КулЛиб электронная библиотека 

Оцифрованные [Валерия Февральская] (fb2) читать онлайн


Настройки текста:



Оцифрованные

Пролог

Сначала изменился климат. Там, где было вечное лето — наступила зима, сухие земли смыло дождем, а в некоторых регионах забыли о том, как выглядит снег. Зима приходила поздно, длилась долго. Лето было испепеляюще жарким, а погода в межсезонье была крайне непредсказуемой. Участились случаи природных катаклизмов. Животные, птицы, даже насекомые мигрировали. Но даже это не было основной проблемой. «Адаптируемся» — говорили сильные мира сего.

Перенаселение. Население планеты росло в геометрической прогрессии. А вот места на планете, казалось, становится все меньше и меньше. Медицина не продвинулась в изобретении эликсира бессмертия, но зато, благодаря ведущим ученым продолжительность жизни значительно увеличилась, как и уровень рождаемости. Дома становились все выше, парковочных мест требовалось все больше. И вот это было по настоящему большой проблемой. Когда перенаселение, казалось, достигло своего пика, начала погибать земля. Плодовитых земель становилось все меньше и меньше, они просто истощались. Человечеству грозил ужасный голод, вслед за котором обязательно пришли бы войны и болезни. И они пришли. Из 23 миллиардов людей войны за территории унесли около 7 миллиардов. Пришедший голод и болезни забрали еще 5. Но даже оставшимся 11 миллиардам не было места для жизни в достатке и сытости.

Именно в тот момент о себе заявила корпорация Альтер. Ведущие ученые компании предложили экспериментальную программу «разгрузки» Земли. На основе популярной на то время MMORPG был создан Альтер-мир, платформа полного погружения. Продуманный мир меча и магии, приближенный своей социальной системой к реальному миру. Специалисты корпорации проделали колоссальную работу. Поначалу, полное погружение использовалось только в медицинских целях. В капсулы погружали только неизлечимо больных, у которых в будущем мог появиться шанс на излечение. В отличии от крио-камер тело человека не замораживалось, но погружалось в подобие сна, все процессы организма были словно поставлены на паузу. Воспользовавшись этой системой, ученым удалось оцифровать сознание и личность, поместив в цифровую реальность. Это был прорыв, который позволил больным людям жить полноценной жизнью внутри созданной для них реальности.

Шло время. Те немногие остатки благодатных земель закрыли барьером, самая крупная территория стала центром цивилизации, великим государством Истар. Здесь же находился центр мирового правительства, здесь же — главная башня компании Альтер. В рамках проекта разгрузки Земли, оцифровку стали предлагать пенсионерам, как возможность прожить еще одну жизнь, не обремененную болезнями и старением. Разумеется, программа погружения не действовала задарма. Как и больным, так и пенсионерам в обмен на «вторую жизнь» были предложены роли, которые в обычных MMORPG выполняли NPC. Вскоре, оцифровка стала доступна почти всем слоям населения, правда, на разных условиях. В зависимости от социального статуса и финансового положения, человек мог стать рабочим, на службе Альтер, искателем приключений или же премиальным игроком. Новый мир интриговал, завлекал. Особенно привлекательным был шанс прожить еще одну жизнь, поставив на паузу своё тело в реальном мире.

Очень быстро Альтер-мир стал полноценной второй реальностью для людей. Достаточно скоро здесь сформировалась и своя иерархия. А в качестве бонусной системы, которая завлекала новых пользователей, была введена система конвертации игровой валюты в реальную. Твои успехи в Альтер-мире могли принести разного вида бонусы в реальности, повысить статус твой или членов твоей семьи, улучшить твое финансовое положение. В поразительно кратчайшие сроки программа разгрузки Земли принесла свои плоды. Всего за несколько лет, добровольно оцифрована была половина населения планеты.

Вскоре, корпорация Альтер объявила о старте программы «Очищение». За время человеческого бездумья и бесчинства, во всех странах мира осталось от 40 до 70 % непригодных для жизни земель. Мёртвая почва, загрязнённая вода, тяжелый воздух. Люди стягивались в те уголки планеты, где все еще можно было свободно дышать. Именно поэтому, «Очищение» было запущенно в работу и предполагало реабилитацию «не благодатных земель». Для программы были отобраны люди, чьи навыки и знания могли стать полезными в ходе операции. Тогда же, корпорация активно агитировала людей оцифровываться. «Когда не благодатные земли будут очищены — вы вернетесь в совершенно новый мир, а пока — проживите еще одну жизнь» — таковы были лозунги корпорации.

Вот так, в один момент, на земле осталось всего 3 миллиарда человек… 

Глава 1 Игрок без консоли

Алан проснулся еще до рассвета. Привычная ему комната постоялого двора казалась обыденно и скучной. Как и зверолюдка-кошка, дремавшая рядом с ним. Он не мог вспомнить даже ее имени, хотя прекрасно помнил каждую эмоцию, которую испытал с ней этой ночью. Зверолюдки были каким-то особенно пылкими, страстными. Казалось, что в прежней жизни они себя сдерживали, ограничивали, но сейчас дали волю своему либидо.

Осторожно, чтоб не разбудить девушку и избежать этого неловкого утреннего разговора, Ал попытался одеться и выскользнуть из комнаты. Уже у самой двери девушка неожиданно заговорила:

— До следующей недели, Сириус? — даже не оборачиваясь, спросила она.

— Да, конечно, — рассеянно ответил парень, — пока, Марция.

Марция. Точно. Он ведь не впервые с ней. Каждый раз, заходя в эту таверну и напиваясь, он выбирал Марцию. Сочную, упругую, гибкую кошку с золотыми глазами, которая была способна на любые акробатические трюки, лишь бы ему не стало скучно. А признаться, даже она немного наскучила. Даже такая искусная любовница, как кошка Марция. В этом мире ему все казалось пресным, привычным, предсказуемым.

Марция пришла в игру как обычный авантюрист. Её история была схожа с сотнями историй, которые он слушал ежедневно по долгу службы. Повелась на агитацию корпорации, оцифровалась, вступила в гильдию. Вскоре приключения наскучили, и она осела в одном из стартовых городков. Устроилась на работу официанткой, стала перечислять деньги родителям. В общем, в далеком прошлом такое называли «уехать на заработки». Но веселый нрав девушки привлекал Алана, она была интересней, чем все те, которые пытались создать себе загадочный и таинственный образ непреступной девы. Вот как раз они и были посредственными, ведь таких в Альтер-мире было не счесть. Гораздо меньше здесь было тех, кто, сменив тело, остался собой. Марция была одна из тех немногих.

Позавтракав в таверне, Алан вышел в город и долго бродил по узким улочкам, вымощенным брусчаткой. Сайгран, столица континента Эуроса, считался идеальным стартовым городом. Здесь обычно начинали все, кто избрал своей расой людей и не хищных зверолюдов. Эурос — континент полей и долин, благодатные земли. Идеальное место для начала пути искателя приключений. Монстров в окрестностях городов мало, но все они низкоуровневые, для прокачки лучше не придумаешь. Крупные города — место размещения центральных гильдий, крупных торговых точек. Здесь всегда можно выгодно купить и выгодно продать, если твой навык торговли достаточно прокачан. Эурос был континентов фермеров. А еще здесь было красиво. Места встреч, мечта парочек. В крупных городах жизнь всегда бурлила, в отличии от маленьких деревень. Этим Альтер-мир во многом напоминал реальность.

Алан шел по городу и ел пирожок. Ему нравилось то, что оцифровка не лишала тебя ни чувства вкуса, ни обоняния, ни осязания. Она не лишала и боли. Благодаря этому, даже находясь здесь, любой мог почувствовать себя живым. А некоторые ощущали себя еще более живым, чем в реальности. Ал чувствовал пальцами тепло. Запах мясной начинки привлекал, он мог ощутить, как выделяется слюна. Вкус всех здешних продуктов, конечно же, отличался от привычной еды в реальности, но пища здесь могла приносить столько же удовольствия, ведь Альтер-мир не лишал тебя голода.

Было и кое-что еще, что не давало забыть о том, что каждый здесь — живой человек, а не последовательный набор программ. В каждом городе были свои порядки. Так, к примеру, в Эуросе население преимущественно состояло из людей, зверолюдов, что не относились к хищным видам и иногда, здесь можно было встретить стихийных эльфов. Все остальные расы были здесь редкостью. Поэтому, Ал здесь чертовски выделялся со своим волчьим оскалом. Человеческая натура неизменна веками. Люди всегда будут отталкивать тех, кто на них не похож. Даже в виртуальной реальности, зверолюды держались зверолюдов, люди людей и так далее. И это не казалось кому-то странным. Кроме Алана.

Настраивая свой аватар, он мало что изменил. Те же рост и телосложение, что выдавали в нем бойца. Серого цвета глаза. Цвет волос остался прежним, черным как воронье крыло, лишь убрал седую прядь, которая в реальности была напоминанием. В остальном — появились лишь заостренные уши, клыки и когти. Его раса — оборотень. Нет, не подумайте. Не те слащавые романтизированные персонажи страдающие ликантропией. Оборотень в Альтер-мире мог принять три формы на выбор — волки, коты и совы. Каждый выбор имел как свои достоинства, так и недостатка. Алан сделал выбор в пользу волков. Из всех оборотней эти были самыми неприметными. Хотя, учитывая тот факт, что мало кто выбирал эту расу, в этом дивном мире меча и магии оборотни были чем-то вроде диковинки.

Заметив на себе первые косые взгляды, Ал свернул к городским воротам. По дороге он вызвал консоль и открыл карту квестов. Подсветилось пять отметок, и он направился к первой. Стражник у городских ворот выдал квест на охоту за кабанами, трактирщик — элементарный квест провести свою дочь через лес дабы она собрала ягод. От травницы получил задание создать 20 свитков элементарных противоядий, от местного торговца — заказ на огнелист. И наконец-то от гильдии охотников поступил заказ на волчьи шкуры. Первым делом Алан направился за дочерью трактирщика. Девушка это была, как раньше говорили, кровь с молоком. Добродушная, разговорчивая и очень веселая. Она встретила Алана у ворот трактира. В руках она держала корзинку, предназначенную для ягод.

— Ты Сириус? — спросила она, улыбаясь, — Папа сказал, что нанял искателя в помощь.

— Да, — кивнул парень, — меня зовут Сириус. А ты, вероятно, Рут?

— Да-да-да! — активно закивала девушка, — пойдём! Раз уж у меня такой сопровождающий, значит сегодня можно зайти подальше в лес!

Алан последовал за девушкой. Он изо всех сил старался улыбаться ей и поддерживать беседу. Рту оказалась чрезмерно разговорчивой, даже больше, чем показалось на первый взгляд. Но от неё он узнал, в гильдии искателей приключений уже неделю обсуждают новый данж, который обнаружили на границе с Талисом. Поговаривают о том, что если уйти в глубь пещер, там можно найти луноцветы. И хоть Алан и был осведомлён, что луноцвет цветёт раз в году и в самых дебрях Гранжхорна, интерес все же победил. Парень поставил себе отметку, чуть позже поискать вход в данж и разведать что там и как. Ещё Рут рассказала о том, что в окрестностях маленьких деревень стали проявлять огневолки. Правда, это уже было больше похоже на слухи, ведь огневолк — локальный моб и его среда обитания пустыни Гранжхорна. В какой-то момент Рут начала говорить и о себе, и о своей личной жизни. Они уже вышли на поляну, где девушка занялась сбором ярких сапфировых ягодок с кустарников. Алан слушал ее в пол уха.

— …и вот очередной искатель приходит и уходит, видите ли, стартовый NOC — это не так привлекательно! А ведь я согласилась на эту оцифровку вообще не для этого!..

— Согласилась? — оживился Алан, — а для чего?

— Ну как… — на секунду задумалась Рут, — папе предложили работу. Мы, знаешь, не очень богато жили. Крыша над головой, еда на столе. И вроде как все. А здесь предложили хорошую работу и возможность оцифровки для всей семьи. А я… ну как сказать. Тут у меня красивое тело, длинные густые волосы, веснушки красивый, глаза блестят. А в реале мое тело, ну, блин… скажем так, не была я популярной у парней. А хочется любви как-то! Чтоб на меня внимание обращали. Вот мы с мамой папку и уговорили. Решили, что хоть здесь у меня есть шанс пожить хорошо. А там глядишь, когда закончится проект «Очищения», так я уже буду замужем. Влюбится он в мою душу, в мой характер… и моя внешность в Реале уже ему будет не принципиальна!

— О как, — усмехнулся Алан, — инверсная причина.

— А ты почему оцифровался? — спросила Рут.

— Наверное, потому что мне стало скучно, — подал плечами Алан.

— Слуууушай, — протяжно произнесла девушка, — а что за имя такое? Сириус. Настоящее? Или просто логин аватара??

— Мне так удобно, — кратко ответил парень, таким тоном, который четко давал понять, что он не собирается как-то это объяснять.

— Ну ладно, — Рут напирать не стала и просто продолжила собирать ягоды.

Пока она была занята сбором, Ал приступил к созданию свитков. Зелёные свитки, даже низкоуровневые, всегда давались ему сложно, потому что это были свитки зелий. А зелья были вообще не его специализацией. Класс ассасинов вообще не очень хорошо владел магией созидания свитков и зелий. Эти скилы всегда были прокачаны минимально, вот для таких стартовых квестов. Дальше этим занимались в основном жрецы, маги и заклинатели.

Алан сосредоточился на создании свитков. Разложил перед собой ингредиенты, начал кастовать заклинание. На десятом свитке XP медленно поползло вверх. Парень даже немного удивился. С его уровнем, задания стартового города вообще не приносили никакого толку. Но вот со свитками немного по другому. Скорей всего это из-за того, что прокачивался почти нулевой скил созидания. Закончив, Ал переложил свитки в сумку, предварительно сжав их до размера монеты. Интересно было. О, что если когда-то в играх твоя дорожная сумка выглядела как таблица с отдельными окошками под каждый предмет и прокачивая ее ты увеличивал количество окошек, то при полном погружении ты видел обычную сумку. И ее уровень отображался в том, насколько маленьким ты можешь сделать лут, чтоб он поместился.

К тому времени, как Ал закончил со свитками, Рут закончила сбор. Алан проводил ее назад к отцу и отправился на выполнение других квестов. Собрал огнелист, по пути поохотился на волков и кабанов. Свободного времени оставалось ещё много, поэтому он бесцельно бродил по лесу, забирался на городскую стену, зашёл поесть жаренного мяса в приглянувшийся трактир.

Альтер-мир казался сказочной вселенной, хотя, если подумать, то приблизительно так оно и было. Приблизительно по тому причине, что никто не отменял здесь иерархию, предубеждения, классовое неравенство. Низкоуровневые подчинялись среднеуровневым, эти в свою очередь — высокоуровневым. Да и в соответствии с прокачкой, любой мог получить новый ранг и звание. Были здесь и так называемые VIP-игроки. Это были оцифрованный бывшие чиновники, бизнесмены и их семьи. VIP-персонаж получал возможность оцифровать я сразу же среднеуровневым и быстро прокачивать свои навыки. Эта привилегия стоила больших денег в реальном мир. Так иерархия и строилась. Наверху всегда стояли голды, золотые персонажи с админскими правами. После них шли VIP, следом городские войска и искатели приключений, после ремесленники, торговцы и фермеры, еще ниже — низкоуровневые, которые еще не получили специализацию. И наконец-то, на самом дне этого иерархического строя были NPC, которые все имели 20 уровень из 100 допустимых. В общем, все как у людей. Если есть кто-то сверху, значит кто-то должен быть внизу.

Сам Альтер-мир был поделен на 4 разных континента, где царила своя особая атмосфера. Эурос, благодатные земли, на которых новички могут оттачивать свое мастерство и повышать лвл. Все осевшие здесь преимущественно занимались фермерским делом и торговлей. Здесь же, в столице, жила вся знать Альтер-мира, все вип-персы. Граничащий с Эуросом Талис был континентов вод и лесов. Здесь жили расы стихийных эльфов, а также немногочисленные кланы оборотней. Здесь процветала охота и ловля, отличное место для среднеуровневых искателей. Таким же отличным местом для прокачки ремесел был Ромар, страна людей, дворфов и более мощных кланов зверолюдов. Здесь было чем заняться и среднеуровневым персноажам и высокоуровневым. Низкоуровневым туда можно было разве что на экскурсию, потому что слабейшие мобы Ромара выносили низкоуровневых с полтычка. Страна скал, пещер и мрачных лесов.

Ну и наконец-то Гранжхорн. С этим местом было посложнее. Это была пустынная земля. Песок, скалы, вулканы. Здесь водились невероятно сильные монстры, с которых падал легендарный лут. В здешних местах, у подножья вулканов раз в год расцветал луноцвет — ингредиент для создания легендарных свитков и драгоценностей. Столица Гранжхорна была стартовым городом для темных эльфов и воинственных, хищных зверолюдов. Правда, прокачиваться здесь с первого лвл реально было только большими, хорошо сбалансированными пати. Поэтому добровольно выбирали это место только самые заядлые игроки. К тому же, Гранжхорн был спроектирован как адовый ад не просто так.

Когда программа оцифровки работала в полной мере, правительству пришла в голову отличнейшая идея. Зачем тратить деньги налогоплательщиков на удержание тюрем, если можно единожды потратиться на закупку капсул и погрузить преступников в виртуальную тюрьму. И такой тюрьмой стал Карагар, башня у подножья вулкана в центре Гранжхорна. Все оцифрованные преступники могли создать персонажа только расы зверолюдов. У них были так же ограничения на прокачку, а также запрет на выбор класса жрец и ассасин. За хорошее поведение или же по истечению срока им позволялось покидать стены башни и прокачиваться дальше, но покидать территорию Гранжхорна они не могли.

И что бы кто ни говорил, Альтер-мир был прекрасен. Все здесь казалось реальнее чем в реальности. Ты мог ощущать дуновение ветра, мягкость зеленой травы, вкус местных лакомств, запахи и здесь же, ты мог ощущать боль. Альтер-мир был своего рода спасением для больных, развлечением для здоровых, отдыхом для уставших и шансом прожить новую жизнь для постаревших. Система оцифровки Алану всегда казалась чем-то волшебным. Перенаселение планеты было реальной и серьезной угрозой, но появились люди, которые нашли выход из этой ситуации. Нет, конечно, проблема не решилась сама собой, но создание Альтер-мира дало человечеству фору. Подземные бункеры вмещали в себя миллионы капсул с телами оцифрованных. Содержать капсулы и платить жалование ученым и лаборантам намного выгоднее и реальней, чем пытаться взрастить пищу для 11 миллиардов человек.

Из потока раздумий Алана вырвал голос стражника.

— Эй, парень, — настойчиво позвал он, — ты уснул что ли? Кабанов-то наловил или так пришел постоять!?

— Не вопи, дядь, — Алан тряхнул головой, отгоняя мысли, — вот, принимай.

Стражник даже возмутиться не успел, как Ал уже открыл консоль и молниеносными движениями начеркала узор переноса лута. Переда лут с кабанов, Ал мельком взглянул на шкалу опыта. Едва сдвинулась.

— Ну? Чего встал? Еще один квест не дам! — нахмурился стражник.

— А… я это… спросить хотел, — через плечо произнес Ал, — вы здесь… оцифровались по какой причине?

— Ведомо какой, — фыркнул страж, — с работы в реале поперли. Искать новую так тошно было… а тут предложение с оцифровкой. Да и вот тебе все. Но это временно. Вот как очистят Землю от всякого хлама, так вернусь с накопленными деньжатами. Куплю дом и буду наслаждаться видами из окна.

— Ясно, — усмехнулся Ал и направился прочь, — бывай, дядька стражник.

— Я тебе не дядька!!! — донеслось ему в спину гневно.

После стражника Ал направился к торговцу, в гильдию и к травнице. Пересылая лут, он задавал им один и тот же вопрос — зачем они оцифровались? Заказчик из гильдии честно признался, что в реале стало скучно. Мол девушка ушла, работа осточертела, дышать в городе тяжело. Торговец, не таясь ответил, что хотел прожить заново свою юность, девок полапать, героем себя ощутить. Да вот только жизнь авантюриста оказалась не по плечу, а так как низкоуровневые здесь не в почете, то качаться пришлось в торговле, чтоб не пропасть. Возле травницы пришлось задержаться.

— Так, почему, говорите оцифровались? — повторил Ал вопрос, заметив, женщина не сильно разговорчива.

— Да нет у меня особой причины, — пожала плечами травница, разглядывая полученный лут, — странный вопрос для здешних мест.

— И чем же странный?

— Здесь, кроме пенсионеров и больных, мало кто имеет какую-то «особенную» причину. Кто-то поддался агитации, во имя очищения земли, кто-то просто не нашел чем занять себя в реале, а здесь подвернулась работа. Кому-то просто захотелось. А вы спрашиваете почему, — мягко улыбнулась она, — неожиданный вопрос. Вы то сами можете свою причину назвать?

— Ну… полагаю, вы правы, — Алан поглядел в сторону, — у меня тоже нет особой причины.

— Правда? — усмехнулась женщина, — а зачем высокоуровневому вроде тебя понадобилось проходить квесты для новичков?

На секунду Алан застыл, быстро взглянув на верхнюю консоль.

— Твоя верхняя консоль невидима для меня, — заметив его замешательство ответила травница, можешь не проверять.

— Тогда с чего вдруг вы решили, что я высокоуровневый?

— Сокрытие верхней консоли — это баф, который можно получить только завладев лунным покровом. Купить его нельзя. Можно только выбить из Луноликого. А Луноликий у нас водится на границе Ромара и Гранжхорна.

— Среднеуровневые тоже спокойно могут находиться на границе, — сказал Ал, — да и Луноликого можно валить пати.

— Да, — кивнула травница, — ты прав. Вот только, лунный покров выпадает только в том случае, если моба завалить в соло.

— Для NPCвы очень хорошо осведомлены о системе выпадения лута, — прищурился Алан.

— Возможно, — пожала плечами женщина, — в любом случае, среди людей Эуроса ходят слухи, что теперь в Альтре-мире можно умереть, повстречав тень без консоли. Некоторые NPC перестали выходить на связь. Так что, проявить осторожность не мешало бы. К тому же, мне ведь так и не понятно, зачем ты проходишь все эти стартовые квесты.

— Ну так я ведь и не тень. Да и не один я имею лунный покров, — развел руками Ал.

— Это так, — травница переложила лут на полку настенного шкафчика, — но только ты задаешь странный вопросы.

Алан напрягся. В такой ситуации он оказался впервые и какой алгоритм действия выбрать не знал. Не понятно было, действительно ли травница что-то знаете или же это на нее так повлияли слухи о черной тени, что расползлись по округе совсем недавно. Но в этот момент, травница сама разрядила обстановку.

— Эх, — громко вздохнула она, — как же все-таки мне иногда хочется быть авантюристом, как вы! Все эти ваши квесты, расследования. Хотела бы и я в них поучаствовать тоже…

— Аааа… — протянул Ал, — а почему тогда не смените специализацию?

— О, милый, — улыбнулась женщина, — в моём-то возрасте это будет как минимум нелепо.

— В Альтер-мире нет возраста.

— Но зато есть боль. А теперь, если верить слухам, есть и смерть…

На этом их диалог оборвался. Кратко попрощавшись, Алан вышел из домика травницы и направился назад на постоялый двор. Проигнорировав Марцию, он просто снял привычную себе комнату и закрыл за собой двери. Упав на кровать, он вызвал консоль.

Возврат.

***
Алан открыл глаза и глубоко вздохнул прохладный воздух. Грудь всегда немного сдавливало при выходе из капсулы, организм словно заново учился дышать. Белые потолки, стеклянные стены, яркие лампы. Ал заставил себя сесть, тряхнул головой. Прокрутив в голове все диалоги, в холодных, безразличных глазах можно было прочесть пренебрежение.

— Мир полон идиотов, — одними губами прошептал он.

Глава 2 Чистильщики

В белой лаборатории стояло пять капсул. Одна принадлежала Алану. Остальные — его команде. Все еще были погружены. По правую сторону от Ала лежала Айна Геста, позывной — Малая Медведица. Девушка с бархатной, смуглой кожей, густыми каштановыми волосами до плеч и большими глазами цвета молочного шоколада. Алан постоянно задавал себе вопрос, что такая хрупкая девушка забыла среди них, чистильщиков. Айна была очень доброй, отзывчивой, всегда умела поддержать боевой дух команды. В Альтер-мире ее расой были люди, а класс — жрец, в пати она была целителем и достаточно умелым.

По левую сторону от Алана находилась капсула Ареса Форда с позывным Водолей. Арес был парнем огромным, почти под два метра ростом, широк в плечах, правда, у этого великана были очень красивые и добрые глаза цвета солнечного мёда, чем он особенно выделялся. Его раса в Альтер-мире — зверолюд-медведь, а класс — паладин. Арес и Алан познакомились еще в школе, проходили учения и службу вместе. Поэтому их часто называли идеальными напарниками, которые как в реале, так и в Альтер-мире понимали друг друга без слов, словно читали мысли друг друга.

Напротив, находили капсулы Элиота и Анжелизы Шан. Эта странная парочка держалась особняком, несмотря на то что с остальными членами группы они были знакомы еще с учений. Эл и Анж были сводными братом и сестрой. Это сразу бросалось в глаза, потому что они были кардинально разными не только внешне, но и в своем поведении. Элиот — высокий, светловолосый юноша с серыми глазами, чьи манеры выдавали в нем аристократа с первых секунд общения. Он был рассудителен, принимал решения быстро, не ожидая подсказок. Всегда был учтив, вежлив и мог поддержать любую беседу. В общем идеальный сын, который оправдывает все ожидания своего отца. Что касается Анж, у нее были огненно-рыжие, кудрявые волосы, в толпе её всегда легко было заметить благодаря пышной шевелюре. Зеленые глаза, бледная кожа и россыпь веснушек на лице. Анжелиза казалась флегматична, неразговорчива и совершенно не дружелюбна. Мало к чему проявляла интерес, не вступала в диалог, пока к ней не обратятся напрямую, иногда она казалась равнодушной куклой. Но, несмотря на это, она была очень привязана к Элиоту, только рядом с ним она оживала, словно включалась в эту жизнь. В Альтер-мире эти двое выбрали расу стихийных эльфов, класс Элиота — маг, класс Анжелизы — воин.

— А вот и наша спящая красавица очнулась, — Алана отвлек голос.

Посреди лаборатории, отталкивая ногой в одном чулке от стола, на офисном стуле вертелась женщина в белом халате.

— Ну наконец-то, — разведя руки в сторону, она еще раз оттолкнулась ногой от стола, заставив стул вращаться, — представляешь, как мне здесь скучно!?

— Не представляю, — усмехнулся Ал, — не пробовала заниматься чем-то полезным?

— Ишь ты какой, — женщина по-детски надула губы, — самый умный, да? Ты в курсе, что хоть ты сегодня и раньше всех вышел, но до этого-то тебя не было трое суток! Ты чем занимался, чёрт?!

— Работал.

— Ты три дня не покидал Альтер-мир, а отметки поставил только на семь NPC. При чем, на пять из которых отметки ты поставил ровно перед выходом.

— Я работал на исходе сил, — язвительно повторил Алан.

— Так и запишем, «прогуливал плановые собрания, прикрываясь работой», — женщина подкатилась на стуле к его капсуле, — Малая медведица волновалась.

— Да, я в курсе. Я прочел все её 48 сообщений.

— Не бережешь ты девичье сердце.

Клара Вильчински была медиком-смотрителем группы Алана. Альтер-медики, так их еще называли. Медработники, которые посвящают себя тому, чтоб поддерживать тело человека в норме, до тех пор, пока тот не примет решение выйти в реал. У каждой группы чистильщиков был свой альтер-медик. Еще сотни таких же, как она, работали в подземных бункера, поддерживая всех оцифрованных. Один альтер-медики был способен разом контролировать процессы тысячи человек. А вот нанять такого человека в личное пользование было почти невозможно. Поэтому, своевольно уходить из Альте-мира в реал могли только персонажи-випки, те самые платные аккаунты. Правда, даже на них не выделали личного альтер-медика, такие люди были на вес золота. Поэтому, для чинуш были созданы отдельные залы погружения с дежурным альтер-медиком.

Клара была женщиной 37 лет, выглядела молодо и роскошно. У нее были густые каштановые волосы до лопаток, островатые черты лица, выдающие в ней слегка язвительную натуру. У Клары были карие глаза и три крохотные родинки под левым глазом, пухлые губы. Кроме того, она выделялась отменным телосложением, которым не каждая модель могла похвастаться. Длинные ноги, узкая талия, пышная грудь, красиво выделенные ключицы. Клара знала, что хороша и всегда подчеркивала это своими нарядами. Она всегда носила юбки выше колена, декольтированные блузы, а рубашки никогда не застегивала на две верхних пуговицы. Всегда в чулках и в обуви на каблуке. А завершающим штрихом образа был её белый медицинский халат, всегда идеально отутюженный и слепяще чистый. Да, Клара Вильчински была хороша.

— Что-то интересное произошло за эти три дня? — спросил Ал.

— Как сказать, — задумчиво произнесла Клара. Опять было проведено внеплановое заседание парламента. Партия гуманистов наседает, как всегда. Требуют пересмотреть нововведенные законы касательно преступников, отбывающих наказание в Карагар. Как всегда, требуют от эволюционистов отмены проекта «ликвидации».

— Заседание, как всегда, было закрытым, не так ли?

Клара кивнула.

— Глава считает, что общественность еще не готова рационально принять проект «Ликвидации», не все люди смогут его понять и осмыслить. Если осветить все подробности реализации проекта, могут начаться протесты. А разве это кому-то сейчас нужно?

— Ты права, — согласился Алан, — хотя, мне кажется, пока люди сыты и имеют все, что им необходимо для хорошей жизни, их мало будет интересовать политика.

— Возможно в твоих словах и есть доля правды, — альтер-медики вздохнула, — ты ведь полностью поддерживаешь «Ликвидацию»?

— Я выполняю приказы.

— В отличии от большинства чистильщиков, ты безжалостен к претендентам. У тебя стопроцентная исполнительность. Ты хоть говоришь с теми, кого отмечаешь? Хоть иногда?

— Говорю, — сухо ответил Алан, — и считаю, что все претенденты выбраны не случайно. Эти люди даже не задумываются о том, какой шанс им подарила судьба. Настолько бездарно тратят свою жизнь. Так с чего вдруг я должен проникаться к ним жалость? Их же не убивать собираются.

— Так-то оно так, но…

— Клара, — оборвал её Ал, — однажды, я уже столкнулся с последствиями необоснованных сомнений. Они оставили глубокий след и на моей жизни, и на моей спине.

Клара хотела было что-то возразить, но остановилась.

— Ты ведь еще не в курсе, — сменила она тему, — вам назначен новый куратор. Это девушка, её позывной — Андромеда. Больше данных по ней мне не дали, знаю только то, что она очень молода, но уже имеет офицерское звание.

— Вывод из этого можно сделать только один, — фыркнул Ал, — чья-то дочурка. Или любовница.

— Возможно, — кивнула Клара, — но, ходят слухи, что её направляют ради проверки. Она уже была в нескольких отрядах и говорят, что после её появления, некоторые солдаты исчезали. В любом случае, это все, что нам пока что известно. Она молода, её кто-то продвигает, и она опасна. Так что, когда она прибудет, давай без выкидонов, хорошо?

Алан хотел что-то съязвить, но в этот момент щелкнули капсулы Ареса и Айны. Сразу же после них в реал вышли Элиот и Анж. Открыв глаза и увидев Алана, Айна тут же вскочила на ноги.

— Три дня! — возмутилась она, — где тебя носило все это время?! Почему ты не отвечал?! Ни мне, ни Водолею.

— Был занят, — пожал плечами Ал, — лучше скажи, как прошло патрулирование на этот раз?

— Группа Змееносца опять зашла на нашу территорию, — тихо произнесла Айна, — они игнорировали все попытки до них достучаться. И это уже не первый раз.

— И опять они на твоем участке? — хмуро спросил Ареса.

— Да, — подтвердила Айна, — знают же, что я бесполезная и ничего не могу им сделать. Они даже слова мои всерьез не воспринимают.

— Не говори так, — Арес положил ей руку на плечо, — ты вовсе не бесполезная. Просто, группа Змееносца всегда наваливается толпой на одного. Не волнуйся, мы с Сириусом решим этот вопрос. Так ведь?

Алан утвердительно кивнул.

— Я так понимаю, — спросил он, — уже все кроме меня были в курсе о новом кураторе?

Команда подтвердила его догадки.

— И вы так же ничего не знаете об этой женщине?

— Не совсем, — сказал Элиот, — я хорошо с ней знаком. Мы учились вместе.

— Вот как, — Алан заинтересованно посмотрел в его сторону, — и что она из себя представляет?

— Она очень своенравная, всегда поступает только так, как сама считает правильным. На учениях в академии была лучшим стрелком, прошла курс экстремального вождения, хорошо ориентируется на местности.

— Эридан, — прервал его Ал, — мне бы имя.

— Тут ничем помочь не могу. Информация засекречена, как видишь. Пока командование не примет решение озвучить ее имя, я тебе здесь никак не подсоблю.

— Вот же святоша, — сам себе прошептал Ал.

— Ладно, детишки, — подняла руки Клара, — рабочий день окончен, пошли вон!

Отряд покинул капсульную лабораторию. Уже в коридоре группе Алана преградила дорогу группа Змееносца. Его группе было поручено наблюдать за территориями Гранжхорна, но уже в который раз они нарушали границы и бродили по Талису, Эуросу, иногда заглядывали в Ромар. И всегда устраивали потасовки с другими чистильщиками. Начальство закрывало на это глаза. Политика была проста: пока никто не пострадал в реале — это не их дело, ведь в Альтер-мире все равно нельзя умереть.

— Сириус, — обратился к нему Змееносец, — давно твою рожу не видел. Заскучал. Почему не отвечаешь на мои письма?

— Чего тебе? — нахмурился Алан, — если что по делу — говори, не стесняйся.

— А чего так грубо? — Змееносец сделал шаг к нему, — разве ты разучился уважать старших?

— Я повторюсь. Если у тебя нет никаких дел ко мне, то уйди, не загораживай проход.

— Сириус, — кровожадно усмехнулся чистильщик, — я бы хотел пересмотреть наши территории.

— Территории за группой закрепляет высшее командование. Есть вопросы — иди подавай прошение на стол генералу.

— Не-не-не, это мы уже проходили. Генерал, конечно же, нам отказал. Вот я и подумала, у вашей группы так много злачных месте. Может, вы поделитесь немного? От вас не убудет. К тому же, эта сладкая карамелька, — Змееносец кивнул на Айну, — сама не справляется, судя по всему. А я бы мог составить ей компанию, разбавить ее одиночество, так сказать.

Он потянул руку в сторону Айны, но был перехвачен мощной лапищей Ареса.

— Убрал. Свои. Клешни! — прорычал Арес, — если не хочешь, чтоб я их тебе оторвал.

— У-тю-тю, какой ты большой и страшный, — Змееносец одернул свою руку, — но ты видимо забываешься! Так что, мы можем расценивать это как рукоприкладство к старшему по званию! Что скажешь?!

— А если я тебе сейчас вломлю? — тихо спросил Ал, — как это расценивается?

— Ну попробуй! — оскалился Змееносец.

— Что здесь происходит? — громогласный голос вернул всех в реальность.

Алан обернулся, по спине невольно прошелся холодок. В сопровождении двух офицеров, по коридору властно шагал Селим Грейрод. Один из генералов объединенных войск, главнокомандующий корпуса войск Альтер-мира. Это был среднего роста, коренастый мужчина, с седыми, как пепел волосами и густыми усами. Взгляд у него всегда был тяжелым, а от голоса любой невольно вздрагивал. Поэтому, команды тут же расступились, давая дорогу генералу и его сопровождающим.

— Лейтенант Нортон, — Грейрод даже не взглянул на них, — какие-то проблемы?

— Никак нет, сер! — четко проскандировал Алан, выровнявшись по стойке «смирно».

— Что ж, — тихо продолжил генерал, — тогда не заграждайте другим проход.

— Так точно, сер! — хором ответили все.

Обменявшись убийственными взглядами, группы разошлись. На выходе Алан попрощался со всеми и направился к своей машине. Элиота и Анж забирал водитель отца, Арес всегда проводил домой Айну, хоть ему было и не по пути. Алану было в противоположную сторону от всех. После пожара в его доме он жил в выделенное ему квартире недалеко от центра города. По дороге он всегда заезжал в ресторанчик «Шальная крокодила», брал там горячий ужин и ехал домой. Он делал это так часто, что работники ресторана сверяли по нему часы и иногда даже делали ставки на то, что он закажет сегодня. На этот раз — карри с телятиной.

За окном авто мелькал город. Красивый, яркий, красочный, с несчетным количеством неоновых вывесок. Он был построен с учетом всех экологических и демографических нюансов. Солнечные и ветренные электростанции, никакого пластика, электромобили. Все здесь было как на плакатах 21 века. На сегодняшний день так строились все города. Максимально компактно, на тех клочках земли, на которых все еще можно было жить. Правительство Истара в этом преуспела. Ведь все люди здесь жили в достатке, комфорте и с верой в счастливое завтра. За политикой мало кто наблюдал. Поэтому противостояние между фракциями гуманистов и революционистов для простого народа оставалась почти незамеченной. Лишь изредка в новостях мелькали заголовки, которые привлекали людей. Вроде «Очередной скандал на заседании парламента: члена гуманистической партии обозвали сумасшедшим» или же «Член партии революционистов заявил, что к концу 2130 году на планете останется лишь 1 млрд не оцифрованных человек!».

Но, по сути, мало кто, естественно кроме высокопоставленных чиновников и семей известных бизнесменов, пытался вникать в суть этого противостояния. Эволюционисты, они же выходцы из корпорации Альтер, были убеждены в том, что оцифровка и отказ от физического тела — это очередная ступень эволюции. Они стояли за полный переход в цифровую реальность. Они считали, что это в целом — один из видов бессмертия. Жизнь, не лишенная осязания, обоняния и вкуса, но без старения, болезней и смертей. А те, кто противился этому и считал, что, отринув свое тело, человек отбрасывает и свою человечность, были для эволюционистов с родни тех, кто противился эволюции. Они утверждали, что эти люди будут первыми жертвами естественного отбора. Так они говорили о гуманистах.

Гуманисты, в свою очередь, считали, что оцифровка — это всего лишь временная мера, пока проект «Очищения» действует за пределами городов. Они были за то, чтобы люди могли сами решать — остаться в Альтер-мире или же вернуться в реальность, когда очищение не благодатных земель за пределами высоких стен будет завершено. Поэтому, они всячески пытались тормозить план «Ликвидации». Хотя, не понятно то ли, к сожалению, то ли к счастью, о сути этого плана знали далеко не все политики, заседающие в парламенте.

Была в этом всем и третья сторона, сама корпорация Альтер и её глава, Ма́ри Нишима. Считалось, что это нейтральная сторона, отдающая предпочтение идее, а не какой-либо из партий. Нишима всегда была в центре событий, но никогда не покровительствовала кому-то конкретному. Все её решения, в чем Алан был свято убежден, основаны на том, что именно будет полезным для общества. Мари Нишима была чем-то вроде символа. Всего за десять лет на посту главы корпорации она проделала колоссальную работу. Считалось, что начало спокойных и сытых времен принесла именно она.

Алан припарковал машину у дома в один из отведенных парко-боксов. Забрал свой ужин. Поднявшись на лифте на 48 этаж, он открыл дверь ключ-картой и вошел в квартиру. В темных комнатах, как всегда, его встретил лишь бледно-голубой свет коммуникатора. Алан глянул на панель.

Входящие сообщения: 3

От кого: доктор Нортон

Алан поморщился и даже не открывая, удалил их все. Сообщения от отца приходили ежедневно, вот уже несколько лет. Но он их никогда не читал.

Глава 3 Такие, как ты

Алан был зол. Непонятное чувство раздражения преследовало его уже несколько дней после его крайнего пробуждение. Известия о новом кураторе, конфликт со Змееносцем и его группой, регулярные сообщения от отца, который не пропустил ни одного дня. Эту злость он сгонял на границе Ромара и Талиса, разнося своими одноручными клинками змеерысей. Так он выпускал пар и иногда, на него даже подавали жалобы жители Альтер-мира, ведь он своими похождениями зачищал весь участок. А репоп высокоуровневых мобов занимал определенное время, чем выше уровень моба — тем дольше они возрождались. Змеерыси были высокоуровневыми мобами, которые водились преимущественно в Талисе. Из ста допустимых уровней их лвл всегда колебался от 60 до 80. Опять же, чем меньше змеерысь — тем ниже была ее стата и наоборот.

Обычных животных в Альтер-мире тоже хватало. Здесь были крупные и мелкие хищники, привычные человеку птицы, грызуны и другие представители фауны. Но чем глубже в лес, чем выше в горы — тем больше можно было встретить гибридов и не все они были дружелюбны. Некоторых гибридов можно было даже приручить. Обычно это были какие-то травоядные животные, вроде крылатых копытных, мелких птиц, некоторые гибриды грызунов. Если прокачать скил приручения на максимум — можно было приручить химеру и пострашнее, хищную и плотоядную. Но таких умельцев на весь Альтер-мир сыщется едва тысяча на несколько миллиардов. Ведь лут с таких химер чертовски дорогой. И даже если вы валите моба хорошо укомплектованной пати, обиженным никто не уйдет. А для того, чтоб химеру приручить и сделать своим питомцем, к ней нужно идти в соло. Редко кто хочет тратить на это время.

Змеерысь выглядела как рысь, но имела змеиный хвост, раздвоенный длинный язык, задние лапы её были покрыты чешуей. А в моменты опасности, она могла покрыть все своё тело плотным слоем брони, которую из этой же чешуи воссоздавала. Среднеуровневый, хорошо экипированный игрок не без труда, но мог положить змеерысь в соло. Но только одну. А они всегда бродили стаями. Поэтому, как правило, среднеуровневые собирались в пати и шли зачищать всю стаю. Что касается высокоуровневых игроков, тут было немного по-другому.

Во-первых, не каждому игровому классу по зубам сольная охота на змеерысей. К примеру, маг и жрец сразу становятся для змеерыси отличной мишенью, так как этот моб больше заточен на физические атаки. Жрец имеет низкий запас HP и такой же низкий уровень защиты от физического урона. И пускай у него огромный запас маны, атакующих заклинаний в его арсенале почти нет, вся его магия направлена на поддержку и исцеление. С магом история приблизительно такая же. Невообразимый запас маны, средний запас HP и, в зависимости от амуниции (тканевая роба или все же тонкий кожаный доспех), низкий или средний уровень защиты от физического урона. В запасе у мага всегда есть и прицельные атакующие чары, и магия урона по местности. Но сильные заклинания требуют определенного времени для каста. А змеерысь не настолько учтива, чтоб подождать.

Кое-как, со змеерысью и с другими мобами, основными скилами которых являются физические атаки, еще может попробовать пободаться заклинатель, хотя это маловероятно. Как и жрецам, им доступны только шитые одежды, соответственно, их сопротивляемость физическому урону низка. Но при этом, заклинатель, как самостоятельный игрок, вполне себя оправдывал. Магия его была заточена на призыв существ и, преимущественно, все атаки совершали они. Приказы всегда были молниеносными. При этом сам заклинатель был способен окружить себя мощным щитом и даже расположить вокруг себя ловушки, если вдруг какой-то моб переключится с призванного существа на него самого. Вообще, если так подумать, заклинатель был одним из самых сильных классов Альтер-мира, но при этом и самым сложным и напряжным в прокачке. С прокачкой самого игрока возрастала только сила заклинаний. Она влияла на силу базовых навыков, на уровень заклинаний щита и ловушек и даже на количество одновременно призываемых существ. А вот самих существ не просто нужно было поймать и приручить, но и прокачивать отдельно. Вот потому-то это был один из самых непопулярных классов.

Лучник мог бы перестрелять всю стаю издалека. Навыки этого класса подразумевали скрытность и маневренность, средний уровень защиты, высокую скорость и четкий, точечный урон. Но, у лучника на это ушел бы весь день и это в лучшем случае. Хорошо бы показали себя в этой охоте воин и паладин. По классике танкующий паладин всегда до зубов защищен тяжелой броней, сквозь которую сложно пробиться клыками и когтями. А урон его физических атак был достаточно высок, чтоб выносить таких мобов за пару ударов. Впрочем, паладину не всегда хватало маневренности и, если хорошо не продумать бой, можно быть окруженным и задавленным числом. Тяжелая броня и массивный щит значительно замедляли движения, такова была цена высочайшего уровня защиты. В этом случае воин был более подвижным, к тому же, он мог не ограничивать себя в выборе оружия. От мечей до древкового оружия, что душе угодно.

И все же, по мнению Алана ни один класс не справится с подобной задачей лучше, чем ассасин. Принято считать, что этот класс хорош только для слежки, разведки и диверсий. Но это было далеко не так. Этот класс обладал поразительной скоростью атаки, быстро восстанавливался, имел среднюю защиту от физического урона, но при этом высокую сопротивляемость ментальным атакам и ядам. Наносимый физический урон был средний, но удары всегда были по слабым точкам, что значительно сокращало время боя. Сокрытие, иллюзии, бесшумное передвижение. Ассасин был способен атаковать так, что жертва даже не успевала сориентироваться, с какой стороны на нее напали. Для Алана это был идеальный вариант. В соло можно было выходить почти на любого противника, который подходил по уровню. Иногда ассасинов называли охотниками за заклинателями. Это был единственный класс, который мог подобраться к ним незаметно.

Сейчас же Алан яростно наносил удары по телу последней змеерыси, которая встретилась ему на пути. Шкура химеры были исполосована острым лезвием двух зазубренных одноручных клинков. В последнем порыве, змеерысь попыталась вцепится противнику в горло, но зубы ее сомкнулись на руке Алана. Отбросив тушку зверя, Ал ожесточенно вогнал лезвие ему в горло. Змеерысь последний раз дернулась и закатила глаза. Весь забрызганный кровью, извозившийся в грязи и глине, мокрый от пота и от речной воды, он повалился на траву и, тяжело дыша, уставился в цифровое небо. Здесь оно было почти таким же, как и в реале. В какой-то моменты ты мог забыть о том, что ты оцифрован.

Отдохну и собрав лут, упавший с химер, Алан направился в город. О своём внешнем виде он особо не задумался. Но городская стража пригрозила бросить его в камеру, если он немедленно не приведёт себя в порядок. Пришлось топать к ближайшему колодцу, распугав при этом местную детвору. Кое-как отмывшийся и уже пройдя фейсконтроль, Ал быстро добрался до торговца, которому всегда сбагривал собраный лут. Тот всегда давал за него хорошую цену и, что было более важно, никогда не задавал вопросов. Уже рассчитываясь с торговцем, Ал обратил внимание на интересного персонажа, который сидел за столиком здешней таверны. Это был человек, одежда на нем была явно из Эуроса и, что более важно, это был NPC. Алан ещё никогда не видел NPC далеко от своей локации и уж тем более, в другом государстве. Но вот он сидел прямо перед ним, медленно и со вкусом ел мясной пирог, запивал это все элем и оглядывался по сторонам, как обычный турист.

Забрав свои деньги и попрощавшись с торговцем, Алан направился в таверну. Заказав порцию жаренных рёбер и кружку темного пива, он направился к столу незнакомца.

— Я могу здесь присесть? — спросил он учтиво.

— Конечно! — поспешно закивал NPC, — буду рад вашей компании!

— Благодарю, — кивнул Алан, присаживаясь и сражу же протягивая руку незнакомцу, — я Сириус.

— А я Александр… можно просто, Саша.

— Диковинное имя, — удивился Ал, — не слышал раньше.

— Родители — славяне. Ещё из тех, кто больше чтит традиции, чем двигаются за общественным течением. Имя дали соответствующее.

— Значит, они и оцифровываться отказались?

— Больше скажу, я их и в Истар привёз через скандал. Думал, придётся накачать снотворным и перевозить связанными. Все никак не хотели покидать родной дом. А от дома-то одни станы и остались.

— Серьезный подход… — усмехнулся Ал.

Алан ещё раз взглянул на человека. Обычный, не примечательный, низкоуровневый NPC из стартового города Эуроса. В кожаных брюках и сероватой рубахе, в дорожном плаще и с небольшой сумкой. Саша поймал на себе взгляд Ала.

— Что-то не так? — вежливо спросил он.

— Да нет, — подал плечами Ал, — я просто я удивлён. Никогда не видел, чтоб NPC уходил так далеко от своей локации.

— А, ты об этом, — улыбнулся Саша, — да вот отпуск у меня. Решила побродить по Альтер-миру, посмотреть, что тут да как.

— А я всегда думал, что все NPCво время отпуска возвращаться в реал, повидаться с близкими там, отдохнуть. Разве нет?

— Оно то так, — кивнул Саша, — но я вышел всего на двое суток. Провёл время с родителями. И вернулся назад. Все таки, Альтер-мир огромен, как наша Земля. Веселеет не побываешь. А знаешь, Сириус, не хочется помирать так ничего кроме городских стен не увидев.

— Так торопится же и некуда, — возразил Алан, — в Альтер-мире нет смерти.

Взгляд Саши стал немного отчуждённым. Он посмотрел чистильщику в глаза, потому его взгляд скользнул туда, где обычно у игрока можно увидеть консоль.

— NPC пропадают, Сириус, — сказал он полушепотом, — говорят, есть те, кто больше не респаунится. Говорят, один сопровождал искателя приключений и больше не вернулся, другой разозлил какого-то випа, тот его заколол. А назад он не возродился. И таких случаев становится все больше, раз о них уже заговорили.

— Как это, не респаунятся? — Ал отхлебнул пива из кружки, — очередные слухи.

— Нет, не слухи, — покачал головой Саша, — перед тем, как я ушёл в отпуск, наша местная травница отправилась в лес за какими-то ягодами. Охранника не наняла, не доглядела и ее разорвала какая-то заблудшая химера. Больше она не вернулась.

— Странно…

— Говорят, это случалось после того, как NPC пообщались с такими, как ты, — Саша посмотрел на Алана исподлобья, — с персонажами, без верхней консоли.

Повисла тяжелая пауза. Саша выжидающе смотрел на Алана, тот не знал, как правильно отреагировать. Его напрягло то, что за последние несколько дней его в подобный диалог вовлекло уже два NPC. На учениях им говорили, что никто. З жителей Альтер-мира этого не заметит и ни в чем не заподозрит.

— И верят же в такое, — засмеялся Алан, — лунный покров может получить каждый хорошо прокачанный игрок. Так что, всех теперь высокоуровневых подозревать?

— Ну, тут ты прав, — улыбнулся Саша, — ну, слухи все равно ходят. А раз я хожу по миру, то и слухи вместе со мной.

— Могу пожелать только хорошей дороги, — Алан еле заметно усмехнулся.

Быстро доев, он поблагодарил Сашу за компанию и поторопился прочь. Прочь от таверны, прочь из города. Вернуться на постоялый двор в столице Эуроса, снять вою привычную комнату и выйти в реал. Вопросов скопилось достаточно. Кому их задавать пока было непонятно. Но, Клара должна что-то знать.

Вспомнив, что призывать своего пета он не может ни в городе, ни на его окраине, Ал направился в лес. Таковы были условия для тех, кто приручал искристых волков. Вовремя призыва, эти химеры разбрасывала вокруг себя целые столпы огненных искр, которые могли сжечь все рядом находящееся к чертям собачьим. Вернувшись к реке, Ал приготовился начертать печать призыва. Но в этот момент позади него хрустнула ветка.

— Ты выбрал не тот класс, Змееносец, — тяжело вздохнул Ал, — син — это явно не твоё. Слишком шумный.

Змееносец и его пати и вправду стояли на берегу реки. Вся пати состояли из хищных зверолюдов. Сам же Змееносец, в соответствии со своим позывным, был покрыт зелёными чешуйками, имел желтые змеиный глаза и раздвоенный язык. Высокий, очень изворотливый гад. Его класс, как и у Алана, ассасин. Его пати была собрана по всем правилам. Син, воин, лучник, жрец и маг. И все они были готовы атаковать.

— Ну что за позорище, — поморщился Алан.

— Требую дуэль! — манерно поклонился Змееносец, — я бы перчатку бросил, да сам знаешь сколько сейчас стоит хорошая кожаная перчатка высокого уровня.

— В реале ты получил пинок от командования, а здесь думаешь, продавишь меня? — Ал медленно потянулся к клинкам, — мы это уже проходили, Змей.

— Значит, тебе нечего бояться, — оскалился своими треугольными зубами лидер пати, — давай на спор. Как проиграешь, поделишься территориями.

— Отказываюсь.

— Нуууу, Сириус, некрасиво так. Так сложно что ли? Слабо что ли просто помахаться со мной? Я же не на красотку вашу спорю, а так, на кусочек ваших территорий. На маленький кусочек! Хотя, признаться, я бы с радостью сразился бы с тобой за эту вашу сочненькую рыженькую. Ух какая она…

— Хорошо, — оборвал его Ал, — сразимся. Только завались.

— То, что нужно… — хищно усмехнулся Змееносец.

Алан вышел из реки, пати Змееносца окружила их в кольцо. Ал обнажил оба клинка, Змей в качестве оружия использовал боевой нож с волнистым лезвием. Ал активировал режим PvP, подтвердил запрос Змея. Пошёл обратный отсчёт. Ровно в секунду, как появилась голосовая команда «бой», Ал сорвался с места и одним прыжком достиг противника, сразу же осыпав его градом яростных ударов. Не давай Змею контратаковать, Ал продолжал наносить быстрые удары, тот мог лишь обороняться. Явно не ожидав такого напора, Змей отскочил в сторону и ногой провёл на земле черту. Одно короткое заклинание, каст 6 секунд. Но их хватило для того, чтоб клинки Алана врезались в барьер. Воспользовавшись этим, Змееносец наконец-то атаковал. Удары он наносил скользящие и целился или под рёбра или же в горло. Но он опять быстро потерял преимущество, Алан вновь начал напирать. Его клинки оставляли на кожаной броне глубокие полосы, кровавые порезы между чешуйками. Прогнувшись под рукой Змея, Ал ударил его ногой под колени. Змей потерял равновесие и рухнул на землю.

— Думаю, достаточно, — самодовольно усмехнулся Алан.

— А я думаю, что нет.

В этот момент, Змееносец сделал то, чего Алан никак не ожидал от честной дуэли. Оттолкнувшись от земли, до одним взмахом вогнал свой волнистый нож в бедро Алану. Тот взвыл от боли, упав на одно колено. Поднявшийся с земли Змей ударил его ногой в солнечное сплетение, заставив повалится на землю и задыхаясь, корчится от боли.

— Вот так лучше, — сказал Змей, садясь рядом с ним и медленно вгоняя лезвие ему под ребро, — а теперь послушай меня, Сириус. Алан мать его Нортон. Сегодня я вернусь в реал и напьюсь до потери пульса. А завтра примусь активно ухаживать за вашей рыженькой. И уже через пару дней я поставлю ее на колени. И буду жестко держать в кулаке ее кудряшки. И все это время, она будет выкрикивать мое имя.

— Сволочь… — кровавыми губами прошипел Ал.

— А знаешь, где будешь ты, Нортон? В доме, с белыми стенами.

— Ты не посмеешь! — прохрипел Алан.

— О, ещё как посмею, — хохотнул Змееносец, — ребятки. Отпинайте его, чтоб закрепить результат.

Пати Змееносца восприняла его слова более, чем буквально. Алан сбился со счета, пытаясь сколько раз его пнули и с какой силой. Боль не всегда была хорошим бонусом. Она, безусловно, не давала забыть, что ты живой человек. Но в такие моменты, лучше бы ее не было. Пытаясь придать Альтер-миру реализма, разработчики заморочились. И с ранами, и с ушибами, и даже с переломами. Кровь смешалась с землей, на теле не осталось ни единого живого. Уже теряя сознание, Алан слышал, как Змееносец кричал:

— Хорош, орлы, выводим его!

Я потом яркая огненная вспышка. И это было последним, что Алан видел.

Глава 4 Грей

Алан очнулся от пения птиц за окном. Шевелится было больно. Да что там, дышать было больно. Тело не слушалось, руки не хотели двигаться. Подняться с кровати не получилось, пришлось осмотреться так. Вокруг все было незнакомым. Потолок, стены, маленькие окна, через которые проникали лучи солнца. Алан догадывался, что это один из домов, которые обычно могут купить себе игроки. Здесь была простая обстановка. Кровать, несколько шкафчиков, два стула и стол. На столе стояла ваза с большими оранжевыми цветами. Сам Ал лежал на мягкой кровати, укрытый цветастым одеялом. От постели приятно пахло ванилью. Если забыть о том, что это было совершенно незнакомое место и Ал все еще не знал, кто его сюда притащил и с какими намерениями, ему здесь было очень уютно.

Ал пытался вспомнить последние события. На теле не было живого места. Кожа была покрытая синяками, ссадинами. На бедре и под рёбрами были глубокий раны. Алан с ужасом вспомнил слова Змееносца. Дом с Белыми стенами. Так чистильщики называли центр реабилитации. Туда попадали все, чья психика была повреждена в Альтер-мире по какой-либо причине. И чтоб туда не попасть, необходимо было соблюдать некоторые правила. Одним из которых попытался нарушить Змееносец. Ни в коем случае нельзя было выводить в реал раненого игрока. Когда Альтер-мир был ещё на бета-тестировании, были те, кого испугала боль, наносимая монстром. И они решили разлочится в реал, думая, что так смогут сбежать от болевых ощущений. Это была ошибка. В этот момент, оцифрованный личность страдает, испытывая боль. И если выдернуть ее из Альтер-мира так резко, диссонанс между реальным и оцифрованный будет такой, что сожжет всю нервную систему под ноль. Чем сильнее боль в Альтер- мире, тем сильнее последствия для реального тела.

Алан уже видел таких. Пускающих слюни себе воротнички больничных рубахах. Бывших тестеров, чистильщиков, которые выходили в реал посреди боя, думая, что моб добьёт их аватар, а они смогут зайти уже с точки респауна. Они забыли, что это не так, как в привычных играх. Это не аватар, это они, сами, только оцифрованные. И он боялся этого. Боялся стать таким же, как они, безвольным овощем, который не способен мыслить. Поэтому, то что хотел сделать Змееносец его напугало больше, чем все нанесённые равны и вся пережитая боль. Правда, теперь его волновали другие вопросы. Кому он обязан жизнью? Что за вспышку он увидел перед тем, как отрубиться? Где он сейчас?

Словно услышав его мысли, дверь в комнату со скрипом открылась и на пороге показалась девушка. Она была необычной даже для Альтер-мира. Лисья зверолюдка с вьющимися до поясницы чёрными, как воронье крыло, волосами. Но с белоснежными островатыми лисьими ушами и семью длинными хвостами. У неё были глаза цвета аметиста, длинные ресницы, алый очерк губ. На ней была странная одежда, которую Алан не видел ни на одном континенте Альтер-мира. Штаны из тончайшей белой кожи, плотно облегавшие бёдра, белая просторная рубашка, широкий пояс, обвешанный лентами, тонкими цепочками, с кучей маленьких кармашков. Тут же на поясе висел короткий охотничий нож и, как ни странно, сферический орб заклинателя. Высокие сапоги со шнуровкой. В руках она держала поднос, на котором стояла чашка и пару глубоких тарелок.

Увидев, что Алан очнулся, она приветливо улыбнулась. Поставив поднос на столик у кровати, она подвинула себе табурет и села на него. Она молча потянулась к одеялу. В этот момент Алан невольно дернулся, попытавшись отстраниться, вжаться в стену. Рука девушки застыла прямо над ним. Тяжелое дыхание Алана давало понять, что он очень напряжен и она для него потенциальный враг, даже несмотря на то, что судя по всему она его и спасла. Сразу же поняв это, девушка убрала руку, почесала затылок, вздохнула.

— Слушай, если бы я хотела убить тебя, то могла бы и не дожидаться, пока ты очнёшься. Разве нет? — закатив глаза, произнесла она.

Алан все еще смотрел на неё с подозрением. Но позволил ей поднять одеяло и осмотреть раны. Альтер-мир и его приближенность к реальному миру поражали даже в таких моментах, как заживление ранений. При наличии сильных зелий и свитков восстановления, раны затягивались за считанные часы. Опытный хилл был способен излечить ранение за несколько минут, а некоторые и за несколько секунд. Но это при оперативном вмешательстве, когда рану начинают лечить не позже, чем через 30 минут после нанесения урона. А когда тебя пинают в болоте, режут и бросают в грязи валятся — заживление ран может длится столько же, сколько и в реальном мире. Ну или чуть быстрее, при умелом обращении с целебными травами, свитками и зельями.

Лисица осторожно касалась пальцами кожи, поднимала бинты, вытирала запекшуюся кровь куском ткани, вымоченным в каком-то отваре. Она смазывала раны зеленоватой мазью, меняла повязки, на ушибы накладывала какие-то странно пахнущие травы, кастовала тихие заклинания, заставляя их раствориться под кожей. Было больно. Алан морщился, кусал губы и старался сдерживать стоны, хотя получалось это у него так себе. Его жалкий скулёж девушка слышала отлично и это заставляло парня краснеть и отворачиваться. Все таки, мужчина в любой ситуации остаётся мужчиной и хочет казаться перед девушкой настоящей скалой, непоколебимым, безотрадным и не чувствующим боли. А больно было. Очень.

— Как я… здесь оказался? — спросил Ал, когда девушка закончила его перевязывать.

— Я нашла тебя в приграничном лесу, — ответила она просто, — ты валялся на берегу реки без сознания. Сначала подумала, что разбойники постарались. Но все твои вещи были на месте.

Она кивнула на подоконник, на котором были сложены все пожитки Ала, включая его одежду, уже постиранную и вымещенную.

— Вот как… — пробормотал он сам себе, — значит, в лесу валялся…

— Ага, — кивнула лиса, — меня Грей зовут, если что. Думаю, так будет удобней, чем «эй, ты»!

— Удобней, — кивнул Ал.

— И славно, — Грей собрала на поднос все лишние вещицы, — если честно, я думала, что ты очередная жертва «духов реальности». Но когда подошла поближе, поняла, что ты ещё дышишь.

— Духи реальности? — Алан вопросительно взглянул на нее.

— Не слышал разве? Об этому недавно стали говорить. Мол, NPC исчезают, а некоторые игроки больше не возрождаются. Народ придумал байку о духах реальности. Якобы Тело оцифрованого посылает импульс, который утягивает человека назад в реал. И больше не дано вернутся в Альтер-мир.

— Что за бредни… — Алан откинулся на подушку и прикрыл глаза, — одна версия бредовей другой…

— Ну, в окрестностях пропало уже около десяти NPC, и четверо авантюристов не вернулись в гильдию, — пожала плечами Грей, — разве не странно, что все это происходит в одном месте и в определённое время?

— А почему именно духи?

— Духи, чёрные призраки, безымянные жнецы, — перечислила девушка, — по разному называют. Мне вот духи понравилось больше всего.

Алан задумался. На чистильщиков не похоже. Основной принцип работы отряда чистильщиков — это скрытность. Человек должен был исчезнуть так, чтоб не вызывать ни малейшего подозрения. А здесь все было очень бесцеремонно. Кто-то явно не переживал о том, что могут подняться волнения среди народа. Буквально на секунду Алан допустил мысль о том, что это группа Змееносца. Это многое бы объяснило. От этих отморозков можно было ожидать чего угодно, раз они решились на настоящее покушение.

— Сколько времени я провёл в отключке? — спросил Ал.

— Сутки, — ответила Грей, — но ты учти, при твоих ранениях, выход в реал возможен только через трое суток. Конечно, если ты из тех, кто туда не спешит, то переживать не о чем. Но если все таки спешишь — придётся не спешить.

— Почему?

— Думаю, ты и сам знаешь о диссонансе. У тебя сломано два рёбра, множественные ушибы, вывихнуто плечо и две колотые раны, достаточно глубокие. Можешь, конечно, храбрится, что тебе не больно. Но храбрись, пожалуйста, в Альтер-мире. Твоя нервная система просто не выдержит выхода.

Алан обиженно отвернулся.

— Мужики… — опять закатила глаза Грей, — ну как дети малые.

Она вышла из комнаты. Алан повернул голову к окну. На улице светило солнце, оно было настолько ярким, что проникало сквозь густые кроны деревьев. За окном все было таким изумрудным, что не было и капли сомнений в том, что домик Грей находится в лесу.

— Что ж, — сам себе прошептал Ал, — неплохой шанс немного отдохнуть.

Грей вернулась через минут двадцать. Принесла миску тёплого бульона с мягкой булкой в зелёном масле. Она помогла Алану сесть, сама уселась напротив и поднесла ложку к его рту. Ал слегка приподнял бровь.

— Давай смотреть правде в глаза, — улыбнулась Грей, — ты толком даже руку поднять не можешь. Ложку тем более не удержишь. А мне потом что? Отмывать от бульона сначала тебя, потом простыни стирать… нет уж. Давай ты на некоторое время переступишь себя и позволишь за тобой поухаживать, хорошо?

Алан молча кивнул. Девушка кормила его как малое дитя и Алан впервые ощущал себя таким беспомощным и смущенным. За 27 лет своей жизни, он никогда не испытывал ничего подобного. Его кинуло в жар, лицо покраснело, он не мог смотреть ей в глаза. Он просто молча глотал еду и мечтал, чтоб это поскорее закончилось. Ведь более незащищенным он ещё никогда не был. И его это раздражало, злило.

— Спасибо, — сдавленно сказал Ал, когда последний кусочек булки был поглощён.

После небольшой паузы, Алан посмотрел на Грей.

— А ты странноватая, да?

— Ммм?

— Ты не задаёшь никаких вопросов, — сказал Ал.

— Так и ты ничего не спрашиваешь, — пожала плечами Грей.

— Да, действительно…

— Ладно. Теперь постарайся поспать. Понимаю, ты не так давно проснулся, но для тебя это лучший вариант, — сказала Грей, — чары, что я нанесла на твои раны лучше действуют, когда тело в состоянии покоя. Быстрее оправишься, все дела.

Девушка поднялась с кровати, поправила свои хвосты, пригладила на них пушистую шерсть и направилась прочь из комнаты.

— Грей! — окликнул ее чистильщик уже на пороге.

— Ась? — девушка обернулась.

— Меня зовут Алан.

На секунду на лице девушки застыло искреннее удивление. Затем она улыбнулась.

— Приятно познакомится, Алан, — произнесла она.

Когда за Грей захлопнулись двери, Ал открыл свою консоль связи. Мерцала иконка входящих. 16. Пять от Арэса, десять от Айны и одно от Клары. Ал уже хотел прочесть сообщения и ответить на них, написать, что он в порядке, что вернётся через пару дней. Но в последний момент просто закрыл консоль. Иногда чистильщики неделями не выходили на связь. Кто-то слишком увлекался работой, кто-то, наоборот, уходил в загул. Главное, не пропадать больше чем на 30 дней. Тогда тебя переводят в белый дом. Прямо в капсуле. И уже там пытаться понять, что с тобой не так. Отъехал ты или кукушкой поехал. А так, как Ал планировал покинуть это место, как только пройдут его раны, можно было позволить себе такую вольность и никому не ответить эти пару дней. Потом, конечно, достанется от Айны. Он уже представил, какую длинную и нудную лекцию она ему прочтёт сразу после того, как влепит пощечину и наорет.

Он вспомнил угрозы Змееносца. Но почему-то был абсолютно спокоен. Во-первых, потому что возле Айны всегда находился Арэс, а этот парень не даст ее в обиду. А во-вторых, он почему-то сомневался, что Змей предпримет какие-то шаги в принципе, ведь ему так и не удалось убить Алана. Скорей всего, сейчас он будет очень осторожен. Возможно даже попытается убить Алана в реальном мире. Хотя это было очень сомнительно, ведь за капсюльными лабораториями велось круглосуточное наблюдение, там регулярно дежурили альтер-медики. И пока хоть один из чистильщиков находится в капсуле, от него не отходили. А уж тем более, если он резко перестал выходить на связь и пропал с карт.

Алан откинулся на подушку и прикрыл глаза. О том, что сервера Альтер-мира под угрозой перегрузки стало известно около полугода назад. В какой-то абсолютно непримечательный день в кабинет Грейрода были вызваны четверо командирования чистильщиков. Среди них были и Алан с Дереком Фьоре, он же Змееносец. На руки они получили списки NPCразбросанных по всему Альтер-миру и приказ — отметить для внедрения в оцифрованного «обновления». По сути, задача чистильщика была простой. Разузнать, насколько человек является полезным членом общества и насколько целесообразно отводить место под его существование в Альтер-мире. После получения отметки NPC терял одну из привилегий Альтер-мира — вечное перерождение. У отмеченного оставалось всего три возможности переродиться. И что интересно, сам отмеченный об этом не знал. Вышестоящее руководство объявило это новым естественными отбором, посчитав, что в противном случае, проект очищения земли не имеет смысла, если выпустить из Альтер-мира людей, которые так и не научились ценить жизнь. Как можно ценить жизнь, не зная о том, что потерял бессмертие Алан не знал. Но зато точно знал то, что его это волновать не должно. Приказ поступил из лав парламента. Парламент работает на благо народа. Если там посчитали, что лишних людей нужно убрать, значит, так и нужно. Алан никогда не задавал лишних вопросов.

Но сейчас ему стало любопытно. Как отмеченные NPC, которые практически не покидают своих локаций и не последуют места, в которых водятся мобы, в такой короткий промежуток времени начали исчезать? Неужели они так быстро потеряли все три жизни, даже не выходя от своих рабочих мест? Или же кто-то помог им эти жизни потерять? И зачем тогда? В приказе четко было обозначена секретность этой миссии. Все должно было проходить незаметно. А за последние пару дней Алан услышал об этом уже от двоих человек. И что напрягало его больше всего, так это то, что пропадали и игроки. Значит, либо кто-то из чистильщиков слишком усердно трудится во имя благополучия Земли, либо есть третья сторона, о которой Алан ещё не знает. Но очень хотел бы узнать.

В любом случае, Ал планировал разузнать еще хоть что-то у Грей и попробовать сопоставить все полученные данные с теми, что были у него изначально. Что не так с миссией ликвидации? Что на самом деле делают чистильщики? Возможно, Змееносец получил от кого-то приказ убить его, а попытался выдать просто за месть, потому что Сириус не захотел делиться территориями. И что была за вспышка? И почему тот, кто спас Алана, бросил его истекать кровью в грязи?

Глава 5 Те, что вышли из строя

Время в Альтер-мире течёт иначе. Сутки в Альтер равны двум часам в реале. С момента пробуждения Алана прошло уже несколько дней. Раны на нем затянулись, он почти не ощущал боли и мог самостоятельно ходить, что не могло не радовать. Все это время Грей ухаживала за ним. Как она и сказала, через три дня на нем все зажило. Но почему-то желания сразу же выйти в реал у Ала не было. Заметив это, Грей предложила ему остаться на некоторое время в обмен на помощь с квестами. Грей работала, Ал наблюдал за ней.

Зверолюдка жила на окраине леса. Каждый день к ней приходили разные гости. Зверолюды, эльфы, люди и даже дворфы. Иногда захаживали оборотни. Кто-то из них был авантюристом, кто-то торговцем, приходили даже представители разных гильдий. Они приносили ей доспехи, оружие, материалы и большую плату за ее работу. На второй день своего пребывания в доме Грей, Алан узнал, что девушка освоила одну из сложнейших веток зачарования. Она накладывала рунические чары на предметы, придавая им определенных, почти имбовых свойств. Уже ранее, Алан слышал о том, что на границе Талиса и Ромара живет игрок-отшельник, в идеале овладевший зачарованием предметов легендарного уровня. Проще говоря, она создавала артефакты. Зная механику прокачки, Ал понимал, что на развитие этого навыка должно было уйти несколько лет. И он явно не ожидал увидеть в роли отшельника девушку.

Внешность в Альтер-мире могла быть обманчивой. Но мужчина не мог выбрать внешность женщины, женщина не могла стать мужчиной. Альтер-мир давал возможность прожить вторую жизнь. Длительную, интересную и увлекательную, полную приключений, не обременённую старением, болезнями и старостью. Но оцифрованые не могли стать кем-то другим. Ты мог выбрать себе другую расу, иную внешность, добавить себе лет или наоборот, омолодить себя. Но ты оставался собой. А понять, что перед тобой старик или молодой для такого специалиста как Алан было не сложно. И он точно знал, что Грей возможно даже младше него.

— Грей, — спросил он однажды ее, — это ведь ты ведьма Северного леса?

Они сидели на крыльце ее дома. Грей собирала травы в пучки для зачарования принесённого оружия. Алан пил яблочный сок.

— Уууу, — протянула девушка, — нарушаем негласно сложившееся правило не задавать вопросов?

— Ты можешь не отвечать, я ведь просто…

— Шучу, — отмахнулась девушка, — да, это я. Прозвище ведьмы Северного леса мне приписал какой-то заблудший игрок, а оно и разошлось в народе. Так и прозвали. Пытались ещё какие-то тайные тропы выдумывать, мол я какой-то легендарный NPC.

— Но ты не NPC.

— Не-а, — покачала головой Грей.

— Тогда как? Ну в смысле… как?

— Вопросов становится все больше, — усмехнулась девушка.

— Я… — Алан запнулся, — я мог бы… ответить и на твои вопросы. Если они у тебя есть.

— Дай подумать. В один погожий день я нахожу в лесу окровавленного высокоуровневого без верхней консоли. А потом он ещё и остаётся погостить. Да, вопросы у меня есть, — засмеялась лисица.

— Тогда я отвечу, — кивнул Ал, — но, ты первая.

— Ну, что ж. Если тебе интересно, сколько у меня ушло времени на прокачку навыка зачарования, я отвечу, что около семи лет.

— Как это возможно? Сколько лет ты уже оцифрована?

— Почти десять, — на секунду задумавшись, ответила Грей.

— Ты что, в 10 лет оцифровалась?

— В 15.

— 15… сейчас это нормально. Но десять лет назад, не закончившие школу дети не могли оцифровываться!

— Я особый случай.

Алан хотел бы узнать, что же это за случай. Но вовремя остановился. Ему показалось, что даже если бы он продолжил расспросы, Грей бы не ответила ему. Причина явно была слишком личной.

— Можно ещё вопрос? — спросил он осторожно и тут же добавил, — последний!

— Валяй.

— Что ты думаешь о слухах? О том, что исчезают NPC.

— Не только npc, — произнесла Грей, — игроки, которые вступали в контакт с чистильщиками.

— Что ты сказала?

— Сказала, что исчезают не только npc.

— Ты сказала «чистильщики».

— Ааааа… — протянула Грей, — ну, их так называют. Те, кто встречались с ними. Кто говорил с ними. Они называли их чистильщиками.

— Вот как… — задумчиво произнёс Алан, — значит, это название уже ходит в народе. И много кто об этом говорит?

— Нет. А те, кто говорит, исчезают очень быстро.

Алан замолчал и задумался. Приказ отмечать npc получили только четыре отряда. Ни один из них не получал команды зачищать игроков. Тем более, любой контакт с рядовыми игроками должен был быть с соблюдением всех мер предосторожности. Раскрытие себя как чистильщика было не допустимо. За это могли отдать под трибунал. ФА тут слухи такие ходят. Значит, кто-то себя раскрыл.

Внезапно Алан понял, что была маленькая деталь, которой он никогда не придавал значения — замены в других группах чистильщиков. Двое человек из первой группы, трое из второй, один человек из группы Змееносца. Они просто исчезли. Он точно знал, что трое вышли из строя. Неожиданно, хорошие и опытные солдаты совершили такую глупость, как выход и Альтер-мира во время боя с сильным ранением. Тогда Алан не придал этому значения, но вот сейчас, после нападения Змееносца, он задумался. Может ли быть такое, что им помогли выйти из строя? Что, если существует пятый отряд, который получил приказ не только подчищать хвосты за чистильщиками, но и убирать самих чистильщиков, которые начинали сомневаться в правильности своих действий? Это бы многое объяснило.

Алан вспомнил Хезер Никс, молодую женщину с позывным Дева. Она состояла в отряде Змееносца. Однажды в раздевалке для чистильщиков он слышал, как она рассказывала о своих диалогах с npc. Она говорила о том, что не все попавшие в список заслуживают быть отмеченными. Так, например, она часто наведывала npc-рыбака, который поведал ей историю своей жизни. Он оцифровался еще в подростковом возрасте по программе «Тело без болезней». У него было серьезное заболевание легких. Лекарств еще не было. Оцифровавшись, рыбак все еще наделся на то, что, когда лекарство станет доступным, он вернется в реал, женится, откроет свою пекарню. Херез искренне не понимала, почему этот человек должен быть отмечен, ведь он умеет ценить жизнь. Он не очарован Альтер-миром до глубины души, ему все еще хочется жить в реальности, дышать своими легкими и видеть мир вокруг, создавать в этом мире что-то новое. Тогда у Херез опустились показатели отметок. Она очень избирательно отмечала npc, каждый второй оставался без отметки. После этого разговора Хезер выполняла задания еще две недели, а после — ее заменили на Стрельца, солдата-новобранца. Она вышла из строя. Получила серьезные ранения и вышла в реал. Тело не справилось с эффектом диссонанса. Деву перевели в белый дом и больше о ней ничего не было слышно.

— О чем задумался? — спросила Грей, увидев его напряженное выражение лица.

— Да так, ни о чем, — отмахнулся Ал, — просто наблюдаю за твоей работой.

— О как, — Грей обвязала пучок трав нитью, — можно теперь я задам тебе вопрос?

— Конечно.

— Ты здесь находишься уже несколько дней. У тебя есть кто-то?..

— Нет, я свободен! — выпалил Алан почему-то.

— Оу… — немного растерянно взглянула на него девушка, — вообще-то я хотела узнать, есть ли кто-то с кем бы ты мог связаться и сообщить, что ты в порядке. Но… спасибо, теперь не придется тратить время на то, чтоб это выяснить.

— Прости… — засмеялся Ал, — я, наверное, выгляжу сейчас как идиот.

— Ну, я увидела, как ты улыбаешься, — усмехнулась Грей, — значит, оно того стоило.

Алан смотрел на девушку и впервые подумал о том, что очень хотел бы увидеть её в реале. Она была обворожительна со своими хвостами и ушками. Свои черные локоны она то вплетала в косы, то собирала в высокий хвост. Это был первый персонаж за столько лет службы, который вызывал в нем неподдельный интерес. И тут же Алан осознал, что только одним своим присутствием он подвергает её опасности. Он не знал, следят за ним сейчас или нет. Возможно, его ищут на просторах Альтер-мира ровно с того момента, как Клара перестала получать отклик от него. А может быть его уже нашли и просто наблюдают, выжидают момент, когда он оступиться. Он открыл консоль и вызвал карту. Но по какой-то причине, дом Грей на ней отмечен не был. Вся территория была помечена как лес. И все. Он осторожно взглянул на девушку. Та, словно прочитав его мысли, тут же указала пальцем на козырек своего крыльца. Алан увидел там небольшой трехцветный амулет.

— Это амулет сокрытия, — сказала она, — как лунный покров, только не для игрока, а для предмета или игрового имущества.

— Вот как… слушай, Грей, ты называешь Альтер-мир игрой. Я редко такое слышу. Почему? Для многих это уже стало обычной жизнью.

— Настоящая жизнь, она по ту сторону, — серьезно ответила Грей, — у нее есть начало, конец. В ней есть интрига. Хоть я и оцифровалась в подростковом возрасте, я все равно считаю, что Альтер-мир — это суррогат, не настоящая жизнь. Здесь все запрограммировано. Вкус и цвет, осязание, иногда мне кажется, что механика Альтер-мира способна управлять и эмоциями. И все так радостно ведутся на это. Шанс прожить жизнь еще раз. Красивая сказка. Жизнь одна и с этим нужно смириться!

— А что скажешь о больных? О пенсионерах?

— Скажу, что Альтер-мир изначально для них и создавался. Им он необходим. А вот таким как я, как ты… мы могли бы обойтись и без него.

— И все же, ты здесь.

— Как и ты.

Повисла пауза. Грей отложила травы. Скастовав призыв, она отвела руку в сторону. Из её ладони буквально вылился водный элементаль, напоминавший идеально круглую прозрачную каплю с глазками-бусинками. Капля повисла на уровне глаз Грей, она поднесла к ней пучок трав и с размаху засунула его прямо в центр капли. Глазки-бусинки осуждающие посмотрели на девушку.

— Ну прости, — сказала она, — ты же знаешь, процедура неприятная, но кроме тебя никто не справится.

Элементаль повертелся вокруг своей оси и отплыл по воздуху в сторону. Внутри капли Алан увидел красноватое мерцание, словно три красных ядра вертелось вокруг пучка, а он менял свои очертания под их давлением.

— Значит, для такого зачарования нужен элементаль воды низкого уровня?

— Удивлен?

— Конечно! Легендарные предметы создает низший элементаль!

— Вообще-то, именно потому от этого навыка многие отказываются, — сказала Грей, — количество призываемых существ ограничено. И кто захочет оставить одну ячейку призыва занятой слабым существом?

— А ты, значит, решила, что займешься этим всерьез, — усмехнулся Ал.

— За это платят, — пожала плечами девушка.

Алан с пониманием кивнул. Валюту Альтер-мира можно было конвертировать в реальную валюту. Кто-то именно так и зарабатывал на жизнь. Кто-то пересылал деньги семье, которую не могли по какой-то причине оцифровать. Или же наоборот, копили на оцифровку родных и близких. Кто-то же прожигал все заработанное на развлечения в Альтер-мире. На секунду Алану даже стало интересно, куда уходят средства, скопленные Грей за столько лет. Но спрашивать он не стал, посчитал этот вопрос нетактичным и грубым.

День сменился вечером, вечер ночью. После ужина Грей пожелала Алану спокойной ночи и ушла спать. Еще некоторое время он сидел на крыльце и думал. Он испытывал непреодолимое желание остаться. Хоть еще ненадолго. Ему была приятна компания девушки, её размеренный ритм жизни ему нравился. Находясь в её доме, он впервые за долгое время почувствовал себя отдохнувшим. Грей ухаживала за ним, кормила с ложки, пока он не мог пошевелиться. А когда он оправился, не стала гнать его прочь, а просто выделила ему диван в гостиной. Он помогал ей собирать травы, прокачивал вместе с ней скилы поиска редких элементов для зачарования. И она не задавала никаких неловких вопросов. Ни разу не спросила, кто его так изранил, не спрашивала, кто он и откуда, почему скрыта верхняя консоль. Он чувствовал себя обязанным ей. А значит, ему пора было уходить. Если есть пятый отряд, который занимается чисткой тех, кто вступает в контакт с чистильщиками, значит скоро они на него выйдут. И на неё тоже.

Взглянув на Грей в последний раз через окно комнаты, Алан вызвал консоль багажа и нажатием одной кнопки сменил одежду, которую дала ему Грей, на свой стандартный кожаный доспех черного цвета. Проверив, в каком состоянии оружие и применив на себя свиток ускорения, он отправился в путь. Пересек лес, ушел подальше к восточной границе. Оттуда телепортировался в Эурос, в город Сайгран. Там, разбудив владельца таверны, снял свою привычную комнату и, упав на кровать, открыл консоль. Сообщений от Айны и Арэса стало в разы больше. Даже от Клары пришло еще два. По подсчетам Ала, в реале прошли почти сутки.

Возврат.

***
Алан открыл глаза. Над ним нависала Клара.

— Гляди-ка, живой, — произнесла она недовольно, — еще пару часов и тебя отправили бы в больничное крыло.

— Простите, — пробормотал Ал, поднимаясь из капсулы.

— Что случилось? Айна чуть с ума не сошла. Ты не отвечал.

— Да так… немного увлекся.

— Увлекся, говоришь? — с подозрением спросила Клара, — ты же в курсе, что я могу зафиксировать любое изменение тебя оцифрованного?

— В курсе.

— Я уловила угрозу диссонанса. Так что, мы сразу же отправили группу, выяснить, что случилось.

— Выяснили?

— Да. Одно не понятно. Куда ты исчез?

— Да так… немного увлекся, — повторил Алан.

Глава 6 Неуместные вопросы

Арэс был спокоен. Не задавал никаких вопросов и просто поприветствовал Алана, когда тот вернулся в реал и они наконец встретились. Айна же не разговаривала с ним неделю. Девушка была настолько зла, что даже кричать не стала. Она не отчитывала и не ругалась с ним. Просто при первой же встрече влепила смачную пощечину и ушла. Семь дней спустя, благодаря уговорам извинениям и подкупами в виде любимой еды, Айна все-таки его простила.

После всего произошедшего, Алан пришел к выводу, что, если он сам в этом не начнет разбираться, дальше все будет только сложнее и непонятнее. Для себя он принял решение провести самостоятельное расследование и выяснить, что же на самом деле за приказы они получают и кто получает указание в обход четырех основных групп чистильщиков. Было более чем очевидно, что собеседников нужно подбирать очень осторожно и тщательно. И, что не мало важно, нельзя впутывать в это Айну и Арэса.

Айна Геста была подругой детства Алана. Вместе они выросли, их мамы дружили, отцы периодически выпивали вместе в выходные дни. Дом её семьи находился напротив дома семьи Нортонов. У Айны была большая семья. Двое старших братьев и младшая сестра, так же с ними жила бабушка. Как и семья Алана, семья Айны была из того золотого миллиарда, который спокойно оставался на Земле. Алина Геста как и мама Алана, Сион, была ученой-генетиком. Они работали в одной лаборатории, но над разными проектами. Алина работала над созданием злаковых культур, которые были бы менее прихотливы к почве, в то время как Сион состояла в группе разработчиков лекарства от заболевания легких, которое распространилось вследствие загрязнения воздуха на планете. Так же она возглавляла проект по созданию системы очистительных фильтров воды, воздуха и почвы в городах, которые находились в чертогах благодатных земель. Отец Айны был членом парламента Истара, поддерживающий фракцию гуманистов. После смерти Сион, семья Айны присматривала за Аланом и оказывала ему всяческую поддержку и помощь. Благодаря им он не остался одиноким.

С Арэсом они познакомились в средней школе. С тех пор вместе прошли и колледж, и учения, и работу. Это были два самых дорогих и близких человека, за которых Алан был готов отдать жизнь. И меньше всего он хотел подвергать их опасности. Он знал, что может им доверять, ни капли не усомнившись. И знал, что если они узнают о его расследовании, то очень разозлятся на него за то, что он не попросил их помощи. Но он готов был рискнуть, лишь бы никто не навредил им.

В первый же день выхода на работу, Алан не знал, чем себя занять в штабе. Обычно, новые списки приходят в конце рабочей недели, но на этот раз их не было. Поэтому в понедельник все чистильщики, словно неприкаянные приведения, шатались по штабу и пытались найти себе хоть какое-то занятие. Кто-то наедался в кафетерии, кто-то рубился в карты, кто-то проводил время в общении друг с другом. Айна и Анж, например, ушли на стрельбища, Арэс — в спортзал, железо потаскать. Алан же бесцельно бродил по зданию, пока в библиотеке не наткнулся на Эла. Библиотека главного штаба была огромной. Она была похожа на невообразимых размеров лабиринт с винтовыми лестницами, кучей выполненных под старину ламп. Огромное количество книжных шкафов и полок поражало. Это была одна из последних библиотек Земли, в которой были собраны тысячи бумажных книг. Еще две находились за пределами Истара, на территориях бывшей Британии и Китая. Книги в этих библиотеках были собраны по всему свету, так сказать, спасены и реставрированы. Некоторые из них можно было взять почитать, но были и такие, к которым нельзя было даже прикасаться. Поэтому, воссоздавали их электронные копии, а сами книги прятали под стекло, как экспонаты. Здесь же в библиотеке были расположены удобные кресла и диваны для комфортного чтения. И, к сожалению, библиотека никогда не была многолюдным местом. Здесь же Ал и увидел Элиота.

— Эридан, — жестом приветствовал он его, — хорошо, что нашел тебя. Вопрос есть.

Элиот жестом предложил Алану присесть в кресло напротив.

— Слушаю тебя.

— Ты знаешь, что произошло с группой Змееносца? — осторожно начал Ал.

— Их отстранили почти на два месяца от работы. А еще я слышал, что каждого из группы оштрафовали и приговорили к исправительным работам на двадцать дней.

— Понятно, — пробормотал Ал, — до сих пор не понимаю, зачем они напали.

— Кто знает, — сдвинул плечами Эл.

— Если честно, — осторожно сказал Алан, чувствуя, что разговор никак не клеиться, — мне кажется, что кто-то отдал им приказ.

Эл поднял на него взгляд. От его серых глаз повеял такой пронизывающий холод, что Алану стало не по себе.

— С чего ты это взял? — спросил он.

— Ну… — замялся Алан на секунду, — мне так показалось. Ведь… Это же Дерек. Он всегда был одним из самых верных солдат. Всегда поддерживал идеологию командования. А тут чтобы взял и самовольно решил напасть на сослуживца? Такого же по званию, как он сам? Это странно.

— Ты прав, — кивнул Эл, — Дерек один их самых верных солдат. Но говоря о том, что ему кто-то приказал… ты подвергаешь сомнению указания нашего командования, Сириус?

— Я не подвергаю сомнению приказы, я просто подумал, что это могло случиться не просто так… тебе никогда не казались странными эти списки? Мы должны просто отмечать, оставив человеку всего три шанса на возрождение. Но почему именно отмеченные нами люди исчезают уже спустя пару дней после отметки?

— С чего ты взял, что они исчезают?

— Ну… я просто… в Сайгране была травница. Я закупался у нее. Она была в списке. Исчезла через трое суток после получения отметки. Это странное…

— Странно то, что тебя это вдруг начало волновать, — серьезно сказал Элиот, — у тебя безупречные результаты. С чего вдруг ты об этом задумался?

— Просто… тебе самому не кажется, что наша работа немного… странновата?

— Мне это не интересно. Наше дело — выполнять. Причины приказов и то, как их формируют и доносят до нас — это дело вышестоящего руководства и высшего командования.

Алан молчал. Эл взглянул на него еще раз, смерил холодным взглядом.

— Лейтенант, — сказал он полушепотом, — в этих стенах не любят тех, кто задает слишком много вопросов. Разве вы никогда об этом не знали? Да и к тому же… если тебе и вправду это интересно, то разговаривать нужно не со мной. А с кем-то выше. С Андромедой, например.

Алан ничего не ответил. Усмехнувшись, он извинился за то, что отнял у Элиота время, поблагодарил за диалог и откланялся. Стало понятно одно — Элиот ему не союзник. И, логично предположить, что Анжелиза, привязанная к брату, тоже. Весь оставшийся день Алан потратил на проверку документов по вышедшим из строя и исчезнувшим чистильщикам. В личных делах не было ничего интересного. Только красная пометка «нарушил правила безопасной эксплуатации капсулы полного погружения, спровоцировал диссонанс своими необдуманными действиями». Но пообщавшись в другими группами, он понял, что всех их объединяло одно — у них был низкий показатель отмеченных npc. Алан понимал, что пообщаться с ними у него уже не получится. Диссонанс мог запросто выжечь всю нервную систему, повредить мозг. Чем сильнее были ранения в игре — тем опаснее был выход в реал в тот момент. А если их избили до такого же состояния, как Змееносец и его команда избили Алана, скорее всего, сейчас они даже говорить не могут. И не факт, что когда-то снова заговорят.

И если с вышедшими из строя все было понятно, с пропавшими без вести было сложнее. Все сослуживцы говорили только одно: в один день не вышел на работу, объявили в розыск, ищут до сих пор. Единственное, что объединяло их, так это то, что незадолго до их исчезновения, в группу прибывал наблюдатель с инспекцией — Андромеда. Именно ее позывной доминировал во всех документах и это не могло не толкнуть на мысль, что без её участия не обошлось. Доказательств не было, но Алан был почти уверен в том, что именно Андромеда была виновницей всех исчезновений и госпитализаций. К её личному делу доступа у Алана не было. А расспрашивать у кого-то было как минимум опасно.

Алан не заметил, как за окном потемнело. В кабинет заглянул дрон-уборщик и только тогда парень понял, что пора домой. Покинув здание штаба, он уже было направился к машине. Но в этот момент увидел Элиота. Он был не один, рядом с ним шла девушка и уже со спины Ал понял, что это не Анж. У спутницы Эридана были светлые волосы, в свете уличных фонарей они казались цвета луны. Одета девушка была в гражданском, значит, не из штаба. Сам того не заметив, Алан начал осторожно следовать за ними. Первая мысль, которая возникла в голове, была о том, что это просто новая подруга Эла или же, очередная невеста, которых так агрессивно ему навязывал отец каждые пару месяцев. Но эти мысли пришлось сразу же отбросить. Ведь для четвертой группы чистильщиков не было секретом, что Эл и Анж влюблены друг в друга с детства. До этого они учились в одной частной школе. Родители их поженились, когда им было по 13 лет. Чисто из-за этого фактора, свои чувства друг к другу они тщательно скрывали, а иногда и вовсе отрицали. Аргументировали это тем, что для общества они навсегда останутся братом и сестрой несмотря на то, что они не кровные родственники. И потому Элиот бойкотировал любую попытку отца женить его, а Анжелиза отшивала всех кавалеров. При этом, заявить о своих отношениях они тоже не могли. Хотя накал эмоций между ними не заметил бы разве что слепой, глухой и тупой.

Алан некоторое время следовал за парой, держась на расстоянии. Но уже через несколько метров, потерял их в толпе. Растерянный, он постоял немного посреди медленно пустеющей улицы и вернулся к машине. В «Шальной крокодиле» на него осуждающе смотрел повар, спросив, как же это он так несколько дней пропустил, так еще и сегодня опоздал. Взяв порцию жаренного риса с курицей, Алан неловко улыбнулся, расплатился и ушел домой. На домашнем коммуникаторе опять мерцало оповещение о письмах.

Входящие: 5

От кого: доктор Нортон

Алан некоторое время смотрел на экран. А потом просто смахнул оповещения. Впервые за много лет, он их не удалил.

Глава 7 Андромеда

— Я Андромеда. Ваш новый куратор.

В капсульной лаборатории перед группой Алана стояла девушка с волосами цвета луны. Та самая, что была вчера в Элиотом. Но на этот раз она была в форме, а на форме — полковницкие погоны. Сегодня ее длинные волосы были собраны в тугой пучок. Сама она была среднего роста, достаточно спортивного телосложения и, как про себя отметил Алан, грудь она явно перематывала эластичными бинтами по непонятным ему причинам. Но это он так просто предположил. У девушки были немного островатые черты лица, островатый маленький нос, тонкий изгиб бровей и пухловатые губы. Что действительно в ней было примечательного, так это глаза. Уголки глаз были немного приподняты, длинные черные ресницы, но что более интересно, правый её глаз был холодного голубого цвета с небольшими лиловыми вкраплениями, а левый — янтарно-желтый.

— С сегодняшнего дня я буду наблюдать за вашей работой. Списки вы будете получать лично от меня и у каждого будет свой. Если вы встретите npc не из вашего списка, но из списка кого-либо из сослуживцев, вы тоже можете его отмечать. Мы немного сменим территории вашей работы. Теперь вы должны будете телепортироваться к своим целям, в каком бы уголке Альтер-мира они не находились. Все понятно?

— Есть! — в один голос ответила группа.

По интонации этого ответа Алан уже мог определить, что думают о новом кураторе его сослуживцы. Айна полностью разделяла его негодование, Андромеда ей не нравилась. Арэс соблюдал нейтралитет, он не проникся к Андромеде совершенно никакими эмоциями. А вот Анж и Эл уже совершенно точно отдали ей свои души.

Сразу же, без какой-либо прелюдии, Андромеда отправила на коммуникаторы каждого новые списки. Алан открыл свой и оцепенел. В первой же пятерке ID-адресов он увидел её. Имя Грей было четвертым в его списке. Подняв голову, он столкнулся взглядом с Андромедой. Та пристально смотрела на него, её губы были еле заметно изогнуты в ухмылке. И Алан понял, что она знает, где он был после нападения, она знает о ведьме Северного леса, где её искать и знает, что та в курсе о слухах о чистильщиках. Более того, 12 дней Альтер-мира она провела с одним из них под одной крышей.

— Что-то не так, лейтенант? — спросила она.

— Нет, полковник, — сдавленно ответил Ал.

Группа погрузилась в капсулы. Алан задержался возле своей и, убедившись, в том, что все уже погружены, обернулся Андромеде.

— Полковник, — обратился он, — разрешите вопрос!

Клара застыла возле своего компьютера. На её лице можно было прочитать «ой дурааак».

— Разрешаю, — кивнула Андромеда.

— По какому принципу формируются эти списки?

Андромеда удивленно приподняла бровь.

— Странный вопрос, Сириус, — сказала она тихо, — особенно от вас. Предыдущий куратор отзывался о тебе очень лестно. Как о безжалостном чистильщике, который исправно выполняет свою работу, не задавай лишних вопросов и свято верит в то, что все приказы на благо общества.

— А они и вправду на благо общества? Или я просто свято в это верю, полковник?

— Осторожно, лейтенант, — прищурилась Андромеда, — необдуманный вопросы могут привести к непредсказуемым последствиям. Вы уверены в том, что готовы получить ответы?

Алан запнулся, не в силах возразить.

— Сириус, — вздохнула Андромеда, — все, что вам нужно помнить, так это то, что npc это просто npc. И если по какой-то причине корпорация отдала приказ избавится от них, значит, так тому и быть. Корпорация не отдает беспочвенных приказов.

В глазах Алана вспыхнул огонь. Яростное пламя. Он был взбешен её безразличием. Он никак не мог осмыслить, что некто настолько прекрасный может быть настолько жестоким и безразличным. Она словно не относилась к npc как к людям, будто она уже давным-давно для себя решила, что они просто набор данных, как в любой MMORPG старого образца. В груди горело, пекло. Он уже хотел было что-то сказать. Это был бы конфликт, и он понимал, что не может спокойно разговаривать с этой девушкой. Но в этот момент вмешалась Клара.

— Андромеда! — окликнула она её.

— Доктор Вильчински?

— Вы нужны мне, — сказала Клара, — посмотрите на эту карту. Можем ли мы?..

Алан дальше не слушал. Воспользовавшись моментом, он лег в капсулу и погрузился в Альтер-мир. Он понимал, что Клара спасла ситуацию. Он не смог бы говорить с Андромедой дальше. Он был зол. И, по правде говоря, зол он был больше на себя. Ведь до нападения Змееносца, до встречи с Грей, он мыслил точно так же. Если корпорация «Альтер» отдала приказ, значит его нужно выполнить. Он солдат, его дело — подчиняться приказам, а не искать смысл в указаниях. Насколько мерзко он себя сейчас чувствовал, сложно было описать словами.

Открыв глаза в комнате постоялого двора, он тут же отправляется искать Грей. Её дом скрыт, отмеченного пути на карте нет. Но он там был, он найдет. Нужно только поторопиться. Выхватив сразу два свитка ускорения и применив их на себя, он промчался мимо трактирщика, мимо Марции, которая пыталась его окликнуть. Он ругал себя за то, что никогда придавал значению все происходящее, просто был частью стада, которое покорно идет за пастухом. Сказали отметить — отмечаем. А ведь он с самого начала знал, что значит эта отметка.

Отмеченный персонаж не просто лишался привилегии бесконечного перерождения. Перепрошивка оцифрованной личности? Смех, да и только! Нет никакого бага, никаких программ, которые могли бы четко задать живому человеку 3 жизни, как в старых играх. Тело, живой человеческий мозг. Вот что обеспечивало возможность вечного перерождения в игре. Пока функционирует мозг, пока работает вся нервная система, оцифрованная личность будет перерождаться столько, сколько будет погибать под ударами мобов. Но стоит умертвить мозг, личного ресурса оцифрованного хватит только на три раза. Отметки не перестраивали оцифрованного. Они просто давали понять чистильщиками из реала, какую капсулу нужно отключить, чье тело должно перестать функционировать раз и навсегда.

Алан знал это всегда. И только сейчас он чувствовал себя больным ублюдком, который столько времени закрывал на это глаза. Сколько людей они отметили? Одна только группа отмечала около сотни за месяц. И это считалось мало, чтоб не вызывать никаких подозрений. Что там какая-то сотня на фоне нескольких миллиардов. От этих мыслей становилось не по себе. А самым гадким было, пожалуй, то, что отец, которого Алан так ненавидел все эти годы, видимо оказался прав.

Весь Алтер-мир, прекрасный, продуманный. Яркий и красочный. Он был всего лишь ловушкой. Это была песочница, в которой миллиарды людей строили свои башенки из песка, развлекались и жили в ожидании, когда же они смогут вернуться на поверхность. В чищенный корпорацией «Альтер» мир, который сможет их принять. Где будет чистый воздух, плодородная почва, кристально чистые воды и красивые города, где у каждого будет свое место. Но в это же время, появились те, кто позволил себе решать, кто вернется в эту реальность, а кто останется навсегда оцифрованной личностью. И Алан, и вся его команда, были просто орудиями этих людей. Их руками совершались эти убийства.

В холодных глазах Андромеды не читалось никакого сочувствия или сожаления. Она была человеком, насквозь пропитавшимся жестокостью, безразличием и пренебрежением. Алан не мог отделаться от мысли, что они с ней похожи. Он мыслил так же, был таким же. Словно цепной пес. А она… её пронизвающий взгляд задевал до глубины души, ранил в самую душу. Она видела его насквозь. Словно читала каждую его эмоцию, каждое его чувство. Андромеда понимала, что он ощущает и словно насмехалась над ним.

Эти мысли сопровождали его всю дорогу. Алан хотел успеть. Он еще не знал, что должен сделать. Не знал, как вести себя дальше. Он знал только то, что ему во что бы то ни стало нужно защитить Грей, не дать поставить на неё отметку!

Глава 8 Ложные выводы

— Это выходит за рамки дозволенного, Сион. Я так больше не могу. Мы не должны молчать.

— Успокойся, — мать Алана успокаивает своего мужа, нежно проводит ладонью по его щеке, — давай попробуем собрать людей. Ты же знаешь, мы не можем выступить против них вдвоем, это очень опасно. Нам не выстоять, милый.

Филип Нортон всегда был человеком честным и прямолинейным. Именно это так нравилось в нем его жене, друзьям и коллегам. Доктор Нортов возглавлял одну из ведущих лабораторий Истара, лабораторию корпорации «Альтер». Их основной задачей на то время было решение вопросов очищения Земли, ускорения процесса возрождения почвы и очищения вод. Алану было 8 лет, когда лаборатория отца начала работать и над разработкой капсульного обеспечения для Альтер-мира. А в 16 лет он впервые услышал о плане «Ликвидации». Отец никогда не рассказывал о своей работе. Иногда, вечерами, он подолгу сидел на кухне с женой, и они обсуждали это между собой, полушепотом, чтоб Ал не услышал. Лишь однажды, мельком, Алан стал свидетелем этого разговора между ними.

— Нам нужно больше союзников, — говорил Филип, — если бы мы могли связаться с кем-то из фракции гуманистов, у нас бы получилось донести это до общественности. Возможно, мы бы смогли хотя бы задержать этот зверский проект!

— А ведь раньше ты его поддерживал, — грустно улыбнулась Сион, — раньше мы оба… были на стороне фракции эволюционистов. Боюсь, они расценят это как акт предательства. Мы будем в опасности. А боюсь за Алана…

— Я понимаю, Сион, — тихо говорил Филип, — я тоже боюсь. И за него, и за тебя. Даже за семью Геста. Ведь они наши близкие друзья. Я не рискну просить Фредерика помочь нам. У него четверо детей. Я не посмею поставить их по угрозу.

Больше Алан ничего не слышал. Время шло, отец все так же пропадал на работе, мама много времени проводила в лаборатории, но всегда возвращалась домой к ужину. Алан запомнил её заботливой, доброй, нежной. Она всегда были приветлива и мила со всеми. Когда отец не приходил домой к вечеру, она приглашала в гости семью Геста. Устраивала веселый и шумный ужин, чтоб отвлечь Алана. Мама была прекрасным человеком. Светлым и любящим. Спустя время, Ал даже перестал замечать вечное отсутствие отца, его задержки и ночевки на работе.

Когда Алану было 18 лет, в колледже отменили последнюю пару и он вернулся домой пораньше. Попрощавшись с Айной, он застал отца, ругающегося с кем-то по телефону.

— Я не отступлю! Вы не понимаете! Корпорация не знает, что творит!!! К черту такое благо! Кто она такая, чтобы решать это?! Люди узнают! Люди взбунтуются!!! Что?! Давайте! Приходите. Вы знаете мой адрес. Я оставлю дверь не запертой.

Он кинул трубку и только тогда заметил Алана. Отец тогда ничего не сказал. Просто вышел из дома, хлопнув дверью. А через пару дней их дом сгорел… Алан возвращался домой не спеша. Он не хотел снова встретиться с отцом в коридоре. Он шел медленно, пока не увидел яркий свет, словно горизонт освещало солнце, спустившееся на землю. Через мгновение он понял, что это языки пламени. Он не сразу понял, что горит его дом, но ноги почему-то сами побежали в ту сторону. Он несколько раз споткнулся, разбил нос, до крови счесал руки и колени. На улице стояли люди. Кричали, причитали, звали на помощь. Пожарной машины еще не было. Ал увидел Айну. В её глазах застыл ужас. У нее дрожали губы, подбородок. Алан подбежал к ней, схватил за плечи.

— Айна! Где мама?! Я не вижу её!

— Алан… — голос Айны дрожал, — она…

Ал не дослушал её. Сорвался с места, рванул в дом, прикрывшись одной только курткой. Его пытались остановить, хватали за руки, пытались удержать двое мужчин. Кого-то Ал ударил, он не понял. Ворвавшись в дом, он сразу же её увидел. Она была в коридоре, видимо просто не успела добежать до двери, надышалась дыма, потеряла сознание. В ужасе, Ал заметил, что на её одежде уже пляшут языки пламени.

— Мама! Мамочка! — бросился он к ней, попытался поднять ей.

Руки нащупали что-то влажное. В огненном пекле, где не было и капли влаги, пальцы Аланы наткнулись на что-то мокрое, на теле матери. В глазах помутнело, голова закружилась. То ли от дыма и жара, то ли от осознания того, что мать истекала кровью. Вокруг все шумело, трещало. Словно в бреду, Алан поднялся с пола и, подняв тело матери, потащил его к выходу. Оставалось не долго. Всегда пару шагов. Неожиданно что-то больно ударило его по спине и сильно обожгло. Последнее, что Алан помнил, это вой сирены, крики людей и запах крови, который перебивал для него абсолютно все.

***
В ушах свистел ветер. Алан несся так быстро, как только мог. В этот момент консоль связи слабо моргнула лиловым светом.

— Сириус! — услышал он голос Айны, — что случилось? Куда ты так торопишься?

— Малая медведица… — Ал тихо вздохнул, набираясь смелости, — ты понимаешь, чем мы занимаемся?

— Что ты имеешь в виду? — замешкалась с ответом, — хотя погоди. Не важно! Не разрывай со мной связь! Я тебя не узнаю, переживаю! Скажи, что случилось! Я помогу!

Алан молчал. Он думал. Все же, Айна всегда была на его стороне. Она ночевала с ним в больнице, пока он не пришел в себя после пожара. Неделями ухаживала за ним, пока он не оправился. Она всегда была рядом и никогда не давала усомнится в себе и в своем отношении к нему. Но поставить её под угрозу…

— Малая медведица, — наконец-то сдавленно сказал он, — помоги найти кое-кого!

Он переслал ей свой список и отметил Грей. Пару секунд Айна молчала, потом все же задала вопрос.

— Это с ней ты пропадал все то время, что с тобой нельзя было связаться?

— Да, — кратко ответил Ал.

— Вот как, — голос Айны был недовольным, — хорошо, я попробую.

Айна отключилась и вновь вышла на связь минут через семь.

— NPC с таким ID не существует! — сказала она.

— Она не npc… — тихо сказал Алан.

— Н-но как?! Как она тогда попала в этот список?! — возмутилась Айна, — Сириус, это невозможно!

— Но это случилось, — голос Алана чуть не сорвался, — пожалуйста, Медведица. Быстрее тебя этого никто не сделает.

— Да я ищу, ищу… — голос Айны был недовольным, Алану показалось, что она немного подавлена и растерянна.

— Ни в какую… её никак не выходит отследить. Ты уверен, что она обычный персонаж? Рядовой игрок?!

— Да! Полностью уверен! Я видел её консоль! Она высокоуровневая, её еще называют ведьмой Северного леса.

— Бред какой-то, — нервно ответила Айна, — варианта два. Либо у нее права админа, либо она — багованная!

Алан лихорадочно перебирал все варианты в голове. В это время она точно не может быть дома. Значит… значит нужно идти туда, где они собирали травы. Алан сразу же вспомнил цветочную поляну у подножья горы, где Грей прокачивала скилы травничества.

— Медведица, я отправлюсь на границу Талиса и Ромара, — сказал Ал, — она точно там.

— Сириус… — прочти шепотом произнесла Айна, — кто она такая? Почему ты так беспокоишься о ней?

— Она спасла меня, — сказал Ал, — нашла и выходила после того, как группа Змея напала.

— И только поэтому?

— А разве этого недостаточно? Быть благодарным за спасение?

Айна молчала. Алан вновь нарушил паузу.

— Грей хороший человек. И она не заслуживает такой участи, это я точно знаю. Поэтому, пожалуйста, помоги мне защитить её.

— Но что мы можем?

— Для начала — просто найти!

— Тогда иди на границу, — сказала Айна, — я прикрою. Если кто спросит, скажу, что попросила тебя захватить мой участок, потому что не успеваю.

— Спасибо, Малая медведица, — выдохнул Алан, — правда. Я твой должник.

Он отключился, а Айна еще долго слушала шипение на линии.

— Идиот… — прошептала она сама себе.

Алан же вошел в лес и направился к поляне, где они с Грей собирали остролист. Он и правда не знал, как защитить девушку от злой участи. Где ее спрятать? Или как имитировать эту отметку, но не отмечать по-настоящему? Возможно, стоит попытаться выйти с ней в реал? Пусть выйдет из Альтер-мира и тогда её не смогут отметить. Спрятаться в реале — это было лучшим вариантом. Нужно было убедить её в том, что ей некоторое время нельзя будет появляться в Альтер-мире. Она умная девушка, она его услышит, прислушается. Он встретится с ней, найдет её. А потом они вместе как-то решат эту проблему, что-то придумают. Айна поможет, Арес тоже не откажет в помощи. Да, это отличный вариант!

Алан воодушевленно шагал вперед по лесной тропе. Средь ветвей, впереди он и правда увидел Грей. Он ускорил шаг, хотел было окликнуть её. Но стоило ему подойти поближе и оцифрованное тело оцепенело. Рядом с девушкой стоял стихийный эльф. Высокий, светловолосый. Фарфоровая чистая кожа, без единого изъяна, островатые уши, фиолетовые искрящиеся глаза. На нем была длинная мантия лазурного цвета, переливающаяся в солнечных лучах всеми оттенками морей. Алан ни с кем его не спутал бы. Это был Элиот, он говорил с Грей, а над её головой мерцала красная отметка в форме восьмиконечной звезды.

— Алан? — девушка удивленно взглянула на него, — что ты здесь делаешь? Давно не виделись, кстати.

— Алан? — Элиот сверлит его взглядом.

— Оу, вы знакомы? — удивленно хлопает ресницами Грей, — или мне показалось?

Элиот пронзительно смотрел на Алана, после перевел взгляд на девушку и мило улыбнулся своей самой лучезарной.

— Мне кажется, вы обознались, достопочтенная ведьма Северного леса, — сладко пролепетал он, — моего друга зовут Сириус. Вы вряд ли раньше пересекались.

— Вот как… — Грей растерянно смотрела на Алана.

Тот не знал, куда деть взгляд. Его оцифрованное тело кидало то в жар, то в холод. Он хотел что-то сказать, но слова застряли в горле. Элиот еще что-то сказал Грей, мило улыбнулся и попрощался, учтиво поклонившись, как делали все стихийные эльфы. Эл шел на встречу Алану, а тот не мог и двинуться. Поравнявшись с ним, он сквозь зубы прошипел:

— Прекрати пялиться на неё!

— Я просто… — Ал дернулся в сторону девушки, но Элиот крепко ухватил его за локоть.

— Не дергайся, — почти что прорычал он, — назвать её свое настоящее имя… из ума выжил? Поворачивай!

Алан еще раз взглянул на Грей. Восьмиконечная звезда вращалась вокруг своей оси над головой девушки. Грей в недоумении смотрела на него. Сделав над собой усилие, Алан кратко кивнул, отвернулся и последовал за Элиотом.

Глава 9 Сестричка Доми

Алан вышел из капсулы в холодном поту. Он сам еще не до конца понимал, что именно вызвало в нем столько эмоций. Это сразу же просекла Айна, она и Арес уже были на ногах. Они попытались окликнуть Алана, но он, словно в бреду, поднялся и направился к капсуле Элиота. Тот только открыл глаза, как Алан резко ухватил его за шиворот и потянул на себя.

— Сириус! — закричал Арес, — ты что творишь?!

— Действительно, Сириус, — усмехнулся Элиот, — что ты творишь?

— Алан, отпусти его! — закричала Айна, — что на тебя нашло?!

Алан замахнулся, чтоб ударить Элиота. Но в ту же секунду, к его горлу был приставлен боевой нож. Айна взвизгнула, Арес ухватился за свой нож. Анжелиза беспристрастно смотрела в глаза Алану, придавив лезвие к его шее.

— Убери от него руки, — словно змея, прошипела она, совершенно не поменявшись в лице.

Анжелиза была необычной девушкой. Все чистильщики проходили полноценную военную подготовку, учились рукопашному бою, стрельбе, разведке. Но Анжелиза обладала исключительной реакцией и скоростью. Из всей команды она единственная обладала ужасающими навыками наёмной убийцы. Бесшумная, невесомая, невидимая, безжалостная. Никто даже ловить не успел ни единого движения, прежде чем она приставила нож к шее Алана. Лезвие надавило на кожу чуть сильнее, слегка ее оцарапав.

— Анжелиза! — взвизгнула Айна, — прекрати!

— Ну! — выжидающе повторила Анж.

— Что здесь происходит?! — дверь рывком открыла Андромеда, позади нее семенила Клара.

Анж метнула в неё испепеляющий взгляд. Но тут же остыла и убрала нож. Алан отпустил Элиота.

— Что за цирк вы тут устроили? — Андромеда прошлась взглядом по каждому, — лейтенант!

Алан дернулся.

— Объяснитесь! — потребовала девушка.

Ал молчал. Ему нечего было ей сказать. Андромеда закатила глаза, но тут же на её коммуникатор пришло оповещение. Она прослушала его и на её лице отразилось замешательство. Она взглянула на Алана, скользнула взглядом по Элиоту и Анж.

— Вас вызываю к главнокомандующему, лейтенант, — сказала она сухо, — а вы двое сопроводите его. Немедленно.

— Есть! — в один голос ответили Анж и Эл.

Вместе с Аланом они покинули капсульную лабораторию. Сразу же за ними, получив еще одно оповещение, ушла Андромеда. Арес и Айна попытались последовать за Аланом, но уже этажом выше их остановила охрана.

Штаб был устроен своеобразно. Визуально это было огромное здание из бетона и стекла, одно из самых высоких зданий в городе, на 20 этажей. С тех пор как вопрос с перенаселением был решен путем оцифровки, потребность в небоскребах отпала. Вместо них строили элитные районы с частными домами на 2 этажа и обычные жилые районы, с домами на 12 этажей. Сейчас работа была больше сосредоточена на создание достаточно глубоких подвалов под каждым домом, для хранения капсул полного погружения. Но штаб сил обороны был совершенно другим делом. Первый и второй этаж считались здесь гостевыми. Мраморные полы, лестницы, перила, бордовые ковры. На первом этаже располагался широкий просторный холл, громоздкая мраморная лестница на второй этаж. На первом же этаже был кафетерий для всех работников, на втором этаже кафетерий был только для высшего руководства. Так же на втором этаже находились кабинеты и переговорные залы, гостевые комнаты. С третьего по 10 располагался административный корпус. Здесь же находилась и библиотека, она занимала 4 этажа. С 10 по 15 были этажи для солдат. Здесь были капсульные лаборатории, медпункты, тренировочные залы. С 15 по 18 этаж территория принадлежала чистильщикам, 19 этаж предназначался для офицеров и руководителей. А вот 20 этаж всецело принадлежал генералу Грейроду. И логично, что на верхние этажи без пропусков не пускали.

Арес и Айна некоторое время постояли в коридоре перед дверью. Но решили, что это глупая затея. Арес предложил дождаться Алана в кафетерии. Айна согласилась. В кафетерии, как всегда, было шумно. Арес выбрал центральный столик. Когда ты сидишь по центру, никто даже и не попытается тебя подслушать. Ну, о чем может говорить человек, сидящий в самом центре зала? Айна взяла себе пару дынных булочек из автомата и клубничный сок. Когда был Алан, она всегда брала салат и яблочный сок. Но рядом с Аресом ей не нужно было казаться идеальной. Аресу это одновременно и нравилось, и нет.

— Мне она не нравится, — сказала Айна резко, откусывая свою булочку.

— Ты про Андромеду?

— А про кого же еще! — недовольно ворчала девушка, — она така!.. Такая!..

— Безупречная? — усмехнулся Арес.

— Да! — выпалила девушка и тут же спохватилась, — нет! Ну да, она выглядит безупречно. Вся такая не такая!

— Такая не такая?

— Ну, эти её белые волосы. Я уверена, они у нее до колен, если распустить! И эти её глаза. Линза что ли?! И звание полковника! А выглядит едва старше нас. Создала себе образ туманной загадочной личности! А на деле… жестокая, холодная, бессердечная и одинокая! Все, что у неё есть — это её работа!

— Это ты как поняла? — осторожно поинтересовался Арес, — ты-то видела её всего пару раз. И не общалась с ней толком. А такие громкие выводы сделала.

— Нас учили быстро анализировать человека, забыл? — фыркнула Айна.

— А мне она такой не показалась, — задумчиво произнес Арес, отхлебнув свой горячий кофе, — она кажется мне совсем не такой. Да, она холодная и, возможно, ты права в том, что она одинокая. Но она чем-то напоминает мне Алана. Что-то в её взгляде напоминает мне о нем.

— Нет! — Айна сжала булочку так, что дынный крем пролился её на пальцы, — вот блин!

Она принялась слизывать крем. Арес сглотнул. Рядом с Айной ему сложно было фокусироваться на разговоре.

— Нет, — повторила девушка уже спокойней, — у неё с Аланом нет ничего общего!

— Возможно, ты права, — вздохнул Арес, — а возможно, прав я. Пока что мы не узнаем.

— Нечего там знать, и вообще… Ей! Арес, ту куда уставился?

Арес немного завис. По лестнице со второго этажа кафетерия спускались двое. Мужчина средних лет, низкого роста. У него были длинные каштановые волосы, собранные в хвост. В деловом костюме темно-синего цвета, с клетчатым галстуком. На его лице смешались разные эмоции. Он то говорил что-то в коммуникатор, то возвращал свое внимание к своей спутнице. Вот на неё Арес и смотрел. Это была высокая женщина. Изящная от кончиков пальцев до макушки. На ней было кремового цвета платье прямого кроя, бордового цвета накидка. Волосы до плеч, словно луна. Её фигура, черты лица, губы. Только сейчас Арес понял, кого ему так сильно напоминала Андромеда. По лестнице спускалась жена бывшего генерала Брайана Грейрода, Солана Грейрод. Андромеда была точной её копией.

В голове Ареса этот пазл сложился сразу же. Но прежде, чем он успел хоть как-то это сформулировать и донести до Айны, он обратил внимание на то, что спутник Соланы хаотично шарит взглядом по всем. По этажу носилась прислуга, явно не местная. Охрана переговаривалась по коммуникаторам. Они что-то искали. Или кого-то.

— Айна, — Арес поднялся из-за стола, — подожди меня здесь немного, ладно?

— Ту куда?

— Отлучусь на пару минут.

— Ну ладно, — пожала плечами девушка, — тогда я возьму себе еще сока.

Арес вышел в коридор и огляделся. Открыв общий канал связи, он внимательно прослушал все сообщения и понял, что где-то в здании потерялась девочка. Арес тут же открыл план здания. Куда бы он пошел, будь он ребенком, которого впервые привели в такое место? Явно не по центральным коридорам бродил бы. С этими мыслями он тут же свернул в технический коридор. Такие были на каждом этаже. По нему обычно передвигались уборщики и прочие мастера. Не прошло и пяти минут, как Арес услышал невнятное детское бормотание.

— Хе-хе, — тихо хихикнул он, злобненько, как злодеи в кино, — не хватало мозгов, чтоб ребёнка найти.

Он направился на голос. И уже через пару метров наткнулся на лежащую на полу девочку. Пшеничного цвета волосы. Маленькое, нескладно тело. Худые ноги. Адрес на секунду подвис, глядя на них. Они были слишком худыми. Он не мог даже подумать о том, что на таких ногах можно ходить, что такими ногами можно бегать. Девочка была в персиковом кружевном платье, со множеством оборок и маленьких бантиков. Увидев Ареса, она свободной рукой одернула подол платья, прикрыв ноги. Рядом с ней лежала перевёрнутая инвалидная коляска. Парень сразу же пришёл в себя.

— Привет, — мягко улыбнулся он, — это тебя значит все ищут?

— Наверное, — девочка растерянно кивнула.

— Меня зовут Арес, а тебя? — парень присел рядом с ней.

— Эрика Редхол, — представилась малышка.

— И что же ты здесь делаешь, Эрика?

— Я искала сестричку Доми!

— Сестричку? Значит, ты не одна здесь?

Девочка покачала головой.

— Сестричка Доми работает здесь! А я с папой пришла! Он обещал, что я смогу с ней увидится, но был слишком занят и я решила сама ее поискать. И вот, заблудилась.

— Ага. И, я так понимаю, это твоя единственная проблема?

Эрика покосилась на своё кресло. А потом решительно отвернулась и кивнула.

— Да, я просто заблудилась!

«А гордости этой малышке не занимать» — про себя подумал Арес.

— Значит, потеряшка, — констатировал он, — маленькая принцесса, могу я помочь вам найти вашу сестренку?

— Ты поищешь со мной Доми?

— Конечно! — он протянул ей руку, — если, конечно, вы позволите вас сопровождать.

Эрика взяла его за руку и кивнула. Арес одним движением поднял ребёнка на руки, осторожно поправив ее платье.

— Тогда отправимся на поиски немедленно! — сказал он и направился прямо к выходу из технических коридоров.

Эрика обернулась на свою коляску.

— Я думаю, с ней кто-то другой разберётся, — подмигнул ей Арес, — пускай прислуга носит коляску. А я буду нести принцессу!

Девочка сияла. Столько внимания она не рассчитывала сегодня получить однозначно. Уже через пару минут, в коридоре им на встречу выбежала запыхавшаяся Андромеда. Арес видел, как она взволнована. Ее тугая прическа рассыпалась, прядки лунных волос упали ей на лицо. Сама она тяжело дышала, было видно, что бегала, искала.

— Эрика! — она бросилась к Аресу и девочке, — где ты была?

— Сестричка Доми! — воскликнула Эрика, — я искала тебя!

— Серьезно? Тут скорее тебя все ищут! — возмутилась Андромеда.

— Сестричка Доми? — усмехнулся Арес и сразу же исправился, — простите, полковник…

Девушка метнула в него испепеляющий взгляд. Но тут же, отдышавшись, выпрямилась и представилась как следует.

— Меня зовут Доминика, — сказала она тихо, — Доминика Грейрод.

— Большая честь познакомится с вами лично, — учтиво кивнул Арес и в его словах не было ни капли притворства.

Доминика немного оттаяла и вернулась свой недовольный взор к Эрике.

— Милая, твой отец места себе не находит! Почему ты ушла сама?

— Он обещал, что мы с тобой увидимся, — надула губы Эрика.

— Прости, Эрика, — виновато улыбнулась Андромеда, — я обязательно забегу к вам на выходных и мы проведём время вместе. Согласна?

— Хорошо, — кивнула девочка, — обещаешь?

— Обещаю, — сказала Доминика, — а теперь давай отведём тебя к папе.

— Я помогу! — сказал Арес, — все таки, я пообещал сопроводить принцессу.

— Я благодарна тебе, — еле заметно склонила голову Доминика.

Лоуренс Редхол рассыпался в благодарностях и почти что кланялся Аресу в ноги. Тот неловко пытался отнекиваться и просил, чтоб тот прекратил, достаточно было простого спасибо. Сама Эрика от Ареса была в восторге. Приглашала на выходных приехать вместе с Доминикой. Такая вот оно первая детская влюбленность. А вот рядом стоящая Солана была очень сдержана. Арес четко ощутил, что между ней и Доминикой отношения более чем натянутые.

— Арес Форд? — спросила Солана.

— Да, госпожа Грейрод, — по стойке смирно стал парень.

— Спасибо вам, — сказала она ровным, безэмоциональным тоном и тут же повернулась к Андромеде, — тебя ждать сегодня к ужину?

— Не думаю, — ответила та холодно, — много работы.

— Вот как. Когда же ты планируешь заняться своей личной жизнью, если у тебя даже на ужин с матерью времени не хватает?

— Не самое лучшее место для таких разговоров, — прикусила губу девушка.

— Я жду тебя к ужину, Доминика, — словно не слушая ее, произнесла Солана, — постарайся не опаздывать.

— Как прикажете, мама, — Андромеда сделала наигранный реверанс, чем явно раздражала свою мать, — прошу прощения, Лоуренс, Эрика, но я должна идти. Работа. Как и обещала, загляну к вам на выходных.

— Мы всегда рады тебе, Доми, — улыбнулся Лоуренс Редхол.

— Ужин, Доминика, — не глядя на неё, повторила Солана.

— Да-да, — отмахнулась девушка, — всего доброго.

Она направилась прочь. Арес, наскоро поклонившись и попрощавшись, тоже удалился. Догнав Доминику, он взглянул на неё.

— Простите за неуместный вопрос, — обратился он к ней, — но раз уж я вас здесь поймал. Не могли бы вы сказать, когда отпустят Алана?

— Все зависит от него, — ответила девушка, — на камерах видно, как он бросается на Эридана сразу же после того, как выходит из капсулы. Недопустимое поведение для чистильщика с его показателями.

— Вот как… Алан

— Прости, я бы ещё поболтала, но работа — это не просто отмазка для моей матери. Ее и правда очень много.

— Прошу прощения, что задержал. Я пойду, — кивнул Арес с пониманием и уже развернувшись, тихо добавил, — а вы, Доминика, именно такая, какой я вас и представил.

— Какой же? — на секунду застыла девушка, но тут же отвернулась, — тцц, не важно. До встречи, Водолей.

Арес вернулся в кафетерий. Айна все еще сидела за столиком и сверлила его недовольным взглядом.

— Что?

— Андромеда. Так хотелось пообщаться с ней лично?

— Не говори глупостей, — отмахнулся Арес, — так получилось.

— Ты на чьей стороне вообще?

— А это здесь при чем?

— О чем вы с ней говорили?

— Айна, — нахмурился Арес, — что за допрос?

— Как старые друзья там болтали…

Девушка надела губы как ребёнок и отвернулась. Она больше ничего не спросила. И ничего не сказала. Просто всем своим видом показывала, что недовольна.

Глава 10 И рухнут стены

Алан молча шёл за Элиотом и Анжелизой. Шли молча, напряжение было таким, что еще чуть-чуть и можно было бы увидеть, как летят искры. Алан не считал себя виноватым. Хотя и не мог четко дать ответ, почему набросился на Элиота. Когда он увидел его в реале, внутри все словно вскипело. От собственного бессилия он не знал куда ещё выплеснуть весь свой гнев. Он как бы и понимал, что Эл просто выполнял приказы, как и он ранее. Но сейчас что-то в его голове поменялось, что-то надломилось в его душе.

Уже у двери генеральского кабинета, он ещё раз взглянул на Элиота. На лице того не выражалось ровным счетом никаких эмоций. Он молча кивнул ему на дверь, словно пару минут назад Алан вовсе не пытался его ударить. Анжелиза в свою очередь даже не смотрела на него. Когда Ал скрылся за дверью, Эл тяжело вздохнул.

— Сломается.

— А мне кажется, что шанс есть, — еле заметно усмехнулась Анж.

— Он был слишком верным псом, — фыркнул Эл пренебрежительно.

— А как по мне, он с этим справится.

— И с чего вдруг такая уверенность?

— Он первый, кто не дрогнул от прикосновения моего ножа, — сказала девушка.

***
— Алан Нортон, — Селим Грейрод оторвал свой взгляд от бумаг на своём столе и обратил его на прибывшего, — наверное, стоит начать с извинений.

— Виноват! — резко произнёс Алан, — я…

— О, нет! Лейтенант Нортон, вы не верно меня поняли, — косо ухмыльнулся генерал, — это я должен принести свои извинения. Простите поведение моей племянницы. Она у меня излишне серьёзна, когда дело касается работы.

— Я не понимаю… — растерянно проговорил Ал.

— Андромеда, — вздохнул генерал, — моя племянница, Доминика. Красивая, как и ее мать. Целеустремлённая, как и ее отец. Но на работе старается излишне, как по мне. Ей бы уже жениха найти…

— Прошу прощения, генерал, но я не понимаю! — нарушил его размышления Алан.

Грейрод поднялся и вышел из-за стола. Медленно прошёлся по кабинету. Обошёл Алана вокруг.

— После того, как на тебя напала группа Змееносца, ты оказался в гостях у персонажа Грей, — сказал он серьезно, — ты оставался у неё и после того, как твои раны зажили. Это не могли пропустить мимо. Ваша связь заинтересовала пятый отряд.

— Пятый отряд?

— Вы, чистильщики, контролируете порядок в Альтер-мире. Кто-то ведь должен контролировать вас, — просто ответил генерал, — четыре группы для того, чтоб ставить отметки. И одна, для того чтобы контролировать четкость выполнения приказов.

— Есть необходимость нас контролировать?

— Всех необходимо контролировать, лейтенант. Даже меня кто-то контролирует, уж поверьте мне. Твоя связь с персонажем Грей была замечена сразу же. Поэтому к вам и отправили Андромеду. Изначально она должна была просто проконтролировать то, как вы работаете. Но потом, на тебя напали и ты слишком много времени провёл в Альтер-мире. Поэтому, Андромеда получила приказ протестировать тебя. Ты прошёл проверку. Грей отмечена. Ты молодец.

Алан сжал руки в кулаки. Перед генералом нужно было вести себя сдержанно и достойно. Нельзя было вызывать подозрений ещё больше. Он уже чуть не спровоцировал драку. Теперь за ним будут наблюдать ещё пристальней. Но как же хотелось закричать. Грей пострадала из-за их дурацких проверок! Теперь она в опасности просто потому что они решили проверить его верность их идеям. И Алан был верен. Был.

— Генерал, — сдавленно спросил парень, — почему в списке на отметку оказался обычный рядовой игрок? Мы отмечали только npc. Почему же тогда?

— Лейтенант, — покачал головой Селим, — так-то вас это совершенно не должно это волновать. Но, раз уж вы прошли испытание, я приоткрою завесу. Вы заслужили.

Генерал подошёл к своему столу, и нажал пару клавиш на полупрозрачной клавиатуре. Проекция вспыхнула на стене. Алан в ужасе застыл, глядя на открывшуюся ему картину. Чёрная выжженная земля. Разрушенные города, пересохшие реки, обломки дорог. Это были неблагодарные земли. Земли, которые нуждались в спасении.

— Люди сделали выводы, лейтенант, — генерал Селим смотрел на проекцию, она отражалась в его холодных глазах, — наша планета не выдержит такого количества людей. Больше никогда.

— Что вы имеете ввиду?

— Даже очистив эти территории, мы больше не сможем поселить на них то количество людей, что жили там ранее. Территория не равно ресурсы, к сожалению. Планета не способна прокормить столько людей. По крайней мере, сейчас и в ближайшем будущем. И мы, оставшиеся в реале, понимаем это. Но мы не уверены в том, что это способны понять все оцифрованные. Поэтому, кое-кто решил, что будет правильно немного снизить количество людей.

— Убивая оцифрованных?

— Что за глупости? — кривоватая ухмылка застыла на лице генерала, — мы не убиваем. Они остаются жить в Альтер-мире, счастливые, вечно молодые, довольные своей жизнью.

— Вы отбираете у людей право возвращаться в реал! Вы решаете за них! Я… скажите, после отметки, куда девают тела, в которые больше не вернётся сознание?

— Их кремируют.

Алан молчал. Он понимал, что это чистой воды геноцид. Но сказать ничего не мог. Он не знал, что с ним сделают, если он вдруг озвучит это при генерале.

— Я знаю, вижу о чем ты думаешь, парень, — смягчился Селим, — но ты должен понимать. Выпустить сейчас всех оцифрованных в реал, это создать условия жесткого дефицита продовольствия, территорий и других благ. Это не принесёт никому ни комфорта, ни счастья. А так. Есть те, кто живут в реале, а есть те, кто счастлив в Альтер-мире. Вполне возможно, они никогда и не захотят возвращаться, а значит, никогда и не узнают, что с их телами что-то случилось.

— А если захотят?

— Не захотят, — резко ответил генерал, — по крайней мере, мы достаточно платим чистильщикам, чтоб в народе не было волнений и не возникало никаких глупых вопросов в людей. Верно, лейтенант?

— Так точно… — сдавлено ответил Ал.

— А за людей не переживай. Никто уже словно и не помнит об ужасах перенаселения. Вот, даже среди чиновников

Покидая кабинет, он не мог привести мысли в порядок. Его хвалили. Ему сказали, что он все правильно сделал. А он шёл по коридору, ощущая себя словно в тумане. Геноцид. Это был настоящий геноцид. Сколько тел уже было сожжено? Сколько отметок они уже поставили? Как много людей уже больше никогда не вернутся ни в один из миров? Алан вспомнил травницу из столицы Эуроса, подумал о Грей. Ему стало не по себе, кинуло в жар. Ему казалось, что руки его по локоть в крови. А хуже всего было то, что он впервые ощущал себя виноватым. Отец был прав. Он хотел донести это до общественности. Мама… мама погибла, потому что отец хотел остановить это? Ноги подкосились, он упёрся плечами в стену. Коммуникатор слабо пискнул.

— Сириус! Общий сбор. Вернись в капсулу! — прозвучал голос Клары, — немедленно.

***
Алан вместе со своей пати был телепортирован в Ромар на один из горных хребтов. Одна из задач чистильщиков — убирать баги. Приказ был просто: уничтожить моба. Пришел запрос на подкрепление. Северный саблезубый медведь озверел. Шкала его НР перестала падать, сколько бы его не били, а сам моб начал уходить за пределы своей локации. Группы игроков пытались подавить его, но силы были явно не равны.

Ален и его пати наскоро изучили ситуацию на месте. Айна сразу же принялась кастовать бафы, накидывая из сначала на Алана, потом на остальных. Арес сразу же присоединился к танкам, принимая на себя удары мощных медвежьих лапищ. Анжелиза сразу же влилась в плотные ряды авангарда, Элиот кастовал заклинания контроля, на равне с остальными магами. Но магический урон только раздражал зверя и он бросался с новой силой на танков, руша в дребезги их щиты. Айна и другие жрецы еле успевали поднимать над ними все новые и новые барьеры.

Алан стоял на месте и смотрел. Кто-то кричал на него. Кто-то требовал, чтоб он присоединился к битве немедленно. Кто-то спрашивал о чём-то. Но он видел только красные отметки над головами нескольких игроков. Красное отметки в виде восьмиконечной звёзды. Медведь бесновался. Алан обнажил клинки и двинулся вперёд.

— Сириус! — прокричал ему Арес, — вернись в строй!

— Ты что творишь?! Сириус!!! — рявкнул ему вслед Элиот, — Малая медведица! Останови его!!!

— Что он вытворяет?! Что происходит? Это что, vip-перс? Что он удумал?! — слышал Алан сквозь рёв.

Каст: ускорение.

Каст: усиление защиты.

Каст: стелс.

Алан сорвался с места. И первым делом оттеснил в сторону всех отмеченных персонажей. В толпе послышались возмущения, крики, ругань. Народ решил, что Ал просто хочет получить лут за добивание. Но Ал вовсе не этого хотел. Ему хотелось кричать. «Идиоты! Вы здесь погибните! Бегите!» — вопило его сознание. Но он понимал, что его даже не стали бы слушать.

Ал ворвался в ряды авангарда, яростно набросившись на медведя в лоб. Одним прыжком он достиг морды и вогнал оба клинка в щеку медведя. Моб взревел и подбросил Алана. Но тот сразу же вскочил и принялся наносить яростные удары по лапам, рёбрам, пытался достать до шеи. Он наносил удары с такой скоростью, что монстр просто не успевал реагировать.

— Регенерация замедлилась! — закричал кто-то из толпы, — НР падает! Баг можно обойти скоростными атаками! Сины, давайте в авангард!!!

Атаки вновь начали возобновляться. Пати оживились и следуя примеру Алана делали упор на скоростные атаки. Сам Алан, словно в бреду, в какой-то момент просто перестал контролировать себя. Он налетал на моба не глядя. Когтями ему разорвало левое плечо. Но он не остановился. Чувствую, как кровь стекает по руке, он вновь ринулся в бой, игнорируя падающую школу НР, крики Айны и ее просьбы дать ей его подлечить.

— Мы убийцы… — бормотал Алан сам себе, — кто дал нам право решать, кому жить в реале, а кому остаться навсегда здесь, в Альтер-мире?! За кого вы себя принимаете, Альтер?!! За богов?!!

— Алан!!! — сквозь шум битвы он услышал только один этот крик и в этот момент, затихло все.

Ал пришёл в себя ровно на несколько секунд, чтоб четко увидеть и ощутить, как челюсти медведя смыкаются на его рёбрах. Адская боль, хруст оцифрованных костей. И яркая вспышка. Такая же, как и в тот раз. И резкий выход в реал. Диссонанс между реальном и оцифрованной личностью отдался во всем теле. Алан взвыл, вцепившись в бортики капсулы настолько сильно, что костяшки пальцев побелели. Он не сразу понял, что этот пронзительный крик принадлежит ему самому.

— Алан! Ал, все хорошо! — его касались холодные руки Айны.

— Зачем вы это сделали?! Полковник, он ведь может!.. — слышал он рёв Ареса.

— Отойдите отткапсулы! Не мешайте мне!!! — а это Клара, — Андромеда! Вызови бригаду! Что стала?! Шевелись!!!

«Клара в экстренной ситуации никого не боится» — мелькнуло в угасающем сознании Алана. Было не отступала. Было невыносимо. Казалось, его кости выворачиваются наружу сквозь кожу. Больно, больно, больно!!! Невероятно больно. Щелкнула ампула. Клара вогнала иглу шприца ему под кожу.

«Вот бы опять проснутся в том доме» — последнее, о чем подумала Ал, прежде чем сознание покинуло его.

Глава 11 Перезагрузка

Белый дом своё название получил не просто так. Здесь белым было почти все. Стены, потолки, мягкие ковры. В палатах были белые простыни, одеяла, занавески. Обычному человеку было сложно находится здесь больше часа. Эта белизна начинала давить. Но, постоянных жителей белого дома уже сложно было назвать обычными людьми. Пострадавшие в Альтер-мире, потерявшие собственную личность. Стертые, пустые, с безжизненными глазами. Медсестры возили их по коридорам, на процедуры, вывозили в сад подышать свежим воздухом. Но им было плевать. Некоторые из них не реагировали ни на что. Кто-то слабо вращал зрачками, откликаясь на движения и громкие звуки. Конечно, были здесь и те, кто проходил реабилитацию. Они могли говорить, самостоятельно ходить, правда, уже больше никогда они не смогут вернутся в Альтер-мир. Таких ожидала выписка и работа в архиве. Алан наблюдал за ними уже месяц. Пациентов на самом деле было не так много. Он выучил каждого из них. Кто и как здесь оказался. Некоторых он даже знал, раньше они работали вместе. Были здесь такие, которых регулярно навещали родственники. К кому-то не приходил никто. День за днём Алан смотрел, как люди здесь потухают, словно свечи. Догорают, растекаются и, в итоге, от них остаётся один выгоревший фитиль, который больше никуда не применить. Сам Ал оказался здесь после истории с багованым медведем Ромара.

Его вывели во время боя, со смертельным ранением. Но феномен диссонанса не сработал так, как он работал на других. Долгое время Ал никак не мог понять, что же случилось. Он испытал невероятную боль. Очнувшись после наркоза, он все еще чувствовал, как болит его тело. Особенно четко он ощущал боль в плече и рёбрах, куда его сильнее всего ранил медведь. Но разум его был достаточно ясным. Он все понимал, узнавал всех. Он очень быстро шёл на поправку, его нервная система пострадала значительно меньше, чем у кого-либо в такой же ситуации. Но выписывать его не торопились. Пусть тело пришло в норму достаточно быстро, психическое состояние Алана было явно расшатанным.

Он отказывался разговаривать с медперсоналом, никого к себе не подпускал, кроме Клары Вильчински. Даже визит самого генерала никак не растормошил его, он смотрел на Селима Грейрода безжизненным взглядом, словно сквозь него. Клара скинула все на то, что он ещё не до конца восстановился и это, вроде как, генерала убедило. На самом же деле, Алан пытался побороть в себе желание швырнуть ему в лицо своё заявление об уходе. Ему хотелось кричать. Выйти на улицы, говорить об этом громко, чтоб слышали все. Чтобы хоть кто-то услышал и сделал что-то, спасал себя, своих друзей, хоть кого-нибудь.

Алана мучили кошмары. Ночами он вскакивал с кровати, просыпался в холодном поту, рвал просты. Во снах к нему приходили npc, все те, кого он отметил. Они смотрели на него осуждающим взглядом, молчали, у женщин по щекам текли слёзы, а потом, они начинали гореть. Сначала воспламенялись одежды, потом тела, словно плавились, сгорала кожа, волосы, едкий дым выжигал глаза. Алан пытался схватиться за них, потушить это пламя, но оно обжигало его руки. В этом огне он видел Грей, она грустно улыбалась ему, протягивала руку, пытаясь прикоснуться к нему. И в тот момент, когда пламя охватывало ее целиком, Алан просыпался. В ярости он колотил стены кулаками, разбивая их в кровь, рычал, выл, словно раненый волк. Он пугал даже матёрых санитаров, а медсестры и вовсе боялись заходить к нему в палату. Все, во что он верил, рухнуло в один миг. Отец оказался прав. Система, как выяснилось, не была так чиста и прекрасна, как ему казалось. Алан верил в правильность своих действий. Ему казалось, что корпорация не может ошибиться, ведь за короткий срок именно совместная работа корпорации «Альтер» и парламента привела людей к хорошей, сытой и спокойной жизни. Вот только все оказалось как в старых утопических фильмах. Для того, чтобы кто-то жил хорошо, кто-то другой должен страдать.

Через три недели к нему впервые начали пускать посетителей. Он увидел Айну и Арес. Девушка сразу же бросилась к нему на шею. Обнимала, плакала, ругала за безрассудство. Арес сдержанно улыбался и качал головой. Но он был рад его видеть, рад, что его друг был в порядке. Хотя, и Айна, и Арес понимали, что вот именно сейчас все было не совсем в порядке. Они стали навещать его каждый день. Алан всячески избегал разговоров о том, что произошло. И друзья старались не напрягать его этим, а просто поддёргивать ненавязчивые беседы о том, как дела обстоят на работе, что произошло, пока он находится на реабилитации. И все было достаточно хорошо, пока Алан сам не зацепил эту тему однажды.

— Я все еще не понимаю, как это произошло. Все здесь, в белом доме, потеряли рассудок, работа нервной системы нарушена… и только я восстановился меньше, чем за месяц. Не понимаю…

Арес искоса глянул на Айну. Так закатила глаза и отвернулась.

— Айна… — осуждающе произнёс парень, — это скажешь или ты, или я.

— Скажешь о чем? — удивился Ал.

— Айна! — настойчиво повторил Арес.

— Да хорошо! Хорошо! — вспылила девушка, — слушай, Алан! Ты пострадал меньше всех, потому что ровно за три секунды до того, как тебя вывели из Альтер-мира, я окутала тебя заклинанием исцеления. Оцифрованное тело получило обезболивающий эффект, правда, твой мозг этот сигнал получил с секундным опозданием. Поэтому, твоя нервная система пострадала не сильно.

— Айна… — выдохнул Ал, — значит, это ты меня спасла?..

— Нет, — прикусила нижнюю губу девушка, она явно нервничала, — не приказали. Я бы сама не додумалась.

— Приказали?

Айна отвернулась. Алан видел, как она заламывает руки, явно тема была ее неприятная. Арес вздохнул и продолжил вместо неё.

— Это Андромеда, Ал. Она спасла твою жизнь. Во время ивента по уничтожению медведя, она проводила экспертизу твоей капсулы и обнаружила там баг. Она приказала вытащить тебя посреди боя и при этом, отдала приказ Айне наколдовать исцеление. Это и послужило защитным механизмом. К тому же, этим дефектом она полностью оправдала твоё поведение. Мол это как-то повлияло на твоё психического состояние. Поэтому, тебя оправдали и всего лишь на врем отстранили от выполнения заданий. Можно сказать, ты на больничном, а не в отставке только благодаря ей.

— Вот как… — пробормотал Алан тихо.

— Да, вот так, — фыркнула Айна, — давайте ей медаль выдадим.

— Не понимаю, — усмехнулся Алан, — ты бы предпочла лучше увидеть меня среди этой грядки овощной, лишь бы не ее помощь?

— Да нет… — отмахнулась девушка, — просто, бесит она меня. Вся такая из себя. Сначала снежная королева, а потом благодетель такая. Двуличная. Непонятно, какие у неё вообще мотивы. Явилась из неоткуда, свои правила притащила, списки новые выдала. И ты ещё… эта твоя Грей хоть стоила всего этого?

Арес мельком глянул на Алана.

— Грей?

— Да так… — отвёл взгляд Ал.

— Ладно, — покачал головой Арес, — в любом случае, если бы не Андромеда, твои мозги бы поджарились как и у всех этих ребят.

— Какая хорошая Андромеда, — скривилась Айна.

— Прекрати, — разоружающие улыбнулся Арес, — да и к тому же, Элиот и Анжелиза, кажется, ей доверяют. Я не думаю, что она враг.

— А я… я вот не знаю, что о ней думать, — произнёс Ал.

Спустя пару дней Клара сообщила ему о выписке, но предупредила, что за ним некоторое время ещё будет установлено наблюдение. Не смотря на то, что Андромеда полностью оправдала его, у руководства все еще были некоторые сомнения. Клара предупредила о том, чтоб он не делал никаких глупостей.

Покинув стены белого дома, Алан первым делом отправился в штаб. Он не хотел ехать домой. Там он очень долго стоял в капсульной лаборатории перед свой капсулой. Смотрел в неё, касался холодного стекла, мягкой обшивки. Но лечь в капсулу он не смог. В груди все сжалось, живот крутило, казалось, ещё одно касание к капсуле и его вывернет. По телу пробежала дрожь. Он вытер пот со лба, отошёл от капсулы, прислонился спиной к холодной стене. Несколько минут он пытался отдышаться, а потом вышел из лаборатории и некоторое время бесцельно бродил по коридорам. Все, кто встречался ему на пути, смотрели на него косо. Но Алан этого не замечал. Он не обращал внимание ни на кого и ни на что, пока его внимание не привлекли знакомые голоса.

— Появление багов — не случайность! Система не выдержит! Перезагрузка неизбежна!

Голос принадлежал Андромеде. Алан остановился и осторожно выглянул из-за угла. Это и правда была она. А рядом с ней стоял Селим Грейрод.

— Это не твоё дело! — ответил он холодно, — у тебя есть своя работа. Вот ей и занимайся!

— Но так нельзя! Если ничего не предпринять, это закончится катастрофой!

— Я повторюсь! Занимайся своей работой!

— Моя работа заключается в том, чтоб закрывать глаза на геноцид?!

— Доминика! — рявкнул Селим и сразу же сбавил тон, — не лезь в это дело, Доми. Ради своей матери. Ради своего отца.

— Чтобы не повторить его судьбу, да?

Селим запнулся.

— Ты умная девочка, Доми. Но иногда мне кажется, что я зря поддержал тебя с твоим рвении вступить в войска. Нужно было прислушаться к твоей матери и готовить тебя к замужеству. Иди домой, сегодня в тебя больше нет дел в штабе.

Селим развернулся и направился к лифту. Некоторое время Андромеда смотрела ему в спину. Затем резко развернулась на каблуках и направилась в сторону Алана. Тот в свою очередь поздно спохватился. Бежать было некуда. Зайдя за угол, Андромеда столкнулась с ним лоб в лоб. На мгновение девушка растерялась, она поняла, что их разговор слышали. Но тут же успокоилась, обошла Алана и направилась дальше по коридору. Но у Ала были другие планы.

— Постойте, полковник! — окликнул он ее.

— Чего тебе, лейтенант? — невозмутимо откликнулась девушка.

— Почему вы спасли меня? К чему это все было? Зачем было выгораживать мен перед руководством? Вы ведь знали, что дело не в капсуле…

— Я просто выполняла свою работу, лейтенант.

— Разве моя смерть не была бы вам на руку?

— Мне? — приподняла бровь девушка, — и как бы твоя смерть повлияла хоть на что-то в этой прогнившей системе?

Алан удивился. Такими громкими словами раскидываться прямо в штабе… а эта девица и впрямь не боится ничего и никого. Или же она настолько безрассудна.

— Зачем вы добавили Грей в список? — прямо спросил он.

— А ты и впрямь идиот, раз заводишь подобные разговоры в центральном штабе, — вздохнула девушка, — да и к тому же… раз ты до сих пор ничего так и не понял, значит, я просто потратила на тебя своё время. Я разочарована. Если нужны ответы — ищи их в Альтер-мире, а не у меня.

— Я не могу.

— Что? — взглянула ему в глаза Андромеда.

— Я не могу… не смог погрузится в капсулу.

— Вот оно что, — девушка закатила глаза, — знаешь, я можешь убегать от этого. Взять отпуск. Уйти в отставку. Найти другое занятие по душе. Или же. Возьми себя в руки и вернись туда, где все началось. А иначе, ты ничего не изменишь.

На этом, девушка развернулась, махнула рукой и направилась прочь.

«Доминика… красивое имя!» — подумал Алан, прохожая ее взглядом.

Глава 12 Тень Альтер-мира

— Вот же черт! Кого-кого, а вот тебя я здесь не ожидал увидеть! — Шин Риковски стоял в пороге своего дома и ошарашено смотрел на Алана.

Риковски был старым другом отца. Русые волосы, уже затронутые сединой, зелёные глаза, широкие брови. Угловатые черты лица, мощные скулы и слегка выпирающая челюсть. Шин напоминал Алану зверолюда в реальном мире. Он был высоки, громоздким, правда, уже в возрасте с внушительным медвежьим брюхом. Типичный дядька, который периодически захаживал в гости, отвешивал похабные шутки шепотом перед детьми, чтоб те посмеялись, в то время как родители осуждающе сверлили его взглядом. Постоянно задавал вопросы Айне, или та выйдет замуж за Алана, мило беседовал с ее бабушкой и хвалил стряпню матери. У Алана всегда были хорошие отношения с Шином, сколько он себя помнил, Шин всегда покрывал его, когда тот где-то косячил и помогал заметать следы подростковых «преступлений». Некоторое время после смерти Сион, Шин присматривал за Аланом. Но его тщетные попытки примирить их с отцом только отвернули Алана, тот отдалился.

Шин Риковски занимался созданием капсул полного погружение. Он возглавлял мастерскую по контролю качества. Проверял все капсулы перед их выходом в свет. Но это было ещё не все. В подвале у Шина хранилось три перепрошитые капсулы, которые он собрал из списанных деталей. Вход в Альтер-мир через эти капсулы позволял некоторое врем скрывать своё присутствие на сервере, система не могла засечь ID игрока. Это была вторая причина, по которой Алан перестал общаться с Шином. Ведь сокрытие своего входа в систему было жестким нарушением правил. И такие услуги могли понадобится явно не самым честным и правильным гражданам. Но Ал предпочёл закрыт на это глаза в память о прошлом. И вот сейчас он стоял на пороге дома Шина с виноватым видом.

— Впустишь или сразу возвращаться в машину? — спросил он тихо.

— Тцц… — Шин почесал затылок, на секунду задумался, но все же пропустил Ала в дом, — ну, проходи уже. Соседи уже начали в окна выглядывать.

Дом Шина выглядел как типичный дом холостяка. Простая обстановка, только необходимая мебель, никого лишнего декора, пыльные полки, немытая посуда в раковине на кухне. И большой бар с множеством открытых и выпитых наполовину бутылок. Нанятая горничная приходила раз в неделю. Алан знал это ещё с детства. Как и о том, что Шин был прославленным бабником, который не задерживался ни в одних отношениях надолго.

Ну и чего пришёл? Неужели набрался таки смелости и наглости, чтоб арестовать меня, Ал? — спросил Шин, упав в кресло и жестом приглашая Алана сесть на диван. Нет, — покачал головой Ал, — хочу попросить об одолжении. Одолжении? Хочу воспользоваться одной из твоих капсул, — почти что шепотом произнёс Ал.

Шин удивленно приподнял бровь.

Тебе нужен теневой вход в Альтер-мир?

Алан утвердительно кивнул. Шин все еще смотрел на него удивленно. Казалось, он ищет подвох, думает, стоит ли.

— Я заплачу! — неожиданно сам для себя выпалил Ал, — сколько скажешь!

— Малец, ты чего? Кукушкой поехал на своей этой работе? — скривился Шин, — что за отчаянный взгляд? Что за паника?

— Сложно объяснить, — опустил голову Ал, — точнее, я ещё сам не до конца понимаю. Но мне очень нужно туда. И так, чтоб никто не узнал.

— Иди за мной.

Шин поднялся с кресла и повёл Алана в подвал. Там он подготовил для него капсулу. Ал застыл перед ней. Несколько секунд он стоял перед капсулой, Шин заметил, то еле заметно, но у того дрожат руки. Ал сделал над собой усилие и все же лёг. Шин накрыл его стеклянным куполом и подключил к серверу. Ал отключился от реала.

— Значит, ты все же нашёл то, что стоит твоего внимания, — усмехнулся Риковски.

Однажды он задал Алу вопрос: зачем тот пошёл в отряд чистильщиков? И Алан дал ему невнятный, смазанный ответ о том, что все это во имя великой цели. Шин понимал, что все это было сделано на зло отцу, просто, чтоб досадить ему, доказать, что тот был не прав. Все таки, Алан винил его в смерти матери. Ведь если бы отец не саботировал работу лаборатории, если бы не пытался идти против корпорации, ничего бы не случилось. И все же, Шин верил в то, что однажды у Алана все же появится четкая цель. У него появится то, что он будет готов защищать. И кажется, сейчас у него наконец появилось что-то, что стало важнее и сильнее обиды на отца.

***
Алан открыл глаза. Он находился в крайнем месте респауна, в комнате постоялого двора, где всегда останавливался и развлекался с Марцией. Он спустился по знакомой ему лестнице, бегло кивнул хозяину и вышел в город. Некоторое время он бродил по улицам, наблюдал за нардом. Оцифрованные здесь не беспокоились ни о чем. Прокачивали навыки постепенно, кто-то выбирал себе узкую специальность, вкладывал в ее развитие все ресурсы. Кто-то качал скилы. Будь то атаки или исцеляющая магия, в прокачку нужно было вложить много времени и сил. Почти как развитие навыков в реальном мире. Вот только в Альтер-мире все зависело от твоего упорства, от потраченного на развитие времени, энергии, в этом плане, все в Альтер-мире были равны в своих возможностях. С реале упорные всегда уступали упорным и талантливы. Всегда ведь было так. Талантливые всегда были на полшага впереди. Если ты только упорны и старательный, ты всегда будешь позади того, кому помимо стараний и упорства достался талант. Альтер-мир всех уравнял. Здесь талантов не было. Здесь была предрасположенность. И если ты вовремя это понимал, ты мог преуспеть.

К примеру, раса людей была более расположена к таким направлениям, как земледелие, торговля, рыцарство, в то время как зверолюдам все это давалось очень тяжко. Скорость прокачки одного и того же ремесла у разных рас была различной. Зато из зверолюдов получились отличные охотники и надсмотрщики, а ещё мясники. Эльфы в свою очередь на Ленке прокачивали охоту, травничество и лечебные навыки. Созидательное мастерство им было почти что не подвластно. А вот из гномов созидатели получались просто отменные. Оружейники, ювелиры, кузнецы — все они преимущественно обитали в горах Ромара. С оборотнями было немного сложнее. Это была непопулярная раса, поэтому функционал в ней был немного ограничен. Быстрее всего этой расе давалась прокачка боевых и охотничьих навыков. Правда, было ремесло, которое одинаково прокачивалось у всех рас — искатель приключений. Эти ребята занимались прохождением подземелий, добычей ресурсов, а так же выполняли поручения гильдий, все как в старых MMORPG. Проще говоря, была своя система предрасположенностей. Но это вовсе не значило, что ты не мог, к примеру, выбрать расу эльфов и прокачивать навыки торговли. Конечно мог. Ещё и преуспеть в этом мог. Вот только кто-то из людской расы мог запросто обогнать тебя, если вы начали в одно время. И к этому нужно было быть готовым. Но, иногда оно того стоило. Особенно если выбирать какое-то созидательное ремесло. Предметы таких мастером могли приобретать какие-то особенные, нетипичные свойства.

Альтер- мир давал возможность всем и каждому. VIP-персонажи или, как их ещё назвали, випки, имели преимущество только на старте. И все равно, работая чистильщиком, Алан видел как глупо люди тратят своё время, силы, ресурсы. Плывут по течению, выбирают легкий заработок, мало кто занимается тем, к чему нужно приложить усилия. А ведь валюту Альтер-мира можно было конвертировать в реальную. Все было сделано для того, чтоб каждый мог скопить хоть какой-то капитал до того, как можно будет полноценно вернутся в реал. Но об этом мало кто думал на самом деле. От этого Алану становилось тоскливо. Людям подарили такой мир, такие возможности. А они его не поняли. И при этом, они даже не задумываться о том, что у них могут отобрать их реальный мир.

В этих раздумьях Алан только к ночи добрался до той поляны, где он в последний раз виделся с Грей. Поблуждав немного по лесу, он таки вышел на тропу, которая вывела его к дому девушки. Свет в доме не горел, дверь была заперта. Алану пришлось применить скилл взлома, чтобы войти. Он прошёлся по комнатам, даже немного стало грустно. Остановившись возле дивана, он усмехнулся, вспомнив, как несколько дней здесь ночевал.

— Долго ещё ностальгировать будешь?

От неожиданности, Ал выхватил клинок и принял боевую стойку.

— Ну-ну, убери железку. Вообще-то это ты ко мне вломился.

В зале зажглись свечи. Перед ним стояла Грей. Алан прищурился. Девушка выглядела не так как обычно. Точнее, внешность была та же. Те же чёрные волосы, ушки, хвост. Те же черты лица и фигура. Но что-то было не так. Ее взгляд, интонация, ухмылка. Сейчас она чертовски напоминала…

— Андромеда? — ошарашено спросил Ал.

— Доминика Грейрод, приятно познакомится — наиграно сделала реверанс девушка, — я все думала, когда ж до тебя дойдёт.

— Это идиотизм какой-то, — Алан оступился и рухнул на диван, — не сходится…

— И что же не сходится? — девушка запрыгнула на стол, с грацией кошки и пригладила свой хвост.

— Грей — милая, добрая и приятная девушка. А Доминика Грейрод, она же Андромеда — стерва.

Девушка поморщилась.

— Вот какое я впечатление создаю, — пробормотала она, — ну, спасибо. В любом случае, ты тоже не торт. Такой весь пафосный, строишь из себя черт пойми что. А на деле — тугодум и ссыкло.

— Будем и дальше оскорблениями обмениваться или все таки объяснишь, что происходит? — начинал закипать Алан.

Почему-то сейчас в груди закипала какая-то непонятная злость, обида. Он чувствовал себя дураком. Идиотом, которого так легко обманули. Он поднял взгляд на девушку, она смотрела на него сверху вниз.

— Где отметка? — спросил Ал, — восьмиконечная красная звезда. Где она?! И кто ты вообще такая?

— Думаю, начать нужно с того, что официально Доминика Грейрод никогда не была оцифрована, — развела руками девушка.

— Давай уж без лирический пауз, хорошо? — хмуро произнёс Ал, — говори все как есть.

— В последний раз, когда тебе рассказали «как есть», ты пошел в одиночку валить моба, рассчитанного на гильдийскую охоту, — насмешливо сказал девушка.

— Спасибо за беспокойство, — фыркнул в ответ Ал, — но я думаю, на этот раз я выдержу. Кто ты черт тебя дери такая?!

— Как я уже сказала, меня зовут Доминика Грейрод. Я дочь генерала Брайана Грейрода. Наша семья относится к верхушке правительства Истара. Поэтому, в оцифровке не было смысла. Но я была оцифрована по инициативе отца. Кроме его и человека, оцифровавшего меня об этом никому не было известно. Ты, кстати, хорошо с ним знаком. С человеком, создавшим перепрошитые капсулы.

— Шин?! — воскликнул Ал.

— Он самый. Предполагаю, ты сейчас в одной из его капсул. Не отвечай, вижу, что это так. Я не засекла твой вход в Альтер-мир. В общем, отец уже тогда видел, что система с гнильцой. Я была его козырной картой, должна была изучать Альтер-мир изнутри, механику, особенности, обновления. А тем временем, отец изучал структуру корпорации. Моя оцифрованная личность для системы Альтер-мира что-то с родни бага. Меня нельзя отследить, обо мне нет никакой информации, нельзя получить данные обо мне в реале. Но, так как баг я не враждебный, сервер не отторгает меня. Пока я не нарушаю законы этого мира, меня можно игнорировать. Но вот около месяца назад один закон Альтер-мира я все же нарушила. Я вмешалась в действия чистильщика, с правами администратора. Так как я обладаю фактически имбовыми скилами, я смогла ему противостоять, более того, я смогла спровоцировать аварийный выход в реал. И все для того, чтоб спасти жизнь одному тормозу.

— Так та вспышка, которую я видел?..

— Ага, — кивнула девушка, — в общем, контроллеры меня засекли. И мне ничего не оставалось, как внести своё же имя в список на ликвидацию. По факту, идеальный вариант, так как по всем документам, тело принадлежавшее оцифрованному персонажу по имени Грей, было кремировано месяца три назад. А тут генерал ещё пристал, вбил себе в голову, что ты настолько проникся этой Грей, что готов ради неё поменять свои взгляды и предать корпорацию.

Алан невольно отвёл взгляд. Доля правды в этом на самом деле была. Какая-то часть его готова была признать то, что всего пару дней проведённых с этой девушкой под одной крышей заставили его пересмотреть некоторые свои убеждения. Но когда она сидела перед ним и самодовольно об этом говорила, ему меньше всего хотелось это признавать.

— В общем, — продолжила девушка, — не скажу, что это была моя идея, но ты заинтересовал нашего главу и меня отправили проверить, действительно ли ты такой послушный пёсик корпорации или все же у тебя есть свои мозги. Так сказать, ты проходил проверку сразу на два фронта. И обе прошёл. Благодаря мне.

— Я должен сказать спасибо?

— Не должен. Но мог бы, — пожала плечами девушка, — ты оказался беспросветным идиотом. Но, поразительно, сложил пазл правильно и понял, что не туда воевал все это время. Это было понятно по твоему поведению уже во время ликвидации багованного медведя. Не то чтобы ты меня впечатлил, но откровенно говоря — даже меня зацепило.

— Твой главный… кто он?

— Ну, сказать не могу, но могу объяснить, кто мы и чем занимаемся. Ты ведь слышал о Тейку?

— Террористическая группировка, которая саботирует очищение неблагодарных земель и работу корпорации? Кто ж о ней не слышал.

— Ага. Вот только то, что говорится в СМИ чистой воды клевета. Впрочем, как и всегда. Тейку и правда сродни агрессивной оппозиции, вот только эта организация препятствует непосредственно проекту ликвидации.

— Значит, Тейку выступили против геноцида и за это получили статус террористической группировки? Ожидаемо… — задумчиво произнес Алан.

— Теперь ты называешь это геноцидом? — усмехнулась девушка.

— А это по-другому и не назовешь.

— В общем, — продолжила она, — я состою в Тейку уже несколько лет. Моя работа состоит в том, чтобы вербовать новые кадры. Ученых, лаборантов, солдат, чистильщиков. Вот с последними сложнее всего. Вы ведь все как на подбор, верные псы корпорации. Но, даже среди вас иногда встречаются толковые ребята. После успешной вербовки моя задача сделать так, чтоб человек исчез с радаров корпорации и мой статус мне в этом помогает.

— Генеральская дочь, да?

— Не только. Дочь генерала Брайана Грейрода и члена парламента, Соланы Грейрод. Связи, которые переходят по наследству, так сказать.

— И все же, ты пока ничего не прояснила, Грей… или как тебя звать-то сейчас?

— Мне все равно, зови как хочешь, — отмахнулась девушка, — если хочешь знать, что происходит, тогда слушай внимательно и не перебивай. Завербованные мной чистильщики занимаются тем, что снимают оставленные вами отметки, таким образом спасая людей от кремации. Но скоро, этого будет недостаточно. Сколько бы еще я ни завербовала, мы не сможем всех спасти. Сервер Альтер-мира накрывается медным тазом. Ну что ты на меня так смотришь? Система не выдерживает нагрузки. Это как с нашей планетой.

— Перенаселение?!

— Да-да, угадал. Из-за несоизмеримого количества пользователей система требует перезагрузки, обновления. От этого и появляются баги, глюки, мобы мигрируют на чужие локации. В один прекрасный день, сервер ляжет. И в этот момент всех необходимо всех пользователей необходимо вывести в реал.

— Это невозможно! 2 миллиарда человек! Да куда там… больше! Если вывести их всех разом, это будет катастрофа. Нехватка ресурсов, еды, воды! Даже физически места нет! — воскликнул Алан.

— Но, если этого не сделать, они растворятся в потоке сети. Проще говоря, перестанут быть собой, не смогут вернуться в реал, даже если их физические тела будут в сохранности. Они превратятся в самых настоящих npc, как в старых играх, или же просто исчезнут!

Алан был шокирован. Он поднял взгляд на девушку. Не похоже было, что она преувеличивает масштаб катастрофы.

— И что с этим можно сделать? — спросил он тихо.

— Единственное, что сейчас мы могли бы сделать — это придать все огласке, — ответила Грей, — у нас есть союзники в парламенте. Члены партии гуманистов. Они давно ведут этот бой, но у них недостаточно доказательств. Они ничего не могут предъявить широкой публике. Ничего такого, что всколыхнуло бы общественность.

— Но и у Тейку никаких материальных доказательств, верно? Ничего такого, что можно было бы показать народу. Только догадки, домыслы.

— Так-то оно так, — вздохнула Грей, — но у нас есть очевидцы. Есть те, кто знают, что из себя представляет проект ликвидации. Проблема в том, что мы не можем выдвинуть их в качестве свидетелей, так как это сразу же поставит под угрозу их семьи. Да и их жизни, в принципе, тоже.

— А какие еще есть варианты?

— Добыть доказательства из внутреннего архива Альтер-мира.

— А это вообще реально?

— Да, — кивнула девушка, — внутренний архив хранит все документы, каждый проект, со всеми подписями и печатями. Правда, добраться до него очень сложно. Скажем так, задачка со звездочкой.

Грей замолчала. Алан тоже молчал, стараясь осмыслить всю полученную информацию. Откинувшись на спинку дивана, он на секунду прикрыл глаза.

— Эй… Доминика Грейрод.

— А?

— Почему ты все это мне рассказала? Фактически призналась в предательстве корпорации, в том, что состоишь в террористической группировке Тейку и даже в том, что используешь для вербовки связи своих родителей и свой статус. Почему доверилась мне?

— Ну, причина может показаться тебе банальной, но… это только потому, что ты попытался спасти меня. И больше ничего.

— Я ведь могу предать тебя, — искоса глянул на нее Алан.

— Тогда я буду самой большой идиоткой, — хмыкнула девушка, — а ты самой большой псиной.

— Прямолинейно.

— Постарайся осмыслить, — сказала девушка, вызывая консоль, — ты можешь продолжать работать, сдать меня. А можешь присоединиться к нам. В любом случае, только тебе решать. Пока.

— Эй! Погоди! — Алан попытался ухватить девушка, но она растворилась.

После того, как Грей вышла в реал, вышел и Алан. Шин не спрашивал у него ни о чем. Просто проводил до двери.

— Мой дом всегда открыт для тебя, Ал, — сказал он ему в след.

Алан доехал домой, даже не включая музыку. Он проехал мимо «Шальной крокодилы», даже не притормозив, в боковые зеркала увидел, как удивленно ему в след смотрела официантка. Поднявшись на свой этаж и открыв квартиру, он швырнул сумку на кресло, а сам открыл мигающий коммуникатор.

Входящие: 3

От кого: Доктор Нортон

Немного помедлив, Алана нажал кнопку «прослушать».

Глава 13 Дела семейные

Айна и Арес обедали в кафетерии. День выдался спокойным. Плановых рейдов не планировалось, все задания были выполнены срок в срок. Элиот и Анжелиза проводили этот день в библиотеке за изучением чего-то понятного только им двоим. Алан проходил тестирования в новой капсуле под наблюдением Клары. Оставалось просто дожидаться конца рабочего дня. Арес наблюдал за тем, как Айна с аппетитом уплетает бифштекс, политый сырным соусом, и запивает все это дело соком. Когда дело касалось еды, её вообще сложно было отвлечь.

— Арес! — шум в кафетерии пронзил детский голосок.

Парень отвел взгляд от Айны, которая от неожиданности выпустила вилку из рук. Среди столиков неспешно катилась инвалидная коляска на воздушной подушке. Арес узнал Эрику. Сегодня на девочке было пышное лавандовое платье, а волосы были собраны на затылке в свободный пучок и украшены бантом и лентами. Она направила свою коляску к столику.

— Опять убежала от прислуги? — улыбнулся Арес.

— Ну с ними же так скучно! — возмутилась девочка, — к тому же, я так хотела повидаться!

— В прошлый раз сильно досталось? — спросил парень.

— Вовсе нет! — оживленно ответила Эрика, — папа даже не ругался! И новую коляску купил. Эта даже лучше прежней!

— Вот как, — Арес кивнул на Айну, которая поспешно вытирала губы салфеткой, — Эрика, познакомься, это моя коллега, Айна. Она тоже работает с твоей сестренкой.

Айна вопросительно покосилась на Ареса.

— Как здорово! — восхитилась Эрика, — приятно познакомится, Айна! Вы с Аресом встречаетесь?

Айна густо покраснела.

— О, нет, — отрицательно покачала она головой, — мы… друзья детства!

— Как хорошо! — всплеснула руками Эрика, — когда я вырасту, я хочу, чтоб мы с Аресом поженились!

— Вот как, — смутился немного Арес, — маленькая леди, неужели я так пришелся тебе по вкусу?

— Конечно! Вы ведь принц, Арес! — восхищенно смотрела на него девочка.

— Тогда мне придется понравиться еще и твоем родителям, — ласково произнес Арес, — к слову, Эрика, я не видел твою маму в прошлый раз. Она сегодня заберет тебя или ты снова с папой?

Взгляд Эрики на секунду потух, но всего лишь на мгновение.

— Понимаете, — сказала девочка, — моя мама, она ученая! Вместе с другими учеными она отправилась в путешествие. И больше не вернулась. Я тогда была совсем маленькой.

— Ох, малышка, — Айна положила ей руку на плечо и осторожно сжала, — твоя мама…

— Ничего, — грустно улыбнулась Эрика, — моя мама героиня! Так папа говорит. И я так чувствую. К тому же, у меня есть сестренка Доми и тетя Сола.

Арес задумался о том, насколько же эта маленькая девочка сильная и понимающая. Она скована болезнью, у нее нет мамы. Но она так счастливо улыбается, так позитивно мыслит, старается жить так, словно её ничего не обременяет. Парень поймал себя на мысли, что восхищается этой маленькой девочкой, её жизненной энергией. Пока он об этом думал, Айна о чем-то с ней болтала, говорила о каких-то лентах, о каких-то заколках. «Что-то на девчачьем» — про себя подумал Арес.

— Эрика! — в кафетерий вошла Доминика.

— Сестренка Доми! — махнула ей девочка, — я здесь!

— Это эта что ли сестренка Доми?! — почти что прошипела Аресу Айна, — она?!

— Ага, — усмехнулся Арес коварно.

Доминика подошла, кивком поздоровалась с Аресом, Айной и опустилась на колени перед коляской Эрики. Арес в очередной раз про себя отметил, что рядом с девочкой, черты лица Андромеды словно становятся мягче. Когда она говорила с Эрикой, голос её был добрым, нежным, а взгляд настолько ласковым, что неосторожно можно было влюбиться. Эрика делала Доминику Грейрод мягкой, женственной. Но, по лицу Айны, Арес видел, что её это никак не впечатлило. Доминика люто раздражала её и эти метаморфозы её никак не трогали.

— Нам нужно идти, Эрика, — сказала Доминика, — сегодня я отвезу тебя домой пораньше. Твоя няня уже седая от твоих выходок, так что папе сегодня лучше на глаза не попадаться.

— Ой, — виновато улыбнулась Эрика, — ну, простиииии!

— А я то что? — Доминика поднялась с колен, — это ты не мне глазки строй. Ладно, прощайся.

— Пока Арес! Пока Айна! — помахала им девочка, — еще увидимся!

— Что это у вас тут за собрание? — к столику подошел Алан, — я что-то важное пропустил?

— Ничего! — резко возразила Айна, — все уже расходятся.

И опять же, Арес отметил, что для Доминики этот выпад не остался незамеченным. Она взглянула на Айну из-под полуопущенных ресниц, но ничего не сказала. Опять же, кивком она со всеми попрощалась, и вместе с Эрикой направилась к выходу.

— Подождите, полковник! — неожиданно для всех, остановил её Алан.

Он позвал её так громко, что затих весь кафетерий. Все присутствующие прервали свою трапезу и с интересом уставились на них. Андромеда обернулась и вопросительно посмотрела на него. Алан сделал пару шагов ей на встречу.

— Доминика, — произнес он уверенно и четко, глядя ей в глаза, — я хотел бы встретиться с вами. В нерабочее время.

Кто-то в гробовой тишине поперхнулся. Айна в шоке уставилась на Алана, Арес прикрыл глаза ладонью.

— Простите? — Доминика все еще непонимающе смотрела на Алана.

— Ужин. Позвольте пригласить вас на ужин! — все так же уверенно повторил Алан.

— Это приглашение на свидание? — воскликнула Эрика, — сестренка Доми, ты ведь пойдешь? Это же свидание!!!

— Тише, Эрика, не вопи, — осекла её Доминика, щеки её еле заметно окрасились румянцем, она еле слышно ответила, — я принимаю ваше приглашение, лейтенант.

— Тогда я свяжусь с вами и согласуем день и время! — кивнул ей Алан.

— Да, конечно, — кивком ответила Доминика, развернулась и направилась к выходу под немые взгляды всех присутствующих и бесконечное трещание Эрики.

— Это же свидание! Ты пойдешь на свидание, Доми! Ну Доми!!!

Как только они скрылись из виду, кафетерий взорвался аплодисментами и завываниями.

— С ума сойти! Генеральскую племянницу! При всех! — как одичалые вопили солдаты, — парень, да тебе смелости не занимать! За несоблюдение субординации можно и под трибунал! А ты!..

На ближайший день это стало главной темой обсуждений в штабе. Алан вернулся за столик к Аресу и Айне. Если бы взглядом можно было сжечь, от Ала не осталось бы ничего, кроме горстки пепла. Айна была в бешенстве.

— Что это было?! — прошипела она, — какого черта?! Еще недавно ты был готов её разорвать!

— Ситуация немного изменилась, — небрежно отмахнулся Алан.

— Что значит изменилась?! — Айна сжала руки в кулаки, — что это все значит?! Что еще за свиданки?! Что за цирк ты устроил?!

— Айна, — Ал взглянул на нее, — ты то чего бесишься? Пригласил, значит так надо.

— То есть, ничего не объяснишь?

— А должен?

Айна осеклась. Арес понял, что пора вмешаться.

— Ребята, успокойтесь, — примирительно поднял руки он, — Айна, я уверен, у него есть на то причины. Это же Алан. Он ничего не делает просто так.

— Так-то оно так, — согласилась девушка, — ну так пусть объяснится! Или мы, его лучшие друзья, не достойны знать причину такого поступка?!

— Айна… — Арес взглянул на Алана, — ну чего молчишь? Скажи что-то, я сам не вывожу!

— Я не могу пока объяснить, — тихо сказал Алан.

— Алан… — девушка прикусила губу, — ты настолько мне не доверяешь?

Алан молчал.

— Ну и черт с тобой! — вспыхнула девушка, — хочешь на свиданку с этой змеёй — вали!

Она подскочила, схватила свой рюкзак и направилась прочь. Арес вздохнул.

— Ну правда, — сказал он, — ты ведь не дурак, ну все же понимаешь! Чего ты так с ней?

— Я и правда не могу пока всего объяснить, — ответил Ал, — не могу.

— Вот же… — Арес направился за Айной, оставив Алана в одиночестве.

Он догнал её уже на выходе из штаба.

— Айна! — позвал он её, — ну ты чего? Он же сказал, что потом объяснит! Ну что ты как маленькая?

— А ты чего пристал?! — раздраженно ответила девушка, — ты ведь тоже уже на её стороне!

— Да на какой стороне? — Арес нахмурился, — нет никаких сторон! Мы все здесь просто работаем.

— Да и черт с вами! — Айна зашагала прочь, а Арес торопился за ней.

— Ну чего ты взбесилась? Ну поужинают они, ну что тут такого? Ну видно же, что это приглашение связано с недавней ситуацией. Может, поблагодарить её просто хочет!

Айна остановилась. Арес взглянул на нее. Лицо девушки совсем раскраснелось, глаза налились влагой.

— Ну почему? — всхлипнула она, — он ведь никогда от меня ничего не скрывал!

Арес растерялся. Он впервые видел Айну такой раздраженной и злой. Девушка всегда была доброй, веселой. В их компании она всегда выступала медиатором. Всегда быстро решала конфликты, останавливала драки, мирила их двоих. А теперь это была словно не она. Все же, чем старше они становились, тем острее она реагировала на все, связанное с Аланом. И Ареса это задевало, уже очень давно.

— Послушай, — наконец сказал парень, — ты можешь и дальше кричать на меня, психовать, обвинять Доминику во всех смертных грехах. Но знаешь… он ведь никогда не поймет твоих чувств, если ты ему о них не скажешь.

— Заткнись, — сдавленно всхлипнула Айна, — я не виновата, что он идиот.

— Никто не виноват, Ай, — усмехнулся Арес, — но, если ты ему не скажешь, он и не услышит.

— От тебя мне еще только нравоучений не хватало, — девушка подняла взгляд, — ты-то сам когда-то влюблялся?

— Да-да, что я вообще понимаю, — пожал плечами Арес, — ладно, пойдем провожу тебя домой.

До дома Айны они шли молча. Больше не проронили ни слова. У порога Арес попрощался с девушкой и зашагал прочь. Айна еще некоторое время смотрела ему вслед, а потом зашла в дом. На пороге её встретила бабушка.

— Ты сегодня рано, — сказала она, — я даже не начинала готовить ужин!

— Ничего, — улыбнулась Айна, — значит, я тебе помогу. Мама уже дома?

— Да, — кивнула бабушка, — лучше иди в зал, отдохни.

Айна сняла обувь и поставила её на полку. Дома она всегда чувствовала себя в безопасности. Её пожилая бабушка переехала к ним после смерти дедушки. Она занималась бытовыми заботами. Старшие братья женились и разъехались со своими семьями. Правда, уехали не далеко, оба жили в соседнем районе. Младшая сестра заканчивала школу в следующем году. Мама и папа продолжали работать на своих должностях уже много лет. Они были против поступления Айны на службу. Но когда её поддержали Алан и Арес, они согласились, взяв с них обещание, что оно позаботятся об Айне.

— Айна?

— Да, мам, привет, — Айна остановилась на лестнице, поднимаясь на второй этаж в свою комнату.

— Ты рано.

— Да, сегодня совсем не было дел, — ответила девушка, — сейчас переоденусь и помогу бабушке с ужином.

— Вот как, — мама с подозрением взглянула в покрасневшие глаза Айны, — все в порядке?

— Да, конечно, — Айна поспешно отвернулась, — лучше не бывает.

— Ладно, — мама не стала допрашивать, — знаешь, на выходных твои братья заглянут. Я планирую приготовить большой ужин. Мы так давно не ужинали всей семьей.

— Это отличная идея.

— Может, пригласишь Алана? Он давно уже к нам не заходил.

— А… — Айна задумалась, — да, действительно. Обязательно приглашу.

***
— Я слышала, ты приняла чье-то приглашение?

— Да. Разве это так странно?

— И кто же он?

— Один очень интересный лейтенант.

— Лейтенант?

— Да, мама. Смелый лейтенант. Пригласил на глазах у всех. Всяко интересней тех снобов, которых ты мне подсовывала.

— Это ведь не свидание, да?

— Угадала.

— Не знаю, что ты затеяла, но остановись!

Доминика и Солана сидели за длинным столом, друг напротив друга. Обычно, они ужинали в тишине. Но на этот раз Солана была зла на дочь и возмущена её поведением.

— Я знаю, что ты задавала Селиму вопросы, которые задавать не следует.

— И что?

— Значит, и ужин этот тоже не спроста. Все-таки, ты отшивала каждого, кто к тебе подходил. А тут какой-то лейтенант. И ты соглашаешься.

— Ну, значит не спроста.

— Доминика, — Солана стукнула стаканом по столу, — если ты задумала влезть во что-то опасное, я прошу тебя как мать, остановись.

— А ты сейчас со мной как мать разговариваешь? Или как член парламента?

— Я всегда твоя мать в первую очередь!

— А как мать ты сможешь поддержать меня тогда, когда мне это будет нужно?

Солана застыла. Она молчала. Не дождавшись ответа, Доминика поднялась из-за стола и направилась прочь из обеденного зала. Солана её не остановила.

Глава 14 Тейку

Алан ждал Доминику у ресторана. Центральный район города всегда казался ему достаточно живописным. Здесь высоких зданий не было. Были только небольшие ресторанчики, кондитерские, маленькие магазинчики. Дороги только в этом районе были вымощены крупной брусчаткой, вдоль дорог были установлены клумбы и небольшие декоративные фонтаны. Место встречи выбирала сама Доминика и Алану оно было не совсем понятно. Неужели она действительно решила, что её пригласили на свидание? Если это так, то его ожидал очень неловкий разговор.

Но вот Доминика явилась, опоздав всего на десять минут от назначенного времени. На девушке было надето черное коктейльное платье, которое плотно облегало девичье тело. На мгновение Алан оцепенел, разглядывая девушку в непривычном наряде. Её длинные волосы были небрежно собраны одной шпилькой. Длинные ресницы, аккуратный очерк губ. Тут же он отметил, что девушка имеет достаточно развитую мускулатуру, но при этом мужиковатой она совсем не выглядела.

— Вы… ты… прекрасно выглядишь! — произнёс он, перелагая ей свой локоть, чтоб сопроводить в зал.

— Благодарю, — Доминика взяла его под руку.

Их поводили за столик. Принесли меню. Алану никогда не нравились такие заведения. Слишком много пафоса. Люди за соседними столиками имели такой вид, словно купили здесь все, включая официанта, который их обслуживал. Но Доминика, судя по всему, чувствовала себя очень уютно в подобной обстановке. По крайней мере, Алану так показалось. Она вела себя очень естественно. Выбирала неспешно, задавала вопросы официанту по поводу вин, которые подошли бы к выбранным блюдам. Алан же чувствовал себя не в своей тарелке. И ему казалось, что это видел и понимал даже официант, что тут он не на своём месте. Когда с выбором блюд было покончено, и официант удалился, Алан наконец спокойно выдохнул.

— Что? — приподняла бровь Доминика.

— Почему именно это место? — спросил Алан.

— Хочешь что-то спрятать — положи на самое видное место, хочешь, чтоб тебя не подслушивали — говори в толпе, — ответила девушка, — моя мать одержима идеей выдать меня замуж. И с недавних пор, мой дядя стал ее в этом поддерживать. Поэтому любое подобие свидания будет неприкосновенным. Приказ не приближаться ко мне и моему избраннику был отдан самим генералом. Потому-то у твоих наблюдателей тоже связаны руки.

— Вот как… — усмехнулся Ал, — надо было захватить цветы.

Официант принёс вино и поставил бокалы на стол.

— Твои глаза, — нарушил повисшую паузу Алан, — необычный цвет. Даже для гетерохромии.

— Это у меня от отца, — Доминика еле коснулась губами вина.

— Красиво, — просто сказал Ал, — у тебя красивые глаза.

— Спасибо, — ответила Доминика, без каких-либо колкостей.

В зале заиграла тихая музыка. Люди продолжали говорить о чём-то своём, не обращая внимания друг на друга. Доминика подняла взгляд на Алана. Сейчас она была совершенно другой, совершенно не была похожа на Андромеду.

— Ты хотел поговорить со мной, — наконец начала она, — полагаю, раз ты все же решился, у тебя много вопросов.

— Да, ты права, — кивнул Ал, — в один момент рухнуло все, во что я верил. И если раньше все было четко и понятно, сейчас я в растерянности. Не знаю, кому доверять, чтим словам верить.

— И ты решил поверить мне?

— Пока что ты говорила убедительней все, — усмехнулся парень, — расскажи мне все. Я хочу понять, как устроен этот мир.

— Одного ужина нам не хватит…

— Тогда я приглашу тебя еще раз, — неожиданно даже для самого себя произнес Алан, но слова его прозвучали очень убедительно.

— Ну, эм… Что ж, — замешкалась Доминика, — наверное стоит начать с Тейку. В общем, что бы ты там не слышал об этом, просто осознай, что все это было враньем. Изначально это была активная оппозиция, придерживающаяся позиции гуманизма. И в народе их стали поддерживать. Когда они попытались разобраться в том, что же на самом деле происходит, очевидно, что люди Тейку докопались до чего-то очень важного, до того, что никак нельзя было выносить на всеобщее обозрение. Ведь это могло подорвать авторитет партии эволюционистов и самой корпорации. Тогда это и случилось…

— Террористический акт 2118 года… — прошептал Алан.

— Он самый. Тогда была взорвана одна из лабораторий корпорации Альтер. Во взрыве обвинили террористическую группировку Тейку и, непосредственно, Айзека Флинна, признанного её единоличным лидером. Официальная версия, которую выпустили «в народ» была такова: Флинн, возглавлявший лабораторию, организовал подрыв для того, чтоб саботировать благое дело корпорации. Правда, никто так и не обнародовал, чем именно занимались в той лаборатории.

— Моя мать, — Алан заметно побледнел, — когда-то работала с Айзеком Флином. Но она работала над лекарством.

— Вот как, — Доминика вновь подняла бокал с вином, — насколько я знаю, в той лаборатории не числился никто по фамилии Нортон. В любом случае, всех собак спустили на Айзека и на его приближенных. И дальше, Тейку стали называть не иначе как агрессивной террористической группировкой. В принципе, это ты и так знаешь.

— А на самом деле?

— А на самом деле, это люди, которые воспротивились геноциду, — Доминика прикусила губу, увидев приближающегося официанта.

Тот расставил тарелки на столе, еле заметно поклонился и ушел.

— Чем ближе Тейку приближались к правде о том, тем дальше их отбрасывали от возможности обнародовать полученную информацию, — Доминика продолжила, — а потом их и вовсе лишили этой возможности, объявив преступниками. Теперь Тейку вынуждены скрываться. Целые семьи подверглись преследованию. Все, кто когда-то поддерживали Айзека. Кто-то сдался без боя, попал в тюрьмы, кто-то сбежал за стены. В любом случае, Тейку вне закона и эволюционисты активно поддерживают эту байку, перекрывая кислород гуманистам. Еще немного, их вообще вытеснят из парламента. Но, пока что, только наличие гуманистической партии немного сдерживает масштабы зачистки, которую устроили эволюционисты. Ну, как-то так.

После этого она замолчала, придвинула к себе тарелку и принялась с аппетитом есть. Словно только что не говорила о смертях тысяч людей. Алан попробовал последовать её примеру, но кусок в горло не лез. По сути, рассказ Доминики был расплывчатый. Никакой конкретики. Чем сейчас занимается Тейку, какова их численность, где база, какие у них планы? Доминика не рассказала ничего из этого. Хотя, с её стороны это было разумно. Ведь Алан пока что не сделал ничего, что заставило бы девушку довериться ему. У нее не было никакой гарантии в том, что он не сдаст её, а вместе с ней и всю группировку.

— Доминика, — тихо произнес Алан, — я бы хотел… встретится с главой Тейку. Ты можешь это организовать?

— Могу, — спокойно ответила девушка, так, словно её спросили который час, — надо будет только уладить один нюанс и хоть сегодня.

— И что за нюанс?

— Домой меня проводишь?

Когда с едой было покончено, вино было выпито, а музыкант в зале начал играть все тише и тише, Алан оплатил счет. Вместе они вышли из ресторана и направились в сторону жилых кварталов. Государство Истар было поделено на префектуры. Центральная префектура, в которой находился главный штаб военных, да и центральная башня корпорации называлась Ками. Население государства было равномерно расселено по префектурам, чтобы не создавать даже малейшей видимости перенаселения территории. В префектурах было сбалансированно все, от количества рабочих мест до поставляемого продовольствия на душу населения. Именно это и обеспечивало спокойную, обеспеченную и беззаботную жизнь.

Алан и Доминика шли по вымощенной гладкими камнями дорожке. Было уже темно, а небо затянуло тонкой пеленой туч, не давая лунному свету освещать улицы. Прохладный воздух отрезвлял. Алан учтиво накинул свой пиджак на плечи Доминики, она благодарно улыбнулась. Некоторое время они шли молча. Вокруг мелькали уличные фонари, красивые дома, клумбы и фонтаны. Путь их лежал через каменный мост, переброшенный через канал. Вода в нем была чистой, можно было почти что увидеть дно. Доминика остановилась на мосту и огляделась.

— Тебе здесь нравится? — спросила она.

— Да, — немного замешкав, ответил Алан.

— И мне нравится, — сказала девушка, — префектуры, сам Истар. Здесь так красиво. Так чисто, спокойно, умиротворенно.

Она прошлась чуть вперед, её волосы покачивались на ветру. Алан подумал о том, что не видел её никогда ни в чем, кроме как военной формы. Но без неё, Доминика словно переставала быть Андромедой. Да и он без формы не был Сириусом. Доминика Грейрод в его глазах была красивой девушкой. Он не назвал бы её первой красавицей. Клара была явно сексуальней, Айна была милее. Но в Доминике было что-то, что перечеркивало все это. А в Андромеде этого не было, в ней был лишь холод. Лишь один раз Алан видел Доминику в Андромеде, в тот момент, когда она ругалась с генералом в коридоре. И то мгновение показалось ему прекрасным. Как и сейчас.

— Знаешь, — продолжила Доминика, — все это спокойствие, вся эта сытая жизнь возможна только благодаря тому, что людей мало.

Алан застыл.

— Стоит только вернуть всех из Альтер-мира и Истар столкнется со страшным дефицитом всего. И продовольствия, и лекарств, и даже физического вместилища для всех жителей. Начнется голод, паника, митинги…

— Но, — Алан ответ от неё взгляд, — если выбирать между дефицитом и геноцидом, я бы выбрал первое.

— Вот как? Почему же?

— Я верю в то, что даже этот кризис можно преодолеть без кровопролития и массовых убийств, — просто сказал Ал, — по программе прогрессивного общества, которую когда-то лет 17 назад запустила корпорация, в лаборатории Альтер отбирали величайшие умы нашего времени. Я не верю, что они что-то не придумаю, если поставить им такую задачу. Ведь там столько гениев, которые уже создали Альтер-мир! Не верю, что они не справятся со спасением человечества и в этот раз.

— Вот как, — улыбнулась Доминика, — что ж. Нюанс улажен.

Она подошла к нему почти вплотную. Он почувствовал её горячее дыхание у своей шеи.

— А теперь, осторожно обними меня, — прошептала девушка, — за нами наблюдают. Издалека, но не нужно давать им повод подходить поближе.

Алан опустил руки ей на талию, она оказалась тоньше, чем ему казалось. Хоть лицо Доминики и выглядело беспристрастным, в свете уличных фонарей Алан заметил на ее щеках румянец.

— Пойдем, — шепнула она, — держи свою руку там же. И не смотри по сторонам.

— Да, как скажешь, — Ал чувствовал, как у него самого горит лицо, как у старшеклассника, впервые прикоснувшегося к девушке, поэтому старался смотреть в сторону.

Неспеша, они дошли до поместья Грейрод, находившегося в паре кварталов от центра. Дом покойного генерала и члена парламента выглядел очень скромно. Невысокий каменный забор, кованная калитка. Сам дом был двухэтажным, но не большим. А вот прилегающая территория была внушительной.

— Прогуляешься со мной по саду? — пригласил Алана девушка.

Тот кивнул и вошел вслед за ней. Закрыв калитку на замок, Доминика наконец-то вздохнула спокойно. Ведь в дом чиновницы никто не посмеет сунуться. Тем более, очевидно, что свидание прошло хорошо и следует продолжение, которого никто не хотел бы увидеть. Доминика поманила Алана за собой. Они вышли на задний двор, где раскинулся лабиринт из кустарников. Ал покорно следовал за девушкой, пока она не завела его в коморку для хранения инвентаря.

— Полковник, а я думал, вы, девица благородных кровей, даже поцеловать себя не позволите на первом свидании, — пошутил Ал полушепотом.

Доминика приподняла бровь и усмехнулась. Было видно, что шутку она поняла, но никак не ответила. Оттолкнув несколько коробок в сторону, она продемонстрировала Алану небольшую дверь в полу. Открыв ей, она сняла свой коммуникатор и положила на полку с садовыми лейками.

— Свой тоже сними, — сказала она.

Спустившись по металлической лестнице, они оказались в подземном туннеле. Алан знал, что Истар возвели на руинах, знал так же и о том, что подземные катакомбы существуют и что все входы в них замурованы и завалены. Но он понятия не имел о том, что где-то сохранились такие вот лазейки.

— Под домами всех чиновников есть таких туннели?

— Система туннелей растягивается по всему Истару, — ответила Доминика, — но выхода тут всего два. Не считая таких вот лазеек.

Они шли не долго, минут 15–20 возможно. Совсем скоро Алан увидел впереди приближающиеся огни. Ал разглядел троих и, по началу, не поверил своим глазам. Мужчину он видел впервый. Он шел впереди, высокий, рослый, с длинной, густой бородой, жесткими, торчащими во все стороны волосами. В висках его виднелась седина, а на лице еле заметная паутин морщин. Но все же, выглядел он достаточно крепким. А по бокам от него шли Элиот и Анжелиза. Увидев Алана, Анж усмехнулась и покосилась на Эла, тот отвернулся.

— Значит, тебе удалось, — обратился к Доминике мужчина, — я рад. Ты молодец, Доминика.

— Это было не сложно, — кивнула она, — Алан, это Айзек Флинн, лидер сопротивления.

— Алан Нортон, — представился Ал.

— Я знаю кто ты, — Айзек протянул ему руку и Ал пожал её, — я рад, что ты все же пришел. Раз ты здесь, ты прошел проверку нашей Доми.

— Эй, — цыкнула Доминика.

— Проверку? — Ал обернулся к ней.

— Твое мышление. Дефицит или геноцид, — пожала плечами Доминика, — меня это интересовало.

— Вот оно что, — Ал вновь посмотрел на Айзек, — я хочу понимать. Действительно ли мы хотим одного и того же?

— Справедливый вопрос, — Айзек достал пачку сигарет, — ты ведь уже знаешь о перегрузе систем?

Ал кивнул. Айзек закурил.

— Система перегружается очень стремительно. До её обнуления осталось не так много времени, всего каких-то полгода, может еще меньше. До дня Х, Альтер планирует немного проредить ряды игроков, чтоб перезагрузка не заняла много времени. Ты ведь знал, что во время последнего рейда чистильщиков, было отмечено 10 тысяч человек?

— Знал, — кивнул Алан.

— Так вот, всех их кремируют через месяц.

— Всего месяц? 10 тысяч человек?!

— Да вот как-то так, — развел руками Айзек, — кремируют целых 10 тысяч. Не за один день, конечно же. Их будут свозить в крематорий партиями. А почему через месяц? Так, потому что сам крематорий еще не достроили, очевидно же. Но как только его запустят в эксплуатацию, задымят черные трубы. Мы хотим предотвратить это.

Он выпускал в потолок кольца дыма и искоса глядел на Алана.

— У вас есть план? Как этому помешать?

— Допустим.

— Тогда я хочу быть частью этого плана.

— Смело, — усмехнулся Айзек, — что скажешь, Доми?

— Вам решать, док, — сдвинула плечами девушка, — но доверять ему можно.

— С чего взяла?

— Интуиция.

— Ну, тогда добро пожаловать в Тейку, — широко раскинул руки в сторону Айзек, — в террористическую группировку, которая слепо верит интуиции Доминики.

***
Алан покинул поместье Грейродов на рассвете. Сонный, в помятой рубашке, закинув пиджак на плечо, он осторожно вышел через калитку. Мимо проходящий мужик с мелкой собачонкой на поводке смерил его оценивающим взглядом и одобряюще закивал, усмехаясь. Алан понял, к чему был этот жест. «Эх… а лучше бы это действительно был секс» — про себя подумал он.

Глава 15 Право выбора

— Господин Редхол! Вы ведете себя крайне неразумно! Ваши обвинения оскорбительны!

— Неразумно уничтожать десять тысяч человеческих жизней, господин председатель! Я говорю от имени каждого члена партии гуманистов! Мы против! Мы не можем допустить столько смертей ради того, чтоб «золотой миллиард» продолжал жить в достатке!

— Вы не понимаете о чем говорите! Вы предлагаете ввергнуть наш мир в хаос? Вернуть те времена, от которых мы пытались спасти наш народ? Чтоб вновь начался голод? Дефицит? Борьба за ресурсы и территории? Планета не способна сейчас принять столько народу!!! Мы принимаем самое оптимальное решение!

— Это вы не понимаете, что творите! Столько убийств — это по вашему оптимальное решение?! Это геноцид!

— Не стоит аппелировать таким громким термином, господин Редхол! Никто и не думал убивать этих людей! Они продолжат жить в чертогах Альтер-мира. Вы слишком драматизируете.

— Но они никогда не смогут вернутся в реальный мир!

— Списки ликвидированных тщательно готовились несколько лет. У людей, попавших в эти списки, нет никакого повода возвращаться с реальный мир. Их умственные способности, навыки и таланты были признаны международной комиссией бесполезными для общества, к которому мы стремимся и которое создаём. К тому же, это одинокие люди, которым-то и возвращаться некуда. Они никак больше не смогут реализовать себя в этом мире. В то время как-то Альтер-мире они преуспевающие ремесленники или авантюристы.

— Тогда почему вы огласите своё решение открыто? Почему вы решили скрыть это от широкой публики?

— Вы ведь грамотный политик, Лоуренс! Кому как не вам знать о том, что есть решения, которые принимаются за круглым столом без огласки. Эти решения не всегда праведны, но всегда на благо общества! Общество просто может быть не готово узнать правду. И не сразу принять тот факт, что это делается ради их же самих!

— Но ведь даже в этом списке есть те, у кого все ещё есть родные или друзья! Вы собираетесь их оповестить?!

— Вам же было сказано! Это одинокие люди!

— И все же! Мы требуем огласки! Приникать такие решение в тайне… если вы отказываетесь, партии гуманистов не останется ничего более, как обнародовать эту информацию и тогда!..

— И тогда что?!

В зале заседаний повисла гробовая тишина. Уже несколько часов Лоуренс Редхол и председатель Ленон Роуг громко спорили о принятом за закрытыми дверями решении. Естественно, Партия гуманистов была в ужасе. Но, силы были не равны.

— Господин Рэдхол! — наконец заговорил Ленон, — мы принимаем важные решения. Возможно, они кажутся вам не гуманными, но все это делается ради будущего. Ради детей, которым мы хотим оставить очищенную, новую Землю. И ради этого, нам приходится чём-то жертвовать. Если вы не хотите принимать подобные решения, Партия эволюционистов берет эту ответственность на себя. Мир не строится на вечных уступках и добродетели. Иногда, нужно принимать жестокие решения, плоды которых вы сможете увидеть через годы.

— Скольких ещё вы планируете убить?..

— Лоуренс… не думайте об этом как об убийствах. Все эти люди продолжат свою жизнь в Альтер-мире, полноценно и ни чуть не ущемлённые в чём-то. А реальность мы оставим для будущего детей. У вас ведь есть дочь, Лоуренс? Не стоит ли позаботится о ней?

Лоуренс Редхол покинул зал заседаний бледный и вымотанный. Остальные члены партии гуманистов тоже вступали в дебаты, защищали позицию своей партии, пытались объяснить почему против и по какой причине не стоит воплощать в жизнь этот зверский план. Но эволюционисты были непреклонны. Да и к тому же, гуманистам четко дали понять, что обнародовать эту информацию у них не получится. Доказательств на руках ни у кого нет. А эволюционисты с лёгкостью смогут опровергнуть любые обвинения. А после, исчезновение 10 тысяч человек заметят лишь тогда, когда они перестанут возрождаться. Вряд ли кто-то свяжет это в единую цепочку. Люди были слишком безразличны к тому, что не касается лично их. При этом, Мари Нишима, которой в этом всем пристало быть нейтральной, явно отдавала предпочтение идеям эволюционистов. Хотя в дебатах она не участвовала, а выполняла роль немого наблюдателя. Лоуренс чувствовал на себе ее стальной взгляд. У коридоре его нагнала Солана. вид в неё был взволнованный.

— С каждым разом ты ведешь себя все безрассудней, — сказала она тихо, — стоило бы немного поумерить пыл и спокойно обдумать, что мы можем сделать.

— Ты права, Сола, — кивнул Лоуренс, — но разве у нас есть время?

— Лоуренс, они уже перелома угрозам. Тебе нужно быть осторожней!

— Да, я это понял, — согласился Редхол, — но разве мы можем это допустить? Позволить, чтобы это случилось?

— По правде говоря, я даже не знаю, способны ли мы вообще что-то сделать, — покачала головой Солана, — способны ли мы хотя бы отсрочить исполнение этого плана?.. Или, быть может, стоит продумать о том, что мы можем использовать это, чтоб добыть доказательства убийств?

— Позволить им начать ликвидировать людей из списка ради доказательств?

— Знаю, это ужасно…

Повисла неловкая пауза.

— Эрику погрузили в Альтер-мир на прошлой неделе, — выдавил из себя Лоуренс.

— Что? Почему?

— Ее болезнь начала прогрессировать. Боли усиливались, она не могла спать. Плакала. И я отвезёт в клинику. Там мне сказали, что единственный шанс для неё — погружение. Медицинская капсула остановит развитие болезни. Но моя девочка не покинет капсулу до тех пор, пока лекарство от ее недуга не найдут.

— Лоуренс, мне так жаль…

— На время обнуления ее, конечно же, выведут из капсулы. Но как после этого я могу продвигать политику гуманизма, когда свою дочь я спас, а тысячи людей бросил на погибель? Я не смогу смотреть Эрике в глаза.

— Говоришь как Брайан, — усмехнулась Солана.

— Брайан бы поддержал меня, Сола? — грустно улыбнулся Лоуренс.

— Да, — кивнула женщина, — и вновь погиб бы за свои идеалы.

Лоуренс понимал о чем она. Смерть генерала Брайана Грейрода была признана несчастным случаем. Но в этом инциденте было слишком много несостыковок. Уж слишком идеальным казался этот «случай». После его смерти, место генерала занял его младший брат. А управление поместьем, место в парламенте и все его активы унаследовала Солана и, как следствие, Доминика. Многим это пришлось не по душе, так как Солана отказалась примыкать к какой либо партии. Оставаясь беспартийной, она склонялась на сторону тех, кто предлогам самое оптимальное, как ей казалось, решение проблемы. Будучи достаточно своенравной, расчётливой и последовательной, Солана не допускала даже попыток манипулировать собой и кому-то влиять на своё мнение. Да и рычагов давления на неё не было. Угрожать ее жизни, как и жизни Доминики было бессмысленно, ведь обе они находились под защитой нового генерала. К тому же, Доминика ещё в военной академии показала себя сильным бойцом, который годов к любой непредвиденной ситуации.

Решение беспартийных членов парламента, как правило, было ключевым. Ведь, очевидно, члены партии будут склонять чашу весов в свою сторону. Беспартийные же отдадут свой голос тому, кому посчитают нужным. На этот раз, партия гуманистов заполучила себе голос Соланы Грейрод, но все равно оказалась в меньшинстве.

Попрощавшись с Соланой у входа, Лоуренс отправился сразу же домой. После обеда он планировал проведать Эрику в клинике. В ее палате установили две капсулы, одну специально для посетителей. Но. Переступив порог своего дома, Лоуренс Редхол тут же почувствовал неладное. Во-первых, не горел свет. В это время суток их дворецкий всегда включат светильники в коридоре, ожидая прихода хозяев. Но в коридоре было темно, а в самом доме ни звук. Во-вторых, да, в доме Редхолов повисла гнетущая тишина. Обычно, в небольшом семейном поместье суетились две горничные, повар всегда громко спорил с дворецким, садовник всегда встречал у калитки. Подождав пару секунд, пока глаза привыкнут к темноте, Лоуренс сделал шаг вперёд. Под ногами что то хрустнуло. Пытаясь найти на стене выключатель, Лоуренс наткнулся на осколок светильника и больно порезал руку. Наконец то включив свет, он остолбенел. По всему коридору были разбросаны осколки светильников и ваз. Стены были побиты и оцарапаны. Быстро вернув себе самообладание, Лоуренс прошелся в зал. Разруха была во всем доме. Мебель была сломана, испорчены ковры, побита посуда. На втором этаже Лоуренс обнаружил и всю прислугу. Горничные Джуна и Рита, садовник Оуэн, дворецкий Дэн и повар Марчи. Их осторожно положили на пол в комнате Эрики. Это была единственная не разрушенная комната. Благо, все они были живы, но находились в отключке. Видимо, это было всего лишь предупреждение.

Руки Лоуренса тряслись, когда она пытался вызвать охранную службу и врачей. Несколько раз он не попадал по панели набора. Он догадывался, что дело в его пламенной речи в парламенте, в его убеждениях и не желании идти на компромисс. Страх сковывал его, он был в ужасе. В голове все никак не укладывалась мысль о том, что могло бы случится, будь Эрика дома. Когда с третей попытки у него не получилось вызвать службу, он в отчаянии пнул ногой валявшийся и выругался. В этот момент, ха спиной послышались тихие шаги.

— Господин Редхол. — услышал он хриплый мужской голос.

Резко обернувшись, он увидел позади себя высокого, широкоплечего бородача.

— Кто вы?! То вы здесь делаете?! Это ваших рук дело?!! — голос Лоуренса почти сорвался на крик.

— Меня зовут Айзек Флинн, господин Редхол. И у меня есть к вам предложение. Не хотелось бы вас пугать, но люди, сотворившие это с вашим домом, вернутся. И возьмутся уже не за мебель. Так что, в ваших интересах меня выслушать.

***
Доминика и Алан пили кофе в кафетерии на главной площади. Их встречи стали достаточно частыми. Как и было заявлено ранее, никто не смел испортить свидание племяннице генерала. Поэтому и поговорить было проще, никаких посторонних ушей и любопытных глаз. Алан много хотел узнать. О том, как до этого работала Тейку, сколько людей состоит в организации, какой дальнейший план действий и где находятся их штабы. Вполне логичные вопросы. Хотя, Алану начинало казаться, что-то просто ищет повода встретится с Доминикой наедине.

— Я хотел бы кое-что спросить.

— Ммм? — девушка оторвала взгляд от своего воздушного сливочного десерта.

— Я бы хотел ещё кое-кого взять с собой.

— Дай угадаю, девчонку-хила и медведя?

— Да.

— Не думаю, что это хорошая идея.

— Но почему? Они отличные бойцы! Айна прошла врачебный курс, она неплохой медики. Арес достаточно силён, чтобы помочь сопротивлению, а ещё в него есть отличный приобретённый навык экстремальной езды. Не существует водителя более умелого, чем он! И они поверят мне, прислушаются!

— Я не совсем о том, — Доминика серьезно посмотрела на него, — им есть что терять. У Айны Гесты большая семья. Отец в парламенте, мать профессор, братья и сестра. Надавить на неё ничего не стоит. В свою очередь, для Ареса рычагом давления является сама Айна. Понимаешь, о чем я?

— Вроде понимаю, — вздохнул Алан, — но ваш план… мы ведь должны умереть, чтоб все получилось? С мертвых ведь и взять нечего.

— Думаешь, они согласятся умереть с нами?

— Да. Они прислушаются ко мне.

— Тогда, все в твоих руках, — пожала плечами девушка.

— Спасибо, Доминика.

— Доми, — девушка смотрела в сторону, — можешь называть меня Доми.

***
Айзек Флинн и Лоуренс Редхол заключили сделку. Айзек взял на себя обязательство добыть явные доказательства зверских действий партии эволюционистов и передать их с руки Лоуренса. А тот, в свою очередь, должен был обнародовать добытую информацию в СМИ. Это было выгодно обеим сторонам, ведь и партия гуманистов, и Тейку проследовали одну цель — остановить убийства людей. И первым делом, в Тейку приняли решение добыть планы по строительству крематория. Уже одних только чертежей хватило бы на резонансное заявление о том, что правительство готовится массово сжигать неугодных людей. А после, нужно было получить информацию об очищении земель. Имея на руках документы о проектах очищения, можно было бы начать разрабатывать план по ускорению этих процессов.

Это задание взяли на себя Эл и Анж. Это был идеальный дуэт. Элиот был способен взломать что угодно и откуда угодно. Анж совмещала в себе безупречные навыки убийцы и следопыта. И в эту ночь они проникли в самое сердце Альтер-мира. Цифровая башня, которая была спроектирована специально для хранения секретных документов, была взломана.

— Это так странно, — прошептала Анж.

— О чем ты? — не понял Эл.

— Хранить такие важные документы внутри игры, — сказала девушка, — пускай Альтер-мир и является для многих вторым шансом на жизнь, по сути — это более реальная игра. И отстроить башню здесь…

— В этом и фишка, — усмехнулся Эл, поправляя свою эльфийскую мантию, — это игра. Думаешь, хоть кого-то в этом мире интересует, как проходит очищение за переделками стен? Нет. Эти люди живут тут и горя не знают. Что им до того, что происходит за стенами?

В словах Элиота была правда. Анж всегда рассматривала Альтер-мир только как игровую вселенную. Это был мир, в котором она могла быть эльфийской со стихийной магией земли. И проникновение в эту башню было для неё чём-то вроде квеста, только вот проиграть нельзя было, ведь сохранится и начать с начала у них бы не получилось. Благодаря перепрошитым капсулам, им удалось сокрыть своё появление в Альтер-мире, а благодаря навыкам Элиота — проникнуть в башню, отключив всю охранную систему. Правда, до включения резервной защиты к них было всего пять минут. Поэтому, документы необходимо было искать очень быстро.

Чертежи крематория они отыскали разу же. А вот с планами и проектами по очищению земли пришлось повозится. Несмотря на то, что сама башня из себя была цифровым хранилищем, Альтер-мир преображал ее визуал в огромную библиотеку с неумеренным количеством полок, стеллажей, шкафов и в каждом из них были папки с бумагами. Кнопки поиска здесь не существовало. Приходилось использовать скилы своих аватаров.

— Эл… — Анж позвала напарника сдавленным голосом.

Он обернулся к ней. Девушка держала в руках папку с красной пометкой «Проект закрыт».

Глава 16 Бедственная правда

Место встречи Тейку все так же находилось в катакомбах. Здесь было тихо, темно, сыро. И безопасно, ведь здесь даже при включённых коммуникаторах не ловила связь. Алан все ещё не знал, где находится постоянный штаб Тейку, но пока что ему хватало того, что он может присутствовать на всех важных встречах. В основном, он контактировал только с Айзеком и Доминикой, иногда на их встречах присутствовали Анж и Эл. Но в этот раз здесь был и тот, кого Ал никак не готов, а тот не был готов увидеть его.

— Самый верный пёс системы присоединился к Тейку? — спросил Лоуренс Редхол, только завидев Алана.

— Член парламента, который своей же рукой расписывался в документах, которые подтверждали, что Тейку является террористической группировкой? — парировал Ал.

— А вот тебя я, почему-то, ожидал здесь увидеть, — проигнорировал его Лоуренс, переключив своё внимание на Доминику, — полагаю, Солана не в курсе.

— Пока она не готова этого принять, — спокойно произнесла Доми, — возможно, чуть позже она сможет поддержать нас. Но я не хотела бы вмешивать ее во все это.

— Вот как, — кивнул Редхол, — ты все больше становишься похожа на отца. Хотя, внешне, ты просто копия Соланы. Выиграла генетическую лотерею.

— Сочту за комплимент.

— Это, конечно, все очень мило, — вмешался в их диалог Эл, — но у нас здесь серьезная проблема.

— Да, все сложнее, чем мы могли предположить, — поддержал его Айзек, — проект Очищения закрыт уже больше года. Это в корне меняет дело.

— Это какой-то бред, — сокрушенно покачала головой Доминика, — ежедневно в новостях докладывают о новых успехах очищения неблагодарных земель. Не было и дня, чтобы какой-то член глупцы очищения не давал интервью и не рассказывал о том, как далеко смогли продвинутся наши исследователи в своих трудах. Как они могли закрыть проект?!

— В документах говорится о том, что очищение земель было невозможным. За пределами стен и до Мертвого леса земли не поддаются восстановлению. Мертвая почва, на которой ничего не растёт. А за лес никто так и не смог пробиться. Там исчезло несколько групп, пропали безвестие, — перелистывая папку с документами, сказал Айзек.

— Об исчезнувших в СМИ тоже говорили, — добавь Эл, — но говорили в контексте того, что их жертва не станет напрасной, ведь они открыли новые пути передвижения по мертвым землям. Но, в документах сказано, что именно исчезновение нескольких групп и является причиной закрытия проекта.

— Моя жена… — тихо сказал Лоуренс, — моя жена возглавляла одну из групп очищения.

— Ммм-да… — протянула Доминика, — что же это получается. Наш парламент скрывает от нас ещё больше, чем мы предполагали.

— Это сталкивает нас с ещё одной проблемой. Еще большей, чем была раньше… — произнёс Айзек, — всех территорий сейчас хватит едва ли на треть населения. Если мы попробуем вывести всех из Альтер-мира на время обнуления, не хватит ни места, ни продовольствия. Мы рассчитывали на открытие очищенных земель. Планировали вмешаться в этот процесс и ускорить его, чтоб места и продовольствия спокойно могло хватить на несколько дней периода обнуления и перезапуска. Но теперь, когда мы знаемую что никакого очищения не было и земель все так же не хватает, мы не можем этого сделать.

— Вывести людей даже на несколько дней — это спровоцировать массу конфликтов, дефицит продовольствия, недостаток спальных мест. А если ещё учесть ситуацию с заключёнными и с теми, кто не пожелает ввернутся в Альтер-мир и захочет остаться в реале, это может спровоцировать войну за ресурсы. Тогда смерти будут исчисляться тысячами. Ну, а не вывести людей — это допустить огромное количество смертей даже не попытавшись что-то сделать, — подытожила Доминика, — мы проиграли эту войну, даже не начав ее толком.

Повисла тяжелапауза. Анжелиза вертела в руках метательный кинжал, Элиот напряжённо думал. Айзек и Лоуренс безуспешно пытались найти в документах хоть какую-то зацепку, хоть что-то, что могло бы помочь им выйти из этого тупика. Алан смотрел на Доминику, она смотрела себе под ноги.

— Неужели мы бессильны?.. — вздохнул Элиот, — неужели все, что мы можем, это просто обнародовать эту информацию?

— Бездумно заявить об этом во всеуслышание — это спровоцировать волнения, а возможно, даже бунт против власти, — сказал Лоуренс, — объявить об этом нужно грамотно. Вот только сейчас мы пришли к тому, что как бы мы не сообщили об этом в СМИ, нам не спасти людей, которые застрянут в Альтер-мире в период обнуления.

— Остановить проект Очищения… — сквозь зубы проговорила Доминика, — мой отец жизнь отдал за этот чертов проект, а эти сволочи его свернули…

— Жизнь отдал?.. — удивился Алан, знавший только о том, что смерть генерала была несчастным случаем, — так, погодите. Вы же не сдаётесь так просто?

— Просто?! Думаешь, это просто — сдаться в такой ситуации? — оскалился Эл, — это сложно. Признаться, что мы так хотели спасти всех! А в итоге оказались ни на что не способны!

— Да подожди ты рычать, — Алан взял в руки папку с документами и вручил ее Лоуренсу, — вы обнародуете эту информацию! Вы опытный политик, справитесь. Вы способны придумать способ избежать восстания. А мы… мы продолжим попытки спасти как можно больше народу.

— Как? — хмыкнула Анжелиза, — ты ещё недавно был уверен, что все делаешь правильно. Откуда у тебя могут быть идеи, как это все исправить?

— Я может и дурак, но одно понял точно, — усмехнулся Алан, — все, что говорят наши политики нужно делить на два. Земли до Мертвого не подлежат восстановлению. Ну а что на счёт земель за Мертвым лесом? Об этом ничего не сказано.

— Потому что туда никто так и не добрался!

— А мы этого не знаем. Группы числятся пропавшими, но не погибшими. Ни одна поисковая группа не пересекала лес в их поисках. Есть информация об исчезнувших, но никакой информации о поисковых операциях.

— А ведь он прав… — задумчиво произнёс Лоуренс, — даже родственника пропавших было разрешено встретится только с капитаном поискового отряда. И все его ответы были очень расплывчаты. Одно четко ясно — в лес они даже не смогли зайти.

— Слушайте, если экипированные до зубов военные не смогли даже зайти в лес, как мы его пересечем? — скептично спросила Анж.

— А нет никакой гарантии, что они пытались, — ответил Ал, — а мы можем. Все таки, мы элитный отряд чистильщиков. Воспользовавшись ресурсом Тейку, мы можем попытаться.

— Что-то в этом есть… — тихо сказала Доминика.

— Нуууу… — протянула Анж, — если ты так говоришь… Эл?

— Всяко лучше, чем сидеть на заднице, — подал плечами Элиот, — но не думаю, что нас четверых хватит.

— Да, ты прав, — кивнул Ал, — танк и хил нам не помешают.

Обсуждения длились несколько часов, после чего был утверждён чёткий план действий. Требовалось собрать сильную команду для путешествия в Мёртвый лес. Поисковый отряд должен был найти земли, которые можно было бы использовать для создания временного укрытия для тех, кого выведут из Альтер-мира на время обнуления, опровергнуть утверждение о том, что больше нет земель, которые можно было бы очистить и, как следствие, найти хоть какие-то доказательства того, что группы о имения пересекали лес в принципе. Тейку, в лице Айзека, взяли на себя ответственность за диверсию. А Лоуренс должен был поднять шум в массах.

Оставался один нерешённый вопрос. Чтобы в опасности не оказались семьи участников, им нужно было умереть…

***
— Алан! Я так рада тебя видеть! Ты почему так давно не заходил, милый? — бабушка Айны с порога принялась обнимать парня.

— Простите, бабуля, — лучезарно улыбнулся тот, — в последнее врем было так много работы.

— О, Алан! — младшая сестра Айны, выбежала в коридор и повисла у него на шее, — как давно ты не заходил! Я соскучилась.

— Кира, слезь с него! — строго произнесла Айна, выйдя в коридор.

— А что такого-то? Самой же смелости на это не хватает! — звонко засмеялась девочка, отстраняясь от Ала.

— Кира! — прошипела Айна.

— Проходи, Ал, — проигнорировала ей Кира, — Калеб приехать не смог. Зато Ноель и Лифа приехали, внука маме привезли показать! Пойдём! На племянника моего посмотришь! Ты же его не видел!

Алан последовал за Кирой в зал, наскоро поздоровавшись с Айной. На большом мягком диване сидел Ноель, старший сын семьи Геста, и его жена, Лифа. На руках она держала румяного карапуза с большими, карими глазами. Тот удивленно рассматривал всех присутствующих, то улыбаясь, то начиная хныкать без какого либо повода. Калеб поднялся, чтоб поздоровится с Аланом.

— Сто лет тебя не видел, дружище, — сказал он, улыбаясь, — Лифу ты помнишь? Должен помнить! Когда мы в последний раз виделись, мы с ней только встречались! А это Нико, наш первенец!

— Поздравляю вас, Ноель, Лифа! — улыбнулся Алан, присаживаясь в кресло, — работа продвигается нормально?

— Конечно! — ответил Ноель, — хочу поскорее догнать Калеба и помогать ему во всем!

Лифа с нежностью посмотрела на мужа. Алан почувствовал себя расслабленным, спокойным. С семьей Геста он всегда ощущал себя как дома. В голове сразу же всплывали воспоминания о тех днях, когда они отмечали праздники вместе, семьями. Он с родителями приходил в гостей к Айне и ее семье, сидели за большим шумным столом. Было тепло, уютно, весело. Когда матери Алана не стало, родители Айны, ее братья, даже младшая сестрёнка старались заменить ему семью как только могли. Они поддерживали его, занимали его свободное время, чтоб он не чувствовал себя одиноким. Только благодаря семье Айны и Аресу он тогда не сошёл с ума от навалившихся проблем. И сейчас, сидя за столом с семьей своей близкой подруги он понимал, как сильно хочет защитить этих людей, их будущее.

Уже после ужина, когда Ноель и Лифа с ребёнком уехали домой, бабуля уснула в кресле, а Айна с сестрой мыли посуду, Алан пошёл к ним на кухню.

— Айна, — позвал он, — прогуляешься со мной?

У девушки из рук выскользнула тарелка и со звоном упала в раковину. Кира заулыбалась и поторопилась покинуть кухню. Айна поспешно собралась и вышла к Алану. Медленно прогуливаясь они вышли с освещённой дорожки и прошли в темную алею, где фонари горели через один. Шли молча. Просто улыбались друг другу, Айна все никак не решалась начать разговор. А ей очень хотелось поговорить. В голову закладывалась предательская мысль о том, что вполне возможно Ал не просто так пригласил ее погулять возможно, сейчас она сможет все ему рассказать! Может, он этого ждёт. А может, сам хочет сказать ей!

Алан почему-то постоянно оглядывался по сторонам. Они приближались к детской площадке, когда девушка заметила две фигуры. Приглядевшись, Айна остановилась на пол пути. Девушка увидела Ареса, сидящего на детской горе. Он разговаривал с девушкой, качающейся рядом на качелях. Светлые волосы, длинные тёмные ресницы, островатые черты лица.

— Что здесь происходит? — холодно спросила Айна, — что она здесь делает?!

— О, и я рада тебя видеть! — усмехнулась Доминика, — ну что? Поговорим?

***
— Нет! — как заведённая повторила Айна, — ни за что!

— Айна! Ну успокойся! Ну ты должна понять ситуацию! — взывал к ее сознательности Алан.

— А я понимаю! — вспылила девушка, — я поняла ситуацию! Я согласна с тем, что нужно остановить это безумие! Но этот план…

— Айна, — Алан схватил ее за руку, щеки девушки тут же густо покраснели, — ты доверяешь мне?

— Тебе я доверяю! А ей, — девушка кивнула на Доминику, — нет! Хочешь, чтоб я помогла тебе спасти людей — пожалуйста! Я помогу тебе! Но ей я помогать не стану! Не вступлю я в команду, где главной будет она!

— Айна! Да пойми ты!..

— Не хочу!!! — девушка одернула свою руку, — почему?! Почему ты веришь ей? Это из-за неё ты попал в беглый дом! И все равно готов доверится ей и действовать по ее плану?!

— Это был мой план! — рявкнул Алан, не выдержав.

— Да как ты… — захлебываясь от негодования, Айна метнула испепеляющий взгляд на Доминику, — поздравляю, полковник! Но это без меня!

Резко развернувшись, она зашагала прочь, Алан побежал за ней. Арес и Доминика остались на площадке. Некоторое время они молчали, а потом Арес наконец заговорил.

— Ты… прости ее, — сказал он примирительно, — она… для неё это слишком неожиданно.

— Как она вообще попала в отряд? — ехидно поинтересовалась Доми, — ее контроль эмоций просто на нуле.

— Это ты о чем?

— Она не глупая девушка. Я смотрела ее личное дело, наблюдала за алгоритмами ее работы. Как и за всеми вами. Алан обладает поразительными лидерскими качествами, его боевые навыки на высшем уровне, как и твои, собственно. Твои сила и выносливость исключительны. Элиот прекрасный стратег и разведчик, а Анжелиза удивляет своими навыками убийцы. Из вас всех, Айна является единственной, чьи навыки я бы отметила как посредственные. Но тем не менее, она способна в мгновение поднять боевой дух, успокоить, привести эмоциональное состояние бойцов своей группы в норму. Это самый выдающийся ее навык. Но он полностью отключается, когда дело касается Алана Нортона, делая ее совершенно бесполезным членом группы.

— Ну, — Арес почесал затылок, — понимаешь, она просто… Айна, она…

— Арес, я взрослая девочка, знаю слово «ревность», — закатила глаза Доминика, — это очевидно. Точно так же очевидно, как и то, что ни я, ни Нортон не заинтересованы в отношениях. Тем более — друг с другом.

Арес поднял бровь и посмотрел на девушку полным скепсиса взглядом.

— В общем, вместо того, чтоб бесится и вести себя как истеричка, ей бы пора уже взять себя в руки и признаться ему. Либо уже угомонится. Ей не 15.

— Да, в этом ты права…

— Это и тебя касается, — девушка произнесла это, глядя в сторону.

— Всему своё время, — усмехнулся Арес, — всему своё…

Глава 17 Вынужденные меры

Отец и старший брат Ареса Форда были военными, отказавшимися выполнять приказ командира. Из-за этого оба попали под трибунал и были сосланы в тюрьму Альтер-мира, на континент Гранжхорн. Из-за этого мать понизили в должности, а на самого Ареса упало клеймо сына преступника. В школе его все сторонились, но были и те, кто пытался его откровенно задирать. Арес уже в детстве понимал, что, если оступится кто-то из его одноклассников, ему это спустят. Но если оступиться он, все только и будут говорить о том, что этого стоило ожидать, какой отец, какой брат… Арес понимал, что это только добавит проблем его маме, которая не покладая рук работала ради того, чтоб оплачивать элитную школу, стипендии в которой он лишился сразу же после ареста отца и брата. Поэтому, все провокации он пропускал мимо ушей, старался игнорировать или же просто молча терпеть.

На девятом году обучения его впервые попытались избить. Уже к тому времени Арес был достаточно высоким, его черты лица изменились раньше остальных подростков, он стал более мужественным и вызывал неподдельный интерес у противоположного пола, даже вопреки всеобщей немой травле. Девушка и стала причиной первого избиения. Дальше причины находились почти каждую неделю, все новые и новые нелепые причины. Преподаватели знали об этом, но предпочитали закрывать на это глаза. Арес никогда не давал сдачи, никогда не отвечал. Ведь это могло навредить репутации его семьи еще больше. А потом в его класс перевели Алана. Юному Нортону было абсолютно до лампочки, у кого там какие родители. Он был наглым, нахальным, вызывающим и совершенно не нравился Аресу. Но однажды, увидев, как Ареса подкараулили после школы пару одноклассников, Алан вступился за него. Впервые за него кто-то вступился!

— Слушай, — спросил он, промывая ссадины на кулаках после того, как обидчики отступили, — почему ты не защищаешься? Ты ведь вдвое сильнее!

— Их всегда больше, — пробормотал Арес.

— Да ты сам больше каждого из них. Тебе бы хватило одного удара и!..

— И мою мать вовсе уволили бы! — вспылил Арес, — не поверю, что ты не в курсе кто я и почему это происходит именно со мной!

Алан осекся.

— Спасибо, конечно, — Арес старался не пересекаться с ним взглядом, — но ты зря вписался. Через пару дней это опять повторится. Не трать свое время, да и кулаки побереги. Как бы за тебя ни принялись.

Он уже собрался было уходить, но тут ему в голову прилетел мокрый скомканный платок, который он дал Алану, чтоб тот утер кулаки. Арес резко развернулся и одним движением сгреб Алана за шиворот.

— Та какого черта?! — рявкнул он.

— Что?! На меня орать значит можешь?! — Алан сжал его запястье.

— Думаешь, мне это нравится?! Нравится изо дня в день терпеть это?! Эти косые взгляды, этот шепот за спиной! Я молчу! Я терплю! Потому что моя мать старается изо всех сил, чтобы я продолжал учиться в этой школе! Учеба здесь не навсегда! Мне нужно продержаться всего лишь до конца учебы, и я больше никогда не увижу всех этих уродов! НЕ СВОДИ НА НЕТ МОИ СТАРАНИЯ! — Арес оттолкнул его от себя, — хочешь побыть героем?! Пожалуйста! Я тебе благодарен за героическое спасение меня! А теперь, оставь меня в покое!

Арес развернулся, но на этот раз за плечо его ухватил Алан.

— Если ты не можешь ударить, я сделаю это за тебя, — тихо, почти шепотом сказал он.

Арес обернулся и непонимающе уставился на него.

— Что? — усмехнулся Алан, — мне-то ничего не будет.

На мгновение у Форда перехватило дыхание. Он не верил в услышанное, но глаза Алана пылали решимостью, он не шутил, не издевался. Парень говорил искренне. Арес хотел что-то возразить, но смог только глупо рассмеяться. Теперь уже Алан смотрел на него с недоумением.

— Я вот не пойму, ты и правда или дурак, или герой? — сквозь смех спросил он.

— Я друг, — пожал плечами Алан, — так сойдет?

— Да, — немного успокоившись, ответил Арес, — друга у меня еще не было.

Позже в их компании появилась Айна, подруга детства Алана. Вместе они окончили школу, потом военную академию, прошли подготовку и поступили на службу в отряды чистильщиков. Они столько прошли вместе, что Арес не представлял себе жизнь без этих двоих. И сейчас, когда их компания оказалась на грани раскола, ему было максимально не комфортно.

Наматывая уже двенадцатый круг по парку, Арес все думал, как исправить сложившуюся ситуация. Разумом он понимал, что должен присоединиться к Тейку, последовав за Доминикой и Аланом. Но сердце все еще не приняло тот факт, что в этом случае ему придется попрощаться с Айной. И даже когда все это закончится, их отношения уже никогда не станут такими, как прежде. Он так же понимал, что несмотря на всё недоверие Айны, Доминика была той, кто больше всех рисковал в этом деле. Её статус дочери генерала, членство её матери в парламенте, даже работа её дяди, нынешнего генерала. Все было под угрозой из-за того, что она приняла сторону гуманистов в этом противостоянии и присоединилась к Тейку. Он считал Доминику сильной, уверенной и храброй девушкой. И даже слова Айны не могли переубедить его в обратном. Да и Алан никогда не был идиотом. Он всегда был тем лидером, за которым все шли. И у Ареса не было ни малейших причин ему не доверять. И в этом всем, он надеялся лишь на то, что Алану удастся переубедить упрямую Гесту.

Полностью погрузившись в свои раздумья, Арес не заметил Лоуренса и Эрику, которые прогуливались в компании двух служанок. Эрике пришлось его окликнуть, чтоб он хоть как-то обратил на неё внимание.

— Добрый день, — поздоровался Арес, — прогуливаетесь?

— Да, — весело откликнулась Эрика, — папа забрал меня на выходные!

— Оу… — Арес вопросительно взглянул на Лоуренса и по его взгляду понял, что сейчас лучше лишних вопросов не задавать, — вот как. Как дела, маленькая принцесса? Все ли у вас хорошо?

— Конечно! Теперь я принцесса эльфов! Могу бегать и прыгать! — восторженно принялась рассказывать Эрика.

Арес слушал её и понимал, что девочка говорит о погружении в Альтер-мир. И чем эмоциональней становился её рассказ, тем печальней становился взгляд Лоуренса.

— Но, я не смогу всегда быть принцессой эльфов, — неожиданно сказала Эрика, — рано или поздно, мне придется покинуть свой замок! Я вернусь к папе. Тогда я уже буду достаточно взрослая, чтобы выйти замуж за Ареса, вот!

— Эрика! — вспыхнул Лоуренс.

— Ох… — Арес неловко улыбнулся, — ну… я…

— Ты ведь подождешь меня?

— Конечно, моя принцесса, если вы прикажете — я буду вас ждать, — Арес стал на одно колено перед её коляской, положив руку на сердце.

Этот момент он будет вспоминать еще долгие годы. Вместе со служанками Эрика отправилась за шоколадным мороженым, оставив Лоуренса и Ареса одних. Форд внимательно посмотрел на отца девочки.

— Это её последняя прогулка на свежем воздухе, — словно прочтя его взгляд, сказал Лоуренс, — она еще не знает.

— Вы скажете ей?

— Конечно, — кивнул Лоуренс, — я обязан сказать ей об этом. Я её отец, она должна услышать это от меня, а не от доктора или медсестер.

— Как долго она пробудет в капсуле?

— До тех пор, пока лекарство не будет найдено и протестировано, — сказал Лоуренс, — если раньше я мог хоть ненадолго забирать её из клиники, то теперь она будет там постоянно. Её погрузят в капсулу медицинского типа, где она может провести многие годы.

— Я буду навещать ее! — выпалил Арес, — и не дам ей потерять связь с реальностью. Я вам обещаю!

Уже в этот момент, Арес понимал, что Эрика окажется в опасности в период обнуления Альтер-мира. И он уже знал, что независимо от решения Айны, он пойдет за Доминикой Грейрод, присоединится к Тейку и будет сражаться хоть с самим чертом, если это потребуется для защиты маленькой девочки, которая будет ждать его.

***
В 4:23 по местному времени в штаб поступил запрос о помощи. По словам дежурных охранников на территорию стройки проникла группа вооружённых людей. На выезд немедленно были мобилизованы все группы, заступившие на ночное дежурство, не зависимо от отдела. В 4:38 три группы окружили территорию по периметру, первая группа вошла в помещение для разведки. В 4:43 из здания выбежали захваченные в плен охранники, которые сообщили, что группа продвигается вперёд для захвата преступников. А в 4:45 на строительстве почти завершенного крематория прогремел первый взрыв. Он обрушил потолок в прощальном зале. Через полторы минуты вторым взрывом было серьезно повреждено центральную печь. Три минуты спустя прозвучало еще три взрыва, полностью уничтожившие котельную, помещение для персонала и склад жидкого топлива, взрыв которого спровоцировал разрушение половины корпуса. Группа вошедшая в помещение крематория не вышла.

В 4:58 на место проишествия прибыла первая спасательная бригада. Пожар тушили около часа. Из под обломков было извлечено пять обгоревших тел, которые сразу же были направлены на экспертизу. Дежурный альтер-медик подтвердил, что тела принадлежат группе чистильщиков группы Созвездия Андромеды. Около 7:30 утра семьям погибших сообщили о происшествии. В 8:00 об этом сообщили в утреннем выпуске новостей. А в 8:15 на экранах появился Лоуренс Редхол. В своём обращении он поведал о закрытии программы Восстановления не благодатных земель. О том, как правительство свернуло проект даже не сообщив об этом гражданам своей страны, даже не подготовив запасной план на случай увеличения количества населения. Он так же предположил, что нападение на крематорий может быть спланированным актом для того, чтобы обратить внимание людей на то, что земель приданных для жизни становится все меньше, а печей для сожжения людей становятся в разы больше! Редхол призвал граждан задуматься, для кого построили столь огромный крематорий? И почему его возвели так быстро? Быть может, уже завтра в какой-то альтер-лаборатории не досчитаться капсул с людьми, которых посчитали лишними? Так же он призвал парламент дать ответы на все вопросы людей, объяснится, как так вышло, что земли больше не очищаются?

В этот день в каждой клинике, в каждом центре альтер-капсул был аншлаг. Родственники в панике бросились проверять, на месте ли те, кого они погрузили? Персонал с трудом успевал отвечать на звонки и принимать нахлынувших гостей. В приёмной парламента толпились репортеры. Требовали прокомментировать выступление Редхола. Чиновников караулили на улице, под домом, под школами их детей. Массовая истерия не утихала до вечера и продолжалась ещё около недели. В свою очередь Лоуренс Редхол получил около двадцати приглашений на интервью и около сотни анонимных и, не очень, угроз в свой адрес.

Через три дня состоялись похороны погибших чистильщиков. Гробы были закрыты. Родственников даже не вызывали на опознание, настолько обгоревшими были тела. Семьям были вручены посмертные награды, прозвучал прощальный залп оружий. А в холе штаба на доске героев появились пять новых серебряных табличек: Арес Форд, Айна Геста, Алан Нортон, Анжелиза Шан, Доминика Грейрод.

Глава 18 Граница

Чем ближе к центру города — тем богаче дома, тем красивей сады, ярче блестят витрины. А чем дальше от центра — тем тусклее становится вид за окном. Пышные дома сменялись многоэтажками, многоэтажки малоэтажками, а те в свою очередь промышленными зонами. Дальше путь до стен лежал через резервные пустыри, такая себе серая зона между идеальным городом и стеной. Даже небо здесь выглядело по-другому. Казалось, оно вечно затянуто тучами. Серое и безжизненное, как и пустошь, что простиралась до горизонта. А за ней — мертвые скалы, которые стали каркасом для стены, отделяющей землю обетованную от не благодатных земель.

Именно у подножья этих скал машину Алана и группы беглецов встретила Вероника Фин, дочь Айзека. Она была в сопровождении пяти взрослых мужчин, которые беспрекословно подчинялись ей. Они помогли выгрузить все из машины, указали Аресу где можно припарковаться, все это время Вероника сверлила новоприбывших пристальным недоверчивым взглядом. Это была низкорослая девушка, весьма плотного телосложения, с короткими, густо вьющимися волосами. Она была весьма грубой, одета как парень, гостей встретила очень холодно. Всех, кроме Доминики. Когда ее глаза орехового цвета остановились на девушке, она расплылась в улыбке и бросилась ей на шею.

— Доми!!! — неожиданно абсолютно по-девичьи завизжала она, — сто лет тебя не видела! Почему ты стала так редко приезжать?!

— Продвижение по карьерной лестнице требует много времени и сил, — спокойно ответила Доминика, — сама понимаешь, за мной стали намного пристальней наблюдать.

— Продвигаться по карьерной лестнице, чтоб в итоге числится мертвой, — пробормотал Алан насмешливо, — странный план.

— Прикрыл бы ты пасть! — резко рявкнула на него Вероника, — не тебе комментировать задумки Доминики и моего отца!

— Воу, девочка, повежливей! — Алан сделал к ней шаг, такое обращение от малолетки ему пришлось не по душе.

— А то что?! Ты, если не ошибаюсь, из всей этой шайки самый тугой оказался, Алан Нортон!

— Вер, — холодно произнесла Доминика, — угомонись немедленно.

Запал Вероники тут же потух, она метнула в Алана испепеляющий взгляд и отвернулась.

— Вот как, — почти прошипела она, — у тебя совершенно нет вкуса, Доми.

— Вер! — уже на повысила голос Грейрод.

— Все, все, — подняла руки вверх Вероника, — извините. На правду хоть и не обижаются, но я повела себя резковато. Не люблю критики.

Алан тут же начал остывать. И дураку было понятно, что Вероника без ума от Доминики и готова внимать всему, что та скажет. Соответственно, новый круг общения Доми, если так можно было назвать их маленькое пати беглецов и предателей, вызывал у Вероники весьма жгучее чувство ревности. Девушка жестом позвала всех за собой и провела их в убежище, о котором ранее говорил сам Айзек. Пройдя по сложной, витиеватой системе пещер, они наконец-то оказались в… поселении? Арес, Алан и Айна с Анжелизой застыли на входе. В огромной широкой пещере были расположены шаткие палатки, сотканные из разных материалов. Возле каждой горел небольшой костёр. Здесь были молодые люди, старики, даже дети. Было здесь несколько резервуаров с водой, было пару теплиц, где зеленел какой-то не богатый урожай. Все это больше напоминало поселение первобытных людей. Проследив за взглядами товарищей, Доминика усмехнулась.

— Вдоль границы таких поселений около пятидесяти, — произнесла она тихо, — продовольствия всегда не хватает, а земля здесь не достаточно очищена для того, чтоб получать из нее хороший урожай. В какие-то теплицы удалось завезти землю которую собрали около городов, но этого не достаточно. Поэтому, продукты приходится возить контрабандой.

— Но… как эти люди оказались здесь? — с ужасом в голосе спросила Айна, — я думала, на границе только солдаты, защищающие стену…

— Беженцы, повстанцы, — пожала плечами Вер, идущая впереди, — и те, кому не хватило денег или уровня в Альтер-мире, чтоб жить в центре или хотя бы около него. Ну и ещё кое-кто…

— Я думал, для таких людей существуют пособия, гуманитарная помощь, да хотя бы что-то! — сдавленно произнёс Ал.

— Думать не твой конёк, — съязвила Вероника.

— Вер, — снова одернула ее Доминика.

Девушка замолчала и пошла немного быстрее. Алан нагнал Доминику.

— Я сломаю ей руку, — прошипел он злобно.

— Семнадцатилетней девочке? — ухмыльнулась Доми, — я была о тебе лучшего мнения.

— Семнадцатилетней стерве.

— Она ребенок, Ал, — Доминика вздохнула, — ребенок, росший без родительского внимания.

Алан промолчал. Вероника и правда выглядела одинокой. Она была похожа на брошенного котёнка, который изо всех сил пытался показать, что достаточно силён и страшен для того, чтоб выжить в одиночку. Правда, рядом с Доминикой она менялась. Доми была для неё словно старшая сестра и у Алана впереди было ещё пару дней, чтоб в этом убедится.

Они пришли к самому большому шатру. Полотно на каркасе было соткано из разных материалов, здесь были и чёрные, и зелёные, и синие лоскуты. Но он казался надёжным и более тёплым, чем все остальные палатки. Под пристальными взглядами жителей поселения, группа Алана зашла в шатёр за Вероникой. Своего рода это был штаб. Здесь располагался широкий стол, несколько стульев, даже какие-то цветастые ковры на полу и большое красное кресло. На столе были разбросаны документы, чертежи и, что парадоксально, чипы с картами. Не смотря на полную оцифровки всех документов, здесь все, кроме карт, было на бумаге.

— Оцифрованую информацию можно украсть из любой точки мира, — уследив за взглядом Алана, сказала Вер, — а вот за бумагами нужно прийти лично.

Алан и Арес понимающе переглянулись. Анжелиза и Айна все ещё выглядывали из шатра, они смотрели на детей. Айне не давала покоя старушка, сидящая в окружении нескольких детишек. Она что-то рассказывала им, а они увлечённо слушали. Айна никак не могла представить себе свою бабушку в таком месте, ей было больно. Она подумала о том, как сейчас наверное плачем мама, бабушка и вся ее семья. Как им сейчас тяжело. Пожалуй, об этом думали все. Анжелиза переживала о том, что им пришлось оставить там Элиота, она волновалась о том, что его будут допрашивать, чем принесут неудобства ее семье. Арес переживал о матери, которая сейчас осталась совсем одна, а ведь у них даже не было никаких гарантий, что план удастся и они вернутся живым. Алан больше переживал о семье Айны, все таки он понимал, что они относятся к нему как к родному. Да и отец, наверное, узнав о «смерти» сына сейчас по меньшей мере убивается из-за того, что они так и не поговорили. Доминика же была абсолютно спокойна. Но это было не безразличие, скорее, просто принятие всего происходящего. Доминика выглядела как человек, который принял ситуацию и пытается бороться с этим по своему, присоединившись к сопротивлению.

— И так, — произнесла она наконец, — давайте я кое-что проясню, потому что по вашим лицам видно, что вы в недоумении. Большинство этих людей — это бывшие члены групп очищения. Те, кто вернулся и их семьи.

— Что?! — Алан уставился на неё, — это что ещё значит?! Эти люди… группы очищения герои! Они ведь должны жить в центре!

— Так то оно так, — сдвинула плечами Доминика, — но, как видишь, они здесь.

— Как это произошло? — спросил Арес, — как они все здесь оказались?

— Мы не знаем, — ответила Вер, — это случилось десять лет назад. Просто в один прекрасный момент их выселили. Не объяснив причин, даже не позволила собрать вещи. Большинство из них выгнали из собственного дома посреди ночи. За многими солдаты приехали на работу. Детей, родителей, все паковали. Приказ об этом был отдан сверху. Но никто ни разу об этом нигде не упомянул. Ни в одних СМИ не было ни сюжетов, ни даже в бегущей строке об этом. Более того, группы, которые отправились в не благодатные земли в тот период, так и не вернулись. Пять лет они числились пропавшими без вести, а пять лет назад их признали погибшими.

— Это странно… — задумчиво произнесла Анж.

— Очень странно, — Арес посмотрел на Доминику, — одну из этих групп возглавляла жена Редхола?

Доминика кивнула.

— Это дико, — возмутилась Айна, — да кому такое могло прийти в голову?! Чем думают в нашем парламенте?! Неужели даже знаменитая всемогущая Солана Грейрод ни о чем не знала?

— Моя мать вошла в парламент через год, после этого происшествия, — холодно ответила Доминика, — так что, да, даже она не знает, что там случилось и от кого поступил приказ.

— Неужели даже догадок никаких? — Арес мерил шагами шатер.

— Догадки есть, — выдохнула Доми, — вот только толку от них, если кроме догадок мы не имеем ни мотива, ни улик?

Все замолчали. Айна нервно отпала ногой, Анж задумалась, прикрыв глаза. Алан смотрел на Доминику.

— В общем, наши цели не меняются, — продолжила она, — мы отправимся к Мертвому лесу, перейдём его и узнаём, есть ли хотя бы малейший шанс на то, что земли можно очистить и расширить владения людей, дабы избежать геноцида.

— А что мы будем делать, если земля мертвая и восстановлению не подлежит? — спросила Анж едко, — вы же это тоже продумали?

— Нет, мы оптимисты, — съязвила Доминика в ответ, — если вопросов нет, я, пожалуй, пойду подготовлю наш транспорт к дороге.

— Я пойду с тобой, — вызвался Арес, сразу же перекрыв дорогу Алану.

— Хорошо, — кивнула Доминика, а потом взглянула на Алана и остальных, — Вер покажет вам нашу палатку.

— Мы останемся здесь надолго? — обеспокоено спросила Айна.

— Приготовления займут некоторое время, — честно ответила Доминика, — к сожалению, собрать провиант в такую долгую дорогу для местных жителей большая проблема.

— Я думала, что провиантом нас снабжает Айзек, — удивленно сказала Анж.

— Так и есть, — кивнула Вероника, — но отцу нужно время, чтоб доставить его сюда. К тому же, ваша машина должна пройти техосмотр.

— В общем, пару дней это займёт, — подытожила Доминика и, пока ее не успели завалить новыми вопросами, быстро скрылась из виду. Арес последовал за ней.

***
После того, как Вер показала палатку и прочиеудобства, она самодовольно вызвала Алана на поединок и с треском проиграла. Потом из поединок повторился вновь, и вновь. Анж выступила в качестве судьи. Айна же отправилась осмотреться. Поселение № 5, так его называли местные жители, и правда выглядело серо. Но, не смотря на отсутствие привычного ей комфорта, люди здесь выглядели более живыми, чем в центре стеклянного города, в котором она работала. Прогуливаясь между палатками, она наткнулась на ту самую бабушку.

Это была маленькая, седая старушка. Хрупкая, казалось, одно неловкое движение и она рассыплется. Но не смотря на свой внешний вид, бабулька уверенно рубила дрова. Айна некоторое время смотрела на неё со стороны. А потом все таки решилась подойти.

— Простите, — обратилась она к старушке, — я могу помочь! Давайте я это сделаю.

— Детка, — бабуля обернулась к девушке, — а ты-то хоть раз топор в руках держала?

— Конечно! — выпалила Айна и тут же осознала, что единственный раз, когда ей приходилось держать в руках сей инструмент это был квест в Альтер-мире.

— Что-то не похоже, — старушка усмехнулась, — не волнуйся, я уже закончила. Возможно, я могу предложить тебе чаю? У тебя, судя по всему, много вопросов. Так ведь?

Айна кивнула. Бабушка на пару минут скрылась в шалаше, вышла оттуда с небольшими глиняными кружками. Она вскипятила воду в казанке над костром и залила темно-зелёные листья в кружках. Айна почувствовала приятный, чайный запах. Он отличался от запаха чая, который она обычно пила. Да и на вкус был более горький, но все равно понравился.

— Ты ведь одна из новоприбывших? — спросила старушка, — я не видела тебя раньше. Тебя привела Доми?

— Нет, — резко возразила Айна, — я пришла с Аланом! Только потому что он здесь.

— А он, полагаю, пришёл вместе с малышкой Доми? — мягко улыбнулась бабуля.

— Угу… — уныло пробормотала в чашку Айна.

— Вот как… Меня зовут Нахо, здесь меня все так называют, так что можно без формальностей. А тебя как зовут, дитя?

— Айна Геста, — представилась девушка.

— Уж не дочь Алины и Фредерика? — улыбнулась Нахо, — а я все думаю, кого ты мне напоминаешь.

— Вы знали моих родителей? — удивилась Айна.

— Только Фредерика, — отметилась Нахо, — вместе с моим старшим сыном он учился в университете. С Алиной я лично никогда не была знакома, но много о ней слышала. Ты очень похожа на отца.

— Ааа… спасибо! — Айна на секунду замешкалась, — послушайте… а если у вас есть сын… он тоже здесь?

— Нет. Широ со своей семьей живут в Истаре.

— Но почему? Как же они допустили, чтоб вы оказались здесь? — возмутилась Айна, — я бы ни за что не!..

— Успокойся, дитя, — взяла ее за руку Нахо, — я здесь по собственному желанию. У меня двое детей и все они реагировали на это мое желание так же как и ты.

— Но почему? — Айна не могла в это поверить. Ей сложно было поверить в то, что кто-то в здравом все мог согласится жить здесь.

— Когда этих людей выбросили сюда… я возглавляла одно из подразделений чистильщиков, которое занималось выселением. Я сама подписала приказ о том, что мое подразделение участвует в зачистке, — сказала Нахо, — а после, подала рапорт об уходе. Я прекрасно понимала, что моих полномочий не хватит, чтоб остановить все это. Раз не хватило сил у самого генерала Грейрода…

— Генерал Селим?

— Нет, милая, Брайан Грейрод, отец Доминики. Тогда он носил это звание. Он воспротивился этому. Он стал собирать союзников, чтоб открыто выступить против подобной политики. Но, через год погиб. Говорят, несчастный случай. После его смерти я перебралась сюда.

— Но зачем? Вы ведь могли что-то сделать для этих людей!

— А я и делаю, — улыбнулась Нахо грустно, — все здесь, люди привыкшие к комфорту, которые даже в экспедиции очищений отправлялись в окружении современных приспособлений, машин и прочей техники. Многие женщины здесь не умели шить, некоторые понятия не имели, как готовить без плиты. А я стара, детка, я много чего могла им показать и рассказать.

Немного послушав Нахо, Айна была восхищена. Эта старушка казалась ей величественной, такой сильной и непоколебимой. Ее храбрости и самоотверженности можно было позавидовать. Нахо умела возделывать землю, ухаживать за растениями. Это благодаря ей возвели теплицы. С ее помощью сшили палатки. Она умела лечить, заготавливать пищу на зиму в подобных условиях. Она обучала молодых и детей всему, что знала сама. Она была стара. Ее дети старались наведываться к ней хотя бы раз в пару недель и постоянно пытались забрать ее назад, уговаривали бросить поселение, ведь она сделала для этих людей уже все, что могла. Они пытались убедить ее в том, что она уже искупила свою вину перед ними и заслужила комфортную старость в окружении детей и внуков. Но Нахо упрямо продолжала твердить, что эти люди в ней нуждаются. И, от части, она была права. Она помогала молодым матерям, ухаживала за новорождёнными и присматривала за детьми. Она была кем-то вроде старейшины этой деревни. Символом!

— Я не жалею о своём выборе, — улыбнулась Нахо, заметив взгляд Айны, — я довольна своей жизнью. Мне 78 лет, детка. В стенах Истара чем бы я занималась? Сидела в кресле, да смотрела в окно. А здесь от меня есть польза. Мне не о чем жалеть. И даже если я здесь и умру, я жалеть не буду. Ведь главное, что все свою жизнь я была честна с собой. Говорила, что хотела и делала то, что считала нужным.

Айна застыла. Слова Нахо словно вонзились ей в самое сердце. Быть честной… она поднялась.

— Я… мне надо!.. я должна кое-кого найти, простите!

— Иди, дитя, — улыбнулась старушка, — но, возвращайся когда будет желание. Буду рада тебя видеть.

Айна бежала мимо палаток и пыталась высмотреть в толпе нужного ей человека. Она нашла его в одной из пещер, в которой было озеро с пресной, кристально чистой водой. Алан сидел на берегу и перематывал руки эластичным бинтом. Видимо, после спарринга с Вероникой он все таки устал. Он почувствовал ее приближение и обернулся.

— Что-то случилось? — спросил он, улыбнувшись ей.

— Нет… то есть, да! — запинаясь, сказала девушка, — Алан, надо поговорить.

— Ну, я весь во внимании, — Ал подскочил с земли и подошёл к подруге, — что там у тебя?

— Я беспокоюсь о тебе, Ал, — Айна опустила взгляд, — и хочу, чтоб ты был в порядке…

— Ты чего, Ай? — Алан взял ее за плечо, — да будет все хорошо с нами!

— Я беспокоюсь только о тебе! — выпалила девушка и тут же густо покраснела, — точнее… я обо всех беспокоюсь! Но о тебе больше… не хочу, чтоб с тобой что-то случилось… Мы росли вместе, всегда были рядом. И я знаю тебя такого, какого не знает никто! Я знаю, что ты обожаешь мясо в кисло-сладком соусе, а когда кислинки больше, чем сладости, ты морщишь нос и стараешься быстрее доесть. И ты чихаешь, когда тебе в глаза светит яркий свет. И ты любишь собак. Обожаешь просто! Ты кормишь соседского пса всякими вкусняшками. И в детстве ты выгуливал всех соседских собак просто потому что тебе очень это нравилось. Хотя, у тебя всегда было много дел по дому. Ты очень добрый! Всегда стремишься помогать всем, даже тем, что не очень тебе нравится. И за это я тебя люблю. Я люблю в тебе все это.

Айна смотрела себе под ноги. Руки ее были сжаты в кулаки, но они дрожали. Она сама не заметила, как голос ее начал срываться.

— Я знаю, что зимой, когда идёт первый снег, ты долго можешь смотреть в него и ловить снежинки в ладони. Даже сейчас так делаешь! И когда напиваешься, смешно икаешь и краснеешь! И я знаю, что ты заботишься обо всех нас! И смотришь на нас всех одинаково. Я знаю все о тебе. И даже то, что твой взгляд меняется только тогда, когда ты смотришь на неё…

Алан молчал. Он смотрел на неё открыто, не отводя взгляд. А она не могла даже поднять голову, чтоб взглянуть ему в глаза. Наконец-то она взяла себя в руки и подняла взгляд. Подбородок ее дрожал, а слёзы были готовы вот-вот хлынуть из глаз, но она их сдерживала.

— Я люблю тебя, Алан Нортон. Всегда любила! И не хочу жалеть о том, что ты так об этом и не узнал.

— Прости, — Ал ответил сразу, — эти слова тронули меня. Словами не описать, насколько ты дорога для меня, Айна. Ты всегда будешь близка для меня и я всегда буду беречь тебя и защищать. Но, я не могу ответить тебе взаимностью. Прости.

Ал сделал шаг к ней. Легко коснулся губами ее лба и ушёл. Айна была ему за это очень благодарна. Он ведь тоже знал ее лучше, чем кто либо. И он знал, что сейчас она разрыдается. И она не хотела бы, чтоб в этот момент он был рядом с ней. И он был прав. Слезы сами побежали по щекам, Айна сама не поняла, когда именно это произошло. Еле слышно она всхлипывала, когда за спиной раздался хруст камней.

— Ну, что могу сказать, — услышала она голос Ареса позади, — это было сильно.

— Ты что, подслушивал? — девушка поспешно принялась вытирать щеки рукавами кофты.

— Не то чтобы подслушивал, — подал плечами Арес, — увидел просто, что ты несёшься куда-то. Подумал, что-то случилось. Пошёл за тобой. Ну и просто не смогу вовремя уйти.

— Это одно и то же! — вспыхнула Айна, — ну и что? Жалко я выглядела со стороны?

— Да нет, — Арес окинул взглядом всю пещеру и остановился на озере, — драматично, сильно. Как в кино.

— Издеваешься? — нахмурилась девушка.

— И не подумал бы, — серьезно ответил Арес, — просто решил, что раз даже тебе смелости хватило сказать ему правду, то я буду последним идиотом, если промолчу.

— В каком смысле? — шмыгнула носом Айна.

— Скажем так, я не такой мастер слова как ты, — усмехнулся Арес, — я не знаю тебя с самого детства и не знаю о твоих самых сокровенных тайнах. Я не знаю, где у тебя родинки, кто был твоим любимым музыкантом в детстве и прогуливала ли тв уроки в школе. Но я знаю, что ты любишь вкусно поесть, дынные булки и клубничный сок. И что всегда пытаешься есть мало при нем. Ты смешно злишься и ревнуешь тоже забавно. Ты пытаешься казаться более холодной, но на самом деле ты очень солнечная и веселая. Тебе нравятся дурацкие шутки и громкая музыка. А ещё ты боишься высоты. Я влюбился во все это. Хоть и не знаю, что там было в детстве. Я влюбился не в образ, я влюбился в Айну, которая есть здесь и сейчас. И если уж я сейчас ей ничего не скажу, то что я за мужик такой?

— Арес… я… — девушка была в замешательстве.

— Ничего не надо говорить, — усмехнулся Арес, — я сказал это не для того, чтоб ты мне что-то там сейчас отвечала. А просто, чтоб ты понимала… неразделенной любовь не такая уже редкость. И с этим тоже можно жить. Давай, вытирай сопли и пойдём. Мне тут по секрету рассказали, что какая-то бабка помогла им создать здесь настоящие горячие купальни!

— Вот дурак…

***
Купальни здесь были дикими. Базировались они в дальних пещерах, где не было сквозняков. Здесь и правда было жарко. Вода в импровизированных бассейнах была горячей, кое-где тёплой. Вокруг стояли деревянные бочки, лавки, лежали ковши. Вероника привела сюда Айну и Анжелизу. Доминика принесла всем мыло и полотенца. Когда она опустилась в воду, Айна подошла к ней. Доми смерила ее безразличным взглядом.

— Чего? — спросила она.

— Ты же знаешь, что я тебя терпеть не могу? Ненавижу просто! — язвительно заявила Айна.

— Как лестно, — на бок ухмыльнулась Доминика, — усильные же эмоции я у тебя вызываю.

— Заткнись, — отмахнулась Айна, — сегодня я решила всем сказать правду. Вот и слушай. Ненавижу тебя! Ненавижу!

— Эй… — попыталась одернуть ее Анж, — Ай, успокойся…

Но Доминика жестом остановила ее.

— Пусть выскажется.

— А я уже все сказала, — пожала плечами Айна, и опустилась в воду.

Она откинула голову на бортик бассейна и задумчиво проговорила в потолок.

— Я тут в любви парню призналась… а он меня отшил.

Взгляд Доминики изменился.

— Я же не дура, и так знала, что он не любит меня, — продолжила спокойно говорить Айна, — а вот с твоим появлением я только чётче увидела, что на меня он смотрит вообще не так, как на тебя. По другому. Аж злость берет. Никак не пойму, что в тебе такого.

— А я не пойму, что такого в этом вашем Алане, — пробормотала Вероника, — вообще никакой. Ему я Доми не отдам. Ни за что.

— В любом случае, после того, как я узнала о том, что ты тогда его спасла, и что все это врем пыталась защищать нас, и состояла в сопротивлении, ненавидеть тебя становилось все сложнее. А после того, как я тебе это все высказала, вообще провалится хочется.

— Вот как, — Доминика запрокинула голову на бортик, — наверное, так и надо. Мы ведь просто люди.

— Просто люди, — согласилась Айна.

Глава 19 Шрамы

Ветер с каждым днём усиливался. На улице становилось холоднее. Лоуренс ждал Солану на лавочке в центральном парке. Как и положено леди, Солана опаздывала. Наконец-то она появилась, ее машина припарковалась у главных ворот. Она все ещё была в трауре, о чем свидетельствовала ее чёрная одежда и чёрный шелковый платок, покрывавший ее голову.

— Сола, — Лоуренс поднялся, чтоб поприветствовать ее.

— Лоуренс, — кивнула она ему и присела рядом на лавочку.

— Как ты?

— Странный вопрос.

— Прости… я не… я и правда не знаю, что говорить сейчас…

— Сейчас уже нет смысла что-то говорить, — грустно улыбнулась Солана.

— Твоя дочь — герой, Солана!

— Я предпочла бы живую дочь-неудачницу, чем мертвую дочь-героиню. К тому же, у меня уже есть покойный муж-герой.

— Сола…

— Не будем об этом. Лучше скажи, что будет дальше? Не хочу, чтоб их смерть была напрасной… скажи, что у тебя есть план.

— Да, конечно, — кивнул Лоуренс, — пока что сложно о чём-то говорить. Мне пришлось нанять дополнительную охрану для себя. И для Эрики. Она уже находит я в Альтер-клинике, ее погрузили в капсулу. Угроз приходит слишком много. Поэтому, пока что я обеспокоен защитой дочери. Но… дальше я планирую дать несколько интервью и тогда!..

Лоуренс запнулся и Солана сразу же поняла почему. По вымощенной белым гладким камнем тропинке к ним приближалась женщина. Выглядела она очень молодо, лет30, не более. На ней был строгий серый брючный костюм, бросались в глаза яркие красные туфли. В ее иссиня чёрных волосах было две пепельно белых пряли, можно было подумать, что это ранняя седина. У неё были холодные, светло-серые глаза. У женщины был властный, стальной взгляд. Ее сопровождало двое мужчин-охранников. Это была Мари Нишима, глава корпорации Альтер.

Мари получилась пост главы десять лет назад. Она просто появилась. Никто не знал, кто она, откуда и как вообще настолько быстро смогла продвинуться по карьерной лестнице. Но с ее приходом развитие Альтер только ускорилось. Корпорация стала расширять свои полномочия, изобретения становились все более современными, приносить больше пользы. Нишима словно вдохнула в Альтер новую жизнь. Очень быстро она заработала свой авторитет и среди парламента. Поэтому, к ее мнению всегда прислушивались. Что ей понадобилось сегодня в парке — было загадкой.

— Добрый день, советник Редхол, господа Грейрод, — поровнявшими с ним, поприветствовала их Нишима.

— Добрый день, госпожа Нишима, — кивнула Солана.

Лоуренс тоже ответил приветствием.

— Что привело вас в парк, госпожа Нишима? — поинтересовался он.

— День так хорош, что не было сил разбирать скопившиеся документы, — холодная улыбка еле коснулась губ Мари, — не ожидала здесь увидеть вас.

— Для нас это тоже приятная встреча, — вежливо произнесла Солана.

— О, думаю, мне стоит принести свои соболезнования, Солана, — тихо сказала Мари, — я так и не навестила вас лично.

— Вы не обязаны, госпожа Нишима, — ответила Сола, — я благодарна вам за ваше участие.

Мари кивнула и тут же переключилась на Лоуренса.

— А вы, Редхол, смогли меня удивить. Настолько смело вы поступили.

— Нет смелости в том, чтоб выполнять свои обязанности как члена парламента. Мой долг — заботиться о своём народе. А народ имеет право знать правду.

— Самоотверженно, Лоуренс, безусловно. Но, такаяверность своему народу может быть опасна для вас. Разве я ошибаюсь?

— Вы абсолютно правы, — кивнул Лоуренс, — но, знаете, любая работа может быть опасной. Бояться каждой лающей в мою сторону собаки было бы глупо.

— Вот как, — хмыкнула Мари, — вы считаете, что фильтрация людей не нужна в нашем обществе?

— А вы считаете, что нужна?

— Да, — сухо ответила Нишима.

— Разве имеем мы право решать за кого-то, как ему распорядиться собственным телом? И жизнью? — настороженно спросил Лоуренс.

— Мне сложно ответить на этот вопрос. Я рассматриваю его немного с другой стороны, чем вы. Как истинный гуманист, вы, конечно же, думаете о людях, о их правах и возможных последствиях полосной фильтрации. Но я, как и все в Альтер, смотрим немного дальше в будущее. На сегодняшний день мы поручили нескольким группам чистильщиков проводить опросы среди людей Альтер-мира. Они тщательно опрашиваются жителей, хотели бы они вернутся в реальный мир и преимущественное большинство даже не думает об этом, им более чем комфортно в Альтер-мире, который мы для них создали.

— Но они не знают, что сервера не выдерживают! Они ведь не знают о том, что теряют то, что так обожают Альтер-мир. Бессмертие.

— Лоуренс, — тонкие губы Нишима растянулись в неприятной усмешке, — вы ведь взрослый человек. Мы учёные, а не волшебники. Бессмертие — это красивая картинка Альтер-мира, пока живо наше тело. А вы должны понимать, что ни одна капсула не способна победить старение и смерть. Это правда, то капсулы замедляют, почти что останавливают все процессы живых организмов. Но они не останавливают время. Все мы смертны. Кто-то умирает раньше, кто-то живет немного подольше. Разве это не естественный отбор?

— Так то оно так, но когда человек лезет в пасть тигру — он знает, что не воскреснет в реальной жизни. Но в Альтер-мире каждой искатель приключений рискует своей жизнью только потому, то знает о том, то восстановится в точке воскрешения! Разве не стоит объявить людям о том, что у них есть определённый лимит на воскрешение? — вступила в диалог Солана.

— Мы над этим работаем, — просто отмахнулась от неё Мари, — в любом случае. И нам стоит пересмотреть свои взгляды на ситуацию. И эволюционистам. Их даже вам. Советую смотреть немного дальше в будущее. Мне нет дела до политический распрей и конфликтов между членами разных партий. Лично меня волнует только благополучие народа Истара. И я сделаю все, чтобы никто не повторил печальную судьбу людей прошлого.

Она замолчала. А потом быстро взглянула на свои часы.

— Что ж, — сказала она, — вынуждена вас покинуть. Была рада этой встреча. Лоуренс. Солана, ещё раз приношу свои соболезнования насчёт вашей дочери. Она была прекрасной девушкой.

— Благодарю, — кивнула Солана, — по крайней мере, напоследок она хотя бы мужчину в дом привела… я была рада.

***
И если в центре ветер лишь усиливался, то далеко за чертой городов бушевала настоящая песчаная буря. Именно эта буря не давала группе Алана выехать уже двое суток. И утихать она не собиралась. Чтоб скоротать как-то время, ребята занимались кто чем. Айна почти все своё время проводила с Нахо. Старушка очень напоминала ей родную бабушку, поэтому она старалась как можно большему у неё научится. Нахо в свою очередь старалась передать ей больше знаний. Она учила ее ориентироваться на местности без привычных ей приспособлений, делилась секретами готовки и даже показала свой небольшой схрон со специями.

Алан и Арес, как и Доминика с Анжелизой, тратили время на тренировки. Здесь, в поселении № 5 можно было развернутся. Система пещер и туннелей позволяла отрабатывать и рукопашный бой, и стрельбу, и даже мастерство холодного оружия. Команда постоянно менялась. Двое на двое или же по одному с разными спарринг-партнёрами. И вот сейчас Арес и Алан сидели и наблюдали за тренировкой Доминики и Вероники. Анжелиза сидела возле них и наблюдала тоже. Алан был удивлён. Он почему-то считал, что будучи генеральской дочкой, Доминика не особо сильно заворачивалась по поводу силовых тренировок. Но она казалась яростным противником. Все ее движения были отточены, быстры, точны. Признаться, такое мастерство редко встретишь даже среди его сослуживцев мужчин.

Вероника не была сильным противником. И пускай в спарринге с Доминикой она выкладывалась на полную, они были на разных уровнях. Вер вспотела, тяжело дышала, в то время как Доминика покрылась лишь легкой испариной и движения ее ни разу не замедлились. С каждым новым ударом, она начинала все больше уклоняться, чем парировать. И Веронику это очень сильно злило. Злость не давала ей мыслить трезво и она поигрывала раз за разом. В какой-то момент она просто ухватила Доминику за майку и потянула на себя, но сама же потеряла равновесие и упала, разорвав ткань. Доминика придавила ее коленом к земле и властно усмехнулась. От этой картины у кого угодно пробежали бы мурашки по телу. И Алан был не исключением. Но вот только взгляд его задержался на спине Доминики. Из под разорванной майки ему открылась бледная девичья кожа, поперёк которой проходил грубый рваный шрам.

Когда возмущенная Вероника поднялась с земли и отряхнулась, Алан спрыгнул на площадку.

— Давай ещё раз, — сказал он Доминике, — теперь со мной.

Девушка пожала плечами, мол ладно, давай. Приняв боевую позицию, она сразу же атаковала. Ее удары были достаточно сильны, Алан про себя отметил, что она старается попадать по болевым точкам. Айна и Анжелиза всегда целились в открытые зоны, а она сражалась так, чтоб не дать противнику и шанса защищаться. Правда, с Аланом это не так работало. Как бы умело она не билась, Ал был сильнее, быстрее и его удары было мощнее в разы. Хотя, стратегия боя у них была похожа. В какой-то момент Ал понял, что старается сдерживаться и в этот же момент получит точный удар в скулу. Вывернувшись и уклонившись от следующего удара, он перехватил руку девушки, заломав ее за спину и повалив на землю, как та уронила Веронику. Доминика несколько раз дёрнулась и затихла, сверкнув разъярённым взглядом.

Ал отпустил ее и протянул руку, чтоб помочь подняться. Взглядом девушка дала понять, что ненавидит проигрывать. Она молча обошла его и направилась прочь. Вероника проводила ее шокированным взглядом. Алан последовал за ней. Уже переодеваясь в купальнях, Ал смог рассмотреть ее шрам. Он шёл рваной полосой от правого плеча к позвоночнику до уровня талии и продолжался почти до левого бедра.

— Не ожидал от тебя… — начал Алан осторожно.

— Чего именно?

— Когда впервые увидел тебя в спарринге, думал, ты такая сильная, потому что противники слабее тебя.

— Вот как? — Доминика не обернулась, но по голосу ее Ал понял, что ее это задело.

— Я к тому, что обычно от девушек такого не ожидаешь, — попытался исправится он, — а ты ещё и дочь генерала и…

— Ну вот опять, — Доминика швырнула на пол свою майку и обернулась к нему.

На ней было только чёрное спортивное белье. И Алан смог увидеть, что небольшой шрам у неё есть ещё и на боку.

— Вот всегда так. Что бы я не делала, мне прилетает за то, что я родилась дочкой генерала! — вспыхнула девушка, — делаешь хорошо — ну, конечно, кто ее родители! Ещё бы она с такими генами сделала плохо! Делаешь плохо — да какая разница?! Она же генеральская дочь! Ее отец все решит. Решила стать военной? Конечно, ей будет просто! Папа поможет! И дядя. И мама подсобит. Сколько бы усилий я не прикладывала, мои успехи приписывали моему происхождению, а не мне. Что бы я не делала, я никогда не была Доминикой. Я всегда была Доминикой Грейрод, дочерью генерала и советницы парламента.

Она выпалила это так резко, что Алан на секунду растерялся.

— Не так плохо быть Доминикой Грейрод, — тихо сказал он, — ведь Доминика Грейрод один из сильнейших противников, с которыми я когда либо сталкивался.

Девушка не ответила, она снова отвернулась и продолжила переодеваться. Алу показалось, что она немного успокоилась. И он решил продолжить этот диалог. Мужскую и женскую купальню разделяла тонкая перегородка. Ал прислонялся к ней спиной и почувствовал, что с другой стороны к этой перегородке так же прислонилась и Доминика.

— Я, возможно, не самый красноречивый человек, которого ты встречала, — сказал он, глядя вверх, — хотел комплимент сделать, а вот как вышло… но, мне и правда хочется узнать Доминику. Она кажется мне интересным человеком… я таких раньше не встречал.

— И что же ты хочешь знать о Доминике? — после короткой паузы послышалось из-за перегородки.

— Много чего, — сказал Ал, — готов услышать все, что она будет готова мне рассказать.

Оба замолчали. Вода была тёплой. Ала быстро разморило. Захотелось спать. Пар поднимался к потолку и хотелось только одного — добраться до подушки. Во всем тела текла приятная усталость. Он давно такого не чувствовал. Давно не испытывал удовольствия от тренировок.

— Откуда эти шрамы? — спросил Ал, — если не хочешь не отвечай. Я просто…

Но она ответила.

— Генеральскую дочь недолюбливали в академии.

— Как?..

— У нас были тренировки в лесу. Ночью одна развеселая компания решила припугнуть меня. Показать мне «мое место». Вытащили меня из палатки, утянули на утёс, недалеко от лагеря. Я не сразу поняла, что это свои и сопротивлялась слишком агрессивно. А когда поняла… столкнула одну девчонку с этого утеса.

Доминика запнулась. Глубоко вздохнув, она продолжила.

— Я сиганула за ней. А там камни, поваленные деревья. В общем, спину разорвало на камнях. А боком я на какой-то сук налетела. Девчонка сильно не пострадала и то хорошо.

— Ты смягчила ей падение собой?

— Очевидно, что да.

— А что дальше?

— Ну, провела пару месяцев на лечении. Я никого не сдала, хотя и так все было очевидно. Они даже пару раз проведывали меня в больничном крыле академии. Друзьями мы не стали, но от меня отвязались и больше не пытались задирать.

Ал не сдержался и, выйдя из мужской части купальни, перешёл через перегородку и спрыгнул в воду возле Доминики. Глаза он держал закрытыми.

— Ты чего творишь? — воскликнула девушка.

Ал просто повернулся к ней спиной, открыв ей свой шрам на спине. Огромный, безобразный шрам от ожога. Он слышал только как вода всколыхнулась, почувствовал как Доминика приблизилась. Ее пальцы еле коснулись его спины.

— Это?..

— Когда сгорел мой дом…

Доминика прислонилась к нему спиной к спине. Так они сидели некоторое время молча. Ал чувства как лицо его горит. Щеки девушки тоже пылали. Но они друг на друга не смотрели. Только ощущали. Наверное, впервые за всю свою жизнь они ощущали нечто подобное. Спокойствие рядом с человеком, который похож на тебя так же, как и ты на него. Ал думал о том, что не смотря на то, что Доминика сильный боец, у неё маленькое тело. Хрупким он его бы не назвал. У девушки была хорошо развита мускулатура, он это ощущал. Но тем не менее, это не умаляло ее женственности, трепетности. В свою очередь Доминика ощущала, насколько силён Алан. Его широка спина служила ей хорошей опорой, буквально.

— Когда мамы не стало, я винил во всем случившемся отца, — произнёс Алан шепотом, — себя винил в том, что не пришёл домой раньше. Что не спас маму. А его винил в том, что это вообще случилось. Я знал, что он нарушил какие-то правила. Не знал, что именно он сделал. Но понимал, что пожар в доме и смерть мамы именно из-за того, что отец кому-то не подчинился. Я даже слушать его не захотел, не посмотрел на него, когда он приходил ко мне в больницу. Меня забрала семья Айны. А потом я съехал в квартиру, которую мне выделили после окончания академии, как чистильщику. Я убедил себя, что этого всего не случилось бы, если бы отец следовал правилам. И решил, то никогда не допущу подобного. Сберегу всех, кто мне дорог, беспрекословно выполняя все приказы.

— Это тяжело…

— В итоге, я облажался, — усмехнулся Ал, — если бы ты не появилась… наверное, я бы… я не знаю теперь, как мне смотреть в глаза отцу. Как с ним встретится. Ему ведь уже наверное сообщили, что я умер. Не знаю…

— Но, ты жив, — Доминика откинула голову ему на плечо, — а пока вы живы… вы можете поговорить…

— И снова ты права… это, знаешь ли, немного раздражает… — Алан искоса взглянул на девушку.

Она не ответила. Так они и остались сидеть в воде. Сидели долго, молчали, снова говорили и снова молчали. Оказалось, можно узнать друг о друге намного больше, если просто соприкоснутся шрамами…

Глава 20 Альтер-мир

Алан и Арес сидели у огня, наблюдая за тем, как Айна готовит что-то под чутким руководством Нахо. Анжелиза помогала Веронике и Доминике собирать вещи в дорогу. Арес нервно барабанил пальцами по коряге, которая служила им лавкой. Вид у него был задумчивый и обеспокоенный. Пару барабанных дробей спустя, Алан не выдержал и хлопнул его по плечу.

— Да что ж такое?! — спросил он раздраженно, — когда в тебе просыпается барабанщик, я начинаю нервничать. Что случилось?

— Да так… — Арес сложил руки в замок, — я все пытался проанализировать происходящее и кое-что никак не сходится.

— И что же?

— Система Альтер проста. Чем выше твой уровень в Альтер-мире, тем выше твой достаток в реале. Даже не обладая статусом политика или еще там какой-то шишки, можно жить припеваючи. Кто не прижился в Альтер-мире, тому охотно находят работу в реале. Но чтоб понять, приживешься ты там или нет, ты должен хотя бы попробовать. А людям в этом поселении попробовать не дали.

— В каком смысле?

— Никто из них никогда не погружался, — сказал Арес уверенно, — я спросил по меньшей мере человек тридцать. Никто из них или их знакомых или родственников. Никто и никогда даже не приближался к капсуле.

— Но… это невозможно, — Алан опустил взгляд себе под ноги, — политика корпорации этому противоречит.

— Слушай, все, что мы здесь увидели, включая крематорий и закрытую программу Очищения, доказывает, что корпорация Альтер строго придерживается своей политики. Вот только какой именно — они не озвучивают. Поэтому, предлагаю принять как данное то, что Альтер — это обитель демонов.

— Не утрируй… — усмехнулся Ал, — предлагаю просто разобраться в происходящем.

— Просто? — Арес приподнял бровь, — слушай, друг, посмотри в словаре значение слова «просто».

— Мы можем спросить, — пожал плечами Нортон и поднявшись с места, направился в сторону Айны, — простите, Нахо. Можно задать вам пару вопросов?

Айна от удивления выронила ложку, которой мешала еду в котелке. А Нахо мягко и снисходительно улыбнулась, казалось, она ждала, что к ней обратятся. На шум отреагировала и Доминика. Спрыгнув с багажника пикапа, который им выделили для путешествия, она направилась в сторону Алана. Вер и Анж переглянулись и решили, что назревает что-то интересное.

— Нахо, — Алан присел на деревянную коробку возле старушки, — вы говорили, что возглавляли один из отрядов чистильщиков десять лет назад и сами подписали документы об участии вашей группы в выселении всех этих людей.

— Верно, — кивнула Нахо.

— Значит, вы знаете о деталях этой операции. Кто спланировал, чьи подписи стояли на тех документах, кто участвовал в зачистке. Были ли сопротивления и жертвы. Уверен, даже если нигде и никогда ни разу не прозвучало имя того, кто отдал приказ, вы и так догадываетесь, кто за этим стоит, — Ал посмотрел ей прямо в глаза и на мгновение, в добром старушечьем взгляде промелькнула сталь.

— Почему ты так думаешь, милый? — улыбнувшись, спросила она.

— Потому что вы умны, — ответил Ал, — ваши навыки не заканчиваются на ориентировке по местности и готовке. Я знаю это, потому что те, кто возглавляют подразделения, проходят регулярные тренировки и тестирования. Физподготовка, тест на интеллект. Ваши показатели должны быть идеальны, в противно случае, вас понизят или отправят на пенсию. Десять лет назад вам было 68 лет. Но вы все еще были при делах. Более того, ушли по собственному желанию, оценив сложившуюся ситуацию. Так что, я не думаю, я уверен в том, что вы очень умны, Нахо. И вы можете дать нам недостающую информацию. То, без чего этот пазл нам не сложить.

— У тебя есть все шансы возглавить свое подразделение, — старушка выпрямилась, — ты первый, кто пришел с этим вопросом именно ко мне.

— И не прогадал, — ухмыльнулся Ал, — так ведь?

— Ага, — Кивнула Нахо, — видишь ли, как я уже говорила, вдоль границы Истара таких поселений где-то пятьдесят. Но здесь не только те, кто был посвящен в программу Очищения. В поселения сослали всех, кто стояли у истоков Альтер-мира.

— Что? — Доминика удивленно взглянула на Нахо, — как это вообще возможно?

— Все просто. Власть не имеет ничего общего с законами и справедливостью. Парадом правит тот, кто обладает властью. А в корпорации Альтер власть получила Мари Нишима, — просто сказала Нахо, — все это началось когда она вернулась…

— В каком смысле? Что значит вернулась? — прищурился Ал.

— Оуу… — старушка указала всем присутствующим на ящики, — присядьте. Вы ведь знаете, что Альтер-мир был создал 20 лет назад?

Все присутствующие утвердительно закивали.

— А сколько до этого велись разработки, вы знаете?

— Пять лет, — отмахнулась Доминика, — это общеизвестная информация. К чему эти вопросы? Об этом рассказывают всем школьникам на первой же экскурсии в главный офис корпорации.

— Погоди, Дом, — поднял руку Алан, — мы тут с Аресом подумали…

— Громкое заявление, — хмыкнула Вероника.

— Да завали, — стрельнул в нее взглядом Арес, — серьезные вещи обсуждаем. Нельзя хоть сейчас не язвить?

— Какие мы злые-то, — закатила глаза Вер, — ну прости, принцесса, больше не буду.

— Вер, — одернула ее Доминика, — пусть скажут.

— Большинство информации, которая была обнародована за все это время руководством корпорации, не сходится с реальностью. И видимо, история о создании Альтер-мира тоже может быть немного искажена, — сказал Алан, — я ведь прав, Нахо?

— Прав, — кивнула старушка, — разработки капсул полного погружения длились чуть больше пятнадцати лет. Пять лет — смешной срок для эксперимента такого масштаба. И эти эксперименты проводили на людях, что, думаю, очевидно, и так. Суть исследований состояла в том, чтобы поместить сознание человека в виртуальную песочницу, а потом так же безопасно извлечь его и вернуть назад в тело. Многие этих экспериментов не выдерживали. Да что там… именно для таких людей и были созданы Белые дома… Ментальное здоровье испытуемых давало сбой, их психика не выдерживала. А как вы знаете, повреждение головного мозга может носить как общий, так и локальный характер. Временная или постоянная потеря функций организма — вот что ожидало этих людей. Экспериментов не выдерживали ни мозг, ни тело… К тому же, у некоторых подопытных в капсулах начал проявляться некроз. Много людей пострадало. Но, как вы уже поняли, этого не афишировали.

— Так, а при чем там Нишима? — нетерпеливо спросила Анж, — кто-то из ее родственников участвовал в этом? Или был в составе группы ученых?

— Мари Нишима была одной из испытуемых, — сказала Нахо.

— Эм… Мари Нишима выглядит фактически нашей ровесницей, может чуть старше, — начала считать Доминика, — широкой публике Альтер-мир представили в 2107, то есть, 20 лет назад. А если прибавить к этому еще 15 лет… получается, разработка началась в 2092… она должно быть была еще совсем ребенком!

— В 2092 году Мари Нишиме было 17 лет. К эксперименту она присоединилась в 2100 году, когда ей исполнилось 25. И продержалась она в этом эксперименте дольше всех, все семь лет до презентации Альтер-мира, — Нахо серьезно посмотрела на девушку, потом перевела взгляд на Алана.

— Значит… получается, ей сейчас?.. — Алан задумался, — 52 года?

— Получается, что да, — кивнула Нахо, — Мари Нишима оказалась находкой. Ее тело не подвергалось некрозу в капсуле, а ее сознание оставалось неповрежденным даже после того, как его раз за разом извлекали и погружали. Она единственная, кто выдержала эти испытания. Более того, ее тело сохранилось в том же состоянии, как и до начала экспериментов и с той поры процесс старения замедлился. Своего рода феномен. После окончания исследований, Нишима исчезла. О ней ничего не было слышно лет 8. Но этому не придавали значения. Она просто испытуемая. Как и всем, кто выступил добровольцем, ей выплатили крупную сумму и, вероятней всего, она вернулась к своей семье. Но двенадцать лет назад она снова появилась на пороге Альтер. С поразительной скоростью она продвигалась по карьерной лестнице и уже через два года села в кресло главы. И вот тогда все и началось…

— Можно как-то конкретней? Что началось-то? — не унималась Анжелиза.

— Имей терпение, детка, — Нахо продолжила, — Мари сразу же принялась за чистку приближенных. Все, кто хоть как-то был причастен к экспериментам по созданию Альтер-мира, были высланы сюда. А потом, она разработала план Ликвилации…

— Так, погодите секундочку, — Ал невольно сжал руки в кулаки, — то есть, план Ликвидации не был авторства кого-то из партии эволюционистов? Решение так зачистить людей поступило от верхушки Альтер?!

— Получается, что так, — пожала плечами бабушка, — Мари оказалась очень сильным лидером. Ей стоит отдать должное. Нельзя сказать, что ее решения несут в себе зло. Если смотреть глубже, то все ее действия с момента пришествия в компанию были направлены на то, чтоб улучшить жизнь граждан Истара и союзных государств. С этим она справилась отлично и справляется по сей день, вынуждена я признать. Но вот для решения глобальной проблемы она избрала очень радикальный метод…

— Но это… — Алан вспыхнул, — выходит, мы не знаем почти ничего ни о корпорации, ни о том, как устроена наша жизнь. Вообще ничего не знаем…

Повисла гнетущая пауза. Нахо с жалостью смотрела на Алана, он чувствовал этот взгляд так, словно это его личная трагедия только что открылась всему миру. Доминика искоса погладывала на него с неким, еле уловимым, беспокойством в глазах. Арес сделал пол шага в сторону, он уже видел этот взгляд Алана. Он был в ярости.

— Мари Нишима всегда получает то, что хочет, — тихо продолжила свой рассказ Нахо, — она безжалостная, целеустремленная женщина. Пока я работала в отделе чистильщиков, мне доводилось встречаться с ней всего пару раз… но я хорошо запомнила ее методы работы. Если кто-то ей мешает, она его уничтожит. Она умеет ломать людей, в этом ей нет равных…

***
Лоуренс Редхол всегда возвращался домой к шести. Это была привычка, которую он выработал за годы жизни со своей дочерью. Он всегда старался быть вовремя, чтоб провести с ней остаток вечера. Вся прислуга знала, что к этому времени ужин должен стоять на столе, а все текущие дела задачи должны быть сделаны. После инцидента с нападением, Джуна и Оуэн уволились. Остальные отказались даже брать выходной и вышли на работу на следующий же день, всецело оказывая поддержку хозяину. Поэтому, когда Эрику поместили в капсулу клиники, Лоуренс мог быть спокоен и не волноваться о том, что он вернется в пустой дом. Он знал, что ему не будет совсем одиноко.

Так он думал и на этот раз. Впервые задержавшись в офисе, Лоуренс вернулся позже обычного. В доме горел свет, поэтому он даже не насторожился, нажав на звонок. Но когда дверь не открылась, мужчина занервничал. Прислушавшись, он понял, что по ту сторону двери царит гробовая тишина. Ни звука. Трясущимися руками, Лоуренс поднес ключ-карту к своей двери, которую сменили после первого нападения.

Открыв дверь, Лоуренс оцепенел. Ноги подкосились, он упал на колени, уперевшись руками в мокрые ковры на пороге. Его вырвало. В горле застрял крик. Коридор был окрашен в красный. Стены, даже потолок, ковры пропитались насквозь кровью. Крови было настолько много, что ее запах резал глаза. По центру коридора, прямо перед входной дверью, были рассажены тела прислуги. Здесь были все, Рита, Дэн и Марчи. Их рассадили на стулья, они были привязаны друг к другу за руки. Перерезанное горло, запястья. Рита сидела по центру, рука ее была привязана к подлокотнику стула и ладонь была разжата. Содрогаясь всем телом, Лоуренс все равно заставил подняться себя с пола. Одежда и руки его уже были в крови. На подгибающихся ногах он направился назад к машине. На ладони Риты лежал маленький жемчужный браслет. Этот браслет его жена подарила дочери перед отъездом в экспедицию. Эрика с ним не расставалась.

Лоуренс ехал словно в бреду. Он нарушил все возможные правила, ему сигналили другие водители. Но он видел перед собой только дорогу, ведущую к клинике. У здания толпились люди. Много полиции, репортеры. Лоуренс уже и не помнил, как он остановил машину, как выпал к ней и побежал в толпу.

— Говорят, там месиво… — доносилось до его сознания, — много раненых врачей. Двое охранников получили серьезные травмы…

Несколько рабочих выносили что-то из помещения, прикрываясь это черной клеенкой. Лоуренс рванулся к ним.

— Что? Остановитесь! — кто-то попытался ухватить его, но Лоуренс все же успел прорваться вперед.

Прежде, чем его скрутили, он одернул угол клеенки…

***
Машина была полностью готова к дороге. Арес уже сидел за рулем, Доминика и Ал расположились в кузове оснащенного пикапа. Айна прощалась с Нахо и Вер.

— Мы вернемся с хорошими новостями. И тогда вы научите меня еще большему! — Айна держала Наха за руки и лучезарно улыбалась.

Старушка погладила ее по щеке.

— Я подожду тебя здесь. И пока что попробую обучить чему-то твою подругу, — улыбнулась она, взглянув на Анжелизу.

Анж оставалась вместе с Вер на защите поселения № 5. Она кивком пожелала удачи команде. Все же, ей было не спокойно. Элиот находился на территории Истара и все еще не выходил на связь, впрочем, как и Айзек. Кто-то должен был их дождаться здесь. Айна прыгнула на переднее сидение возле Ареса. Когда машина выехала за пределы поселения № 5, парень задумчиво произнес:

— Когда вернусь, обязательно проведаю Эрику. Расскажу ей о том, какой мир за пределами этих стен. Ей, наверное, будет интересно.

— А ты к ней привязался, — усмехнулась Айна.

— Милый ребенок. К тому же, замуж за меня хочет выйти, — засмеялся Арес, — любой бы проникся.

— А ведь и правда, — согласилась Айна.

Пикап отдалялся от поселения. Они уже не слышали, как по единственному каналу связи соединявшему Истар и поселение на границе, по новостям дикторским холодным голосом передали:

— Сегодня на клинику Альтер было совершено нападение. Много пострадавших среди персонала. Тяжелые травмы получили сотрудники охранной службы клиники, известно около двенадцати раненых среди медперсонала. Известно об одной жертве. Ею стала пациентка капсул полного погружения, Эрика Редхол.

Глава 21 Раны

Пикап был в дороге уже несколько дней. Машину вели по очереди, сменяли друг друга каждые четыре часа. На ночлег останавливались, как стемнеет. За все время пути им так и не встретилось ничего живого. Лишь серая, выгоревшая пустошь и впереди, на линии горизонта, сухой и серый, словно могильная плита, лес. На каждой остановке Айна проверяла почву, но вся она была мертва, в руках рассыпалась пылью. На мили вокруг не было ни травинки и никаких признаков жизни. Айна нервничала. Продовольствия у них оставалось дней на 15, а впереди был лишь мертвый лес. Доминика же, напротив, была полна энтузиазма. Она верила в успех их путешествия несмотря на то, что лес впереди для многих стал могилой. Так лишь считают, ведь из леса никто так и не вернулся.

По пути им встречались развалины старой цивилизации. Бетон, стекло, метал. Кое-где еще можно было наткнуться на остатки зданий и даже на подобие городов. Ночуя среди таких стен, можно было укрыться от степного ветра, который гулял ночами по пустошам, но от этих мест кровь стыла в жилах даже у парней. Сложно было представить, что здесь когда-то бурлила жизнь. Арес много фотографирует в пути. Все для Эрики, ну еще и для Анж и Эла. К тому же он был убежден в том, что люди должны видеть, во что превратилась Земля. Вид пустоши должен взывать к сознанию граждан, чтоб они боялись повторить эту участь.

Алан проводил время дороги в основном молча. Он думал, много думал о том, что услышал от Нахо. Он задавался вопросом, какие мотивы были у Мари Нишимы? Ведь не может человек просто так прийти к выводу, что нужно устроить геноцид. Так просто не бывает. По крайней мере, в его голове это никак не укладывалось. На пятый день пути он впервые заговорил об этом с Доминикой. Они опять сидели в кузове пикапа, Доминика дремала, когда он осторожно коснулся ее плеча.

— Я тут подумал… не слишком ли много совпадений? — сказал он, — то есть, я хочу сказать, что мой отец… проблемы у него на работе начались в тот же год, в который пришла к власти Нишима. Только сейчас это понял… А через год не стало и мамы…

— В 2118? — мгновенно проснулась Доминика.

— Да, — кивнул Ал, — сейчас я, возможно, параною немного, но кажется, что это может быть связано и…

Алан запнулся. Говорить о смерти матери ему было тяжело даже спустя столько лет. Тем более, сейчас он словно заново переосмысливал все то, что случилось. Доминика это заметила. Она вздохнула.

— Мой отец, — сказала она тихо, — погиб в 2118 году.

Алан уставился на нее.

— В последние месяцы, перед тем как это случилось, папа часто ругался с дядей Селимом, — продолжила свой рассказ Доминика, — но, каждый раз, когда видели меня, они замолкали. Но сейчас я вспоминаю, что слово «геноцид» в их скандалах я слышала часто… Мама папу всегда поддерживала. Правда, по ней было видно, что она не хотела, чтоб он лез на рожон. А дядя был на него почему-то очень зол… А потом Мари Нишима нанесла нам визит… они долго сидели в папином кабинете, о чем-то говорили. Понятия не имею, о чем, мама вывела меня в сад, и мы просидели там, пока Нишима не уехала. А через неделю папа отправился с инспекцией к стене. И больше не вернулся… его вертолет разбился. Позже, нам сказали, что он был неисправен, виноват механик, который не доглядел поломку… его тут же уволили, не дав даже поговорить с ним…

— Мне жаль… — только и смог сказать Ал.

— Когда его не стало, мама сильно изменилась, — девушка тяжело вздохнула, — она словно перестала слышать меня. Был против моей работы в армии, требовала, чтоб я поскорее определилась с замужеством. Отношения у нас совсем испортились…

— Вы, по крайней мере, жили под одной крышей и хоть как-то общались, — грустно усмехнулся Ал, — не то, что я…

— В любом случае, если все это и правда связанные между собой происшествия, значит, у нас адски сильный противник, — произнесла девушка, — финальный бос квеста.

— Ну, пати у нас тоже сильная, верно? — Ал положил свою руку на ее ладонь, — у нас нет выбора, Доминика, нужно победить.

— Доми… можешь так называть, — глядя в сторону, сказала девушка, — так друзья зовут…

***
Лоуренс Редхол сидел в гостиной дома Грейродов. Взгляд его был стеклянным, словно у фарфоровой куклы. Он смотрел в одну точку, даже не моргая. Бледный, безжизненный. Он был безутешен с тех самых пор, как увидел свою дочь. Тело Эрики буквально размазали по всей капсуле. От этого зрелища теряли сознание даже опытные силовики, которых прислали забирать капсулу. Но Лоуренс не мог отвести взгляда от Эрики, точнее, от того, что от нее осталось. Окончательно отчаяние накрыло его тогда, когда судмедэксперт сообщил, что перед смертью, Эрику вывели из Альтер-мира. Она была в сознании, когда ее убивали. После случившегося, Лоуренса временно приютила Солана Грейрод. Она, потерявшая дочь, как никто другой могла понять его боль.

Первое время, она даже не пыталась заговорить с ним. Просто молча, хладнокровно выдирала у него из рук острые предметы, которыми он пытался вспороть себе вены. Она была с ним и день, и ночь, как самый верный друг. Солана не позволила ему ничего сделать с собой. После очередной попытки суицида она нарушила тишину.

— Если ты сейчас сдашься, значит те, кто совершил это, добились своего. И убийца Эрики никогда не будет наказан. Твой единственный путь — бороться до конца. Во имя своей дочери! — сказала она.

Лоуренс не видел смысла в борьбе. В этом мире не было больше ничего, что заставляло бы его двигаться вперед. Ни жены, ни дочери. Казалось, он остался совсем один. Уже несколько дней он сидел в гостиной на диване, не мигая смотрел в стену и молчал. Сегодня Солана вернулась домой раньше. Она сняла с себя верхнюю одежду, приказала прислуге приготовить чай и опустилась в кресло напротив Лоуренса.

— Как? — впервые за пару дней заговорил он, — как ты справилась? Сначала Брайан, потом Доминика… как ты с этим справилась?

— А я не справилась, — взгляд Соланы потух в одно мгновение, — мне больно. Словно тебе вырвали сердце, порвали все сухожилия, перерезали все вены, отбил легкие… ты задыхаешься, пытаешься кричать окровавленными губами. И не можешь выдать ни звука. Думаешь, с этим можно справиться?

Лоуренс молча слушал ее.

— Невозможно с этим смириться, забыть… каждую ночь я просыпаюсь в холодном поту и понимаю, что моя постель пуста, комната дочери пуста… Эту дыру в груди ничем не заполнить… но я выбрала двигаться дальше. Потому что они шли вперед, не оглядываясь. И я хочу, чтоб их путь продолжался пускай и моими ногами. Вот и все.

Она поднялась с кресла и направилась на второй этаж. Лоуренс остался смотреть в стену. Но сердце его в этот момент забилось быстрее.

***
— Я не ожидал увидеть вас здесь, после произошедшего.

В катакомбах было темно, единственным источником света служила светодиодная лампа, которая стояла на земле между Айзеком и Лоуренсом.

— Айзек… — Лоуренс был бледен, но впервые за долгое время твердо стоял на ногах, — скажите… что заставляет вас двигаться вперед?

— Хороший вопрос… — Айзек задумался, — моя жена тяжело больна. Она оцифрована уже много лет. Более 10 лет она не покидала капсулу. Но, у нее есть одно важное и вполне человеческое желание. Она хочет уйти из жизни человеком. Настоящим, из плоти и крови, а не набором цифровых данных. Я считаю, она это заслужила. Любой заслужил. Все люди имеют право решать, как им жить и как им умереть. Мы не можем решить лишь как и где нам рождаться. Поэтому, никто не вправе лишать человека хотя бы этих привилегий.

— Больше похоже, что это ваша личная причина и к благу всех людей она не относится.

— Все мы эгоисты, господин Редхол, — усмехнулся Айзек, — и я не исключение. Но вы… вы другой. Поэтому, у этих людей надежда только на вас.

***
Вернувшись в дом Грейродов, Лоуренс поднялся на второй этаж и тихо постучал в комнату Соланы. Поздней ночью женщина не спала. Она открыла дверь и вопросительно взглянула на полуночного гостя.

— Я должен… двигаться дальше, — сдавленно сказал Лоуренс, — когда все это закончится, возможно, я все же уйду к ним… к своей жене и дочери, но пока, я обязан сделать так, чтоб никому больше не пришлось пережить нечто подобное.

Солана выслушала его не перебивая. Когда он замолчал, она положила руку ему на плечо.

— Я помогу, — сказала она серьезно, — найду союзников. Мы выступим единым фронтом. Потому что больше некому.


Глава 22 Мертвый лес

Мертвый лес встретил группу Алана зловещим скрежетом деревьев. Свет сюда почти не проникал. Вокруг были сухие заросли, покореженные деревья, трухлявые пни. И чем дальше они ехали, тем темнее и тише становилось. В какой-то момент, Айна не выдержала и попросила остановить машину.

— В чем дело? — спросил Арес, послушавшись ее.

— Не чувствуете? — девушка была обеспокоена, — почва меняется. Здесь она уже другая, не такая, как на опушке леса.

Она спрыгнула с пикапа на землю и потопталась на месте. Затем присела и зачерпнула немного земли в ладонь. Нахо хорошо обучила ее. Знания, которые старушка там любезно подарила ей, в данном случае просто спасли им жизнь. Сделав пару шагов вперед, Айна снова присела и ткнула пальцем в почву.

— Дальше ехать нельзя, — сказала она, поднявшись.

— В каком смысле? — не понял Арес, — почему?

— Дальше болото, — ответила Айна, — земля здесь другая, она не сухая, как в начале леса. Она влажная, сами попробуйте. И чем дальше, тем больше в ней сырости, она становится вязкой.

— И что ты предлагаешь? — Алан спрыгнул с кузова, — развернутся?

— Нет, — резко возразила Доминика, — давайте я пройду немного вперед. Разведаю местность. Вполне возможно, где-то есть сухая, безопасная дорога.

— Так себе идея, — покачал головой Арес, — солнце почти село. Здесь и так ничего не видно, а через пару полчаса так и вовсе будет темно, как в заднице.

— Но не возвращаться же нам назад ни с чем, — развела руками Доминика, — я возьму с собой фонарь и пройдусь совсем не далеко. Может, найду безопасную дорогу, а может, какой-то пеший путь. Оставим машину здесь и пройдем немного пешком. Если здесь сырая земля, быть может, если пройдем чуть дальше, то уже сможем найти доказательство того, что где-то здесь есть почва, которую можно восстановить. Влага же есть!

— Ну, логика в этом есть, — задумалась Айна.

— Вот и я о том! — кивнула Доми, — а раз солнце садиться, переночуем здесь, а утром отправимся дальше. Я пойду вперед, а вы пока костер разведите.

— Я пойду с тобой, — сказал Ал.

— Не нужно, это мертвый безжизненный лес. Опасности нет, я справлюсь сама, — попыталась остановить его девушка, но Ал даже не слушал.

— Пойдем, — произнес он упрямо, — если хочешь вернуться к ужину, тогда шевелись. Быстрее выйдем, быстрее вернемся.

Нехотя, Доминика поплелась вслед за Аланом. Он шел впереди, раздвигая руками заросли и сбивая ногами крупные сучья. Уверенный и целеустремленный, как ледокол, он создавал тропу для Доминики, которая уныло плелась позади. Пейзаж вокруг не менялся. Мрачные деревья, сухость, серость. Доминика особо не вертела головой по сторонам, она смотрела либо себе под ноги, либо в спину Алану. Тот молча шагал вперед. Почва под ногами и правда становилась более вязкой. Спустя полчаса молчаливого пути, Дом поймала себя на мысли, что ее ботинки стали уходить глубже в землю с характерным чавканьем. Она засмотрелась себе под ноги и уткнулась лбом в спину Ала.

— Эй… — возмутилась девушка, — ну ты чего?

— Все, пришли, — мрачно произнес Ал.

Доминика выглянула у него из-за плеча и замерла. Прямо перед ними раскинулось самое настоящее болото. Зацветшее темно-зеленой тиной, кроме которой никакой растительности больше не наблюдалось. Оно тянулось на многие мили вперед, поглотив тропы, деревья, кустарники. Короче говоря, здесь им было явно не проехать.

— Туда, — Алан ткнул пальцем на небольшой, поросший извивистыми корнями, холм, — поднимемся туда.

Доминика молча повиновалась. Оказавшись на возвышенности, они могли осмотреться. Болото тянулось далеко вперед, объехать его будет сложно. С холма открывался не особо обширный вид. Было понятно, что по одну сторону от него — болото, по другую — заросли и какие-то ямы. Девушка прикусила губу.

— М-дааа… — протянула она.

— Можно вопрос? — нарушил свое молчание Алан и, не дожидаясь ответа, сразу же его задал, — почему ты пыталась уйти одна?

— Не пыталась, — попыталась отмахнуться девушка, — просто, толку было идти вдвоем. Все равно ведь наткнулись бы на это.

— Но, ты ведь не знала, на что мы наткнемся, Доми, — Ал посмотрел ей в глаза, — так почему?

— Слушай, это сложно объяснить, — девушка отвела взгляд, — просто… я думала о нашем с тобой разговоре. И теперь у меня из головы не выходит мысль о том, что мой дядя в сговоре с Нишимой.

— Это только домыслы, зачем себя грузить этим сейчас.

— Я более чем уверенна в этом, — призналась Доми, — и если это и правда так… значит, если предположить, что в смерти моего отца виновата именно Нишима, он знал об этом. Знал и молчал. Хуже всего то, что он вообще это допустил…

— А может он и не знал, может узнал уже после того, как все случилось. Доминика, ты просто гадаешь! — возразил Алан.

— Просто… я поэтому и пыталась уйти вперед, — призналась девушка.

Она обхватила голову руками и растрепала себе волосы.

— Я привыкла переживать подобные эмоции в одиночестве, когда никто не подсказывает мне рациональные мысли.

— Это… так по-женски, — не удержавшись, хохотнул Ал.

— Это не смешно вообще-то! О серьезных вещах же говорю! — растрепанная Доминика посмотрела на него.

У Ала на мгновение перехватило дыхание. Почему-то сейчас она выглядела как капризная принцесса. Надутые губы, блестящие в свете фонаря глаза, такое кукольное лицо. Такая странная, забавная. Алан почему-то испытал резкое желание схватить ее. Сжать до хруста костей, чтоб никому этого не показывать, чтоб он был единственным, кто видел это лицо Доминики. Закрепить этот образ в памяти раз и навсегда. Он подался к ней и совершенно неожиданно для самого себя схватил девушку за запястье. Доминика, тоже не ожидавшая подобного, шарахнулась в сторону. Оступившись, она потеряла равновесие. Пытаясь удержать ее, Алу не оставалось ничего, как обхватить ее обеими руками и резво повернуться спиной к земле. Они покатились с холма, ломая сухие корни, царапаясь об ветки. И приземлились на не менее твердую землю.

— Тссс… — прошипел Алан, ударившись спиной, — ты как? В порядке?

— Прости… — Доминика попыталась подняться.

На мгновение их взгляды столкнулись, лица их находились в паре сантиметров друг от друга. Оба замерли.

— Простите… — неожиданно привел их в чувство посторонний голос.

Ал и Доми одновременно подняли головы. Над ними стояла женщина. Одета она была очень странно. Но смотрела на них очень заинтересованно.

— Простите, — повторила она, — вы приехали забрать нас в Истар?

Глава 23 Живая земля

Женщина выглядела диковато. Странно одета, волосы явно не мыты несколько дней, у нее за спиной была не менее странная сумка, в одну руке самодельный топор, а в другой — длинная, выше ее роста, палка. Алан сразу же вскочил и закрыл собой Доминику, но женщина не выглядела опасной. Говорила на их языке, мимика у нее была вполне себе человеческая.

— Вы не похожи на спасательный отряд, — вздохнула женщина, — а значит, спасать нужно вас.

— Вы кто вообще? — спросил Ал недоверчиво.

— Зовут Ада, — отмахнулась женщина и сразу же направилась вверх по склону, — пойдемте, ночью лес опасен.

— Подождите, — остановила ее Доминика, — с чего бы мы доверяли вам? Мы вас не знаем!

— Я вас тоже не знаю, — пожала плечами Ада, — но я повернулась к вас спиной, и вы не до сих пор не вонзили в нее нож. К тому же этот лес вы не знаете, зато знаю я. Поэтому в ваших интересах идти за мной. Отведу вас к старосте, а ей уже расскажете, как вас занесло сюда.

Доминика и Алан переглянулись.

— Погодите… — окликнул ее Ал, — мы пойдем, только вот… мы не одни. Товарищей заберем.

***
Стоит отметить, что Айна и Арес подобному раскладу очень удивились. Они ожидали чего угодно, но встретить здесь живого человека — явно нет. Ада вела себя очень непринужденно и естественно, хотя, было и без лишних слов понятно, что гости в лесу — это большая редкость. Она повела четверку путников через какие-то заросли, узкими тропками, проверяя каждый сантиметр дороги своей длинной палкой. Шли около получаса, может даже больше. И во время этого безмолвного пути Алан впервые начал прислушиваться к лесу и осознал, что здесь не так тихо, как ему показалось изначально. Исключив все посторонние звуки, можно было услышать какое-то тихое шипение, еле различимое урчание, шелест, словно от больших крыльев. Лес не был таким уж и мертвым, просто он жил своей жизнью, совершенно иной, непривычной для жителей городских стен.

Наконец, пройдя через какой-то колючий терновник, Ада вывела путников на поляну. Первое, что привлекло внимание Алана, это костры. Они были огромные, яркие, их свет озарял ночную тьму, освещая странноватые хижины и снующих между ними людей. Хижины были деревянные, казались хлипкими и ненадежными, но крыши были перетянуты брезентами. Мужчины и женщины здесь выглядели приблизительно одного возраста, здесь же были и маленькие дети, немного, но все же были. Как только Ада провела попутчиков в поселение, люди перестали разговаривать и просто смотрели. Не осталось ни единого звука, кроме треска костров. Ада вела незваных гостей к дальней хижине, а народ потихоньку стекался за ними.

Айна опасливо оглядывалась, на что Арес просто осторожно сжал ее ладонь и приободряющее улыбнулся. Алан и Доминика приготовились встретится с каким-то местным шаманом, ведуном, чародеем. Да с кем угодно, но, когда дверь хижины открылась и на пороге появилась женщина, Доминика не сдержалась.

— Это как вообще?! — воскликнула она, когда женщина вышла в свет костров, — госпожа Маргарет?!!

— Малышка Доми? — прищурилась женщина, — это правда ты?!

— Как… — Доминика подошла к ней ближе, — мы думали, вы погибли! Всю вашу группу признали погибшими!

— Вот как… — женщина усмехнулась, — это многое объясняет.

— Да ни черта это не объясняет! — пробормотал за спиной Доминики Алан, — нам вот сейчас вообще ничего не понятно.

— Ааа… — протянула Доминика, — Алан, Айна, Арес… это Маргарет Редхол, жена Лоуренса, возглавившая одну из групп Очищения.

***
Маргарет была среднего роста. У нее были короткие волосы цвета пшеницы и карие глаза. Одежда на ней была давно уже изношена и перешита заново, но это не мешало ей выглядеть достойно даже в таких условиях. Арес отметил, что Эрика все-таки больше была похожа именно на мать. И история ее была более, чем увлекательная.

Несколько групп было отправлено с целью перейти Мертвый лес и найти за ним благодатную почву, на которой что-то будет расти. Каждый группе был выдан маяк. По достижению цели, этот маяк требовалось установить и запустить. Тогда на сигнал должна была явиться спасательная группа и забрать исследователей домой. Маяк следовало активировать в двух случая: благодатная почва найдена и можно прокладывать маршрут для расширения территорий Истара или же, наоборот, за лесом лишь мертвая земля. Так или иначе, группы должны были вернуться домой. Группа, которую возглавляла Маргарет, была первой перешедшей лес. Когда они обнаружили болото, то очень обрадовались. Ведь это уже признак того, что дальше есть земля, напитанная влагой, которая будет плодоносить. Так и случилось. Перейдя болото, они нашли то, что искали. Здесь действительно была живая почва, на которой можно было выращивать растения. Здесь росла трава, немного дальше — были кустарники, зеленые деревья. Стоило лишь преодолеть лес и вот она, земля, которая могла помочь справиться с проблемой нехватки территории. Маргарет установила маяк, активировала его и они стали ждать. Здесь были и животные. Они мутировали. Конечно, не так как в фантастических романах, но они изменились. Некоторые виды стали намного крупнее, какие-то наоборот уменьшились. Одни виды сменили шерстяной покров на ороговевшие частицы, напоминавшие больше чешую. К примеру, олени здесь имели чешуйки до середины туловища, чтоб свободно передвигаться по болотистой местности, а их рога теперь были намного меньше, чтоб не цепляться за густые заросли. В свою очередь волки стали крупнее, массивней, у здешних волков появились два выступающих вперед клыка, как у саблезубых тигров. Насекомые, птицы, грызуны, здесь было другое все.

Шли дни, но ничего не происходило. Счет пошел на недели. По истечению трех недель, к ним присоединилась группа, исследовавшая северную часть леса, а еще через неделю — группа, ушедшая на запад. Их маяки оказались не исправны, и они отправились искать других. Группа, которая исследовала юг, так и не вернулась. Попытки вернутся самостоятельно не увенчались успехом. Две машины утонули в болоте, в остальных топливо было на исходе. Через месяц стало понятно, что за ними никто не спешит.

Сначала началась волна паники, попытки самоубийств. Маргарет первая взяла себя в руки. Она четко понимала, что умирать им еще рано. Нужно выживать. Любой ценой выжить и потом уже думать, как вернуться. Первым делом нужно было успокоить людей, прекратить истерики. Затем — подумать о жилье и пропитании. Поиск пресной воды много времени не занял, немного на запад — была река. Вода в ней была мутной, но безопасной, важно было только отфильтровать. Людям, выросшим в прекрасных городских условиях, привыкшим к комфорту, было очень тяжело. Строительство давалось не сразу. Да и с охотой тоже не сразу заладилось. Сначала больше убегали и изучали повадки животных, учились ставить ловушки, капканы. Учились возделывать землю, садили семена, которые взяли с собой на время исследований. Строили теплицы, даже склад построили для хранения пищи на зиму. Собирали грибы, проверяли их безопасность на отловленных травоядных. Все было тяжело. Но жить хотелось.

Кому-то понадобился год, кому-то больше. Но постепенно люди привыкли к такой жизни. Определили роли: охрана, охота, готовка, заготовки, медики. Главой новой созданной деревни единогласно была избрана Маргарет. В общей сложности изначально в деревне было 45 человек. По 15 из каждой группы. Сейчас же в деревне жили 55 человек. За прошедшие десять лет здесь родилось 16 детей. Не обошлось и без потерь. Шесть человек ушли из жизни. Кого-то порвали на охоте, кого-то утянуло болото, кому-то были необходимы лекарства, которые в лесу не достать. А кто-то просто так и не свыкся с такой жизнь и принял решение уйти самостоятельно. Каждый день был выживанием, но они прошли это и вот сейчас, они рады гостям.

После ее рассказа, Доминика поведала её об обстановке в Истаре, о том, что происходит. О предстоящем геноциде, строительстве крематориев и о том, что система Альтер перегружена. Чем больше говорила Доминика, тем больше складывался пазл в голове Алана. Они все… все эти люди, чистильщики, партии… все они были просто пешками. Все это был большой и продуманный план по сокращению населения планеты. Сначала те, кто знал о том, как работает Альтер, потом те, кто мог хоть как-то доказать возможность расширения территорий. А потом просто все остальные, кого глава Альтер посчитала недостойным этой жизни. Алан закипал, он был в ярости.

Когда Маргарет и Доминика закончили свой разговор, когда Айна и Арес задали свои вопросы, было уже далеко за полночь. Госпожа Редхол распорядилась, чтоб им подготовили место для ночлега, постелили постель и приготовили что-то поесть перед сном. Она провела их до хижины, где им постелили, пожелала доброй ночи и ушла, сказав, что будет ждать их у себя утром. После легкого ужина из тушеных овощей, Айна и Арес отключились моментально, лишь только головы их коснулись подушек. Алан долго вертелся, а потом встал и вышел из хижины.

Он направился в лес. Миновав огни костров, пройдя дальше в лес, где уже не слышно было треска сухих сучьев в огне, где не было видно даже теней, он наконец-то смог выплеснуть всю свою ярость. Его колотило изнутри. Все его мировоззрение рухнуло в один миг. Все, во что он верил, оказалось красивой игрой. То, чем он жил, оказалось пустышкой. Он чувствовал себя идиотом, которого использовали, тряпкой. Он бил кулаками ствол дерева, во все стороны летели щепки. Он рычал от боли и безысходности. Алан уже ощущал, что сбил костяшки в кровь, руки неистово болели, но он продолжал ударять ствол дерева раз за разом.

В очередной раз размахнувшись, он застыл. Сзади кто-то обхватил его руками и крепко сжал. Он дернулся несколько раз, попытавшись освободиться. Но руки, державшие его, только крепче сжались вокруг его талии.

— Хватит… — услышал он шепот Доминики, — достаточно…

— Ненавижу… — прохрипел Ал, — слепой идиот…

— В этом нет твоей вины, — тихо сказала Доминика, — хватит, Ал…

Алан опустил руки, они дрожали. Дыхание было тяжелым. Он почувствовал ночной холод. Но теплое тело Доминики грело спину. Они стояли так еще некоторое время. Доминика молчала, он тоже. Она не отпускала его до тех пор, пока его сердцебиение не успокоилось. А после, не сказав ни слова, ушла. Он был ей за это очень благодарен.

Глава 24 Голоса Гранжхорна

Элиот любил свой аватар в Альтер-мире. Стихийный эльф с фиолетовыми, словно аметисты, глазами. Изысканный, манерный. Здесь они с Анжелизой могли ничего из себя не строить, не врать самим себе. Он смотрел на свое отражение в реке и ему было немного грустно. Неужели все это будет так просто уничтожено? Допустить этого он не мог. Когда он пришел в себя в госпитале, родители в слезах сообщили, что из всей группы он выжил один. Репортеры ломились в палату, руководство по очереди заходило к нему, пожимало руку, бубнили что-то о повышении и денежной компенсации. От работы его на время отстранили, отправили в отпуск.

И вот Эл в Талисе, на земле стихийных эльфов. Перепрошитая капсула, которую ему доставили люди Айзека, исправно работала, и Элиот приступил к выполнению второй фазы плана. Уже несколько дней он носился по всему Альтер-миру и снимал метки с тех, на кого ранее их ставил. А еще распускал слухи о перезапуске системы. И слухи эти разлетались быстрее официальной информации. Уже спустя три дня, по всему Талису шептались о том, что в день Х нужно будет разлогинится и выйти в реал, иначе обнулиться уровень и ресурсы. А еще через два дня эти слухи разошлись и за пределы Талиса.

— Эл, — пришло сообщение в голосовой чат от координатора, — у нас тут небольшая проблемка.

— Слушаю.

— На границе Ромара и Гранжхорна какое-то движение. Говорят, там собирается армия Гранжхорна!

— Что еще за новости, — поморщился Эл, — этого нам еще не хватало. Они привлекут к себе ненужное внимание.

— Наше они уже привлекли. Телепортируйся туда, узнай, что за движения там.

— Есть, — по привычке ответил Эл и активировал печать телепорта.

Граница Ромара и Гранжхорна находилась посреди песчаных дюн, все было занесено белым песком. Дул сильный ветер, который изящным эльфам мешал даже твердо стоять на ногах. Но такие трудности Эла не пугали. На границе и правда стояло несколько десятков человек. Не армия, но такой себе внушительный ударный отряд из грозных, хищных зверолюдей. Элиот приблизился к этой толпе.

— Кто главный?! — громко крикнул он, обратив на себя внимание.

— Я! — зверолюди разошлись и пропустили вперед своего лидера.

Это был громадный, двухметровый саблезубый волк. Волчья морда, когтистые лапы, все тело было покрыто дымчатой шерстью. На нем были только кожаные штаны, торс был обмотан кучей ремней, поверх которых накинут бурый плачь. За плечами у него висел огромный топор. Волк смерил Элиота своими янтарными сверкающими глазами.

— Ну, я главный, — сказал он, — чего тебе надобно?

— Это я как раз хотел у вас поинтересоваться, — спросил Эл, без тени страха.

— Да вот прошелся интересный слушок, — прищурился волк, — что Альтер-мир планируют обнулить.

— И что? — вот тут Эл насторожился, — ходит такой слух.

— Его распускает какой-то идиот, — просто хмыкнул волк, и вся его клыкастая толпа громко заржала.

— Слушай, волчара, — нахмурился Эл, — ты только ради этого собрал всю свою стаю на границе? Не веришь в слухи, так иди скачи себе по полю!

Одни резким движением волк сгреб Элиота за шиворот и подтянул к себе.

— Послушай меня, мелкий говнюк! — прорычал он, — моей целью было привлечь внимание того, кто не хочет привлекать внимание. И вот ты здесь. А это значит, что ты не хочешь, чтоб в Альтер-мир заходили чистильщики или того хуже, фиксеры. А такая толпа в любом случае вызовет интерес. Верно я говорю?!

— Допустим… — прошипел Эл.

— Ну раз так, значит я продолжу делиться с тобой своими догадками. Раз ты здесь, значит и слухи эти распускаешь ты. Значит, состоишь в оппозиции или того интересней, в сопротивлении. Чего нахмурился? Значит, опять старик угадал.

— И чего ты хочешь? — Эл понял, что отпираться не выйдет.

— И вот мы наконец-то пришли к правильному развитию диалога, — усмехнулся волк и опустил Элиота, — для начала, давай я представлюсь. Меня зовут Тео, я вожак стаи Клыка. До заключения в Альтер-мире меня звали Теодор Форд.

— Форд?! — Эл с подозрением глянул на него.

— Слышал обо мне?

— Работал с парнем с такой же фамилией, — осторожно ответил Эл.

— Арес?! — воскликнул Форд, — как он? В порядке?

— А вы?..

— Я отец Ареса. Не удивлен, что он никогда обо мне не рассказывал. Ведь мы с его старшим братом здесь уже давненько… есть чего стыдиться.

— Вот как, — Эл немного успокоился, теперь говорить ему будет проще, — Арес рассказывал о вас. И о брате тоже рассказывал. Он никогда не стыдился вас.

По морде волка было понятно, что на душе у него потеплело. Значит, можно было продолжать разговор спокойно.

— Прошу вас, отведите стаю от границы! — сразу же попросил Эл, — я пойду с вами. Только уйдите от границы!

— Отходим, парни! — рявкнул Тео, — возвращаемся в каньон! А ты… иди со мной. Нежному эльфу тяжело будет пересечь пустыню Гранжхорна. Здесь ваша магия полетов не работает.

***
Добравшись до каньона, Тео посадил Элиота перед собой и поведал ему свою историю.

— Послушай, — сказал он серьезно, — о том, что Альтер-мир рано или поздно обнулиться, было известно задолго до того, как об этом узнали Тейку. Несколько лет назад, группа, которая была ответственна за безопасность, нашла проблему в движке всего мира. Они пытались предупредить об этом руководство, но их слова остались без внимания. Человек, возглавлявший группу, уже тогда начал подозревать что-то неладное, поэтому перестраховался. Обнуление необходимо запустить. Само оно никак не сработает. Движок просто сгорит, сам Альтер-мир разрушится и восстанавливать его нужно будет с самого нуля. Но если обнуление запустить вручную, мир останется нетронутым. Но вот те, кто в нем… все, кто не разлогинятся, станут частью цифрового потока. Их личность будет стерта и восстановлена как стандартный NPC. Они уже не будут собой. Подозревая, что именно к этому все и катиться, механизм запуска разделили на две части, он двухфазный. Первый рычаг находить в реале, полагаю, в руках Мари Нишимы. А второй — здесь, в Гранжхорне.

— Значит, кому-то придется погрузиться, чтоб активировать его… — задумчиво произнес Эл, — сколько времени после активации будет на то, чтоб разлогинится?

— Минут 15, - ответил Тео, — не больше.

— Почему именно Гранжхорн?

— Здесь мало настоящих преступников, — ответил волк, — по большому счету, здесь политические заключенные, те, кто противостоял режиму Нишимы и такие как я или мой сын, солдаты, отказавшиеся исполнять приказы.

— Вы были против?

— Моему отряду приказали «зачистить» лабораторию разработчиков, — вздохнул Тео, — старший сын только поступил на службу. И сразу это… нам приказали взять под стражу всех, кто знал о перегрузке серверов. Приказ был простым. Стрелять на поражение в любого, кто удумает сопротивляться.

— Вы отказались и вот вы здесь, — подытожил Элиот, — одного не пойму… Вы так просто мне доверились. У вас ведь не было никаких гарантий того, что я действительно из Тейку. Возможно, меня подослали.

— Называй это глупостью или интуицией, как хочешь, — хохотнул Тео, — главное, что я не ошибся.

Элиот задумался. Какое-то время он молча рассматривал поселение зверолюдов. Здесь были и мужчины, и женщины. Каждый, кто попадал в Гранжхорн как заключенный не имел права самостоятельно настраивать свой аватар, поэтому внешность здесь у большинства была далека от изяществ эльфов. Здесь и ящеры были, и клыкастые кабаны, и разного вида грозные хищники. Они выглядели устрашающе, но, если приглядеться, вели себя совершенно не соответствующе внешности. Прислушавшись, можно было понять, что большинство членов стаи общается между собой очень вежливо, здесь, в пещерах у них был налажен свой, вполне себе человеческий, быт. Сюда сослали разных людей. И бывших ученых, и солдат, и даже простых рабочих.

— Многие тоскуют по семьям, — тихо произнес Теодор, — кого-то сюда сослали вместе с родными, а для кого-то встреча с любимым человеком теперь недостижимая мечта.

— Для вас, например?

— Да, для меня. Хотя, мне-то еще больше повезло, чем некоторым. Я попал сюда с сыном.

— Я вот чего понять не могу… вы рассказали мне о рычаге и о том, что их два. Но до этого вы молчали и не пытались связаться с Тейку, хотя располагали такой важной информацией. Почему сейчас?

— Потому что время пришло, — ответил зверолюд, — изначально, я хотел заключить сделку с Тейку.

— В случае успеха, хотели просить амнистии?

— Шутишь? — волк оскалили зубастую пасть, — парень, наши тела уже давно кремированы, полагаю. Корпорации нет никакого резона хранить их. Нас изначально планировали уничтожить. Многие из нас уже исчерпали свой лимит воскрешений и исчезли, поэтому мы и сбиваемся в стаи, так безопасней. Нам уже не вернутся в реальный мир. И все мы здесь понимаем, что обнуление убьет нас. Единственное, чего мы могли попросить — это безопасность для наших родных, для тех, кто остался в реале и у кого есть возможность разлогиниться.

— Вас уже никак не спасти? Неужели нет ни единого шанса? — вспыхнул Эл, — вы уверены, что все вы уже кремированы в реале?!

— Не уверены, но кто будет проверять? Попытка разлогиниться в никуда — конец. Три смерти — конец, — развел руками Тео.

— И чего же вы хотите сейчас?

— Я уже сказал. Безопасности для наших близких, для всех, кто остался там, где их может достать Нишима.

— Хорошо, — кивнул Эл, — как вы можете помочь нам?

— Кто бы не погрузился в Альтер-мир для того, чтоб активировать механизм обнуления, ему придется добраться до Стеклянной башни Гранжхорна. Точки телепортации там нет даже близко, а значит, ему придется пройти через пустыню. Я соберу всех. Все стаи, все племена, живущие здесь. И мы задержим любого, кто попытается пройти к башне. Мы выиграем вам время. Поверьте, оно вам очень пригодится.

***
Здание корпорации Альтер возвышалось над городом. Башня из стекла, безупречная, холодная. Такая же серая, как и ее хозяйка. Кабинет Нишимы находился на последнем этаже, иначе и быть не могло. Ей было важно видеть все, слышать, быть в курсе всего, что происходит в мире, который она создала за последние десять лет. Именно благодаря ее трудам, Истар стал ведущим государством, процветающим и опасным, с которым все соседствующие страны мечтали ступить в союз на выгодных условиях. Но, как правило, сделки всегда были более выгодны именно для Истара.

Альтре захватила почти все сферы производств. Не было такого предприятия, которое хоть как-нибудь да не сотрудничало с Альтер или с их дочерними фирмами. В городах мир и покой, люди сыты и довольны. А когда людям не на что жаловаться, они молчат и не задают лишних вопросов. Они послушны, словно овцы. Одна беда, возле овечьего стада всегда должны быть псы. И вот они уже могут быть не такими послушными.

Нишима смотрела в свое панорамное окно, наблюдала за ночным городом. Ее кабинет, хоть и был огромен, фактически был пустым. Здесь был только ее рабочий стол, два гостевых кресла, а в углу — книжная полка и небольшая софа. Но в кабинете были огромные окна и этого Нишиме было вполне достаточно.

— В Альтер-мире стало шумно, — произнесла она стальным тоном, — за последние пару дней было зафиксировано несколько сотен запросов на выход из капсулы. Не думаю, что это совпадение.

— Это все Тейку… — из полутьмы кабинета ей ответил Селим Грейрод, — таких совпадений не существует. Кто-то распространяет слухи, вносит смуту…

— И как же ты это допустил, Селим? — Нишима задавала вопросы, не ожидая на них ответа, — вероятней всего, Тейку спонсируется партией гуманистов. До этого момента они не особо мешали нашим планам. Но теперь, они могут значительно повлиять на количество людей, которые выйдут в реал. И мне это не нравится.

— Госпожа Нишима, я не думаю, что нам есть о чем волноваться. Единственное, что может в действительности нарушить наши планы — это правда. Но кто ее расскажет? Редхол сломлен. Он больше не появится в парламенте.

— Ты так думаешь? — Нишима даже не смотрела в его сторону, — ох, Селим, именно поэтому, ты всегда был в тени брата. Тебе не хватает широты взглядов. Ты недооцениваешь людей, в этом твоя проблема.

Генерал промолчал.

— Я хочу, чтоб ты нашел их базу…

— Какой приказ я должен отдать своим людям при обнаружении цели?

— Стрелять на поражение.

Глава 25 Плохое предчувствие

Ранним утром Алан закидывал последние сумки с провизией в пикап, Арес проверял количество топлива. Айна и Доминика ждали их в хижине Маргарет. Когда парни вернулись, Маргарет уже подготовила для них образцы почвы, которые можно было бы предъявить как доказательство того, что расширить территории Истара возможно. Алан, взяв ящик, посмотрел на женщину и озвучил мысль, которая не покидала его уже вот несколько дней.

— Госпожа Редхол, я хотел бы, чтоб вы отправились с нами.

— Я, конечно, хотела бы наконец-то вернуться домой, — ответила она, — но как я оставлю поселение? Я их лидер.

— Именно поэтому вы и должны отправиться с нами, — уверенно сказал парень, — вы не просто лидер. Вы герой, который спас этих людей. Вы вселили в них надежду и никогда не переставали верить в то, что вас спасут. И если вы поедете с нами, не только почва в колбах станет весомым аргументом, но и ваши слова станут доказательством преступных действий корпорации. К тому же вы жена политика. Ваше появление спровоцирует настоящий резонанс. Сенсация, которую не упустят ни одни СМИ.

Маргарет задумалась. Она понимала, что правда в его словах есть. Но и просто так оставить своих людей она не могла.

— Я поеду, — сказала она наконец, — только с одним условием. Кто-то из вас останется здесь.

Ал нахмурился, но едва он успел что-то возразить, Айна и Доминика одновременно подняли руки.

— Я останусь! — в один голос заявили они и тут же переглянулись.

— Послушай, — сказала Айна, — я не боец и не блестящий стратег. Единственно, что я умею, это хилить в Альтер-мире. И поддерживать боевой дух. В Тейку достаточно вдохновения, их воодушевляешь ты, Айзек, даже эти два олуха внушают доверие. От меня там пользы мало. Но здесь… этим людям не помешает мой навык.

— Айна, — на выдохе произнесла Доми, — я не знаю…

— Конечно, не знаешь, — усмехнулась девушка, — ты же дура. И раздражаешь меня.

— Так, все! Пакуйтесь в машину, эту мы отсюда никогда не заберем, — проговорила Доминика язвительно, и направилась к выходу.

— Эй, Доми, — окликнула ее Айна, — ты уж позаботься о них.

— Ммм… — промычала в ответ Грейрод что-то невнятное, и уже на выходе полушепотом добавила, — а ты дождись нас тут.

По лицу Ареса было видно, что он против этого. Но он и сам прекрасно понимал, что, если Айна что-то решила, ему ее уже не переубедить. Девушка подошла к нему и улыбнулась.

— Как вернусь, своди меня на свидание, ладно? — весело сказала она.

— Обещаю! — тут же покраснел Арес, — куда захочешь отведу!

— Ал, — Айна посмотрела на друга, — не подставляйся, хорошо?

— Как скажешь, — отмахнулся Алан, — ты тоже.

— Не задерживайтесь и возвращайтесь за нами скорее, — Айна посмотрела на Маргарет, — я здесь обо всем позабочусь. А вы передайте пожалуйста привет бабуле Нахо. Скажите, что я хочу ей о многом рассказать, как вернусь!

— Я передам, — кивнула Маргарет, — спасибо тебе, Айна Геста.

Маргарет вышли провожать все. Пикап не без труда выехал из леса, но дальше дорога была свободной и ровной, насколько это вообще было возможно. Маргарет сидела возле Ареса, он рассказывал ей об Эрике, о том, какой красавицей она стала и что она не перестает верить в то, что ее мама настоящая героиня. Маргарет в свою очередь не могла дождаться встречи с дочерью и мужем, которых не видела вот уже десять лет. Доминика и Алан сидели в кузове. Дорога за пределами леса встретила их густым туманом. Алан напряженно вглядывался в седую пустоту.

— Плохое предчувствие… — сказал он, — что-то не так…

— Не нагнетай, — нахмурилась Доми, — сейчас мы можем только верить в лучшее. Пока не доберемся до Истара, это все, что нам остается.

***
— Солана!!! — Селим рывком открыл дверь, чуть не выбив ее, — Солана! Где ты?!

Он ворвался в дом невестки, сбив с ног дворецкого и распугав всех служанок. Солана встретила его на лестнице. Встретила спокойным, хладнокровным взглядом.

— Что случилось, Селим? — спросила она холодно.

— Ты еще спрашиваешь?! — прорычал генерал, — пресса просто с ума сошла! Вдова покойного генерала открыто выступает против политики корпорации Альтер?! Ты, не имея на руках никаких доказательств, обвиняешь корпорацию в геноциде! Открыто обвиняешь! Еще и союзников себе собрала! Ты сдурела, Сола?!

— Не понимаю, почему ты так зол, — Солана спустилась со второго этажа и стала перед ним, — разве, я не имею права выражать свою позицию как член партии гуманистов?

— Что ты сказала?..

— Я выражаю свою позицию…

— Ты стала на сторону гуманистов?!

— Да, Селим, я ведь так и сказала, — кивнула женщина, поправляя свои волосы, — почему ты так взволнован?

— Солана, — Селим еле сдерживался, чтоб не набросится на нее, — мой брат… твоя дочь! Неужели их смерти для тебя ничего не значат?! Неужели, ты так ничего и не поняла, Сола?!

— Почему же? Я поняла, — на этот раз голос начала повышать уже Солана, — я поняла, что любой, кто выступит против Мари Нишимы, окажется в немилости. Жизнь любого оппозиционера в опасности. И чем ближе он подходит к истине, чем опасней становится его жизнь. Я прекрасно это поняла. Брайан выступил против и погиб. Мы ведь оба знаем, что это был не несчастный случай, правда?! Он знал, что это опасно. Но он пошел против Нишимы. Потому что он любил свой народ! Он был истинным патриотом, достойным генералом, который думал в первую очередь о своих людях! Он не мог допустить геноцида! А ты… ты трус, Селим!!!

Селим ухватил женщину за шиворот и притянул к себе. Его трясло от злости, на визги служанок прибежала охрана, но Солана подняла руку, заставив замереть всю прислугу.

— Я трус, Солана?! Пусть так! Какой толк быть храбрецом, если ты мертв?! Брайан этого не понял! Я защищал тебя после его смерти. Защищал Доминику. Я поощрял ее во всех ее начинаниях! Но она пошла в отца! Она тоже не поняла простой истины. Власть не имеет ничего общего со справедливостью. Побеждает тот, на чьей стороне власть, а не справедливость и правда. Но она гнула свою линию, как и ее упрямый отец. И что в итоге, Солана?! Они оба мертвы! Неужели это тебя ничему не научило?! Ты потеряла все!

— Значит, мне больше нечего терять, — усмехнулась женщина, — пойми, Селим, в этом мире нет ничего страшнее женщины, которой нечего терять.

Селим отпустил ее. Пламя в глазах Соланы напугало его. Он одернул свою руку, резко развернулся и вышел прочь. Солана осталась на месте. У нее дрожали руки. Но только тогда, когда за Селимом закрылась дверь, она позволила себе выдохнуть. Без лишних вопросов прислуга тут же сопроводила хозяйку в спальню и приступила к приготовлению ужина. Каждый из них уже много лет служил семье Грейрод и был им искренне предан. Сегодня, вся прислуга дома в очередной раз убедилась в благородстве и храбрости своей госпожи.

***
Элиот потратил целый день на распространение слухов и снятие меток. Ближе к вечеру, он получил сообщение о том, что Айзек ждет его в катакомбах для отчета. Разлогинившись, он открыл капсулу и, не успев даже толком прийти в себя, получит четкий удар под дых. Упав на пол и скорчившись от боли, он попытался рассмотреть нападавшего. Тяжелый ботинок врезался ему в живот, заставив закашляться на вдохе. Чья-то рука ухватила его за волосы, подняла с пола и швырнула на стул. Сразу же он получил пару жестких пощечин.

— Не спать, красавчик! — услышал он знакомый голос, — привет, Эридан. Давно не виделись.

Элиот открыл глаза и увидел перед собой Змееносца. С ним была и его шайка. Они переворачивали вверх дном его комнату. Эл попытался заговорить. Хотел спросить о родителях. Но вспомнил, что оба они уехали в соседний город на конференцию. Да и он понимал, что даже такой отморозок как Змееносец не рискнул бы напасть на семью Шан.

— Ну что так тяжело смотришь? Я вот по тебе скучал, — ядовито усмехнулся Змееносец, — ты же теперь у нас герой. Единственный выживший.

— А ты пришел поправить это дело? — прохрипел Эл.

— Нет, что ты, — Змееносец прошелся по комнате, — у меня был приказ следить за тобой. Не проявляешь ли ты какую-то подозрительную активность. А я вот наблюдаю. Гляжу — а у тебя перепрошитая капсула! Прямо дома, прямо в твоей комнате. Понимаю, хочешь что-то спрятать — поставь на самое видное место. Но, ты немного перестарался с этим.

— Капсула… официальная… она всегда была в моей комнате! — прорычал Элиот.

— Но перепрошили ее совсем недавно, правда? — усмехнулась девчонка из группы Змееносца, — я проверила. Не отмажешься.

— Благодарю, Дева, — Змееносец наслаждался моментом, — ну так вот. У того, кто отдал мне приказ, были подозрения на счет тебя. Я же не верил. Ты потерял всех своих друзей, чудом выжил. К тому же ты такой чистюля, истинный эльф в нашем бренном мире. Предательство корпорации тебе не по нутру. Но что я вижу, понаблюдав за тобой пару дней?!

Он с размаху ударил Элиота по лицу.

— Ты поразительный, Эридан. Такой двуличный. Никто бы никогда не догадался, что ты можешь быть как-то связан с Тейку.

— Что тебе нужно, Змей?! — Эл сплюнул кровь, — пришел убивать, так давай, не затягивай. Только не на ковре. Матушка очень трепетно относится к коврам в доме. Не расстраивай ее еще больше. Погибла дочь, убили сына, еще и ковры запачкали…

Змееносец снова ударил его.

— Зачем мне тебя убивать? Я пришел сюда за маячком, который приводит тебя к базе Тейку, — оскалился он, — не смотри на меня так, я знаю, что в катакомбах глушится сигнал. Но, Дева ведь гений. Она все равно способна считывать твое передвижение. Она приведет нас в точку отправки, а дальше, думаю, мы сами разберемся. Дева, как там?

— Почти закончила!

— Ну и отлично, — Змееносец поставил стул напротив Элиота и сел, — убивать тебя нельзя. Я даже покалечить тебя не могу. Жалко, что твоя сестрица не дожила до этого момента. Она была хороша… ммм… я бы с ней позабавился. Сколько бы удовольствия я получил бы, если бы сделал с ней все, что только пожелал бы, да еще и на твоих глазах?!

— Больной ублюдок… — Элиот рванулся на него, но сразу же получил кулаком по лицу, — конченый извращенец…

— Нет, Эридан, это ты у нас озабоченный. Думаешь, никто не знает? Что ты, извращенец, хочешь собственную сестру! И кто тут из нас больной?!

— Анжелиза мне…

— Не сестра, мы знаем, — кивнул Змееносец, — но кому какое дело? Для общества вы брат и сестра, пусть и сводные. Сколько грязи в семье Шан… Но ты не переживай. Когда все фазы плана будут завершены, к вам придут. Имущество семьи будет арестовано, семья будет предана осуждению. А ты… ты будешь объявлен предателем, террористом. Так что, я повторюсь, мне нет смысла тебя убивать. Дева! Ну что там?!

— Я закончила! Можем идти.

— Отлично! Спасибо за тесное сотрудничество, — Змееносец похлопал Элиота по щеке, — сиди здесь, не выходи из дома. Попробуешь куда-нибудь сбежать, сопровождающие, приставленные к твоим родителям, сделают в них пару лишних дырок. Сиди и не дергайся. Можешь побегать в Альтер-мире напоследок. В общем, найди чем себя развлечь, Эридан. Ребята, уходим!

Глава 26 Первая кровь

Чувство тревоги не покидало Алана всю дорогу. Когда он сменял Ареса за рулем, то гнал, как сумасшедший. Он отказался от нескольких запланированных остановок. Это помогло сэкономить им почти двое суток пути. Но Алан выглядел очень плохо. Он был истощен, плохо спал, отказывался от еды. Видя его в таком состоянии, его спутники нервничали н6е меньше. И Арес, и Доминика, и даже Маргарет пытались взывать к его рациональности, но Алан был непреклонен.

— Что-то плохое случится, — отрезал он очередную попытку убедить его сделать остановку, — я чувствую это. Нужно торопиться.

— Алан, я прошу тебя! — Арес не сдавался, — по подсчетам, нам осталось ехать всего два дня! Мы и так прибудем раньше, чем планировали.

Ал перестал отвечать. Доминика наблюдала за его попытками через окошко из кузова. Маргарет старалась даже не подавать голоса. В какой-то момент у Ареса сдали нервы. Он яростно ударил кулаком по сидению.

— Останови машину! — рявкнул он.

От неожиданности, Алан резко затормозил. Не дав ему возможности сориентироваться, Арес выскочил из авто, рывком открыл водительскую дверь и силой выволок парня на воздух.

— Сбрендил?! — заорал на него Ал и попытался ударить друга, но промахнулся.

Арес сделал полшага в сторону и сразу же перехватил его кулак.

— Ты не промахивался! — прорычал он ему в лицо, — ты похож на живого мертвеца, Алан!!! Где твоя рациональность?! Совсем мозги отсохли?! Ты не попал по мне с расстояния двух шагов, Ал! А я не самая мелкая мишень! Даже если мы приедем раньше, толку от тебя никакого! Ты больше мешаться будешь! Это вредительство!!! Ты можешь всех нас подставить!!! ПОНЯТНО ТЕБЕ?!!

Алан не нашел чем возразить. Он молча отдернул свою руку и отвернулся.

— Я понял… — пробормотал он недовольно.

— Я поставлю палатки, — сказал Арес, немного спокойней, — заночуем здесь.

— Я разведу костер, — тут же присоединилась Маргарет.

— А я ужин приготовлю, — подключилась Доминика.

Пока команда возилась с палатками и едой, Алан пытался дремать у костра. Получалось у него плохо. Постоянно что-то отвлекало, треск костра, который обычно его успокаивал, теперь раздражал. Все его злило. Особенно чувство собственной беспомощности. Он не знал, что произойдет. Но тревога никак не проходила. От тяжелых мыслей его отвлекла Доминика, подавшая ему тарелку с едой. Ужин был не хитрый. Тушеные на костре овощи, вяленое мясо и крепкий чай. Но Алану даже кусок в горло не лез. Наблюдая за тем, как Ал уныло ковыряет вилкой в тарелке, нервы сдали уже у Доминики.

— Не заставляй пережевывать еду за тебя и заталкивать тебе ее в рот! — прошипела она, — хочешь или нет, но тебе надо поесть! Думаешь, я не слышу, как тебя рвет на каждой остановке? Как бы далеко ты ни уходил, я тебя слышу. Поэтому, не вынуждай меня.

Ал ничего не ответил. Но на всякий случай стал есть, он не был уверен в том насколько серьезны были слова Доминики, а проверять он не хотел. После ужина Арес и Маргарет ушли в палатку. Перед сном Арес кивнул Доминике на Алана, та кивнула в ответ. Еще немного посидев у костра, она поднялась и направилась в палатку.

— Тебя силой волочить? — спросила она.

— Я сам… — сказал сдавленно Ал, — не надо со мной возиться как с больным.

— Когда перестанешь выглядеть болезненно, тогда и перестанем с тобой возиться, — неовзмутимо ответила девушка.

Ал еще немного посидел у костра и все же последовал в свою палатку. С трудом, но все же ему удалось уснуть. Но ненадолго. Его мучали кошмары. Бросало то в жар, то в холод. Услышав стоны, проснулась Доминика. Она заглянула к нему в палатку. Одеяло слетело, спальный мешок расстегнулся. Девушка, недолго думая, легла рядом и прислонилась к нему своим телом. От ее прикосновений дрожь ушла, дыхание выровнялось, пришло в норму сердцебиение. Доминика лежала с ним, пока он окончательно не успокоился. Когда она поднялась, Ал проснулся.

— Стой… — шепотом попросил он, — останься…

Девушка села рядом.

— Это я подговорила Ареса заставить тебя остановится… — сказала она.

— Зачем?! — Ал схватил ее за запястье.

— Мне тоже страшно, — призналась девушка, — я тоже чувствую, что случится что-то плохое. Называй как хочешь… предчувствие, интуиция… я знаю, что что-то плохое произойдет, как бы мы ни торопились…

— Тогда зачем?!

— Чтобы ты винил меня, а не себя! — выпалила девушка.

Алан оцепенел. Даже в тусклом свете, который исходил от костра, было видно, как горели ее щеки.

— Ты такая идиотка… — только и смог выдохнуть Алан, потянувшись к ней.

Он впился в ее губы. Слишком агрессивно. Он думал, что она оттолкнет его, как тогда на холме, но она ответила. Она поддалась ему. Ее руки скользнули по его плечам. Он обнял ее за талию. Повалив ее на одеяла, он провел ладонью по её горячей щеке. Сердцебиение снова ускорилось, но теперь, он не хотел, чтоб оно успокаивалось. Он хотел касаться ее еще. Ее горячее дыхание заставляло вздрагивать при каждом вздохе. Их лица вновь были в сантиметре друг от друга.

— Останься… — прошептал он ей на ухо, — останься навсегда…

Когда солнце заблестело за мутными тяжелыми тучами, пикап вновь выдвинулся в путь. Дорога была спокойной. Доминика вела машину, Маргарет смотрела в окно, на мелькающие руины. Алан и Арес сидели в кузове пикапа.

— Выглядишь как придурок, — насмешливо сказал Арес, — лыбишься как дурачок.

— Ну, прости… — Алан даже не попытался возразить.

— А всего-то надо было… — усмехнулся Арес.

— Ай, да заткнись, — отмахнулся Нортон, — выспался.

— Ага, как же…

В это же время Маргарет заинтересованно смотрела на Доминику.

— Что-то хорошее случилось? — спросила она ласково.

— Дааа… — протянула Доми, и тут же, спохватившись, сильнее вцепилась в руль, — ну… в смысле, я рада, что мы наконец-то отдохнули нормально и всего-то…

— Вот как? — приподняла бровь Маргарет, — ну как скажешь.

— Кстати, мы уже достаточно близко, здесь должна довить связь! Попробуйте включить приемник.

Маргарет так и сделала. Первое, что они услышали, это шипение. Еще немного проехав, сквозь шипение стали прорывать слова. Маргарет сделала громче. Из приемника раздался громкий гул и одно, четкое предложение:

— Кто-нибудь! Помогите нам!!!

***
Анжелиза помогала Нахо готовить, когда они пришли. Когда у выхода в катакомбы раздались первые выстрелы и послышались первые крики, она первая схватила оружие. У нее был один приказ: защищать, но никого не убивать. Анж приказала Нахо брать детей и прятаться. Немедленно. Солдаты ворвались в существование поселения № 5 неожиданно, как и полагается. Они стреляли без разбору во все, что шевелилось, огонь на поражение. Люди кричали, в панике они метались из стороны в сторону, пытаясь найти укрытие. Кого-то догоняли пули, кто-то падал под ноги толпы, что бежала в ужасе.

Анжелиза ворвалась в этот ад сразу же. Она хватала людей за руки и направляла к укрытиям, кому-то влепила пощечину, чтоб привести в себя, на кого-то рявкнула. Она приводила паникующих в чувства, параллельно отдавая приказы солдатам Тейку, которые не сразу сориентировались в происходящем хаосе.

— Что происходит?! — из своей палатки выбежала Вероника, — Анж!

— На нас напали!!! — проорала Анжелиза, — доберись до приемника! Запроси помощь! Сейчас же!!!

Вер кивнула и бросилась в толпу. Анжелиза продолжила координировать людей, пока солдаты Тейку вступили в бой с силовиками Альтер. Вероника бежала сквозь людей, на пути её вырос Айзек.

— Вер! — он схватил ее за руку, — немедленно прячься!!! Веди всех в укрытие и оставайся там!

— Ни за что!

— Вероника!!! Сейчас не время упрямится! — закричал на нее отец, — немедленно! Слушай, что я тебе говорю!

Девочка выдернула руку из хватки отца.

— Ты не так меня учил! Я вызову подмогу! — сказала она и побежала дальше.

Айзек проводил ее взглядом. Но выбора не было. Нужно было действовать быстро. Он направился к катакомбам. Вер бежала к палатке связистов, когда услышала детский визг. Она не остановилась. Она прекрасно понимала, что нее нет такой роскоши, как время. Вбежав в палатку связистов, она сразу же послала сигнал SOS. Ее сообщение должно было достигнуть каждого, у кого был доступ к их волне. Когда Вер вышла из палатки, уже издалека она увидела Нахо, которая собой заслоняла группку детей. Солдаты замешкались. Их было двое, и они были обескуражены таким зрелищем. Вер затаилась за ящиками.

— Нам не об этом говорили! — сказал один из них, — нам говорили, здесь террористы! А здесь старики, женщины, дети!

— Приказ есть приказ!

— Это должна быть ошибка! Как ты не видишь?! Это просто дети и бабка!!!

— Мы не сделали ничего плохого! — подняла руки Нахо, — эти крохи… они ни в чем не виноваты!

— Я не убийца детей! Я НЕ УБИЙЦА! — солдат запаниковал.

— Приди в себя! — его напарник попытался ухватить его за руку, но тот оступился.

Прозвучал выстрел. Завизжали дети.

— Нахо! — закричала Вероника, выскочив из своего укрытия.

Один из солдат бросился на утек, второй, упав на колени, как зачарованный повторял одну фразу.

— Я не хотел! Я не хотел!!!

— Нахо! Нахо!!! — Вероника подхватила бездыханное тело старушки, — Нахо… Ты!

Она направила пистолет на солдата.

— Я не хотел! — продолжал повторять тот, — я правда не хотел… простите! Простите!..

— Каких же тряпок набирают! — прозвучал голос сверху и сразу же раздалось два выстрела подряд.

Дети бросились наутек. Солдат, моливший о прощении, упал замертво. Ему прострелили голову. Вер отползала от тела Нахо. Солдат шел прямо на нее.

— Красивая же девка, — сказал он, — и понесло тебя играть в эти игры с повстанцами!

Он направил оружие на нее. Вероника зажмурилась. Последовал выстрел. Солдат упал у ее ног, Вер открыла глаза. Над телом стояла Доминика.

— Да как они посмели!.. — прохрипела она.

— Доми… — Вер, до этого момента мужественно сохранявшая самообладание, залилась слезами.

— Включить проекторы! — рявкнула Доминика.

По ее команде по всей территории зажглись проекции. Солдаты увидели тела детей, стариков, женщин… море крови невинных. Когда в бой вступили Арес и Алан, это сбило нападавших с толку еще больше, ведь они считались погибшими. Бой прекратился в течение следующих трех минут. Выстрелы стихли. Над поселением № 5 раздавались лишь сдавленные рыдания, стоны раненых. Солдаты Тейку окружили нападавших, но те даже не сопротивлялись. Они были шокированы. Доминика бросилась к Веронике. Девушка прижимала ладонью кровоточащую рану в боку.

— Вер… — она приподняла ее себе на колени, — держись. Все будет хорошо!

— Я никого не спасла… Нахо… — слезы текли по лицу девочки, — Нахо, она…

— Мы получили твой сигнал, — сказала Доминика, — и дети… дети смогли убежать благодаря тебе! Ты спасла их! Ты такая молодец, Вер! Ты только держись!

— Доми… я так рада тебя видеть, — Вероника бледнела на глазах, — Доми… ты была за лесом?

— Да! — Доминика прикусила губу, — я расскажу тебе! Все расскажу! Поедем вместе, заберем Айну! Ты сама все увидишь.

— Ладно… — голос девушки слабел, — я только отдохну немного… и ты мне все расскажешь…

— Нет, нет, нет! — Доминика сжала ладонь девочки, — Вер! Не смей закрывать глаза! Ты должна все увидеть! Вер!!! Вероника!!!

— Я так люблю тебя… Доми… — прошептала Вер бледными губами и затихла.

Доминика дрожащими руками положила ее тело на землю и встала. Она огляделась вокруг. Пыль еще не осела. Солдаты Альтер побросали оружие, поснимали свои маски. В их глазах можно было прочитать ужас, отчаяние, вину. Люди плакали. Кто-то стонал, кто-то рыдал в голос над телом убитого. В стороне одиноко лежало тело Нахо. Арес подошел к старушке, в горле стоял ком. Ее лицо было спокойным, умиротворенным. Нахо как-то сказала, что ни о чем в этой жизни не жалеет. Арес сложил холодные руки на ее груди. В груди защемило от мысли о том, как будет плакать Айна, когда узнает о смерти этой доброй, светлой старушки. Нахо навсегда оставила отпечаток в душе каждого, кто был с ней знаком.

В толпе раздался крик. Арес обернулся и увидел Айзека, упавшего на колени возле тела дочери. Все его тело содрогалось, он кричал, плакал, колотил кулаками землю. Хватал ее за руки, умолял встать. Рядом с ним сидела бледная Доминика, запачканная кровью Вероники. Она молчала, взгляд ее был устремлен в никуда. В толпе Алан нашел Анжелизу, она была ранена в руку, но ее жизни ничего не угрожало. Люди были деморализованы. В воздухе витал запах крови, смерти, боли. Айзек рыдал. Он перестал быть лидером Тейку ровно в тот момент, когда увидел тело своей дочери. Он не отвечал на вопросы, не поднимался с земли. Просто задыхался от рыданий. Казалось, это конец.

— Что нам теперь делать?

— Куда… куда нам идти?..

Люди были напуганы. Доминика поднялась с земли, она вылезла на ящик, привлекая к себе внимание. Окинув взглядом толпу, она с трудом подбирала слова. Они были в грязи, в крови, своей и товарищей. Она глубоко вдохнула и выдохнула.

— Помогите раненым! — громко приказала она, — несите всех в самую большую палатку! Кто умеет оказывать первую помощь — займитесь пострадавшими! Соберите три группы поиска! Найдите детей, которые разбежались, соберите их в одной палатке. Анжелиза, возьми на себя ответственность за готовку. Людей нужно согреть и накормить. Всех пленных ведите в дальнюю пещеру. Арес, соберите все оружие, которое найдете. Пленных обыскать, выставить у пещеры караул. И… соберите тела. Подготовьте все для похорон. Живо! Выполнять!

Получив четкие указания, народ немного встрепенулся. Когда каждый занялся делом, отвлечься от катастрофы стало хоть немного проще. К вечеру, всех детей отыскали. Медики занимались ранеными, гражданских успокаивали. Айзека привести в чувства так и не удалось. Казалось, с потерей дочери он потерял и смысл своего существования. Он больше не видел смысла в борьбе. Он сидел среди гражданских, тихо, еле слышно всхлипывал, что-то бормоча себе под нос. Видеть таким своего лидера людям было больно. Пока все готовилось к погребению погибших, в центральной палатке, в которой временно организовали штаб, Доминика собрала всех приближенных.

— Они бояться, — сказала она, — их пугает то, что мы можем сделать. Поэтому, они напали. А значит, мы на верном пути.

Она была мрачнее тучи, но говорила четко, серьезно и уверенно.

— Мы должны довести дело до конца. Поэтому, план такой. Алан возглавит защиту Стеклянной башни в Гранжхорне. Он лучше всех справится с этим. Анж, свяжись с Элиотом. Вы двое пойдете с ним. Если все, как и сказал один из наших пленных и информацию выбили из Эла, его, вероятней всего, избили. Ты тоже ранена. Вам лучше не лезть в драку в реале. Включите прямую трансляцию в Альтер-мире. Наше противостояние должны видеть все!

Анж и Алан молча кивнули.

— Арес мы с тобой возьмем малый отряд и сопроводим Маргарет в парламент. Во время прямой трансляции она должна выступить.

— Прямая трансляция гарантирована? Она точно будет? — спросил кто-то из солдат Тейку.

— Да, — кивнула Доминика, — ведь за эту часть плана отвечает моя мать.

— Прошу прощения, — в палатку заглянула женщина, — у нас все готово…

Доминика с остальными проследовали за ней. Они вышли далеко за пределы поселения, так, где не было ничего, кроме серости. На пустоши были выкопаны 23 ямы, тела опускали осторожно, с должным уважением. Тела Нахо и Вер опускали последними. Тихо выл Айзек, поглощенный своим горем. Тихо плакали женщины.

— Скажи что-нибудь… — шепнула Анж Доминике, — кроме тебя… некому.

— Сейчас мне очень не хватает сверхспособностей Айны… — опустила голову Доми, но все же сделала шаг вперед, — сегодня мы многих потеряли. Достойных мужчин и женщин. И они погибли, будучи верны своим убеждениям, защищая своих близких. Теперь, наш черед защищать то, во что они верили!

Люди стали поднимать головы.

— Я… мы пойдем до конца! Ради будущего! Ради того, чтоб больше никто не пережил того кошмара, который сегодня пережили вы. Мы остановим это безумие! Больше никто… не потеряет близких! Теперь… все в наших руках!

Когда люди разошлись по палаткам, Доминика все еще стояла над могилами Нахо и Вероники. Позади нее, безмолвный, словно призрак, стоял Алан.

— Мы не успели… — всхлипнула она, — я… это моя вина…

Слезы покатились по ее щекам. Она зарыдала в голос. Алан поднял голову к небу. Тучи разошлись, над ними сверкало звездное небо.

Глава 27 Сейчас все начнется

На рассвете Доминика вышла из палатки. Свои серебристые волосы она обрезала ночью, сейчас они едва достигали ее плеч. Алан уже ждал её. Их группы были собраны и готовы к последнему бою. Когда они двигались по катакомбам, Ал осторожно коснулся пальцами кончиков её волос.

— Тебе идет, — шепнул он.

Девушка даже не обернулась. Они продолжили свой путь в тишине. Волосы для Доминики всегда были больной темой. Мама требовала, чтоб они оставались длинными, как у леди. Одногруппники в академии без конца дразнили принцессой, великовозрастные дети. Сама Доми любила свои волосы, ухаживала за ними, выдумывала себе новые прически. Но этой ночью что-то щелкнуло в её голове. Обрезая волосы, она словно отбрасывала себя вчерашнюю. Ту, которая не успела, ту, которая подвела людей, ту, которая рыдала над могилами павших товарищей. И когда последний длинный локон упал к её ногам, дышать стало как-то попроще.

Группы стояли у выхода на поверхность. Три коротких стука и дверь отворилась. В коморке их встретили горничные дома Грейрод и их госпожа. Солана смерила дочь недовольным взглядом.

— Стрижка?

— Я с того света вернулась, мам, можно больше нежности во взгляде? — усмехнулась Доминика.

— Естественно, — Солана обняла дочь, — думаешь, мне удалась роль скорбящей матери?

— Думаю, ты справилась превосходно! — Доми сжала ладонь мамы, — спасибо.

— Переодевайтесь, — Солана кивнула новоприбывшим на корзины с вещами, которые принесли горничные, а потом перевела взгляд на Маргарет.

— Привет, Сола, — улыбнулась та.

— Мегги, — Солана не могла поверить своим глазам, — это и правда ты?

— Кажется, да, — Маргарет подошла поближе.

— Сколько же всего мне нужно рассказать тебе, — Солана с трудом сдерживала эмоции.

— Дамы, у вас еще будет время, — осторожно поторопил их Алан.

Солана прошлась по нему своим властным взглядом, от которого у Ала прошелся мороз по спине. Но ничего не сказала. Когда группы были готовы, Сола провела их через сад в дом, где дворецкий провел их в подвал.

— Карты у вас есть, — сказала Доминика, она взглянула на Алана, — действуем по плану. Моя группа сопроводит Маргарет до парламента под землей, вы же отправитесь в лабораторию. Вас встретят. Анж, ты сможешь связаться с Элиотом?

— Он… у него есть датчик, который срабатывает, когда я погружаюсь, — тихо призналась Анж, — он сразу же отреагирует.

— Хорошо. Мы с Аресом сопроводим маму в качестве ее охранников.

— Удачи нам всем, — сказал кто-то из группы.

Группы спустились в подвал и направились к выходу в подземные коридоры. Алан на мгновение задержался на лестнице и взглянул на Доминику. Они обменялись короткими кивками и разошлись.

— Сейчас все начнется… — сама себе сказала Доминика, направляясь к машине.

***
У главного здания правительства уже собралось много представителей СМИ. Машины с членами парламента приезжали по очереди, чиновники проходили в помещение. Вели они себя совершенно по-разному. Кто-то прикрывал лицо, прятался за своими телохранителями, кто-то, наоборот, задорно приветствовал собравшуюся публику и улыбался в камеры. Солана, с гордостью львицы, прошлась по коридору в зал, ни разу даже не обернувшись ни на одну из вспышек. За ней, как и полагалось в правилась, скрыв свои лица масками, шли телохранители.

Это правило пришло из далекого прошлого, когда работа телохранителя была в разы опасна, чем ныне. Тогда, зная личность телохранителя, можно было легко взять в заложники его семью и манипулировать. Так были убиты многие политики. После одного такого резонансного случая и был принят закон об анонимности охраны. Чуть позже, в телохранители стали обтирать преимущественно одиноких военных, но закон так и остался действующим для всех. Когда двери зала заседаний закрылись за последним пришедшим, Арес и Доминика переглянулись. Шоу начинается.

Все присутствующие ждали, пока председатель отроет заседание. Рядом с ним в кресле сидела Нишима, как представитель корпорации, позади нее стоял Селим Грейрод. Как генерал, он обязан был присутствовать на столь важном заседании

— Мы собрались здесь для того, чтобы принять новые поправки к нашим законам и развеять грязные слухи о том, что кто-то задумал свершить геноцид! — начал председатель, — не вижу смысла в длительных прелюдиях. Приглашаю к трибуне представителя партии эволюционистов.

— Прошу дать слово мне! — в зале поднялся Лоуренс Редхол, — мне есть что сказать!

По залу покатился шум.

— Господин Редхол, — медленно проговорил председатель, — мы все сочувствуем вашему горю, не стоит заставлять себя… думаю, кто-то из ваших коллег сможет заменить вас…

— Нет, — покачал головой Лоуренс, искоса глянув на Солану, — благодарен за ваше участие, но я в порядке, настолько, насколько может быть в порядке отец, потерявший своё дитя. Я в трезвом уме и в здравом рассудке. И я здесь ради дочери. И говорить буду ради нее и ради того, чтоб больше никто не пережил того же, что и я.

— Если вы опять будете вещать нам о конце света, о заговоре и геноциде, я попрошу вас даже не начинать, — властно произнесла Нишима, — мы все уже слышали этот ваш монолог. Вы спровоцировали панику среди населения и повышенное количество выходов из Альтер-мира, которые создали перегрузку наших клиник.

— И от чего же я должен молчать об этом? Почему вы так не хотите озвучивать правду, госпожа Нишима? — бесстрашно обратился к ней Лоуренс.

— Потому что ваша речь не возымеет желаемого эффекта, Лоуренс, — ответила она, — ваши слова по-прежнему остаются всего лишь словами. У вас нет никаких доказательств каких-либо преступных действий корпорации Альтер.

— Ошибаетесь!

— Да что вы? У вас на руках только чертежи крематория и документы о закрытии программы Очищения!

— Этого вполне достаточно, чтобы у народа появились к вам правильные вопросы!

— Господин Редхол, — председатель попытался вклиниться в словесную перепалку, — сядьте и успокойтесь. Вам нечего предъявить!

— И снова повторюсь, вы ошибаетесь!

— Выведите его из зала, — скомандовала Нишима, — у него помутился рассудок от потери дочери.

— Молчать! — неожиданно рявкнул кто-то из толпы, прозвучал выстрел.

С потолка посыпались осколки витражей. В толпе один из телохранителей Соланы Грейрод приставил к её голове пистолет. Его напарница тоже была вооружена. Все камеры тут же направили свои объективы на них. Боковые двери открылись и десяток вооруженных людей прошли в зал. Члены парламента не на шутку взволновались. Учитывая, что их личная охрана никак не отреагировала и продолжала изображать истуканов.

— Если не хотите кровопролития, — произнес Арес, все еще скрывающий лицо под маской, — продолжайте заседание по правилам. Дайте высказаться человеку. Или я буду по очереди пристреливать членов обоих партий.

— Это блеф, — прошипела Нишима.

— Госпожа, здесь камеры, — прошептал председатель, — нас смотрят тысячи людей, даже иностранные представители. Мы не имеем права проявить жестокость и позволить ему стрелять хоть в кого-то.

— Но мы не можем проявить слабость! — дернулась Мари.

— Пока я председатель, решать буду я! — дрожащим голосом возразил чиновник, — чего вы хотите?

— Запускайте трансляцию! — приказал Арес, — пускай то, что будет происходить здесь, увидит не только реал, но и Альтер-мир!

***
Алан и его группа прорвались сквозь охрану к капсулам. Привычно закодированная дверь на удивление открылась сразу же, не требуя паролей. В капсульной лаборатории их уже ждала Клара.

— Ты?! — Алан не поверил своим глазам, — ты наш союзник?

— Мальчик мой, — губы женщины растянулись в хитрой ухмылке, — кто, по-твоему, опознавал ваши трупы? Давайте, живо, грузите свои тушки в капсулы! Вперед, вперед, вперед!!!

Своими ритмичными хлопками ладоней она заставила всех шевелиться быстрее. Алан и Анжелиза погрузились в капсулы, часть их отряда осталась стоять на страже, на случай штурма лаборатории. Клара подмигнула Алану и запустила капсулы. Оказавшись в Альтер-мире, Алан снова почувствовал себя всемогущим, но было не до того.

— Анж, — схватил он девушку за руку, едва она появилась рядом, — отправляйся в Эурос! В Хрустальной башне запусти трансляцию. Если все пошло по плану, через несколько минут, к тебе попытаются подключиться из нашего парламента. Дождись там Эла и дуйте ко мне! Я буду ждать у Стеклянной башни в Гранжхорне.

Девушка кивнула и активировала навык телепортации. Алан же телепортировался в Гранжхорн. У подножья башни его уже ожидал Тео и Сэм, его старший сын.

— Войска Альтре уже движутся в нашу сторону, — сказал Теодор, — я собрал всех зверолюдо, которых только смог, но все равно, их больше. Намного больше.

— Не знаешь, кто возглавляет их армию? — осторожно спросил Ал.

— Некий Змееносец, — ответил Сэм, — говорят, мерзкий тип.

— Дерек, — поморщился Ал, — знакомы. Действительно, мерзкий тип.

На горизонте вздымалась клубами пыль. Значит, войска Альтер и правда были близко. Алан призвал оружие. Он еще никогда не чувствовал себя таким напряженным в Альтер-мире. В этот момент по всему онлайну включилась трансляция. Голос Ареса громко объявил:

— Квест для авантюристов! Защита Стеклянной башни в Гранжхорне! Невероятные награды, увлекательная сюжетная линия. Не упустите свой шанс!

— Они успели, — усмехнулся Алан, — сейчас все начнется.

Это было и правда потрясающее зрелище. Вспышки телепортаций озарили Гранжхорн. Группы авантюристов разных рас объединялись и направлялись к стеклянной башне. Их становилось все больше и больше. Восприняв объявление Ареса, как реальный квест, искатели приключений объединялись в группы, собирались целыми гильдиями и альянсами. Алан почувствовал небывалое воодушевление.

— Ну что? — Тео взглянул на Алана, — полагаю, сейчас ты командир. Верно ведь? Вдохнови свою армию!

— Авантюристы Альтер-мира! — крикнул Алан в глобальную сеть чатов, — сегодня мы сразимся за собственное будущее! Те люди, что придут к башне, хотят отобрать у нас право выбора, нашу свободу! Но только мы в праве решать, где и как нам жить и умереть! Вы со мной?!

Крики и вой прокатились по полю. Поднятое вверх оружие значило лишь одно, игроки готовы к действиям. Относясь к происходящему как к части игры, они полностью погрузились в свои образы и приготовились к финальной битве сервера. Пользователи в соцсетях заинтересованы новым ивентом. Сорвавшись с места, войска сопротивления помчались на войско Альтер.

Уже через несколько минут к трансляции битвы подключаются сотни, тысячи и миллионы людей. Воины Альтер не отличались гуманностью. С особым наслаждением они не просто убивали, они насмехались над теми, кто оказывался слабее. В стороны летели и рассыпались цифровой пылью конечности, головы. Тела погибших разлетались на осколки. В этой толпе Алан отыскал Змееносца.

— Сириус! — глаза того бешено сверкали, он сразу же набросился на Ала, — так, а я думал, что ты помер!

Зазвенела сталь. Удары сыпались градом. Змееносец хлестнул Алана хвостом по лицу. Он оттеснял его.

— Не представляешь, как я плакал! — голос его звучал издевательски, — все думал, как жизнь не справедлива! Я столько раз фантазировал, как голыми руками придушу тебя, а ты взял и сгорел заживо! Но вот ты здесь! Я так рад тебя видеть!

Он вел себя как безумец. Продавив Алана, он опрокинул его на спину, его раздвоенный язык прошелся по ране на щеке Ала.

— Сссииириус! — закричал он, — теперь я могу убивать тебя столько, сколько захочу!

Ал ударил его коленом и сбросил с себя. Клинки зазвенели с новой мощью. Искры отлетали от лезвий их клинков. Получив очередной удар хвостом по лицу, Алан, пересилив себя, скастовал трансформацию.

— Волчара! — возрадовался Дерек.

Алан оскалился и набросился на него. Он размахнулся, ударил наискось мечом, рассекая воздух. Блестящее лезвие пронеслось в миллиметрах от лица героя, заставив даже такого отморозка как Дерек вздрогнуть. Алан молниеносно рванулся вперёд, ударил еще раз, но промахнулся; затем ударил снова, на этот раз его оружие нашло цель. Дерек пошатнулся. Воспользовавшись его секундным замешательством, Ал метнулся вперед. Дерек на мгновение растерялся и, не сориентировавшись, подался к нему на встречу, стремясь одним мощным ударом раскроить Алу череп. Но тот нырнул под его руку и точным ударом в челюсть повалил его на землю. Оскалившись, он впился клыками в его плечо. Змееносец завопил, забился в конвульсиях. Его крик смешался с невротичным хохотом и стонами. Ал оторвался от него, сплюнул кровь. Альтер-мир не переставал его удивлять своим реализмом. Тело Змееносца начало сыпаться мерцающими осколками. Войска Альтер постепенно оттеснили к границе. Но дальше, не последовало фанфар победы.

— Гел! — Алан обернулся на крик, — Гел!!! Он… он не респаунится!!! Не отвечает! Он пропал!

— Риза! Она тоже не возродилась! Это баг?!

— Килиан! Шира!!! — вокруг, воины звали своих павших товарищей, просматривали их наличие в онлайне, но ответа не было.

Алан поднялся на холм.

— Слушайте! — закричал он, — Альтер скрывали это от всех! Но такова правда! Вы можете сбежать сейчас и спровоцировать хаос, панику. Подвергнуть опасности тех, кто ждет вас в реале. А можете пойти за мной! И мы все спасемся!!!

— Ты совершаешь ошибку, Сириус! — прохрипел рассыпающийся Дерек, — ты хоть представляешь, что будет, если все они выйдут в реал, когда ты прикажешь?! Ты имеешь хотя бы малейшее представление о том, что начнется тогда?!

— Знаю! — отрезал Ал, — а еще знаю, что люди имеют право выбора!

На официальных страницах Альтер стали появляться гневные комментарии пользователей.

— Почему столько жестокости? Разве это не игровой квест?

— Что значит, больше возрождаться не будут? Это что, такая шутка что ли?

— А как вообще это понимать? Кто-то ответит на вопрос: о чем орет командир-оборотень?

— Моя сестра пропала со своим мужем! Уже неделю не выходят на связь! В Альтер нам не дали ответа! Вы причастны к этому?!

— Да быть такого не может! Вранье все!

***
— Что за шоу вы здесь устроили, Лоуренс? — Нишима привстала в своем кресле, — сговорились с Тейку? Вы в своем уме?

— Я не имею ни малейшего понятия, о чем вы. Но я понимаю одно. Люди. Должны. Знать. Правду! — отчеканил Редхол, — Тейку в данном случае не террористы. Они так же, как и мы, гуманисты, хотят справедливости для людей. И честности!

— И какую же правду вы им преподнесете?! Вы только что заставили сражаться людей даже зная, что кто-то из них не переживет этой битвы!

— Мы пошли на эту жертву, чтобы не дать вам уничтожить миллионы людей!

— Лоуренс, у вас все еще нет ничего, кроме закрытого проекта Очищения! Думаете этого достаточно?! Вы только устроили бурю в стакане! Людей успокоят и все вернется на круги своя!

— Но как вы объясните им исчезновение их родных? И почему закрыли проект, который мог это предотвратить?

— Я скажу им все, как есть! Группы пропали без вести, никто так и не вернулся и не был найден! И ради безопасности наших исследователей, мы больше не отправляли поисковые группы, чтоб не потерять и их! Что вы на это скажете?

— Я скажу, что вы лгунья, госпожа Нишима, — из-за спин солдат вышла Маргарет Редхол.

Лоуренс оцепенел. Он не мог поверить собственным глазам. Маргарет сделала пару шагов к трибуне, так, чтоб ее хорошо было видно камерам со всех сторон.

— Вы же помните меня, госпожа Нимиша? — улыбнулась она и обратилась в объективы, — меня зовут Маргарет Редхол! Десять лет назад я возглавляла одну из четырех групп исследователей, которых отправили на поиски благодатной земли за Мертвым лесом. И мы нашли ее, плодородную землю, благодаря которой Истар мог бы расширить свои территории. Нам выдали маяки, по которым нас должны были забрать независимо от результатов нашего путешествия. Но они оказались неисправны. Никто не пришел за нами. Никто и никогда за эти десять лет даже не приближался к Мертвому лесу! Кроме них…

Она махнула рукой на Ареса и Доминику.

— Группа, посланная Тейку с той же миссией, найти благодатную землю, наткнулась на наше поселение. Я прибыла сюда вместе с ними! И мы привезли образцы почвы, как доказательство того, что мои слова — не выдумка! В геноциде нет смысла! Остановите выполнение этого кровавого плана! Есть мирное решение!

— Решение и правда есть! — воскликнул Лоуренс, — Альтер-мир создавали не для того, чтоб избавиться от людей, которых корпорация посчитает неугодными! Альтер-мир создавался для того, чтоб людям было где переждать, пока все они не смогут вернуться в реальный мир, который будет готов их принять без вреда для планеты! Политика партии гуманистов направлена именно на это!

— Госпожа Нишима… — прошептал ей на ухо Селим, — рейтинги эволюционистов стремительно падают. Уровень недоверия к Альтре достиг критических показателей. Вас никто не слышит…

— Нет, — прошипела Мари, — я так просто не собираюсь сдаваться…

Глава 28 Ее причина

Все произошло почти мгновенно. После пламенной речи Алана в Альтер-мире о том, что спасение в сотрудничестве, люди с поразительной осознанностью перестали пытаться хаотично покинуть Альтре-мир и согласились ждать дальнейших указаний. Рейтинг Лоуренса Редхола, как политика, возрос в рекордные сроки. И даже некоторые члены партии эволюционистов стали задумывать о том, что политика их партии не совсем то, к чему они стремились.

— Я призываю вас опустить оружие! — поднял руки Лоуренс, — мы больше не враги друг другу!

— Мари Нишима, — сделав шаг к трибуне, заговорила Солана, — только что, покинувший капсулу Дерек Фьоре подтвердил, что его группа получала приказы напрямую от вас и генерала Селима Грейрода. Он и его люди готовы свидетельствовать против вас в суде.

— Госпожа Нишима, вы обвиняетесь в преступлениях против человечества! — холодно заключил Лоуренс, — на вашем счету: попытка убийства нескольких миллионов человек, убийства мирных жителей, незаконная депортация граждан за пределы Истара и… убийство моей дочери!

Маргарет вздрогнула от его слов.

— Вы все здесь идиоты! — Нишима поднялась с кресла и выхватила пистолет у Грейрода.

Она совершила три выстрела в толпу и воспользовавшись паникой и суматохой выбежала в двери, что находились позади нее. С места сорвались Арес и Доминика. Они настигли ее пустом коридоре. Загнанная в угол, Нишима была еще более озлоблена и опасна.

— Я все равно запущу этот процесс… — прорычала она, направив на них оружие, — пусть я буду злом во плоти. Спустя годы скажут мне спасибо!

— Да что с вами не так! — Доминика подняла руки, показывая, что безоружна, Арес еле заметно кивнул, — послушайте, за что вы так ненавидите человечество? Это потому, что над вами опыты проводили?!

— Нет, девочка, что ты… — прошипела Нишима в ответ, — благодаря этим экспериментам я теперь здесь. Возглавляю эту проклятую корпорацию. Несу вам, неблагодарным, блага цивилизации! Но вам, идиотам, еще не понять такой простой истины, которую я постигла… для того, чтобы на этой планете была сытая и счастливая жизнь, людей не должно быть много! Это самое важно!

— Ну почему?! Все из-за ресурсов? Это перестало бы быть проблемой, если бы вы отправили поисковую группу! Если бы вы забрали людей Маргарет домой! Расширили бы территории, смогли бы выращивать больше культур! Если бы вы сделали это 10 лет назад, уже сейчас больше людей могло бы выйти из Альтер-мира и жить в реале! Но вы этого не сделали! Так почему же? — продолжала вести диалог Доминика, краем глаза наблюдая, как еле заметно двигается Арес. Ее задача была отвлечь.

— Людей слишком много! — сорвалась на крик Мари.

— Вы и правда так сильно ненавидите людей? — спросила Доми.

— У меня была семья, девочка, — голос Мари немного притих, — я на эксперименты эти согласилась только ради них. Обещали много денег. Брат был прикован к постели, сестра не могла ходить в школу, ухаживала за ним, пока я днями и ночами была на работе. И подписала контракт. Я единственная осталась в своем уме по окончанию этих исследований. Мне и правда выплатили все, что обещали. Сказочная сумма для моей семьи. Я ехала домой в мечтах, как найму для брата сиделку, оплачу лучших врачей. Мы купим квартиру в новом районе, накупим красивой одежды сестре, и она наконец-то пойдет в школу, будет жить как обычный подросток. Но когда я приехала в свой городок, то обнаружила там лишь руины. Сезонные дожди. Затопило все. У спасателей не хватило места в лодке, и они сказали моей сестре, что они вернутся за ними, как только доставят уже спасенных на берег. Тогда и сошел оползень. Они не успели за ними вернуться.

— Из-за этого все?.. — не поверила Доминика, — это был несчастный случай!

— Им не хватило места! — оскалилась Нишима, — если бы людей было меньше, они сели бы в первую лодку.

— Ваш путь усеян трупами! — голос Доми дрогнул, — вы убили стольких невинных людей из-за того, что с вашими родными произошел несчастный случай!!! Нахо! Вероника! Эрика!!! Мой отец… Вы кому мстить пытались?!

— Заткнись! — прорычала Нишима, — тебе этого никогда не понять! Скажете мне спасибо потом!!!

Она попыталась включить свой коммуникатор, но в тот же миг Доминика бросилась к ней. Нишима дернулась в сторону и наотмашь выстрелила, даже не целясь. Доминику оттолкнул Арес, выбив у Нишимы пистолет из рук. Брызнула кровь, он упал. Доминика поднялась с пола, пытаясь понять, куда отлетело оружие. Мари заметила его первая, но стоило ей рвануться к нему, прямо у ее ног вонзилась пуля. Она замерла. За спиной Ареса стоял Алан.

— Успел… — выдохнул он, — госпожа Нишима, поднимите руки так, чтоб я их видел. Будьте добры.

***
Нишиму вывели из здания под конвоем. Журналисты просто преследовали ее до машины, пытаясь хоть как-то взять у нее комментария. Но по потухшему взгляду женщины было и без того понятно, что она не намерена никак комментировать свои действия. Вслед за ней из здания парламента к прессе вышел Лоуренс под руку со своей женой и внимание камер мгновенно переключилось на него.

— Господин Редход, как вы объясните происходящее?

— Это правда, что жителям Альтер-мира угрожает опасность?

— Как вы прокомментируете то, что из-за халатной работы парламента, власть фактически узурпировала Мари Нишима?

— Господин Редходл! Теперь вы возглавите парламент?!

Вопросы сыпались один за другим. Но Лоуренс не растерялся.

— Если мне выпадет честь, возглавить наш парламент — я с гордостью приму её! — ответил он, — я понимаю, вы взволнованы. Перегрузка серверов Альтре-мира действительно представляет собой опасность. Но, уверяю вас, уже сегодня мы займемся вопросом пересмотра и корректировки наших законов. Так же, сегодня же будет запущена программа подготовки для вывода всех жителей Альтер-мира в реал на время обнуления серверов. Наши ученый просчитают, сколько займет времени этот процесс, но мы постараемся обеспечить всем комфортные условия проживания на это время!

— Господин Редхол, что вы скажете о программе Очищения?

— Мы возобновим программу! Начнем с того, что вернем людей к семьям! Они поделятся своим опытом выживания! Во главе с Маргарет мы составим новый план по расширению территорий Истара и на этот раз доведем его до конца!

— Если вас все-таки изберут на пост главы парламента, вы уже готовы назвать того, кто станет вашей правой рукой? А нового генерала?

— Господин Редход! Вы готовы нести ответственность?

— Господин Редход! Когда будет суд Мари Нишимы?!

Много кто из партии эволюционистов был арестован, включая и Селима Грейрода, который сдался без сопротивления, даже не пытаясь оправдать себя. Кого-то ждали исправительные работы с конфискацией имущества, кого-то пожизненное заключение, кого-то всего пару лет. Члены Тейку получили помилование. Раненого Ареса незамедлительно доставили в больницу. Алан и Доминика сопроводили его до машины скорой помощи.

— Ты зачем под пули бросился? — ободряюще улыбнулся Алан.

— Так если б не бросился, принцессу твою пристрелили бы. Не хочется видеть твою унылую рожу, — поморщившись, ответил Арес, — но, как видишь, царапина. Скоро как новенький буду!

— Вот же… ну давай, завтра проведаем тебя!

— Захватите что-то пожрать! — прокричал Арес уже из машины, — ненавижу больничную еду!

— Доминика! — голос Соланы достиг девушку сквозь толпу, — как ты?!

Мать и дочь обнялись. Солана провела ладонью по её щеке, коснулась кончиками пальцев её волос.

— Нет, серьезно, каре? О чем ты думала? — засмеялась она.

— Мам, умоляю… — закатила глаза девушка.

— Я рада, что ты в порядке, Доми, — ласково улыбнулась Солана и перевела взгляд на Алана, — ты не выполнил своего обещания. Я ведь сказала, ни один волосок не должен упасть с её головы. А это что?!

— Простите… — потупил взгляд Ал, — виноват.

— Сола, отстань от паренька! — к ним подошли Маргарет и Лоуренс, наконец-то вырвавшиеся из лап прессы.

Лоуренс крепко сжимал руку жены.

— Как ты? — спросила Солана, — прости, я не сказала… Эрика…

— Да, для меня это стало шоком, — тихо произнесла Маргарет, — поэтому, мы с Лоуренсом будем жить дальше ради нее. И создадим мир безопасный для таких детей, какой была Эрика.

— Нам предстоит много работы, — вздохнула Доминика, — очень много.

Глава 29 После

Спустя месяц после захвата парламент, Лоуренс Редхол был назначен на пост нового главы правительства. Его правой рукой стала Солана Грейрод. Для Истара наступили новые времена. И первое, чем занялось новое правительство, это подготовкой мест и ресурсов для выхода нескольких миллионов людей из Альтер-мира. Для этого были подключены все союзные государства.

После просчета, был выведен таймер, следовательно которому, на технические работы отводилась неделя. До начала работ у правительства уже были обустроены все доступные клиники, гостиницы, ангары и складские помещения. Для безопасного и комфортного проживания некоторых людей даже были выделены места в домах членов правительства. Гостей у себя принимали и Солана, и Лоурес с Маргарет и многие другие. Из государства-союзников была прислана гуманитарная помощь. В Истар передали несколько тысяч палаток, спальных мешков, грузовиков с продовольствием и водой. Людей располагали в чертогах городов и за их пределами, да самых стен и даже немножко дальше. Миллионы людей впервые за несколько лет покинули свои капсулы.

Не все шло гладко. Иначе и быть не могло. Но все силы правительства были брошены на то, чтоб мирно разрешить любые возникающие конфликты. Альтер-медики на тот период стали самыми востребованными людьми в мире. Волонтеры, которые занимались готовкой, обслуживанием, доставкой. В качестве волонтеров и охранников были задействованы группы чистильщиков. Даже солдаты, которые обеспечивали порядок и покой во временных поселениях были очень важны. В эту кризисную, сложную неделю, пригодилась помощь каждого. Больше всего помогали психологи и политологи, которые сопровождали чиновников во время их обходов временных убежищ. Они успокаивали людей, внушали уверенность и спокойствие. Именно благодаря этим людям было подавлено много протестов еще в зародыше.

Все договоренности с Тео были соблюдены. Семьям всех заключенных была обеспечена безопасность и выплачена финансовая помощь от правительства. Все заключенные Гранжхорна, чьи тела все еще были в капсулах и не тронуты, смогли разлогинится. Посчастливилось и Теодору с Семом. Семья Форм наконец-то воссоединилась. Пускай и встреча их была в больничной палате Ареса, это ничуть не омрачило этот день. Сам Арес к тому времени проходил реабилитацию и был готов выступать волонтером вместе со всеми своими коллегами.

Ежедневно Лоуренс выходил в прямой эфир и отчитывался о проделанной работе, о том, как идет зачистка сервера, на какой стадии обнуление. Люди, которые видели его во время трансляции в тот день, которые знали его историю, проникались к нему доверием и уважением. Он старался это доверие оправдывать. Солана, в свою очередь, занималась составлением новых поправок к законам, которые бы устраивали и гуманистов, и эволюционистов. Но самое главное, что они устраивали народ, которому предстояло жить по этим законам.

Когда техобслуживание сервера закончилось и Люди смогли вернуться назад в Альтер-мир, правительство во главе с Лоуренсом, занялось следующей насущной проблемой. Во-первых, были созданы группы для возвращения в города людей из поселений под стенами. Специально для них было начато строительство нового района на окраине города, полностью адаптированного для полноценной жизни. Клались дороги, возводились дома, строились детские площадки и высаживались сады. Мэрия каждого города получила задание обеспечить этим людям не только жилье, но и рабочие места по их профилям. Ведь среди изгнанников были и ученые, и медики, и механики. Проще говоря, люди разных профессий. Они нуждались в помощи и поддержке. На первое время был так же создан фонд финансовой поддержки таких людей. Ведь выселяли их целыми семьями и им не было даже к кому обратиться за помощью. Исполнение приказов главы правительства Солана контролировала лично, нанося неожиданные визиты мэрам городов.

На могилах Нахо, Вероники и других погибших во время нападения на поселение № 5 была воздвигнута мемориальная стена. Первые имена на ней принадлежали отцу Доминики, матери Алана, Нахо и Веронике. Дата нападения официально стала датой Памяти.

Следующим этапом было возвращение людей из-за леса. Экспедицию возглавила сама Маргарет. И к ее огромному удивлению, много кто из тех, кто жил в поселения под стенами, вызвались добровольцами в это путешествие. К её отъезду все подготовили очень быстро, включая отдельный транспорт для всех, кто ждал её за лесом. Подготовлены были и сменная одежда для людей, и средства личной гигиены, и две цистерны воды. По рекомендации психологов, людей нужно было подготовить. Позволить им вернутся в цивилизацию в соответствующем цивилизованном виде, это снизило бы уровень стресса хоть немного. Спорить никто не стал.

Самым милым в этом все было то, что, когда объявили о сборе экспедиции, в детских садах дети рисовала свои города, цветы и деревья, все, что они видели вокруг себя ежедневно. Они просили воспитателей передавать их рисунки ученым, которые отправятся в экспедицию, чтоб они донесли эти рисунки до тех, кто остался за лесом. Дети были уверенны, что людям по ту сторону очень важно знать, как все в Истаре изменилось, пока они отсутствовали.

Вслед за экспедицией, по отмеченному пути, развернулось строительство безопасной дороги к лесу. Вокруг дороги начали постепенно обустраивать небольшие поселения для рабочих, которые немного позже превратились в места стоянки, где путники могли остановиться для отдыха или ночлега. По новой отстроенной дороге к этим пунктам доставляли воду и продовольствие. Со временем, рядом с ними стали устанавливать теплицы, в которых выращивали овощи.

Исследования продолжались. Участки, на которых земля была мертвой и не поддавалась никакому очищению, отмечали на картах и оставляли их для строительства промышленных зон. Когда дорога до леса была проложена окончательно, по ней пустили тяжелую строительную технику. Лес начали вычищать, вокруг болота создали систему безопасных транспортных и пеших дорог. И уже за лесом принялись за строительство ферм и новых жилых районов. Продолжались и работы по очищению рек и озер, которые были обнаружена за лесом. Пресная вода всегда была на вес золота. Со временем люди научились это ценить и беречь.

Карта мира начала постепенно меняться. Когда территории были немного расширены, Лоуренс наконец-то издал новых перечень законов. Было создано много программ поддержки и помощи для тех, кто по какой-то причине решил покинуть Альтер-мир. Так же была разработана система законов для молодых пар. Например, желающие заключить брак, могли подать заявление на выход из Альтер-мира. Это мог быть краткосрочный выход только для проведения свадебной церемонии или же долгосрочный выход, если пара хотела обзавестись домом, детьми, питомцами. Вся игровая валюта конвертировалась, курс был поправлен в лучшую сторону. Поэтому, в Альтер-мире молодые люди стали более ответственно относится к своим финансам. Так же была разработаны программы адаптации и социализации для тех, кто был погружен в капсулы по состоянию здоровья.

Все привыкали к новой жизни, к своим новыми ролям. Элиот ушел из вооруженных сил и принял на себя руководство отцовским бизнесом, позволив отцу наконец-то уйти на пенсию. Он так и не смог простить себя за то, что случилось в поселении № 5 и еще очень долгое время винил себе в смертях людей. Каждую неделю он приезжал к мемориальной стене и возлагал возле нее цветы. В свою очередь, Анжелиза была волонтером в кризисную неделю, когда сервер проходил процесс обнуления. Она так же ушла из вооруженных сил. Еще позже она вошла в состав группы по возвращению людей и поселений у стен. А потом отправилась вместе с Маргарет за Мертвый лес. По возвращению она еще некоторое время работала с Маргарет над новыми планами по исследованиям территорий.

Спустя некоторое время Эл и Анж в открытую заявили о своих отношениях родителям и друзьям. Им обоим надоело скрывать, притворятся. В конце концов они были влюблены уже многие годы и могли быть вместе только в Альтре-мире. Но после обнуления сервера и расформирования подразделения чистильщиков, даже это стало им недоступно. Решение они приняли вместе и были готовы к любым последствиям. Но их родители отнеслись к этому так, словно чего-то подобного ожидали. Поговорив, они поняли, что зря волновались. Ведь родителям было важно, чтоб их дети были счастливы. Элиот и Анж никогда не были кровными родственниками, поэтому, в их любви не было ничего дурного. Спустя полгода после открытого объявления о том, что они встречаются, пара объявила о помолвке. Анж сменила специальность, ушла в медицину и начала заниматься сложными случаями. В основном, тяжелыми пациентами, которым не помогала капсула и погружение.

Когда Айна вернулась в Истар, ее встречали родные, которым сообщили о том, что их дочь, сестра и внучка жива. Мать Айны плакала и требовала уволится и больше никогда не иметь дела с армией. Впрочем, так Айна и поступила. Ну, почти. Айна тоже сменила квалификацию и под руководством Маргарет начала изучать почвы, методы их очищения и обогащения. Но, это позже. Сначала, она все-таки встретилась с Аресом и, как обещала, согласилась на свидание, чему тот был несказанно рад.

Доминика возглавила службу безопасности Альтер-мира. Алан получил повышение и стал ее правой рукой. Правда, девушку подобный расклад не совсем устраивал как минимум тем, что на нее свалилось несоизмеримое количество бумажной работы, к которому она не была готова. Более того, она его и не хотела вовсе. Но, были в этом и свои плюсы. Отношения Доминики и Соланы значительно улучшились. Доми была рада тому, что в конечном итоге мать смогла стать на ее сторону. Для нее это было очень важно. В свою очередь Солана наконец-то могла быть спокойна за дочь. Ведь пока что все было тихо, мирно и спокойно. Никакой стрельбы, только много, очень много документов, которые Доминике приносили пачками ежедневно. В большинстве случаев документация просто повторялась. Многие документы дублировались для разных инстанций, но Доминика была обязана все их перечитать и подписать, ведь теперь это была ее прямая обязанность.

Лоуренс не исключал той возможности, что рано или поздно, Доминика займет кресло своего отца. Станет первым генералом-женщиной Истар. Он был уверен в том, что она просто копия своего отца. Она стала продолжила его политику, несла бы в мир правду и справедливость. Хотя, был и еще один претендент на генеральское кресло. Алан Нортон проявил себя во время этих событий как истинный солдат. Пускай он никогда и не казался Лоуренсу кем-то выдающимся, сейчас глава парламента проникся к парню уважением. Не каждый сможет взять себя в руки после того, как все, во что он верил, рухнуло в один миг. Не каждый мог приложить усилия ради того, чтобы перекроить свои собственные убеждения и принять неприятную, жестокую правду. Но Алан Нортон смог. Его всегда характеризовали как идеального солдата. Того, кто никогда не задает лишних вопросов, всегда молча и четко выполняет приказы и не имеет привычки эти приказы как-то комментировать. Проще говоря, солдафон. Но это тоже оказалось враньем. Ал оказался куда глубже, чем Лоуренсу рассказывали.

***

Шло время. Дороги продолжали строиться. Продолжали расти поселения вокруг них. Постепенно начали налаживать систему водоснабжения. Много кто из поселения Маргарет вновь стали работать с ней, чем очень ее порадовали. Ей, как и многим знавшим их историю, почему-то казалось, что эти люди больше ни за что не покинут пределы Истара, но они чертовски ошибались.

Алан и Арес были на обходе, Элиот и Анж, вероятней всего, давным-давно уже спали. Доминика же сидела в своем кабинете и уныло пятилась в документы, когда в дверь постучали.

— Войдите! — оживленно ответила она.

— До ночи работаешь? — в кабинет заглянула Айна, в руках она держала подставку с двумя чашками кофе.

— А ты здесь какими судьбами? — удивилась Доминика.

— Ну как… Арес сегодня на дежурстве, полагаю, Алан тоже, — пожала плечами Айна, поставив стаканчик перед девушкой, — вот я и решила, что тебе тоже должно быть скучно. Дома тебя не нашла. А значит, единственное место, где ты можешь быть — это здесь. И вот я тут.

— Как это мило, — прищурилась Доминика, — соскучилась по мне?

— А как же, — усмехнулась Айна, — да и подумала, в этот день ты не захочешь быть одна.

Доминика прикусила губу. И правда, сегодня она не просто так загрузила себя работой. Сегодня была первая годовщина кровавой бойни в поселении № 5. Утром они всей командой навещали мемориал. За этот год многое что изменилось. Изменились и отношения между Дом и Айной. Девушки стали гораздо ближе. Когда Айна узнала о смерти Нахо, она долго плакала. Доминика была рядом, хоть на тот момент между ними все еще летали искры. Со временем, когда Айна начала встречаться с Аресом, они стали подругами.

— Ты как? — с просила Айна.

— Думаю, сколько нам еще предстоит работы…

— Больше, чем мне казалось раньше, — усмехнулась Айна, — по крайней мере, пока ты разгребешь все документы, у меня уже будут внуки.

Доминика засмеялась и отпила немного кофе.

— Дальше у нас по плану строительство новых школ в районах и… как думаешь, им бы понравилось?

— Нахо нас бы похвалила, — Айна вздохнула.

— А Вер без конца бы бубнила, что мы не тем заняты и нужно больше спортивных площадок, — улыбнулась Доми.

— Ты виделась с Айзеком?

— Пару раз я проведывала его, но… он скорбит. Все еще. И видимо эта скорбь не даст ему жить спокойно больше никогда.

— Доми…

— Ммм?

— Мы все правильно сделали?

— Надеюсь да… иначе, какой в этом всем был смысл?

Глава 30 С течением времени

— Доминика, — в кабинет вошел Арес, — о, и ты тут!

— А ты не рад меня видеть? — Алан отошел от окна, — чего пожаловал в наше бумажное королевство?

— Напомнить, что мы сегодня ужинаем. А то знаю я вас… ты забудешь. А наша снежная королева опять утонет в работе. И тоже забудет.

— Я все помню, — отмахнулась Доми, — Эл и Анж не придут?

— Нет, — покачал головой Арес, — ловят последние моменты на едине друг с другом.

— Аааа… — протянула девушка, — уже ведь совсем скоро…

— Вы то сами о детях еще не думаете? — хитро усмехнулся Алан, глядя на друга.

— Только после вас, — парировал тот, — в общем, я напомнил. Не опаздывайте, ладно? Это день рожденье Айны и я хочу, чтоб все было идеально.

— Так женись на ней, — опять съязвил Алан.

— Только после тебя, — опять ответил ему колкостью Арес, — ладно, я ушел!

— Давай, герой любовник, иди уже!

Когда за Аресом закрылась дверь, Алан посмотрел на Доминику. Прошло два года. Её волосы отросли до лопаток, она снова могла связывать их в косу или хвост. Они были вместе уже целых два года. Долго они не афишировали свои отношения, но, когда все же решились, больше всех радовалась Солана. За это время Алан понял, какого чувства, каких эмоций ему не хватало все это время. Он любил Доминику. Он влюбился в нее уже тогда, когда впервые увидел в Альтер-мире, тогда, когда он впервые встретил заклинательницу Грей. Она стала для него особенным человеком и сейчас он чувствовал, что готов провести с ней всю свою жизнь.

За окном было лето. Яркое солнце нежно касалось девичьей шеи, играло с ее локонами. Алан засмотрелся.

— Нужно на неделе к маме заехать, она приглашала на обед, — напомнила Доми, не отрываясь от бумаг, — ты не забыл?

— А? — Ал отвлекся, — а, мама, да, конечно. Заедем. Как скажешь.

Доминика перевела на него недоверчивый взгляд.

— Ты в порядке? — спросила она.

— Да…

— Ты уже несколько дней какой-то… задумчивый, — Доми встала из-за стола и подошла к нему, — точно все в порядке?

— Я все думаю о том, что сказал Арес…

— Это о чем же?

— Я хочу, чтоб ты стала моей! — выпалил Алан и тут же, спохватившись, добавил, — женой. Хочу, чтоб ты стала моей женой, Дом.

— И поэтому ты так загрузился? — щеки девушки вспыхнули.

— Просто… подумал о том, что в таких случаях надо просить благословения у родителей… А я… с отцом десяток лет уже не виделся.

— А хочешь?

— Не знаю… я даже не знаю, где его искать. Не знаю, захочет ли он со мной говорить. Простит ли он меня вообще…

Доминика взяла его за руку и повлекла за собой. Они вышли во двор, где она жестом пригласила его сесть в машину.

— Доми? Мы куда? — спросил Алан, когда они выехали за ворота.

— Я знала, что рано или поздно ты подымешь эту тему. Опять же, хочешь — называй это интуицией, без разницы. В общем, через твоего старого знакомого, того, который раньше заправлял перепрошивкой капсул, я узнала его адрес.

Черех полчаса они въехали в жилой район с маленькими одноэтажными, но очень уютными на вид, домиками. Доминика остановила машину перед одним таким и кивнула на двери.

— Это дом твоего отца, — сказала она и, сразу же добавила, — если ты скажешь мне развернуться и уехать, я так и сделаю. Но теперь, по крайней мере, ты знаешь, где живет твой отец. Ну так что?

Алан глубоко вдохнул. Выдохнул.

— Я слишком долго убегал, — сказал он, — Доми, ты лучшая.

Он легко поцеловал девушку и вышел из машины.

— Я буду ждать тебя столько, сколько потребуется, — сказала она ему через окно, — не торопись.

Алан прошелся по каменной тропинке до дверей. Пока он шел, в голове прокручивал десяток вариантов, с чего начать разговор. Как поздороваться, что сказать. Извиниться или сразу же сказать, что он решил жениться? Как сейчас выглядел его отец? Насколько он изменился? Насколько он постарел? Простит ли он его когда-нибудь? Захочет ли вообще с ним сейчас разговаривать? Уже на пороге он обернулся. Доми улыбалась ему и подбадривающе махала руками, словно ребенок. Алан мгновенно успокоился и позвонил в дверь. Она открылась.

— Привет, пап, — улыбнулся он.



Оглавление

  • Пролог
  • Глава 1 Игрок без консоли
  • Глава 2 Чистильщики
  • Глава 3 Такие, как ты
  • Глава 4 Грей
  • Глава 5 Те, что вышли из строя
  • Глава 6 Неуместные вопросы
  • Глава 7 Андромеда
  • Глава 8 Ложные выводы
  • Глава 9 Сестричка Доми
  • Глава 10 И рухнут стены
  • Глава 11 Перезагрузка
  • Глава 12 Тень Альтер-мира
  • Глава 13 Дела семейные
  • Глава 14 Тейку
  • Глава 15 Право выбора
  • Глава 16 Бедственная правда
  • Глава 17 Вынужденные меры
  • Глава 18 Граница
  • Глава 19 Шрамы
  • Глава 20 Альтер-мир
  • Глава 21 Раны
  • Глава 22 Мертвый лес
  • Глава 23 Живая земля
  • Глава 24 Голоса Гранжхорна
  • Глава 25 Плохое предчувствие
  • Глава 26 Первая кровь
  • Глава 27 Сейчас все начнется
  • Глава 28 Ее причина
  • Глава 29 После
  • Глава 30 С течением времени