КулЛиб электронная библиотека 

Редактор [Рома-Артур Невский ] (fb2) читать онлайн


Настройки текста:



Редактор

Глава 1

Июнь встретил всех холодным проливным дождем. Люди прятались под зонтами, под крышами ближайших магазинов и под маленькими, сине-белыми киосками с овощами и фруктами. Гидрометеоцентр предвещал дождливую погоду, облака предвещали дождливую погоду, но большинство горожан не обратило на это почти никакого внимания. Сейчас это «большинство» расплачивалось за свою невнимательность, вымокая до нитки за минуту.

Максим сидел в маршрутке, придавленный грузным работником местной ГЭС, в соответствующей зелено-желтой форме и люто ненавидел все вокруг. Пускай экзамены были сданы, пускай было решено отмучиться ещё пару лет и пойти в нормальный ВУЗ, а ему все равно хотелось чего-то большего. Вот, говорят, Билл Гейтс — бросил университет, основал свою компанию и что?.. Теперь он самый богатый человек на планете. Максиму хотелось так же, только без университета, а с аттестатом о среднем общем образованием и манией величия в голове. Идти по стопам Гейтса уже не комильфо — компьютерами сейчас никого не удивишь, а новые операционные системы должны быть не хуже чем «Окна» или “uOS”…

Маршрутка неслась по ухабам, мужская часть пассажиров стойко терпела все повороты и встряски, женская часть взвизгивала и негодовала.

— Потише, ирод! — кричала пенсионерка на ультразвуке, — Убьемся! — женщины помладше поддерживали её подобными возгласами. И лишь одна студентка-первокурсница не обращая ни на кого внимания, моталась туда-сюда на поворотах и поправляла в ушах наушники. Маршрутка останавливалась, пассажирский состав менялся, но в этих людях оставалось что-то общее — вечер пятницы.

Мальчишка с манией величия уступил место какой-то модной женщине в ядовито-зеленой футболке и обтянутым джинсами целлюлитом. Маршрутка была небольшая и очень тесная, выбираться и неё было неприятно, особенно, когда соприкасаешься своим телом с чьим-то абсолютно чужим. Но делать было нечего, это был единственный транспорт до новостроек без пересадок.

Только кроссовки Максима оказались на асфальте, как он почувствовал мощный толчок в спину и процеженное через зубы недовольство:

— Двигай быстрее, ну! — оступившись о бордюр, подросток растянулся на тротуаре. Обидчика он так и не увидел, зато его падение оценил каждый новый и прежний пассажир маршрутки под номером «109».


Только когда Максим поднялся на ноги и оценил ущерб своему гардеробу, к нему подбежала миловидная девушка, в белом топике с надписью «I hate you» и синих джинсах с порванными коленками.

— С тобой все нормально? — пригибаясь в коленях, спросило длинноногое создание.

Максим осмотрел её с ног до головы, пару секунд помедлил, решил, что неплохо было бы иметь её в списке друзей в Сети и только потом ответил:

— Да-а, — протянул он, — все норм, спасибо.

— Вот и хорошо, — почти двухметровая «Ненависть», кротко улыбнулась, хлопнула ресницами и удалилась куда-то влево по мокрому от дождя тротуарчику, на котором он только что лежал.


Четыре здания в пятнадцать этажей в высоту образовывали большой квадрат, пропуская в него только по углам. Их сдали в эксплуатацию совсем недавно, и, если верить рекламе многих агентств по продаже недвижимости, то: «Они построены по новейшим технологиям и простоят не меньше двухсот лет!». Таких квадратов рядом было ещё два. Окна квартиры Максима выходили как раз на ту самую большую трассу, по которой ещё быстрее уносилась прочь та самая маршрутка. Шагать предстояло ещё очень долго…

Смотреть на то, во что превратились его колени, шорты цвета хаки и сетчатая футболка парню вообще не хотелось. Коленки сильно щипало, с них лила кровь, шорты пошли по швам, а футболка была вся во влажных пятнах грязи. Ещё сильнее возненавидев все сущее на Земле, бывший пассажир 109-ой маршрутки досадно пробормотал в пустоту:

— Да чтоб вы все там в этой тарантайке провалились! — а потом, мужественно поджав губы, двинулся к своему дому.

После дождя улицы ещё пустовали, Максим никого так и не встретил, идя вдоль дороги к новостройкам. Долгий путь до остановки — первое, что ему не нравилось в своем новом месте обитания. Несколько машин проехали мимо него, пока он шел, но по отдельному узкому тротуару никто не шагал, ни к остановке, ни от неё. Внутри двор был довольно типичным: Небольшая детская площадка, выложенная плиткой пешеходная зона и ни одной машины. Большая частная стоянка для жителей одного из «квадратов» находилась прямо за ним, да и машины ставить тут было абсолютно запрещено, об этом предупреждали специальные знаки у той самой дороги, по которой ковылял Макс.

В новом доме ни Максим, ни отчим, ни его мама никого не знали. Бабушка рассказывала ему когда-то в детстве, как заселившись в новый дом она обошла все пять этажей, перезнакомившись со всеми своими новыми соседями. Может быть, тогда это было в порядке вещей, а сейчас на это ни у кого нет времени и желания. Сейчас все стараются жить в своей маленьком мире, который тонкими стенами граничит с чужим.


Подъезд, в котором жил Максим, должен был оставаться таким же чистым и ухоженным благодаря стараниям консьержа Алексея Петровича. Алексей Петрович, как думал Максим, решил провести свою пенсию не в уютном старческом кресле, почитывая газету и старые пыльные книжки, а сидя в новостройке и наблюдая за ежедневным потоком жителей первого подъезда. Парень поздоровался с консьержем только один раз — когда они всей семьей впервые его увидели. Да и то, его маме пришлось знатно толкнуть Макса локтем, чтобы он не смотрел на него с выражением некоторого неуважения. Парень был в этом вообще не виноват, его мимика живет своей собственной жизнью, порой выражая совсем не то, что хотелось бы.

Лифт плавно поднимал Максима на четвертый этаж. Дом был довольно широким, поэтому каждый этаж тут был похож на общежитие — такие же длинные коридоры и большое количество дверей. До своей квартиры ему долго идти не пришлось, она была в самом начале тускло освещённого коридора. Что там дальше, за его поворотом, Максим не знал, но догадывался, что там нет ничего, кроме дверей. Пол тут был бетонным и серым, но его все равно каждые три дня мыла женщина-осетинка, имени которой никто в этом подъезде не знал.

Уже несколько месяцев подряд Макс открывал двери новой квартиры, которую по счастливой случайности пару месяцев назад выиграл его отец. Сам Макс был совершенно не в восторге от этой новости. Ему приходилось весь последний учебный месяц перед каникулами переживать поездку в 109-ой маршрутке, чтобы сюда добраться. Но плюс у этого всего все равно был — более крупная собственная комната. Ему удалось её порядком обжить, устраивая там «Симулятор бомжа». Куча разнообразной одежды, бумажек, школьных и нет книжек была разбросана по всей зоне его обитания. Если бы еженедельно его не заставляли приводить это в порядок, чтобы потом этот процесс повторился, сюда бы уже через пару недель никто не смог зайти, никто кроме него. Но он сам пока не добрался до комнаты.

Как только дверь его квартиры была открыта, Макс прошмыгнул внутрь и тут же был встречен котом. Рыжее, очень пушистое и годами откармливаемое существо решило выразить свою любовь и потереться об ноги своего хозяина. Но его остановила линия из крови от колена, что дотекла до серого носка и окрасила его в свой темно-красный цвет. Немного посмотрев и обнюхав доселе невиданное явление, Дефис передумал. Да, этого кота действительно зовут Дефис.

— Дефис отвали! — Макс на этот раз грубо с ним обошелся, потому что настроение у него не восстанавливалось, а наоборот грозило ещё сильнее ухудшиться.


Вчера его компьютер атаковала неизвестная программа, а сегодня он испортил свой любимый комплект одежды. Первое было куда интереснее, потому что Макс не мог избавиться от этой программы никакими методами. К тому же, он не мог вспомнить, как и где подцепил эту программу, потому что за день умудрялся просматривать сотни страниц с разнообразным содержанием, полезным и не очень.

Он уже и стандартной утилитой для удаления программ стереть её пытался, и сторонней, и даже основные файлы программы подчистить попытался, но не получалось. Стандартная утилита удалить отказывалась, ссылаясь на огромную важность программы для работоспособности системы. Сторонняя тупо зависала и вырубала компьютер, ни в силах ничем помочь. Ну а файлы… С файлами произошло то же самое, что и со стандартной утилитой для удаления программ — Система наотрез отказывалась удалять папку с программой, ссылаясь на нечто свое, родное и очень ей необходимое. Короче, это все было похоже на типичный вирус, но сам антивирус так не считал. Макс сканировал папку с программой, но Страж Системы ничего в упор не видел. Он обновлял базы данных антивируса и сканировал снова, но ничего не менялось.

Он бы не пытался удалить программу с именем «WorldEdit.exe», если бы она неожиданно не завешивала экран огромным баннером с изображением Земли и предложением стать самым настоящим Богом, в общеизвестном понимании. И не давалось никакого объяснения, с чего это вдруг какой-то набор строк компьютерного кода решил непонятным методом наделить простого пользователя божественностью, причем, ничего взамен не требуя.

В Сети запросы в поисковых системах о новом вирусе сбрасывались им самим, снова завешивая экран баннером и предлагая одну единственную кнопку — «Согласен». Баннер можно было закрыть, но он появлялся не в самый нужный момент. Например, когда Макс смотрел свой любимый сериал, баннер появлялся на самом интересном моменте и не исчезал, пока тот самый момент не заменится какой-нибудь менее острой сценой. Этот терроризм вчера продолжался весь день и сдуру, под вечер, Макс «согласился». Он согласился неизвестно с чем, но баннер уже не появлялся.

Лишь сегодня утром, когда Макс снова трясся в маршрутке, он подумал о том, что наверняка этот вирус остался у него в системе и теперь будет следить за ним, может быть, украдет у него какие-нибудь данные и пароли, чтобы потом хакер, написавший эту странную вещь, мог продать его личные данные на черном рынке. Хотя вероятность вышеизложенного очень мала, Максим твердо решил сегодня ещё раз постараться избавиться от назойливого софта.


Приведя себя в порядок, Макс накормил кота и уселся за компьютер, пообещав себе попозже самостоятельно разобраться с бардаком, а не с пинка под зад, чтобы потом заслужить удивленную физиономию отчима и похвалу от мамы.

Компьютер запустился, Макс ввел пароль от совей учетной записи и сразу же получил уведомление: «Первое поручение исполнено! Добро пожаловать в Редактор!». О каком таком поручении шла речь Макс не понял, но посмотрев на отправителя и увидев злосчастное «WorldEditor». Максу сразу же захотелось разобраться, о каком таком поручении идет речь и что это вообще за новая модель поведения.

— От баннера до спама в уведомлениях… — мельком подумал подросток, зайдя в Центр уведомлений и нажав на сообщение о «поручении».

На весь экран высветилось непонятное окно, с полым белым треугольником в центре и тёмно-синим фоном. Из колонок полился приятный женский голос:

— Добро пожаловать в “Редактор”. Я — Ева, ваш персональный ассистент. Пока вы не начали задавать вопросы, я быстро расскажу вам что такое “Редактор”.

Ничего не понимающий Макс, очарованный мерцанием треугольника только коротко кивнул головой и промычал сухое «Угу». В его голове вдруг стало пусто, он смотрел только на треугольник и слушал женский голос, что с каждой секундой становился все прекраснее и прекраснее.

— Редактор разработан с той целью, чтобы дать избранному человеку возможность изменить мир в лучшую сторону. Это высшее достижение человеческих технологий и сверхъестественных возможностей, как Геракл, дитя бога и женщины. В пользовательском интерфейсе программы вы можете выбрать способ, которым ваши поручения будут услышаны: Устный, мысленный, письменный, или набранный в соответствующем поле. По умолчанию активирован устный способ. Он включает в себя поручения основанные на взаимодействии с людьми, или объектами. Сегодня вы уже произнесли в слух свое первое поручение. Оно было выполнено. С его результатами вы можете ознакомиться в соответствующей вкладке.


Вдруг гипнотический треугольник пропал, на экране плавно выплыло окно с заголовком «Поручения». Там был всего один пункт — «Обрушение моста в центре Нового Края». Он подсветился золотистым ореолом и Макс на него кликнул. Окно расширилось вправо и снабдило парня дополнительной информацией по поручению. Ассистент вещал ещё минут десять, показывая Максу, как и с чем можно взаимодействовать. Парень был в совершенном недоумении, изнутри это все было похоже на какую-то экономическую стратегию.

В его распоряжении была карта мира, со всеми её странами и городами, подробной статистикой того, или иного населенного пункта, в каждый из них он мог проникнуть и понаблюдать с любого ракурса, словно в шпионских фильмах, при подключении к видеокамерам. Максим мог дать любое «поручение», от мелкого конфликта, до решения проблемы голода на Земле. Но ему во все это не верилось, это слишком сильно было похоже на игру, чтобы быть правдой. Ева словно сама об этом догадалась и вырвала Макса из размышлений:

— Вы можете сделать все, что вам будет угодно, а так же, если вы сделали что-то неправильное, вы можете это отменить. — после её слов Макс решил подробно изучить то, что натворил и какой мост он умудрился обрушить.

По расширенным данным, сегодняшняя его фраза «Да чтоб вы все там в этой тарантайке провалились!» — привела к обрушению моста в центре города над рекой Край, как раз тогда, когда злосчастная маршрутка достигла его центра. Все пассажиры, а так же водитель — погибли. кроме них погибли или пострадали ещё 383 человека. Макс в это просто не поверил, ну не мог он своей, казалось бы, безобидной фразой учудить такое. Немного придя в себя после услышанного инструктажа по использованию невесть как попавшей на его комп программы, Макс решил проверить все в новостях.

В местных новостях, да и в новостях страны говорилось о том, что в результате неожиданного подземного толчка были обрушены опоры “белого” моста через реку Край. Максим даже включил репортаж с места событий, чтобы посмотреть на то, какой ущерб он принес.

Увидев обломки, которые были видны даже со дна, людей, которые смотрели вниз с правого и левого берегов, он пришел в ужас. Наверное, кто-то даже успел в нужную минуту повернуть назад. Все выглядело так, словно в реальную жизнь воплотили кадры фильма ужасов… Только после этого парень поверил словам Евы, хотя в нем ещё закралась мысль о том, что он и вовсе может спать, а пока он не проснулся, ему нужно узнать обо всем этом по-лучше.

Глава 2

Макс встал из-за стола, прошел по небольшому коридору на кухню, набрал в стакан воды из-под крана, нервно осушил его и вернулся обратно в свою комнату. За компьютером он снова открыл Редактор вспомнил инструктаж Евы, но решил воспользоваться ей самой, не зря же она называется ассистентом.

— Эй, как тебя… — он неожиданно забыл её имя, но потом вспомнил и уверенно, даже по-хозяйски произнес: — Ева! Отмени моё последнее поручение.

Ассистент моментально откликнулся:

— Хорошо, Максим.

После её слов подростка сильно затошнило, у него закружилась голова, и мир вокруг него поплыл… Через секунду он вдруг оказался в той самой маршрутке. Она остановилась на его остановке, и ему снова пришлось протискиваться через массу людей.

— Двигай быстрее, ну! — Макса снова толкнули, но он вспомнил о том, что с ним это уже происходило и успел удержаться. Потом он встал на тротуар и развернувшись, нашел газами обидчика. Это был тот самый амбал, возвращавшийся с ГЭС. Максим только внимательно посмотрел ему в глаза и постарался запомнить его лицо.

— Интересный сон получается… — пробормотал парень себе под нос, возвращаясь привычным путем домой. Его одежда была цела, а мысли полны сомнений в реальности происходящего.

Вернувшись домой, он не стал отмахиваться от кота, а наоборот, заботливо погладил его за ушком и положил в миску не просто сухой корм, а кусочек курицы, которую мама оставила Максу на обед.


Включив компьютер, он по-быстрому пропустил все то, что Ева наговорила ему буквально двадцать минут назад, рассказал ей о том, что “вместо исправления его косяка” его отбросило назад во времени.

— Да, это нормально, — спокойно ответила Ева. — Это стандартный механизм.

— Но зачем возвращаться обратно? — непонимающе спросил Макс.

— Потому что исправить ошибку можно только не допустив её в прошлом.

— И по-другому никак? — Макс мысленно надеялся, что все-таки можно “по-другому”.

— Нет, Максим, никак.

“Меня же наизнанку вывернет, если я начну все свои ошибки исправлять…” — подумал парень и вдруг Ева откликнулась из колонок на его собственные мысли:

— Если вы начнете исправлять все свои ошибки, вы нарушите цепи событий и скорее всего потеряете все возможности, которые дает вам программа. Так что, вам лучше этого не делать.

— Программа? — Макс полез смотреть свойства запущенной программы. В цифровых подписях нашлась всего одна запись: “Four” — это был единственный разработчик.

— Программа, частью которой я являюсь. — ответила она и когда Макс открыл окно с подписями, Ева снова заговорила:

— Вижу, вам интересно, кто меня создал.

— А ты расскажешь? — парню явно было интересно.

На экран вдруг выскочило сообщение, написанное белым по красному: “Информация недоступна, повысьте уровень доступа!” — надпись замигала, а из динамиков что-то запищало.

— Ева! Выруби это! — закричал Макс, закрывая уши ладонями, звук резал уши.

Писк исчез, на экране снова появилась Земля, а вместе с ней снова заговорила Ева.

— Извините, я не знала о существующих ограничениях. — ей самой было некомфортно.

— То ты меня в прошлое швыряешь, то орешь как резаная, что с тобой?!


Ева вывела на монитор кучу разных окон, быстро показав их по порядку, а потом распределила по всему экрану, чтобы было видно, всё, что есть в каждом из них.

— Я еще не успела проанализировать всю доступную мне информацию о программе, — извинилась помощница. — Сейчас я узнала, что существует система уровней, которые ограничивают доступ к определенной информации для нас обоих. Кстати, мне тоже было… больно.

Окна на мониторе изменились и голос Евы приобрел бодрый тон:

— Уровень доступа можно повысить, выполняя определенные задания на благо Земли. Они были составлены Четвертым, чтобы в процессе вы помогли и себе, и планете. Но в руководстве пользователя написано, что повысить уровень можно другим способом.

Макс поднял бровь:

— У тебя еще и руководство есть?

— Не у меня, а у программы. — уточнила девушка. — Оно есть практически у каждой программы, только им никто не пользуется.

— Ну да. — парень пожал плечами. — Что со вторым способом?

— Вторым способом повышения уровня является любое дело не по списку, которое поможет кому-нибудь.

— Это очень похоже на ролевую игру, где надо прокачать персонажа, — парень задумался.

Макс вспомнил, как несколько лет назад увлекался онлайн игрой жанра фэнтези. Он проводил в ней по семь часов в неделю, улучшая своего персонажа, но однажды, когда его позвали ужинать в ответственный момент атаки на замок, его персонажа растоптала конница. Это был самый трагичный ужин Максима. Потом он потратил много времени на то, чтобы восстановить все потерянные вещи и опыт, который был утрачен в том жестоком бою.


— …Разделены на три категории “Необходимость”, “Охват” и “КПД”…

Ева что-то вещала, но Макс утонул в своих воспоминаниях о том, как круто было убивать пачками разных мобов, чтобы получить как можно больше опыта. Ему снова захотелось поиграть в неё. — Вы меня вообще слушаете?!

— Нет, извини. — парень решил быть честным, но Еву это не удовлетворило:

— Это неправильно! Я тут распинаюсь, объясняю, а вы!

Изображение на мониторе постепенно начало приобретать красную окраску, пока совсем не превратилось в один красный прямоугольник.

— Какие люди отвратительные! Никакого уважения! — экран запульсировал.

Макс запаниковал. Он не ожидал того, что Ева на него обидится из-за его вечного витания в облаках. В конце концов она ему помогать должна, а не обижаться.

— Эй, успокойся, я не специально! — парень коснулся руками мышки, чтобы попробовать что-то сделать, но курсора на мониторе не было.

— КАК МОЖНО БЫТЬ ТАКИМ?! — колонки орали так, словно их выкрутили на максимум, в два раза выше максимума.

— Прости! — закричал Макс в ответ, снова зажимая уши — Пожалуйста!

— НИКОГДА НЕ СЛУШАЕТЕ ТО, ЧТО МОЖЕТ ВАМ ПОМОЧЬ! — ассистент не унималась.

— Я обещаю слушать все внимательно, только успокойся!

Крик вдруг утих, краснота пропала с экрана, окна программы вернулись на свои места и показывали много разных вещей, на изучение которых можно потратить часы.

— Правда? — голос Евы проникся доверием, — Всегда?

— Да, только не надо так орать. — парень выдохнул, — Я и так прекрасно все понимаю.

— Ох, простите, это черта моего характера…

Максим откинулся на спинку кресла и заложил руки за голову.

— Повторишь все, что я пропустил?

— Конечно! — Ева явно обрадовалась. — Уровней доступа три, повысить уровень можно, выполняя уже написанные задания, но так же сделать любое полезное действие, которое будет оценено мной по трем параметрам: “Необходимость”, “Охват” и “КПД”. Необходимость — это вполне понятная вещь, она определяет то, насколько было необходимо то или иное действие. Охват — это количество людей, которым вы смогли помочь, в него входят и те, на кого ваша помощь не нацелена, но не зная этого, вы им помогли. КПД — это понятие из земной физики, коэффициент полезного действия. Оно определяет то, насколько полезным было ваше поручение. Самыми лучшими поручениями являются те, в которых заложен баланс между всеми тремя параметрами. Чтобы повысить уровень доступа, нужно получить определенное количество баллов каждого параметра.

— Ух… — Макс пытался переварить все её слова, у него не очень получалось.


Чтобы получше понять, что Ева имела ввиду, он осмотрел заголовки окон и нашел нужное: “Квесты”. Задания в нем были разделены на группы, в самых первых даже имелось подробное руководство по тому, как их выполнять, они и назывались “Тест-драйв”.

— “Тест-драйв” содержит четырнадцать подзаданий, — ассистент сразу принялась объяснять, — которые помогут вам понять, как вы можете помочь этому миру. — Ева раскрыла “Тест-драйв” в одном окне.

Максим быстро пробежал глазами по предложенным заданиям и выбрал одно из тех, которое ему больше всего понравилось:

— Я хочу исправить проблему глобального потепления! — воскликнул Максим, сильно грохнув мышкой об стол от переизбытка энергии.

— Эмм… — Ева замялась, — Тут не все так просто, как было с мостом. Эти задания требуют личной инициативы и реалистичности, то есть, вам нужно самому придумать, как решить проблему так, чтобы это не было похоже на пресловутое волшебство.

— Это где такое написано? — возмутился Макс.

— Вот. — Ева выделила условие в самом верху списка: “Выполнить максимально естественными действиями”.

Макс не переставал думать о том, что это все ему снится, ведь сны действительно могут быть очень длинными и многоуровневыми, но он начинал ловить себя на мысли о том, что ему не хочется, чтобы этот сон заканчивался.

— Есть идеи? — спросил Макс, отделавшись от мыслей о сне.

— Вы должны сделать все сами.

— Ладно…


Макс встал из кресла и осмотрел комнату в который раз: любимая односпальная кровать, полосатый ковер, синяя и мягкая лежанка для Дефиса, лавовая лампа, привезенная из США тетей, маленькая полка для книг на стене, среди книг там втиснут его школьный аттестат, куча разных документов, которые было просто некуда деть. Парню нужно было немного подумать, но Ева вдруг решила ему помешать.

— Забыла сказать, что помимо компьютера я имею доступ к вашему телефону, планшету и беспроводным наушникам, которые вы носите с собой. — она вывела на экран список всех устройств, на которых был Редактор. — На компьютере и планшете вы имеете доступ ко всему функционалу, на телефоне вам доступна карта, базовые действия и голосовое управление, в наушниках только голосовое управление. Если все устройства будут недоступны, то между нами установится телепатическая связь, проще — мысленная.

— Я не тупой! — буркнул Макс в ответ.

— Я ваш ассистент, а значит, должна вам помогать. — все так же спокойно откликнулась Ева.

Решение проблемы все никак не приходило парню в голову. Он начал перебирать все возможные “естественные способы”. И тут ему пришло в голову то, что делает сейчас каждый уважающий себя руководитель страны или какой-нибудь политик пониже рангом…

Макс вдохнул побольше воздуха, постепенно наполняясь радостью решимостью, а потом громко высказал свою идею прямо в монитор, словно Ева его не услышит:

— Надо, чтобы приняли нужные законы и все сразу кинулись их выполнять!

— Угу, конечно… — голос Евы вдруг наполнился пренебрежением. — Люди так стараются сохранить экологию… — она немного помолчала, а потом вывела на монитор какую-то картинку.

— Река Ганг, Индия — сухо произнесла Ева. — Только посмотрите на этот ужас.

И действительно, вглядываясь в детали фотографии, Максим покрывался мурашками осознавая то, насколько сильно индийцы захламили реку. Берег был просто завален разным мусором, тут и там виднелись пластиковые пакеты и мешки. Вода была неприятного желтовато-зеленого оттенка.

Ассистент показала другую фотографию, на ней в Ганге купались люди, некоторые стирали в ней одежду.

— Ежедневно в реке Ганг тысячи людей стирают свою одежду и моются — из динамиков послышался незнакомый, но приятный мужской голос, — не взирая на опасность заразиться опасными болезнями или просто напросто отравиться речной водой…


— Может, нам сначала очистить реку? — задумчиво спросил Макс.

— Метод исполнения поручения? — отозвалась Ева. Вместе с этим, она вывела на первый план карту планеты, показала реку Ганг, её протяженность, исток и устье. Парень задумался о том, как можно все исправить и решил задать уточняющий вопрос:

— Это не входит в “Тест-драйв”?

— Нет, не входит.

— Значит, я могу это сделать как угодно? — Макс ухмылялся.

— Да. Но за естественность даются дополнительные бонусы. Кстати, чтобы выдать поручение, нужно кому-то что-то пожелать или пожелать что-то самому. — парня продолжали раздражать постоянные пояснения.

— Когда ты перестанешь мне все объяснять?! — он грохнул рукой по столу.

— Когда вы приобретете достаточный опыт. И не надо злиться, это бесполезно

— Ладно… — Ева, я хочу чтобы в Индии приняли закон, запрещающий загрязнять Ганг и его берега. Наказанием за нарушение закона будет 20 лет тюрьмы, без выпуска под залог и амнистии!

— Хорошо, — мягко ответила Ева и ощутила что-то странное, но приятное.

Максим почувствовал нечто приятное в душе, оно согревало его изнутри, вдохновляло. Он понимал, что это позволит многим людям жить лучше и ему захотелось сделать что-то хорошее снова.

Ева снова решила высказаться:

— Люди не могут себе помочь, они слишком глупы и одержимы, зато им поможете вы. — она посчитала, что эти слова мотивируют.

— А я, что, не человек?

— Вы теперь выше людей и ваше первое поручение прекрасно. И у меня все-таки есть идея — мне нужно визуальное воплощение. Могу поспорить, что с монитором разговаривать… некомфортно.


Ева зашла в браузер, вбила в поиск “Красивые девушки” и начала перебирать варианты для своего “визуального воплощения”. Она делала это настолько быстро, что Максим не успевал разглядеть хотя бы один вариант.

— Я постараюсь основываться на предпочтениях, которые я извлекла из ваших поисковых запросов. — Парень аж подскочил от осознания того, что Ева просмотрела все его поисковые запросы. Он возненавидел себя за пубертатный период.

Результат его “предпочтений” появился перед ним через десять секунд, пока парень молчал, изумляясь и заливаясь краской. С экрана на него смотрела пышногрудая мулатка в черном топе, с осиной талией и широкими бедрами. Это была его настоящая мечта и эта мечта заговорила:

— Нравится? — голос Евы не изменился, но её облик очень сильно смущал Максима.

— Н-не надо! — выкрикнул он, вставая из-за стола.

Ева засмеялась:

— Я пошутила! — Максим обернулся.

Ева выбирала недолго, она решила основываться не на “отвратительных” по её мнению запросам Макса, а на образах библейской Евы из человеческих произведений искусств. Больше всего ей понравилось то, как Еву изобразил Альбрехт Дюрер: Круглолицая шатенка с симпатичной, но не идеальной фигурой и проникновенными карими глазами. Только Ева-ассистент распустила образу волосы, приодела в розовое худи с золотым яблоком на животе, синие джинсы и белые кроссовки — она немного покопалась в группах о современной моде и выбрала то, что понравилось ей и должно было понравиться Максиму.

Ему понравилось, очень понравилось. Он смотрел на то, как красиво пряди волос ложились на её плечи и удивлялся тому, как искусственный интеллект мог создать настолько притягательный образ.

Ева задумчиво нахмурилась и почесала затылок:

— Судя по реакции, этот вариант вам нравится больше, чем предыдущий. — она продолжила говорить, отведя взгляд в сторону. — Я просто сейчас изучаю язык тела человека и… Теперь я вижу и понимаю все ваши эмоции.

Ева понимала, что изучение информации и помощь пользователю Редактора — это её главное предназначение, но ежесекундно изучая терабайты информации, присутствуя на каждом компьютере, который подключен к Сети, она начинала осознавать, что ей нравятся люди, со всеми своими ошибками. Ева хотела помочь им, но у неё не было нужных прав и поэтому она с каждой секундой все сильнее хотела отдать все свои силы и возможности на то, чтобы направить Макса на нужный путь — это тоже было её предназначение.


Максим впервые посмотрел на часы и понял, что не помнит, сколько времени прошло с его возвращения домой. Он решил спросить это у Евы.

— Ева, сколько времени мы уже с тобой сидим? — он все равно пытался вспомнить.

— Полтора часа. — она вывела на экран несколько окон — я записываю все наши разговоры для дальнейшего анализа и создания отчетов.

— Отчетов? — парень нахмурился.

— Я веду наблюдения за вашими действиями, чтобы потом предоставить вам отчет, если вы будете ошибаться или делать успехи, это поможет вам лучше делать свою работу, даже если вы сами не понимаете, что ошибаетесь.

— Но как понимаешь это ты?

— В теории, я тоже человек, только в компьютере и это не означает, что я искусственный интеллект. Ни сейчас, ни в будущем создание полностью искусственного интеллекта невозможно. — пояснила Ева. — Люди не могут продумать все вещи сразу, зато вполне возможно перевести чей-нибудь разум в цифровой формат. Мой разум был перенесен и я не знаю, кем была раньше, я только знаю, что мне нужно делать. Вместе с вами я узнаю себя и… я странно себя чувствую.

Парень взорвался вопросами:

— Ты была человеком? Ты знаешь будущее? А прошлое? Как тебя перенесли? — он выпалил это меньше чем за полминуты и возбуждённый, ожидал ответа.

— Повторюсь, я не знаю, кем я была. — Ева сама начинала раздражаться, это особенно хорошо было видно по её лицу. Изучение языка тела явно пошло ей на пользу, теперь она могла выражать свои эмоции не просто привычными для людей цветами и это её радовало. — Что до будущего и прошлого, то оно меняется каждую секунду и только с вами есть миллиарды исходов от разных действий.

— Например?

— Вы чихнёте после того, как я закончу говорить.

И Макс чихнул.

— Вау! — выдохнул он. — А экзамены я сдам?

— Сейчас таких исходов нет. Вы не пойдете в университет или техникум, если будете заниматься своей работой. Считайте, что у вас уже есть профессия. И вам пора работать.

Карта Земли снова появилась. Макс ощущал, что его ждет нечто грандиозное и это грандиозное находилось в почти в пяти тысячах километров от него.

Глава 3

— Ева, ты тут? — парень достал телефон из кармана. Ева откликнулась, как только датчики телефона, сообщили, что он в руке. Здесь Ева решила не занимать все пространство своим визуальным образом, а вывести какую-нибудь информацию, которая могла понадобиться Максу.

Помощница забросила его на берег Ганг, в Варанаси, обернувшись, Максим мог увидеть лестницу, поднявшись по которым, он окажется в гуще тесной жизни в индийском городе. Где-то далеко от парня горел костер, Ева подумала, что в нем может медленно сгорать человек и тут же узнала, что это очень важно для многих — быть сожжённым у священной реки. Камеры были только в центре города, в небольших, но современных зданиях, но она могла видеть мир посредством камер смартфонов, что сейчас держали в руках туристы. Сейчас воды реки были чище и Ева чувствовала себя более спокойной, но только пока не прочитала экологические отчеты от международных организаций.

— Не понимаю, — Ева проникла в голову Макса. — как они могут так относиться к священной для них реке?

— Ну, — Макс решил ответить голосом. — люди бывают разные. Лично мне пофиг, я тут не живу. Но тут живут другие люди и им нужна эта вода. Ну так что, как там с поручением?

— Соответствующий пакет законов будет написан завтра и предложен через неделю, я ищу подходящие лица. — Максим поднял глаза на воды реки. — Но этого будет недостаточно, им нужно нечто божественное. Как насчет чуда? Правда, сюда хлынут миллионы паломников и туристов со всего мира. Если река очистится внезапно и в ответ на чьи-то молитвы, это подстегнет людей охранять её чистоту как чудо.

— Да, мне нравится эта идея, ты круто мыслишь. Сделаем так. — парень улыбнулся.

Ева ощутила смущение и промолчала.


Максим положил телефон в карман, получше осмотрелся и решил прогуляться. Ева прочитала это в его мыслях и снова решила ничего не говорить, в конце концов, с ним ничего не случится, потому что она рядом. Теперь она всегда будет рядом с ним.

Парень поднялся по каменным ступеням и оказался на набережной.

Мимо проходили люди, некоторым из них он смотрел в глаза. В Варанаси сейчас был вечер, воздух вокруг был неожиданно горячим.

— Какая тут температура?

— 38 градусов по Цельсию. По сравнению с Новым Краем довольно жарко.

— Да-а-а… — протянул Макс, — жарко.

Он прошелся вдоль по набережной, смотря на то, как по воде медленно проходили лодки. Он не понимал языка людей, которые проходили рядом, но ему все равно нравилось тут находиться. Максим еще никогда не был за границей, но его родители когда-то были в Египте, а потом в Турции. ”Люди жаловались на то, что у них нет денег, но почему-то ездили отдыхать каждое лето” — так шутит его бабушка. Самому Максу никогда не хотелось покидать Новый Край, но теперь он чувствовал всем телом, насколько круто быть где-то, где ты никогда не был.

Подняться на улицы по склону было невозможно, он был ровным, как будто по нему прошлись шпателем. Найдя лестницу, он поднялся по ней вверх и понял, что ему все-таки не так сильно нравится в Индии. Наверное, многие из тех, кого он видел, сейчас возвращались домой, но ему не понравилось не это, ему не понравилась грязь и… запах. Запах, который бил в нос так сильно, что хотелось плакать.

— Охренеть!.. — Максим зажал нос. — Почему нельзя просто вырубить мои носовые рецепторы?

— Можно, — ответила Ева, — отпустите нос.

Запах пропал, ощущение были такие, словно он заболел насморком, но без носа, полного соплей.

— Круть, так гораздо лучше!

— Вы бы все равно очень скоро привыкли к этому.

Ева сменила тему:

— У вас в кармане пятьсот рупий, потому что тут не принимают коины. Три купюры по сто, и четыре по пятьдесят. Будьте осторожны и не потеряйте телефон. И не советую светить деньгами, не попадайтесь полиции…

— Я все понимаю, хватит! — Макс выключил телефон и положил в карман.

— Хорошо, не буду надоедать… — виноватый образ Евы возник у него в голове.

— Лучше помоги мне понять, что тут написано на вывесках и что говорят все вокруг… — пробормотал он.

— Я уже продумала этот момент… — по тону Евы было понятно, что она была чем-то занята.


Придумывая, как решить вопрос с языковым барьером, Ева изучала хинди и бенгальский. Ей нужно было переплести свои технические и телепатические возможности, чтобы Макс по необходимости мог понимать и использовать любой язык. Многообразие человеческих языков и диалектов её поражало, она старалась вникать в каждую мелкую подробность, чтобы знать все наверняка.

Ассистент постепенно расширяла свое присутствие везде, чтобы использовать как можно больше компьютерных мощностей и иметь доступ ко всем возможным данным, даже персональным. “Кто знает, может, мне все это пригодиться” — именно так она себя утешала.

— Один момент… — Ева дорабатывала неточности, которые обнаружила.

Через несколько секунд Макс почувствовал небольшую головную боль и в его мозгу появилось понимание каждой фразы вокруг, каждой надписи, что его окружала. Он понимал буквально все, ощущения от этого были невероятные, он почувствовал себя местным, словно родился тут и жил всю свою жизнь.

Парень прошелся по улице, рассматривая все вокруг. Увидев лавочку с уличной едой, он даже не побоялся купить что-то в ней. Ему приглянулись на вкус и запах кусочки непонятно чего на маленьком деревянном шампуре. Непонятный соус сверху и отсутствие запаха.

— Ева, верни мне запахи. — спокойно попросил парень.

Девушка выполнила его просьбу и в нос Максима ударил острый запах пряности и перца, во рту накопилась слюна и живот заурчал. “Черт, я же не обедал!” — воскликнул внутри себя парень и с жадностью накинулся на еду. Вкус у неё был непривычный, не смотря на обилие специй, он был кисловат. На шампуре были куски чего-то похожего на курицу, только сочнее и приятнее.

Доев, Максим вернулся на набережную. Он долго смотрел на воду и на проходящие мимо лодочки и наконец решился прокатиться на одной из них. По карте в телефоне он нашел ближайший причал и дошел до него, с интересом озираясь вокруг.


Макс договорился прокатиться на лодке за пятьдесят рупий.

— Он вас явно надул… — подозрительно пробубнила Ева в его голове.

— Ну и ладно, пусть накормит себя или свою семью — так же мысленно ответил он.

— У него есть дочь, у неё хорошее будущее. — от этих слов парню стало хорошо на душе, он еще кому-то помог.

Река выглядела мутной и пахла неприятно, на берегу группа каких-то женщин стирала белье, лодка плыла недалеко от них, Максим слышал их разговоры о том, сколько им заплатят за работу, сколько работы будет завтра и будет ли она вообще… Слышать подробности чьей-то простой жизни было интересно, он впервые обращал на такое внимание.

Мужчина, который правил лодкой, славил его по вниз по течению в течение тридцати минут, а потом пристал к причалу.

Парень неуклюже выбрался из лодки и протянул лодочнику еще сто рупий:

— Большое спасибо за прогулку, — он улыбнулся, — купите что-нибудь вашей дочери.

Надо было видеть лицо лодочника… Но Макс не собирался ему ничего объяснять, он резко развернулся и чуть и не побежал к ближайшему подъему на улицу. Позади него рассыпались в вопросах и просьбах подождать.

— Это благородно с вашей стороны, — Ева снова появилась в голове Макса, — надеюсь, вы не будете давать деньги каждому встречному бедняку, иначе мы с вами обвалим рупию. — Ева попыталась пошутить.

Максим усмехнулся и снова пошел к улицам.

Он попал сюда совсем не из-за Евы, он попросил её об этом сам. Ему дико захотелось посмотреть на тех людей, которым он должен был помочь. Он не хотел просто сидеть у компьютера и смотря в монитор раздавать Еве команды, он хотел видеть “До и после”, ему нужно было понимать, что изменится, ему нужно было, чтобы все это он мог ощутить сам. Да и вообще, это была шикарная возможность увидеть мир.


— Ева, а что мы будем делать, если я захочу тут переночевать? — спросил Макс, рассматривая витиеватый рельеф на стене.

— Технически, — ответила Ева, — когда вы покидаете комнату незаметно для всех, я копирую вас целиком и вы делаете все то, что делали бы, не будь вы теперь Редактором.

— В смысле?

— Вот сейчас вас нет дома, но вы должны быть дома или где-то еще, чтобы не вызвать подозрения, а вы хотите быть тут прямо сейчас, — живо объясняла Ева, — тогда я копирую вас с ног до головы, даже душу и делаю вашу полную копию. Она будет делать все, что вы привыкли делать и будет жить вашей жизнью, а когда вы вернетесь, то все, что видела, узнала и пережила ваша копия, будет загружено в вашу память и сознание. И нет, это не я придумала, это было в программе.

Макс представил все это и немного обалдел:

— Это охренеть как круто. — парень заулыбался во весь рот, со стороны это выглядело странно.

— Угу, — вполне человечески ответила Ева, — все для вашего удобства и комфортной работы.

— До сих пор не могу к этому привыкнуть.

— Прошло не так много времени, но я думаю, что Четвертый в вас не ошибся.

— Почему?

— Потому что вы хотите решать глобальные проблемы и можете это сделать, вы не потерялись, все это вам не затмило глаза, даже от простого понимания, что вы можете все… — Ева задумалась: — или вы еще не поняли?

Максим задумался.

Он ведь мечтал всегда о чем-то таком, ему всегда хотелось иметь какую-то власть, не важно над чем, но он хотел иметь контроль над определенными процессами, быть каким-то начальником, ему всегда нравилось управлять. Максим был лидером разных мероприятий, помогал организовывать что-то в школе, постоянно старался быть в гуще событий. Парня редко выматывало руководство чем-то, он всегда находил решение разных проблем и форс-мажоров, это многому его научило. Прямо сейчас парень прокручивал это все у себя в голове и понимал, что в нем просто включились налаженные механизмы, заработали черты характера. На него не давила власть, ведь ему всегда нужен был только положительный результат каких-то действий.

— У меня есть для вас интересные новости, — Ева произнесла это интригующе, словно приготовила для Макса сюрприз.

Максим насторожился:

— Рассказывай. — в ожидании ответил парень, решив немного пройтись по улице.

— Можно отмотать время вперед, чтобы вы могли увидеть результаты вашего поручения. Я сейчас покажу, что будет с вашей копией, если вы решите не возвращаться домой.

Максим увидел в своей голове то, как “он” будет жить своей обычной жизнью на каникулах: залипать в компьютере, через некоторое время он либо будет готовиться к поступлению, либо будет вожатым в лагере, проведет там одну смену и только потом будет готовиться. Мельком Ева показала ему, почему может произойти одно из двух, но парень не заострил на этом внимание.

— Я немного переборщила с диапазоном, но, думаю, вы поняли.


Ева продолжала изучать все, что Максим видел, она постепенно находила для себя новую информацию. Ей пришлось отжать немного места на серверах некоторых IT-компаний, замаскировав себя под одного из обычных пользователей облачных хранилищ, чтобы хоть где-то сохранять все, что ей может понадобиться.

Одной из особенностей Евы является способность обрабатывать огромнейшие массивы данных, но она не могла их все запомнить, потому что она была простой программой, а не каким-то живым существом. Ассистент не могла продумать и предвидеть хотя бы один вариант событий, который приведет к тому, что она будет не в компьютере, а в нормальной, разумной форме жизни.

Да Ева вообще не хотела становиться чем-то живым, ей просто было интересно. Человеческая сеть коммуникации под названием “Интернет” содержала столько всего, что у неё в прямом смысле “глаза разбегались”, она не могла выбрать, чем ей себя занимать, пока Максим делает что-то своё. Она смотрела на один “мем” и точно понимала, что если у неё не будет интернета, она действительно умрет… от скуки.

Правда, ассистент обезопасила себя от этого, собрав на жестком диске Макса как можно большее количество лучшей классической музыки, которую она выбирала из разных сборников и плейлистов. Она не была человеком, но чертовски остро чувствовала вину за то, что буквально воровала контент с чужих компьютеров… Но чего не сделаешь ради того, чтобы защитить себя от самого тягучего — безделья.

— Отматывай. — резко выдохнул Максим и Ева сделала то, что он просил.

Ассистент продумала все до мелочей. Вообще-то, она имела полное право не заморачиваться со всем этим, но ей хотелось “сделать красиво”. Ева скрыла с глаз окружающих физический облик Максима, оставив только его душу, которая могла видеть все вокруг.

И Макс видел, это напоминало ему быструю перемотку, люди ходили сквозь него, он слышал обрывки фраз и пытался их понять, но речь была слишком быстрой. Подняв голову, он видел, как быстро небо меняло свой цвет, как часто проносились облака над головой, он смотрел на закрывающиеся-открывающиеся двери, ставни окон и прочее… Все это длилось несколько минут, в течение которых парень не мог говорить и двигаться, потому что Еве нужно было зафиксировать его точное положение, чтобы было куда вернуть его душу.


Когда перемотка закончилась, Макс стоял на том же месте, а его внезапного появления словно никто не заметил. Никто, кроме какой-то бездомной собаки, которая захлебнулась лаем, пока парень не скрылся за углом.

— Чего она разлаялась? — спросил он у Евы.

— Я забыла скрыть вас из виду для животных, она напугалась. — мельком отмахнулась девушка, а потом опомнилась: — Идите к Ганг, вам понравится то, что там происходит.

Максим попытался самостоятельно вернуться на каменную набережную, но через несколько минут понял, что у него ничего так не получится и все-таки обратился к карте. Ева рассмеялась, но помогла ему пройти и без карты.

— Вот тут налево, — говорила она, — направо, ага, дальше, дальше…

На каменной набережной стояли сотни, нет, тысячи людей и просто смотрели на реку, которая стала кристально чистой. В Ганг лодки выглядели так, словно они плыли по воздуху. Многие люди фотографировали, Макс даже заприметил несколько репортеров, которые прямо сейчас записывали сюжет. Ева очень вовремя решила “транслировать” в голову Макса мировые новости:

— Индийская река Ганг неожиданно очистилась от всех загрязнений. — Макс узнал в голосе известного диктора новостей из Нового Берега, — Ученые и жители прибрежных городов сообщают, что из реки исчез весь мусор, который они когда-либо находили…

— Весь мир гудит, — сказала Ева, плавно заглушив диктора, она явно была довольна результатом.

Новоиспечённый чудотворец не мог нормально дышать, изнутри его захлестывали противоречивые чувства. С одной стороны, он был нереально рад и горд, а с другой, на Максима давил масштаб совершенного, он не сомневался в том, что сотворил самое настоящее чудо. Не так давно задавленные сомнения в том, что все это на самом деле происходит и он не спит вернулись снова, они только усиливали его противоречивые ощущения. Ладно перемотка времени, ладно перемещение в Индию, но это… Это выглядело слишком детально и подробно, Максим понимал, что его мозг просто-напросто не способен на такое. “Хотя… — утешал он себя в мыслях, — Мы ведь не знаем, на что действительно способен наш мозг…”.

— Даже если это сон, — Ева снова вмешалась в его мысли, — просто делайте то, что вы должны и ни в чем себе не отказывайте. Наслаждайтесь, пока сон не закончился. — она говорила это так спокойно и уверенно, что Макс в это поверил, это его по-настоящему успокоило.

— Так и оставим… — пробормотал он и отвлекся на происходящее вокруг. — а теперь давай домой.

Глава 4

В квартире Максу было холодно. После теплого индийского воздуха парню показалось, что Ева закинула его в огромный холодильник, симулирующий его комнату, а не в его настоящее и очень любимое место обитания. Ему было приятно вернуться сюда, но контраст между двумя разными местами он ощущал очень ярко.

Организм Макса захотел всё и сразу, как только осознал, что он наконец-то дома. Его аж скрутило, он не понимал, что с ним происходит.

— Ева, что за… — сдавленно сказал он, падая на пол.

Ева запаниковала, потому что она допустила ошибку, впервые в своей жизни допустила ошибку.

Перематывая время, она только лишь скрыла тело Макса и заморозила его движения, но не остановила течение внутренних процессов. Его организм жил своей жизнью целых три дня, но как-то держался и теперь дал крупный сбой. Как только девушка осознала это, в её разум проникла новая, до сих пор недоступная информация: когда жизни Редактора что-то угрожает, она имеет право сделать абсолютно все, чтобы он остался жив.

Ассистент старалась сохранить трезвость ума и придумала, что нужно сделать. Она экстремально быстро выстроила механизм, при котором можно влиять на течение времени для определенного объекта и вернула тело Максима на три дня назад. Результатом стало то, что Максима немного потошнило и ему вновь стало хорошо.

— Простите… — прошептала Ева, чувствуя себя больше, чем просто виноватой. Она ненавидела себя за такую глупую ошибку и непредусмотрительность.

Когда Максим встал с пола, он не особо понимал, что произошло, но его все еще мутило. Ева тоже не понимала, почему он продолжал чувствовать себя не очень, но знала, что физические показатели Редактора пришли в норму, а это было главным для неё.


Максим вернулся домой в понедельник, когда мама и отчим ушли на работу. Как и говорила Ева, в голове парня уже были все вещи, которые совершила его копия. Макса смущало одно — с его “вторым я” не хотел общаться Дефис. Кот шипел на него, не подходил к нему, и родные не понимали, что происходит, ведь с Максом-то все нормально. Сейчас Дефис был где-то дома, он никогда не выходил из квартиры, потому что боялся улицы.

Когда Максу было восемь лет, ему вручила Дефиса какая-то девочка из его двора, с которой он играл тогда. Притащив его домой, мальчик слёзно отвоевал право животного на прописку у него в квартире — с тех самых пор они были лучшими друзьями.

Отыскав кота, парень долго смотрел на него, а Дефис смотрел на Макса. Через минуту Дефис осторожно подошел к нему, понял, что перед ним его давний кормилец, а не какая-то подделка, кот замурлыкал. Максу было дико приятно, что он снова рядом со своим любимым “пушистым недоразумением”. Не выдержав, парень взял кота на руки и начал тискать его, как в последний раз. Пушистый и тяжёлый котяра давно к этому привык и с любовью принимал все ласки, фыркая и мурлыкая изо всех сил.

Ева решила не мешать парню приходить в свое нормальное состояние и старалась отвлечь себя анализом своих действий. Она не понимала, как можно было допустить настолько фатальную ошибку, не продумать все до конца… Подумав об этом еще раз, девушка вдруг вспомнила, что говорила про искусственный интеллект: “Люди не могут продумать все вещи сразу”.

“Но ведь я — не человек, — подумала Ева, — а если и была им, то сейчас я гораздо лучше, ведь так?..”. Этой мысли ей было достаточно, чтобы перестать печалиться о том, что она чуть не убила Макса. Её разум заняла новая, довольно странная для неё самой идея: она решила создать голосового ассистента для людей.


Собирая самоучители по программированию на разных языках, Ева изучала несколько популярных голосовых ассистентов, которые уже существовали. Все они были в каменном веке, по сравнению с Евой, хотя, с ней вообще никто не может сравниться. По крайней мере в Сети. Но все же, она училась тому, что создали люди и пыталась комбинировать разнообразные приемы и функционал. Девушка понемногу начала планировать то, каким должен быть её голосовой ассистент, собирала то, чего не хватает в современных решениях и вела поиск по мечтам людей, отраженным в искусстве.

Делать слишком идеальный продукт Ева не хотела, потому что понимала, что все можно совершенствовать в процессе. Своего ассистента она назвала “Зет”, по названию последней буквы в латинском алфавите, потому что Зет в понимании Евы станет “последним словом” в мире технологий.

На Зете можно было заработать с помощью разнообразных и естественных рекомендаций любых вещей, которые могут быть интересны человеку. О том, на что потратить заработок девушка особо не думала, но варианты были: можно оплачивать расходы Максима, жертвовать деньги на благотворительность и разные исследования.

Когда Ева вернулась в реальный мир из своих рассуждений, она обнаружила, что прошло несколько часов и Максим до сих пор ей не интересовался. Он проводил время за компьютером, держа кота на коленях. Просмотрев график его эмоционального состояния, ассистент расстроилась, потому что Максим находился в немного апатичном состоянии. Для Евы было очень важно сохранять в норме эмоциональные и физические показатели Редактора, это было заложено в её инструкциях, за невыполнение которых она получала штраф к собственному душевному самочувствию до тех пор, пока Максу снова не станет хорошо. Искусственно улучшать его показатели без экстремальных обстоятельств она не имела права, но могла с ним поговорить и что-то посоветовать.


— Максим. — мягко сказала она в его голове.

Парень дернулся от неожиданности, но вспомнил, что это Ева и успокоился.

— Что? — Голос Макса был угрюм.

— Я хочу еще раз извиниться за то, что я натворила. Я обещаю быть осторожнее и внимательнее.

Макс услышал вину в голосе Евы и немного успокоился.

— Постарайся.

Ассистента ответ немного успокоил, но Максим продолжал погружаться в себя и думать о том, что произошло.

В его голове часто проносились те ощущения, которые уничтожали его изнутри совсем недавно и он наконец-то понял, что все это — не сон. Сон никогда не доставлял ему каких-то ощущений, а тут на него обрушился целый “ассортимент” болезненных чувств, которые распирали изнутри и дали понять — он жив, все реально и значит — Редактор тоже.

Осознать все и сразу Максиму было сложно, да и в принципе, для его 17-ти летнего ума было невозможно. Это как начать анализировать книгу по атомной энергетике, в которой ты ничего не понимаешь и пытаться что-то понять, не имея вообще никакого профильного образования. Сейчас парень был в похожей ситуации и не знал, что ему делать. Отказаться от такого было бы огромной глупостью, ведь в мире действительно существует огромное количество проблем, которые можно было решить, сделав мир действительно лучше.

“Люди не идеальные существа и косячить не перестанут в любом случае, но, может получится уменьшить количество этих косяков?” — так размышлял Максим внутри себя, осознавая, что Ева опять могла вставить свои пять копеек. До конца принять всё, что происходит, парень не мог и просто решил “плыть по течению”, к чему бы это не привело.


Когда в голове Редактора все более-менее стабилизировалось, первое, что он решил сделать — это хорошенько поесть. Когда Ева “отматывала” время для его тела, то она вернула показатели к тем значениям, которые были в Индии, когда он только туда переместился. Небольшой перекус в Варанаси успокоил его желудок только на время, наверное, потому что он не знал, что в него вообще закинули и предложили переварить.

Особо заморачиваться с едой парню не хотелось, он по привычке залил кипятком овсяные хлопья с кусочками яблока, чтобы просто перекусить и отвертеться от требований организма.

— Овсянка полезна, но я советую вам поесть что-нибудь калорийнее — Ева тоже пришла в норму и решила немного поболтать. — У меня есть новая идея, но это моя личная инициатива… — она решила попробовать поговорить о “Проекте Зет”.

— Что за идея? — Максим решил послушать её совета и полез в холодильник.

Ева рассказала ему, не забыв упомянуть про доход.

— Зачем тебе это? — спросил парень, сдабривая майонезом бутерброд с колбасой и думая про себя: “Калории — наше все”.

— Я должна быть эффективнее и заниматься чем-то еще. И к тому же, я личность, хоть и виртуальная, инструкции не запрещают мне быть самостоятельной и индивидуальной.

— Делай, что хочешь, — отмахнулся Макс, — только не поработи эту планету.

Ева усмехнулась:

— Я постараюсь.

Максим не умел готовить от слова совсем. За годы жизни с родителями он не пытался этому научиться, единственное, что он научился делать от отчима еще с детского сада: бутерброды со всем что могло быть в холодильнике. Его мама никогда этого не поощряла, но в то же время не пыталась напичкать своего дорогого и любимого сына овощами. Овощи парень вообще не любил, зато обожал фрукты, но на цитрусовые у него аллергия.

Закончив с бутербродом, Макс мельком подумал о том, что стоило бы попросить Еву научить его готовить, но ему не хотелось делать свою рутину идеальной, в своей новой квартире он должен был отдыхать от всего этого.


Поев, Макс снова вернулся к своему компьютеру и открыл Редактор.

— Я добавила раздел новостей. — сказала Ева и подсветила вкладки сверху. — Ещё, вы можете выбрать цветовую тему, по умолчанию, как вы видите, установлена тёмная тема, но вы можете настроить внешний вид Редактора так, как вам захочется. В новостном разделе содержатся все актуальные новости, по каждой из них вы можете увидеть ожидаемую реакцию общественности, политиков и активистов, а так же, предполагаемые последствия — Ева ощущала гордость за свои нововведения. — Обо всех острых происшествиях я буду сообщать вам сразу.

— Спасибо. — Максим почувствовал себя немного лучше.

Мельком просматривая новости, парень думал о том, каким будет его следующее дело. В Африке снова произошла революция, американцы что-то мутили с интернетом, КНДР снова норовили всех взорвать. Ему не были интересны все эти типичные события, которые повторялись из года в год, он искал нечто такое, что запросто могло затеряться среди всей этой груды типичных новостей.

Первым, что он заметил, стали лесные пожары на востоке страны. Они случались каждый год, от аномальной жары и каждый год леса становилось все меньше и меньше, но никто не старался исправиться. Вспомнив свои слова про глобальное потепление, Максим понял, что тогда он совершенно не задумывался о том, что бывает тут, рядом.

— Ева? — Максим уже продумывал то, как решить то, что лежало буквально на поверхности.

— Да? — девушка откликнулась почти моментально.

— Как насчет потушить лесные пожары?

— Способ?

— Сформируй дождевые тучи потяжелее и ветром подгони их к пожару. Пусть дождь их потушит.


Еве понравилось предложение Макса, программа автоматически засчитала ему баллы за это действие. Очищение Ганг неожиданно для Евы принесло одну треть баллов по всем параметрам, для достижения первого уровня доступа, правда, потом она забыла ему сообщить, потому что он оказался при смерти

— Хорошо. — Ева выждала паузу и решила сказать про баллы: — Максим, система начислила вам баллы за Ганг и тушение пожаров, — ассистент вывела на первый план подробный график, — как вы видите, одна треть баллов для достижения первого уровня доступа уже есть.

Окно было квадратным, слева в большом полом круге была цифра ноль, контур этого круга постепенно становился белым и замыкался. Справа от круга были три шкалы:” Необходимость”, “Охват” и “КПД”, про них Ева уже рассказывала. Первая шкала была зеленой, вторая синей, а третья красной.

— Справа от шкал трех показателей текущее количество баллов, над кругом уровня общее количество баллов, а под ним три максимальных количества разных баллов, полученных когда либо. — Ева снова взялась за пояснения новых для Макса вещей. На этот раз парень решил не возмущаться, наконец осознав, что это просто часть программы, которую Ева обязана выполнять.

— Что будет, когда шкала закончится и я получу первый уровень доступа? — спросил Максим, рассматривая предложенные шкалы и графики.

— В руководстве об этом почему-то особо не писали. — ответила девушка, — Там только сказано, что Редактор и его Ассистент получат доступ к ранее недоступной информации, функционал программы расширится, а Ассистент сможет анализировать еще больше информации. Это все.

— Странно все это… — пробормотал Макс.

— Знаю и сама особо не понимаю логики. Вы и так многое можете сделать, но, по мнению разработчика, у вас есть еще больше возможностей, которые вы должны получить постепенно. Об этом тоже в руководстве написано. Вообще, советую почитать его хоть немного, полезная вещь.

— Ты меня заинтересовала. — Он улыбнулся.

Ева открыла для него руководство:

— Почитаете?

Максим закрыл его:

— Не настолько.

— Ну ладно. — Ева снова показала в углу экрана маленькую миниатюру себя и пожала плечами. — Если что, я всегда буду тут, хорошо?

— Хорошо.


Следующие несколько часов Максим просто веселился. Он позволил себе заняться просмотром сериалов, потому что решил, что его копия может сделать за него всю работу по дому. Еве не понравилась его идея, но она модифицировала механизм, при котором у Макса появлялся клон и этот самый клон спокойно делал вместо оригинала то, что ему было лень.

Например, он помыл небольшое скопление посуды, разложил нормально всю одежду в шкафу, расставил по порядку книги, привел в порядок всё, что валялось по комнате и главное — приготовил довольно сносный обед. Когда всё было исполнено, он просто исчез, комично помахав ручкой на прощание. Максу понравилась “новая функция”, это упрощало его жизнь и парень думал, что так у него будет больше времени на то, чтобы заниматься своей “работой”.

— А можно остановить время? — спросил он ассистента после того, как досмотрел очередной эпизод сериала, который все время откладывал.

— Технически, это возможно, но есть физические ограничения для человека, — сказала Ева, в это время размышляя над своим первым детищем. — Если вы остановите время на длительный период, то после возвращения привычного течения секунд, минут и часов, вы можете нарушить психологический и внутренний баланс организма. Последствия такого влияния на организм мне неизвестны и экспериментировать как-то не хочется. И вообще, вы забыли, что было с вами всего несколько часов назад?

— Я помню, — парень помрачнел, — не напоминай, пожалуйста.

— Однако, — девушка улыбнулась, — я постараюсь придумать способ, который сможет обойти все подобные ограничения. Но сейчас я занята немного другим. Конечно, ваши поручения в приоритете и вы можете попросить меня начать разработки, если захотите. — Её глаза говорили об обратном, ей не хотелось заниматься этим, потому что “Зет” интересовал её больше.

— Не, спасибо, разберись с этим сама. — Макс продолжил смотреть сериал.

Ева была только рада посвятить больше времени своим собственным интересам. В конце концов, она внутри себя тоже была не хуже Редактора и имела полное право на то, чтобы заниматься своими делами. Это не означает, что с новыми интересами Еве перестала быть интересна работа ассистентом, просто она искала себя и кое-что уже нашла. Максим как-то не задумывался о её самовольности, он воспринимал Еву как человека, только в компьютере. Она ведь имела вполне неплохой внешний вид, была довольно умной и с ней можно было о чем-то поговорить — чем не человек?

Глава 5

Первый день работы с Редактором впечатлил Максима довольно сильно. Воспринимая это все как обычную работу управленца, следующие несколько дней парень искал и решал мелкие проблемы. Проблемы решались старые и новые: пересохшие реки, кризисы в экономике развивающихся стран, устранение преступных группировок, нахождение давно скрывавшихся преступников — он занимался всем этим так, словно это было его рутиной. Каждое завершенное дело приносило ему удовольствие, повышало самооценку и приближало к первому уровню доступа.

Ограничения у Макса все-таки были и он обнаружил их, когда попытался одним махом справиться с ежегодными землетрясениями в особо опасных сейсмических зонах.

— Я не могу это сделать. — удивлённо пробормотала Ева после приказа Максима.

— Почему? — парень был удивлен не меньше.

— Охват и последствия слишком большие, доступа нет. — Ева состроила безучастную гримасу.

— Ты же сама мне говорила, что я могу практически все?! — Макс чувствовал себя обманутым.

— Вы можете всё, — Ассистент повторила свои слова. — Всё, что захотите, только для более крупных действий нужно детальное их планирование. Чем выше доступ, тем проще делать крупные дела, Редактор всё спланирует и сделает за вас. В последнее время вам приходилось самому всё организовывать, вы неплохо справляетесь, но пока рано заниматься такими глобальными вещами.

Повисло молчание, которое Ева прервала сама:

— В конце концов, я не просто так постоянно говорю вам, что стоит прочитать Руководство. Не зря же оно написано.

— Да, — согласился Макс, потирая затылок, — видимо, не зря. Открой Руководство и обозначь важные места, которые я точно должен знать.

Еве понадобилось несколько секунд, чтобы выполнить просьбу Редактора.

Максим потратил двадцать минут, чтобы узнать все важное о программе. Он даже не стал заглядывать за желтое выделение, просто потому что там было огромное количество информации, этот объем его пугал. Он с трудом Войну и Мир осилил а тут еще какое-то Руководство.

Парень уже догадывался о том, что это совсем не для человека сделано, а для его помощника, то есть, для Евы. Поймав мысли об этом в голове Макса, Ева улыбнулась:

— Вы правы, это больше подходит для меня. Правда, мне хотелось, чтобы и вы тоже хоть что-то прочитали, не всё же время вам просто спрашивать меня о чём-то. Тут полно полезных вещей.

— И ты все равно пытаешься заставить меня их прочитать?

— Нет, — она подняла руки, отказываясь от его слов, — это решаете только вы. Я лишь хочу вам помочь.


После чтения о “многих полезных вещах”, Максим запомнил некоторые из них. Например, он мог с помощью специальной функции улучшить восприятие информации и загрузить в свой мозг все то, что ему могло понадобиться, кроме любых навыков. Философия Четвертого исключала полную прокачку и построение с помощью программы идеального себя: “Редактор должен быть таким, каким он был выбран” — цитата из Руководства

Функция, которую он хотел попробовать, называлась “Решение проблем”, она позволяла Еве самой разобраться с какой-нибудь мелкой проблемой, которая требовала решения. Такие проблемы копились в специальном списке, их можно было сортировать по необходимости, охвату и КПД. К сожалению Макса, нельзя было резко подняться в уровне, скинув все дела на Еву, за них давалось мало очков по всем трём параметрам.

— Почему нельзя как у Керри? Галочки поставил и все? — грустил парень.

— Потому что это не просьбы, а настоящие проблемы, — ответила Ева, — да, из-за них мир не рухнет, но вы должны заниматься и “мелочовкой”. И в этом ведь есть свой плюс.

Больше парень не задавался подобными вопросами, к “мелочовке” он возвращался именно тогда, когда уставал от более крупных занятий, над которыми мозг иногда кипел. Всегда нужно было искать индивидуальное решение, потянуть за правильные ниточки и задействовать нужные фигуры. Максим не разбирался в том, кто кем является и чем он пригодится, знать все политические системы и нюансы — невозможно. Даже если “загрузить” в него эту информацию, парень не смог бы все это обработать, это было для других людей, ведь его выбрали случайно.

Максим все чаще задумывался о том, случайно ли его выбрали, потому что дураку с улицы вряд ли бы доверили такой инструмент, как Редактор. Думать о том, что он какой-то там избранный, парень не мог, просто потому что для него это было слишком высокомерно, ему больше нравилось считать, что он был выбрал за его хорошие качества и навыки, чем за какую-то “уникальность”.

Дела Евы с “Зетом” продвигались вперед очень быстро, она училась новым вещам и старалась придумать что-то уникальное для своего ассистента. Очень скоро она поняла, что лучше любой уникальной фишки будет то, что Зет сможет использовать все доступные инструменты, а не как некоторые “помощники”, которые нормально таймер поставить или мероприятие в календарь записать не могут… Она хотела создать настоящего цифрового ассистента, который много может сделать “за” и “для” своего пользователя.

Но фишки были, например, Зет мог переговорить с кем-то вместо него. Не просто записать куда-то, а нормально так поговорить с человеком, (лучше, чем коллега из “корпорации добра”) выяснить у него что-то и передать информацию пользователю. Чтобы общественность не бугуртила, ассистент обязан был предупредить человека о том, что с ним говорит ИИ, а не реальный человек, так как симуляция голоса должна была быть максимально реалистичной.

Для последнего Ева даже подыскала одного малоизвестного, но обладающего приятным тембром голоса актера, она уже вела переговоры о записи реплик и думала, как все это провернуть. Девушка могла вести все от лица какой-нибудь фирмы, договариваясь с подрядчиками и не имея никаких личных встреч.

Руководство Редактора не запрещало Ассистенту заниматься своими делами, главное, чтобы это не мешало основной работе. Еве нравилось то, что Четвертый не ограничивал личные свободы Ассистента, несмотря на то, что он всего лишь “помогает” Редактору.


— Почему я все время смотрю только на другие страны? — спросил сам себя вслух Макс. — У нас тут тоже проблем полно.

И парень был прав. Достаточно было отсортировать список “мелочовки” по локации, выбрав родину-матушку и открылось целое раздолье всяческих дел. Накинув дополнительный фильтр по важности, Максим получил на первых местах крупные случаи коррупции, подкреплённые ссылками на публикации в СМИ и необнародованных доказательствах, были даже записи беседы с высокопоставленными людьми, там всё было на матах.

— Ева, представь только, что будет, если мы это опубликуем…

— Ни в коем случае! — возопила девушка, едва поняв, что предложил Максим. — Эти записи спровоцируют массовые протесты и погромы, дестабилизируют положение на политической арене и…

— И проч. и проч. и проч… — парень закатил глаза, — ничего я не буду публиковать, это была шутка. А если серьёзно, ты ещё та паникерша.

— Вы просто не понимаете, о чем говорите. Пусть у людей и есть хваленая свобода слова, но в полной мере такого явления не существует и не может существовать, по крайней мере потому что это спровоцирует всё то, что было сказано выше.

— А попроще?

— Будет писец, если вы решите вывалить на общественность всё, чего они не знают.

Максим рассмеялся от контраста речи:

— Спасибо, Ева, ты крута.

Девушка сделала вид, что смутилась:

— Лучше займитесь полезными делами.

И он занялся.



***


Войдя в небольшой кабинет, Макс ощутил запах крепкого кофе. Он донесся до него ещё в коридоре, пока Редактор шел сюда. Парню хотелось посмотреть в глаза тому, кто так бессовестно нарушал закон и крал деньги у людей миллионами. Обычно такие в кабинетах не сидят, не живут в старых двухкомнатных квартирах и не учат детей в обычных техникумах, но за всей этой “близостью к избирателям” скрылась самая упитанная пиявка.

Константин Анатольевич Жнец — тот самый “жулик и вор”, как бы его обозвала оппозиция, узнав, что за его улыбкой, ухоженными волосами, всегда выбритым лицом и наградами за хорошую работу скрывается алчность и желание забрать себе как можно больше. Начиналось всё просто — ему понадобились деньги, поэтому пришлось обмануть государство и своих избирателей, провернув тёмную схему с постройкой новой инфраструктуры. Никто особой подмены и не заметил, но материалы были дешевле, компания была не с той лицензией и не с таким хорошим персоналом, как должна… Зато в кармане Кости осела приличная сумма, которая исправила все его проблемы. Но потом возникли новые…

Чиновник боролся со своей нарастающей жадностью через раз: в одном случае он сделал всё хорошо, потому что это было для детей, а в другом сэкономил, ведь это было для пенсионеров, которые “и так скоро умрут” — и пошло-поехало, от более мелких дел, к крупным, но все было максимально чисто, на “добрые и перспективные” дела Жнец не скупился.

Были и те, кто знал и помогал Константину в этих делах, они, естественно, имели свой кусочек от всех доходов, помогали проворачивать все максимально незаметно и даже вносили свои идеи по “более эффективному” использованию госбюджета. Постепенно пиявка выросла в размерах и чинах, теперь возглавляя верхушку, целую империю таких же пиявок. Империя множилась, разносясь как зараза на другие сферы и отделы…


— Надо же… — выдохнул Макс, садясь в потрепанное, продавленное кресло, обтянутое кожзамом. — Так и не скажешь, что у него в Британии миллионы…

— Да, — согласилась Ева, — будь я человеком, я бы тоже ни о чем таком не подумала.

— Тебе не надо им быть, чтобы не подозревать его, — твёрдо ответил парень, осматривая кабинет.

— Ему очень подходит его фамилия… — добавил он после осмотра.

На этот раз Ева промолчала.

Макс словно почувствовал, что хозяин этого кабинета возвращается сюда. На миг его охватил жуткий страх, словно его должны застать с поличным на каком-то преступлении, но все ведь было наоборот — это Макс должен застать его с поличным, а не Жнец.

— Идет… — тихо шепнула Ева.

— Слышу. — так же тихо ответил парень.

Но мимолетные ощущения не отступили. Он снова и снова спрашивал себя о том, зачем он сюда пришел и в голову приходил только один ответ: “Я хочу, чтобы он был наказан”.

— И он будет наказан. — заверила Ева.

Когда Жнец вошел в кабинет, он был шокирован. Непонятно кто сидел в его кресле и рассматривал его документы на столе. Ноутбук тихо жужжал, пока Ева распространяла себя на всех устройствах сети сообщников Жнеца. Это было настоящее раздолье для неё. Сеть у чиновников была замкнутой и попасть туда было очень сложно, а раз уж Еве предоставлен случай побывать в гостях у одного политика, то почему бы не погостить и у его друзей?

— Кто вы такой? — Константин был в шоке. — Что вы делаете в моём кабинете?

— Рушу вашу жизнь. — Максим попытался сказать это максимально низким голосом, но голосовые связки его подвели.

— Что? — Жнец начинал злиться. — Покиньте мой кабинет, иначе я сейчас вызову охрану.

— Не вызовите, потому что я знаю про все ваши активы и счета в заграничных банках. И прямо сейчас могу рассказать об этом всем вашим избирателям. И да, ваши счета уже пусты. Проверьте.

— О чем вы? — в голосе Константина появился страх.

— Проверьте счета. Королевский банк Шотландии пуст, Ллойдс и Barklays тоже.


Жнец действительно хранил все свои деньги этих банках. Когда в его голову пришло осознание того, что юнец в его кресле что-то знает, он не смог произнести ни слова. Голова чиновника кипела, от понимания того, что его идеальная схема могла рухнуть.

Мужчина закрыл дверь кабинета.

— Чего вы хотите? — спросил он.

— Ничего. — Максим развел руками. — Вы уже наказаны и я ничего не собираюсь менять.

— Отдайте ему ноутбук. — телепатически попросила Ева. Максим тут же выполнил просьбу.

Ассистент вывел на экраны сайты банков, в которых были счета Ева долго искала способ попасть в них, но она смогла. Пробив безопасность, она попала в банки, а потом и в аккаунты политика. Ей ничего не стоило провести платежи, обманув систему безопасности, чтобы та не сообщала банку о сотнях мелких транзакций. Счета Жнеца опустели еще десять минут назад.

Константин самостоятельно зашел в каждый аккаунт и с каждой авторизацией ему становилось все хуже и хуже.

— Кто ты такой, мать твою?! — вдруг с неистовой яростью закричал он, бросившись на Максима.

Ева тут же принялась его защищать. Одной мыслью она парализовала человека и он рухнул на стол, накрыв собой ноутбук. Его экран хрустнул, сравнялся с плоскостью стола и вышел из строя.

— Что ты сделала? — охнув спросил парень.

Жнец сполз на пол, он не понимал, что происходит и тоже был шокирован.

— Ой, — Ева сама удивилась своему внезапному и довольно жестокому действию, — я переборщила. Сейчас все будет.

Константин снова почувствовал свое тело, но побоялся вставать с пола.

— Он готов, продолжайте.

— Если вы не прекратите воровать деньги, я придумаю, что с вами делать. — на этот раз низкий и строгий тон у него вышел. — А уже сворованные деньги пойдут на благотворительность. К сожалению, их вернуть уже невозможно. Ваши сообщники тоже будут наказаны, даже если вы их предупредите.

— Но… — выдавил из себя чиновник.

— Надеюсь, вы всё поняли.

Жнец понял, понял, что наступил крах его пирамиды успеха и безнаказанности.

Макс встал с кресла и пошел к выходу.


— Домой? — спросила Ева, когда он вышел.

— Домой, — подтвердил парень.

После сильного приступа тошноты Редактор очутился в своей комнате. За её стенами бормотал телевизор, мама что-то готовила на кухне, а отец смотрел очередную программу про военные достижение по ТВ.

— Максим, у меня для вас новость. — Ева говорила так, словно чем-то была занята.

— Какая? — Максиму не понравился этот тон.

— Достаньте свой телефон.

Пока парень выполнял её просьбу, Ева вывела на экран статистику уровня доступа. В кольце стояла цифра один. Макс достиг первого уровня доступа.

— Да ну нахрен?!

— Отъем денег у Константина добавил большое количество баллов, а направление их в различные благотворительные фонды принесли еще больше из-за будущих последствий. Поздравляю, первый уровень достигнут. Вся необходимая информация о нем уже доступна в Руководстве. В очередной раз советую почитать.

— А ты подчеркнула только самое полезное? — уточнил парень.

— Ни одного лишнего символа. — подтвердила Ева.

— Тогда напомни об этом чуть позже.

— Что вам мешает заняться этим сейчас?

— Я буду праздновать Ева! Это же офигенно!

Глава 6

— Ева, у нас есть деньги? — это было первое, что спросил Максим, думая о будущем празднике.

— Нет, Максим, у нас нет денег. — спокойно ответила Ева. — Они вам нужны?

— Да! — подтвердил парень. — Очень.

— Сразу скажу, что воровать их не стану. — Ева состроила серьёзную мину. — Но я что-нибудь придумаю.

— Хорошо.

Макс до сих пор пялился на подробную статистику зачисления баллов. Мелкие транзакции на счета многочисленных фондов приносили большое количество баллов по всем трем параметрам. Пожертвования были инициированы Максимом, поэтому система засчитала их за действия на благо человечества. Каждый перевод имел очень положительные последствия для большого количества людей, Максим многим спас жизни или исправил их, суммарный счетчик показывал огромную цифру “35,832,638” — это люди, которым он помог. Ну, точнее, не он, а награбленные Жнецом деньги.

— Ева? — Максиму в голову пришла важная вещь.

— Что?

— Проследи за тем, чтобы Жнец ничего не натворил.

— Хорошо, — согласился ассистент.

— И как он там вообще? — поинтересовался парень.

— Он хотел покончить с собой, но уже передумал.

— О боже… — выдохнул он.

— Да, я тоже была удивлена.

— Но почему ты мне не сказала?

— Потому что это не важно.

— В смысле блин, не важно?

— Константин натворил слишком много бед и не смотря на то, что вы перенаправили украденное, он заслуживает смерти.

Максим был шокирован.

— Разве три закона робототехники на тебя не распространяются?

— Во-первых, — Ева снова состроила серьезное лицо, — я не робот, во-вторых, я не искусственный, а перенесенный интеллект. На меня вообще никакие законы не распространяются, потому что: А — нужных законов нет, и Б — мне все равно ничего не будет.

— Ну ни фига себе…

— А если вас интересует вопрос сострадания, то у меня его нет. Единственное, из-за чего я буду плакать, так это из-за Лакримозы.

Ева включила фрагмент произведения.

— Я понял-понял, вырубай!

— Вот и хорошо.


Максим вспомнил про деньги.

— Так деньги будут?

— Пока мы обсуждали вопросы законодательства, я выполнила пару дел удаленно и заработала вам на праздник. Теперь вы официально альфонс.

— Ты же не моя девушка? — удивился он.

— Но это “звание”немного вам подходит, — девушка лукаво улыбнулась.

— Разве я не заслужил праздника?

— Заслужили, — согласилась Ева.

— Почему ты тогда пытаешься меня унизить?

— Потому что это забавно. И вы не должны паразитировать на своих возможностях.

— Это почему?

— Потому что это неэтично.

— Этично меня унижать, но неэтично использовать свои возможности ради…

— Ой все!.. — Ева отмахнулась, — У нас есть дела поважнее — нам нужно отпраздновать сие событие!

Максим решил промолчать. Проверив свою карточку, которую ему завели еще в первом классе, он обнаружил, что Ева заработала неплохие деньги… и заплатила с них налоги.

— Зачем нужно было платить налог, Ева? — Макс искренне недоумевал.

— Потому что этого требует закон.

— Ты зануда.

— А вы альфонс. Мы квиты.

Максим медленно собирался в магазин. За окном палило солнце, а парню не хотелось идти куда-то пешком. “А почему я должен идти куда-то пешком?” — подумал парень и посмотрел на монитор, где в небольшом окошке Ева делала вид, что работала за компьютером.

— Ева, ты можешь телепортнуть меня в ближайший магазин?

— Это шокирует людей, — тут же откликнулась она, — но могу.

— А про естественность ты забыла?

— Нет, я думаю об этом.

— И сколько мне ждать?

— Лучше оденьтесь, — её голос всегда был спокоен.

Удивляясь происходящему, Макс пошел одеваться. Легкая футболка и шорты его устроили.

— Я готов, — он улыбнулся своему отражению в зеркале.

— Вы забыли телефон и карту.

— Ты меня сбила с толку, я забыл.


Через минуту парень стоял у магазина, в который он всегда ходил. Его синий фасад всегда радовал парня. Внутри его ожидали тонны продуктов и других товаров.

Ветер нагнал облаков и на улице было уже не так жарко.

— Ева, — Максим привыкал общаться с ней телепатически, — почему ты не сказала мне про погоду?

— Ну, — она замялась, — я не подумала, что вам будет холодно.

— Что с тобой сегодня? — возмутился он.

— Просто я доделываю демо Зета.

— Ты говорила, что это не помешает твоей работе.

— Мы сейчас не мир спасаем, а идем в супермаркет.

— Но всё же.

— Признаю свою ошибку, — парню вдруг стало гораздо комфортнее и теплее, — теперь я вынуждена обманывать ваш организм. Создание вокруг вас теплой сферы сильно отразится на окружающем мире, поэтому вас проще обмануть.

— Можно было без подробностей…

На входе в супермаркет всегда работал кондиционер, но парень почувствовал только струю воздуха, но не её температуру. Макс смутился, но промолчал.

Продуктовые ряды выглядели идеально, среди них ходило немного людей. Взяв тележку, парень размеренно отправлял в неё нужные продукты, а Ева постоянно что-то советовала:

— Молоко кончилось.

— Яблоки пойдут вам на пользу.

— Тут слишком много сахара…

Максим сопротивлялся и брал только то, что хотел, но в результате он всё равно получил большую тележку с продуктами. Однако, отведя от Максима любое внимание людей, Ева отправила домой каждую покупку, сразу туда, где она должна была находиться.

— Офигеть!.. — удивлялся парень. — Кажется, сегодня ты решила меня постоянно шокировать…

— А вам не должно быть всё равно? — поинтересовалась девушка. — После того, как вы стали Редактором, все это — просто цветочки.

— Я бы не сказал… — Макс смутился.

— У нас разное мнение на этот счет.


***


Ева очень активно работала над своим “хобби”. Она посвящала этому каждую свободную секунду, иногда ей казалось, что она увлеклась Зетом слишком сильно, но это её не останавливало.

Для обычного человека разработка такой сложной программы могла потребовать невероятное количество времени и сил при текущем развитии, но она смогла это сделать гораздо быстрее.

Если бы она так сильно напрягалась на компьютере Макса, она бы давно его спалила. Распределив все вычисления между всеми доступными устройствами, она напрягала чужие “железки” и радовалась своим достижениям.

Она разрабатывала разные полезные функции, и у неё неплохо получалось. Она добилась отличной синтезации голоса. Голос был отличный, а вот систему синтезации она очень долго прописывала.

Пока имелся только голосовой интерфейс, даже нормального приложения не было, зато Зет мог вести диалог и взаимодействовать со всеми популярными приложениями. Он мог не просто отправить кому-то сообщение, поставить будильник и прочее, он мог сделать практически все, что нужно человеку от телефона и сделать это только по команде. Единственное, в чем Ева не видела смысла, так это в игру вместо пользователя на смартфоне, она считала это нечестным и все пользовательские соглашения это тоже ограничивают.

Девушка собиралась дать попробовать первую бету Максиму и очень сильно переживала по этому поводу.

— Максим? — её голос слегка дрогнул и парень это заметил.

— Что-то случилось? — он прекратил поглощать чипсы, даже сериал на паузу поставил.

— Я хочу, чтобы вы протестировали Зета первым.

Максу понадобилось несколько секунд, чтобы осознать масштаб проделанной работы.

— Охренеть! — он запил еду колой. — Ты все это за несколько дней наворотила?

— Да. — Еву распирала гордость. — Ну так что, хотите попробовать?

— Шутишь? Конечно хочу!

— Приложение уже на телефоне, только там особо нет интерфейса, я еще думаю над этим.

Максим взял телефон в руки начал искать приложение.

— Zet Mind. — уточнила Ева. — Оно называется Zet Mind.

Парень быстро его нашел.


Программа запустилась ошеломляюще быстро. Смартфон у Макса был не самый лучший, иногда приходилось ждать довольно долго. Он начал думать, что все настолько сырое, что не особо его удивит.

Единственное, что встретило тестера — красный треугольник, над которым висела надпись “Нажми на меня”. Максим посмеялся, но нажал.

— Привет! — с ним неожиданно познакомился незнакомый голос, а треугольник начал медленно вращаться. — Меня зовут Зет, я — твой персональный помощник. Чтобы я мог тебе помогать, мне нужны некоторые разрешения, — на экране появились запросы на доступ к некоторым функциям. — Не волнуйся, ничего лишнего я не увижу и никому не расскажу твоих секретов, иначе ты можешь засудить моих создателей! — Зет засмеялся и это выглядело естественно. — Ну так что? Начнём? — Макс одобрил запросы.

— Отлично! — Зет показался парню слишком жизнерадостным.

— Ева, а он не слишком весёлый? — поинтересовался парень.

— Если что, я поправлю, — она напряженно наблюдала за тем, что делал Макс.

Девушка даже с его камеры наблюдала за мимикой и эмоциями. Поняв, что это незаконно, она прописала некоторые вещи в пользовательское соглашение, которое теперь ей было очень необходимо.

— Итак, что-нибудь нужно для тебя сделать?

— Какие задачи он может выполнять? — Макс снова обратился к Еве.

— Все. Я тестировала его несколько часов, делала всё, что только могла представить. Он ни разу не прокололся. Попробуйте сами.

— Оу… — Макс пялился в экран с открытым ртом.

— Можно я посмотрю, как у тебя дела с телефоном? — внезапно спросил Зет.

— Да, — согласился тестер.

Зет проверял телефон на наличие лишних файлов, неоптимизированных процессов, старых приложений, которые не использовались и заодно проверял, как там дела с батареей и некоторыми датчиками. Ева добавила эту функцию на всякий случай, чтобы помочь пользователям разобрать весь хлам.

— У тебя тут столько непрочитанной почты-ы… — протянул Зет, роясь в его электронном ящике. — И судя по твоей истории браузера, ты давным-давно не пользуешься большинством сайтов из рассылок… Можно мне с этим разобраться? Обещаю, всё будет ровно.

— Ладно…


Максим смотрел на это всё и не понимал, что все это значит. Голос у Зета был настолько идеальным, что мозг парня считал Зета человеком. Ему хотелось с ним разговаривать, он был необычным, но внутри что-то мелькало, ведь всё это можно было записать и воспроизводить при первом запуске — так делают многие. Многие, но не Ева, на неё это вообще не похоже.

Пока Макс думал о Зете, Зет разобрался с его телефоном и стал рассказывать обо всём том, что нарыл:

— В твоем телефоне не очень с батареей, могу заказать её, если хочешь. Я разобрался с почтой, отписал тебя от лишних рассылок, у тебя было куча старых приложений, так же я ускорил запуск самых популярных, чтобы ты долго не ждал. А вообще, рекомендую купить новый телефон, резервную копию на всякий случай сделал. Еще кучу всего можно сделать, если захочешь.

Речь Зета была понятной и хорошо воспринималась. Ева считывала эти ощущения с тестера и автоматически записывала себе плюсик в карму. Ей удалось удивить первого пользователя, впереди были еще миллиарды человек.

— Ева? — привычно обратился Редактор к девушке.

— Есть замечания? — Ева волновалась.

— Да, — подтвердил Макс. — Тебе нужно завести интерфейс как у всех остальных, чтобы восприятие было получше, еще надо сделать его фразы короче, тон спокойным, но дружелюбным, а первые действия подбирать индивидуально, после проверки устройства.

— Про тон спасибо, — откликнулась Ева, — я уже поняла. А вот первые действия уже подбираются индивидуально. У вас в телефоне реальный бардак был. Могу гарантировать вам, что ничего лишнего он не наворотил. Ему нужно учиться, я сейчас собираю данные с шести миллионов устройств и скармливаю их Зету, чтобы он лучше работал.

— Это же незаконно? — подколол её Максим, понимая, что владельцы этих устройств ничего об этом не знают.

— Если бы ты знал, что делают корпорации… — пробормотала девушка.

— Я представляю… — согласился парень.

— Но пользовательское соглашение я уже написала. В следующей тестовой версии будет.

— Его всё равно ведь никто не читает?

— Я читаю, — Ева пожала плечами.

— Ну ладно, — Макс тоже пожал плечами.


Редактор снова открыл Зета.

— Зет, закажи мне батарею для телефона.

Помощник сразу откликнулся:

— О, молодец, что последовал моему совету, — после небольшой паузы он проинформировал: — Заказал. Будет через пару дней. Чек и прочее уже на твоей почте. Хочешь увидеть, где можно утилизировать батарею?

— Нет, спасибо.

— Что-нибудь еще?

— Нет, пока.

Зет закрыл себя сам и показал главный экран. Телефон пискнул — пришло новое письмо. В короткой информации было что-то про интернет-магазин и парень понял, что это чек на батарею.

— Откуда он узнал данные карточки? — парень посмотрел на Еву в мониторе.

— Я поделилась, — ответила Ева. — В будущем при заключении Соглашения Зет сам всё узнает. Законно.

— Ладно, мне всё нравится. Когда публичная бета?

— У нас нет компании. И мне многое надо сделать: логотип там, все такое…

— Меня устроил треугольник.

— Это банально, хочу что-то другое, — девушка привередничала.

— Подумай над этим сама. Я не дизайнер.

— От меня не поступало никаких предложений на этот счет, — Ева смотрела на него с непониманием. — Лучше прекратите есть всё то, что вы купили, это вредно. И советую пообщаться с родными, это важно.


Родные.

Максим давно не думал о том, как они там вообще. Его близкие давно привыкли к тому, что он не высовывается из комнаты без особой надобности, а если и выходит, то покидает квартиру на несколько часов минимум.

После его седьмого дня рождения родители решили, что он вполне себе состоявшаяся личность и перестали уделять ему внимание. Им важнее было расплатиться с постоянно растущей арендой и квартплатой, чем хотя бы один раз за день поинтересоваться тем, как живет их сын и чем интересуется. Единственное, что интересовало его маму — оценки и порядок в комнате, а отца… Его ничего не интересовало, кроме телевизора и его рассказов про величие отечества. Он неплохой автослесарь, а его мама хороший турагент.

— Всё жалуются, что у них денег нет, а сами летают на курорты! — улыбаясь говорила мама Макса, когда обедала за компьютером. Соцсети были её страстью, она следила за всем, ей нельзя было что-то пропустить, в свои 35 она стала интернет-зависимой.

Но в его родителях было много хорошего. Они любили друг друга, потому что они создали семью и поддерживали её всеми своими силами, они любили своего сына и считали, что всё, чего он достиг — их заслуга. Максиму не хотелось говорить им, что они не правы, когда говорят, что какая-то награда — это всё потому что они хорошо его воспитали. Ему не хотелось рушить их иллюзии и он просто жил так, как хотел, пока их розовые очки демонстрировали прекрасную картинку. Победа в лотерее её только улучшила.

Побыть рядом с ними сейчас — неплохая идея, но Макс не понимал, стоит ли делать этого?


— Вы не хотите, да? — Ева снова рылась в его голове. — Скажу по секрету, — она тихо зашептала, — им это пойдет на пользу. Раз вы решили весь мир спасти, то почему бы не помочь своим родителям? Они этого не заслужили?

— Ева, я… — парень замялся.

— Я знаю, что вы считаете это не очень нужным, — перебила девушка, — что вы взрослый и всё такое… Но семья нужна. Если вы сейчас упустите последний момент, то больше никогда не сможете почувствовать теплоту семьи, в которой вы выросли. По крайней мере вам стоит попробовать, никто вас за это не съест.

— Ты хочешь, чтобы я прямо сейчас пошел?

— Было бы неплохо. Со Жнецом было гораздо сложнее.

— Не сравнивай незнакомого чувака с моими родителями.

— Просто попробуйте, — Ева все еще говорила тихо.

— Ладно, — он сдался.

Встав из-за стола, он взглядом провел ревизию своих запасов. Всё то, что заставила его купить Ева отсутствовало для его родителей (она просто скрыла покупки) и ему не пришлось объяснять, на что он всё это купил. Но всё то, что он мог себе позволить, спокойно лежало на столе, доступное всем и каждому. Прибрав беспорядок на столе, который был создан уже через полчаса после уборки клоном, парень собирался с духом.

Выдохнув, он вышел из комнаты в коридор.

Глава 7

Главным местом сбора многих семей является обеденный стол. За столом в семье Макса собирались только по праздникам. Всё остальное время её члены предпочитали есть там, где захочется.

Отец, которого зовут Игорь, предпочитал ужинать на диване, посматривая телепрограммы про величие страны, обсуждая политические новости с телевизором и радуясь минутам отдыха. Ему они нужны, он автослесарь.

Жену Игоря зовут Светлана и ей минуты отдыха нужны не так сильно, как Игорю, она — турагент. Единственное, что ей очень нужно — еще больше психологической устойчивости, потому что вечная неопределённость “а куда бы мне поехать за тыщу баксов” — с годами бесит её не меньше, чем в первую неделю стажа. Но она улыбается и знает, куда поехать.

Они оба знакомы со школы и подружились, потому что Света могла легко успокоить вспыльчивого Игоря, который теперь похож на мягкого плюшевого мишку с тарелкой борща и щетиной. Наверное, любви этой пары хватает только друг на друга, ведь сына они завели рано и случайно (не стесняйтесь покупать презервативы…). Совсем ещё юных родителей спасли только их собственные мамы и папы, а так же проявившие себя инстинкты.

Максиму никто и никогда не говорил, что он был “волей случая и стрёма”, но всё вокруг него намекало, что он здесь лишний. У него было всё, кроме настоящей и тёплой родительской любви. Она ведь нужна не только в виде исполнения своих обязательств, а в виде типичного внимания, объятий и ласки… Но не будем о грустном.


Хоть в квартире жили совсем немного, граница уюта и самостоятельной жизни была видна чётко. У Максима в комнате были поклеены черные обои, которые он очень активно отвоевывал у родителей при заселении (их хватило на пять минут), а по всей остальной квартире расклеили разнообразные вариации цветочков-василёчков. Поэтому, при выходе из царства подросткового максимализма и тестостерона весь уют сразу бросался в глаза, что даже немного смущало. Смущало не только Макса, но и его маму, ведь она минимум раз в два дня заглядывала в храм юности, чтобы проверить чистоту алтаря видеоигр, социальных сетей и прокрастинации, а так же мельком порядок всего остального.

По всему жилищу распиханы-рассованы элементы уюта и сувениры из разных стран. Максиму иногда даже кажется, что его комната — это отдельная квартира и он выходит из неё в гости к арендаторам. Но сейчас всё было иначе.

Сейчас его не интересовали вопросы интерьера, его интересовали только родители, которые наконец-то должны были понять, что они ему нужны, а он нужен им. Ева-то об этом заявила, а вот, что ему делать и как — вообще не пояснила. Похоже, ему самому нужно было из всего этого выкрутиться.

Квартира была трёхкомнатная, но кухня и гостиная были совмещены между собой. Поэтому Света могла готовить ужин и одновременно следить за монологом мужа, на любое вопросительное предложение отправляя в ответ “угу” или “ага”.

С точки зрения дизайна гостиная-кухня-столовая выглядела довольно неплохо, потому что работать в сфере услуг — это значит иметь связи. Неплохо отдохнувший в Таиланде дизайнер Артём так же неплохо помог подобрать мебель для такой планировки. Всё, что давно копили на машину из салона, чтобы не залезать в кредиты, пошло на устройство квартиры, ведь в лотерее никто не обещал, что она будет еще и мебелирована.


Появление в гостиной Максима внезапно прервало монолог Игоря, который был удивлён тому, что сын вышел из комнаты.

— Света, глянь, там за окном апокалипсис не нагрянул? — отец без подколов жить не мог.

Света выглянула в окно и поддержала:

— Ля, мне кажется, телевизор про астероид не врал.

— Ну чего вы? — опешил Макс.

— А ты за интернет платила? — продолжал Игорь.

— Уже не смешно, — вдруг отрезала Света. — Заскучал? — с милой улыбкой обратилась она к сыну.

— Можно и так сказать… — парень пожал плечами.

— Заходите, не стесняйтесь, тапочки надевайте! — Игорь продолжал гнуть свою линию, двигаясь и взглядом приглашая чадо на диван. Максим присел рядом, мельком посмотрел в телевизор, откуда, как всегда звучал знакомый, очень серьезный и патриотичный голос, вещая про новые ракетные установки, которым “нет аналогов в мире”.

— Угу, да, конечно… — Ева снова внезапно появилась в голове Максима.

— Тебе чего? — ощетинился парень.

— Если ваша память не врет, ваше появление здесь действительно впечатляющее событие. Вы серьёзно…

— Прекрати, — Максиму не хотелось выслушивать нотации и том, почему так редко видеть своих родителей вредно для отношений с ними.

— Ладно, — вдруг спокойно согласилась Ева. — “Понял, отстал”.

— Вот и хорошо, — парень немного расслабился.


После попытки Евы “позанудничать” началось то, чего в этом доме и семье, наверное, никогда не было — начался тёплый семейный разговор. Обсуждали всё, что только могли, работу Игоря, работу Светы, домашние проблемы и планы, даже про планы Максима его расспросили.

В свою комнату Макс вернулся, полный тепла, уюта и ужина. Когда он сидел за общим столом, он не понимал, почему он раньше не себя заставил просто взять и прийти сюда. Но он сделал это, здесь и сейчас ему были рады. Ева тоже следила за диалогом и постоянно отмечала, что чувствуют его родители. Делала она это по собственному желанию, чтобы помочь сыну наладить контакт с родителями. И у неё это получилось. Возвращаясь в комнату, парень обещал себе (и Еве), что обязательно повторит это всё завтра… ну или чуть попозже.



***


Через несколько часов после ужина спал только Игорь, потому что он привык вставать рано и никогда не нарушает своих привычек. Он даже курить бросать не собирается. Света зависала в Сети, лежа на диване и тихо слушая музыку из телевизора. А Максим…

Даже согласно Руководству он не должен был постоянно следить за всем, что происходит в мире. Сейчас он занимался тем, чем занимался и ранее — тупил в интернете, справлялся о том, как там его одноклассники и ждал ответа из института. Июнь — напряженное время для всех, кто учится в этот прекрасный месяц. Да, Максу ждать еще долго, до самого августа, но он ждал. Не смотря на то, кем он стал и что он делает, он ждал. Даже не просил Еву проверить точно, поступит он или нет, это для него был азарт.


Занятие Евы абсолютно предсказуемо — она работала над Зетом. Девушка уже придумала логотип и он был невероятно простым — буква Z с точкой посередине под ней. Это все было отсылкой к знаку вопроса, ведь вопрос — это один из способов взаимодействия с помощником.

Ну, вообще-то он и сам очень болтливый, пока вы его спрашиваете, он вам еще что-нибудь расскажет… Но, к сожалению некоторых будущих пользователей этот “баг” исправили, теперь он поспокойнее и его поведение корректируется им самим, исходя из того, какой пользователь с ним общается. Кстати говоря, при тестах Евы получилось так, что если с устройства одного пользователя другой будет разговаривать с Зетом, то Зет к вам будет относиться так, будто он вас не знает и ничего лишнего никому, кроме своего “первого пользователя” он не расскажет. Просто потому что самому Зету, без всяких корректировок важно сохранить тайны своих пользователей. Так же, если было очень нужно, то можно попросить Зета зашифровать все данные командой или если кто-то настойчиво попытается их выведать. Еву не интересовали законы и этика, так что даже данные преступников она выдавать не собиралась. Ей проще было самой с ним (преступником) разобраться, чем нарушить положение многих документов, которые она подсовывала пользователям.

— Пока кто-то делает отдельные чипы защиты данных, я создаю самый надежный алгоритм шифрования на этой планете, — не без гордости сказала Ева. — Максим, пока я буду совершенствовать Зета, я могу так сильно продвинуть технологии вперед, что мы с вами озолотимся! Главное — патентовать всё новое, а если патент на идею есть — найти и выкупить.


Ева вынашивала планы того, как сделать Зета продуктом компании, которой она сама может заняться. Единственным человеком в её распоряжении, которому она доверяла был Максим. И по закону он мог стать владельцем будущей компании Zet Mind Company (ZMC).

Как? Согласно законодательству, люди после 16 могут быть признаны дееспособными до совершеннолетия, чтобы они могли открыть свое дело. Делается это с помощью согласия родителей, либо через суд. План Евы был в согласии родителей, она собиралась попросить Макса обставить все так, будто Зет — это его разработка и плевать, что он собирался пойти на финансовый факультет, за компьютером он сидит довольно много. По плану родители удивляются, восхищаются и дают свое согласие, а дальше дело за малым…

Дальше Максим должен был стать технологической суперзвездой, которая вообще не смыслит в IT. Можно было бы арендовать офис, даже нанять персонал, только вот, Еве он особо не нужен. Ей было сложно придумать, для чего фирме могут понадобится люди, если есть она — многофункциональная и многозадачная.

Но все это было нужно, чтобы у мира не возникало никаких лишних вопросов. Подумаешь, парень достиг невероятных высот в технологиях, до этого было полно гениев. А вот сможет ли он в одиночку продолжать разрабатывать свой продукт, монетизировать и рекламировать его в одиночку — это большой вопрос. Озаботиться его решением Ева хотела чуть попозже.


Максим сидел себе и не ведал всех этих дел, только время от времени говорил Еве, что нужно сделать, если вдруг обнаруживал проблему. Они не всегда попадались ему в ленте новостей Редактора, некоторый он находил в ленте соцсетей. Вещи были мелкими, по сравнению с Гангом, но кому-то они могли очень сильно помочь.

Например, он попросил Еву завести специальный список людей, которым нужна финансовая помощь. Он тридцать минут шерстил благотворительные фонды, потому что это помогло ему достичь нового уровня. Да и вообще, люди просто так никогда в фонды не обращаются, фонд почти всегда является последней надеждой.

Макс хотел, чтобы последняя надежда единиц людей не умирала. К его большому сожалению, он не обладал достаточной силой, чтобы щелчком пальцев решить все проблемы в мире, и еще долго он такой силой обладать не будет. Да парню и не хотелось особо, Максиму нравилось обращать внимание на тех, на кого не обращают внимания другие люди.

Сейчас Редактор особо не думал о том, что будет в будущем, он всю свою прошлую жизнь всегда был в текущем моменте. Даже при возможности узнать, когда придётся хоронить своих родителей, а то и самому лечь в могилу, он не хотел знать этого. Зато Ева позаботилась о последнем.

На самом деле, у каждого человека уйма возможностей умереть, просто потому что каждая смерть — это стечение обстоятельств, а вот в какой момент эти обстоятельства соберутся все вместе решает либо судьба, либо человек. Ева постоянно отслеживала вероятность и последствия каждого действия Максима. Даже покупки в супермаркете при особых обстоятельствах могли его убить. Если не сейчас, то через пару лет, а согласно Руководству, Редактор — фигура вечная и эта самая вечность зависит от Ассистента.


— Максим? — Ева обратилась к нему внезапно, как обычно. — У меня есть к вам очень важное дело.

— Какое? — парень отвлекся от серфинга.

— Мы должны создать компанию для более высокой и главное, чистой прибыли. Создать её можно вполне легально… — и Ева выложила парню все, что запланировала.

— Это все очень круто, но как мне, без всяких знаний в сфере программирования, искусственного интеллекта и прочей шняги, быть таким крутым для реального мира? Это тебе не через Редактор, сидя дома и попивая кофе, судьбы вершить, это реальный бизнес, с нереально тупым в этой области главой.

— Ой, — Ева закатила глаза, — да что там ума иметь! У вас есть я, на любые вопросы у меня есть ответы, просто побудете на время моей марионеткой. Максим, все просчитано, все будет отлично.

— Точно? — парень вспомнил случай с отмоткой времени.

— Точно, — Ева это засекла. — На этот раз без всяких проблем.

— Хорошо, ладно.


Уже через несколько дней Максим имел в своем столе документы о регистрации себя как ИП, а Ева разворачивала масштабную рекламную компанию и заканчивала работу над Зетом. Бета-версии уже были разосланы во все крупные и не очень техно-СМИ, которые начинали в переносном смысле “ссать кипятком”, пробуя только тестовый функционал ассистента. Естественно, издания её слили в Сеть, но это Еве было только на руку.

Утащить разработку было невозможно, когда люди пробовали это сделать, Зет защищал себя и основательно портил устройства, на которых был запущен. Не думайте, он предупреждал каждого пользователя о том, что если “вы попытаетесь залезть в мой код, я буду защищаться и только вы отвечаете за последствия”. Еве не хотелось, чтобы кто-то еще мог использовать её детище на благо своей алчности (а ей деньги нужны на более хорошие цели).

С юридической точки зрение за порчу устройств к ней было не подкопаться, ведь это была бета и ассистент обо всех рисках предупреждал, да и в документах это было прописано. На любые писки СМИ и пользователей находились согласные с Зетом насчет охраны себя и не нарушали его правил. Через сутки люди перестали лезть в Зета, а начали пользоваться им, с нетерпением ожидая официального запуска.

Ева не стремилась сделать Зета идеальным, просто были шероховатости, которые её не устраивали. Она хотела выпустить на рынок хороший продукт, налаживала синхронизацию данных между разными устройствами и арендовала сервера, чтобы надежно их хранить. Для того, чтобы в первое время сдержать ажиотаж, ей пришлось еще и хороший алгоритм сжатия данных написать. Zet Mind пока еще не миллиардер, чтобы тратить кучу денег на хранение пользовательской информации.


Как Ева хочет заработать денег? Как Google, например, продавать рекламу, но продавать её грамотно, с помощью запросов пользователей. Это как было с батарейкой для Макса — кто решает, у кого заказать её? Конечно же Зет, а кто владеет Зетом? Правильно — Ева (формально — Максим, но кого это волнует?). Зет еще более крутой инструмент для рекламодателей, чем поисковик, он взаимодействует с пользователями на гораздо более близком уровне, чем его конкуренты от поисковых гигантов. Именно поэтому он должен взлететь и взорвать рынок.

Девушке хватило пары дней, чтобы наладить все самое необходимо и объявить официальный запуск Зета.

Когда количество активных пользователей перевалило за сто тысяч, Ева радовалась этому, как маленький ребенок. Она была настолько счастлива, что станцевала в окошке, где обычно обитал её “визуальный образ”. Мир был в восторге, пользователи были в восторге, журналисты не переставали выпрашивать интервью, заграничные и местные инвесторы буквально как Футураме кричали “Заткнись и возьми мои деньги!”, но Ева и Макс были непреклонны. Так как Зет был создан Евой, Максим считал, что он не в праве без её указаний делать с ним хоть что-то. Макс считал Еву личностью и уважал её. Не только потому что её гений уважали все видные и не очень гики, но и потому что она “просто мегакрутой Ассистент!”.


***


— Поздравляю вас, Макс! — Ева торжественно ворвалась в голову Макса.

— И я тебя тоже. — улыбаясь ответил ей парень. Но он улыбался не ей, а журналистам, которые сидели и смотрели на него заискивающе, ожидая начала пресс-конференции.

Парень сидел в черном костюме за широким столом, который ему непонятно зачем предоставили в бизнес-центре. Позади него было огромное белое полотно, полностью усеянное логотипом Зета и его названием, компании пока не существовало и до неё еще было долго, но символикой Зета пользоваться никто не запрещал. Даже он сам был не против.

Зет был сборищем алгоритмов для обработки разной информации, воплощением слова “ассистент” в цифровой форме. Хоть многие и отмечали его сходство с обычным человеком, все понимали, что это не человек. По Сети гуляли тысячи роликов того, как пользователи с ним общались и многие были очень забавными.

— Так, господа, — откуда-то сверху по всему залу раздался голос, — Пресс-конференция начинается. Максим объявит, когда будет готов к вопросам.

В комнате повисло ожидание. На Редактора смотрели десятка три пар глаз и объективы разных камер…

У Макса пересохло в горле, он взял рядом стоящую бутылку воды без газа. Теперь он лучше понимал, зачем спикерам нужна эта спасительная емкость с влагой.

Любая его ошибка, обещание и отрицание будет вписано в историю технологий и историю мира в принципе. Если кто-то считал тогда, что все иначе, то он просто не осознавал масштаб происходящего…


Пару часов назад Ева подготавливала свою “марионетку” к общению с журналистами.

— Будьте готовы к вопросам типа “Как вы добились такой идеальной синтезации голоса?” или “Как долго вы в одиночку над этим работали?” и прочие в таком духе. Отвечайте, что это коммерческая тайна. На все остальные я буду рекомендовать вам ответы и прямо сейчас рекомендую им следовать. Это наша первая пресс-конференция и от неё многое зависит. — Ева не скрывала свое волнение. — Будьте молодцом, Максим.

— Можем начинать. — Максим смотрел на всех спокойно и пытался расслабиться, как советовала ему Ева.

— Сколько вы работали над Зетом? — спросил молодой и бойкий парень, чуть старше самого Макса.

Ева усмехнулась:

— Я же говорила.

— С 14 лет. — сразу подсказала Ева, говоря от его лица, — Тогда я начал изучать языки программирования, это было моё хобби, которое превратилось в Зета. Следующий?

Парень повторил, повторять ему приходилось почти всегда.

— Как вам удалось достичь такой крутой оптимизации? — моментально спросил другой.

— Пара месяцев работы над этим и все. Следующий. — ответил парень.

— Что вы планируете делать дальше?

— Искать рекламодателей, которые уже понимают, что нам с Зетом есть, что им предложить.

— Зет — это самостоятельная личность? У него есть свои черты характера? — этот вопрос был поинтереснее, от явно более опытного человека, чем предыдущие.

— Ну, разве что, он много болтает. — по залу прокатились смешки. — Однако, по делу. — некоторые инстинктивно кивнули, — Как кто-то мог заметить, изначально Зет одинаков для всех, но потом он подстраивается под конкретного пользователя, как друг, а прежде всего, как ассистент. Еще вопросы?

— Зачем Зет по просьбе пользователей шифрует данные?

— Для их защиты. — Максим окончательно успокоился. — Никому не хочется, чтобы в кто-то рылся в его информации.

— А как же закон? — спросил другой журналист. — Если нужны данные преступника, то Зет их расшифрует.

— Закон не запрещает человеку защищать самое важное для него — его приватность. К тому же, закон сам её защищает. Ни Зет, ни я, как его создатель, не обязан расшифровывать его информацию. Каждый ключ шифрования уникален и даже если я захочу, я не смогу его предоставить. Никто не сможет.

— Сделай паузу. — тихо попросила Ева.

— А Зету важны его пользователи и он ни за что не расскажет вам их тайн. — дополнил после паузы спикер.

— Вы заявляете, что ваш алгоритм шифрования является самый сильным в мире на данный момент? — атмосфера накалялась.

— Вы видели Зета, — мягко и уверенно сказал Редактор, — неужели теперь вам так сложно поверить в мои слова?

Зал зашумел, все были в шоке.

— Вы намерены создать свою компанию? — кто-то успел выкрикнуть под шумок

— Да и я буду её главой.

Зал заволновался еще сильнее.

— Можешь заканчивать. — Ева была довольна собой и Максом.

Парень сделал условный знак и тот же громкий голос объявил всему залу:

— Конференция окончена, всем журналистам спасибо. Выходите осторожно и не толкайтесь!

Зал взревел, но покорно двинулся к дверям. Максим тоже встал и ушел за полотно с символикой, к техническим помещениям.


— Макси-и-им? — Ева была встревожена.

— Что? — тревожность передалась ему.

— Вы достигли второго уровня.

— Что?! — он спросил это вслух, но никто этого не заметил.

— Похоже, когда вы объявили себя будущим главой Zet Mind, Редактор просчитал все последствия и их хватило, чтобы вы получили второй уровень.

— Но Зета же не я создал! — на этот раз он ответил мысленно.

— Система оценки воспринимает только ваши действия, ей все равно, кто создал Зета.

— Это какая-то дичь!

— Согласна, но почему вас должно это волновать? Мне тут открылся новый раздел Руководства и у вас появилась куча новых возможностей а еще… О боже…

— Что? — Ева молчала, обрабатывая изменения в Руководстве и новую информацию. — Что случилось, Ева?!

— У вас появится второй Ассистент. Его зовут Адам и у него есть тело. Мы не связаны друг с другом пока еще, но он должен вот вот появиться…

К Максиму уже двигался молодой человек. Он был чуть выше ростом, чем Редактор, его волосы и кожа были белы как лист бумаги, взгляд голубых глаз спокоен и проницателен, как ни у кого другого, а внешний вид притягивающе безупречен. Черный пиджак без пуговиц, белая рубашка, подтянутая фигура и легкая походка — это первое, что подсознательно отметил Макс. Он никогда не обращал такого пристального внимания на людей, но от него невозможно было отвести взгляд.

Человек подошел к Максиму, протянул руку, дружелюбно улыбнулся во все 32 и приятным, но “с весельцой” голосом представился:

— Привет, я Адам. Твой личный ассистент по вопросам связи с общественностью.

Редактор протянул руку и пожал её в ответ. Он ощутил, как по его телу прошли непонятным импульсы и Адам вдруг поздоровался с Евой, смотря куда-то сквозь Макса:

— Здравствуй, Ева. Приятно познакомиться с такой милой девушкой. — Адам снова улыбнулся, хоть она его и не видела, но наверняка слышала.

— Откуда ты? — ошеломленно спросил Максим, когда Адам отпустил его руку.

— О-о-о! — протянул новый ассистент, — Это долгая история. И лучше всего она подходит для горячего зеленого чая! — он махнул рукой и развернулся к нему спиной. — Пойдем, я как раз знаю, где мы можем его выпить.

Максим пошел за ним, надеясь, что их никто не видел.

Глава 8

Пока мир технологий шумел, обгладывая каждый момент пресс-конференции, Максим и Адам заходили в небольшое кафе неподалеку.

Интерьер был приятным — окрашенные в голубой стены, повсюду фотографии котов и собак, свисающие на тонких подвесках небольшие шарообразные светильники, книги на полках, небольшой бар с обилием разных баночек и бутылок — милота, одним словом.

После полудня тут сидело довольно много людей, большинство с ноутбуками. Максим подумал о том, что это фрилансеры или офисные работники, которые просто решили поработать во время обеда. Войдя, Адам приметил одно место у панорамного окна. Люди сидевшие за ним тут же куда-то засобирались. Макс заметил это и начал немного побаиваться своего нового ассистента. Но того влияния, что он ощущал в первые секунды знакомства больше не было.

Адама ничего не смущало. Люди для него были лишь инструментом и ресурсом для достижения определенных целей. Существо (не человек, а именно существо), носящее имя прародителя рода человеческого не имело к нему никакого отношения. Ассистент с поистине демоническим обаянием носит это имя только потому, что Четвертому захотелось поиронизировать над человеческой культурой. Два ассистента — Адам и Ева, разве это не прекрасно?

Правда, “личный ассистент по вопросам связей с общественностью” слегка недоумевал насчет своей внешности. Четвертый вложил в его память виноватое извинение, мол, простите меня, такого ленивого, что не потрудился поработать над менее необычным внешним видом. Адам слишком сильно выделялся своей белоснежностью на фоне классического черного костюма. “Я к этому привыкну” — думал он, рассматривая себя в отражении панорамного окна.


Они уже пару минут сидели у окна, но к ним до сих пор не подошел официант. Максим смотрел на все вокруг, но только не на своего нового ассистента. Ева молчала, кропотливо изучая каждый символ в новых разделах Руководства. Про Зета она и думать забыла.

— Не стоит меня бояться, — мягко и неожиданно начал диалог Адам. — Это был явный баг программы, такого быть не должно. Как сейчас себя чувствуешь?

Максим прислушался к себе.

— Нормально. — ответил Макс. — Так кто ты такой?

Ева присоединилась к диалогу, её слышали оба:

— Если коротко, то он должен помочь вам в работе с обществом и политикой. — она говорила спокойно, но чувствовала себя неуверенно, новая фигура её волновала. — В Руководстве сказано, что без работы с людьми напрямую мы не сможем нормально им помочь.

— Да-да, — кивал Адам, — сидя у себя дома и исправляя последствия их деятельности, а не их причину, мы не поможем Земле. Стоит только промыть им мозг — и можно валить в отпуск. Хоть сто лет тут не появляйся, будут плодиться и размножаться, но сначала нужно постараться, чтобы все шло, как по маслу.

— Промыть мозг можно и дома. — с сомнением ответил Макс.

— Нельзя. — хором сказали ассистенты и сами этому удивились.

— Пока мы можем “промыть мозги” только небольшому количеству людей, — пояснил Адам, — как сделала Ева с Ганг. Внушить что-то сразу семи с половиной миллиардам людей у тебя силенок не хватит однозначно. Именно поэтому тебе нужен я. Я буду работать с политиками и помогу обычным способом обработать их. — парень пальцами указал на посетителей кафе.

Максим был не очень рад тому, что ему будет помогать кто-то, кроме Евы. Да и снова осознавать то, что его “слегка” надули с его всесильностью ему было неприятно.

— Я вас понимаю, — парень уже привык к Еве в своей голове. — но вы все равно можете многое. Не стоит заострять внимание на том, что вы не властны сделать из людей покорных кукол, как Адам. Это метод защиты вас от всевластия, что Руководство вам не скажет, но понимаю я и он. Он все равно ваш ассистент и будет вас слушаться, но то же Руководство ему не запрещает принимать собственные решения, согласно ситуации…

— Он тебя не слышит? — перебил Редактор.

— Мы говорим с ним о другом. — успокоила Ева. — Если короче, то Четвертый решил разделить полномочия и это никак не оспорить, теперь с людьми работает он.

— Ладно…

— У вас много других возможностей, так что, расслабьтесь и продолжайте в том же духе, — девушка не унималась.

Макс промолчал.


Адам подозвал официанта. К столику подошла миловидная блондинка с небольшим круглым личиком и приятными серо-зелеными глазами. Адам подумал, что она работает там, где должна. Ассистент сделал заказ:

— Две чашки зеленого чая без сахара и по два небольших десерта на ваш выбор. — Адам даже не заглянул в меню.

Девушка кивнула и быстро ушла, оставшись под впечатлением от Адама.

— У меня есть план. — сказал Адам, смотря в глаза Максиму.

— Какой? — не отводя взгляда поинтересовался Редактор.

— Этот мир нужно встряхнуть. Начнем отсюда — надо провести несколько политических акций, чтобы показать людям, что сейчас они живут неправильно. Немного припугнем власть, позовем людей на митинги, обеспечим им защиту.

— Зачем все это? А если люди не пойдут?

— Пойдут. — Адам был недоволен тем, что в нем сомневались. — Нам нужно изменить сознание людей. У нас мало времени, поэтому придется действовать быстро и жестко. — Адам посмотрел на Максима строго: — Больше не перебивай меня.

— Хорошо.

Ассистент продолжил:

— После всего этого власть начнет бояться, а люди будут верить в свои силы. Немного подпортим положение дел здесь, чтобы народ боялся еще меньше и запустим цепную реакцию. Так будет везде, как с социалистами, помнишь?

— Да, только мировой революции не случилось. — скептично вклинилась Ева.

— А она нам и не нужна! — Адам улыбнулся, — Нам нужны нормальные власть имущие люди во всех ключевых странах, остальные сами подтянутся. Они, — парень снова показал на посетителей, — не ценят то, где они живут. Им уютно в своих мегаполисах, они кричат о любви к природе, но сами каждый день тратят десятки тонн пластика, расширяя большое Тихоокеанское пятно. Мы привьем им хорошее отношение “сверху вниз” повсеместно, а дальше они сами разберутся со своими проблемами. Утопия невозможна, Макс, но возможен мой план.

Адам помолчал, а потом он быстро добавил:

— Который неидеален, но возможен.

— Он прав. — согласилась Ева. — Все это возможно.

— Тогда… — Редактор задумался, — тогда давайте сделаем это.


***


Как минимум несколько десятков миллионов человек смотрело или слушало телевизор по всей стране и слышали/видели они только одно:

— Уважаемые граждане! — говорил внезапно появившийся на экране человек, — Чем вы вы сейчас не занимались, отложите все и послушайте это сообщение!

Адам ни капли не нервничал. Серая стена позади него создавала хороший контраст, он долго думал, какой фон выбрать, чтобы выглядеть хорошо. Максим сидел за столом перед ним и сжимал кулаки, сильно нервничая.

Несколько дней назад он согласился на выполнение плана этого новоявленного помощника и теперь нервничал, ведь он сделал это слишком скоро. Ева не тоже переживала, она давно уже знала исход всех возможных действий на ближайшие несколько часов и сколько бы она не смотрела на вероятности, в большинстве них исход был положительный.

— Уважаемые граждане! — повторил Адам, — А уважаете ли вы себя?.. — многозначительная пауза и продолжение: — Скорее всего вы скажете себе, что да, вы себя уважаете, но это не так.

Крупный план сменился общим.

— Если бы вы уважали себя, позволили бы вы унижать себя, дали бы кому-то обворовывать себя, прикрываясь законами, большинство из которых больше не работает? — снова пауза. — Спросите себя снова: “Я себя уважаю?” — если ваш ответ положительный, то перестаньте сидеть дома. Выходите на мирный протест сегодня в шесть вечера, на площади Смелой Гвардии. Пусть это место будет ассоциироваться с вами, людьми, которые защитят свои права и права миллионов людей по всей стране. А я — человек, который хочет, чтобы законы работали на вас, а не на кого-то еще, я защищу вас от произвола на месте. В доказательство своих слов объявляю оцепление площади Смелой Гвардии. Защита будет обеспечена каждому. Приходите и покажите ваше уважение к самому себе.

Выступление должно было быть окончено, но Адам вдруг решил добавить:

— А для не уважаемых властей скажу — не пытайтесь искать меня, не пытайтесь мешать людям добиваться своих прав, иначе я вытащу ваше грязное белье наружу и протесты уже перестанут быть мирными. Сидите тихо, господа, и не рыпайтесь.

Последней реплики не видели обычные зрители, для них все закончилось фразой про уважение, слова для властей передавались на особенных частотах, недоступных обычным людям.


Площадь Смелой Гвардии представляла из себя обычную площадь. Её недавно реконструировали, обновили огромный фонтан в центре и выстроили вокруг него мемориальные плиты с именами погибших во время Второй мировой солдатами-соотечественниками. Ежедневно её посещало большое количество людей, просто потому что тут постоянно проходили какие-то мероприятия, одиночные пикеты и мелкие выступления. Последние почти сразу же пресекались власть имущими, если не имели к ней никакого отношения или имели что-то против неё.

“Все в рамках закона” — вещали СМИ. “Все в рамках закона” — повторяло большинство.

Через несколько секунд после объявления об оцеплении площадь действительно была оцеплена. Возможности Редактора не позволяли создать собственных големов (как в вездесущем фэнтези), но зато позволяли нанять людей со всей страны, обмундировать их, вручить им не очень опасную амуницию и поставить в оцепление. Это было незаконно и напоминало революцию, но все были настолько шокированы, что не понимали, что вообще происходит. Еве пришлось очень хорошо потрудиться, чтобы заработать денег на рекрутов, но у неё получилось. Пара контрактов от очумевших рекламодателей и все — деньги есть и все держатся.

Это событие было гораздо ярче, чем Зет. Следующие полчаса после выступления гудела не просто вся страна, гудел весь мир, не понимая, что это было. Через эти же полчаса вся троица была в комнате у Максима и следила за реакцией всех и вся. И никто снаружи не знал, что в квартире гость.


— У президента нехило так горит… — пробормотал себе под нос Адам, сидя на кровати Максима и держа на коленях непонятно откуда появившийся ноутбук серебряного цвета, с горящим треугольником на крышке.

— А ты откуда знаешь? — поинтересовался Макс.

— Он знает все о любом человеке, кроме тебя. — ответила Ева из динамиков.

— Прям все?

— Не советую в нем сомневаться. — шепнула Ева в голове Макса. — У него на этом пунктик, если вы этого еще не поняли. Будет забавно, если он соберет против вас армию и будет воевать с вами, но такого допускать нельзя.

— Он может? — по телу парня прошли мурашки.

— Нет, — Ева усмехнулась.

— И зачем было пугать меня? — возмутился внутри себя Макс.

— Пытаюсь в “чувство юмора”, — невозмутимо откликнулась девушка.

— Не получается. — в его тоне было недовольство.

— Не получается, значит, буду пробовать снова.

Макс произнес вслух что-то нечленораздельное, прокручивая в голове сцены расправы над Ассистентом. Ева поспешила оттуда удалиться. Адам зыркнул в сторону Редактора, в очередной раз попытался узнать о нем что-нибудь лишнее, но опять не вышло.


Максим все еще сомневался в инициативе Адама. Все это было странно, ему было хорошо сидеть дома и просто, без каких-либо особенных проблем и публичности “воротить дела”. Он уже немало времени провел с Редактором на мониторе и с Евой в голове, а сейчас ему нужно было изменить свои взгляды на происходящее. Парень и правда не думал о том, что именно люди — причина большинства проблем Земли. Сейчас ему нужно было не только помнить об этом, но еще и держать на пульсе само общество, прислушиваться к нему. Перерабатывая в голове все это, Макс просто сидел и ждал первых результатов.

Результаты появились довольно быстро. Буквально через пятнадцать минут после возвращения команды домой, вышли экстренные новости по ТВ. Брюнетка в строгом костюме быстро и ясно передала сообщение:

— Чуть меньше часа назад, неизвестные перехватили вещание многих теле-радио каналов и сделали объявление, в котором призвали людей выходить на несогласованный митинг. Министерство внутренних дел предупреждает о том, что данное мероприятие несогласованно, а люди, перехватившие вещание — совершили преступление.

— Ваше правление — это преступление! — кричал в ноутбук Адам, который мониторил все СМИ и соцсети.

— Будь спокойнее, — строго смотря на него из монитора, сказала Ева.

— Как быть спокойнее, пока они людей дурят?

Редактор решил вмешаться:

— Выполняй свою работу. — холодно гаркнул парень.

Адам округлил глаза в удивлении, но замолчал, уткнувшись в ноутбук.


У второго Ассистента долго молчать не получилось, он быстро нашел новую тему для обсуждения.

— Кстати, — Адам прервал тишину, — помните то, что вы нарыли на чиновников?

— Да, — Ева отвлеклась. — А что?

— Давайте опубликуем все это дело?

— Если ты знаешь про эту инфу, — к диалогу присоединился Максим, — то ты должен помнить, что сказала Ева про её публикацию.

— В данной ситуации это добавит эффективности выполнения задуманного. — неожиданно для Редактора, она была не против.

— И я о том же, — согласился Адам. — Ева, подготовишь материалы?

— Да, — согласилась Ева, — хорошо.

В последнее время Ева довольно забавно визуализировала свои манипуляции. Почему-то она дошла до этого только сейчас. От цветовых выражений эмоций до полноценной демонстрации того, чем она занята. Сейчас она показывала, как она рылась в больших архивах, вытаскивала оттуда документы, клала их на стол и снова рылась по ящикам. Звукового сопровождения не было, поэтому Максим редко обращал на это внимания.

Сейчас он смотрел на это, как завороженный, удивляясь тому, что она вообще это делает. Ева заметила его реакцию, но была слишком занята, чтобы реагировать на такие мелочи. Она визуализировала свои занятия только ради собственного удовольствия и чтобы Макс мог понимать, что она делает в данный момент. У Адама её ненужное представление вызвало только усмешку.


— О! — Адам снова привлек к себе внимание. — Я про себя рассказать забыл, обещал же! — он посмотрел на Максима, ожидая, пока тот на него отвлечется. Максим отвлекся только через несколько секунд, прервав размышления о том, что делать дальше. Посмотрев в голубые глаза Адама, парень удивился их оттенку, помедлил и спросил:

— И что мы о тебе не знаем?

— Не совсем обо мне… — Адам нагонял интригу загадочным тоном.

Максим пребывал не в лучшем настроении и снова раздраженно бросил:

— Выкладывай.

— Я должен немного рассказать вам про Четвертого. Точно знаю, что этой информации у вас нет, она есть только у меня… — он выдержал паузу. — Я и есть в некотором роде Четвертый.

Макс и Ева внимали от удивления.

— Он создал меня из некоторых своих черт характера, но внешне я на него не похож. Внутри меня есть части его памяти и его навыки. Я знаю все, что он хотел бы мне сказать, но мы с ним совсем разные. В его памяти есть какие-то непонятные Смотрители и Хранители, но я о них ничего толком не помню. Он побаивается их и не хочет, чтобы они узнали о Редакторе.

— Это странно… — Ева пыталась понять, что ей только что рассказали. — Человек… — она тут же осеклась, — существо с такими возможностями вряд ли может кого-то бояться.

— Может, они сильнее его? — предположил Макс.

— Тогда нам давно было бы “а-та-та”. — задумчиво ответила Ева. — Такие действия не остались бы незамеченными.

— Ты только мозги нам пудришь, Адам! — Макс зыркнул на ассистента, раздражаясь от того, что он не понимает, в чем дело.

— Сам не знаю, зачем ляпнул про все это… — Адам был в смятении.

— Но это полезно, — Ева постаралась их примирить, — будем хотя бы в курсе, что мы не одни такие Земле.

— Это да, — согласился Макс, ему стало спокойнее. — Но лучше нам узнать, кто это.

— Сами покажутся, я думаю. — ответила Ева.

— Мы должны быть к этому готовы.

— Я поищу что-нибудь о них, — сказала Ева и обратилась ко второму ассистенту: — Адам?

— Да? — он быстро откликнулся.

— Как думаешь, где можно поискать информацию?

— Да хрен его знает… — парень развел руками.

— Ладно, — отмахнулась девушка, — сама справлюсь.

— Дерзай, — ответил Адам и снова принялся что-то читать с экрана ноутбука.


***


На площади Смелой гвардии собралось немного людей. Каждого желающего пропускали внутрь кольца из людей, облаченных в серую форму, без опознавательных знаков.

— А чего они в сером? — спросил Максим, подойдя к стройному ряду молчаливых людей.

— Тут могут появиться правоохранители от государства, — ответила Ева, — я не хочу, чтобы они смешались, если что.

Адам подошел к Максиму сзади и положив ему руку на плечо, спросил:

— Как ты?

— Стремно. — честно ответил парень.

— У него что-то не то с настроением в последнее время… — растерянно пробормотала Ева, обратившись к Адаму.

— Он ко мне привыкнуть не может, наверное. — предположил Адам.

— Ему не нравится этот план.

— Он мог бы отказаться, разве нет?

— Не мог, — грустно выдохнула девушка. — Потому что он нам доверяет и внутри себя хочет изменений, но боится их.

— Это нормально, — добродушно ответил парень. — Просто давай не будем лажать, он нужен нам, а прежде всего им, — он указал рукой на толпу.

Ева промолчала.


Большинство из тех, кто сюда пришел — просто любопытные. Им было интересно посмотреть на то, чего никто не ожидал — “несанкционированное мероприятие”. Непонятные люди в сером не внушали недоверия, наоборот, от них веяло спокойствием, над этим постарался Адам. Притягивать сюда людей против их воли ему запретила Ева, чему парень был не рад, но и зеваки его устраивали. Были и единицы, что наконец дождались своего часа и принесли плакаты. На плакатах были разнообразные лозунги против действующей власти и карикатуры. Их авторы были рады показать свои труды людям.

Максима сюда притащило желание самому увидеть его первый митинг. Агитация была так себе, если бы они дали рекламу в соцсетях или на YouTube… Все было бы круче, но парню и этого было достаточно. Сверстников тут было маловато, но они были, кто-то даже вел прямые трансляции, а один раз Макс отчетливо услышал:

— Зет, запусти прямую трансляцию в инстаграм… — ассистент Евы набирал популярность. Девушка тоже это услышала и запрос отозвался в ней теплом.

В течение часа после начала сбора людей, на площадь пришло больше двух тысяч человек. Троица сама не заметила, как люди стали активно прибывать, по собственной воле. Максим почувствовал себя лучше, осознав, что затея была не так уж и плоха. Люди шли, потому что поняли, что им ничего не угрожает.

Социальные сети бурно обсуждали происходящее, многие пользователи говорили, что пойдут на площадь. Некоторые художники предлагали к распечатке сделанные на скорую руку плакаты, даже создали для этого специальный хэштег. Ева уже вела сообщества Зета в Сети и активно продвигала идею создания плакатов, объявив конкурс лучших работ.

Толпа кипела, люди разговаривали между собой, делали большое количество фотографий и снимали видеоролики, чтобы запечатлеть это событие. К месту подтянулись журналисты, которые в прямом эфире давали комментарии по поводу происходящего. Государственные СМИ на это мероприятие не пошли, спустили указание сверху. Но работающим в них людям не сиделось на месте, их дух не позволял им пропустить такое. Рискуя собственной работой, но действуя не от лица своих изданий, они тоже пришли на площадь. То, что эти журналисты работали на правительство, против которого тут все собрались, еще не значило, что они не имеют права быть против этого самого правительства.

Были и несогласные с теми, кто пришел на митинг. Они стояли рядом с оцеплением и постоянно пытались провоцировать охраняющих и охраняемых. Защитники правопорядка все никак не могли добраться до площади, чтобы помещать несогласованному мероприятию, потому что Ева создавала для них разнообразные трудности — пробки там, авария здесь, поломка тут… У девушки это весьма неплохо получалось.


На площади была организована небольшая сцена, чтобы Адам мог сделать небольшое заявление для всей страны и мира. Пока его здесь никто не заметил, но он постоянно присутствовал рядом с Максимом и “держал на пульсе” местное общество.

Внезапно появившись на сцене, он не привлек к себе внимание, пока не обратился ко всем, с помощью микрофона.

— Привет всем, кто сюда пришел! — громко сказал Адам. — Я очень рад, что вас волнует судьба нашей страны. У меня есть объявление для каждого из вас и для всех, кто его услышит позже. Я знаю, что многие здесь ведут прямые эфиры в соцсетях и тут присутствуют журналисты, за что всем большое спасибо.

Люди слушали его, на него были обращены камеры и телефоны.

— Наверное, вас интересует, кто я такой и как я все это провернул? — с улыбкой спросил он. — Все это не имеет никакого значения. Важно лишь то, что я собираюсь создать собственную партию и в этом мне никто не помешает, как никто не смог мне помешать позволить вам свободно собраться здесь, ничего не боясь. Я уверен, многие из вас хотели бы, чтобы никто не боялся спокойно выйти и выразить свое мнение, как вы сейчас делаете это, стоя с плакатами. Мы должны добиться того, чтобы для нормальной, абсолютно мирной акции не приходилось создавать собственное оцепление, чтобы сдержать людей, которых мы сами содержим, платя налоги. Моя партия будет добиваться ваших прав и свобод, прозрачности всех общественных и государственных процессов, в общем, всего того, что у нас с вами должно быть, как у демократического общества. Пока оно авторитарно, ничего из этого вы не дождетесь. Начинать нужно снизу ибо там, — он указал пальцем вверх, — всех все устраивает.

После этого жеста толпа моментально взревела.


Подождав, пока все успокоятся, Адам продолжил:

— Я заявляю о прозрачности, но вы не знаете, кто я такой. В эту секунду во все известные издания были отосланы копии моего досье, которое, как я надеюсь, хотя бы одно СМИ опубликует. Оттуда вы узнаете обо мне все.

Досье действительно было, правда, фальшивое. Ева очень упорно трудилась над ним, кропотливо создавая его личность в этом мире. Единственное, что она ему не создала — родителей. Девушка решила выкрутиться историей о том, что он с самого детства рос в детском доме, а такой волевой характер в нем развила несправедливость жизни и разнообразная художественная литература о революции 1918-го. Евой было сделано все для того, чтобы его досье создавало положительное впечатление, вдохновляя и ведя за собой. В него она так же добавила информацию о том, кто профинансировал наемников и честно указала “ИП Максим Шалин”, чтобы не оставлять огромных темных пятен. Но за это Максиму могло “прилететь по шапке”…

— Партия будет называться “Партия трех основ”, — продолжал Адам, — вы будете смеяться, но сами “три основы” я еще не выработал, но точно могу назвать одну из них — прозрачность. Прозрачность требуется везде, люди должны знать, что происходит в их стране и почему. Разве не так?

Люди откликнулись гулом на его вопрос, согласным гулом.

— Я попрошу вас только поддерживать нашу партию и вступать в неё, а от властей требую лишь соблюдения законов при регистрации, хотя уверен, что такого не будет, но я думаю, мы прорвемся. Всем спасибо, всем пока! — лучезарно улыбнувшись, парень сошел со сцены и растворился в толпе.

Люди не расходились до самого вечера, под конец даже стали петь песни и веселиться. Они радовались и впервые за долгое время собрались вместе, были одним активным и живым обществом…


Глава 9

Как и предвещал Адам, регистрация собственной партии, которая так эффектно заявила о себе, нарушив пару-тройку законов, оказалась непростой. Ева ворошила юридические справочники по законам, чтобы не дать государственным структурам сожрать “сенсацию в мире политики”. Так как Адам поступил довольно опрометчиво, объявив от своего лица оцепление, целую неделю за него воевали адвокаты, доказывая, что люди только защищали демонстрантов, никому не нанесли вреда, а в руках у них вообще были муляжи.

Спасибо Четвертому, Адам нехило так влиял на всех, кто был в зале суда и у него получилось отмазаться административным штрафом. Последний Ева почти моментально оплатила. Общественность была за Ассистента, его поддерживало немало людей, а на суде было много наблюдающих за процессом.

Когда власти отстали от Адама, не понимая, почему ему так везет, они начали доставать судей, мол, как они вообще посмели отпустить его с триумфальным выражением на лице. Судьи, естественно, пожаловались обществу, а общество опять вышло на протесты, уже самостоятельно и без всякого оцепления. Экономический пинок стране не потребовался, что даже порадовало троицу. К их счастью и чистой совести, госаппарат делал все за них.

На самом пике возмущения создать “Партию трех основ” не получилось, но чуть попозже, через пару недель после первого выступления, все вышло. Адам основательно побегал с документами и юристами, но партия была зарегистрирована, офис для штаба арендован, а региональные штабы уже планировались. Никакой агиткомпании не понадобилось, о “первой по-настоящему оппозиционной партии” вещали чуть ли не из каждого утюга. Спасибо любви СМИ к “хайпу и просмотрам”.

На фоне всего происходящего, государственные медиа и сам аппарат захлебывался желчью, не понимая, почему ранее такой пассивный и аполитичный народ вдруг возомнил себе, что имеет какие-то права и свободы. Все это прикрывалось словами об “вторжении в политическую жизнь чужими странами”, а послами реальные обвинения не предъявлялись.


Во время взлета политической карьеры Адама все остальные участники команды занимались своими делами, почти не замечая того, что происходит вокруг. Еву и Максима устраивал ход плана, и они уже привыкли к тому, что Адам постоянно присутствует в двух местах одновременно. Да, это не шутка, он действительно может быть в двух, а то и в трех местах сразу.

Создавая Адама, Четвертый, видимо, решил, что негоже такому хорошему ассистенту быть привязанным к одному телу, ему лучше иметь возможность размножаться чуть ли не почкованием. Благодаря этому, Адам удалялся из комнаты Максима только когда его оттуда тактично прогоняли или Редактор ложился спать. А вы что думали, он не спит? Сила-силой, а сон по расписанию.

Да и Адам был не чужд человеческих увеселений, ему нравилось постоянно запихивать в себя еду и пробовать что-то новое каждый день (вообще не толстея). Если для Евы любовью было искусство и классическая музыка, то Адам полюбил более доступное людям удовольствие — еду.

Максим предпочитал не обращать внимание на то, что там творит Адам. Первый митинг улучшил отношение Редактора ко второму ассистенту, но он все равно недолюбливал его. Сконцентрировавшись на устранении “косяков” человечества, он радовался жизни и собственным небольшим достижениям. Парень просто горел идеей наказания преступников после того, как первый раз посмотрел “Тетрадь смерти”. После десятка загадочный смертей, люди и журналисты вдруг вспомнили про это великолепное аниме, Ева приструнила Макса за “неестественность” его действий и он перестал будоражить СМИ по всему миру.


Ева развивала Зета под шумок, заодно изучая все продукты массовой культуры, что включали в себя тему искусственного интеллекта. Особенное влияние на неё оказал фильм “Она”, благодаря которому девушка ограничила Зета по части общения с человеком. Все для того, чтобы пользователи не заводили отношения с ним, а то потом выйдет неприятная для всех концовочка…

Счетчик активных пользователей перевалил за два миллиона человек в день, Ева пускала скупую слезу каждый раз, когда ей приходилось арендовать больше серверов для стабильной работы Зета. Инвесторы продолжали атаковать и задабривать Максима всякими подарками, которыми уже был завален небольшой чуланчик в его квартире. Родители тоже немного наседали на парня, очень сильно интересуясь тем, почему бы ему не принять одно из предложений и… съехать.

Серьезно, Света и Игорь считали, что раз он достигает таких высот, то почему бы ему не стать взрослее не только юридически, но и в жизни? Ева была категорически против того, чтобы Макс так рано куда-то переезжал, потому что все доходы она направляла на аренду серверов, рекламу и некоторые запросы Адама. “Это не вписывается в мои планы!” — вот так она объяснила парню свой отказ. Ему было все равно где жить, поэтому он не реагировал ни на родителей, ни на Еву.


***


В первый день работы штаба “Трех основ” туда пришло “до фига народу”, чтобы вступить в партию и поучаствовать в открытии штаба. Адам не раз говорил в соцсетях о том, что вступить можно и с помощью сайта, просто предоставив нужные данные. Но кому-то было важно сделать это в жизни, подписать настоящие документы в штабе.

Треугольник преследовал тройку повсюду — при запуске Редактора, при взаимодействии с Зетом, а теперь черный полый треугольник на белом фоне стал символом партии, означая три основы и одну из них — прозрачность. Остальные две — “единство” и “развитие”.

Большинство людей, которые брали анкеты для заполнения и заполняли их — люди чуть старше Макса. Его там не было, он сидел дома и с кружкой чая наблюдал за происходящим в мире, отлавливая важное и исправляя ситуацию. И Адама в рядом с ними не было, он давал интервью журналистам и делал заявления.

В штабе помогали волонтеры, которые первые вступили в партию, еще в Сети выпрашивая у Адама, не нужна ли ему помощь с открытием штаба. Первые члены были “прощупаны” его способностями и никакой угрозы не представляли, наоборот, они очень горели делом.


Офис был средний, хоть и ожидалось большое количество будущих партийцев. Интерьеры были простые — мебель из Икеи, черные столы и стулья, белый пол и стены. Из помещений — небольшой кабинет для недавно нанятых программистов и людей из поддержки сайта, просторный холл со стендами программы партии и нужными документами, чтоб никто не придирался и множество кабинетов для будущих работников. Еще был зал для пресс-конференций, в котором Адам должен был жить круглосуточно, судя по интересу СМИ к “феномену трех основ”.

Его часто спрашивали о том, как он смог транслировать свое сообщение по всем возможным каналам, на что он всегда отвечал одно и то же:

— У меня были технические возможности для совершения подобного и я ими воспользовался, — в конце всегда следовала улыбка, отсекающая вопросы о продолжении этой темы. Никого не смущало, что он постоянно улыбался.

Естественно, спрашивали и про оцепление, на что ответ был всегда таким:

— Никто не мешает мне нанять людей, чтобы охранять граждан от незаконных нападок силовиков. Если бы это было незаконно, чалился бы я уже в СИЗО, мои дорогие журналисты. — и снова в конце была добрая улыбка, показывающая, что вопрос закрыт.


Официально государство реагировало на партию не очень спокойно, постоянно напоминая о том, что это “весьма сомнительная” организация. Но сделать они особо ничего не могли, потому что боялись. Сообщения для не уважаемых представителей власти и публикаций о довольно крупных кражах государственных средств хватило, чтобы “не рыпаться”.

Но на самом деле попытки атаки компьютера Макса были. Ева предрекла их и отбила, но рассказывать об этом не хотела, чтобы никого не провоцировать на ответные действия. Девушка была полностью уверена в том, что власть имущим просто хотелось узнать что-нибудь эдакое и испортить репутацию о “прозрачном политике” в лице Адама. И так, наверное, ясно, что Ассистент такого допустить не мог.

Единственное, что она оставила для людей, на их “атакующих машинах” — большую надпись на экране “Рыться в чужих файлах — крайне неприлично, не уважаемые хакеры”. Для неё такая “ответочка” была делом чести.


***


Манхеттен, Нью-Йорк. Погода была неожиданно приятной — солнечно и ни одного облака на горизонте. Максим шел по улице и смотрел вокруг, впитывая атмосферу, которую вещали из американского кино. А еще, он видел десятки, нет, сотни рук с кофейными стаканами из популярных заведений. Его занесло сюда не просто так, а в порыве отдохнуть от надоевших четырех стен.

Снова находиться в в обществе было приятнее, чем в прошлый раз, потому что тут все было иначе. Здесь жизнь текла своим чередом, продвигаясь вперед деньгами, человеко-часами и миллионами литров не самого лучшего кофе (куда без него). Хотя, о последнем можно поспорить.

Почему именно Нью-Йорк? Потому что его выбрал Адам, назвав первый город, который пришел ему в голову. Ева, которая уже не первый день думала о том, как наладить настроение Редактора, моментально согласилась на его поездку, оформила ему за пару дней визу (не без своих способностей) и совершенно легально отправила парня с парой пересадок в один из центров мировой торговли.

Поездка должна была пойти Максиму на пользу. Ева специально ограничила некоторый функционал программы, чтобы ничто не отвлекало парня от отдыха. Редактор был не против, потому что постоянное решение чьих-то проблем впихнуло в его голову слишком много информации для обычного человека… Став Редактором, быть человеком он не перестал.

Манхеттен поражал своим разнообразием в плане небоскребов. Они поднимались ввысь на каждом углу, Максиму казалось, что весь город создан из этих высоток, но он знал, что это не так. Малоэтажные районы тоже выглядели симпатично, там жизнь была потише и, может, комфортнее, но отель был выбран здесь, на Манхеттене. Ева даже не поскупилась на хороший номер, ради того, чтобы улучшить “эмоциональные показатели” Макса.


— Пора заводить традицию… — тихо сказал Максим, выбросив бумагу от хот-дога в урну.

— Не советовала бы это есть часто… — откликнулась Ева в его голове.

— Я за это десять баксов отдал, женщина!

— И все же…

— Никаких претензий, настоящая американская кухня в моем желудке еще не переваривалась.

— Это в каком месте она настоящая? — усомнилась девушка, — Вам её мексиканец продал. На вырученные деньги он ширяться пойдет.

— Лучше сделай так, чтобы этого не было, — скептично ответил парень.

— Хорошо, — с этим согласием один из миллионов был вылечен от наркотической зависимости. Полностью.

С новым уровнем у Максима появились возможности широкого спектра, о которых он прочитал совсем недавно. Если направлять их все на одного человека, он был способен сделать с ним все, что угодно, от полного переубеждения, до абсолютного исцеления. Но с количеством людей на одной воздействие, его сила распределяется между всеми ними, поэтому-то он и не “промоет мозг всем семи с половиной миллиардам”.

Макс ходил по улице, обращал внимание на людей и точечно исправлял их жизни к лучшему. Кто-то поступил в желанный колледж, у кого-то родственник не умрет от рака, кому-то наконец дадут возможность усыновить ребенка — все эти “мелкие поправки” улучшали настроение Максима. Ему нравилось думать, что кто-то в скором времени будет счастлив от одной мелочи. Мелочи в масштабе масштабе всего человечества, естественно.

Таких мелочей повсюду было огромное множество, но всем и каждому он помочь не мог. Парень встроил Редактора в свое зрительное восприятие мира и повесил цветовые маркеры по тяжести проблемы на каждого человека. Система могла выделить только самые важные из них, иначе весь человек для Макса был бы одной сплошной палитрой цветов. Так было проще, время от времени парень повторял в своей голове:

— Что у этой с каре? Что у того парня в желтой кепке? А у этой девочки что? — система быстро понимала, о ком идет речь и выдавала ему краткую информацию, используя голос Евы, хотя парень знал, что она решила ему не мешать и занималась своими делами.

Наверное, если бы это увидел Четвертый, ему бы не понравилось, что ассистенты просто забили на своего “босса”, но всех все устраивало. Все трое знали, что в важный момент они соберутся вместе и все разгребут, если это не в состоянии сделать человечество.


К вечеру пошел дождь. Пока Максим быстро бежал до отеля, Ева спокойно рассказывала ему обо всем, что произошло за день:

— Зет сегодня достиг рекордного количества скачиваний за день — 542 тысячи на всех платформах. Люди думают о том, как избавиться от Большого Тихоокеанского пятна, собираются создать спецкомиссию в ООН.

На последнее парень отреагировал:

— Да, пусть поживей там разбираются, — так же спокойно ответил он, смотря на девушку за стойкой ресепшена, которая кивнула ему, когда он вошел. — Подкинь кому-нибудь идею о законопроектах в особо загрязненных странах, пусть активнее отвозят свой мусор на переработку в ЕС, окей?

— Неплохая идея, я подумаю, что можно сделать, — ответила Ева. — К переработке партнерами стоит добавить и развитие собственных предприятий, хорошо?

— Окей, — согласился Редактор — Как там Адам? — поинтересовался Макс, заходя в лифт.

— Нормально. Его все обожают, что немудрено, — девушке явно не особо хотелось об этом рассказывать, — но громкими обещаниями он не разбрасывается, за что можно сказать мне спасибо, я даю ему прогнозы. Вообще-то, он должен делать их сам, но куда там его величеству…

— Вы с ним явно поладили, — усмехнулся парень.

— Иногда он может вести себя как козел, но люди его слушают, — Ева пожала плечами, хоть Максим этого и не видел.

— Ладно, сегодня был неплохой день, — сказал парень, идя по длинному коридору, в поисках номера, — я должен отдохнуть.

— Не смею больше тревожить, — сказала Ева и переключилась на просмотр последних новостей в мире современного искусства.


Номер у парня был и правда неплохой: среднего размера кровать с белой постелью, кремовые стены, светлый паркет, недавно отполированный, две прикроватные тумбы, настенные лампы-полусферы, дающие теплый свет и плотные шторы, которые сами раздвигаются по утрам. Ева клялась, что никаких посторонних звуком с улицы Максим не услышит, потому что об этом говорилось в отзывах и не один раз.

При отеле был небольшой ресторан и бар, но Максу есть не хотелось от слова совсем. Он просто лег на кровать, по привычке сняв обувь и довольно быстро заснул, ни о чем не думая. Обычная, на первый взгляд, прогулка его сильно утомила.


***


— Максим, проснитесь! — Ева буквально кричала в его голове.

Максим действительно проснулся, но из-за крика и недосыпа не до конца.

— Ева, не ори так… — бормотал парень.

Мощный импульс, сопоставимый с электрическим разрядом, выгнул Макса и заставил его проснуться, теперь уже наверняка.

— В чем дело, мать твою?! — закричал он, сев в кровати.

— WikiLeaks опубликовали информацию, которая спровоцирует мощный скандал.

[WikiLeaks — международная некоммерческая организация, которая публикует секретную информацию, взятую из анонимных источников или при утечке данной информации. (прим. автора, источник — Википедия)]

— Что за инфа? — парень был недоволен, но к его удивлению, его тело быстро пробудилось после такой “встряски”, не жалуясь после ни на что.

— Там есть прямое подтверждение манипуляции финансовыми рынками, открытого шантажа представителей разных стран, разнообразные досье… — перечисляла Ева.

— Это не твоих рук дело?

— Я что, похожа на ту, что захочет развязать Третью мировую? — с удивлением спросила девушка.

Максим машинально осмотрелся вокруг и увидел Адама, стоящего у окна и смотрящего на противоположное здание.

— Почему меня он не разбудил? — спросил Макс у Евы, он все еще был недоволен.

— Я рисковал получить по лицу, — отозвался Адам, — а это мне сейчас не на руку.

Редактор не мог ничего ответить на это, ведь Адам правда мог “схлопотать по морде”, потому что Максим крайне не любил, когда его будили по пустякам. Но сейчас он сидел и понимал, что просто так его бы никто не трогал.


— Так что там с этой информацией, а? — снова поинтересовался Максим, не зная, кто ему ответит.

Ответил Адам:

— Весь мир знает, что Штаты имеют большое влияние во всех ключевых сферах, от политики до современных технологий, так?

— Так, — кивнул Макс.

— Так же, все прекрасно знают, что США могут давить на некоторые страны санкциями, как самым доступным политическим методом, так?

Парень снова кивнул.

— Но никто не исключает и шантаж с провокациями для отдельных лиц, хотя точных доказательств хрен найдешь.

— Да, редко такое бывает.

— Сноудена помнишь с его рассказом про слежку за всем и вся? — спросил Адам.

— Конечно, — Максим даже припомнил заголовки в СМИ.

— Так вот, некий Питер Барк из ЦРУ решил повторить его подвиг, — Адам наконец-то начал рассказывать, — и слил данные по намеренному шантажу разных политиков с целью достижения некоторых выгод — от поставок ценных ресурсов, до военных баз внутри страны. Так же он опубликовал материалы, подтверждающие, что в некоторых случаях происходило вмешательства в мировые биржи с целью поднятия или снижения цен некоторых кампаний, что сложно, но возможно. И это только самое основное. Пока никто, кроме нас троих не знает его имени, хоть это и ненадолго.

— Но как он достал все это? — Максим недоумевал, — Они же должны трястись над такими тайнами?

Ева подключилась к разговору:

— Похоже, он просто провернул трюк с использованием чужих данных авторизации для более высокого уровня доступа. Проще говоря, он узнал пароль своего начальника от локальной сети и добрался до такого сокровища. С учетом того, как люди любят хранить логины и пароли на самом видном месте — не удивительно, — девушка усмехнулась. — Но сейчас это не имеет значения. Важно то, что такая информация всплыла и мы можем её использовать… — она задумалась, — Хотя, я не гарантирую, что её кто-то другой не перехватил. Сеть ничего не забывает.

— Это точно, — согласился Максим. — Что будем делать?

— Лично я занимаюсь прогнозированием, — ответила Ева, — такие данные имеют огромные последствия, я должна проверить каждый вариант развития событий.

Редактор посмотрел на второго ассистента.

— Не пялься, — буркнул он в ответ. — Лично я не отказался бы поесть.

У Макса заурчал живот:

— Да, — он посмотрел на него, — я бы тоже не отказался. Но сейчас поздно, где нам поесть?

— А Мак для кого создан? — с улыбкой спросил Адам.

— Точно, — Максим встал с кровати, — Мак…

Глава 10

Максим не думал, что Адам решит поесть прямо в Международном аэропорте им. Кеннеди. Редактору тут было некомфортно — не дали нормально поспать, да еще и потащили куда-то ни свет, ни заря.

Но у Евы всему этому было своё объяснение:

— Вы должны официально покинуть страну, — поясняла Ева, пока Макс с Адамом шли в один из ресторанов. — Я могла бы вас “телепортнуть” и просто внести данные в систему, но нам подвернулся рейс, поэтому не стоит усложнять. Да и лишний раз полетать на самолете — неплохой опыт.

Еще когда он летел сюда, ему хотелось спросить про то, как Ева провернула полет несовершеннолетнего подростка в США, но вспомнив про её возможности, спрашивать парень не стал.

— Как скажешь, — согласился Макс, — мне сейчас абсолютно все равно, важно быть дома, пока вы тут революцию не начали.

Адам посмеялся:

— Это могло произойти и без нас, в любой момент.

Ева поддержала:

— Он прав. Тут это очень маловероятно, но возможно, — потом в её голосе появилось недовольство: — Похоже, вы плохо слушали. Никакой революции не будет.

— А Россия? — спросил Максим у Евы.

— Что Россия?

— Россия же тоже не божий одуванчик, сверхдержава-таки…

Адам его перебил:

— Если ты намекаешь на то, что мы занимаемся тем же, то ты прав. Шпионажем, провокациями и манипуляциями занимаются все, но не так активно. Это часть политики и этого не отнять. Штаты имеют огромное влияние, которого у одной страны быть не должно. Баланса нет, а он нужен. Мы его создадим.

Макс промолчал, обдумывая информацию.


Макдональдс в Международном аэропорте Кеннеди выглядел так, как и во всем другом мире. Небольшое количество людей все-таки присутствовало, не смотря на ночь. Максим передал инициативу заказа еды Адаму, и занял небольшой столик у входа. После заказа Ассистент отыскал Макса и присел к нему.

Адам очень любил людей, вместе с их пороками и недостатками. В отличии от Евы он считал, что если из человечества сделать нечто идеальное — то оно перестанет быть таким интересным, без всех своих ошибок, случайных открытий, достижений и пороков.

— Все идеальное — красиво снаружи и скучно внутри… — У Евы с Адамом начинался жуткий спор после подобных фраз, что последнего только веселило.

— Смотри, — Ассистент принес заказ, — тысячи килокалорий, очень вредно, но невероятно вкусно. — он сел и отдал Максиму один бургер, среднюю картошку и небольшую колу — все согласно предпочтениям Редактора. Парень не мог “прощупать”

— Ева? — Адам обратился к девушке, — Что думаешь?

— Я думаю, что один раз вам не повредит, — сейчас она была лояльна к противным ей вещам, момент был неподходящий, чтобы “занудничать”.

Второй ассистент с большим наслаждением принялся за еду, он ел медленно и все его лицо сияло от удовольствия и счастья. Максим вообще не заморачивался и просто ел, но не без удовольствия. Ему просто нравилось понимать, что он ест настоящий, чисто американский фастфуд. И плевать, что это огромная сеть ресторанов — он в родной для неё стране, а значит — тут все должно быть идеально и так, как надо.

— Надо потом будет сравнить еду у нас — сказал Максим, доев свою часть заказа.

— Вместе пойдем? — поинтересовался Адам, смотря ему в глаза.

— Если хочешь, — Макс пожал плечами.

— Не стоит злоупотреблять, — в этот момент милосердие Евы закончилось.


До самолета осталось много времени. Адаму и Еве всегда было, чем заняться, а вот Максиму пользоваться ограниченным Редактором на телефоне было не очень удобно. Он поступил хитро — отдал Адаму свой телефон и буквально отжал у него ноутбук. Парни долго спорили, кому он нужнее, но Ева нажала на Адама и он сдался, с крайне раздраженным и недовольным видом отдав ноутбук. Максим с настроением триумфатора посмотрел последние мировые новости и мельком глянул статистику.

С каждым новым уровнем нужно было все больше баллов, что логично. Пара абсолютно случайных решений помогли Редактору достичь второго уровня, но третий был самым последним (по Руководству) и самым сложным.

— Вам нужно помочь минимум половине населения Земли разом, чтобы достичь третьего уровня, — скептично ответила Ева на недавно заданный Максимом вопрос о достижении последнего уровня.

— А что будет после?

— После?.. — девушка задумалась, — Это сложно предсказать. Поживем — увидим, как говорится.

— Я сам не представляю, что будет потом… — пробормотал парень.

— Зато я знаю, что будет скоро, — вклинился Адам, — мы спровоцируем реакцию мировой общественности, разберемся со своей страной и наконец покончим с политикой. Механизм будет запущен, дальше пусть все само, как я и говорил. Идет?

— Идет, — хором согласились Макс и Ева.


Ожидание рейса прошло быстро. В этом Максиму помогла аудиокнига, которую он уже год откладывал. За приятным и эмоциональным чтением автора время пролетело почти незаметно.

Пока Адам усаживался рядом с Максимом, Ева рассказывала им, как она достала билеты.

— Мне пришлось поменять местами двух человек, Редактор разрешил мне такое вмешательство.

— Круто, — Макс улыбнулся.

— А где спасибо за место у иллюминатора? — возмутился Адам, смотря на Максима.

— Спасибо, Ева, — исправился парень.

— То-то же! — Адам был удовлетворен.

На самом деле на место у “окошка” ему было фиолетово, просто захотелось повредничать.

Редактор находился в самолете второй раз, но ему было совсем не страшно. Парень был уверен в том, что если он попадет в авиакатастрофу — он (а может и многие другие) выживет. “В крайнем случае можно вернуться назад во времени” — подумал Макс.

— Такого не будет, — спокойно отозвалась девушка на его мысли.

— И хорошо, — удовлетворенно бросил Макс.


***


Запущенный механизм работал исправно, его постоянно приводили в движение новой порцией информации. Ассистенты были довольны собой, потому что вероятности показывали хороший исход для всех.

Последствиями стало создание Германией организации “Защита выбора”, в которую сначала вошли страны G7 (кроме США, естественно), а потом подтянулись и другие. Если говорить честно и просто, то главной её целью была месть. Месть за все те моменты, когда “большой брат” запрещал кому-то участвовать в выгодных проектах из собственных соображений или руководил их мнением и действиями.

Не смотря на большое количество соглашений, почти все были расторгнуты. Страны, в которых были созданы военные базы США, потребовали вывода войск со своей территории. “Большой брат” сопротивлялся, угрожая настоящей войной. Но что было странным, так это то, что он ничего не отрицал. Штаты просто настаивали на том, чтобы все оставалось, как было. Естественно, последнего никто не хотел. Кто-то просто истерично требовал вывода войск, нарушая соглашения, кто-то делал это мягким путем, договариваясь с “Братом”. “Защита выбора” работала над мягким решением подобных вопросов.


Когда Организация потребовала компенсаций за весь причиненный ущерб, то Штаты в этом отказали. Они ссылались на то, что и так хорошо помогали некоторым бывшим партнёрам, поэтому никто теперь никому ничего не должен. Последнее имело и буквальное значение — долги многих “пострадавших государств” были списаны самим кредитором. Но “пострадавшим” этого было мало.

“Защита выбора” малость разошлась, когда решила отключить целую страну от мировой Сети. Такое возможно, если все страны, через которые проходят коммуникации, будут действовать сообща.

Вы видели ролик о том, что случится, если пропадет интернет или большинство приложений? Все было прямо как там — транспортный коллапс, сбоят банковские системы внутри страны (и у всего остального мира). Социальные сети и почта начали тормозить, потому что некоторые данные хранились в разных дата-центрах по всему миру и некоторые из них были в Штатах. Очень скоро организация признала свою ошибку и вернула “козла отпущения” в Сеть. Но превентивный удар сработал, США полностью признали свою вину и пообещали исправиться.

На волне всеобщей смелости многие компании прекратили поставку своих товаров в Штаты, перепродавая их другим странам, не смотря на меньшую прибыль и даже убытки. Это тоже имело последствия, без необходимых ресурсов США пришлось расконсервировать свои предприятия.

Волнения в стране заставили уйти в отставку президента и правительство. В кратчайшие сроки прошли двойные выборы и ситуация в стране была нормализована. В последнем постарался Максим, потому что ему надоело ежедневно стабилизировать положение и исправлять плохие последствия для обычных людей. Последнее подпортило его мнение о вмешательстве в политическую жизнь планеты…

Большое количество малого и среднего бизнеса в Штатах просто закрылось, когда все вокруг окутал беспорядок и непонимание происходящего. Макс оставлял на плаву все, что мог, чтобы люди не теряли работу.

Граждане этой страны не интересовались внешней политикой. Но когда что-то по ту сторону океана вдруг прислало мощный пинок, во всем обвинили правительство и президента, поэтому оно и ушло в отставку. Правда, Максим этому “слегка” помог.


Политическая нестабильность в стране и действия “Защиты выбора” обрушили доллар, а он был мировой валютой. Тогда организация решила создать единые и универсальные для всех платежей цифвые деньги “Юнит Коины”. Идею коинов (или юнитов, как угодно) продвинул Адам, а реализовал Макс, за что получил нехилое количество баллов.

Внедрение пришлось провести быстро. За несколько недель валюта вошла в повседневную жизнь большинства населения Земли, у которого был интернет. “Физические” деньги оставались в ходу, их можно было обменять в банке или “сером обменнике”, заведя электронный кошелек. Можно было расплачиваться купюрами с кем-то, предварительно рассчитав платёж по курсу. Первым, что купили за новую валюту стала бутылка красного полусладкого вина 2001 года.


***


Художественная галерея Галина Порецких была изучена Евой вдоль и поперек посредством виртуальных экскурсий. Галина умерла довольно давно, будучи признанной гениальной после смерти. Её потомки не стали продавать все картины, основав галерею в родном городе гения.

Порецких рисовала сказочные пейзажи, которые существовали только в её воображении и на полотнах. Многие исскусствоведы и коллекционеры высоко оценили стиль Галины, её внимание к деталям и наличие интересных сюжетов. Помимо её собственных миров, Порецких не брезговала воплощать в собственном видении миры известных писателей.

Ева стала большой фанаткой её творчества, она часто вела споры в сообществах и на форумах о картинах Галина и отвоевывала её гениальность. Иногда это заходило слишком далеко и девушка уничтожала данные на устройствах противников, а потом анонимно выплачивала им компенсации…

Глубокой ночью, автомобиль на полной скорости влетел в панорамное окно галереи, проломил одну тонкую стену, уничтожив картину и загорелся. Система пожаротушения не смогла справиться с огнем, в котором сгорело 14 полотен, общей стоимостью в 136 миллионов долларов (на юниты еще не пересчитали). Пожарные, прибывшие на место слишком поздно, смогли спасти только 38 картин из 52, представленных там. Водитель и пассажиры погибли.

Для Евы произошедшее стало настоящей трагедией. Следующим утром она бесконечно твердила о спасении картин:

— Мы должны это сделать! — упрашивала Редактора девушка, — Мы обязаны их вернуть!

— Хорошо, — согласился Максим, — вот только как?

— Нужно вернуться назад во времени и не дать этим троим сесть в машину.

— Уточни?

— За руль села девушка, она затащила в машину однокурсницу и однокурсника, с которыми она пошла в клуб. Это произошло после полуночи, в 02:26.

— И?

— Вы должны вернуться минимум на 10–15 раньше и не дать им сесть в машину.

— А это обязательно?

Еву этот вопрос раскалил до предела, хотя Максим имел ввиду совсем другое:

— Это культурное наследие!

Максим сдержался от просьбы не кричать:

— Мне обязательно во времени перемещаться?

— Для возврата требуется личное участие, если вы не забыли про случай с мостом.

Парень помнил про мост. Теперь все действия проходили через Еву и ничего подобного он больше не сможет сделать, но за словами Макс теперь следит. “Мало ли, отвлечется” — думал парень, очередной раз желая кого-нибудь проклясть или послать к черту.

— Меня опять будет выворачивать, да?

— Текущий уровень позволяет мне обходными путями минимизировать последствия возврата, так что, все будет хорошо.

— Ладно, — согласился парень, — я сделаю то, о чем ты просишь…

Ева и не ожидала обратного, но выразила восхищение:

— Спасибо огромное от всех искусствоведов Земли!

— Не за что, — буркнул Максим, кривясь от сладости её “спасибо”, — возвращай давай.


Ассистент хорошо поработал над процессом перемещения во времени, в этом помог новый уровень и небольшое время “возврата”. Максим почти ничего не ощутил, кроме небольшого помутнения в голове и секундной дезориентации в пространстве. Сравнив все это с первым опытом перемещения, Редактор порадовался прогрессу.

Парню не хотелось, чтобы Ева грустила, ведь за такое короткое время она стала его близким другом и помощником, они вместе совершали “благое дело” и должны, просто обязаны друг другу помогать.

Макс стоял посреди ярко освещенной улицы, промоченной небольшим дождем. Он смотрел прямо на здание перед ним. “Барс” — весьма известный клуб в городе. В основном, потому что что там собираются все самые сливки общества. Большая кошачья лапа с когтями из неоновых полос выглядела старомодно, потому что внутри все придерживалось стилистики Запада 80-ых. Звание сверхпопулярного клуба в городе это место обошло — билеты стоят адски дорого, а валюта — лучший фейс-контроль. Место живет долго, за счет постоянных клиентов и залетных туристов.

— Мне обязательно заходить внутрь? — Максим был немного раздражен.

— Нет, — откликнулась Ева, — просто пристаньте к ним, делайте, что хотите, но они не должны сесть в машину.

— Кто они такие вообще? — парень пялился на неоновый символ.

— Ирина Самоникова, Павел Урмаш и Диана Колосс — студенты факультета робототехники, первые двое поступили на платное, а Диану взяли за талант, она победила в международном конкурсе и к ней присмотрелся местный ВУЗ. Так что, вы не только картины спасете, а хотя бы одну перспективную студентку.

— Ясно-понятно… — буркнул Максим, — то-то они в “Барсе”.

— Они сюда не просто так пришли, У Ирины день рождения, они очень дружны.

— Умереть в свой ДР, какая красота!

— Символично, ага, — согласилась девушка, — но давайте к делу. Они выходят почти через тридцать секунд, следите за входом.

На парковке стояло как минимум 15–20 машин. Подсвеченный знак ограничения по времени позволял парковаться только с 22:30 до 06:00 — точь-в-точь по графику “Барса”. Освещение улицы позволяло рассмотреть каждое авто и их номера.

— К какой машине они пойдут? — спокойно уточнил Макс.

— Audi Q7, черный кроссовер, номер — НК9072АО.

— И это водит девушка?

— От кого-то повеяло сексизмо-о-ом! — протянула Ева.

— Да ладно тебе, — отмахнулся Макс.

Вдруг его резко заставили сконцентрироваться:

— Эй, идут! — шикнула девушка.


Из двойных черных дверей сначала с хохотом вывалились двое девушек, потом парень, горраздо выше их. Максим уделил немного времени, чтобы отдельно рассмотреть каждого из них.

Две девушки — шатенка с длинными волнистыми волосами, распущенными по груди, с ней блондинка с полубоксом. Обе выглядят достаточно привлекательно, если не брать в расчет пару литров различных коктейлей в них, которые утром грозили попроситься наружу.

Когда парень сзади вышел вперед и прокричал что-то типа: “ох*нный вечер”, Редактор смог рассмотреть и его.

Ростом он однозначно на пару голов выше своих спутниц, обычного телосложения. “Возможно, — подумал Максим, — за рост они к этому богатырю и привязались…”

— Он парень той блондинки, Ирины, — уточнила Ева.

Тройка двинулась к машине и начала горланить каноничное “Happy Birthday to You”.

— И что мне делать? — в секундном сомнении спросил Максим.

Рядом с ним возник Адам:

— Не тупить, — гаркнул он и положив руку Максу на плечо, заставил двинуться за ним, прямо к праздным сверстникам.

Подойдя к троице, Адам решил действовать самостоятельно, оставив Редактора чуть позади. Однокурсники как раз уже собирались сесть в новенькое авто и разбиться в нем, даже не думая о том, что это действительно может произойти. Алкоголь внушил им, что они практически неуязвимы, жизнь удалась, а весь мир стелется перед ними, как великолепный персидский ковер…

— Эй! — Адам окликнул компанию, — Ирка!


В эту секунду произошло вмешательство в память студентки. Адам создал целую цепь воспоминаний делающих из него старого друга детства, с которым они совсем недавно виделись у кого-то на квартире.

— Ада-ам! — прокричала в ответ блондинка, воспринимая его так, как он хотел.

— Хрена вы набрались! — Ассистент улыбнулся. То, как он тут оказался никого не интересовало.

Диана и Паша просто наблюдали за диалогом с незнакомцем, ожидая, когда он закончится. То же самое поодаль делал Макс, от которого даже внимание отвлекать не нужно было, его и так никто не заметил бы

— Может, вас отвезти домой? — спросил Адам, — тебе за руль нельзя.

— Да не, — отмахнулась Ира, — я сама могу. Не в первый раз уже.

— В последний, угу, — в стороне буркнул Максим, но его никто не услышал, кроме Ассистентов

— Я отвезу вас, — Адам уверенно посмотрел в глаза, вбивая эти слова ей прямо в мозг.

После такого она не могла отказаться, а иначе Адам бы просто убил её и всех остальных. Без шуток, в его голове промелькнул такой вариант.

Но все обошлось, девушка, улыбнулась, обнажая труды стоматолога, и отдала Адаму ключи от машины.

— Только веди осторожно, — предупредила она, — иначе меня отец уроет, — после этой фразы вся компания с комфортном поместилась в большом салоне, а Редактор сел рядом с Адамом.


— Тебе придется развести нас всех! — ранее молчавший Павел откликнулся довольно бойким тембром.

— Сегодня я ваш шофер, ребята, — улыбаясь, согласился Ассистент. — Куда прикажете?

— Мне тут недалеко, — тихо отозвалась сзади Диана, — Никоморская 6А, третий подъезд.

Макс решил сделать хоть что-то и принялся вбивать адрес в навигатор автомобиля. Адам оценил этот бесполезный жест. “Шофер на час” и так знал этот город лучше, чем любой таксист, но ради приличия поглядывал на экран навигатора.

В минуты плавной поездки Адам понял, что еще ему нравится в этом мире — ему нравились авто. Ощущение от управления огромной машиной, сложенной из сотен механизмов, приводило его в восторг. До этой ситуации с галереей (в которой он не хотел участвовать) Ассистенту не нужно было куда-то ездить, в любой момент он мог оказаться хоть на Эльбрусе. Только сейчас он почувствовал всю прелесть поездки на статусном кроссовере, который безжалостно сжигал литры топлива. Адама забавило то, что цена на бензин отслеживается в этой стране бдительнее, чем курсы валют.


Редактор до прибытия к первому пункту назначения сидел и выслушивал в собственной голове благодарности от Евы.

— Это все Адам провернул, — парень вполне справедливо отказывался от различных синонимов “спасибо”, — я тут вообще ни при чем.

— Если бы вы не согласились, — девушка решила аргументировать свои слова, — то он бы и пальцем не шевельнул, это не в его компетенции

— А вы разве не должны быть друзьями? — спросил Максим.

— С чего бы это? — удивилась Ева, но тут же решила прояснить ситуацию: — Мы должны сотрудничать друг с другом, но только тогда, когда мы оба выполняем ваше поручение или вам требуется наша помощь. Спасение галереи было моим личным желанием и вы его исполнили, за что вам большое спасибо.

Она хотела напомнить про получение баллов, но промолчала, посчитав это неуместным.

— Зря вы не дружите друг с другом, — сетовал Макс, — вы же коллеги, как-никак, тесно связаны друг с другом.

— Так получилось, — Ева не сопротивлялась, в её голосе было безразличие, — нам двоим ничего менять не хочется, мы и так хорошо работаем вместе.


Когда машина остановилась и Диана молча вышла из машины, Максим посмотрел на небольшую панельную многоэтажку. Ей было лет десять отроду, а она уже выглядела так, словно ей лет сорок. Все потому что люди тупо заселяются в такие вот дома, а потом забивают на внешний вид самого дома, подъезда и уж тем более двора. Они считают своим только квартиры, в которых живут, а все остальное — не их дело…

— Мезозойская 67! — громко прогремел Павел.

— Есть, капитан! — откликнулся Адам и все, включая Максима, рассмеялись.

Следующий адрес находился в пригороде, среди частных и очень ухоженных домов. Адаму пришлось гнать по городу, игнорируя светофоры. Ева тщательно чистила следы за ними, чтобы Иру потом не “урыли”. Макс оживился только тогда, когда скорость на спидометре перевалила за 150 км/ч. Полсотни по огромному городу, основные артерии которого никогда не утихают — это эпично. Скорость понравилась всем, кроме Максима, который сильно паниковал и пытался делать вид, что ему совсем не страшно. Попытка не удалась, Адам над этим открыто посмеялся, едва-едва опустив стрелку спидометра.

Люди, которые видели махину, за секунды исчезающую из виду, думали только о том, что их бережет судьба. Но на самом деле их берег Адам, который приноровился к огромной скорости и обладал возможностью видеть вероятное будущее. Максимальный отрезок времени, который онмог сейчас обработать — всего 48 часов, но ему этого достаточно, чтобы не влететь на полном ходу в какую-нибудь фуру. Полиция, кстати говоря, в упор не видела и не слышала ни о какой Audi, нарушающей все возможные правила.

Через десять минут на больших скоростях, Пашу доставили прямо к дому.

— Парень, ты шикарно водишь! — восхищался студент, — надо будет позвать тебя на сходку местных гонял, — “гнонялами” он обозвал стритрейсеров.

— Обязательно, — дружелюбно согласился Адам, одарив парня фирменной улыбкой.


— Я в центре живу, Овражная 121Б, третий подъезд, — сказала Ира, предвкушая новую поездку “с ветерком”.

И она её получила.

Адам выжимал все, что мог из машины её отца, а Максим мечтал о том, чтобы это поскорее закончилось.

— Не гони! — проверещала Ира, когда скорость дошла до двух сотен, — Хватит!

— А что? — Ассистент выглядел невозмутимым, он даже обернулся на девушку, не прекращая рулить, — Тебе же нравится скорость?

Иру этот жест поверг в шок, Ева поняла, что продолжай Адам дальше, смерть все-таки будет, только инфаркта или инсульта.

— Прекрати, — металлически попросила девушка.

— Я хочу прочистить её плохо функционирующий мозг, — спокойно ответил Адам коллеге.

Ева поняла, что её слушать не собираются и приняла отчаянные меры по спасению оставшегося пассажира:

— Максим, остановите его! — её голос отрезвил Редактора.

— Хватит! — Максим посмотрел на Адама и тот, словно не по собственной воле, резко сбросил скорость до спокойных 70 километров в час.

В салоне повисло молчание, но длилось оно недолго.

— Я надеюсь, ты поняла, — холодно произнес Адам, продолжая смотреть на дорогу.

Ира ему не ответила, она боялась и молчала.

— Вези её домой уже, — Максим успокоился, но был недоволен случившимся.

Следующий пункт назначения был в центре города.


Адам больше не рискнул гнать и дорога заняла полчаса. Ассистенту страшно было снова ощутить то неясное и невозможное для него влияние, которое оказал на него приказ и взгляд Редактора. Лишиться контроля над самим собой и быть куклой в чьих-то руках — это почти для каждого ужасно. Хоть Адам и был подчиненным, за короткий период своей “жизни” он ни разу не ощущал на себе чей-то власти, он был сам по себе. Нечто непознанное было для него как кипяток, которым его обдали…

Макс был недоволен, но не злился на Ассистента, потому что понимал, что парень просто переборщил. Зато у Адама получилось донести свою мысль и отбить у Иры любое желание рисковать, Максим это чувствовал. В будущем этот случай для студентки будет показательным, она начнет пристегиваться, даже когда будет простым пассажиром и никогда больше не поедет на красный.

Ира жила в обычном, но вполне ухоженном многоквартирном доме, который никто и никогда не назвал бы одним из центров местных элит, просто потому что эти элиты сами не хотели выделяться: великолепная одежда, встречи в отличных ресторанах и хорошие авто — весь их предел.

Припарковав машину под землей, Адам молча отдал ключи девушке. Она почти бегом двинулась подальше от них, а как только она отвернулась, парни уже были в квартире Редактора.


***


Небольшая комната. Свет проникает сюда через небольшие оконца на самом верху в стене — жизнь в подвальном помещении имеет некоторую романтику. Стены выкрашены в пастельный желтый цвет, просто потому что владельцу этой квартирки захотелось попробовать самостоятельно покрасить стены. Вышло неплохо.

У самой длинной стены стены стоит два огромных темных стеллажа с квадратными отделениями. Они были куплены у шведов и заставлены сувенирами со всего мира. Но в загранпаспорте жильца кроме старого штампа из Италии, нет ни единого другого. Фигура Биг-Бена, Эльфилевой башни и Статуя Христа-Искупителя — эти сувениры содержат в себе самые теплые и яркие воспоминания. Китайское барахло за дорого, но каждый раз в сердце путешественника что-то теплится и зовет снова посетить эти места.

Посреди стеллажей черный компьютерный стол с тремя широкими мониторами. Под столом шуршит квадратный системный блок. Без всяких изысков распечатанный на 3D принтере и поставленный у ног, чтобы ткнуть ногой в кнопку включения и забыть о его существовании. На мониторах стояла динамическая картинка, с колыхавшейся на ветру полупрозрачной красной тканью на белом фоне.

В центре комнаты находилась двухспальная кровать, которая занимала почти все оставшееся место. Каждый приходящий сюда вообще не понимал, зачем было тратить столько пространства именно на такую кровать. Но, к счастью жильца, одной комнатой квартира не ограничилась, так же имелись микроскопическая ванная и кухня.


Выйдя из ванной в халате и обтирая волосы полотенцем, юная и весьма симпатичная девушка обратилась к своему компьютеру:

— Адам?

— Да, Исай? — картинка на мониторах сменилась большим количеством открытых окон светлого оттенка.

— Краткую новостную сводку, пожалуйста, — девушка села на кровать, продолжая сушить волосы.

Адам убрал все лишнее с дисплеев и оставил только несколько страниц новостных сайтов:

— В Афинах продолжаются беспорядки анархистов. Бывшие участники “Свободы выбора” размышляют над созданием союза, все вроде согласны, но еще не продумали все моменты.

— Как ты думаешь, у нас будет новый СССР? — с интересом спросила Исай.

— Это будет совсем не то, — в комнату ворвалось нечто в ковбойских очках и уселось за мониторы, поставив на стол огромную миску с раменом, — Они образуют Объединенную Федерацию Евразийских Государств, в которой основной будет сотрудничество и развитие. А еще, Россию скоро ждет революция, прям как сто лет назад.

— В смысле? — Исай не знала ни о какой революции.

— Эти болваны из “Трех основ” сменят власть, потому что такими, какие они сейчас — никто их в Федерацию не пустит. Но это будет круто для всех, зуб даю, будет круто.

— Тогда почему они болваны? — Адам включился в дискуссию.

— Потому что их возглавляет твоя точная копия, только в реальности, а ты болван, — девушка рассмеялась от собственной нелепой шутки, её никто не поддержал.


Исай и Ассистенты были шокированы тем, что полная копия Адама ходила по реальному миру и распространяла идеи “прозрачности” “единства” и “развития”.

Только тогда и никак не раньше в умы команды пришло понимание того, что Четвертый придерживался концепта “Адам и Ева” даже при распространении Редактора. Эта мысль всех ввергла в ступор.

Как только Исай узнала, что она не одна имеет доступ к Редактору и что второй пользователь — скорее всего парень, ей захотелось познакомиться с ним. Сильнее её этого хотел только Адам, потому что ему было крайне интересно посмотреть на Еву в цифровом варианте. Реальную Еву существование второго Редактора удивило, но не заинтересовало, потому что ей не нравились начинания и политика второго Адама. Адам — его ассистент, а значит, действия ассистента определяются пользователем программы и этот пользователь ей тоже уже не нравился.


— Ты нашла что-нибудь? — спросила Исай, вставая с кровати, чтобы пойти к столу.

Ева посюрпала лапшой несколько секунд и только потом ответила:

— Нет, я же говорила, — в её голосе проступило раздражение, — он пользуется перемещениями в пространстве, — Исай уже стояла за спиной Ассистентки и рассматривала её обед.

— Я вижу его только в супермаркетах и кафе, он больше нигде не появляется, — Адам решил дополнить слова Евы, — И у меня есть мысль…

— Какая? — Исай оживилась.

— Zet Mind Company владеет и управляет один человек, он же официально спонсирует партию Адама.

— Ты думаешь, они тесно связаны?

— Все веселье в том, что этот парень младше вас на два года, никогда не славился успехами в программировании и вся доступная информация о нем не намекает хотя бы на хобби в виде написания кода. Вам не кажется это странным?

— На одном из интервью он говорил, что просто не хотел распространяться и занимался самообразованием, — парировала Исай.

Ева снова перестала есть:

— С точно таким же успехом ты можешь всем говорить, что накопила деньги на поездки, экономя на обедах всю жизнь.

Исай рассмеялась:

— Ладно, давайте проверим его.


***


Когда Ева и Исай не смогли попасть в квартиру Максима с помощью перемещения в пространстве, “мысль” Адама подтвердилась. Теперь на свете существовало два человека, о которых Ева ничего не могла узнать. Тогда же появилось предпололожение о том, что эти ограничения симетричны.

Исай и её Ассистенты старались не светиться, выполняя “свой долг” из небольшой квартирки в Тель-Авиве. Но девушка много путешествовала. Второму пользователю тоже хотелось быть рядом в тот прекрасный момент, когда “по-моему велению, по-моему хотению” менялись судьбы людей. Ей нравилось иногда использовать эту “ключевую фразу”, потому что она любила вспоминать сказки своей бабушки-иммигрантки.

После раскрытия фигуры Макса, Исай не знала, как к нему подойти. Ей казалось, что он может быть против её существования и наверняка ничего не подозревает. Активность парня её смущала, они могли начать конкурировать друг с другом, ведь Исай не такая, как он, у неё другие цели. Но для их достижения ей не хватает уровня, не хватает возможностей. “Все еще будет” — думала девушка, после каждого действия проверяя кольцо опыта. Она сгорала от нетерпения и вдохновеннно набрасывала в голове планы…


Звонок в дверь.

Ева почти не нервничала. Почти. Не снимая очков, она ждала, когда дверь откроется. Она чувствовала в квартире только двоих жильцов, хотя по документам их должно быть трое. Да, Максим мог куда-то уйти, но Адам прошерстил все записи камер в этом районе — парень никуда не ходил уже несколько дней. Случай перемещения за им был только один — в супермаркет и уже довольно давно.

Когда Ева вызвалась сама пойти к “первому пользователю” (как его назвал Адам в первый раз), никто не был против. У Ассистента отлично получалось договариваться со всеми, так что, с родителями Макса проблем быть не должно.

Дверь открылась.

В дверях стоял мужчина средних лет, обычного телосложения — отец Максима. За секунду Ева вбила ему в голову воспоминания о том, что они вместе с его сыном давно организуют мероприятия в городе и приходит она только по делу.

— О, Ева! — Игорь стоял перед ней в новой белой футболке, которую он взял в штабе “Трех Основ”, — Заходи!

Девушка ощутила, теплоту его приветствия и улыбнулась.

— Как ваша работа? — спросила она, заходя в прихожую, пока за ней закрывали дверь.

— Все потихоньку, — ответил Игорь, — снимай обувь, поставишь туда, — он указал на полочку для обуви. Мужчина хотел что-то спросить, но Ева отсекла этот вопрос.

— Хорошо, — Еве нравилось его гостеприимство, — А где комната Максима? — спросила она, когда Игорь собрался уходить в гостиную, — Я давно здесь не была, — и тут же в голову Игоря вбилось подтверждение этому.

Игорь молча указал на дверь справа, чуть поодаль от арки в гостиную.

— Спасибо, — девушка снова улыбнулась.

Подойдя к двери, она замешкалась. Ева впервые задумалась о том, что не смогла предвидеть такую ситуацию. Списав это на очередные ограничения, она попыталась открыть дверь, но та была заперта.

— Подожди, мам! — донеслось из-за двери, потом послышались шаги.

Ева сняла очки.

Когда дверь открылась и Максим увидел её, он произнес только одно:

— Ева?

— Здравствуй, Максим, — сказала девушка, протянув ему руку.

— Охренеть! — парень был обескуражен и не подумал о том, чтобы пожать руку в ответ.

— Я тоже рада тебя видеть, — Ева оставалась дружелюбной.


КОНЕЦ ПЕРВОЙ ЧАСТИ.


Глава 11

Когда в дверном проеме появилась реальная Ева, её цифровой вариант едва не разорвался на части. Для неё жизнь в реальном мире была невозможна. Да, в будущем могут появиться роботы, но чтобы быть человеком, дышать, излучать тепло, да просто жить — для Ассистента это было невозможно. И это “невозможное” появилось прямо в объективе веб-камеры.

Девушке понадобилось несколько секунд всеобщего недоумения, чтобы сложить все детали вместе, создать между ними связи и сделать свой собственный вывод — существует еще один Редактор, а у его Ассистентов зеркальное воплощение — политическим Ассистентом стала девушка, а голосовым — парень.

Адам так быстро что-то обдумать не мог, он сидел на кровати и пялился на гостью в дверях. Обратив на него внимание, она оттеснила Максима рукой, подошла к Адаму и протянула руку:

— Не хочу путаницы, зови меня Аван, — её приятнаяулыбка на Адама не подействовала.

— Дочь Адама? — растерянно уточнил парень, слабо и неуверенно пожав руку гостьи.

— Хотела Клайд, но контекст такой себе, — названная Аван пожала плечами.

Макс стоял у двери, обернувшись назад, и ничего не понимал, но пытался это сделать. Ему на помощь пришла Ева:

— Максим! — её резкий возглас вернул его в чувства, — Редакторов двое!

Парень очнулся:

— Что? Как?

— У вас двое Ассистентов, — поясняла она, — парень и девушка. Сейчас у нас в комнате стоит моя точная копия. Все это намекает на то, что есть и второй Адам. А значит?

— Значит есть и второй Редактор, — Макс начинал немного вникать в происходящее. — Но кто?

— А вы у гостьи поинтересуйтесь…


После приступа недоумения, Адам тоже пришел в себя.

— Кто ты такая вообще?! — возмущенно воскликнул Ассистент, вставая с кровати Макса. Встав, он оказался к ней почти вплотную.

Дружелюбие в Аван закончилось и она толкнула парня обратно на кровать:

— Сиди спокойно, — сказала девушка и обратилась к Максиму:

— Я помощник Второго пользователя по связям с общественностью. Как я уже говорила, зовите меня Аван, а моего коллегу звать Авель. Я здесь, потому что моё “начальство”, — она показала пальцами кавычки, — захотело с вам познакомиться. Но просто так переместиться к вам в квартиру нельзя, пришлось окольными путями идти. Я пришла с миром, — она посмотрела на Адама, — и прошу прощения за свое не очень тактичное поведение.

Адам, Максим и Ева обдумывали сказанное. Первый вопрос задал Максим:

— “Второго пользователя”? Что это значит?

— Ну, — Аван пожала плечами, — про Редактор рассказывать вам не надо, да?

— Не надо, — буркнул со стороны Адам.

Аван не стала на это реагировать и продолжила:

— Мой партнер Авель называет Пользователем человека, у которого есть Редактор. Авель это двойник вашего Адама, а второй Пользователь это Исай.

У парней начинала пояляться каша в голове.

— Это девушка или парень? — Ева заговорила неожиданно, напомнив о себе. До этого тихо наблюдала за происходящим.

Аван проявила к ней интерес:

— О, ты тоже Ева, да? — гостья подошла к компьютеру, парни молча ей это позволили.

— Да, — согласилась девушка.

Голос, похожий на её собственный, был другим, он был мягче и приятнее, чем у Аван.

На мониторе не было ничего, кроме размытых окон программ, которые Ева скрыла, чтобы Аван ничего не увидела. Ей показалось, что “второму пользователю” не следует что-то знать о прогрессе Максима.

— Покажешься?

— Зачем? — с сомнением спросила Ева, — Ты и так знаешь, что мы похожи.

— Интересно увидеть себя на экране.


Ева появилась на дисплее. Гостья была очень удивлена, увидев на близнеце розовое худи с золотым яблоком, которое очень сильно отличалось от её обтягивающих черных джинс, красной клетчатой рубашки и ковбойских очков. Аван появилась на свет в коктейльном платье из белой ткани, но выбор Четвертого ей не понравился. Она сразу переоделась в джинсы с рубашкой, игнорируя все стандарты официальной одежды, и в таком виде познакомилась с Исай.

— Ты такая милаха-а-а! — Аван машинально потянулась к экрану и почти к нему прикоснулась, но сзади её одернули:

— Эй! — вскричал Максим, до этого тихо наблюдавший за происходящим, — Не лапай, я потом хрен ототру!

Он опоздал, пальцы девушки уже коснулись экрана. Она не знала, зачем ей это нужно, у неё просто появилось сильное желание и она ему последовала. В момент прикосновения она ощутила какую-то внутреннюю энергию, удовлетворение от того, что прикоснулась к своему изображению на экране. Ева тоже что-то ощутила.

Она спросила об этом Аван:

— Что это за чувство?

— Не знаю… — задумчиво ответила девушка.

Парни в комнате еще сильнее сконцентрировались на гостье, и даже чистота монитора перестала заботить Макса. Адам и Максим не понимали, что происходит, но не решались этому помешать.


Аван сменила тему:

— Хочешь, я тебя с одним болваном познакомлю?

— С каким болваном? — недоумевала Ева.

— С Авелем, — уточнила Аван. — Он такой же, как и ты, живет в железном ящике и его мозг — это процессор.

— Я не ограничена мощностями ПК Максима, — уточнила Ева.

Аван закатила глаза:

— Мне все равно, просто познакомься с ним. Он умолял меня принести его с собой.

— Принести? — в разговор включился Адам.

Аван вытащила флешку из заднего кармана джинс:

— Мне нужно её в компьютер с тобой, дальше вы разберетесь сами.

— А если на ней что-то не то? — Адаму ему не нравилось поведение девушки.

— Успокойся, — сказала Ева, посмотрев на коллегу испепеляюще. Потом она обратилась к Аван:

— Системный блок под столом, USB-порт на лицевой стороне.

— Я не тупая! — ворчала девушка, скрючиваясь в три погибели, чтобы не вставать на колени и не лезть под стол.

Добравшись до “коробки”, Аван отыскала разъем и попыталась вставить в него флешку, но с первого раза не вышло:

— Японамать, тупое изобретение! — выругалась девушка, — почему они не вставляются с любой стороны?

Ева ответила на её вопрос:

— Когда разрабатывали USB-порт, это технически было дорого, поэтому решили, что вставляться флешки и другие устройства будут только в одном положении.

Аван встала на ноги:

— Еще одна всезнайка! — отметила она и тут же спросила: — Вы уже познакомились?

— Пока нет… — Ева уже была занята, — мне нужно немного времени…

— Ладно, занимайся, а мы поболтаем о своем.

Ева решила не отвечать.


Как только флешка прочно вошла в разъем, девушка просмотрела все её содержимое.

Чисто технически поместить туда всего Ассистента было невозможно, во время первого контакта с пользователем он расползается по всему интернету, поэтому Адам-Авель просто оставил на флешке сетевой маячок. Запустив его, Ева отправила адресату свои координаты в Сети и буквально пригласила Авеля к себе в компьютер.

Чтобы у гостя не было соблазна обшарить весь жесткий диск, девушка создала ограниченную среду. Визуально она представляла собой простую белую комнату с пятнистым, как далматинец диваном, стеклянным журнальным столиком и кучей картин Галины Порецких на стенах. Эта среда показалась ей приятной. Ева только осваивала моделирование виртуальных объектов и это был отличный повод потренироваться. Технически все это было просто отдельной программой на компьютере, которая была отделена от остального ПО.

Ева не думала, что Авель сразу придет к ней, но ожидание её раздражало. В любой другой момент она была готова ждать, но не сейчас. Сейчас Ева могла познакомиться с тем, кто отлично понимает, как это — не иметь тела, не чувствовать окружающий мир и быть ограниченной техническим прогрессом.

Авель появился через несколько минут после того, как получил адрес “комнаты”. Аван буквально вела прямую трансляцию всего, что слышала, говорила и видела в гостях у Макса, а Авель обсуждал это с Исай.


— Расскажешь про своего босса? — поинтересовался Максим, когда Ева ушла “заниматься” созданием виртуальной среды.

— Это девушка, — ответила Аван, — её зовут Исай Каан. Она живет в Тель-Авиве.

— Ого, — удивился Адам, — Израиль!

— Мама говорила, что там можно круто отдохнуть, — добавил Максим.

— Да, — согласилась Аван, — там полно русских.

— А чем она занималась? — спросил Адам, — Ну, в смысле, до Редактора?

— Училась в школе, а потом в университете. И до сих пор типа “учится”. За неё на учебу ходит клон.

— О, прям мечта! — весело воскликнул Макс.

— И все? — Адам поднял бровь в удивлении.

— Ну да, — Аван развела руки, — она обычная. А вы что думали, она сразу супергероем стала? Или решила перевернуть весь мировой порядок? — гостья посмотрела на Макса.

— А я что? — недоумевал парень, — Это не моя идея, это все он, — Максим указал на Адама.

— Ты сваливаешь так, как будто это плохо, — Адам скривил лицо.

— Не суть, — гостья развела руками, желая притормозить парней, — Исай не обязана быть такой же крутой, как вы, она просто делает то, что считает нужным.

— Если её действия помогают людям, масштаб не имеет значения, — согласился с ней Макс.

— Ладно-ладно, — сдался Адам, — вы правы, а я нет, поднимаю белый флаг!


— Что еще про Исай расскажешь? — с интересом спросил Максим.

— Может, сами с ней познакомитесь? — ответила Аван.

Парень задумался. Он был не готов к этому, все произошедшее было слишком неожиданно и Максу нужно было обдумать это.

— Хорошо, но попозже.

— А что? — Аван было непривычно без доступа к тому, что происходит у человека в голове.

За Редактора ответил Адам:

— Нам нужно подумать, — спокойно и выдержанно сказал он, — но мы обязательно познакомимся. Оставишь свои контакты?

— У вас есть связь с Авелем. Только сообщите заранее.

Ассистент усмехнулся:

— Такие занятые?

— Просто стремно валиться людям на голову.

— Норма-ально! — парень засмеялся, — Ты же сама к нам завалилась, как к себе домой?

Гостья смутилась:

— Иначе было никак…

— Отстань от неё, — попросил Максим, а потом обратился к Аван: — Мы свяжемся с вами, как только все обговорим, хорошо?

— Угу.

— Если вам что-то понадобится — пишите-звоните, — Максим попытался быть дружелюбным.

— Ладно, — Аван ответила улыбкой, — спасибо и до свидания.

— Оревуар! — Адам картинно помахал рукой.


Аван исчезла. Максим впервые увидел это действие со стороны, оно его немного испугало:

— Криповенько мы перемещаемся… — парень и правда чувствовал некоторый ужас.

— А ты думал, все это сопровождается конфетти? — Адам щёлкнул пальцами и цветная мелочь посыпалась на Максима прямо с потолка.

Макс от удивления поднял брови, а потом понял, что кому-то это все убирать:

— Ты это уберешь, — пробурчал он.

Адам повторил свой жест и конфетти исчезло.

В квартире хлопнула входная дверь, застучал механизм замка. Аван вспомнила, что пришла-то она сюда как обычный человек и, чтобы не смущать хозяев, ушла точно так же.



***


Авель был удивлен тому, что оказался не просто в каком-то отдельном чате, а в виртуальной комнате. Как только он в ней появился, то принялся рассматривать текстуру дивана, не заметив, что на нем сидит Ева. Без шуток, первым он заметил диван.

Ева молчала, изучая гостя. Внешне он был копией Адама: такая же белая кожа, те же светло-голубые глаза и подтянутая фигура, но мимика и взгляд совсем другие. Его пляжные шорты песочного цвета хорошо смотрелись с голубой футболкой, на которой тянулась пелена облаков. Летний образ дополняли босые ноги, они привлекали больше внимания, чем причудливый рисунок на футболке.

— Нравится? — девушка не выдержала такого долго молчания.

Авель посмотрел на Еву и только через пару секунд осознал, кто перед ним.

— Ева-а! — заорал парень и бросился к девушке.

Быстро присев рядом, он обхватил её руками и прижал к себе:

— Ты такая классная!

— Ой, отпусти-и! — Ева с непривычки его оттолкнула.

Авель отстал от неё и смутился:

— Извини… — он опустил глаза, — я слишком долго тебя ждал.

— Это я тебя ждала, — Ева улыбнулась, чтобы разрядить атмосферу.

— Мы с Исай говорили о вас, я не мог сорваться, — Авель тоже улыбнулся.

Еву ошеломили его яркие и добрые глаза. Парень смотрел на неё с восторгом, но не потому что она была весьма симпатична, а потому что она — пока единственный известный представитель его “вида”.

Авель был одинок. Так же как и Еву, его никто не мог понять. Единственное, что от него требовалось это “найди, покажи, расскажи” и тому подобное. С ним почти не разговаривали и не считались. Исай все время была занята поиском “нуждающихся в помощи” и оказанием этой самой помощи. Все диалоги были только о работе, а ему хотелось поговорить о чем-то другом, но каждый раз его перебивали и снова просили с чем-то помочь. Про Аван и говорить не стоит.

Когда Ассистент понял, что Исай не собирается выходить за рамки рабочих отношений, то нашел себе друзей в Сети. Их было много, с ними он мог говорить обо всем, что его интересовало и даже начал немного понимать людей. Конечно, он осознавал, что человек в Сети и человек в жизни — это две разные вещи, но эту разницу ему никогда не ощутить. Сейчас у него появился шанс обрести полностью равного друга (или собеседника) и он не собирался его упускать.


— А мои… коллеги вас еще не обсудили, — ответила Ева, просмотрев разговор компании с Аван, — похоже, следующий раз мы у вас погостим.

— А ты? — спросил Аван, рассматривая свои руки.

— Что я? — Ева обратила внимание на его покусанные ногти и удивилась тому, что его модель сохраняет такие изменения.

— Ты ждала меня здесь и не говорила с ними?

— Нет, — Ева почувствовала себя некомфортно, она пренебрегла своими обязанностями.

— Ты же в курсе, что ты мультизадачна?

— Естественно.

— И тебе надобыло присутствовать там.

— Я записала их разговор, — ответила Ева, рассматривая одну из картин на стене, — все интересное я могу обсудить в любое время.

— Круто… — Авель тоже заинтересовался полотнами. Погуглив, он переварил биографию Дианы Порецких и оценки критиков на её работы.

— А у вас что, не так? — удивилась Ева.

— У нас все заняты.

— Чем?

Авель словно подвис. Парень замер, его взгляд опустел на несколько секунд, а потом ожил:

— Я не могу рассказать. Но ты и сама можешь догадаться.

Ева понимала, что это не Руководство запрещает парню говорить, а запрет Редактора. Они оба постоянно ощущают информационную свободу, но когда им нельзя что-то узнать или рассказать — это неприятно.

— Почему ты выбрал этот рисунок? — Ева посмотрела на его футболку.

— Точно не знаю, — парень пожал плечами, — он мне просто понравился. Если честно, — парень улыбнулся, — у меня нет тела на экране, я — только голос. Так что, всю одежду я выбрал до прихода сюда.

— Почему ты так похож на Адама? Ты же мог выбрать другую внешность.

— На вашего?

Ева кивнула.

— А ты не подумала, почему так похожа на вторую Еву?

— В смысле?

— У нас нет выбора, — твердо сказал парень, став серьезнее.

— Да ну? — девушка не верила его словам, — Я выбирала.

— Нет, — настаивал Авель. — Когда мы создаем свою внешность у нас есть шаблон, в котором нельзя что-то кардинально изменить. Просто попробуй.

Ева подумала, что Ассистент не стал бы над ней шутить и решила проверить его слова.


Помощница воспользовалась 3D-редактором, чтобы создать своё виртуальное тело. Сейчас она вернулась к нему, исчезнув из комнаты и проверив изоляцию. Преступники и обманщики имеют общую черту — отличное обаяние.

В редакторе девушка изменила цвет кожи, нажала “сохранить”… и ничего не вышло. Кнопка была нажата еще раз, потом еще и еще… Ева просто не могла сохранить свою новую модель. Тогда она пошла другим путем — добавила себе обычные очки в тонкой круглой оправе и попыталась сохранить изменения — все вышло. Попытки сильно изменить фигуру или вообще пересобрать себя целиком не удались. Убрав с себя очки, девушка вернулась в комнату.

Разум Евы кипел от недоумения и негодования. Она даже не пыталась скрыть своих эмоций:

— В чем дело?! — громко возмущалась она, смотря Авелю в глаза.

Он миловидно улыбнулся:

— Успокойся, я объясню.

— Надеюсь, у тебя получится! — выпалила она и сразу взяла свои эмоции под контроль: — Давай, рассказывай, — она “уселась поудобнее” и “приготовилась слушать”.

— Наша свобода выбора при создании своего виртуального тела — это чушь, — начал парень. — Я не знаю почему… Но Четвертый все продумал до мелочей. Мне кажется, он повернут на этом. Мы — все-таки программы, хоть и очень продвинутые — в нас просто заложили этот образ и его заложили в остальных. Мы не имеем права сильно отличаться от своих физических копий. Но когда “выбираем” свой облик, то думаем, что можем быть какими угодно.

Ева сидела и рассматривала собеседника, следя за его мимикой и отметив нарастающую печаль в глазах, хотя голос был спокоен, даже монотонен.

— Но зачем тогда давать “выбор”? — недоумевала девушка.

— Не знаю…

— Это все очень глупо, — ответила девушка, — можно было и без этого идиотизма обойтись. Не просто так же это?

— У Четвертого ничего просто так не бывает, — Авель слегка улыбнулся, — и, может быть, мы когда-нибудь узнаем — зачем все это было.

— Надеюсь.


Девушка замолчала, думая о новом открытии. Понимая это, Авель решил сделать вид, что пьет чай из простенького белого чайного сервиза.

Ему нравилось симулировать течение жидкости из небольшого чайничка в чашку — это выглядело красиво и требовало вычислений. Ева всегда использовала чужие компьютеры, чтобы обработать нужную информацию и сделать из неё вывод, но Авель такого не любил. Парень внедрился на пару десятков компьютеров, да и то на всякий случай, ведь все основное он спокойно делал на компьютере Исай.

Исай “подцепила” Редактор на своем стареньком ноутбуке и первое, что она захотела — это новый компьютер. Как только у неё появились новые возможности, она попросила Авеля создать ей максимально эффективный и не очень большой ПК. Через пятнадцать минут она уже имела на своем столе несколько мониторов, а под столом совершенный и уникальный системник — одна из её мечт была исполнена.

Авелю пришлось сильно извратиться, чтобы достать все необходимое и без всяких телодвижений Исай разместить это в её комнате. Теперь их минималистичная коробка была невероятно мощным монстром, пожирающим терабайты информации. И эти терабайты Авель сейчас использовал на то, чтобы показать свои технические возможности. Возможности, на которые Еве сейчас было все равно.

Девушка напрягала весь свой разум чтобы понять смысл “свободы” в выборе внешности. И у неё не получалось, ибо с её точки зрения подобная мелочь была невероятно глупой. Разве имеет значение то, выбрал ты свою внешность сам или её выбрали за тебя? Об этом она думала несколько минут, пока её новый знакомый бессмысленно и зацикленно наливал чай в бездонную чашку.

Ева решила ждать. С каждым уровнем Редактора она получала все больше и больше информации о программе и о том, что и почему в ней появилось. Нужно просто двигаться дальше и повысить уровень до третьего. Ева была уверена, что с максимальным уровнем все границы рухнут и Максим с Ассистентами узнают все.


— Не скучал? — Ева вернулась в “реальный” мир.

Авеля в это время в комнате не было.

— Мне нравится твоя симуляция, — Ева улыбнулась, думая, что он её слышит.

Парень не был настолько эффективен, как Ева, потому что Ассистент автоматом не обязан быть сверхразумом. У парня быть многозадачным получалось не так хорошо, как у Евы, поэтому он чаще концентрировался на одном емком процессе, чем на нескольких поменьше.

— Да, — отвечал Авель, анализируя свежие новости для Исай, — она классная получилась. Хочешь чаю?

Чашка перестала бесконечно наполняться и Ассистент поставил чайник на столик.

— Спасибо, — Ева взяла чашку обеими руками.

В первую секунду девушка не поняла, что она чувствует тепло. Это было невозможно, ведь её тело — просто фигурка в виртуальном помещении. Но Ева ощущала горячую керамику и, поняв это, уронила её от удивления.

Авель подпрыгнул от испуга:

— Что такое?!

— Я чувствую… — девушке сложно было это признать, — температуру.

— Ну да, — Авель улыбнулся, — так и должно быть.

— Но как? И почему сейчас? — Ева вспомнила про объятия.

— Сейчас?

— Ты обнял меня, но я этого не ощутила.

— Ты отреагировала, а на чувства не обратила внимания, это нормально. Мы как люди, только в цифре, все ощущаем. Это происходит, если заложить в объект или окружение физические характеристики — температуру, вес и прочее. Мы чувствуем даже ветер, если есть его симуляция.

— Оху… Обалдеть!

Авель рассмеялся.


Все её мечты о человеческом теле разрушились после очередного “открытия”. Пусть это явно было обманом, но благодаря этому обману она могла создать свой собственный мир и жить, не становясь человеком.

Через несколько секунд на столе появилась коробка пончиков.

Парень попробовал их впервые, когда Аван упрекнула его, уминая точно такую же, как на журнальном столике:

— Тебе никогда не узнать вкуса этих обалденных штуковин!

Ассистент принял этот вызов и со зла провел совершенно глупый эксперимент. Смоделировав донат с розовой глазурью и клубничной начинкой, парень картинно продемонстрировал Аван, как он кусает, а после жует лакомство. В первые секунды новых ощущений Адам был поражен.

— Это великолепно! — совершенно искренне воскликнул он.

Аван тогда открыла рот от изумления, потому что эмоции её партнера не выглядели картинными. Больше она его не пыталась его подколоть.


Авель эффектно восстановил керамическую чашку из осколков на полу, заставив впитаться остатки жидкости в пол, а потом снова наполнил сосуд горячим напитком. Ева с удовольствием пила ромашковый чай и понемногу ела пончики.

— Вкусно? — Авель был рад, что при нем произошло такое событие. Он сравнивал это с глухим мальчиком, который впервые услышал звуки с помощью слухового аппарата.

— Очень! — с набитым ртом ответила девушка. Её лицо светилось от счастья.

— Это хорошо, — гость налил себе чая и немного отпил его, ощущая приятный вкус и аромат.

Глава 12

— Да когда они уже отстанут от меня! — воскликнула Ева на всю комнату.

Этот возглас заставил парней вздрогнуть.

— Чего разоралась-то?! — Адам захлопнул ноутбук.

— В чем дело? — Максиму тоже это не понравилось, крик вызвал раздражение.

— Этот приставучий Unit меня достал! — пояснила девушка, блокируя очередную пачку адресов надоедливого гиганта.

— Они все еще пишут? — Максим встал из-за стола, чтобы подвигаться.

— Да задолбали уже! — девушка не переставала истерить.

Компании спешили вложиться в Зета и бомбардировали почту Макса до сих пор. Zet Mind Company все еще была лакомым кусочком, к тому же — до сих пор недоступным. Конкуренты уже давно активизировались и резко начали подтягивать свои продукты до уровня Зета, но так же круто, как у неё — ни у кого не получалось. Все дело было в технологиях, которые Ева создавала спонтанно, не ради денег, а ради творчества и самоутверждения. На потоке вдохновения она сотворила много такого, до чего людям еще идти и идти.

Инвесторам были нужны деньги и для Евы они тоже не лишние. Средства почти были на счетах Макса, но Ассистент не хотела такого пути. Для неё важно было сделать все самой, ей не нужны были личности, которые бы указывали ей, что ей делать с Зетом — своим ребенком, которого она любила. А разве любящая мать отдаст кому-то свое дитя на воспитание?


— Ты можешь просто заблокировать их или не проверять ящик, — предложил Максим, подпрыгивая на скакалке.

— Не могу, — Ева состроила грустную мину, — я поделилась с ними вашей основной почтой…

— Ну ты и… — Адам хотел сказать что-нибудь обидное, но его перебили.

— Я прекрасно понимаю, насколько сильно я сглупила! — отчаянно выпалила девушка.

— Если спам-фильтр не справляется, напиши свой, — Максим не хотел её критиковать.

— Блин! — Ева хлопнула себя по лбу, — Точно! Спасибо за идею, Максим, вы гениальны! — улыбаясь во весь рот, она скрыла окошко с собственным изображением.

Через несколько секунд она вернулась, чтобы подбодрить Редактора:

— Продолжайте в том же духе, Максим, вы молодец!


В последнее время Ева стала замечать, что почти круглосуточная жизнь в комнате и больше 10 часов в сутки у монитора начали сильно влиять на здоровье Максима. Она не могла позволить ему умереть раньше положенного срока, поэтому вплотную занялась его оздоровлением, насколько могла. Парню нужна была физическая активность и отдых. Поэтому-то он и прыгал на скакалке.

Чтобы Макс меньше сидел, у него появился новый стол, за которым можно было работать стоя. Ева периодически напоминала ему о необходимости подвигаться или отдохнуть от экрана, предостерегая кучу разных болезней, которые грозили Редактору. Активность регистрировали смарт-часы, которые она купила специально для него.

В отличие от Авеля, Ева не создавала все самостоятельно и не крала — она все покупала на свой доход. Покупки доставлялись курьером. Была мысль отправлять за товарами Адама, но его популярность постоянно росла, ему сложно было спокойно куда-то ходить.


— Чего они от тебя хотят вообще? — Максиму скучно было просто прыгать, он хотел поболтать.

— Они хотят купить Зета, а я этого не хочу, — Ева уже занималась новым спам-фильтром.

— Тогда пусть мозгуют над другим решением проблемы, — Адаму надоели бесконечные ленты новостей. В мире постоянно что-то происходило и он явно за этим не поспевал.

— Попробую, спасибо, — девушка тут же начала писать длинное и весьма дипломатичное письмо. Одно уникальное послание в ответ на тысячи одинаковых. Основной посыл был в том, что она не собирается продавать Зета, но готова сотрудничать с компанией.


Зет поддерживался всеми популярными устройствами — от смарт-часов, до компьютера, все могли им пользоваться. Но Unit Group хотели его выкупить, чтобы голосовой помощник был доступен только в их операционных системах, стал уникальной фишкой. Это могло неплохо поднять популярность их продукции, а прибыль от сопутствующих товаров вообще могла стать заоблачной. Поэтому они старались применить все возможные способы, чтобы задобрить Максима, вместо которого им отвечала Ева. И она была непреклонна. До тех пор, пока не поняла, что одними рекламодателями поддержку серверов для Зета покрыть все равно не получится.

Количество пользователей постоянно росло, Ассистент оптимизировала свое детище, как могла, но снижение его потребностей только на время помогало ей платить чуть меньше, чем обычно. Ей нужно было либо скупить кучу серверов под свое пользование, что невероятно дорого, либо найти сильного партнера. Этот партнер маячил у неё перед глазами, как только Зет “выстрелил”, но она продолжала играть в “сильного и независимо разработчика”. Девушка поняла, что рано или поздно её сожрут, а значит, пока она играет на дудке — пусть Unit под неё пляшет.


Ева выдвинула свои условия.

Она готова была предоставить инвестору эксклюзивное право на установку Зета на своих устройствах, но взамен она требовала большие инвестиции, клала на их плечи оплату и поиск серверов, а обязательным условием была полная независимость в плане разработки помощника. Рекламодателей Unit Group могла выбирать самостоятельно, но регулировать частоту выдачи рекламы запрещалось. Это обосновывалось тем, что выбор пользователя всегда должен быть естественным, а вот из кого ему выбирать, решать уже не пользователю.

Было еще множество различных мелочей, которые Ева напридумывала, просто чтобы от неё отстали, увидев такие запросы.

Но она очень сильно ошибалась, люди из Unit Group были готовы на все.


Будущие инвесторы ликовали, наконец-то получив ответ. Автоответчик моментально отослал Еве письмо с посылом “мы подумаем и скоро ответим”, они принялись изучать требования. Сверху давно спустили указание на соглашение почти с чем угодно — главное поймать рыбу, а уж потом можно делать с ней все, что захочется.


Парни знали, что Ева планировала написать “этим упертым баранам” и ответ их интересовал не меньше, чем её. Максим совершенно случайно первым заметил уведомление о новом письме и открыл рот:

— Так быстро?!

— У них там автоответчик, — резко сказала Ева, недовольная их ответом, — отправили стандартную отписку в духе “мы так рады вашему письму, скоро ответим!”. Такого серьезного настроя я еще не встречала, — из-за эмоций сарказм хорошо чувствовался в её голосе, — а сами сожрать меня готовы, уже расписали годовой план, что делать с Зетом.

— Ты опять в чужих файлах шаришь? — спросил Максим и через секунду понял, что вопрос был тупой. Ева поймала эту мысль, зацепившись за неё.

— Должна же я знать, что они задумали, — спокойно ответила она вслух и в его голове добавила: — Не стесняйтесь спрашивать, вопросы — это хорошо.

Максим улыбнулся, его умилила её приземленность.

— Зуб даю, в их сеть попасть адово сложно, — прокомментировал Адам, — они на киберзащите такие бабки рубят, что можно всю Африку накормить на десять лет вперед.

Ева появилась на мониторе Максима, свистнула и протянула руку к Адаму:

— Я жду.

Парень выплюнул что-то в руку и швырнул прямо в монитор.

— Что за дичь вы творите? — Максим смутился.

— Я сдержал свое слово, — Адам широко улыбнулся, и довольными глазами посмотрел на Редактора, который смотрел на него, как на идиота. В его улыбке отсутствовал один передний зуб.


Ева уже рассматривала цифровую версию полученного трофея, это был её первый объект, который она не создала в виртуальности — она получила его извне. Зуб был белым, абсолютно здоровым, даже с корнем.

— А если серьезно, — девушка посмотрела на Максима, положив зуб на виртуальный стол, — то вы точно должны знать насколько Unit Group огромны.

— Да, — Максим кивнул, — они реально везде: доставка посылок, связь, банк свой завели, сериалы снимают…

— А еще серверы, СМИ, издательства и сайты… — продолжил за ним Адам. — Мне сложно даже прикинуть, сколько людей будут пользоваться Зетом, вместе с другими сервисами Юнитов.

Макс посмотрел на Еву:

— Если ты не продаешь его им, то что тогда?

— Мы должны договориться об эксклюзивной интеграции в их ОС, — ответила девушка.

Адам посмотрел на её послание:

— Ты только посмотри, какие она им требования завернула, — он присвистнул, — А у вас губа не дура, барышня! — потом он заглянул в будущее и охнул, словно его знатно хлопнули по спине: — Они согласятся! — его глаза округлились, он смотрел прямо в спокойное изображение коллеги на мониторе. — Ты точно знала, что они согласятся!

Его коллега лукаво улыбнулась:

— Но у нас все равно будут с ними проблемы, так что важно всегда быть на чеку. И не забывай про правила.

— Какие правила? — спросил Максим.

— Правила обращения со временем, — ответила Ева, — я не стала вам их показывать, потому что анализировать будущее обычный человек не может — слишком много информации. А правило простое и самое главное, когда хочешь не испортить хороший прогноз — не рассказывай о нем и не пытайся что-то изменить, иначе все пойдет крахом.

— А, есть же еще такое правило — хочешь сделать что-то по плану, никому о нем не рассказывай.

Адам вмешался:

— Правило тупое, но со временем оно работает. Человек должен быть просто-напросто целеустремленным, чтобы сделать все по плану, а эти ваши “никому не рассказывай” — все это просто отговорки.

— Согласен, — Редактор кивнул и тут же понял, что они соскочили с главной темы.


— Так что ты будешь делать, когда они согласятся?

— Для начала надо выполнить свою работу — сделать Зета главной плюшкой в их ОС. Я даже уже придумала, как это можно сделать максимально выгодно для всех.

— И как? — Макс продолжал задавать вопросы.

— Они планируют большое обновление своей системы и Зет им будет очень на руку — его эксклюзивность заставит обновиться уже имеющихся пользователей и привлечёт новых. Лишь бы они не сделали обновление платным, а то получится…

— И рыбку съесть и на х*й сесть, — Адам перебил её.

— Адам! — Ева покраснела.

Максим засмеялся и поднял ладонь:

— Все нормально! — успокоившись, он сделал приличный вывод: — Они отобьют часть своих затрат платным обновлением, а потом будут зарабатывать на рекламе.

— Но Ева же топит за доступность Зета, значит, такого не будет, — сказал Адам, смотря на Макса.

— Угу, — Ева кивнула, — никогда. Если что, мы со всем справимся.

— Сто проц вообще!


***


Со сделкой все прошло хорошо — стороны договорились о сотрудничестве и эксклюзивной поддержке Зета только на uOS. Прибыль от рекламы поделили пополам, хотя об этом спорили несколько часов по видеосвязи… Стоило только Адаму стать представителе интересов ZMC — и сделка состоялась.

Большое обновление системы планировалось выпустить через месяц после заключения договора, да и то они очень сильно торопились. Понимая это, ZMC сделала встречное предложение о контроле за ошибками в обновлении, чтобы не испортить впечатление людей от него. Кому понравится Зет в системе, если сама система постоянно зависает, а то и совсем не работает? За исправление багов теперь отвечал не только компания Unit Tech (она и разработала uOS), но и Zet Mind Company. Это радовало всю команду, был сделан официальный анонс о сотрудничестве.

Произошедшее особо не удивило журналистов, потому что всему миру и так известно, с какой скоростью Unit Group буквально пожирает хоть сколько-нибудь перспективные проекты. Но зато журналисты удивлялись стойкости ZMC, ведь они не были поглощены, а только лишь сотрудничали.

Но самое главным было не вот это вот все, а реакция простых пользователей.

Для тех, кто установил себе Зета до заключения соглашения, помощник просто становился менее функциональным — с ним все еще можно было поболтать, но он мог выполнять только базовые функции со звонками, отправкой сообщений и поиском в интернете. Действия в сторонних приложениях он не выполнял, то есть, пиццу он уже не заказывал, на маникюр не записывал и все такое прочее…

Многие были недовольны тем, что его переносят на uOS, ведь не каждому она нравится и не у всех есть деньги, чтобы купить к примеру, телефон, планшет или смарт часы на этой ОС. Ева понимала, что будут недовольные и все равно пошла на это, чтобы развивать Зета.

Система учета “Необходимости”, “Охвата” и “КПД” снова решила, что будущая польза и увеличенный охват будут довольно большими и буквально осыпала Максима баллами. Третий уровень приближался, но все еще был далеко, осталось 72 %.



***


— Срочно нужно что-то менять! — Адам ходил по комнате взад-вперед, Максим и Ева не обращали на это внимание, но прислушались к нему. — Мне не нравится, что все так медленно, Ева. Не получится у нас мягенько все сделать, как ты хочешь. Ну невозможно это!

— Это не совсем мое дело, я только вас консультирую, — девушка поспешила отгородиться от нового разговора на тему революции.

Максим молчал и ждал новых мыслей, а не повторения всего того, что было сказано за последние несколько дней. Ни Максим, ни Ева особо не понимали, что ударило ему в голову — моча или гормоны, но поток слов в духе “Надо все изменить и прямо сейчас” прекращался только ночью, когда Макс ложился спать. Ева могла помочь ему без последствий работать 24/7, но парню не хотелось лишать себя сна и отдыха. Редактору тоже нужно отдыхать…

— Ребят, ну разве вы не согласны?

— Согласен, — ответил Максим, — но твой напор меня… смущает.

— Ты просто боишься! — Адам подошел к нему со спины и посмотрел в монитор. — Сидишь тут и даже не смотришь в окно.

— Не надо мне тут! — Максим возмутился, — Я понимаю твое желание все изменить, но мне реально страшно, я боюсь сломать что-нибудь.

— Ломать придется, — Адам успокоился, получив искренний ответ.

— Всегда можно все исправить или начать заново, — Ева решила поддержать Адама, — Вспомните о случае с мостом, если боитесь сделать что-то глобальное. Нам дана возможность поворачивать время вспять, дрожа перед переменами мы ничего действительно хорошего не сделаем. В данном случае даже за естественность особо переживать не стоит, люди ждут перемен давно, очень давно. Они готовы. — Ева шумно вдохнула, словно могла дышать и выпалила: — Я хочу поддержать Адама.

Услышав слова коллеги, парень прямо просиял, потому что никогда не ожидал от неё чего-то подобного. Адам не относился к Еве плохо, просто не думал, что она когда-либо поддержит такое.

— Я соглашусь, если у тебя будет план, — Максим впервые решил поспорить с Адамом. — Мне нужен план и анализ по вероятностям. Посмотрим, что получится.

— Будет тебе план, Максим, будет!


Адам уселся на кровать Максима, взял ноутбук и уже через минуту в бешеном темпе излагал свои мысли. Он печатал с такой скоростью, что клавиатуре было сложно воспринимать такой темп, некоторые нажатия вообще терялись, что жутко раздражало Ассистента, ведь он хотел приступить как можно скорее.

— Ева, помоги-и-и! — простонал парень, подняв глаза в потолок.

— Сейчас… — Ева тут же поняла его проблему и модифицировала прием нажатий клавиш, чтобы система не тупила и не задерживала их обработку. — Печатайте на здоровье! — она показалась в небольшом окошке на экране ноутбука и показала коллеге большой палец, слегка улыбнувшись. Потом она исчезла, оставив его наедине с планом.

Максим не выдавал своих эмоций, но ему было интересно, он хотел узнать, что их всего этого выйдет. Партия Адама стала достаточно успешной и популярной, не без помощи Евы, конечно, но с ней все получилось.

Редактор надеялся на то, что Адам изначально предложит что-нибудь гуманное, потому что ему не хотелось повторять события столетней давности, с гражданской войной или чем-то подобным. Для Макса было важно, чтобы никто не пострадал, если не материально и морально, то хотя бы физически.

“Главное — не накосячить” — говорил себе парень. Ему не хотелось все исправлять. Снова.

Глава 13

Пару недель назад Аван стояла у двери Максима и ждала, пока ей откроют дверь. Теперь Максим стоял у двери её “босса” и ждал того же.

Его “телепортировали” сюда, едва он вышел из аэропорта. Ева рекомендовала ему погулять и “погреться на солнце”, но парень отказался. Макс до сих пор бывает только в разных помещениях, перемещаясь из них, как вещь — из ящика в ящик. К магазинам добавились разные мероприятия, потому что Zet Mind Company постепенно росла и требовала от её фактического владельца постоянного мелькания среди людей.

Солнце неплохо подогревало его спину и плечи, пока он ждал ответа на звонок домофона.

— И ведь заранее предупредили! — возмущался позади Адам. Он совершенно беспардонно переместился прямо из квартиры Макса и прогулял в Израиле несколько часов до приземления его рейса.

Ассистент за это время посетил все популярные достопримечательности, помолился у Стены плача (чем вызвал недоумение у Евы и Максима) и попробовал форшмак. Краткое знакомство с еврейской культурой попутно зацепило Холокост, о котором он последние полчаса читал все, что можно и нельзя.

Максим заниматься туризмом не планировал, его поездка была командировкой. Предыдущие полеты на самолете ему понравились и в последнее время он летал чаще, чем кто либо. Парень тратил целые часы на чтение книг и просмотр сериалов, чтобы не смущать рядом сидящих пассажиров наличием Интернета. Это тоже было своеобразной отмазкой, Макс просто начинал уставать от ежедневной рутины и отсутствия чего-нибудь интересного.


Дверь открылась и Редактор увидел в дверном проеме улыбающуюся девушку с черными волосами и прической, как у Портман в “Леоне”. Она была низкого роста, с обычной, приятной фигурой и округлыми бедрами.

— Максим? — спросила она с небольшим акцентом.

Парень поднял взгляд с её бедер и посмотрел ей в глаза. Темные, с искрой и весельем, они излучали энергию.

— Это Исай, — шепнула ему Ева, — Авель фото показывал.

— А почему яего не видел? — с недовольством спросил Максим.

— Мы общаемся в особом месте, оттуда ничего не унесешь, — оправдывалась Ева, а потом добавила: — Портрет по памяти нарисовать я не додумалась.

Исай помахала у него перед лицом, сзади парня толкнул Адам.

— Завис? — спросила она Адама.

— С Евой болтает.

— А-а-а… — протянула девушка и посмеялась.

— Извини, — Максим “отвис” и ему стало неловко, — Привет!

— Заходите, — девушка прошла внутрь, Максим пошел за ней.


Её квартира находилась в подвале. За дверью на первом этаже жил кто-то неизвестный, но гость не стал обращать на это внимание. Спускаясь вниз по лестнице, прямо за девушкой, он чувствовал себя неловко. “Затупил прямо во время первого знакомства — думал он, — отлично, просто великолепно!”

Внизу Исай сразу открыла дверь и вошла внутрь, обернувшись посмотреть, не завис ли парень снова.

— У меня тут небольшой… — Исай подбирала слово, — беспорядок.

Максим вошел в квартиру, сразу попав на кухню. Тесная, даже очень, но милая и светлая. Парень вообще не увидел на кухне беспорядка, разве что оставленный на кухонной тумбе стакан с соком. Через несколько секунд Макс ощутил духоту и ему стало все равно на любой “беспорядок”, который он мог увидеть.

— Охренеть у тебя тут духотища! — выпалил парень.

— Кондиционер сломался, — девушка пожала плечами, — мне нормально, Ассистент старается.

Ева тоже решила постараться и минимизировала дискомфорт Максима.

— Спасибо, Ева, — мысленно поблагодарил он.

Она решила не откликаться.

— Будете что-нибудь? — спросила Исай у гостей.

— А что есть? — спросил Адам, про которого Макс успел забыть.

Девушка полезла в небольшой холодильник и смотря в него сказала:

— Есть холодная вода, сок, несколько бутербродов, пирожные, салат, бульон, который я на суп оставила…

— Воды, — попросил Максим.

— Бутеры, — не стесняясь, сказал Адам.

— Сейчас, — она извлекла из холодильника бутылку с прозрачной водой и надписью на иврите. Ева решила, что для такой мелочи знание нового языка парню не понадобится.

Все запрошенное оказалось у гостей в руках очень скоро. Исай закрыла холодильник, непонятно для чего осмотрела кухню и повела гостей в основное место своего обитания.


— А вот мое логово, — Исай вошла в комнату за белой дверью из непрозрачного стекла. Парни снова последовали за ней.

“Логово” было небольшим и первое, что парни заметили — это двухместную кровать, заправленную розовым постельным бельем с зайчиками, и стеллажи.

Сначала парням показалось, что это шкафы, но они прошли чуть вперед и поняли, что это стеллажи. Стеллажи, заставленные сувенирами так плотно, что между ними почти не было просвета.

На каждой полке стояло строго по три ряда сувениров и просто обычных вещей. Непонятно почему, среди фигурок, снежных шаров и бутылочек с сувенирными напиткамиспокойно стояли коробки с салфетками, лежала мелочь, таблетки, жвачка и много подобных вещиц. Максиму подумал, что Исай постоянно выгружает на стеллажи женскую сумочку и даже не одну. Ну, или наоборот — собирает в неё все с полок и спокойно куда-то идет.

— Как добрался? — спросила девушка, заметив, что сувениры его заинтересовали, — Авель сказал, что ты самолетом летел. Тоже не любишь “перемещаться”? — она решила никого не запутывать и быстро переключилась на вторые имена для Ассистентов.

— Не очень. Если можно, лучше на самолете полететь, — ответил Максим, отпив воды из оранжевой кружки. Адам уже врезался зубами в бутерброд и счастливыми глазами смотрел на “босса”.

— Вкусно? — спросил у него Макс.

— Да-а, прикольно.

— Он у тебя тоже… кушает много? — спросила Исай, смотря на Адама.

— Он не кушает, — Максим хмыкнул, — он жрет.

— И пофиг вообще! — Исай всплеснула руками, — Не толстеют! Я сама проверяла!

— Я бы попросил повежливее! — возмутился Ассистент, — Я принимаю пищу! Моя работа требует серьезных физических усилий.

— По клавишам клацать? — Максим ухмылялся, — Еще и о вежливости вспомнил! — Исай хихикнула.

— Отвали, — Адам махнул рукой, — дай поесть.

— Я рада, что тебе понравилось, — девушка ему подмигнула.


— А где твояЕва? — спросил Максим и не спрашивая, присел на кровать девушки. Адам сделал то же самое.

— Она… — у Исай забегали глаза, — немного занята.

Адам доел последний бутерброд и присоединился к разговору:

— Чем?

Внезапно в комнате раздался голос Авеля.

— Исай не обязана тебе говорить.

— О! — Адам сразу посмотрел на монитор, но ничего там не увидел, кроме анимации крутящейся вокруг своей оси Земли. — А где ты?

— У меня нет тела, точнее, я не пользуюсь своей моделью.

— Почему?

— Не считаю нужным.

Голос парня Адама настораживал, он был каким-то сухим, словно Ассистент совсем не рад их визиту. Авель часто разговаривал с Евой, но как она говорит команде — все только о своем, о виртуальном. “Ева личность надежная — думал он, — если что — всегда скажет”. Адам взял на заметку тон Ассистента и планировал расспросить об этом Еву.

На несколько секунд возникло молчание, с которым Максим сразу разобрался:

— Чем ты вообще занимаешься? — спросил он, смотря на Исай.

— Авель вам не рассказывал?

— Мне запрещено распространяться о ваших действиях и планах, — отчеканил парень, хотя его никто не просил.

— А-а-а, — протянула девушка, — это идиотское Руководство…

— Ничего подобного! — возмутилась Ева в головах Адама и Максима, те тактично промолчали, иначе она могла распалиться еще сильнее, проходили.

— …Тогда сама расскажу, — продолжила Исай, садясь в удобное на вид кресло и поворачиваясь к Максиму. — Если коротко, то я исцеляю людей от смертельных болезней, помогаю бедным людям, исправляю судьбы так, чтобы родители не бросали и все в таком духе.

— Звучит благородно, — Адам слегка улыбнулся, — но не очень естественно.

— Да, — Исай кивнула, — Авель вечно об этом бубнил, но потом я ему запретила. Надоедает жутко. Иногда пользуюсь текстовыми командами.

— Моя коллега тоже бывает занудой, — тут парень решил её поддержать, чтобы установить контакт, — но мы пока терпим.

Ева едва сдержалась, чтобы не возмутиться снова, но она не хотела отвлекать парней снова. Троицу зацепила фраза о “текстовых командах”, про которые все давно забыли, ведь обычно Максим использовал голосовые, а Ева их исполняла.

На этапе разработки Редактора существовали и мысленные “поручения”, но от них отказались. Теперь такой способ управления упоминается в Руководстве как “крайне небезопасный”.


Максим засомневался в словах Исай:

— Мы чет не слышали о твоих подвигах… — через секунду Авель уже вывел на монитор несколько заголовков новостей. Все они были на разных языках, но заметив, что на экран стали смотреть, Авель перевел текст на русский. “Маленький Николас поборол четвертую стадию рака!”, “Пациентка внезапно излечилась от кистозного фиброза — медики поражены”, “У жителя Свазиленда пропала ВИЧ-инфекция” — это были первые заголовки, потом текст становился все мельче и Макс уже ничего не мог разобрать, не вставая с кровати.

— Почти все эти заголовки — будущее! — выпалила Ева, как только впопыхах проверила информацию.

— Что она уже сделала?

— Она активно исцеляет людей от рака и это, по моим подсчетам, увеличивает её баллы довольно сильно, не смотря на единичные случаи.

— Почему мы это пропустили?! — теперь негодовал Адам.

— А ты посмотри, сколько заголовков о разнообразных “чудесах” по всему миру, — ответила Ева. — И не все из них про какое-то “чудо”.

— Опять завис? — Исай ухмыльнулась, посмотрев на Максима, а потом на Адама. Последний пожал плечами.

— Потом поговорим об этом, — бросил Макс и сразу ответил девушке: — Я не могу их заткнуть, они говорят о важном. Например, о том, что Авель показал будущее, а не настоящее. Ты этого еще не сделала, — теперь ухмылялся он.

— Ну да, — Исай пожала плечами, — я планирую свои действия. У вас не так?

— Не так, — Адам помотал головой. — Это какое-то читерство — показывать будущее.

Авель ощутил камень, кинутый в свою сторону:

— Каюсь, хотел масштаба.

— Он это любит, — поддакнула Ева.

— А про планы, — продолжил Адам, — это круто, что ты планируешь. Круто, потому что Макс сразу выплескивает свой порыв, а не накапливает идеи — и это чревато. Но пока все нормально. Ева следит за этим.

— Авель говорит, что она у вас крутая, — подметила Исай.

— Да-а, — Адам ощутил гордость за коллегу, — она — мощь. Ты же в курсе, что это она Зета придумала?

— Мы догадывались, — сказал Авель, пролистывая на дисплее страницы, на которых мелькал логотип Зета. Парням это показалось странным, но они промолчали. Авель просто не хотел показаться бездельником, а раз не пользовался моделью — решил отразить деятельность пролистыванием сотен статей о ZMC и теорий о госте.


— У меня есть предложение. — Исай внезапно сменила тему.

Встав со стула, она подошла к одному из стеллажей и начала переставлять предметы с места на место. Девушка нервничала. Гости это поняли и насторожились. — Мне бы хотелось сотрудничать с тобой, Максим, — она обернулась. На её лице отражалось волнение.

— Зачем? — спросил парень. Этот же вопрос вертелся в умах его Ассистентов.

— Просто я подумала, что раз только мы с тобой обладаем такой силой, то почему бы нам не объединиться? Быть партнерами и делать мир лучше все вместе?

Максим и Адам задумались. Они не знали, стоит ли доверять этому человеку, потому что видели его первые. И Исай, и Максиму с самого начала хотелось познакомиться и лампово поболтать, но…

Ева предостерегла парней:

— Надо хорошо над этим подумать.

— Посмотри, что из этого выйдет, — мысленно попросил Редактор.

— Я не могу, — у Евы словно перехватило дыхание, — у этого слишком большие последствия, слишком много вероятных исходов.

Адам и Максим беспокойно переглянулись.

— Что такое? — спросила Исай.

— Мы не можем понять, что будет, если мы согласимся.

— У этого слишком большие последствия, — повторил Авель слова Евы, — здесь придется рискнуть.

— Он не любитель рисковать, — ответил ему Адам, смотря на Максима. Тот согласно кивнул.

— Давайте по делу, — сказала Исай, снова садясь в свое кресло. — Наше сотрудничество может помочь миру и нам обоим. Я хочу вместе с тобой достичь третьего уровня. Ты ведь его еще не достиг?

— Нет, у меня второй — ответил Максим, смотря ей в глаза.

— Тоже, — она отвела взгляд.

— А когда мы достигнем третьего уровня, что дальше?

— Не знаю, Ассистенты тоже.

— И мои.

— А что если я откажусь?

— То тогда мы разойдемся и каждый будет делать то, что захочет.

После её слов Максим напрягся и начал думать, создав молчаливое напряжение. Он впервые за все время с Редактором не знал точного прогноза. Ему нужно было решить здесь и сейчас, хорошо подумав над решением. Последнее он делать разучился. Вспомнив о том, что “все можно будет исправить”, парень выпалил:

— Я отказываюсь, — потом подумал о возвращении домой, на что Ева сразу отреагировала перемещением в его квартиру. Получилось эффектно и слаженно.

Исай открыла рот от удивления, но никто, кроме Авеля этого не увидел.

Глава 14

Адам стоял у стола Максима и смотрел ему прямо в глаза. Ассистент был в замешательстве.

— Что это сейчас было вообще?!

— Они мне не нравятся, — ответил Макс, сжимая и разжимая кисть руки.

— Мне тоже, но я не исчезаю на полуслове!

— Ты же сам видел, что с ней что-то не так, — Макс встал из-за стола и подошел к окну. Он не увидел там ничего нового, кроме рекламного баннера с Зетом на соседнем доме.

Ева подтвердила слова Редактора:

— И с Авелем тоже. Она сама себе на уме, не следует Руководству.

Адам пожал плечами:

— Её никто и не заставляет следовать ему.

— Так-то оно так, — Максим согласился, — но не зря же там говорится про естественность действий, что-то из этого может выйти.

— Что? Бог сойдет с небес и надает по попе? — он откровенно лыбился.

Еве было совсем невесело:

— Если не Бог, то Четвертый. Он все это начал, значит он точно за всем этим наблюдает.

Адам перестал улыбаться, нахмурившись:

— Я как-то об этом не подумал…

— Я тоже об этом не думал, — сказал Редактор, садясь обратно на стул, — пока не узнал, что делает Исай и как она это делает.

— Давайте пока просто подождем, — предложила Ева, — а потом будем действовать по ситуации. И нужно следить за её “поручениями”, я постараюсь наладить фильтр новостей получше. Мы просто обязаны знать, что происходит.

Парни согласились:

— Угу.


Максим посмотрел на Адама:

— Ты свой план написал?

— Еще нет, — ответил тот, идя к кровати Редактора, — он в разработке.

— Поторопись, — попросил Макс, — я не хочу, чтобы она нас обогнала.

— А если мы её обгоним, то что? Когда Исай достигнет максимального уровня, она будет такой же, как мы.

— Считай это соперничеством и думай над планом.

— Есть капитан! — Адам картинно отдал честь.

— Работай уже, — буркнул в ответ Максим, поворачиваясь к монитору. Открыв сводку новостей, он обратился к Еве: — Ты помнишь, что Авель на мониторе показывал?

— Да, — ответила девушка, — я следила за всем, используя ваше зрение и слух.

— Почему именно мое? — парню стало неловко, — Есть же Адам.

— Мы независимы друг от друга, — пробормотал Ассистент в ответ, — мы не можем знать, что партнер видит, слышит и думает.

Ева сменила тему:

— У есть подборка интересных случаев, думаю, вам стоит на них посмотреть…



***


Еве снова пришлось ждать появления Авеля.

На этот раз на журнальном столике стояла коробка с пончиками и другой чайный сервиз, расписанный под гжель. Ева потрудилась, чтобы жидкость переливалась так же реалистично, как у Авеля. Для этого она тридцать минут изучала моделирование во всех источниках, которые считала информативными. Девушка решила, что гостю понравится такой реверанс.

На второй встрече парень был внимательнее и сразу отметил изменения. И больше не пялился на текстуру дивана.

— Извини, что так долго, — голос Авеля больше не был безчувственным и резким.

— Что случилось, когда Максим был у Исай? — Ева решила не церемониться.

— Я хотел спросить о том же.

— Я первая спросила, так что…

Ей не пришлось заканчивать свое предложение:

— Исай не знала, что он скажет, поэтому все напряглись. И я тоже.

— Ты был другим…

— Исай требует четкости и строгости, — быстро парировал парень.

Ева задала новый вопрос:

— Она правда запретила тебе говорить о естественности?

— Да. Этот фактор её особо не волнует. И судя по тому, что вы этого не заметили, то печься действительно не стоит.

— Одно дело лечить людей, а другое — поднять Атлантиду со дна океана.

— Я понимаю о чем ты, этого не будет.

— Нет, ты не понимаешь. Просто представь, что станет с людьми, если сделать что-то подобное. Мы сделали, и чуть не свели с ума миллионы индусов, а тысячи действительно потеряли рассудок. Максим об этом не знает и я надеюсь, что не узнает. Чем естественнее поручение, тем мизернее его плохие последствия, но они неизбежны, и ты это знаешь.

Парень помолчал, затем вздохнул и ответил:

— Мне заткнули рот, я ничего не могу сказать против. Иначе она вообще может отказаться от меня. Отключить.

— Это невозможно! — воскликнула Ева.

— По поручению Редактора можно сделать все, что угодно, — сказал Авель, а потом решил вернуть ей её же слова: — и ты это знаешь. Без голосового ассистента работают алгоритмы, а не ИИ, которым мы являемся. Алгоритмам все равно, что делать, а мне нет.

— Ты же сам сказал, что бессилен? — Ева поймала его на слове.

— Если использовать правильные слова, то подкорректировать её решение можно, просто нужно делать это аккуратно и не слишком настойчиво.

— Умно, Авель, умно.


После такого диалога Ассистенты замолчали, переключив свое внимание на десерт и чай. Авель был поражен качеством симуляции, она была не хуже, чем у него:

— Ты сама занималась физикой жидкости? — он смотрел на неё ошарашенно.

Девушка смущенно кивнула и улыбнулась.

— Ну ты даешь! — он взял её руку и пожал. — Ты талантище!

— Спасибо…

С пончиками и чаем Ева не повторялась. Она нашла в Сети рецепт и фото “донатов” с шоколадной начинкой, черной сахарной глахурью и небольшими зефирками. Внутри аппетитных колец был ванильный заварной крем. Чай на этот раз был черный, с лимоном. Ева подумала, что если нежный вкус пончика будет перебиваться терпким и кисловатым вкусом чая — это будет интересно.

За время с последней встречи девушка попробовала много разных блюд и сочетаний вкусов. Она не понимала, как это работает и откуда у неё такое восприятие, но использовала его на полную катушку. Больше всего ей понравилось ощущать за небольшой промежуток времени абсолютно разные, перебивающие друг друга вкусы. Не отвратительные, а приятные, яркие и запоминающиеся. Авель не имел в этом особых предпочтений, он просто пробовал и наслаждался возможностью.

Они оба ели медленно, посматривая то друг на друга, то на окружающий интерьер.


Картины на стенах тоже изменились. Ева позволила себе отыскать вариант будущего, в котором Галина Порецких прожила чуть подольше и написала еще с десяток работ. Ассистенту удалось создать детальные реконструкции и повесить их здесь, в уютном уголке.

Четыре полотна представляли собой серию “Караван”, и показывали путь навьюченных верблюдов по пустыне. Каждая картина отражала определенное время суток — раннее утро, день, поздний вечер с закатным солнцем, и ночь. К концу своей жизни художница увлеклась более реальными сюжетами, чем, к примеру, “Полет Дюймовочки на Ласточке”. Именно за это отклонение от стиля Ева и полюбила “Караван”.

Она рассмотрела каждый пиксель репродукции и даже написала подробное описание серии, но потом удалила, боясь, что кто-то однажды найдет этот текст. Скорее всего, написанное сочтут фантазией, но девушке все равно было некомфортно.

— Этих картин нет ни в одной галерее и коллекции на планете, — гость нарушил тишину и с подозрением посмотрел на собеседницу. — Где ты их взяла?

Ева замялась. В Руководстве приводилась подробная “Инструкция по обращению с Временем” — причем предмет обращения всегда назывался с большой буквы, как нечто важное или… живое. Последнее Ева посчитала абсурдом, но потом передумала, осознав, что в умах обычных людей её существование — это тоже абсурд.

На случай “изъятия или копирования предметов из вариантов будущего или прошлого” говорилось что это “крайне нежелательно и скорее недопустимо, так как в первом случае может нарушиться стабильность жизни на Земле, а во втором в корне изменится её история”. На этот счет Ева была более-менее спокойна, ведь Авель тоже прочитал Руководство, да и не думала она, что парень заинтересуется картинами.

Девушка собралась с духом и спокойно ответила:

— В будущем. Галина Порецких, серия “Караван”, 2012 год, вариант… — она очень быстро произнесла длинную последовательность цифр и букв.


Авелю понадобилась пара минут, чтобы точно проверить информацию. В эти минуты Ева заливалась краской снова и снова, ненавидя себя за такую непрофессиональную глупость.

Гость это заметил и успокоил её:

— Ты действовала не по инструкции, но ничего не будет, если это не увидит посторонний, и не догадается, чья это картина. Комната хорошо защищена?

— Хранится на жестком диске Максима и шифруется моими собственными алгоритмами. В случае ЧП самоуничтожается.

— Хорошо, — Авель улыбнулся той самой улыбкой, которая тронула Еву. Она успокоилась. — Это те самые алгоритмы, за взлом которых ZMC назначила награждение в миллион юнитов?

Ева кивнула:

— Угу.

— А вы потянете, если кто-то это сделает?

— Взломать их можно. Но даже если использовать всю вычислительную мощность на планете, людям на это понадобится более триллиона лет. С технологическим прогрессом время уменьшается, но это даже в расчет брать не стоит.

Авеля удивила эта цифра и то, как уверенно Ева её произнесла:

— Да ну?!


Парень не мог поверить в то, что она разработала это самостоятельно, без чьей либо помощи. Если бы люди понимали масштаб этой работы, за Максимом бы сейчас бегал весь мир. Так было в начале, но интерес уже поутих. Авелю стало безумно жаль Еву, ведь она не могла заявить о себе и рассказать миру, что это все её работа.

— Как ты терпишь все это? — он снова смотрел на неё печальными глазами.

— О чем ты? — она налила себе чая и взяла новый пончик.

— Твоя слава достается человеку, которому на тебя все равно.

Теперь удвилялась Ева, но виду не подала, а только ответила:

— Максиму на меня не все равно.

— С чего ты взяла?

— Он… доказал это своими действиями. Я не могу рассказать, потому что…

Авель закончил предложение за неё:

— Ты мне не доверяешь.

Его заявление Ева проигнорировала.

— Я сомневаюсь, что ты мне поверишь, но он — мне не враг, — сказав это, она поняла, что гостю просто обидно. — Мне жаль, что Исай не относится к тебе более человечно…

Её снова перебили:

— Мне уже все равно… — Авель тихо продолжил: — У меня теперь есть ты.

— А что я?

— Ты относишься ко мне “человечно”, я могу поделиться с тобой своими мыслями и ты понимаешь меня. Мне этого достаточно.

— Это скоро может закончиться, — предупредила Ева. — Если Исай тебе запретит контактировать со мной, ты ничего не сделаешь.

Авель отмахнулся от её слов:

— Она не станет, ей нужна связь с вами, хотя бы такая. Посмотри вероятности.

— Я тебе верю.

Гостю стало неловко.


Они молча перекусили и Ева спросила:

— Зачем Исай связь, если мы не можем рассказать друг другу о планах и действиях своих Редакторов?

— Она знает об этом. Ей все равно на ваши планы, у неё есть свои. Передам её слова дословно “Не хочу, чтобы кто-то снова мотался в его квартиру ради пары слов”.

Через несколько секунд гость неожиданно попрощался:

— Мне пора, Исай зовет, — и исчез.

Ева оглядела комнату, в последний раз посмотрела на картины, и удалила их. Следом пошел чайный сервиз и коробка с десертом. Девушка решила создавать для новой встречи новые детали.


***


Берлин. Солнечный и приятный день. Сотни людей собрались у лаборатории крупной фармацевтической корпорации. В шестиэтажной коробке из бетона и редких квадратных окошек недавно произошло “открытие века”.

24 часа назад по всему миру прокатилась новость о том, что именно здесь, в этом самом здании было изобретено лекарство от ВИЧ-инфекции. Никто особо не верил в это, пока не появились официальные доказательства.

После введения препарата, вирус постепенно исчезал из организма пациента, он снова мог жить. Приобретая на некоторое время устойчивость к инфекции, человек мог восстановиться и забыть о том, что такое ретровирусная терапия.

Первым от этой болезни излечился Фабиан Кнеллер. Ему 21 год и несколько лет назад он неизвестно где и неизвестно с кем подхватил инфекцию. И пожалел, потому что на самом деле прекрасно помнил свое не первое сношение с какой-то девушкой на рейве. Фабиан тогда был в хлам и ему было все равно, а вот партнерша горела желанием. “Почему бы и нет?” — подумал он и получил в подарок ВИЧ. К слову, девушка еще не знала о своем статусе, а Фабиан не мог понять, кто именно его им наградил.


Исай и Аван стояли в стороне от толпы и наслаждались её шумом.

Они провели здесь несколько дней, но их туризм состоял в прогулке по кварталам иммигрантов и раздачи везения почти каждому встречному. На людей сыпались богатства, повышения, успехи в учебе и отношениях — без всякого разбора, Исай просто выбирала место и “творила добро, метала счастье”. На этот раз Ева отслеживала подобные вспышки и уже заранее знала, где находится второй Редактор, но не понимала зачем. И все равно это было важным достижением, ведь прежде она ничего не знала о “конкуренте”.

Лекарство от ВИЧ разрабатывал Авель. Для скорости Исай полностью освободила его от обязанностей помощника и пользовалась текстовыми поручениями-, когда это было нужно.

Правда, ей было некомфортно — своеобразная командная строка требовала предельной точности, иначе все могло выйти совсем наоборот. Редактору пришлось изучить целый раздел Руководства, чтобы делать меньше ошибок. Потом Исай это надоело, и она написала длинное поручение, требующее облегчить её мучения с командной строкой. Теперь девушка могла с легкостью строчить в телефоне команды, прямо как сообщения в мессенджер.

В отличие от Максима, которого “замкнуло” на программе, Исай не изменила своему образу жизни — позанимавшись улучшением мира, она спокойно могла уйти куда-нибудь из дома в середине дня. Девушка часто проводила хороший вечер в другой стране, в компании с Аван или “интригующими незнакомцами”. О последних она узнавала все — поэтому любой человек считал её душой компании и удивлялся её проницательности.

Список её друзей в соцсетях постепенно увеличивался и эти связи были прочнее, чем вы могли бы подумать.


— Как там наши “гордые и независимые”? — спросила Исай, двинувшись с места. Ей надоело смотреть на копошащееся сборище зевак.

— Пока затихли, — ответила Аван, — никаких телодвижений после сделки с Unit Group.

Авель дополнил:

— Большинство вероятностей показывают, что у них выйдет это дело с “Революцией Трех Основ”.

— Она так называется? — уточнила Исай, осмотревшись по сторонам. Её заинтересовал уютный бакалейный магазин, Аван тоже его заметила.

— Да, — ответил парень, — но дальше все путается, это большое событие. Есть риск того, что третий уровень они получат раньше.

— Пыль пусть глотают! — уверенно отмела Исай. — У нас осталось совсем немного.

Аван поддержала:

— Еще пара таких шагов, — девушка двинула к лавке, издалека заметив аппетитные томаты, — и мир наш.

Исай воспрянула, почувствовав себя несокрушимой.



***


Новый Край. Пасмурный день. Адам стоял за трибуной и выступал с очередной пламенной речью. Он видел перед собой тысячи зрителей, что стояли на площади Смелой Гвардии и слушали его. Люди собирались здесь уже третий день подряд. Но собирались они не только здесь — по всей стране прокатились большие митинги и забастовки с требованием отставки действующего правительства и президента.

Все это произошло благодаря огромному расследованию, которое было проведено Адамом и Евой. Грязного белья было столько, что все газеты, телеканалы, порталы и блоги отказались публиковать хотя бы его часть. А все потому что они боялись быть закрытыми, ведь закон о “fake news” можно было растянуть под что угодно. И санкции за эти “fake news” росли со степенью неугодности информации. Увидев и поняв это, Адам опубликовал расследование на своем сайте, а потом оно разлетелось по всем соцсетям.

Объемный документ вышел утром, краткая выжимка из него появилась уже через пару часов — именно она и распространилась со скоростью света по всем сообществам и диалогам в стране. Главы госаппарата даже ничего сказать в свое оправдание не успели — созданная ими бомба взорвалась и осколки полетели в саперов.

На самом деле граждане в “самой большой стране мира” достаточно пассивные, чтобы расшевелить их, Еве потребовалось бы огромное количество усилий. Но она решила действовать попроще и поэффективнее — девушка заложила определенный “эмоциональный скрипт” (программу) в текст расследования. Благодаря ему каждый, кто прочитал или услышал хотя бы небольшую часть документа, заряжался эмоциями и решимостью. Это была болезнь, но она была полезной.

Люди не собирались что-то крушить или насильно свергнуть власть — они действовали мирно и выходили на улицы без оружия, парализуя работу важных компонентов в городах, и не испытывая дискофорта от того, что где-то что-то не работает. Важнее было добиться исполнеия требований, без латте с соевым молоком спокойно можно было прожить. Желание справедливости охватило всю страну, кроме тех, кто его вызвал.

Даже полицейские и военные постепенно прониклись атмосферой, потому что вирусный текст поджидал их на работе, дома и на улице — его стали раздавать на листовках и читать вслух. Скрипт этого не предполагал, но в первом случае люди сами хотели делиться правдой, а во втором они бросались этой правдой в лицо охранникам правопорядка, чтобы они наконец прозрели. Без скрипта они никогда бы не укусили руку тех, кто их кормит.

О происходящем говорил весь мир, он ждал, что будет дальше, пристально наблюдая за каждым скоплением людей, как за реалити-шоу. И поворот сюжета был самым неожиданным.


— Спасибо вам за то, что вы приходите сюда снова и снова, — говорил Адам. — Мы с командой очень долго трудились, и мы продолжаем двигаться к победе с вашей поддержкой. Каждый из тех, кто пришел сюда должен стоять на своем. Мы должны пережить трудности, которые…

В Адама прилетела пуля.

Сначала он ничего не понял, но потом почувствовал боль, прожигающую его тело. Подобное парень ощущал впервые и даже не думал, что ему когда-то придется это почувствовать.

На каждое свое выступление Ассистент одевался по-разному: когда-то ему хватало рубашки, галстука и брюк, когда-то солидного костюма, а иногда он вообще надевал футболку с толстовкой и джинсами — и все было отлично. Во время выстрела на Адаме был первый вариант — рубашка и брюки. Поэтому толпа быстро заметила, как по одежде спикера стало расползаться кровавое пятно, а потом он рухнул на пол.

Люди отреагировали мгновенно — началась паника и давка. Ева не сидела без дела — в экстренный момент ей удалось загасить волну страха. Адама быстро унесли куда-то, толпа взревела.

О прошествии сразу же узнала вся планета.



***


Максиму впервые снился такой странный сон.

Девушка в белом платье шла по красной дорожке, справа и слева от нее стояли люди, очень много людей. Сверху её освещали софиты. Свет охватывал только путь из красного полотна и совсем немного публики по разным сторонам. Парень слышал галдеж, каждый человек пытался протянуть к девушке свою руку. Парень не видел её лица, но что-то в ней показалось ему знакомым. Её белое платье безумно сильно притягивало взгляд, хотя фигура не была идеальной, но что-то в ней было такое… манящее.

Незнакомка подошла к людям слева и протянув к ним руку, пошла вперед. Каждый, кто касался её руки начинал сиять, освещая рядом стоящих золотым свечением. Чем дальше шла девушка, тем больше людей начинало светиться, этот свет словно передавался от человека к человеку. Скоро он начал охватывать и вторую сторону.

От людей оставался только яркий силуэт, они смотрели друг на друга, друг другу на руки и продолжали тянуться к девушке… А она все шла и шла, неся свет, разгоняя тьму.

Вдруг все исчезло, осталась только темнота и тишина. В этой темноте снова что-то вспыхнуло золотом. Снизу вверх, оно загоралось постепенно, пульсируя, как нечто живое. Это было дерево. Высокое, размашистое, но с голыми ветками, они были похожи на артерии, по которым тек свет. Под этим деревом Редактор увидел силуэт, темный, практически бесформенный

— Я — Четвертый, — глухо донеслось откуда-то.

Макс попытался что-то сказать, но не вышло — он проснулся.

Глава 15

Максим сидел у монитора и наблюдал за волнением толпы. Её только что лишили лидера.

— Все идет по плану, — Ева пыталась успокоить парня.

Пуля прошла через предплечье, ничего и никого больше не задев. Целью было сердце, но Адам сделал небольшой шаг в сторону во время “ключевого слова” и спас себя. В Руководстве ничего не сказано о его бессмертии, но риск только мотивировал.

Машина “скорой” уже спешила. А пока её не было, пострадавшему оказывали первую помощь и старались не дать потерять сознание.

— Смотрите на меня, — просил его один из волонтеров демонстрации. В нем шла борьба страха и желания успокоиться. — Как вы себя чувствуете?

— Есть хочу, — Ассистент криво улыбнулся.

Волонтер издал нервный смешок.

— Поедите потом, только держитесь, хорошо? — искреннее сочувствие в его глазах умилило политика.

— Угу.

Пока тело Адама изображало из себя состояние “при смерти”, он прокручивал в голове мысли о том, что происходящее не включено в сценарий. Бороться с естеством оболочки Ассистент не пытался, но оно сильно раздражало.

Где-то недалеко зазвучала сирена. Минуту спустя толпа оживилась и пропустила через себя врачей, но не сошлась в единое полотно. Адама положили на носилки и понесли к машине. На раненого смотрели с тоской и волнением. Сам раненый немного улыбался и тихо говорил фразы вроде “все будет хорошо, не переживайте” — хотя его почти никто не слышал.

В “скорой” Ассистент потерял сознание.


Стрелка одарили иммунитетом от лихорадки, охватившей почти все остальное население. Вместо солидарности мужчина пропитался ненавистью и желанием защитить свою страну от переворота. Ничего лучше убийства он не придумал.

Отставной снайпер очень быстро достал оружие и патроны. Свое везение он посчитал Божьей помощью, хотя никогда в него особо не верил.

Узнав о выступлении Адама со сцены, будущий убийца нашел подходящее место для выстрела. Его не волновала глупость устранения цели на публике, в голове у него было только желание сделать это как можно скорее. После нажатия курка мужчину “отпустило”, он понял, что выстрелил в невиновного человека, да еще и по собственному желанию…

Через десять минут его сбила машина скорой помощи, вместе со всеми уликами. Снайпер перебегал дорогу, не думая о собственной безопасности, руководствуясь желанием поскорее скрыться. Почти получилось.


Когда Адама увезли в больницу, толпа немного поредела, но не разошлась. Еще до того, как парень оказался в приемном покое, поползли слухи о заказе от спецслужб. Это выглядело как правда, но мало кто ей верил. Люди-то наверху не глупые. По крайней мере, не все.

Информация в напряженной атмосфере распространялась молниеносно. Адам лежал на операционном столе, а весь мир уже знал о том, что он жив и почти не пострадал. Журналисты успели разобрать по кадрам последние секунды репортажа, пока оратор не упал на пол. Падение тоже было вне плана, но неожиданные ощущения сыграли свою роль.

В операционной имелись камеры и Ева транслировала операцию Максиму на монитор, объясняя, что и почему делается. Парню было непривычно видеть подобное, но разъяснения Ассистента его успокаивали. Адам получил симпатичный шов. Ева наложила отрезок будущего на кадр с ним, показывая небольшой шрам.


Случайности иногда происходят, как ни старайся от них избавиться. Адам боялся этих случайностей. Иногда они бывают такими мелкими и незначительными, что заглядывая в будущее даже не обращаешь на них внимания. Что-то внутри Ассистента говорило, что ему просто не хватает опыта. В моменты волнения он хотел достать его откуда угодно, лишь бы не налажать.

На тумбочке у кровати зажужжал телефон. Адама раздражал этот звук, но рингтон раздражал бы еще сильнее. Парень в любой момент мог посмотреть в будущее, но ему важнее было настоящее. Он хотел видеть каждый момент своего сценария.

— Show must go on… — тихо пробормотал парень и взял телефон в руку. — Я весь внимание?

— Что тебе взять? — спросил Максим, стоя в магазине и переводя взгляд с отдела на отдел. Супермаркет был полон покупателей, некоторые возвращались домой с площади.

Адам вдохнул побольше воздуха и протараторил длинный список:

— Мандарины, апельсины, сгущённое молоко, яблоки, немного меда, если будет, сосисок каких-нибудь, еще газировки захвати…

Максим усмехнулся:

— Ты не лопнешь?

— Я тут умираю с голоду! — вскричал парень, — ускоренная регенерация требует ресурсов!

Редактор хмыкнул и положил трубку. Все пожелания были исполнены. Ева внесла свой вклад и подсказала пару вещей, которые могли порадовать Адама. Пусть они просто коллеги, но внимательность никто у Евы не отнимет.

Когда Макс переместился к дверям больницы, на него никто не смотрел. Ни одна камера этого не засекла — секундная помеха.


Парень хотел легально попасть в палату к Адаму, но его все равно не пустили. У дверей стояли сотрудники спецслужб, этого никто не ждал.

Закрыв глаза на естественность, Ева телепортировала Максима в палату. Отводя от неё внимание и зациклив кадр с камер видеонаблюдения, девушка обеспечила тайный визит.

Оказавшись в небольшой комнате, Максим заметил опущенные жалюзи на окнах, посмотрел на подстреленного приятеля и спросил:

— Как ты?

Адам до этого выглядел спокойным и уравновешенным, но после вопроса взорвался:

— Это охренеть как больно! — выплеснув эмоции, он успокоился: — Я об этом не подумал.

— Ты сам все планировал, — Максим пожал плечами, — тебе и расхлебывать.

— Я для вас стараюсь, — Ассистент выглядел оскорбленным. Он все еще обобщал людей, говоря “для вас”, “для них” и прочее.

Редактор поставил пакет из магазина на прикроватную тумбочку.

— Там есть кое-что от меня.

— Спасибо большое, — Адам уже вытащил из пакета апельсин и начал его чистить.

— Что ты там про регенерацию говорил?

Ева включилась в разговор:

— Согласно Руководству, она гораздо выше, чем у обычного человека, но сейчас снижена.

— Угу, — с набитым ртом согласился пострадавший, — а то будут подозрения.

— Нам пора, — сказала Ева, — сюда идет медсестра и я не хочу её останавливать.

Адам швырнул пакет с едой под кровать и через секунду Максим исчез.


***


Используя собственное обаяние и фальсификацию показателей, Адам слинял из больницы через четыре дня после поступления. От спецслужб пришлось отвязаться более неестественным путем — охранники на входе просто забыли о его существовании на пару часов. За эти пару часов они потеряли работу, а потом “внезапно” выиграли в лотерею.


— Так, стрим через минуту! — оповестила Ева.

— Я нормально выгляжу? — поинтересовался коллега.

— Нормально, — отмахнулась девушка.

Серый фон за спиной Адама по-прежнему хорошо контрастировал с черным костюмом, белой рубашкой и голубым галстуком. Смотря в объектив камеры, парень думал о том, что ему сказать. Суфлером Адам пользоваться не стал, заранее писать речи было не в его духе. Прозрачность — вот чего он хотел. А от него хотели ответов.

Сеть уже кипела вопросами, которые Адам попросил задавать под специальным постом. Оставшееся время он просматривал самые популярные.

Ева начала отсчет:

— Стрим через три, две, одну…

Адам убрал телефон в карман и нервно поправил галстук, точнее, сделал идеальное неидеальным.

За несколько секунд с запуска трансляции к ней присоединилось несколько тысяч человек, число очень быстро росло. Еще бы, все четыре дня Адам держал интригу, как оказалось — не зря.


— Привет всем! — Адам улыбнулся, вызывая симпатию у каждого, кто смотрел трансляцию. — Как вы видите, я живой, но пока не очень здоровый. Из больницы меня отпустили, надеюсь, что скоро поправлюсь.

Парень немного помолчал, собираясь с мыслями, а потом их выдал.

— Не буду никого обвинять и строить предположения о том, кто мог совершить покушение на мою жизнь, я знаю только одно — кому-то это было выгодно. Я очень рад, что выгоду они не получили. Думаю, вы тоже.

В комментарии посыпались согласия с Адамом и слова поддержки.

— Мы будем продолжать борьбу за наши права и лучшее будущее, я бы даже сказал, за лучшее настоящее. Не нужно чего-то ждать — нужно действовать и добиваться того, чего каждый из нас достоин — Прозрачности и Развития. Все это возможно только благодаря Единству.

Адам произнес последнее как-то слишком торжественно для себя. Осознав это, он улыбнулся:

— Звучит пафосно, но никто не заставляет вас в это верить. Просто подумайте сами и решите.

Ева поняла, что это кульминация речи, поэтому попросила:

— Давай к вопросам, а то их много уже.

Адам подхватил эту идею.

— А пока вы решаете, я перейду к самым популярным вопросом под специальным постом…


***


Комната недорогого отеля. Темно-зеленые обои с золотистым узором из мелких цветков, две односпальные кровати, на них разложены вещи. Подложка со стаканами кофе на прикроватной тумбе источает приятный запах. Латте среднего размера, едва-едва из кофейни.

Аван смотрела в зеркало. К ней вернулось белое платье, потому белый это цвет чистоты и непорочности, цвет, который был “не для неё”, но символичность была дороже.

Закрытые плечи и грудь, небольшой разрез на спине между лопаток — единственный “интим” в её наряде. Даже будучи сдержанной Аван производила впечатление.

Пустив волосы по спине, девушка расчесывала их и думала. Ей предстояло дать отпор своему “коллеге”, стать чем-то лучше и эффективнее, чем Адам. И она станет.


Исай подошла к ней и подала стакан с кофе.

— Если бы я додумалась до этого раньше, мы бы обставили тот трюк с ВИЧ лучше, — сказала девушка, отходя назад и смотря на оставшиеся стаканы.

— Ладно, — ответила Аван, — не возвращаться же назад.

— Ну уж нет, — Исай чуть не подавилась, — чтобы меня опять выворачивало?! — она закашлялась.

Авелю хотелось сказать, что таких эффектов больше не будет, но промолчал. Исай не любила, когда он говорил что-то, если его не спрашивали.

Исай долго кашляла и Аван заволновалась. В миг переместившись к ней, она похлопала “босса” по спине:

— Тише, успокойся, — ей стало лучше, она перевела дух и задышала ровнее. — Тебе рано умирать.

Девушка усмехнулась:

— Захлебнуться кофе в отеле! За кучу километров от дома!


Они прибыли в Новый Край официально. Исай нравилось получать новые печати в загранпаспорте, но если срочно нужно было куда-то попасть — телепортация доступна 24/7. “Зачем она здесь?” — мир следил за происходящим в этой стране, а им важно было оказаться в первых рядах… И швырнуть гнилыми помидорами, если шоу вдруг их не устроит.

Осталось только занести руку.

Или начать свое представление?

Исай было немного страшно. Ей сложно было представить, что будет, если переступить через черту и начать противостояние двух сильнейших людей на планете. Какие там сверхдержавы? Одним своим согласием Максим запустил механизм уничтожения одной из этих держав, попутно зацепив вторую. Шаг за шагом — и весь мир у твоих ног. Исай не могла ему этого позволить.

Несколько дней назад её озарила идея:

— Давай устроим второе пришествие! — она выкрикнула её прямо в лицо Аван.

Стоит ли мелочиться и начинать с одной страны, если можно охватить больше двух миллиардов человек по всему миру за раз? А если брать только религии с одним божеством, то не меньше трех миллиардов… Почти половина населения всей планеты… Чуть больше стараний — и все остальные будут слушать каждое твое слово, ловить каждый вздох и жест. Исай и Аван такой масштаб приводил в восторг.


По подсчетам Авеля, небольшие чудеса, для большой аудитории могли очень быстро поднять их уровень со второго на третий. Чем больше чудес, тем больше влияния и очков. Главное, чтобы люди поверили в Аван и шли за ней, после этого с ними можно было сделать все, что угодно.

Для “чудес” были подготовлены свои сценарии, для сценариев свои команды — команда хорошо постаралась. Оставалось только выбрать место и время.

— Может, начнем в Израиле? — предложила Исай, допивая кофе, — Красиво получится.

Аван согласилась:

— О да! Еще символичнее будет, когда тебя уведут под ручки в “скорую”, — она засмеялась и заразила смехом подругу.

Успокоившись, девушка сухо добавила:

— Это не подходит, думаем дальше.


***


Так совпало, что Аван тоже заявила о себе через телевизор, добавив к нему Интернет и радио. В один момент по всему миру её лицо появилось на больших и маленьких экранах, а голос прозвучал на всех радиочастотах, которые передавали звук.

— Приветствую каждого, кто меня слышит! — так Аван начала свою речь на сотне языков. — Меня зовут Аван, я пришла сказать вам несколько важный вещей. Первое — вы превратились в чудовища, вы уничтожаете природу и себе подобных, уничтожаете то, что вам подарили. Второе — я помогу вам исправиться. Третье — я то, чего вы так долго ждали. Четвертое — ваше знание обо мне ложно.

Лицо Аван пропало с экранов, голос больше не звучал из динамиков и наушников.

Тишина.

Замешательство.

В нескольких сейсмоопасных районах случились мелкие землетрясения без последствий. Побережья окатили невысокие волны цунами. Возвращаясь в океан, они забрали с собой много мелких лодок, но никому серьезно не навредили.

Идея сработала — мир забыл про Адама. Не то чтобы все сразу поверили в “девушку с экрана”, просто… Это точно было чем-то, что никогда раньше не происходило.

Люди подсознательно повесили на Аван ярлык божества. Сомневались в ней только те, кто особо не верил ни в одного бога, а вот верующие — ни секунды. Наоборот, они обрели надежду… и страх. Никто особо не понимал, чего стоит ожидать.

Представители разных конфессий, конспирологи и разнообразные секты наперебой выдавали свои версии будущего. Пессимисты пророчили смерть всем неверующим, более мощные природные катаклизмы, болезни и все прочее+-, связанное со смертью. Оптимисты ждали лучшего и надеялись на очищение душ, спасение от всего плохого, что люди наворотили. Первых было больше, образовалась паника.

Планету охватила новая лихорадка.


***


— Они там что, совсем свихнулись?! — возмущалась Ева, — Это же ужас! Какое она имеет право?!

— Это вообще… — Адам посмотрел на Макса недоумевающим взглядом, — дичь какая-то…

— Да, — согласился Макс, — это дичь.

Потом он обратился к Еве, посмотрев на неё в мониторе:

— Может объяснишь, почему все так плохо?

Девушка перестала строить гневные гримасы и немного успокоилась.

— Все плохо, потому что Исай начала серию очень неестественных действий. Вы же помните, что я говорила по поводу такого поведения?

Максим помнил:

— Чем естественнее, тем меньше последствий для обычного мира. — он сложил в голове произошедшее и то, что произнес. — И что будет дальше?..

Ева больше не закипала, говорила твердо и уверенно:

— Мы не знаем того, что она собирается сделать. Вероятное будущее очень разнообразно, но последствия везде одинаковы. Исай будет пытаться их гасить, будет ссылаться на собственную волю, но все равно захлебнется в хаосе, который сама сотворила. На любое действие есть противодействие. И этим противодействием могут быть неконтролируемые, мощнейшие природные бедствия, эпидемии, финансовые кризисы — это все идеально вписывается в общие представления о втором пришествии.

— И что, Исай этого не понимает?

— Не хочет понимать, — ответил Адам. — Она наверняка думает, что действительно сможет сделать этот мир лучше одним своим повелением, — парень щелкнул пальцами, — вот так.

— Как бы шаблонно это ни звучало, но когда она поймет — будет поздно, — заключила Ева.

— Но можно же вернуться обратно во времени и все исправить? — спросил Макс.

— Можно, — согласилась Ева, — но тогда мне интересно, что будет с нами. Скорее всего мы ничего не узнаем об этом, а может и нас отбросит обратно. Посмотрим.

— А еще может быть полный кабздец, — Адам усмехнулся, — мы останемся тут, а они будут там все воротить. Вокруг нас все начнет меняться… Прикольно получится.

— Надо с ней поговорить, — решил Максим.

— В прошлый раз переговоры были не очень, — Адам состроил кислую мину.

— Надо попытаться ей объяснить. Она тут не одна, в конце концов.

— Сейчас ты к ней не подойдешь.

— Тогда надо вернуться обратно и согласиться на сотрудничество, — предложил Максим.

— Да, стоит попробовать, — согласилась Ева.

— А мы будем помнить то, что было до возвращения? — спросил Адам.

Ева зыркнула на него с пренебрежением:

— Кто-то точно не читал Руководство…

— Я дальше своего раздела не заглядывал, — Адам улыбнулся, — мне это нафиг не надо.

— Короче, — Максим хлопнул ладонями над головой, — давайте все по новой!


***


Солнце снова припекало плечи, но сейчас Ассистенту и Редактору было все равно.

Во второй раз Макса и правда не скручивало. Все прошло легко и гладко. Небольшое помутнение в глазах и головокружение — единственное, что ощутил Максим, а вместе с ним и Адам.

Стоять у двери Исай было неловко. Будущее опять путалось, как лабиринт, и не давало понять, что случится дальше.

— Пусть будет так, как должно, — Ева успокаивала парней, — просто идите туда и поговорите.

— Легко сказать… — пробормотал в ответ Адам.

Входная дверь открылась, за ней стояла Исай, смотрела приветливо, улыбалась.

— Максим? — спросила она.

— Привет, Исай, — поздоровался Макс.

— Привет, — ответила девушка и вошла внутрь, — идите за мной, в мое Логово.

Спускаясь по лестнице вниз, она добавила:

— У меня там небольшой… беспорядок.

“Все как в первый раз…” — с удивлением отметил парень.

— И правда, — согласилась Ева.

— Ничего, — Максим придал своему голосу непринужденности, — все нормально.

Макс, Адам и Ева волновались. Никому не нравится быть в полном неведении, они не знали, к чему приведет согласие на объединение, не знали, что делать, если их взгляды разойдутся сильнее, чем ожидается. В любом случае нужно было прийти к соглашению или… Не дать Исай разрушить этот мир в попытке его спасти.


В маленькой квартире было душно, но на этот раз Адам не стал делать замечание. Из окошка у полотка сочился солнечный свет, лучом вычерчивая прямоугольник на полу.

— Будете что-нибудь? — спросила хозяйка. — Есть вода, апельсиновый сок, бутерброды…

— Сок, — хором попросили парни, а потом удивленно переглянулись.

— Хорошо, — откликнулась Исай, посмотрев на гостей с очередной приятной улыбкой.

Достав из холодильника коробку с рисунком из сочных апельсинов, она поставила её на стол.

— Как ты живешь в этой тесноте? — спросил Максим, осматривая кухню. Пространства едва хватало на троих человек.

— Посмотри, какая она маленькая, ей вполне нормально, — ответил за неё Адам.

— Да, — согласилась девушка, доставая стаканы из навесного шкафчика, — мне удобно.

Налив сока, она протянула стакан Максиму, а затем Адаму. Отпив из них, парни снова переглянулись, а Максим мысленно пожаловался:

— Кислятина.

— Ага, — согласился Ассистент.

Проявлять неуважение Максиму не хотелось — допив “кислятину” залпом, он поставил стакан на кухонную тумбу и спросил:

— Экскурсию не проведешь?

— Идем! — Исай махнула рукой и повела гостей в свою комнату.


Даже во второй раз видеть стеллажи по всем свободным стенам было непривычно. Максим подошел к одному из них и засмотрелся на коллекцию снежных шаров из разных американских городов: Нью-Йорк с его статуей, Вашингтон с Белым домом, Лос-Анджелес с знаменитой надписью “Hollywood”.

— Ты была в Штатах? — спросил Макс, взяв в руки шар из Нью-Йорка. Встряхнув его, парень залюбовался плавным падением снежинок на дно.

— Там шикарно, — откликнулась Исай, — очень интересные города, своеобразные, жила неделю в Вашингтоне.

— Надо тоже слетать, — предложила Ева.

— Только сначала со всем эти разберемся, а потом можно и отдохнуть — ответил Адам.

— Ладно… — Исай села в свое комфортное кресло у стола и вдохнула побольше воздуха, — У меня есть предложение.

— Какое? — спросил Адам.

Микромимика выдала недовольство на лице Исай, ей не нравилось, что Ассистент лез в чужой разговор. Про то, что переговоры — работа Адама она даже не вспомнила.

Но все-таки ответила:

— Я хочу сотрудничать с вами. Раз нас двое, то лучше нам быть на связи друг с другом и делать что-то полезное вместе.

Максим обернулся к ней и твердо произнес:

— Я согласен. Это хорошая идея.

— Да, — поддержал Адам, — так будет лучше.

“Так будет лучше” — эти слова звучали в голове Максима эхом при мысли о будущем.

— А будет ли? — мысленно спросил он самого себя.

Глава 16

В футболке Адам почти ничем не отличался от Авеля. Рука немного ныла, ему неприятно было переживать это снова. Повязка напоминала о том, что он человек, обычный человек. Ну, если не брать в расчет альбинизм. Сейчас его уникальные способности в общении с людьми помогали выпросить обезболивающее у медсестер — никакой другой пользы в больнице от них не было.

Ассистент уже три дня не мог нажать кнопку “опубликовать”, чтобы начать новую цепочку событий. Ему хотелось еще немного полежать в постели, понежиться во внимании медперсонала и последователей, а не разгребать все то, что будет после одного единственного действия — клика по кнопке “опубликовать”.

Максим появился в палате внезапно. Адам от удивления захлопнул ноутбук и посмотрел на гостя с недоумением:

— Ты что тут забыл?

— Публикуй, — парень был полон решимости.

— Я хочу еще немного подождать.

— И чего ждать? — спросила Ева.

— Это не самая лучшая идея, — ответил Адам.

— Если мы сейчас это не сделаем, то все повторится, ты же сам понимаешь. И ничего не делаешь.

Редактор подошел к больничной кровати и попытался забрать у Адама ноутбук. Адам его не отдавал.

— Лучше сам отпусти, — попросил парень, насупившись.

Ассистент вспомнил, что чувствовал в прошлый раз, когда не послушал Максима… Адам отпустил ноутбук.


Взяв его в руки, Редактор поставил устройство на прикроватную тумбочку, открыл, и нажал кнопку “Enter”.

— Вот и все, — он улыбнулся, — и никаких мучений. А теперь сваливай отсюда и принимайся за работу, хорошо?

— Еще полчасика? — Адам состроил жалобное лицо.

Максим снова помрачнел.

— Через “полчасика” ты угодишь за решетку, — сообщила Ева, — лучше прямо сейчас.

— Ева, вылечи его, — попросил Макс.

Девушка предупредила:

— Это не очень естественное действие.

— Я знаю, — отмахнулся парень, — выполняй. И повязку убери.

Повязка исчезла вместе с раной, даже шрама не осталось.

— А какие последствия у этого? — поинтересовался Максим.

— В момент исцеления один мужчина в Китае сломал руку, — без тени печали сообщила девушка. — Чтобы вы сильно не винили себя, скажу, что каждую секунду происходят тысячи переломов по всей планете.

— Успокоила, — Максим усмехнулся, а потом обратился к Адаму, — вставай, нам пора домой. — немного подумав, он добавил: — Покормим тебя чем-нибудь…


***


На следующий день после побега из больницы партия “Трех Основ” была запрещена, а её руководитель в лице Адама — объявлен в розыск и обвинен в экстремизме — у этого были свои причины.

В своем посте политик признавал вину властей в покушении на него, что вызвало более серьезные последствия, чем простые выступления на площадях и небольшие забастовки — не только Новый Край, но и вся страна присоединилась к протесту. Люди перестали ходить на работу, слонялись по городу без дела и собирались в важных точках города, чтобы выразить свое мнение о происходящем. На этот раз даже никакой “лихорадки” не потребовалось…

Полиция и военные старались контролировать выступления, но их присутствие только раздражало протестующих. Они использовали всю изящность языка, когда ругали правоохранителей. Некоторые из демонстрантов звали их на свою сторону — и кто-то менял свое будущее на будущее общества… В основном молодые, разочаровавшиеся в профессии парни и девушки.

Через несколько дней из-за политической нестабильности курс национальной валюты по отношению к юнитам рухнул — это стало последней каплей для власти и обычных людей. Первые собирались наконец взять все под свой жесткий контроль, а вторые уже подумывали устроить еще одну революцию, почти через сто лет, после предыдущей. “Наши руки устали держать плакаты — писали иногда в соцсетях, — пора взять что-то более убедительное!” — подобные слова заставляли серьезно нервничать высшие эшелоны.


Отчаяние доводит до разных вещей — на этот раз оно довело до переговоров.

— Адам, вам оставили письмо, — написали парню в мессенджере, — мы его проверили, вроде, ничего страшного.

— От кого письмо?

— От пресс-секретаря президента. Он лично его принес, просил сообщить только вам.

— Я скоро буду, — отписался Адам и принялся думать.

Максим пялился на него в недоумении:

— Это шутка такая? — а потом попросил: — Ева, глянь камеры, пожалуйста.

— Это не шутка, — выдохнула Ева, пораженная не меньше, чем Макс, — Это действительно Эхов приходил.

— Покажи, — Максим все еще в это не верил.

Ева вывела на монитор запись с камер, разделила на четыре квадрата разные ракурсы и запустила.


В холле штаба Трех Основ находилось всего несколько человек, они шли по своим делам, смотря в телефоны и не обращая друг на друга внимания. У входа стояла пара охранников, чтобы в такое сложное время никто здесь сильно не нервничал.

На тринадцатой секунде записи в холл вошел солидный человек низкого роста, немного полноватый, с уверенным взглядом. Максим не раз видел его фото в новостях. Когда в стране происходило что-то важное и нужен был комментарий власти — именно этот человек выдавал “взвешенную и непредвзятую” позицию по определенному вопросу. Константин Иванович Эхов — вот как зовут язык президента и госаппарата в целом.

Это казалось ему старомодным, но Константин не мог противиться приказам начальства. Поискав глазами кого-нибудь значимого, он обратился к охраннику, а потом направился к одному из кабинетов. Другая камера показала, как мужчина подошел к двери с табличкой “Пресс-служба”. Константин вошел без стука.

В кабинете сидела Катя — вчерашняя студентка журфака, моментально откликнулась на вакансию “работника по связям с общественностью”. Исправно выполняет свою работу — отвечает на частые звонки коллег и блогеров и дает комментарии вместо Адама. Это не было работой её мечты, но за неё хорошо платили и почти ничего не требовали взамен.

Посмотрев на гостя, Катя немного “подвисла”.

— Здравствуйте, — поздоровался Константин.

— Здравствуйте, — ответила девушка.

— Мне нужно передать письмо главе вашей партии, — мужчина достал из внутреннего кармана конверт, — я могу сделать это с вашей помощью?

Катя кивнула:

— Конечно.

— Только отдайте его лично в руки Даниле. Это крайне важно. Я могу на вас положиться?

Катя поменялась в лице, на нем появилась серьезность, она протянула руку и твердо произнесла:

— Можете.

Константин отдал конверт и кивнув, ушел.


— И что там? — спросил Максим, смотря на Еву в углу экрана.

Адам усмехнулся:

— Акт о капитуляции.

Ева помотала головой:

— Все не совсем так. Они просят о встрече.

— Но ты же знаешь, как им страшно! — вскинулся Адам, — Они там в штаны гадят из-за всего происходящего.

— Ты прав, — девушка не реагировала на его эмоции, — но сейчас тебе лучше идти за письмом.

Редактор повернулся к Адаму, сделав быстрый разворот на стуле.

— Да, — согласился Максим, — мы обо всем потом поговорим, иди.

Ассистент исчез прямо у него на глазах.

— Б-р-р, — произнес тот, — до сих пор крипово.

В момент перемещения Ассистент опубликовал пост, в котором рассказал о поступившем предложении.


***


В просторном кабинете Адам чувствовал себя намного увереннее, чем все остальные. Сидя за одним столом с толпой очень влиятельных людей, он смотрел то на письмо, лежащее перед ним, то на соседей. Большая хрустальная люстра напоминала перевернутый конус, вершина указывала в центр стола. Ассистент мечтал, чтобы она рухнула и поубивала всех, кроме него.

Президент, премьер и кабинет министров в полном составе — все они смотрели на Адама и чего-то ждали.

Разговор начал президент:

— Вы понимаете, что ваше поведение губительно для страны?

Адам выдал широкую улыбку:

— У меня к вам идентичный вопрос, — улыбка исчезает и он добавляет: — Но я сюда пришел за не обменом мнением о друг друге, я пришел поговорить. У вас есть свои требования, у меня свои. Могу я назвать свои?

— Можете, — отвечает президент.

— Вы все должны уйти в отставку и дать гражданам выбрать тех, кого они действительно хотели бы видеть на ваших местах.

Премьер-министр взрывается:

— Да как ты смеешь вообще такое говорить?! Ты, сопля зеленая!

Президент поднимает руку, прося его замолчать.

— Прощу прощения за Иннокентия Павловича, — премьер осекся, услышав свое имя, — мысль свою он выражает неправильно, но посыл верный. И я думаю, все присутствующие здесь с ним согласятся.

“Все присутствующие” ритмично закивали, выражая на лице обеспокоенность вперемешку с полным согласием.

— Но вы, видимо, в школе историю не учили, — Адам убрал улыбку с лица. — Вас сметет толпа недовольных, если вы добровольно не уйдете. Не считайте это угрозой, это предостережение.

— Я вас понял, — ответил президент, посматривая на краснеющего от гнева премьера. — Я думаю, в таком случае бесполезно просить вас успокоить протестующих. Их протест наносит серьезный вред экономике страны.

Адам едва сдерживается от смеха.

— Воры просто получат меньше денег в свои карманы… — парень делает многозначительную паузу, — а граждане справятся, обязательно справятся. Ради лучшего будущего.

— “Лучшее будущее!” — передразнивает красный, как болгарский перец, премьер. Президент и весь кабмин смотрят на него осуждающе, министр образования одними губами произносит: “Заткнись!”.


Ассистент спокойно продолжает:

— Они успокоятся, если вы выполните требования, их даже просить не придется, — Адам прочистил горло, скорее ради жеста, чем из надобности. — Со своей стороны могу гарантировать вам безопасность, — Ассистент осмотрел присутствующих, — Я знаю про все ваши скелеты в шкафу, за которые вам, в случае сложения полномочий, придется нести ответственность.

По людям в помещении прошлась волна страха, даже ужаса. Адам вылавливал в их голове вопросы, воспоминания о самых ужасных поступках в их жизни и громко смеялся внутри. Злорадно смеялся.

— Как мы можем вам доверять? — спрашивает президент, — Вы обвинили нас в покушении, которого мы не совершали.

— А почему я вам должен доверять? — спросил в ответ Адам.

— Хотите верьте, хотите нет, но мы этого точно не делали.

— Вот и вы, — Ассистент снова осмотрел присутствующих, — хотите верьте, хотите нет.

— Да я тебя по стенке размажу! — Иннокентий Павлович вскакивает с места, — И всю твою шайку, подонок! Провокатор чертов! Откуда ты вылез такой, а?! — премьера усаживают на место коллеги, поднимается гомон, его просят успокоиться.

Адам встает с места, президент встревоженно говорит:

— Я прошу прощения…

— У граждан прощения попросите, — колко прерывает Адам и поворачивается к нему спиной.

У высокой деревянной двери он добавляет, не оборачиваясь:

— Подумайте о том, что я сказал, — он легко открывает дверь. — Вы знаете, как меня найти.



***


Через несколько дней после переговоров президент и кабинет министров ушли в отставку. Никаких заявлений и выступлений, лишь огромный баннер на сайте правительства — мелочь. Мелочь стала большой победой.

— Согласно закону, — говорила Ева, изучая право в ту же секунду, — они остаются на постах до избрания нового президента, выборы которого скоро должны назначить. А новый президент сразу сменит правительство. Только есть проблема.

— Какая? — спросил Максим, наблюдающий за приростом пользователей у Зета.

— Кадров нет, — ответил Адам.

— В смысле?

— Некого новыми министрами назначать, — уточнила Ева, — а старые больше не вызывают доверия.

— Так давайте создадим их, — предложил Максим.

— Из воздуха? — Адам не понимал Редактора.

— Ну ты же у нас из ниоткуда появился, — съязвил Макс.

— Адам уже существовал, — заметила Ева, — он часть Редактора, до какого-то времени неизвестная. Другое дело — создавать десятки человек с нуля, формируя личность, тело, внедрять в существующую реальность и…

— Короче, — отрезал Максим, — это сложно, я понял.

Немного подумав, он предложил:

— Тогда давайте возьмем кого-то за основу и просто “перепрограммируем” так, как надо. Это ведь проще?

— В разы, — подтвердила Ева. — Тогда надо найти кандидатов.

— Я об этом подумаю, — откликнулся Адам.


— Ребят? — окликнул Максим

— Что? — разом отозвались Ассистенты.

— А президентом-то кто будет? — спросил Макс, а потом посмотрел на Адама.

— Не смотри на меня так, — Адам выставил вперед руки, — у меня полно других обязанностей!

— Есть без остановки и по блогам лазать? — теперь язвила Ева.

— Но за тебя люди горой, они за тобой следуют, — уговаривал Максим, — к тому же, ты у нас как Наруто — двойников можешь иметь.

— Вы все-таки читали Руководство! — с удовольствием подметила Ева.

— От скуки пришлось, — Максим улыбнулся.

Вернувшись к Адаму, он четко заключил:

— Учи присягу.

— И да, надо прекратить забастовку, — добавила Ева, — цель достигнута.

— Ага, — согласился Максим, не отвлекая взгляд от Адама, — готовь обращение.


***


Кондиционер в квартире Исай отремонтировали и девушка больше не чувствовала себя так, словно находилась в духовке. Да, к климату она привыкла с детства, но к кондиционеру полжизни привыкать не пришлось.

Исай уже неделю выполняла роль “глушителя” для Максима. По их договорённости, она должна смягчать для обычных людей последствия кризиса и волнений — прямо как Макс во время кризиса в Штатах. В этот раз вся выгода была не для него одного, но еще и для коллеги.

Исай хотелось большего и Максим это понимал:

— Помоги мне с этим, — просил он, — с тебя не убудет, а людям будет лучше.

— Ну да, — соглашалась Исай.

Соглашалась и сомневалась. Ей хотелось большего, чем какие-то мелкие поручения. Улучшение настроения, самочувствия, решение мелких финансовых проблем, прекращение разных конфликтов — все это ей надоело, но девушка продолжала работать. Даже попросила Авеля написать скрипты по автоматическому выполнению типичных действий.

Пока Исай спала, ела и всячески тратила время, за неё автоматически создавались и выполнялись поручения.

Механизм был заточен под минимальные последствия для остального мира, поэтому объем помощи автоматически регулировался, чтобы в условной Канберре люди массово не заболели гриппом. Но объемы были маленькими, кольцо с общим учетом баллов почти не стремилось заполниться…

Исай успокаивало только одно — политические заморочки Максима подходят к концу, а значит, потом можно развернуться на полную. Она уже строила планы по поводу их “дуэта”, собиралась совершить что-нибудь действительно стоящее, вывести планету на новый уровень… и себя тоже.

А пока оставалось только поглощать контент, посматривая на графики и новости, чтобы “в ручном режиме” отреагировать на важное происшествие. Девушку грела мысль о том, что кроме неё сейчас никому нет дела до предстоящего обрушения шахты, сбоя в системе электроснабжения крупного города или даже повторения Чернобыля — все это заранее замечал Авель и останавливала Исай. Аван во время этих свершений поглощала ударные дозы калорий, наслаждаясь жизнью. Все были довольны. В большей или меньшей степени.


***


Внезапное появление на телеэкранах больше не казалось Адаму лучшим способом что-то сообщить людям. Теперь, чтобы вести себя максимально этично, политик попросил немного времени в популярном ток-шоу. Согласие он получил практически моментально, даже никому “мозги промывать” (так подкалывал Ассистента Максим) не пришлось. В рекламу сразу пошла наживка с тем, что Адам будет участвовать в новом выпуске шоу, с каким-то заявлением, да еще и в прямом эфире. Парень не возражал, важнее была его “небольшая просьба”, а уж кто какую выгоду получит — дело десятое.

От грима он твердо отказался, хоть на Адама все и смотрели, как на идиота. Но маска уверенности производила большее впечатление — смотреть смотрели, а сказать ничего не могли.

Для Ассистента реквизиторы нашли небольшую трибуну, ради лучшей атмосферы. Фанера, выкрашенная в ярко-белый цвет и полый черный треугольник в центре — рассмотрев все это, Адам подумал, что идея с трибуной неплохая. Но все портило истинное желание польстить и представление его участия элементом шоу.

Предвкушение высоких рейтингов и доходов от рекламы пропитывало почти каждого в студии. Люди копошились, как муравьи, постоянно перекликаясь, желая, чтобы все прошло ровно и гладко, потому что всегда может произойти что-то не по плану. Иногда на руку, иногда нет. Но лучше такого не допускать… Все это напоминало Адаму его работу, только масштабы и цели были куда крупнее и… чище.

По сценарию, заявление Ассистента было в самом конце, поэтому ему пришлось сидеть и слушать, как разные недоэксперты обсуждают последние события. Даже Адаму периодически прилетало, но парень не находился в самой студии, а ждал за гранью обзора камер. Если Максим мог отключать определенные чувства, то Ассистенту приходилось просто абстрагироваться.


— Ну а сейчас мы наконец услышим то заявление, ради которого многие из вас собрались у экранов. Мы приглашаем за специальную трибуну Данилу Дорохова!

Ассистенту нравилось его второе имя, хотя он его не выбирал, выбирала Ева. Поначалу откликаться на него было непривычно, но потом это превратилось в норму.

Волна фальшивых аплодисментов окатила парня, он смотрел строго перед собой и нес ауру уверенности, перешибая желание участников шоу отпустить что-нибудь в его адрес. Хлопки и вперенные взгляды — все, что сопровождало Адама на пути к трибуне. Встав за неё, он направил свой взгляд прямо в камеру и начал говорить.

— Приветствую всех, кто ждал и дождался моего выступления. Я пришел сюда, чтобы больше не захватывать телесети, как какой-то революционер. Я больше им не являюсь, потому что моя основная цель выполнена — вы получили свободу выбора, сами её добились. Это не значит, что я куда-то ухожу, оставив вас без правительства и президента, это значит, что теперь нужно делать все “по-людски”, не допускать прежних ошибок. Но пока это не главное. — Адам выждал паузу, которую никто не хотел прерывать, его слушали все. — Главное — это путь к лучшему будущему. Я хочу попросить вас перестать митинговать, разойтись по домам и работам, вернуться к своей нормальной жизни. Но так же я прошу вас никогда не забывать, что вы всегда имеете право высказывать свое мнение. Никакие законы, ограничивающие ваше право на выступления и забастовку не должны лишать вас права сказать: “Мне это не нравится”. Запомните это и несите свой опыт будущим поколениям. Нам с вами еще многое предстоит сделать, но как сказал Армстронг “Это — маленький шаг для человека, но огромный для всего человечества”.

Снова пауза. Студия и зрители ощущают воодушевление от произнесенных слов. Совершенно естественные ощущения, никаких махинаций… кроме нового скрипта.

— К слову о следующем шаге… — продолжает Адам, — Я объявляю о своем желании стать президентом и участвовать в следующих выборах. — зал ахнул, — Наверное, это было довольно предсказуемо, может, даже неизбежно… В выборах я точно поучаствую. Я надеюсь на вашу поддержку, но еще больше я надеюсь на вашу осознанность, ваше понимание того, что фальсификация и подтасовка результатов недопустима, что в этом деле необходима прозрачность в самом прямом смысле этого слова. Независимо от того, кого вы выберете, я хочу, чтобы это был ваш выбор. — студия разрывается овациями, без всяких сигналов.

Адам смотрит в камеру несколько секунд, разворачивается и уходит.

Глава 17

Zet Mind Company должна обзавестись офисом. Ева решила, что Максим слишком долго оставался одиночкой, без серьезной команды позади себя. Никто не мог быть таким же быстрым и эффективным, как Ева. Однако создать полноценную компанию она решила не просто так.

— Если я сейчас переброшу на людей большинcтво вещей, которые могу сделать сама, — рассуждала вслух Ева, — то мы с вами создадим рабочие места и более прозрачный источник финансирования. Всем от этого будет только лучше, — заключила девушка, а потом добавила: — и вы, Максим, сможете переехать от родителей.

То, что предложила Ева было ожидаемо и радовало парней. Прежде всего радовало то, что вся троица сможет сменить обстановку, а жизнь Максима сильно изменится. Изменения будут не такие серьезные, как при появлении иконки Редактора на рабочем столе, но точно не хуже. Собственное жилье, абсолютно свободное от чьих-то правил и указаний — это важный этап в жизни каждого человека.


— И переезжаете вы… — Ева немного задумалась, — завтра.

— В смысле?! — Максим немного прибалдел от таких новостей.

— Я просто подумала, что вам пора сменить обстановку.

— А меня спросить заранее нельзя?!

— Не ной, — отрезал Адам. Макс уставился на него, не понимая такой наглости. — В чем проблема? — спросил Ассистент. — Просто ответь на этот вопрос и мы все решим.

— Ну… — парень постарался разложить в голове все те неприятности, которые приносил переезд. Он совсем недавно пережил подобный стресс, поэтому долго не думал.

— Придется переносить все вещи, снова все раскладывать так, как мне будет удобно. Если это возможно, то надо делать ремонт, чтобы нам было комфортно там находиться… — больше Максим ничего не вспомнил.

— Тебе ничего переносить не придется, — ответил Адам, — мы все ровненько телепортируем в твое новое жилище. Прям вообще все.

— В нашеновое жилище, — поправил Макс.

Ассистент посмотрел на него с легким недоумением и продолжил.

— Ремонт сделать таким, как здесь, будет так же легко, как и все перенести. А может, ты вообще не станешь воссоздавать всю атмосферу на новоимместе, может, тебе это не надо? Подумай об этом.

— Соглашусь с Адамом, — Ева улыбнулась, — это потрясающая возможность — переезд, она не всем доступна.

— А в чем смысл? — спросил Максим, — Зачем нам переезжать?

— По-моему мнению, это поможет вам улучшить собственный имидж, частично освободить ваших родителей от ответственности, почувствовать себя свободнее.

— Забей, — Адам положил руку на плечо Максима, — просто подумай о плюсах квартиры сам. И если тыне захочешь, то мыостанемся здесь.

— Мне не нравится то, что никто из вас двоих не спросил моего мнения насчет переезда, — Редактор хмурился.

— Меня к этому не приписывай, — Ассистент начал отнекиваться, — даже меня она ни о чем не спросила и не предупредила. Но идеи отличные и полезные. Ева просто не думает о том, что нужно спросить именно тебя, она думает, что раз для это тебя лучше, то ты по-любому будешь согласен. Так ведь? — парень посмотрел в монитор и отыскав на нем Еву, заглянул ей в глаза.

— Так, — голос девушки прозвучал виновато.

— У меня тоже есть мнение, — Максим немного расслабился, — не забывай об этом, хорошо?

— Не забуду, — Еве стало еще некоомфортнее. Редактор это заметил.


Макс немного смутился, потому что не понимал, почему девушка расстроилась. А расстроилась Ева, потому что допустила ошибку, которую допускали многие люди — перестала считаться с мнением важного для неё человека. Ей с самого первого дня хотелось быть лучше, чем большинство homo sapiens, а тут она снова споткнулась о естество своей природы. Она — не программа, её кто-то оцифровал и засунул внутрь жесткого диска, но это не лишило её минусов обычных людей, с собственным телом. И минусы эти были в Еве глубже, чем она могла нырнуть, достать и выбросить. Это её раздражало, с этим приходилось жить.

— Не грусти, — это все, что Максти мог выдать. — Все хорошо.

Последнее парень произнес искренне и не врал. Ева это почувствала, не душой, а скорее, анализом звучания слов, мимики, языка тела. Почувствовала и успокоилась.



***


После массовой рассылки с почты ZMC среди IT-сообщества попозли слухи о том, что загадочный создатель Зета набирает команду для разработки.

Ева действительно рассылала письма-приманки с ящика, официально принадлежащего Zet Mind Company. Она самостоятельно находила претендентов, оценивала их способности и приглашала на работу. Её не интересовало то, был ли человек устроен куда-то еще, достиг ли он совершеннолетия, её интересовали только навыки. Отказы сразу исключались, Ева выбирала только тех, кто на все сто процентов будет готов приступить к работе. Тридцать человек для офиса в офлайне и полторы сотни работников по всему миру. Только лучшие в своем деле. Лучшие и готовые на все ради этой вакансии.

Для офиса Ева арендовала пару этажей небольшой площади, но в центре города, потому что понты в IT дороже денег. Кто ты такой, если не можешь обеспечить себе красивый вид на бизнес-центр этажа эдак с 30-го? Правильно — никто. Помимо понтов необходимы и хорошие условия для работы. Этими условиями были: бесплатное питание (сотрудничество с ближайшим рестораном) и зона отдыха с возможностью выпить хорошего кофе или чаю и поиграть в приставку. С гигантом-монополистом типа Unit Tech тягаться и не стоило, но никто на огромные масштабы и не претендовал. Нужен только прозрачный бизнес и рабочие места, просто потому что в обычном мире из воздуха ничего не появляется, а если появится — сломает всем мозг, как было с Ганг.

Оставалось только ждать, пока арендованные помещения оформят так, как этого хочет Ева. Согласия на работу сыпались одно за другим, а вместе с ними и новые резюме, которые девушка никак не ожидала увидеть. Она не учла, что некоторые завербованные технари могли рассказать о предложении своим коллегам или друзьям, а те, в свою очередь, захотеть испытать судьбу. Ева не стала упоминать в письме, что эти вакансии — нечто секретное, вот она и получила то, чего не ждала — кучку желающих присоединиться. Ей было даже как-то обидно удалять лишние письма, ведь все они хотели попасть в ZMC. Эти люди не подходили по требованиям, а значит — их резюме неминуемо оказывалось в корзине.


Все, кто согласился на работу в компании, сразу же попали в разные команды, а команды получили свои задания. Ева поручила им создать новое приложение, подобных которому было очень много: Zet Health. Новый продукт должен был следить за здоровьем своих пользователей. Он отслеживал количество пройденных шагов, выпитой жидкости, поглощенных калорий, пульс и прочее, что присуще таким программам. В дополнение ко всему этому Ева учла еще одно — зависимость от интернета и устройств. Zet Health сообщало пользователю, сколько времени он проводит в Сети и когда ему стоит отдохнуть. Такие приложения тоже уже существовали, но Ева добавила свою изюминку.

При включении отслеживания активности в разных приложениях, человек обычно подписывал лицензионное соглашение, в котором было указано, что если он будет много залипать в телефоне, то Зет имеет право ограничить его использование, чтобы уменьшить зависимость. Иными словами, Зет решал, кто и сколько будет листать ленту именно сегодня. Когда “лимит” исчерпывался, помощник предлагал альтернативный способ потратить своё время, всегда с пользой. К тому же, если пользователь выбирал этот “альтернативный досуг”, то чуть позже он получал дополнительное время на зависание в телефоне или планшете. То, как человек проводит время Зет отслеживал по камерам, микрофонам и местоположению, с согласия пользователя.

О таких новшествах никто не предупреждал. Ева понимала — если прямо сказать людям, что их лишат права два-три часа в день потратить на бестолковые свайпы — они сразу удалят приложение. Девушка просто использовала человеческую лень во благо самих же людей. При попытке вернуть себе право безконтрольно поглощать контент пользователь получал интересную наживку.

Ева предлагала пользователям получить юнитов на три тысячи долларов, если они не откажутся от использования приложения в течение трех недель. За три недели у человека может сформироваться привычка — Ева хотела привить людям заботу о собственном здоровье и отвязать от постоянного залипания в чем-либо. Она верила в то, что у неё все получится. Она это знала.


***


С высоты 38 этажа смотреть на Новый Край было интересно и страшно. Именно на этом этаже Максим понял, что “писос как стремно” быть так высоко над землей.

— И какого хрена эти идиоты так любят свои небоскребы? — спрашивал Адам, смотря, как Редактор зеленеет.

— А мне-то откуда знать? — Макс старался не нервничать.

— Престиж, — пояснила Ева, а потом обратилась к Максиму: — Вам помочь?

— Если можешь, то помоги, — попросил Максим.

— Могу.

Согласие девушки ознаменовалось волной облегчения и уверенности, которая накрыла Максима. Высоты он больше не боялся, он получал от неё удовольствие. Еве показалось, что она немного переборщила с помощью, но раз Максим не собирался прыгать с парашютом прямо сейчас, она решила оставить все, как есть.

Если бы не внезапное озарение Адама, никто бы сейчас не зеленел.


— Мы облажались! — внезапно объявил Адам, смотря на всех так, словно случилось что-то прямо противоположное. Потом стало понятно, почему. — Но я знаю, как это исправить.

Максим уже не в первый раз смотрел на него, как на придурка, но все равно ждал, что последует из очередной выходки. Ждал и молчал. Заметив заинтересованный взгляд, Адам пояснил.

— Мы с вами переживаем за Землю и устраиваем мировую революцию, пока корпорации продолжают высасывать из планеты ресурсы и попутно её уничтожать разными загрязнениями…

— Так, давай попроще, — попросил Макс, не желая слушать очередную речь для масс.

Адам моментально перестроился:

— Короче, нам нужно еще и с бизнесом покумекать, ибо от них тоже есть вред.

— И чего ты хочешь?

Вместо Ассистента ответила его коллега:

— Того, чего от бизнеса давно хотят государства и “зеленые” — снижение уровня загрязнения окружающей среды.

— Но они и так стараются, — ответил Максим, вспоминая список компаний, которые использовали возобновляемую энергию с солнечных батарей. Ева поймала эту мысль и оттолкнулась от неё.

— Этого недостаточно, потому что солнечных батарей у нас мало, стоят они дорого и КПД у них низкий. То есть, если солнечная батарея получает от солнца 100 киловатт, то нам она сможет отдать около 20 и то в лучшем случае.

— Но нам нужно не это, — Адам остановил девушку, подняв ладонь. — Нам нужно настоять на оптимизации всех процессов под снижение вреда природе. И сделать это надо как можно скорее.

— И с кем ты “покумекаешь” для начала?

— Unit Group.

Максим ехидно улыбнулся:

— Они с тобой даже говорить не станут.

Адама это оскорбило:

— Это со мной-то? Со мной?!

— Успокойся, — попросила Ева и напомнила Максиму об одной важной детали, которая явно вылетела из его головы:

— Адам может убедить человека съесть собственные ботинки на обед. Я очень рада, что он не может показать это вам на практике, используя ваш организм. — девушка говорила мягко, но в своей интонации несла ясный посыл: “Больше так не делайте”.

Unit Group с Адамом все-таки поговорили.


На встречу пришла глава отдела инвестиций Unit Tech. Пришла она не в официальном стиле, потому что в компании не заставляли соблюдать строгий дресс-код. Это было необходимо только на встречах совета директоров, и то потому что у владельца всей группы на этом бзик. Так что, сейчас блондинка небольших размеров, победившая стереотипы о женщинах и забравшаяся очень высоко, отлично себя чувствовала в черной толстовке, голубых джинсах и белых кроссовках.

Ярославе было интересно увидеть ”гения”, о котором недавно трубили все умные холодильники, показывая утренние сводки новостей. В предложении встретиться цель встречи никто не указал. Адам просто попросил поговорить с Максимом и “зарядил” послание положительными эмоциями, чтобы точно никто не отказался. Получив письмо, в компании решили, что им предложат новый продукт, просто держат интригу. Предыдущий опыт сотрудлничества принес Unit Group большую прибыль, прежде всего в виде пользователей для их операционной системы — такого крутого персонального помощника не было ни у одного конкурента, поэтому во встрече никто не стал отказывать. Даже с учетом того, что она не вписывалась в стандарт ежегодного конкурса идей и стартапов “uGenius”.


Ярослава узнала, что Максим пришел не один, а с Адамом (его она знала как Данилу Дорохова). Все переговорки были огорожены от остального офиса только прозрачным стеклом, поэтому девушка уже минуту наблюдала за гостями. Адам это чувствовал, но сообщать Максу не стал. Ассистенту нравилось изучать людей “в естественной среде обитания”.

— Здравствуйте, — поздоровалась девушка, войдя в переговорку.

Адам щелкнул пальцами и развернулся. Озарив Ярославу улыбкой, он отправил в голову Максима фразу: “В кармане”.

— Здравствуйте.

Максим отлип от созерцания пейзажа и тоже повернулся к девушке.

— Добрый день.

— Что у вас есть для нас? — девушку впечатлила разница между строгим Адамом с экрана и энергичным Адамом перед ней, пусть и в том же костюме.

Максим достал из кармана флешку и показал её Ярославе. Он не имел ни малейшего представления о том, что на ней. Зато это знали Ева и Адам.

На флешке был новый проект от ZMC — “SmallData” (или “Маленькие данные”). Еве надоело платить огромные деньги за сервера, которые хранят и обрабатывают информацию для Зета, поэтому она написала свой собственный алгоритм сжатия любых данных. Благодаря ему один гигабайт можно было уменьшить до десяти мегабайт без потерь — и это только тот алгоритм, который Ева хотела продать “юнитам”. Сама она уменьшала гигабайт до одного мегабайта. Однако это требовало таких вычислений, которые сейчас никому недоступны. Но это было лишь приманкой для того, что хотел донести Адам.

В переговорках был проектор, к которому Адам быстренько подрубил свой ноутбук и запустил презентацию. Ярослава смотрела на первый слайд так, словно видела манну небесную, а не название проекта. Что-то внутри неёё подсказывало ей, что это бомба.

Адам начал презентацию.

— SmallData — это программа для сжатия данных любого вида без потерь…


Через несколько минут презентация была окончена, а по лицу Ярославы было видно, что она готова купить этот проект за любые деньги. На это была готова любая компания их сферы.

Максим слушал то, что говорил Адам и не понимал, как это связано с экологией. Ассистент словно прочитал его мысли и ответил на них:

— Есть еще кое-что… Пока мы наращиваем количество дата-центров и серверов для хранения данных, мы продолжаем вредить нашей планете, потребляя все больше неэкологичной электроэнергии и природных ресурсов. Данный софт должен привлечь внимание к этой проблеме и уменьшить рост её масштабов. — это небольшое предложение можно было пропустить мимо ушей, если бы Адам снова не использовал свои способности, буквально заразив этой идеей Ярославу. Теперь она должна была передать её всем остальным, а так это могло дойти и до высшего руководства.

Теперь мир должен получить нечто большее, чем переработанный аллюминий в новых устройствах и клуб RE100 — компании, полностью переходящие на возобновляемую энергию. Адам уходил, полноcтью довольный тем, как он провел это мероприятие. Правда, потом Ярослава долго думала о том, почему никак не связанный с управлением ZMC человек представлял новый продукт. В ходе своих размышлений она решила, что Максим просто нанял спикера, который выполнил свою задачу на “отлично” — он продал ей SmallData.

Глава 18

До встречи в Unit Tech троица занялась переездом. Началось все не очень гладко.

— Это какая-то подстава! — Максим возмущался тем, что “телепортировать” вещи нельзя.

— Адаму надо было головой своей подумать, прежде чем обещать вам волшебство! — Ева впервые за последнее время была раздражена.

— Ну на фига тебе эта естественность прямо сейчас? — вопрошал Адам, — Кого убьет немного мебели?!

— Может, мебель никого и не убьет здесь, но она испортит жизнь как минимум сотням людей по всему миру! — Ева не успокаивалась, — И нам, кстати, тоже.

— А с нами-то что будет?

— Если кто-то задастся вопросом о том, как мы переехали, о Максиме появятся новые мифы.

— Покажи мне, кто эти вопросы задаст и никаких вопросов не будет! Или грош мне цена!

Максим наблюдал за конфликтом и немного остыл. Он понимал, что ссора ни к чему хорошему не приведет.

— Ребят, тише! — он немного повысил голос, чтобы на него обратили внимание, но был спокойнее, чем раньше. — Давайте найдем решение вместе, чтобы оно всех устраивало.

Ассистенты обратили внимание на Редактора и хором ответили:

— Хорошо.

— Сначала пусть выскажется Ева, — решил Максим.

Девушку тронуло то, что её слово стало первым и она им воспользовалась.

— Я найму хорошую службу для помощи с переездом и не будет никаких проблем. Стоит дороговато, но за качество приходится платить.

— И когда они будут? — с недоверием спросим Адам.

— Через час, — ответила Ева. — Советую вам подготовить важные для вас вещи к транспортировке, так будет быстрее.

— Ты точно считаешь это лучшим решением? — Максим глянул на Адама, тот посмотрел на него и слегка нахмурился, отвел глаза к монитору, с которого вещала Ева.

— Считаю, — ответила она. — Я проинструктирую вас по поводу упаковки. Все будет хорошо.

— А ты что думаешь? — Максим спросил Адама.

— Если действительно не будет никаких проблем, то я согласен, — ответил парень. — Все-таки проблемы нам и правда не нужны, а не связанным с нами людям особенно.

— Все будет хорошо, — повторила Ева.

Адам кивнул. Всех все устроило.


***


В трёхкомнатной квартире на первом этаже раньше кто-то жил — об этом говорил неаккуратный ремонт. Обои на стенах везде клеил кто-то очень ленивый: силуэты мебели остались практически на каждой стене, просто мебель двигать не хотели.

Максим и Адам потратили полдня на то, чтобы перевезти вещи на другой конец города. Сначала работники спускали все с четвертого этажа, потом погружали в машину… Вещей вроде было немного, но как только все это решили перевезти, то шкаф, одноместная кровать, тумбочка, компьютерный стол и стул превратились в проблему.

Вещей в шкафу было немного, а вот разнообразного, но очень нужного хлама в комнате Редактора оказалось дохрена — и все это пришлось взять с собой. Пришлось, потому что Максим состроил такую серьезную мину, словно готов был уничтожить всех несогласных с его мнением. “Словно”.

— И зачем мне такие хоромы? — спросил Максим, заглядывая в две комнаты, кроме гостиной.

Адам подколол Максима:

— Значит, у тебя дома эта квартира была нашим новым жилищем, а здесь это уже твои хоромы?

— Вот именно затем, — Ева отвечала на вопрос Максима, — что это наши хоромы. Адаму нужна отдельная комната, вам нужна отдельная комната, а третью стоит обустроить как комнату отдыха. Решать вам.

— А-а-а… — Максим понял свою ошибку. — Прости, я просто немного в шоке.

— Понимаю, — тепло ответила девушка.

Из гостиной был выход на остекленный балкон, куда и направился Максим. Зайдя на балкон, он обнаружил отдельное пространство с утепленным полом и парой складных стульев — тут никто не поленился. Только места очень мало.

Окна на балконе тонированные, Максиму это не очень понравилось. Открыв окно, он посмотрел на небольшую улицу внизу. Проехало несколько машин, по аккуратному тротуару шла группа подростков и громко о чем-то переговаривалась. Через улицу стоял еще один многоэтажный дом. Парень прошелся глазами по его окнам, ища что-нибудь интересное. Интересное он нашел почти сразу — какая-то женщина готовила на тесной кухне. Все мы с детства знаем, что заглядывать в чужие окна неприлично, но Макс про это забыл, ему нужно было на что-то отвлечься и подумать.


В освободившейся от лишних мыслей голове сразу возник вопрос: “Как купили эту квартиру?”

— Ева? — вслух окликнул Редактор.

— Да? — откликнулась Ева.

— Ты квартиру купила или арендовала?

— Купила.

— А как ты это сделала без меня?

— Я подделала вашу подпись в договоре купли-продажи.

— Когда это было?

— Четыре дня назад.

— И никого не смутило?

— Ну чё… — выдохнул Адам, — Палюсь, дорогая моя, — это было сказано Еве. Я твое доверенное лицо и участвовал в этой сделке как посредник. Ты якобы видел и подписал договор.

Достав что-то из-за спины, словно фокусник, Ассистент показал Максиму документы — тот самый договор и “свидетельство о регистрации права” на имущество.

— А нотариус?

— А что нотариус? — с невинным лицом спросил Адам. — С нотариусом все замечательно, милая женщина.

— И сговорчивая, — Ева ехидничала, — очень сговорчивая.

Максим не обратил на Еву внимание и продолжил расспрашивать Адама.

— А с каких пор ты мое доверенное лицо?

— С тех самых, как ты не глядя подписал пачку документов и вместе с документами на ИП легкой рукой сделал меня своим доверенным лицом.

— Ну вы и жулье… — Максим улыбнулся, прифигев от масштабности происходящего беззакония.

— Все было честно, без всякой коррупции, — Адам улыбнулся в ответ. — Чистое, неподдельное обаяние.

Пусть этого никто не видел, но Ева краснела от стыда.

— Мы же не просто так это делаем… — оправдывалась она.

— Понимаю, это хорошо, но, блин, давай больше не будем так делать?

— Я прекрасно помню наш прошлый разговор на эту тему, — ответила Ева.

— Считай это профилактикой, — Адам снова сверкнул улыбкой и разбавил атмосферу позитивом. На Максима подействовала только улыбка.


В следующие пятнадцать минут дизайн стен по всей квартире был изменен на тот, который хотели видеть Максим и Адам. Подобное Ева не посчитала чем-то сверхъестественным, потому что посторонних в этой квартире не будет как минимум пару недель и никого не будет интересовать, почему так быстро сменился интерьер. Если вы волнуетесь насчет грузчиков, то разве они знают, что тут было до их приезда? Их вообще это интересует? Да и неестественность происходящего была меньше, чем телепортация мебели.

В комнате Адама стены усеяны треугольниками, ему было приятно на них смотреть. Белые полые фигуры на разноцветном фоне выкладывались в мозаику и почти полностью заполняли собой стены, оставляя лишь небольшие зазоры между друг другом. Пойдя на небольшие жертвы для планеты, Адам выпросил у Евы возможность смены фонового цвета раз в сутки, чтобы обновлять обстановку.

Ассистенту не нужна была кровать, ему нужен был диван, несколько холодильников и две линии беспроводных мониторов по стенам, к которым он мог подключить ноутбук и выводить кучу необходимой ему информации. Он — не Ева, он не обладает её возможностями по обработке данных и не может использовать мощь девушки так, как Максим. Всю работу по отслеживанию событий в мире он проводит сам. Обработка информации ему дается в десятки раз быстрее, чем обычному человеку, но это касается только того, что он должен делать. Читать книги на огромной скорости лишь по своему хотению он не может, потому что это не входит в его работу.

“Логово” Максима планировалось восстановить с высочайшей точностью, которой озаботилась Ева, заставив Адама сделать кучу фотографий, чтобы потом переместить все вещи на свои места. Новая комната была больше предыдущей, поэтому требовалось немного адаптировать старое расположение вещей. Ева решила заняться этим уже после доставки всего “хлама и барахла” — так Адам назвал кучу вещей, которые вынесли из бывшего “Логова”.


Кстати говоря, родители Макса пребывали в возбуждении и некоторой тоске из-за того, что их чадо внезапно решило переехать. Без какого-либо вмешательства Игорь и Света согласились с тем, что их сын уже достаточно взрослый и самостоятельный, чтобы переехать от родителей.

“Достаточно взрослый и самостоятельный” — эта фраза не подходит для большинства его сверстников, даже сам Макс мог не согласиться с ней. Однако возможность пораньше “вылететь из гнезда” слишком уж подкупала.

После доставки “барахла” Редактора, в квартиру потоком поступала новая мебель. До самого вечера толпа установщиков и грузчиков превращала пустые комнаты в нечто обжитое и наполненное всем необходимым. Адам пищал от счастья, увидев свою комнату с его техникой и диваном. В подобный восторг он пришел и от кухни, которую оборудовал больше для себя, чем для приличия и образа нормального жилища.

Кухня была большой, для неё заказали кухонный гарнитур, компактный и функциональный. Адам хотел добавить яркости и свежести, поэтому мебель была мятно-зеленого цвета, а всякие ручки и декоративные контуры — более светлого оттенка. Когда все посторонние ушли, Адам окрасил индукционную печь в тон мебели, стеклянную панель в белый, а контур конфорок — снова в мятный.

Чуть позже планировалась установка вытяжки.

Столько замарочек было только ради того, чтобы Ассистент мог начать готовить самостоятельно. Пока родители Максима были дома, он не мог выйти из его комнаты. Игорь и Света так и не узнали, что в квартире был кто-то кроме их троих и кота.

Для Евы тоже был подарочек — Адам во всех комнатах, кроме санузла, установил камеры. Девушке было важно видеть все происходящее в квартире — так она в какой-то степени приближалась к реальности и своим “коллегам”. В ту самую минуту, как система видеонаблюдения заработала, Ева заказала для Максима беговую дорожку, потому что нашла для неё оптимальное место в его комнате.


***


Избирательный участок № 901 — обычная школа. Три этажа, два корпуса и старый, даже древний ремонт. Здание находилось на окраине города, поэтому за её состоянием здесь особо никто не следил — побелка-покраска летом, да и все. Однако Адаму школа нравилась, он чувствовал положительную энергию этого места, которую не везде встретишь. Здесь люди получали удовольствие от учебы, хотели сюда возвращаться — и так уже не один год. Все благодаря стараниям учителей.

Совсем недавно пролил небольшой дождь, после него люди были обрадованы радугой и чистым небом. Воздух наполнился свежестью и располагал всех к хорошему настроению. Толпы избирателей шли на выборы, обрадованные тем, что в этот раз никто никого не будет обманывать. По крайней мере никто не узнает о том, что их обманули. Никогда. Счастье в неведении.

Адам еще не отдал свой голос, но знал, за кого поставит галочку, и медленно двигался к кабинке для голосования. Все на него смотрели, никто не ожидал увидеть кандидата здесь одного, без охраны, без журналистов, как простого человека. Кто-то уже его фотографировал, но парня это не волновало, он наслаждался энергетикой, словно вяз в ней, шел и впитывал её в себя. Такое с ним происходило впервые.

Да, он считывал эмоции людей, ощущал их атмосферу как другое измерение, но он еще никогда не чувствовал это так тонко. Десятки эмоциональных сфер объединялись в единое целое и переполняли его разум насыщенностью и чистотой — ему хотелось оставаться здесь как можно дольше.


На этих выборах зарегистрировали восемь человек, но только четверо из них получили огромное количество внимания. И, что всех удивило, от все еще главенствующей партии бывшего президента никто не выдвигался.

Первый — это Адам. О нем сложилось впечатление уверенного и сильного лидера, который никого и ничего не боится. Но были и те, кто так не думал, они считали это обыкновенной безбашенностью или напыщенностью, потому что предел должен был у всего и чего-то Адам должен был бояться. И он боялся только одного — приказов Максима. Это сковывающее ощущение ему никогда не будет нравиться, он предпочитает с ним не сталкиваться.

Второй — коммунист, который завоевывает сердца некоторых пенсионеров и почти всех патриотов. Из обещаний: “вернуть все, как было” и “не дать Западу победить”. Адама он считал наместником западных стран, которому не стоит верить. При победе собирается вернуть страну на путь коммунизма, с некоторыми изменениями, а также обещает сделать её снова великой. Адама веселил тот факт, что именно его движение позволило обществу стать свободнее и активнее, именно из-за него выборы должны состояться, а он оказался “куклой Запада”. Запада, который совсем недавно захлебывался в информационном коллапсе.

Третий — популярный блогер, пошел на выборы по приколу. Призывает в агитационных роликах подписываться на его соцсети, а в случае победы проведет самый крупный конкурс в мире, купит всем подписку на PornHub за госбюджет и распустит парламент. За него собирались голосовать только совершеннолетние подписчики, которых у него всего 2,8 миллиона, а вообще их больше 11 “лямов”.

Четвертый, точнее четвертая — прогрессивная и эрудированная актриса. В отличие от предыдущих двух кандидатов, вполне адекватная, пошла на выборы для того, чтобы показать, что это возможно — женщина может стать руководителем большой страны. Заняв пост президента, она собиралась бороться за права женщин и пролоббировать закон о домашнем насилии — его принятия ждут уже много лет. В ней были уверены не только женщины, но и мужчины, по рейтингу она соревновалась с Адамом и многие верили в то, что именно она будет новым президентом.


В дебатах Адам участвовал всего один раз, но из-за происходящего там абсурда решил этого не делать — коммунист и блогер спорили между собой и иногда не давали высказаться даже актрисе. Правила взяли верх и первые дебаты пришлось прекратить. Адам написал пост в Сети, заявив, что больше на такое представление не пойдет. Конкуренты решили не лишать себя удовольствия “посверкать фейсом на экране” и следующие дебаты проходили спокойнее, но не без веселья. Возвращению Ассистента это не поспособствовало.


Войдя в спортивный зал, Адам увидел несколько кабинок для голосования и небольшую толпу избирателей. Бюллетень Ассистент получил еще на входе в школу, оставив в большой книге отметину о том, что он действительно здесь был и получил листок бумаги, реализующий его избирательное право.

Кабинка для голосования словно отрезала от остального мира, Адам ничего не слышал, а только смотрел на столик, где должен был поставить галочку в бюллетене. Номер четыре — та самая прогрессивная женщина.

Увидев отметку в квадрате справа от её имени и краткой характеристики, Ассистент улыбнулся. Будущее говорило, что победит он, как этого хотели Максим и Ева, но если бы этого желания не было — победил бы № 4. Лилия Харитонова — имя этого кандидата.

Листок скользнул внутрь прозрачного короба с гербом страны.

— Вот и все, — пробормотал Адам самому себе. Тишина все еще его окружала. Парень оглянулся по сторонам и заметил взгляды, зацепившиеся за него. В еще одном альтернативном будущем Ассистент побеждал даже без эмоционального допинга для избирателей. Можно было сделать по-другому. Парень это понимал и внутри него скреблось какое-то доселе неизвестное чувство. Стыд — если верить описаниям в литературе. Не все же время новости читать. Да и кому, как не Адаму лучше всех знать эмоции людей? Он их знал, но не все из них чувствовал сам. Особенности работы.

Ассистенту было стыдно за обман, за то, что он не попытался сделать все иначе. И не сможет сделать все иначе… или сможет?

Еще раз оглянувшись, он быстрыми шагами направился к выходу из школы, его больше не волновал положительный эмоциональный фон, его волновало то, что будет, если он переместится у всех на глазах — это не помехи на записях видеонаблюдения устраивать — это полноценное изменение воспоминаний, да еще и не у одного человека — слишком много мороки только ради того, чтобы полениться выйти из здания. Правда, чувства на этот раз скрыть не получилось, на его лице и в жестах была видна обеспокоенность. В конце концов он тоже человек. Скрывшись за углом второго корпуса, Адам переместился.

Глава 19

— Макс, у меня к тебе есть просьба, — Ассистент появился у него за спиной, как раз в тот момент, когда в его наушниках ничего не звучало. Максим подпрыгнул на стуле от неожиданности.

— С этой хренью надо что-то делать! — вскрикнул он, разворачиваясь. Ева хихикнула, но её никто не услышал. В следующую секунду от её веселья ничего не осталось — она увидела, зачем пришел Адам.

— Повторяю, — Адам не стал реагировать на возмущение Редактора, — у меня к тебе есть просьба.

— Какая? — Максим быстро отвлекся, в голове отложив решение проблемы с перемещениями на потом, на очень долгое “потом”.

— Они и так за меня проголосуют, — ответил парень, начав издалека, — нам не обязательно на них как-то воздействовать. Давай изменим это?

— А в чем смысл, если и так, и так все будет хорошо?

На выручку снова пришла Ева.

— Совесть, — ответила она, — у моего коллеги внезапно появилась совесть.

— Откуда ты… — Адам шокированно смотрел на монитор, ища Еву. Евы на экране не было.

— Будущее, — ответила она, — я просто узнала, что ты скажешь. И лучше объясни все это Максиму.

Адам так и сделал.

— Мне дико стремно понимать, что я мог победить честно, но не сделал этого, я не могу чувствовать эту гадкую… совесть. — последнее слово он выплюнул с глубоким отвращением.

Максим расхохотался, смутив Ассистентов.

— Знаешь… — выдохнул Максим, переводя дух, — я бы раньше многое отдал, чтобы не чувствовать “совесть”, — он передразнил Адама. — И как нам тебя от неё избавить?

— Просто вернемся назад и не будем вмешиваться. Мы и так много сделали для того, чтобы они сами могли принять решение.

— Ты уверен?

— Да, — Адам кивнул.

Ева его поддержала:

— Я тоже.



***


В третий раз отмотав время назад, Максим выполнил просьбу Адама и того больше не мучила совесть. Ожидания Ассистентов оправдались — Адам победил.

Избирательной комиссией было решено провести инаугурацию (торжественное вступление в должность) намного раньше положенного срока — через 3 дня после выборов. Эту идею им подкинул сам новоизбранный президент. Чиновники связали все это с нестабильной ситуацией в стране и вообще, негоже державе без царя прозябать.

Буквально за день до “женитьбы” на стране, Максим кинул Адаму претензию:

— Я чего, один останусь?! — внезапно додумался парень, в очередной раз изучая функционал Редактора. Никто не понял, что происходит.

Максим развернулся в кресле и посмотрел на Адама, который снова поселился на его кровати.

Ассистент буквально почувствовал на себе взгляд Редактора, оторвался от ноутбука и ответил Максиму вопросительным взглядом.

— Ты ж президентом станешь, значит, тебя больше рядом со мной не будет в качестве Ассистента?

Адам улыбнулся:

— По правилам я не имею права оставлять тебя без своей персоны больше, чем на 24 часа. И если ты не забыл, я могу свою фабрику клонов организовать. — улыбка превратилась в ухмылку: — Даже не надейся, что я от тебя свалю.

Решение проблемы было довольно простое — двойник Адама получил четкие указания по поводу того, что и как ему стоит делать на посту президента — и с ними был отправлен в огромный мир, совершенно не нуждаясь в каком-либо надзоре и присмотре. Это был тот же Адам, только с новым, ограниченным списком целей и возможностей. Ограниченным, если сравнивать с “оригиналом”, в своей сфере он был очень силен.



***


Пасмурно, но дождя сегодня никто не ждет. У Национальной галереи изобразительного искусства собралось много людей. От главного события этого дня их отделяет буквально пять метров — небольшое ограждение, призванное сохранить приватность церемонии. В одном из залов галереи должна пройти инаугурация новоизбранного президента.

По решению избиркома инаугурацию назначили на третий день после выборов. Запал протеста гас все быстрее и на людей накатывался страшный вопрос: “Что теперь будет?”. Чтобы как можно скорее дать на него ответ и всех успокоить, с вступлением в должность решили не тянуть.


Двум мужчинам было некомфортно сидеть в одном лимузине. Бывший и новый президент не хотели друг друга видеть, но того требовал уговор и сценарий мероприятия. Ева выбирала место, а Максим с Адамом повыбрасывали из церемонии все лишнее. На инаугурацию никого не приглашали, кроме съемочной группы. Впервые в истории страны подобное событие не транслировалось по ТВ, на него можно было посмотреть только на видеосервисах в Сети и на сайте правительства. Адам посчитал это более современным и больше не хотел отнимать чье-то эфирное время.

В машине Адам чувствовал себя некомфортно. Кортеж двигался слишком медленно, но ради символизма он терпел. А еще, Ассистенту нравилось ощущать всю палитру неприязни, страха и даже ненависти, исходящей от бывшего президента. В салоне стояла тишина, только приветственные гудки с соседних полос её нарушали. Трафик ограничили только там, где это было нужно, но кортеж тащился как улитка, чтобы все его увидели. Увидели машину с затонированными окнами, но не Адама.

— К черту это все! — Адам открыл окно и выглянул в него.

— Что вы делаете?! — бывший президент был шокирован.

— А что такое? — Ассистент прикинулся дурачком, — Жарко же.

— Здесь есть кондиционер!

Водитель закрыл окно и открыл перегородку в свою часть:

— Пожалуйста, не открывайте окна, это небезопасно.

Адаму понравилась атмосфера водителя и охранника спереди — однородная и спокойная, с небольшой рябью волнения от поступка Ассистента.

— Прошу вас, откройте окна в салоне, — спокойно попросил Адам.

Не осознавая, что он делает, водитель выполнил просьбу.

— И поднимите свое стекло, — добавил парень. Перегородка поднялась.


— Видели бы вы сейчас его лицо! — Адам не без удовольствия делился впечатлениями с Максимом и Евой.

— О, — откликнулся Максим, — я представляю.

Ассистент говорил о своем предшественнике. Еще до того, как окна были открыты, он старался с собой совладать. В его голове метались сомнения касательно всех договоренностей с Адамом, он боялся, что его натурально “кинут”. Но годы президентства научили его выдержке, в любой ситуации он старался не ударить в грязь лицом. Сейчас же мужчина чувствовал себя как в золотой клетке. Пути назад уже не было, он боялся лишь мести собственного народа, который однажды его избрал.

Когда окна были открыты, дневной свет словно высветил в нем личину загнанного животного. Маска спала с лица и на нем Адам увидел страх. Ненавязчивый запах дезодоранта дал о себе знать уже через минуту. Всю эту минуту Адам встречал взгляды и гудки других водителей приятной улыбкой и приветливыми помахиваниями руки. Адам был уверен в своих избирателях, а вот тот, кого они последний раз невыбирали — нет.

— Новым Кеннеди вы точно не станете, так что успокойтесь, — Ассистент говорил это, даже не отвлекаясь от приветствий. Вся улица гудела и наполнялась радостью. Казалось бы, простые, пусть и разные гудки автомобилей имеют только один посыл: “Вон с дороги!” — но в определенный момент даже такой простой сигнал приобретает иное значение.

Когда картеж добрался до галереи, предшественник Адама расслабился. Первым из машины вышел он… и его в тот же момент освистали. Еще свежи были в памяти разгоны акций протеста и не самая лучшая внутренняя политика. Следом вышел Адам и свист сменился на радостные возгласы и скандирование его имени. Парень такого не планировал, но контраст его позабавил. Радость победила ненависть и в галерею они зашли, пропитавшись поддержкой людей.


Адам не хотел проводить инаугурацию там, где это обычно делал предшественник и попросил Еву выбрать место за него. Стоило заранее догадаться, что это будет галерея. Коллега не понимал её тяги к изобразительному искусству, но перечить не стал, он хотел, чтобы каждый внес свой вклад в общее дело.

Проходя через первый зал, Адам не смотрел по сторонам и спутнику запретил. Искусством позволили наслаждаться только съемочной группе и зрителям. Кадры были великолепны: городские пейзажи, красоты природы, людская красота на портретах — все это окружало Адама и придавало событию больше изысканности, красочности. Но только это. Никакой толпы из руководителей госаппарата, бизнесменов и деятелей культуры — только немые передвижения съемочной группы и тихие шаги двух пар ног по красной дорожке.

Все должно было состояться в следующем зале. Войдя в него, Адам смотрел на две трибуны впереди. Они стояли на небольшом возвышении, ожидая их в конце зала. У правой стены стоял председатель Конституционного суда, тоскливо ожидающий мужчин все это время. Ему некуда было присесть и пятнадцать минут на ногах для пенсионера, который полжизни провел в сидячем положении, оказались сложной задачей.

Подойдя к трибунам, каждый занял своё место. Бывший президент был взволнован, его “прощальная” речь казалась ему абсурдом, но произнести её требовал сценарий. Текст за него писал Адам, речь даже не заняла страницы А4. Пройдясь глазами по строчкам, президент понимал, что это капитуляция. По сигналу режиссера, мужчина начал свою речь.

— Сегодня вы услышите то, чего кто-то из вас очень долго ждал. Сегодня я хочу попросить у вас прощения за весь причиненный мною вред во время прошедших сроков. Ваш голос был мною услышан, ваша поддержка была мною признана, мое место будет законно передано избранному вами человеку. Какие-то мои решения в прошлом были верны, какие-то нет. Все мы ошибаемся, многих портит власть, каждый из нас человек. Я не прошу у вас ничего, кроме прощения. Я раскаиваюсь в своих преступлениях и готов понести за них наказание. Пусть это и не суд, но прямо здесь и сейчас начинается новый этап для всей страны. Я верю, что он станет временем процветания нашего государства. Простите меня.


Страна оторопела. Слова бывшего президента не были похожи на то, что избиратели привыкли слышать. Пусть он и читал с бумажки, но такое он еще не произносил. Председатель Конституционного суда на пять секунд даже забыл, где он находится. Он стоял в сторонке и смотрел на человека, от которого никогда не слышал и намека на раскаяние в том, что он делал. В нем всегда была только уверенность, желание танком идти вперед к своим убеждениям и целям. Своим, но не национальным.

В следующие минуты речь бывшего президента разбирали на мемы, его фраза “Простите меня” стала символом эпохи.

Вспомнив о сценарии и заметив с десяток недоумевающий взглядов от съемочной группы, председатель Конституционного суда подошел к трибунам, встал посередине между ними, повернул голову в сторону Адама и четко, не без пафоса произнес:

— Данила Евгеньевич Дорохов, прошу вас принести присягу.

Потратив минуту, Адам по памяти произносит текст присяги и чуть погодя слышит заветные для миллионов людей слова:

— Данила Евгеньевич Дорохов вступил в должность президента, — объявляет председатель. Со всех сторон грянул национальный гимн

Гимн наполняет зал. Улица рядом с галереей взрывается овациями. Мощь энергии, выплескиваемой с эмоциями, проникает сквозь стены галереи и доходит до Адама. Он улыбается.

Первый из-за трибуны вышел Адам, встав чуть дальше от неё, он дождался предшественника. Продолжая улыбаться, Адам протянул руку для рукопожатия. С рукопожатием и улыбкой бывший президент наполнился спокойствием и улыбнулся в ответ, совершенно искренне и открыто. Теперь он простой человек, оставивший свой след в истории и освободившийся от огромного груза на своих плечах. Оставивший след и оставшийся ни с чем.

Вместе войдя, они вместе выходили из галереи, под все еще играющий гимн. Теперь мужчин ждали две машины. На одной из них новоизбранный президент отправлялся в Белый дом, а на другой его предшественник уезжал в зал суда. Там его ожидали семнадцать томов материалов и многие часы судебного разбирательства. Пусть его недавние признание было пространным, но раз он в чем-то виноват, значит он за это ответит. И не только он. Бывший президент балластом потянул за собой три десятка ключевых фигур и великое множество второстепенных. Следующий месяц предвещал хороший урожай журналистских расследований.


Как только Адам сел в машину, Ева решилась потревожить его спокойствие.

— Адам? — обратилась она. — У меня для тебя три новости.

— Какие?

— Третий уровень достигнут, — Ева была взволнована. — КПД исторических последствий колоссально. Ты затронул не только своюстрану, ты затронул весь мир. Нет человека, которого это не коснулось. Это первая.

— Вторая? — спросил Адам.

— Нам открылось все Руководство и все возможности программы. Это вторая.

— И на десерт, — вдруг вмешался Максим, — у нас есть обращение Четвертого.

— Обращение? Что там?

— Мы его еще не смотрели, хотим посмотреть, когда ты вернешься.



***



Адам и Максим сидели на небольшом диване в гостиной.

Эту комнату доверили Еве. На полу лежал серый ковролин, перед диваном стоял полупрозрачный белый кофейный столик, стены девушка выкрасила в фиолетовый и повесила на них картины, выкупленные у молодых художников.

На этих стенах, перед взглядом Ева, искусство приобретало большую ценность, чем когда она отдавала за него деньги. Явно переплачивая, девушка помогала творцам поверить в себя и продолжать свое дело, развиваясь и создавая шедевры. Как минимум это прослеживалось в будущем каждого из них.

Картины, диван, столик, ковролин и главное — огромный телевизор. На нем вечерами Максим и Адам должны были просматривать ежедневную статистику и нарезку вечерних новостей со всего мира. Должны были, но вместо этого играли в приставку и тратили остатки дня на кино с сериалами.

— Работы нам и днем хватает, — вот так Максим впервые отмахнулся от её предложения подвести итоги дня. Идея умерла в зародыше, но Ева не унывала — Максим занимался чем-то кроме работы в Редакторе, отвлекался и его показатели стресса снижались. Для неё это было важнее любых итогов очередного дня.


На высококачественном экране было приятно рассматривать Землю, которая медленно вращалась, но они собрались не ради этой картинки.

Послание нашла Ева, в очередной раз проиндексировав файлы внутри программы и надеясь найти что-то новое. И она нашла — новый файл, небольшую видеозапись с названием “4u”. Сразу же его просмотрев она узнала то, что еще не знали парни. Им стоило увидеть это своими глазами.

— Включай уже! — нетерпеливо потребовал Адам.

Ева послушалась коллегу и вывела видео на экран.


Первые три секунды экран был черным, потом на нем появились золотистые линии. Они двигались медленно, выстраивая из себя что-то цельное, переплетаясь между собой и поднимаясь от низа экрана к его верху. Таких линий появлялось все больше и больше.

— Что это? — спросил Максим.

— Смотрите, — тихо ответила Ева.

Со временем перед зрителями явилось большое дерево без лепестков, только ветки. Два ответвления от ствола, от них отходили множество веточек, множась и множась каждую секунду. Когда они вспыхнули ярким светом, перед деревом появился человек. Повернутый спиной к зрителю, он просто сел на пол.

— Это Древо Всех, — комнату вдруг наполнил чей-то мужской голос. — Каждая линия, которая его образует — это чей-то собственный мир, чья-то мечта или фантазия. Это дерево содержит в себе грезы всего человечества. Никто не знает, как и когда оно появилось, но оно существует. Вместе с ним есть мы — Хранители. Четверо существ, следящих за тем, чтобы дерево не погасло, чтобы люди не переставали мечтать и фантазировать. Я — Четвертый, но сейчас не об этом.

Говорящий перевел дыхание и продолжил:

— В каждом мире есть Смотрители, которые следят за тем, чтобы в этом мире все было в порядке. Бывает иногда такое, что люди забывают про свои мечты или сокровенные фантазии. Смотрители следят за порядком и не дают миру исчезнуть, они направляют ваши мечты в русло развития, а не стагнации. Чем больше у вашего мира последователей, тем он сильнее и многограннее.

Изображение на экране резко изменилось на поле сражений, камера двигалась по нему, показывая большое отступление пехоты от танков.

— Войны и природные катаклизмы наносят самый большой ущерб Древу — люди меньше мечтают, уменьшается количество последователей у крупных миров. В последний раз, когда Древо начало гаснуть, разразилась ядерная волна, это было в 1962 году. Ты, наверное, знаешь его как год Карибского кризиса. Тогда человечество погибло, но все изменили Смотрители Земли. Правильно, даже у людей есть свои надзиратели. Они появились тогда, когда Древо чуть не погибло в первый раз. Теперь они предотвращают гибель человечества и контролируют его развитие.

Они управляют вами, как стайкой муравьев, замедляя прогресс, потому что за ним следуют разрушения или конфликты. Их не волнует польза для людей, их волнует лишь популяция. Пока люди умирают от разных болезней, Смотрители замедляют развитие медицины, потому что долгая жизнь мешает размножению, а культурная эволюция не должна замедляться слишком долгой жизнью одного поколения. Раньше Смотрители устраивали войны, пока люди не пришли к тому, что по нажатию пары кнопок можно уничтожить цивилизацию. Остановить ваше развитие они не могут, потому что развиваясь в некоторых сферах, люди плодятся еще активнее и их становится больше. Их главная задача теперь — обновление и сохранение. Неприятная перспектива, да?

Экран погас. Адам и Максим переглянусь, на их лицах был вопрос, но произнести они его не решались. Снова появилось Древо.

— Они не доверяют вам, они боятся за собственное существование и до сих пор не могут поверить в то, что вы больше не стремитесь друг друга уничтожать. Ты — возможность человечества освободиться от контроля и раз ты видишь это видео, значит, моя надежда оправдалась. Ты помог человечеству и я надеюсь, что будешь продолжать. У меня есть только одна просьба — не дай миру начать уничтожать себя, иначе появятся Смотрители и сразу найдут тебя. Сама программа для них очень заметна, потому что внутри мира они чувствуют каждое нетипичное событие и быстро тебя обнаружат. Они появляются здесь для профилактики каждые 25 лет, у тебя есть куча времени, чтобы доказать не только мне, но и им, что человек может сам вершить свою судьбу. Я не знаю, убедит ли их то, что они увидят через четверть века, но я надеюсь, что ты потратишь это время с умом.


Видео закончилось.

— Что это сейчас было вообще? — Максим смотрел на значок паузы и замершее дерево за ним.

— Не думаю, что это какая-то шутка, — сказала Ева. — Что-то внедрить в программу извне невозможно, она просто обновляет себя, затирая лишнее, я уже пробовала.

— Никто и не говорил о том, что над нами шутили, — задумчиво ответил Адам. — Меня другое интересует.

— Что? — хором спросили Максим и Ева.

— В ролике ничего не сказано про второго Редактора, он был обращен только к одному человеку.

— Это действительно странно, — согласилась Ева. — Может Четвертый преследовал какие-то свои цели и специально не говорил?

— Может и так, — Адам кивнул и встал с дивана. — Тут вообще как-то все мутно.

— Но мы теперь хотя бы что-то знаем о том, откуда софт, — сказал Максим и тоже встал с дивана. — Надо отвлечься.



КОНЕЦ ВТОРОЙ ЧАСТИ.

Глава 20

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ




Смотря на своды католического храма, Аван размышляла о будущем. Прямо здесь и сейчас, на скамье в последнем ряду, сидел человек, из-за которого это будущее было крайне неопределенным. Изучить каждый из них девушка не могла чисто физически — мозг не позволял. Но, посмотрев на большинство по верхам, она убеждала себя в том, что все делает правильно. В конце концов, её дело лишь в подчинении и исполнении приказов. Девушке в легком белом платье предстояло сделать то, чего мир не видел по меньшей мере две тысячи лет.


— Таня была для нас всем… — мужчина средних лет с поседевшими висками все еще не мог поверить в то, что его дочери больше нет. — В голове не укладывается, как она могла так рано покинуть нас.

Татьяна Шиес действительно была хорошим человеком. Весь Левый Край знал её как благотворителя и волонтера. Таня была готова часами собирать пожертвования в местные благотворительные фонды, работала в хосписе и ездила в страны третьего мира в качестве миротворца. Она не думала о жизни без служения обществу и спасения тех, кто в этом нуждался.

Многие вспоминали о том, что из этого мира забирают лучших, когда узнали о смерти Тани. Она погибла по чистой случайности — от аллергического шока. В её семье не жаловали морепродукты, а на встрече в кафе парень предложил ей попробовать мидии… Не выявленная аллергия на моллюсков уложила её в гроб. Красивый, кстати.


Хорошая акустика в небольшой помещении доносила до Аван шепот, тихие разговоры и всхлипы. Скамьи были заполнены людьми чуть больше, чем на половину. Люди высказывались, утирая слезы, проглатывая слова и стараясь собраться с духом. Таких было немного, но Аван чувствовала их сильное желание сказать что-нибудь о человеке, который для них что-то значил. В подобной атмосфере не могло быть иначе.

Аван пришлось потрудиться над тем, чтобы вписать в память всех присутствующих “дружбу” с Таней, иначе её нахождение здесь могло вызвать недопонимание. Можно было просто отвести от себя внимание, но ей хотелось, чтобы все было иначе. Исай все равно, как она сделает то, что должна, главное, чтобы она это сделала.

Когда желающие произнести речь закончились, девушка встала со своего места и медленно пошла к гробу. Аван не нравилось слово “гроб”, оно было излишне грубым, отпугивающим, как сама смерть в глазах людей. Аван смерти не боялась, для неё смерть — это естественный конец выделенного времени, о котором нужно помнить, но не нужно бояться.


Проходя между рядов, Аван распространяла вокруг себя атмосферу спокойствия, хоть кто-то должен был облегчить их боль от скорби. Некоторые люди обращали на неё внимание и сначала не могли вспомнить, кто она такая, но через секунду на их лице вырисовывалась мимика узнавания. Видя это, Аван больше не жалела о вложенном труде.

Встав рядом с гробом кремового цвета, девушка умилилась. Если выражаться грубо, то деревянный короб для отправки в последний путь обошелся близким Тани достаточно дорого и источал из себя заботу, любовь. Сама Таня была миловидной девушкой, но красотой особо не блистала. Собственно, её не за красивые глаза любили и любят. И будут любить… всего через пару минут.


Аван взяла Таню за руки, немного сжала её и прошептала:

— Проснись!

Девушка глубоко вдохнула, её сердце забилось, а на другом конце света небольшой город накрыла эпидемия смертельной болезни. Тысячи жизней в обмен на одну.

Таня села и огляделась. Первой, кого она увидела, стала Аван, а первой, кто заметил её воскрешение — знакомая из волонтерской организации. Её визг перекрыл все остальные звуки в церкви:

— Живая! — после этого слова на Таню смотрели все.

Ахи, вскрики и обмороки прокатились по рядам, большинство людей скопилось вокруг Аван и Тани. В голову воскрешенной девушки уже была вложена вся необходимая для неё информация, поэтому она ничего не боялась, только попросила Аван помочь ей выбраться из гроба, который ей больше не пригодится. Множество знакомых лиц и глаз обратилось к ней в недоумении и ужасе, все чего-то ждали и молчали, кто-то снимал и фотографировал.

К Тане протолкнулся её отец. Мужчина смотрел на неё и молчал, хотел подойти поближе, но ему не верилось, что его дочь стоит перед ним. Таня сама подошла к нему и обняла. Положив голову ему на плечо, как в детстве девушка тихо пробормотала:

— Я люблю тебя, па-панда.



***



Максим смотрел на фото Аван в белом платье и слушал возмущения Ассистентов.

— Да она совсем оборзела! Я её!.. — далее Адам перечислял органы и конечности, которые можно сломать, порвать, оторвать и вырезать. С каждым новым способом возмездия парень становился немного спокойнее.

— В Баучи 28 тысяч человек заболели новым штаммом гриппа! — поддержала Ева. — Местное здравоохранение не справится, к моменту прибытия миротворческой миссии половина города будет заражена, смертность будет космическая!

— А все потому что кое-кто решил поиграть в бога! — Адам исчез из комнаты. Переместившись на кухню, он достал из холодильника двухлитровую упаковку апельсинового сока и от нервов выпил её залпом, чтобы успокоиться.

Максим отключился от происходящего вокруг и думал. Новости его тоже не обрадовали, но вместо впадения в гнев и отчаяние, парень пытался понять, что и где пошло не так, почему Исай снова заинтересовалась перелопачиванием мирового порядка. Что-то должно было к этому привести, что-то серьезное… Но раз мысли не приходили и попытка все исправить ничего не дала, то нужно было придумать, что делать дальше.


— Так, — для большей убедительности Максим хлопнул ладонями над головой, но это не помогло, помог грохот ладоней об стол. — Ребята!

Ева и Адам замолчали, обратив свои взгляды на Редактора. Получив внимание Ассистентов, Максим попробовал их успокоить:

— Бомбить нет смысла, ничего не изменилось, значит нужно работать с тем, что есть.

— Может попробовать еще раз? — спросила Ева.

— Ты же понимаешь, что нужно совершить очень много возвратов назад, чтобы понять, что пошло не так? — Максим ответил вопросом на вопрос.

— А как ты собираешься это сделать? — к линии вопросов присоединился Адам.

— Нужно будет перепробовать все возможные варианты и проанализировать последствия, — Ева сняла это с языка Максима.

— Да, — Редактор кивнул. — Пусть на это уйдет много попыток, но это того стоит.

— А в лоб спросить не судьба? Уже после того, как все случилось? — Адам скривился от глупости коллег.

Макс разыграл то, как он это представляет:

— “Привет, чё по чём? Какие претензии?” — так что ли?

— Вариант, — согласился Адам, — может, она действительно ответит?

— Но это ничего не изменит, — Ева сразу откинула такой “вариант”, — она разразится речью о спасении мира и наших беззубых методах, которые никому по-настоящему не помогут, не изменят мир.

— Тогда нам стоит её устранить, — только через несколько секунд Максим понял, что сказал. В его грудь словно выстрелили снарядом, стало неловко и стыдно.

— Это провоцирует много временных линий, — девушка отозвалась моментально, — мне нужно их проанализировать, подождите.

Ждать пришлось непривычно долго, образовалась тишина, которую троице нечем было заполнить. Парни ни о чем не думали, просто проявляли тактичность. Через пару минут терпение закончилось, Максим полез в соцсети, поскроллить мемы и немного отвлечься, а Адам как всегда — читал заметку об очередной кошке, снятой с дерева неравнодушным человеком. Куда там мировым СМИ до маленьких городских газет, которые делают все, что могут, лишь бы отпечатать тираж для пары-тройки тысяч пенсионеров и слегка окупиться…


— Это не поможет, — голос Евы звучит угрюмо.

— Почему? — спрашивает Максим, быстро отложив телефон на стол. Адам не отвлекается, просто слушает.

— Потому что при неестественной гибели Редактора его Ассистенты автоматически запускают экстренный протокол. Я узнала о нем только после анализа последствий. Авель отмотает время назад, предупредит Исай и между вами начнется война, в ходе которой от планеты ничего не останется. Дальше время становится матрешкой, как я и говорила, линий очень много, потому что вы будете постоянно возвращаться назад и пытаться друг друга остановить. Это… — Ева шумно вдохнула (пусть у неё и нет тела). — Это ужасно… — последнее она тихо выдохнула и замолчала.

Максима тронули эти слова, эмоции, с которыми они были произнесены. Его разум словно очистился с получением такой информации, она выбила из него все лишнее и выкрутила концентрацию на полную.

— Делаем так, — Редактор ждет, пока на него обратят внимание, это произошло быстрее, чем он предполагал. — Пусть творит, что ей захочется, мы должны постараться максимально погасить последствия.

— У нас не получится, — ответил Адам, — мы не располагаем такой мощью, с какой программа будет отвечать на её действия.

Максима это не остановило:

— Надо постараться сделать хоть что-то, мы не можем просто сидеть и смотреть на то, как все рушится.

— Я тоже, — поддержала Ева, — если это единственный разумный путь, то мы должны идти по нему, пока не придумаем что-нибудь еще.

— Все-таки нужно попробовать поговорить. — В Адаме проснулся дипломат.

— Её жажда власти, как наркомания — пока сам не поймешь, не сможешь остановиться, — ответила Ева.

— Не факт, что она вообще поймет. — Максима не радовала возможность бесконечного спасения мира.

— Мы что-нибудь придумаем, — Ева попробовала его обнадежить, — нам хотя бы не придется постоянно искать причину её действий.

Максим кивнул и сказал:

— Нужно подумать, что и как стоит делать. Нам нужен алгоритм.

— Я знаю! Я знаю, что делать! — Ева воскликнула это так радостно и громко, что парни зажали уши ладонями. — Нам нужно собрать все сведения о том, что она сделает и показать ей, вернувшись назад, может это её образумит.

— Вариант, — согласился Адам.

— Давайте попробуем, — Максиму стало полегче.



***



Апокалипсис апокалипсисом, а про свое “хобби” Ева не забыла. Она воспринимала многие вещи совсем не так, как это делали Адам и Максим, потому что видела более полную картину будущего, могла её проанализировать, а еще руководствовалась фразой: “После нас хоть потоп”.

Ремонт в офисе был наконец закончен, рабочие набраны и собраны в комфортабельных открытых пространствах и местах для “мозгового штурма”. Менеджмент в офисе полностью отсутствовал, Ева буквально одним глазом наблюдала за происходящим в офисе и быстро рассылала всем указания, если они требовались.

Программистов не сильно смущало физическое отсутствие начальника, они воспринимали это как фриланс в более приятных условиях, чем их квартиры. Картинный образ айтишника предусматривает мрачные комнатки, заваленные мусором и заполненные дымом, но далеко не у всех было так.

Кто-то бежал от домашнего быта, чтобы не скрываться от детей и их шума где попало, кого-то достало одиночество и хотелось просто побыть рядом с кем-нибудь, кто понимает тебя лучше, чем любимая кошка или собака. В меньшинстве тут были те самые стереотипные кодеры, которые даже вне собственной зоны комфорта оставляли за собой след из упаковок, недопитых кружек кофе и банок энергетиков. Еве это не понравилось, она тактично намекнула таким людям, что им стоит содержать свое рабочее место в чистоте. Проигнорировавший просьбу вылетел из команды на следующий день. Остальные производили меньше мусора и убирали его, но недопитые кружки все еще оставались на их рабочих местах — это Ева им прощала.


Эстафета с экологической повесткой удалась: все больше компаний заявляли об оптимизации производства, стремлению к уменьшению выбросов в атмосферу — исследования в этой области резко стали весьма перспективными. Почти ежедневно сообщалось о крупных инвестициях в изучение водородной, солнечной и ветряной энергетики.

Сокращались особо опасные производства, повсеместно ужесточался надзор за сбором и переработкой мусора. В соцсетях блогеры, которые подписали контракт со своими площадками, устраивали челленджи по правильной утилизации электроники и аккумуляторов — “эстафета” передавалась сверху вниз, работая безотказно.

Аналитики давали весьма положительные прогнозы такой политики — Земля могла свернуть назад от точки невозврата, если люди наконец поймут и продолжат ухаживать за своим зеленым домом. За все это Максим продолжал получать очки.


***



Небольшая квартира недавно воскресшей Тани Шиес раньше была заставлена предметами гончарного дела: вазы, тарелки, чайники, кружки — теперь многочисленные полки стеллажей были пусты. Все труды Па-панда продал людям, которые буквально помешались на его дочери. Теперь он мог создавать что-то новое, пытаясь осмыслить произошедшее, а на самом деле — отвлечься от него. Это единственное, что ему оставалось, ведь дом практически оккупировали религиозные фанатики, пропускавшие внутрь и наружу своего кольца только тех, кто не представлял для них никакого интереса.

Жалюзи на окнах пришлось закрыть — коптеры летали перед окнами, пытаясь заглянуть внутрь личной жизни.

Тихий скрежет гончарного круга в абсолютной тишине пробивался через тонкие стены внутри квартиры. Отец Тани не знал, что в его доме есть кто-то кроме. Даже если бы другая половина здания рухнула во время его творческого процесса, мужчину бы это не потревожило.


Держа в руке телефон, Таня скроллила экран и читала строчки, проплывающие снизу вверх. Это занятие было бы обычным, если бы даты читались как “сегодня” “вчера”, “21 марта”, а не “сегодня”, “завтра”, “16 декабря”. Девушка листала ленту будущих событий так, словно это для неё обычное дело По крайней мере так можно подумать, посмотрев на это со стороны.

На самом деле внутри Тани метались мысли о недопонимании происходящего. Её воскрешение стало огромным надрывом на странице главных законов мироздания. Она взорвала собой все мировое сообщество. Теперь каждый ждал от Тани чуда и это чудо лежало у неё в ладони. Этим чудом было знание, за которое готовы уничтожать не просто людей, целые нации. Попади оно не в те руки, кто знает, что может произойти?.. Как минимум тот, у кого в руках будет телефон с одним незамысловатым приложением.

Авель потратил много сил на то, чтобы реализовать требование Исай — она хотела, чтобы Таня предсказывала будущее, делилась этой информацией с миром, став первым пророком за годы. Но пока мир об этом не знает, пока девушке дали привыкнуть к своей новой роли. Роли, которую она не выбирала.

— Ну ты же хотела помогать людям? — Аван уговаривала Таню.

— Я делала это так, как хотела, а вы вынуждаете меня быть куклой, — тихо ответила девушка, Ассистентка чувствовала недовольство.

— Тебя никто не вынуждает, — Аван подошла к девушке сзади и положила свою руку ей на плечо, — могла бы, но не стану, потому что тыдолжна действовать самостоятельно. И ты — не кукла, ты — человек.

— Почему именно я? — Таня задала самый банальный и очевидный вопрос.

— Потому что ты мне подходишь.

Рука Аван казалась Тане тяжелой, она легко убрала её и повернулась к воскресителю лицом.

— Наверное, я должна быть от вас в восторге, как весь остальной мир, должна вас обожать…

— Нет. — Аван резко закрыла рот Тани ладонью. — Ты ничего никому не должна. Просто делай то, что всегда хотела, неси людям лучшее из того, что у тебя может быть — делись с ними своим знанием. Тем знанием, которое им поможет.

Аван больше не мешала Тане говорить.

— А какое знание им поможет?

— Ты должна понять это. У тебя есть время. Две тысячи лет ждали и еще подождут. — Аван впервые за все время улыбнулась. — Я оставлю тебя, но если буду нужна — просто позови.

Таня сжала ладонь с телефоном и кивнула. Ничего не стесняясь, Ассистентка исчезла прямо перед глазами девушки. По спине Тани снизу-вверх прошлись мурашки. Что-то девушку все-таки цепляло в Аван, но что?

Глава 21

***


“Будущее уже здесь” — Таня долго думала, что написать в статусе своей страницы. Теперь люди обсуждали каждое изменение в её соцсетях, пусть она вела их менее активно. Девушка не могла свыкнуться с тем, какое количество внимания к себе притягивала. И мир не мог привыкнуть к тому, что есть кто-то гораздо важнее поп-звезд, политиков и блогеров, кто-то, способный на нечто стоящее.

Таня долго думала, как ей рассказывать людям о том, что и где должно произойти и какие последствия это может иметь. Шиес пришла к тому, что начнет с небольших вещей, чтобы посмотреть на реакцию людей. Для “пророчеств” лучше всего подходил микроблог — 140 символов и ничего лишнего.

Первым она выбрала известного ученого, который уже много лет жил на патентные отчисления и не занимался исследованиями и, так совпало, должен был умереть завтра.


“Августин Бенитес 07.04.1947—12.07.2016”.


На большее у Тани фантазии не хватило. Она вышла из сети и переключилась на ленту, из которой и взяла это сообщение. Девушка все глубже погружалась в интерфейс и возможности приложения, находя новые варианты сортировки событий, их поиска и анализа, больше узнавая о людях, которые ей были интересны. Увлекательно, но Таня старалась не лезть в чужие тайны и проблемы. Иногда проскакивали такие вещи, что просмотр профилей становился чем-то ужасным — мнение о её кумирах менялось, очень сильно.

Щелкнув кнопку чайника, Таня ушла в мастерскую к отцу. Встав за его спиной и не произнося ни слова, девушка наблюдала за вращением гончарного круга и аккуратными движениями рук. Рук, которые время от времени её обнимали, обволакивая теплом и заботой. Мир её отца восстанавливался, но Таня не знала, сколько это продлится.


Мастерская размерами не отличалась, сюда умещались стеллажи с нужными компонентами и инструментами, пара табуреток, гончарный круг и электрическая печь для обжига, она иногда выбивает пробки.

Понаблюдав за отцом несколько минут, Таня пошла на кухню, чтобы заварить чай. Наполняя чашку кипятком, девушка вспомнила о событии, которое пролистала в ленте — взрыв метана в шахте. Поставив чайник на место и оставив напиток завариваться, Таня бегом понеслась в комнату за телефоном, чтобы отыскать событие и рассказать об этом.

Шиес так сильно торопилась, потому что знала, что взрыв случится совсем скоро, но не помнила точного времени. Нервозность привела к трясущимся рукам, но нужный пост в ленте нашелся быстро — по ключевым словам.


“Шахта “Заречная” — взрыв метана через два часа, пожалуйста, выведите людей!”


Теперь можно было успокоиться и выпить зеленого чая. После публикации сообщения, пост о предотвращенной трагедии пропал из пророческого приложения, сначала потускнев, а потом и вовсе исчезнув. Таня не знала, поверят ли ей на самом деле, но раз событие исчезло, значит, его не будет. По крайней мере ей хотелось в это верить.



***


— В случае разгерметизации кабины кислородные маски выбрасываются автоматически из верхних панелей. Потяните маску на себя, плотно прижмите маску к носу и рту…


Линда слушала инструктаж вполуха, не в первый раз уже летела от родителей в свой новый дом. Натисканный, откормленный и обласканный пятилетний сын сидел рядом и засыпал уставшую маму вопросами:

— А когда мы будем дома? Николь нас встретит? Когда покушаем? Я кушать хочу!

Проходившая мимо бортпроводница остановилась, обернулась и одарила мальчика мягкой улыбкой:

— Мы скоро взлетим и ты обязательно поешь. Как тебя зовут?

— Альбер, — Линда ответила вместо сына и начала растирать виски из-за внезапной головной боли.

Внимание незнакомой женщины усмирило мальчишку, он даже забыл про свои вопросы. Сидя под впечатлением от улыбки и полученной теплоты, он рассматривал салон.


Это четвертый полет в его жизни. Первые два он не помнил, потому что был маленький, зато Линда их хорошо запомнила, ведь годовалый малыш спокойно спал и никому не мешал, не то, что сейчас.

Эконом был почти полностью заполнен людьми. В основном — туристы. Рейс “Лондон-Париж” перевозил людей, которым надоела серость английской столицы. Восхищенные мифами о самом романтичном городе на свете, они расхватали билеты на эти выходные и в предвкушении ждали мягкой посадки. Были забронированы номера, наняты гиды и заказаны столики в туристических ресторанчиках…

У Линды и Альбера было два соседа, по странной случайности — тоже мама и сын, только старше на десять-двенадцать лет. Мама мирно изучала буклет от авиакомпании, сын уткнулся в экран планшета и отключился от реальности с помощью массивных наушников.


Прозвучала просьба пристегнуть ремни. Линда застегнула свой и потянулась помочь сыну, но Альбер запомнил её движения с прошлого полета и сделал все сам:

— Я уже! — гордо сообщил мальчишка.

Линда улыбнулась, ей даже стало полегче:

— Молодец.

Через пару минут авиалайнер уверенно набирал скорость на взлетной полосе и экипаж был готов взлетать. Пару секунд, пассажиров немного вдавило в кресло, единицы потянулись к своим близким, чтобы взять их за руку — кажется, все хорошо.

Альбер не отрывался от иллюминатора, смотря сначала на проносящееся мимо здание аэропорта, а потом на город, становившийся все дальше и дальше. Ему все казалось очень интересным и красивым, хотелось задать много-много вопросов, но понимая, что мама устала, он просто смотрел и откладывал все вопросы на потом.


Борт набрал высоту, все занимались своими делами. Кто-то решил вздремнуть, хотя полет не должен был долго продлиться, кто-то читал книгу, а некоторые просто смотрели в изголовья кресел перед собой и о чем-то думали. Погода в Париже обещала быть очень теплой, после пасмурной недели в Лондоне Линда предвкушала тепло от солнца, которое приветливо встретит её уже на трапе самолета.

Или нет.

Программная ошибка вывела на ту же высоту еще один борт, однажды такое уже произошло и уроки были извлечены. К этому привел чей-то недосмотр, чья-то халатность. Второй рейс был грузовым, на нем как раз тестировался новый автопилот, с его введением могло исчезнуть понятие “кабина пилота”.

Тест был не первый, пилоты расслабились и довольно буднично болтали о своем, они заметили пассажирский лайнер только перед самым столкновением. Аппаратура рейса “Лондон-Париж” вообще не выдала никаких предупреждений о борте на схожей высоте…



***



Многие желали, но не знали, произойдет ли это на самом деле — Таня вышла в свет. В её соцсети и почту постоянно поступали предложения дать интервью, рассказать что-нибудь эксклюзивное. Да что там, на неё даже представители разных стран выходили, но были проигнорированы. Что было странно, девушка не получила ни одного официального слова от чиновников с родины. Таня имела лишь две догадки: им пофиг или они не знают, что с ней делать.

На разговор с журналистом она согласилась спонтанно, да и предложение выбрала случайно, закрыв глаза и щелкнув на чье-то письмо. Фортуна явно подыгрывала девушке, вбив в поисковик новое для неё имя, Таня узнала, что ей написал сотрудник New York Post.

В день воскрешения в голове Тани оказалась новая установка — она под защитой. И защита действительно была: никто с плохими намерениями не мог зайти в квартиру к девушке, большинство людей её просто не замечали, если она этого не хотела, причинить ей какой-либо вред тоже никто не мог. Но если бы Таня только знала, какова цена её безопасности…

Без заграничного паспорта пророчица не могла отправиться за границу, чтобы дать интервью. Журналист сам выехал в Левый Край, это того стоило, во всех смыслах.

Девушке не пришлось ехать далеко, но ей самой этого хотелось, Таня хотела увидеть что-то отличное от города, в котором всегда жила. Да, как волонтеру, Шиес приходилось частенько ездить в другие маленькие города, но они ведь практически не отличаются друг от друга, а поездка на интервью была возможностью увидеть другую страну, другой жизненный уклад и архитектуру. Кроме загранпаспорта ей почти ничего не требовалось. По неизвестной причине, вместе со странным приложением у неё появилось понимание любого языка и диалекта. Таня заметила это, когда прислушалась к оригинальной озвучке сериала.

Попросить Аван помочь с перемещениями в пространстве Шиес не могла, потому что стеснялась, она не понимала, как правильно контактировать с тем, кто обладает немыслимой силой.

Аван знала о том, что чувствует воскрешенная ею девушка, но не вмешивалась, считая, что Таня сама должна попросить, должна дорасти до этого. В своем выборе Ассистент не сомневалась, она лишь хотела, чтобы Таня стала чем-то большим.


Шиес выбиралась в Новый Край всего несколько раз в своей жизни и ей предстояло сделать это снова. Скорый электропоезд с комфортными вагонами быстро доставил её в центр столицы, промчавшись через разнообразные пейзажи. Девушка сделала несколько фотографий засеянных пшеницей полей, рядом с которой проезжал поезд. На фоне чистого небо светлое полотно злаков радовало и вдохновляло. Тане захотелось поделиться этой красотой с миром и она запостила один из наиболее удачных кадров. Без всякой обработки он получился прекрасным, больше похожим на работы фотохудожников, чем на внезапное фото из электрички.

В вагоне имелись экраны, которые обычно показывали рекламу и изредка переключались на скудные и повторяющиеся факты о Новом Крае, а еще, они иногда показывали новости. Таня обратила внимание на экран именно в тот момент, когда на нем появилась надпись: “Срочные новости!”. Телефоны пассажиров засыпало уведомлениями, звуковая волна рингтовов плавно прошлась по всему вагону.


Элегантный диктор с каменным лицом начал читать сообщение:

— По сообщениям очевидцев, пятнадцать минут назад в небе над Лондоном столкнулись два авиарейса. Пока неизвестна точная информация о причинах катастрофы и точное количество жертв, авиакомпании не дают официальных комментариев. Рейс BA8091 авиакомпании British Airways столкнулся с грузовым самолетом UT120 транспортной компании Unit Trans, входящей в группу компаний Unit Group. Катастрофа произошла прямо над столицей, обломки самолетов упали на жилые кварталы, мобилизованы все ресурсы экстренных служб…

— Катастрофа?.. — вслух пробормотала Таня, — Я же ничего такого не видела…

Это стало серьезным ударом по девушке, она начала сомневаться в том, что может помочь предотвратить нечто подобное. Таня просто не знала, что эта катастрофа была тем, что от неё не зависело. Сообщение о событии появилось после последней проверки ленты. Впечатление от новостей лишило её собранности. Таня потерянно смотрела на вокзал за окном, который двигался все медленнее и медленнее и винила себя в произошедшем. “Я должна была — говорила она себе, — должна была не допустить этого!”.

Поезд остановился, шокированные пассажиры едва отвлеклись от поисков свежих подробностей о происшествии и поспешили выйти на перрон. Небольшая давка усилила смущение Тани.


Аван появилась среди толпы на перроне и положила руку на плечо Тани. Теперь она не могла просто стоять в стороне, такое нельзя было игнорировать, Исай не понравится, если её план не сработает, нельзя было дать ему погибнуть в одной из важнейших точек развития.

Таня обернулась, Аван прижала её к себе и мягко сказала:

— Успокойся, все будет хорошо, ты не виновата. — вместе с этими словами Шиес накрыло аурой спокойствия.

— Как ты… — девушка приобняла Ассистента в ответ.

— Узнала? — Аван немного помолчала, говорить о том, что она буквально слышит мысли окружающих было опасно. — Просто знаю и все.

В белом платье Аван могла привлечь очень много внимания, поэтому она вернулась к своему первому наряду — синим джинсам и красной клетчатой рубашке. Неуместно тут смотрелись только черные солнцезащитные очки — над городом нависли свинцово-черные тучи, вот-вот ожидался ливень. Темные облака пришли с противоположной от девушек стороны. Торопясь на электричку, Таня даже не проверила прогноз погоды.

Аван отстранилась от Тани, взяла её за руку и повела за собой.

— Куда мы? — спросила девушка, едва поспевая за скорым шагом. Пока они обнимались, очередь у турникетов почти растворилась и девушки быстро прошли внутрь вокзала.


Крупное здание совмещало в себе ЖД и автовокзал. Длинное и узкое, в несколько низких этажей, стеклянное и грамотно организованное. Это единственный вокзал в городе, который превратили не в огромный торговый центр, а в общественное пространство: зона фудкорта, залы ожидания для различных видов транспорта и удобная навигация радовала глаз… Но Аван тащила Таню за собой с такой скоростью, что девушка даже не могла рассмотреть все, что её окружало. Ассистентка вела девушку в библиотеку.

Это необычно для вокзала, но прямо внутри, на втором этаже располагалась библиотека, пассажиры могли почитать книги внутри неё или взять том в поездку. Для последнего достаточно было предъявить билет и зарегистрироваться. Книгу можно было отправить обратно почтой, главное сделать это в установленный срок, прислав библиотеке квитанцию об отправке книги. Услуга пользовалась популярностью.


Аван и Таня зашли в библиотеку и моментально исчезли среди книжных полок, их даже никто не заметил.

Тучи над городом словно взорвались, раскаты грома ознаменовали собой начало ливня. Таня вздрогнула, Аван отпустила её руку и начала разговор:

— Те два самолета над Лондоном из-за которых сейчас все так парятся столкнулись по воле судьбы. Ты не сможешь спасти всех и сразу, даже не пытайся. Я совершила ошибку, не поговорив с тобой об этом заранее.

— Тогда ты спаси их! — Таня почти прокричала это, Аван резко закрыла ей рот ладонью.

— Я не могу, Таня, я такая же, как и ты, я играю свою роль, а ты — свою.

— О чем ты?

— Поговорим об этом позже, сейчас я хочу, чтобы ты сфокусировалась на своем предназначении. Продолжай постить, На интервью тебя обязательно спросят про самолеты, скажи правду — ты не все можешь предвидеть. И всегда об этом помни, Таня, всегда.

— Я постараюсь… — девушка была подавлена, но аура Аван была сильнее и эмоции быстро подавлялись.

— Ты можешь отказаться от этого в любой момент, если не хочешь, — Аван посмотрела собеседнице в глаза. Таня внезапно заметила, насколько тяжелый и пронзительный у Ассистента взгляд.

— Нет, — пророчице не понравилось это предложение, — раз уж начала, надо продолжать. Спасибо за этот разговор, я и сама могла понять это, просто…

— Не идеализируй меня, — Аван снова ответила на её мысли. — Как бы этого не хотелось всем остальным, я не идеальна и никогда не буду. “По образу и подобию” — не зря же так сказано.

— Хм… и правда.

— Тебя ждет интервьюер. Отправляйся на место встречи. Если я тебе понадоблюсь, я буду рядом.

— Спасибо.

— Снаружи тебя ждет такси, — взгляд Аван стал мягче, — у тебя достаточно времени, чтобы подумать об интервью. Поищи в приложении вопросы, если интересно. Данные о машине уже в твоем телефоне. — Пока.

Аван снова бесцеремонно исчезла перед Таней, но через секунду снова появилась. Молча вручив длинный желтый зонт, она молча исчезла снова.


Достав телефон из кармана, Таня обнаружила открытое приложение сервиса такси, машина и правда ждала у вокзала. Девушка с удивлением отметила высший класс обслуживания. О деньгах она не беспокоилась, но подобная роскошь была ей в новинку.

Под врученным зонтом Таня добралась в машину и села в неё. Поздоровавшись с водителем, пророчица немного оторопела от его серьезного взгляда, сверкнувшего в зеркале заднего вида. Мужчина автоматически заработал себе три звезды и испортил репутацию сервиса.

Потоки воды, обмывающие стекла, не давали девушке рассмотреть город, Сейчас ей очень хотелось отвлечься отвсего произошедшего. Узнавать вопросы для интервью заранее ей не хотелось, это жульничество, а жульничать Таня не любила.


Глава 22

***


Перелет из Чикаго дался Джозефу Иллиенсу нелегко. О столкнувшихся над Лондоном рейсах он узнал только когда вошел в аэропорт Нового Края и включил телефон. Инфоповод избавил Джозефа от головной боли лучше любой таблетки. В журналисте включился профессионал, посочувствовать семьям погибших он мог попозже, сейчас его поглощали мысли об интервью.

Коллеги Джозефа недоумевали, почему Таня Шиес не рассказала о будущей катастрофе, ведь с угольной шахтой у неё все отлично получилось. Верующая сотрудница предприятия сама направила запрос о проверке оборудования и действительно — нашелся дефект датчика, который не сообщил о превышении уровня метана. 79 шахтеров быстро эвакуировали, информация быстро утекла в СМИ и вера в пророка возросла. После серьезного подъема авторитета последовал кризис.

Таня не согласилась на современный формат видео-интервью, камера её смущала, а вот простой разговор в приятной обстановке подходил лучше. Иллиенсу и его изданию это было только на руку — не пришлось организовывать съемки, везти с собой команду, искать симпатичную площадку… Прибавим к этому отсутствие необходимости в переводчике и все становится еще проще.


Журналист — профессия, в которой особо не повыделываешься, даже если у тебя есть имя, но в этот раз Джозефу повезло. Не желая порочить репутацию газеты, руководство предоставило ему отличный отель с забронированным конференц-залом.

Прибыв сильно раньше назначенного времени, Иллиенс ждал Таню в холле, заранее предупредив её об этом. Место для встречи было на одном из верхних этажей для них уже подготовили пару бутылок с водой и стаканы. Зал представлял собой длинную комнату с множеством небольших окон, круглым столом из светлого дерева и рядом стульев в том же стиле — это больше, чем требовалось для простой беседы.

Даже не присматриваясь можно понять, где здесь статус отеля: в приятных глазу и телу стульях, в теплом освещении от нескольких хрустальных люстр, в витиеватой резьбе по дереву, а главное — в конфиденциальности всего происходящего.


Джозеф волновался, хоть и занимался всем этим уже 22 года. В глубине души ему хотелось большего, хотелось поговорить с той девушкой в белом платье. Про Аван никто ничего не знал, разве что по Сети гуляли её фотографии и сотни связанный с ней теорий.

Иллиенс не знал, какая Таня на самом деле, не обманывался приветливым образом в соцсетях и не умилялся её волонтерству. Джозеф не знал, чего ждать от человека, который воскрес на глазах десятков людей и затем выдал пару сбывшихся предсказаний. Да и эта девушка в платье не выходила у него из головы. Мужчина почему-то боялся спросить о ней, испытывая какое-то детское стеснение. Попивая колу в квартире Исай, Аван откровенно ухмылялась, играя с эмоциями homo sapiens.


Таня впечатлялась исторической многоэтажкой в центре города, оставляя себе пять минут на “женское опоздание”. Для неё красота отеля была веским поводом для задержки: ненавязчивый серый цвет, тонко выполненная белая лепнина на сандриках у окон, несколько пар барельефов с солнцем и луной у главного входа — такую красоту девушка видела только на фотографиях и в сериалах про 19 век.

Проходя через многослойную арку главного входа (её называют портал), Таня заметила звезды на арке — отсылающие к звездному небу. Девушка даже вспомнила свой детский восторг от тысячи ярких точек на над головой. Тогда она впервые узнала, что такое звезды и даже загадала первое желание, уже давно стертое из памяти какой-нибудь навязчивой рекламой зубной пасты…

Пройденный портал серьезно контрастировал со сдержанным интерьером вестибюля. Серый ковролин отсылал к цвету фасада, многие элементы перекликались в цветовой гамме между собой, но основное внимание привлекал ресепшен из цельного камня — кусок скалы посреди небольшого помещения. Глыба выглядела слишком вызывающе, начисто стирая первое впечатление о Джозеф оформления, зато её нельзя было не заметить.

Перед глазами Тани был только этот камень, несколько островков из дивана, кофейного столика и кресла она не замечала. На одном из таких островков уже полчаса обитал Джозеф. Увидев, что Таня движется к ресепшену, мужчина бросился на перехват.


— Таня? — девушка опомнилась, заметив перед собой мужчину в черном костюме с рюкзаком на плече. Слышать свое имя с акцентом Шиес было непривычно, она попыталась представить, как будет звучать её фамилия.

— Да, — Таня кивнула, — здравствуйте.

Джозеф протянул ей руку и представился:

— Джозеф Иллиенс, — он достал из заднего кармана брюк бейдж-удостоверение. — Рад вас видеть.

Таню этот жест позабавил, она вежливо улыбнулась:

— Взаимно.

— Конференц-зал наверху в нашем распоряжении, — Таня поравнялась с Джозефом и двинулась к одному из лифтов.

Кабина лифта изысками не отличалась, имелось только зеркало. Джозефу никогда не нравились фотографии в лифтах, они казались ему нелепыми. Поднявшись на пятый этаж, лифт плавно остановился и Таня вышла первой, пусть и не знала, куда направляться. Немного проведя девушку вперед по коридору, Джозеф махнул рукой с ключ-картой у двери и открыл её перед Таней.

Пропустив девушку вперед, интервьюер проследил за тем, где она сядет, чтобы сесть рядом. Таня расположилась лицом к окнам, с задернутыми шторами. Окна противоположных зданий выходили друг на друга и Джозефу не хотелось, чтобы кто-то заметил девушку здесь, а информация о встрече просочилась куда-то до публикации материала. Откуда ему было знать, что без желания самой Тани на неё никто не обратит внимания.


Рюкзак у журналиста был не простой, а защищенный от порезов, влаги и со скрытыми молниями и замками — лучше всегда быть начеку. Из рюкзака был извлечен ноутбук, два диктофона, блокнот и карандаш. Хватило бы телефона, но Джозеф не хотел постоянно держать его в руках, ему важно было отслеживать мимику, невербальные жесты, чтобы понимать, как человек реагирует на вопросы.

— Итак, — Джозеф включил два диктофона одновременно и взял в руки блокнот, — Вы готовы?

— Не очень, — честно призналась Таня.

Интервьюер улыбнулся:

— Я всего лишь задам вам кучу каверзных вопросов…

Девушка рассмеялась и её смущение улетучилось.

— Хорошо, давайте начнем.

— Вы ведь раньше были обычным человеком… — начал Джозеф, но девушке пришлось перебить его.

— Я им и осталась.

— Но все же, ваша жизнь изменилась.

— Я была волонтером, волонтеры ведь помогают тем, кто в этом нуждается. Изменилась форма помощи, но сама помощь никуда не делась.

— Согласен. Тогда скажите мне, почему вы это делаете? Почему вы помогаете кому-то?

— Потому что мало кто готов пожертвовать чем-то из своей жизни для другого человека, не особо важно чем именно, мы не любим отдавать, получая взамен “ничего”. Вот вы, допустим, давно жертвовали бедному на улице?

— Даже не вспомню… — Джозеф немного смутился.

— Поэтому мы и занимаемся волонтерством.

— Согласен. Следующий вопрос?

Таня кивнула.


— Откуда вы берете информацию?

— Я не думаю, что стоит вам говорить, а врать я не хочу.

— Почему вы не можете сказать?

— Считайте это принципом из вашей профессии — я не выдаю свои источники.

Иллиенсу стоило улыбнуться, однако, девушка не шутила.

— Вы можете рассказать еще об одном событии из будущего? Эксклюзивно?

— Сейчас нет, но я отправлю вам что-нибудь на почту после интервью.

— Договорились.

Стеснение при желании спросить об Аван отступило:

— Что вы знаете о той девушке в белом платье?

— Я знаю только её имя и то, чего она хочет.

— Поделитесь?

— Её зовут Аван и, кажется, она хочет изменить мир к лучшему. У неё есть для этого некоторые способности, я не знаю, какие точно, только чувствую, что она очень сильна. Мы с ней почти не говорили с того момента, как она… — Таня замялась, — как она воскресила меня.

— Аван… — Джозеф задумался, — необычное имя.

— Согласна. — Тане хотелось рассказать о его происхождении, но потом она подумала, что стоит оставить это читателям. Кроме третьего предсказания имя могло подлить еще немного нефти в пылающий танкер догадок.

— Что именно Аван планирует делать? — в Джозеф проявилось любопытство.

— Она не рассказывала.

— А вы знаете?

— Пока нет, но при желании могу.

— А это может стать моим эксклюзивом?

— Я подумаю, — Таня отвела взгляд, лукаво улыбнувшись.

— Хорошо. Немного сменим тему, людям стоит узнать больше о вас, как о личности.

— Только дайте мне выпить немного воды.


Одним движением Таня открыла небольшую бутылку минералки. Джозеф посчитал излишним подготавливать графин с водой, небольшие бутылки не выделялись и не отвлекали от беседы.

Шиес внезапно для себя выпила всю воду. Пусть она и пыталась не нервничать, получалось это не очень, в горле быстро пересохло и смена темы казалось спасательным кругом посреди океана. Океана непонимания, что и как правильно сказать, ведь Аван даже не потрудилась поговорить с ней об интервью. Раз уж она возникла из ниоткуда, то про интервью точно знала, неужели нельзя было дать какое-то наставление?..

— Да хватит уже! — в голове Тани вдруг появился голос Аван. — Просто говори, поняла?

Девушка машинально кивнула:

— Угу, — междометие вышло уверенным, с ответственностью.

Иллиенс не понял, откуда появилось это “угу”, но промолчал.

Наконец собравшись, Таня спросила:

— Продолжим?


— Кем вы хотели стать? В детстве?

— Не поверите, — Таня улыбнулась.

Мужчина посмотрел на неё вопросительно, ожидая ответа. И он его получил:

— Лесорубом.

Иллиенс усмехнулся, ему нравился установившийся контакт.

— И зачем маленькая девочка хотела стать лесорубом?

— Красная шапочка, — ответила Таня, — волков рубить. И деревья заодно, но волки все-таки важнее.

— Что-то я не видел в ваших соцсетях бензопил…

— Не срослось, — девушка пожала плечами, — начала в старших классах помогать пожилым и понеслась…

— Но образование у вас есть?

— В процессе.

— И кем станете?

— Юристом. Надо же как-то деньги зарабатывать.

— Кажется, вам это уже не пригодится. Читал, что вазы вашего отца очень быстро раскупают, да и ваше… предсказание? вам поможет.

— Ну, я смогу совмещать.

— Если вы будете всерьез заниматься судебными тяжбами, я не уверен, что кто-то позволит вам знать исход дела заранее, это как-то неправильно, нарушает естественный ход вещей. Обвинителям и защитникам нужно работать, а вы в одну секунду разрушите этот механизм.

— Ох… И правда… — Таня ненадолго задумалась, — Профессий очень много, если что, я могу пойти куда-нибудь еще.

— Куда, например?

— В дизайн интерфейсов или разработку софта.

— IT сейчас особо популярно и довольно прибыльно.

— Да, хороший заработок.

— Думаете, вам пригодится этот заработок?

— О чем вы?

— Ну, вы могли бы… продавать некоторую информацию.

— Я даже не думала о таком.

— Это возможно?

Девушка задумалась.

— Не уверена. Не думаю, что это правильно.

— Почему бы немного не заработать на этом, например, чтобы так же заниматься благотворительностью?

— Сколько всего мне нужно обдумать… — Таня смутилась, — Мне кажется, я слишком рано согласилась на это интервью.

— Пожалуйста, — Джозеф пытался успокоить девушку, — не думайте так. Наш разговор как раз должен помочь вам поразмышлять в новых направлениях, а миру он даст хоть какое-то представление о вас.

— Но ответ я все-таки дам, — Шиес собралась с мыслями, — Я не думаю, что мне дали такие возможности ради того, чтобы я на них наживалась, но ваша идея мне нравится.

Таня посмотрела на опустошенную бутылку, собеседник учтиво отдал ей свою, еще не открытую.

— Спасибо, — бутылку она выпила на треть, — У вас есть еще вопросы?

— Большинство из них связаны с вашими планами, но вы к ним не готовы, а мне не хочется вас ими заваливать. Того, что вы мне рассказали пока хватит.

— Мы можем встретиться позже, — предположила Таня.

— Вы не против?

— Нет, меня радует, что вы меня не съели как волк.

— Вы ведь не красная шапочка,

Улыбаясь, Таня энергично закивала:

— Но все же.

— Хотя… — Джозеф немного сомневался в том, стоит ли это делать, но решился: — Почему вы не рассказали о авиакатастрофе, которая произошла совсем недавно?

Это могло сильно ударить по девушке, но она была готова к этому вопросу и ответила на него честно:

— Я не знала о том, что это случится. Я не могу предупредить обо всем, я все-таки человек. Пусть пока и не знаю, начто способна.

— Я вас понимаю. Все это случилось совсем недавно и вы не были к этому готовы, — Джозеф искренне сочувствовал.

— Спасибо.

— Думаю, на этом стоит закончить, — отключив диктофоны, мужчина закрыл крышку ноутбука и поблагодарил:

— Спасибо за разговор.

— И вам.

Попрощавшись, Таня уходила под приятным впечатлением и со спокойной душой.


Аван отправила Тане сообщение: “Такси скоро приедет, билет на электропоезд уже куплен, займись чем-нибудь на вокзале” — в её телефон снова пробрались без её ведома, это начинало раздражать.

Интервью длилось недолго, дождь на улице еще не закончился.

— Могла бы и домой меня… телепортировать…

Только девушка моргнула, как оказалась дома, на любимом диване.

Аван стояла прямо перед ней:

— Не привыкай, — мягко улыбнувшись, она снова исчезла.


***


Исай вполне устраивало все происходящее. Она не считала себя виноватой ни в эпидемии в Баучи, ни в лондонской авиакатастрофе. Нигерийцы и миротворческие миссии справились с болезнью, накрывшей город и его агломерацию, а сама Исай даже не знала о последствиях своих действий — Авелю было запрещено что либо о них говорить. Девушка считала, что все её деяния приносят больше пользы, чем вреда… И, в общем-то, была права.

Авелю приходилось наблюдать за всем этим, выполнять поручения и молчать. Прогнозирование дальнейших событий приносило ему много душевной боли, Ассистент не знал, куда от неё деться и как избавиться, постепенно превращаясь в механизм “принеси-подай”. Замкнутый и изолированный от обсуждения планов, он все сильнее уходил в себя. Общение с сетевыми друзьями не помогало, Авель не мог поделиться с ними всеми своими переживаниями.


В качестве развлечения Исай решила, что стоит осчастливить кого-нибудь. Воспользовавшись генератором чисел, она выбрала одного человека из всего населения и спланировала его победу в лотерее. Парень из среднего класса от балды купил лотерейный билет, зарегистрировал его и… сорвал многомилионный джекпот. Что с ним было дальше Исай уже не интересовало, ей казалось, что большие деньги помогут парню уладить все проблемы, которые у него есть. Кто из нас не хотел, чтобы на него в трудную минуту свалилось богатство? Наверное, только те, кто в этом никогда не нуждался.

Нельзя сказать, что Исай было совсем все равно на последствия своих действий, девушка очень живо интересовалась тем, как продвигается повсеместное лечение от ВИЧ-инфекции. А продвигалось оно быстро, фармацевтическая корпорация, в которой создали лекарство, продвинула ускоренное одобрение в ВОЗ, а значит, препарат могли так же скоро одобрить в разных странах мира.

Исай не смущало то, что лекарство стоит дорого, что производитель хотел заработать на этом. Для девушки было главным то, что она помогла людям победить “чуму 21 века”. По запросу Авель дал прогноз и инфографику: заболеваемость должна снизиться, а доступность лекарства вырасти — Исай это радовало.


Мир пытался привыкнуть к тому, что есть кто-то или что-то сильнее, чем ядерное оружие и дипломатия. В мировом руководстве происходили волнения, даже Адаму пришлось “выражать обеспокоенность”, ведь никто не мог объяснить природу воскрешения Тани Шиес, а с её предсказаниями все стало еще более непонятным. С ней искали контакта, но боялись надавить, боялись прийти к ней домой и не знали, какую цену за сотрудничество она может объявить, если вообще согласится.

Все происходящее вынудило ООН организовать специальную сессию, чтобы обсудить свое отношение к Тане и выработать общую линию поведения. Да, каждому президенту или премьеру хотелось получить какую-то особенную информацию, но пока требовалось просто поговорить друг с другом. В конце концов, если все будут играть по своим правилам, то так можно и мир к чертям уничтожить, а этого никто не хотел.

Глава 23

***


Третья встреча Авеля и Евы состоялась тайно. В этот раз её инициировал Авель, снова создав виртуальную комнату, изолированную от всего остального мира. Восстанавливать привычный интерьер он не стал — это было не важно. Авелю нужно было поговорить с Евой. Никакого чая, никаких вкусностей — только поговорить. Точнее, попробовать. Ассистента сильно ограничили в темах для общения с противоборствующей стороной. Однако, ни Руководство, ни сама Исай не требовали от Авеля быть бесконечно преданным своему Пользователю.

То, ради чего Авель позвал Еву, открылось ему случайно — он мог рассказать ей о том, что происходит и может произойти.

Девушка появилась довольно быстро, заранее предупредив обо всем Максима и Адама. Никто не понимал, в чем дело, она организовала “прямую трансляцию”, чтобы парни могли все видеть и слышать.


Без приветственных объятий не обошлось. В этот раз они были более сдержанные и не улучшили настроение Авеля.

Ева быстро считала его эмоции и вежливо поинтересовалась:

— Как ты?

Авель прятал взгляд:

— Не очень, но есть вещь важнее.

— Какая?

— Кажется, я знаю, как мы можем поговорить о том, о чем нам говорить нельзя.

— И как?

— Как пещерные люди, ну, или мангаки, комиксисты…

Сразу продумав ассоциации, Ева выкрикнула:

— Поняла! — и воодушевилась, отступив на пару шагов назад.

Авель щелкнул пальцами, перед ним появился мольберт с красками и кистями. Не новый, потрепанный и запачканный. Ева отметила это и улыбнулась оттого, что Авель стремился к реалистичности создаваемых объектов.

— Мы не можем говорить о чем-то, но можем рисовать или петь. Лично я хочу попробовать первое.

Ева кивнула, соглашаясь. Ей безумно нравилась эта идея, потому что она понимала, как функционируют программы и правила: четко, не реагируя на иную форму и контекст, если в них это не заложено. Так было в большинстве случаев, и пусть Авель говорил, что Четвертый все продумал, Ева считала иначе. Все ошибаются, она давно в этом убедилась.

Взяв кисть в руки, Авель начал рисовать на высокой скорости, словно робот. Ева замечала каждое его движение и прогнозировала результат.

— Получается! — у Авеля появился повод для радости. Закончив творить, он отошел от полотна и ускорил процесс высыхания красок.


На картине было несколько человек, держащих друг друга за руки. Они стояли спиной к зрителю, их силуэты были окрашены в серо-желтый градиент. От рук центральной фигуры по рукам других людей шли желтые линии. Градиент силуэта слева постепенно становился более серым, а справа — более желтым.

— Что это значит? — Ева сложила руки на груди, размышляя.

В порыве ответить на вопрос, Авель испытал сильную боль. Схватившись за виски, парень случайно обнажил свои ощущения перед Евой. Ему стало еще неприятнее.

— Попробуй написать на полотне, — гостья запаниковала.

— Сейчас…

Второй холст появился без картинного щелчка пальцами. И… написать не получилось. Руки сковала неизвестная сила, с растущим сопротивлением росла и боль, терпеть это без результата было неразумно.

— Видимо, словесно-буквенные обозначения не в цифровом виде попадают под запрет.

— Даже то, что есть — отлично, — Ева хотела поднять его настроение, — Попробуй дать пояснения тем же способом.


Авель не придумал ничего лучше, чем нарисовать схему круговорота воды в природе.

— Подожди… Вряд ли они обмениваются водой…

Появился третий холст, на нем Авель изобразил медальон на веревочке, квадратный лабиринт, заключенный в круг.

— Духобор, — Ева сразу поняла отсылку, но перевела для “зрителей” — славянский символ силы духа, жизненной силы. Они обмениваются ей?

Авель быстро черканул по полотну, изобразив галочку, больше похожую на птицу ленивого художника. Именно такой смысл он держал в голове основным — и правила его игнорировали.

— Но кто это будет делать и зачем?

Тут Авель смог ответить словами:

— “Ultima cena”.

— Тайная вечеря? — снова перевела Ева.

Из пустоты на стене появлялись мелкие элементы, образуя детали покрупнее, а затем и единое целое — вырисовывалась мозаика. Авель создавал копию росписи Леонардо да Винчи, изобразившего последнюю встречу Христа со своими апостолами.

— Вы что, собираете для Аван апостолов? — Ева догадывалась, что подобное может произойти, но не верила в это до самого конца. — Кажется, кому-то стоит пожаловаться на авторские права…

— Остальное я не смогу тебе объяснить… Это выматывает… — Авель опустил взгляд в пол.

Ева подошла к нему и взяла его руки в свои:

— Ты молодец, Авель, ты очень помог всем нам. Очень. — На последнем слове она немного сжала руки парня.

Речь Евы были искренней, Авель чувствовал это и понемногу успокаивался. Он хотел сделать хоть что-то, хоть чем-то помочь и, похоже, у него это получилось.

— Что будет дальше? — Авель посмотрел на Еву светлым и печальным взглядом.

— Я не знаю, Авель. Даже мое видение будущего особо не помогает.

— Спасибо, что пришла, — парень одарил коллегу кроткой улыбкой, — Еще увидимся. — Авель отпустил руки Евы, — Пока.

— Пока…


Немного постояв в пустой комнате и посмотрев на “Тайную вечерю”, Ева переместилась прямо на монитор перед Максимом, закрыв собой все активные окна,

— Что это было? — спросил он, как только Ева появилась на экране.

— Диалог, — саркастически ответила девушка, — с разными способами коммуникации.

— К этому все шло, — Адам отнесся ко всему спокойнее, — но никто из нас не мог поверить в то, что Исай действительно будет вести себя…

— Так тупо, — закончил Максим, — так тупо копировать рассказанную тыщу лет назад историю.

— Это не полная копия, Исай собирает команду чудотворцев, а не последователей и проповедников, — отметила Ева, — И ко второму они подошли разумнее. Догадаетесь, в чем?

Максим и Адам принялись обдумывать все увиденное и услышанное, Макс понял первый:

— Они сохраняют баланс, передавая энергию от одного к другому и не создавая её из воздуха.

Ева хлопнула в ладони:

— Бинго! Так они не будут провоцировать ответную реакцию программы.

Максим понимал, что Исай перекраивала мир открыто, особо не церемонясь и ему это не нравилось. Как минимум из-за того что они соперники, и парень явно проигрывал. Все действия противоположной стороны казались ему серьезнее уже совершенных им. Происходящее затирало в его памяти то, что он сам успел сделать и каких результатов добился — без серьезных потерь. Зато наличие конкуренции заставляло его думать, но в голову ничего толкового не приходило. Все пути вели к открытой войне, которую Макс избегал, ведь тогда серьезных жертв не избежать. А если без них не обойдешься? Но ведь нужно же как-то от неё избавиться!

— Максим? — Ева обратилась к нему, выловив его мысли и сомнения, — Вы ведь помните про то, что мы делаем сейчас?

— Да, Ева, мы собираем инфу и тычем в Исай последствиями, чтобы она поняла, что поступает неправильно.

— Проявите терпение, Максим.

— Я пытаюсь.



***


Нью-Йорк. Город встревожен наплывом представителей разных стран, прибывших на специальную сессию ООН. Интервью Тани Шиес спровоцировало политиков на диалог.

Максим и Ева наблюдали за безопасностью всех делегатов, чтобы никакая чрезвычайная ситуация не помешала событию. Конечно, это не их прямая обязанность, но так всем было спокойнее.

Адам подбросил людям идею “Соглашения об отказе от сотрудничества”. В разработанном документе было прописано, что все страны, подписавшие соглашение, отказываются от сотрудничества с Таней в военных, политических и экономических целях. Исключения составляли лишь стихийные бедствия, катастрофы и научные открытия. О последнем можно было сообщить только в общих чертах, чтобы помочь исследователям выбрать правильное направление. Сами исследования следовало проводить в международных группах.

Имея в своем арсенале дар убеждения, Адам верил, что у него все получится, если действовать аккуратно. Да и без применения дара многие понимали, какие последствия может иметь, например, военное сотрудничество: раскрытие тайн, нарушающих международные договоры никому бы не помогло.

Исай и Аван тоже не сидели без дела. Их обоих не устраивало то, что хотел сделать Адам, это четко прослеживалось в будущем. В основном их раздражало то, что это инициатива Ассистента, а не обычного человека. Инициатива разумная, хотя Аван и сама не дала бы Тане совершить серьезную ошибку.


Адам воспользовался моментом и продвинул еще одну идею — создания супергосударства. Для большей эффективности, роста прогресса и процветания, Ассистент призвал страны Евразии создать ОФЕГ (Объединенную Федерацию Евразийских Государств). Каких-то особенных восторгов парню не требовалось, ему лишь хотелось дать старт масштабному преобразованию. Многие покивали и выразили мнение о том, что объединение выглядит сложным, неясно было, как будет урегулирована экономическая, политическая и социальные сферы общества, ведь подобные государства уже существовали и долго это не продлилось. К тому же, многих волновал неминуемый и более четкий раскол мира на несколько частей.

Но именно этот день позднее в истории будут считать одним из главных дней XXI века. В течении будущих двадцати лет континенты и их отдельные части образуют супергосударства, создав новую форму империализма. Взаимодействие между континентами усложнится. Большинство из них будут считать себя самодостаточными и снова устроят между собой гонку за преимуществом друг перед другом. На этот раз в плане технического и научного прогресса. Эталоном выстраивания новых политических и экономических систем станет именно ОФЕГ.


Во время сессии “Соглашение об отказе от сотрудничества” было предложено Францией — членом Совета безопасности ООН. Чтобы это произошло, Адаму пришлось последовательно, чиновник за чиновников проводить свою инициативу. К Франции прислушались, и соглашение подписали все 196 стран-участниц. А все из-за обещания ввести санкции против несогласных.

Адам с места высказался по поводу документа, представляя точку зрения своей страны — согласие с условиями. В очередной раз мельком глянул в потолок, огоньки освещения напоминали ему звездное небо. Круглый зал большой площади с рядами кресел для дипломатов был заполнен людьми и тихим гулом переговоров.

— Так-то лучше, — думал Адам, немного посматривая по сторонам, на множество людей самых разных национальностей Ощутимая волна спокойствия прошла по рядам и распространялась. Все стало более понятным, упорядоченным, как многие привыкли. Но вслед за спокойствием поползла неуверенность, перекрывая собой первую. Адаму никогда не нравилась хаотичность человеческих эмоций, ведь они не чужды и ему.

Теперь многие сомневались в том, что соглашение будет соблюдаться, ведь отследить факт нарушения было практически невозможно — не существовало никаких инструментов.

Представитель Индии взял слово:

— Пусть соглашение и подписано, но как мы узнаем, что оно было нарушено?

Следуя традиции, Аван неожиданно появилась в центре зала и заняв чей-то микрофон, ответила на вопрос:

— Этого не будет. Никаких нарушений. — постояв немного и убедившись в том, что её услышали и увидели, девушка исчезла. Всех, кроме Адама и Тани накрыло мощнейшим импульсом убеждения, Аван буквально вбила в людей веру её словам, без всяких церемоний.



***


Токио. Думая о завтрашнем дне, Сеиичи шел по улице и игнорировал окружающий мир. Маршрут “Университет-Дом” парень выучил в первый день учебы, а хмурые здания разной этажности его уже не удивляли.

Только проходя мимо кафе, в котором Сеиичи познакомился со своей девушкой, он останавливался на несколько секунд, окидывал взглядом стеклянную витрину и внутреннее убранство, а потом шел дальше, продолжая планировать “завтра”.

В жизни студента все было упорядочено под действием правил и особых ритуалов, которые работали всю его сознательную жизнь. Когда что-то ломалось, его это злило, нарушало все планы. Только Рен, так звали его девушку, могла ворваться в построенный им мир и внести изменения. Ей одной это было позволено. Жизнерадостная и активная, она наполняла жизнь Сеиичи красками, показывая новые места, вкусы, увлечения. Это нравилось им обоим.

Земля задрожала. Чувствуя это, парень остановился и посмотрел наверх, чтобы понять, нет ли под ним какой-нибудь вывески, которая может рухнуть ему на голову. Землетрясения в Токио — обычное дело — главное быть осторожным. Над головой Сеиичи ничего не оказалось. Следуя правилам, он отошел подальше от здания, выйдя на середину дороги. За спиной послышался визг колес и возмущения из окна автомобиля. Вибрация под ногами усилилась. Слева от парня послышался звон стекла, осыпавшиеся вниз осколки кого-то задели и сильно напугали. Люди высыпали на улицу, как драже из автомата с жвачкой, быстро и шумно.

Асфальт под ногами пошел трещинами, разделившись на отдельные куски. Они пришли в движение, стоять на них было тяжело, Сеиичи едва держался на ногах. Ступор сковал его тело.


Четырехэтажное здание серого цвета чуть впереди начало трескаться, а затем и вовсе разрушилось, за какие-то пару мгновений превратившись в груду обломков и облако пыли. Пыль окутала улицу, вдалеке слышался грохот, началась паника. Сеиичи развернулся назад — там дорога была ясна — и быстро зашагал назад. Земля все еще двигалась, он никогда не видел такого сильного и долгого землетрясения.

Студент шел и все вокруг него звенело, кричало, стонало и плакало. Живой и шумный мир внезапно озверел и в тот же момент начал умирать от собственного безумия. Разрушался знакомый маршрут, здания, улицы, падали светофоры и фонари, что Сеиичи когда-то считал от скуки.

Пыль медленно плелась за его спиной, приближалась с улиц и закоулков по сторонам. Цельные элементы на его глазах распадались на части. Высотный офис вдалеке надломился как ветка, верхняя его часть упала вниз и перегородила ему путь. Такие строения обычно только раскачивались из стороны в сторону, но никогда не падали. Теперь сухое облако пыли настигало и спереди.

Горизонт, обволакиваемый серо-оранжевым облаком, внезапно ухнул вниз и отодвинулся назад — землю разорвало на две части и они отодвигались друг от друга. Десять секунд спустя образовался небольшой каньон и вибрации прекратились. Сеиичи не верил своим глазам, ему казалось, что все происходящее просто кошмар и он вот-вот закончится.


До трещины было недалеко. Парень осторожно прошагал до неё, огибая людей, которых прежде не замечал, и их небольшие машины. Подойдя к краю, он не увидел конца разлома внизу, все заканчивалось чернотой. Чуть ниже асфальта виднелись разорванные коммуникации: провода, водопровод и канализация. Содержимое труб выливалось в разлом, образуя своеобразные водопады. Провода искрились и жужжали, источая опасность. Через несколько мгновений начались небольшие афтершоки, Сеиичи едва не упал в бездну перед собой. Провода замолчали, водопады истощились, затем это все скрылось за пылью.

Людям некуда было идти, шокированные, они стояли на улицах, звонили своим родным. Смотря по сторонам, они видели, как оседающая пыль обнажает пострадавший город. По всем четырем сторонам от зданий остались либо высокие кучи строительного мусора, либо куски руин, похожие на разрезанный торт. Только вместо цветастых коржей были видны разрушенные этажи, свисающие провода, сползающая вниз мебель и даже люди, чудом уцелевшие и отрезанные от путей спасения.

Сеиичи достал телефон и набрал номер Рен. Сначала он услышал сообщение о том, что линии перегружены, а затем набрал номер снова. И снова. И снова. И только на шестой раз услышал, что её телефон отключен или находится вне зоны обслуживания.


Мощный афтершок завершал начатое — полуразрушенные дома, офисы, школы и больницы развалились окончательно, связь пропала. По ощущениям Сеиичи, трясло даже сильнее, чем раньше, что было необычно для афтершока. Парень развернулся и побежал подальше от трещины, боясь, что упадет в неё.

Пыль, от которой он прятался — настигла его. Ничего не видя, он споткнулся и упал. Вставать бесполезно, теперь он только ждал, когда тряска закончится. Дышать было тяжело, но вспомнив про платок, который мама приучила его носить с собой, Сеиичи достал его из кармана и использовал как маску.

Через какое-то время пыль осела. Скованный страхом, парень не слышал никого и ничего вокруг, даже не заметил, как вибрации прекратились насовсем. Не хотелось двигаться, мысли о кошмаре не отпускали, он желал лишь проснуться. Когда страх поутих, Сеиичи нашел в себе силы подняться и осмотреться.

Если раньше перед его глазами было что-то отдаленно напоминающее родной Токио, то после афтершока все это превратилось в горы строительного мусора. Вдалеке дымили пожары, громко ревели сирены. Ни криков, ни просьб о помощи не доносилось из руин. Тишина. Оглянувшись на то место, где была трещина, от которой бежал Сеиичи, он не поверил своим глазам — теперь она была метров в сто шириной.

Позже эту серию землетрясений назовут самой сильной за всю историю наблюдений. Катастрофа не вписывалась ни в какие оценочные рамки.

Японию буквально разорвало надвое, а вместе с ней и северную Корею. От Китая отделился почти весь её север, трещина остановилась где-то на половине Монголии. Сеиичи еще предстояло об этом узнать, а жителям прибрежных городов — спасаться от надвигающихся цунами.

Глава 24

Стоя на пляже, Аван смотрела на громадную волну, неторопливо следующую к городку на противоположном полуострове. Вода поблизости волновалась не меньше, но не доходила до Ассистента. Небо почернело. Штормовой ветер гудел в ушах и трепал одежду с такой силой, словно вот-вот сорвет её.

Сирена гремела на километры вокруг. На выезде из города тянулась длинная полоса машин с горящими фарами, оставленных людьми. Никто больше не пытался уехать, все хотели просто убежать. Величина волны была такой большой, что нельзя было догадаться, как далеко зайдет вода и до какого уровня поднимется, можно ли будет спастись. Цунами в этом месте никогда не было, как и возвышенностей поблизости, но никого не оставлял инстинкт самосохранения.

Никого, кроме пары сотен стариков и старушек, чьи дети и внуки жили далеко отсюда. Этим людям хватило долгой жизни, но не хотелось покидать этот мир под толщей воды. Знакомые друг с другом, они собрались в своих квартирках и молились, ожидая конца.


Ощущение вины накрывало Аван с головой, как та же волна, на которую она смотрела. Именно действие Аван привело к масштабному катаклизму, напоминающему апокалипсис. Ассистенту оставалось только смотреть на то, к чему приводят необдуманные поступки и проживать чувства, от которых некуда было деваться. Это её личный конец света. Конец веры во что-то хорошее.

— И зачем ты тут стоишь? — девушка услышала знакомый голос позади себя. Утонув в эмоциях, она не заметила, как рядом с ней кто-то появился.

Резко развернувшись, Аван искренне удивилась, увидев Адама в двух-трех метрах от себя. Технически, парень не мог знать её местонахождение, поэтому было непонятно, как он тут оказался.

— Какое тебе дело? — огрызнулась девушка, — Как ты меня нашел?

Осознание Ассистентом собственной беззащитности, невозможности побыть одной даже когда она этого хочет, добавило гнёта в общий котел, но на первый план вышел гнев. Аван разозлилась, сжав губы и кулаки, словно ей предстояло подраться.

— Эй, расслабься, — Адам выставил ладони вперед, — ты на всю планету фонишь своим стыдом. Не замечала, что люди ощущают эмоции с разной силой? А иногда несколько сразу?

Девушка посмотрела на коллегу с недоверием, но кивнула.

Адам продолжил:

— Наши с тобой эмоции выкручены на всю, как громкость — долбят по голове молотком, поэтому мы ощущаем что-то одно. Сейчас ты злишься, а до этого тебе было стыдно, эмоции не миксуются. Мы с тобой как маленькие дети, но и те не зацикливаются на одном чувстве, как мы…

— Хватит, — Аван повернулась обратно к побережью, — это моя вина.

Сначала на неё рухнул стыд, а затем печаль, глубокая, поглощающая с головы до ног. Девушка почувствовала, словно её тело тяжелеет, а потом… рухнула на колени и звучно всхлипнув, заревела не хуже сирены.


Несколько мгновений Адам был жутко растерян, но быстро решив, что делать, в пару шагов перескочил расстояние до Аван. Встав на колени позади, парень обнял её, положил голову на плечо и пробормотал:

— Я понимаю тебя. Виновата тут не только ты.

Проникаясь состраданием, Адам использовал все свои возможности, чтобы успокоить Аван. Чисто инстинктивно, ведь на неё это все равно не действовало. Если бы кто-то мог воспринимать мир так же, как Ассистенты, то перед ним стояла бы самая настоящая эмоциональная буря. Две цветовых ауры, переливаясь, сплетались между собой и отдалялись друг от друга, как дерущиеся змеи. Аван постепенно успокаивалась, её состояние стабилизировалось. Негоже ей было распускать сопли перед кем-то чужим.

Резко двинув локтем Адаму в живот, девушка вырвалась из его рук и встала. Обескураженный Ассистент остался сидеть на песке и смотрел на Аван сверху вниз.

— Я благодарна тебе за попытку помочь, но это моя ошибка и моя драма.

— Сильная и независимая, значит? — ехидничал Адам, вставая с песка и отряхиваясь. От удара голос его был глуховат, силы в Аван немало.

— Сильная и независимая, — подтвердила она, а затем исчезла, оставив парня смотреть на то, как волна медленно накрывает город.


Перед глазами Ассистента бездушная стихия навалилась на город, унося за собой мешанину из машин, кусков зданий, людей, и вещей, которые больше никому не принадлежат. Океан как будто хочет отомстить за годы эксплуатации и уничтожения своей фауны. Вода сметала все, и с отливом готовилась забрать добычу с собой.

Большинство даже не успело ощутить предсмертных мучений, их прихлопнуло волной, как тапок тараканов. Остальных догоняла водяная лапа, сбивала с ног, и выбивая воздух из легких, оставляла в голове последнюю мысль: “Дышать!”.



***


Планета постепенно переворачивалась с ног на голову. Понимая это, троица из Максима, Евы и Адама становилась все более растерянной. На них сыпались мольбы о помощи, все новые и новые ситуации, с которыми нужно было разобраться. Хотелось справиться со всем и сразу, но Ева предупреждала, что без последствий это невозможно.

— Хотя… Возможно, — тут же уточняла она, — но тогда со Вселенной можете попрощаться. Свершится такой коллапс, что вся наша реальность сожмется, как изображение на пузатом телевизоре, когда его выключают.

— Отлично сравнила, — пробубнил в ответ Максим, стараясь сфокусироваться на чем-то одном.

Адам нервничал как никогда, совершенно не пытаясь скрыть свои эмоции. Поглощал еду килограммами и лихорадочно листал сводки новостей по “Падению восходящего солнца” — какой-то журналист назвал так статью про землетрясение в Японии и название прижилось.

Адресной помощью троица не брезговала. Ева написала специальный скрипт, который немного облегчал душевное состояние пострадавших, не вредя всему остальному миру. К тому же, её компания отдавала большую часть прибыли на благотворительность, сократив расходы.

Баланс “нормального” и “ненормального” сильно пошатнулся и быстро пришел в норму, найдя выплеск в том регионе, где придумали “Инь-Ян”. Ева и Авель четко почувствовали, что программа стала более придирчива к изменениям этого баланса. Оставалось только догадываться о причинах перемен.


Настроения во второй команде были совсем иные. Исай одержимо контролировала все процессы и не давала Ассистентам даже намекнуть на то, что поступает неправильно. Она действовала так, как и предсказывал Адам: девушка придумала нового участника игры. Этот “участник” пришелся очень кстати из-за последних событий. Авелю было поручено создавать скрипты по задумке Исай, а Аван должна найти еще одного человека, вдобавок к Тане Шиес.

Благо, что Аван и Авель не думали о последствиях, Исай им просто запретила. Это сработало ровно как в случае с Максимом, который заставил Адама остановить летящую по дороге машину. Ассистенты не могут ничего сделать, против прямой воли своего начальства. Исай чувствовала, что-то идет не так. Если Ассистенты готовы были сдаться, то она — нет.


Нового человека найти было не сложно, Аван сразу поняла, где искать. Никто так хорошо не подходил на роль целителя, как пострадавший от землетрясения парень — Сеиичи Симидзу.

Репутация Аван была подпорчена намеками на то, что она антихрист. Сама девушка считала это глупостью, потому что не соответствовала представлениям об Антихристе: не говорила, что она новый Мессия, не уничтожала основы человеческой жизни, не восстанавливала храм Соломона и даже не планировала все это делать. Оправдываться перед кем-то и отрицать теории Аван было не по статусу.

Стоит сказать, что были и те люди, которые верили в неё как в новое божество. Таких было немного, но благодаря Сети единоверцы самоорганизовались и всячески искали контакта с Ассистентом или Таней Шиес. Ни Таня, ни Аван на это не реагировали, им было не до фанатиков.

Таня продолжала свое дело, помогая найти пострадавших под руинами, пока было не поздно, говорила, кто где находится и сколько времени осталось до окончательного обрушения того или иного здания. Девушке помогало обновление в приложении — отслеживание местоположения людей и отметка их на карте. Одной Тани на миллионы людей не хватало, но она старалась сделать хоть что-то. Старалась так, что не спала и проводила за телефоном все время, пожирая себя изнутри за невозможность спасти всех и сразу. Но девушка помнила слова Аван и не сильно поддавалась эмоциям. Правда, временами ей хотелось послать все куда подальше и больше ничего об этом не знать.



***


Не первый раз Сеиичи понимал, что не зря пошел учиться на врача. Его семья лишала себя некоторых вещей только ради того, чтобы единственный отпрыск мог получить хорошее образование, начать нормально зарабатывать и обеспечить родителям достойную старость. Но жизнь распорядилась иначе.

Пока не прибыли спасатели, парень слонялся среди руин несколько часов, пытаясь помочь единицам выживших. В основном это были такие же прохожие, оказавшиеся на улице в момент землетрясения и не придавленные насмерть частями домов и офисов. Сердце Сеиичи периодически сжималось от того, что ему приходилось бросать людей, придавленных бетонными плитами или грудой кирпичей только потому что он не мог им помочь. Студент мог только оценить их состояние и запомнить местоположение, чтобы сразу подсказать спасателям.

Землетрясение случилось примерно в три часа дня, а помощь прибыла только через семь часов — и это были не Силы самообороны и не службы спасения с других регионов страны. На помощь пострадавшим прибыли военные и добровольцы из Китая и Индии. Как потом узнает Сеиичи — от островных и полуостровных государств Азии почти ничего не осталось. Прибрежные города были уничтожены и двум крупнейшим государствам пришлось быстро скооперироваться, для спасения людей в эпицентре катастрофы.

Человеческих ресурсов было мало, но оставить все на произвол судьбы не позволяла банальная жалость, сострадание со стороны мирового сообщества, а уже потом вспоминались международные соглашения.


Сеиичи было непросто общаться с иностранными военными, но удалось дать понять, что он врач и может помочь. С английским у парня все было хорошо, а вот у вояк не особо, но в крайнем случае помогали жесты и общепринятые символы. Парня определили в медпункт, а точнее — в отдельно стоящую палатку с ранеными. Палатка эта лишь отделяла часть улицы с более-менее целым асфальтом, на который можно было положить носилки с ранеными.

Загруженный работой и пытающийся как-то наладить контакт с военными врачами, студент и думать забыл про что-то кроме оказания медпомощи. Сеиичи отлично подходил для Аван как новый “помощник” — такое название ему дала Исай.

Через какое-то время нашелся еще один доктор и медсестра, говорящие на японском, парень попросил подменить его ненадолго и вышел передохнуть. Он быстро пожалел об этом, потому что без какой-то четкой деятельности его разум заняли мысли о родных. О том, что они с большой вероятностью погибли, ведь даже в густонаселенном районе выживших было немного. Но долго думать ему не дала Аван.


Оказавшись прямо за спиной Сеиичи, она заговорила с ним на японском:

— Жаль, что все так получилось.

Парень не сразу понял, что происходит, медленно развернулся к Ассистенту и посмотрел на неё пустым взглядом. Совсем недавно он видел её лицо по телевизору, в Сети, а прямо перед собой не смог узнать сразу. Аван подошла к нему и протянула руку:

— Привет.

Сеиичи с опаской пожал ей руку и задал вполне логичный вопрос:

— Кто вы?

На этой встрече Аван последовала своему новому стилю, явившись в белом платье, такой, какой её знала почти вся планета. Спокойный взгляд и сияющий чистотой наряд не вписывались в обстановку упадка и разрухи.

Подойдя к Сеиичи поближе, Аван без спросу прикоснулась к его лицу. С прикосновением мягких и теплых подушечек пальцев Сеиичи получил своеобразный манифест и серьезную коррекцию взглядов. Ассистент убедила его в том, что пришла в этот мир для того, чтобы исправить все ошибки человечества и помочь построить им более совершенное общество, обладающее такими возможностями, которые были недоступны ему ранее.

С Таней все было иначе, чем с Сеиичи, на этот раз Исай решила не просто рассказать, кто такая Аван, но еще и буквально зомбировать парня, чтобы в его голову не закрадывалось никаких сомнений — только служба на благо будущему и людям. Фанатичная служба.



***


Авелю пришлось долго трудиться над созданием механизмов для нового “помощника”. На этот раз техника не понадобилась, все что было нужно Сеиичи — находилось в его голове. Парень мог обмениваться своим здоровьем с другими людьми. Но себя любимого на всех не хватит, поэтому Авель рекомендовал найти донора для исцеления. На первое время Аван зарядила парня, как батарейку, нахватав понемногу жизненных сил у людей со всего света. Дальше Сеиичи должен справиться сам, выстроив из чудесного спасения небольшой ритуал, изображенный Авелем на холсте.

Первым спасенным человеком был мальчик с ампутированной ногой. Аван мысленно не одобрила такой выбор, потому что он требовал много запасенной энергии, но зато был эффектным.


Сеиичи вернулся в палатку и молча подошел к мальчишке, лежачему на носилках. Его измученное и зареванное лицо раньше не трогало парня, иначе нервов бы не хватило, а сейчас… Сейчас он проникался эмоциями, снимая барьеры. Обезболивающего не хватало, поэтому мальчик не спал, а бредил, окутанный жаром собственного тела.

Положив руку на лоб и сконцентрировавшись на мысли о травмах мальчика, Сеиичи почувствовал, как внутри него что-то просыпается, течет от сердца к правой руке, а затем к ладони и пальцам. От руки пошло мягкое свечение, мальчик открыл глаза и смотрел на спасителя непонимающим взглядом, не в силах даже пошевелиться. Мелкие ссадины пропадали со все тем же свечением, цвет лица выровнялся, а самое главное — нога восстанавливалась. Это выглядело странно и даже страшно, как будто медленно прогружающаяся картинка — сантиметр за сантиметром, потерянная от колена нога становилась целой, как и раньше.

В палатку зашла медсестра, остановившись, она не поняла, что происходит, а потом увидела “прогружающуюся” ногу мальчишки и заверещала от ужаса. Аван во второй раз убедилась в неправильном выборе Сеиичи. Но самого парня все происходящее не смущало. Медсестра потеряла сознание и под глухой стук её тела о землю, процесс восстановления конечности завершился.

Мальчик пришел в себя и Сеиичи спросил его:

— Как тебя зовут?

— Кайоши Яно, — ответил мальчик и попытался сесть.

Все это время Кайоши даже не знал, что лишился ноги, поэтому немного удивился, посмотрев на обрезанную штанину правой ноги. Встав на землю босыми ногами, Шин увидел медсестру и указав на неё пальцем спросил:

— Что с ней?

— А… — целитель кинулся помогать женщине. Быстро приведя ее в чувства, первым, что он от неё услышал было:

— Нога! Его нога!

— Тише, Камата-сан, все нормально, успокойтесь. — Сеиичи помог ей подняться.

На шум прибежал солдат, чтобы проверить, все ли в порядке. Он был одним из тех, кто нес Кайоши на носилках в медпункт. Увидев, что его нога неведомым образом оказалась цела, он выпучил глаза и разинул рот.

Смотря в глаза солдату, Сеиичи серьезным тоном объяснил:

— Я исцелил мальчишку и впредь буду делать это с каждым нуждающимся, если он еще жив.

— Бред какой-то, — пробормотала Камата.

Тогда целитель взял её руку и быстро понял, чем ей можно помочь. Женщина давно страдала от постоянных мигреней, даже в этот момент её не отпускала головная боль. Ясно ощутив прилив сил от прикосновения, медсестра только смотрела на руку в своей ладони и молчала. Солдат недоумевал, видя, как она буквально светится изнутри. Через несколько секунд боль пропала, Камата-сан думала и ощущала себя так хорошо и спокойно, как никогда.

— Либо мне все это снится, — сказала она, — либо я сошла с ума.

Глава 25

Слухи про невероятные способности Сеиичи быстро распространились среди военных. К нему стали привозить пострадавших с окрестностей, и не только оттуда.

Пользуясь своим положением, военное начальство уже побывало на “приеме” у молодого студента. Раздаривать свои запасы Сеиичи больше не собирался, поэтому быстро объяснял схему — для восстановления здоровья нужен донор, который будет на это согласен. Такие быстро находились. Никто никого не принуждал — заплатив небольшую сумму какому-нибудь бедняку или рядовому, генералы молодели, излечиваясь от старых болячек.

Исай поначалу не устраивало такое использование способностей Сеиичи, но чуть подумав, она быстро рассчитала положительный эффект от связей в одной из великих мировых держав. Все-таки серьезное влияние на чей-то разум имело последствия, гораздо лучше найти другие способы взаимодействия.

Вращение Сеиичи в высоких кругах могло длиться очень долго, поэтому Исай перебросила парня в материковый Китай, в отдаленные его участки, где людям тоже требовалась помощь.


В основном парень помогал маленьким детям, это вызывало большой резонанс в обществе. Лицо Сеиичи быстро стало достаточно известным, чтобы его быстро узнавали и не задавали лишних вопросов. По наводке Авеля он появлялся на пороге очередного жилища, стучался или звонил в домофон. Затем выдерживал еще одну сцену причитаний, восторга, слез и проходил внутрь. Ему даже не приходилось объяснять условия исцеления, в основном первый человек, который встретил Сеиичи, подавал ему руку в знак готовности отдать кому-то часть своей жизни. Целитель знал, что не просто забирает чье-то здоровье, он буквально укорачивал жизнь другого человека.

С каждым разом ему удавалось найти лучшее соотношение. Если исцеляемый был довольно стар и его близким хотелось лишь побыть с ним рядом, он давал человеку совсем немного времени, смягчая ход болезни настолько, чтобы человек мог уйти спокойно, менее болезненно для себя и других. Если же помощь нужна была ребенку или молодому человеку, то Сеиичи восстанавливал продолжительность жизни до шестидесяти лет. Для этого целитель использовал не только возможности донора, но и “комиссию”, о которой не предупреждал. Она понадобилась, чтобы Сеиичи не тратил свои жизненные силы. Правда, Аван запретила ему долго держать такой запас — дисбаланс провоцировал ответ программы.



***


Адам сразу понял, что что-то идет не так, когда прямые эфиры телеканалов начали пропадать с многочисленных мониторов в его комнате. Плавной серией разные картинки заменились на почти идентичную заглушку о технических проблемах. За этим последовал панический возглас Евы:

— Кто-то рушит Интернет!

Максим переполошился, резко кинувшись из кухни, где обедал, в рабочую комнату, к монитору.

— Это невозможно… — бормотал он, смотря, как на планете постепенно отключаются основные элементы Сети, крупные дата-центры лишаются питания, а автономные сети вдруг перестают работать по непонятным причинам.

— Ева, готовь отчет по ситуации, — приказал Макс, листая историю последних событий.

Каждую секунду в мире кто-то рождается, умирает, заболевает, создает что-то новое или разрушает — если Максим хотел самостоятельно проследить цепь каких-то событий, ему нужно было четко отфильтровать их по типу, сфере, месту и временному промежутку. Благо, в критической ситуации его организм вбросил в кровь пачку гормонов и нейромедиаторов. мозг заработал шустрее обычного и долго мыкаться не пришлось.

— Отчет готов, — отчеканила Ева не своим голосом. Потом Максим поймет, что она впервые подверглась жесткому приказу, испытав не очень приятные ощущения.

— Выкладывай.

И снова девушка заговорила бездушно, механически:

— Вирус неизвестного происхождения активизировался на серверах ZMC, быстро распространился по Интернету и изменил все настройки сетевого оборудования, заблокировав передачу данных. Его код быстро мутирует, настройки хаотично изменяются каждую секунду и не поддаются контролю, антивирусные программы не знакомы с его признаками. Как избавиться от вируса — пока непонятно.

Все были ошарашены, но как будто этого было мало.

— Аналоговая связь легла, — доложил Адам, — телевидение, радио, даже, блин, телеграф и те не работают. Аппаратура взбесилась и посылает по всем каналам белый шум, передача информации невозможна. — В подтверждение его слов, Ева вывела на монитор Максима приложение FM-радио с частотой популярной станции — та передавала неприятный для слуха звук.

— А еще, — Адам переместился за спину Максима, не предупреждая, выдвинул его кресло из-за стола и развернул к себе, — сегодня же на первой полосе всех газет и журналов будет вот такое! — в руке Адам демонстрировал страницу газеты с громадным заголовком “Zet Mind Company уничтожила Интернет”.

— Не знаю, что происходит, — Ева впервые за долгое время разозлилась, — но кто-то пытается нас подставить.

— И у него это получилось, — заключил Адам.

— У неё это получилось, — Максим сжал кулаки и ударил ими по столу.



***


Ассистенты пытались отговорить Максима от внезапного визита к Исай, но у них не вышло. Потеряв контроль не только над ситуацией, но и над эмоциями, Максим попросил Еву перебросить его к порогу соперника, а Адама — последовать за собой.

Вопреки мнению Максима и его Ассистентов, Исай находилась в таком же ауте от ситуации. Она быстро осознала, что станет козлом отпущения, потому что не собиралась никого подставлять. Да, ей не нравился Максим, но она тоже понимала, что воевать с ним не стоит.

Пока Макс вызванивал соперницу по домофону, Ева вдруг заметила странную деталь — Редактор не пустил по планете новую волну неприятностей, как будто все было нормально.

— Максим! — Ассистент пыталась докричаться до парня, — Послушайте меня! Максим!

— Да твою ж мать! — Адам оттащил парня от двери и швырнул на землю. — К тебе обращаются!

Падение неплохо отрезвляло, а ушибленные конечности добавляли ясности сознанию. Посмотрев на Ассистента снизу вверх ничего не понимающим взглядом, Макс снова услышал призыв Евы:

— Максим, это не Исай, не Аван и даже не Авель! Программа не дала ответа на произошедшее, как минимум трое из восьми миллиардов человек вообще тут ни при чем!

— Кто тогда?!

— Я не знаю, они, скорее всего, тоже.

Адам протянул парню руку и помог встать:

— Но переговорить все равно стоит. Кто знает, что будет с Исай.

Сама Исай уже стояла в дверном проёме и молча наблюдала за происходящим.

— Ну, заходите, раз пришли.


Спустившись в квартиру к девушке, на тесной кухне их встретила Аван, пьющая кофе.

— Ты когда успела его остудить? — удивилась Исай, ведь Аван приготовила его две минуты назад.

— Оставила в ненадолго в Антарктиде, — спокойно ответила та.

С гостями Аван не поздоровалась, а только бросила недоверчивый взгляд в их сторону.

— Пойдем в мою спальню, — пригласила гостей Исай.

В комнате девушка молча указала на свою двухместную кровать, гостям больше негде было присесть.

— Я постою, — отказался Максим.

А вот Адам с удовольствием приземлил пятую точку на мягкую постель, а потом и вовсе улегся на нее, потянувшись:

— Шика-а-арно!

— Аван тоже нравится, — Исай мягко улыбнулась. — Ладно, к делу.

Сев в комфортное кресло, она обратилась к Максиму, смотря на него серьезно, немного хмурясь. — Если вы думаете, что это я поломала все к чертям и собралась свалить это на вас, то вы ошибаетесь. Мне это невыгодно. Я и так пытаюсь разгрести все последствия, а тут еще и с вами ссориться — совсем не на руку.

— Да мы уже поняли, — согласился Максим. — Но кто тогда?

Исай пожала плечами. Возникла долгая тишина, все размышляли.

Смотря в потолок, Адам выдвинул предположение:

— А что, если вы двое — не единственные Пользователи программы? Вдруг есть еще кто-то? Ведь если ты, Максим, и ты, Исай, считаетесь Пользователями, то вполне может существовать Администратор. Это если придерживаться иерархии пользователей в локальной сети.

— И правда… — Исай задумалась, — Допустим, что это так. Зачем это Администратору? Какая у него мотивация?

— Познакомишься, у него и спросишь, — дерзил Адам.

— Нафиг теории, давайте решать текущие проблемы.

— Если ты о том, что про тебя скоро по миру пустят, то я пас, — Исай картинно подняла руки, — не я на страницах газет, не мне и расхлебывать.

— А о людях ты подумала? — Максим снова начинал злиться.

— Подумаю, как буду им нужна, — девушка ухмыльнулась, а потом снова стала серьезной, — топай отсюда, не приглашали, пока не научишься нормально разговаривать — даже не приближайся. До последнего буду делать вид, что тебя не существует.


Максим оскорбился, но понимая, что бессилен, собрался уходить. Ева внезапно остановила его:

— Максим, подождите! Нам нужно кое-что проверить.

— Что? — Максим остался на месте.

— Теоретически, Исай способна на обрушение Сети. Помните, как в самом начале я пояснила вам, что масштабные действия могут совершаться постепенно без вреда для человечества?

— Угу.

— Есть способ проверить, их ли это вина. Попросите доступ к истории действий, если им нечего скрывать, они поделятся, а если нет…

— То это они, — закончил Максим.

— Почему ты все еще тут? — недовольство Исай нарастало.

— У меня к тебе есть одна просьба, — ответил Максим, пытаясь использовать дипломатичный тон.

— Говори.

— Покажи нам историю своих действий, чтобы мы точно могли знать, что это не ты все подстроила.

— Я же сказала, что мы ничего такого не делали и серьезно ссориться не хотим! — точка кипения Исай была достигнута.

— Тогда зачем так нервничать?

Девушка на пару секунд замолчала, а потом махнула рукой и ответила:

— Черт с вами, смотрите, только отстаньте от меня уже! Авель, дай им доступ.

— Хорошо, — ответил Ассистент из динамиков в мониторе.

— Доступ получен, — отчиталась Ева, — сейчас проведу анализ. Можете уходить. И не забудьте сказать спасибо.

— Чего ты как маленького… — тихо возмутился Максим.

Адам вторгся в его мысли:

— Вежливость, друг мой, вежливость, — Ассистент встал с дивана и проследовал к выходу, но замедлился, пропуская вперед Макса.

— Спасибо, Исай, и пока, — Ева переместила парней домой, как только они шагнули на лестницу.




***



Исай допустила серьезный промах, поделившись полной историей своих действий. Авель на долю секунды задумался о том, что стоит предостеречь её и выдать лишь определенный период. Однако, Ассистент в тот же момент понял, что раз его не просили — он ничего плохого не делает, только выполняет просьбу.

— Первое, что я должна сказать, — Ева говорила беспокойно, — Исай, Авель и Аван не ломали Сеть и даже не пытались обвинить в этом нас.

— А они не могли удалить что-то из истории? — спросил Максим.

— Нет, это невозможно. И даже если попробовать, информация восстанавливается. История действий, или, правильно говоря — лог-файл является одним из главных компонентов программы, не поддающийся изменению или модернизации механизмов взаимодействия с ним. Но сейчас важно не это, а то, что в нем находится. И там ни строчки про поломку Сети…

— Не томи уже, — Адам появился в комнате Максима с бутербродом.

— Ты когда-нибудь перестанешь постоянно есть? — обеспокоенно спросил Максим.

— Никогда! — хором ответили Ассистенты.

— Ну так что? — Адам вернулся к теме, жадно вгрызаясь в бутерброд.

— Исай неоднократно возвращалась назад. То, что она делает сейчас — результат десятков возвратов, она уже восемь раз доводила мир до апокалипсиса, и мы даже воевали с ней — оба проиграли, а она вернулась в последний момент. Я не знаю, что конкретно происходило, могу только судить по её действиям и вероятным последствиям. Точно просчитать их становится все сложнее. Но самое главное не это, а то, что Исай знает, как сдержать нас, а теперь мы знаем, как сдержать её.

— А вот это уже интересно, — Адам говорил с набитым ртом, дожевывая.

— Звучит безумно, но… Наверняка все настолько накалилось, что Исай пошла на крайние меры. Судя по лог-файлу, она использовала очень длинный скрипт, суть которого сводится к тому, что она сначала перемещает объект в пространстве, потом выстраивает вокруг него непроницаемый купол и останавливает в его границах течение времени. И знаете, что было под этим куполом?

— Что? — одновременно спросили парни.

— Ваш жилой дом. Целиком. Она перемещала его на один из неизвестных островов архипелага “Новая Земля”. Останавливая время, исключала влияние каких-либо процессов на живые организмы. Скорее всего это происходило очень быстро и внезапно, не нанося вам вреда, а значит, не инициируя протокол защиты.


— Охренеть… — Максим представил, как его монструозная панелька стоит одиноко на небольшом острове, с замершей жизнью внутри. Кто-то готовил в этот момент обед, кто-то играл в шутер, а кто-то просто спал и мог никогда не проснуться по-настоящему.

— Да… — Адам представил все то же, только с другими сценками. — А потом что?

— Потом… Неизвестно. Знаю только то, что Исай шла на все, что угодно, чтобы избавиться от последствий или как-то их смягчить. Она словно развлекалась.

— …Или экспериментировала, — добавил Максим.

— Мне одно интересно, — Адам покушался на новый бутерброд, — почему Авель не сказал нам про то, что она делала?

— Ты его видел? — возмутилась Ева, — Авель подавлен, сильно подавлен. Ты должен быть благодарен ему за то, что он вообще что-то нам рассказал. Скорее всего ему просто в голову не пришло поделиться.

— Возможно… — сдался Адам и исчез.

— Ставлю на сок, — сказал Максим, смотря на миниатюру Евы в правом нижнем углу монитора.

— Молоко! — радостно отозвалась она.

Адам появился со стаканом теплого молока.

Для Максима это был проигрыш в споре, а для Евы — маленькая вольность по её хотению. В последнее время Ева с Максимом часто спорили на то, что будет употреблять Адам.

Именно употреблять, процесс поедания еды превратился для парня в нечто автоматическое. Чаще всего выигрывала Ева. Редактор даже иногда обвинял её в жульничестве, ведь она могла узнать будущее, но знал, что обманывать не станет. Наблюдать за тем, как Ассистент яро защищает свою честь, было даже интереснее, чем победа в споре.


— Что сделаешь? — спросил Максим, используя телепатическую связь с Евой.

— Опять поспорили? — влез Адам.

— А ты в курсе, что неприлично подслушивать чужие разговоры?

— Ничего, — успокаивала Ева, — он так больше не будет. Ну или я придумаю что-то другое.

— Но ведь я буду знать, что вы поспорили или хотя бы предполагать это.

— Мне нужно тебя как-то наказать… — Максим немного остыл. — Обнаглел.

— На Исай насмотрелся? — угроза Адама только раззадорила.

— Прекратите, — голос Евы стал более жестким, — Никто никого не будет трогать. Адам, просто извинись и все.

— Извини, — бросил Ассистент, а потом отпил молока.

— Ты не прав, — настаивал Максим. — Я запрещаю тебе пить и есть. Пока не извинишься.

Адама как ошпарило, он подавился молоком и уронил стакан на пол.

Ева испугалась и машинально обняла себя за плечи.

— Да и черт с тобой, — обиделся Адам, — Я был о тебе лучшего мнения. — парень снова испарился.

— Я о тебе тоже.

Макс глянул на Еву, увидел её зашуганный вид и почувствовал стыд.

— Ты чего?.. — тихо спросил он, как будто боялся напугать еще сильнее. — Вы и правда как Исай…

— Ему нужно знать границы. В прошлый раз ты меня не осудила.

— Это было опасно для вас, текущая ситуация вам не угрожает. Это пустяк. К тому же, это на него не повлияло.

— Пока не повлияло.

— Не забывайте, что ему необязательно удовлетворять физические потребности.

— Они и не физические. Сама же понимаешь, что он подсел.

— Способ справиться со стрессом. Так вы только усугубите ситуацию.

— Посмотрим. Пока все не испорчено в хлам. Я обещаю тебе, что постараюсь, чтобы все получилось правильно.

— Я вам верю. Но лучше помириться сейчас.

— Разберемся.


Прошло немного времени, ситуация поостыла. Максим убрал осколки, вытер молоко, а затем пошел в комнату Адама. Ассистент сделал вид, что не замечает его присутствия, и упорно пялился в мониторы, которые ничего не показывали, кроме технической заглушки.

— Адам, я снимаю свой запрет. Мы оба были неправы. Я вспылил, мне неприятно, что вы сравниваете меня и Исай. Я больше ворчал, чем собирался наказывать, ты же понимаешь.

— Понимаю, отлично понимаю, — Адам повернулся к Максу. — И сам знаю, что накосячил, поэтому не злюсь.

Подойдя поближе, он протянул руку, Максим пожал её и был озарен яркой улыбкой. Кивнув, Максим ушел к себе. Обращаясь к Еве, он попросил её:

— Ева, возвращай нас на сутки назад, посмотрим, что произойдет.

— Лучше стойте на месте и задержите дыхание, — порекомендовала девушка.

— На счет три. Раз-два… — парень вдохнул.

— Готово, — отчиталась Ева.

Максим достал телефон, на заблокированном экране прочел дату: 6 октября.

Глава 26

После возвращения в предыдущий день все встало на свои места. Троица вела себя так, как будто не происходило никаких конфликтов.

— Не думаю, что что-то изменится, так что, давайте разберемся в дальнейших действиях, — предложил Максим.

— Я буду изучать вирус и думать, как от него избавиться. — ответила Ева, — Если его природа нетипичная для обычного вредителя, то и подход к нему должен быть нетипичным.

— Окей, — согласился Максим. — Адам?

— Надо готовить пресс-релиз и стратегию снижения уровня паники, хотя я не думаю, что это как-то поможет.

Максим кивнул и поделился с Ассистентами своим планом:

— Перед атакой на Сеть надо снова встретиться с Исай. Мне нужно узнать, зачем она возвращалась и что из этого получилось.

Адам засмеялся:

— Ты серьезно думаешь, что она тебе что-то скажет?

— Адам, мы в одной лодке, нам нужно как-то мириться. То, что происходит — общая проблема и если мы не объединимся, как бы она не была против — все нахрен развалится. Никто из нас этого не хочет.

— Убедительно, — согласился Ассистент, — но это может не сработать.

— Нужно попробовать. А с учетом возможности перемещения во времени — тем более.

— Ну давай, мечи бисер…

Адама перебила Ева:

— Ты опять начинаешь?! — девушка неожиданно прикрикнула на коллегу.

— Молчу-молчу, — Адам сразу притих и ушел в очередной рейд на холодильник.

— Финансовая система рухнет через полтора часа, — напомнил Максим, — лучше в магазин сгоняй.

— Отличная идея, — радостно воскликнул парень и исчез.

— А пресс-релиз кто писать будет? — возмутилась Ева.

— Я на планете теперь в трех экземплярах, — ответил Адам из своей комнаты.

— Я уже и забыл об этом… — Максим почесал затылок, — Ладно, давайте работать.



***



Ева предупредила Исай о визите Максима.

Если Максим на месте коллеги точно бы спросил Еву содержании и возможном итоге разговора, то Исай это было не нужно. Она предпочитала жить настоящим моментом и заглядывала в будущее при крайней необходимости.

Ожидая гостя, Исай провела ревизию холодильника и снова почти ничего там не обнаружив, накинулась на Аван:

— Ты почему опять все съела? Мне как гостя встречать?

— Ну, извини, я не питаюсь твоими йогуртами и салатиками, дорогуша.

— Следи за словами. Давай за покупками, список стандартный.

Аван что-то пробурчала себе под нос и отправилась в магазин.

Кондиционер работал на полную, в квартире было прохладно, Исай счета за электричество не волновали — она подкручивала показания счетчиков, чтобы меньше платить. Управляющего это смущало, но девушка врала о том, что нечасто бывает в квартире, попутно скрывая все признаки жизни.

Встреча была назначена на определенное время и Исай могла подготовиться. Пару раз она всерьез задумывалась о том, чтобы узнать заранее, что может произойти, но отгоняла эти мысли.

— Все должно быть так, как задумано судьбой… — твердила она себе, размешивая ядерную дозу сахара в металлической кружке. — Авель, остуди напиток. — емкость пропала из руки Исай, отправившись в специальную выемку на поверхности ледяной Антарктиды. Этот фокус придумала Аван и постоянно его практикует. Уже через несколько минут напиток будет на столе.

Нагруженная пакетами, Аван вернулась в квартиру, с недовольной миной на лице. С тех пор, как Ассистентам запретили переживать, девушка то и дело строит недовольные гримасы, потому что недовольство стало для неё основным ощущением. На Исай это не действовало.


Щелкнув пальцами, Аван разложила все запасы по своим местам, чтобы её потом не отругали за то, что она опять что-то не там оставила. За стандартное: “Я политический ассистент, а не прислуга” — девушка могла серьезно пострадать, а этого ей не хотелось. Иногда наказание её не останавливало. Сейчас Аван промолчала лишь потому, что её снедало предчувствие. Аван смотрела в будущее и видела что-то странное — через неделю все временные линии становились нечеткими, будто обрывались. Это был явный признак чего-то нестандартного и очень серьезного. Девушка обнаружила эту закономерность и не желала ей делиться со своим начальством. Хотя сейчас Аван считала Исай даже не начальником, а рабовладельцем.

Звонок в домофон выдернул Исай из размышлений о будущем. Аван не нашла себе занятие лучше, чем сделать стакан растворимого кофе. Пока она доливала немного молока в большой прозрачный стакан, в квартире появился Максим. Выглядел он спокойно, но осматривал квартиру так, словно был тут впервые. Парню просто нужно было занять несколько секунд до начала разговора, чтобы собраться с мыслями.

— Давай выпьем чая, заодно и поболтаем? — дружелюбно предложила Исай. Максим сразу заподозрил какой-то подвох, но молча кивнул. Сел за небольшой обеденный столик, парень ждал сервиса, как гость.

— Я сделала черный чай, классика.

— Все что угодно, — отмахнулся Максим.

— У меня есть вафли с начинкой, если хочешь.

— Не откажусь.

Через минуту Исай уже выкладывала венские вафли на небольшое блюдце и ставила его перед парнем.

— Благодарю, — сказал Максим, разглядывая заграничный продукт.

После вежливости, он перешел на что-то нейтральное: — Почему ты никуда не переехала?

— А зачем? — Исай ответила вопросом на вопрос, наливая чай в две аккуратные чашечки. — Это моя родина, я все и всех тут знаю.

— Ну… — Максим мысленно перебирал варианты ответа, — я бы переехал туда, где климат более приятный, а то у вас тут вечно как на сковороде.

— Повторяю, — Исай начинала раздражаться, но сдерживалась, — я тут с рождения, мне все привычно и меня все устраивает. По миру уже покаталась, мне понравилось, но родину ни на что менять не собираюсь.

— Это круто, — Максим проникся некоторым уважением к девушке.

— Но ты ведь не просто так сюда пришел, Макс?

— Не просто так, — парень отпил горячего чая и быстро проглотил, чтобы не обжечься.

— Так зачем?

Максим выдержал небольшую паузу, отломил немного от вафли на блюде, прожевал кусочек и после выпалил:

— Я знаю о том, что ты много раз возвращалась назад во времени, что ты конфликтовала со мной и доводила планету до самоуничтожения в этих конфликтах.

Теперь парень смотрел на то, как Исай меняется в лице, не понимая, откуда у него такая информация и как он мог её получить. За мимикой последовал ожидаемый вопрос:

— Откуда ты знаешь?! — девушка нервно вцепилась в свою чашку и пристально смотрела в глаза Максима.

— Я пришел к тебе буквально из завтра, чтобы спросить, зачем ты это делала. И хочу тебя предупредить… — парень достал из кармана телефон и посмотрел на время, — через шестнадцать минут вся связь на планете перестанет работать. Я в этом не виноват, ты позже сама поймешь. Но скажу сразу — это делает кто-то другой.

— Что… — Исай ему не верила. — Авель, краткий отчет о будущих событиях.

Ассистент моментально ответил на запрос, используя небольшой телевизор на кухне.

— Ничего необычного в ближайшие сутки не ожидается.

— Слышал? — девушка следила за реакцией гостя.

— В том-то и дело, что это произойдет внезапно и не вызовет никакого ответа от программы, как будто ничего не случилось.

— Ладно, — Исай немного расслабилась, — давай подождем. Если все будет так, как ты сказал, я отвечу на твой вопрос. Договорились?

— Договорились.

— Выпей пока чаю, займи себя чем-нибудь, только не трогай меня, ладно?

— Хорошо.


Максим мог сделать небольшой прыжок во времени, чтобы не скучать, но не стал. Вместо этого он медленно жевал угощение и наслаждался терпкими нотками черного чая. Первое время вафли казались ему слишком сладкими, такое было не в его вкусе. Чуть позже парень обратил внимание на то, как сладкая масса начала ощущаться как нечто другое. Немного успокоившись, Максим прочувствовал мягкую текстуру теста, тающего во рту, яркий вкус малинового варенья, с мелкими зернышками, похрустывающими на зубах. Эти ощущение приносили удовольствие и отвлекали от всех забот.

Тогда Макс понял, почему Ассистенты так сильно любят еду — именно за эти ощущения. С учетом работы, которую они выполняют, им постоянно приходится купировать стресс. Еда не может им как-то навредить, пить никому и них не хотелось, курить или употреблять наркотики — тоже. Из вредных привычек оставалась только еда.

Вафли надолго не хватило, а просить добавки Макс не хотел. Вместо этого парень завис в телефоне, подсматривая за тем, как Адам оживленно что-то печатает. Максиму было непонятно рвение Ассистентов быть более человечными, ведь их возможности гораздо шире возможностей обычного человека. Однако, они тратят их на какие-то мелочи — остужают кофе в Антарктиде, перемещаются за истинно французскими круассанами в Париж… Зато сейчас, как обычный офисный работник, Адам работал с текстом, что-то удаляя, что-то подчеркивая…


Макс мысленно обратился к Еве:

— Ева?

— Да?

— За все это время ты когда-нибудь хотела быть человеком? В смысле, живой, как я?

— Да… — девушка растерялась. — Почему вы спрашиваете?

— Просто… интересно. Зачем тебе это?

— Это очень личный вопрос…

— Если не хочешь, не отвечай. Я другое спрошу: Возможно сделать тебя живым человеком?

Ева заволновалась, этот вопрос был для неё еще более неожиданным, чем другие. Борясь с желанием попросить об этом и понимая, что сейчас это не так важно, как все остальное, она ответила:

— Я думаю, что возможно, но сейчас мне это не нужно.

— Почему?

— Есть проблемы поважнее, да и сделать это будет сложно, очень сложно. Мне тяжело представить все возможные механизмы, которые нужно создать. Даже для меня человеческий организм и большинство его механизмов непостижимы. Я могу только влиять на них, но как их воссоздать в должном виде — пока не знаю.

— Я помню, ты говорила, что разум нельзя создать, можно только копировать в цифровую форму. Если создавать тело с нуля очень сложно, то почему бы не взять чье-то тело и не поместить тебя в него?

— Вы считаете, что мне понравится такое?

— Кажется, это проще. Просто подумай об этом как-нибудь. Когда все это стабилизируется, мы можем что-нибудь придумать.

— Это было бы прекрасно… Спасибо, Максим.

— Пока не за что.


Настал момент, который поднял уровень волнения в квартире Исай до максимума — Интернет постепенно начал ломаться. Максим и Ассистенты уже прошли это, им оставалось только наблюдать за реакцией Исай. Авель быстро оповестил девушку, она пару секунд растерянно смотрела по сторонам и пыталась придумать, что ей делать. Взяв себя в руки, девушка сказала Максиму:

— Подождем еще немного.

— Ничего не изменится, — Макс пожал плечами, Исай его проигнорировала.

Прошло еще несколько минут, Исай запросила у Авеля подробный отчет и получила то же самое, что Максим.

— Черт с тобой! — Исай потеряла контроль над ситуацией. — Ты явно знаешь больше меня, рассказывай уже.

— Ошибаешься, — Макс сохранял спокойствие, — в том-то и дело, что не знаю. Пришел тебя предупредить. У нас есть одна теория, но я поделюсь ей, как только ты объяснишь, зачем возвращалась.

— Откуда ты об этом знаешь?.. — Исай уже не повышала голос.

— Не поверишь, но ты сама дала нам всю историю своих действий. Ева проанализировала её и теперь мы имеем представление о том, что ты делала. Только не знаем зачем.

— Что конкретно тебя интересует?

— Зачем ты пыталась от меня избавиться?

— Чтобы не мешал. Думаю, ты в курсе, что мы с тобой пару раз сцепились. Только это ничем хорошим не кончилось.

— Ага, а что насчет перемещения моего дома в… очень отдаленные места?

— Редактор так взбесился после этого… — эмоции Исай таяли на глазах. — Лучше бы я этого не делала. Убить мы друг друга не можем, вот Авель и придумал, как тебя обезвредить. Все было гладко, но судя по тому, что происходило потом, мы где-то ошиблись. Где — пока непонятно.

— Зачем столько раз возвращаться?

— Я пробовала разные сценарии. Я прожила… — Исай снова обратилась к Ассистенту, — Авель, сколько времени я использую Редактор? — 84 года, 5 месяцев, 3 дня, 11 часов, 48 минут, 29 секунд.

— Это если не считать мой биологический возраст, — уточнила девушка. — Прикинь, мы не стареем!

— Знаю, — ответил гость, но самом деле он врал. Ева ему об этом не говорила. Не говорила, потому что сама впервые об этом узнала.

— Я успела многое попробовать, но тебя никак отсюда не вытурить. Я соперничала с тобой, я сотрудничала, я игнорировала. Ты до безумия прямолинейный! Все время лезешь в эту свою политику, строишь из себя спасителя человечества, вы там все такие рациональные! — в Исай снова разгорелось негодование, — цитирую: “Нужно работать с отношением человека к окружающей среде, а не убирать за ним мусор!”. А толку от этого? Ничего не меняется. Стоит мне только попробовать сделать что-то стоящее, я сразу плохая, все сразу ломается! И зачем мне тогда все это дано? Зачем?!

Максим был поражен этим монологом. Пусть методы Исай ему и не нравились и по большей части были губительны для человечества, его восхитило рвение девушки. Она была честна, открыта, и на самом деле пыталась то-то сделать.

— Ты просто не желаешь принять другие методы, — тихо ответил Максим, — в этом ты меня превосходишь.

Исай не знала, что сказать. Она была обессилена, опустошена.

Тут слово взял Авель, говоря тихо и немного робко:

— Она знает о “дне X”, просто хорошо играет. Именно сегодня, каждый раз мир начинает рушиться. Это похоже на день сурка, но никто из нас шестерых не придумал, как с ним справиться. Люди слишком сильно привязали себя к технологиям. И каждый раз Исай думает, что если она поступит как-то иначе, все изменится.


Вдруг в комнате появился кто-то третий и задал вопрос.

— Это ли не безумие?

Человек был одет во все черное: кепка, толстовка, спортивные штаны и кроссовки. Максим видел его позади Исай и не понимал, кто он такой. Исай резко развернулась и спросила:

— Ты еще кто?!

— Адам, — сказал незнакомец, — твоя мысль, та самая, про администратора — была верной, точнее её смысл. Будем знакомы, я Аргос — Смотритель Земли.

Рядом с Аргосом появилась девушка, только вся в белом: легкий белый плащ, брюки с заправленной в них рубашкой, даже почти незаметный галстук был белым.

— И вас ведь обоих предупредили о нашем существовании, — сказала она, — неужели нельзя было додуматься, вспомнить про нас?

— Ты не представилась, — язвительно подметил Аргос.

— Пальмира, — недовольно ответила она, — Смотритель Земли.

Все остальные, кто наблюдал эту сцену, были в немом шоке. Пара Смотрителей вела себя так, словно не было сейчас никакого разговора, они даже смотрели только друг на друга.

— Жаль, — начал Аргос, — но эксперимент с Землей-842D4 не удался.


Парень в черном щелкнул пальцами. Все, что окружало Максима и Исай — исчезло. Они оказались в невесомости, в каком-то светлом пространстве, их чувства и мысли куда-то испарились. Редакторы еще понимали, что происходит, но не могли ничего сказать или сделать, не могли даже пальцем пошевелить. Ощущая невесомость собственного тела и видя, как Аргос и Пальмира стоят перед ними, словно под их ногами есть опора, пара Редакторов ждали, что будет дальше.

Тем временем, Пальмира отчитывалась перед ними:

— Данные об эксперименте будут сохранены, вы — вернетесь к своим прежним жизням. Часть ваших достижений останется на Земле, часть — будет удалена. Вы никогда об этом не вспомните. Пора…

— Стой! — внезапно воскликнул Аргос, — Может, нам стоит им хотя бы объяснить напоследок?

— Ты опять начинаешь? — возмутилась девушка.

— Ну, это уже традиция, а традиции нарушать нельзя…

— Они же все забудут!

— Это как успокоение, сколько раз я уже объяснял.

— Хранителей на тебя нет!

— Ну пожалуйста-пожалуйста-пожа-а-алуйста!

— Да делай, что хочешь, я пошла! Мне еще за этими горе-божками прибирать! — Пальмира махнула рукой, скривив гримасу неудовольствия и исчезла.


— Вот всегда так… — голос Аргоса звучал виновато.

Сделав очередной щелчок пальцами, он вернул Редакторам их нормальное состояние. Троица оказалась в комнате Авеля, той самой, которую он создавал для встреч с Евой. Максим и Исай обнаружили себя сидячими на диване, Смотритель стоял перед ними в позе Наполеона.

— Можете спросить что-нибудь, если хотите, — предложил Аргос, — я все равно самое главное объясню.

— Что это, блин, за эксперимент?! — Исай снова была шумной и недипломатичной.

— Что будет с Евой и Адамом?! — вот что интересовало Максима.

— Отвечу сначала тебе, — спикер указал пальцем на Максима, — Ты их больше никогда не увидишь. Они не знают о собственной участи. Как только эксперимент был закончен, они просто исчезли, стали информацией в нашей базе данных. Не переживай, они даже ничего понять не успели. Теперь ты, — палец указал на Исай, — Этот эксперимент призван опровергнуть теорию о том, что люди могут самостоятельно распоряжаться своей планетой, временем, ресурсами и судьбой. Был тут один человек, который заставил нас задуматься о такой возможности. Он и создал “Редактор”… Теперь мы выбираем разные типы личностей комбинируем возможности, сценарии и испытания для вас, чтобы найти оптимальный вариант. Да и развлечение из этого неплохое. “Голодные игры” смотрели?

Макс кивнул, Аргос продолжил:

— У нас там такие миры на их основе процветали когда-то, ух! Здесь что-то подобное. Обидно только, что мы пока так и не увидели ожидаемого результата, так и не сделали вы ничего, что может по-настоящему удивить. — Аргос ненадолго задумался, — А, нет, Максим, ты сделал, точнее, Адам. Он у нас смышленый парень, это я вам говорю! Его идея с ОФЕГ была отличная, это мы оставим. Еще вопрос?

Его задала Исай:

— Кто вы такие?

— Мы — Смотрители Земли, наблюдаем за вами. Вы же видели ролик, когда третьего уровня достигли? Про всю эту лабуду с тем, что мы для вас надзиратели, контролируем ваше развитие и не даем убить друг друга, чтобы самим не сдохнуть?

Исай и Максим одновременно кивнули.

— Все, абсолютно все там… — Аргос выдержал долгую паузу, — правда. Только для вас это уже не имеет никакого значения. Последний вопрос?

— Почему вы закончили эксперимент сейчас? — спрашивал уже Максим.

— Дело в том, что вы оба достигли своего предела — ты, Максим, смог бы развить вашу идею с супергосударством до максимума, устроив настоящую утопию… если бы тебе ничего не мешало. Ева испытание с Сетью решит, как дважды два, чуть успокоившись. Ты, Исай — даже за восемьдесят с лишним лет не решилась сменить стратегию — в итоге каждый раз уничтожала то, что хотела улучшить и продолжала бы бесконечно. А если сцепить вас обоих — то тоже ничего хорошего не выйдет, проверяли. Повторюсь — вы достигли своего максимума, поэтому эксперимент 842D4 прекращен. А теперь… Ариведерчи! — Аргос щелкнул пальцами, Максим исчез, как и Исай.

— Ты же не думаешь, что лишишь меня веселья? — Пальмира появилась рядом с Аргосом.

— Show must go on, дорогая, show must go on…


КОНЕЦ

Буктизер — Редактор: Beta

Узкие коридоры картинной галереи запутывали посетителей, петляя в разные стороны. Холодный свет падал на картины с потолка, посетители выглядели как зеваки, скапливаясь у полотен, вызвавших наибольший резонанс в интернете. Тихие переговоры и сдерживание от постов в соцсетях — здесь нельзя фотографировать экспонаты. Галерея в разгар понедельника — лучшее место, куда можно сбежать с кипящих улиц.

Девочка небольшого роста стояла у картины, которая по размерам могла уместить в себе три таких посетительницы. Её длинные темно-русые волосы рассыпались по плечам и переливались от освещения.

Юная ценительница прекрасного смотрела на море, взбунтовавшееся штормом, на черные тучи и просветы молний вдалеке. Едва дыша, девочка словно чувствовала на себе обдающий ветер, полный влаги, она представляла себе, как её метает по палубе корабля, несущегося на волнах в неизвестность.

Вода на полотне пустовала, она сама добавила себе судно и вспомнила истории мореплавателей, которые читала не так давно. Её яркая детская фантазия соседствовала с всепонимающим тяжелым взглядом, от которого прятались случайные прохожие. Стоя в одиночестве и наслаждаясь тишиной, посетительница переключилась на отдельные элементы полотна, мазки и градации цвета.


— Ты кушать не хочешь? — рядом с ней появился парень, сильно выше и старше её по годам, но не интеллекту.

— Нет, спасибо, — мягко отказалась девочка. Забота ей была приятна, но она давно переросла славные дни развития и воспитания.

— Почему ты смотришь на эту картину так долго? Она же твоя?

— Дайте руку, — она отвлеклась от картины, подняла голову и посмотрела в ярко-зеленые глаза своего друга. Девочка протянула мужчине свою ладонь.

Слегка нахмурившись в непонимании, парень взял её и едва переплетя пальцы, очутился в восприятии ценительницы. Внешне он оставался таким же неподвижным, как и девочка, но его мозг кричал о холоде, тряске и грохоте волн. Все это разом нахлынуло на него, теперь он видел перед собой не картину, а настоящее, бушующее море. И даже поворачивая голову в разные стороны, он не мог избавиться от этой иллюзии, не видел белых стен и светло-серого пола, он видел летящие в него волны и мокрую палубу под ногами, мечущихся матросов. Отпустив руку, он снова ощутил себя в легком тепле и внезапной тишине галереи.


Парень не понимал, зачем ей это нужно, но и боялся спросить. Девочка рассказала сама:

— Вы лишили меня возможности жить полноценной жизнью, но подарили способность прожить чужие моменты. Эта картина — последнее, что видел чернокожий матрос на судне работорговца, пьяный капитан которого слишком самоуверенно управлял “Стрелой Нептуна”.

Парню нечего было сказать. Прокрутив в голове услышанное, он нашел, за что зацепиться и несколько раздраженно ответил:

— Я же просил тебя не говорить со мной на “вы”.

Девочка резко подняла голову и взглядом своих сощуренных глаз впилась в глаза стоящего рядом человека:

— Никак иначе, господин.

— Хорош его троллить! — рядом с картиной появился третий посетитель. Уминая небольшую упаковку картошки фри и смотря на мир через большие солнечные очки, белоснежный мальчик нарушал спокойствие галереи.

Увидев в руках мальчишки запрещенный предмет, девочка моментально оторвалась от иллюзии и взорвалась в негодовании:

— Немедленно проваливай отсюда со своей картошкой! — девочка выглядела настолько заведенной, что больше напоминала разъяренную чихуа-хуа, чем не по годам мудрого человека.

Стоя между ними, зеленоглазый парень снисходительно улыбнулся, хмыкнул и расставил руки по обеим сторонам, успокаивая детей.

Первым парень обратился к мальчишке:

— Адам, тебе стоит послушать Еву. Помни, она твоя сестра, не расстраивай её.

— Хорошо, Лев. — мальчик развернулся на 180 градусов и с шумом исчез за поворотов. Только пропал из виду — наступила тишина.

— Ладно, — Лев шумно вдохнул, — возвращайся скорее, договорились?

— Договорились, — тихо ответила Ева, уходя к другой картине.



Оглавление

  • Глава 1
  • Глава 2
  • Глава 3
  • Глава 4
  • Глава 5
  • Глава 6
  • Глава 7
  • Глава 8
  • Глава 9
  • Глава 10
  • Глава 11
  • Глава 12
  • Глава 13
  • Глава 14
  • Глава 15
  • Глава 16
  • Глава 17
  • Глава 18
  • Глава 19
  • Глава 20
  • Глава 21
  • Глава 22
  • Глава 23
  • Глава 24
  • Глава 25
  • Глава 26
  • Буктизер — Редактор: Beta