «защите».

– Поэтому, так как к делам Аджитанта у меня нет вопросов, предлагаю сразу перейти к обсуждению обстановки в Крудэллисе.

Лея едва сдержалась, чтобы сохранить спокойствие на лице. Кажется, никто не собирался её трогать и вопрошать! Но мысленная довольная улыбка растянулась до ушей.

Неужели повелитель именно потому и отправил первого заместителя, что предполагал подобное, а не рассчитывал устроить ей после разнос? Как было возможно просчитать такое?

Глубокое женское любопытство при этом затрагивало обстоятельство, что у Ал’Берита появились важные дела. Очень значимые. Иначе для чего ему понадобилось столь портить отношения с Его высокопревосходительством?

Ей было интересно, что хитрый демон задумал и вершил на этот раз.

С неба зала заморосил мелкий противный дождичек.


***


Мир. Прекрасный чистый мир.

Ветер ласково шуршал среди ветвей деревьев. Трава тихо колыхалась под его дуновением. Какой-то мелкий хищный зверёк ловил свою добычу. Где-то вдалеке грохотал гром. Там, пока ещё далеко отсюда, шла гроза. Капля за каплей гулко падала вода на яркие упругие зелёные листья, плавно стекала по тонким сильным черенкам, затем по щербинкам коры, чтобы впитаться в иссохшую землю. А иногда капли мгновенно срывались с высоты вниз. Путь каждой капли был неповторим, наполнен своей особой силой, собираемой и корнями могучих деревьев, и пушистыми метёлками свежей сорной травы. Правда, иногда воде было суждено упасть на асфальт или крышу дома, чтобы остаться на этой чуднóй, странной поверхности, не донося свою силу. Ей было суждено иссохнуть под ветром или же испариться под зноем солнца.

Не выполнить своего предназначения.

Не оставить после себя даже мимолётной памяти…

Шёл сильный порывистый дождь. Он срывался с чёрных небес, словно охваченный безумием. Безрассудный ветер завывал от восторга. Ликуя, шептались травы. Хищный зверёк, поедая свою добычу, скрывался в норе…

Мир. Прекрасный чистый мир.

Некому более было прятаться в домах, стоя у окна и вспоминая о чём-то грустном и нежном. Да и неуютными стали помещения. Источилось тепло. Исчезло что-то, ранее столь манящее, приносящее неповторимое очарование. Некому больше было спешить, развлекая буйствующие в первозданном порыве стихии разноцветными зонтиками. Вроде бы всего несколько дней прошло с тех пор, как на автобусных остановках ещё толпились люди, внося суету и бесконечное стремление торопиться куда-то.

А сегодня уже нет.

Что-то кончилось. Свершилось. Уступило время несбыточному новому. Иному.

И некому было даже задвинуть тяжёлые шторы, чтобы закрыться от всего окружающего и обратиться к самому себе. Невозможно стало услышать собственное понимание происходящего и вселенной в целом. Повсюду воцарилась пустота. Отсутствовал в этом мире дерзкий немой крик, исходящий от земли и разрывающий небеса своим отчаянным желанием вернуть. Мечтой обрести. Продолжить. Сделать новый шаг.

Мир. Прекрасный чистый мир.

Чужой. Далёкий.


Конец второй части


Часть III

Ад. Благими намерениями

Задумывая чёрные дела,

На небе ухмыляется Луна.

А звёзды, будто мириады стрел.

Ловя на мушку силуэты снов,

Смеётся и злорадствует любовь,

И мы с тобой попали на прицел.

Смотри же и глазам своим не верь -

На небе затаился чёрный зверь -

В глазах его я чувствую беду.

Не знал и не узнаю никогда

Зачем ему нужна твоя душа -

Она гореть не сможет и в аду.


Агата Кристи «Чёрная Луна»

Глава 1

– Плохая примета, – прокомментировал Кхал Рохжа вскоре, как первый заместитель наместника Аджитанта скрылась за поворотом коридора.

– Что именно? – фыркнула Дайна.

По её мнению, само нахождение в этом замке могло сойти за явный знак начала существенных проблем.

– Помнится, что Леккео в детстве похоронили в лесу, считая, что он умер. Хотя на самом деле это было вовсе не так. Ему требовалось покинуть человеческое общество, чтобы получить возможность стать самим собой. И он прославился именно тем, что подзывал людей. Безобидный облик ребёнка легко позволял заманивать глупцов за собой, а после выпивать до последней капли их кровь. Столкнуться с ним, а уж тем более последовать, всегда означало смерть. Так что такая встреча госпожи Пелагеи с ним интересная случайность.

– Случайность, – с сарказмом повторила демонесса и метнула на Кхоттажа острый недовольный взгляд из-под светлой отросшей чёлки.

Цепь последних событий сделала её весьма раздражительной, а ежедневное общение с человеком на протяжении многих месяцев приучило к развёрнутым комментариям своих ответов. Поэтому воительница на одном слове не остановилась.

– Случайность – это лишь происшествие, которое кто-то не смог предусмотреть. И такому позволительно существовать… Другое дело, что зачастую низшим существам удается привязать эту случайность к событиям жизни так, чтобы выстроить свою собственную логическую цепочку…

– Кхалисси Дайна, вам ещё никто не говорил, что вы редкостная зануда? – перебивая, заметил Кхоттаж. Она ему мягко улыбнулась.

– До сих пор мне доводилось находиться в обществе исключительно разумных демонов, чтобы слышать такое.

– О, и что же произойдёт, если вы всё же столкнётесь с подобным замечанием в свой адрес? – мгновенно заинтересовался собеседник. – Отойдёте в сторонку выплакаться, подобно человеческой женщине?

– Это вы на основе собственного опыта предполагаете? Часто так поступаете сами, достопочтимый Кхал?

– Я – демон. Но вам, несравненная Кхалисси, как на три четверти человеку, подобное поведение вполне бы соответствовало.

От таких реплик воздух между главами кланов готовился вот-вот вспыхнуть от напряжения. Однако, хотя словесная баталия могла продолжаться ещё очень долго, они понимали, что переходить от слов к действию стало бы непростительной ошибкой. И всё же завершить начатое и остановиться сами уже не могли.

– Но не соответствует. Или у вас есть аргументированные возражения? – воительница старалась, чтобы её голос прозвучал беззаботно, но в нём отчётливо звенела сталь.

– Вполне. Сейчас-то вы…

– А что, если вам двоим устроить между собой дуэль? – вкрадчиво поинтересовалась Ахрисса, бесшумно выходя из зала с чудовищной охранной системой.

Дайна с Кхоттажем обменялись крайне обеспокоенными взглядами. То, что ещё мгновение назад выводило их из себя, вдруг показалось им спонтанной шалостью и лёгким развлечением, скрашивающим время в ожидании госпожи Пелагеи. Баронесса же по-детски захлопала в ладоши.

– Да-да, дуэль! Я требую!

– Ваше превосходительство, мы оба находимся на службе наместника Аджитанта, и подобные действия для нас недопустимы, – кланяясь, озвучил взаимный отказ Кхоттаж.

– Если нельзя, но очень хочется, то можно.

В глазах азартной Высшей загорелся огонёк от предвкушения запретного развлечения. При этом Дайна мгновенно осознала, что логика и правота в словах Рохжа, наоборот, лишь раззадорили кровь суккуба. Она уже открыла было рот, чтобы объяснить всё с иной точки зрения, но не успела.

– Ал’Берит умён. Очень умён. И потому он мне этого не забудет, хотя и простит… Так что, добро пожаловать ко входу в Лабиринт!

Ахрисса обвела руками едва освещаемое холодным светом пространство пещеры с одним единственным выходом, больше похожим на огромную мрачную чёрную дыру в полотне мироздания.

Сердце Дайны, казалось, перестало биться.

Легендарный Лабиринт.

О, его стоило опасаться любому демону. Расположенная глубоко под поверхностью сеть тоннелей с нерушимыми стенами являлась тюрьмой для нарушивших волю Князя. Для тех, кто остался недостоин великодушия мучительной смерти и некогда был выжжен из упоминаний. Об ужасах этого места ходили тысячи историй, но познать истину не хотел никто.

– Не нужно говорить, что стоит вам войти в Лабиринт, как вы останетесь в нём навеки. У него есть только вход, – сказала Ахрисса обворожительным голосом. – А вот отсюда, если знать как, ещё можно выбраться. Но я готова перенести только одного – победителя в схватке… На мой взгляд, это достаточный стимул для дуэли, хотя вы можете и посомневаться немного. Мне бы это даже доставило удовольствие. Ведь пока я буду занята на совещании, то не смогу наблюдать за развитием основных событий лично.

С этими словами баронесса исчезла, оставив среди висящих в воздухе голубых светящихся шаров сгусток энергии. Позже он позволил бы ей увидеть упущенные моменты. Дайна с ненавистью посмотрела на шпиона, принявшего сферический облик, и смахнула пот с лица. Для её сущности, столь близкой к человеку, здесь было излишне жарко.

– Хм. Если мы не будем предпринимать никаких действий, то вы, дорогая Кхалисси, погибнете первой. Это, конечно, решит проблему нарушения делового этикета перед повелителем для нас обоих, но отсутствие дуэли вряд ли сделает меня победителем, – вслух задумался над ситуацией Кхоттаж. – Так что самым логичным шагом станет ваше нападение на меня.

– Везде чистеньким остаться хочешь! Шиш тебе, а не самозащита, – возмутилась Дайна, сосредоточенно осматривая пещеру.

К сожалению, Кхал Рохжа, судя по всему, оказался прав. Её положение действительно выглядело хуже. И не только в плане выносливости и адаптированности к окружающим условиям – она даже не умела толком телепортироваться, чтобы предпринять достойную попытку выбраться.

– Это обычный холодный расчёт.

Произнося комментарий, демон с ленцой прислонился к стене, но тут же, дико рыча, отпрыгнул в сторону от неё и провёл лапой по спине. Затем изумлённо посмотрел на окровавленную ладонь и внимательно пригляделся к камню. После чего сделал вывод:

– Пространство живое.

От его голоса, преисполненного неподдельного удивления, Дайна подошла ближе и, щурясь, уставилась туда же. Оказывается, стена состояла из миллиардов непонятных мельчайших существ, снабжённых колючими лапками и острыми жвалами. Воительница благоразумно не стала дотрагиваться до них, понимая, что именно эти твари послужили причиной обширной, хотя и поверхностной, раны Кхоттажа. А ведь его кожа была невероятно толста и прочна.

– Эти бестии, надеюсь, не забрались внутрь? – обеспокоился демон, прислушиваясь к собственным ощущениям.

Дайна тут же заметила:

– Смотреть не собираюсь.

– А я так подставляться под удар не собираюсь! – обозлился Кхоттаж, впервые жалея, что у него нет глаз на затылке. Осмотреть спину самостоятельно возможности не было.

– Тогда и не… Вот бездна!

Дайна вдруг побледнела и резко отпрянула от стены. Рохжа, несмотря на ранение, тут же вытащил мечи и встал в боевую стойку, готовясь к атаке неожиданного противника. Но вокруг никого не было видно.

– Чего? – решил прояснить он.

– Они движутся. Медленно, но пещера уменьшается.

Кхоттаж вновь перевёл взгляд на опасную поверхность. Взор его оставался недвижим около минуты. После чего демон нахмурил брови и зло сплюнул. Влага тут же всосалась в пол, заставляя Кхала недовольно произнести:

– Хотя бы ходить можно.

Дагна хихикнула в ответ на мрачное замечание и окончательно перешла на «ты».

– Знаешь, твоя плохая примета устраивает меня больше. Я бы лучше последовала за Леккео.

– Если бы он сейчас здесь возник, я бы и сам за ним с удовольствием отправился, – резонно проворчал Рохжа. – Пространство уменьшается. Действительно медленно, но если ничего не предпринять, то эти твари сожрут нас прежде, чем повелитель хоть о чём-то узнает.

– Мне нравится ход твоих мыслей, – честно призналась Дайна, не забывая про ехидную интонацию.

– А разве у тебя иные? – в том же духе поинтересовался демон. – В словах баронессы я выхода не вижу, слишком ненадёжное предложение. Да и за нарушение кодекса, независимо от причин, последует то ещё наказание. Я, думаю как и ни ты, не готов подвергать оному свой клан.

– Ха, наказание, – фыркнула она и пояснила причину своего пренебрежения. – Уверена, повелитель добьётся, чтобы виновника выжгли из упоминаний.

– Рохжа он не тронет.

– Уверен? Он даже обещал вам это наказание, – с удовольствием напомнила Дайна о словах Ал’Берита Тогхару, когда она пыталась вернуть человека обратно на Землю. Пусть Кхал у Рохжа сменился, но об угрозе Кхоттаж не мог не знать. – Промах-то хорошенький выйдет.

– Тогда сколько же между нами общего, милая Кхалисси.

– Телепортация не действует? – решила пропустить этот убийственный сарказм Дайна.

– Блокируется весьма мощным сферическим щитом. За пределы пещеры не сработает. Я уже разные точки опробовал.

– Сколько раз?

– Девять. Так что, если ты о том, что это стимулирует стены сжиматься быстрее, то да. Всё из-за этого.

– Так для чего столько попыток?! – тут же разозлилась Дайна.

– У меня были варианты различных комбинаций.

Демон снова поёжился. Спина явно не давала ему покоя. Кровь, и не думая останавливаться, крупными каплями беспрерывно стекала по его телу вниз, и поверхность пола жадно впитывала её.

– Дай посмотрю, – смилостивилась она и начала подходить ближе. Кхоттаж нахмурился, но ничего не сказал в ответ. И оружие так и не убрал. – Боишься, что ли?

– Тебя? Да ты же уже еле дышишь от жара, – демон расхохотался. Дайна недовольно прикусила губу. Это была правда. Ей не хватало свежего воздуха. – Просто не доверяю. Для чего тебе вдруг предлагать свою помощь?

Он всё же вложил клинки в ножны и снял те, откладывая в сторону.

– Если эти мелкие жуки сейчас пожирают тебя заживо, то это доставит мне несравненное удовольствие. Хочу порадоваться напоследок… Увы, жизнь жестока. Ты чист, – заключила воительница, как свет неожиданно погас.

В полной темноте ни Рохжа, ни Дагна видеть не умели. Поэтому Дайна застыла, не шевелясь, а после медленно поднесла ладони к рукоятям своих мечей, не вытаскивая их. Оставалось полагаться лишь на слух, поэтому нарушать тишину металлическим лязгом не хотелось.

Несколько тревожных секунд пролетели, словно один момент.

Наконец, Дайна убрала левую руку и зажгла в ней огонёк, желая осмотреться. Но вместо пещеры увидела прямо перед собой резко повернувшегося к ней лицом Кхоттажа. Взмахом своей лапы он молниеносно погасил светящийся комок холодного пламени и, швырнув демонессу на пол, упал на неё сверху. Уже во мраке, демонесса рухнула под тяжестью коллеги по несчастью. На атаку это совсем не походило, но спрашивать подробности она побоялась. Мало ли Ктоттаж что-то увидел, и им стоило затаиться?

Между тем он прикрыл ей рот, и лежать в таком положении показалось ей совсем унизительным. Поэтому вскоре Дайна кусила Кхала за палец, давая знак, что поняла его предупреждение. Демон стремительно отдёрнул конечность подальше от острых зубов, и голубые световые шары пещеры снова загорелись.

Рохжа находился над ней, опираясь на локти. Подобная «близость» не порадовала. Тем более, что никого враждебного видно не было.

– А ну слезь с меня! – тут же потребовала она.

Кхоттаж посмотрел на неё. Их взгляды оказались очень близко. Дайна даже чувствовала его спокойное дыхание на своей коже, а затем демон опустил голову ещё ниже и едко заметил:

– Вообще-то, женщине не должно быть тяжело из-за мужчины в такой позе.

– Только тогда, когда он не просто так без дела лежит, – не осталась в долгу Дагна и со всех сил оттолкнула серокожего наглеца. Тот всё-таки принял горизонтальное положение, и она смогла понять, из-за чего он вообще швырнул её на пол. С части икры Кхоттажа кожа исчезла, а на том месте, где они недавно стояли, красовалась стена.

Хм, пожалуй, стоило и поблагодарить его.

– Зря я всё-таки решил использовать энергию шаров, – задумчиво проговорил Рохжа, осматривая существенно уменьшившееся пространство. – Если так и дальше пойдёт, то у нас останется только один выход – Вход в Лабиринт.

– Ах ты!

Вслед за восклицанием последовали несколько неприличных слов, на взгляд Дайны наиболее полно отражающих истинную суть экспериментатора. Всё её ощущение благодарности куда-то резко испарилось. От избытка эмоций она даже пнула демона по открытой ране на ноге. Кхал гневно зарычал. Его глаза загорелись яростью, и кулак стремительно пронёсся в миллиметре от едва успевшей увернуться воительницы. Однако это было единственное положительное свойство уворота. Дайна умудрилась поскользнуться и упала на колени, за что и заработала удар ступнёй по рёбрам… Во время которого схватила Кхоттажа за лодыжку, чтобы он тут же упал. Это получилось. Так что она, словно обнимая его, вонзила свои когти в уже незащищённую плотной кожей спину, как… свет вновь замерцал.

Драка резко прекратилась.

– Это опять ты? – с подозрением прошипела Дайна и услышала растерянный голос.

– Нет.

Она разжала свою хватку, но опускать руки не стремилась. Рохжа тем временем прижал демонессу за талию ближе к себе, чтобы в любой момент удобнее стало выхватить из-за её спины один из клинков. Его мечи, ранее отожженные в сторону из-за осмотра раны, поглотила стена.

– О, где только зелёная молодёжь не найдёт время и место для любовных развлечений! – восторженно проговорил возникший из изумрудного пламени телепорта Вердельит, удерживающий за шиворот какое-то мелкое существо (скорее даже карлика) в официальной ливрее сотрудника канцелярской службы. – Даже обидно немного. Вот здесь я сам ещё никогда не пробовал.

– Ты привёл этого ничтожного червя?! – послышался невероятно громкий голос быкоподобного демона, и взгляды Дайны и Кхоттажа синхронно метнулись в другую сторону.

– Да-да, – заторопился с ответом Вердельит. Карлик отчаянно запищал и беспомощно задрыгал лапками.

– А эти кто?! – вопросил грозный Высший.

– Я не приводил их сюда, – пожал плечами распорядитель церемоний.

– Мне никто не нужен, когда я собираюсь растереть в порошок это недоразумение, смеющее считать себя демоном! А ну прочь!

Из ноздрей говорившего вырвалось чёрное облачко дыма, и оба телохранителя, продолжая обнимать друг друга, исчезли в пламени телепорта.

– Мы в городе Дис, – сразу же узнал площадь Кхоттаж и довольно засмеялся. Дайна поддержала его смех.

Вряд ли Ахрисса оставила бы их в покое, но если в будущем держаться по раздельности, то шансы на совместное пребывание у Входа в Лабиринт у них значительно уменьшались. Они оба понимали это.

– Я к герцогу за человеком, как того требует приказ повелителя. А ты?

– Вынужденно вернусь в Аджитант…

– И вот так вот оставишь свою госпожу без присмотра? – с ехидством ухмыльнулся Кхоттаж, намекая, что действо не выглядит профессионально.

Дайна лишь игриво потрепала Кхала за щёчку, и он позволил ей это действие. А затем демонесса отошла в сторону и, оборачиваясь, обворожительно улыбнулась, прежде чем ответить. Она уже знала, как всё обосновать так, чтобы было не подкопаться.


***


– О, выглядит изумительно, – довольно произнесла Лея, осматривая окрестности Питомника.

С того самого пригорка, с которого ей довелось увидеть стоянку «первобытных людей», нынче открывался уже совсем иной вид. Новые поселенцы действительно постарались за столь короткое время. Прошло всего чуть более половины адского месяца, а всё так изменилось.

… О том, что же стало с прежними жильцами, она старалась не думать. А прерывать собственные мысли, не давая им превращаться в тягостные размышления, получалось у неё всё лучше и лучше.

Маленькие аккуратные домики ютились рядами, практически впритык друг к другу, напоминая уютные таунхаусы. Неокрашенные стены не портили впечатления. Напротив, светлая древесина, кажущаяся розоватой в ярком свете охранных дуг, выглядела красиво. Словно на закате. Но, увы, не вполне живописный пейзаж смазывал художественное восприятие. Наверное, и этот фрагмент окружающего мира она посчитала прелестным только потому, что довелось видеть здесь совсем иные города и селения… Да и привыкла она уже к видам, достойных жутких фильмов ужасов.

Кварзиотто, рвавшегося составить компанию, молодая женщина не взяла с собой, всё-таки ей был совсем не нужен такой компаньон. Поэтому она начала неторопливый спуск с пригорка под бдительным взглядом Дагна да и только. Правда работающие над стройкой люди (часть домиков ещё достраивалась, хотя основная работа уже была завершена) достаточно быстро заметили её. Начались перешёптывания. Но к подобному первый заместитель наместника Аджитанта привыкла настолько, что почти не обратила внимания на обстоятельство.

Стоит сказать, от переселенцев Лея не ожидала никакой угрозы. Однако всевозможные приключения порядком поднадоели, а потому она с легкостью уступила Дайне, позволив сразу десяти телохранительницам следовать за собой.

– Они злятся и радуются одновременно, – сухо прокомментировала Дагенна, обращаясь к своей госпоже. При этом демонесса поморщилась, словно испытала болезненные ощущения. – Нападение не грозит, но их мысли очень сумбурны и импульсивны. Они меняются даже быстрее, чем у тебя.

Дайна сделала свой вывод вслух:

– Значит, нам следует быть крайне осторожными.

Окружённая крылатыми вооружёнными Дагна, Лея выглядела очень солидно. Эскорт вышел шикарным и впечатляющим. Хотя, наверное, в обществе таких красавиц грозный полуголый мускулистый мужчина выглядел бы внушительнее, нежели изнывающая от комплексов обычная серая мышка… которая, между прочим, ещё и споткнулась о булыжник и едва не навернулась с холма!

– Дурацкое платье, – заключила она, злясь на ни в чём не повинный предмет одежды.

Тут стоило упрекать скорее себя. Лея понимала, что столь длинный подол не подходит для «полевых условий», но ей всё равно захотелось покрасоваться перед поселенцами. Она посчитала, что так будет смотреться более эффектно… И, кажется, у неё в очередной раз получилось исполнить своё пожелание. И снова совсем не так, как воображалось.

– Зато очень красивое, – сделал комплимент Андрей, хромая навстречу.

Его рана не позволяла ему нормально ходить и, тем более, полноценно работать физически. Но, как молодая женщина и предполагала, совсем не помешала занять лидирующее положение в обществе.

– Благодарю, – довольно ответила она, разом прекращая собственные упрёки в отношении наряда. Одеяние снова предстало перед ней в приятном свете.

– Благодарю, – передразнил Андрей. – Совсем как настоящая леди! Не хватает только ещё раскланиваться при встрече. Или что там раньше делали?

– Да мне-то откуда знать? – произнесла госпожа Пелагея, мысленно хохоча.

Не пересказывать же изученный ею во всех подробностях курс этикета Ада?

– Тогда по старинке, – улыбка озарила лицо приятеля, и он радушно обнял её.

Подобная фамильярность являлась излишней и совсем не подходила для приветствия первого заместителя наместника Аджитанта. Девушка осознавала, что перед окружающими её людьми стоит выглядеть холодно аристократично и… соответственно должности. Если, конечно, не хочется нарваться на очередные неприятности. Положение Андрея ставило чёткие запреты на подобное. Но он был хорошим другом. Поэтому она немного растерялась, не зная как лучше отреагировать. И всё же, в конце концов дав волю эмоциям, а не разуму, сама чмокнула бывшего в колючую щёку.

– Как ты тут? – радостно спросила Лея, отодвигаясь от мужчины на более приличное расстояние, и наткнулась на откровенно осуждающие взгляды телохранительниц.

– Ну, несколько ребят служили в армии, так что говорят, что бывает и похуже. Но лично мне сложно представить нечто отвратительнее местной однообразной стряпни. Из чего её вообще готовят?

– О, – многозначительно протянула молодая женщина.

– Так. Чувствую, что мне лучше не знать, – он рассмеялся. – Хотя бы несварения от неё нет и то ладно.

– Это-то да. Пища питательна, полезна, но… Абсолютно невыносима! – припоминания собственные яркие впечатления, сказала обладательница богатого опыта. – Увы, альтернативы для неё нет.

– Ещё бы, то-то ты такая тощая. И, кажется, скоро здесь все станут такими же стройняшками.

– Ага. В добровольно-принудительном порядке, – пошутила она. – В остальном-то как?

– Молодёжь пару раз пыталась рыпаться, но… после вчерашнего больше никто пробовать бежать не станет.

– Что-то случилось? – понимая, что в Питомнике произошло нечто крайне неприятное, с беспокойством осведомилась первый заместитель.

– Нехорошее это дело. Поэтому, может, лучше пройдёмся, я тебе стройку покажу и…

– Андрей, что случилось?

– Не хочу тебя запугивать.

Он смутился, и Лея поняла, что друг, с одной стороны, не хочет рассказывать ей о чём-то совсем неприятном, о чём-то, что он считает не вполне «женским делом». Старается избавить милую наивную девочку, что до сих пор живёт в его воспоминаниях, от тягот знания о чём-то крайне неприглядном. Но, с другой стороны, вроде как следовало и рассказать ей всё. Ведь перед ним было некое начальство.

О своей истинной должности, как и о романе с Ал’Беритом, Лея почему-то не рассказала другу. Подумала, что не стоит как смущать его, так и жаловаться самой. Поэтому рассказанная ему история содержала в себе лишь размытые общие факты.

– А стоит, Андрей. Я далеко не высокий чиновник, но ваши дела частично мне подконтрольны.

Несмотря на дружбу, свои обязанности ей следовало исполнять, а для этого нужно было, чтобы Андрей действовал соответственно её ожиданиям. И стоило дать ему об этом понять с самого начала. Поэтому, стараясь воспроизвести мимику и интонацию Ал’Берита, которую она считала соответствующей данному моменту, Лея сурово и холодно посмотрела на мужчину, прежде чем требовательно произнесла:

– Я должна знать.

– Должна…

Он сделал небольшую паузу, словно пытаясь переварить то обстоятельство, что образ подружки в его воспоминаниях следовало менять. После чего откашлялся и быстро, чтобы как можно скорее закончить с неприятным вопросом, затараторил как о чём-то незначительном.

– Да освежевали они пятерых ребят, что сбежать решили. Живьём. На глазах у всех. И кости закрепили на фасадах центральных домов.

– Куда ж они сбегать-то надумали? Питомник закрытая территория. Это просто невозможно! – в сердцах воскликнула Лея.

– А кто их знает? И кто эту землю знает? – философски заметил друг. – Была надежда. А теперь вот во всех поселениях дураки висят. Трое у нас скелетов, и по одному ещё в двух других.

– Если бы отсюда было так просто выбраться, – с сожалением сказала молодая женщина.

– У каждого из нас здесь своя тюрьма, да? – он подмигнул, и ей стало немного легче на душе.

– Своя. Это точно… С водой проблем нет?

– Как сказать? Для питья хватает, конечно, но вот всё остальное. Приходится с ежедневной нормы по каплям экономить, чтобы умыться… Помнишь, как, когда мы с тобой встречались, в районе на полторы недели из-за аварии воду отключили?

– Не напоминай, – содрогаясь от воспоминаний, ответила Лея.

– А потом ещё под конец и свет, и газ на три дня.

– Да-да. И всё это зимой в крещенские морозы. Помню, что дома куталась в бабушкин пуховый платок. Тёплые рейтузы, колготки, поверх штаны и два свитера. Самой себе бомжа напоминала. А ты ещё и пришёл без звонка, чтобы погулять. И так холодно, так ещё на улицу на ветер позвал. Сразу всё лицо застыло от мороза.

– Зато тогда у тебя ресницы красивые были. Белые и пушистые, как у Снежной Королевы… Да и что в таких условиях ещё делать?

– Надо было брать палатку, утеплённые спальники и уходить из города. Вроде бы условия почти теми же остались, зато воспоминания приятнее.

– М-да. Не додумался, – даже расстроился приятель.

– Самой только что в голову пришло.

– Как и всё гениальное. Не в том месте, и не в то время, – он улыбнулся и продолжил. – Так вот. Я сейчас себя ощущаю примерно так же, как тогда. Только жара летняя, а не зима. Но это как‑то настроения не поднимает, потому что понимаешь, что авария тут не причём. И жить так придётся до самого конца.

– Так. Давай подумаем о позитивном. Самое главное же слово «жить».

– Знаешь, сразу вспоминаю песню одну. Там ещё такие слова были: «В мире жить совсем не сложно. Нелегко существовать». Так вот. Мне кажется, что слово «жить» здесь не вполне верное. Выживать ради существования.

– Увы. Это всё, что я могла сделать. Если могу помочь чем-либо ещё – просто скажи. Я постараюсь. Честное слово.

Она посмотрела в его светлые и голубые, как земное небо, глаза. Такие надёжные. Человеческие. Понятные… Ей очень хотелось стереть из этого взгляда боль.

– Приезжай в гости почаще. У меня своя комната, пусть и небольшая, но остановиться в ней можно. Не то гостеприимство, конечно, что хотелось бы предложить, ведь мебели никакой нет, но, – парень развёл руками, и Лея искренне рассмеялась.

– Обязательно приеду.

– А ты далеко отсюда? Где живёшь?

– На мансарде одного дома. Но он в городе, хоть и на самой окраине. И до него действительно неблизко.

Уточнять, что на этой «скромной» мансарде имеется ещё и бассейн, девушка не стала несмотря на то, что водоём давным-давно пустовал. Затраты на такое удовольствие выходили невероятными, а во что его переоборудовать в голову всё не приходило. Неиспользуемых помещений в особняке и так хватало.

– Жаль. Значит, не так часто сможешь бывать, если по чесноку.

– Но я буду стараться, – уверила его она.

– Что же, постарайся. Ловлю на слове! А по поводу здешних хлопот. Я так понимаю, что электричество это миф?

– Миф, – рассмеялась Лея. – Как и Солнце. И Луна.

– И ночь… Ну никакой романтики! – деланно возмутился Андрей. – Так что тогда у всех жителей два основных пожелания. Больше воды и разнообразие в еде.

– Прямо-таки пирамида Маслоу, – вспомнилось ей.

– Ну да. Начинаем с фундамента.


***


Пока первый заместитель наместника Аджитанта осматривала Питомник, в самом городе жизнь не стояла на месте. Его заполняли события. Даже с неба сыпался крупными хлопьями пепел, нарушая привычную однообразность адского пейзажа. Он мягко ложился на мрачные каменные здания, но его светлый цвет под ногами прохожих быстро превращался в чёрную смазанную сажу. Как обычный снег, он становился просто грязью. И демоны недовольно ворчали, совсем не радуясь подобным осадкам. Однако не всех их занимало это природное явление. Некоторым не нравились совершенно иные обстоятельства.

– Иногда решение занять эту должность не кажется мне столь верным, – задумчиво сообщил жене Аворфис.

Он лежал в большой ванне и, вдыхая аромат благовоний, наслаждался отдыхом в своём доме. Его рабочее время давно подошло к концу, всё намеченные дела были сделаны, однако расслабиться из-за последнего разговора с наместником Аджитанта демон так и не мог.

Супруга барона, уже покинувшая купель и расчёсывающая влажные волосы сидя на пуфике у зеркала, спросила с беззаботной интонацией:

– И часто тебя посещают такие сомнения?

– Помимо спонтанных мыслей, каждый раз как захожу в кабинет повелителя.

– Это из-за твоей матери? – уже более серьёзно поинтересовалась демонесса, так и оставаясь спиной к Аворфису.

– Да. Её тело неузнаваемо, но он до сих пор сохраняет в ней жизнь сознания. А ведь даже если не брать во внимание их близкие отношения, она всё равно ему сестра! Однако поддерживает ступени пьедестала. И каждый раз, как дядюшка поднимается по ним, это напоминание, что он всегда идёт к своей цели и открыто противостоящие ему в результате придают лишь высоту его престолу.

Рыжеволосая красавица невозмутимо закончила своё занятие, отложила щётку и только потом обернулась, чтобы внимательно посмотреть на обеспокоенного мужа. В её взоре светилась спокойная уверенность, которая ярко отразилась в последующих словах.

– Это волнение необоснованно. Ты его сторонник, а не противник.

Она подошла вплотную к ванне и склонилась над Аворфисом. Затем провела кончиками пальцев по его щеке и, неотрывно глядя в лиловые глаза демона, продолжила ровным голосом:

– Ашенат пошла на то, что являлось непростительным. Иначе её судьба стала бы иной, ведь семейные связи не рвут без существенных оснований… А кроме тебя у Его превосходительства не осталось иных родственников.

– Да, но он склонен к обстоятельному воспитанию своего окружения в соответствии с собственными усмотрениями, – вздохнул Аворфис безо всякого недовольства. Он просто констатировал досадный факт. – И хотя остальные сотрудники с появлением человека вздохнули свободнее, ибо ею он занялся досконально в «ущерб» остальным, наше родство усиливает его внимание ко мне в разы. Так что это лишь добавляет беспокойства.

– Вот, что тебя тревожит! – вдруг рассмеялась демонесса, присаживалась на край мраморной купели. Бортик являлся достаточно широким, чтобы ей было комфортно. – Всему Аду известно, сколь неординарен Хранитель летописей. Но, как сказали бы люди, у каждого свои тараканы в голове. И разве ты недостаточно умён и опытен, чтобы не дать ему усомниться в твоей безупречности?

– У дядюшки там не тараканы, а акридайи, – мрачно заметил барон и, сделав небольшую паузу, продолжил. – Прошло достаточно времени, чтобы его сомнения перестали быть актуальными.

– Не нравится, что для него ты выглядишь недостаточно взрослым?

– И это тоже, – согласился демон, недовольный шутливым тоном супруги, порядком развеселившейся от его тревожных признаний. – Он испытывает меня буквально на каждой мелочи.

– В любом случае, волнения пока излишни. Пережить ещё одного заместителя наместника Аджитанта человеку не удастся.

Шутка о госпоже Пелагее заставила Аворфиса рассмеяться, ибо он не знал, чем в этот момент занимается Его превосходительство Ал’Берит… тоже крайне недовольный некоторыми обстоятельствами. В частности, повелителю приходилось не по нраву, что затраченные на эксперименты дни прошли практически безрезультатно.

Конечно, за столь малый срок не стоило надеяться на яркую положительную тенденцию, и потому огорчение приносил иной вывод. Итоги опытов говорили о том, что для достижения цели потребуется значительное время. Непозволительно длительное. Излишне изнурительное.

Ал’Берит был вынужден признать, что его бывший первый заместитель проявил незаядлые целеустремлённость и трудолюбие, создавая вампиров. Даже сам процесс подобного преображения требовал кропотливости и существенного затрата энергии. Сколько же усилий тот вложил в его разработку? И сколько сил предстояло затратить ему самому, если не отступать от задуманного?

– Что вы хотите сделать? – спросила женщина, когда к ней вернулась способность управлять телом. Пальцы виконта с вжатыми когтями уже закрепили ремни, удерживающие её в лежачем положении, и паралич больше не требовался.

Обычно наместник Аджитанта не обращал внимание на слова и крики «материала», однако в голосе не прозвучало ни жалобы, ни мольбы, ни потаённого желания завязать разговор ради собственного спасения. И поэтому, а может и потому, что этот человек оказалась последней подопытной, ответил:

– Даровать бессмертие.

– Кому?

Возможно, женщина задала вопрос невпопад. А, может, оказалась достаточно умна и понимала, что такой дар обычно жертве не преподносят, а демону он вроде как совсем не требовался. Как бы то ни было, но её слова заставили Ал’Берита посмотреть на неё внимательнее.

– Кому-то, кому моя привычка достигать своих целей обойдётся очень дорого, – соизволил всё же произнести он с шутливой интонацией и улыбнулся.

Взгляд лиловых глаз при этом оставался холодным и оценивающим. Человек не выдержала его взора и прикрыла веки. Ремни не позволяли ей даже отвернуться. Голова во время этой стадии обращения должна была быть повёрнута набок, а потому путы жёстко фиксировали это положение.

Повелитель пододвинул ближе столик со всем необходимым и приступил к привычным действиям. Практически сразу лицо «материала» исказила боль.

Он не единожды создавал вампиров. Действо было не под силу низшим демонам, а потому приходилось заниматься этим лично. Процесс являлся слишком энергоёмким… А его эксперименты требовали ещё больших усилий! Более того, осуществляемые в короткий промежуток времени они заставили его почувствовать усталость.

– Зачем всё это? – прохрипела подопытная, стискивая зубы, но снова закричала. И когда её крик затих, Ал’Берит неторопливо ответил:

– Саморазрушение является неотъемлемой частью сути людей. Даже замедление этого процесса в конечном счёте приведёт только к внезапному и стремительному нарушению всех функций организма. Остановить подобное возможно лишь превращая жизнь из линии в точку. Вот только при этом исчезает любое движение. Как мысли, так и тела. Человеку не стать бессмертным без преображения в нечто иное… Парадокс в том, что для этого ему нужно умереть.

Он сделал глубокие надрезы на теле женщины, но та даже не вздрогнула. По сравнению с тем, что уже было, это не казалось ей болезненным. И уж точно забылось бы после того, что предстояло. Вскоре, благодаря специальному устройству, следовало наклонить стол. Кровь должна была вытечь. Вся. И сердце, гулко и достаточно ровно бьющееся в груди, прекрасно способствовало этой цели. А после совершенно иная животворящая жидкость потекла бы по венам, принося с собой пик мучений и окончательно видоизменяя ткани.

– Обращение не всегда бывает удачным, – продолжил наместник Аджитанта. – В среднем, в одном из трёх дюжин случаев смерть наступает окончательно. И эта статистика ныне меня не устраивает.

– Вы хотите быть более уверенными, – прозвучал очень тихий комментарий.

Кажется, женщина была всё же умной. И весьма сильной, чтобы в таком состоянии ещё и воспринимать речи демона.

– Именно, – только и сказал он, наблюдая как алые струйки заскользили по специальным желобкам, смешиваясь с необходимыми ингредиентами.

– Чем же кто-то из людей заслужил подобную ненависть?

Виконт усмехнулся и нажал на рычаг. Теперь его «материал» находился под нужным углом, и выпущенные на свободу ручейки крови ускорили свой бег.

– Разве шла речь о подобном чувстве?

– Но она точно не о любви.

К концу фразы голос больше напоминал лёгкое дуновение ветра. Жизнь стремительно покидала тело, однако последнее слово унесло предсмертные мысли подопытной к чему-то радостному, так как её губы изогнулись в слабой улыбке, а напряжение на лице сменилось спокойствием…

Ал’Берит подметил, что процент подобного умиротворения во время обращения в его личной статистике сводится к весьма приблизительному числу. Неточность была связана как с крайней редкостью таких случаев, так и с общим количеством изменяемых особей.

Размышление об этом заняло лишь миг. Поэтому виконт и позволил его себе. После внимание демона сосредоточилось на процессе. Наступал самый ответственный момент, требующий чётких и оперативных действий. Стоит чуть поторопиться, и мышцы нового вампира так и не обретут подвижность. Если же задержаться, и будет утрачена способность к регенерации.

Демон окинул взором тело женщины. Оно было идеально подготовлено для предстоящего. Теперь следовало запустить сердце снова, чтобы новая кровь заполнила нынешнюю пустоту. А после длительно вливать в эту жидкость силы, чтобы она преобразовала клетки организма, придавая им абсолютно новые свойства.

Ал’Берит выждал необходимые мгновения и уверенно приступил к действу. Воспетая земными поэтами мышца вновь забилась.

И всё же вскоре он убрал ладони с груди человека.

Брови его хмуро сдвинулись к переносице.

Из пятидесяти одной особи вампирами и так стали сорок три. Это же обращение лишь ухудшило результаты.

Виконт сцепил пальцы за спиной, размышляя, следует ли продолжить опыты, и недовольно посмотрел на разочаровавший его труп. При этом он отметил, что этот «материал», пусть и был моложе его нынешнего первого заместителя, очень походил на неё внешне. Безмятежность смерти застывшей улыбки придала даже больше сходства. Именно такое выражение лица было у госпожи Пелагеи, когда она засыпала в одной постели с ним.

Демон расцепил ладони и начал внимательно осматривать подопытную, стараясь выявить ускользающую причину подобной неудачи. И всё же большую часть его сознания занимало совсем иное.

– Видимо, я просто не знаю, что такое любовь, – задумчиво произнёс он.

Смерть собеседницы не казалась ему достаточной причиной, чтобы не закончить разговор.


Глава 2

Без спешки обойдя поселение по периметру и отвечая на редкие приветствия, первый заместитель поняла, что её миссия здесь закончена. Как бы ни хотелось задержаться и ещё немного поболтать с другом, следовало возвращаться. Тем более, что к концу прогулки её спутник значительно побледнел и стал прихрамывать ещё сильнее. Всё-таки с момента серьёзного ранения прошло не так много времени, он не был готов к столь продолжительным пешим променадам.

Девушка, воодушевлённая приятной болтовнёй, сама обняла Андрея на прощание и пошла по направлению к вершине, где для обратной телепортации её ожидал один из местных служащих.

– Я советую тебе быть осторожнее с этим человеком, – грозно и сурово сказала Дайна, как только они отошли в сторону. – Твои приветствия и прощания могут быть привычными для людей, но… повелитель точно не будет в восторге.

Лея искоса посмотрела на воительницу, которая так и не добавила фразу «если узнает».

– Ты меня понимаешь?

– Понимаю, – вынужденно согласилась она. Не стоило так подставлять их обеих из-за собственной глупости и радости встречи.

– Тем более, – решила вставить своё слово Дагенна, – этот человек испытывает к тебе очень сильное влечение. Своими прикосновениями и словами ты играешь с ним.

– Да ну? – не поверила молодая женщина. – Это просто взаимная дружеская симпатия и ничего больше.

– Ты сильно ошибаешься в высказанном предположении. И более того, то, что ты действительно ощущаешь от моего замечания, ещё больше должно отдалить тебя от него.

– Что ты хочешь сказать? – испуганно спросила демонессу Лея, после подобной фразы уже ничего и не ощущая кроме сильной тревоги и острого предчувствия грандиозных неприятностей.

– То, что я только что сказала, – непонимающе пожала плечами Дагенна. – Если бы ты хоть ненадолго позволила себе успокоиться, дала слететь налёту мимолётных переживаний, то поняла бы о чём речь. Пояснять же бесполезно. Некоторые вещи нужно осознать самой.

– О, так здесь, кажется, дружеская любовь? – захихикала Дайна.

– Мало смешного в том, чтобы непроизвольно ощущать подобное и знать, что всё невозможно, – серьёзно сказала Дагенна, сурово глядя на сестру. – И ты прекрасно понимаешь, о чём я сейчас говорю.

– Неа. Как-то не очень, – беспечно отмахнулась Кхалисси, после чего обратилась к девушке. – И тебе не рекомендую понимать. Не заморачивайся с самоанализом. Разве недостаточно того, что ты просто знаешь, что стоит делать, а чего нет?

– Вполне достаточно, – согласилась Лея, которой совет Дайны позволил прекратить ощущать в себе столь ярко смесь самых разнообразных эмоций и помог сосредоточиться на делах.

– Ну вот.

Они подошли к площадке и по указанию первого заместителя вернулись к дому Кварзиотто. Смотритель, казалось, никуда не сходил с места, поджидая госпожу, хотя до посещения земного сектора Лея уже уделила ему почти полтора часа времени. Демон встрепенулся, узрев прибывших.

– Ваше появление озарило мой путь, госпожа Пелагея. Будет ли дозволено вашему скромному слуге поинтересоваться, считает ли госпожа, что я достойно выполнил свой долг? Довольна ли она селениями ничтожнейших?

– Вполне. Но вам стоит более аккуратно обращаться с людьми. Других у нас уже не будет.

Она постаралась, чтобы её взгляд стал как можно более тяжёлым, но демона это ни капельки не смутило.

– Увы, увы, – крайне расстроенным голосом пробулькал главный смотритель, как если бы ему и правда было кого-то жаль. – Приходилось выжидать, пока эти ничтожнейшие решатся на злостный, но ожидаемый шаг. И всё равно. Для меня не менее тяжело было отдавать соответствующий приказ, чем золотому сердцу госпожи принимать его. Однако теперь люди не посмеют предпринимать иных попыток. И это сохранит намного больше жизней, столь необходимых для нужд Питомника.

– И всё же. Если подобное сопротивление повторится, мне бы хотелось принять решение об участи таких нарушителей самостоятельно, – упрямо продолжила молодая женщина.

– Как пожелает, госпожа, – раболепно поклонился Кварзиотто и несколько высокомерно добавил. – Но вы можете быть уверены, это был последний случай.

– Вероятно, – не стала возражать Лея. – Меня ещё интересует вопрос питания. Столь резкий переход на пищу не может не сказаться. Люди уже предпочитают порой голодать, чем есть. Существует возможность хотя бы время от времени накладывать вкусовые иллюзии? Насколько я понимаю, затраты на это выйдут незначительными, а позволили бы, – она немного замялась, пытаясь придумать хоть какую-то логичную формулировку. – Сохранить переселенцев в форме, необходимой для рабочей деятельности.

– При всём желании, моя госпожа, это невозможно.

– Только не говорите, что финансы Питомника не позволяют этого! Мне нужно просто знать точную сумму, – первый заместитель решила, что поняла подоплёку «невозможности».

– И это тоже. Но если возможно дополнительное финансирование, – в мутных розовых противных глазах загорелся огонёк вожделения.

– А что основное? – перебила его она, только что не морщась от отвращения.

– У людей в последний день этого месяца будет заканчиваться адаптационный период. Им будет даваться специализированная пища, способствующая улучшению возможности зачатия, и вызывающая в них…

Демон тоже сделал небольшую паузу, подбирая нужные слова. При этом он мельком пробежал по фигуре девушки сальным взглядом. Несмотря на то, что на ней было длинное закрытое платье, Лея на мгновение почувствовала себя обнажённой. Внутри разгорелся огонёк гнева.

– Плотское желание. Их разум хорош, чтобы выполнять работы достаточно высокой сложности, но для нужд Питомника не менее важно и размножение. И эта добавка несовместима с вкусовыми иллюзиями.

– Что?! – ужаснулась она вслух, но тут же поняла, что не особо имеет право на простой эмоциональный и нравственный протест, каким бы ярким и сильным тот ни был. – То есть вы считаете, что это оправдано? Не думаете, что если мужчины начнут, в конце концов, набрасываться на женщин, то это приведёт к ужасным беспорядкам?

– О, ваш светлый разум зрит в корень, но несравненной госпоже не стоит беспокоиться о таких недоразумениях, – беззаботно ответил главный смотритель. – Для этого добавка влияет исключительно на женский организм. И можно было бы ввести раздельное питание по полу, но вот именно это и может спровоцировать конфликт. Так что система отлажена. Тревоги не заденут спокойствие госпожи.

– Возможно, – злясь на весь этот мир и Кварзиотто в частности, произнесла первый заместитель. – Мои дела здесь на этот раз закончены, но вскоре я снова посещу селение. И хочу, чтобы численность жителей была не меньше нынешней. Надеюсь, вы помните, что до достижения шестидесятилетнего возраста эти люди неприкосновенны?

– У госпожи нет повода для сомнений в её верном слуге, с нетерпением ожидающего нового визита наипрекраснейшей.

Демон низко поклонился. Лея, понимая, что ещё минута, и её просто-напросто начнёт тошнить от такого «милого» общества, постаралась как можно быстрее сесть в карету.

– Как он меня раздражает! – высказала девушка сидящей напротив Дайне, стоило ей только пересечь границу Питомника. На душе сразу стало несколько легче.

– Это да. Я бы уж точно не захотела оказаться в одном из селений для постоянного жительства на твоём месте. Вряд ли Кварзиотто даровал бы тебе такую спокойную жизнь как остальным.

Даже мимолётная мысль о подобном вызвала невероятное отвращение. Так что Лея под действием этой эмоции села с ногами на диванчик и пару раз ударила ступнёй подушку. Та упала на пол. Девушка подняла её и, положив себе под спину, облокотилась на стену кареты, принимая полулежащее положение.

– Мне бы вообще не хотелось ни говорить о нём, ни размышлять о таких вероятностях. Куда важнее, как обосновать повелителю, почему возникла необходимость организовать поселенцам нормальное питание? Без таких мерзких добавок.

– Что-то мне кажется, что по этому делу тебя никто слушать не станет. Да и, в конце концов, неужели ты думала, что легко быть вымирающим видом?

Демонесса начала демонстративно рассматривать свои ногти, вызывая тем новый приступ раздражения у своей госпожи.

– Это мы ещё посмотрим!

Карета пересекла городскую стену почти одновременно с тем, как стрелочка на часах госпожи Пелагеи покинула лиловый сектор. Посещать замок сразу по возвращении из такого длительного путешествия у Леи и так не имелось никакого желания, а намеченный повелителем на завтра важный приём лишь усугублял стремление сразу направиться домой. Поэтому подгадать момент отправления из Питомника, чтобы прибыть в Аджитант к определённому времени, труда не составило.


***


Ахрисса уже осуществила все свои намерения, запланированные на этот вечер, а потому наслаждалась завершающимся светским мероприятием. И ныне, вместе с остальными наместниками городов, подчинённых Его высокопревосходительству Дзэпару, вела беседу, тонко соскользнувшую под влиянием графа Форксаса на тему барона Аворфиса.

– Ваш второй заместитель чрезвычайно похож на вас в этом же возрасте.

Граф не часто использовал при общении с Ал’Беритом довольные нотки в голосе, но в этот раз они прозвучали почти что восхищённо. Фраза и интонация служили прекрасной ширмой для истины. Подобным он не просто хвалил Аворфиса, а ещё и выражал своё отрицательное мнение по отношению к поведению наместника Аджитанта в настоящем. Более того, углублял негатив суждения, сравнивая с прошлым и этим демонстрировал упрёк.

Искусством риторики наместник Игниссиса владел безупречно.

Сама баронесса была излишне эмоциональна, а, вследствие, и тороплива для подобных игр красноречия. Она предпочитала философии деятельность и потому опередила ответ виконта собственным комментарием.

– Сложно представить, что Ал’Берит был таким скучным, – поморщилась демонесса.

Возраст не позволял ей являться свидетельницей дней, которые имел в виду Форксас. Хотя, конечно, она достаточно знала о Хранителе летописей и Главном архивариусе Ада. И не только по личному общению, сформировавшему вполне определённый образ. До ушей Ахриссы не могли не дойти истории с оригинальным сюжетом. И между строк этих рассказов легко улавливалось повествование, как повлияла на Высшего демона близкая связь со сводной сестрой – прославленной нарушительницей установленного порядка.

Пик их интимных отношений длился весьма непродолжительное время. Ашенат проявляла неустойчивость в своих страстях. Но и за этот срок имя Ал’Берита вошло в легенды как в Аду, так и на Земле. А после так и оставалось на слуху. Именно с тех пор его репутация резко приобрела нынешние черты, которые, при всей схожести наместника и заместителя, кардинально различали их.

– Беспристрастным, – поправил Форксас.

Единственное слово сделало акцент на утерянном виконтом качестве и этим ещё больше оскорбляло хозяина замка, хотя на поверхности значился кардинально противоположный смысл. При этом стало и озвучено замечание Ахриссе по её несдержанности и некорректному соблюдению этикета.

И подобному наместница Крудэллиса не обрадовалась.

Поэтому, когда граф покинул общество после ещё трёх не менее примечательных реплик, она сказала:

– По мне, так было бы интереснее, если бы господин Аворфис походил на вас и в нынешнем возрасте.

– Для этого он не так хорошо знал свою мать.

Ашенат не раз возобновляла роман с братом, вскоре поддаваясь новому увлечению. Но при такой ветрености в отношениях завсегда способствовала возвышению Ал’Берита и умело прикрывала его тылы. Однако сколь неистово она проявляла в этом редкое для себя постоянство, столь же усердно начала и разрушать положение виконта. Вмешательство стало столь ярким, что почти молниеносно сделало родственников и любовников непримиримыми врагами… Второй заместитель появился на свет незадолго до завершения сих событий, сгубивших легендарную демонессу.

– Для этого он считает достойным примером вас, – усмехнулась Ахрисса, намекая, что Ал’Берит перенял достаточно черт характера сводной сестры.

– У него рассудительная избранница и нет существенных причин в создании причуд.

– При всей ценности правил, удовольствие приносят отступления и исключения. Это достаточное основание для совершения любых шалостей, – не согласилась она с возражением.

– Даже прочувствовав вкус, он своему умению держать последствия таких проделок под контролем предпочтёт отказ от оных.

Повелитель Аджитанта свободно говорил о весьма откровенных, пусть и не тайных, вещах равнодушным голосом. Как будто замечание графа о беспристрастности заставило его прямолинейно заявить об обладании им этим качеством. Однако впечатление нарушил не особо сдерживаемый смешок под конец фразы. Демон даже напоказ повернулся в сторону стоявшего на отдалении племянника, словно оценивал, насколько тот соответствует только что высказанному им мнению. Аворфис, почувствовав пристальный взгляд, взглянул на обсуждающих его персону коллег. Слов он, конечно, не слышал, но внимание к нему говорило само за себя. Ал’Берит при этом не стал менять направление взгляда, и, чтобы сгладить момент, барон предпочёл продолжить свой собственный разговор, умело делая вид, что подобная заинтересованность осталась им незамеченной.

– Его спокойствие только усиливает желание поиграть, – с неким азартом заметила Ахрисса.

Однако виконт предпочёл завершить разговор на эту тему. И новую начинать не хотел. А потому, давая баронессе возможность произнести любезные слова, чтобы покинуть приём, лишь перевёл взгляд с племянника на собеседницу и согласно улыбнулся в ответ.

… И всё же от неё не укрылось, что во время такого простого и быстрого движения Ал’Берит вновь вскользь взглянул на человека.

В этот вечер он уделял общению со своим первым заместителем не больше внимания, чем обычно, однако его глаза значительно чаще не выпускали женщину из поля зрения.

Любопытство к Аворфису тут же отошло на второй план. Этот факт заинтриговал её больше. Ахрисса интуитивно почувствовала грандиозность обстоятельства, и желание самостоятельно раскрыть подоплёку такого поведения возобладало над ней. Поэтому она смиренно попрощалась с хозяином замка, но уходить из зала не собиралась. Хитрая демонесса подошла ко второму заместителю наместника Аджитанта и, прибегая к элементарной уловке, заставила его завязать с ней беседу.

На первый взгляд начало столь простого обмена фразами всего лишь соответствовало этикету. Однако позволило ей не только задержаться на вечере для наблюдения за дальнейшими действиями Ал’Берита, но и усыпляло его бдительность. Ведь он видел интерес к игре с Аворфисом. Так что поступок прекрасно согласовывался с представлениями виконта об её вероятных планах… которые она параллельно основному стремлению и начала осуществлять.

Граф Форксас, стремящийся к совершенству в риторике, мог быть сколь угодно недоволен тем, как баронесса управляется со словами. Ахрисса превосходно владела иным искусством. Настолько умело, что мастерски оставляла его тайной для окружающих. Красноречие ей особо не требовалось.


***


Несмотря на прошлую отстранённость и произошедшее в кабинете наместника Аджитанта в день её возвращения с Земли, между ней и Ал’Беритом за последние дни вновь установились близкие отношения. Поэтому скуку вечера скрашивало лишь ожидание, что по завершении приёма она задержится в замке. И пусть поводом для подобного являлись совсем не деловые вопросы, возможным становился и разговор о поездке в Питомник… в котором ей хотелось упомянуть про нюансы пищи переселенцев. Поэтому, хотя гости уже расходились, Лея вовсе не стремилась прощаться с виконтом и делала вид, что всерьёз увлечена разговором с одним из присутствующих. Это привело к результатам. Повелитель покинул компанию Ахриссы и подошёл сам. Собеседник первого заместителя тут же воспользовался ситуаций, чтобы закончить нудную беседу, и покинул зал.

– Нынче вы никуда не спешите, госпожа Пелагея, – смешливо произнёс виконт.

Замечание смутило молодую женщину, и всё же ей удалось это скрыть. Она словно бы ненароком посмотрела на свои часы, на которые до этого старательно не переводила взгляд весь вечер.

«Ай-яй! Как же это я так потерялась? – прозвучала в голове Леи ироничная мысль, прежде чем ту заменила другая. – А как ещё я должна дать понять, что мне хочется остаться?».

К сожалению, роман с демоном был таков, что напрямую озвучивать подобное мешали гордость и страх открытой насмешки. Ал’Берит же ничего и не менял в этом вопросе, быть может, чтобы периодически наслаждаться чудесами её артистизма.

– А вот время неумолимо бежит вперёд, Ваше превосходительство, – ответила она, создавая предположение, что приём показался ей весьма занятным.

При этих словах на лице демона вроде бы не дрогнул ни один мускул, но его выражение, несмотря на лёгкую улыбку, резко перестало казаться Лее приветливым. Ей даже пришлось крепче сжать веер, ибо пальцы, хотя сознанию и думалось, что она не успела испугаться, задрожали. Но это движение было совершено зря. Оно привлекло внимание повелителя. Он выразительно посмотрел на её ладони, а затем ненадолго взял их в свои и тихо произнёс:

– Удивительно. Ты чувствуешь неуверенность, беспокойство, волнение. Тебе от этого скверно, и твой организм безо всякой осознанности старательно выправляет положение, делая всё, чтобы это было не так.

– И что же в этом необычного? – смогла продолжить разговор Лея, хотя и сама фраза и тон обескураживали. – Клеткам тела нет дел до моих размышлений. Они стараются, чтобы им стало хорошо.

– Но при этом кропотливо заботятся, чтобы ты умерла соответственно их плану.

«Ничего у них не получится. Ведь такими же хлопотами занимаются окружающие меня демоны», – порадовал своим гениальным выводом интеллект.

Но такое она не могла сказать в ответ. А ничего лучше разум посоветовать не мог. Во всяком случае, сейчас. Позже ей наверняка бы пришли в голову достойные слова, но не раньше, чем они станут бесполезны.

Ал’Берит отпустил руки девушки.

– Звучит как-то двусмысленно, – всё-таки промолвила его первый заместитель. Осознание, что мозг ещё долгое время возжелал бы прокручивать этот разговор, заставило её произнести хоть что-то для сокращения тягостных размышлений.

– Подобное давно не востребовано, госпожа Пелагея. Нынче актуальны не менее чем четырёхсмысленные фразы.

Улыбка на лице виконта стала шире, стирая его прежний хищный облик и давая ей понять, что последняя его реплика является шуткой. Во всяком случае, он усмехнулся, и Лея мгновенно почувствовала облегчение. Тема собственной смерти ей совсем не понравилась. У неё ведь уже имелись планы на жизнь.

– Да уж. Следуя этой моде, нужно приложить немало усилий, чтобы усложнить даже самый простой разговор, – весело прокомментировала она, понимая, что не способна с ходу придумать даже чего-то трёхсмысленного.

– Быть демоном не так уж легко. Приходится соблюдать уйму клише.

– У людей тоже не всё так просто, Ваше превосходительство. Существует уйма законов, правил, традиций. И, пожалуй, в этом можно увидеть сходство, несмотря на остальные различия.

– Такая общность не вполне подходит, госпожа Пелагея. Отрицание хаоса тоже происходит разными путями.

Между тем к ним подошёл Аворфис. Молодая женщина нечасто радовалась присутствию второго заместителя в этом мире, и это появление не стало исключением. Она только-только приготовилась к приятной и интересной беседе с Ал’Беритом. Повелитель же, не давая барону провести обмен прощальными любезностями, поинтересовался:

– Господин Аворфис, как вы считаете, в чём принципиальное отличие демонов от людей?

Задавать вопросы наместник Аджитанта умел как никто иной. Лея бы на месте коллеги ещё долгое время молчала, не решаясь высказать ни первый пришедший в голову ответ о физических расхождениях, ни последующие банальные вроде недостижимых умственных способностей. Ведь какой бы правдой это ни было, но в её присутствии, как представителя человечества, сие прозвучало бы весьма оскорбительно.

– Пожалуй, в отсутствии души, Ваше превосходительство, – даже не затруднился с выбором подходящего различия второй заместитель и, делая крайне короткую паузу, вежливо откланялся.

– А что бы ответили вы? – полюбопытствовала девушка, когда Аворфис отошёл на достаточное расстояние.

– На мой взгляд, это глубокая порядочность.

Она едва удержалась от едкой усмешки. По поводу обитателей Ада у Леи на этот счёт имелось весьма чётко сформированное мнение. Но, видимо, её желаемая реакция не стала для повелителя неожиданностью, так как он добавил:

– Вам не следует забывать, что совершенная игра может основываться только на предельной честности и безукоризненной репутации.

– Ну, да. Люди же таким интригам как-то предпочитают жить по совести, – язык всё же не сдержался от колкой фразы.

– Сохранение объективности требует, чтобы вы, выражая такое мнение, не относили себя к подразумеваемой вами безупречной части человечества. Весьма самоотверженно с вашей стороны произносить такое, госпожа Пелагея.

Видимо, каждая озвученная ею реплика поднимала настроение Ал’Бериту. Улыбка не сходила с его лица, а в голосе слышались смешинка за смешинкой. Демон с удовольствием посмотрел на собеседницу, чей вид выражал возмущение. К сожалению, Лея не знала, как его проявить более достойно, но она была убеждена, что подобное сомнение в её моральных ценностях необоснованно. А потому рискнула возразить.

– Не могу согласиться с вами, Ваше превосходительство.

– Список событий, подтверждающих мою точку зрения, открывает обстоятельство, что вы без особых раздумий принесли присягу герцогу Ада и этим, по-своему, предали человеческий род. А теперь стараетесь своими благими намерениями нарушить и эту клятву верности. Разве не так?

Девушка почувствовала, что щёки начали пылать. С такой стороны она свои поступки как‑то не рассматривала. Наместник же ещё и продолжил:

– И это только часть фактов. За вами протянулась достаточно длинная цепь предательств. Так что совестью вы пользуетесь по ситуации, госпожа Пелагея. Чисто по ситуации.

От неприятной паузы разговор спас очередной гость, желающий покинуть замок. Это дало Лее несколько мгновений, чтобы обдумать сказанное виконтом и прийти к выводу, что ей и самой следует попрощаться.

– Благодарю вас за столь интересную беседу, Ваше превосходительство, – произнесла она. Фраза была честной. Краткий разговор вышел познавательным, пусть и нёс на себе осадок новых откровений. Но Ал’Берит вновь одарил её внимательным взглядом и очень серьёзно сказал:

– Допускаю, что ваше первоначальное намерение остаться до самого конца вечера нарушило именно моё замечание, госпожа Пелагея. Однако, как бы вас ни расстраивало подобное видение ваших поступков, оно всё же не означает, что окружающие принимают их как что-то негативное. Повторюсь, именно в порядочности я вижу принципиальное различие между демонами и людьми. По-моему мнению, вы лишь следуете своей исконной сути. И было бы глупо не принимать это обстоятельство за данность.

Слова вызвали у Леи ассоциацию с неким извинением. Однако, на её взгляд, сама она пришла к более верному выводу об основном отличии между столь разными существами. И молодая женщина решила им поделиться:

– А мне кажется, что между человечеством и демонами пролегла бездна понимания и осознания, Ваше превосходительство. Понимания первыми, что им никогда не осознать вторых. И осознания вторыми, сколь непонятны для них поступки первых.

Ал’Берит снова довольно улыбнулся. Лее показалось, если бы то дозволяли правила этикета, то она бы услышала его весёлый смех. Но вечер являлся светским мероприятием, и такие вольности никак не поощрялись общественностью.

– Право, вам удалось выразить вашу мысль весьма изящно, – даже прозвучал нетипичный комплимент из его уст. – Однако мы отклонились от первоначальной темы. Я обратил внимание, что вы никуда не спешили, госпожа Пелагея. Возможно, вам было бы приятно составить мне компанию по завершении приёма?


***


Заместители повелителя подошли к двери кабинета наместника почти одновременно и потому с неким любопытством воззрились друг на друга. Видимо, они оба были уверены, что кто‑либо свернёт в сторону лестницы. Разы, когда Ал’Берит вызывал своих подчинённых вместе, можно было по пальцам одной руки пересчитать, наместник Аджитанта никогда не устраивал типичных для Земли ежеквартальных совещаний, предпочитая решать все вопросы индивидуально. Кроме того, в такие моменты кто-то один из них завсегда успевал прийти раньше, а тут…

Лея мягко улыбнулась из-за произошедшей случайности. Аворфис, подумав, приподнял уголки губ в ответ, выражая так свою солидарность во мнении. А затем он, не дожидаясь когда дверь откроется самостоятельно, дёрнул за дверное кольцо. Лею от такого покоробило, но, с другой стороны, чего такого? Ал'Берит сам вызвал их, да и для второго заместителя у него могли иметься свои указания. Поэтому она расслабилась, а Аворфис, следуя этикету, позволил молодой женщине первой зайти внутрь кабинета. Однако самому ему пришлось остановиться на пороге. Обходить неожиданно замершую на месте госпожу Пелагею выглядело бы как-то совсем невежливо.

Остановило же Лею изумление. В кабинете никого не было.

Затем она, решив, что это только первое впечатление и повелитель вот-вот покажется из своего архива, проделала оставшиеся шаги к подиуму. Барон последовал за ней и по итогу встал рядом. Дверь наконец-то смогла закрыться. Наступила тишина, нарушаемая лишь стоном противной мумии, и, когда снова стихло, первый заместитель, поняла, что всё-таки не ошиблась, Ал’Берита в кабинете не было. Из-за этого она с неким недоумением тут же посмотрела на Аворфиса, надеясь, что коллега сможет что‑либо ей объяснить. Но тот, сохраняя бесстрастность на лице, лишь снял пенсне и стал протирать стекло. Это навело её на мысль, что он и сам растерян. Тоже не знает, что сказать.

«Может спросить, есть ли кто-нибудь здесь?» – подал неуверенный голос некий внутренний советчик.

«Не, лучше поднимись по ступеням и загляни в личный архив Ал’Берита. Тебе же давно интересно узнать, что там. А тут и повод», – предложил коварный интеллект.

«Как бы ещё избавиться от свидетеля», – тут же приступил к размышлениям разум, которому идея посещения смежного с кабинетом помещения показалась крайне привлекательной.

– Достаточно необычная ситуация, – всё же произнесла Лея вслух, чтобы думы перестали настойчиво давать свои «дельные» советы.

– Вынужден согласиться с вами, госпожа Пелагея, – кратко ответил коллега и внимательно посмотрел на вновь захрипевшую мумию.

Судя по его поведению, барон не стремился к разговорам. Однако сама Лея иначе не могла. В молчании ей было не выдержать время до появления Ал’Берита. Поэтому она ухватилась за первую попавшуюся нейтральную тему для беседы и указала ладонью на ступени.

– Вам тоже это не нравится, господин Аворфис? – спросила молодая женщина, имея в виду противные звуки.

– Его превосходительство имеет право следовать своим вкусам, – лояльно ответил демон, но в его глазах сверкнул гневный огонёк, и он несколько более эмоционально, чем стоило бы, произнёс. – И всё же по личным мотивам соглашусь с вами.

Последнюю дюжину дней, дабы избавиться от навязчивых размышлений о земном секторе Питомника, Лея активно занималась обустройством своего особняка. Доступ к уйме свободных финансов, полученных благодаря шахте, позволял разрешить вопрос пустого пространства, местами требующего основательного ремонта. Причём быстро. Так что в комнатах велась бурная деятельность. Естественно, под чутким контролем госпожи Пелагеи, которой не хотелось получить по итогу нечто, наводящее мрачное уныние или попросту пугающее. Её предпочтения резко отличались от предложенных демонами эскизов.

Погружённость в проектирование интерьеров сыграла свою роль. Услышав в реплике Аворфиса словосочетание «следовать вкусам», молодая женщина решила, что он не вполне верно воспринял её слова и подумал, что вопрос относится не к мерзким стонам, а к дизайну. Вроде неприятно, но она вовсю обрадовалась оказии и предпочла воспользоваться ситуацией, чтобы узнать, что именно барона не устраивает.

Может, этот нюанс был актуален и для обстановки её дома?

– Некоторыми моментами сложно восхищаться, когда ближе иное, – начала издалека Лея «понимающим» голосом. Всё-таки обсуждение затрагивало чувство стиля повелителя и по этой причине вести разговор напрямую не стоило.

– Да. Детали порой полностью меняют восприятие, – пошёл на контакт Аворфис, хотя его интонации приобрели зловещий оттенок.

– Хорошо, что их иногда можно подправить, подстраивая идею под себя.

Своей фразой она рассчитывала плавно перейти к конкретике и выяснить, не одобрял ли демон подиум, мерзких мумий, количество ступеней, отсутствие перил или же, как вариант, цвет камня? Желание узнать, что же коллеге не по нраву, даже вытеснило тревогу из-за отсутствия Ал’Берита. Напротив, Лея уже искренне надеялась, что наместник задержится на достаточное время для выяснения заинтересовавшего её мнения… Вот только второй заместитель проявил действия, отличные от ожидаемого. Вместо слов он изумлённо и тревожно уставился на неё. Взгляд вызывал у молодой женщины ассоциацию с путником в лесу, внезапно осознавшим, что змея у ног, принятая им за обычного ужа, вдруг оказалась чёрной гадюкой.

Реакция барона показалась Лее очень странной. И пока она обдумывала это обстоятельство, возникла достаточно длительная пауза, чтобы Аворфис надел пенсне, а в кабинет вошла Кассандра и сообщила, что повелитель ожидает их в ином зале.

Заместители так и не поняли, что разговаривали о разном.


***


Лея заканчивала рабочий день, периодически поглядывая на часы в расчёте уйти из замка своевременно. Сегодня должны были привезти мебель в последнюю из пустующих комнат особняка, и молодой женщине не терпелось осмотреть воплощение своей дизайнерской задумки в жизнь. Однако нынешние размышления первого заместителя наместника Аджитанта были далеки от повседневных дел. Несмотря на то, что Лея вернулась из Питомника уж как две дюжины дней назад, мысли навязчиво, снова и снова, возвращали её к этому месту. При этом логика утверждала, что попытка согласования с Ал’Беритом перемены питания людей ни к чему не приведёт и поэтому этого делать никак не стоит. Он всё равно откажет, а ей неприятно станет… Но не противнее же, чем хранить понимание, что людей здесь принимают не более чем за кроликов?

Почему-то факт такого невидимого дёргания за ниточки ужасно раздражал.

«В конце концов, всё равно люди разделятся на парочки. И очень скоро. Такова человеческая природа! Для чего нужны столь мерзкие стимулы?» – возмущалась нравственность вкупе с реалистичным взглядом на жизнь.

«Не делай ничего», – настойчиво советовал разум, но сам же не прекращал думать на эту тему ни на секунду. Наверное, ему хотелось произвести впечатление на хозяйку некой гениальной выдумкой и разомкнуть замкнутый бесконечный круг в мыслях – «повелитель откажет, а совесть требует».

И вот, дописав очередной документ, она отважилась.

Ведь не обязательно же вводить Ал’Берита в курс дела и иметь строжайший отказ на свою просьбк? Такой, что категорично запретит любые подобные нововведения.

Он назначил её ответственной за Питомник?

Да. А, значит, Лея должна принимать решения, которые считает нужными.

«И можно будет этого Кварзиотто ткнуть носом в его мнение, словно щенка в…», – довольно улыбнулась про себя госпожа Пелагея, втихаря выводя на бумаге первые строки указа.

Конечно, Кварзиотто мог начать возмущаться. Но первоначально обратиться по этому вопросу напрямую к наместнику, минуя непосредственное руководство, выходило против бюрократических правил. А пока она рассмотрит его жалобу, даст свой ответ (уж затягивать по необходимости дела её ведомство научилось прекрасно!), пройдёт достаточно времени, чтобы стали получены результаты по растущей численности населения и безо всяких специфических добавок. Помимо этого, личный доход с шахты позволял улучшить питание людей, не затрагивая подлежащий строгой отчётности бюджет. Даже затратный ремонт не особо-то задел нынешнее финансовое благополучие первого заместителя наместника Аджитанта.

«Ну серьёзно? Почему бы и нет?» – убеждала саму себя Лея, продолжая писать указ, и украдкой взглянула на дремлющую Дайну.

Дагна было решено ничего не рассказывать по вполне понятным причинам. Поэтому молодая женщина, стараясь не привлекать их внимания, закончила текст, в завершении поставив размашистую роспись, и, улучив момент, положила документ меж готовых бумаг. Просматривать их вновь уже никто не стал бы. Дело оказалось сделано.

Она, не изнывая от переживаний после содеянного, вышла из кабинета, чтобы отправиться домой.


Глава 3

Рабочий день закончился уж как три часа назад, но первый заместитель наместника Аджитанта всё ещё не могла покинуть свой кабинет. Молодая женщина наивно рассчитывала, что после «Апокалипсиса» в её ведомстве воцарятся тишь и покой, но вышло как-то совсем наоборот. Да ещё и на одной из шахт случилась беда.

В одном из тоннелей произошло воспламенение газа, запустившее прямо-таки цепную реакцию мощных взрывов. Как результат – гибель многих вампиров. Точнее, не вполне гибель. Те обладали редкостной «живучестью» и могли собрать свой прах и «воскреснуть». Но на это потребовалось бы почти полгода! Так что оставшиеся шахтёры не имели возможности сохранить уровень добычи. А ведь до возобновления разработки следовало предварительно (и в кратчайшие сроки!) ещё и обвал разобрать. Обстоятельство тоже не способствовало соблюдению прежней статистики в отчётности. Эйтон, конечно, оперативно снял часть рабочих с других шахт, но этого в данной ситуации было недостаточно. Стали срочно востребованы дополнительные руки, а их получение в свете последних событий на Земле выглядело крайне проблематично.

– Целый мир рухнул, а я по-прежнему хожу на работу, – недовольно проворчала Лея, уставшая от свалившихся на неё проблем.

– А ты считала, что это достаточное основание для безделья? – с оттенком удивления поинтересовалась Дарра, которая на сегодня сменила Дайну. Демонессы-то могли себе позволить устраивать «выходные».

– Хм. Да.

Вместе с этим коротким, но честным ответом из груди молодой женщины вырвался усталый вздох. Переизбыток сложной информации и долгий рабочий день привели к тому, что голова стала словно свинцовой. Стоило бы поехать домой, чтобы поспать. Однако она решила, что героически просмотрит ещё одно прошение, и только после, наплевав на все оставшиеся срочные дела, сменит трудовую деятельность на отдых.

– Как хорошо быть такой молодой и наивной, – с ностальгией грустно вздохнула Дарра.

– И на что только я свою молодость трачу? – с не меньшей тоской задала риторический вопрос Лея и протянула руку к стопке документов, чтобы выбрать наугад последний для рассмотрения. – Моя жизнь всегда была однообразной и скучной. И, видимо, так и будет.

– Ну, знаешь ли, сегодня в ней кое-что изменилось! – оптимистично заверила демонесса.

– Разве? Уже много месяцев подряд одно и тоже с перерывами на более чёрные полосы.

– Перемена, которую я имею в виду, не столь плоха. Пока она актуальна, я бы даже сказала, что всё ещё хорошо.

– И о чём речь?

– На календаре совсем другое число.

– Могла бы и догадаться, – не оценила шутку девушка.

Одновременно с этим взгляд на секунду задержался на кипе бумаг, которым стоило отправиться по своим адресатам. Там были ответы на письма, новые распоряжения, резолюции. Ничего такого, но она тут же ощутила лёгкий озноб из-за содеянного накануне.

На момент совершения своей проделки у Леи не возникло никаких переживаний. Однако уже в лифте вполне обоснованные подозрения в правильности такого поступка приступили к пытке сомнениями. Ведь, несмотря на возобновившуюся близость с Ал’Беритом, в остальном повелитель не особо благоволил ей… Скорее даже свои претензии к её работе он стал озвучивать чаще и без стеснений. Деяние могло привести к крайне дурным последствиям.

«Хотя куда ещё хуже?» – высказывала раз за разом безупречная логика, вклиниваясь в ход беспокойных мыслей.

Чуть раньше. Чуть позже. Не так уж и важно.

Подобные рассуждения немного уняли тревогу, но весь последующий день был проведён молодой женщиной словно на иголках. Она ожидала, что вот-вот раздастся переливчатая мелодия, и голос Кассандры известит её о требовании повелителя явиться пред его негодующие очи. Но ничего такого не происходило. К вечеру первый заместитель даже устала бояться и трястись от каждого шороха, а потому вполне так успокоилась. До утра. Увы, утром она вошла в кабинет и снова ощутила невероятное волнение. Правда, испугалась Лея уже не возможного гнева начальства, а невероятного количества работы. Ещё вчера оставалось совсем немного, а сегодня предстояло разгребать самый настоящий завал…

Новый тяжёлый вздох вырвался из груди, и она всё-таки отложила так и не распечатанный свиток.

– Нет. Всё равно я уже не воспринимаю ничего.

– Решила, что пора домой? – тут же строго уточнила Дана.

– Да.

Как бы ни хотелось сделать больше возможного, чтобы облегчить завтрашний день, девушка понимала, что следует смириться с реальным положением дел. Поэтому её умоляющий взгляд устремился на демонессу в надежде, что от той не последует возражений.

– Пожалуй, и правда. Стоит сделать небольшую паузу. Но всё же нужно будет прибыть обратно хотя бы на час раньше обычного.

– Хорошо, – без особого энтузиазма согласилась она. Некое далёкое «на час раньше» для неё на данный момент выглядело лучше, чем «на час позже, но ещё трудимся».

– Тогда собираемся, – заключила встрепенувшаяся Дорра.

– Я вот уже готова, – Лея нашла в себе силы улыбнуться и поднялась с кресла.

Тело ломило от длительного сидения в одной и той же позе. Не удержавшись, молодая женщина всё-таки потянулась и сладко зевнула. Что-то даже хрустнуло.

Дарра тут же обеспокоенно поинтересовалась:

– Ты там не разваливаешься?

– Нет. Вроде пока ещё всё на месте.

Она демонстративно ощупала свои конечности, доказывая правоту. После чего снова улыбнулась и вышла из кабинета на площадку. Судьба тут же столкнула её сразу с двумя демонами, которых не особо хотелось в данный момент видеть.

– …Так что по этому вопросу у вас не должно быть сомнений, – довелось ей услышать окончание дискуссии между повелителем и его вторым заместителем.

Заметив Лею, коллеги издали поприветствовали её, прерывая свой разговор. Она поступила аналогично и вынужденно повернулась к ним спиной, чтобы закрыть дверь. В глубине души теплилась надежда, что те либо продолжат своё обсуждение, либо за время поворота крошечного ключика разойдутся по своим кабинетам. Желания задерживаться на какую-либо беседу не возникало никакого. А вот улизнуть… Быстро и по-тихому.

– В таком случае, я немедленно приступаю к исполнению, – сухо произнёс Аворфис, и до ушей донёсся тихий отдаляющийся звук его шагов, а после и лёгкий хлопок двери.

Лея обернулась, предчувствуя, что ожиданиям вновь предстояло быть обманутыми. Так и вышло. Повелитель никуда не ушёл. Напротив, заинтересованно смотрел на неё. Правда, молчал. Однако стоило ей отойти от двери и подойти ближе к лестнице, а, соответственно, и к нему самому, как это изменилось.

– Надо же, – прокомментировал Ал’Берит с удивлением, смешанным с сарказмом. – Мой первый заместитель задерживается на работе.

– Когда того требуют вверенные мне заботы, – сказала девушка ровным голосом.

На самом деле, в последние месяцы её крайне редко можно было застать в кабинете по окончании трудового дня. В этом изумление Ал’Берита оказывалось полностью оправданным, но с учётом трудоголизма остальных служащих… и Аворфиса в частности.

В общем, оставалось уповать, что фраза создавала эффект того, что вообще-то дела ведомства первого заместителя идут безупречно. А если возникнет сложность, то госпожа Пелагея станет трудиться над той не поднимая головы.

– Мне доставляет удовольствие подобное рвение, – ответил повелитель. По его интонации разгадать, являлось ли это правдой или издевательством, Лее не удалось. – Ваша верная служба даже вынуждает меня пригласить вас к себе.

Ал’Берит мягко улыбнулся и подал ей руку, недвусмысленно намекая, что приглашение всего лишь вежливо высказанное требование скрасить его досуг. Она же слишком вымоталась, чтобы радоваться этому, но отказаться не могла. Поэтому лишь горько посмотрела на телохранительниц, уже понявших, что совместное возращение домой с госпожой им не светит.


***


– Твои глаза говорят о том, что ты устала, – мягко заметил он, стоило им войти в его огромные покои.

– Немного, – согласилась гостья.

Если честно, то по её собственным ощущениям было «много», но Лее совсем не хотелось выглядеть в обществе Ал’Берита слабой… Да и когда люди очень сильно устают, то падают без сознания на землю. Так что, если рассуждать таким образом, то в принципе конечно сказана стала правда.

– И всё же. Присаживайся.

Он указал на одно из широких кресел. Молодая женщина безропотно села, внутренне наслаждаясь заботой по отношению к себе и удивляясь, что встреча состоялась. Если от внимания демона не ускользнуло её измотанное состояние, то желание остаться наедине выглядело странным. Факт заставлял нервничать… Увы, в подобном обществе всегда приходилось быть настороже. Наместник Аджитанта умело разделял личное и служебное. И несмотря на то, что границей служила тончайшая грань, между разными сторонами его внимания к ней пролегла и пропасть. Лея же далеко не всегда могла распознать подтекст интереса. И это порядком изводило её.

Между тем Ал’Берит подошёл к столику и разлил из кувшина в кубки напиток. После чего сел возле неё на подлокотник и подал один из бокалов.

– Держи.

– Благодарю, – ответила она и машинально сделала глоток, хотя совсем не хотела пить.

Не сказать, чтобы сонливость и разбитость тут же как рукой сняло, но сознание немного прояснилось. Отпив ещё немного, уставшая от тягостных забот, первый заместитель почувствовала себя намного бодрее и искренне восхитилась:

– Замечательный вкус. И результат.

– Не было сомнений, что ты его оценишь.

Ал’Берит довольно рассмеялся, окончательно снимая её душевное напряжение по поводу приглашения в его личные покои. Она тут же позволила себе расслабиться, откидываясь на спинку кресла, и посмотрела на виконта.

Их взгляды соединились, и демон наклонился, чтобы провести ладонью по её щеке. И ниже. К шее. После чего его пальцы замерли. Лея же, находясь во власти взора светлых зелёных глаз, словно забыла об умении мыслить. Все думы остались в некоем далёком тумане. Их заменили инстинкты желания любить и быть любимой. Подчиняясь этим порывам, она положила свою ладонь на его. Так Ал’Берит не смог бы убрать руку с её шеи, ведь ей так хотелось растянуть во времени его нежное прикосновение! Но несколькими секундами позже молодая женщина передумала. Она, словно шаловливая девочка, подобрала под себя ноги и привстала на коленях. Благодаря этому лица любовников оказались на одном уровне, и кисть наместника, вслед за её движениями, непроизвольно переместилась на женскую грудь. Он слегка сжал её, а после нежно поцеловал Лею. Однако она, начав отвечать на поцелуй, слегка прикусила его губу, а затем отпустила и постаралась сесть в кресле так, чтобы выглядеть соблазнительно.

– Ты играешь, – довольно заметил демон, намереваясь её обнять. Но Лея увернулась и звонко рассмеялась. После чего с неприкрытым флиртом и огоньком в глазах подтвердила:

– Играю.

«Что-то неправильно. Это не ты», – прозвучало тревожно в голове.

Нечто внутри настойчиво старалось разбудить разум, вот только почему-то не получалось сосредоточиться для размышлений. Или же на то не возникало желания. Как будто глоток напитка с лёгкостью поменял местами сознательное и подсознательное. Так иногда происходит, если в радужном настроении выпить спиртного чуть больше. Вот только она вовсе не была пьяна. Молодая женщина просто не понимала, что же с ней такое происходит.

– И почти повторяешь грехопадение Евы. Искушаешь мужчину.

– За это людей изгнали из Райского Сада, – вспомнился ей грустный сюжет.

Ал’Берит от её слов только усмехнулся.

– Да, но почему-то мало кто задумывается, что взамен этим двоим был дарован целый мир.

– Эм-м, в этот напиток что-то подмешано? – всё-таки поинтересовалась Лея, хотя на данный момент обстоятельство казалось ей почти безразличным. Её больше заботило, что Ал'Берит не делает новых попыток дотянуться до неё. Поэтому она сама обняла его, запуская пальцы в чёрные пряди волос. Глаза смотрели в глаза. Это было всё, что ей нужно.

… Ну, или почти всё.

– То, за что я уже без сомнения его ценю. Замечательный вкус. И результат.


***


Первым делом на её лице появилась мечтательная улыбка. Подобной беззаботности, что была вчера, она уже давным-давно за собой не ощущала. Как будто получилось вернуться в дни бесшабашной юности и провести ту несколько иначе. Более памятно.

Улыбка стала ещё шире, и глаза всё-таки открылись.

К своему удивлению Лея поняла, что проснулась она в покоях повелителя. Не то, чтобы она не помнила событий, предшествующих сну, просто обычно пробуждение происходило уже в собственном доме. Девушка немного повернулась, чтобы освободить руку, и посмотрела на часы. До начала рабочего дня оставалось чуть более получаса. Это заставило её нахмуриться и, окончательно сбрасывая налёт дремоты, приподняться на локтях.

Ал’Берит задумчиво сидел в кресле около кровати и зарисовывал что-то в толстую книгу. Хотелось верить, что он всё это время не занимался её портретом.

– Проснулась, – не отвлекаясь от своего занятия, с улыбкой сказал он.

– Да, – ответила она, хотя, по сути, вопроса не было.

Встав с кровати, девушка обернула вокруг себя скинутое на пол почти что невесомое покрывало и подошла ближе, рассчитывая подсмотреть зарисовку. Однако демон неторопливым движением отложил книгу так, чтобы у неё не получилось увидеть содержимое, и плавно поднялся с кресла, не стесняясь собственной наготы. Вид сильного крепкого тела виконта вызвал в ней новый зов желания.

– Приятно, что твоя кожа вернулась к обычному оттенку, – мягко заметил он, нежно обнимая любовницу со спины и целуя её у основания шеи.

По телу пробежали мурашки наслаждения. Она повернулась к нему лицом, но от неловкого движения лёгкая ткань упала на пол, оставляя её обнажённой. Ал’Берит скользнул глазами по плавным очертаниям женской фигуры. После чего заботливо прошептал:

– Стоит быть осторожнее с огнём.

– Мне очень хотелось сделать мечту реальностью.

Лея улыбнулась. Не столько своим воспоминаниям о белоснежном песке и лазурной воде столь недосягаемого ранее для неё курорта, сколько тому, что он сказал то, что сказал. Несмотря на ожидания, загар ведь так и не проявился. А в их первую совместную ночь, с момента её возвращения с Земли, от покраснений после мази Дагна не осталось даже следа. Значит, он всё равно заметил, как она обгорела тогда.

– Иногда из-за таких желаний можно сгореть дотла.

– Солнце опаляет независимо от воли человека, – весело возразила она и даже вознамерилась рассказать смешную историю из своей жизни, но не успела.

– Но, чаще всего, если на то есть воля иного существа.

Его голос показался ей неожиданно жестоким. Кажется, разговор начинал сводиться к жутким рассказам, а Лее сейчас вовсе не желалось о подобном знать. Всё, о чём она помышляла, так это остаться с Ал'Беритом наедине ещё немного, пока демон не вернулся к холодному облику повелителя.

– Я не хочу слушать истории про древние пытки и способы казни, – решительно заявила молодая женщина.

– Как пожелаешь… Некогда существовавшие люди, о которых мне напомнил наш разговор, не так уж с этим связаны. Их называли манкурты. Знаешь, кто это?

Он ласково провёл ладонью вдоль её тела, неотрывно наблюдая за неторопливыми движениями своей руки. Лея решила, что возможно стоит и подыграть. Пусть рассказывает всё, что угодно – ей не хотелось, чтобы он останавливался!

– Нет.

– Это весьма ценные рабы, не имеющие ни прошлого, ни будущего. Их жизнь заключалась лишь в том, чтобы удовлетворить свои низшие потребности в пропитании и верно служить своему хозяину.

– Разве люди на такое способны? Ни одно воспитание не приучит к подобной покорности.

Сдержать удивление не получилось. Ал’Берит же хитро усмехнулся и легко поднял её, чтобы снова положить в постель.

– Воспитание – нет. А огонь мог. Молодым пленникам обривали череп. Связывали руки и ноги, чтобы те оказались неподвижны. И обязательно надевали колодку на шею, чтобы голова оставалась на определённом уровне над песками пустыни…

Каждое объяснение, неторопливо проговариваемое голосом без интонаций, сопровождалось действием. Сначала демон убрал волосы девушки в сторону, после чего лёг на неё, зажимая между своими коленями её ноги. Под конец его ладони мягко проскользнули под тонкой шеей и слегка приподняли голову. Лее от происходящего стало жутко, и она постаралась немного высвободиться. Он не позволил ей этого и произнёс:

– Вот так. Только голову ещё обязательно покрывали шкурой только что убитого верблюда. И после этого пленника оставляли под палящим солнцем на несколько дней.

– Разве после такого возможно выжить? Без воды? Без возможности скрыться в тени?

Девушка почувствовала, что сердце заколотилось быстрее. Но уже отнюдь не от предвкушения близости.

Ал’Берит, словно не расслышав её вопроса, продолжил:

– И при этом свежая шкура сохла и стягивалась, стискивая череп…

Ладони демона поднялись чуть выше и ощутимо сжали её голову.

Лея уже искренне жалела, что не смогла покинуть покои наместника несколько раньше. Она снова предприняла слабую попытку освободиться, но это вновь оказалось бесполезно. Держал он её крепко.

– А отрастающие волосы причиняли невыносимый зуд и боль… Так что да, выжить оказывалось сложно. Но некоторые люди обладали для этого достаточной силой, – демон всё же отпустил свою жертву и встал с постели. – Только после этого они переставали быть собой и людьми в полном смысле этого слова. Безупречно покорные рабы.

– Неужели такие пленники столь ценились?

Ей было крайне неприятно думать, что до такого издевательства мог додуматься обычный человек. Но демоны вряд ли нуждались в подобных слугах.

– Вполне. Во всяком случае, они не требовали бдительного присмотра. Ведь поступая в соответствии только с собственной волей, можно навредить своему хозяину.

Ал’Берит столь выразительно посмотрел на неё, что Лея поняла – он всё уже знал об её безрассудном приказе. Но сознаваться ей всё равно не хотелось. Во всяком случае, открыто. Поэтому, надеясь прервать «непринуждённую беседу» более-менее удовлетворительной репликой, она промолвила:

– Это весьма поучительная история.

– Увы, слишком мало людей учится на событиях древности. Ведь порой вы даже собственные ошибки готовы повторять до бесконечности. Во всяком случае, до тех пор, пока есть возможность их совершать. Не так ли?

Молодой женщине захотелось испариться или исчезнуть. Что угодно, вот только чтобы не отвечать ничего!… Но наместник ждал ответа. И его заместитель, невольно виновато опуская взгляд, тихо произнесла.

– Бывает и так.

– Такой печальный и отвратительный замкнутый круг, прерываемый разве что смертью глупого существа.

Виконт демонстративно вздохнул с сожалением, и Лея поторопилась реабилитироваться:

– Но люди учатся. Иногда медленнее, чем хочется со стороны. Но всё же.

– Тогда, конечно, если учитывать, что смерть пока не рассматривается, то, возможно, стоит помогать с развитием сознания тем, в ком видится интерес. Это сделало бы человечество менее примитивным видом в целом, – заметил повелитель и спросил с некой издёвкой. – Согласна?

– Это неоспоримая логика. Я не вижу никаких возражений, чтобы не согласиться с этими словами.

Хотя причины были. И ещё какие!

– А как бы ты подвела нужного тебе человека к правильному пути? – поинтересовался Ал’Берит, начиная одеваться.

Молодая женщина молчала как партизан, непроизвольно крепко поджав губы. Напряжённая тишина повисла в воздухе, заставляя сердечко бешено биться. Выдавая парализующий страх.

– Не можешь решить какой вариант предпочтительнее?

Она постаралась собраться с мыслями.

– Либо поставить в условия, исключающие возможность ошибки, либо не дать возможностей для их дальнейшего совершения.

– Мне нравится, что ты опустила в перечислении – поговорить и объяснить.

Демон довольно улыбнулся, но Лея не разделяла его эмоций. Она не озвучила подобный вариант не потому, что сознательно оставила его при себе. Тот просто-напросто не пришёл ей в голову! А потому девушка, мысленно неистово коря себя, ухватилась за ниточку надежды:

– Порою это не менее действенно.

– Да, но слова сами по себе, без последующих действий, запоминаются несколько иначе. В таком случае зачастую приходится повторяться с пояснением, а мне претит подобное малоэффективное решение. Вернее стало бы заменить исполнителя на более действенного и удовлетворяющего моим запросам… Тебе, кстати, доводилось видеть это на практике своего предшественника.

Голос Ал’Берита был мягок и спокоен, но жёсткий взгляд зелёных глаз оставался ледяным. Лея нервно поджала под себя ноги, жалея, что и одежда, и покрывало находятся слишком далеко от постели. Она была обнажена перед повелителем во всех смыслах.

– Я могу одеться? – тихо осведомилась девушка, ощущая себя ещё более неловко из-за этого вопроса.

– Разве я запрещал тебе это? – удивился виконт, расправляя идеально лежащие манжеты. После чего внимательно посмотрел на неё. – Или ты посчитала, что мы не просто беседуем, а обсуждаем нечто конкретное?

– Нет, – стремительно произнесла она в ответ.

Мысленно проклиная себя за уникальную способность задавать дурацкие вопросы, Лея тут же соскользнула с постели и поспешила спрятаться в ворохе одежды.

«Конечно, мы просто беседуем! Милый и беззаботный разговорчик ни о чём», – язвительно подумал мозг.

Одеваясь, она в нерешительности посмотрела на демона, стараясь придумать, как бы ей тактичнее улизнуть от его общества в свой кабинет. Ал’Берит, поняв суть её взгляда, вполне доброжелательно усмехнулся и подошёл чуть ближе.

– Твой следующий вопрос вполне предполагаем… Мне было приятно твоё общество, так что, – он галантно взял её ладонь в свою и поцеловал кончики тонких, немного подрагивающих пальцев, – вы можете покинуть мои покои, госпожа Пелагея. И более того – должны. Наместник Аджитанта считает опоздания крайне раздражающим явлением.

Его переход на официальный тон заставил Лею поторопиться с завязыванием боковой шнуровки. Да и быстрый взгляд на часы, ясно давал понять, что до начала рабочего времени оставалось всего около десяти минут. Как бы не пришлось бежать в свой кабинет, развлекая служащих, дабы не вызвать гнев своего непосредственного руководства!

Представляя это, девушка даже улыбнулась. Собственные мысли, как и обычно, оказались весьма комично визуализированы воображением. Да и по итогу вроде бы всё оказалось хорошо. Несмотря на домыслы, её просто пожурили.

… Это было крайне неприятно, да. Но она всё поняла, и точно исправится!

В голову тут же закралась и крамольная мысль, что, может, и верно в покоях повелителя происходила просто беседа? Все переживания оказались надуманными? И не стоит пороть горячку с отменой своего решения? Пусть сначала Кварзиотто пришлёт свой протест, а там Лея обязательно тут же и вернёт всё на круги своя. Как раз где-то с дюжину дней времени пройдёт. Пусть с пищей дела затянутся не на столь долго, как ей виделось, но всё же. В таком случае оказывалась достигнута маленькая победа своеволия. Надо же видеть не только минусы в событиях…

– Кстати, госпожа Пелагея, – произнося как бы между делом, задержал её поспешный побег повелитель. Он не дал ей дойти до двери всего пару шагов. – В этом напитке была всего-навсего та же самая добавка, которую добавляют в пищу в Питомнике. Вы согласны, что средство действенное?

– Да, – она мгновенно «упала с небес на землю», вмиг ощущая себя невероятно униженной и оскорблённой. Но всё же нашла в себе силы повернуться к демону лицом.

– Более того, я не наблюдаю никаких побочных эффектов даже при том, что использовалась намного более высокая концентрация. Разве что результат проявил себя определённо быстрее и ярче.

Лея почувствовала, как к её щекам прилила кровь. Пальцы машинально нервно затеребили ткань платья. Ал’Берит же, напротив, явно чувствовал себя в своей тарелке и был, как и обычно, невозмутим и спокоен.

– Действенно. Безопасно. Малозатратно… У вас есть логически или же практически подтверждённые обстоятельства для обоснования этого документа? – кончиками двух пальцев он вытащил из ящика стола знакомый листок.

– Я поняла вас, повелитель, – ответила, кланяясь, «личный результат эксперимента Его превосходительства».

Нет. Переживания оказались не напрасными.


***


Ал’Берит предпочёл встретиться с наместницей Крудэллиса в покоях, предназначенных для деловых, но при этом неофициальных встреч. Обстоятельство, ради которого посетила его замок Ахрисса, скорее всего, носило именно такой характер и было связано с вмешательством их сеньора в столичную игру.

Обычно Дзэпар в мероприятиях подобного рода придерживался принципа, что главное не победа, а его личное неучастие. Но Его высокопревосходительство слыл искусным воином и поддержание такой репутации требовало время от времени создавать себе врагов, чтобы сражаться с ними. Так что на сей раз герцог посчитал нужным внести свои изменения в расклад, с самого начала корректируемый Ал’Беритом… И виконта не особо радовал этот факт. Сам он был достаточно аккуратен, чтобы не доводить взаимодействие до прямого сражения, но теперь силы противника стали иметь яркое значение.

Баронесса ожидала его появление, стоя у окна и скрестив руки на груди. Нижняя губа её недовольно поджалась до узкой черты при виде демона, и такая реакция являлась оправданной. Пусть время до его прибытия в эти комнаты выдерживало светские приличия, оно вышло достаточно долгим, чтобы расстроить гостью. Повелитель предпочёл закончить представление со своим первым заместителем так, как желал.

– Чем обязан чести вашего внимания? – галантно произнёс виконт сразу после вежливого приветствия и поцелуя руки Ахриссы.

– Ты насквозь пропах человеком, Ал’Берит, – раздражённо сказала она, резко стирая формальный тон их встречи. – Неужели сохранение эксцентричной репутации достойно таких жертв?

– Дорогая, вы даже не представляете сколь сложно творить подобную ерунду на постоянной основе.

Голос его прозвучал весело и беззаботно намеренно, так он давал Ахриссе понять, что примет правила предстоящей беседы, хотя никаких извинений не принесёт. Это сгладило недовольство наместницы Крудэллиса. Она вернулась к привычным кокетливым интонациям, хотя не стала переходить к делу сразу. Видимо, оно и правда не терпело отлагательств, раз демонесса намеревалась отыграться предварительной дискуссией на отвлечённую тематику.

– Конечно. Даже не желаю мыслить обо всех вероятных трудностях. Однако тебе определённо удаётся среди существующих вариантов выбрать несуществующие.

– Для демона естественно быть разборчивым в том, что могло бы принести ему удовольствие. А я весьма избирателен.

Баронесса села в кресло и, игриво положив руку на подлокотник, подперла ладонью подбородок. Находясь в такой позе, она с хитринкой посмотрела на собеседника, предвкушающе улыбнулась и только потом произнесла.

– Поэтому меня столь удивляет твоя игра чувств с человеком.

– Тайное стало явным, – шутливо признал виконт и с искренним интересом осведомился. – Неужели избранный мною объект так плохо позволил скрыть задумку?

Любопытство Ал’Берита было оправданно. Да, его поведение не являлось безупречным для соблюдения строжайшей секретности. И всё же такие нюансы не могли привлечь внимание Ахриссы за столь короткий срок. Кроме того, намерение плавно перетекало из прежнего замысла, соприкасаясь с последующей идеей, нисколько не соответствующей нынешним планам. Другими словами, деяние скрывалось достаточным количеством обстоятельств и клише, чтобы демонесса могла ткнуть в него пальцем.

– Отнюдь. Это я весьма проницательна в таких вопросах, – довольно произнесла она и улыбнулась ещё шире.

– Тогда ваше удивление озадачивает меня. Мне интересны новые ощущения… Или вы считаете, что демоны и люди слишком различны для подобного?

– О, нет! Эмоции – вот наша суть, которая столь неприемлема для Рая. Так что у ангелов ещё меньше шансов, – даже звонко рассмеялась Ахрисса. – Однако если твоя цель получить наслаждение, а не только опыт, то суть твоего поступка ускользнула от меня, Ал’Берит.

– Умение демонов держать чувства под контролем не всегда выгодно. Люди же в силу своей природы реагируют быстро, ярко и сами по себе недолговечны. Так что, на мой взгляд, выбор объекта оправдан. Прекрасная экономия сил и времени, – частично пояснил виконт причины своего решения.

– Все разумные рассуждения глубоки, пока их не перечёркивает настойчивое желание поступить вопреки им, – прокомментировала Ахрисса и демонстративно усмехнулась, показывая так, что реплика собеседника кажется ей совсем бессмысленной.

Её слова заставили наместника Аджитанта изменить интонацию. Его голос начал звучать деловито холодно.

– В моих правилах доводить начатое до конца.

– Да-да. Только ведь я прекрасно разбираюсь в эмоциях и чувствах, чтобы заметить, что человек, при всех логически прельстивших тебя достоинствах, обладает не менее существенными отрицательными характеристиками. И основное из них – хрупкость в силу первоначальной игры… Именно умение владеть собой и привычка завершать свои замыслы ныне оборачиваются против тебя самого, – мягко сказала она, как если бы хотела дать совет, и, хитро прищурив глаза, напрямую сказала. – Ты ничего не получишь, если уничтожишь её своим вниманием, Ал’Берит. А в том, чтобы оставить в покое, удовольствия мало.

– Подобные варианты пока несколько отличны от моих целей, дорогая, – сухо прокомментировал фразу баронессы демон.

– Эти слова открывают передо мной, что познание «смирения» стало бы для тебя не менее ново, – усмехнулась Ахрисса. – Научиться проигрывать – тоже искусство победы.


***


– Что ты наделала?! – завопила Дана, стоило Лее только закрыть за собой дверь кабинета.

Девушка рассчитывала передохнуть после событий в покоях Ал’Берита, ей хотелось прийти в себя, но, кажется, день не задался с самого начала. Самая спокойная и рассудительная из Дагна пребывала в ярости. Её лицо перекосило от гнева. Обычно аккуратно собранные волосы оказались крайне растрёпаны.

– Не надо, – вяло постаралась удержать сестру Дарра, но та вырвалась и с такой силой впечатала Лею в стенку, что у госпожи Пелагеи едва не хрустнули рёбра. Остальные демонессы смотрели осуждающе, но помочь как-то не стремились.

– Не знаю, как так вышло, – жалобно заныла девушка, мгновенно понимая, что скрытное своеволие, кажется, затронуло не только её.

– Я не спрашиваю как! Я хочу знать, что именно!

Дана всё-таки отпустила Лею. Глубоко вздохнула и постаралась успокоиться. Но получалось это у демонессы из рук вон плохо.

– Я не думала, что он Дагна за этот указ накажет… Что с вами сделали из-за моей глупости?

Задавать вопрос было страшно. Она до сих пор находилась в неоплатном долгу перед своими телохранительницами. Те и так слишком жестоко расплатились за прежнюю помощь.

– О, так ты ещё не знаешь? – удивилась не менее рассерженная, но оказавшаяся более уравновешенной в этой ситуации, Дайна.

– Нет, – честно ответила она.

– Тогда прошу вас, госпожа Пелагея. Присаживайтесь, – по ехидству в голосе Дана сейчас не уступала своей Кхалисси.

Лея села в своё рабочее кресло и развернула лежащий перед ней свиток. Он был из очень дорогого материала даже для Ада – тонкого, мягкого и невероятно стойкого почти к любым воздействиям. Золотистая окантовка не могла добавить ему ещё большей значимости. В своей жизни первый заместитель наместника Аджитанта держала подобное лишь единожды. На этот раз содержания тоже не было. Внутри не оказалось ни единого слова.

– Что это означает? – прохрипела она.

Почему-то чистый лист напугал её больше, чем смог бы самый страшный приказ.

– А, точно, – как бы припоминая что-то незначительное, отозвалась Дана. – Тут же ещё и заметочка прилагалась. Вот она, вместе с моим переводом.

Демонесса положила перед ней вполне обычную записку. Безупречный почерк Ал’Берита легко угадывался, а перевод написанного не оставлял сомнений, что, по сути, повелитель милостиво давал ей образец того, что должно было быть написано её рукой в свитке.

Текст не радовал.

– Вот бездна, лучше бы тебя лишили должности! – в сердцах воскликнула Дана. – Хлопот и проблем стало бы во сто крат меньше!

– Да что теперь? Хорошо ещё, что мы помимо процентов с дохода сразу кругленькую сумму получили, – постаралась утешить сестру Дайна.

– Надо было всё-таки оформлять иначе. Чтобы в такой ситуации, как сейчас, этого процента не терять! – продолжала гнуть своё Дана.

– Мы же это давным-давно обговаривали. Можно было. Но так безопаснее…

Разговор, видимо, повторялся по кругу уже не в первый раз. Лея не стала слушать дальше. Телохранительниц можно было понять. Её – нет. Разве она не знала, что не имеет права на ошибку? Что же, ткнули носом в объективную действительность. И при этом заставили согласиться с наказанием. Можно даже сказать, что она сама себе его назначила.

«Кажется, меня раз и навсегда лишили возможности совершать безрассудные поступки, основанные на свободных финансах. А в следующий раз отнимут и последнее, что осталось из ценного», – подумала она, выводя пером на полотне свитка коряв