КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы  

Уроки счастья (fb2)


Настройки текста:



ПРОЛОГ

— А вы с какой целью сюда пришли? — поинтересовалась я немного рассеянно, подперев ладонью подбородок и рассматривая собеседника.

И вроде ничего такой мужик, не страшный, лет тридцати пяти, одет опрятно, выбрит, пахнет парфюмом. Но взгляд… Такой потерянно-щенячий, ищущий, с наивной надеждой в глубине. Захотелось потрепать за щечку и заверить, что все будет хорошо, и кто-нибудь подберет бедолагу и пригреет, приголубит. Тьфу…

— Ну, у меня жена ушла месяц назад, — пробормотал мужик, подтверждая мои подозрения, и душераздирающе вздохнул. — Оставила дочку-школьницу, как раз в пятый класс перешла… Вот и решил клин клином… Привык о ком-то заботиться, знаете ли, тоскливо очень одному. У меня и жилплощадь есть, однушка, — с непонятной гордостью похвастался индивид и даже подбородок поднял, а потом покосился на меня и не очень уверенно поинтересовался. — А вы тут как?

Я задумчиво улыбнулась, глядя ему в глаза, и непринужденно ответила:

— А я любовника ищу себе, знаете ли. Для необременительных приятных отношений. Так здорово жить одной, полный кайф, — со слегка наигранным воодушевлением добавила, улыбнувшись так, что казалось, щеки сейчас треснут.

Мда. Сходила на быстрые свидания. Все, как и раньше, ничего нового. Парочка мажоров, ищущих приключений на раз, несколько странных невнятных личностей, забредших сюда уже от отчаяния, судя по их виду. И такие вот, как этот сенбернар, отчаянно нуждающийся хотя в бы подобии прежней устоявшейся семейной жизни. Еще и с дочкой. Школьницей. А то мне на работе не хватает. В смысле, детей, а не брошенных мужиков с дочками. Судя по усилившейся тоске, мужика мой ответ не устроил, вот и ладушки. А что, я даже и не соврала ни разу, правда. Пришла сюда честно искать любовника, без всяких матримониальных планов. За пять лет холостяцкой жизни как-то уже привыкла к одиночеству и с опаской относилась к вероятности обзавестись постоянным партнером с перспективой совместного проживания. Нафиг, нафиг. Хотя, где-то в глубине души…

Так, Айрис Олеговна, куда-то вас не туда занесло, голубушка. Да, вот такое странное имя мне дали родители, чтоб им долгих лет жизни и здоровья крепкого. Хорошо, что закончилось время на общение, и этот индивид был последний. Второй мой поход закончился ничем, обидно. Подавив вздох разочарования, я поднялась, прихватила куртку и вышла на улицу, в раннюю сентябрьскую питерскую осень. Пока еще золотую, пока еще теплую и пока еще сухую, с хрустальным вкусным воздухом с ароматом палой листвы и яркими деревьями в скверах и на аллеях. Постояла, раздумывая, куда направить стопы — время детское, всего девять вечера, возвращаться в одинокую холостяцкую хатку и тупить в телевизор или комп отчаянно не хотелось. Ну… Как говорит один мемчик, суббота, ранний вечер, и овладела мною грусть. И понял я — нажрусь.

Нет, не нажрусь, конечно, но пивка выпить в любимом пабе — почему бы и да. А потом можно и домой. Сюрпризов от жизни я уже давно не ждала, и тем более, чудес. Она была у меня устоявшейся, размеренной и спокойной, как я любила. Немножко тоскливо и одиноко, что есть, то есть, но… Я привыкла.

Только правду говорят, хочешь рассмешить бога, расскажи ему о своих планах. Я-то, может, сюрпризов не ждала, а вот они уже готовились рухнуть мне на голову, увлекая за собой со скоростью лавины на Эвересте…

ГЛАВА 1

Утро воскресенья началось просто отлично. Я всласть повалялась в кровати, дремля под бормотание телевизора, потом все же подняла задницу и отправилась умываться и на кухню. В выходные я обычно баловала себя омлетом, или запеканкой, или сырниками — в общем, тем, на что в будни утром не хватало времени и сил. Мурлыча под нос мелодию, взбивала яйца, когда неожиданно раздался телефонный звонок. В тот момент я и понятия не имела, что это — колокол судьбы, возвещающий о полном крахе моего уютного маленького мирка, в котором я спряталась от внешнего злого и страшного большого мира, не впуская в него никого кроме очень близких людей.

Ничего не подозревая о подлянке, я посмотрела на номер — звонила моя хорошая знакомая, с которой мы изредка пивали раз в месяцок, когда Настасья вырывалась от своих близнецов и мужа. Нет, ее мужчины не приковывали Настю к кухне и дому, были вполне самостоятельные и спокойно переживали отсутствие матери и жены несколько часов, не названивая каждые пятнадцать минут с вопросом, когда она вернется. Толик мировой мужик, я была на их свадьбе мы с Асей дружили еще с универа — пожалуй, единственная моя подруга, с которой общаемся уже больше десяти лет. Капец, я старая, а, как дерьмо птеродактиля… Кхм, так, ладно, отставить лирику. В самом соку, кто ж виноват, что мужики не в состоянии оценить такое сокровище, как я…

— Привет, — взяла я трубку, прижав ухом к плечу. — Какими судьбами?

— Так, Ириска, слухай сюда, — деловито заговорила Ася, даже не поздоровавшись, и я тут же насторожилась. — У меня тут клевое предложение подвернулось, друг Толика в свою контору ищет препода по английскому для своих айтишников. С носителями ща туговато, он не хочет америкосов, принципиальный, ему подавай рерфест Енглиш, но не двухмесячные курсы, есессенно. Ты же сдавала на сертификат в прошлом году, да?

— Было дело, — медленно ответила я, подобравшись.

Кембриджский сертификат по уровню Адвансед я в самом деле сдала, решив сделать для себя, разорившись на полугодичный курс интенсива и подготовки с британскими профессорами — опять же, с пинка Насти и через ее знакомых. Менять работу и жизнь так круто я не собиралась, чтобы бросить все и рвануть в загранку, так и продолжала учить младшую школу классическому английскому с британским произношением, иногда подрабатывая гидом для иностранцев по Питеру со своей программой "Изнанка Петербурга". Ну и время от времени подворачивались всякие халтурки, типа высших курсов там и все такое. В основном Настя подкидывала, у нее куча самых разнообразных знакомых от бизнесменов до неформалов.

— Кароч, мать, я тебе устрою завтра собеседование, придешь в офис и поговоришь, тебя стопудово примут, — выдала подруженька, и я порадовалась, что вовремя подвернулся стул. — Там всего-то и надо, что поднатаскать айтишников в разговорном английском, чтоб общаться могли с забугорными коллегами, когда их в наем сдают. О времени договоритесь там уже по ходу, и бабки хорошие дают, плюс рекомендации.

Я моргнула, выдохнула, забарахтавшись в эмоциях.

— Подожди-подожди, Насть, какое собеседование, какой разговорный? Не гони коней, — попыталась я притормозить локомотив по имени Анастасия. — Мне вообще вроде хватает денег, так-то, на вышку же весной сдала.

— Молчи и слушай, когда тебе умная подруга подкидывает халтурку бабластую, — назидательно произнесла Ася, и я прямо увидела, как она подняла указательный палец. — С тебя не убудет, а то окопалась в своей школе, и сидишь на попе ровно. Так хоть на мужиков нормальных посмотришь.

— Да какие в офисах мужики-то, — фыркнула я, уже слегка оправившись от напора Насти. — Планктон…

— Э-э, манагеры — это не наш вариант, — протянула довольно Аська. — Я те дело говорю, не была бы почтенной матерью семейства, сама бы, ух-х… — мечтательно вздохнула подруга. — Айтишники — это совсем другой контингент, дорогая моя. Еще и те, которые работают на забугорных партнеров…

— Да они кроме своих железок и прог ничего в жизни не видят, — буркнула я, не желая просто так сдаваться. — О чем я с ними говорить буду?

— Так, мать, ша, — строго прикрикнула Аська. — Не истери. Во-первых, не суди всех по вашему сисадмину школьному, который только и может, что настраивать внутреннюю сетку и строить глазки физручке. Во-вторых, чего тебе стоит-то? Деньги хорошие обещают, два месяца походишь, накопишь себе на отличный отпуск летом, на который не придется тратить свои кровные. А то окопалась там в своем гнезде, скоро мхом порастешь и колоситься начнешь, — сердито фыркнула она. — Толик твои позывные уже скинул, жди завтра письма, или может, даже сегодня, и морально готовься. Зря, что ли, я тебя на курсы гоняла и экзамен заставила сдать? Все, в общем, я предупредила, только посмей мне профавлить такой шанс, — пригрозила Настька. — Я с тобой год не буду разговаривать потом. Еще спасибо скажешь.

На заднем фоне послышались звонкие голоса близнецов, и подруга поспешила откланяться.

— Так, все, мой зверинец позавтракал, давай, чтоб завтра позвонила и отчиталась, — и Настя отключилась.

Уф-ф. Я выдохнула и отложила телефон. Вот в этом вся Аська, внезапная, как снег в июле. Но… если отбросить мою панику и дикую нелюбовь к авантюрам, предложение неплохое. Деньги лишними не бывают, не скажу, что я в своей школе прямо так перерабатывала, а попрактиковаться в разговорном английском — почему бы и нет? И неважно, что с взрослыми я до сих пор дела не имела в качестве учеников. Айтишники… Технари, да. Эх, ладно, поговорю с их начальством, а дальше уже буду решать. Никто ведь не настаивает, правда? Если посчитаю запросы неведомого Толикова знакомого невыполнимыми, просто откажусь от предложения и все.

Поэтому позавтракала я относительно спокойно, но полдня то и дело лазала в почту, проверяя, не пришло ли письмо. Завтра понедельник, в отличие от поговорки, у меня он — день легкий. Всего четыре урока, ко второму, в два часа уже свободна. Красота. Так, а у меня есть что-нибудь приличное на собеседование-то, или все а-ля "леди строгих правил"? В смысле, костюмы я не носила как факт, предпочитала длинные юбки, романтичные блузки, и все такое. В общем, помесь облегченного викторианского стиля и фолка. А что, мне нравилось, мне шло, на работе строгого дресс-кода не было. Я сорвалась инспектировать гардероб, судорожно перебирая вешалки, и к своему счастью нашла единственную юбку, приблизительно соответствующую офисному стилю. К нему свитерок пойдет, туфли я как раз недавно купила — отлично, вопрос решен.

Вернувшись к компу, узрела новое послание, тут же полезла в почту. Сердце пропустило удар: это было то самое письмо от Толикова знакомого. Название я пробежала взглядом, не задержавшись, что-то там интернэшнл и аббревиатура с логотипом, все, как полагается. "Айрис Олеговна, мне вас порекомендовал Анатолий Александрович Радов, как специалиста в области английского языка. Предлагаю завтра встретиться и обсудить, в какое вам удобно время?" Я прикусила губу, выдохнула и решительно ответила: "Добрый день. Могу подойти после двух часов, какой адрес?" Ответ пришел буквально сразу. "В три часа дня жду вас…" и дальше — Невский проспект, около площади Восстания, самый центр. Ого, неплохо так устроились, эти интернэшнл.

Остаток дня я, как заправский паникер, судорожно перебирала свои учебники, листала лекции с курсов, и исправно до конца дня смотрела канал "ВВС" на языке оригинала, разговаривая с диктором. Есть у меня такое, неуверенность в себе, несмотря на факты и стоящий в рамочке на полке сертификат. Тараканы наше все, и несмотря на то, что основная работа имелась, и я ничего не теряла, если не понравлюсь этому неведомому боссу, все равно нервничала. Поэтому на ночь приняла персенчику и уснула слава богу быстро.

Утром встала на полчаса раньше, что для меня подвигу подобно, надела то, что выбрала вчера, убрала волосы в строгий пучок, мазнула блеском по губам, взяла свою "папку достижений" со всеми моими регалиями — не так много на самом деле, но значимо. И отправилась нести разумное, доброе, вечное. Полдня пролетели очень быстро, как всегда бывало: я любила свою работу, и свою малышню, искренне радовалась, когда слышала их разочарованный хор: "Ой, а что, урок уже закончился?" И даже вредная мегера-завучиха, всегда искавшая повод придраться, не могла испортить мне настроение. Хорошо, сегодня у нее было благодушное настроение, и мы всего лишь вежливо раскланялись в коридорах, без всяких внезапных поручений и отчетов. На перемене успела еще раз проверить почту, получила вежливое письмо, все ли в силе, ответила положительно, и ровно в два часа вымелась из стен родной школы. Уф. Ну, удачи мне…

Пока ехала, естественно, успела себя накрутить, разнервничаться, напридумывать кучу страшилок и предполагаемых ситуаций, когда я круто облажаюсь… В общем, как всегда, тревожность и холеризм на всю катушку. Естественно, едва не заблудилась на нервах в бизнес-центре, но все же нашла нужный этаж и офис, хорошо, с запасом приехала. Точнее, целый этаж, куда вели стеклянные двери. Зашла, постаравшись принять уверенный вид, подошла к ресепшену. Как и полагается, блондинка-секретарша с кукольным личиком и профессиональной улыбкой, в строгом темно-сером костюме и белоснежной блузке. Кондиционированный воздух, особая, шелестящая тишина, присущая только дорогим офисам серьезных компаний. Довелось мне побывать как-то в парочке, еще когда наивно полагала, что смогу устроиться куда-то кроме школы.

— Добрый день, чем могу помочь? — прощебетала секретарша, окинув внимательным взглядом.

— Мне в три назначено, — уверенно произнесла я и назвалась.

Девушка ничем не показала удивления от странного имени, за что плюсик ей в карму. Хотя наверняка здесь и не такие имена слышали.

— Да, прошу вас, — девушка вышла из-за стойки и повела меня за собой.

Я отметила юбку строго длиной на сантиметр ниже колена, никакой фривольности, такой же тугой пучок, как у меня, и порадовалась, что решила собрать волосы, хотя делала это редко. Мои непокорные кудряшки устраивали меня и так, да и детям нравилось, когда они распущенные. Мы прошли длинным коридором, с одной стороны стена была стеклянной и матовой, меня привели к таким же дверям, за которыми оказалась комната для переговоров с овальным столом и стульями. В углу стоял кулер, из специальной дырки в столе торчал пучок проводов, на потолке проектор, на стене — белый экран. В общем, все, как полагается.

— Присаживайтесь, Виктор Павлович сейчас подойдет, — известила секретарша. — Чай, кофе?

— Нет, спасибо, — отказалась я.

Кофе на мои почки действовал очень быстро, а нарушать собеседование банальным побегом в сортир как-то не очень хотелось. Не комильфо как бы. Секретарша вышла, оставив меня одну, и я подавила нервный вздох, постаравшись принять непринужденную позу на случай, если меня снимает скрытая камера. Хорошо, долго ждать не пришлось, Виктор Павлович пришел минуты через три после ухода секретарши.

— Добрый день, — поздоровался представительный мужчина лет тридцати, в дорогом даже на вид костюме, гладко выбритый и с той же профессиональной улыбкой, что и блондинка с ресепшена. — Айрис Олеговна? — уточнил он, и я кивнула с непроницаемым лицом.

Собственное нелепое имя сейчас прямо резануло по ушам, и я в который раз… сдержалась, привычно проговорив мантру: чтоб мамочке долгих лет здоровья. Она у меня натура возвышенная и романтичная, поэтесса и актриса театра, вот и решила осчастливить дочку не банальной там Таней или Наташей. А я мучайся.

— Я бы хотел проверить уровень вашей квалификации, — сразу заговорил большой начальник, с ходу перейдя на английский. — Могу я посмотреть ваше портфолио? Расскажите о себе пока.

И, наверное, от неожиданности, или от общей напряженности, я начала на безупречном английском с правильным британским акцентом уроженки центра Лондона вещать о себе, любимой. Как-то с полгода назад, как раз на тех самых курсах, мне довелось пообщаться с британцем и получить от него шикарный комплимент, что мое произношение такое, будто я родилась в Лондоне. Помню, летала тогда на крыльях целый месяц, гордясь собой.

Вот, наверное, сейчас включились рефлексы, и я перестала нервничать, вполне уверенно отвечая на вопросы Виктора Павловича, пока он рассматривал мои сертификаты и прочее.

— Что ж, Айрис Олеговна, меня вполне устраивает ваш уровень владения языком, — наконец подвел он итог нашему получасовому диалогу. — Мне бы хотелось от вас следующее. Я наберу группу моих специалистов, вы будете заниматься два раза в неделю по одному часу, я так понимаю, вам удобнее во второй половине дня, да? — он вопросительно глянул на меня, я кивком подтвердила его слова. — Темы для разговора можете выбирать сами, необязательно технические, как раз, в этом они подкованы. Меня интересует больше именно разговорная составляющая, мы занимаемся не только технической перепиской, — большой босс улыбнулся уголком губ. — Оплата за курс… — он озвучил цифру, и я постаралась не выпучить глаза, как резиновая рыбка, на которую нажал радостный ребенок. — Если вас все устраивает, то с завтрашнего дня можем и начать. Во сколько вам будет удобно?

— Думаю, в четыре часа дня подойдет, — проглотила я изумление и более-менее твердым голосом ответила на его вопрос.

— Договорились, тогда завтра жду вас, — улыбнувшись напоследок очередной профессиональной улыбкой, Виктор Павлович поднялся, и я тоже.

Уф. Теперь осталось собрать мозги в кучу и понять, о чем завтра разговаривать с толпой айтишников крутой компании… Решила зайти в любимое уютное кафе на Думской, давно туда не заглядывала. Очень маленькое, всего два зала, в одном просто столики, штук шесть всего, а второе с диванчиками, драпировками, альковами, полками, на которых книги, альбомы, и прочее, вроде как забытое кем-то из посетителей — полное ощущение, что пришел к кому-то в гости. И чаев здесь всяких много, основной упор именно на них, кухня тоже есть, но весьма специфическая, грузинская, восточная, индийская. Однако сидеть там здорово, жаль, нечасто удается добраться до него. Я из своего Купчино редко поднимаю попку куда-нибудь, разве Настька меня вытаскивает. Да, с годами легкость подъема куда-то незаметно исчезает…

Будний день, середина — народу здесь почти не было, и я с комфортом устроилась на любимом месте, во втором зале, на диванчике. Заказала чай, достала планшет с клавиатурой, старый верный мой девайс, служивший уже несколько лет, и приготовилась к приятному ничего неделанию. Рассеянно лазала по сайтам-форумам, в контакте меня никто не хотел… Словно дразня своим счастливым видом, пришла парочка, устроившись в алькове за полупрозрачной занавеской, но это не спасало от созерцания нежных взглядов и долгих поцелуев. Даже если отводила глаза, все равно периферийное зрение выхватывало. А отвернуться будет слишком невежливо и демонстративно. Ребята-то чем виноваты, что я в свои тридцать семь так и не устроена?

По молодости все по тусовкам и вечеринкам скакала, быстрый секс без имен и телефонов не считается. Потом — вроде как что-то серьезное, мы даже сошлись, я, помню, с ума сходила по нему, летала на седьмом небе. Ровно девять месяцев, как ни смешно звучит. Потом каникулы, последние перед пятым курсом, долгих два месяца переписок и созвонов, а когда вернулась, все как-то разом закончилось. То ли надоели мои щенячьи взгляды и дурная преданность первой любви, то ли еще что, не знаю. Просто в один день мне так спокойно сказали, что все. Для меня была трагедия, еще и потому, что буквально через пару дней Витечка демонстративно прогуливался в обнимку с моей соседкой из комнаты рядом — я тогда еще жила в общежитии. Ох… Чтобы отвлечься, с головой нырнула в учебу, а по ночам беззвучно ревела в подушку, похудела до состояния костлявой мумии, потому что почти ничего не ела кроме дошираков, чуть не наела себе язву… Ну а потом пятый курс, выпуск, поиски работы, я переехала к родителям, в их квартиру, и постепенно трагедия первой любви покрылась пылью и ушла в дальний ящик воспоминаний.

После как-то все тоже не складывалось, или мои симпатии оставались без ответа, чаще всего, или наоборот я не могла ответить. Ну или просто пара случайных ночей, после которых разбегались… Замуж тоже сподобилась сходить. Полтора раза. Один полноценный, на три года, второй почти. На моих губах появилась грустная улыбка: а теперь мне почти сорок, и я попала в такой отрезок, когда сверстникам уже неинтересна, ибо на меня нужно силы затрачивать, а им молоденьких подавай, чтоб восторженно в рот заглядывали и не смели давить интеллектом. Или интересна солидным таким дядечкам хорошо за сорок пять, с которыми возможно и приятно вести интеллектуальные беседы, но меня кроме этого еще и секс пока интересует, и даже очень. Или вообще цепляются женатики, которым хочется клубнички, а то дома жена в бигуди и халате и вечно требующие внимания дети несколько утомили. Таких вообще сразу лесом и полем, еле сдерживаясь, чтобы не обматерить еще напоследок. И все равно, от одиночества порой горчило на языке и появлялся ком в горле. Только вот, пять лет холостяцкой жизни уже приучили к одинокой жизни, и впускать кого-то еще в нее было с одной стороны до жути страшно, а с другой…

Да кого обманываю. Тоскливо мне до ужаса, особенно когда есть свободное время, а куда его потратить, не знаешь. Когда смотришь на себя в зеркало и видишь, что талия уже расплылась чуток, бедра пополнели и выше колена уже смотрятся очень некрасиво, и последнее короткое платье, которое попыталась надеть, ясно показало, что теперь мой диапазон — сорок шесть. А иногда и сорок восемь. В общем, в купальнике я теперь немного стесняюсь появляться в аквапарке. Кто-то может возразить, что диета и спортзал мне в помощь, но откуда у меня, скромной учительницы, лишних двадцать тысяч на абонемент? И это, не считая спортивного костюма, кроссовок, и единственной радости в жизни — вкусно поесть. Да, слаба, нет силы воли. Ну и… Себе я нравилась, не настолько все плохо, мужика все равно нет, и… В общем, как-то так. Да, философия жизни одинокой женщины средних лет. У меня даже кошки не было, только цветы разводила на балконе. А ведь когда-то в детстве мечтала о муже и двух детях. Мда. Насмешила бога, рассказав о своих планах.

Подавив вздох, я налила вкусного чая, с некоторым усилием отмахнувшись от назойливых мыслей о собственной несостоятельности, как женщины. Ну, бывает, чего уж. Но я никак не могу повлиять на ситуацию, не напрыгивать же на первого же попавшегося мужика на улице с криками "Вася, я ваша навеки" Вдруг у него жена, дети, и все такое. Даже с любовником не получалось, мой круг общения с годами очень сузился до буквально пары-тройки знакомых, одной близкой подруги — Настасьи, и коллег на работе. Все. Печалька, в общем. Даже походы в пабы и изредка клубы не помогают, цепляются какие-то полупьяные личности, которым подавай быстрый секс в туалете. Я себя не на помойке нашла для таких пошлых развлечений, даже в студенчестве до такого не опускалось, хотя развеселое тогда было время…

Так, все, дорогая, хватит сопли пускать пузырями. У тебя завтра ответственное дело, так что, настраиваемся на позитив. В конце концов, там мужчины будут, как по заказу. Тут я дала в морду надежде, потому что потом будет еще больнее, знаю. Придешь вся такая нарядная, взволнованная, чуточку в той самой надежде на чудо… И просидишь весь вечер в компании бармена и пинты пива, ага. Потому что приходят либо парочками, либо компашками, либо просто пропустить по пути стакан пива и дальше по делам. Значит, у меня завтра урок, надо прикинуть, что им там запулить, чтобы и поговорить, и близко к их теме, хотя я ни разу не технарь. Значит, будем напирать на бизнес-английский, завалялась у меня где-то парочка учебников с каких-то семинаров-презентаций.

Допив чай и расплатившись, я поспешила домой, воодушевленная новой интересной задачей, и поужинав, засела за примерный план, да только кто ж мне даст спокойно сделать дело. Телефон зазвонил, едва я устроилась за столом, обложившись учебниками и тетрадью.

— Ириска, ну как? — нетерпеливо гаркнула мне в ухо Аська, и я, поморщившись, даже отставила трубку.

— Завтра первый урок, мы договорились, — коротко изложила я результат.

— О-о-о, супер, — возрадовалась подруга совершенно искренне. — Так, а в чем пойдешь? Только не смей надевать свои шмотки а-ля сельская учительница.

— И ничего они не такие, — возмутилась я праведным гневом. — Нормальные у меня шмотки, между прочим.

— Дорогая моя, ты пойдешь учить мужиков, — назидательно произнесла Настя. — И не задротов-сисадминов, которые кроме своих железок ничего больше не замечают. Там совсем другой контингент. Так, короче, я ща приеду, — решительно заявила она к моему тихому ужасу. — Мои уже поужинали, Толик с домашкой с ними сам разберется. Через полчаса буду.

И эта зараза отключилась. Караул. Спасите меня… Хорошо, уже поздно по магазинам ездить, восемь вечера. Не, ну центры до десяти работают, конечно, только никуда я не поеду, и денег осталось ровно до получки на следующей неделе. На самое необходимое. И я пошла ставить чайник и выяснять, что у меня есть к чаю кроме дежурного имбирного печенья.

Настасья прилетела, как и грозилась, через двадцать минут, благо что жила недалеко и водила машину. Уже по тому, как требовательно прозвенел звонок, я обреченно поняла, что подруга настроена очень решительно, и пошла открывать.

— Так, ща проинспектируем, что там у тебя имеется, — с ходу начала она, сбросив ботинки и надев гостевые тапочки.

— Может, чаю? — попыталась робко предложить я, но меня остановили величественным взмахом руки.

— Сначала дело, — последовал ответ.

И мы пошли к моей гардеробной. Настя распахнула двери и окинула вешалки прищуренным взглядом, потом начала перебирать, бормоча:

— Так, нет, тоже нет, слишком тускло, это опять длинное… Во, — она с довольным видом выдернула трикотажное платье с черно-красным рисунком, накладными карманами и длиной чуть выше колена. — Меряй, — скомандовала Настя.

— Оно короткое, и по фигуре, — уперлась я.

Нет, в школу перед детьми, которые еще не понимают различий между фигурой тридцатилетней и почти сорокалетней, можно, норм, а вот в мужской коллектив…

— И че? — Аська выгнула бровь и уперла руки в бока. — Ириска, ты красивая, умная и интересная женщина в самом соку и расцвете сил, перестань себя хоронить. Ну с чего ты взяла, что толстая? — всплеснула руками подруга. — Только потому, что не стройняшка двадцатилетняя, суповой набор? Я тебе так скажу, нормальному мужику в бабе нравится, когда есть, за что подержаться, а не на кости натыкаться, — она назидательно потрясла перед моим лицом пальцем. — И мы найдем тебе того, кто тебя оценит целиком и полностью, а не по частям. Так что давай меряй, дорогая. И кстати, в эти выхи проедемся по магазинам, мои в субботу на весь день идут на каток, в хоккей играть, — выдала эта коварная женщина и с предвкушением улыбнулась.

— У меня нет денег… — заикнулась было я.

— Тебе за первую неделю заплатят, — отрезала Настасья. — Так что, не отвертишься. А что у тебя с бельем? — переключилась она. — Помнится, мы летом покупали шикарный лиловый наборчик, ты его куда засунула? Сколько раз надевала с тех пор? — подруга строго посмотрела на стушевавшуюся меня.

— Господи, Ася, я ж там не буду до белья раздеваться, — попробовала угомонить разошедшуюся Настасью я.

Да где там. Она уже закусила удила, судя по маньячному блеску в глазах.

— Для собственного удовольствия и уверенности, — выдала она. — Чтоб завтра его надела, поняла? Не наденешь, обижусь и неделю не буду с тобой разговаривать, — пригрозила эта сваха доморощенная.

С ней легче согласиться, чем переспорить, поэтому я лишь немного утомленно кивнула.

— Хорошо, надену, — покорно произнесла.

— Отлично. Ладно, где там твой чай, — милостиво сменила Настя тему, и мы к моей тихой радости ушли на кухню.

Остаток вечера прошел мирно и спокойно, мы поболтали, стараясь не затрагивать острых тем, в основном, о ее пацанах и проблемах в школе, и Настасья уехала. Я же, еще раз проверив, все ли приготовила на завтра для подработки, решительно улеглась в кровать и скрасила время перед сном книгой, чтобы отвлечься и нормально заснуть. И не давать заразе надежде поднимать голову. Хватит этих дурацких мечтаний "А если…" и "А вдруг…" Нет, не вдруг и не если. В чудеса я давно перестала верить, аккурат, как пять лет назад застала второго почти мужа с хорошей приятельницей в весьма пикантной ситуации в нашей спальне. Так что нет, чудес не бывает. Не со мой, по крайней мере.

На этой позитивной мысли я и уснула.

Утро как всегда, началось со сборов, вливания в себя кофе и пробежки к остановке. Хорошо, моя школа находилась рядом, всего минут десять на автобусе, а обратно я вообще пешком ходила. Времени рефлексировать по поводу предстоящего после обеда занятия не было, едва переступила порог родного класса, как привычная рутина подхватила и завертела, и четыре урока пролетели незаметно. Правда, что-то, видимо, таки отражалось на лице, потому что даже вредная завуч Анна Владимировна вскользь обронила с едва заметным удивлением:

— Айрис Олеговна, вы светитесь прямо вся. Что-то случилось?

Пришлось брать себя в руки и гасить непонятную эйфорию. В самом деле, волнуюсь, как девчонка перед первым свиданием, хотя это всего лишь урок на курсах для взрослых. Ну что я, не вела на таких курсах, что ли? Была в моей биографии и такая страница, именно после нескольких месяцев работы на них и решила, что пойду в школу к детям. Они отзывчивее, ответственнее, и их не надо пинать каждый раз, чтобы сделали домашку, у них нет семьи-детей-работы и "ой, я вчера поздно пришла, не успела…" А я не люблю зря тратить свое время и силы, язык же требует тщательного подхода и серьезности, там учить надо много, на голой грамматике далеко не уедешь.

В общем, мявкнуть не успела, как уже шла домой, под пока еще теплым осенне-сентябрьским солнышком, и на лице моем совершенно неожиданно поселилась улыбка. Мне нравились такие вот дни с хрустально-прозрачным, прохладным воздухом, вкусно пахнущим землей и прелой листвой. Нравились яркие деревья, желтые, оранжевые, красные — в нашем хмуром городе любым краскам радуешься, как маленькому чуду. Если погода продержится до выходных, сгоняю в Пушкин с фотиком, поснимаю осень. Как визуал, я любила красивые картинки, и с недавних пор увлеклась фотографией. На дорогущую зеркалку, конечно, денег нет, но на скромный "Никон" с хорошим зумом и объективом вполне наскребла денег.

Так и дошла до дома в мечтательном состоянии, а когда пришла пора собираться, нервничать стало поздно — у меня оставался час до назначенного срока. Признаться, когда подошла к шкафу, мелькнула предательская мыслишка, а не наплевать ли на просьбу Настасьи насчет белья… Эта зараза как знала, тут же позвонила видеозвонком и потребовала предъявить доказательства. Пришлось надевать тот самый комплект, и уже потом выбранное вчера платье.

— И волосы распусти, — ворчливо добавила Ася. — С боков только заколками убери.

— Это же офис… — попыталась я возразить, но не договорила.

— Это твой урок, дорогуша, — Настя назидательно подняла палец. — И первое впечатление всегда самое сильное. Думаешь, твои ученики все будут в пиджаках и галстуках? — она ехидно усмехнулась, и я насторожилась. — М-м-м, тебя ждет сюрприз. Все, ладно, давай, иди, потом поделишься впечатлениями, — и эта зараза быстренько закруглила разговор.

И вот что мне теперь думать? Что они там, все поголовно в пижамах ходят? Или в засаленных штанах и футболках? Вот… подруженька, ободрила, называется. Фыркнув, я прихватила рюкзак, пакет с материалами, и выскочила из дома, булькая, как закипающий чайник. Но свое дело Аська все же сделала, вместо того, чтобы нервничать и загоняться, я раздражалась на нее и придумывала страшные способы мсти. Так что, когда оказалась уже перед знакомыми стеклянными дверьми за двадцать минут до начала занятий, очнулась и вернулась в реальность.

— Айрис Олеговна, прошу за мной, — с дежурной улыбкой позвала секретарь и повела в глубь этого царства менеджеров среднего звена и холодного обзвона.

Хотя, тут все же стоит отдать должное, что контора и правда серьезная: современная техника, отделка, строгий дресс-код, те самые костюмы с галстуками и темный низ-светлый верх у женщин. Хм… А Настька намекала на что-то другое… Мы с секретаршей спустились на лифте на этаж ниже, прошли еще одним коридором с дверьми и зашли в еще одну переговорную. Тут стоял отдельно стол с компьютером, висел белый экран, проектор, имелась доска с маркерами, и единственное отличие от класса — это не парты, а прямоугольный длинный стол со стульями, и кулер в углу. И кофейный автомат. И корзинка с разнообразными сортами чая, и вазочка с печеньем — уверена, свежим.

— Располагайтесь, к четырем ребята начнут подходить, — известила секретарша и оставила меня одну, осваиваться и готовиться.

ГЛАВА 2

Я тихо вздохнула, огляделась, достала из пакета учебник и наброски плана урока. Полтора часа, всего лишь полтора часа, и потом можно выдохнуть. Проектор не понадобится, сегодня я собиралась всего лишь провести ознакомительное занятие, если будет человек десять, как раз, с каждым индивидуально побеседовать, устроить им мини-диалоги друг с другом, ну и все такое. А дальше посмотрим, как пойдет. Незаметно прошли десять минут, я мысленно поморщилась, досадуя на то, что надо было и попозже прийти, потому что время тянется ужасно медленно…

И тут распахнулась дверь, явив первого, самого нетерпеливого ученика. Я невольно вздрогнула, подняв голову, и встретилась с внимательным взглядом темных глаз. Одет обычно — темная водолазка под горло, джинсы, кроссовки, одна рука в кармане, в другой планшет. Волосы темные, короткий ежик. Судя по вполне приличным бицепсам и широким плечам, наверняка регулярно спортзал посещает, а не все время просиживает за монитором. Мда, как-то не вязался у меня этот индивид с обликом программера, вот полный разрыв шаблона. И еще некстати в жар кинуло, вот не хватало. Ну рассматривает мужик, ну вполне симпатичный, даже легкая небритость ему шла, хотя я не приветствую растительность на лице мужчин. С чего млеть и волноваться, как институтка на свидании?

— Привет, я Леша, — сразу поздоровался и представился он, подошел и сел в начале стола, положив перед собой планшет.

А потом улыбнулся, и у меня аж сердце дернулось — ну не должен мужик так харизматично улыбаться. Так, Айрис, подзатыльник тебе, и сосредоточься. Это ученик, между прочим.

— Добрый день, — удивительно, как голос позорно не сорвался от волнения. — Я представлюсь сразу всем, когда соберемся, чтобы не повторять по десять раз, — тут же предложила и сделала вид, что внимательно изучаю лежащий передо мной учебник.

Мне так спокойнее было, требовалось время, чтобы привыкнуть к присутствию незнакомого мужчины рядом. Да, давненько я не бывала в обществе противоположного пола, еще и привлекательного. Походы на быстрые свидания не считаются, там и смотреть-то не на кого.

— Хорошо, остальные уже идут, — последовал невозмутимый ответ.

А еще, этот Леша открыто и беззастенчиво пялился на меня, я это прямо всей кожей ощущала. Остро почувствовала все лишние складочки, "галифе" на бедрах, и прочие изъяны, страшно зачесалась рука поправить прядь за ухо… Или вообще тянуло в упор посмотреть и в лицо спросить: "У меня пятно на лице?" Слава богу, дверь открылась, и зашел следующий ученик, а за ним сразу два, о чем-то возбужденно переговариваясь и размахивая руками. Я же с каждым входящим ощущала себя все более неуютно, чуть не ерзая, как школьница под взглядами старшеклассников. Ну, не сказать, что все прямо красавцы, как на подбор, но в таком количестве мужских особей более-менее симпатичной наружности я не видела давно. По крайней мере, их всех объединяла общая черта: несмотря на совершенно обычный вид, джинсы преимущественно, рубашки или вообще футболки, по одному взгляду было понятно, что мужики живут хорошо. И зарабатывают тоже хорошо. А еще, все они совершенно без всякого стеснения с любопытством косились на меня, рассматривая, и вот это вообще нервировало.

Не поймите неправильно, в школе я нормально совершенно веду уроки, ведь там дети. И они уж точно вряд ли обратят внимание на фигуру, одежду или макияж с прической. Кто-то скажет, что я загоняюсь, но… Черт, да, слишком давно не оказывалась под таким пристальным вниманием такого количества мужчин.

— А Данька где? — вдруг спросил самый первый, окинув взглядом группу.

— Должен ща подтянуться, видел его, — ответил один из молодых людей, махнув рукой в сторону входа. — Он же невменяемый, сам видел, — парень ухмыльнулся, видимо их внутренней шутке.

И тут дверь снова открылась, явив чудное виденье. Всклокоченные темно-русые волосы, слегка расфокусированный взгляд, трогательные веснушки на носу. Одет как все, джинсы и футболка, и кофта сверху спортивная, а на ногах… Божечки, я уставилась на большие мягкие тапки в виде розовых слонов с ушами и хоботами. В горле защекотал смех, и приходилось прилагать усилия, чтобы сдержаться. В руках индивид держал кружку, на которой изображался с одной стороны Гарри Поттер с палочкой, и над ним надпись: "Разработчик в начале проекта", а с другой — какой-то лохматый страшный мужик в халате, тапках-лапах и с озверелой мордой, и пистолетами в руках. "Разработчик в конце проекта". А вот остальные ученички таки не сдержали эмоций, натурально заржав, и только самый первый укоризненно так сказал, глядя на индивида:

— Дань, ну ты бы для приличия хотя бы обувь сменил, на урок же пришел. Позоришь тут нас…

— А?.. — вынырнул из астрала указанный Данила и обвел нас всех более-менее осмысленным взглядом. — А-а-а, привет, — он помахал мне и улыбнулся немного рассеянной улыбкой, став таким трогательно милым, что захотелось потискать, как котенка. — Сорян, я тут по уши в проекте, — он опустился на свободное место рядом с его приятелем, судя по всему, и вопросительно посмотрел на меня.

Я же глубоко вздохнула, строго напомнила себе, что я учитель, и поднялась с места.

— Добрый день, меня зовут Айрис Олеговна, и я ваш преподаватель, — заговорила сразу на английском — ну а что? Сразу, так сказать, с корабля на бал. — Для начала, представьтесь и расскажите немного о себе.

Надо отдать должное, смех и переговоры сразу прекратились, народ сосредоточился, и урок начался. Я, ощутив знакомую атмосферу, немного пришла в себя и перестала нервно думать, что во мне не так, что на меня так смотрят. Знаю, дурацкая установка, но за всю жизнь так и не научилась воспринимать как должное мужские взгляды. Причем, если остальные вскоре перестали изучать меня, то сидевший впереди стола, ближе всех ко мне, Леша продолжал это делать. Вдумчиво, неторопливо, как будто мог что-то разглядеть под фасадом учительницы, который я привычно натянула, ведя этот необычный урок. Данила, кстати, тоже косился заинтересованно, и каждый раз, как наши глаза встречались, или я обращалась к нему, он сразу расплывался в широкой, мальчишеской улыбке. Мда, и не скажешь, что парню тридцать три, взрослый вроде мужик. Леша на свои тридцать пять тянул вполне…

Так, опять отвлеклась. В общем, урок проходил в спокойной деловой атмосфере, я выслушала презентации ребят о себе, отметила вполне приличный уровень разговорного английского, хотя произношение, конечно, у большинства хромало на обе ноги. Пытаться исправлять — гиблое дело, у взрослых вряд ли уже что-то можно изменить, но попробуем. Дальше я предложила им поспрашивать друг друга, имитируя ситуацию собеседования, в общем, как и просили, по большей части предлагала говорить ученикам. Остаток занятия мы потренировали фонетику под записи, ребята послушно повторяли с серьезными лицами, слушая мои объяснения, что куда во рту прижимать, и вообще, какая правильная артикуляция. Правда, заметив, как переглядываются Алексей и Данила, я снова словила могучий приступ неуверенности и нервняка, по старой привычке приняв на свой счет. Ну, что они в моем отношении переглядываются. Короче, тараканов много, и я их нежно люблю и рассаживаю по полочкам по ранжиру. По некоторому размышлению решила домашнее задание не задавать, и так сегодня хорошо поработали.

— Всем спасибо, встретимся в пятницу, — попрощалась я с группой и начала собирать вещи.

— Давайте, провожу обратно к ресепшену? — предложил вдруг Алексей, когда я как раз подумывала о том, как бы дать знать секретарше, что закончила.

Одна отсюда точно не выйду, в этих хитросплетениях коридоров и лестниц и Минотавр заблудился бы. Так что, от предложения не стала отказываться, несмотря на то, что этот товарищ изрядно нервировал меня. Мы вышли из кабинета последними, и пока остальные удалялись в один конец коридора, мы пошли в другой. Несколько минут шли молча, и я уже совсем расслабилась, углубившись в мысли о завтрашнем дне, как вдруг прозвучал вопрос:

— Где вы так отлично научились говорить на английском?

Признаться, я едва не споткнулась, и сердце испуганно подпрыгнуло к горлу, чуть не лишив возможности говорить. Осторожно покосилась на Алексея и наткнулась на прямой взгляд, в глубине которого светилось любопытство. Я пожала плечами, постаравшись не показать, как мне приятна похвала — признаться, смутилась, да, не привыкла, что меня хвалят вот так открыто.

— Сначала в университете, потом на курсы разные ходила, оно само получилось, — в слегка шутливой манере ответила.

— Здорово получилось. А вообще где работаете, в университете?

— Вообще в школе, с детьми, — не вдаваясь в подробности, обтекаемо сказала, внутренне озадачившись, с чего вдруг такой интерес к моей сфере деятельности.

— А вот сейчас неожиданно было, — искренне удивился почему-то Алексей. — Почему в школе-то?

— Потому что нравится, — с легким недоумением отозвалась и осторожно покосилась на него. — Почему неожиданно?

— Ну, с такими знаниями можно в какой-нибудь солидной фирме переводчиком работать и получать в два раза больше, не? — мы подошли к двери, и только я потянулась к ручке, как Алексей учтиво распахнул передо мной, пропуская вперед.

Теперь неожиданно стало мне, редко сталкиваюсь с подобной воспитанностью, открывать двери перед женщиной, уступать ей место и все такое. В основном, почему-то этим отличаются господа гости из стран содружества, там у них уважение к женщине на уровне подсознания, как мне кажется.

— И сидеть в душном офисе от звонка до звонка, иметь отпуск всего две недели два раза в год? Не-ет, увольте, — хмыкнула я, покачав головой. — Мне и в школе неплохо работается, получаю вполне нормально, для себя хватает. Ну и подработки всякие тоже помогают.

— Для себя? Одна живете? — вроде как невзначай обронил Алексей, но я внутренне подобралась и дала себе мысленный подзатыльник.

Расслабилась, называется. Разоткровенничалась тут, вот нафига своим положением светить? Хорошо, впереди показалась стойка секретарши, и я остановилась, развернувшись к проводнику.

— Спасибо, что проводили, всего хорошего, до пятницы, — протараторила и поспешила к спасительному выходу.

Не надо мне этих расспросов, ну нафиг. А то опять нафантазирую что-нибудь, потом разочаровываться больно будет. Ну расспрашивал, поддерживая вежливый разговор, что в этом такого? Правильно, Ириска, ничего. Так что, слюни подобрала, пинка всяким там эмоциям дала, и — вперед, домой. Точнее, можно зайти в любимый "Токио-сити" по пути и навернуть чего-нибудь вкусненького. Ужина нет, готовить лень, побалую себя сегодня салатиком и роллами. Да, пожалуй, так и сделаю. И не буду думать о всяких наглых типах, лезущих, куда не надо.

Все прошло отлично, а вот когда я добралась домой, конечно же, позвонила любимая подруга, требуя подробный отчет.

— Так, давай по порядку, кто-нибудь глазки строил? — деловито спросила она и тут же поправилась. — Не, сначала скажи, кто-то понравился?

— Слушай, ну вот что ты сразу начинаешь, — я спрятала за возмущением замешательство. — Можно подумать, я там занималась рассматриванием мужиков.

— А что, нет, что ли? — искренне удивилась неугомонная Аська.

— Я там работала, между прочим, — буркнула непримиримо, а перед внутренним взором снова всплыл внимательный взгляд Алексея и…

Почему-то розовые тапки-слоны Дани. Не удержалась, фыркнула, а потом и захихикала.

— Что такое? Что смешного в том, что ты работала? — я прямо увидела, как хмурится подруга.

— Был там один тип в тапках-слонах, — подкормила чуть неуемное любопытство Настасьи. — Забавный такой…

— Я ей о мужиках, а она тапки рассматривает, — проворчала Аська и вздохнула, — Ириска, ты неисправима, честное слово. Что, совсем-совсем ни на кого взгляд не упал?

Я смилостивилась и удовлетворила ее рассказом об Алексее, правда, тщательно следя за словами. Еще не хватало, чтобы Настасья решила взять дело в свои руки и как-то вмешаться.

— О-о-о, неплохой кадр вроде, я попрошу Толика… — конечно, тут же попыталась она влезть.

— Не надо его ни о чем просить, — переполошилась я. — Аська, протянешь свои загребущие лапки — перестану с тобой общаться, серьезно, — пригрозила я.

С нее станется, в самом деле, вмешаться…

— Ири-и-иска, ну что ты такая нудная, — протянула слегка обиженно она. — Я тут как лучше пытаюсь…

— А выйдет, как всегда, — категорично отрезала. — Все, закрыли тему, я просто приходила провести урок, и в пятницу тоже будет точно так же. Давай сменим тему.

Чего у Насти не отнять, так это чувства здравомыслия. Она прекрасно знала, когда стоит остановиться, и благоразумно не стала давить на меня. Мы еще немного поболтали, потом я как обычно провела вечер за ноутом и чтением, и благополучно уснула.

Дни до пятницы прошли быстро и особо без происшествий. Я занималась своими делами, иногда довольно рассеянно вспоминала первый урок, учеников. Смотрела в сети, что можно придумать в плане ситуативных разговоров, все же, бизнес-английский не совсем мой профиль. Матерясь, снова удаляла из заявок в друзья в контакте странных типов, которые вообще не имеют ко мне никакого отношения. И к моему роду деятельности тоже. Какие-то непонятные кадры со странными аватарками, молча подают заявки и фиг его знает, чего хотят. Настька с хихиканьем говорила, что это род так называемых коллекционеров, ходят по страницам и собирают в друзья женщин с красивыми фотками на аватарках. Ну… Блин, меня такие мертвые души лично бесили, потому что абсолютно бессмысленные "друзья". Не хочу я, чтобы какие-то левые мужики из Краснодара или Ебурга рассматривали мои личные фотографии, которые открыты как раз только для друзей.

В моем понимании друг — это либо кто-то в самом деле близкий, на крайний случай, хороший знакомый. Ну в крайнем случае, коллега, или связанный общими интересами. А такие вот пустышки — нафига? Чтобы потом обнаружить свои фотки всплывшими где-то на сомнительных сайтах? Да в баню, честное слово. Поэтому я безжалостно удаляла, без всяких попыток выяснить, а чего собственно индивиду от меня надо. Слишком много в моей жизни было случайных знакомых, не люблю засорять такими личное пространство.

Пятница подкралась незаметно. Накануне я собрала все необходимое, проверила, работают ли ссылки на парочку коротких роликов по теме всяких переговоров и презентаций, и вечером зависла перед шкафом. Аська подозрительно молчала, и я тихо молилась, чтобы подруга не обозначилась со своими ценными советами, я и сама в состоянии разобраться с гардеробом. Прищурилась, окинув взглядом вешалки, поджала губы и решительно кивнула собственным мыслям. Не буду изменять привычкам и образу, надену любимое вельветовое платье сочного малинового цвета, с ассиметричной застежкой спереди от воротничка-стойки до самого низа и крупными, под бронзу, пуговицами. Несмотря на довольно простой фасон, оно не выглядело простецким, а очень даже элегантным и необычным. Тем более, погоду обещали на завтра солнечную и довольно теплую для конца сентября, бабье лето в этом году радовало несказанно. Может даже, вечерком не ехать сразу домой, прогуляться по городу, давно я не бродила по вечернему Питеру…

Так, ладно, все завтра. Сегодня отдыхать и настраиваться на предстоящий урок. И не думать о том, что снова на меня будет глазеть толпа мужиков, особенно… некоторые. Не думать, я сказала.

В пятницу полдня прошли спокойно, я отвела уроки и даже осталось время перекусить до следующего занятия. Вот тут Настя и позвонила, снова взбудоражив мои эмоции расспросами.

— Ну что, готова к труду и обороне? — весело поинтересовалась она, и я порадовалась, что уже почти доела и потягивала вкусный сбитень в любимом "Теремке".

— Готова, готова, — как можно спокойнее отозвалась я.

— Планы на вечер? — деловито осведомилась Ася. — Учти, сегодня пятница, и вот зуб даю, тебя ждут сюрпризы, — ехидно добавила она, чем добавила мне лишнего волнения.

— Не думаю, — тем не менее, уверенно отозвалась, покачав головой. — Ты же сама говорила, что у этих программистов ненормированный рабочий день.

— Есть такое, и поэтому они сами выбирают, когда у них выходные, если проект не шибко замороченный, — парировала Настя. — Я помню, дорогуша, что ты там говорила про двоих кандидатов. Спорим, кто-то из них или проводить попробует, или зазовет на чашечку кофе? — азартно вопросила она, и я чуть не поперхнулась напитком.

— Даже не думай, — фыркнула в ответ. — Я вообще планирую прогуляться по вечернему Питеру, проветрить мозги…

Зря сказала. Естественно, Настасья азартно ухватилась за эту фразу.

— Ну так в чем проблема. Прогулка тоже весьма романтичное занятие.

— Так, все, я пообедала, и мне пора идти, — решительно закруглила я разговор, иначе накрутит меня подруженька еще больше, и опять буду нервничать.

— Ладно, расскажешь потом, как все прошло, — подозрительно легко не стала она продолжать тему. — Удачи на занятии.

Прозвучало откровенно ехидно и многозначительно, и я нажала отбой, мысленно закатив глаза. Нет, ну если совсем откровенно, конечно, было бы здорово отправиться на прогулку не одной. Уже не помню, когда вообще ходила на свидание последний раз, и не на банальные посиделки в кафе или ресторане, а вот так, бродя по улочкам и переулкам Питера. Банально, но факт: я была влюблена во дворы родного города без памяти, и готова была часами исследовать центр на предмет интересных мест. Жаль только, большинство уже закрыты на домофоны, в моем студенчестве таких проблем не имелось, и лабиринты внутренних дворов-колодцев исходила вдоль и поперек. И все равно, ухитрялась находить что-нибудь интересное с каждой прогулкой, и моя коллекция фотографий изнанки Питера постоянно пополнялась.

Сегодня кстати тоже на всякий случай прихватила свой верный "Никон". Лучше взять и не использовать, чем не взять и жалеть, сколько хороших кадров пропало. Ах да, возвращаясь к тому, почему я не хотела думать о брошенном Аськой предположении. Это моя приобретенная привычка последних лет: не строить планов, чтобы потом не разочаровываться. Не мечтать, потому что больно, когда мечты не сбываются. Не надеяться, потому что… Да, правильно, расстраиваешься, когда надежды так и остаются надеждами. Я не оптимистка, я реалистка и временами фаталистка. Мне уже не двадцать, чтобы бездумно верить в чудо, просыпаясь каждый день утром. Как-то оно спокойнее, не нагромождать воздушных замков. Зато потом, если что-то все же случается, приятно удивляешься и радуешься вдвойне. Вот такая моя жизненная философия. Ну и будем честными, в тридцать семь мышление становится критичнее и реалистичнее, чем в двадцать пять.

Пребывая вот в таких задумчиво-меланхоличных мыслях, я доехала до офиса на Невском и поднялась на знакомый этаж. Поздоровалась с секретаршей, отказалась от проводницы — фотографическая память услужливо нарисовала перед глазами путь до моего "класса", в этот раз точно справлюсь сама. Волнения как в первый раз поубавилось, даже несмотря на намеки Аськи, ну и я знала, к чему готовиться, так что, эмоции вели себя смирно и прилично. Открыла конспект, настроила компьютер и проектор, открыла нужные ссылки — и налила себе кофе, да. Не то чтобы спать хотела, просто любила этот напиток, а здесь машинка стояла качественная, и сам кофе вполне приличный.

Успела сделать даже пару глотков, когда появился первый ученик. Ну кто бы сомневался… Тот самый Алексей, который и в прошлый раз пришел первым. На сей раз на нем вместо водолазки была джинсовая рубашка в крупную клетку с тонкими белыми полосками. Вроде ничего необычного, нормальный неформальный стиль, но я даже на глаз могла определить, что куплена она отнюдь не в торговом центре около метро…

— Привет, — широко улыбнувшись, поздоровался он, сев на свое место, внимательный взгляд оценивающе прошелся по мне, отчего проснулось смущение — я-то думала, оно уже покрылось плесенью и сгнило. — Отлично выглядите, Айрис Олеговна.

Уф-ф. Не то, чтобы я стеснялась комплиментов, просто слишком давно мне их не делали, и неожиданно получить подтверждение того, что ты, оказывается, еще можешь быть привлекательной для мужчины — оказалось для меня действительно сюрпризом.

— Здравствуйте, спасибо, — невольно улыбнулась в ответ, стараясь не слишком коситься на симпатичного "ученика".

А еще, показалось, он произнес мое не самое привычное и легковыговариваемое имя с каким-то странным выражением, словно смакуя, что ли… Так, Ириска, выключи воображение, оно тебя всегда заносило куда-то не в ту степь.

— А вы какие классы ведете, старшие, младшие? — не отставал с расспросами Алексей.

— Младшие, — коротко ответила, сомневаясь, что специалисту по ай-ти технологиям в самом деле интересно, где и с кем я работаю.

— Оу, — брови мужчины поднялись, на лице мелькнуло удивление. — Всегда считал, что с маленькими сложнее договориться, чем с подростками.

— Как раз наоборот, — покачала я головой, моментально забыв про недавние мысли и оседлав любимого конька. — Маленькие лучше поддаются воспитанию и более восприимчивы, у подростков уже начинается пресловутый максимализм и гормоны в голову ударяют, — я невольно поморщилась, вспоминая недолгий период, когда довелось работать в средней школе. — Есть желание всем доказать, какие они крутые, взрослые и независимые, а мозгов и способности к анализу собственных поступков еще нет.

И тут же резко замолчала, осознав, что снова ударилась в специфику профессии, хотя Алексей, может, просто спросил из вежливости, для поддержания разговора. Хорошо, в дверь вошел следующий ученик, и наш диалог прервался. Я перевела взгляд и в первый момент даже не поняла, кто это такой новенький, пока не наткнулась на знакомый взгляд весело блестевших глаз Данилы. Только в этот раз у него на голове был полный порядок, вместо футболки и спортивной кофты — белая рубашка с распахнутым воротом, и я ошарашенно отметила, что, кажется, она или из шелка, или из чего-то похожего, но тоже на вид — точно из какого-нибудь дорогого мужского бутика. Тапок-слонов тоже не было, и даже кроссовок, как я ожидала, а нормальные мужские осенние ботинки. Ни следа от образа студента, аврально пишущего курсовую в последний вечер перед сдачей. Стильный, привлекательный, опасно обаятельный, и смотрит слишком пристально…

Я совершенно не ожидала, что меня бросит в жар, как малолетку от фотки кумира-актера. Пульс резко скакнул, сердце сбилось с ритма, и хорошо, рядом кофе стоял, я поспешно сделала несколько больших глотков, пытаясь унять внезапный сумбур в эмоциях. Чего это они?.. Что я раньше, симпатичных мужиков, что ли, не видела? Сто лет уже так не реагировала ни на кого, ни на взгляды, ни на улыбки мужские, думала, давно пережила стадию "и она с первого взгляда томно сомлела, готовая отдаться ему прямо тут". Нет, я понимаю, что у женщины в самом расцвете зрелости, забывшей, когда последний раз был секс, гормоны скачут будь здоров. Но мне казалось, я умею держать себя в руках и вот это вот все со мной точно не может случиться.

— Привет, — поздоровался между тем и Данила, и пришлось выдавить из себя "Здрасьте", молясь, чтоб остальные скорее подтянулись.

К счастью, мои молитвы были услышаны, группа собралась буквально за десять минут, все — с планшетами или смартфонами, собранные и настроенные на работу. Приятное открытие, несмотря на то, что я наслышана о программерах, мои новые ученики удивили серьезным отношением к нашим занятиям. Подхваченная волной резонанса, я временно отложила переживания и окунулась в родную стихию, неожиданно легко войдя в непривычный ритм урока. Сегодня я предложила каждому представить, что он пришел на собеседование, и ему надо убедить работодателя в своей ценности и уникальности, то есть, не просто рассказать о себе, а сделать презентацию своих способностей и опыта. Показала для примера выбранные ролики, дала время на обдумывание, ну и дальше понеслась. От каждого из остальных надо было по три коварных вопроса, и в общем, урок прошел весело и интересно. Ребята увлеклись, и я сегодня выступала больше в роли наблюдателя, изредка поправляя и разбирая не слишком удачные моменты. Так что, полтора часа пролетели незаметно и быстро, я даже почувствовала смутное разочарование, что было верным признаком хорошо проведенного занятия.

Мои подопечные начали подниматься, нестройным хором благодаря за урок, я кивала в ответ, пребывая в умиротворенном состоянии, однако ровно до момента, когда в кабинете неожиданно остались только я и Алексей с Данилой. Я даже не поняла, каким образом так получилось, что они задержались, и судя по взглядам, направленным на меня, сделали это специально. За короткие мгновения успела испугаться, разволноваться, смутиться и растеряться, хотя еще ничего не произошло. А вот от следующего вопроса напал легкий ступор:

— Айрис, а какие у вас дальнейшие планы на сегодняшний вечер? — это спросил Алексей, пока Данила сидел и открыто рассматривал меня с откровенно мужским интересом. — Можно же без отчества, раз мы уже не на уроке? — уточнил, вопросительно подняв брови.

Ой. Так, Ириска, соображай, и определяйся в темпе с желаниями. Вроде ничего не говорилось про запрет общения вне занятий, это же не школа и не универ, мы все взрослые и совершеннолетние… Тьфу, о чем думаю.

— Можно, — медленно кивнула я, машинально подравнивая стопку тетради и учебника. — Ну… Вообще никаких, прогуляться хотела, — все же призналась, ну не умела я врать от всей души, что занята и все такое.

Особенно симпатичным мужчинам. Особенно, когда желание почувствовать себя интересной женщиной перевешивает всевозможные страхи и опасения, въевшиеся за годы спокойной одинокой жизни в подкорку. В самом деле, ну чего я теряю? Ничего, кроме душевного равновесия, ага. И вообще, еще ничего не произошло, а я себя уже накрутила до состояния взведенной арбалетной пружины.

— Отличная идея, — воодушевился вдруг Данила, выпрямившись, на его губах снова появилась широкая, мальчишеская улыбка. — Сто лет не гулял, тем более по центру. И погода пока позволяет.

— Вы же не против совместной прогулки? — снова уточнил Алексей, и тут я осознала, что выгуливать меня собираются оба сразу.

Хм. Так. В чем подвох? Поспорили? Какие-то их, программерские игры? И почему я не вижу откровенного соперничества или недовольства, что гулять идем втроем? Я с подозрением уставилась на них, напряженно размышляя, но ни к какому выводу так и не пришла. Все, на что хватило, это осторожно переспросить:

— Втроем?

Теперь на меня смотрели оба, причем с искренним недоумением на лицах.

— М-м-м, у вас есть возражения? — вернул вопрос Данила.

В голове вихрем пронеслись обрывки невнятных мыслей, я попыталась честно прислушаться к себе и определиться, хочу ли выбрать кого-то одного… И поняла, что нет. Оба казались интересны по-своему, и почему-то была уверена, что если остановлюсь на ком-то одном, второй… ну, не то чтобы обидится, однако сделает все, чтобы в следующий раз мы-таки пошли куда-то втроем.

В том, что второй раз будет, сомнений тоже не оставалось, интуиция настойчиво шептала, что я могу не верить ни в какие там чудеса и внезапности, но судьбе совершенно пофигу на это. Как и двум индивидам, не сводившим с меня пристальных взглядов и ждавшим ответа.

ГЛАВА 3

— У вас кто-то есть? — сделал неправильные выводы из моего молчания Алексей, склонив голову к плечу.

— Нет, — выпалила я прежде, чем сообразила, что это отличный предлог не пойти с ними никуда.

А потом сразу за этой мыслью поняла, что… не хочу ехать домой, в четыре стены, к скучному вечеру в одиночестве. И уж если выбирать между странной прогулкой втроем и одиноким брожением по улочкам, снова варясь в глухой тоске, то выберу, пожалуй, первое. Ну надо же хоть иногда в моей размеренной спокойной жизни делать глупости, правда? Особенно от которых замирает сердце и подводит живот от смутного ощущения. И вообще, я сама собиралась пройтись, пятница же, и давненько меня не звали мужчины на прогулки. Так, Айрис, хватит искать оправдания.

— Тогда пойдем? — решил мои метания Алексей, как настоящий мужчина, взяв ответственность за мое же решение на себя. — Встречаемся через пятнадцать минут внизу, мы соберемся сейчас.

— А шести же еще нет, — зачем-то ляпнула я и снова запоздало вспомнила, что Аська говорила: у программеров же ненормированный рабочий день.

— И что? Я вообще как раз проект закончил, имею право на законные выходные, — весело сообщил Данила, направляясь к выходу из комнаты.

— А я на сегодня свободен, — широко улыбнулся Алексей.

На это не нашлась, что ответить, и вышла последней, выключив свет и закрыв дверь. Парни ушли в другой конец коридора, а я поспешила на ресепшен, чувствуя, как пылают щеки, а губы то и дело норовят разъехаться в дурацкой, глупой улыбке. Ох, блин, нет, так никуда не годится. Опять сейчас размечтаюсь, а потом грубо обломаюсь. Плавали, знаем… Первое знакомство, вроде как взаимная симпатия, пара-тройка свиданий и встреч, и потом — "В бильярд? Давай ближе к выходным, ладно? Ой, извини, я что-то приболел на этих выходных не получается". Причем на пустом месте, без объяснений, просто вот так внезапно. И ходишь думаешь, что с тобой не так, что сказала или сделала неправильно. Настька мне по голове бьет за такие мысли, но я не могу от них отделаться. Может, еще и потому с личной жизнью нелады, что я в попытке избежать разочарования и болезненных ударов вовсе не допускаю никаких свиданий… Ладно, все, заканчиваю крутить одно и то же в голове, настраиваюсь на прогулку. По крайней мере, никто не помешает мне получить от нее удовольствие. Даже если моя неубиваемая надежда на то, что будет и еще одна, даст сбой и этого не случится.

Вежливо кивнув секретарше, я вышла на улицу, вдохнув свежий осенний воздух, рассеянно прикинула, куда можно бы пойти, чтобы потом удобно домой возвращаться. Получалось, до Петроградки самое удобное, там и улочек всяких разных, и дворов полно, еще не закрытых на домофоны. Решено, через центр Питера, до Марсова, и там через Троицкий дальше. По синей линии потом удобно в Купчино, где и находилась моя скромная однушечка.

— Мы готовы. Не замерзли? — голос Алексея вырвал из рассеянной задумчивости, я вздрогнула от неожиданности и повернулась.

На старшем из парней красовалась кожаная куртка под косуху, с заклепками, за спиной обычный рюкзак. Данила же щеголял пижонским длинным мужским пальто нараспашку, под которым на рубашку был надет свитер. Ну и на шее шарф болтался, и как только не холодно ему? На одном плече почти такой же рюкзак, а на втором… Я, признаться, не ожидала увидеть сумку для фотика, и внутри что-то дрогнуло и сладко сжалось. Крайне редко удавалось самой засветиться на своих же фотках, потому что Аська не всегда могла вырваться со мной, а ловить случайных прохожих и объяснять им, с какого ракурса и с каким зумом я хочу фото… Да ну нафиг, все ж привыкли селфиться, а меня такой подход к фотографиям бесит несказанно. Мой телефон служит мне, чтобы звонить, а фотать лучше тем аппаратом, который для этого предназначен. Да, вот такой я динозавр.

Видимо, Данила заметил мой взгляд, потому что снова по-мальчишески улыбнулся и пояснил:

— Всегда его с собой ношу, мало ли, какой кадр внезапно набросится. Или вот как сейчас, понесет куда-нибудь прогуляться.

Мелькнула мысль, что удачно я сегодня надела платье, яркое и необычное, жаль только, куртку не снять, все же, октябрь прохладный.

— Ну что, куда идем, есть идеи? — снова обратился ко мне Алексей. — Может, сначала поужинаем где-нибудь, а потом уже на подвиги?

— Хорошее предложение, — кивнула, суматошно подумав, что, наверное, блинчики в "Теремке" их вряд ли устроят, а в пафосном ресторане я точно не смогу заплатить за что-то дороже салатика…

Потом снова вспомнила рассказы Насти, что господа программисты, несмотря на солидные зарплаты, в еде крайне неприхотливы, и гамбургер в Макдаке их вполне устроит за перекус. Уф, что-то меня кидает из крайности в крайность, надо срочно успокаиваться.

— Где питаться будем? — уточнил Данила, смешно поставив брови домиком и вопросительно глянув на меня. — Вы что предпочитаете?

— Тут рядом "Теремок" есть, там вкусно, — в последний момент поймала себя за язык, не дав вырваться предательскому "и недорого".

Нафига плакаться приличным мужикам, что моей зарплаты хватает только на комфортную жизнь одной и иногда на какие-нибудь излишества вроде одежды или обуви в сезон, ну или во время распродажи на "Алиэкспресс", как с этим красным платьем получилось. Вряд ли их интересуют мои финансовые сложности, во всех книжках по психологии говорят, что мужикам не нравятся проблемные женщины.

— Отлично, блинчики я люблю, они там вкусные, — воодушевился парень и даже ладони потер. — Идем?

И мы отправились, я в компании своих великовозрастных студентов по обеим сторонам, слегка смущенная, немного взволнованная, и отчаянно старающаяся вести себя естественно. Мда, холостяцкая жизнь женщине за тридцать не к лицу, однозначно, она забывает, как вести себя в обществе мужчин, и сразу просыпаются многочисленные комплексы и тараканы…

— Айрис, а можно на "ты"? А то у меня ощущение, что я в одиннадцатом классе и веду свою учительницу в кафе поесть мороженого, — с заметным весельем в голосе спросил Алексей, покосившись в мою сторону.

Я сама чуть не захихикала сравнению, но удалось сдержаться, потому кивнула в ответ на его предложение. И разрешением тут же воспользовался Данила — уже заметила, что из них он более непосредственный, может, в силу того что младше, может, просто характер такой.

— Чем помимо школы интересуешься? Надеюсь, ты не из тех, кто считает, что учитель — это призвание, а не профессия, и практически живет в школе и школьными делами двадцать четыре на семь? — с притворным ужасом произнес он, смешно округлив глаза и забежав чуть вперед передо мной.

— Нет, конечно, я как раз из тех, кто считает, что работа заканчивается за порогом школы, — заверила я его, и губы снова невольно расползлись в улыбке, чуть напряженной, правда. — И никому не даю своих личных данных, кроме рабочей почты на всякий случай для связи. Так что нет, школой я не живу.

— А чем тогда живешь? — подхватил нить разговора Алексей.

— Ну… Гулять люблю, читать, фильмы смотреть, — задумчиво протянула, соображая, а чем же действительно занимаюсь помимо работы. — Еще, растения развожу. Фотографировать тоже люблю, на любительском уровне. Во всяких необычных местах люблю бывать, там кадры завораживающие, в развалинах, например, в замках. Жаль, редко получается посещать подобные атмосферные местечки, — у меня вырвался вздох.

— Почему редко? — воспользовался паузой Алексей, и показалось, он как-то слишком многозначительно переглянулся с Данилой.

— Компании особо нет, единственная близкая подруга семейная, а машины тоже нет, водить не умею, своим ходом добираться не всегда удобно, — разоткровенничалась и тут же дала себе мысленный подзатыльник.

Опять жалуюсь. Пусть неявно, но вываливаю свои проблемы на незнакомых людей.

— А путешествовать любишь? Была где-нибудь за границей? — Данила ловко избежал столкновения с погруженной в смартфон парочкой, идя слегка боком и впереди, и снова глядя на меня.

— Только в Турции один раз с подругой, и в Прагу на майские ездили как-то, — я вспомнила, как Аська внезапно позвала с собой, нашла знакомую, которая сделала мне Шенген за неделю, и эти праздники были самыми лучшими в моей жизни.

Лабиринты старинных улочек Старого города, Вышеград, вкусное пиво, обалденное мясо в самых разнообразных блюдах… Я тогда еще долго ходила под впечатлением, мечтая когда-нибудь приехать нормально, а не наскоком, и насладиться сполна этим волшебным городом.

— Еще, как-то зимой в Венгрию тоже ездили, на горячие источники, — припомнила я все свои немногочисленные поездки. — Пожалуй, все. На море в Крым летом езжу обычно, уже весь полуостров выучила, — зачем-то добавила и поспешно спросила, чтобы поддержать разговор, ну и тоже интересно было. — А вы чем кроме работы интересуетесь?

— Я рисую в свободное время, — огорошил неожиданным ответом Алексей, и я едва не споткнулась. — Карандашом в основном, иногда тушью, красками заморочно слишком, и отнимает много времени, — пояснил он на мой ошарашенный взгляд. — Так, наброски делаю под настроение. На велике в теплое время катаюсь, зимой на борде люблю, гонки еще уважаю. Да вообще, все, что интересное и необычное, отдыхать тоже активно предпочитаю, сидячая же работа, — он улыбнулся уголком губ, и я совершенно не ожидала, что сердце от этого зрелища забьется быстрее.

Мелькнула растерянная мысль, почему я одинаково реагирую на двух таких разных мужчин, ведь не может быть так, чтобы оба нравились. Хотя и симпатичные, тут ничего не скажешь, и харизма у обоих присутствует. Точно, давно с мужиками не общалась, вот гормоны и скачут от радости.

— Ну, я фотографирую, еще, выращиваю всякие экзотические растения, — похвастался Данила. — С Лешкой вон в горы вместе езжу тоже, ага. И вообще, за любую движуху кроме голодовки.

— И что, вы всегда вместе? — вопрос вырвался сам собой, даже не знаю, почему спросила.

Надеюсь, ничего двусмысленного за ним не увидят…

— Практически, мы чуть ли не с роддома вдвоем, — с тихим смешком ответил Алексей. — Жили в соседних подъездах, один садик, одна школа, одна дворовая компания. В общем, Данька мне как младший брат, можно сказать.

— Вы местные, да? — уточнила я, чувствуя, как немного расслабилась от этой ни к чему не обязывающей беседы.

— Ага, коренные питерцы, — кивнул Данила. — А ты?

— Родилась во Владивостоке, но переехала сюда с родителями, когда было лет двенадцать, — коротко пояснила, решив тщательно следить за словами и не забрасывать новых знакомых ненужными сведениями. — Папа военный.

Тем временем, мы дошли до "Теремка" на Невском, зашли — естественно, там было довольно людно, пятница же, вечер, все гулять выползли. Однако столик нашли, Данила сразу занял, оставив заказ на совесть Алексея, и мы вместе подошли к кассе. Я даже рот раскрыть не успела, как меня заверили, что угощают, и что могу выбирать, что душе угодно. Только моя проклятая скромность и отчаянное, почти болезненное нежелание быть кому-то обязанной, как и отсутствие привычки, что за меня может заплатить кто-то другой, не позволили взять любимый, но дорогой блинчик с семгой и мягким сыром. Тем более, мы вообще едва знакомы, и я упорно не считала эту прогулку свиданием. Остановилась на грибах в сливках и с сыром, и вскоре мы уже сидели за столом за сытным то ли поздним обедом, то ли ранним ужином.

Закончив с едой, вышли обратно на Невский, и Алексей уточнил:

— Ну, куда идем?

— Можно к Горьковской и Петроградке, через Марсово, — предложила я маршрут, возражений не последовало, и мы свернули с шумного Невского на тихие улочки с удивительными дворами и переходами.

Данила почти сразу достал фотик и попросил не обращать на него внимания, глаза его загорелись фанатичным блеском, и Алексей усмехнулся.

— Ну все, Данька сел на любимого конька, сейчас будет моделей из нас делать.

— Не-не-не, даже не смотрите в мою сторону, — возмутился Данила. — Я тут так, призраком порхаю. Самые классные кадры естественные, мы же просто гуляем и разговариваем, все.

Я прерывисто вздохнула: сложное пожелание, ага. Выглядеть естественно на фотках, особенно когда знаешь, что тебя снимают — лично для меня задачка не из легких. Тем более если рядом двое симпатичных мужчин…

— Почему программирование? — я решила вернуться к разговору, пока мы неторопливо брели по улочке в поисках интересного двора.

— Мне нравилось сложные задачки по математике решать, а Данька еще со школы информатикой увлекался, коды всякие писал, так и пошли потом в Политех, — пожал плечами Алексей. — Ну и, как и большинство пацанов тогда, очень впечатлило, как во втором "Терминаторе" мальчишка с ноута вскрыл банкомат, — понизив голос и многозначительно поиграв бровями, добавил он.

Я чуть не захихикала, но смогла сохранить серьезность.

— Понятно, — кивнула в ответ.

— О, вон классный двор. Пойдем, — позвал нас Данила, сворачивая к решетке.

— Тут закрыто, — с некоторым разочарованием протянула, глядя на домофон.

— Ну и что? — Данила, хитро прищурившись, вынул из кармана… знакомую таблетку. — Универсальная, даже к парадным подходит, между прочим. Знаешь, какие тут бывают парадные? Закачаешься.

Парни сумели удивить — вот по парадным я еще не гуляла, хотя видела фотки в одной из групп в контакте. И понеслась… Я напрочь забыла о смущении, погрузившись в удивительный мир изнанки Питера, его двориков, действительно интересных и красивых подъездов обычных жилых домов. Даже щелканье затвора фотоаппарата Данилы больше не заставляло нервно вздрагивать, я охотно вставала туда, куда он командовал, и сама не заметила, как уже в кадре появлялся и Алексей. Это была действительно удивительная и до предела романтичная прогулка. И хотя мы обсуждали какие-то мелочи, вроде воспоминаний о студенческих временах, всяких случаев из жизни, в общем, ни к чему не обязывающая беседа, у меня было ощущение, будто мы знакомы вечность. А еще, взгляды. Мимолетные прикосновения. Мелькающая на лице улыбка. Все вот это вот возрождало в душе странный трепет, которого я не испытывала уже вечность. Казалось оно осталось далеко в прошлом, когда мне было двадцать и я верила в то, что буду счастлива в жизни. Обязательно. Ведь так хотелось любить и быть любимой, и чтобы это навсегда…

На какие-то мгновения даже показалось, я вернулась в прошлое, когда студенткой шлялась по улицам Питера в белые ночи с разношерстной компанией зачастую почти незнакомых людей, хмельная от свободы и ощущения нереального, незамутненного счастья. Песни под гитару, вечный огонь на Марсовом, а потом ночевка у кого-нибудь в комнате в коммуналке, или квартире в старом фонде, на узкой кровати на троих, где мы ухитрялись поместиться аж всемером. Грудь сдавило от щемяще-сладкого ощущения, на миг болезненно кольнуло от острого осознания, что все это ушло, и больше никогда не повторится. Мы как раз вышли на Троицкий, и я остановилась, любуясь роскошным закатом над Петропавловкой и слегка утонув в своих горько-свежих воспоминаниях с привкусом полыни. Эмоции нахлынули внезапно, будто разбуженные от долгой спячки, даже голова немного закружилась.

А может, это просто свежий ветер с Невы, по-осеннему вкусный, наполненный ароматами палых листьев и стылой воды.

— Все хорошо будет, Айрис, — раздался негромкий голос Алексея рядом, его ладонь коснулась моих пальцев, затянутых в перчатку. — О чем бы ты сейчас ни думала.

Я повернула к нему голову, слегка сбитая с толку, выдернутая из погружения в прошлое, и наши взгляды на мгновение встретились. Именно в этот момент прозвучал щелчок камеры, и восхищенный вздох Данилы.

— Вау, офигенная фотка вышла. Я прямо предвкушаю, как оно будет. Закат, шпиль крепости, и ваши силуэты, — его лицо стало мечтательным, а я вернулась из незапланированного экскурса в прошлое, вспомнив, что вообще-то гуляю с двумя вполне себе симпатичными мужчинами.

Это жизнь, она идет, и все имеет свойство тоже проходить. Надо радоваться тому, что есть сейчас. И я, выдохнув, решительно двинулась дальше по мосту, настойчиво изгнав из сознания некстати поселившуюся там грусть.

— А почему Айрис? — спросил Данила, угомонившись на время и пристроившись с другой стороны от меня. — Необычно для наших краев.

— Мама решила, что ее дочь не будет банальной Наташей или Олей, — хмыкнула я. — Она у меня актриса, стихи пишет. Человек возвышенный и тонкой душевной организации, — с иронией, но доброй, ответила я.

Давно уже перестала обижаться на маму, а к имени так вообще привыкла уже и оно мне чуждым не казалось. Прогулка продолжилась, мы подошли к Горьковской и сделали небольшой перерыв, зайдя в уютную кофейню, согреться и выпить кофе перед тем, как идти дальше. Мне еще и купили карамельный чизкейк, и пришлось проглотить все отговорки на тему того, что я худею. Опять же, незачем заострять внимание на собственном недовольстве внешностью. Через час мы пошли дальше…

До Петроградки дошли, когда уже окончательно стемнело. Я устала, но приятно, совсем чуточку замерзла, но опять же, не смертельно, дома ванну приму горячую. А вот действия Данилы вогнали в очередной виток растерянности за этот насыщенный событиями вечер. Мы подошли к метро, и он вдруг метнулся к стоявшему напротив цветочному ларьку, бросив:

— Я щас.

А буквально через пару минут вышел обратно, неся в руках горшок с кустовой розой красивого нежно-кремового цвета, края лепестков были чуть тронуты насыщенной розовой каймой.

— Вот, это тебе, — протянул Данила мне подарок. — За отличную прогулку и шикарные фотки.

Я растерялась. Вообще не ожидала, что мне что-то подарят сегодня, тем более, цветы, и так уже и блинчики в "Теремке", и кофе с пирожным в кофейне… Подозрение, что за мной вроде как ухаживают с первого же свидания, крепло с каждой минутой, что я смотрела на цветы и судорожно пыталась понять, как себя вести дальше.

— Спасибо, — пробормотала, вдохнув легкий, сладковатый аромат.

Цветы мужчины мне последний раз дарили уж не припомню, когда, если честно. Кажется, это была дежурная красная роза, которая завяла уже к вечеру следующего дня. А так, только букеты на день учителя и Восьмое марта в школе от детей, все.

— Прогулка и правда удалась, — уголком рта улыбнулся Алексей и протянул ладонь. — Классно получилось.

Я чисто машинально пожала его руку, а он вдруг улыбнулся шире, в глазах мелькнула хитринка, и в следующий момент поднес мою кисть к губам. Уф-ф-ф. Хорошо, что я в перчатках, ага. С одной стороны, приятно, с другой… На нарушение моего личного пространства в первое же знакомство я реагировала нервно и настороженно, поскольку с солидным опытом и багажом в голове полно тараканов на этот счет. Может, кто-то в моем возрасте и проще относится к знакомствам и легкому сексу, я же — нет. Хватит с меня случайных любовников. Поспешно выдернув руку, изобразила ответную улыбку и позорно сбежала, нырнув в теплое метро. Сердце прыгало по всей грудной клетке, отбивая ребра, эмоции меняли окраску от эйфории и мечтательности до привычной уже тревожной настороженности, чего ждать дальше и ждать ли вообще. Может, это была разовая гуманитарная помощь, откуда я знаю…

И самое главное: как во вторник вести себя на занятии? Впрочем, у меня еще целых три дня впереди, успею успокоиться и прийти в себя. Телефончик-то никто так и не спросил, или других каких контактов. Ага, я не приняла во внимание, что в том же контакте Айрис Олеговна скорее всего одна или две, и аватарку я на странице поставила свою летнюю фотку из Петергофа. Не видела смысла скрываться за красивым чужим артом или невнятной типа прикольной картинкой, будто у меня лицо кривое или шрамы. Но опять же, кто сказал, что меня вообще кто-то будет искать в том самом контакте? Скорее всего, господа программеры в фейсбуке обретаются, раз у них работа, связанная в том числе и с международными заказами.

В общем, домой я вернулась более-менее успокоенная, только иногда где-то в душе екало от воспоминаний об особо романтичных моментах прогулки. Для прочищения мозгов сделала себе вкусный кофе с корицей и пряностями, взяла любимых имбирных печенек и завалилась на диван на балконе, с книжкой. Все, выходные начались.

На следующий день, за завтраком, позвонила Настасья.

— Ну, как пятница? Куда ходили? — с ходу поинтересовалась она, и сделать вид, что не понимаю, о чем речь, не получилось.

— С чего ты взяла, что мы куда-то ходили? — брякнула, дожевывая омлет.

— Ага, значит, ходили? А с кем? С Лешей или Данилой? Куда? — зачастила она вопросами, и пришлось притормозить резвую подругу.

— Эй, эй, я вообще-то еще и не позавтракала толком.

— Оки, завтракай, и давай часика в два в нашей любимой пивнушке, идет? — предложила Ася. — Посидим, потрындим, расслабимся.

— А твои переживут? — уточнила я на всякий случай, тихо порадовавшись, что Настя прогулку по магазинам, как грозилась в начале недели, заменила на пивнушку.

Потрындеть это я всегда пожалуйста, без вопросов.

— Я отправила эту банду на каток, они там на полдня точно застрянут, — усмехнулась подруга. — Пусть Толик отрабатывает папскую повинность, зато вечером будут усталые, тихие и сонные, и оставят меня в покое, — довольно заявила Настя. — Так что, договорились?

Приглашение было заманчивым, и я вполне могла себе до получки позволить пропустить пару стаканчиков пива, тем более, с Аськой получалось куда-то выбраться не чаще двух раз в месяц. И то, это при хороших раскладах. Так все больше по телефону общались или в том же контакте.

— Оки, в два часа в нашем баре, — согласилась я.

Пока собиралась, то и дело косилась на стоявшую на балконе розочку, рассеянно думая, что надо бы прикупить земли и горшок новый, и пересадить нормально. А еще, зачем-то поглядывала на телефон. Ну, в офисе же есть мои данные, мы с директором договор подписали, все официально, как полагается. Так, стоп, нет, Айрис, хватит, я сказала. Никто тебе не позвонит, даже не надейся. И решительно выкинув нелепые мечтания из головы, я надела джинсы, тонкий свитер, прихватила рюкзак и отправилась на посиделки.

В полутемном и полупустом баре негромко играла музыка, царил приятный полумрак. Интерьер был сплошь из любимого мною дерева, что придавало дополнительный уют, даже несмотря на отсутствие посетителей — сюда набивались как обычно в основном под вечер. Аська уже устроилась за стойкой, нетерпеливо поглядывая на дверь, и при виде меня расплылась в радостной улыбке. После ритуала обнимашек и заказа пива Настасья пристально уставилась на меня и решительно заявила:

— Ну, рассказывай.

Я вздохнула и мысленно махнула рукой. Ну конечно, меня распирало от желания обсудить и поделиться, выплеснуть эмоции и немножко спустить себя с небес на землю. Может, еще что Настька скажет, она как ни странно отлично разбиралась в мужиках и их действиях, наверное, потому что у самой дома их целых три. Ну и друзья у нее тоже в основном мужчины, Толик в этом плане оказался не ревнивый, жене своей он доверяет. Да и друзья все женатые, собственно. Короче, я и вывалила все на Аську про прогулку, фотосессию, и про розу тоже.

— В общем, как-то так, — закончила я, рассеянно стирая со стакана с пивом выступившую влагу. — Телефона не просили, контактов тоже.

— А зачем, если ты удрала, как ошпаренная? — невозмутимо обронила вредная Настасья, пожав плечами и выразительно взглянув на меня. — Тебе всего лишь галантно руку поцеловали, заметь, еще и в перчатке, а ты как трепетная лань, — она закатила глаза и вздохнула.

— Ты знаешь, как я отношусь к нарушению личного пространства, — несколько напряженно ответила ей, нервно отхлебнув пива. — И так слишком много для первого свидания, — проворчала, смягчая свои слова.

— О. Так ты признаешь, что это именно свиданка была? Ура-а-а, победа, — тихонько прокричала Настька и даже хлопнула пару раз в ладоши, а потом стала серьезной и кивнула. — Ладно, расслабься, знаю, шутка юмора была.

Все-таки, всякие там мацанья за руку, попытки приобнять и проникновенно заглянуть в глаза — на мой личный взгляд — перебор при первом знакомстве. Доступной женщиной тоже неохота выглядеть, пусть даже и бьется в голове навязанная обществом и поведением самих мужчин мысль, что если слишком изображать недотрогу, то пойдет искать кого подоступнее… Уж лучше пусть идет, чем очередное разочарование и гадкое ощущение, что тебя использовали так же, как пресловутое изделие номер два. Бр-р-р. Хватило в юности, знаете ли, случайных всяких связей, которые потом хотелось поскорее забыть. И вообще, я не люблю вот этих вот фамильярностей с первых же встреч, мне надо привыкнуть к человеку и начать ему хоть немного доверять. В том смысле, что моя улыбка или то, что я разрешила взять себя за руку, не будет истолковано как немедленный сигнал к прыжку в койку. Бывали и такие, да…

— А вообще, Ир, я бы советовала тебе расслабиться, — по-прежнему серьезно заговорила дальше Настя. — Программеры — мужики порядочные, это я тебе отвечаю. Не знаю, почему так получается, но вот поверь, у меня таких много, и Толик тоже рассказывал. Они как раз не любят по бабам размениваться, им некогда пикапом заниматься, у них проекты и всякие адовые развлечения, — Аська ухмыльнулась. — Ухаживать они любят с размахом, предупреждаю, сюрпризы тебя точно ждут, — она хитро прищурилась.

— Да какие ухаживания, что ты сразу, — пробормотала я, чувствуя, как отчаянно краснею. — Мы же просто прогулялись…

— Милая моя, за просто прогулку розы не дарят, и фотосессию не устраивают с намеком, что потом можно под этим предлогом снова встретиться, — хмыкнула Настасья. — Короче, не ссы, нормуль все будет, — она хлопнула меня по плечу.

— А как быть с тем, что их двое? — я выгнула брови. — Вдруг они поспорили, откуда я знаю? Или это игра какая-нибудь их извращенная программерская… Скучно там стало или еще что, — я покрутила пальцами в воздухе, не подобрав слов.

— Ну, это, дорогая моя, только время покажет, — философски изрекла подруга. — А вообще, программеры весьма свободных взглядов бывают, учти. Тебе кстати самой-то кто больше понравился? — задала она провокационный вопрос и уставилась на меня хитрым взглядом.

— Эм, я еще не думала об этом, — осторожно ответила, не желая признаваться, что не могу выделить кого-то одного.

Они и правда удивительным образом гармонично дополняли друг друга, и представить одного без другого у меня получалось плохо. Да и пока не хотелось… Уф, ладно, опасные мысли, Айрис, очень. Это тебе не твои любимые книги, где возможно все, меня, конечно, шведскими семьями не удивишь, но применительно к себе я такой вариант никогда не рассматривала. Ну и, не случалось в моей жизни таких казусов, чтобы сразу двое мужчин ухаживали. Одного-то проблема найти.

— Ну ты пока подумай, но учти, эта братия настойчивая, — миролюбиво отозвалась Настя, жмурясь и улыбаясь. — Если ты им серьезно понравилась, не отвяжутся.

В груди отчего-то сладко сжалось, и вместе с тем в животе поселился ментоловый холодок. А если… и правда им? Че делать-то? Так, мать, опять тебя заносит на поворотах, с твоей неуемной фантазией книжки бы писать, а не учителем работать. К моему облегчению, дальше мы болтали о всяких пустяках, не касаясь больше моей личной жизни — подруга умела быть удивительно тактичной, не залезая мне в душу дальше, чем я разрешала. Она отлично чувствовала границу, хотя и шутила временами на грани фола. Но мы слишком давно знакомы, чтобы всерьез обижаться друг на друга, да и Насте со стороны некоторые мои закидоны видятся совсем в другом свете, и она дельные вещи говорит.

Разошлись мы ближе к шести вечера, когда Толик деликатно позвонил и сообщил, что они вернулись домой и планируют ничего не делать по причине тотальной усталости. Аська полетела обихаживать своих мужиков, я же — домой, как всегда, после встречи с ней умиротворенная и успокоенная.

А вот утро воскресенья принесло сюрпризы… Я как всегда уселась перед компом с кружкой чая и гренками с сыром, открыла браузер, дежурно проверяя почту и контакт, и замерла, чуть не подавившись куском жареного хлеба. В сообщениях мигало одно непрочитанное и заявка в друзья, и когда я дрогнувшей рукой щелкнула по нему мышкой, порадовалась, что хотя бы чай проглотила.

"Привет, тук-тук, можно в гости?" — и застенчивый смайлик с румянцем на щеках. В заявке значилось: Даниил Карновский, и знакомая физиономия на аватарке. Так. Значит, страница в вк у него есть… Ответить или промолчать?

ГЛАВА 4

Всего мгновение я колебалась, а потом решительно набрала: "Привет, можно". Конечно, тут же полезла в его профиль, но там оказалось удручающе пусто, хотя страничка не новая. Ну правильно, скорее всего, как я и предполагала, основная у Даниила в фейсбуке, или еще где-то, в том же инстаграмме, в котором я ни шиша не шарю. Просто потому, что телефон мне чтоб звонить, а не фотать каждую минуту своей жизни и выкладывать селфики. Нечего выкладывать, так-то… Будни обычной учительницы крайне скучны и не заполнены событиями.

"Симпатичная у тебя оранжерея, зеленое все такое. Хочешь, своими похвастаюсь?" Я тут же ухватилась за нейтральную тему, да и интересно стало, что ж за экзотика у него там такая. "Показывай". И понеслось… Я залипла на фотки действительно причудливых растений, среди которых попадались и экзотические орхидеи: башмачки всяких разновидностей, цветы, вообще не похожие на цветы, прочее. А потом Даниил скинул еще и короткое видео своей лоджии, в которой развел практически тропики. Просторная, необычной угловой формы, отчего больше походила на комнату, она была уставлена подставками, окна с широкими подоконниками в стойках, тумбочки, заставленные горшками. Полки на стенах, тоже в растениях, несколько увлажнителей, плетеные кресла и столик для отдыха в одном конце, и плетеный же диван с подушками — в другом. Ох… Офигенно, если честно, в такой оранжерее здорово отдыхать после сложного трудового дня.

Мы пообсуждали тему растений, как ухаживать, где заказывать, и все такое, и я с удивлением обнаружила, что увлеклась беседой с Даниилом, который, как выяснилось, много чего знал интересного. Потом разговор плавно свернул на прогулку в пятницу, и меня заверили, что над фотками работают, и к концу следующей недели уже все будет готово. Даже не заметила, как пролетели несколько часов за увлекательным диалогом. Даниил попрощался первым, как раз, когда я уже подумывала, как бы закруглить, потому что очень кушать хотелось. Где-то на пути к кухне мелькнула внезапная мысль, почему Алексей не постучался, но я не стала ее думать. Очень уж переживательно, ну его. В общем, ложилась в самых радужных эмоциях, опять же, не анализируя, почему и зачем. Да, никто ничего не обещал, даже на второе свидание не звал, но… На этом я просто уснула, провалившись в темноту.

Понедельник начался как настоящий понедельник. Я ухитрилась проспать, забыв положить будильник рядом с кроватью, потому что оставила телефон в коридоре. Замечталась, блин… Подскочила впритык, суматошно протерла глаза, посмотрела на время и выругалась.

— Да еб твою…

Позавтракать уже не успею, хорошо хоть, в холодильнике вроде банан завалялся, прихватить, сунуть в пакет, натянуть первое попавшееся из шкафа, одеться и выскочить из квартиры. И только в лифте осознать, что забыла накраситься и пшикнуться любимыми духами "Живанши Розе"… Казалось бы, мелочь, но плохое настроение снизилось еще на несколько пунктов, а градус раздражения повысился. Вспомнилось, что как понедельник начнется, такая и неделя будет… Ой, нет, нет, нафиг, я в приметы не верю. Только вот, влетев в автобус, буквально на следующем светофоре встряла в пробку, хотя сроду здесь ее не было. Короче, в класс я ворвалась за две минуты до звонка, взмыленная и встопорщенная, как мокрый воробей. Хорошо, у меня третий класс первым уроком.

Только это были цветочки, мда. На второй перемене подошла завуч и сообщила пренеприятнейшее известие: надо встать на замещение, и ладно бы, это обычное у нас дело, подменять друг друга. Только вот, идти надо на седьмые классы. У-у-у… И шестым уроком. Скрипнув зубами, я напомнила себе, что если не можешь изменить обстоятельства, бессмысленно тратить на них эмоции, и кое-как успокоилась. Понедельник и правда тяжелый день, ну ничего, переживу как-нибудь. В общем, к трем дня я чувствовала себя выжатым лимоном, от которого осталась одна шкурка. Как дотащилась до дома, честно, не помню, хотелось в горизонт и отключиться. Горячая ванна несколько скрасила мое кислое настроение, я провалялась там часа два с книгой, даже не посмотрев в сторону компа. Слишком устала…

А вот когда все же доползла до него и включила, меня ждала очередная напасть: интернет не подключался. Вот просто нет моей домашней сети и все. Хотелось завыть раненой волчицей: время девять вечера, понедельник, срывать Толика с другого конца города мне совесть не позволит, а других знакомых-компьютерщиков у меня не было. Я аж всхлипнула от накативших эмоций, сжав кулаки и зажмурившись, в горле першило от желания побиться в истерике и расколотить что-нибудь об стену.

— Ну ебаны ж ты насрал-то, а… — с чувством выразила бурлившее внутри, пнула сброшенную тапку и от души порадовалась, что не хранила дома никаких фарфоровых безделушек.

Иначе не миновать им встречи со стеной. Глубоко, рвано вздохнув, я включила телек, настроила мой подписочный сайт "ИВИ", нашла там один из любимых сериалов "Гордость и предубеждение", и засела за вышивку. Монотонное занятие здорово прочищало мозги и заставляло сосредоточиться, отвлечься от обуревавших эмоций. Глядишь, обойдусь без пустырника на ночь, а завтра что-нибудь придумаю. В конце концов, на работе есть старенький ноут, который я туда утащила, потому что мой собственный казенный комп тормозил, как ламповый телевизор, на нем стоял девяносто пятый ворд и какая-то древняя винда. Просто потому, что сисадминил у нас племянник директора, и всех обязанностей у него было — информатика в средней школе и школьный же интернет. На любые просьбы по поводу сбоя в технике он делал большие глаза и изображал видимость бурной деятельности, ссылаясь на жуткую занятость. Так что, проще было через родителей попросить, или — как в моем случае — через Настьку и Толика действовать.

Перед тем, как лечь, я дотошно проверила будильник, убедилась, что он включен, положила на тумбочку так, чтобы для выключения пришлось встать, и уснула. Как и предвиделось, спала плохо, то и дело просыпалась, суматошно вскидываясь и пялясь на экран, поэтому к моменту вставания была не лучше свеженького зомби. А ведь сегодня еще великовозрастных ученичков учить… Эх. Ну хоть они мозг не выносят и не ведут себя так, будто я для них говорящая мебель. Сегодня по расписанию у меня стояло аж два замещения… Божечка, дай сил выдержать, а. Дурная неделя, вообще, не врут приметы.

Рабочий день прошел, как в тумане. Хорошо, не забыла прихватить ноут, решив посмотреть дома, что с ним и как. Для журнала и проектора хватало казенного, а вот посидеть в окна — расчехляла этого старичка. Но сегодня окон не было, мда. На урок в офис я ехала на автомате, признаться. Что-то там по дороге перехватила в фаст фуде, рассеянно прикинула, что сегодня можно дать на обсуждение и диалоги, вяло махнула рукой на подготовку, в метро пролистав учебник и наметив пару упражнений. Хорошо, книга в пдфке была на флешке. Надеюсь, сегодня не нагрянет внезапно директор, проверить, как там я отрабатываю контракт. Блин, еще надо не забыть покопаться в спамомусорной коробке под ящиками, поискать там какого-нибудь жестянщика от компов, чтобы вызвать и настроить обратно домашнюю машинку…

В общем, пришла я совершенно без всякого трепета и волнения, упала на стул, посидела пару минут, и направилась к кофемашине, поняв, что без чашки божественного напитка просто усну за столом. Сказывалась напряженная и беспокойная ночь. А едва налила кофе, в комнате появился и первый ученик, точнее — ученики. Кто б сомневался, кто это будет.

— Привет, — весело поздоровался Алексей, за ним зашел Даниил, помахал ладонью.

Наверное, моя вялая улыбка слишком много сказала, но у меня сейчас не осталось сил играть роль уверенной в себе и всем довольной женщины. И плевать, что там говорят умные книжки, что мужики проблемных не любят, и выслушивать нытье тоже.

— Что-то случилось? — сразу стал серьезным Алексей.

— Да не, просто неделя неудачно началась, — отмахнулась я рукой и обхватила чашку с кофе. — Устала немного, — все же призналась, поспешно отойдя к своему столу.

Хорошо, углубиться в расспросы они не успели, начали приходить остальные ребята. Я нахохлилась за столом, рассеянно глядя на них, Даниил с Алексеем сели на свои места, время от времени поглядывая на меня со странным выражением, и все переписывались в телефонах. Наверное, по работе что-то. Ну или не по работе… От последней мысли сделалось как-то неуютно, и я постаралась не думать о плохом, потому что и так тошно на душе. Когда последний зашел, я неслышно вздохнула, допила кофе, и только собралась начать занятие, как один из парней дисциплинированно поднял руку.

— Айрис Олеговна, а давайте мы сегодня просто поговорим на английском? — предложил он, Паша, кажется. — Каждый из нас, допустим, десять минут рассказывает три смешных случая из жизни, не связанных с работой. Как на это смотрите?

— Отлично смотрю, — с благодарностью посмотрела на него, тихонько переведя дух. — Давайте так и сделаем. А домой я вам тогда задам задание, — добавила, все же не желая выступать за рамки урока.

Так и вышло, что полтора часа я слушала веселые байки от программеров, не связанные со спецификой их работы. И, признаться, немножко даже оттаяла, отвлеклась от мелких неприятностей, и пару раз улыбнулась. Но усталость все равно никуда не делась, и дома ждал неработающий комп… Эх. Ладно, на завтра договорюсь, вызову мастера, пусть поковыряется, проверит настройки, что там за сбой в системе.

В конце занятия, когда все вышли, я тоже взяла сумку и собралась уходить, и только сейчас обратила внимание, что не все покинули комнату. Даниил и Алексей ждали у дверей, наблюдая за мной, а я и не заметила, погруженная в рассеянные размышления. Мда, давненько так не уставала.

— Айрис, а пойдем, поедим где-нибудь? — спокойно предложил Алексей и добавил, не дав мне ничего сказать. — Мы угощаем. Суши любишь?

Я слегка растерялась от такой прямолинейности, и потому затормозила, пробормотав:

— Да, люблю…

А потом уже и поздно отказываться стало. Суши я позволяла себе не чаще одного-двух раз в месяц, с получки, конечно. Или изредка домой заказывала, полакомиться.

— Отлично, тогда идем, здесь "Две палки" есть, отличный рестик, — с воодушевлением заявил Даниил, просияв улыбкой.

Как говорится, поздняк метаться. Ладно, в принципе, неплохой повод развеяться, все равно ведь кушать хочется, так почему бы и нет. Мы вышли на улицу, и тут меня ждал еще один сюрприз: парни подвели меня к… Ну, машине. Большой. Черной. Вроде, такие внедорожниками назывались, марки я не видела, мы сбоку подошли. Алексей достал брелок и пикнул сигнализацией, Даниил галантно распахнул передо мной дверь с задней стороны.

— Прошу, леди, карета подана, — с шутливой почтительностью произнес он, весело блеснув глазами.

Пришлось сделать морду кирпичом и забираться в салон, усаживаться на заднем сиденье. За руль сел Алексей, его друг устроился впереди.

— Айрис, а когда у тебя каникулы? — спросил вдруг он, заводя мотор.

Салон наполнился почти неслышным, мягким гудением, вкусно пахло освежителем с запахом моря и еле уловимым — натуральной кожи.

— Через пару недель, в конце октября, — со вздохом призналась, надеясь, что болеть коллега будет все же до конца этой недели, а не следующую тоже.

— Так что случилось-то? Ты вообще какая-то грустная и рассеянная, — Даниил повернулся ко мне вполоборота, глядя серьезно и внимательно.

— Да мелочи, правда, на работе завал, техника дома ломается, — попыталась отмахнуться я. — Справлюсь, не впервой.

— Что сломалось? — живо заинтересовался Даниил.

— С компом проблемы, завтра мастера вызову, — да, другая бы на моем месте так плавненько подвела бы к тому, а не желают ли господа программеры помочь даме в беде.

Но я так не умею, тем более, откуда знаю, может, они чисто по своим проектам, а в настройках не рубят… Черт их знает, этих айтишников, как там они делятся по иерархии. Я успела заметить, как Даниил быстро глянул на Алексея, но потом снова заговорил, уже на другую тему.

— Ты на буднях сильно занята, да?

— Ну… А что? — тут же подняла голову осторожность.

— Просто можно было бы сходить куда-нибудь в интересное место, отвлечься от твоей работы, — бесхитростно предложил Даниил, честно глядя мне в глаза.

— Не знаю, сейчас болеют все, замещений много, — уклончиво ответила, невольно в волнении стиснув рюкзак.

Как-то вот внезапно это все, еще и на фоне всякого мелкого неприятного. Да и правда, на буднях после школы хочется домой, в тишину и спокойствие, хватает общения и на работе.

— Ну ладно, и правда, там видно будет, — покладисто согласился Даниил и отвернулся.

Мы быстро доехали до ресторана, Алексей припарковался, и вскоре наша компания уже сидела за столиком. Я только потянулась к меню, как его у меня аккуратно выхватили, не дав посмотреть.

— Ты что любишь, роллы, собственно суши, запеченные? — начал расспрашивать Алексей, глядя поверх меню.

— Роллы, обычные, не запеченные, — я настороженно покосилась на него. — Можно, я выберу?

— Оки, а роллы с чем? С креветками, угрем, лососем, крабом, классические "Филадельфию" или "Калифорнию"? — проявил дотошность он, не обратив внимания на мою просьбу.

Так. Понятно. Эти двое решили, что я снова выберу что-нибудь простенькое и незамысловатое, что ли? Вот… жуки, оба. Потому что Даниил точно так же уткнулся в книжечку и не отсвечивал, только мне вот казалось, даже нет, я была уверена, что он там лыбится втихаря, спрятавшись за картонкой.

— Может, супчику еще? — заботливо предложил он, выглянув и подняв брови. — Давай, тут сливочный с угрем очень вкусный, а ты же так и не поела с работы, да?

Заботливый какой, посмотрите. Я мысленно фыркнула и махнула рукой, смирившись. Короче, в этот раз придется просто наслаждаться тем, что сижу в хорошем ресторане и ни копейки не потрачу на вкусную еду. В общем, когда к нам подошел официант, парни заказали все сами, только уточнили у меня, что пить буду. Выбрала кофе — миндальный раф, что-то новенькое.

Пока ужинали, разговаривали мало, и на отвлеченные темы, и я даже немного расслабилась, успокоилась и подобрела, навернув действительно вкусного супчика и суши с угрем и креветкой. Уф-ф, наелась на месяц вперед. А вот когда обратно вышли, я уже намылилась сказать спасибо и свернуть к метро, но не успела.

— Ты куда? — очень натурально удивился Даниил и поймал меня за руку.

— В метро, — честно ответила, постаравшись осторожно высвободиться, только безрезультатно. — А что?

— Зачем? — еще больше удивился он. — Мы подвезем, без проблем. Пошли, — и потянул за собой.

Я настолько офигела, что послушно прошла даже несколько шагов, но потом остановилась и попыталась воспротивиться.

— Да ладно, я ж на окраине почти живу, вам в другую сторону, — попробовала отказаться от ужасно соблазнительного предложения.

Я уже знала, что у них квартира на Черной речке, и каком-то новом квартале из тех, где одна комната по цене крыла от "боинга".

— Айрис, прекрати, — подключился Алексей, повернувшись ко мне и твердо посмотрев в глаза. — Нам не сложно, а тебе приятно. Садись, — и распахнул дверь.

Оказывается, мы уже подошли к машине. На его заявление растерянно хлопнула ресницами и послушно залезла в теплый салон, не успевший остыть, пока мы ужинали. А когда тронулись, Даниил снова повернулся ко мне и как ни в чем не бывало, уточнил:

— Так что там у тебя в машинке сломалось, говоришь?

— Ну не сломалось, просто настройки сбились, думаю, там делов на полчаса, не больше, — как можно бодрее отозвалась, рассеянно глядя в окно, лишь бы не на собеседника.

Честно говоря, вообще не думала, что запомнят мои жалобы, и уж тем более не предполагала того, что последует потом, когда мы доедем до моего дома. Даниил, получив ответ на вопрос, снова отвернулся, и в салоне воцарилась уютная тишина, нарушаемая только негромкой музыкой из радио, ненавязчивой и без слов, типа лаунжа. Ребята о чем-то своем переговаривались, я пригрелась и снова задремала, пока мы ехали, слава богу, обошлось без пробок, и встрепенулась уже, только когда Алексей заруливал в знакомый двор.

— Как, отдохнула немного? — снова повернулся ко мне Даниил, одарив легкой улыбкой.

— Немного да, — я зевнула, потянулась, чувствуя, что еще часик-два бы отхрючила. — Но сейчас уже ложиться смысла нет, потерплю до самого вечера. Спасибо, что подвезли, — я взялась за ручку двери и распахнула ее. — До пятницы, пока, — попрощалась и выбралась на улицу.

Вот только там ждал сюрприз: двигатель машины замолчал, и парни вышли за мной.

— Давай, посмотрю, что там за настройки, — как ни в чем не бывало, предложил Даниил. — Чего будешь деньги тратить, еще не факт, что помогут.

Мои брови поднялись, я хлопнула ресницами, лихорадочно решая, то ли вежливо отказаться, то ли все же согласиться. Настолько привыкла полагаться лишь на себя, что сейчас возникло странное чувство неловкости, будто напросилась и таким вот хитрым способом прикинулась "леди в беде", чтоб два рыцаря галантно помогли… Тьфу. Вечно это мое ощущение без вины виноватой даже в обычных житейских ситуациях. "Ириска, поджопник тебе надо бы, — раздался внутренний голос с интонациями Аськи. — Сними свои стальные яйца и не звени ими по поводу и без. Либо надо было вообще молчать уже про свой несчастный комп, либо принимай помощь и не ломайся, как девственница на первом свидании" Едва не захихикала от неожиданности, подруга будто на ухо мне гаркнула в своем фирменном стиле.

И я решилась. В конце концов, да, Настька права: могу хоть раз в жизни воспользоваться подвернувшимся случаем? Тем более, дома у меня более-менее аккуратно, лифчики и колготки по стульям не висят, трусики по батареям не сохнут. Ну, может, пара тарелок в раковине отмокает, так суну их в посудомойку и делов-то. Шалея от собственной смелости, я кивнула, обмирая от странного восторга, смешанного с привычным уже опасением, и направилась к подъезду, доставая на ходу ключи из кармана. Черт, в моей холостяцкой хатке из мужчин бывал только Толик, Настин муж, рабочие еще на стадии ремонта, ну и папа — родители иногда заезжали, дежурно проведать дочь.

— Может, я пока что-нибудь к чаю куплю? — вызвался вдруг Алексей, когда я уже поднесла таблетку к домофону.

Я замерла, мысленно проводя ревизию в холодильнике и вынужденная признать: кроме дежурной колбасы на бутеры по утрам и сыра в нарезке, с той же целью, больше поживиться дома было нечем…

— Номер квартиры какой? — не дал мне возразить Алексей, и я уловила в его взгляде мягкую насмешку, словно он знал, о чем думаю, и все мои метания на лице написаны.

Тут же смущение плеснуло на щеки теплым, я отвернулась, пробормотав ответ, и поспешно распахнула дверь подъезда. И только зайдя внутрь, запоздало поняла, что сейчас окажусь наедине с симпатичным молодым человеком, который, кажется, проявлял ко мне не только дружеский интерес… Ой, мамочки. Сразу все мои комплексы и страхи подняли голову, я взмокла, нервно вздохнула, теребя ключи, и хорошо, что подниматься надо только на пятый этаж.

— Заодно покажешь свои джунгли, — непринужденно обронил Даниил, стоя за моим плечом, пока я открывала замок, ухитрившись попасть в него с первого же раза.

А переступив порог, осознала еще одну вещь: мое плохое настроение и смурное состояние души незаметно улетучились, сменившись волнением и легким беспокойством, как всегда в обществе мужчин. Да уж, есть тому причины…

— Ага, — невнятно ответила, заходя в прихожую и включая свет.

— Но сначала комп, — сразу настроился на деловой лад Даниил, сняв обувь и надев гостевые тапки. — Показывай.

Я провела в комнату и предъявила моего старичка, включила, показала, в чем проблема, и поспешно сбежала на кухню, потому что… Черт, гость смотрелся в моей квартире совершенно неожиданно очень гармонично и естественно, не как посторонний предмет, который хочется убрать. Бли-и-ин. Фантазия, кыш, я сказала. Займусь лучше осмотром, вдруг что еще завалялось где-то. Чай вот поставлю, покопаюсь в моих запасах вкусняшек — я предпочитала рассыпные чаи, у меня стояла целая коллекция баночек на любой вкус и настроение. Подумав, решила побаловать себя и гостей вкусным шоколадным с мятой, и включила чайник. И почти сразу раздался звонок домофона, пришлось идти открывать.

Через несколько минут в моей квартире появился второй гость, и в ней сразу стало как будто немного тесно. Алексей держал целый пакет, и я немного беспомощно уставилась на него, растерявшись.

— Вот, держи, взял всего понемножку, — деловито пояснил Леша и направился к Даниилу. — Ну, что там? Шансы есть?

Оставив их разбираться, я вернулась на кухню, сунув нос в пакет. О. Любимое имбирное печенье, нямушки, и как угадал? Эм-м, чизкейк из кулинарии здесь же, в доме, опять же, любимое лакомство, и плевать, что растипопа. Он же карамельный. Ох ты, еще сырная нарезка несколько видов, и маасдамчик мой, и сливочный, и гауда. Вот точно телепат, ага… Пока я, глотая слюни, раскладывала все по тарелкам и наливала чай, из комнаты доносились негромкие голоса, но я не вникала, что они там обсуждали. Не выдержала, стянула кусочек сыра, прожевала, зажмурившись, покосилась в сторону комнаты…

Словно уловив каким-то образом мои мысли, на пороге кухни появились оба парня.

— Все, нормально там, дел и правда на пять минут, — заверил Даниил и плюхнулся на диван, с воодушевлением обозрев стол. — Слушай, не хочешь апгрейдить его? — продолжил он, нахмурившись и потянувшись к сыру. — Не обижайся, но твоему дедушке сто лет в обед, его еще и почистить не мешало бы, а если кое-что по железу добавить, так и неплохо разогнать… О, или давай вообще тебе новый оформим, а? — оживился он, и вот тут я порадовалась, что проглотила чай.

— Кстати, идея, да, — поддержал его Алексей, и я не выдержала.

— Ребят, спасибо, что помогли, но нет, — покачала головой, глядя в кружку и не рискуя поднимать взгляд. — Для своих нужд мне хватает, а новый или даже апгрейд я не потяну, извините. Ну и кроме него у меня только рабочий ноут, а на нем не очень удобно…

— А при чем здесь деньги? — искренне удивился Даниил, а вот Алексей просто внимательно и серьезно смотрел на меня несколько мгновений, так, что чувствовала его взгляд всеми клеточками, аж ежиться хотелось.

— Ты всегда отказываешься от помощи, Айрис? — негромко спросил Алексей, и я второй раз чуть не подавилась чаем.

Наверное, волнение и общая эмоциональная нестабильность были виноваты в том, что я, не подумав, выдала:

— А вы всегда едва знакомым женщинам предлагаете по-дружески компы апгрейживать или новые им подарить?

В кухне ненадолго повисла тишина, очень уж плотная, на мой взгляд, и я поняла, что сейчас услышу что-то, что в корне перевернет мою устоявшуюся и спокойную жизнь. И не ошиблась.

— Если женщина нравится — почему нет? Я могу это сделать, для меня это не в напряг, так в чем проблема? — последовал ответ Алексея.

Бог любит троицу, мда. В том смысле, что опять вовремя проглотила чай, оторопело уставившись на него и чувствуя, как теплеют щеки — я отчаянно покраснела от такого откровения. И, конечно, мой румянец не остался незамеченным.

— Внезапно, — пробормотала, попытавшись улыбнуться непослушными губами, не выдержала и встала, отойдя к окну и обхватив себя руками.

— Что именно? — теперь так же спокойно спросил Даниил. — Что ты, красивая и умная женщина, можешь кому-то понравиться? Почему это внезапно?

Мое замешательство только усилилось, и срочно захотелось куда-нибудь заныкаться подальше от внимательных глаз и откровенного разговора. Я оказалась не готова к нему так быстро после знакомства… Да и комплименты в свой адрес чаще слышала от Насти и редких подруг, а не от мужчин.

— Могу, — буркнула, прикусив губу и глядя сквозь окно на цветы на лоджии. — Только это не значит, что приму дорогие подарки с первого же свидания, — вышло несколько резче, чем хотелось, но уж как получилось.

Кажется, я услышала вздох, а потом снова заговорил Алексей.

— Айрис, я не имею обыкновения покупать благосклонность женщины, поверь, мне это совершенно не нужно, — терпеливо, как маленькой девочке, начал объяснять он, и пожар на лице лишь усилился. — Не знаю, что ты там себе надумала, но поверь, нам с Данькой просто хочется сделать тебе приятное. Просто потому, что у нас есть такая возможность и для нас это ничего не значит. Это плохо?

У меня вырвался нервный смешок, я покосилась в сторону гостей, продолжавших сверлить меня пристальными взглядами.

— Просто в нашем мире давно никто ничего не делает, — вырвалось немного желчно, и пришлось прикусить изнутри губу.

— Кто тебя обидел, Айя? — тихо и непривычно серьезно спросил Даниил.

Кто, кто… жизнь, и многочисленные знакомства на раз, принятые опрометчиво за нечто большее. Как говорится, опыт — сын ошибок трудных. Но как он меня назвал, неожиданно даже, и… приятно. Однако жаловаться на жизнь я совершенно не собиралась, поэтому нацепила на лицо улыбку и нашла в себе смелость развернуться к парням.

— Я не люблю быть обязанной, особенно случайным знакомым, так что, спасибо за предложение… — начала было я, но договорить мне не дали.

— А кто сказал, что наше знакомство случайное? — совершенно искренне удивился Даниил, а Алексей как-то загадочно усмехнулся, откинувшись на спинку дивана и скрестив руки на груди.

— В смысле? — озадачилась я, в голове вихрем промелькнули обрывки мыслей.

Ну, если и правда это все Настька ухитрилась подстроить…

— Ты в самом деле думаешь, что та прогулка была первой и последней? — Алексей вздернул бровь, усмешка стала шире, и мое сердце совершенно некстати пропустило удар, а от волнения пересохло в горле.

— В общем, ты нам нравишься, ты классная, и мы будем ухаживать. Настойчиво, — вывалил Даниил и добавил последнее слово с очень уж выразительной интонацией…

Э-э-э. Это как это?

— Вам? — переспросила я, подумав, что ослышалась.

— Ну да, так вышло, что ты нам обоим понравилась, — развел руками Алексей.

Наверное, потому, что я за один вечер столько раз услышала в одном предложении слово "понравилась" применимо к себе, уже особо не смутилась. А вот смысл сказанного как-то с трудом доходил до ошарашенного происходящим и услышанным мозга. Я нахмурилась и обхватила себя руками.

— Это что, шутка какая-то? — поджала губы, вглядываясь в невозмутимые физиономии. — Вы поспорили с кем-то, что ли? Или игры у вас такие программистские?

— Никаких игр, Айрис, — покачал головой Алексей без тени улыбки. — Все серьезно. Просто мы с Данькой поговорили, подумали и пришли к выводу, что ссориться из-за женщины — не очень красиво бует с нашей стороны, и есть другое решение. Почему бы не поухаживать за тобой вдвоем, открыто?

И вот тут я самым невоспитанным образом отвалила челюсть, хлопая ресницами и чувствуя себя героиней эротического фэнтези про мжм. Да, такие тоже почитывала под настроение… Только вот никогда не мечтала попасть в такую ситуацию, хотя и не осуждала тех, кто живет шведской семьей.

— Так ты согласна, Айрис? — спросил Алексей, склонив голову к плечу. — Быть нашей девушкой?

Хорошо, табурет был рядом, на него я и опустилась, ибо ноги перестали держать.

ГЛАВА 5

— А… Вот так прямо сразу? — пробормотала, не веря, что сижу и обсуждаю пикантный момент. — А если я кого-то одного из вас выберу?

— Ну, без проблем, — пожал плечами Алексей. — То есть, конечно, немного грустные расклады, но бить морды друг другу точно не будем, это твой выбор, Айрис. Если никого не выберешь — твое право, принуждать никто не будет. Вообще не будешь выбирать — самый классный вариант для нас, конечно, — он улыбнулся уголком губ.

Вот так вот просто, да? Я обалдело моргнула, не веря, что слышу всерьез эти рассуждения. Не поймите неправильно, я не ханжа, допускаю всякие сексуальные пристрастия у людей, но… Но… Черт.

— Офигеть, вы всерьез? — недоверчиво переспросила я, снова нервно рассмеявшись.

А Алексей вдруг поднялся, отчего я дернулась от неожиданности, подошел ко мне и присел, взяв за руки своими теплыми ладонями.

— Почему бы не попробовать, Айрис? — мягко спросил он. — Что именно тебя смущает? Ты же взрослая женщина, — в карих глазах напротив мелькнули веселые черти, — неужели не хочется хотя бы раз в жизни попробовать что-то нестандартное?

— Мне спокойствия хочется, а не приключений эротического свойства, — ляпнула и тут же осознала, что именно, снова отчаянно покраснев и отведя взгляд. — Вам что, жизнь пресной кажется? Или девушек мало, чтобы каждому по своей?

— Ну так получилось, — отозвался Даниил с дивана и вздохнул. — При чем тут пресная жизнь, никто ничего заранее не планировал. Поверь, если бы нас просто интересовали пикантные эксперименты, за этим дело не стало, — хмыкнул он.

— Так что, Айрис? — настойчиво повторил вопрос Алексей, заглянув мне в глаза и мягко сжав пальцы.

Самое странное, что прикосновение не вызвало у меня желания отдернуть руки, как раньше, когда кто-то из мужчин нарушал мое личное пространство. Вообще мой пунктик, мне, чтобы позволить хотя бы взять себя за руку, не говоря о прочем, требовалось определенное время, привыкнуть к человеку и понять, что на меня не будут агрессивно давить и настойчиво подталкивать в сторону постели уже на втором свидании, посчитав улыбку и непринужденный разговор сигналом к действию. Вот говорят, что это девушки с первой же встречи уже мысленно примеряют белое платье и придумывают имена троим детям. Поверьте, мужчины еще круче в этом плане попадаются, на собственном опыте познала. Стоит только в самом деле повести себя естественно и пару раз улыбнуться, даже не флиртуя открыто, как тебя уже мысленно поимели во всех позах Камасутры. Крайне неприятный момент, потому я и держалась настороженно, устав отбиваться от подобных случайных и нелепых знакомств. Я слишком дорого себя ценю, чтобы размениваться на одноразовый секс. Ну и мне эмоции нужны в первую очередь, не только смазливая мордашка.

И вот тут, возвращаясь к текущей ситуации, начиналось странное. И Алексей, и Даниил не вызывали во мне отторжения. С ними не возникало напряжения и настороженности, только волнение и порой смущение от их откровенности. А еще, вот эта их простота и… правильность, что ли, в поступках и словах, вызывали оторопь. Я все искала подвох, потому что в самом деле не привыкла к такому, полагаясь в последние годы только на себя. Так проще и удобнее, просить я давно разучилась. "Ириска, бляха-муха, харэ сиськи мять, — снова возник внутри внутренний голос с интонациями Настьки. — Решись уже хотя бы раз в жизни на что-то авантюрное, чтобы было хоть и стыдно, но сладко вспоминать. Тоже мне, девственница-ромашка, двух мужиков испугалась. Радоваться надо, дурик. Хватай в охапку и в пещеру"

Вот тут я не выдержала и все же слегка нервно рассмеялась, предприняв последнюю попытку.

— Вы же меня почти не знаете, и я старше вас, — выложила главный козырь.

— Ой, ну не на десять же лет, — пожал плечами Даниил. — И вообще, мне лично плевать, что там за циферки в паспорте. Главное, какой человек в душе, — он поднял палец и подмигнул. — Учти, Айя, предпримем все усилия, чтоб тебе не пришлось выбирать, ага, — добавил он, многозначительно поиграв бровями. — Соглашайся уже, трусиха.

— И давай сразу договоримся, — подхватил Алексей, все так же держа мои ладони в своих. — Ты прекращаешь изображать из себя маленькое, но гордое государство с годовым бюджетом не больше, чем у какой-нибудь Псковской области, и позволяешь делать тебе приятное так, как мы считаем нужным. Оки?

Я невольно снова улыбнулась, чуть не захихикав от сравнения.

— Вы откуда такие неправильные? — покачала головой, мягко высвободилась и все же поднялась налить чая и переместиться обратно за стол.

— Почему это неправильные? — слегка обиделся Даня.

— Потому что нынешние мужчины другие, и им влом кого-то добиваться и завоевывать, тем более ухаживать, — честно ответила я, озвучив результат своего не так чтобы радужного опыта знакомств за последние годы. — Молчу уже про трату денег…

— Меня так воспитали, батя из Сибири вообще, в Питер приехал работать, — пожал плечами Алексей, тоже вернувшись на свое место. — Тут и маму встретил. Он всегда делал все, чтобы мы жили хорошо и не нуждались, чтобы мама могла любимым делом заниматься и не думать, где перехватить денег до получки. Двадцать лет оттрубил на верфях, и до сих пор там, поднялся от простого рабочего до начальника цеха. С меня и мамы пылинки сдувал, хотя и не баловал, всегда учил мужиком быть, наверное, потому я и такой, как ты говоришь, неправильный, — он усмехнулся. — Привык, что женщину нужно защищать и заботиться о ней, и уважать. Может, поэтому и не складывалось как-то, — Леша пожал плечами. — Женщины сейчас тоже какие-то не такие пошли, меркантильные очень, — он поморщился. — Как узнают, где работаю, так сразу в глазах значки баксов.

— Фу, гадость, — Даниил передернул плечами. — Нет, есть, конечно, и нормальные, но…

— Вот у тебя же не складывалось тоже до сих пор, да? — привел убойный аргумент Леша.

— Ладно, давайте не будем о грустном, — решительно предложила я сменить тему.

— С удовольствием, давай о приятном, — согласился он. — Есть машинка, на которой пока можешь поработать? Заберем комп, к пятнице будет готов, — невозмутимо добавил, потянувшись за пирожным.

Ох. Ладно. Наверное, и впрямь придется смириться, по упрямству эти двое, похоже, дадут фору ослам.

— Да, ноут, — коротко кивнула, твердо решив, что показывать не буду.

С них станется еще и ноут предложить поменять… Ну его в баню. Буду привыкать к переменам потихоньку, да и кто знает, чем вся эта странная затея закончится. Может, просто разойдемся в разные стороны и все, а я и правда не любила быть обязанной, и… Совсем не умела принимать подарки, тем более, дорогие. Жутко стеснялась и чувствовала себя неловко, да, словно бы обязанной за эти подарки. И ведь в большинстве случаев так и было: кто девушку ужинает, тот ее и танцует. Наверное, поэтому я как-то предпочитала обходиться без знаков внимания, как бы обязывающих ответить на них, даже если особого желания не было.

— Тогда договорились, — подвел итог Леша.

Больше мы щекотливых тем не касались, и следующие полчаса прошли в милой беседе и обзоре моей оранжереи. Даня совершенно искренне восхищался моей коллекцией фиалок, самых разнообразных зеленюшек — я любила вьющиеся и каскадные растения, типа традесканции, и полюбовался розарием на другом конце лоджии. В общем, я практически успокоилась, видя, что никто не собирается набрасываться на меня вот прямо щас, и хватать за всякие выступающие места. Около семи вечера парни отбыли, забрав мой сисблок и оставив одну, в слегка растрепанных чувствах и с полным сумбуром в мыслях. Мне надо срочно поговорить с Аськой.

И я забралась с ноутом на диван, набрав подругу в скайпе. Хорошо, она была в онлайне, иначе меня бы просто разорвало, как хомячка, от избытка эмоций.

— Ты во что меня втянула, извращенка, а? — выпалила я, едва Настасья появилась в видеоокне.

— А? Ну-ка, с этого момента подробнее, мне тоже интересно, — тут же сориентировалась она, и на лице интриганки появилась широкая ухмылка. — Что я пропустила?

— Они мне встречаться предложили, вдвоем, — буркнула я, нервно вздохнув и скрестив руки на груди.

И выложила все про сегодняшний богатый на события вечер.

— Вот, короче. Аська, что мне делать? — с нотками паники закончила рассказ. — Это же полный трындец вообще.

Она сделала большие глаза и пожала плечами.

— Радоваться и получать удовольствие, дурик, тебя же не тащат в постель вот прям щас, — резонно заметила она, а я снова покраснела. — И это кто еще извращенка, ага, — ехидно отметила подруга. — Тебе вон даже выбор предоставили, поступать, как посчитаешь нужным. Роскошный, между прочим, — Настька подняла палец.

— А если кто-то из них обидится? — выдвинула я следующий аргумент. — Ну, если я выберу одного?

— Ты еще даже не попробовала ничего, а уже строишь негативные прогнозы, — Аська прищурилась, подперев ладонью щеку. — Почему думаешь, что выберешь кого-то одного? Есть предпосылки? — уточнила она.

— Э-э-э… — протянула я, не ожидавшая допроса с пристрастием. — Аська, я их третий раз в жизни вижу, ты о чем вообще?

— Не, ну я бы в такой ситуации точно кого-то одного оставила, — задумчиво протянула она. — Такие расклады все же не по мне, но в жизни всякое бывает. Ириска, ну чего ты истеришь, а? — выгнула она бровь. — Была бы нежная фиялка, я бы поняла еще, а так, взрослая женщина с опытом, неужели не хочется немножко авантюры? Чтобы было потом, что вспомнить?

— У меня молодость была вполне себе авантюрная, с кучей случайного секса на раз после квартирников и тусовок, — проворчала я, нахохлившись.

— Ой, тоже мне, старушка, — Настасья закатила глаза и фыркнула, а потом стала серьезной и посмотрела на меня. — Ир, поверь мне, это совсем другие люди, чем те, с кем ты до сих пор общалась. У них не принято играть, спорить на женщин или вести себя неподобающим образом. Не спрашивай меня, почему и как, но эта братия не имеет привычки легкомысленно относиться к чувствам других, особенно женщин. Если есть подруга, то она одна, по-честному, никто налево втихаря не бегает. И ухаживать они умеют так, что будет, что вспомнить на пенсии, — хихикнула Аська. — В общем, выдыхай, лягуха, реально. Никто тебе больно не сделает, если только сама не захочешь, — она нахально подмигнула.

— Ну и кто тут еще извращенка, а? — возмущенно пробормотала я, чувствуя, как щеки полыхают от ее слов.

Господи, я тут при мысли о свидании втроем на стенку лезу от волнения, чего уж говорить о чем-то большем. Сгорю от смущения же… Уф-ф-ф. И чего это, спрашивается, на пустом месте думаю о всяком непристойном? Вот когда дойдет до этого самого, если вообще дойдет, тогда и будем разбираться.

— Ну, психотерапия помогла? — Аська, внимательно следившая за моим лицом, выгнула бровь. — Когда там вы встречаетесь, в пятницу?

— Типа того, на уроке, ну и комп, наверное, после мне повезут, — вздохнула я, смиряясь с положением вещей.

Как там говорят? Не можешь предотвратить революцию, возглавь. Не, прыгать на ребят с криками "Я ваша навеки" никто не собирается, конечно. Но в чем-то Аська права, дергаюсь, как невинная дева, впервые увидевшая голый мужской торс. Мы еще немного поболтали на отвлеченные вещи, и Настя отключилась, вернувшись в лоно семьи. Я же пошла, как всегда, искать успокоения в своем садике. Блин, это в книгах все легко и просто, и все так прямо принимают без проблем подобное положение вещей. Только это же не книга, это моя реальная жизнь. И не хочется наделать в ней еще больше ошибок…

Остаток вечера так и прошел в рассеянных мыслях, и перед сном пришлось на всякий случай выпить персенчику для успокоения и хорошего сна. А на следующее утро, когда я полусонная собиралась на работу и медитировала над кружкой с кофе, на телефон пришла смска. Сердце тут же нервно дернулось, я резко проснулась, уже догадываясь, от кого послание. Но немножко ошиблась: на этот раз был Алексей. Я открыла сообщение… И залипла на фотку шикарного черного куна с желтыми глазами, невозмутимой мордой, и квадратной мощной коробкой нижней челюсти. Он возлежал — по-другому не скажешь, — на кресле в позе пантеры, смотрел прямо в объектив и полностью осознавал свое превосходство над людьми. "Привет тебе от Макса. Он желает хорошего дня и настроения". Обалдеть. Это вот эта вот зверюга живет у Лешки? Ма-а-ать… Хочу его увидеть вживую. Это ж какая махина, однако, но красавец, красавец.

И вот настроение сразу поднялось, правда, котики волшебно действуют на людей, без сомнений. На работу я шла с позитивом в душе и улыбкой на губах, и день прошел удивительно гладко, без происшествий и лишних нервов. Где-то в глубине души я опасалась, что мне начнут надоедать сообщениями или названивать, но и тут ошиблась в прогнозах и собственных стереотипах. Так что, Аська оказалась права, я мыслила шаблонами, которые к этим парням, похоже, не подходили вообще…

До вечера четверга меня не дергали. Только утром желали хорошего дня, обязательно с фото Макса в разных ракурсах, да вечером короткая переписка о том, как прошел день. Никакой навязчивости и давления. Вдвойне удивительно. Меня всегда раздражали типы, которые после первого же знакомства или свидания сразу начинали названивать, грубо вторгаться в мое личное пространство, резко переходить на всякие нежности типа "А можно, я буду звать тебя Айрочка? Так нежно звучит" Фу-у-у-у, бр-р-р, аж передергивает. Когда пыталась объяснить, что я не любительница трепаться по телефону, предпочитаю онлайн или личные встречи, почему-то обижались. Я же просто не трачу свое время зря, а телефон отнимает его, потому что больше ничего не можешь делать. Господи, мне это не снится? Я была уверена, что таких мужиков, которые понимают разницу между навязчивостью и настойчивостью, в природе нет. Они остались в дамских романах и глубоком прошлом, когда завоевать женщину считалось честью, а не раздражающей и унылой обязанностью.

А в четверг написал Даня со странным вопросом: "Есть планы на выходные?" Я насторожилась, но честно ответила: "Пока нет, а что?" "На субботу не планируй ничего. Сюрприз будет". Естественно, я тут же занервничала, разволновалась, однако понимала, что мои расспросы останутся безрезультатными. Сказал же, что сюрприз… Это не отменяло того, что я теперь помирала от желания узнать, что же они задумали. Не сомневалась, что сюрприз точно далек от банального похода в ресторан или прогулки по парку. Аська же предупредила, что на всю жизнь запомню. Ох, только бы не прыжок с парашютом. Я панически боюсь высоты.

В общем, к занятию в пятницу я пришла изрядно взвинченная от любопытства, но хотя бы с нормальным настроением и примерным планом урока. И встретила первых учеников бодрой улыбкой — кто бы сомневался, что это будут Алексей и Даниил. Увидев меня всю такую с хорошим настроением, сами заулыбались, и, признаться, я даже была готова к тому, что… Поцелуют? Хотя бы в щеку? А как, по очереди или с двух сторон? Ириска, мысли фу. У тебя урок, и сейчас другие придут.

— Рад, что ты в хорошем настроении, — негромко произнес Алексей, сев на свое место и не сводя с меня взгляда, аж мурашки по коже прокатились.

— Кстати, комп готов, и предлагаю обмыть это дело, — предложил Даниил, плюхнувшись рядом с приятелем. — Тем более, пятница — святое дело.

— Я подумаю, — ответила в своем стиле и скорее, по привычке, если честно.

Расслабиться хотелось, неделя выдалась суматошная, и… да в конце концов, почему нет? Вряд ли у кого-то есть коварный замысел напоить меня и воспользоваться беспомощностью… Так, Айрис, у нас урок. Сосредоточились и хватит краснеть, как девица при просмотре анатомического атласа. Пинок самой себе помог, да и группа настроила на серьезный лад: мы отлично поработали, на этот раз я попросила разбиться на пары и представить диалог работодатель-работник, типа расхвалить себя и свои умения так, чтобы взяли, а задача напарника — задавать всякие каверзные вопросы. И в тему попала, и дала возможность поговорить о своей профессиональной деятельности на английском. Ай да я, умница.

Полтора часа пролетели незаметно, и когда все начали расходиться, Алексей и Данила, как и в прошлый раз, остались в помещении, дожидаясь, пока я соберусь.

— Есть предпочтения, куда? — осведомился Леша, придерживая передо мной дверь.

— Вы пригласили, вы и выбирайте, — неожиданно даже для самой себя проявила я настоящую женскую сущность.

Даже вполне кокетливо получилось, мне понравилось. И судя по блеснувшим удовольствием взглядам парней, им тоже…

— Класс, ты улыбаешься, — с неприкрытым восхищением сказал Даня, и я опять немного смутилась от его слов.

Ну не привыкла видеть такое искреннее проявление эмоций от мужчин, не балованная я. Все больше доводилось сталкиваться с актерской игрой ради быстрого знакомства или преувеличенными восторгами, которые больше пугали чем доставляли какое-то удовольствие. Есть такие товарищи, которые несмотря на свои солидные тридцать пять-сорок вещают, как влюбленные вьюноши, с первой-второй встречи, хватают тебя за руку и проникновенно смотрят в глаза, уж не знаю, чего там предполагают найти. Я старая циничная баба, я в любовь с первого взгляда не верю, особенно в такую, что сразу и навсегда, и вот прямо щас готов хоть в загс. Был недавно в моей жизни такой несчастный случай, мы проговорили всего пару часов, а он себе нафантазировал неизвестно чего. В баню звал с многозначительными такими интонациями, на дачу к себе, с ремонтом обещал помочь в любое время суток… Еле отвязалась, в самом деле. Такой нездоровый энтузиазм изрядно напугал, я тут же повыставляла все свои колючки, и даже его игра в несправедливо обиженного и раненого в самую селезенку моей холодностью и резкостью не прокатила. Такого я опасаюсь еще больше. Нормальные адекватные люди так себя не ведут. Взрослые точно.

— Есть тут одно местечко, пойдем, — кивнул уверенно Алексей, покосившись на меня и улыбнувшись уголком губ.

— Ты за рулем? — тут же уточнил Даниил.

— Ну так а кто еще, ты же безалгокольное не любишь, — фыркнул его друг, открывая передо мной следующую дверь.

Мы добрались пешком до уютного заведения на проспекте Бакунина, ирландского паба, внутри сплошное дерево, куча шарфов с логотипами футбольных команд, ярко-оранжевая каска на полке, приколотые старые мобильники… Антуражно, в общем. Народу здесь тоже было уже прилично, и мы выбрали второй зал, как сказали ребята — здесь по вечерам живая музыка, а тут поспокойнее, поговорить хоть можно. Я не возражала. Мы заказали по пиву, и закуску — жареные пельмешки, картофельные крокеты, сырные шарики, в общем вкусняшек всяких.

Я предусмотрительно села на стул, а не на мягкий диван, чтобы видеть обоих и чувствовать себя в относительной безопасности. Ведь по-любому разговоры всякие пойдут, я печенкой чуяла, и не о природе и погоде. Ну, между прочим, у меня тоже зудело любопытство, и я никогда не страдала болезненным самолюбием, чтобы бояться спрашивать о прошлых отношениях. Это мужчины отчего-то считают, что женщина до встречи с ними вела исключительно целомудренный образ жизни, даже если ей глубоко за тридцать. Ну или хотят так считать, кто их знает. Тогда как о своих победах хвастаться всегда очень рады. А мне интересно, что рассказывают кавалеры о других женщинах, по какой причине расстались и прочее. Это помогает лучше составить психологический портрет, так сказать. И узнать то, о чем напрямую мужчины далеко не всегда говорят.

— Итак, за встречу, — предложил тост Даня, когда нам принесли заказ, и поднял бокал.

Я отпила вкусного ирландского эля с мягкой горчинкой, зажмурилась от удовольствия, потом посмотрела на сидевших напротив мужчин. Разных и в то же время неуловимо похожих, действительно, как братья. И следующий вопрос вырвался сам:

— И что, неужели до сих пор не нашлось подходящих девушек? Не поверю ни в жизнь, — я откинулась на спинку, поспешно приложившись снова к бокалу.

Что-то расхрабрилась, хотя вечер только начался, и я трезва, как стекло. Но в общем и хорошо, потом не будет отмазок, что мол пьяна была и не соображала.

— Ну почему, были девушки, — задумчиво протянул Алексей, блуждая по мне взглядом и слегка нервируя тем самым. — Ты уверена, что хочешь поговорить об этом?

— Если ты о тонкой душевной организации, то я большая девочка и в курсе, что вы давно не девственники, — усмехнулась и выгнула бровь. — И мне всегда интересно послушать о бывших мужчин. Много любопытного можно узнать.

— А-а-а, ты психологию знаешь, да? — хмыкнул Данила и отсалютовал бокалом. — Вообще, верная тактика, я считаю. А с девушками фонарь получался, видишь ли, — он поморщился. — У нас же специфический график, ненормированный, и когда проект, особенно срочный, мы не можем сорваться по щелчку и пойти куда-нибудь тусить. И выходные могут быть заняты, а отдыхаем мы на буднях, не как нормальные люди. Вот и не нравилось, что не уделяем столько времени, сколько хочется.

— А еще, некоторые искренне считали, что парень-программер — это так удобно, — тем же тоном подхватил Алексей, поболтав безалкогольное пиво в бокале. — Может же любой гаджет починить, прошить, перепрограммировать, полезных ништяков насовать, — он усмехнулся, но как-то устало. — Ну и вообще, знаешь, учитывая наш довольно уединенный образ жизни, реально сложно найти кого-то на постоянку. Так что, так и вышло, что или случайные какие-то знакомства, или непродолжительные.

— Ну и вообще, у нас Макс привередливый, не каждую девушку примет, — со вздохом отозвался Даниил.

— В смысле, вы вместе живете? — подняла брови я.

— Можно сказать и так, купили две квартиры рядом и сделали общую дверь, получилась одна. Так удобнее, — пожал плечами Алексей. — Мы-то ладно, еще и привереды, тоже не каждая девушка подойдет. А ты как так? — он чуть прищурился. — Красивая, умная, почему одна, Айрис?

Ну вот, опять стрелки перевел, хитрюга.

— Так получилось, — я пожала плечами и попыталась вернуть беседу в нужное мне русло. — Не съезжай с темы, я еще не все выяснила. Кому пришла в голову идея ухаживать вдвоем? — строго спросила, нахмурившись и внимательно вглядываясь в собеседников. — Опыт был или экспериментов захотелось?

— Да какие эксперименты, Айрис, ну в самом деле, — Даня укоризненно посмотрел на меня. — И опыта тоже не было, не надо думать о нас хуже, чем мы есть, — кажется, он даже слегка обиделся, и я в нервах цапнула пельмешку, срочно зажевать замешательство. — Ну… Просто… — он помахал рукой в воздухе, подбирая слова, и ему пришел на выручку Леша.

— Просто мы никогда не ссорились из-за девушек, Айрис. И начинать не хочется, — спокойно объяснил он. — А понравилась ты нам обоим. Поэтому и решили попробовать такой вариант.

— Как же ревность, соперничество? — пробормотала, внимательно изучая содержимое бокала и изо всех сил стараясь скрыть замешательство от деликатной темы.

— Ну вот если у кого-то она взыграет, то тогда и обсудим, — последовал ответ. — Пока этого нет. Точнее, мы друг другу слишком доверяем, чтобы опускаться до таких низменных эмоций, — с тихим смешком добавил Леша. — Уж лучше открыто и вдвоем, чем за спиной друг у друга и затевать перетягивание каната, то есть, девушки.

— Угу, и решили свалить бремя выбора на мои хрупкие плечи, — проворчала, снова заедая волнение, на этот раз, сырным шариком.

— Так мы ж сказали, можно не выбирать вообще, — натурально мурлыкнул Даня, и у меня совершенно непроизвольно прокатилась волна щекочущих мурашек по спине.

— Так что там с твоей личной жизнью, Айрис? Колись давай, мы тоже не нежные, — вернул подачу Алексей. — Тебя кто-то обижал, что ли, что ты такая недоверчивая и осторожная?

Я пожала плечами, повертев полупустой бокал в руках.

— Как у всех, наверное, — как можно легкомысленнее ответила на деликатный вопрос. — Кто-то разочаровывал меня, кого-то разочаровывала я. Неудачи, знаете ли, заставляют с осторожностью относиться к новым знакомствам и уменьшают веру в чудо в геометрической прогрессии, — я не сдержала кривой улыбки.

Странно, да, за двадцать лет, считая с конца школы, так и не сойтись ни с кем серьезно, кроме пары не слишком удачных случаев. Ну вот так бывает в жизни. Несколько серьезных провалов в плане чувств — и поневоле забираешься в раковину, отгородившись от остальных барьером. Привыкаешь жить с самой собой, в комфорте одиночества, и как-то даже забываешь, что обычно люди заводят отношения, именно чтобы избежать этого одиночества. И если первый развод дался относительно легко, даром что было мне двадцать восемь, то вот второе расставание после серьезных отношений уже оставило ощутимый шрам. Я, как и все, переживала и страдала, болезненно реагировала на собственный возраст и считала дни. Шарахалась от мужчин и в то же время в душе было тоскливо. Сейчас… Свыклась, да. Стала холостячкой. Все чаще между выбраться куда-нибудь и посидеть дома с книгой, за фильмом или вышивкой выбирала последнее. Свела общение к интернету и неширокому кругу подруг. Закрылась от всех. Редкие знакомства сводила разве что к сексу на пару-тройку раз, когда совсем уж невмоготу становилось. Смирилась с тем, что мое время уже пробежало, и максимум, что светит — это необременительный любовник и встречи на нейтральной территории.

И вот такой вот поворот. Конечно, сразу встрепенулись все страхи и панические мысли, проснулась моя привычка к собственной свободе и независимости. С одной стороны, мне было интересно с ними, с другой… Я боялась в самом деле слишком привязаться, а потом обнаружить, что играю в одни ворота. Плавали, знаем…

— Айрис? А ты была замужем? — негромкий вопрос Леши застал врасплох, я вынырнула из заплыва в бессознательное и уставилась на него слегка рассеянно.

— А?.. Да, давно было и неправда, — отмахнулась, произнеся дежурную фразу.

— И как давно? Почему неправда? — подался вперед Даня.

Я снова пожала плечами, поймав себя на том, что… история вспоминается без прежнего надрыва и эмоций. Как нечто, случившееся в моей жизни, но словно и не со мной. Ну было и было, с кем не бывает.

— Потому что мне было двадцать пять, и я верила в большую и чистую, — спокойно ответила, встретив его взгляд. — Не умела оценивать людей по поступкам, а не по хорошо подвешенному языку, была слишком наивной и еще верила мужчинам, — по моим губам скользнула немного грустная улыбка. — Мы прожили три года и развелись.

— Почему? — последовал очередной вопрос Леши.

— Правда интересно? — вздернула я бровь и отпила еще пива.

— Правда, — уголок его губ дрогнул и приподнялся. — Не переживай, я уже сказал, моя душевная организация не настолько нежная. Рассказывай.

— Он был менеджером среднего звена, зарабатывал чуть больше меня, но все время грезил какой-то фантастической сделкой, которую вот-вот получит, — я не стала вдаваться в подробности. — Много обещал, я слушала, развесив уши, при этом мы еле перебивались, снимали квартиру. Упахивалась на своей работе, брала учеников, уставала. А потом как-то пришла домой раньше, решив дать себе отдых, и обнаружила там Пашеньку в страстных объятиях какой-то смазливой девицы. Как потом узнала, секретутка из его офиса. Собственно, после этого выставила за дверь и закрыла ее за прошлым, — подвела итог своему рассказу.

Дело и правда давно минувших дней, я свое уже отплакала и отболела. Жаль только, что все мои мечты стать матерью, любить и быть любимой так и остались мечтами. Но в холостяцкой жизни тоже есть своя прелесть, не все так мрачно.

ГЛАВА 6

За столиком на некоторое время повисла тишина, я как раз успела допить пиво в бокале, когда Даня осторожно уточнил:

— И… Ты до сих пор обижаешься на него?

Мой смех вышел искренним и непринужденным.

— Да нет, зачем? Больше десяти лет назад все случилось, сколько можно.

— Но мужчинам все равно с тех пор не доверяешь, — задумчиво протянул Алексей, сделав правильные выводы из моего рассказа. — Неужели один так подействовал?

— Не один, — пожала плечами и нервно вздохнула, махнув официанту — пива хотелось еще. — Второй случился через год, с ним прожили тоже три года и уже собирались даже пожениться. А ему, оказывается, просто было удобно со мной — квартира есть, нетребовательная, готовлю, работа такая, что по вечерам дома. Для бодрячка же он за моей спиной трахался с моей хорошей приятельницей, которую я считала практически подругой, — хмыкнула, шикнув на встрепенувшиеся было застарелую обиду и боль. — Ну, собственно, после этого я решила, что хватит с меня отношений, все равно они заканчиваются одним и тем же.

— Вот урод, а, — с искренним возмущением отозвался Даня, сверкнув глазами. — Вообще никогда не понимал, как так можно жить с одной женщиной, и еще и любовницу иметь.

— Для удобства, я ж сказала, — издав невеселый смешок, назидательно подняла палец. — С одной живешь, а с другой в постели кувыркаешься. Да половина семейных так живет, Дань ну ты что.

— Не-е-ет, это точно не мой вариант, — он покачал головой и покосился на меня. — Я слишком уважаю тех, кто рядом, чтобы их таким гнусным образом обманывать.

— И с тех пор ты закрылась от всех, да? — протянул Алексей, вертя в пальцах бокал.

— Ради собственного душевного равновесия и спокойствия, — твердо ответила ему, избегая смотреть на Лешу.

Ну не объяснять же до кучи, что за мной вообще из всех моих кавалеров никто толком не ухаживал, дальше прогулок и совместных посиделок в кафе и ресторанах дело не заходило. Ну кино еще было, да. Иногда цветы, конфеты, которых мне и на работе хватало, и между прочим, не самых дешевых. Родители и дети любили меня, это приятно. А где-то очень глубоко в душе сидела та самая романтичная девочка, желавшая чего-то удивительного и все еще продолжавшая верить, что когда-нибудь это будет. Только вот, хочется сейчас, пока я еще способна оценить… А то так бывает, что когда дождешься наконец, чего так долго желал, а оно тебе уже как бы не особо и нужно.

— У тебя красивые вышивки, я смотрел, — перевел тему умница Даня, и за одно это я готова была расцеловать его. — И схемы необычные. Где-то берешь?

— Сайт есть, — слегка оживилась я, сев на любимого конька. — Там хорошая программа, красиво переводит картинки. Только скоро уже девать будет некуда, вторая коробка пошла. И друзья все одарены.

— А продавать? Это же денег стоит, и хороших, — предложил Леша, тоже допив свой бокал и заказав следующий.

— Из меня плохой бизнесмен, не получается, — развела руками. — И группу завела, и на сайте одном вроде размещаюсь. Но всего две штуки купили… А почему цветы? — вернула я вопрос Дане.

— Зеленое успокаивает, я как закончу проект, зависаю в саду, релаксирую, — поделился он. — А вообще, лучше всего путешествия спасают, знаешь, когда вокруг природа, тишина, море, и больше никого.

— Поверю на слово, — усмехнулась, про себя завистливо вздохнув.

Хотела бы я тоже вот так, море, тишину и природу… Где-нибудь на Бали или другой экзотике. Смотрела на фотки и даже не мечтала там оказаться, путевки стоят по цене половины моего годового заработка минимум. Дальше пошли более безопасные темы, к моему облегчению, и я успокоилась. Мое личное пространство больше не собирались нарушать, слава богу. Мы вышли из паба около одиннадцати, и, пожалуй, сейчас я совсем ничего не имела против, чтобы меня подвезли. Навалилась усталость, приходилось сдерживать зевки, и душу грело предвкушение, что завтра суббота, и я ка-ак высплюсь за себя и за того парня… В смысле, за всю неделю.

— Устала, да? — ласково спросил Даня, и в следующий момент его рука легла мне на талию.

И как-то так у него вышло естественно и ненавязчиво, что я даже не сразу осознала происходящее, пока меня мягко не прижали к крепкому мужскому плечу и… Черт. Давно забытое ощущение всколыхнуло что-то внутри, что спало уже очень много лет, покрывшись мхом и ржавчиной. Что-то, отчего сбилось дыхание и перехватило горло, и я совершенно забыла, что мне хорошо за тридцать, опыта за плечами достаточно, чтобы не млеть с первых прикосновений, и… Да блин. Нет, отстраняться не хотелось. Да, я впервые за хрен знает сколько времени позволила прикоснуться к себе мужчине почти на первом свидании. На втором, хорошо.

— До машины дойдешь? А то могу и на руках понести, — непринужденно предложил Даня, и я тут же постаралась привести себя в бодрый вид.

— Дойду, дойду, — заверила его и почему-то покосилась на Алексея.

Не знаю, чего ждала, только не легкой снисходительной улыбки, когда наши взгляды встретились.

— Нет, я не ревную, — с тихим смешком отозвался он, каким-то непостижимым образом угадав, о чем я не то, что подумала, а только собиралась вообще. — И хватит напрягаться, Айрис, — чуть тише добавил он.

Пока я судорожно соображала, что же ответить, его пальцы отыскали мои и сжали крепко, но аккуратно. Хорошо, окружающим людям, погруженным в свои проблемы и смартфоны, было вообще наплевать, что происходит вокруг, да и несмотря на фонари, все же не так светло.

— Угу, — все, что удалось пробормотать, пока я сладко обмирала от странных и волнующих ощущений, которые, думала, больше никогда не испытаю.

Почему-то казалось, что времена страстей и всяких вот таких вот мурашек остались далеко в прошлом, во времена лихой юности и буйства гормонов. Я ж теперь старше, мудрее и умею управлять инстинктами, а не наоборот, потому и сложнее стало в отношениях. Думаешь не тем, что свербит между ног, а мозгом, а возбудить эту часть тела у женщины современному мужчине ой, как непросто. Однако мое тело считало совершенно по-другому и реагировало на прикосновения самым что ни на есть банальным образом: его бросало в жар, и от шеи до пяток гуляли волны мягкой дрожи, отзываясь сбоем в сердечном ритме и пульсе.

Хорошо, наконец дошли до машины, и появилась возможность юркнуть на заднее сиденье, предвкушая приятную дрему и некоторое отключение от реальности. Только я совсем не ожидала, что следом за мной заберется и Даниил…

— А… — я только открыла рот, хлопнув ресницами, но больше ничего не успела сказать.

Даня устроился рядом, самым наглым образом обхватил за талию и подтянул к себе.

— Ш-ш-ш, иди сюда, — спокойно и уверенно заявил он, устраивая меня поудобнее под боком.

Ну… Ну это вообще ни в какие ворота не лезет. Только устраивать тут возню на заднем сиденье, отстаивая свою свободу, было бы с моей стороны очень глупо. Так и получилось, что моя голова оказалась на его плече, и от осознания, как мне уютно в объятиях Дани, стало одновременно и жарко, и приятно. Мягко заурчал мотор, я осторожно покосилась на профиль Алексея, поймала в зеркало его немного ехидный взгляд и предпочла поспешно зажмуриться. Ну его в баню, думать еще о том, какие кто эмоции испытывает…

Конечно, я моментально задремала и продрыхла весь путь домой. Правда, пришлось еще какое-то время мужественно держаться, когда пришли в квартиру — ребята же мне новый комп принесли, и какое-то время все там настраивали. Ох, теперь привыкать придется…

— В общем, офис, винда, все, как ты любишь, — давал последние указания Леша, а я внимательно слушала, стараясь не дать зевкам прорваться. — Машинка летает, скажешь потом, как оно работается.

— Ага, спасибо, — я даже улыбнулась, отхлебнув чая — на него меня хватило, чтоб сделать и угостить поздних гостей.

— Так, когда завтра удобнее заехать? — деловито спросил он, поднявшись с кресла — Даня снова зависал на моей лоджии, в цветнике.

— Ну… Наверное, где-то к часу, — прикинула я свои способности к сну. — Так куда едем-то, к чему мне готовиться? — предприняла последнюю попытку выяснить хоть что-то про сюрприз.

— К кое-чему интересному, — он подмигнул, усмехнулся. — Будем на природе, погоду обещают классную, надо пользоваться.

— Только надеть не джинсы, ладно? — вынырнул из моей оранжереи Даниил, и я от его комментария только больше насторожилась, любопытство взвыло дурным голосом.

— Теряюсь в догадках, — не удержалась от ехидного комментария и сцедила зевок в кулак.

— Вот завтра и узнаешь, уже немножко осталось, — заверил Алексей и…

Подался вперед, придержал мое лицо за подбородок, и его губы легко, почти невесомо коснулись моей щеки.

— Спокойной ночи, — шепнул он на ухо и отстранился, пока я собирала себя в кучку и пыталась понять, что это было.

— С-спокойной, — пробормотала я ошалело, совершенно не ожидая таких прямо стремительных действий от обоих.

И что самое интересное и непонятное, никого оттолкнуть не хотелось. Место, где коснулись губы Леши, покалывало и пощипывало, пальцы прямо зудели от желания потрогать щеку, но я сдерживалась.

— Вот же ты хитрый, Леха, — весело, но беззлобно заметил Даниил, остановившись рядом с нами и засунув руки в карманы. — Урвал первый поцелуй. Теперь же ее врасплох не застанешь.

Я наконец очнулась, махровым цветом вспыхнуло смущение, а для прикрытия — возмущение.

— Та ну вас. Все, я спать, завтра встретимся, — решительно завернула беседу и выразительно глянула на обоих.

На всякий случай, осторожно сделав шажок назад и крепко сжимая кружку с чаем.

— Все, все, уже уходим, не переживай, — ухмыльнулся Даня и ухватил приятеля за локоть. — Леш, пойдем, и так надоели за сегодня.

Через несколько минут я осталась одна, с полным раздраем в душе и сумбуром в мыслях. Душ помог не сильно, и я понадеялась на сон, завалившись на кровать и на всякий случай поставив телефон на одиннадцать утра. Ну, мало ли, совсем разосплюсь, со мной иногда бывает, что даже десяти часов не хватает. Уф-ф-ф, и надеюсь, эротические фантазии мне сниться не будут.

Питер радовал ярким осенним солнцем и прозрачным, вкусным воздухом с едва заметным привкусом свежести. Я с наслаждением вдохнула его через открытое окно, чувствуя себя полностью выспавшейся и отдохнувшей. Проснулась даже раньше, чем завела будильник. Вот и славно, никуда не надо торопиться. От предвкушения и смутного предчувствия слегка подводило живот, и мысли нет-нет да возвращались к вчерашнему вечеру. Объятиям в машине. Мимолетному, но все же поцелую. Это такие вольности, которые я не каждому позволяла всего лишь на втором свидании, как бы смешно ни звучало. Может, для кого-то и нормально сразу вот так нарушать личные границы, но не для меня.

А тут… Более того, обычного отторжения от такого слегка наглого поведения парней я не испытывала. И вот это очень странно и несвойственно для меня, да. Обычно такое быстрое развитие событий ввергало в панику и заставляло искать пятый угол, чтоб спрятаться с головой и не допустить нарушения мною же возведенных стен. Я медленная и осторожная, это правда, но лично мне это не мешает. Поневоле станешь такой, когда всю жизнь сталкиваешься только с неудачами и ошибаешься в мужчинах. Кого-то это закаляет, кого-то, как меня, например, заставляет обиженно прятаться в раковину и привыкать к одиночеству, потому что так спокойнее и надежнее. Не больно от разочарований.

Пребывая в задумчивых мыслях, я открыла гардеробную в спальне и обозрела обширную коллекцию платьишек, преимущественно винтажного стиля. Ну любила я его, тем более теперь, в зрелом возрасте, он мне очень шел, тогда как раньше попытки надеть что-то такое выглядели мягко говоря не слишком. Нет, была и обычная одежда, но не так чтобы много. Судя по вчерашней просьбе Дани и замечанию Леши, мы скорее всего куда-нибудь гулять пойдем, только сомневаюсь, что в обычный парк. А может, Даниил снова фотик возьмет… Моя рука решительно потянулась к любимому наряду из тонкого вельвета насыщенного синего цвета, с длинной пышной юбкой до щиколотки. Воротник и рукава украшали двойные воланы, спереди — ряд декоративных пуговичек, а еще, я в дополнение приобрела как-то нижнюю юбку с кружевными оборками. Все вместе смотрелось отпадно, особенно с ботиночками на шнуровке и таким же длинным пальто красивого серо-сизого цвета. Жаль только, нечасто доводилось надевать, в школу обходилась обычной осенней курткой.

Я позавтракала в своей оранжерее, любуясь просыпающимся городом и радуясь, что солнце в квартире во второй половине дня — предпочитаю потрясающие закаты, чем рассветы. В начале первого начала потихоньку собираться, получив сообщение от Леши, что они выехали и будут у меня минут через сорок. Чтобы не волноваться больше, чем есть сейчас, и не думать, насколько нелепо выгляжу в своем наряде, уселась повышивать, и немного отпустило. И все равно, от раздавшегося звонка в дверь чуть не подпрыгнула, свернув напольные пяльцы. Поднялась, нервно заправила за ухо прядь и направилась к двери, постаравшись принять как можно более непринужденный вид.

Выдохнула, открыла дверь и тут же выпалила:

— Привет. Я уже практически готова.

— Ого, — в его голосе слышалось неподдельное восхищение, взгляд прогулялся по мне, от тапочек на каблучке, с помпонами, до вроде как небрежно уложенных кудряшек, с одной стороны подколотых заколкой. — Шикарно выглядишь, Айя. Прямо тургеневская барышня, тебе еще зонтик в руки и знаешь, такие смешные шляпы дамы носили, — он показал спереди над головой. — С ленточками и рюшами.

Не удержалась, фыркнула и закатила глаза, скрывая легкое замешательство.

— Капор называется, между прочим, — чуть посторонилась, пропуская его в коридор. — Так, я сейчас… — повернулась к нему, скинув тапочки, но договорить не успела.

Потому что попала прямо в объятия Даньки, оказавшись прижатой к сильному телу. Опс… Успела только коротко вздохнуть, широко раскрыв глаза, мысли суматошно пронеслись в голове. Этот же ушлый нахал всего лишь на несколько мгновений мягко прижался к моим губам, скользнул по ним языком и сразу отпустил, отступив на шаг и с откровенным интересом глядя на меня, чуть склонив голову. Ну нифига себе, шустрый, а.

— В общем, привет, — как ни в чем не бывало, произнес он. — Лешка внизу ждет.

Мне оставалось только выдохнуть-вдохнуть, отвернуться, скрывая пылающие щеки, и присесть, надевая обувь. Я молчала, пока мы не вышли из квартиры, не зашли в лифт, все никак не могла понять свое отношение к случившемуся и как себя держать с Даней теперь. Ну и пусть это тоже почти поцелуй, но ведь был же. Внутри все странно дрожало, и сердце то и дело срывалось с ритма, и я настолько углубилась в собственные переживания, что, когда плеча коснулась рука Даниила, чуть не подскочила. Мда уж, нервно утро начинается, ничего не скажешь.

— Обиделась? — осторожно спросил он, покосившись на меня. — Я слишком резко, да?

Уф-ф-ф. Невидимое напряжение в груди неожиданно отпустило, даже удалось вполне искренне улыбнуться уголком губ.

— Скажем так, это было внезапно, — так же осторожно ответила, тщательно анализируя собственные эмоции.

Признаваться в том, что слегка испугалась, не хотела. Это только мои тараканы, и я буду с ними разбираться, нечего вовлекать в них других.

— Ладно, проехали, короче, — решительно закрыла тему, тем более, лифт уже приехал на первый этаж.

Кстати, Даня тоже выглядел ничего так в длинном мужском пальто, свитере под горло и жилетке. Очень стильно и вполне под стать моему наряду. Мы вышли на улицу, подошли к джипу и загрузились — на этот раз к моему удивлению, передо мной распахнули дверь рядом с водительским сиденьем.

— Уступаю даме место, — Данька изобразил галантный поклон и усмехнулся, весело блеснув глазами.

Мне ничего не оставалось, как сесть рядом с Лешей. Он же, скользнув по мне взглядом, обронил:

— Шикарно выглядишь, необычно очень. Тебе идет.

Раньше комплименты от мужчин страшно смущали, и я не знала, как реагировать. Сейчас же… Да какого черта. Мне и правда нравилось их слышать от ребят. Обоих. И я улыбнулась в ответ, хотя все же немножко и смутилась.

— Спасибо. Так куда мы все-таки едем?

— В одно замечательное место, — не раскололся Лешка. — Тебе точно понравится, уверен.

Я закатила глаза и вздохнула.

— Конспираторы… Кстати, вот. А какова история появления великолепного Макса в вашей берлоге? — спросила давно зревший вопрос.

— Ну, у моих знакомых питомник куновский, они под Петергофом живут, — ответил Даня. — У них последний котенок оставался из помета, уже взросленький, полгода было. Они и подарили чисто по приколу, решили, что мне не помешает о ком-нибудь заботиться. Но Макс и сам о себе прекрасно заботится, — весело хмыкнул он.

— Эта зверюга с полным правом считает себя хозяином в доме, — подхватил Леша, выруливая по Дунайскому к Московскому шоссе. — У него есть любимое кресло, он требует каждый день прогулки два-три часа, не меньше, раз в неделю питается куриными сердечками, а еще, не поверишь, любит принимать ванну раз в месяц.

— В смысле? — уставилась я на него недоверчиво. — Он же кот.

— А купаться любит, — тихо засмеялся Даня. — Когда душ принимаешь, ломится в кабинку, так что дверь лучше не закрывать, поцарапает. У него когти как у орла, всех мышей переловил на нашем участке.

— У вас участок есть? Что, тоже один на двоих? — не скрывая ехидства, поинтересовалась, отметив, что мы сворачиваем на КАД.

— Ну как-то так вышло, — пожал плечами Леша. — Нам реально привычнее вместе все делать. Хочешь, в следующие выходные сгоняем? — предложил неожиданно он. — Честное пионерское, там никаких картофельных и клубничных грядок, и тем более, теплиц с огурцами и помидорами, — со смешком добавил он. — Исключительно лужайки, дорожки, парочка запущенных клумб, и деревья. А, еще баня и беседка для шашлыков.

О-о-о. Все, моя душа любительницы природы покорена с потрохами. Прямо все, что я люблю.

— А камин есть? А веранда? — уточнила на всякий случай, с безнадежностью понимая, что соглашусь ведь.

И плевать, что окажусь наедине с ними, и вокруг никого, и обстановка будет наверняка максимально романтичной… И фиг знает, чем эта поездка закончится. Одновременно стало и волнительно, и страшно, и немного не по себе: понятия не имею, что за неделю изменится, и к каким выводам я приду. Мы же даже еще не целовались-то толком, а я уже думаю о чем-то большем.

— Камин есть, и веранда тоже, — заверил Алексей. — Ну что, согласна? Поедем?

— Обещаю, приставать не будем, если сама не захочешь, — испортил всю романтику Даниил, буквально мурлыкнув на ухо и прижавшись к спинке моего кресла.

— Вот теперь я засомневалась, ехать или нет, — проворчала, слегка отодвинувшись и покосившись на него.

— Ага, так значит, все же собиралась? Все, Леха, заезжаем, — радостно подвел итог Даниил. — Ура. С нас шашлыки и гриль, с тебя хорошее настроение. Макса тоже берем. Так, теперь главное, чтобы никакой аврал не свалился, — в его голосе послышалась озабоченность.

— Скрести пальцы, — бросил ему Алексей.

Дорога заняла где-то минут сорок, мы съехали с КАДа на севере, за городом, и проехав еще немного по трассе, свернули на грунтовку прямо в лес. Я уже была заинтригована дальше некуда, а когда деревья внезапно расступились, явив старинный, заброшенный, но еще вполне сохранившийся особняк, чуть восторженно не запищала. Ну как… как они угадали-то? Я давно на это место облизывалась, видела шикарные фотки в сети, и мечтала добраться сюда с Настей, чтоб пофотаться вволю, но все как-то не выходило. Своим ходом сюда немножко проблемно, а машина из знакомых была только у Аськи, да.

— Прошу, леди, — Даня первым вышел и открыл дверь, протягивая мне руку. — Дача Фаберже, как тебе местечко? Там внутри еще кое-что сохранилось…

— Знаю, в сети видела, — перебила его, с восхищением оглядываясь.

Ярко-оранжевые клены красиво обрамляли особняк, скрадывая обшарпанность стен и разбитые стекла в окнах, здесь было тихо, шум с дороги практически не долетал. Леша тоже выбрался из машины, и в его руках я заметила футляр с фотиком, и окончательно уверилась в своих предположениях. Кажется, кто-то собирался осуществить мою мечту и устроить мне бесплатную фотосессию…

— Пойдем? — Даня потянул к особняку, к крепким, еще не рассыпавшимся дверям, чуть приоткрытым словно в приглашении.

И я вошла, почему-то затаив дыхание. Дальше началось словно погружение в другой мир: мы с Даней бродили по особняку, большому, с множеством комнат, и обвалившаяся лепнина и содранная штукатурка придавали странный шарм картинке. Большие зевы каминов, где еще сохранилась отделка, кое-где даже на потолке была заметна роспись. Когда-то это в самом деле был чудесный дом. Косые лучи солнца пробивались сквозь осколки стекол в окнах, создавая причудливый антураж, Леша уверенно командовал, где встать и как посмотреть. Мы почти не разговаривали, но это и не требовалось. Достаточно было взглядов Дани, его бережных прикосновений, когда держал за руку или приобнимал, и у меня аж мурашки по спине бегали, а от смутного предчувствия и непонятного предвкушения сладко сжималось в груди.

Я даже не заметила, как пролетели несколько часов, мы облазили особняк с первого до второго этажа, и снаружи тоже обошли, и только когда в животе призывно заурчало, я вынырнула из словно бы другой реальности. Времени перевалило уже за три часа, и сейчас я бы не отказалась от полноценного обеда с первым, вторым и десертом. Мы поехали в Зеленогорск, на берег залива, там вдоль трассы полно всяких ресторанчиков с видом на залив и террасами. Я решила, что красота требует некоторых жертв, да и не так уж и холодно было, и изъявила желание устроиться именно на террасе. Есть шашлыки и запивать их домашним вином оказалось потрясающе вкусно и романтично… Мы болтали о каких-то пустяках, и я напрочь позабыла о своих опасениях и тревогах, смеялась шуткам и, кажется, даже сама что-то рассказывала из своих учительских будней.

Перед отъездом Даня уговорил меня еще попозировать на фоне залива и заходящего солнца, хотя я, признаться, уже устала, но приятно — так отдыхать мне нравилось, когда впечатления и позитивные эмоции. На обратном пути я просто вырубилась и дрыхла всю дорогу обратно. На этот раз рядом сидел Лешка, а Даня — за рулем. Но мне было откровенно все равно, если честно, свежий воздух и шашлык сыграли свою роль, проснулась я уже во дворе собственного дома, когда стемнело. Испытывать мои нервы на прочность больше никто не стал, только Лешка легонько коснулся губами щеки, выпуская меня на улицу, и пожелал хорошего вечера.

А чуть позже, когда я уже сидела за компом и рассеянно лазала по форумам и проверяла сообщения, на почту пришло увесистое письмо, и пояснение в контакте: "Сделал фотки с прошлой пятницы. Любуйся. Ты очень фотогенична". Конечно, я сразу полезла смотреть, и залипла, завороженно рассматривая себя и Лешку. Это было… Черт, это было в самом деле классно. Несмотря на обработку, я выглядела так естественно, как только возможно, учитывая мою некоторую стесненность в поведении перед камерой. Естественная улыбка, взгляд, поза — я словно видела себя со стороны и в то же время не узнавала эту молодую женщину едва ли старше тридцати с хвостиком. А еще, на фото очень четко можно было заметить, как Леша смотрел на меня, особенно когда я не видела. Даня ухитрялся ловить такие моменты, что аж мурашки по телу бегали, и становилось жарко непонятно от чего. Словами сложно описать, но там был и задумчивый интерес, и какая-то непонятная нежность, от которой пылали щеки, и еще что-то такое, чему не подобрать название, но что пробирало до печенок.

На меня так никогда не смотрели мужчины. С постельным интересом — да. С нездоровым восторгом, как на некий идеал, поставленный на пьедестал — да. Равнодушно, даже брезгливо, бывало, но вот так — нет. Ох… Нервно вздохнув, я сбегала на кухню, сделала себе любимый вкусный чай, купленный на развес, и вернулась за комп. Конечно, там уже мигало сообщение от Настьки. "Ну, как выходные проходят?" И я потянулась за телефоном — эмоции требовали выхода, и общением в контакте не обойдешься.

— Мне сегодня фотосессию устроили, — сразу выдала я главную новость. — И фотки с прошлой пятницы прислали… А, и еще на следующие выхи пригласили за город в дом.

— О-о-о, поздравляю, подруга. И ты даже ни разу не испугалась и не придумала нелепую отмазку, чтобы не поехать? — таки не удержалась она от своего привычного ехидства.

— Нет, — буркнула я, бродя по своему цветнику и рассеянно трогая листочки и цветочки. — Там баня есть и шашлыки будут…

— Все, мужики купили тебя с потрохами, — натуральным образом заржала эта язва. — На тепленькое место и вкусное мясо. А вы втроем едете? — деловито уточнила она. — Или там толпа гостей еще в довесок?

— Втроем, — я почему-то покраснела, хотя Аська не могла меня видеть.

— Вау, — восхитилась подруга. — Я жду потом подробного отчета. А сегодня что было? Рассказывай давай, и тоже в подробностях, я жажду, — категорично заявила Настасья.

Ладно уж, меня саму распирало, как в старые добрые времена, когда про очередного кавалера я рассказывала восторженно и с придыханием. Только если раньше это были девичьи наивные мечтания, мимолетная симпатия, то сейчас… Мне правда нравилось вспоминать, перебирать картинки и эмоции, и снова переживать этот удивительный день. Утреннее хулиганство Даньки, наша прогулка, посиделки в ресторане… Это и правда было как глоток свежего воздуха, пусть и изрядный выход из зоны моего комфорта. И страшно, и интересно, и волнительно. И полное ощущение, что неудержимо несет огромной волной вперед, и вернуться уже при всем желании не получится.

Когда я закончила, Настя непривычно долго молчала.

— Знаешь, даже шутить не хочется, чтоб не сглазить, — непривычно серьезно произнесла она. — Вот честно, Ириска. Только не профукай все, а, я тебя прошу. Обещаешь?

— Слушай, ну ты же знаешь, я не даю никаких обещаний, — напомнила ей, вздохнув. — Не знаю, как там дальше пойдет, может, у меня ничего и не срастется больше, чем есть сейчас.

— Ага, конечно, — хихикнула Аська. — А то я не слышу в твоем голосе мечтательных ноток, коза. Самой же нравится. Или нравятся? — поддела она.

— Не дави на меня, вредина, — беззлобно огрызнулась я. — Мы вообще всего неделю знакомы. Насели, понимаешь, со всех сторон…

— Ладно, ладно, развлекайся там, короче, и держи меня в курсе, — миролюбиво закруглила наш разговор подруга. — Отдыхай, Ириска.

Дальше до самого вторника я в самом деле отдыхала. Надо признать, парни не проявляли навязчивости, но исправно желали доброго утра и спокойной ночи, а там само получалось, что по вечерам мы переписывались, создав беседу на троих. Следующая неделя началась спокойнее, чем предыдущая, а еще, она была последней перед каникулами, ура. Я, конечно, любила своих мелких, но от работы тоже устаешь, а у нас на каникулах царило негласное правило: кроме педсовета, на котором нужно быть обязательно, в остальное время просто распределяли, в какой день кто дежурит. Сидит в кабинете пару-тройку часов, а потом и домой. Люблю нашего завуча, хоть она временами и жутко вредная тетка.

Оценки я поставила еще в понедельник, и последние три дня мы с учениками как всегда смотрели фильмы и мультики на английском, только вот во вторник утром случилась неприятность: слетела чертова дверь в ванную. Она сделана книжкой, у меня коридор небольшой, и снизу вылетел штырек, а дверь тяжелая, я одна не подниму. Чертыхнулась и побежала на работу, оставив ее висеть, как была. Потом что-нибудь придумаю… Ну и да, думала о встрече с ребятами после обеда. А еще, поймала себя на том, что начинаю скучать. Как-то так незаметно получилось, что встреч пару раз в неделю и выходных мне стало мало. Как так вышло? Мы знакомы всего ничего. Лучше не буду думать, ну его.

А вот когда пришла в знакомую комнату, там ждал сюрприз: Леша и Даня уже сидели за столом, и перед последним лежала упаковочная коробка с красивым бантом. Едва я появилась, как он оглянулся, просиял улыбкой, взял коробку и поднялся, шагнув ко мне.

— Привет, — и я оказалась в крепких объятиях, слегка ошалевшая от такого бурного проявления чувств. Меня чмокнули куда-то в ухо, одарив россыпью мурашек, потом признались. — Я скучал, Айя. Вот, держи, это тебе. Клевая штука, — и Даня, отстранившись, протянул коробочку.

А когда я ее открыла, обнаружила часы. Те самые, в которых и телефон, и планшет, и счетчик пульса, и хрен знает, что еще понапихано. И стоил он, наверное, как вся моя зарплата, если не две…

ГЛАВА 7

— Эм… А это что такое? — осторожно спросила, разглядывая блестящий черный квадрат и кожаный ремешок.

— Часы, — гордо заявил Даниил и достал, потянувшись к моей руке.

— У меня есть, — показала на подарок родителей, обычные механические на браслете. — Куда мне вторые?

— Эти круче, на них и звонить можно, и пульс измерить, и даже в сеть выйти, — продолжал вещать Даня, ловким движением ухватив мое запястье. — А еще, можно подключить чайник, например, или плиту, чтоб включить через вафлю…

— Ты видел у меня дома что-то подобное? — я вывернула руку и на всякий случай отошла на шаг, спрятав ладонь за спину. — Дань, у меня обычная техника, не умная, — как можно мягче сказала, чувствуя себя жутко неудобно и отчего-то виновато.

Очень не хотелось обижать, но, с другой стороны, зачем мне бесполезный дорогой подарок? Чисто чтобы был? Я не из тех, кто гонится за брэндами, я как раз динозавриха, консервативно предпочитающая пользоваться техникой, пока она не помрет смертью храбрых сама. Не вижу никакого смысла тратиться каждые полгода на новый гаджет только ради моды, потому что "ну у всех же есть, чем я хуже?" Мне мериться дороговизной телефона или ноутбука совершенно нет резона, я себя прекрасно чувствую и без макбука или эппла. И поэтому принять подарок я ну никак не могла… А Даня может обидеться.

— Ну так можно купить умный чайник. Это же так удобно, приходишь домой, и сразу можешья чая горячего попить, — продолжал агитировать Даниил.

— Нет, прости, я не могу взять, — быстро проговорила и поспешно подошла к своему месту, мысленно взмолившись, чтобы уже кто-нибудь побыстрее пришел и этот балаган прекратился.

Сделала вид, что углубилась в учебник, и краем глаза заметила, как Данька даже шагнул ко мне, но тут одновременно в помещении появились еще ребята, и Алексей ухватил приятеля за руку. Вот и хорошо. И все равно, я чувствовала себя страшно неуютно от этой сцены, и гоняла по кругу мысли, не в силах отвязаться от дурацкого чувства вины. Ну не умею я принимать подарки, и выпрашивать их тоже. Даже с родителями только вот сейчас привыкла, что если хочу получить на праздник что-то не бесполезное, то лучше озвучить прямо, чего мне для счастья не хватает. Так проще будет всем. И вот сейчас понимаю, что, кажется, с мужчинами тоже это правило скорее всего сработает…

Урок прошел для меня как в тумане, признаться. Я что-то говорила, объясняла, давала задания, слушала. Даже спрашивала. Но противное ощущение не проходило, и на Даниила с Лешкой смотреть избегала, хотя отлично чувствовала на себе их взгляды. С паникой поняла, что через десять минут все разойдутся, и мы опять останемся втроем. Надо как-то донести до них, что ли, что компьютера вполне достаточно, я и так не могла отвязаться от легкого дискомфорта, глядя на серебристый прямоугольник девайса и представляя, сколько он может стоить. Но тут выбора особо не было, старый мой мне вряд ли вернут, так что, приходится привыкать. А с этими часами по-дурацки получилось. Вот ненавижу такие ситуации, чувствую себя полной дурой. И отказаться неловко, и взять стыдно. Кошмар.

Все-таки этот момент настал, когда все вышли, и мы остались одни. Я глубоко вздохнула, собрав вещи, и повернулась к парням, нашла взглядом Даню.

— Ладно, ладно, Айрис, — тут же поднял ладонь Лешка и встал. — Мы поняли, Данька с подарком не угадал, но хотел, как лучше.

— Это же клево, ну, — пожал плечами Даниил, убирая часы в коробку. — Ок, я просто сюрприз хотел сделать.

Вот тут меня просто накрыло. Может, пмс подкрадывался, может, просто сломанная дверь сказалась, и общая усталость. К горлу подкатил неожиданно ком, стало одновременно до ужаса стыдно и неловко, и обидно неизвестно, за что. За то, что на меня, похоже, тоже обиделись?.. Ну так если бы мой подарок отвергли, я бы тоже, наверное, обиделась… А вообще, всегда прислушиваюсь и присматриваюсь, и стараюсь или нейтральное что-то, или полезное в общем смысле, а не неведомую ебаную херню, как выражается иногда Настасья. Спросил бы, что ли… Прежде чем мыслить своими категориями. В общем, я психанула, молча схватила рюкзак и практически выбежала из помещения, опустив голову и обойдя стол с другой стороны, чтобы меня не поймали внезапно и не остановили.

— Айрис, — полетел в спину окрик, но я не остановилась.

Как-то вот накатило все сразу, и прошлые обиды тоже всплыли: почему я должна делать вид, что мне приятно, только потому что не хочу обидеть другого человека? Да кто он мне, родственник, брат, муж? Никто, в том-то и дело. И его проблема, что он не может нормально выбрать подарок девушке, пусть даже это банальные цветы или те же конфеты. Ведь не сам подарок важен, а внимание, прописная истина. Сколько раз в жизни приходилось вот так же натужно улыбаться и делать вид, что мне приятно, просто потому что сказать "нет" не позволяло воспитание? Да-да, я про постель, про нее, родимую, как бы жестко и пошло ни звучало. Я ж в юности была наивной и простой как три рубля, и частенько мой невинный флирт оборачивался сексом, которого вроде не очень и хотела, но раз уж как говорится, дошло дело, поздняк метаться.

И сейчас вся вот эта вот мутная волна всплыла огромным цунами, грозя смыть, я даже сама не ожидала, если честно. Пора, что ли, психологу сдаваться? Да где же его нормального найдешь… Пребывая в своих сумбурных мыслях, я даже не заметила, как вышла к лифтовой площадке и шагнула в лифт. А вот тут меня и догнали: понятное дело, что работающие здесь знают гораздо более короткий путь. Я нажала на единицу и повернулась к дверям, да так и замерла, как кролик перед удавом. Напротив стоял Леша и смотрел прямо в глаза, а его догонял Даня, оба одетые уже. Уф. Черт. Засада.

Они молча вошли, двери закрылись. Воздух в кабине стал вязким, плотным, я дышала с трудом, не зная, куда себя девать, и застыв изваянием, глядя прямо перед собой и ничего не видя. Да уж, взрослая, умудренная жизнью и придавленная опытом тетка, тоже мне. А со своими тараканами справиться не могу, позорище. Снова стало отчаянно неловко, и в горле встал ком, который я с трудом протолкнула, часто-часто заморгав. Еще не хватало тут разреветься до кучи, совсем здорово выйдет. Эй, не, если это пмс, то нечестно. Я же в выходные в баню собралась. Хотя, судя по происходящему сейчас, все вообще под вопросом…

Лифт приехал на первый этаж, никто густой тишины так и не нарушил, и шорох открывшихся дверей показался грохотом и лязгом. Только вот юркнуть мимо парней я не успела, меня технично поймали за ладонь, крепко сжав, и Леша спокойно и негромко произнес:

— Пойдем-ка, пообщаемся.

Блин. Чует моя жопа, вечер будет долгим… Пришлось выходить за ним, и проходя мимо Даниила я поймала его странно задумчивый и немного виноватый взгляд. По пути не разговаривали, пока не дошли до уютного маленького кафе "Суарэ" на перекрестке Жуковского и Восстания, в цокольном этаже. Полупустой зал, негромкая музыка, столики отделены друг от друга высокими перегородками — атмосфера здесь мне понравилась. А в углу нашелся даже столик на троих, куда мы и направились. Рядом со мной на диване устроился Леша, Даня сел напротив нас. Мы заказали по кофе, а я, покосившись на меню, мысленно махнула рукой и решила взять еще салатика, пусть он здесь и стоит аж триста рублей. Есть уж очень хотелось, на нервной почве. На оплату за меня счета я кое-как была согласна, тем более пятьсот рублей — это не пятьдесят штук. Мне даже дали спокойно поесть, правда, тишина все равно давила на уши, заставляя мысли лихорадочно крутиться в голове по кругу.

Наконец, пустую тарелку унесли, и в моих ладонях осталась только чашка кофе с потрясающе вкусным ароматом и пенкой, присыпанной корицей. Неожиданно на шею легла теплая ладонь, отчего я вздрогнула, пальцы мягко помассировали, и по спине прокатилась волна щекотных мурашек.

— Давай поговорим о том, что случилось, — спокойно произнес Леша, и пришлось подавить вздох. — Что не так, Айрис? Ты не привыкла к подаркам?

— Не к таким дорогим, — собравшись с духом, строго приказала себе не мямлить, будто мне шестнадцать, и я отвечаю перед строгими родителями, почему поздно вернулась домой. — Не люблю быть обязанной.

— Да ничем ты не обязана, — встрял Даниил с искренним возмущением. — Просто цветы и конфеты — это же жутко неинтересно и банально…

Я вскинулась и уставилась на него, нахмурив брови.

— Это для тебя банально, а для меня мы едва знакомы, и да, мне неловко принимать технику стоимостью в два раза больше моей зарплаты, — отчеканила, чувствуя, что снова начинаю злиться.

— Ш-ш-ш, — пальцы Леши снова успокаивающе погладили, и эмоции как по волшебству улеглись, захотелось откинуться и прижаться к его ладони. — Даня, я тебе сразу говорил, что не время, а ты уперся, как осел, — обратился он к другу, и тот — удивительное дело, — опустил взгляд и длинно вздохнул, вертя чашку с кофе между пальцами. — Айрис, если тебе нравятся цветы и конфеты, не вопрос, только скажи, — а это уже мне, гораздо мягче. — Понимаешь, согласен, у нас, скорее всего, немного разные понятия о том, как надо ухаживать, — на его губах мелькнула улыбка, — просто очень хочется сделать тебе приятное, и чтобы ты улыбалась. Нет никакой игры, Айрис, честно, — я покосилась на него и наткнулась на внимательный, серьезный взгляд карих глаз. — Расскажешь, что тебе нравится?

А у меня снова ком встал в горле, потому что… Я вообще не привыкла к такой заботе, да. И к подаркам, особенно от мужчин. Собственно, даже не представляла, что сказать в ответ на вопрос Леши. Неопределенно дернула плечами, гипнотизируя остатки кофе в чашке, и попробовала неловко пошутить:

— Может, остановимся на цветах и сладостях?..

От Алексея послышался вздох, и неожиданно он обнял, привлек к себе, несмотря на мое вялое сопротивление.

— А давай ты просто доверишься нам, Айрис? — сделал встречное предложение Леша, и его пальцы зарылись в мои волосы, мягко массируя. — Поверь, никто не пытается купить твою благосклонность, и тем более сделать тебя обязанной, честно. И никто не посягает на твою самостоятельность и независимость, Айрис, но просить иногда помощи, когда требуется — это вполне нормально, — добавил он, и это послужило последней каплей.

В носу предательски защипало, я сильно прикусила губу, сдерживая непрошеные слезы и не зная, как объяснить, что уже привыкла так жить, никого и ни о чем не прося. Проще самой сделать, правда. Может, в этом и есть какое-то болезненное стремление к независимости, но… жизнь научила, скажем так. А на самом деле в глубине души и правда хочется на ручки и шоколадку…

— Хорошо, я попробую, — пробормотала, с трудом сглотнув, и тут же добавила. — Только договорились, никакой дорогой техники без согласования со мной. И вообще вещей… всяких.

Знала бы, к чему приведет такое мое опрометчивое требование… Я ж, наивная, до сих пор считала, что ухаживания — это прогулки, кафе-рестораны, ну может, мероприятия какие-то, кино там, например, музэи, как говаривала моя интеллигентная бабуля.

— Хорошо, пока без всякого такого, — глаза Даниила хитро блеснули, на губах появилась усмешка. — Раз ты считаешь, что мы все еще едва знакомы. Все, мир? — он протянул через стол руку.

— Мир, — согласилась я, всего мгновение поколебавшись.

Засиживаться не стали, и у меня, и у ребят завтра работа — у них там новые проекты. А когда меня довезли до дома, то я, поколебавшись, решилась все же признаться, прежде чем выйти из машины:

— У меня там дверь слетела в ванную…

Надо же тоже учиться делать шаги навстречу. И для меня это была маленькая победа, что я все-таки попросила о помощи, даже в такой мелочи. А пока парни разбирались с моей многострадальной дверью, я на скорую руку сделала макароны по-флотски — может, не ахти какое блюдо, но вкусное и нажористое, как раз вчера фарш достала размораживаться. Стоя у плиты, поймала себя на странном чувстве, что… мне нравится вот так готовить, хлопотать, зная, что ужин не пройдет в одиночестве, резать простенький салатик из огурцов, помидоров и листьев салата со сметаной. Заваривать вкусный чай не в чашке только себе, а достать красивый керамический чайник, пылившийся на полке в шкафчике с моими богатствами. В какой-то момент в груди стало тесно от эмоций, и пришлось спешно дышать, успокаиваясь и приходя в относительную норму.

К моменту, когда я все выставила на стол, ребята как раз закончили.

— Ого, как все вкусно, — Даниил окинул голодным взглядом стол. — Айя, ты волшебница, за полчаса сделать такую красоту.

А я внезапно смутилась от очередного комплимента, и хотела по привычке отмахнуться, но… Какого черта. Меня же заслуженно похвалили, так почему бы искренне не порадоваться? Сколько можно занижать свои достоинства, в конце-то концов, Ириска.

— Я люблю готовить, — честно призналась, присев на свободное место за столом. — Собираю всякие интересные рецепты, по выходным балую себя. Приятного аппетита, — с улыбкой пожелала, наблюдая, как гости наворачивают нехитрое блюдо.

Оказывается, смотреть на то, как голодные мужчины уплетают твою стряпню, это очень приятно, черт возьми.

— О, это к нему, — немного невнятно проговорил Даня и ткнул вилкой в Алексея. — Этот маньяк от кухни тоже балуется время от времени всяким.

— Ну я больше по мясу, стейки там, шашлыки, маринады всякие, — уточнил Леша и подмигнул. — Так что, в выходные задегустируешь. Кстати, вот что хотел предложить, давай, ты у нас в пятницу переночуешь? — неожиданно предложил он. — Чтобы не мотаться туда-сюда лишний раз? У нас дом на севере, под Лосево, выезжать удобнее от нашей хаты.

Внезапно. Отчего-то от этих слов обдало жаром, зашевелилось смущение, и я замешкалась с ответом.

— У нас комнат много, приставать не будем, честно, — добавил сумбура в мои эмоции хулиган Данька, тоже нахально подмигнув. — Если только сама не попросишь.

— Хватит смущать, Дань, — оборвал с легкой укоризной Леша. — Ты порой перегибаешь палку в своих шутках.

— Понял, не дурак, дурак бы не понял, — тут же повинился тот и даже поднял ладони. — А предложение дельное, в самом деле, в пятницу заедем, ты соберешься, и можем даже сразу вечером и махнуть, м?

— У тебя же, кстати, каникулы со следующей недели, да? — проявил хорошую память Леша. — Ну или поедем в субботу и зависнем до понедельника, или когда тебе на работу?

Я выдохнула и постаралась унять нервы — на самом деле, так и правда будет удобнее, если подходить с рациональной точки зрения, а не эмоциональной. Но это не отменяло подскочившего пульса и волнения, сдавившего грудь.

— Нет, нам не надо каждый день ходить, — ответила я на последний вопрос, не поднимая взгляда от тарелки. — Хорошо, я подумаю, — ответила дежурную фразу, когда не хотелось брать ответственность на себя.

Хотя и так знала, что, конечно, соглашусь. Когда парни доели, я убрала все в посудомойку и проводила их, и даже не отшатнулась, когда они по очереди наклонились поцеловать меня в щеку. Так, только сердце екнуло, да пульс подскочил от волнения.

Следующие дни до пятницы прошли спокойно, в штатном режиме. Мы переписывались, я подбивала все дела в школе перед каникулами и конечно же, мечтала о предстоящей поездке, стараясь не слишком нервничать и не придумывать себе ничего… такого. Лишнего. Нет, понятно, что что-то будет, вряд ли приятели будут паиньками, но до серьезного точно не дойдет, в этом я почему-то не сомневалась. Несмотря на симпатию, не готова еще, нет. Не так быстро. Тем более, определиться пока не получалось, мой интерес делился ровно между обоими. Данька с его бесшабашностью и непредсказуемостью заставлял постоянно держаться в легком напряжении, что еще выкинет его фантазия, и вместе с тем, мне нравились сюрпризы и нестандартный подход Даниила к некоторым вопросам. А Леша притягивал спокойствием и надежностью, умением осаживать друга, когда тот зарывался, и держать все под контролем, обстоятельно разбираться, прежде чем делать выводы. И это тоже подкупало, да, умение делать поступки, а не трепаться почем зря. Уф…

В четверг вечером я заранее собрала сумку на три дня — на каникулах мне поставили дежурство как раз на вторник, когда у меня занятие в офисе. Давно никуда вот так не выбиралась, поэтому сборы заняли часа два точно. Я пыталась понять, что брать, чтобы по дому ходить — в результате, остановилась на домашнем плюшевом костюме с мордой кошки спереди. Конечно, любимая ночнушка в викторианском стиле, из нежного кружева и мягкого трикотажа, свободная, с присобранным воротом и кокетливой ленточкой, завязанной спереди бантиком. Купальник — баня прямо манила, даже чудился вкусный аромат нагретого дерева. Разглядывая купленное пару лет назад бикини красивого бело-синего цвета, с пикантными завязками на плавках и съемными лямками, я скривилась и вздохнула. Ну да, тогда была стройнее, чем сейчас… Сейчас же — складки на боках, не критичные, но заметные, отчетливый животик, расплывшиеся бедра и талия… Не девушка, не девушка, мягко говоря. Эх, где мои двадцать-то. Ладно. Замотаюсь в полотенце и нормально будет. А там, может, и выкрою денег на абонемент в спортзал.

Поставив сумку сразу в коридор, я отправилась спать. Утром, умывшись, не забыла сунуть щетку с пастой, иначе вечером в суматохе точно оставлю. Ну, кажется, все. Три дня без полива моя оранжерея переживет, налью в блюдца воды и нормально. Тем более, сейчас осень, и солнце уже не так печет, да и сегодня вон тучки на небе, так что, не страшно. И я отправилась на работу. Пять уроков пролетели быстро, а когда поехала в офис, отчего-то пришла странная уверенность, что сегодня Данька точно очередной сюрприз преподнесет. Надеюсь только, в этот раз он будет приятный.

Поднявшись в уже знакомое помещение, оказалась права: меня там ждали. А еще, на столе стоял приличных размеров бумажный пакет, и судя по довольной улыбающейся физиономии Дани, снова его инициатива. Я скрестила руки на груди и выгнула бровь, выразительно посмотрев на него. Он же, ничуть не смущаясь, кивнул на пакет и хитро прищурился.

— Посмотри. Честное слово, никаких дорогих и ненужных гаджетов, — заверил он, а Леша только усмехнулся, покачав головой.

К пакету я подходила с некоторой опаской, надеясь только, что там не котенок. Все же, к живности дома пока еще не готова, это слишком ответственный шаг. Осторожно заглянула… И замерла, хлопая ресницами. В специальной подставке стояли шесть торфяных горшочков, в которых красовались кустики с разноцветными пестрыми листьями: красно-зелеными, бело-зелеными, нежного розового и зеленого, светло-зеленые и темно-зеленые… Листья были круглые, классические, с острыми выступами, сами кустики высокие, низкие, пушистые, и всего несколько веточек. Рядом аккуратно переложенные упаковочной бумагой шесть горшков под них, и упаковка земли.

— Это фиттонии, они классные, и почти не требуют специального ухода, только поливать каждый день и не держать на прямом солнце. Некоторые из них цветут даже. А вообще, они просто яркие и здорово поднимают настроение, — произнес гордо Даня и поставил брови домиком. — Угадал?

Хмыкнула и покачала головой, невольно улыбнувшись.

— Угадал, угадал, — заверила, прикинув, где у меня на лоджии есть еще место под подарок. — Спасибо, — я взяла пакет и отнесла к столу, потом не удержалась и все же добавила с легким ехидством. — Хорошо, это не какая-нибудь лютая экзотика.

— Ну я же не совсем дурак, умею учиться на своих ошибках, — весело отозвался Даня.

Тут начали приходить остальные, и наш занимательный диалог стих. Полтора часа промчались быстро, и вскоре мы уже ехали ко мне, собираться за город.

— Так что, на три дня поедем? — уточнил Алексей, остановившись на светофоре.

— Ага, мне на работу во вторник, — как можно спокойнее ответила, хотя внутри все замерло от неясного предчувствия, волнение защекотало в животе.

— Отлично, — Даниил с воодушевлением потер ладони. — Правда, поработать все-таки придется, подвалил тут заказ один, — он поморщился.

— Ну посидишь пару часиков с ноутом, проблем-то, — пожал плечами Леша. — Сеть там есть, нормальная.

— Ну да, а вы в это время будете чем-нибудь интересным без меня заниматься, — беззлобно проворчал Данька, и я почему-то покраснела.

Нет, не буду признаваться, о чем подумала, и нет, я не пошлая… По пути мы все же постояли немного в пробках, но по КАДу добрались вполне быстро, я сразу отправилась переодеваться, а Даниилу дала поручение заняться цветами и пересадкой. Надо же пользоваться моментом и учиться просить помощь. На дорожку мы все-таки по-быстрому перекусили драниками, я подхватила сумку, сунув в последний момент мой ноут, огляделась, проверяя, не забыла ли чего, и мы вернулись в машину. По пути заехали в гипермаркет, оказывается, Леша даже список составил, чем удивил несказанно, что существенно сэкономило время. А вот за пивом и вином мы посетили какой-то особенный магазин, где по словам парней продавали хороший, качественный алкоголь. Пиво еще и на разлив, что очень порадовало: бутылочное и баночное я давно не пила, у меня от магазинного сразу голова дико болеть начинала.

Наконец, где-то к девяти вечера мы поехали домой к ребятам. Элитный жилой комплекс на Черной Речке, с шикарными видами, огороженной территорией и будкой с охранником. Я притихла на заднем сиденье, стараясь не думать, сколько здесь может стоить жилье и пытаясь представить, как выглядит берлога Леши и Дани. С одной стороны, почему-то виделись картинки двух рабочих столов, заваленных всяким хламом, заляпанная клава, где между кнопок чуть не мох растет, батареи пустых банок из-под энергетиков, и все такое. С другой, вряд ли настолько все критично, как правильно сказала Настя, это не сисадмины вульгарные, а уровнем повыше.

Леша поставил машину на стоянку, мы выгрузились, парни подхватили пакеты и направились к ближайшему корпусу.

— Достань ключи, — Леша повернулся ко мне боком и отвел руку, занятую покупками.

Я выполнила просьбу, приложила таблетку к домофону, и через мгновение любовалась холлом под стать какой-нибудь дорогой гостинице. Натертый до блеска пол, приглушенный свет, несколько зеркал и кадок с фикусами, отдельная комнатка для вахтерши. Мы вежливо поздоровались и поднялись на лифте на пятнадцатый этаж, вышли на площадку — тут было только три двери, две с одной стороны, и одна — в другом углу. Леша поставил пакеты на пол и забрал у меня ключи, открыв одну из двух дверей.

— Добро пожаловать в нашу пещеру, — весело заявил он, распахнув створку, и чуть громче добавил на английском. — Хэй, Гугл, свет.

И… Черт возьми, в коридоре зажегся мягкий рассеянный свет из точечных светильников в потолке. Епт, умный дом, что ли? А-фи-геть, аднако… Я шагнула через порог, гадая, какие еще сюрпризы тут поджидают, только даже не представляла, как все на самом деле, ну, не запущено, но совсем не соответствует моим представлениям о программерах, описанных Настькой.

Коридор представлял собой просторное помещение неправильной формы с тремя дверьми, почти сливавшимися со светлыми стенами, и с вставками из матового стекла. Стандартная прихожка, купленная где-то или в каком-нибудь мебельном гипермаркете, или в Икее, тоже светлая, на потолке точечные светильники, дававшие мягкий свет. Парни поставили пакеты, Леша махнул рукой в сторону дверей.

— Там кухня и туалет, в кухню есть вход из гостиной. Давай куртку, — он аккуратно помог мне избавиться от верхней одежды, достал тапки — слава богу, обычные, без изысков.

А вот когда Даня облачился в уже знакомые розовые слоны, я почему-то ни разу не удивилась, только хихиканья не сдержала.

— Ну что? Они мягкие и удобные, — тут же вскинулся любитель необычных тапок и снова взял пакеты. — Я на кухню, в общем.

— Пойдем, экскурсию проведу, — предложил с улыбкой Леша и распахнул передо мной третью дверь.

За ней оказался коридор, в нем еще две двери, и в конце — арка, за которой виднелось еще одно большое пространство, подозреваю, гостиная.

— Тут наш с Данькой рабочий кабинет, — за первой дверью оказалась еще одна просторная светлая комната с большими окнами и роликовыми шторами.

Вид отсюда открывался фантастический, на центр, Каменный остров, речку. Кабинет оказался спартанским, но весьма специфическим. Два стола у стен напротив, на столах по паре здоровых мониторов, больше похожих на плазменные телевизоры, клавиатуры с подсветкой, два удобных даже на вид, эргономических кресла. При этом никаких пустых банок, коробок из-под пиццы и засохших тарелок, и странных непонятных железок, как я себе нафантазировала. Еще у стены с дверью стоял высокий стеллаж, там какие-то книги, папки, непонятные штуки, видимо, нужные по работе. Собственно, все, больше здесь ничего не было. Ощущение, что отделкой особо никто не заморачивался, нейтральные светлые обои, такой же ламинат, мебель тоже стандартная, заточенная чисто под компьютеры.

— А зачем два монитора? — слегка растерянно спросила я, покосившись на Лешу.

— Ну, так удобнее, — пожал он плечами и потянул дальше.

Следующую комнату отвели под гардероб, судя по паре шкафов-купе и зеркалу на стене. Ну да, много ли двум мужикам надо, на самом-то деле. Дальше — та самая гостиная, и вот она уже была интереснее. Панорамное окно, выходившее на террасу, поразило до глубины души, и я пожалела, что сейчас осень и холодно. Так захотелось выйти туда, оценить виды… Здесь тоже все было минималистично: посередине необъятных размеров угловой диван песочного цвета, на стене — еще одна здоровенная плазма, больше похожая на средних размеров экран, слегка изогнутая. Ее Лешка тоже включил голосом, и я заметила небольшую колонку, стоявшую на журнальном столике под плазмой, и весело мигавшую разноцветными огоньками. У окна тянулась самая настоящая стойка, и я пришла в полный восторг, уже представляя, как тут клево по утрам пить кофе…

Кроме дивана еще имелись такие смешные разноцветные кресла-мешки, они стояли вдоль стены, и я не сразу поняла, что это такое. У другой стены тянулся книжный шкаф, но полки там были наполовину пустые, и книги, как отметила, все больше специфические или научная фантастика. Обратила внимание на собрание Стругацких, про себя поставила большой плюсик в карму.

— Кто читает? — кивнула на книги.

— Я иногда, годно пишут, — Лешка стоял рядом, засунув руки в карманы, и наблюдал за мной, как я брожу по комнате и все осматриваю. — Данька прикалывается над тем, что ваяют нынешние литрпгшники, ну, кто по игрухам типа книги пишет, — он фыркнул. — А так, особо-то и некогда читать, — он пожал плечами.

— Я еще детективы люблю, — раздался из кухни голос Даниила — ага, вон та дверь, про которую говорил Леша. — Не надо из меня тупого технаря делать, эй, — возмущенно добавил он. — И про цветы тоже люблю читать.

Его приятель усмехнулся, поиграл бровями, потом повел меня дальше.

— Ванная, — коротко обозначил еще одно помещение, распахивая передо мной дверь в коротком коридорчике из гостиной мимо кухни.

О-о-о. А вот тут я, признаться, зависла второй раз. Потому что ванна по размерам была не меньше моей кухни, и ох, как тут можно было бы развернуться, потому что в ней имелось окно. Только парни и в этой комнате обошлись чистым минимумом: душевая кабинка, санузел, раковина, обычная ванна. Правда, на бортике последней обнаружились три черных уточки, стилизованных под… персонажей Бэтмена, с надписью: "Йокер". Мои брови поползли вверх, я оглянулась на Лешу.

— А это что такое? — переспросила, сдерживая рвущийся смешок.

— А, с конференции, там такие бесплатно раздают, — махнул он рукой и хмыкнул. — Можешь не сдерживаться, сам знаю, как это выглядит.

Я и хихикнула, снова покосившись на уточек, а потом опять оглядела ванную. Черт, мое воображение заработало, выдавая роскошные картинки, как можно тут все обустроить… И с печатью на плитке, и с объемным полом, и со всякими красивостями… Если бы это была моя квартира, и если бы у меня имелись на все это деньги.

— Неплохо, — я нейтрально улыбнулась, оглянувшись на Алексея, стоявшего в дверях. — Окно в ванной — классный ход.

Наверное, что-то на моем лице все же отразилось, потому что Лешка вдруг негромко сказал:

— Мы с готовой отделкой покупали, лень было с ремонтом заморачиваться, нам и так хватает. Хочешь тут что-нибудь переделать по своему вкусу?

Мои глаза стали квадратными, а сердце некстати екнуло, подскочив к горлу. М-м-м, это что, прозрачный намек на то, что я по-любому тут жить буду, что ли?

ГЛАВА 8

Я растерялась на несколько мгновений, судорожно соображая, что ответить, и пытаясь понять, насколько серьезно сейчас сказал Леша, но положение слава богу спас Даня, вовремя заглянув и известив:

— Так, экскурсовод хренов, я там все разложил, иди мясо свое фирменное готовь, я покажу Айе остальное, — и бесцеремонно отодвинув друга, Даниил зашел и взял за руку, потянув за собой.

Дверь в его половину квартиры как раз вела из коридорчика — изначально здесь был тупик, как поняла. За ним находилась такая же просторная гостиная, и почти с такой же минималистичной обстановкой, большим диваном, здоровенной панелью на стене и под ней на консоли — как поняла, какая-то навороченная приставка, даже с рулем. Внутренне поморщилась: игроманов не любила… Но надеюсь, это лишь способ расслабиться иногда, не зависать по целым дням, гоняя машинки или танчики, или что там нынче популярно.

— Это симулятор, иногда любим с Лехой погонять на трассах, — подтвердил мои догадки Даня. — А там мой уголок релакса, — с неприкрытой гордостью сообщил он и махнул рукой в сторону лоджии.

Вот туда я ринулась чуть не бегом, желая воочию увидеть необычное место, и потерялась, едва перешагнув порог. Тут было влажно, стояли два больших увлажнителя по углам, ну, точнее, я так поняла, что это они — дизайн более чем футуристический. Буйство зелени самых причудливых форм и расцветок, и — плетеная мебель, на которую так и тянуло опуститься. И тут было тепло, в отличие от моей лоджии, я у себя включала обогреватель зимой, чтобы мои зеленюшки не замерзли.

— Как тут офигенно, — выдохнула, медленно идя вдоль полок и подставок, рассматривая коллекцию Дани.

— Ага, — так же тихо отозвался он, стоя в проеме и прислонившись плечом к косяку.

Наши взгляды на мгновение встретились, и я отчего-то вздрогнула, изнутри плеснуло горячей волной, и пришлось поспешно отвернуться, чтобы скрыть вдруг вспыхнувший румянец.

— Я тут отдыхаю, когда очередной проект заканчиваю, — обронил Даня, и я осознала, что он стоит буквально за моей спиной.

Горячие мурашки лавиной скатились до самой поясницы, отчаянно захотелось качнуться назад, прислониться, и чтобы обнял… От предвкушения и какой-то щемящей нежности сдавило грудь, и я зачем-то поспешно шагнула вперед, разрывая контакт. Ткнула в первое попавшееся растение и спросила:

— А что это?

— Росянка, — хотя ответил Даня невозмутимо, показалось, в его голосе проскользнули едва уловимые насмешливые нотки. — Питается насекомыми, хищное растение. А вот башмаки мои, этот как раз зацвел буквально день назад, — его рука протянулась из-за моего плеча и показала в дальний угол, где и правда виднелся весьма экзотического вида цветок, как помнила из объяснений парня, орхидея вида башмачков.

Мы еще побродили по оранжерее, и пошли дальше. У Даниила была такая же ванная, как у Леши, а оставшиеся две комнаты — спальни с обычными широкими кроватями, видимо, все из той же Икеи.

— Тут я сплю, тут иногда гости, — коротко обрисовал он, махнув рукой. — Еще одна кухня есть, но я почти ею не пользуюсь, разве что изредка. Вообще, конечно, надо бы все-таки что-то придумать с интерьером, — протянул он, почесав в затылке, и слишком уж задумчиво покосился на меня.

— А я кухню еще не видела, — поспешно произнесла и заторопилась обратно.

Если еще он предложит заняться перепланировкой и обновлением ремонта, разнервничаюсь окончательно. Я, между прочим, ничего еще не решила, так-то. Просто согласилась за город поехать…

Из Лешиной кухни доносилась ненавязчивая музыка, а когда я завернула туда, увидела все ту же стандартную сборную мебель, только вместо отдельного стола посередине просторного помещения красовался цельный остров со столешницей из натурального камня и деревянными стульями вокруг. Сверху имелась подсветка, давая мягкий рассеянный свет, Лешка колдовал над маринадом. Я уставилась на подозрительно оранжевый… сок, наверное, который он сливал как раз в раковину, и не удержалась, спросила:

— Это что такое? Никогда не слышала, чтобы мариновали в соке.

— О, это фирменный рецепт, — весело отозвался Алексей, развернувшись к нам и поставив тазик с мясом на столешницу. — Двухфазный, сначала апельсиновый сок, свежевыжатый, причем, а потом — сливки. Получается нежно, сочно и вкусно, — он поднял палец, потом взял упаковку сливок и залил в тазик. — Завтра заценишь.

— Ты как, голодная? — тут же нарисовался рядом Даниил, его ладонь ненавязчиво легла на талию, а теплое дыхание пощекотало щеку. — Могу предложить вонтончики на быструю руку, с креветками, или можно пиццу заказать.

Вьетнамские пельмени меня прельщали больше, а еще, близость Дани взволновала и заставила пульс подскочить. Так что, я воспользовалась предлогом и поспешно шагнула к шкафу, потянувшись к дверцам.

— Давай пельмени. Где тут у вас тарелки?..

Странное, слегка пугающее ощущение, когда я помогала накрывать нехитрый ужин. Одно дело, когда хлопочешь на своей кухне, собираясь кормить гостей, и другое — когда в гостях ощущаешь себя, как дома. А еще, перед глазами вертелись настойчивые картинки, как бы я тут в самом деле все устроила, убрала этот безликий казенный интерьер. Понимаю, парням в самом деле, наверное, так удобнее жить, много ли им нужно, но я же девочка, мне надо гнездо и уют… Поймала себя на этой мысли, что уже думаю так, будто на полном серьезе собираюсь переезжать сюда, и шарахнулась от этой мысли, чуть не выронив тарелку. Хорошо, Даня молча подхватил, не задавая лишних вопросов.

Пельмени сварились быстро, мы сели за стол, приступив к позднему ужину.

— Так, ну, в общем, думаю, завтра как проснемся, так и поедем, — предложил непринужденно Леша, покосившись на меня, и я тут же чуть не выпалила самый главный вопрос: где я буду спать?

И, кстати, где еще один житель этой бесконечной на мой взгляд квартиры? Спрятаться тут определенно негде… Словно в ответ на мои мысли в кухню прошел… Кот. Нет, не так: Сэр Кот собственной персоной. Я аж забыла, что несла вилку ко рту, уставившись на зверюгу ростом с небольшую собаку, со здоровыми желтыми глазищами, абсолютно черного, с роскошным хвостом-пальмой и очаровательными кисточками на кончиках ушей.

— О, Макс, привет, явился на запах еды? — хмыкнул Леша и поднялся.

Котище с царственным видом подошел к своим мискам у стены и сел в позу статуэтки, обернув хвостом лапы и терпеливо дожидаясь, пока ему дадут еды, при этом с отчетливым интересом поглядывая на меня. Пальцы зачесались погладить, но не покидало стойкое ощущение, что сначала нужно вежливо поинтересоваться у сэра Макса, а не против ли его светлость, что мои грязные конечности коснутся его роскошной шубки. Чуть не заржала над собственными мыслями, шикнув на себя же. Думаю, успеется еще погладить, надеюсь, котище на самом деле не будет против.

Мы все занялись ужином, и я не утерпела, спросила-таки вопрос, вертевшийся на языке:

— Слушайте, а вас не подозревают в этой, неправильной ориентации? Ну, раз вы живете вместе практически, квартиры общие сделали… — я покосилась на парней, надеясь, что не наступила на больную мозоль.

Они же переглянулись и самым натуральным образом заржали.

— Ну что, пра-а-ативный, — манерным тоном произнес Даня, захлопав ресницами, и сложил губы бантиком. — Поцелуешь меня на ночь?

— Щас, красавчик, — ухмыльнулся Леша и послал ему воздушный поцелуй, потом нормальным голосом сказал. — Прикалывались поначалу, конечно, но нам пофигу. Мы просто привыкли, что все время рядом, — он пожал плечами. — В неправильном поведении ни разу не замечены, так что скоро отстали с шуточками на эту тему.

С ужином мы закончили быстро, Макс в том числе, а потом переместились в гостиную у Леши. Поскольку время было еще не совсем позднее, встал вопрос, чем заняться.

— Предлагаю выяснить, насколько сходятся наши интересы в видеопродукции, — предложил Лешка и плюхнулся на диван, похлопав рядом с собой. — Падай.

Мелькнула малодушная мыслишка устроиться на одном из кресел, чтобы не создавать провокационных ситуаций, но меня уже ухватили за руку и мягко потянули вниз, в глазах напротив плескалась едва уловимая насмешка.

— Я не кусаюсь, честно, — Леша усмехнулся, словно угадал, о чем я думаю. — И грязно приставать тоже не буду.

Почему мне показалось, что в воздухе повисло словечко "пока"? Чувствуя, как вспыхнули щеки, я все же опустилась рядом, ощущая себя немного скованно. А когда с другой стороны сел Даниил с невозмутимой физиономией, внутри заполошно заорал внутренний голос: "Окружают, демоны" Леша так и не выпустил моих пальцев из своей ладони, а Даня заложил руки за голову, с явным удовольствием развалившись на диване и подложив под спину подушку.

— Ну, с чего начнем? — бодро спросил он, покосившись на меня, подложив одну ногу под другую.

Очень хотелось сбросить тапки и с ногами забраться, но тогда придется прислониться к Леше… Черт. Не стоило об этом думать, потому что сразу стало ужасно неудобно сидеть, и я неосознанно заерзала, пытаясь усесться поудобнее.

— Да забирайся уже, — с тихим смешком обронил Леша, чем снова вогнал меня в краску.

Хорошо, свет в гостиной был приглушенный, тоже кстати включавшийся голосом, и поскольку с ходу я отмазку не придумала, пришлось сбросить тапки и залезть с ногами. Чем, конечно, Алексей сразу же воспользовался, обняв и подтянув к себе. Тело тут же облило жаром, внутри все трепыхнулось, сладкое томление перемешалось с тревожным волнением, и горло перехватило. И вместе с тем стало так уютно, и удобно…

— Дама выбирает первой, — Даня с широкой улыбкой протянул мне пульт. — Тут уже все настроено, листать эта кнопочка, — он показал, какая.

Ого, удобно, когда телек к инету напрямую подключен. У парней был прямой доступ к одному из телесервисов, набирающих сейчас популярность, и фильмы можно смотреть бесплатно в хорошем качестве, что несомненно радовало. Я же лихорадочно соображала, что такое выбрать, чтобы зашло нам всем. Ясное дело, не про любовь, это я для себя оставлю. Какой-нибудь экшен, или фантастику, что ли… Так, что там мне говорили про увлечения? Кажется, парням гонки нравятся? Ну тогда попробуем с "Форсажа", думаю, они оценят тамошние трюки. Даже если смотрели, я так лично с удовольствием еще раз полюбуюсь на брутального Вина Дизеля, он хотя бы играет без лишнего пафоса и с удовольствием. И я решительно нажала на выбранный фильм.

— О, я видел, там тачки классно гоняют, — оживился Даня, и… в следующий момент его ладонь уверенно легла на мою лодыжку, опрометчиво оказавшуюся слишком близко от его ноги.

Еще и большой палец осторожно так, мягко погладил, заставив нервно дернуться. Я уже открыла рот, чтобы огрызнуться, маскируя подскочившее волнение, но тут отозвался Леша, с интересом глядя в экран.

— Ага, что-то такое слышал, но не смотрел. Заценим, — с предвкушением добавил он, делая вид, что ну ничего не замечает.

Ну конечно. Можно подумать… Сговорились, блин, или думают одинаково, а я тут запуталась в эмоциях и собственных сумбурных ощущениях. Вроде приятно, а вроде и… ну, двое же. И вроде как никто ничего опасного не делает, ну обнимает один, второй щиколотку гладит, и все равно, в животе скрутился тугой ком и никак не хотел рассасываться.

— Ладно, расслабься уже, — негромко вдруг сказал Лешка и в следующий момент легко чмокнул в макушку, потянув к себе и вообще укладывая на грудь. — Никто не собирается набрасываться на тебя прямо щас, — с тихим смешком добавил, и щекам снова стало жарко.

Расслабиться хотелось, очень, потому что, если отбросить мои судорожные метания и странную ситуацию с двумя мужчинами рядом, прикосновения не были неприятными. Было тепло, уютно и хотелось свернуться калачиком и замурлыкать… И тут на диван бесшумно запрыгнул Макс. Я, признаться, едва не подскочила от неожиданности, сердце нервно метнулось к горлу, и пришлось сделать несколько глубоких вдохов-выдохов, унимая расшалившиеся нервы. Макс же вальяжно прошелся по коленям Дани, подошел ко мне, окинул внимательным взглядом желтых глаз, потоптался и улегся, использовав уже мои коленки, как удобную опору. После чего прижмурился, накрылся хвостом и басовито затарахтел, да так, что вибрация аж дивану передалась. Парни уставились на кота с одинаковым озадаченным выражением, а моя рука сама потянулась почесать, запустить пальцы в шелковистую, пушистую шерсть. Я замерла от восторга, даже дыша через раз и мигом забыв про все страхи, котище оттянул на себя все внимание.

— Вот подлиза, — с чувством произнес наконец Даня. — К нам фиг пойдет, только когда жрать с утра хочет, начинает топтаться.

Я хихикнула и наконец с наслаждением запустила конечность в черную шубку, и, кажется, их великолепие против совсем не были. Положив массивную голову на мою коленку, Макс вообще задремал, пока я чухала его за ухом, одним глазом рассеянно глядя в экран. Да уж, правду говорят, котики — это сила и самый мощный природный антидепрессант, никаких таблеток не надо. Я сама не заметила, как расслабилась, вытянула одну ногу, положив ее на Даню, и улеглась на плечо Лешке. Полная идиллия. И вот так ухитрилась задремать, утомленная насыщенным вечером и эмоциями, и убаюканная басовитым мурчанием Макса…

Нет, фильм я одним глазом все же смотрела, но мерный стук сердца под щекой убаюкивал, и такие же размеренные поглаживания лодыжки тоже умиротворяли. Макс разлегся передо мной на оставшемся свободным диване, подставив лохматое пузо, и только лапами потягивался, когда я перебирала его шерсть. Мелькнула рассеянная мысль, что хорошо вот так лежать, ни о чем не думать, и чувствовать себя странно счастливой… А тут и фильм закончился, и время как раз подползло к одиннадцати.

— Ну что, еще один или уже спать? — уточнил Леша, и его ладонь мягко погладила по бедру, отчего по телу прошлась теплая волна. — Ничего так фильмец, смотреть можно.

И теперь в ощущениях было больше волнения, чем напряжения или тревоги. Я тихо вздохнула, оценила собственное состояние и решительно ответила:

— Давай еще один.

Что-то было в этом совместном просмотре такое, от чего сердце сладко сжималось, и хотелось продлить эти мгновения, заставить их задержаться. А еще, очень радовало, что парни держали данное слово, и никто не рвался лапать меня и приставать. Только ненавязчивые прикосновения, не нарушавшие слишком сильно мои личные границы, и, пожалуй, это был первый звоночек, что первоначальная симпатия вышла за рамки легкого интереса.

Обдумать мысль всесторонне не успела, как и привычно испугаться неизбежно надвигающихся перемен: фильм закончился, и пришла пора расползаться по спальням. Понятно, что меня отвели в гостевую, а на пороге я вдруг запоздало вспомнила, что в квартире Леши спальни не увидела.

— А ты где будешь спать? — опрометчиво спросила, и прикусила язык.

Да уж разберутся как-нибудь, где кому спать, благо пространства дофига. Леша же невозмутимо пожал плечами и ответил:

— Да на диване вон в гостиной, привык уже, не вижу смысла покупать отдельную кровать и отводить под нее целую комнату. Ладно, спокойной ночи, дверь можешь закрыть, если не хочешь, чтобы Макс беспокоил, — и он наклонился, коснувшись губами моей щеки.

Я могла гордиться собой: даже не возникло желания отшатнуться, да и замешательства в этот раз почти не было. Привыкаю, что ли? Данька попрощался так же и скрылся у себя, и я тоже зашла в комнату, все же оставив приоткрытой дверь. Знаю, что кошки не любят, когда их куда-то не пускают, а Макс мне не помешает. Быстро переодевшись в ночнушку, я нырнула под одеяло и моментально отключилась, хотя обычно в новых местах сон приходил далеко не сразу, ну и в последние годы ночевала только у себя, изредка у Настьки.

Макс все же пришел ко мне, потому как смутно помню, что ночью меня кто-то щекотал усами. А проснувшись утром, обнаружила котяру, развалившегося на всем оставшемся свободном месте на кровати. Он в длину был больше половины ее… Метр там есть, если не больше. Ну реально, зверюга. Проснулась я отдохнувшей, выспавшейся на удивление, несмотря на новое и непривычное место. Часы показывали одиннадцать, я потянулась, прислушалась — в квартире царила тишина. Ну или Даня ушел на половину Леши, собираться и завтракать. Откинув одеяло, я поднялась, порадовалась, что ванна напротив комнаты — халат-то не прихватила, — и взяв щетку с пастой, отправилась умываться. Прямо в моей ночнушечке с рюшами и кружевом, мда…

Нет, в ванну никто не ворвался — защелка на ней стояла, и я не настолько безбашенная все же. Но вот когда выходила обратно, по закону подлости, естественно, столкнулась с Даниилом, уже одетым в джинсы и тонкий свитер с воротником под горло. И тут я такая, почти как с картинок викторианской эпохи, в целомудренной ночнушке с длинными рукавами и ниже колена. Только вырез у этой рубашки был ничуть не целомудренным, а весьма откровенным, еще и под грудью подхвачена так, чтобы эту самую грудь выделить…

— О, привет, ты уже проснулась? — жизнерадостно улыбнулся он, а взгляд между тем оценивающе так скользил по мне, уж точно подмечая все детали.

Я же малодушно порадовалась, что платьишко скрывает все мои недостатки, и животик, и бедра. Хоть какой-то плюс в неожиданной ситуации.

— А… Ага, — пискнула и метнулась к двери в спальню.

— Завтрак уже готов, — раздалось вслед весело, а от последних слов я почувствовала, как лицо заливает жар румянца. — Прикольная штучка, кстати. Тебе идет.

Да блин. Чтоб тебя, не мог промолчать, что ли, из вежливости? Я поспешно стянула ночнушку, тихо чертыхаясь, надела джинсы и джемпер и вылетела из комнаты, не забыв прихватить вещи. Хорошо, что квартира необъятная, мне хватило по пути на кухню времени, чтобы хоть немного прийти в себя и унять разошедшиеся эмоции. В голову лезли неуместные мысли про баню, про то, что мы там будем только втроем… И что помешает приятелям воспользоваться моментом и таки соблазнить меня? Вопрос в том, будут ли они это делать вдвоем, или все же пощадят мою нежную психику и сначала по одному…

М-мать. Я чуть не споткнулась на пороге, переходя в другую квартиру, мысленно надавав себе по щекам. Так, Ириска, прекращай думать всякие неприличности и соберись. Вы еще никуда не приехали, и вряд ли тебя заставят делать то, чего не хочется. И вообще, пока что никто из парней не сделал ничего такого, что как-то бы задело или оскорбило. Решительно выдохнув и нацепив на лицо легкую улыбку, я зашла в кухню.

— Привет, — поздоровалась с Лешей, уже сидевшим за столом, кивнула Дане. — Я не поздно?..

— Да не, мы всего час назад как раз встали, — покачал головой Леша. — Садись, приятного аппетита.

Кормили меня пышным омлетом с беконом, помидорами и сыром, тостами со всякими мясными и сырными нарезками, и ароматным чаем. Еще я заметила, что Даня с аппетитом уплетал оливки, лежавшие рядом в розетке, прямо так, целиком. Я их не особо любила, предпочитая или в салате в малом количестве, или в пицце. Макс тоже почтил нас своим присутствием, и Леша тут же поинтересовался:

— Спать не мешал?

— Не, только усами щекотал, — я с нежностью посмотрела на зверюгу. — А так, просто рядом лежал.

— Точно подлиза, — хмыкнул Даня, покосившись на питомца. — Вообще он обычно ведет себя крайне независимо и за гостями предпочитает наблюдать издалека. Чтобы вот так сам пришел, такое редко.

— Ну, коты же чуют людей, — Леша совершенно неожиданно подмигнул мне, тем самым смутив. — Кроме всего прочего, Макс же мужик, пусть и немного ущербный, вот и тянется к женщинам.

Следующий вопрос слетел с моего языка сам, без участия мозга:

— И много их тут бывает?

Хорошо хоть, вышло легко и непринужденно, без всяких странных интонаций. И вообще, имею я право интересоваться? Имею, раз уж мне однозначно обозначили, так сказать, планы на мою скромную персону.

— Последняя была очень давно, и Макс ее не одобрил, — невозмутимо отозвался Даня, наворачивая омлет с оливками. — Нассал ей в ботинки. Хотя вообще очень воспитанный, и если даже дома никого нет, он ждет, пока придем, и тогда на горшок идет.

Я хихикнула, покосившись в сторону жующего Макса. Надеюсь, меня сюрприз в ботинках не ждет.

— Я проверил, у тебя все норм, — словно прочитал мои мысли Леша. — Да и спал он с тобой, что вообще неслыханное дело. Так что, за тапки можешь быть спокойна.

— Это радует, — с серьезным видом кивнула, скрывая легкое волнение.

Вроде бы невинный диалог, но все равно мне виделся подтекст, о котором не хотелось размышлять, чтобы не накручивать себя. Позавтракав, мы собрались, загрузились в машину — Макса торжественно вручили мне, раз он не против был, ибо этот котяра в десять кило весом не влезал ни в одну переноску или сумку. На руках его увесистая тушка тоже умещалась с трудом, но до машины донести меня хватило. А этот подлиза еще и обхватил лапами и басовито мурчал, щекоча ухо усами. Наконец, около полудня выехали, я расположилась на заднем сиденье, вместе с Максом. Кот использовал меня как персональный матрас, потому как я забралась с ногами, вытянувшись вдоль, и конечно, зверь не замедлил этим воспользоваться.

Дорога прошла спокойно: благодаря кольцевой, миновали пробку на выезде из города, но немного постояли на съезде, и потом до самого Лосева обошлось без происшествий. Леша вел уверенно и спокойно, не лихачил, и я, как всегда, по привычке задремала, убаюканная тихой музыкой и ровным ходом. Разбудили меня, когда мы уже въезжали в ворота, и я тут же выпрямилась, с интересом выглядывая в окно. Просторный двор, выложенный брусчаткой, в углу навес для дров, дорожка вокруг дома. Сам дом двухэтажный, отделанный искусственным камнем, с деревянными балками и верандой сбоку. Внешне мне понравился.

— Ну, выгружаемся, — Леша заглушил мотор и вышел.

Я опять транспортировала кота, подождала, пока мне откроют дверь дома, и шагнула через порог, с интересом оглядываясь. Внутри было необычно. Гостиная с двумя окнами, напротив — стена с самым настоящим камином, украшенная круглыми спилами деревьев, над ней здоровенная плазма. Сверху шла открытая галерея с деревянными перилами, и сбоку туда вела лестница. На потолке — толстые деревянные балки, на полу вязанный коврик, длинный диван, обитый коричневой тканью крупного плетения, несколько подушек и сложенный плед. Два кресла, еще одно в углу — качалка, к моему тихому восторгу, а еще, широкие низкие подоконники тоже были устроены, как маленькие диванчики, с мягкими сиденьями и подушками. Выглядело все очень уютно.

— Отпускай Макса, — скомандовал Леша, поставив пакеты и снимая куртку. — Он из дома не выходит, ну, точнее, выходит только с кем-нибудь, не убежит. Зачем ему грязная и холодная улица, когда его и тут неплохо кормят? — весело добавил он, когда я с явным облегчением избавилась от ноши.

— Так, пойдем на кухню, Леха пока камином займется, чтобы тепло было, — Даня забрал у меня куртку, заботливо подвинул меховые тапочки. — Потом пройдемся по участку, покажу тут все, к обеду шашлыками займемся.

Мы отнесли пакеты на кухню, проход куда оказался с другого края комнаты. Там тоже царствовал в отделке натуральный камень и дерево, пол оказался теплым к моей радости. Широкая столешница рабочего стола плавно переходила в стойку, люстра была кованая, как и светильники на стенах. Отсюда имелся второй выход прямо во двор, и я мельком отметила видневшийся вдалеке еще один домик, правда, одноэтажный, и поняла, что это скорее всего баня. Увидела и край бассейна. Камин, кстати, и здесь был, ровно с той стороны, что и в гостиной. Под руководством Дани мы быстро разобрали купленное, и меня повели наверх, показывать комнаты там. Их оказалось всего две, и обе, конечно, спальни. Почти одинаковые, с широкими кроватями, такими же разноцветными вязаными ковриками, только в одной свой личный санузел, а во второй нет. Гостевая ванная тут была отдельной, в конце короткого коридора, с душевой кабинкой, а у хозяйской полноценная, с собственно ванной.

— Надеюсь, ты не подумала, что мы с Лехой в одной спим? — с веселой ухмылкой подмигнул Даня. — Если вдруг гости, то он на диване внизу, ему привычнее. А так, в двух и размещаемся, нам по барабану, ванна или душевая. Ты как предпочитаешь?

— Да мне тоже все равно, — как можно непринужденнее пожала плечами, стараясь не думать… о всяком.

В том числе и о том, что на таких широченных кроватях вполне трое поместятся. Мысли, вон. Я оставила сумку в той спальне, где была полноценная ванная, и мы спустились обратно к Леше. А там уже в обоих каминах весело занимался огонь, и по помещению распространялось приятное тепло.

— Ну что, идем снаружи посмотрим? — предложил Лешка.

И мы пошли. Дорожка от задней двери вела прямо к домику мимо бассейна — как уточнил Даня, с подогревом, рядом находилась площадка для шашлыков и отдыха на природе, под навесом от осадков и для тепла тут тоже стоял сложенный из крупных камней типа очаг. Я пришла в совершеннейший восторг, мне такие места всегда нравились. Баня тоже была сделана на совесть: с собственно парилкой, комнатой отдыха, и даже бильярдной. Покосившись на меня, Леша включил там все, чтобы нагревалось, и мы вернулись в дом, занявшись приготовлением обеда и шашлыков.

Макс за всем наблюдал, улегшись на столешнице, но на мясо не покушался — и так знал, что ему обрезков перепадет. Было очень уютно вот так всем вместе хлопотать под бормотание телевизора, и я незаметно для себя расслабилась. Никто не норовил походя облапать, потрогать за попу или каким другим образом грубо нарушить мое личное пространство. Хотя хватало и случайных прикосновений, и придерживания за талию… Все это поддерживало волнение на уровне тлеющих углей, но не настолько, чтобы шарахаться и вздрагивать.

Время пролетело незаметно, и вскоре мы переместились на улицу, к мангалу. Я не захотела оставаться дома, и меня заботливо поверх куртки еще и в плед укутали, и посадили к самому огню, чтобы не замерзла. Это было так мило, что я растрогалась, наблюдая, как парни с сосредоточенными лицами занимаются шашлыком. Макс занял второе кресло, снисходительно поглядывая то на меня, то на хозяев, и вскоре в воздухе поплыл соблазнительный аромат жареного мяса. Ели мы здесь же, на свежем воздухе, и я неожиданно остро ощутила прилив пронзительного, невероятно яркого счастья. Сколько раз жалела, что у нашей семьи нет какого-никакого домика за городом, а Настя и Толик пока только занимались присмотром подходящего, созрев для покупки. Рассматривая иногда в сети разные фотографии красивой жизни, тихо вздыхала, понимая, что вряд ли когда-нибудь получится посидеть на веранде, закутавшись в плед и наблюдая, как падают разноцветные листья. И вот, кажется, нечаянная мечта сбылась…

Я смотрела на огонь, наевшись вкусного, сочного и нежного шашлыка, держала обеими руками кружку с пряным глинтвейном и понимала, что даже если у нас ничего не получится, все равно запомню эти мгновения. Мне было просто хорошо. Ровно до момента, пока Даня непринужденно не поинтересовался:

— Ну что, идем в баню? Там уже все нагрелось.

ГЛАВА 9

Сердце подпрыгнуло, эмоции взвихрились, стоило представить, что… я увижу парней без одежды. Хана моему либидо, оно ж, бедное, от такой убойной дозы мужского стриптиза упадет в обморок. Я последние лет пять обнаженку противоположного пола вижу исключительно на пляжах да иногда в аквапарке, когда добираюсь. И то, не сказать, что везде подтянутые торсы и пресловутые кубики. Все чаще заплывшие жирком и пивные животики. Хотя сама хороша, чего уж…

Ладно, у меня есть полотенце, и оно широкое. Все лишнее благополучно спрячет. А я вот наоборот, воспользуюсь случаем и нагло полюбуюсь, в конце концов, имею право оценить предлагаемый товар лицом. Наверное, глинтвейн на меня подействовал, что раздухарилась так и мысли всякие фривольные в голову полезли. Да и хорошо, собственно, потому что удалось с невозмутимым видом кивнуть и отставить пустую кружку.

— Идем, — коротко согласилась и поднялась, кутаясь в плед.

Показалось, что парни обменялись многозначительными взглядами, и про себя усмехнулась: ага, щас, раскатали губу. Не буду я перед вами своими окорочками сверкать, все будет скромно и целомудренно. И я с уверенным видом направилась к дому, переодеваться. Точнее, прихватить полотенце и купальник, чтобы переместиться уже в баню, а там имелись и махровые халаты к моему тихому счастью. Еще, ребята притащили туда остатки мяса, вкусное крафтовое пиво, купленное по пути, и всякие огурцы-помидоры-зелень на закусь. Я сразу нырнула в санузел, переодеться и постараться справиться с волнением — куда же без него… Облачилась в купальник, покосилась на себя в зеркало и поспешно закуталась в полотенце. Ну, до колен ноги еще ничего, и плечи с руками вроде тоже. Сойдет. Я, невольно затаив дыхание, вышла в комнату отдыха, постаравшись нацепить на лицо непринужденное выражение и надеясь, что мои пылающие щеки спишут на глинтвейн и прохладу на улице.

А тут меня ждало двойное потрясение, мда. Нет, я бы не сказала, что ребята прямо сошли с обложек мужских журналов, но мышцы просматривались четко, никаких складок, или тем паче животиков. На их фоне я еще острее ощутила, насколько не похожа на подтянутых и спортивных двадцатилетних фитоняшек из инстаграммчика, которые как раз и любят вот таких вот парней. Ну и я до недавнего времени была твердо уверена, что на меня такие мальчики и не взглянут: старше, пусть и ненамного, совершенно обычная, не с глянцевой внешностью записной красотки… Так, Айрис, ну-ка, перестала резко. Ты приехала отдыхать, вот и отдыхай. И любуйся заодно, сравнивать себя с кем-то потом будешь. Я с широкой улыбкой прошествовала к столу под внимательными взглядами, подавила порыв поежиться и ссутулиться, и одернуть полотенце, целомудренно закрывавшее меня практически до колен, и сцапала сочный кусок, отправив его в рот. На столе лежали войлочные банные шапки в виде буденовок с красными звездами, я стянула одну и нахлобучила на забранные волосы.

— Я греться, — заявила в пространство и чуть не рысью побежала в парилку.

Мне нужно хотя бы пару минут, чтобы выдохнуть и проанализировать эти чертовы взгляды. Очень пристальные и какие-то подозрительно задумчивые… Было бы что разглядывать, в самом деле. Парилка оказалась просторной, с двумя полками, и в ней вкусно пахло нагретым деревом. Я уселась пониже, чтобы привыкнуть, температура была для меня вполне комфортной, жарко, но не так, чтобы нечем дышать. Я расслабилась, вытянув ноги и прикрыв глаза, ловя эти мгновения наедине с собой, внутри тикал обратный отсчет до появления Дани и Леши. Дуновение сквозняка, и я поняла, что больше не одна…

— А чего в полотенце? — последовал закономерный вопрос от Даниила.

— Мне так удобнее, — невозмутимо отозвалась, малодушно не открывая глаз.

— М-м-м, — глубокомысленно ответил Леша.

А в следующий момент мои ноги бесцеремонно подняли и… уложили на колени. Еще и ладонью сверху мягко прижали, чтобы, значит, не рыпалась. Даня громко хмыкнул, на его лице отразилась широкая ухмылка, и он забрался на верхнюю полку, улегшись там на живот, лицом ко мне. Довольно близко, чтобы заставить мое сердце биться быстрее. Обложили блин, демоны.

— Трусиха, — ласково обронил Лешка и погладил мою лодыжку, одарив необидной насмешливой улыбкой. — Никто тебя не съест, Айрис.

Я лишь неопределенно дернула плечом, сражаясь с могучим приступом замешательства, и вцепилась пальцами в многострадальное полотенце. Нет, себе я в общем нравилась, и трезво оценивала свои силы: вернуться в стройность пятилетней давности вряд ли получится, даже если запишусь в спортзал и буду там пропадать с утра до вечера. Диету точно соблюдать не получится, практически же ж единственная радость в жизни осталась, вкусно покушать. Да и не настолько сильна моя сила воли, чтобы заставить себя впахивать до седьмого пота, питаясь по часам салатиками и кусочком индейки, одним на весь день. Ну не зожница я, не зожница. И не виновата, что мужикам нравятся стройняшки с тонкой талией и накачанной попой.

— Эй, не надо так сердито сопеть, Айя, — весело отозвался Даня, и я почувствовала, как он аккуратно убрал с моего лица выбившуюся прядь волос. — Все нормально, правда.

Легко ему говорить. Но пока вроде и правда никто не собирался набрасываться, просто… Ну, просто как-то слишком быстро это вот сближение, и хотя я предполагала нечто подобное, все равно оказалось для меня неожиданным нарушение моих границ. Не неприятным, нет, однако мне требовалось время, чтобы привыкнуть. И все-таки, я малодушно не открывала глаза. Минут десять мы сидели в парилке, когда я почувствовала, что пора на выход, и с некоторым облегчением слезла с полки и пошлепала на воздух. Холодная вода не прельщала в качестве контраста, поэтому я просто вышла на улицу, совсем не ощущая прохлады, от кожи пошел пар. Постояла, довольно жмурясь, потом вернулась — парни решили воспользоваться бадьей с ледяной водой, шумно отфыркиваясь и ухая. Мелькнула мысль о прохладном душе, но пришлось бы снять полотенце, и… Да, я отмела ее. Потом. Может быть. Когда наберусь храбрости.

Мы сделали еще несколько заходов, на мое символическое прикрытие больше никто не покушался, и я расслабилась. Завязался непринужденный легкий разговор, решили сделать перерыв и переместились в бильярдную. Признаться, я напряглась, ожидая предсказуемого предложения сыграть на желание, но ребята приятно удивили и предложили просто погонять шары. Опрометчиво я не стала снимать полотенце, так и оставшись в нем, хотя можно было и на халат сменить, однако как-то не подумала. Чем кое-кто и воспользовался…

Я только наклонилась, сосредоточенно нахмурившись и прицеливаясь — в бильярд года четыре не играла, Настька и Толик, к сожалению, по боулингу больше, мне же сбивать кегли не очень нравилось, в этом мы с подругой расходились. И тут это случилось: Даня, до этого расслабленно сидевший в кресле, вдруг совершил стремительный бросок и дернул край моего символического прикрытия. Конечно, полотенце свалилось, я резко выпрямилась, обернулась, издав невнятный возглас, и попыталась поймать, возмущенно рявкнув:

— Даня.

Он с тихим смехом увернулся, а я тут же наткнулась на взгляд Леши, внимательный, изучающий и очень нервирующий. Лицо тут же полыхнуло жаром, я задохнулась от всплеска эмоций и остро почувствовала несовершенство собственного тела. Первый порыв выбежать и хлопнуть дверью задушила на корню, выпрямилась, пожала плечами, стараясь ни на кого не смотреть, и развернулась к двери.

— Ладно, я в дом, — бросила и направилась к выходу, старательно подавляя желание обхватить себя руками.

Спина превратилась в деревянную и прямую доску, я всей кожей чувствовала, как меня разглядывают, и рот наполнялся горечью. Ну да, не красотка, знаю. Теперь и они знают тоже. Я быстренько схватила вещи, закуталась в халат и, махнув рукой, так и потрусила в дом по дорожке, решив, что не успею за пару минут замерзнуть. А вот на пороге меня догнал Леша, придержал дверь, дождался, пока я войду, и мягко отобрал одежду, небрежно бросив на кресло. Потом приобнял и настойчиво потянул к дивану, ближе к камину с тлеющими углями, и я мельком отметила, что на нем уже тоже халат.

— Ну чего ты опять, Айрис? — ласково выдохнул на ухо, усаживая спиной к себе и обнимая двумя руками. — Что не так, м, трусишка?

Я глубоко вздохнула, пытаясь сдержать дрожь — и от близости Леши, и от такой быстрой смены событий, облизнула внезапно пересохшие губы и порадовалась, что он не видит мое лицо. Наверное, если бы не глинтвейн и немножко пива, как-нибудь бы избежала прямого ответа, но тут само вырвалось.

— Я толстая…

Около уха раздалось тихое фырканье, и от щекотки я невольно поежилась.

— Не толстая, а женственная, — поправил уверенно Леша, его губы легко прошлись под ухом, отчего я едва не ойкнула, сметенная неожиданно яркой волной ощущений. — И у тебя все свое. Такая мягкая, уютная, так и хочется подержаться, — его голос упал почти до шепота, и по телу снова прокатилась волна теплой дрожи, затаившись внизу живота вполне определенным чувством. Подушечки его пальцев легко, едва касаясь, провели по изгибу шеи, погладили ключицы, видневшиеся в вырезе халата, и мое напряжение возросло, с губ сорвался прерывистый вздох, и по коже рассыпались щекочущие мурашки. — Не представляешь, как надоели эти сушеные воблы, вечно сидящие на диетах и тягающие железо в зале, — продолжил изливать душу Лешка, пока его пальцы все так же порхали по открытому участку моего тела, не пытаясь, однако, стянуть махровую ткань или забраться под нее. — Ты умная, красивая, живая, настоящая, и искренняя, не пытаешься играть никакие роли или притворяться кем-то, кем не являешься.

Признаться, столько комплиментов, да еще таких увесистых, я в жизни не слышала. И главное, не банальное же "твои глаза как звезды, а губы как лепестки", или что-нибудь похожее. Я окончательно растерялась, не зная, как реагировать, тело плавилось от таких простых прикосновений, и сердце скакало галопом, как взбесившаяся лошадь. Эмоции сорвались с цепи, внутри все дрожало, а натянутые нервы вибрировали, как струны под пальцами опытного музыканта.

— Неужели никто тебе этого не говорил? — шепнул Леша, его пальцы легко скользнули по ложбинке и тут же вернулись обратно к ямочке, подразнив и оставив чувство смутного разочарования.

— Ровесников я не интересую, — пробормотала, не сводя взгляда с пляшущих языков пламени — очень хотелось повернуться и посмотреть в глаза собеседнику, но я слишком хорошо представляла, чем это может закончиться. И малодушно оттягивала этот момент, хотя не сомневалась, что он таки наступит. — Им подавай молоденьких газелей, чтоб в их глазах выглядеть мачо и мужиками. А меня не интересуют солидные дядечки, которым больше интеллектуальные беседы и домашние тапочки интересны, чем нормальные отношения. Как-то так… — я замолчала, тяжело дыша и вцепившись в халат, слова закончились, остались только ощущения.

— Знаешь, а я рад, — признался Лешка, прижавшись к моему виску щекой. — Что ты пришла две недели назад к нам, и мы познакомились. Пусть эти дураки гоняются за глупыми пустышками, смотрящими только в их кошелек. Ты мне нравишься… И Даньке… Это главное…

Сердце пропустило удар, я на мгновение забыла, как дышать. Не привыкла к подобной откровенности, точнее, очень давно оная не вызывала во мне таких эмоций. Раньше интерес или раздражал, или пугал, но не заставлял тело вспыхивать жаром, голову кружиться от близости, а фантазию ударяться во все тяжкие, демонстрируя мне всякие пикантности без малейшего стыда. И вот это вот давно забытое волнение, горячее, сладкое, хмельное, смывало весь наносной цинизм и горький опыт, все недоверие и прочую шелуху. Я медленно-медленно повернула голову, с трудом проталкивая вязкий воздух в горло, спиной чувствуя, как Лешино сердце бьется так же тяжело, как мое.

Наши взгляды встретились на несколько секунд, и я утонула в потемневшей глубине, где отражался огонь камина. Кажется, время остановилось, и тихое потрескивание дров звучало оглушительно. А потом Лешка лишь чуть наклонил голову, сокращая расстояние между нашими лицами, и его губы мягко, осторожно прижались к моим. В животе образовалась гулкая пустота, в ушах тоненько зазвенело, и я рухнула в ощущения, чуть не захлебнувшись в них. Целовали меня безумно нежно, неторопливо, лаская губы до тех пор, пока они сами не приоткрылись, приглашая к большему. Раньше я особо не придавала значения поцелуям, были и были, какие-то приятные, какие-то нет. Не случалось в моей жизни такого, чтобы от одного вот прямо крышу срывало и коленки подгибались. До сих пор. Я порадовалась, что сижу, по телу разливалась предательская слабость, а голова сама откинулась на плечо Леше, я даже не заметила, в какой момент начала отвечать.

Время и правда перестало иметь значение, мы целовались самозабвенно, неторопливо и с чувством. Никто не спешил засасывать меня, как вантуз, или засовывать язык чуть не в горло, валить на диван и тут же переходить к активным действиям дальше. Лешка нежно поглаживал мои губы языком, несильно прихватывал, дразнил, пока их не начало покалывать сотнями невидимых иголочек. Низ живота знакомо ныл, жар стекал туда, скручиваясь в небольшой огненный шар, и в крови неумолимо разгоралось давно забытое желание. Не хотелось думать, хочу или не хочу, и если хочу, то насколько сильно. Я наслаждалась моментом, запретив себе размышлять, просто плыла по течению, жадно впитывая разбуженные эмоции. Отстраненно отметила, как теплая ладонь скользит по щеке, шее, спускается ниже… И уверенно ныряет в вырез, оставляя на коже шлейф из обжигающих искорок.

Я подавилась вдохом, откинула голову, всхлипнув и ошалело уставившись на Лешу, дернулась, не зная, чего хочу больше, чтобы убрал руку или продолжил.

— Ш-ш-ш, все хорошо, — шепнул он мне прямо в покалывавшие губы, ласково улыбнулся, а пальцы между тем провели по краю купальника, дразня, намекая.

Грудь тут же заныла, соски напряглись, и я порадовалась, что халат скрывает такую откровенную реакцию тела. Некстати проснулось смущение, но силы воли оттолкнуть не хватило. Лешка прижался лбом к моему, продолжая поглаживать, но не пытаясь проникнуть под трикотажную ткань, протяжно вздохнул.

— Знаешь, это оказалось еще лучше, чем я себе представлял, — пробормотал он, пока я сражалась со своими эмоциями.

— А ты представлял это себе, да? — сиплым голосом ляпнула первое, что пришло в голову, и не сдержала нервного смешка.

Дыхание никак не желало успокаиваться, томная нега заполняла каждую клеточку, лишая способности трезво мыслить и хоть как-то контролировать происходящее.

— Много раз, — подтвердил Лешка и снова легко коснулся моих губ.

И тут я остро ощутила, что мы не одни. Вздрогнула, резко отстранилась, вскинув голову, и наткнулась на внимательный, задумчивый взгляд. Даниил стоял на втором этаже, глядя на нас и опираясь на перила, и… Черт, он видел, как мы целовались. Ео-о-о… Смущение и замешательство накрыли волной, лицо опалило жаром, и я действовала на чистых инстинктах. Рванулась, подскочила, чуть не стукнув Лешу в подбородок, и сайгаком умчалась на кухню, выдохнуть, перевести дыхание и хоть немного уложить сумбур в мыслях.

И вот как, а? Если на меня так подействовало, что нас с Лешкой видели, как вообще они себе представляют наши отношения в дальнейшем? Экспериментаторы, тоже мне, захотели острых ощущений. А хуже всего то, что в душе противным червячком шевелилось иррациональное чувство вины, отравляя момент. С другой стороны, если бы Даньке было неприятно, вряд ли бы он торчал там наверху, наблюдая за нами с Лешой. Проверял себя? Может быть… А-а-а, мысли, стоп. Я уже окончательно запуталась и перестала понимать, что к чему, и как вообще вести себя дальше. Оперлась ладонями на столешницу, опустив голову и зажмурившись, несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула. Не очень помогло, сердце по-прежнему суматошно колотилось, сбивая дыхание, коленки подрагивали, а эмоции не желали униматься.

Когда за спиной раздался негромкий голос Дани, я едва не подпрыгнула, резко повернувшись, и поняла, что зря это сделала.

— Ну что ты такая пугливая, Айя, — он улыбнулся, шагнул вперед и мягко прижал меня к краю стола, не дав никуда рыпнуться, и оперся на стол по обе стороны от меня. Чтобы наверняка не сбежала, чую. — Тебя смутило, что я все видел?

Нервно вздохнув, я только кивнула, прикусив губу и уставившись ему в грудь — Даня успел переодеться в джинсы и рубашку, к моему тихому облегчению. Боюсь, голос мне сейчас точно не подчиняется. Парень коротко вздохнул, и я почувствовала, как одна рука обвилась вокруг талии, а другая провела по спине вверх, до самого затылка, зарывшись в пряди волос и легонько помассировав основание шеи. Вдоль позвоночника прокатилась теплая волна, я тут же разомлела от нехитрой ласки — и как угадал, что это место у меня очень чувствительное? Тело само самым неприличным образом прильнуло к Дане, чем этот хулиган и воспользовался.

— Знаешь, можешь считать меня извращенцем, но мне понравилось смотреть, — задумчиво протянул он, блуждая губами по моей щеке и виску и лишь усиливая сумбур в мыслях и чувствах. — Не могу сказать, что злился, или раздражался. Определенно, нет. Только немножко завидовал, — понизив голоса почти до шепота, сказал Даня, пощекотав горячим дыханием ухо, и я невольно поежилась. — Мне тоже хочется…

Не договорив, чего именно, Даниил скользнул губами по скуле и чуть отстранившись, накрыл мой рот своим. Оу. Ну… Где-то в глубине души я ожидала, это закономерно, в общем-то, и все равно, на пару мгновений растерялась. Если поцелуй с Лешкой походил на тягучее, густое вино, то тут я словно глотнула шампанского. Язык Дани игриво прошелся по моим губам, пощекотал уголок, парень чуть прикусил нижнюю, дразня, а потом настойчиво надавил, проникая внутрь. Я вцепилась в край стола, шалея от всплеска эмоций, хмельная волна ударила в голову, наложившись на недавние ощущения, и я словно со стороны услышала собственный судорожный всхлип. Ладонь Дани сползла чуть ниже, устроившись на моих нижних ста с лишним сантиметрах, нежно поглаживая, пальцы продолжали массировать, отвлекать и превращать тело в послушный воск. Я "поплыла", теряясь в переживаниях, растворяясь в эмоциях и снова забыв о том, что не так давно грузилась напряженными размышлениями. Гормоны с боевым кличем кинулись в атаку, отключая способность трезво мыслить…

Не знаю, сколько мы вот так простояли, позабыв обо всем и с упоением целуясь. Я не заметила, в какой момент мои руки оказались на плечах Дани, и когда начала сама прижиматься к нему самым бесстыдным образом. Понятия не имею, чем бы все это закончилось, но Даня отстранился первым, тяжело дыша и по-прежнему обнимая меня.

— Предлагаю прерваться, иначе поцелуями дело точно не ограничится, — с тихим, хриплым смешком, пробравшим меня до дрожи, сказал он, блуждая губами по моей щеке. — А стол выглядит очень заманчиво…

Я замерла, сглотнув, на такой откровенный намек организм отозвался горячей дрожью, но вот к сексу на кухне я точно была не готова. Не прямо сейчас, однозначно. Для начала, следовало переварить только что случившееся и осознать, что наши странные отношения и правда перешли на новый уровень. И обнимашками парни больше не намерены ограничиваться. Я осторожно выдохнула, собирая мысли в кучу и пытаясь понять, хочу ли сейчас возвращаться. Но ничего не успела ни сказать, ни додумать, Даниил отстранился и крепко взял за руку, не оставляя шансов сбежать.

— Идем, трусиха, — хмыкнул он, потянув за собой и окинув меня веселым взглядом.

Как будто догадался о том, какие сумбурные мысли мелькали в моей голове. Пришлось нацепить самый независимый вид и не думать о том, что алеющие щеки, припухшие губы и растрепанные волосы красноречиво выдают, чем мы тут занимались. Да и Лешка не дурак, точно догадается, что не рецепты обсуждали… Блэтт. В сознании никак не укладывалось, что и правда вроде, никакой ревности, кроме шутливого соперничества, между друзьями не наблюдалось. Пока, по крайней мере.

Мы вернулись в гостиную, а там Лешка уже включил телек и сам успел тоже переодеться. Одна я щеголяла в халате… Вот и удобный предлог.

— Я одеться, — известила, ловко выдернув руку из пальцев Дани, и почти бегом поднялась наверх, испытывая настоятельное желание хоть немного побыть одной.

Останавливать меня никто не стал, хотя взгляды я ощущала очень четко. Зашла к себе, длинно выдохнула, прикрыв глаза и помассировав переносицу. Открыла, обвела комнату блуждающим взглядом и обнаружила вольготно разлегшегося чуть не поперек кровати Макса. Он внимательно смотрел на меня желтыми глазищами, пока я копалась в сумке, доставая домашний плюшевый костюм.

— И вот как мне вести себя теперь? Как ни в чем не бывало? — бормотала, проговаривая вслух то, что сверлило мозг. — Я ж помру от смущения, ты понимаешь, зверюга? Ну не могу я так легко относиться к происходящему, я ж не героиня книжки-то, в самом деле. Нет, ну ясен пень, что не ханжа, девочка взрослая, в курсах, что в постели может многое происходить, но… — я потерялась в мысли, выпрямилась и всплеснула руками с зажатыми шмотками. — Вообще не представляла, что в моем почтенном возрасте привлеку внимание таких мужчин, еще и двух сразу, — наконец выразила то, что распирало изнутри и давило на психику почище всего остального. — Я ж обычная, Макс, понимаешь? — посмотрела на кота, лежавшего с той же невозмутимой мордой. — Вообще не понимаю, чего они увидели во мне такого, чего не разглядели прежние…

Словесный поток иссяк, кофту я натягивала уже молча, мысленно махнув рукой и не став надевать белье. Ну не начнут же ко мне приставать настолько активно, чтобы обнаружить этот пикантный факт. По крайней мере, я надеялась на это. С меня лично пока хватит и поцелуев. Так, ладно, вечно прятаться в комнате не получится, иначе дождусь, что кто-то поднимется за мной. Поэтому берем себя за жабры, Айрис, выцарапываем смелость и спускаемся обратно. Что я и сделала, надеясь, что выражение моего лица вполне нейтральное, несмотря на расцвеченные румянцем щеки.

А в гостиной на диване уже устроили настоящее гнездо из пледа и подушек, оставив для меня местечко. Да, да, прямо в середине, между парнями. На столике стояли три кружки, чайник с чаем, на тарелке всякая нарезка на закусь. Едва я появилась на галерее, на меня уставились две пары глаз, и на лицах появились практически одинаковые улыбки. Щекам стало совсем горячо, но невозмутимый вид вроде удалось сохранить. Спустилась, подошла, подавила вздох и забралась на диван, в пледовое гнездо. Меня тут же сграбастал в охапку Даня с донельзя довольным видом, подтянув к себе, и я обреченно поняла, что больше сохранять даже видимость дистанции мне никто не даст. Леша укутал мои ноги и уложил к себе на колени. Черт, а удобно, вынуждена была признать, и уютно очень, выбираться и проявлять независимость не хочется…

— Ну что, смотрим дальше? — Лешка покосился на меня, подняв бровь, а на экране уже высветились заставки остальных "Форсажей".

Ну, вполне нейтральное кино, устраивающее всех, и я молча кивнула. Даня едва слышно хмыкнул, прижал и чмокнул в макушку, его приятель погладил мои ноги — почти как тогда, в бане.

— Ладно, все не грузись, — шепнул Даниил и коварно добавил. — Всем ведь все понравилось, да?

Ну епт, нашел, о чем прямо сейчас спрашивать. Как с такими вопросами не грузиться?

— Так, отстань от девушки со своими подколками, оболтус, — добродушно проворчал Алексей, спасая меня от ответа. — Дай ей прийти в себя, и спокойно посмотреть фильм.

Отличный совет, и как вовремя.

— Все, молчу, молчу, — тут же прикинулся паинькой Данька.

Дальше в течение всего просмотра меня не дергали, не подкалывали, к моему тихому счастью. Парни по ходу дела обсуждали какие-то детали фильма, особенности тачек, я просто любовалась Дизелем и трюками, потихоньку в самом деле расслабляясь. Ребята вели себя образцово, не подвергая больше мою нежную психику испытаниям, и сердце наконец перестало дергаться от каждого движения. Мы тихо-мирно просидели за киносеансом, выпили чай, доели все вкусняхи, и далеко за полночь наконец поползли к своим комнатам.

Когда мы все остановились у двери моей спальни, я снова напряглась, но сильно задуматься мне не дали.

— Спокойной ночи, Айя, — Данька, приобняв за талию, наклонился и чмокнул в губы, сразу отстранившись, одарил веселой усмешкой и подмигнул, и скрылся у себя.

— Отдыхай, Риша, — мягко улыбнулся Лешка и шагнул ко мне, погладив по щеке.

И точно так же легко мазнул по моим губам своими, через мгновение оставив в одиночестве. "Шо, и даже не поуговаривали пойти с кем-то из них?" — с недоумением вопросило ошалевшее сознание, и я поскорее юркнула к себе, сердито шикнув на неугомонный внутренний голос. Хватит на сегодня приключений, в самом деле, мне еще тут два дня жить, и хрен их знает, этих коварных типов, что они еще задумали. Вот зуб даю, вряд ли легли сейчас спать, стопудово обсуждают дальнейшую стратегию.

Чтобы отвязаться от мыслей подкрасться и попробовать подслушать, я быстренько переоделась в любимую ночнушку, почесала так и дрыхнувшего на моей кровати Макса и улеглась. Немного почитала, отвлекаясь от назойливых мыслей о случившихся поцелуях, и когда глаза стали закрываться, наконец вырубилась.

Только вот посреди ночи я проснулась попить, для чего пришлось спуститься вниз, а когда проходила через гостиную, поняла, что сон сбежал. В темном помещении только мерцали угли в камине, едва разгоняя густой сумрак, и я подошла к окну, обняв себя руками и глядя в темный двор. Навязчивые мысли о прошедшем вечере снова полезли в голову, но теперь они уже не вызывали такой бури эмоций, как недавно. Да, целовалась. Да, с обоими. Да, понравилось, и с одним, и с другим. Поздняк смущаться и стесняться, Ириска, походу, в оборот тебя взяли крепко. Самое удивительное, что и правда парней вполне устраивала ситуация, судя по всему, и ревновать никто не собирался. Друг к другу так точно. Так что, этот вопрос можно считать решенным. Соперничать из-за меня вряд ли будут, всерьез так точно. А учитывая Лешкину рассудительность, он не даст другу наделать глупостей, или насовершать опрометчивых поступков. Дело теперь, как я понимала, оставалось за мной.

А я, что я? Если взять по одному, так нормально все, как показала практика. Но ведь я подозревала, что составлять расписание эти двое совершенно не будут, кто когда меня обнимает, а кто когда целует, это же полный бред будет, в самом деле. Однако пока избавиться от смущения даже при мысли, что… я буду миловаться с одним на глазах у другого, или тем паче с обоими… Уф. Не получалось, ага. Моментально стало жарко, я облизнула губы, глубоко, прерывисто вздохнув. Пикантные мысли вызвали острый всплеск замешательства пополам со жгучим любопытством, внизу живота тут же потяжелело, а между ног стало горячо. Бли-ин, ну и как спать-то с такими мыслями? Идея помочь себе самой вогнала в еще большее смущение, ну вот я еще не удовлетворяла себя, мечтая о спящих буквально через стенку мужчинах…

Отчего-то именно эта мысль вызвала еще большее смущение, но навязчивые картинки никак не желали уходить из воображения. Я настолько погрузилась в размышления, что совершенно не услышала, что больше не одна в комнате. Только когда на талию легли чьи-то ладони, и около уха раздался голос Дани, едва не подскочила от неожиданности:

— Не спится, Айя?

ГЛАВА 10

Ночь, тишина, тлеющий камин — романтика, блин… И мы вдвоем. Я в ночнушке а-ля Джейн Остин, под которой собственно ничего и нет. Учитывая тонкий трикотаж и невесомое кружево сверху, ощутить это у Дани проблем не возникнет. Я не ожидала, что от этой мысли по телу прокатится волна горячей дрожи, а вдоль позвоночника с визгом и предвкушающими воплями проскачет табун бешеных мурашек, рассыпавшись по пояснице.

— Я попить вышла, — пробормотала, понимая, что надо шагнуть в сторону разорвать контакт, и вернуться к себе, иначе…

Да фиг знает, что на уме у этого авантюриста, я никогда не знаю, чего от него ожидать. С одной стороны, бодрит и поддерживает в тонусе, с другой… Слегка нервирует. Я люблю сюрпризы продуманные, а не внезапные нежданчики.

— Ага, и поэтому стоишь тут и любуешься природой уже минут десять? — с тихим смешком отозвался Даня, обнимая за талию и мягко привлекая к себе. — Иди сюда, трусиха.

Горло перехватило, во рту стало сухо, и от волнения пульс подскочил до угрожающих значений. Я напряглась, лихорадочно пытаясь решить, что делать, но момент был упущен: сильная рука обвилась вокруг меня, придерживая без шансов выбраться, а вторая… Черт. Вторая мягко легла на бедро, и я отчетливо ощутила, какая у него горячая ладонь, всего-то один слой ткани, не считая кружева…

— Дань, — сипло выдохнула и замолчала, не зная, что сказать.

Остановить или уже расслабиться и дать событиям идти своим чередом. В одном я не сомневалась: вряд ли вот прямо сейчас меня соблазнят на этом подоконнике, к такому точно не готова, и откуда-то зрела уверенность, что Даниил тоже прекрасно это понимает.

— Ш-ш-ш, — шепнул он, легко пройдясь губами по шее. — Плохого не сделаю, Риша, не дергайся…

Его рот мягко прижался чуть пониже уха безумно нежным поцелуем, от которого дрожь пробрала до самых печенок. Коленки ослабли, я без сил прислонилась к Даньке, прикрыв глаза и сдаваясь под натиском обстоятельств и настойчивости одного конкретного индивида. Да ладно, кого обманываю, если бы не хотела, отбивалась бы всерьез и не позволила всему зайти так далеко… Тем более, ночь, тишина, романтика, обстановочка располагает… Можно закрыть глаза и просто отдаться на волю эмоциям и ощущениям, я же совсем недавно сама этого хотела, помнится? Ну а тут мне помогут… Совсем немного… Хоть вспомню, каково это, когда к тебе прикасается живой мужчина. Между тем, пальцы Дани тихонько сминали тонкий трикотаж, поднимая подол, губы все так же блуждали по шее и открытой в вырезе ключице, и дышать становилось все сложнее. По телу то и дело пробегала дрожь, между ног ныло и пульсировало, и от жаркой истомы мышцы превратились в пластилин.

— Я уже говорил, что ночнушка классная? — шепнул Даня, отвлекая, щекоча теплым дыханием ухо. — И тебе очень идет… Такая романтичная, нежная… Никогда не думал, что мне понравится на женщине нечто подобное… Но ты в ней смотришься очень соблазнительно, Риша…

Его тихий шепот, слова, то, как он вслед за приятелем назвал меня, все отзывалось внутри замиранием и трепетом, никогда мне такое не говорили. Да, собственно, я ни перед одним мужчиной и не щеголяла в подобном, оставляя для себя. Искренне считала, что мужикам больше нравятся соблазнительные шелковые и кружевные штучки, которыми изобилуют магазины женского белья. Которые, мягко говоря, на мне смотрятся не слишком сексуально. Ну, я так думала. Потому и не заморачивалась для редких случайных встреч, а последние пять лет так и вообще обходилась своими силами…

И тут я почувствовала прикосновение горячих пальцев к обнаженной коже. Поперхнулась вдохом, вздрогнула, невольно сжав пальцы в кулаки. Сердце скакнуло к горлу испуганным зайцем, сбив дыхание, а губы Дани прошлись по линии подбородка, снова отвлекая, успокаивая. Вот теперь я оценила, что в такой позиции ни я не вижу его, ни он — моего лица. Меньше смущающих факторов, да… Теплая ладонь прижалась к бедру, медленно провела вверх, оказавшись уже под подолом, и я невольно затаила дыхание. Казалось, грохот моего сердца слышен в радиусе километра вокруг, и оно сейчас выпрыгнет из ушей и мячиком поскачет куда-то вдаль, оставив хозяйку. Кровь шумела в ушах, и меня потряхивало от напряжения и ожидания, по телу гуляли волны жара, то и дело закручиваясь внизу живота болезненно-сладкими спазмами.

Я все ждала каких-то комментариев, когда Данька обнаружит, что под ночнушкой нет белья, и даже внутренне приготовилась защищаться, но — он молчал. Только учащенно дышал, все так же выцеловывая узоры на шее и ключицах, обнимая за талию и легонько поглаживая живот. А рука уже добралась до самого верха, пальцы легко пробежались по внутренней поверхности бедра, мягко, настойчиво надавив. Лицо облило жаром, но я послушно отвела ногу, поставив на низкий подоконник, и практически откинулась на Даню, невольно отметив, как уютно в его объятиях, и вообще, ощущать сильное тело за спиной. Голова сама повернулась, и я, не открывая глаз, потянулась к нему, подчиняясь уже не разуму, а дремучим инстинктам, желавшим снова почувствовать сладость поцелуя, забыться в эмоциях и погрузиться в наслаждение.

Язык Дани провел по моим губам, дразня, и они тут же открылись, приглашая продолжить. Пальцы подобрались к самому сокровенному, и мышцы невольно сжались, усиливая ощущения, даря первую, пока еще легкую волну удовольствия. Обвели вокруг нежного местечка, не прикасаясь, растягивая это напряженное ожидание, заставляя сосредоточиться полностью на собственных переживаниях. Шаловливый, томительный поцелуй, и едва ощутимая ласка по мягким складкам — я задохнулась от всплеска эмоций, судорожно вздохнув, мысленно охнула, порадовавшись, что меня держат. Уже не помнила о смущении или замешательстве, погрузившись в происходящее, отдавшись во власть умелых рук Дани.

Внутри все дрожало в нетерпении, я мысленно подгоняла, плавясь от этих осторожных ласк, от поцелуя, упиваясь неожиданно яркими, давно забытыми ощущениями. Оказывается, когда это делает с тобой мужчина, еще и который тебе отчаянно нравится, все воспринимается совсем по-другому. А я уж было поверила в то, что мое либидо тихонько сдохло в уголочке, и на сильные переживания я просто больше не способна. Ага, как же… Пальцы Дани наконец развели уже откровенно мокрые лепестки, уверенно проникли в середину, нежно погладив, и я выгнулась, ослепленная удовольствием, не сдержав короткого стона. Перед глазами замелькали разноцветные точки, а Даня продолжил, не дав мне опомниться. Провел по чувствительному местечку, безошибочно найдя тяжело пульсировавший бугорок, обвел вокруг, мягко нажав, и я стремительно отправилась в космос, считая по пути звезды. Ох, божечки, признаться, до сих пор не верила, что с первого раза кто-то может в самом деле правильно приласкать, но, видимо, дело в умении и желании сделать хорошо своей женщине. Судя по всему, у Дани это самое желание было о-о-очень большим…

Мои бедра сами двигались в такт, раскрываясь больше, смущение осталось где-то там, в другой реальности. Пальцы Дани уверенно скользили по нежной плоти, поглаживая, прикасаясь то едва ощутимо, заставляя подниматься на носочки в попытке усилить ласку, то мягко нажимали, отчего я глухо стонала, кусая губы и зажмуриваясь до золотистых кругов перед глазами. Черт, это было реально крышесносно, я балансировала на самой грани, дрожа от предвкушения, смакуя эти мучительно-сладкие мгновения ожидания, которое Данька умело растягивал. Он словно угадывал, когда надо ускорить ритм, а когда почти остановиться, давая мне мгновения передышки, и снова дразнить, доводя до изнеможения. Я уже готова была упрашивать, наплевав на все, потом буду запоздало краснеть от собственной распущенности и смелости, хотелось хныкать от невозможности получить желанную разрядку.

Мои пальцы вцепились в его предплечье, я бесстыдно подставлялась под ласкающую руку, то и дело облизывая пересохшие губы, и что там бессвязно шептала, не вспомню и под гипнозом, наверное. И в момент, когда я уже решила, что больше не могу терпеть, он мягко нажал подушечкой на набухший, горевший огнем бугорок, запуская меня в стратосферу. Я захлебнулась в эмоциях, ощущения накрыли с головой, ослепив и оглушив, выгнулась, длинно застонав и потерявшись в переживаниях. Данька же снова нежно прикоснулся, и меня догнала вторая волна, оставляя совершенно без сил, обмякшей как медуза, и с пустой и звонкой головой. Несколько минут мы стояли молча, осознавая случившееся, я медленно приходила в себя, решая сложный вопрос: запоздало смутиться, или уже ну его нафиг, раз все произошло.

— Ты офигенно чувственная, — пробормотал Данька на ухо, обняв уже двумя руками и уткнувшись мне в шею. — И кончаешь капец как сладко…

А вот тут меня и накрыло могучим цунами замешательства, я порадовалась, что стою спиной, и мое пылающее лицо скрывает густая темнота. Издала мяукающий звук и несильно ткнула его локтем в бок.

— Даня… — смогла выдавить сиплым голосом, на что получила довольный смешок и… меня развернули к себе.

Обхватив ладонями щеки, он внимательно и неожиданно серьезно посмотрел в глаза и проникновенно сказал:

— Не-е, все, Айя, хрен отвертишься. Будем соблазнять, — после чего смачно чмокнул в губы и наконец отпустил. — Иди спать, скромняшка, спокойной ночи.

Дважды упрашивать не заставила, и почти бегом поднялась к себе, несмотря на бурлящие эмоции, уверенная: вырублюсь, как миленькая, едва голова коснется подушки. А еще, точно знала: Лешка наверняка слышал происходящее здесь. И Даня отрицать не будет. Ма-а-ать, и как себя утром вести? Вот утром и подумаю, а сейчас спать.

Утро наступило для меня уже после одиннадцати, и открыв глаза, я некоторое время лежала, пялясь в потолок и пытаясь собрать мысли в кучу. А они вертелись вокруг ночного происшествия, конечно же, и щеки согревало равномерное тепло не проходящего румянца. Эх. Ну, вечно прятаться в комнате все равно не выйдет, надо выползать из берлоги. Потянувшись, я откинула одеяло и побрела умываться и приводить себя в порядок.

Наконец, настал тот самый момент, когда нужно было выходить из комнаты. Я несколько раз вдохнула-выдохнула, унимая скачущее сердце, напомнила себе, что ничего постыдного или ужасного не произошло, и решительно открыла дверь. Осторожно высунулась в коридор, и нос тут же уловил соблазнительные запахи чего-то жарящегося, снизу смутно доносилось бормотание телевизора. И все. Ага, кажется, меня ждали на кухне, а не караулили под дверью, когда соизволю глаза продрать. Отлично. Ну и я спустилась, не дав себе времени подумать и сразу направившись через гостиную на кухню, стараясь не коситься в сторону того окна, где ночью мы с Данькой стояли. Не-не, я совсем не думаю об этом…

На кухне на столе уже стояли чашки, чайник с чаем, большое блюдо с гренками с сыром и помидорами, и — круассаны. Понятно, что покупные и уже готовые, только в духовку засунь, но пахли они все равно умопомрачительно, свежей сдобой, и рот тут же наполнился слюной. Об мои ноги обтерлось что-то пушистое и тяжелое, я от неожиданности чуть не подскочила, но потом вспомнила, что с нами тут еще и кот. Макс величественно прошествовал к своим мискам и захрустел кормом. Я же наконец перевела взгляд на стоявших у плиты парней, с досадой чувствуя, как смущение опять прилило к щекам. Они выглядели очень по-домашнему в джинсах и теплых клетчатых рубашках, и правда похожие на братьев. На мое появление оба одновременно обернулись, и их лица осветились улыбками, только усиливая мое замешательство. Просто я не привыкла к такой откровенной радости при появлении моей скромной персоны…

— О, наша соня проснулась, — весело заявил Даня, обходя стол и приближаясь ко мне. — Любитель поспать, я смотрю?

Мне едва удалось сдержать порыв выскочить из кухни, сердито напомнив себе, что это совсем детский сад. Поэтому следующая реплика вырвалась сама собой, видимо, от волнения во мне прорезалась ирония.

— Обижаешь, профессионал.

— Привет, — чуть тише сказал он, остановившись рядом, и наклонился, придержав за подбородок и не дав отвернуться.

Теплые губы коснулись уголка моих, и по телу прогалопировал табун бешеных мурашек, взгляд тут же метнулся к Лешке. Не знаю, чего я там хотела увидеть, но выражение сохранялось абсолютно невозмутимым, он вытер руки и отложил полотенце, кивнув на стол.

— Садись, как раз все готово.

Упрашивать себя не заставила, поспешно шагнув вперед и усевшись за стол.

— Выглядит очень вкусно, — с воодушевлением, самую капельку преувеличенным, произнесла, оглядев еду.

Парни заняли стулья по обе стороны от меня, заботливо ухаживали, наливая чай, накладывая гренки, и все было очень мило и уютно. Никто не подкалывал, не делал двусмысленных комментариев и намеков. Я даже расслабилась под конец завтрака и перестала ждать подвоха каждую минуту.

— Предлагаю прогуляться к речке, — предложил Леша, когда мы доели все гренки и допили чай. — Там красиво сейчас, деревья еще не облетели.

Возражать не стала, прогулка была очень кстати, проветриться и подышать свежим воздухом. Даня остался убирать со стола, Леша пошел к выходу, и я за ним, вот только едва приблизилась к выходу, как он внезапно остановился, и в следующий момент я оказалась в крепких объятиях.

— А где мое доброе утро, м-м? — усмехнувшись, сказал он и наклонился к моему лицу, на несколько мгновений прижался к губам, скользнув по ним языком, и сразу отстранился. — Иди одевайся, — меня развернули и мягко подтолкнули к лестнице.

В общем, давать мне возможность раскрутить карусель мыслей в голове и чего-нибудь напридумывать, судя по всему, никто не собирался. Так что, я послушно пошла одеваться, сопровождаемая темной тенью Макса. Когда снова спустилась, парни уже ждали, и к моему удивлению, держали шлейку.

— А Макс с нами, что ли? — уточнила на всякий случай.

— А то, — кивнул Даня и присел, котяра подошел и с вселенским терпением на морде позволил надеть на себя шлейку. — Гулять очень любит, почти как собачка, разве только в туалет в лоток все-таки ходит, а не под кустики, — хмыкнул он.

Так мы и вышли, впереди вышагивал Макс, задрав роскошный хвост, конец поводка был в моих руках, а Даня нес неизменный фотик. Ждать подвоха надоело, и остатки нервозности рассосались самостоятельно, я просто решила наслаждаться прогулкой и свежим воздухом. Мы за полчаса дошли до Вуоксы, и я пришла в полное восхищение от ярких красок леса, бурлящих порогов, прозрачно-синего неба, на удивление чистого для осени. Несколько часов мы бродили там по окрестностям, делая фотки, Макс, кстати, с удовольствием позировал, на время растеряв невозмутимость и исследуя мокрые камни, деревья, еще оставшуюся зеленой траву. И его ничуть не смущали влажные лапы и брызги воды. Конечно, к нам то и дело подходили "погладить котика", "сфотать котика", в общем, Макс был звездой инстаграма.

Часам к четырем я слегка утомилась и проголодалась, и мы отправились обратно домой. На обед Даня сделал стейки, и я впервые в жизни пробовала таким образом приготовленное мясо — вышло очень вкусно. А вот когда я, слегка осоловев, отодвинула тарелку от себя, рассеянно подумав об уютном пледе, диване и книге, меня огорошили следующим предложением:

— Ну что, может, в бассейн? Я с утра обогрев включил, — Леша посмотрел мне в глаза, уголки его губ дрогнули в намеке на улыбку.

— Во, я как раз хотел сказать, — подхватил Даня, тоже повернувшись ко мне. — Поплаваем, погреемся, а там можно снова в баню.

Вот же ж… Заладили. Знаю, чего хотят, и… И, черт, все равно стесняюсь.

— Давай-давай, трусиха, пойдем, — Лешка со смешком поднялся, поймал мою руку и потянул за собой. — Отказ не принимается.

Пока я пыталась судорожно подобрать слова, чтобы как раз и отмазаться от купания, меня уже довели до лестницы и подтолкнули наверх, так что отвертеться, походу, не получится. Ну и пришлось идти к себе и переодеваться в купальник, нервничая все больше. И совершенно некстати вспомнив и вчерашние поцелуи, и то, что случилось ночью… Да тьфу же ж, так, Айрис, мигом успокоилась. Даня, конечно, пообещал соблазнять, но не вот так же сразу резко. Глубоко вздохнув, я закуталась в халат и вышла из комнаты.

Парни ждали внизу, тоже в халатах, и поймав себя на смутном разочаровании, отвесила еще один мысленный подзатыльник. Чую, как вернусь, нужно обстоятельно с Настькой пообщаться, желательно где-нибудь в уютном местечке, выплеснуть эмоции и уложить сумбурные мысли. Мы вышли из дома в мягкие сиреневые осенние сумерки. Солнце уже скрылось за деревьями, и небо потихоньку темнело, однако на западе еще виднелись красивые переливы оранжевого и розового, плавно переходящие в лиловый и синий. От воды в бассейне поднимался пар, по периметру горели разноцветные фонари, а на лежаке лежали полотенца и клетчатый плед. Я остановилась у бортика, не торопясь снимать единственную защиту от любопытных взглядов парней, потрогала пальцами ног воду — в самом деле теплая, тут же захотелось окунуться.

На плечи легли ладони, и негромкий голос Леши около уха произнес:

— Снимай уже, Риша, — и он настойчиво потянул махровую ткань.

Горло на мгновение перехватило от приступа смущения, я незаметно сглотнула, облизнув сухие губы, и вцепилась в пояс, понимая, что снять все же придется. По сути, ведь все все уже видели, так-то. Обстановку разрядил Даня, легко скинув свой халат и с лихим возгласом сиганув в воду. Конечно, брызги полетели во все стороны, я с визгом отскочила, чем и воспользовался Леша, ловко сдернув с меня символическое прикрытие.

— Все, вперед, в воду, а то замерзнешь, — весело обронил он, на мгновение обняв растерявшуюся меня и чмокнув в приоткрытые губы.

Пришлось спешно забираться, радуясь, что вода все же скрадывает. Ну и поплавать любила, конечно, пусть это и не море, все равно приятно. Парни дурачились, плескались, потом предложили поиграть в мяч, в общем, всеми силами отвлекали. И вместе с тем градус моего волнения неуклонно рос. Потому что случайные и не очень прикосновения никто не отменял, а учитывая, что одежды на нас был минимум, это все щекотало нервы будь здоров, почище американских горок. Не говоря об обнаженных торсах и рельефных мышцах, за которые то и дело цеплялся мой косой взгляд.

Наконец, я утомилась слегка, отплыла к мелкой части бассейна и уселась на ступеньки под водой, отдышаться. Рядом тут же пристроился Лешка, обнял, мягко привлек к себе.

— Устала? Пойдем в баню греться? — предложил он, убрав несколько влажных прядей с моего лица.

— Отличная идея. А потом можно в бильярд, — с воодушевлением заявил Даня, опустившись с другой стороны и нахально коснувшись губами моего обнаженного плеча.

Уф, черт наглый, ну что творит, а. Хотя, учитывая прошлую ночь, это вообще еще цветочки, да. Так что, я резво встала и поспешно кивнула, торопливо и аккуратно, чтобы не поскользнуться, посеменив к лежаку за полотенцем, халатом и пледом. Вскоре мы уже сидели в парилке, причем скромно отсиживаться в уголочке мне никто не дал. Даня притянул к себе, едва я опустилась на полку, уложил спиной к себе на грудь и обнял, сложив ладони на животе. При этом его дыхание щекотало ухо и шею, рассыпая мурашки по коже, а губы время от времени мягко скользили, оставляя невесомые поцелуи. А Лешка сидел напротив, как и вчера, уложив мои ноги к себе на колени и ласково перебирая пальчики, и на его лице блуждала легкая, довольная улыбка. У меня же сердце колотилось так отчаянно, что то и дело срывалось дыхание, а кровь неслась по венам со скоростью "Сапсана". И вроде никто ничего такого прямо уж не делал, только вот я оказалась слишком близко сразу к двум мужчинам, которые мне тоже нравились, и… Епт, меня разрывало от эмоций, как хомячка от капли никотина, если верить Минздраву.

Лешка же, легко пробежавшись пальцами по лодыжке и погладив косточку, не нашел ничего лучше, чем негромко спросить:

— Ну что, очень страшно, Риша?

Опять это сокращение. Не знаю, почему, но из всех уменьшительных, которыми награждали меня знакомые в попытках как-то убрать громоздкость имени, это вызывало больше всего волнения. А может, потому что его произносили небезразличные мне мужчины… Мужчины? Значит, на подсознанке уже о двоих все-таки думаю… Я одарила Лешу косым взглядом и буркнула:

— Непривычно, — и почти не обманула же.

Непривычно, оттого волнительно и да, немножко страшно. Потому что тяжело поверить в чудо, когда уже сама поставила крест на личной жизни, не ожидая от той никаких сюрпризов. Потому что не бывает так, что у обычной женщины с неидеальным лицом и фигурой внезапно появляются аж два кавалера весьма недурной наружности… Ну не верю я в чудеса, слишком много опыта и брони из цинизма, от лишних разочарований и боли. Сказала и тут же поняла, что зря призналась.

— Ладно, будешь привыкать, — невозмутимо заявил Даня, и его пальцы тихонько погладили мой живот, прямо над плавками.

Я чуть не взвилась, потому что, учитывая вырез бикини, место там было гораздо ниже пупка и ну очень чувствительное… Вихрем промелькнули воспоминания о случившемся ночью, краска бросилась в лицо, и горло перехватило. Если посмеет прямо сейчас полезть дальше… На этом мысли закончились, потому что никуда шаловливые конечности не полезли, просто так и лежали на животе, волнуя уже одним прикосновением. Прерывисто вздохнула, наблюдая за тем, как пальцы Лешки скользят по моим лодыжкам и ступням, и покачала головой.

— Неужели правда не ревнуете? — вопрос вырвался сам собой, раз уж снова пошел вечер откровенности. — А как же чувство собственности и все такое? — постаралась прибавить в голос ехидства, чтобы вышло не так пафосно, и надеюсь, получилось.

Лицо Леши стало задумчивым, взгляд на несколько мгновений отсутствующим.

— Понимаешь, Айрис, ты же не недвижимость, чтобы кто-то имел право заявлять, что ты ему принадлежишь, — наконец ответил он. — Ты свободный в своем выборе человек, и можешь верить, можешь нет, но ссориться с тем, с кем я знаком всю жизнь, только потому, что нам нравится одна и та же женщина, лично в моем понимании как-то не слишком умный поступок. Как и перетягивать женщину, как канат, в попытке завладеть ее вниманием. Всегда можно найти компромисс, — уголок его губ приподнялся в улыбке. — Чтобы никого не обидеть.

— А если я все-таки кого-то одного выберу? — не унималась я, все пытаясь уловить подвох в нашей необычной ситуации.

В общем, слова Лешки мне понравились, и я его понимала: если уж выбирать между дружбой с детства и мимолетным интересом, то как бы женщин много, будем честными, а вот близких друзей — не так чтобы очень.

— М-м-м, что, есть предпосылки? — мурлыкнул на ухо Даня, снова пробежавшись пальцами по животу, отчего я чуть нервно не хихикнула.

Лешка же, откинувшись на стенку, лениво улыбнулся, прикрыв глаза, погладил мои лодыжки, запустив очередную волну мурашек по всему телу.

— Знаешь, Риш, я предпочитаю решать проблемы по мере поступления, — негромко ответил он. — Вот когда ты заявишь, что хочешь встречаться с кем-то одним из нас, тогда и будем посмотреть. А пока, меня лично все устраивает, — он подмигнул, глаза весело блеснули.

— Ну что, охлаждаться? — предложил Даня, и тут я была согласна, на свежий воздух было бы неплохо.

В бильярд мы тоже поиграли, и хотя опять внутренне я оставалась настороже, ожидая какой-нибудь подлянки типа игры на желание, мои подозрения не оправдались. Парни вели себя паиньками, видимо, посчитав, что пока хватит волновать меня больше, чем уже есть, за что я была бесконечно благодарна. Мне правда надо привыкнуть, и прежде всего с Настькой перетереть за жизнь, получить подтверждение от независимого источника, что… не совершаю в очередной раз ошибку.

На вечер ребята снова сделали шашлыки из остатков мяса, и мы вернулись в гостиную, устроившись на диване — к нам даже Макс пришел, нагло улегшись опять рядом со мной.

— Данька, у нас блин конкурент, — весело хмыкнул Леша, наблюдая за тем, как я с наслаждением запускаю пальцы в роскошную шубу котяры, а он только жмурится, выпуская когти.

— Котики вне конкуренции, — гордо заявила я, именно в этот момент вдруг необычайно ярко ощутив накрывшее меня умиротворение.

В камине снова горел огонь, я лежала в гнезде из пледа и подушек, на широком подносе стоял пряный глинтвейн и остатки мяса с овощами. Даня опять устроился за спиной, Леша рядом, и мои вытянутые ноги лежали на его коленях. В этот раз мы трое сидели очень близко друг к другу, без всяких целомудренных расстояний… Но паники я испытывала гораздо меньше, отчего мимолетно удивилась. И правда, привыкаю?

— Так, ну, что-то мне подсказывает, наши специфические интересы в кино и сериалах тебе вряд ли понравятся, — задумчиво протянул Даня на ухо, взявшись за пульт. — Что смотреть будем?

В этот раз я выбрала мои любимые "Трансформеры", втайне надеясь, что парни одобрят выбор. Как оказалось, попала в точку: оба в детстве тащились по этому мультику, поэтому фильм зашел на ура. Мы сразу посмотрели две части, только вот я, утомившись насыщенным днем, как-то незаметно для себя придремала к концу, пригревшись в уютных объятиях и под басовитое мурлыканье Макса. Конечно, этим сразу воспользовался Даня, кто бы сомневался.

Прикосновение теплых губ к моим было очень нежным, мягким, и я даже не сразу поняла, что вообще происходит. Тихо вздохнула, неосознанно потянувшись навстречу, приоткрыла рот, поддавшись настойчивому языку… Несколько минут я бездумно целовалась, пребывая на грани сна и яви, мной руководили дремучие инстинкты и подсознание, рука сама обвилась вокруг шеи, тихонько перебирая пряди на затылке. Пока совершенно отчетливо не нахлынули ощущения: на моих коленках чья-то ладонь, и на нас смотрят. Дрему как рукой сняло, сознание разом очистилось, и я с судорожным вздохом отпрянула, широко распахнув глаза. На меня смотрели веселые глаза Даньки, его ладонь так и лежала на моем затылке, а вторая обнимала за талию. Причем шустрые пальцы пробрались под кофту и медленно поглаживали поясницу, рождая волны мягкой истомы. А Лешка, между прочим, сидел практически вплотную и… любовался на это безобразие, да. Черт.

Наверное, что-то отразилось на моем лице, потому что он усмехнулся и поднял бровь, ничуть не смущенный или расстроенный.

— Так, кому-то пора спать, я так понимаю, — как ни в чем не бывало, заявил он и протянул мне руку. — Пойдем?

Пришлось выпутываться из пледа и подушек с независимым видом, хотя щеки горели от румянца. Даня отпустил, дав подняться, и негромко пожелал:

— Спокойной ночи, Риш.

И как-то очень так по-домашнему прозвучало… Мы с Лешей поднялись на второй этаж, он держал за руку, и волнение тихонько щекотало изнутри, а еще, предвкушение. Да кого обманываю, мне хотелось, чтобы и он поцеловал тоже, да. Кажется, и правда выбор не придется делать… Додумать мысль я не успела, меня мягко развернули и прижали к стене, обняв за талию, лицо Лешки оказалось очень близко от него.

— Ты очень мило смущаешься, — выдохнул он мне в губы, и его пальцы нежно погладили мой нос, провели по скуле, спустились на подбородок. — Никогда бы не подумал, что мне это будет так нравиться, Риша.

А я… ощутила себя не умудренной жизнью и опытом циничной теткой почти под сорок, а двадцатилетней девчонкой на первом свидании. В жизни не представляла, что такие простые слова всколыхнут внутри могучую волну сладкого томления, залившую тело до самой последней клеточки. Даже в мои первые влюбленности, даже с бывшим такого не было, ни с первым, ни со вторым. По крайней мере, не настолько ярко и сильно меня встряхивало от, казалось бы, мимолетных прикосновений, совсем не изысканных и элегантных комплиментов.

— Ну знаешь, я, конечно, не фиялка, но в моей жизни не случалось ситуаций, когда я целовалась с одним парнем на глазах другого, — пробормотала, не в силах отвести взгляд и машинально облизнув губы. — И чтобы это не закончилось мордобоем…

Лешка тихо рассмеялся, его большой палец обвел вокруг моего рта.

— Все когда-нибудь случается в первый раз, — шепнул он и прижался к моим губам.

Не знаю уж, что сработало в темных глубинах моей непостижимой души, но меня словно что-то отпустило. Я с готовностью ответила, обняв Лешку за шею, и поцелуй вышел неожиданно жарким и долгим, аж дыхание перехватило, и внизу живота поселилась знакомая горячая тяжесть. Я даже не сразу осознала, что прижимаюсь к Леше слишком уж неприлично тесно, а вот то, что он готов не только к поцелуям, почувствовала моментально. Однако точно вот прямо сейчас не планировала переходить к дальнейшему, хотя целоваться мне нравилось, и с одним, и с другим. Блин, как звучит-то пошленько…

Лешка отстранился первым, тяжело дыша и поглаживая основание шеи, отчего хотелось ежиться и мурлыкать не хуже Макса.

— Так, все, иди, Айрис, а точно никуда не отпущу, — тихо, чуть хрипло произнес он и расцепил руки, отступив на шаг.

Я от неожиданности даже покачнулась, из-за внезапно ослабевших коленок, а потом быстренько юркнула к себе, подавив порыв прикоснуться пальцами к губам. Ох, надеюсь, сегодня ночью меня не посетит никакая бессонница. Вряд ли, конечно, Лешка будет караулить, но с этими ребятами ни в чем нельзя быть уверенной. Нервно хихикнув, я быстро переоделась в ночнушку и нырнула под одеяло, сладко зевнув и моментально вырубившись. До самого утра, слава яйцам.

ГЛАВА 11

Видимо, на новом месте и правда спалось мне замечательно, потому что в этот раз я проснулась сама, отдохнувшая и выспавшаяся, в десять утра. Для меня не так, чтобы поздно, но я и правда чувствовала себя бодрой. Полежала, созерцая потолок, рассеянно почесала Макса за ухом — он снова спал рядом, весьма воспитанный кот, надо сказать, не будил, не ложился тяжелой тушкой на грудь, а деликатно растянулся вдоль меня.

— Привет, лохматый, — вполголоса поздоровалась я и откинула одеяло. — Ну что, встаем и идем питаться?

К моему удивлению, в доме царила тишина — парни еще не выходили из комнат. Ага-а, я мысленно потерла лапки: теперь моя очередь кулинарить. И порысила на кухню, предвкушая предстоящую готовку. Оказывается, когда ты делаешь что-то для другого, то это совсем особенное ощущение. Я еще и всунула наушники и врубила любимый плейлист, мурлыча под нос и пританцовывая — это дело я любила, когда-то даже в анамнезе несколько лет бальных танцев, когда после универа пошла работать и надо было занять чем-то вечера. Потом немножко аргентинского танго тоже, года три ходила, и даже полтора года на танец живота. В общем, двигаться умела и любила, правда, теперь уже не получалось так изящно как раньше… Но сейчас-то меня никто не видел, правда?

В сковородку отправился мелко нарезанный бекон с копчеными колбасками, я взбила яйца и молоко, добавила лук-укроп, подумав, накрошила еще грибов — сытнее будет. Вылила все в сковородку, уменьшила огонь, порезала помидор кружками, выложила, густо присыпала сыром и накрыла крышкой, поставив на маленький огонь. Все, теперь бутерброды, чай, и ждать, когда парни проснутся. Достала посуду, включила чайник и развернулась, собираясь выставить все на стол… Да так и замерла, уставившись на невольных зрителей моего утреннего расслабона. Даня стоял, прислонившись к столу и скрестив руки, а Лешка сидел, подперев ладонью подбородок, и… оба смотрели на меня, и неизвестно, как долго любовались, как я верчу попой у плиты…

Вынула наушники, не сводя с них настороженного взгляда, а Лешка вдруг задумчиво спросил:

— Танцевать любишь, да, Риша?

Я прищурилась и обвиняюще выпалила:

— Вы подглядывали.

— Ну почему, любовались, — со смешком ответил Даня. — Знаешь ли, очень привлекательное зрелище вышло. Где-то училась?

— Да так, немного бальные, немного танго, — я дернула плечом и напомнила себе, что вообще-то, в клубы же хожу время от времени, пару раз в год.

Так чего тут смущаться? Ну увидели, как я попой верчу под латинские ритмы, и что такого-то?

— Неплохо двигаешься, очень, — Леша потянул носом и резко сменил тему. — М-м-м, вкусно пахнет. И что на завтрак у нас?

Домой мы решили возвращаться после обеда, чтобы быть в городе не слишком поздно — мне завтра предстояло на работу, а у парней, по их словам, вроде проекты намечались. Я успела слегка расстроиться от известия, правда, тщательно замаскировала свои эмоции — для меня самой оказалось сюрпризом, как за эти три дня привыкла к ребятам. Думала, устану от интенсивного общения, но нет — мы разговаривали не все время, а присутствие Дани и Леши навязчивым не было, они не стремились каждую минуту обратить на себя мое внимание. После завтрака мы снова погуляли по окрестностям вместе с Максом, потом вернулись домой, и просто сидели в гостиной. Я с книгой, парни за ноутами. И вовсе не хотелось срочно нарушить тишину, она была уютной и теплой, как шерстяной плед и какао с зефирками.

Ну и, конечно, в свой ноут я тоже залезла, осторожно косясь в сторону сосредоточенных парней — не подглядывают ли? Потому что меня прямо распирало пообщаться с Настькой, хотя бы для начала по сети. "Привет, ты куда пропала, подруга?" — тут же прилетело сообщение. Я тихонько хмыкнула. "В гости уехала. Меня за город пригласили". Представляю, какое лицо сейчас стало у Аськи. "О-о-о-о, они, да? Твои программеры? Ириска, скажи, что это так. Ну же" Едва не захихикала, но сохранила все же невозмутимое лицо. "Ага, я у них сейчас, на даче". "Так, нам срочно надо встретиться. Ты когда в город?" — "Сегодня после обеда, а завтра на работу и после занятие. Давай в среду?" — "Оки, тогда часика в четыре, в пабе?" — "Договорились. И учти, я хочу знать все" Звучало многообещающе, да, но вот перед лучшей и самой близкой подругой я точно никогда не стеснялась.

На обратном пути, утомленная бурными выходными, я снова задремала в обнимку с Максом — меня пока оставили в покое, видимо, давая переварить все эмоции, и на заднем сиденье мы с котищем лежали одни. Учитывая понедельник, доехали до города без пробок, меня как всегда выгрузили во дворе моего собственного дома, одарив напоследок по очереди поцелуями. Хорошо, вполне целомудренными. Соседям у нас, конечно, в нынешние времена все равно, что творится за дверьми на одной лестничной клетке, но все же не хотелось светить личной жизнью перед незнакомыми людьми.

А оказавшись в своей квартире, я внезапно ощутила странное чувство… пустоты. И вроде мое гнездышко, которое любовно обустраивала два года, пока ремонт делала, и все тут так, как хотела, но… Черт. В груди поселился холодок от мелькнувшей мысли. Я что, уже так быстро привыкла, что со мной рядом кто-то находится? А так бывает вообще? Пять лет ведь одна жила, и ничего, уже уверилась, что с моими холостяцкими привычками и усталостью от общения после работы вряд ли найду что-то лучше постоянного любовника, согласного на встречи на нейтральной территории и приятное времяпрепровождение вдвоем, но никак не совместную жизнь.

— Так, дорогуша, харэ панику наводить, — пробормотала, отправившись на кухню, завести кофемашину. — Давай-ка не будем пороть горячку.

И я устроилась в своей оранжерее, с чашкой и книгой, и просидела там до самого вечера.

Следующий день начался как обычно, если не считать пожелания доброго утра, прилетевшего сообщением по телефону. Мелочь, а приятно. Я отправилась на работу к одиннадцати, там поболтала с тетками, попила с ними чай, ну и отправилась на занятие. Погода сегодня была как обычно в Питере, пасмурная, слегка промозглая, но хорошо, без дождя. А еще, поймала себя на том, что то и дело возвращаюсь в воспоминаниях к прошедшим дням за городом. И поняла, что с удовольствием бы повторила поездку… Зимой там, наверное, вообще здорово, когда везде снег — в области он в отличие от города обычно есть, и весьма неплохой, — а ты сидишь в уютном тепле, около камина, и пьешь что-нибудь вкусненькое. Эх…

Ребята на людях вели себя прилично, что меня весьма обрадовало. Хотя взглядов никто не отменял, и я в какой-то момент пожалела, что поддалась настроению и надела сегодня джинсы. Потому что эти двое нахалов откровенно глазели на мои ноги и пятую точку. Надеюсь, другие не заметили. Полтора часа пролетели быстро, ученики потянулись к выходу, а Даня с Лешей как всегда задержались.

— Ты как, голодная? — спросил Алексей, открывая передо мной дверь и пропуская в коридор.

— Да не очень, я успела пообедать, — честно призналась.

— Кстати, фотки готовы из заброса, — обрадовал Даня, и я мысленно потерла ладони в предвкушении.

До дому меня подбросили, а когда прощались, я поймала себя на том, что на языке вертится вопрос, увидимся ли завтра… Хотя завтра у меня встреча с Настей, вообще-то, так что, дорогая моя, молчим и улыбаемся.

— К выходным что-нибудь придумаем, — перед тем, как уйти, заверил Лешка и подмигнул со своей фирменной улыбкой. — Постараемся расквитаться с работой побыстрее.

— Хорошо, — я тоже улыбнулась.

А еще, с удивлением отметила, что в общении с ребятами исчезли настороженность и напряженность. Я уже почти не задумывалась о том, что ко мне проявляют внимание сразу двое, и не вздрагивала от взглядов и прикосновений, пусть и весьма целомудренных. Все-таки, мы на людях, и не подростки, чтобы при всех обжиматься.

Ну а на следующий день мы встретились с Настей в нашем любимом кафе в центре, в ретро-стиле, как я любила.

— Итак, я слушаю, — подруга царственно махнула рукой. — И не вздумай зажать инфу, дорогая моя, — строго добавила она, а я захихикала, как девчонка.

И выложила по-честному все. Даже то, что случилось между мной и Данькой ночью. Слушала Аська внимательно и вопреки моим ожиданиям без комментариев, терпеливо дожидаясь, пока я выдохнусь. И только потом начала снимать с меня тонкую стружку своими вопросами.

— Ну и? — она выгнула бровь, внимательно глядя на меня. — Долго динамить парней будешь?

— В смысле? — я прикинулась дурочкой, хотя прекрасно понимала, о чем она.

— Да в прямом, милочка, — Аська фыркнула и закатила глаза. — Они тебя третью неделю обхаживают, между прочим, а ты строишь из себя невинную фиялку. Мать, тебе под сороковник уже, смею заметить, жеманиться в твоем возрасте как бы немного не комильфо, — в своей манере высказалась она.

Я поджала губы и дернула плечом, испытывая смешанные эмоции.

— Не надо давить на меня, — буркнула, крутя между пальцев чашку с чаем. — Еще скажи, чтобы монетку кинула, с кем первым спать. На двоих сразу категорически не согласна, — поспешно добавила, твердо посмотрев на Настасью. — Пока не согласна, — все же добавила после секундной заминки.

— Ну Ириска, они же тебе оба нравятся, — уже мягче продолжила подруга. — Чего с тобой, зая?

Вздохнула и поморщилась, неопределенно пожала плечами, снова опустив глаза в чай.

— Ну нравятся, — все же признала очевидное. — Но предпочитаю, чтобы все шло своим чередом.

— То есть, первая навстречу не шагнешь, — утвердительно сказала Аська.

Я лишь молча покачала головой. Ну да, в этом весь мой характер, никогда охотницей не была, и толком флиртовать и соблазнять не умела. Предпочитала отдавать в этом плане первенство мужчине. В конце концов, он же самец. Ему по статусу положено.

— Может, боишься, Ириска? — продолжила задумчиво препарировать мой мозг Аська. — А чего тогда, м-м?

— Да не то, чтобы боюсь, — протянула, в самом деле прислушавшись к себе и своим эмоциям. — Просто… Ну, не знаю, в прошлом слишком много было разочарований в постели, — наконец поймала за хвост смутное ощущение. — Далеко не все мужчины умеют себя там проявить, знаешь ли, — криво усмехнулась. — А изображать училку и там, и командовать, где прикоснуться и как приласкать — ну как-то не знаю, в жизни работы хватает.

— Ну да, в чем-то ты права, — медленно кивнула Настасья. — Мало кто из мужиков спокойно воспринимает советы в постели, они же все мачо, хотя на деле большинство только и умеет, что тыкать своим членом, а потом отваливаться, самодовольно считая, что женский оргазм — это такая штука, которая возникает сама по себе.

— А кто из женщин вообще рискнет поднять вопрос собственного удовольствия с мужчиной-то? — хмыкнула я, вспомнив свои похождения и неудачи. — Тут же как, работает страх, что если не согласится пойти чуть не на первом свидании в нумера, то все, потенциальный поклонник упорхнет искать более сговорчивую.

— У тебя так было? — тихо спросила Настя, покосившись на меня.

— Было, — коротко кивнула, не желая вспоминать случайные перепихоны, в большинстве бывшие большой ошибкой.

Точно так же повелась на смазливое личико и обаятельную улыбку, а потом… Ну, потом было уже проще дать, так сказать, чем пойти на попятный. А ведь женщины и правда боятся сказать "нет" мужчине, потому что опасаются оказаться вообще без кавалера, да. Мужчины же считают, что достаточно засосать, как вантуз, пощипать грудь, потереть между ног, как будто женщина — это лампа Алладина, и вуаля, оргазм готов. Тьфу. Всерьез думать, что низкопробная порнушка может чему-то научить в постели — это же каким надо быть дураком.

— Но что-то мне подсказывает, Ириска, что парни не такие, — вернула меня из задумчивости в реальность Настасья. — Тебе же понравилось с Данькой, да?

Вспомнила, и щекам тут же стало жарко, дыхание на мгновение сбилось.

— Ага, понравилось, — тихо вздохнула.

— Тогда пообещай мне, что если в ближайшее время ситуация сложится подходящая, ты покажешь своим тараканам фак и получишь наконец полноценное удовольствие, — Аська подалась вперед, вперив в меня пристальный взгляд. — И-и-ир, ага?

— Ага, ага, — сдалась я, понимая, что эта пиявка не отстанет.

Ну и… Мое чутье тоже подсказывало, что кто бы из парней ни был первым, мне точно понравится. Хотя бы потому, что меня не потащили в постель с первой же встречи, пусть и сразу продемонстрировали явный интерес. Не побоялись потратить время, силы, и деньги, и это тоже подкупало.

— Смотри мне, — подруга шутливо погрозила пальцем. — И вообще, я бы уже познакомилась с этими чудными ребятами, сумевшими продраться сквозь твои шипы и колючки, — со смешком добавила Аська. — Подумай об этом, ладно?

Дальше мы просто сидели и болтали обо всем, чуть позже перейдя с чая на горячий глинтвейн — самое то в такую промозглую погоду. А вечером, когда я уже вернулась к себе, в контакт написал Лешка: "Приветик. Ты же завтра выходная, да? Как насчет приехать в гости? Мы соскучились, а работать, зная, что ты где-то рядом, всяко веселее. Данька заедет за тобой, идет?". Я смотрела на эти строчки и уже знала, что соглашусь, конечно. А еще, что, скорее всего, останусь ночевать, потому что в пятницу тоже никуда не надо, кроме занятия, и… вполне возможно, что эта ночь изменит многое в моей жизни.

Прикусив губу, я помедлила всего мгновение, а потом словно прыгнула с большой высоты — написала всего одно слово: "да". Я ведь обещала Аське, правда?

Мы договорились, что Даня заберет меня в два часа. До этого времени я час металась по квартире, судорожно соображая, что надеть, перебрала весь шкаф, потом плюнула и достала джинсы и свитер. Вспомнила, что меня возможно ждет сегодня, выругалась и полезла перебирать белье. Нет, у меня были не только удобные хлопковые слипы, и обычные лифчики на каждый день. Имелась и парочка вполне симпатичных комплектов, купленных по случаю, их я надевала дай бог один-два раза в год. Не моя вина, что таких случаев в последнее время почти не выпадало…

Из двух выбрала черно-фиолетовый, кружевной — пошлые красные не любила, светлые слишком маркие, а вот такой вот самое то. Полчаса потратила на сборы, и когда пришло сообщение, что меня ждут во дворе, была готова. Фух, ну, поехали, что ли. И я вышла, спустившись на лифте. Данька ждал, не заглушая двигателя, и я устроилась на переднем сиденье.

— Привет, — поздоровалась, повернувшись к нему.

— Привет, — и в следующий момент мое лицо обхватили ладонями, крепко прижавшись губами к моим губам.

Оказывается, не только он соскучился, но и я, осознала внезапно, когда поймала себя на том, что отвечаю так же жадно и нетерпеливо, а по телу гуляют волны мурашек и жаркой истомы. Оторвались мы друг от друга нескоро, и лично мне потребовалось несколько минут, чтобы отдышаться и немного прийти в себя.

— В магазин еще заскочим по пути? А то в холодильнике пусто, — как ни в чем не бывало предложил Даня, выруливая со двора.

Я просто кивнула, опасаясь, что голос изменит. В магазине же вообще мы бродили между стеллажами и набирали в корзину, переговариваясь, как будто давно живем вместе. И от этого странно сжималось в груди, сбивало дыхание и рождало очень странные мысли… Уложив пакеты в багажник, мы отправились уже к дому ребят, где нас встречали Макс и Лешка. А я, глядя на морду кота и физиономию его хозяина, чуть не расхохоталась: они и правда чем-то похожи. Такие же оба невозмутимые, но если присмотреться, то в глубине взглядов таились черти. Я почти уверена, что несмотря на всю свою величавость и царственность, если Максу показать лазерную указку, он моментально превратится в игривого котенка. Кстати, надо будет как-нибудь попробовать, ага.

— Привет, Риша, — Лешка шагнул ко мне и обнял, привлекая к себе и закрывая рот поцелуем не менее страстным и жарким, чем я получила от его приятеля не так давно.

Краем уха услышала веселое хмыканье и шуршание пакетов, но… отвлекаться не хотелось, если честно. Смущение подумало и махнуло лапкой, скрывшись в глубинах подсознания.

— Я на кухню, голубки, — послышался насмешливый голос Дани и захотелось отвесить ему пинка.

Шутник нашелся, ага. Щеки все-таки вспыхнули, но я все равно не оторвалась от своего занятия, мысленно махнув рукой. Видимо, придется привыкать еще и к этому, к острому языку Дани и тому, что он сдерживаться точно не станет. Ладно…

— Голодная? Если честно, у нас там только дежурные пельмени, остальное готовить надо, — Лешка почесал в затылке, обняв меня одной рукой за талию, и я только сейчас обратила внимание, какой у него усталый вид. — Так-то мы пиццей обходимся, норм заходит.

Я не удержалась от ехидного замечания:

— Ага, так бы сразу и сказал, что вам домработница требуется, ибо господа изволят домашней стряпни хотеть, а самим напрягаться лень.

— Ты разгадала наш коварный план, — серьезно кивнул Леша, пока мы шли к кухне, но в его голосе звучали веселые нотки.

Перед нами важно вышагивал Макс, распустив свою роскошную пальму — хвост у него загибался аж на спину, длиной почти с него самого. Там Данька уже все распихал и повернулся к нам, вопросительно выгнув брови.

— Помощь нужна? — коротко спросил, глянув на меня.

— Идите уже, работайте свою работу, — махнула и решительно направилась к холодильнику, инспектировать, что там есть интересного.

— Точно? — с подозрением раздалось в спину.

— Точно, точно, — немного рассеянно заверила, распахнув дверцу и осматривая полки.

В результате, помогать мне остался только Макс. Он легко взмахнул на стол, аккуратно разлегся ближе к стене, подобрав все лапы и хвост, чтоб не мешать, и внимательно наблюдал, что я творю. А я решила не обходиться банальными макаронами и котлетами, конечно, мое женское эго желало удовлетворения собственного тщеславия. Ну и, отрыв в морозилке креветки, в холодильнике сливки, кусок сыра с голубой плесенью, а в ящике лимон и чеснок, занялась пастой. Дома себе такую частенько делала, готовится быстро, и пальчики оближешь, лучше любой ресторанной.

По привычке мурлыча под нос, занялась ужином, и мысли в процессе рассеянно свернули на… дизайн. Внезапно подумалось, а чтобы я устроила на такой просторной кухне с шикарным окном, выходившим во двор, и широким подоконником. Вот было бы классно, наверное, сделать столешницу целиком по периметру, и мойку прямо напротив окна. И чтобы один край выходил на середину кухни, классической стойкой с верхними светильниками и барными стульями. Конечно, тут отлично будет смотреться деревенский стиль с деревянными фасадами, и вместо стекол — плетеные панели. А в углу — удобный диван с обивкой из рогожки, и обязательно чтобы с ящиками внутри, очень удобно и функционально. Стол можно тоже из массива дерева, и офигенно было бы, если бы ножка — из цельного пня, я как-то видела такой, когда себе мебель выбирала. На цену даже не смотрела, ибо мне мои нервные клетки еще дороги. В целом, смотрелось бы уютно, просто, но не простецки, и элегантно. Как раз в духе хозяев…

Тьфу, Айрис, это не твоя квартира. А парням и так неплохо живется, раз не стали заморачиваться с дизайном. Уймись. И я сосредоточилась на еде. Обнаружила несколько сортов макарон, выбрала бантики — нравятся мне всякие необычные. Креветки уже были готовы, остался соус и собственно паста, с этим я справилась за четверть часа. Все это время Макс внимательно наблюдал, не шелохнувшись, только ушами время от времени дергал. Милейший кот, однако, и воспитанный, лапами и носом в тарелки не лезет, даже к креветкам не сунулся, только усами чуть пошевелил, да заинтересованно принюхался.

— Тебе твое хозяин даст, — обратилась я к нему, смешивая в одной кастрюле бантики, креветки и соус. — Так что, извини, братан, угощать не буду.

Расставила тарелки, разложила все красивенько так, даже откопала свежий базилик и украсила парой веточек, чтоб совсем как в ресторане. Однако, оказывается, готовить для тех, кто тебе симпатичен, очень приятно, особенно когда есть и желание, и время…

— Ребята, все готово, — я выглянула из кухни и громко крикнула, надеясь, что меня услышат.

Услышали. Пришли — Данька снова всклокоченный и в тапках-слониках. Оба одинаково принюхались, а при виде организованного мной почти ресторанного натюрморта у обоих отразилось неподдельное изумление.

— Ого, — выразил их общие эмоции Лешка, покосившись на меня. — Неожиданно.

— Ну, — я дернула плечом, убрав прядь за ухо и все же чуть смутилась. — Захотелось вот…

— Блин, женщина в доме — это, оказывается, капец как прикольно, — выдал Данька, опустившись на стул и потерев с предвкушением ладони.

— Ты не расслабляйся, — хмыкнул Лешка, несильно толкнув его локтем. — И губу не раскатывай, что вот прямо так будет каждый день.

В груди что-то екнуло от этого обмена любезностями между парнями, но я с невозмутимым видом тоже села, придвинув тарелку.

— Между прочим, у женщины свой дом есть, — небрежно заметила, набрав на вилку пасты и сунув в рот.

Вкуснятина… Божечки, я офигительно готовлю, это факт. Когда захочу, ага. Только от следующей фразы Леши я чуть не поперхнулась.

— Позже обсудим этот момент, — невозмутимо отозвался он, наворачивая мою стряпню. — М-м-м, Айрис, ты правда богиня кухни. Что сделать, чтобы хоть иногда приобщаться к твоей потрясной стряпне?

Уф-ф-ф-ф, увесисто как. Я величаво кивнула, спрятав смущение и желание отмахнуться по привычке. Вспомнила, что комплименты нужно принимать с достоинством и не стесняться, и как-то сразу отпустило.

— Я подумаю над твоим предложением, — подхватила общий тон беседы.

Черт, а мне нравится вот так, очень уютно получается. И никакого напряжения или настороженности, очень легкая атмосфера воцарилась. Ну а после парни отправились дальше в свой кабинет, я же засела в гостиной на диване. Бормотал фоном телек, я сначала почитала, а потом решила посидеть в ноуте и… оно само получилось, честно, что полезла смотреть разные варианты дизайна. Ну вот есть у меня такое маленькое хобби, хотя не училась нигде никогда, но почему-то все знакомые, так повелось, если затеивали ремонт, то спрашивали меня, что и как лучше. Говорили, у меня прирожденный вкус, и в пример приводили мою собственную хату. Так что, я без всякой задней мысли зарылась в увлекательный серфинг по сети, на несколько часов заняв себя делом.

Время от времени парни выползали из своего кабинета, со слегка отсутствующим видом брели на кухню, шумели там кофемашиной и возвращались обратно. У меня мелькнула рассеянная мысль, что можно было бы что-нибудь по-быстрому испечь из готовой смеси… Если бы она была. Ну ладно, в следующий раз как-нибудь. Один раз Даня подошел, молча сел рядом, обняв, как любимую плюшевую игрушку и уткнувшись мне в макушку, и сидел так некоторое время. Я не дергалась, терпеливо пережидая, решив, что если ему это надо, то не буду жадничать и строить из себя недотрогу.

— Хотим до выхов успеть все, — пробормотал он и добавил. — Кста-а-ати, Айя, фотки же ж. Ща скину, — Даня встрепенулся и умчался к себе, а через пару минут я получила ссылку на облако с папкой.

Открыла… И пропала. Смотрела на себя, и не узнавала, это какая-то совсем другая женщина. Я словно смотрела в окошко в другой мир с причудливыми декорациями и целой историей, рассказанной в фотографиях. Увидела, как Данька смотрел на меня, как это выглядело со стороны. Как обнимал, просто стоял рядом. Черт, пробирало до печенок, по спине то и дело скатывались мурашки, заставляя ежиться. Лешка очень точно сумел уловить атмосферу, поймать настроение. И тот заброшенный особняк как нельзя лучше подходил в качестве декорации. Я пересмотрела все раза три, завороженная фотками, и даже не заметила, что больше не одна в гостиной.

— Ты тут офигенно романтично получилась, — от негромкого голоса Леши чуть не подскочила, а когда теплая ладонь легла на основание шеи, легонько массируя, аж вздрогнула.

— Да, здорово вышло, — подтвердила совершенно искренне.

— Тебе не скучно? — заботливо поинтересовался он, чуть наклонившись.

— Не, норм, — заверила его, даже не покривив душой.

— Я где-то через полчасика освобожусь немного, не хочешь прогуляться пойти? — предложил Лешка.

Сердце невольно екнуло, и следующий вопрос вырвался сам собой:

— А Даня?

— Да он, когда в проекте, его бесполезно дергать, ты же видела, — хмыкнул Леша. — Вот сделает и вернется в нашу реальность. Он всегда такой, не переживай, — заверил он.

— Ну хорошо, — я решила, что ему лучше знать друга.

И была уверена, что Лешка точно врать не будет только ради того, чтобы побыть со мной наедине. Все-таки взрослые люди, и тогда бы выходило, что все, сказанное ранее, тоже ложь. Через полчаса Леша, как и обещал, вышел из кабинета, мы оделись, и — прихватили Макса. Честно говоря, для меня было очень непривычно, что кот степенно идет рядом, как собачка, не обращает внимания на мокрый асфальт и не пытается выдраться из шлейки. Причем на восторженные ахи-охи прохожих Макс реагировал с королевской невозмутимостью. И правда, зверюга матерая. Мы неторопливо обошли квартал, прогулялись по набережной, поддерживая легкую беседу, а потом у Лешки неожиданно зазвонил телефон.

— Да, Дань, — ответил он, и я отчего-то насторожилась. — Уверен? Ладно, хорошо, как знаешь, понял. Он решил в офис поехать, наш отдел открыт и ночью, отдельный вход есть, — пояснил Леша. — Говорит, там лучше работается, хочет ударно повджобывать, вернется утром.

— Ага, — я кивнула немного рассеянно, глядя на него и подсознательно ожидая продолжения.

В том, что оно последует, не сомневалась, очень уж внимательно и задумчиво смотрел на меня Лешка.

— Риш, как относишься к тому, чтобы остаться сегодня у нас? — негромко предложил он, глядя в глаза, и в груди все сладко сжалось от смутного предвкушения.

Кажется, мои предположения были верными, и не зря сегодня надела тот комплектик.

ГЛАВА 12

По спине сошла целая лавина мурашек, я незаметно сглотнула и кивнула с как можно более независимым видом.

— Можно, — коротко ответила, опасаясь сейчас, что голос изменит.

На самом деле, волнение было скорее приятное, и только совсем немножко где-то на дне души пряталась неуверенность. Мой извечный спутник в подобных ситуациях, потому что слишком часто предвкушение оборачивалось разочарованием и где-то даже стыдом. И хотя разум подсказывал, что в этот раз я вряд ли испытаю нечто подобное, все равно червячок оставался.

Леша ничего не стал говорить, словно почувствовал, просто, когда моя рука легла на его предплечье, слегка прижал в молчаливой поддержке, и за это я была ему очень благодарна. Мы дошли до дома в уютном молчании, поднялись до квартиры, а там ждало новое испытание: Лешка подхватил Макса под мышку и весело заявил:

— Так, теперь — мыть лапы.

Кошак со стоическим спокойствием воспринял процедуру: Леша заткнул в раковине пробкой слив, набрал воды и опустил туда Макса. Тот позволил по очереди намылить себе лапы, не пытаясь сесть попой в воду или наоборот вырваться, после я ему вытерла их, и наконец, их светлость был отпущен на волю. Ну а нас ждал уютный вечер вдвоем, и конечно, вопреки моим опасениям никто не собирался набрасываться вот прямо сейчас. Сначала мы приготовили ужин, поели, потом устроились на диване и что-то смотрели — признаться, я даже не запомнила, что именно. Просто хорошо было лежать вот так, на плече Лешки, чувствовать его руку, обнимавшую меня, и… поймала себя на мысли, что мне нравится. Хочется, чтобы это повторялось каждый день, и никакой неловкости или усталости, желания отстраниться. Я тихонько вздохнула, рассеянно глянув на часы — время близилось к полуночи. Ну вот…

— Сок будешь? Что-то у меня горло пересохло, — предложил неожиданно Лешка, легко коснувшись губами моей макушки.

— Ага, было бы неплохо, — рассеянно кивнула, обрывки мыслей взволнованно толклись в голове, толком не оформляясь ни во что связное.

Приподнялась, давая ему подняться, а когда он вышел, тоже встала и подошла к окну, облокотившись на стойку и глядя на террасу и панораму центра Питера. В груди все замерло в ожидании, с губ сорвался прерывистый вздох — мне отчего-то казалось, поход за соком всего лишь предлог. Словно в подтверждение моих мыслей свет в гостиной медленно погас до интимного полумрака, и дыхание тут же перехватило: я поняла, что была права в своих догадках. Буквально через мгновение на талию легли руки, медленно обняли, притягивая ближе, и сердце заколотилось в горле от плеснувшего в голову боязливого восторга. Лешка сначала прижался к моей щеке, потом губы скользнули по скуле, спустившись ниже, к шее, и голова сама откинулась ему на плечо, а глаза закрылись. Он проложил цепочку быстрых поцелуев вдоль изгиба, пока пальцы настойчиво тянули свитер из-за пояса джинсов. Подушечки мягко погладили обнажившуюся кожу на животе, и от щекотного ощущения я едва не захихикала, судорожно вздохнув. Внутри словно что-то распрямилось, завязанные в узел нервы вдруг расслабились, как и я сама, позволив событиям идти своим чередом и просто следуя проснувшимся инстинктам.

Чуть повернулась, не открывая глаз, обняла его, привлекая ближе, Лешка оставил мою шею и накрыл губы своими. Мы целовались неторопливо, жарко, смакуя каждое мгновение, и я таяла в его руках, умирая от восторга. Горячая ладонь нырнула под свитер, медленно провела вверх до самой груди, накрыла холмик, чуть сжав его, и я выгнулась навстречу, прерывисто вздохнув прямо в губы Леше. От вспыхнувших эмоций по телу то и дело прокатывалась дрожь, сердце гулко колотилось, перегоняя по венам уже не кровь, а густую, горячую патоку. А мне хотелось еще прикосновений, одежда неожиданно стала неудобной для слишком чувствительной кожи, и пальцы зудели от желания прикоснуться в ответ. Лешка настойчиво потянул свитер вверх, и я послушно подняла руки, прервать поцелуй все же пришлось. Одежка улетела куда-то на пол, а ладони медленно провели вдоль моего тела, от пристального взгляда Леши стало еще жарче. Я прикусила губу, пальцы сами сжались в кулаки, в груди стало тесно от распиравших эмоций.

Пожалуй, впервые за всю мою долгую и богатую на опыт жизнь простые прикосновения так действовали на меня. Каждое рождало вспышку ощущений, кожу как будто обсыпали огненные искорки, настолько она стала чувствительной. И, пожалуй, никогда взгляд мужчины не волновал до натянутых, как струна, нервов… Леша медленно опустился на колени, скользя ладонями вдоль тела, а губы выложили дорожку из поцелуев по животу, до самого пояса джинсов. Пальцы расстегнули пуговицу, взялись за пояс… А вот тут наступал тот самый неловкий момент, когда под джинсами — колготки. Почему-то в прошлые разы меня всегда выдергивал этот момент снимания данной детали одежды, потому что ну как-то совсем не эротично это выходило…

Леша решил проблему радикально: он просто стянул джинсы вместе с ними, сразу оставив меня в одном белье. А потом отстранился и некоторое время разглядывал, так и не убрав рук с бедер и тихонько поглаживая пальцами. Я даже не поняла, в какой момент уже мои пальцы зарылись в его волосы, я вообще не больше не контролировала собственные порывы. Леша наклонился, его губы провели вдоль резинки трусиков, спустились ниже прямо по кружеву, и у меня аж подвело живот от волны ощущений, между ног как будто вспыхнуло солнце. Беззвучно охнув, я неосознанно подалась вперед, широко раскрыв глаза, и краем уха уловила тихий смешок.

— Красиво, — хрипло выдохнул Лешка, щекоча горячим дыханием чувствительное местечко, и в следующий момент его рот нежно, едва ощутимо коснулся кружева в самом низу, дразня и лишь намекая на дальнейшее.

Коленки тут же ослабли, я чудом удержалась на ногах, голова кружилась все сильнее от одного только предвкушения. Губы Леши снова переместились вверх, на живот, пальцы подхватили резинку и медленно потянули вниз. Я невольно затаила дыхание, сердце громыхало, как кузнечный молот, а по коже уже без остановки бегали щекотные мурашки. Легкие, едва ощутимые поцелуи спускались ниже, туда, где все стянуло в болезненный узел от предвкушения. Между ног тяжело пульсировало, и стало невыносимо жарко, дышалось с трудом, и сознание заволокла золотистая дымка желания. Я уже не думала ни о чем кроме чутких пальцев, скользивших по моим бедрам, губ, оставлявших следы из огненных искорок. Я даже не сразу поняла, что трусиков на мне больше уже нет…

Лешины пальцы стремительно провели по моей ноге, легко подхватили и подняли, отведя в сторону, и не дав мне ни мгновения передышки, аккуратно развели мягкие складочки. Я не выдержала, зажмурилась, погрузившись в упоительные ощущения, по телу прокатилась сладкая дрожь, едва я почувствовала нежное прикосновение к чувствительному местечку. Судорожно вздохнула, подавшись вперед, позабыв про остатки смущения, растаявшие в горячем сиропе удовольствия. Я потерялась во времени и переживаниях, острых, ярких, давно забытых, и просто наслаждалась. Честно сказать, ни один из прошлых любовников толком не умел это делать, потому я и не так чтобы приветствовала подобные ласки… Только не сейчас. Его язык точно знал, что делать, он скользил по нежному лону, зная, где и как прикоснуться, чтобы мне стало хорошо… Очень хорошо…

В какой-то момент мои тихие всхлипы перешли в короткие стоны, когда сдерживать накатывавшие волнами эмоции стало просто невозможно. Тело горело от разбуженной страсти, вместо крови тек жидкий огонь, обжигая изнутри, собираясь внизу живота жарким озерцом. Нервы внутри дрожали, натянутые до предела, а когда Лешин палец медленно, аккуратно проник в меня, и одновременно его язык нажал на тяжело пульсировавший бугорок, я охнула в голос, ловя звездочки перед глазами и аж поднявшись на носочки. Тело напряглось, невидимая пружина внутри вот-вот грозила распрямиться со звоном, я балансировала на самой грани.

— Еще… Да… — шептала, двигая бедрами навстречу, и от нетерпения подводило живот.

Очередное нежное касание, пальцы внутри скользнули особенно глубоко, и меня накрыло долгожданное освобождение, удовольствие нахлынуло огромной волной. Прокатилось от шеи до самых кончиков пальцев, заполнило каждую клеточку, заставив длинно застонать, откинув голову и прижавшись к ласкающему рту. Ох… Офигенно… Только я подозревала, на этом точно все не закончится, один оргазм хорошо, а два — еще лучше…

Мысль додумать не успела: меня легко подхватили на руки и куда-то понесли — признаться, было все равно, куда. Правда, недалеко, Лешка донес до дивана и бережно уложил на него, накрыв рот поцелуем. Это неожиданно оказалось приятно, ощущать собственный вкус на его губах, хотя раньше я как-то старалась избегать подобного. Вообще, так странно, вроде и опыта достаточно, только все равно чувство, как будто в первый раз… Лешка ухитрился избавиться от одежды, почти не отрываясь от поцелуя, и мои руки наконец заскользили по гладкой коже, крепким мышцам, плечам и спине, притягивая ближе, жадно утоляя жажду по прикосновениям. А вот Леша, похоже, задался целью изучить меня полностью, все мое тело, потому что его пальцы и губы, казалось, были везде, превратив меня в сгусток эмоций. Я понятия не имела, что у меня, оказывается, такие чувствительные лодыжки, или предплечья, когда подушечки скользят по ним, едва касаясь кожи, оставляя шлейф жарких мурашек.

Он превращал мое тело в мягкий, податливый пластилин, заставляя выгибаться навстречу каждой ласке. Горло пересохло от стонов, мои губы бессвязно шептали:

— Леша… Лешенька…

Я уже сама не понимала, о чем просила, потерявшись в ощущениях. В какой-то момент ухо уловило тихое шуршание фольги, а потом сильное тело прижало к дивану, и я с ликованием ощутила наконец долгожданное проникновение. Ох, да-а-а. Я лишь судорожно вздохнула, подавшись навстречу, обняла крепче ногами, впуская глубже в себя, смакуя эти мгновения. Лешка на миг замер, жарко дыша мне в шею, а потом начал двигаться, сначала медленно, и постепенно ускоряясь. Я стремительно улетала к звездам с каждым мощным, сильным толчком, просила еще, уткнувшись в плечо, и, кажется, совершенно перестала сдерживаться, с силой проводя ногтями по спине и плечам… Вроде, раньше не наблюдала за собой такой страстности, но, видимо, мужчины не те попадались. Я прижималась к Леше, словно желала стать с ним одним целым, мысленно подгоняла, сходя с ума от лавины эмоций, пока наконец реальность не вспыхнула сверхновой, унося куда-то за грань. Из горла вырвался хриплый стон, я выгнулась, а в следующее мгновение около уха раздалось тихое шипение, и меня буквально стиснули в объятиях.

Леша сразу перекатился на бок, длинно выдохнув, я ощущала, как быстро колотится его сердце, и медленно приходила в себя. И вот обычно это был самый неловкий миг, что говорить, как вести себя, и все такое… Классическое "а поговорить" точно не про меня, но мужики обычно портили момент, изрекая какие-нибудь пошлости или банальности. И сейчас я невольно напряглась, ожидая чего-то типа "было клево", опять мысля шаблонами прошлого. Лешка же молча лежал, тихонько перебирая мои волосы, его рука обнимала за талию, и постепенно я расслабилась, поняв, что не будет никаких фразочек. Пусть прозвучит опять же банально, но за последнее время это мой лучший секс. Я коротко вздохнула, украдкой улыбнувшись, и лениво подумала, что надо бы до душа добраться.

Теплая ладонь медленно провела по спине, вызвав внезапную лавину мурашек, и я не удержалась, нервно хихикнула, поведя плечами.

— Щекотно, — пробормотала — кожа оставалась все еще слишком чувствительной.

— Прости, — хотя я не видела лица Леши, каким-то образом почувствовала, что он улыбается. — В душ?

— Ага, — кивнула, с сожалением подумав, что надо сейчас вставать…

А в следующий момент Леша встал первый и я снова оказалась у него на руках. Ой. Откуда-то выползло смущение, ведь это здесь, в гостиной, света почти нет, а там… Черт. Тут же напомнила себе, что в купальнике меня уже видели, и поздняк метаться вообще-то, изображать тут неизвестно кого. Мы добрались до ванной, меня поставили в кабинку и включили душ, снова обняв и прижав, и в груди защемило от непонятной нежности.

— Хотела бы сделать тут, как тебе нравится? — неожиданно предложил Лешка, и я вздрогнула, подняла голову, непонимающе уставившись на него.

— В каком смысле? — осторожно переспросила, слизнув капли с губ.

— В прямом, — он чуть улыбнулся, убрал с моего лица влажные пряди. — Это мы обходимся спартанскими условиями. Ты бы, наверное, что-нибудь другое хотела, поуютнее?

Внутри оборвалось одновременно от страха и предвкушения, и я попыталась прикинуться дурочкой.

— Ну, это же ваша квартира, — как можно невозмутимее ответила ему.

— Мы же оба понимаем, что вопрос твоего переезда — это вопрос времени, м-м, Риша? — мягко произнес Леша, и его ладонь снова провела по спине, остановившись на моей пятой точке.

Незаметно сглотнула и решительно сказала:

— Давай позже обсудим этот вопрос, ладно?

— Как скажешь, — усмехнулся он, привлекая к себе.

А я вспомнила, как совсем недавно рассматривала в сети разные варианты интерьеров, и щекам стало тепло. Так, ладно, подумаю об этом утром. Сейчас все равно ничего путного в голову не приходит. Мы постояли еще немного, уже молча, в уютной и самую чуточку волнующей тишине, потом меня заботливо вытерли и закутали в полотенце и отнесли обратно в комнату. Через некоторое время мы лежали на разложенном диване, я уткнулась в удобное плечо, прижавшись к сильному телу, и поймала себя на мысли, что хочу вот так каждый вечер… Это было последнее, что подумала, потому что едва закрыла глаза, сразу отрубилась. Очень уж насыщенный вечер выдался, во всех смыслах.

Утром я выплывала из сна постепенно. Сначала пришли ощущения: удобное плечо под щекой, обнимающая за плечи теплая рука. Потом — я поняла, что на меня смотрят, и это не было неприятно. Наоборот, словно невидимая ласковая щекотка по коже. Не открывая глаз, длинно вздохнула, потянулась, чувствуя приятную ломоту в мышцах, в памяти пронеслись картинки вчерашнего вечера…

— Привет, — раздался около уха ласковый шепот, и горячая ладонь провела по спине до самой поясницы. — Ты уже проснулась или еще не совсем?

— М-м-м, — промычала, чуть прогнувшись, теплая волна прошлась от шеи до самых пяток. — Пока не поняла…

После чего меня аккуратно перевернули на спину и поцеловали, долго-долго, нежно-нежно. Конечно, я тут же поплыла, растаяла, прильнула к сильному телу, обняв за шею и притягивая ближе. Хм-м, пожалуй, мне нравится так начинать утро. Слышала, есть ханжи, которые при упоминании утренних поцелуев морщатся и нудят: "А как же почистить зубы…" Ну не знаю, у кого как, у меня лично все в порядке с ротовой полостью, если, конечно, я не злостно бухала весь вечер и утром проснулась с похмелья. Так что, целовались мы долго, пока не закончилось дыхание, и Лешка не отстранился. Его ладонь медленно провела вдоль моего тела, замерла на бедре, и я заметила в глубине глаз напротив многозначительный огонек, от которого низ живота залила знакомая сладкая истома.

— Как ты относишься к утреннему сексу? — натурально мурлыкнул этот соблазнитель, наклонившись и скользнув губами по изгибу шеи, чем родил целый шлейф мурашек по коже.

— Последний раз он был у меня в прошлой жизни, — пробормотала, слегка выгнувшись и прикрыв глаза, наслаждаясь этими минутами.

— Тогда освежим воспоминания? — вкрадчиво шепнул Лешка, мягко отводя мою ногу в сторону.

Я совершенно ничего не имела против, только на периферии сознания мелькнула мысль о возвращении Дани… На мгновение посетило не слишком приятное чувство, подозрительно похожее на вину, но я отмахнулась от него. Он прекрасно знал, что тут будет происходить, и вряд ли завалится слишком рано, скорее, ближе к обеду появится. Так что, время у нас есть… А дальше думать стало слишком сложно, да и не хотелось. И последнее, о чем я вообще вспомнила, это то, что вокруг светло, вообще-то, и теперь уж точно все мои изъяны предстанут на всеобщее обозрение… Похоже, Лешке в самом деле было наплевать и на мой животик, и на то, что талия не шестьдесят уже давно, и на лишние отложения на бедрах.

И как же здорово оказалось получить подтверждение, что я все еще привлекательна для мужчин. Все-таки правду говорят, что без мужского внимания женщине и правда тяжело, чтобы там ни говорили психологи насчет быть счастливой самой по себе. Сейчас, чувствуя прикосновения и поцелуи, ощущая жар желания в крови, слушая тяжелое дыхание Лешки, я осознавала себя живой, и это наполняло необычайной легкостью. Спустя некоторое время мы наконец встали — часы показывали уже около двенадцати, — привели себя в порядок и отправились на кухню, готовить завтрак.

— Ну, что замутим? — Леша подошел ко мне, стоявшей около холодильника, и приобнял, заглядывая через плечо.

— Не знаю, — рассеянно отозвалась я. — У вас корица есть?

— Была вроде, Данька кофе с корицей делает, — Леша отошел к шкафам.

— Тогда блинчики, — решила я, вынимая яйца и молоко.

В разгар готовки у Лешки тренькнул телефон, и я услышала веселое хмыканье.

— Даня спрашивает, можно ему приезжать, или мы еще заняты, — с негромким смешком сообщил он, и я, конечно же, немедленно покраснела.

— Если хоть слово ляпнет из своих шуточек… — пробормотала, опустив низко голову и яростно взбивая миксером тесто.

— Ладно тебе, Риш, — мягко произнес Леша, подойдя сзади и обняв, его нос уткнулся в шею. — Все в порядке, правда. Никто не собирается шутить, успокойся, хорошая моя. И обижаться тоже никто не будет, честно, — его губы нежно коснулись затылка, отчего по позвоночнику до самой поясницы скатилась змейка горячих мурашек.

Я длинно вздохнула, выключила миксер и отложила его, оперлась ладонями о стол, и следующие слова вырвались сами собой:

— Надеюсь, что так, не хотелось бы думать, что это все грандиозный розыгрыш…

Договорить не успела: меня тут же развернули и прижали к краю, пристально посмотрели в глаза и очень серьезно ответили:

— Даже не думай, Айрис. Мы тебе сразу сказали, что нет, не розыгрыш. Ни я, ни Даня не имеем обыкновения шутить такими вещами, и никогда не имели склонности к подобным дурным шуткам.

И несмотря на то, что я предпочитала верить не словам, а поступкам, тут — поверила. Вовсе не потому, что хотелось, как раньше, а… не знаю, короче, я запуталась в собственных размышлениях, но чутье подсказывало: Лешка говорит правду, и происходящее действительно не розыгрыш. Он же наклонился, звонко чмокнул меня в губы и развернул обратно.

— Так, давай, Данька через полчаса будет, накормим страдальца, он всю ночь на энергетиках и шаверме, — весело заявил Лешка.

И мы дальше занялись завтраком. Макс, доселе прятавшийся где-то в глубине квартиры и не мешавший нам, бесшумно появился на кухне, слопал свою порцию корма и занял стратегическое место на столе. А когда послышался шум, знаменующий возвращение второго хозяина, сердце невольно екнуло, и я порадовалась, что блинчики уже лежали горкой на блюде, иначе бы точно напортачила.

— Что за божественный запах корицы? — раздался голос Дани с порога кухни, и я поспешно обернулась, немного нервно улыбнувшись. — О-о-о, блинчики, — глаза его загорелись, увидев на столе завтрак. — Сто лет не ел. Айя, ты прямо мысли читаешь.

После чего он подошел к замершей мне, обнял одной рукой и коснулся губ быстрым, ласковым поцелуем.

— Ну что, как проект? — как ни в чем не бывало, осведомился Лешка, скользнув по нам взглядом и расставляя на столе тарелки.

— А, мелочи остались, почти все сделал, — довольно отозвался Даня и опустился на стул, шумно выдохнув. — Сегодня отдыхаю, всю ночь вджобывал. У вас какие планы?

— Еще не думали, тебя ждали, — Леша тоже сел, как и я, и мы принялись за завтрак.

Мне понадобилось некоторое время, чтобы понять, что никто и правда не собирается подкалывать и отпускать ехидных шуточек, и окончательно расслабиться. А еще, накрыло странное, пугающе-сладкое ощущение, что мы чуть ли не каждый день вот так вот сидим и завтракаем, и вообще, не две недели знакомы, а как минимум несколько месяцев уже… Как быстро я привыкла к хорошему, это и правда слегка беспокоило.

— Так, тогда у меня есть отличное предложение, — с воодушевлением заявил Даня и хитро глянул на меня. — Поедем в одно замечательное место, я договорился.

— Куда? — тут же насторожилась, зная его склонность к авантюрам и мягко говоря странным сюрпризам.

— Пока не скажу, но по дороге заскочим в другое место, — снова загадочно отговорился Даня. — Не бойся, Айя, ничего такого, чтобы тебе не понравилось, — он подмигнул, цапнув с блюда очередной блинчик. — Ты классно смотришься в джинсах, только там, куда поедем, в них будет не слишком удобно.

Я еще сильнее запуталась и насторожилась, на языке вертелось множество вопросов, однако подозреваю, вряд ли кто на них ответит. Эх, ладно, остается надеяться, сюрприз и правда из разряда приятных, а не экстремальных.

— Надеюсь, — пробормотала, отхлебнув чая и покосившись в сторону слишком довольного Дани.

Лешина ладонь успокаивающе провела по спине, и я сдержала вздох. Видимо, придется привыкать и к этому, хотя сюрпризы мне нравились все-таки с осторожностью. Внушительная стопка блинов ушла за считанные минуты, я наелась где-то на четвертом, остальное смели парни. Мимолетно подумала, что вопрос прокорма будет стоять очень остро, поймала себя на том, что уже размышляю, будто согласилась на вчерашнее предложение Леши, мысленно одернула. Еще ничего не решено, и вообще… Две недели — слишком маленький срок. Вот.

После завтрака мы собрались и вышли из дома, погрузились в машину, и меня куда-то повезли. Я хорошо ориентировалась только в центре Питера, потому как гуляла там и в студенчестве жила, а мы поехали куда-то в район красной ветки, где Выборгская, Финляндский вокзал — по крайней мере, его проехали точно. Еще немного плутали по улочкам, и мое беспокойство усиливалось с каждой минутой.

— Так, ну-ка, колись, что ты там задумал, — я требовательно стукнула в спинку сиденья Дани — он занимал пассажирское место, вел машину Леша.

— Не, ща приедем, увидишь, чуть осталось, — весело отозвался этот интриган.

Наконец мы остановились на очередной тихой улочке, около красного кирпичного четырехэтажного здания.

— На месте, — кивнул Даня и первый вышел из машины, открыл мне дверь.

Я вышла, оглядываясь, но ничего не намекало, что же меня тут ждет, поэтому пришлось довериться парням. Мы зашли в подъезд, и оказалось, что это что-то вроде бизнес-центра, потому что внизу оказалась проходная со списком номеров офисов и названий. Мы поднялись в лифте сначала на второй этаж, вышли и прошли по коридору с дверьми, остановились около одной, над которой красовалась вывеска… "Все для танцев". Я резко затормозила, чуть не попятившись, уставившись на дверь, как будто за ней находился ядерный реактор.

— Вы чего задумали, эй? — настороженно спросила, оглянувшись на своих провожатых. — Я танцами уже лет пять не занималась…

— Вперед, — Даня распахнул передо мной дверь, а Леша легонько подтолкнул, не оставляя выбора.

Черт. Да на меня ни одно бальное платье не влезет уже — раз, и второе, я не собираюсь возвращаться на танцы, вот еще, позориться. Одно дело, когда раз в полгода вытаскивала себя в ближайший клуб, чисто потанцевать для себя. Там все равно темно, и есть дамы, скажем так, гораздо колоритнее меня. И совсем другое — прийти в танцевальный клуб, где все на порядок стройнее и опытнее…

Пока я сражалась с суматошными мыслями, мы уже вошли, и при виде многочисленных вешалок с самой разнообразной одеждой на мгновение кольнула ностальгия. Помнится, я даже успела пару раз в конкурсах поучаствовать, для любителей, конечно, пока мой партнер не слился, и я осталась не у дел. Ну а найти нормального партнера, причем еще и начинающей, взрослой, это весьма сложная задача. Так что, так и ушла тихо. Тут висели наряды не только для бальных танцев, но и для народных, и еще всяких, тренировочные костюмы, на полках стояла самая разнообразная обувь. Я в растерянности остановилась посреди магазина, облизнув неожиданно пересохшие губы, и беспомощно пробормотала:

— Ну зачем?..

Только развить мысль не успела, к нам тут же подошла девушка с профессиональной улыбкой, ничем не выказывая удивления при виде такой странной компании.

— Добрый день, чем могу помочь?

— Нам бы туфельки для девушки, — уверенно ответил Леша, покосившись на молчаливую меня.

— Какие конкретно? Бальные, народные, стандарт, латина, танго? — бодро перечислила продавщица, бросив взгляд на мои ноги. — И размер?

Прежде чем парни успели и в этот раз ответить за меня, я неожиданно даже для себя выпалила:

— Танго, тридцать седьмой, на широкую ногу.

По крайней мере, к ним я привыкла больше, это была моя последняя попытка куда-то ходить, целых полтора года. Потом стало просто тяжело два раза в неделю к восьми вечера ездить на другой конец города, и все сошло на нет само собой. Пока девушка ушла в подсобку за обувью, с меня сняли куртку, усадили на пуфик у зеркала и одарили ободряющими и загадочными улыбками. Я по-прежнему ничегошеньки не понимала…

— Вот, посмотрите, — барышня вернулась с несколькими парами туфель, и следующие полчаса я углубилась в примерку.

Подошли третьи по счету, черные, замшевые, с ремешком вокруг лодыжки и такими же спереди, открывавшими ногу и дававшими дышать. Когда-то у меня были подобные, а может, точно такие же, не помню. Кажется, при очередной уборке я безжалостно выбросила напоминание о прошлом, не желая захламлять гардероб.

— Возьмите вторую, подвигайтесь, — предложила девушка, протянув мне туфлю.

Под тремя парами внимательных глаз двигаться было крайне сложно, я разнервничалась, почувствовала себя неуютно и ничегошеньки вспомнить не смогла из движений. Поэтому просто прошлась по специальному подиуму, прислушиваясь к ощущениям — туфли подошли отлично. Благоразумно не стала заикаться об оплате, в этот раз понимая: сюрприз ребят, поэтому лучше молчать в тряпочку и не рыпаться. Благо стоимость бальных туфель не идет ни в какое сравнение со стоимостью дорогого ноутбука.

— Еще что-то? — уточнила продавщица, отнеся обувь на кассу и вопросительно глянув на нас.

А я без всяких подсказок поняла, что теперь пришла очередь платья. Мне же сказали, что джинсы не слишком подходящая одежда, мда.

— Айя? — негромко произнес Даня, покосившись на меня.

Пришлось немного натянуто улыбнуться, окинув взглядом яркий ворох нарядов, и ответить:

— Боюсь, тут вряд ли найдется что-то подходящее…

— Ну почему же, — вдруг отозвалась девушка, оглядев мою фигуру профессиональным цепким взглядом. — Кое-что есть, как раз вам под туфли. Одну минуту.

Она метнулась куда-то в угол магазина, разворошила висящие на вешалках наряды, украшенные блестками, стразами и перьями, и выудила платье.

— Вот, попробуйте, — и протянула мне плечики.

На первый взгляд, выглядело оно совсем просто: из красного шелка, без рукавов, спереди вырез лодочкой, верхняя часть украшена вставкой из кружева, юбка от бедер плавно расходилась мягкими складками. А когда я взяла посмотреть поближе… Сзади на платье оказался вырез, открывавший всю спину, и становилось сразу понятно, что бюстик под него точно не надеть, и хорошо, что спереди вшиты чашечки. По шву платье было слегка присобрано, а от самого копчика шла вставка из полупрозрачной ткани, позволявшей угадывать контуры ног под ней, но и только. Никакого вульгарного просвечивания.

— Примеряй, — решительно заявил Леша и взяв меня за плечи, аккуратно развернул к раздевалке, еще и подтолкнув.

ГЛАВА 13

Несмотря на довольно провокационный фасон, платье мне сразу запало в душу. Представила, как могу в нем выглядеть… Юбка прекрасно скроет лишнее в бедрах, благодаря отсутствию линии отреза по талии не так сильно видно, что с ней у меня тоже определенные проблемы. И длина — как раз чуть ниже колена. Все возражения замерли на губах, и я послушно отправилась в примерочную. Быстро, пока не передумала и не вылезли мои комплексы, разделась и осторожно надела наряд, порадовавшись, что он без застежки — вырез на спине позволял спокойно натянуть его.

С некоторой опаской заглянула в зеркало, суматошной стайкой пронеслись мысли о несовершенстве собственной фигуры. А увидев отражение, сначала даже не поверила, что это в самом деле я. Ткань мягко струилась по телу, подчеркивая округлости, и я не выглядела, скажем так, полной, а — как там выразился Леша? — женственной. Уф-ф. Никогда не думала, что платье и в самом деле может настолько изменить впечатление всего лишь правильным фасоном.

— Ну как? — за занавеску заглянула голова Дани, и я от неожиданности вздрогнула и резко развернулась. — О…

От вспыхнувшего в его глазах неподдельного восхищения неожиданно стало приятно, и смущение лишь смутно зашевелилось на дне души. Кажется, начинаю привыкать к тому, что я в самом деле могу кому-то нравиться такой, какая есть.

— Берем, однозначно, — решительно заявил Даня и добавил. — Не переодевайся, куртку только накинь, — и его голова исчезла.

Я лишь растерянно моргнула, пожала плечами, но решила не спорить. Послушно набросила куртку, аккуратно свернула все вещи и вышла из примерочной. Ребята уже закончили с оплатой, и ждали у выхода, пришлось поторопиться — девушка-продавщица проводила нас любопытным взглядом, наверняка сгорая от любопытства. А мы вышли в коридор, и там меня повели дальше, в самый конец, пока не уперлись в очередную дверь, и прежде чем я задала очередной вопрос, ее распахнули передо мной.

— Прошу, — изобразил галантный поклон Леша.

Я перешагнула порог и в изумлении обвела взглядом… Просторный танцевальный зал, одна стена которого была полностью зеркальной. В большие окна вливался рассеянный осенний свет, а еще, зала оставалась абсолютно пуста.

— Она полностью в нашем распоряжении до вечера, — гордо заявил Даня, поставив пакет из магазина и сбросив куртку, и подмигнул. — Ну что, Айя, потанцуем?

Я лишь молча хлопала ресницами, наблюдая, как парни переодевают уличную обувь на танцевальные туфли, и мои глаза становились все шире. Последнее, что могла представить, так это то, что мне устроят день танцев… Таких вот. Следующим потрясением стала зазвучавшая музыка: Лешка просто подсоединил свой мобильник к колонке, тоже извлеченной из пакета — подозреваю, парни заранее подготовились, — и у меня вырвалось:

— Откуда у вас моя любимая музыка?

Хотя, чего спрашиваю. Я же не следила за своим телефоном в эти дни, пароля на нем никакого нет, кто мешал аккуратно заглянуть и посмотреть? Скрывать мне нечего, переписки с Кремлем и левыми любовниками там уж точно нет. Первым ко мне подошел Даня, взял за руку и потянул в центр зала, не сводя взгляда и задумчиво улыбаясь уголком губ. Вообще, набор в моем плейлисте был весьма странным для постороннего, наверное, но я любила латинские ритмы и старую добрую попсу восьмидесятых-девяностых. Настоящую, а не тот трэш, что крутили сейчас по всяким радио и музыкальным каналам. Вот и сейчас из колонок лилась бодренькая задорная мелодия, под которую ноги сами просились в пляс. Я даже названия ее не знала, кажется, она осела у меня еще со времен моего увлечения бальными танцами. Признаться, от парней не ожидала ничего особого в плане танцев, хотя вроде они что-то там говорили, что тоже увлекались когда-то чем-то. Допускала, что все же умеют двигаться, неуклюжими ребята не выглядели, да и занятия спортом наверняка развивают определенную гибкость, плюс их увлечения лыжами и прочим — тоже влияют на координацию движений. И я не ждала ничего кроме, может, чего-то, похожего на клубные танцы…

Даня в самом деле умел двигаться, уверенно, плавно, гибко. Не то чтобы это походило на классическую самбу, ну и я помнила лишь самые азы движений бедрами, но удивительное дело: тело само отзывалось на опытного партнера, двигаясь туда, куда надо, и так, как надо. Первые несколько минут я ощущала некоторую скованность, потому как очень давно уже не практиковала парные танцы, за исключением редких клубных вылазок и классических медляков в обнимочку. А потом оно само получилось, что я отключилась от реальности, полностью положившись на музыку и — Даню. Черт, это правда оказалось волнующе и приятно, ощущать сильные руки, уверенно направляющие тебя, вроде как случайные шаловливые касания к плечу, бедру, спине. Мои собственные движения приобрели плавность и мягкость, будто и не было лишних килограммов и прочих мешающих моментов. Я уже даже не помнила, когда последний раз так кайфовала от танца. Да еще и с симпатичным мужчиной.

На следующую композицию моим партнером стал Лешка, и музыка вышла более плавной, ближе к медленной. И снова — причудливый коктейль из движений, перетекающих из одного в другое, уверенное ведение, и моя податливость. Ноги скользили по паркету, вспоминая что-то и из латины и из танго, добавляя свое, и сплетая причудливое кружево танца. Божечки, пожалуй, никогда я так остро не ощущала себя женщиной, как сейчас. И платье как нельзя лучше подходило, не стесняя движений, и в то же время придавая им пикантность разлетающейся юбкой. Ух, аж горло перехватывало от восторга, я и не думала, что настолько соскучилась по настоящим танцам. Ведь одно дело — для себя крутить попой перед кухонным столом, или под винцо в комнате, и совсем другое — вот так, с кем-то, кто разделяет твои эмоции. И это было в самом деле потрясающе, пожалуй, лучший подарок из всех, что мне делали.

Небольшой перерыв, и снова рядом Даня. Быстрые, заводные ритмы подхватили, понесли, и с моих губ не сходила радостная улыбка, а сердце порхало бабочкой, как и я сама. Композиции сменяли одна другую, и только где-то к пятой я почувствовала, что надо бы отдохнуть и желательно чего-нибудь перекусить. Мы заказали прямо сюда, в зал, из ближайшего ресторана — конечно, мои любимые суши, пиццу не очень хотелось.

— Кстати, я знаю, где можно поесть действительно настоящую итальянскую пиццу, — авторитетно заявил Даня. — Она там прямо такая, какая надо, тоненькая, и много начинки, не пересушенная, м-м-м, объеденье, — мечтательно протянул он, закатив глаза.

— Можем там поужинать, почему нет? — тут же предложил Леша, покосившись на меня. — Ты как смотришь?

Я ничего не имела против. А потом мы продолжили… Вредный и продуманный Данька еще и фотал, и я совершенно не заметила, когда в его руках появился фотоаппарат. В общем, несколько часов пролетели быстро и насыщенно, и я подозревала, что завтра после таких бурных суток мышцы будут нещадно болеть. Ну и пусть, зато какие это были сутки. Только мне настоятельно требуется отдых, и желательно без компании — слишком многое стоило уложить и обдумать. Даже с Настькой поболтать пока не тянуло, эмоционально я вымоталась будь здоров. Однако это была именно что приятная усталость, во всех смыслах, и я не сомневалась: парни поймут и отвезут меня вечером домой.

Все же, учитывая специфику моей работы, и то, что я в последние годы вела уединенный образ жизни, мне нужен перерыв. Да и парням тоже надо закончить работу, насколько поняла. Так что, после ужина в той самой пиццерии в центре, недалеко от канала Грибоедова, мы поехали к моему дому. Я, утомленная событиями, как всегда, задремала — в этот раз в уютных Лешкиных объятиях, за рулем сидел Даня. Меня проводили до квартиры, одарили по очереди прощальными поцелуями, и я наконец оказалась в тишине родных стен. Не хотелось ни о чем думать, анализировать, предполагать и прочее, поэтому я просто упала на диван и остаток вечера читала, дав возможность мыслям и эмоциям устаканиться. Мы не договаривались ни о чем с ребятами, но меня не покидала уверенность, что надолго не расстанемся — ведь еще выходные, а дальше уже начнется вторая четверть. Ну и, нет-нет да мелькала мысль о том, что… Даньке наверняка тоже хочется получить свое. Щеки тут же вспыхнули, я невольно заерзала, отвлекшись от книги на некоторое время и задумавшись, насколько с ним будет отличаться от Лешки…

— Ну ты еще в две колоночки записывай, найди десять отличий, — пробормотала, фыркнула и снова углубилась в книгу.

Как будет, так будет. Нечего нагнетать. Раз мы сегодня отдыхаем, значит, отдыхаем, Айрис.

Уже к середине субботы я поймала себя на том, что поглядываю на телефон, и когда он в самом деле тренькнул сообщением, чуть не вздрогнула, а сердце радостно забилось. Тут же схватила девайс и прочитала: "Ты как там, жива?" — это был Данька. Не удержалась от хихиканья, ответила: "Да в норме, все в порядке, а что?" Внутри все невольно замерло, поселилась странная уверенность, что меня снова куда-нибудь позовут. И я была уже не против снова встретиться… "Хочешь по крышам прогуляться? У меня знакомый есть, он экскурсии водит. Посмотрим на вечерний Питер, м?" Я даже раздумывать не стала, потому как давно размышляла над этим сама, да все как-то не собралась, ну и боязно немного одной ввязываться. Потому как это дело полулегальное у нас в Питере, хотя и очень востребовано. Уверена, у Дани все схвачено, и никакой опасности подобная экскурсия точно не несет.

"Хочу. Во сколько?" Договорились, что Даня заберет меня в семь вечера, и я задумчиво покосилась в сторону шкафа. Нет, ясно, что джинсы и свитер, в другом на крыши мягко говоря не слишком умно отправляться. А вот остальное… С этими ребятами никогда не знаешь, как закончится вечер… С мысли сбил звонок — со мной жаждала пообщаться Настасья, и, пожалуй, теперь я готова обсудить случившееся, поэтому ответила.

— Привет, Аська, — жизнерадостно поздоровалась, уже предвкушая реакцию подруги на новость.

— Ты куда опять пропала? Снова тебя украли ухажеры твои? — насмешливо отозвалась подруга. — Прямо такая занятая, вообще, обижаться начну, Ириска.

— Я у них ночевала, — выпалила, не в силах больше сдерживаться. — С Лешкой… Даня в офис ушел работать.

В трубке тут же раздался восторженный писк.

— И-и-и-и. Это то, что я думаю, да? Вы же переспали, Ирка, да? Ну да же? Ты мне между прочим обещала. Ну и как? Я жажду подробностей, — засыпала она вопросами, пока я хихикала.

— Слышь, любительница клубнички, ты же взрослая опытная женщина и мать двоих детей, а то не знаешь, как это бывает, — не удержалась от ехидной реплики.

— Я знаю, как это бывает у меня, — назидательно поправила Настя. — А теперь хочу услышать, как это было у тебя. Ириска, не жмоться, колись давай, как оно. В конце концов, эпическое же событие, твой первый секс за пять лет, — вернула она подачу.

Вот зараза. Но по факту права, да… Мы проболтали около получаса, конечно, я высказала свои восторги — с кем же, как не с лучшей подругой обсуждать такую деликатную тему?

— Ну и когда второй тебя соблазнять будет? — деловито осведомилась неугомонная Настька.

— Не знаю, — я пожала плечами, рассеянно разгладив складки на домашнем плюшевом костюме. — Мы, знаешь ли, не договаривались отдельно.

— Ага, сюрприз опять будет, — хмыкнула Аська. — Ну, удачи тогда, подруга. Я очень-очень за тебя рада. Кстати, насчет предложения Лешки с ремонтом я бы на твоем месте серьезно задумалась, — добавила она без капли насмешки.

— Предпочитаю не торопиться, — поспешно открестилась.

— Ириска, ну что ты как маленькая, — неожиданно мягко произнесла Настя. — Понятно уже, что будет у вас милая шведская семья втроем. Куда ты нафиг денешься, — весело добавила она. — Крепко тебя мужики в оборот взяли, так что, привыкай к мысли о скором переезде. Вон даже котэ ихний тебя признал.

— Ладно, Ась, мне собираться пора, меня на прогулку по крышам пригласили, — протараторила я, спешно сворачивая разговор — пока не хочу на эту деликатную тему говорить.

— Угу, удачной прогулки, — покладисто согласилась не продолжать подруга, и мы закончили разговор.

А я пошла переодеваться, и первым делом, конечно же, решать важный вопрос: надевать ли что-то особенное под джинсы и свитер? Хотя, того особенного-то у меня и было только два парадно-выходных комплекта, как по заказу… И один я уже использовала, так сказать. Ладно, обновлю и этот, чего уж. Хотя старалась в обычной жизни не загадывать ничего, чтобы не разочаровываться лишний раз, в последнее время приятных сюрпризов было как-то подозрительно много. Конечно, я напрягалась, ожидая подвоха и плюхи, так уж привыкла за последние годы. Что не может быть все слишком хорошо…

В общем, к назначенному времени я была готова, и когда пришло сообщение, быстренько спустилась во двор. И очень удивилась, обнаружив, что в машине Данька сидит один. Признаться, я настолько привыкла, что они с Лешей всегда вместе, что сейчас моментально насторожилась.

— А Лешка где? — уточнила, устраиваясь на переднем сиденье.

— У него ежемесячная сыновняя повинность, — усмехнулся Даня, наклоняясь ко мне. — К родителям в гости поехал.

Сердце невольно екнуло, мелькнула мысль, что, помнится, не так давно кое-кто тоже великодушно самоустранился… Но мы же сейчас по крышам гулять идем, а не в гости. Так что, Айрис, уйми фантазию. Мы поехали в центр, в район между Исаакиевским собором и Фонтанкой — я там бывала редко, все больше с другой стороны Невского, и тем интереснее было предстоящее действо. Нас встретил парень лет двадцати с небольшим, одетый вполне стильно, ничуть не похожий на подрабатывающего студента. За ним мы поднялись по лестнице одной из парадных прямо на чердак, а оттуда на крышу… Это была удивительная и, пожалуй, самая необычная прогулка в моей жизни. Питер отсюда, с высоты крыш, выглядел совсем по-другому, чуточку таинственно. Мы бродили, взявшись за руки, наш проводник выбирал безопасные крыши, огороженные и не слишком крутые. Мы спускались, заходили в следующие парадные, поднимались, шли дальше… И даже то, что почти не разговаривали, ничуть не мешало наслаждаться этой удивительной, осенне-романтичной атмосферой.

Признаться, я уже давно забыла, что это такое, романтика, причем настоящая, а не пафосно-надуманная, типа лепестков на шелковых простынях и букетов из сотни красных роз. А вот такая, неожиданная, угадывающая твои смутные желания, или подмечающая малейшие нюансы и потом выливающаяся в сюрпризы вроде вчерашнего танцевального марафона. Я настолько привыкла к тому, что мужчины намеков не понимают, и совершенно не умеют быть внимательными наблюдателями, что теперь это явилось для меня чем-то вроде маленького чуда. Сложно было поверить в то, что подобные мужчины в самом деле существуют, хотя Настасья упрямо убеждала, что есть. Просто я еще не встретила таковых…

Наша прогулка продолжалась часа два точно, пока я не ощутила, как бодрящий вечерний осенний воздух не пробрался уже даже под свитер. Очень вовремя мы вернулись к начальной точке, где стояла машина Дани, попрощались с нашим проводником, и я с облегчением нырнула в теплое нутро, еще не успевшее остыть, и мне тут же включили печку.

— Ну что, как насчет поужинать? — предложил Даня, повернувшись ко мне.

— Всеми лапами за, — сразу согласилась я.

— Тогда поехали, — кивнул он, и спрашивать, куда, не стала.

Однако, когда мы свернули к знакомому кварталу, я встрепенулась и осторожно поинтересовалась:

— И куда ты меня везешь?

— Ужинать, — невозмутимо отозвался этот тип. — К нам домой. Ты против?

Вот же ж… жук. Куда уж теперь возмущаться, у меня совести не хватит.

— Не против, — коротко вздохнув, покачала головой.

— Макс там соскучился, — голосом подлизы добавил Даня, широко ухмыльнувшись. — Этот предатель ходит и ищет тебя по комнатам, представляешь?

Попыталась в самом деле представить себе сие зрелище, и ну никак оно не вязалось с котярой, потому захихикала и честно ответила:

— Вот нет, знаешь ли. Мне кажется, Максу вообще фиолетово и перпендикулярно на всех и вся.

— В тебе он что-то нашел, — задумчиво протянул Даня, сворачивая во двор. — И я, как мужчина, в принципе его понимаю.

От этих слов почему-то совершенно непроизвольно по спине скатилась волна горячей дрожи, и я не нашлась, что ответить. Мы поднялись наверх, зашли в квартиру, и Даня сразу направился на кухню, я, конечно, за ним. И замерла на пороге, глядя на сервированный на двоих ужин и три толстых длинных свечи в красивом бронзовом подсвечнике. Ну, то есть, тарелки, как полагается, бокалы, а основное блюдо, как поняла, было накрыто большой круглой крышкой и стояло на таком специальном столике, под которым горела горелка. Офигеть, это значит, Леша побеспокоился наверняка перед уходом, что ли?

— Сварим глинтвейн к ужину? — предложил Даня, подмигнув, и не дожидаясь ответа, направился к холодильнику. — Где-то тут вино стояло…

Черт, он и правда подготовился. И, кажется, я не зря надела тот комплектик из нежно-зеленого кружева. Данька поставил на плиту внушительных размеров кастрюлю, вылил туда вина, достал коробку со специями, а мне доверил важное дело нарезания апельсиновых корочек и яблока. Повинуясь очередной голосовой команде, включилась тихая, ненавязчивая музыка. Готовить пряное вино при свете свечей оказалось неожиданно волнующе, и я уже и так знала, что сегодня останусь здесь. Да, в общем-то, этого следовало ожидать, так-то…

На ужин была потрясающе вкусная, классическая паста болоньезе, и я не стала уточнять, сам Даня делал или просто заказал в ресторане. Мне все равно, если честно. Горячий глинтвейн отлично дополнял и согревал, ну и распутывал все те нервные узлы, в которые закрутились мои нервы. Я переживала, несмотря на уверенность в продолжении вечера, но личные тараканы просто так за один раз не испаряются. В конце концов, решила просто не думать о том, что все закончится, как только пересплю и с Даней. Это было бы уж слишком, после такого пинка от жизни точно больше не оправлюсь. Значит, настраиваемся на позитив.

— Опять думаешь о чем-то не слишком приятном? — неожиданно ворвался в мои рассеянные размышления Даня.

— А?.. Да нет, так просто, — дернула плечом, не желая вдаваться в подробности. — Задумчивость напала.

— Я знаю отличный способ развеять ее, — Даня хитро прищурился, в полумраке кухни блеснули его глаза, и он поднялся, протянув руку. — Пойдем.

Поскольку мы уже доели, заинтригованная, я послушно встала, вложив пальцы в ладонь. Меня повели в глубь квартиры, причем на половину Дани, и снова мелькнула мысль, как тут можно развернуться в плане переделки и ремонта… Додумать не успела: Даня толкнул очередную дверь, и я оказалась на пороге спальни. Его спальни, надо понимать. Тихая музыка звучала и здесь, но приглушенно, почти на грани слышимости. А еще, на подоконнике стояли несколько самых настоящих старинных фонарей, внутри которых горели свечи, продолжая ту самую романтичную атмосферу, начавшуюся на кухне. Руки Дани обвились вокруг талии, теплое дыхание пощекотало шею, и тихий голос спросил:

— Останешься?

Я развернулась в его руках, чувствуя, как быстрее забилось сердце, и выдохнула одно короткое слово:

— Да.

Не буду сейчас ни о чем думать. Просто позволю себе снова стать желанной женщиной, а об остальном — завтра. В конце концов, у меня еще целый один выходной до начала второй четверти. И, кстати, следующая неделя предпоследняя моих занятий — мы же договаривались на месяц с начальником ребят. Эта мысль была последней связной, потому что Даня грамотно отвлек, прижавшись к моим губам в требовательном, жарком поцелуе, его ладони нырнули под свитер. Пальцы медленно провели по пояснице, заставив выгнуться и оставляя на коже шлейф из обжигающих искорок. Я едва слышно всхлипнула, вцепившись в плечи Дани, прижалась, чтобы удержаться на слабеющих коленках. От этих вроде бы пока вполне невинных прикосновений кровь моментально вспыхнула, превратившись в напалм, с ревом пронеслась по венам. Данины руки неторопливо двинулись вверх, скользя по спине, а поцелуй все не прекращался, нежный и одновременно настойчивый. Его язык дразнил, заигрывал, завлекал, и губы начало покалывать, а дыхание стремительно заканчивалось.

Судорожно вздохнув, я откинула голову, уставившись на Даню слегка ошалелым взглядом, чем он и немедленно воспользовался, хрипло шепнув:

— Подними руки.

Я послушно выполнила, на несколько мгновений затаив дыхание, и через пару секунд свитер оказался на полу. Взгляд Дани медленно пропутешествовал по моему телу, задержавшись на кружевах, ладони снова легли на талию.

— Кружево на тебе офигенно смотрится, — пробормотал он, а его пальцы зацепились за пояс джинсов, подбираясь к застежке.

Не знаю, что послужило причиной, глинтвейн ли, или общее шаловливое настроение, или, может, просто надоело смущаться собственных желаний, но я не дала ему закончить начатое. Хмыкнула и в ответ настойчиво потянула его джемпер, и Даня, на время прервавшись, позволил стащить с него одежку, под которой оказалась футболка. Мои брови поползли вверх, и я не удержалась от ехидной реплики:

— Решил усложнить мне задачу?

— Ну так же интереснее, да? — ухмыльнулся этот… шутник и подмигнул, молча подняв руки.

Хм-м-м. Ладно, в эту игру можно играть и вдвоем. Адреналин шибанул в голову горячей, хмельной волной, подушечки закололо от желания прикоснуться, и я, выдохнув, запустила ладони под футболку, медленно скользя вверх, с наслаждением ощупывая рельефные мышцы. Чувствовала, как они напрягаются от моих прикосновений, ощущала, как быстрее забилось сердце Дани, как участилось его дыхание. И от этих явных признаков того, что ему приятно, у меня самой восторг подкатил к горлу, и пришлось срочно сглатывать. Раньше получалось, что я предпочитала больше пассивную роль в постели, ну и мужчины попадались такие, кому, видимо, и не требовалось от меня особых усилий. Хотя, надо сказать, они сами далеко не всегда прямо так старались, будем честными…

Сейчас мне хотелось так же изучать в ответ, находить слабые места, как-то поделиться эмоциями, распиравшими изнутри. Футболка очень скоро присоединилась к джемперу, только продолжить мне не дали: резко выдохнув, Даня рывком притянул к себе, закрыв род поцелуем, и крепко обхватив талию, приподнял, сделав несколько шагов. Полагаю, к кровати. Мои ладони стремительно скользнули вниз, по впадинке позвоночника, и нахально нырнули за пояс джинсов, я чуть сжала пальцы, легонько царапнув, и игриво прикусила губу Дани, тут же втянув ее в рот. Ну вот так он на меня действовал, заставляя забывать о том, что я солидная женщина с опытом за плечами.

Коротко зашипев, Данька уронил меня на кровать, прервав поцелуй, поймал руки и завел за голову, наклонившись низко-низко и почти касаясь губ.

— Хулиганим, значит, да-а? — вкрадчиво протянул он, и его ладонь легла на пояс моих джинсов.

Губы скользнули по моим губам, пальцы ловко справились с застежкой, я услышала тихое вжиканье молнии…

— Теперь я буду хулиганить, Риша, — раздалось около уха многообещающее, и по коже прокатилась волна горячих мурашек.

Я лишь успела коротко вздохнуть, внутри все задрожало от предвкушения, а губы Дани уже прокладывали цепочку легких, быстрых поцелуев вдоль шеи, к ключице, ниже, к самому кружеву белья… И накрыли вызывающе торчащую вершинку прямо через тонкую ткань, слегка втянув в горячий рот. От неожиданности охнула в голос, чуть выгнувшись навстречу, вспышка эмоций раскатилась по телу огненными искорками. Язык пощекотал прямо сквозь шершавую, влажную ткань, усиливая ощущения, и напряженный сосок отозвался тягучим пульсированием, таким же, как и между ног… Поглощенная переживаниями, лишь смутно отметила, как с меня ловко стаскивают джинсы, оставляя только в трусиках, как горячие ладони медленно поднимаются по бедрам, подбираясь к резинке… А губы Дани продолжали дразнить, посасывать, зубы чувствительно прихватывали, заставляя судорожно вздыхать и комкать покрывало. Признаться, я не подозревала, что моя грудь может быть настолько чувствительной.

Между тем, Даня наконец оставил в покое мою грудь, и поцелуи спустились на живот, щекоча теплым дыханием кожу, и я не сдержала нервного хихиканья. А этот хулиган, подцепив пальцами тонкое кружево, начал слишком уж неторопливо стягивать трусики, покрывая поцелуями самый низ живота, бедра, шаловливо пощекотав языком вокруг чувствительного местечка… И так же медленно продолжил спускаться вниз, отчего я чуть разочарованно не захныкала. Вот же ж… Спустя целую вечность и пару миллионов моих нервных клеток, скончавшихся от напряжения, наконец, меня избавили от нижней части белья, и губы Дани начали подниматься обратно. Неторопливо, да, явно смакуя каждый поцелуй, пальцы неторопливо поглаживали, испытывая мое терпение. Даже не предполагала, что одними поцелуями и прикосновениями можно довести до состояния нервной дрожи и разноцветных кругов перед глазами…

— Знаешь, мне нравится, когда на женщине остается что-то, еще и такое соблазнительное, — пробормотал Даня, не торопясь стягивать с меня бюстик, и лишь аккуратно сдвинул пальцами кружево, обнажив напряженную и тяжело пульсировавшую вершинку.

Лизнул, обвел вокруг ареолу, согрел дыханием, и я отвлеклась, млея от этой простой ласки, чем Даня и воспользовался — его ладонь нежно накрыла самый низ живота, палец мягко погладил складочки, и мои ноги сами раздвинулись, открывая доступ к самому сокровенному. Признаться, прелюдии уже хватило с лихвой, и хотелось наконец уже окунуться в удовольствие, утолить голодную пустоту, скручивавшую все внутри сладкой судорогой. Всхлипнув, я без всякого стеснения подалась навстречу, желая наконец получить долгожданную ласку, и Даня не стал больше мучить.

Его палец медленно проник между лепестками, погладил нежное местечко, отчего я громко охнула, ослепленная вспышкой ощущений. Ох, да-а-а.

— Ещ-ще… — вырвалось у меня хрипло, инстинкты отключили сознание, оставив только горячее желание, растекавшееся по телу густым сиропом.

Даня умело доводил до самой грани, скользя то медленно, размеренно, мягко нажимая на пылавший жаром бугорок, то переходя на рваный, быстрый ритм, заставляя бедра подниматься в такт, жаждать большего. Мышцы внутри сжимались, добавляя ощущений, я бесстыдно терлась об ласкающую руку, коротко постанывая и погружаясь в нараставшее наслаждение все глубже. Внутри дрожало и переливалось в нетерпении, нервы натянулись до предела, и я уже готова была упрашивать подарить наконец долгожданную разрядку… Даня словно почувствовал, и в следующий момент его большой палец мягко нажал на набухший бугорок, а еще два скользнули внутрь, и меня накрыла огромная волна удовольствия, прокатившаяся по телу и проникшая в каждую клеточку. Каждый нерв завибрировал, а с губ сорвался длинный стон облегчения, я выгнулась, ловя последние отголоски, впитывая их всем существом…

Даня вытянулся рядом, накрыв ладонью холмик груди и мягко сжав, и хрипло выдохнул на ухо:

— А еще, хочу, чтобы ты была сверху, Риша. М-м-м?

ГЛАВА 14

Сердце пропустило удар, волнение пощекотало изнутри невидимыми усиками — лично для меня такая поза была достаточно откровенной, в том плане, что так я буду же вся на виду… Да к черту. Вместо ответа развернулась, обхватила Даньку за шею, притягивая к себе, и закрыла рот поцелуем, опрокинув на спину. Сверху, так сверху, какая разница, в какой позе получать очередную порцию удовольствия, в конце концов. И, кстати, кое-кто между прочим все еще в штанах. Так нечестно. Не прерывая поцелуя, я закинула ногу и забралась на бедра Дани, и только потом прошептала в его губы с коварной улыбкой:

— Тогда почему ты еще одет?

И не дожидаясь ответа, провела ладонями по гладким мышцам груди, спускаясь ниже, подцепила пальцами пояс джинсов, нащупав пуговицу. В крови пузырьками от шампанского бродил азарт и не до конца схлынувшее возбуждение, желание продолжить покусывало изнутри, и я едва сдерживалась, чтобы не ерзать, нетерпеливо дернув собачку замка и расстегнув ширинку. Даня же, закинув руки за голову, неотрывно смотрел на меня, и его взгляд, выразительный, пристальный, больше не вызывал смущения, лишь усиливал волнение. Я приподнялась, стягивая с него джинсы вместе с бельем, чуть не облизываясь в предвкушении, дыхание срывалось от теснившихся в груди эмоций. Наконец, все лишнее отправилось на пол, к остальной одежде, и мои пальцы сомкнулись на твердом стволе, нежно сжав. Что ж… Моя очередь хулиганить. Я усмехнулась, выгнув бровь, и сделала медленное движение вверх-вниз, обронив:

— Продолжим?

От моего простого действия ноздри Дани хищно раздулись, он резко выдохнул, а в полумраке спальни блеснули глаза.

— Отличное предложение, — низким, завораживающим голосом, от которого внутри все завибрировало, отозвался он и в следующий миг достал руку из-за головы.

В пальцах сверкнул знакомый квадратик, и если раньше такие моменты вызывали мимолетный приступ неловкости, то сейчас… Я лишь выхватила его, с невозмутимым видом надорвала и одним движением применила, так сказать, по назначению. Смешно признаться, делала это первый раз в жизни, мда. Обычно мужчины без моей помощи справлялись, ну и вообще… Но сегодня мне не хотелось задумываться о причинах моего поведения в постели, как и анализировать собственные порывы. Я просто позволяла себе делать то, чего хотелось, и чего требовала ситуация, вот и все. И это оказалось классно. Мне правда нравилось быть вот такой, смелой и откровенной, и видеть восхищение во взгляде Дани. Ощущение пронзительной открытости, когда вот так, глаза в глаза, невероятной близости пьянило не хуже крепкого вина, восторг накатывал волнами, рассыпая по коже щекочущие мурашки. Не разрывая зрительного контакта, я приподнялась, чувствуя, как гладкая головка скользнула по нежному местечку, задев клитор. Прикусила губу, пережидая очередную вспышку удовольствия, и медленно, смакуя каждое мгновение, опустилась. Мышцы тут же сжались, плотно обхватывая твердый ствол, добавляя яркости эмоциям и усиливая их, ноги сами раздвинулись шире, а бедра подались вперед, делая проникновение глубже, и с губ сорвался удовлетворенный вздох. Прикрыв глаза, замерла на миг, впитывая ощущения, предвкушая дальнейшее. Горячие пальцы Дани провели по чувствительной коже, оставляя шлейф из обжигающих искорок, и я слегка выгнулась, погружаясь глубже в наслаждение с каждой секундой.

А потом начала двигаться. Сначала медленно, позволяя напряженному члену почти выйти, после чего плавно опускаясь до самого конца, и снова, вверх-вни-из, дразня нас обоих… И это было настолько упоительно, сладко, что подводило живот и кружилась голова, тело словно жило отдельной от сознания жизнью, подчиняясь дремучим инстинктам. Уже мои руки скользили по изгибам, мимолетно приласкав обнаженную грудь, пальцы обвели торчащие вершинки, добавив ощущений. Ладони опускались все ниже, подбираясь к самому сокровенному, потому что хотелось больше, сильнее, ярче. Для меня это вообще переход всех границ и чуть ли не выход в космос, потому как обычно я так прикасалась к себе только наедине с собой, никак не на глазах у мужчины. Слишком уж интимное и глубоко личное действо…

Сейчас, кажется, для меня перестали существовать внутренние запреты, и от этого в животе образовывалась гулкая пустота, к восторгу примешивалась самая капелька смущения и беспокойства. Вот тут уже держать глаза открытыми было для меня все же пока что чересчур откровенно, я и так ощущала взгляд Дани, слышала его тяжелое дыхание. Мне этого хватило с лихвой. Только бы он молчал, ничего не говорил. Иначе растеряю всю храбрость… Наконец, пальцы коснулись мягких складок, на мгновение дрогнули, но я продолжила. Развела, открывая, нежно погладила… Задохнулась от яркой вспышки удовольствия, с губ сорвался хриплый, короткий стон. И все завертелось в разноцветном калейдоскопе переживаний, глубоких, сильных, от которых внутри все дрожало и переливалось. Я уже ни о чем не думала кроме стремительно подступавшей разрядки, бедра двигались все быстрее, как и мои пальцы, и перед глазами кружился целый хоровод комет, предвещая скорое освобождение…

И оно наступило, одновременно с последними особо мощными толчками, ослепило вспышкой сверхновой, оглушило, накрыло огромной приливной волной, оставив обессиленной, утомленной и довольной по самую маковку. Длинно выдохнув, я распласталась медузой на Дане, чувствуя, как по телу растекается мягкая истома, и не в силах пошевелиться — было откровенно лень. Меня обняли двумя руками, удобно устроив ладони на попе, под щекой быстро билось его сердце, и было так хорошо…

— Черт, это было офигенно, — пробормотали мне в макушку, и еще и потерлись щекой, и губы сами расплылись в чуть смущенной улыбке.

Не могу не согласиться, да. И даже сравнивать не буду. Все просто ощущалось по-другому, вот и все. Этого вполне достаточно, чтобы не остаться разочарованной и… да, пожалуй, повторить не откажусь, только попозже. Можно даже утром, потому что после такого насыщенного вечера веки моментально налились свинцом, и сознание уже медленно уплывало в дрему. Даже в душ хотелось очень лениво и как-то не слишком активно. Я потянулась, не открывая глаз, сладко зевнула во весь рот и сползла рядом, прижавшись к сильному, теплому телу. Но Даня не был бы собой, чтобы не уронить ехидную реплику:

— Ты настоящий мужик, Айя. Сразу к стенке и дрыхнуть. А как же поговорить?

— Давай утром, лады?.. — пробормотала, снова зевнув, и последнее, что запомнила, это как кто-то большой и жаркий плюхнулся на ноги.

Мда, знала бы мама, что я сплю с двумя мужчинами, один из которых здоровенный котяра… На этом мысль закончилась, и я крепко уснула до самого утра.

Проснулась я одна, как ни странно. В какой-то момент сквозь сон смутно ощутила, что подушка под головой зашевелилась и куда-то исчезла, но открывать глаза и выплывать из уютного сна ужасно не хотелось, и я мысленно махнула рукой — может, Даня в туалет вставал. А второй раз уже окончательно разбудил божественный аромат свежей выпечки и кофе. Хотя я не фанатка последнего, он на меня почти не действовал как тонизирующее, но запах очень любила, ну и время от времени баловала себя в кафешках.

— М-м-м? — сонно промычала, приоткрыв глаза и принюхиваясь.

— С добрым утром, — мурлыкнули где-то рядом, и постель прогнулась. — Завтрак в постель подан, соня.

Пришлось окончательно стряхивать томную утреннюю дрему и продирать глаза, тем более что есть в самом деле хотелось. Передо мной, на специальном столике, красовалась чашка с кофе, тарелка с круассанами, уже заботливо разрезанными пополам, и розетка с клубничным джемом, и от всего этого пришлось срочно сглатывать слюну. Пофигу, потом зубы почищу. Я потянулась за кофе, осторожно отпила глоток и оценила вкус — Даня что-то там намудрил со специями, по всей видимости, потому что напиток бодрил, щекотал язык пряностями, оставлял причудливое послевкусие, которое хотелось смаковать. Между тем, Даня устроился рядом, потянулся к выпечке и щедро намазал джемом, протянув мне.

— Приятного аппетита, — в глубине его глаз блеснул лукавый огонек, и я невольно насторожилась, лихорадочно соображая, где кроется подвох.

Однако не угадала. Взяла круассан, откусила, зажмурившись от удовольствия, и тут… Черт, джем оказался слишком жидким. Конечно, сладкая капля упала прямо на грудь, шустро поползла по коже, и моя рука метнулась стереть, но не успела.

— А можно, я? — невинно обронил Даня и не дожидаясь моего ответа, наклонился.

Блин, классический развод, на который я так легко попалась. Шаловливый язык слизнул джем, попутно пощекотав ареолу соска, тут же собравшегося в тугую горошину, теплые губы на мгновение обхватили вершинку, мягко пососав. Даня выпрямился с задумчивым видом, я поспешно прожевала круассан, настороженно глядя на него, а этот хулиган и вовсе взял розетку с ложкой.

— Эй, эй, ты чего это удумал, а? — я заерзала, облизнув враз пересохшие губы. — Может, я просто спокойно позавтракаю?

— Так кто мешает? — невозмутимо ответил этот провокатор и…

Ложка наклонилась, и с нее упала еще одна тягучая капля, и теперь прямо на напряженный сосок. Черт. Кажется, у кого-то слишком богатая и чуточку извращенная фантазия.

— Я же липкая буду, — буркнула скорее для проформы, ведь не будет же он вымазывать меня в варенье с ног до головы…

— Ну сходим в душ потом, — последовал ответ, и в следующий миг горячий рот снова накрыл твердую горошину соска, а язык тщательно облизал, отчего я невольно задышала чаще.

Утро определенно перестало быть томным, мда. А дальше мне оставалось только расслабиться и получать удовольствие, потому что Даня продолжил хулиганить. Отбросив одеяло, он проложил дорожку из сладких капелек до самого низа живота, и на мгновение у меня перехватило дыхание, когда его язык стремительно собрал лакомство, попутно мимолетно пощекотав мягкие складочки. А потом этот интриган и извращенец, одарив одновременно предвкушающим и веселым взглядом, настойчиво надавил на бедра, вынуждая раздвинуть. И зачерпнул еще варенья…

— Что ты… — вырвалось у меня, однако договорить не успела.

Ну конечно. В лучших традициях фильмов для взрослых клубничная капля упала прямо туда, между ног… И через мгновение горячие и жадные губы Дани накрыли чувствительное местечко, а язык принялся неторопливо собирать варенье… Все мои возражения и возмущения моментально растворились в растекшемся по венам желании, и из груди лишь вырвался прерывистый вздох. О завтраке уже и не вспомнила, хорошо хоть, успела круассан съесть. Я даже забыла, что вообще-то по жизни не слишком люблю всякие нежности при свете дня, потому что все еще отчаянно смущаюсь… Кажется, с этими ребятками о смущении можно благополучно забыть, как о ненужном пережитке прошлого. Потому что от того, что творил со мной Даня, просто невозможно отказаться, это слишком… упоительно, и слишком уж давно я не позволяла себе всяких безумных шалостей. И вообще, в моем возрасте уже пора перестать стесняться того, что доставляет удовольствие. Неважно, как именно это происходит.

Некоторое время спустя, получив желанную разрядку, я, признаться, приготовилась к продолжению, но — Даня с чрезвычайно довольным видом просто подхватил меня на руки и вытащил из кровати, направившись к выходу из спальни. Эм, ну ладно, как говорится, хозяин барин. Хотя свободные домашние штаны не скрывали, насколько кое-кто был бы рад продолжить. Меня транспортировали в душевую, поставили под теплые струи и… забравшись следом, принялись с невозмутимым видом намыливать, пока я стояла и хлопала ресницами.

— Ну вообще-то я и сама могу, — пробормотала немного растерянно слишком уж выходило все… не знаю, пронзительно как-то, что ли.

— А может, у меня тайная эротическая фантазия такая, — хмыкнул Даня, хулигански подмигнув, и развернул, принявшись за спину. — Или ты что-то имеешь против?

Пришлось покачать головой и коротко вздохнуть, позволяя ему развлекаться дальше. Но приятно, чего уж там, и я зажмурилась, ловя ртом капли воды и для равновесия упершись ладонями в стену. И как-то так расслабилась, что не отследила, в какой момент вместо мочалки по моему телу уже скользили ладони, не столько намыливая, сколько просто лаская, и уже не только спину, но и грудь, и живот… Признаться, никогда не считала себя настолько страстной, чтобы быть готовой прямо вот несколько раз подряд, но… Черт, может, все дело действительно в правильном мужчине? Потому что сама не заметила, как начала прогибаться под сильными ладонями, и дыхание участилось, и сердце забилось с перебоями…

— Ты решил осуществить сегодня все свои эротические фантазии? — все же не удержалась и пробормотала с изрядным ехидством, уже послушно прижимаясь к разгоряченному, сильному телу.

— О, Риша, не все, далеко не все… — выдохнули мне на ухо, и от прозвучавшего предвкушения аж все волоски встали дыбом, и низ живота скрутило знакомой сладкой судорогой.

Уф-ф-ф, кажется, моя сексуальная жизнь в ближайшем времени обещает быть весьма насыщенной и разнообразной…

Из душа мы все же выползли спустя какое-то время, и Данька утащил меня в свою оранжерею, где и закончили неторопливый завтрак, в компании Макса, кстати. И хотя я предпочитала воскресенье проводить дома, потому что на следующий день на работу, сейчас мне не хотелось никуда уезжать. Я читала книгу, Даня ковырялся в ноуте, умиротворенно бормотал телевизор, и мне было неожиданно хорошо и спокойно. Макс разлегся на диване и безбожно дрых, а к обеду вернулся Лешка, довольный и с ништяками, как водится, из поездки к родителям. В этот раз чувство неловкости лишь мимолетно укололо, ровно до момента, как он наклонился, ничуть не смущаясь сидевшего рядом Дани, и поцеловал долго и нежно.

Я же поймала себя на том, что, кажется, начинаю привыкать ко всем этим мелочам, и чем дальше, тем сильнее, и домой уже даже не слишком-то и хочется… Открытие испугало, выбило из колеи и требовало всестороннего осмысления. В последнее время при мысли о личной жизни я больше всего опасалась, что наличие мужчины в ней нарушит устоявшееся равновесие. Лишит определенной свободы, к которой я уже привыкла, в том числе и в быту, что придется следить за собой и тем, что делаю. В общем, те самые страхи, прочно укореняющиеся за годы холостяцкой жизни, и в конце концов приходишь к выводу, что лучше приходящий любовник и встречи к обоюдному согласию пару-тройку раз в неделю, чем совместное проживание и притирка. Ну, может, совместные выходные, прогулки там всякие, прочие приятности. Однако я отдавала себе отчет, что жить с кем-то на одной территории будет уже тяжело, именно потому, что отвыкла от присутствия рядом постороннего человека. Опасалась, что будет раздражать, бесить, что придется уделять внимание, а я зачастую после школы хочу просто посидеть в тишине, отдохнуть и не развлекать беседами и расспросами.

И вот, такое внезапное открытие. Никто никуда не тащил, не теребил и не тормошил, не пытался приставать с разговорами и прочим. Не раздражал. И в то же время создавался уют от ощущения, что ты не одна, и в любой момент можешь заговорить, обсудить что-то, да просто попросить принести что-нибудь вкусненькое. Или помолчать. Черт, именно то, по чему внутри зрела глухая тоска, периодически выливаясь в меланхолию и размышления на тему, что умные и красивые, особенно когда им за тридцать пять, уже не востребованы. Потому что они сложные, к ним не подъедешь с одним чахлым букетиком и походом в ресторан средней руки. Потому что уже не прыгают в постель с первым встречным, потому что у зрелых женщин черт возьми мозг должен встать, или мужик должен обладать убойной харизмой, чтобы сразить наповал с первой же встречи.

Большинству мужчин ближе к сорока требуются или попрыгуньи-тусовщицы не старше двадцати пяти, чтобы рядом с ними чувствовать себя еще ого-го самцами и мачо. Или заботливые мамочки, готовые варить борщи и наглаживать рубашки, собирать утром завтрак, будто у мужика нет у самого рук, чтобы залезть в холодильник и сварганить себе бутерброды или яичницу на худой конец. А такие, с которыми просто хорошо рядом, и кому не требуется от тебя внимание двадцать четыре на семь, вообще существуют или в параллельной со мной реальности, или где-то только в моем воображении. И вот, кажется, двое таких находятся рядом со мной, и это вовсе не фантазия и не сон. Мне требовалось как следует обдумать происходящее и понять, насколько серьезны изменения в моей жизни, потому что подозревала, что разговор о нашем дальнейшем будущем не за горами. Парни тянуть с ним не будут, это я уже поняла, что они не любители ходить вокруг да около.

Обед мы тоже готовили вместе, под бдительным присмотром Макса, и только после него я наконец нашла в себе мужество попросить отвезти меня домой. Иначе точно найду предлог, чтобы остаться здесь… А мне завтра на работу, между прочим. Я до последнего ждала, что кто-нибудь начнет уговаривать взять необходимое и вернуться, снова переночевать у ребят, но нет. Не случилось. То ли такие понимающие, то ли решили не давить, однако, когда я поднялась в квартиру, снова поймала себя на ощущении смутной неудовлетворенности. Краем глаза все чудилось, что замечаю мелькающую черную тень. Или что вот-вот меня кто-нибудь окликнет. А еще, собственная квартира уже казалась маленькой, пару раз ловила, что, задумавшись, чуть не натыкалась на стены. В общем, спать я ложилась в полнейшем раздрае…

Может, поэтому неделя выдалась сложной во всех смыслах, и собственный организм неожиданно преподнес не слишком приятный сюрприз.

Но начиналось все как обычно, я даже не встряла в пробку и не опоздала, никто не заболел, внезапных замещений не образовалось. Рабочий день прошел спокойно и подозрительно тихо, и где-то внутри притаилась настороженность, что неспроста все так мирно. Видимо, за углом меня ждет грандиозная жопа, к которой хорошо бы подготовиться, знать бы еще, что это такое. Вторник тоже начался как обычно, с пожелания доброго утра и фото Макса на кухонном столе, укоризненно глядевшего в камеру. Котики с утра — это зачетно, и на работу поехала в приподнятом настроении, с улыбкой на губах. А еще, предвкушала предстоящую встречу, как-то так незаметно для себя успела за эти полтора дня соскучиться по парням, и… это было уже почти привычное чувство, мда.

Когда приехала в офис, как обычно, чуть заранее, полезла в телефон, посмотреть, что там за сообщение пришло, и вот тут ждал первый неприятный сюрприз. Мой старичок изволил глючить. Сначала завис, не реагируя на прикосновения, и я уже собралась было перегружать, но слава богу отмер. Правда, все равно открыл сообщения далеко не сразу, и сердце екнуло: придется разоряться на новый, а я сейчас не готова к таким тратам. Но без телефона же никуда, блин, и это тысяч десять у меня сожрет от зарплаты. Едреный корень, а…

Тут начали приходить ребята, и, конечно, самые первые — Даня и Леша. Настроение тут же подскочило, проблема телефона отошла на задний план, и на губах сама собой появилась улыбка. Пользуясь тем, что еще никого не было, а до начала занятий оставалось минут десять, оба подошли и по очереди поцеловали. Я поймала себя на том, что это уже не выглядит для меня чем-то странным или выходящим за рамки, а больше как милая, волнующая привычка. Хорошая привычка, не холостяцкая. На несколько минут я зависла, осознавая мысль, а потом стало поздно рефлексировать — начали подтягиваться остальные. Как обычно, урок прошел быстро и незаметно, мои подопечные с азартом выполняли задания, только почему-то к концу навалилась усталость. Наверное, ноябрь сказывался, не люблю этот месяц, конец осени, слякоть, листья все облетели уже, и солнца почти нет. Вечная проблема моего города, две трети дней в году тут пасмурно и тучи, может, поэтому и настроение чаще скатывалось в меланхолию.

И еще одна приятная привычка, после занятия мы отправились ужинать. Только вот к усталости прибавилась странная слабость и ломота в суставах, однако я никогда не зависела настолько от погоды, ну и лет мне не так уж много, чтобы костями от сырости уже страдать. Ладно, скорее всего, действительно устала, надо сегодня просто пораньше лечь спать и все. И так всю неделю отдыхала, целые каникулы, с чего бы организму капризничать… Мою некоторую рассеянность, конечно, заметили, но я отговорилась усталостью, и меня отвезли домой. Остаток вечера провела за вышивкой, пытаясь отвлечься и попутно размышляя о произошедших в моей жизни резких изменениях за эти недели. Получила ставшее привычным пожелание спокойной ночи и снова отметила, что привычек тоже стало больше, тех, которые появляются в жизни вместе с мужчиной.

Выпив на всякий случай на ночь чая с медом, забралась под одеяло и вырубилась, надеясь, что легкое недомогание к утру пройдет.

Надеждам не суждено было сбыться. Я проснулась около пяти утра от лихорадки: вся постель неприятно мокрая, меня трясло так, что зубы стучали, и одна только мысль о том, чтобы выбраться из-под одеяла и взять градусник, приводила в панику. Но встать все же пришлось — до кучи хотелось в туалет, и по пути взяла градусник. От слабости подгибались колени, тело ломило так, что никак не удавалось принять удобное положение, и еще пить очень хотелось. Хорошо, у меня всегда дежурный запас фервекса есть, но в этот раз к моему разочарованию обнаружилось, что осталось всего два пакетика. Черт. Маме звонить ужасно не хотелось, она же панику поднимет и переселится ко мне, пока не поправлюсь, а мамина забота была похожа на плющ, в смысле, душила ничуть не хуже, чем этот паразит — деревья в лесу. И плевать мама хотела, что доченьке уже сороковник скоро стукнет…

Я чуть не уснула прямо с градусником, хорошо, он электронный, и тоненький писк вернул уплывающее сознание в реальный мир. Глянув на табло, чуть не выругалась: тридцать восемь и восемь. Ну бляха медная, ну как так-то. Только же вышла с каникул, и сразу в больничный вляпалась. Хорошо, мой двенадцатилетний стаж позволял такую роскошь, оплатят мне его полностью. Болела я вообще редко, но, как говорится, метко: валило сразу с высокой температурой, и держалась она дня три, не меньше. Потом еще дня три колебалась от тридцати семи с половиной до тридцати семи, в общем, вирус терзал меня дней десять обычно. Хорошо, попадала так раз в три-четыре года. Видимо, сейчас снова так сошлись звезды, что меня накрыло.

Утром лучше не стало, конечно же, и я позвонила в школу, предупредила, что ухожу на больничный. Ну, потом обычная суета: вызов врача, осмотр, куча рецептов, рекомендации и все такое. Хорошо, в наши времена все можно заказать по интернету, чем я и занялась, когда продрала глаза ближе к обеду. Самочувствие оставляло желать лучшего: все болело, сознание плыло, тошнило, есть не хотелось, еле впихнула в себя все того же несладкого чая с лимоном. Потом снова завернулась в одеяло и лежала там гусеницей, одновременно стуча зубами от озноба и плавясь от жара, страдая и ужасно жалея себя. Ненавижу болеть. Мелькнула малодушная мыслишка отправить сообщение парням, но я отогнала ее: не хватало, чтобы меня увидели в таком вот виде, бледную, растрепанную, взмокшую и в мятой ночнушке и с болезненным румянцем. Нет уж, сначала поправлюсь.

Только, конечно, стоило подумать о том, что эти двое любят сюрпризы. Ближе к обеду, когда у меня как раз обычно заканчивались уроки, зазвонил телефон. Увидев номер, я поморщилась, но пришлось брать трубку и отвечать.

— Привет, — голос вышел слабый, хорошо еще, не хриплый.

— Хотел заехать за тобой и пообедать, а мне сказали, ты болеешь, — раздался голос Дани с нотками беспокойства. — Сейчас приеду, Лешка позже будет, у него там совещание с начальством. Что-нибудь надо?

От такого напора я в первый момент растерялась и только и промямлила:

— Эм-м-м… Не… Мне курьер принес…

— Понятно, через пятнадцать минут буду, — заявил он и отключился.

Я даже не успела возразить, что приезжать не надо, ничего смертельного со мной не случилось. И надо вставать, надевать халат, хоть как-то приводить себя в порядок… Уткнувшись лицом в подушку, я глухо застонала, чувствуя себя старой развалиной, совершенно не желая выползать из такого теплого и уютного одеяла. И неважно, что опять вспотела и вся мокрая, как мышь… Черт, душ не помешал бы, но я всерьез опасалась, что там мне поплохеет, голова закружится, не дай бог, и потому решила повременить с водными процедурами. А подумав еще, махнула мысленно рукой и осталась под одеялом. Я болею, в конце концов, и не обязана быть при параде. Сердито фыркнув, сунула градусник под мышку, прикрыв глаза. Сам виноват, раз решил приехать, пусть и любуется на меня, такую всю больную и страшную.

Звонок в дверь раздался ровно через пятнадцать минут — Даня оказался пунктуальным. Стянув с кресла плед, я завернулась в него и поковыляла к двери, дрожа, как осиновый лист — температура и не думала спадать, так и держалась тридцать восемь с половиной.

— Ну, ты как тут? — Даня шагнул в коридор, поставил на пол объемный пакет, окинул меня внимательным взглядом. — Так, понятно, — кивнул, быстро снял куртку и обувь и в следующий момент легко подхватил на руки. — Идем, болящая, лечиться будем.

На возражения сил не осталось, и пришлось смириться с бурной деятельностью, которую развил Даня. Устроил в кресле, поменял постель — очень кстати, между прочим, на это меня тоже не хватило, хотя все было влажное и сейчас наверняка противно холодное. Потом снова взял на руки и отнес в душ, где я все-таки попыталась слабо возмутиться, что не настолько беспомощная, чтобы не залезть под воду самой.

— Да, да, конечно, — невозмутимо заявил этот тип и потянул ночнушку вверх. — Руки поднимай.

Вот так и пришлось послушно подчиниться, проглотив ворчание и недовольство. Теплая вода определенно принесла облегчение, смыв пот, в голове слегка прояснилось, и вылезать очень не хотелось, но пришлось. Прямо в заботливые объятия Дани, державшего полотенце. Меня в него укутали, отнесли в гостиную, снова засунули под плед, потом принесли свежую ночнушку — капец вообще, распоряжается, как у себя дома, — и со всем комфортом устроили на диване, обложив подушками и укрыв этим самым пледом. После чего положили рядом пульт, электронную читалку, телефон, и нежно чмокнули в губы, совершенно не боясь подцепить заразу.

— Отдыхай, я на кухне, — известил Даня и скрылся в указанном направлении.

Я проводила его взглядом, тихо вздохнула и поглубже зарылась в гнездо, признав, что такая забота очень даже приятна. Чуть позже Даня принес мне на подносе горячий чай с лимоном и медом, еще одну кружку с фервексом, третью — с брусничным морсом, причем свежесваренным.

— Лешка отписался, едет, будет минут через двадцать, — обрадовал Даня и, подмигнув, добавил. — И у него сюрприз.

И снова умчался на кухню, греметь дальше кастрюлями. Черт, может, мне снится все это? Горячечный бред и все такое? В моем мире мужики вообще не любят, когда женщина болеет, потому что ведь тогда за ней ухаживать надо, заботиться, вот как сейчас… Самому готовить, ходить в магазин и все такое… Похоже, эти двое задались целью порвать все мои шаблоны в клочья, на практике доказывая, как права была Настька, убеждая, что нормальные мужчины не перевелись еще, и как не права я, упрямо отказываясь в это верить. Первый раз ко мне вот так примчались, с другого конца города, а не отделались простым пожеланием выздоровления. Это было странно, непривычно и волнующе.

Я дремала, сквозь ресницы рассеянно глядя в телевизор, где по дежурной программе показывали что-то познавательное, время от времени прикладываясь к кружкам с полезным питьем. И далеко не сразу поняла, чем это таким вкусным тянет с кухни, хотя организм даже думать не хотел о еде.

— Так, ну-ка, давай попробуем поесть, — в гостиной появился Даня с очередным подносом, на котором стояли тарелки.

В первую очередь я увидела восхитительный, горячий, прозрачный бульон, от которого аж чуть слюной не подавилась — похоже, это мой желудок готов был принять, несмотря на поганое самочувствие. Только вылезать из-под одеяла не хотелось категорически. Похоже, Даня это понял, потому что, устроившись рядом, с самым серьезным видом взял тарелку, ложку и поднес последнюю к моим губам. Вот так меня еще не кормили ни разу. Ну, может, в далеком и нежном детстве, когда не умела толком держать ничего в руках…

Пришлось есть, осторожно прислушиваясь к себе — пока все было хорошо, бульон пошел на ура. А следом за ним яйцо всмятку, но его я осилила только половину, потом поняла, что на первый раз наелась. Допила чай и откинулась на подушки, осоловело хлопая глазами и чувствуя, что опять утягивает в дрему: полноценно спать пока не хотелось.

— Умница, — послышался довольный голос Дани, его ладонь провела по волосам, а губы коснулись кончика носа. — Отдыхай.

Смутно слышала, как он ушел, потом в дверь позвонили — пришел Леша. Я не прислушивалась к тихим, смутным голосам, пребывая в состоянии полусна, ровно до тех пор, пока мне на грудь не положили что-то увесистое, тяжелое и… пушистое. Глаза тут же распахнулись, и я изумленно уставилась в желтые глазищи и на невозмутимую морду Макса, тут же басовито замурчавшего, да так, что вибрация отдавалась во всем теле.

— Если ты не можешь прийти к коту, тогда кот идет к тебе, — весело изрек Леша, присев рядом, и заботливо заглянул в мое лицо. — Ну как ты тут, болезная моя?

Божечки мои, этот сумасшедший привез ко мне своего кота. Офигеть, а.

ГЛАВА 15

Это была одновременно и самая странная, и самая приятная неделя за последние годы. Столько заботы я не видела давно, причем не навязчивой, от которой не знаешь, где прятаться, а именно такой, какой надо. Я лечилась, читала, смотрела телевизор, изредка выползала в сеть — Насте написала, что на больничном, и за мной присматривают. Она благоразумно не стала звонить, но справлялась о самочувствии каждый день. Макс очень быстро освоился в моей квартирке, в первый же вечер обошел все, тщательно обнюхал и исследовал, а остаток провел на диване со мной, что умилило до тяжелого приступа нежности. Парни с сосредоточенными лицами сидели в своих ноутах, работая, наверное, и категорически отказались уезжать к себе ночевать, когда я робко об этом заикнулась. И хорошо, что диван на кухне достаточно широкий для двоих, потому как оба проявили неожиданное благородство и не стали напрашиваться спать все вместе. Даже несмотря на то, что мой спальный диван в комнате в разложенном состоянии был способен вместить троих свободно.

В середине недели, когда я уже более-менее оклемалась и даже могла сама передвигаться по квартире, неожиданно позвонила мама. Глюки телефона продолжились, я не с первого раза смогла ответить, про себя чертыхаясь — видимо, сенсоры экрана почти совсем сдохли. Про болезнь благоразумно заикаться не стала, тем более, мне уже похорошело, и температура держалась всего лишь тридцать семь. Мы дежурно поболтали полчасика, потом я сослалась на дела, пообещала выкроить время и приехать в гости, и отключилась.

В пятницу снова пришел врач, проверил меня, и к моему облегчению закрыл больничный, так что в понедельник я должна была уже пойти на работу. Надоело валяться дома беспомощной амебой, потому и не люблю болеть. А после его ухода, когда мы сели обедать на моей кухоньке, я вдруг наткнулась на два пристальных, задумчивых взгляда, и неожиданно по спине прокатилась волна щекочущих мурашек.

— Что такое? — настороженно спросила, посмотрев сначала на одного, потом на второго.

— А поехали сегодня в Лосево? — предложил Леша. — В сауне попаримся, выгоним из тебя остатки заразы, м-м? Как раз, если в течение часа выедем, успеем еще до пробок.

Звучало очень заманчиво, да и в самом деле полезно погреться, хотя я и чувствовала себя уже вполне хорошо. Узел внутри расслабился, я тихонько перевела дух и кивнула.

— Поехали, — согласилась, даже не подозревая, что же меня там ждет…

Следовало догадаться, что эти двое не просто так все делают. Но пока что я в рекордные сроки покидала в сумку минимальный набор нужных вещей, и мы вышли из дома. Заехали к парням, там задержались едва ли минут на двадцать — они собрались чуть не быстрее меня. По пути в "Ленте" затарились едой и поехали за город. Я по привычке дремала, почесывая дрыхнувшего на коленях Макса, в голове лениво проплывали воспоминания этой недели. Так странно и непривычно было видеть в моей холостяцкой квартирке мужчин, но одновременно они не казались там лишними. А еще, я соскучилась. По сексу, да. Пока болела, естественно, никто не приставал, сейчас же…

Черт, а ведь теперь уж точно не получится по отдельности, внезапно осенила мысль. Мы же втроем будем в доме, и в офис или к родителям никто благородно не поедет. Ой. Меня бросило в жар, сонливость тут же слетела, я незаметно сглотнула, по-прежнему делая вид, что дремлю. Ну и как тогда? Бли-ин, неужели договорились за моей спиной, конспираторы? И не спросишь же, я ж сгорю от смущения, обсуждать такой деликатный вопрос вот так напрямую… Остается только положиться на обстоятельства и надеяться, что оно само как-нибудь разрулится.

Доехали мы действительно почти без пробок, и на месте были к семи вечера. Я изо всех сил старалась сохранять непринужденный вид, запрятав волнение поглубже, и надеялась, что парни не просекли причину моего нервного состояния. Мы разложили еду, Леша замариновал шашлыки, пока Даня занимался камином и ходил включать сауну. Все вроде как обычно, никто не спешил набрасываться на меня со зверским видом, однако не покидало странное ощущение, что парни то и дело обмениваются косыми взглядами за моей спиной, или замечала тень усмешки на их лицах краем глаза. Что-то определенно затевалось…

Пока делался шашлык и нагревалась сауна, мы валялись в гостиной на диване, телевизор фоном бормотал на каком-то сериале. Я читала, Леша и Даня обсуждали свои дела, конференции, статьи — особо не вслушивалась в их беседу. Волнение даже почти улеглось, пока наконец не пришла пора заняться шашлыками.

— Ну, топаем к сауне? — бодро предложил Даня, скользнув по мне взглядом. — Мясо готово, осталось пожарить.

— Ага, — я выползла из-под теплого пледа, стараясь не показывать подскочившего волнения и разошедшихся эмоций. — Сейчас переоденусь…

— Зачем? — прилетел в спину спокойный вопрос от Леши.

— А? — не сразу поняла и обернулась, вопросительно глянув на него.

— Зачем тебе переодеваться? — повторил он без тени улыбки, его глаза смотрели прямо на меня. — Вообще, обычно в сауне парятся без лишней одежды.

Я замерла с колотящимся сердцем, лихорадочно пытаясь придумать ответ и не находя его. Нет, понятное дело, что обнаженными и я их, и они меня уже видели и стесняться тут как бы поздно и нечего, но… Да бля, ну опять же, это по отдельности было. Хотя, если смотреть на вопрос беспристрастно, мы ведь все равно вроде как втроем встречаемся, и рано или поздно этот деликатный момент решать придется. И, похоже, кое-кто намерен сделать это именно на нынешних выходных.

— Риш? — негромко позвал Даня, и пришлось срочно отлипнуть.

— Халат возьму и тапочки, — нашлась наконец с ответом и чуть не бегом поднялась на второй этаж.

Вещи я отнесла в ту комнату, где была в прошлый раз, и между прочим, никто меня не остановил. Хотя, может, просто не хотели так сразу пугать… Закрыв за собой дверь, сделала несколько глубоких вдохов-выдохов, унимая нервную дрожь, постояла, прикрыв глаза и прислонившись спиной к деревянной створке. Что ж, ладно. Наверное, и правда пришла пора расставить окончательно точки, потому что или мы двигаемся дальше, или все это нужно прекращать. Да только проблема в том, что прекращать не хотелось, при мысли о том, что больше не увижусь ни с Даней, ни с Лешей, в груди все болезненно сжималось, и в душе поднималась настоящая буря.

Кажется, влипла ты, Ириска, и крепко, мда. За эти три недели, что мы вместе, я в самом деле привыкла к ним обоим, и никак не получалось исключить кого-то одного из нашего странного уравнения. Ну и секс же был с двумя, пусть и по отдельности. Пока. Что-то подсказывало, сегодня все может в корне измениться.

— Так, трусиха, быстро взяла себя за жабры и спустилась вниз, — пробормотала я, отлипая от двери.

Ну да, иначе за мной придут сюда, вежливо поинтересоваться, все ли в порядке. Прихватив халат и резиновые тапки, я вернулась в гостиную, Леша забрал из кухни кастрюлю с мясом, и мы вышли на улицу.

— Сначала нажарим, а потом греться? — весело предложил он, покосившись на меня.

Я малодушно кивнула, оттягивая момент объяснения, и сдается мне, оба это прекрасно поняли. Но хоть комментировать не стали, слава яйцам… Угли уже были готовы, так что мы в три руки нанизали все на шампуры и разложили на мангале.

— У тебя есть планы на зимние каникулы? — неожиданно спросил Даня, остановившись за моей спиной, обняв двумя руками и притянув к себе.

— Не думала еще, — честно ответила, глядя на мерцающие угли. — А что?

— Просто мы обычно кататься ездим куда-нибудь, там же десять дней выходные. Ну и Новый год интереснее справлять не дома, — теплое дыхание Дани согревало ухо, отвлекая от его слов и заставляя сердце биться быстрее. — Хочешь с нами?

Предложение застало врасплох, я хлопнула ресницами и растерянно посмотрела на Лешу.

— Я лыжи не очень люблю, — промямлила не слишком уверенно. — Про сноуборд молчу вообще…

— Та ладно, там не сложно, — голосом змея-искусителя вкрадчиво произнес Данька, прижав крепче к себе. — Загранник есть?

— Да, с подругой в Чехию как-то летали… Подожди, я еще ни на что не согласилась, — поспешно добавила, повернувшись к нему.

Этот хулиган немедленно воспользовался моей оплошностью и заткнул мне рот долгим поцелуем, лишив возможности возражать и дальше, а от Лешки донеслось невозмутимое:

— Ну ты пока думай, а я договорюсь насчет Шенгена, один знакомый делает, быстро и без очередей. С тебя только фотка и собственно сам паспорт.

Когда же я снова смогла заговорить и даже набрала воздуха в грудь, чтобы признаться, что моих финансов вряд ли хватит на такую поездку, мне снова не дали ничего сказать.

— Так, я вижу все твои возражения, — Данин палец оказался прижат к моим губам. — Давай договоримся, Риша, ты нам не чужая после всего, что было, надеюсь, ты это понимаешь, да? И я считаю, что уже можно делать неприлично дорогие подарки, как это звучит в твоем понимании, — и хотя он не улыбался, глаза напротив смеялись, и упираться рогом и ругаться с ним как-то сразу стало неловко.

— А вот тут я даже соглашусь, — последовал спокойный комментарий Леши. — Так что, Айрис, проще просто согласиться и не придумывать причин для отказа.

Вот же ж… В голове толклись настойчивые мысли на тему, а что, если через два месяца все резко изменится и все такое, только я не рискнула поднимать сейчас этот вопрос. Не хотелось портить вечер разгребанием моих очередных страхов.

— Ладно, я подумаю, — буркнула любимую отмазку, хотя понимала, что, конечно, соглашусь.

Черт, да кто откажется от поездки на Новый год куда-то, где никогда не был? Еще и за чужой счет… И правда, секс у нас уже был, значит, задабривать меня или тем паче покупать благосклонность нет никакого смысла. Около уха раздался тихий смешок, теплые губы мазнули по шее над воротником куртки.

— Смешная ты, Риша, так боишься всего нового, — весело обронил Даня, пока я сражалась с вспыхнувшим волнением.

— Стабильность — залог спокойствия, — насупившись, ответила ему, подавив вздох.

Ну да, есть у меня такое, страшно не люблю перемен в жизни, они нервируют и заставляют снова перестраивать устоявшийся быт. А я в последнее время стала консерватором и предпочитаю быть уверенной в завтрашнем дне.

— Но приятные сюрпризы — это же тоже хорошо, да? — мурлыкнул Даня, прижавшись к моему виску щекой.

— Ключевое слово — приятные, — уточнила я, чувствуя, как все мимолетное недовольство растворяется в умиротворении.

— Кстати, мясо готово, — Леша снял с мангала несколько шампуров. — Идем в сауну?

Я с радостью воспользовалась возможностью замять щекотливую тему, хотя не сомневалась, что в скором времени к ней обязательно вернутся. Ну а у меня пока будет время договориться с собственными убеждениями и страхами, чтобы не портили жизнь и не мешали ею наслаждаться. Расправившись с шашлыками и умиротворенно вздохнув, вдруг осознала, что сейчас начнется самое интересное…

— Ну, теперь греться, — с предвкушением произнес Лешка и встал из-за стола, одним движением стянув свитер.

Я тоже поднялась и только открыла рот, собираясь по привычке удалиться, но, конечно, не успела.

— Давай, помогу, — невозмутимо заявил Даня, сидевший ближе ко мне и потому оказавшийся рядом.

Мявкнуть не успела, как меня шустро начали раздевать в четыре руки. Черт, это было неожиданно, и пока я судорожно пыталась подыскать подходящие слова, с меня уже сняли все, даже нижнее белье. После чего подтолкнули к двери в парилку и сопроводили напутствием:

— Иди, грейся.

Уф-ф. Хорошее предложение, только мне и без всякой парилки уже стало жарко, но спорить не рискнула. Пока не настолько привычно было щеголять голиком, еще и перед ними двумя… Совсем непривычно, будем откровенны. Но, похоже, делать уступки моей скромности никто больше не собирался. М-м-м, зря я надеялась на спокойные выходные, ага. В парилке сразу забралась с ногами на полку и прислонилась к стене спиной, безуспешно пытаясь справиться с волнением и тихой паникой. И не надо говорить, что не в моем возрасте испытывать такие эмоции, находясь рядом с мужчиной. Их двое, между прочим, и где-то в глубине души я до сих пор еще не привыкла к этому.

Сумбурные размышления прервались появлением тех самых мужчин, вокруг которых крутились обрывки моих мыслей, естественно, тоже на сей раз без всяких лишних фиговых листочков в стратегических местах. Пришлось срочно брать себя в руки и принимать такой же невозмутимый вид, как у них, хотя внутри все напряглось в ожидании ехидных комментариев, уж от Даньки-то точно. Леша забрался на вторую полку, где пожарче, вытянулся, повернувшись ко мне боком и подперев голову ладонью, а его приятель устроился рядом со мной, собственническим жестом уложив мои ноги к себе.

— Хорошо… — умиротворенно выдохнул он, прикрыв глаза.

И все, никаких подначек, откровенных вопросов и тем более приставаний. Хотя, конечно, дураку понятно, что баня — последнее место, где можно заниматься соблазнением. Уж не в парной так точно.

Не то чтобы я сильно смущалась наготы, дома так совершенно без всяких проблем могла голиком щеголять, но так то дома, на своей территории, где никто не видит… В общем, пришлось срочно брать себя в руки и просто расслабиться, получая удовольствие от сауны. Честно говоря, в этом была своя особая прелесть, осознала я через некоторое время, в случайных прикосновениях, мимолетных ласковых поглаживаниях, легких поцелуях то в плечо, то в коленку. И вроде бы никто специально не соблазнял, однако все равно волнение тлело в душе угольками, грозя вспыхнуть в любой момент яркими факелом. Немного помогло то, что когда я проходила мимо душевых и бадьи, куда стекала холодная вода, кто-то слишком шустрый и хулиганистый внезапно обнял со спины, дернул к себе и одновременно опрокинул эту самую бадью…

Конечно, я завизжала от неожиданности, выпучив глаза и хватая ртом воздух, потому что холод вообще не люблю, а этот коварный тип, Данька, еще и радостно заржал, даже не думая отпускать. Я сразу забыла и про то, что мы оба обнаженные, и про все остальное, возмущенно зашипела, барахтаясь в его руках и отфыркиваясь.

— Контрастный душ — самое то после парилки, всю заразу выгонит, — назидательно сказали мне на ухо и потащили обратно в эту самую парилку, отогреваться.

В общем, остатки смущения благополучно растаяли, и предложение переместиться в бассейн, который тоже уже нагрелся, я восприняла благосклонно, привыкнув к собственной наготе и больше не стесняясь, что кто-то еще смотрит. Пусть даже теперь их было сразу двое. В бассейне мне, конечно, не дали спокойно поплавать, Даня опять начал дурачиться, брызгаться, хватать под водой за ноги. Правда, надо сказать, все же не перегибал палку, опасность утопления мне точно не грозила. Лешка, пару раз переплыв туда-обратно, выбрался на лежак и оттуда наблюдал за нами с добродушной улыбкой доброго папочки. И в какой момент так получилось, что я обнаружила себя прижатой к бортику Данькой и страстно целующейся с ним, даже не поняла. М-м-м, оно как-то само так вышло, честное слово.

Меня застали врасплох, между прочим, я не ожидала такой подлянки от Дани. И только уже в процессе запоздало осознала, что это была не слишком хорошая идея, потому как за неделю не одна я соскучилась и по поцелуям, и по тому, что за этим следует, тоже. Доказательство этого отчетливо упиралось мне в низ живота, и одновременно я резко вспомнила, что мы между прочим не одни тут. А то чья-то шустрая конечность уже спустилась гораздо ниже талии, поглаживая мою пятую точку, и колено настойчиво вклинилось между моих ног… Мышцы скрутила сладкая судорога, воздуха стало резко не хватать, и я откинула голову, прервав поцелуй и пытаясь успокоить дыхание, ошалело уставившись на Даню. И тут взгляд зацепил Лешку, смотревшего на нас с задумчивым лицом, и сердце ухнуло в желудок, затаившись там до лучших времен. Так, Айрис, кажется, кто-то круто попал…

— Ри-иш, — тягуче, низко позвал Даня, не торопясь отпускать, и нервы завибрировали, а эмоции смешались в остро-пряный коктейль из предвкушения, немножко страха, волнения и бог знает, чего еще. — А пойдем в дом, м-м?

И пусть слова звучали вполне невинно, я прекрасно поняла, что за ними крылось. Тем более, Леша молча встал, взял сухое полотенце и развернул, дожидаясь, пока я вылезу. Меня заботливо вытерли, закутали в махровый халат, и мы отправились обратно в дом, и с каждым шагом моя нервозность возрастала. На талии лежала рука Леши, с другой стороны шел Даня, и хотя в другие моменты тишина между нами никогда не напрягала, сейчас воздух казался густым и плотным, затрудняя дыхание. Я совсем потерялась в собственных сумбурных эмоциях и желаниях, вообще не понимая, как себя держать. Одновременно хотелось секса, безусловно, я ж нормальная женщина, и совершенно не укладывалось в голове, как это будет втроем.

Нет, ну чисто теоретически представляла, конечно, и не один вариант, да только проблема в том, что я никак не могла понять, на каком остановиться. Минет не привлекал опасностью забыться, да и вообще я крайне редко соглашалась на подобное, не испытывая особой любви к оному. Ну, или, может, просто не попадалось еще мужчины, которому бы в самом деле хотелось доставить подобное пикантное удовольствие. Ну а другой вариант одновременного секса с двумя… Черт. Так уж вышло, что к своему почтенному возрасту я только в теории читала, до практики не доходило. Слишком уж специфично, на мой взгляд, ну и нюансов много всяких, которые вгоняли в легкое замешательство. Блин и как быть-то? В самом деле, по очереди, что ли, а хватит ли у меня сил на такой марафон? Или все-таки рискнуть и идти в экспериментах уже до конца?..

Занятая переживаниями, даже не заметила, как мы дошли до дома и зашли внутрь. А между тем, не задержавшись внизу, уже поднялись по лестнице на второй этаж, и робкое предположение, что в свою комнату мне уйти не дадут, превратилось в уверенность. Что ж… Передо мной распахнули дверь соседней спальни, и я замешкалась всего на одно мгновение, прежде чем переступить порог. Нет, не буду больше давать поводов для уговоров и прочей фигни, в конце концов, я не нежная фиялка, члена никогда в жизни не видевшая. Как-нибудь разберемся, что делать втроем в постели, пусть даже ни у кого из нас подобного опыта особо и не было. Хотя, может, парни просто деликатно умалчивают, не желая травмировать мою нежную психику… Чуть нервно не хихикнула, но сдержалась, с невольным любопытством разглядывая спальню. Почему-то сразу поняла, что она принадлежала Лешке.

На потолке — толстые деревянные балки, широкая кровать, накрытая стеганым покрывалом, на тумбочке — телефон, напротив кровати — еще один камин, меньше, чем в гостиной, в нем тлели угли. В углу почти незаметный шкаф-купе. Несмотря на спартанскую обстановку, вполне уютно. А пока я отвлеклась на разглядывание, чьи-то ладони легли мне на плечи, медленно, но настойчиво потянув махровую ткань, сам же хозяин спальни остановился передо мной, глядя в глаза и ухватившись за концы пояса. Горло на мгновение перехватило, эмоции плеснули в голову хмельной волной. Тишина в спальне сгустилась настолько, что казалось, ее можно резать ножом. Спустя пару мгновений халат соскользнул и осел на пол, и пришлось стиснуть кулаки, чтобы подавить инстинктивное движение руками. Чего уж тут прикрываться-то, в самом деле…

Пока я сражалась с приступом застенчивости, Леша обхватил мое лицо ладонями и наклонился, закрыв рот поцелуем. Конечно, самый действенный способ, чтобы отвлечь женщину от ненужных мыслей. Я тут же закрыла глаза, качнулась вперед, чувствуя, как моментально ослабели коленки. Это было нежно, чувственно, настойчиво, и сразу расхотелось думать о чем-либо кроме поцелуя. Я вдохнула, и забыла выдохнуть, ладони сами скользнули на плечи Леше, сознание машинально отметило, что они тоже обнаженные. Ну да, никто же не одевался в сауне, зачем? Я настолько увлеклась происходящим, что выпустила из виду Даню, и ощутив, как чьи-то горячие ладони скользнули на мою грудь, мягко сжав, не сразу поняла, что происходит. Что ко мне прикасаются двое, и… черт, кажется, мне это нравится.

Однако рефлекторная реакция оказалась быстрее мыслей, пронесшихся в сознании. Судорожно вздохнув, я разорвала поцелуй, ошалело уставившись на Лешу, а сзади прижался Даня, жарко дыша в ухо и добавляя переживаний.

— Риша, ты доверяешь нам? — вдруг тихо спросил он, и сердце екнуло от этих слов.

Ответ вырвался прежде чем я успела подумать:

— Да…

А в следующий момент в руках Леши появилась… повязка. Мои глаза округлились, в груди образовалась гулкая пустота, и последние остатки мыслей развеялись без следа.

— Давай, попробуем так? — он мягко улыбнулся. — Мне кажется, тебе будет проще сейчас.

Ох, божечки. Я не нашлась, что ответить, только хлопнула ресницами, напряженно замерев. Проще ли?.. А потом сглотнула и медленно кивнула. Может, и правда, если не буду ничего видеть, так и думать меньше получится? Зажмурившись, позволила завязать себе глаза, по телу прошлась волна горячей дрожи — все чувства сразу обострились, от прикосновений по коже веером разбегались колкие мурашки. Собственная беспомощность отозвалась в душе всплеском эмоций, я судорожно вздохнула, слегка дезориентированная и основательно выбитая из колеи.

— Ш-ш-ш, Риша, все нормально, — раздался успокаивающий голос Леши, и через мгновение я оказалась у него на руках. — Все хорошо…

Легко ему говорить, у него глаза не завязаны. Однако я уговорила себя не нервничать и просто расслабиться. В самом деле, вряд ли мне сделают что-то, к чему я не готова, или что явится для меня полнейшим сюрпризом. Разве что, ко мне будут прикасаться сразу двое… В этот момент спина коснулась покрывала, губы снова закрыл поцелуй, а чей-то рот завладел уже собравшимся в тугую горошину соском, отвлекая и разгоняя упорные мысли, лезшие в голову. Очень скоро они растаяли без следа, потому что невозможно одновременно думать о чем-то и плавиться от вспыхнувшего желания, таять от нежных прикосновений. Это было необычно и непривычно, ощущать, как другие губы нежно ласкают напряженные вершинки, язык медленно обводит вокруг, щекоча и дразня. Как сразу несколько рук блуждают по телу, дотрагиваясь едва ощутимо, деликатно, заставляя выгибаться навстречу и в самом деле просто наслаждаться. Повязка очень скоро действительно перестала быть помехой, да и потом, я все равно зажмурилась, погружаясь в горячую патоку удовольствия и уже не сдерживая тихих стонов.

Не знаю, обсуждали они там или нет, что и как мне нравится, составляли ли стратегический план действий, но… Все было просто упоительно. Никто никому не мешал, чуткие пальцы скользили по моему телу, оставляя за собой шлейф щекочущих мурашек, спускаясь все ниже, и ноги сами раздвинулись, открывая доступ к самому сокровенному. Там все горело и тяжело пульсировало, мне отчаянно хотелось, чтобы уже прикоснулись, и неважно, кто… Напряженные, болезненно нывшие вершинки вспыхивали от малейшего прикосновения, раздразненные и ставшие слишком чувствительными. Губы то и дело накрывал поцелуй, то мягкий, бесконечно нежный, то жаркий, нетерпеливый, от которого низ живота скручивало сладкой судорогой. И уже неважно, кто это был, ошалевшее от фейерверка эмоций сознание плавало в золотистом тумане желания, больше не цепляясь за реальность.

Вот наконец чьи-то пальцы аккуратно раздвинули мягкие складочки, обнажая чувствительное местечко, и от одного только предвкушения долгожданного прикосновения по телу прокатилась очередная волна горячей дрожи. Я выгнулась, вцепившись в покрывало, облизнула пересохшие губы, темнота перед глазами вспыхивала целыми созвездиями. Бедра приподнялись, ноги раздвинулись еще шире, открываясь для деликатной ласки, и наконец я ощутила медленное скольжение по нежной плоти, и не сдержала тягучего стона. Гос-споди, да-а-а… Это оказалось и правда восхитительно, одновременно чувствовать умелые ласки везде, и вокруг чувствительного бугорка, и внутри, мучительно медленное проникновение… Мышцы тут же сжались, я захлебнулась вдохом, ослепленная вспышкой удовольствия. И снова поцелуй, и снова горячие губы на тугой вершинке, и все вместе сливается в разноцветный калейдоскоп переживаний, яркий, пронзительный, от которого кружится голова, и по телу разливается жаркий огонь, проникая в каждую клеточку…

Мне хватило совсем немного, чтобы стремительно взмыть до самого пика, а потом невидимая пружина внутри со звоном распрямилась, отправляя меня в космос. Волны чистейшего удовольствия прокатывались одна за одной, после каждого нежного прикосновения к горевшему огнем клитору, и на какой-то момент я даже перестала ощущать собственное тело, превратившись в сгусток эмоций, и это было волшебно, непередаваемо. Даже не представляла, что может быть так хорошо… И только меня чуть отпустило, и я длинно выдохнула, смакуя последние искорки удовольствия, как чьи-то сильные руки подхватили, повернули на бок, закинув мою ногу повыше, и одним мощным движением во мне оказался напряженный, горячий ствол, заставив охнуть в голос.

Тут же повязка слетела с моих глаз, и я встретилась взглядом с Лешей. А сзади прижался Даня, хрипло выдохнув на ухо:

— Ри-и-иш… Попробуем поэкспериментировать, а?

Я замерла, переваривая услышанное и осмысляя, что могли значить эти слова. Лешка, тяжело дыша, пристально смотрел мне в глаза и не двигался, ожидая моего ответа, и могу представить, чего ему это стоило. В голове лихорадочно пронеслись обрывки сумбурных мыслей, отрывочные воспоминания каких-то рекомендаций из сети по подготовке, типа есть только жидкое за пару дней и вообще сделать клизму… Ну или всякие там расширители использовать… Чуть не вырвался нервный смешок, который могучим усилием воли подавила, иначе точно безнадежно испорчу момент.

— Если что-то будет не так, сразу остановимся, — заверил Леша таким же хриплым голосом, и я почувствовала, как напряжено его тело.

Черт, да нафиг все. Я и так уже зашла слишком далеко, чтобы останавливаться на полпути, и всяко лучше один раз попробовать, чем потом всю жизнь жалеть, что не решилась. Облизнула пересохшие губы, сердце колотилось, как сумасшедшее, и прошептала всего одно слово, как нырнула в воду с огромной скалы:

— Х-хорошо.

Уточнять, одна ли я такая неопытная в подобном не совсем стандартном виде секса, благоразумно не стала. Даже если нет, сейчас мне это никак не поможет, и вообще, никогда не поздно учиться. На лице Лешки появилась облегченная улыбка, он наклонился, прижавшись к моим губам долгим, нежным поцелуем, а его ладони между тем легли на мои ягодицы, аккуратно их раздвинув. Ох. От всколыхнувшихся эмоций аж голова закружилась, я невольно напряглась, не зная, чего ожидать дальше. Над ухом раздавалось тяжелое, горячее дыхание Дани, и буквально через мгновение тугого колечка коснулся его палец, мягко погладил, несильно надавливая.

— Будет неприятно, скажи, — прошептал он, пока я пыталась разобраться, что же ощущаю.

Это было… странно, признаться, и в первые секунды я никак не могла разобраться, нравится мне или нет. Но любопытство пересилило, и останавливать не стала — еще и потому, что Леша начал тихонько двигаться, размеренно и плавно, задавая ритм и отвлекая. Уф-ф-ф, надо сказать, подействовало, я сама не заметила, как расслабилась, прикрыв глаза, и тело само чуть выгнулось, принимая позицию поудобнее. Короткий выдох над ухом, и палец надавил чуть сильнее, неожиданно легко скользнув внутрь, и мышцы рефлекторно сжались, заставив уже меня судорожно вздохнуть. Даня тут же замер, его губы скользнули по шее, и он спросил с нотками беспокойства:

— Риша?..

Я медленно выдохнула, приняв окончательное решение, и храбро ответила:

— Все в норме…

В конце концов, неприятно точно не было, просто непривычно и странно, однако это не повод, чтобы отказать себе в новом опыте, правда? Вдруг действительно понравится?..

ГЛАВА 16

Плавный, размеренный ритм завораживал, отвлекал от ненужных мыслей, и очень скоро где-то внутри напряжение потихоньку растаяло, и его место заняло волнение и нараставшее удовольствие. Движения сразу с двух сторон и правда вызывали желание тоже двигаться в такт, усиливая ощущения, делая их ярче. Больше никаких глупых воспоминаний в голову не лезло, они все растворились без следа в жарком желании, снова струившемся по венам вместо крови. Тело привыкло очень быстро, подстроившись и подхватив темп, а уж когда чьи-то пальцы — наверное, все же Данины, — снова нежно коснулись чувствительного местечка, пробравшись между мной и Лешкой, от шеи до самых кончиков пальцев словно молния пронзила, от вспышки наслаждения я лишь сильнее выгнулась, коротко всхлипнув.

Именно в этот момент пальцы сзади внезапно пропали и… Ох-х-х, к упругому колечку прижалось кое-что посущественнее. Однако испугаться не успела, как и сильно задуматься, потому что тело оказалось хорошо подготовлено. Я только резко вздохнула, широко распахнув глаза, когда ощутила настойчивое и одновременно медленное, аккуратное проникновение с другой стороны. Горячее, тяжелое дыхание Дани щекотало шею, мои глаза встретились с Лешиными, внимательными и чуточку напряженными. Я знала, что стоит мне сказать, и они тут же остановятся, но… я хотела продолжить. Теперь уже вполне сознательно, и не только из-за одного любопытства. Тело в самом деле приняло происходящее, мышцы расслабились — насколько это было возможно. От того, как чутко парни прислушивались ко мне, к моей реакции, как были готовы прекратить по первому же знаку, в груди становилось тесно от острого прилива нежности и признательности. Никто не обращался так со мной за всю мою историю отношений, всегда на первом месте стояли не мои желания. Но не сейчас.

Глаза предательски защипало, однако удариться в сентиментальность мне не дали — Даня остановился, войдя до конца, бережно обнимая одной рукой так, что ладонь легла на грудь, мягко массируя.

— Все хорошо?.. — прежним хриплым, безумно сексуальным голосом спросил он, и я спиной ощутила, как тяжело, неровно бьется его сердце.

Не сдержала улыбки и вместо ответа, не отрывая взгляда от Леши, легонько подалась вперед, отчего мышцы рефлекторно сжались, все мышцы. Именно в этот момент снова накрыло, но теперь уже пронзительным, острым ощущением единения, того, что мы все трое вместе. Так близко, как никогда раньше, и что теперь так и останется. Горло на мгновение перехватило, а потом парни одновременно начали двигаться. Понадобилось некоторое время, чтобы приноровиться, и в какой-то момент я не сдержала тихого смешка, вцепившись в Лешкины плечи и изогнувшись поудобнее.

— Экспериментаторы хреновы, — вырвалось ехидно, и тут же от сильного толчка сзади охнула в голос, зажмурившись до разноцветных кругов.

— Провокаторша, — выдохнул мне в губы Лешка и заткнул рот жадным поцелуем.

Дальше уже стало не до разговоров. Вихрь эмоций подхватил и закружил, мир сузился до рваного ритма, заставлявшего внутри все вибрировать в такт. Тело само подстроилось, и реальность расцветилась яркими вспышками удовольствия, пронзительного и острого, от которого перехватывало дыхание. Ох, я и не думала, что все будет настолько хорошо, когда соглашалась на пикантный эксперимент…

Время словно остановилось, остались только ощущения, становившиеся все сильнее с каждым толчком внутри, с каждым прикосновением. Ставшая слишком чувствительной кожа вспыхивала россыпью горячих искр, дыхание то и дело срывалось, и тело словно растворилось. Мы двигались, как единое целое, наконец найдя тот единственно верный ритм, уносивший далеко за горизонт, и я уже не контролировала себя, просто отдавшись на волю инстинктов и удовольствия, одного на троих. Оно неудержимо разрасталось, заполняя каждую клеточку, захватывая сознание, пока наконец с последними особо мощными проникновениями вселенная не взорвалась множеством сверхновых.

Я выгнулась, ослепленная и оглушенная, из горла вырвался хриплый крик, а мышцы сжались, вбирая глубже, впитывая наслаждение до последней капли. Почувствовала, как длинно выдохнул на ухо Даня, расслабляясь, услышала тихое шипение Лешки, и меня догнала вторая волна, гораздо мягче и теплее первого оргазма. Я почувствовала себя сдувшимся воздушным шариком, вялой и абсолютно удовлетворенной, до кончиков пальцев на ногах. Ох, завтра ж с непривычки болеть все будет, причем в самых неожиданных местах… Да и пофигу. Самое главное — я довольна, мне понравилось, остальное гори синим пламенем.

Потихоньку возвращалось ощущение реальности, ошалелое сознание приходило в себя. Чья-то рука бережно погладила по спутанным волосам, и тихий голос Лешки с нотками беспокойства спросил:

— Риш? Ты там как?

— Не кантовать, при пожаре выносить первой, — пробормотала, уткнувшись в его плечо и не открывая глаз. — Пять секунд, полет нормальный…

Обнимавший сзади Данька щекотно хмыкнул в ухо, теплые губы легонько коснулись шеи чуть пониже.

— Шутишь, значит, все в порядке, — сделал он правильный вывод.

— Угу, — сонно отозвалась я, стремительно уплывая в дрему.

Даже мысль о водных процедурах не взбодрила, с непривычки эротический марафон изрядно вымотал. Ох, надеюсь, организм все же привыкнет, фиг его знает, какой у меня теперь темперамент, на двух мужиков же здоровье нужно ничего себе какое…

— Может, в душ? — вкрадчиво осведомился Даня, тихонько погладив живот.

— Лениво, — односложно отозвалась, сладко зевнув во весь рот и потянувшись, но не торопясь высвобождаться из уютных объятий.

И куда подевалась недавняя застенчивость? Хотя, ну ее в пень, чего теперь-то уж. От одинаковых негромких смешков по телу прокатилась волна теплой дрожи, и губы сами сложились в улыбку.

— Отдыхай, малыш, — шепнул, кажется, Леша, и организм, словно только и дожидаясь отмашки, моментально отключился, погрузив в крепкий сон до самого утра.

А утром я проснулась первая — конечно, от того, что было жарко и немножко неудобно. Отвыкла, что сплю не одна, и ощутить, что под головой не подушка, а чье-то ужасно удобное плечо, а сзади кто-то обнимает, прижимаясь к спине, было в первое мгновение непонятно и странно. Однако сознание тут же подкинуло картинки случившегося вчера, горячие и волнующие, и дремоту как рукой сняло. Я в постели с двумя мужчинами. Оу. И вчера у нас случился крышесносный секс. Дважды оу. Сердце в ускоренном режиме стукнулось о ребра, дыхание участилось, и я по привычке тут же прислушалась к собственным эмоциям. М-м-м. Не-ет, нифига не жалею. И не смущаюсь, нет. Разве что самую капельку.

Организм на ревизию отозвался вполне положительно: некоторые мышцы с непривычки потягивало, но приятно. Что же касается деликатных мест, то все оказалось лучше, чем предполагала. Так, легкий, почти неощутимый дискомфорт, скорее, опять же, с непривычки. Ничего, судя по всему, очень скоро привыкну. На губах появилась довольная улыбка, я почувствовала себя мартовской кошкой, объевшейся сметаны и заполучившей в свое полное распоряжение целых двух котов. Только в самой глубине души притаился уже привычный страх, что вся эта сказка продлится недолго…

Так, мысли, прочь. Пока что есть здесь и сейчас, чем и буду наслаждаться. Не открывая глаз, я потянулась, разгоняя приятную ломоту, прижалась к теплому телу, и тут же услышала:

— Доброе утро?

Оказывается, прижималась я к Даньке, значит, сзади сопит в ухо Леша. Макс, как истинный джентльмен, решил не смущать нас своим присутствием, и, видимо, ночевал где-то в другом месте. Потрясающе воспитанный кот…

— Доброе, ага, — протянула я, все же открыв глаза и наткнувшись на внимательный взгляд, в глубине которого мелькнуло беспокойство. — Все в норме, — заверила я и неожиданно даже для себя погладила ладонью Даньку по щеке.

Беспокойство сменилось облегчением, он тоже улыбнулся и поймал мою ладонь, бережно прижавшись к ней губами.

— Я рад, — пробормотал Даня, не сводя с меня блестящих глаз.

— Угу, я чувствую, — не удержалась от ехидной реплики и коленкой провокационно поерзала по уже напряженному стволу.

Он выдохнул и наклонился, накрыв мой рот поцелуем, долгим и очень нежным. Мр-р-р… Я говорила, что мне темперамента может не хватить на двоих? Как мало я знала о собственном организме. Эмоции тут же вспыхнули, облили жаркой волной, низ живота затопила знакомая истома. На поцелуй ответила с неожиданным для себя воодушевлением, прильнула к Дане, а ладонь медленно скользнула по рельефному торсу, спускаясь ниже, к животу. И то, что сзади заворочался Леша, тоже просыпаясь, уже не смутило и не вызвало даже минутного замешательства. Прогресс. Да, собственно, как говорится, знала бы мама…

Впрочем, не буду пока о ней думать. Не того сейчас, честно. В процессе поцелуя я даже не заметила, как оказалась верхом на Дане, распластавшись на нем и наслаждаясь новым, волнующим чувством: все мое. Его ладони медленно скользили по моему телу, оставляя шлейф из мурашек, и внутри нарастало тихое ликование. Я упивалась новой свободой делать то, что хочу, и не задумываться, насколько это правильно или нет. Это пьянило не хуже крепкого вина, бодрило лучше кофе, щекотало изнутри, как пузырьки от шампанского. Проснувшееся желание покусывало низ живота, между ног разгорался жар, и я совершенно бесстыдно потерлась о напряженный ствол чувствительным местечком, задохнувшись от вспышки удовольствия.

Ладони Дани тут же сжались на моей попке, поцелуй прервался, и я услышала хриплый смешок:

— Мне нравится, когда ты такая смелая, Риша…

И тут сзади обняли еще одни сильные руки, и прижалось горячее тело, щекоча дыханием шею.

— Мне тоже, знаешь ли, — выдохнул Леша, и его ладони уверенно поползли вниз, к моим раздвинутым ногам.

Я лишь выгнулась, прикрыв глаза и наслаждаясь прикосновениями, легонько царапнула грудь Дани, отчего он судорожно вздохнул и крепче стиснул мои ягодицы. Чуть повернула голову, потянувшись к Лешке, и его губы поймали мои, одарив еще одним нетерпеливым поцелуем. Утро определенно задалось… Мои пальцы нашли напряженный член Дани, нежно сжали, и я услышала тихое шипение. Изнутри плеснуло пряной волной удовольствия, и одновременно почувствовала ласковое прикосновение к чувствительной точке. Да-а-а… Уловила знакомое тихое шуршание, мимолетно порадовалась, что не приходится думать о такой вещи, как предохранение. И можно полностью отдаться наслаждению, утонуть в нем, жадно поглощая каждой клеточкой…

В этот раз все получилось быстрее, чем вчера, и вот так мне даже больше понравилось. Удобнее было, и больше простора для действий, чем мы все и воспользовались. Ох, кажется, я начинаю входить во вкус такого разнообразия в моей сексуальной жизни. Главное, чтобы и дальше сил и темперамента хватило… Чуть позже мы все же добрались до душа, освежились, и снова непривычное чувство свободы и тихой нежности, когда тебя обнимают просто, чтобы обнять. Прикасаются просто, потому что хочется, а не для того, чтобы снова возбудить желание. Я купалась в эмоциях, ощущая себя хрупкой бабочкой, и так здорово было ни о чем не думать, а только наслаждаться моментом, смакуя, бережно складывая в копилку памяти.

Готовить завтрак втроем тоже оказалось весело, еще и Макс бесшумно появился на кухне, проверяя, все ли мы правильно делаем, и не забыли ли в порыве страсти о бедном котике. Забудешь о такой зверюге, конечно… Горку блинчиков с корицей и со сгущенкой мы смели моментально, изрядно проголодавшись и восполняя потраченные калории. При этом Лешка наглым образом усадил меня на колени, а Даня заботливо кормил блинчиками, и хорошо, что на мне был халат. Иначе, подозреваю, второй раунд пикантных развлечений не замедлил бы последовать, и стол мы применили бы точно не по назначению.

А когда после сытного завтрака устроились в гостиной, Даня вдруг задумчиво спросил:

— Риш, а давай что-нибудь с твоим сайтом по вышивке сделаем?

— Например? — рассеянно отозвалась я, лазая по привычным страницам и форумам.

— Ну, можно попробовать его как-то раскрутить, — включился в тему Леша. — Ты же здорово вышиваешь, такие картины дорого стоят.

— Я не спец по такому делу, — пожала плечами.

— Хорошо, тогда не против, если мы попробуем? — Даня чмокнул меня в макушку — я как раз сидела, прислонившись к нему и сложив ноги на Лешу.

Уже появляются милые маленькие привычки, и хотя будущее пока что представлялось мне довольно туманным, я все равно радовалась. Неважно, как оно сложится дальше, главное, будет, что вспомнить потом. День, как всегда, прошел незаметно в приятной лени, ближе к обеду мы выбрались погулять, а вечером снова плескались в бассейне и грелись в сауне…

Признаться, чем ближе подходил вечер, тем задумчивее я становилась: никак не могла определиться с собственными желаниями. Прошлый вечер и сегодняшнее утро выдались весьма бурными, и, похоже, организму все же требовался перерыв. И я не знала, как бы так дать понять, что предпочла бы сегодня отдохнуть, внутри засело противное ощущение из прошлого, что мужчины не любят, когда им отказывают… Вдруг парням не понравится? Я очень старалась не показывать своих эмоций, но, похоже, у меня плохо получилось, потому что после ужина, когда мы переместились на диван, Леша тут же обнял, притянул к себе и спокойно спросил:

— Риш, что тебя беспокоит? Ты весь вечер какая-то очень задумчивая и рассеянная.

Приехали, блин. Ну и как озвучить то, что выносило мне мозг последние пару часов? Парни, не обидитесь ли вы, если сегодня я предпочту просто поспать? Бляха медная, да даже в моей голове звучит стремно и нелепо. Поэтому изобразила как можно более невозмутимое выражение и дернула плечом.

— Да так, просто мысли всякие, — непринужденно ответила и даже смогла улыбнуться.

Не тут-то было. Даня перекрыл все пути к отступлению, сев спереди и заграбастав мои ладони в свои, внимательно посмотрев в глаза.

— Айрис, что случилось? — серьезно спросил он, легонько сжав мои пальцы. — Давай, просто поговорим, как взрослые люди? Словами через рот? — на его губах появилась легкая улыбка.

Уф-ф, ну и кто тут взрослый и умудренный опытом, Ириска, а? Я сдержала нервный смешок и решительно выдохнула. В конце концов, и правда, лучше сразу все обсудить, чем недомолвки дальше будут только множиться, выстраивая между нами стену. Ведь психологи так и советуют, обсуждать все возникающие проблемы. Да, в прошлом я пыталась, однако кто ж виноват, что попадались мне глухие эгоисты, слышавшие только себя. Может, сейчас повезет не только в общем, но и в такой малости?

— Это насчет секса, — выпалила, слишком пристально рассматривая мои пальчики, сжатые в нежной охапке рук Дани. — Не, все здорово и замечательно, только… — все-таки запнулась, растеряв все красноречие и судорожно пытаясь подобрать нужные слова. — Ну… Я не батарейка энерджайзер, — нашла более-менее обтекаемую фразу.

Напряженно замерла, ожидая ответа, в горле пересохло от нервняка. Поймут, нет?..

— Ты считаешь, мы такие маньяки, что, дорвавшись до сладенького, не дадим тебе вообще житья? — по-прежнему серьезно, без тени насмешки, произнес Даня, я остро ощущала на себе его взгляд, не в силах сама поднять глаза. — Я не знаю, как у тебя было раньше, но мы нормальные мужчины, Риша, и вполне способны держать свои инстинкты в узде. Ясен пень, что тебе нужен отдых, и это тоже нормально, Айрис. Никто не собирается затрахать тебя до смерти, чтоб ноги не сдвигались, — он вдруг широко ухмыльнулся и подмигнул, а потом наклонился и звонко чмокнул в губы, чем внезапно смутил.

— Хочешь, сегодня можешь одна поспать, м? — неожиданно предложил Леша, и его губы прошлись по моей шее, родив шлейф мурашек.

— Мы как-нибудь переживем, — весело дополнил Даня.

Заманчивое предложение, но тут уж включились мои совесть и эгоизм: спать одной больше не хотелось, даже если и без секса.

— Вы точно не обидитесь? — пробормотала, чувствуя, как потеплели щеки от предательского румянца.

Около уха послышался длинный вздох, и Леша прижался крепче, пощекотав кожу теплым дыханием.

— Глупо обижаться на то, что твоя женщина хочет просто отдохнуть, — спокойно заявил он. — И глупо не принимать во внимание разный темперамент. А учитывая, что нас двое, так это мы должны больше думать о твоем удобстве, Риша, чем ты о том, что можешь обидеть нас нормальным желанием отдохнуть. Так что, если просто скажешь об этом, все в порядке, и не надо ничего бояться.

Я не выдержала, чуть развернулась и уткнулась в его плечо, чувствуя облегчение и совсем капельку замешательство. Так просто не бывает, блин.

— Так что, у себя сегодня поспишь? — уточнил снова Леша, погладив меня по голове.

— А можно с вами?.. — пробормотала, теперь уже сама чувствуя себя эгоисткой.

Ну, это мне, может, нормально будет, а им с инстинктами бороться и все такое… А я черт возьми хотела запастись впечатлениями на неделю вперед. В понедельник же на работу, а завтра домой.

— Хорошо, как хочешь, — покладисто кивнул Даня, но я видела довольный огонек в его глазах.

Так что, этой ночью мы снова спали все вместе, даже Макс пришел к нам, каким-то образом почувствовав, что сегодня можно не искать другого места для ночевки. И засыпая в крепких объятиях, я поймала себя на сладком и пугающем чувстве, что начинаю и правда привыкать…

На следующий день вечером, прощаясь у моего подъезда, неожиданно подумала, что, пожалуй, впервые за очень долгое время не хочу идти домой. Вот не хочу и все. Еще один одинокий вечер в компании телевизора и ноутбука. Ну, может, с Настюхой пообщаюсь, как всегда, и все. И спать буду тоже одна.

Устроившись на диване, только подумала, что надо поговорить с подругой, как зазвонил телефон.

— Ты что-то совсем пропала с радаров, дорогуша, — заявила Аська, но ноток обвинения я не услышала. — Что у тебя там происходит? Как самочувствие, кстати?

— Я на выхах была с ребятами, — выдала ей и замолчала, а потом одним махом выпалила. — В общем, все было, Аська.

— М-м-м, что все? — осторожно уточнила Настасья.

— Ну, все. Секс, короче, — я прошлась по комнате, чувствуя, как губы разъезжаются в счастливой улыбке от одних только воспоминаний.

— О-о-о, — протянула подруга. — В смысле, с ними двумя сразу? — деловито уточнила она со своей прямотой.

— Ну… да, — призналась, остановившись у окна.

— И как оно? Расскажи-и-и, мне же интересно, — оживилась Настя. — В жизни уже точно не доведется попробовать, так хоть послушать.

— Пошлячка, — проворчала я, а щекам стало еще жарче. — Классно в общем было…

Конечно, Настька вытянула из меня все пикантные подробности, и спасибо ей за то, что она не стала по своей привычке ехидничать и подкалывать. Только в самом конце непривычно серьезно спросила:

— Ириска, и что дальше? Ты думала?

— Не знаю, Ась, — я вздохнула и пожала плечами, хотя она не могла меня сейчас видеть. — Не знаю…

— Чего ты сама хочешь, чудовище мое? — мягко спросила она. — Вы уже почти месяц встречаетесь, Ришка, и судя по твоим разговорам, у парней это не просто прихоть и желание поэкспериментировать.

— С чего ты взяла? Мне никто ничего больше пока не предлагал, — тут же возразила я, а у самой сердце забилось с перебоями.

— Глупая ты женщина, за человеком, который безразличен или воспринимается только лишь, как развлечение, так ухаживать и заботиться не будут, — фыркнула Настасья. — Тебе вон даже на ремонт в их хате намекали, между прочим. Как по мне, так ну очень толстый намек.

— Вот когда встанет вопрос, и буду думать, — буркнула, плюхнувшись на диван.

— Вот ты трусиха, — хмыкнула подруга. — Ладно, отдыхай и переваривай эмоции, и я бы тебе советовала уже потихоньку паковать чемоданы, Ириска, — в своей ехидной манере добавила она. — Споки, хорошего дня завтра.

Ох, блин, если бы я знала, насколько она близка к истине.

Понедельник и вторник пролетели на удивление быстро, по крайней мере, рабочая часть. А еще, приятным сюрпризом стало то, что в первый мой рабочий день после последнего урока у школы меня встречали. Черт, и ведь не поленились приехать с другого конца города, забрать, отвезти пообедать… И никаких намеков или попыток уговорить поехать к ним, так сказать, приятно провести время до вечера. А вот во вторник, когда я пришла на занятие после своих уроков, внезапно осознала, что эта неделя — последняя моей подработки. В пятницу заключительный урок, и после него ждет встреча с директором, ну и приятный бонус в качестве оплаты. Только этот день тоже таил в себе сюрпризы, точнее, один, но такой… Хотя мне стоило помнить, что ребята не отступаются от своего, и Леша не забудет тот разговор, в вечер, когда у нас секс случился.

После занятия уже привычно отправились в ближайший ресторан, поужинать. Сделали заказ, я расслабилась, мы болтали о каких-то пустяках — моей работе, новом растении Даньки, их приключениях в поездках. Ничего, как говорится, не предвещало, я чувствовала умиротворение и спокойствие. Ровно до момента, как Леша, задумчиво посмотрев на меня, не спросил:

— Риш, помнишь, я спрашивал про ремонт?

Во мне прозвенел первый звоночек, тут же проснулась настороженность, а сердце сжалось от непонятного предчувствия. Хорошо, я успела прожевать, и не торопилась отправлять в рот следующий кусок.

— Ну, помню, — осторожно ответила, нервно потянувшись к стакану с квасом.

Горло неожиданно тоже пересохло.

— Не смотрела варианты? — спокойно так уточнил он, глядя мне в глаза, и сердце от этих слов вовсе провалилось в желудок, сжавшийся до размеров горошины.

— Н-нет, — пробормотала, разом растеряв весь словарный запас.

— Ну ты короче посмотри, простор для действий есть, — с широкой усмешкой добавил Даня и… передо мной легла связка ключей. — Вот, это если мерки какие снять, все такое, что там надо, — продолжил он, пока я смотрела на ключи, как на гремучую змею.

— А это — на расходы, — Леша подвинул ко мне пластиковую банковскую карту "Тинькофф". — И давай договоримся, экономить не нужно, — он мягко улыбнулся. — Поверь, там хватит.

Я на несколько долгих минут окончательно потеряла дар речи, даже голова слегка закружилась. Что сказать, никак не могла сообразить, мысли метались ошалевшей стаей, ни на чем не задерживаясь. Единственное, что нашлось в пустом сознании, это:

— Не проще дизайнера нанять?.. Я-то тут при чем?

Леша терпеливо вздохнул и взял мою безвольную ладонь, которую не успела отдернуть.

— При том, Риша, что не дизайнер там будет жить, — просто ответил он и тихонько погладил мои пальцы. — А наша холостяцкая берлога не шибко подходит, чтобы приглашать туда жить любимую женщину.

А вот последнее оглушило и вовсе дезориентировало. Чего я никак не ожидала сегодня, так это подобного признания. Черт. Ну и что делать-то? Я нервно прикусила губу, горло перехватило и глаза совершенно неожиданно защипало.

— Эй, все в порядке? — с беспокойством спросил Даня, всмотревшись в мое лицо. — Айя? Что-то не так?

— Кажется, кое-кто снова испугался, да? — Леша оказался слишком проницательным, и пора было уж сказать что-нибудь адекватное.

Пришлось сделать глубокий вдох и взять себя за жабры, в конце концов, ну что такого из ряда вон выходящего я услышала сейчас? Двое мужчин, с которыми у меня вроде как отношения, и даже секс был всякий разный, зовут жить к себе, и еще и в любви признаются. Угу, если учесть, что за всю жизнь я слышала такое признание всего два раза, от бывшего мужа и второго почти мужа в конфетно-букетный период, то можно понять мое офигение. Я не избалована такими серьезными заявлениями, и для меня они не просто слова, которые принимают как должное. Как и вниманием мужчин тоже не избалована. Ну, то есть, я его получала, но какое-то неправильное, мимолетное и исключительно в горизонтальной плоскости, как объект на одну-две-три страстных ночи. Однако никак не выражение чувств и намерений.

— Это… неожиданно, да, — пробормотала, проглотив наконец вязкий ком в горле. — Можно, я подумаю? — самая моя любимая отмазка, и хорошо, что не вышло слишком жалобно.

— Ну, по крайней мере, не отказываешься и не возмущаешься, уже хорошо, — весело и с заметным облегчением отозвался Даня. — Но ключи и карточку возьми, пускай будут у тебя.

— Ладно, думай, — подозрительно легко согласился Леша, и его губы легко коснулись моей щеки. — До пятницы, ладно?

Вот так и знала, что подвох будет. Всего два дня, это же так мало. Паника снова плеснула в голову, и пришлось срочно запить квасом, а потом все же кивнуть. И осторожно взять неожиданные подарки, поспешно спрятав в рюкзак. Мне срочно требуется очередная консультация у Настасьи. Срочно. Хорошо, развивать тему отношений и предложения парни не стали, занявшись отвлекающей беседой, но все равно я до конца так и не смогла расслабиться.

Как только дверь квартиры за мной закрылась, тут же использовала функцию "звонок другу", нервно расхаживая по кухне и кусая губы.

— Привет, привет, — отозвалась Ася. — Как жизнь?

— Они мне ремонт предложили и денег дали, и ключи отдали, — выпалила я, даже не поздоровавшись. — И Лешка в любви, кажется, признался.

— Ну и чего за кипиш? — Настя осталась невозмутимой, как сфинкс. — Что тебя вогнало в такую панику? Взрослые мужики, взрослые поступки. Не ты ли не так давно жалилась мне на безрадостную долю одинокой холостячки тридцать пять плюс? — в своей ехидной манере продолжила она прочищать мне мозги. — Или что, передумала и решила, что ну его нафиг, лучше не ломать свои привычки даже ради классных парней и офигительного секса?

Била она не в бровь, а в глаз, как настоящий снайпер, и слишком хорошо меня знала.

— Ась, я не знаю, — тихо ответила, бессильно опустившись на стул и подперев щеку ладонью. — Все… слишком стремительно как-то…

— Мать, ты это, слишком много кушать, зажралась то бишь, — оборвала мое блеянье Настя. — Вы месяц встречаетесь, вместе выходные проводите, тебя вон даже на Новый год зовут в путешествие. Чего тебе еще надо? Еще полгода за ручки держаться и проникновенно заглядывать друг другу в глаза? Да блин, Ириска, другая бы на твоем месте радостно вцепилась всеми руками и бежала, роняя тапки, собирать чемоданы. Не, ну в самом деле, — смягчила напор Настя, пока я судорожно боролась с некстати подступившими слезами. — Ришка, дурень ты мой упертый, ну выбрось из головы тех мудаков, что морочили тебе голову все это время. Зафига из-за инфантилов и маменькиных сынков зацикливаться на ошибках прошлого? И вообще, знаешь, что, дорогуша, я хочу познакомиться с этими кадрами, посмотреть на тех, кто так нагло покусился на твою свободу, — под конец решительно заявила она. — Надо замутить совместный выезд. Как насчет этих выходных? Мы своих сбагрим бабуле, она давно хотела потискать внуков, можно куда-нибудь сходить всей толпой. Как на это смотришь?

Вот умела она отвлекать, психолог хренов. Сдержав желание шмыгнуть носом, улыбнулась и кивнула.

— Ну, пока мы не обсуждали планы, но в принципе, можно, — согласилась на предложение.

В конце концов, Настька и правда хорошо в мужиках разбиралась, вон какого себе мужа отхватила, да и в друзьях у нее в основном они, не получалось у Аськи с девчонками дружить. Я — счастливое исключение. Зато уж в противоположном поле она и правда шарила, так что, отличная идея, познакомить ее с Лешкой и Даней. Осталось только дожить до пятницы и предложить им совместную встречу.

ГЛАВА 17

Эти два дня стали для меня серьезным испытанием для нервов. В голове крутилась карусель из мыслей, страх перед столь крутыми изменениями в жизни сменялся волнительным предчувствием, от которого подводило живот. Радужным цветом расцвели все мои тщательно утрамбованные в дальний чулан девичьи мечты и надежды, сердце то порхало бабочкой, то скакало бешеным зайцем. Как не накосячила на работе, не знаю, спас только опыт и умение на уроках сосредотачиваться только на занятии. Парни не надоедали, не дергали с разговорами, так, пару раз в день перебрасывались короткими сообщениями в сети. И это невольно зачитывалось им плюсиком в карму. Мне не мешали думать…

Кстати, я закинула удочку насчет встречи, и возражений не последовало, наоборот, Леша и Даня прямо загорелись познакомиться с Настей, поскольку много слышали от меня о ней. Договорились в пятницу уточнить все планы, но предварительно решили пойти в бильярд — и поиграть, и поговорить, и выпить, как раз. Ну и, как водится, пятница настала внезапно, и проснувшись утром, я осознала, что сегодня должна дать ответ насчет предложения. Каюсь, за эти два дня руки сами тянулись к поисковику, и всякие разные варианты отделки я все же одним глазом таки смотрела, страшно смущаясь собственных порывов и одновременно мечтательно представляя, как реализую все те хотелки, на которые не хватило в своей однушке. Что примечательно, вопрос денег уже не так дергал, да и вообще, если честно, это последнее, что волновало в ситуации.

Ну а после моих уроков я отправилась на последнее занятие, после которого ждал директор. Напряжение внутри достигло пика, я была похожа на высоковольтную линию, тронь — заискрит. Когда вошла в знакомую комнату, меня едва не трясло, я вздрагивала от малейшего шума за дверью, бросая косые взгляды на вход. Ну конечно, первыми зашли Даня и Леша… Только сразу за ними и остальные парни, так что побыть наедине не получилось. И, наверное, к лучшему. Секретарь передала, что директор подойдет сразу после окончания, я надеялась, что его все устроило. Полтора часа пролетели, мои ученики потянулись к выходу, а Леша и Даня задержались.

— Я знаю, тебя наш ждет, давай так, Данька дождется и подвезет тебя, а я пока домой, ужин сделаю, лады? — быстро проговорил Лешка, наклонившись и коснувшись моих губ мимолетным поцелуем. — Там и поговорим, согласна?

В душе поселилась твердая уверенность, что, если соглашусь, сегодня точно домой ночевать не приеду. Ну и… собственно, почему нет? Завтра суббота, выходной, за неделю соскучилась, несмотря ни на что, критические дни должны обрадовать только на следующей неделе. Так что, я кивнула и даже храбро улыбнулась в ответ. Меня проводили в ту же переговорную, где мы встречались с директором первый раз, и он там уже ждал, что порадовало.

— Айрис Олеговна, мои сотрудники о вас исключительно положительного мнения, проверку они прошли, — он вежливо улыбнулся. — Я рад нашему сотрудничеству. Могу я в будущем обратиться к вам, если вдруг понадобится? — неожиданно уточнил большой начальник.

— А… Да, конечно, без проблем, — поспешно ответила, неожиданная похвала была очень приятной.

— Расчет вам переведут сегодня чуть позже, спасибо за работу, — он протянул руку.

Попрощавшись с директором, я вышла из переговорной, около которой обнаружила Даньку.

— Закончили? Пойдем, — он ухватил за руку и решительно повел, но совсем не в ту сторону, где находилась стойка приемной.

— Ты куда? — спросила без всякой задней мысли. — Выход же там…

— Да надо заскочить, забрать кое-что, только сейчас вспомнил, — махнул он рукой, сворачивая в очередной коридор. — И Леха звонил, просил проверить одну штуку. Это быстро, — он оглянулся и подмигнул. — А потом домой.

Непонятно, почему это короткое слово отозвалось внутри сладкой дрожью. Ведь ехали мы к ним домой, и я там пока не жила… Пока. Словечко само вклинилось в мысли, и, похоже, подсознание уже приняло решение, не спросив разумную часть, так и метавшуюся в сомнениях и панике. Куда там меня вел Даня в глубь офисного лабиринта, я даже не отслеживала, занятая своими переживаниями.

И для меня оказалось полным сюрпризом, когда я шагнула в распахнутую передо мной дверь, в небольшое помещение с одним окном и всего двумя столами. Дальний, ближе к окну, был классическим, с монитором, какими-то мелочами канцелярскими, а который ближе — на нем лежали только несколько разнокалиберных папок с бумагами, от архивных до пластиковых, и стоял стакан со всякими ручками-карандашами. Памятуя кабинет парней у них дома с кучей всякой техники, я удивленно подняла брови, повернувшись к Дане.

— Это ваш кабинет, что ли? А почему…

Договорить не успела. Меня вдруг сгребли в охапку, стиснули в объятиях, прижав к краю стола, и закрыли рот долгим, жарким поцелуем. Я мигом растеряла все мысли и слова, успев только судорожно вздохнуть и вцепиться в плечи Дани. Колени моментально ослабли, по телу прошлась горячая дрожь, затаившись внизу живота, желание тут же вспыхнуло огнем в крови. Ох-х… Накрыло острым, пронзительным ощущением, как же я соскучилась по вот этим вот сумасшедшим поцелуям, эмоциям, промчавшимся вихрем от шеи до самых кончиков пальцев.

Я не сразу поняла, что чьи-то шустрые ладони уже скользят по бедрам, задирая юбку и уверенно проникая под нее. Ой. Остатки разума встрепенулись и попробовали взять бразды правления в свои руки, я дернула головой, прерывая восхитительный поцелуй и уставилась на Даню ошалелым взглядом.

— Т-ты что творишь?.. — хрипло выдохнула и попыталась одернуть юбку, хотя дыхание уже сбилось, и внизу живота тяжело пульсировало.

— Ш-ш-ш, — он улыбнулся хулиганской ухмылкой, не обращая на мои попытки привести одежду в порядок никакого внимания. — Тебе понравится, Риша…

Его горячая ладонь уже поднималась по бедру под юбкой, нервируя и смущая еще сильнее, и одновременно от неожиданной вспышки желания аж голова закружилась. Я сглотнула и суматошно огляделась, выдав последний аргумент:

— Сумасшедший, тут же офис… — пробормотала непослушными губами.

— Ну и что? — бровь выгнулась, а шустрые пальцы добрались до попки, мягко сжали и…

Переместились вперед, на резинку колготок. Я только открыла рот, чтобы что-то сказать, всего лишь на мгновение мелькнуло замешательство насчет того, что, черт возьми, я тепло одета, хорошо, без куртки, это вообще-то чей-то кабинет, и сюда могут войти… Однако мне его профессионально заткнули очередным поцелуем, грамотно отвлекая от возражений, и рука Дани нырнула вниз, проникнув сразу и под трусики, добираясь до самого сокровенного. Щеки тут же вспыхнули жаром, я лишь невнятно пискнула, напряженно замерев. Пронеслись суматошные мысли, как выгляжу со стороны, с задранной юбкой, пылающим лицом, почти сидящей на офисном столе…

Чего я никак не ожидала, что подобная ситуация вызовет могучий прилив возбуждения своей пикантностью, легкой неправильностью и щекочущим чувством смутной опасности быть застуканными в такой двусмысленной позиции. Низ живота скрутила горячая судорога, я тихо охнула, вцепившись в край стола — чьи-то нахальные пальцы уверенно проникли между мягких складок, красноречиво увлажненных. А еще, от пристального взгляда Дани, его хулиганской улыбки и шальных огоньков в глазах внутри все дрожало и натягивалось в предвкушении. Никогда не замечала за собой склонности к авантюрам и тем более экстремальному сексу, если честно. Но этот неугомонный тип вытаскивал из моей души какие-то совсем дремучие порывы, которые, как я была искренне уверена, остались далеко в студенческом прошлом.

Между тем, Даня безошибочно нащупал чувствительную точку, мягко погладил, и я зажмурилась, прикусив губу и сдерживая стон — от прикосновения по телу брызнули горячие искры, в голову ударила хмельная волна удовольствия. Господи, а что, если кто-то по коридору пройдет? Я ж не смогу долго сдерживаться… Словно угадав, о чем думаю, Даня снова прильнул к моим губам, одной рукой обвив за талию и усадив-таки на стол. Простора для действий у него явно стало больше, палец уверенно скользнул дальше, в горячую, упругую глубину, продолжая дразнить. Я бесстыдно выгнулась навстречу, ноги сами раздвинулись, и стон все-таки вырвался — хорошо, заглушенный поцелуем.

Это было настоящее сумасшествие. Я плавилась от откровенной ласки, бедра двигались в такт пальцам, приближая желанную разрядку, жаркие поцелуи отнимали дыхание вместе со способностью соображать. Все, что оставалось — это извиваться, прижимаясь как можно теснее, усиливая ощущения, низ живота просто пылал огнем, а кровь шумела в ушах. Я зажмурилась, полностью погрузившись в эмоции и уже не думая, где мы и кто может нас увидеть. Размеренные проникновения пальцев постепенно ускорялись, набухший бугорок тяжело пульсировал, и я стремительно приближалась к разрядке, уже без всякого смущения подаваясь навстречу и выгибаясь до боли в пояснице.

Наконец, еще одно нежное прикосновение, еще несколько глубоких, сильных толчков, и пришлось сильно прикусить палец, не в силах сдержать глухой стон. Жаркие волны прокатывались по телу, внизу живота вспыхнуло целое солнце, отправляя меня в страну оргазма. Ох, черт, офиге-еть… Я только перевела дух, возвращаясь в реальность и приходя в себя, даже проморгаться толком не успела, перед глазами все плыло. Меня стремительно сдернули со стола, развернули и буквально распластали на этом самом столе — очень удачно папки лежали только по краям. Горло перехватило, из груди вырвался невнятный возглас, а в следующий момент юбка оказалась задрана, следующим рывком Даня спустил мешающие колготки и трусики…

И одним резким, мощным движением оказался внутри, сразу войдя до конца и крепко удерживая мои ягодицы. Я царапнула столешницу, всхлипнув, тело само подалось навстречу, и меня закрутил новый виток упоительных, жарких ощущений. Сильные толчки, глубокое проникновение до сладкой, тянущей боли, наше тяжелое дыхание — все слилось в разноцветный калейдоскоп ярких, красочных переживаний. Вихрь наслаждения подхватил, закружил, унося за горизонт, и второй оргазм не замедлил накрыть, растекшись по венам сладкой патокой, лишая сил и оставляя распластанной на офисном столе. Единственная здравая мысль, мелькнувшая в пустой и звонкой голове, была о предохранении — надеюсь, Данька, увлекшись, вспомнил об этом, а то как бы нежданчика не вышло, к которому я вот вообще не готова от слова совсем.

Длинно выдохнув, мой коварный соблазнитель наклонился надо мной, оперся ладонями, аккуратно отведя растрепанные волосы от шеи и ласково коснувшись губами.

— Бля, ну ты лютый экстремал, — прохрипела я, переводя дух и пытаясь собрать себя в кучу. — Что это было вообще? До дома не дотерпеть?

— Влюбленный экстремал, прошу заметить, — с тихим смешком поправил меня Даня и, обняв за талию, помог подняться. — Ну, ты просто была слишком напряженной и рассеянной, я подумал, что надо тебя отвлечь, — непринужденно объяснил он, быстро поправив беспорядок в моей одежде и развернув к себе.

Непривычное признание резануло слух, заставив сердце кувыркнуться, Я откашлялась, пряча смущенный и слегка растерянный взгляд. Ну не привыкла пока это слышать, и вообще…

— Отвлек, ага, — пробормотала, облизнув припухшие от сумасшедших поцелуев губы. — Теперь можем ехать? Я жрать хочу как из пулемета, — я очень старалась вести себя, как ни в чем не бывало, но мысли то и дело возвращались к только что случившемуся.

Надо признать, это было неожиданно и вместе с тем бодряще, и правда отлично прочистило мозги. По крайней мере, нервняка и паники значительно поубавилось. Данька хмыкнул, ласково сжал мои пальцы и мазнул губами по щеке.

— Прозаичная моя, пойдем, — он потянул к двери и распахнул ее.

Когда мы вышли из бизнес-центра, я не шибко удивилась, увидев, что никуда Леша не поехал, а ждет нас в машине. Что удивительно, чутко прислушавшись к себе, лишь на мгновение уловила кольнувшее замешательство и отголосок неловкости. Вспомнила, что говорил Лешка, что нет необходимости отчитываться и признаваться в чем-то, и почти успокоилась. В машину Даня забрался не вперед, а рядом со мной, тут же обняв и притянув к себе.

— Ну что, с шефом все нормально? — уточнил Леша как ни в чем не бывало, глянув на нас в зеркало.

— Да, даже спросил, можно ли еще обращаться, — заверила его и даже улыбнулась.

— Вот и отлично. Мы как, где-нибудь поужинаем, или ну его нафиг и домой закажем? — спросил Леша.

— Давайте, закажем? — пробормотала я, прислонившись к Даниному плечу.

Не хотелось никуда идти, тем более я помнила про предстоящий разговор, и лучше уж обсуждать такие деликатные моменты там, где нет лишних ушей.

— Хорошо, — Даня достал свой мобильник. — Как раз, как приедем, все доставят. Что хочешь?

Мы разобрались с ужином, я выбрала суши и супчик из угря, любимый, парни заказали по пасте. За вином заехали по пути, по молчаливому согласию решив, что оно нам точно понадобится. Доехали быстро, доставку обещали через час, так что у нас еще оставалось минут двадцать. Встречать вышел Макс и тут же обтер мои ноги с басовитым мурчанием, чем умилил и снял еще часть напряжения. Все-таки, котики — это сила, мда. Расположиться решили в гостиной на диване, и я уверилась в том, что с обстановкой что-то нужно делать. Для троих тут явно не хватает мебели, со столика для завтрака не так чтобы прямо удобно есть. А на кухне не хотелось, там, конечно, хорошо, но не слишком уютно.

Черт. Ладно, ладно, я уже почти сдалась. В процессе подготовки приехал курьер, мы забрали наш ужин и окончательно устроились на диване, вместе с Максом — он в позе сфинкса собирался, видимо, контролировать переговоры. Однако для начала решили все же утолить голод, и только потом, разлив вино, и обняв меня одной рукой, Леша спокойно спросил:

— Ну так что, Риш, займешься ремонтом?

Я глубоко вздохнула, крутя в пальцах бокал и глядя на золотистую жидкость в нем, собираясь с духом, однако не успела. Слово взял Даня, не сводя с меня внимательного взгляда.

— Может, сначала выясним, чего ты так испугалась? — негромко спросил он, и его ладонь легла на мою коленку, тихонько погладив. — Чтобы уже не осталось недомолвок?

Я прекрасно понимала, что если хочу двигаться дальше, то в самом деле стоит прояснить все, что меня волновало. И осознать наконец одну простую истину: гарантий на то, что все будет хорошо, не может дать даже господь бог. А решения надо принимать по поступкам, не по словам, и уж точно не по велению вороха эмоций, будораживших сознание. Если совсем по-честному, да плевать, насколько правильно иметь отношения с двумя мужчинами. Учитывая, что в некоторых странах вообще разрешены однополые браки, а кое-кто предпочитает по старинке, жить с женой или мужем для удобства и комфорта, а сами втихаря бегают по любовникам. Ну или не втихаря, но утешая себя сказочкой "ну он же ко мне возвращается", или "у нас же дети". Как по мне, так для ребенка гораздо хуже слышать ругань родителей и их фразочки типа "да я с тобой только ради детей". Не знаю, у меня четкая установка: узнаю об измене, неважно, по какой причине, выставлю за дверь, даже не слушая объяснений. Предательства я не прощаю никому.

Так что, придется просто признаться, что боюсь неопределенности и того, что все внезапно закончится, когда я расслаблюсь и поверю, что мне тоже привалило в жизни счастье аж в двойном размере.

— Того, что это все внезапно закончится, — наконец, просто ответила, вычленив самый главный свой страх. — Вам надоест, станет скучно, а… мне потом будет больно, — чуть запнувшись, договорила мысль до конца, упорно не глядя на собеседников. — Ну и тогда точно уже не рискну ни с кем ничего заводить до старости, чтобы не разочаровываться и не страдать. Вот, собственно, и все, — я замолчала, сделав сразу несколько нервных глотков и совершенно не зная, куда заведет этот разговор.

Около уха послышался тихий вздох.

— Ну, тогда зеркально, нам должно быть страшно вдвойне, что ты внезапно решишь, что с тебя хватит развлечений, двое — это слишком много, и все такое, — серьезно произнес Леша, и я чуть не издала нервный смешок. — А вообще, Риш, тебя, конечно, понять можно, и очень хочется набить морду тем, кто так потоптался по твоим чувствам, — проворчал он, и вот тут я уже не сдержала кривоватой улыбки. — Знаешь, я не умею убеждать словами и красиво говорить, мне привычнее действовать. И отношения для меня никогда не были развлечением, я прекрасно осознаю, что это не только красивые ухаживания, но и многое другое.

— И вообще, тебе еще ремонт делать, между прочим, — встрял Даня, разбавляя серьезность момента легкомысленной усмешкой. — Пока предлагаю проверять крепость наших намерений и нервов по выходным. О, у меня шикарная идея, — оживился он, глаза блеснули воодушевлением. — А давайте список составим. Ну, у кого какие привычки, кто что любит-не любит, где возможны компромиссы, а потом обсудим. Класс же. Я ща, — не дав ничего ответить, Даня вскочил с дивана и умчался куда-то, потом так же быстро вернулся с ноутом под мышкой. — Во, Риша, ты первая, — мне торжественно вручили девайс.

Вообще, мысль здравая, как по мне, только я подозревала, кое-кто превратит ее в балаган… И не ошиблась. Между прочим, свой список бытовушных мелочей составляла тщательно и со всей серьезностью. Что не люблю рано вставать в выходные, если это не продиктовано острой необходимостью, что нифига не чистюля, порхающая по дому с тряпкой каждую свободную минуту, что не люблю чистить картошку, мыть посуду… Что после работы мне требуется тишина и спокойствие, ибо говорильни хватает там за глаза и за уши, ну и прочее. Старалась ничего не упустить, чтоб потом не возникало вопросов и лишних поводов для ссор, и корпела над списком почти целых полчаса.

Дальше писал Лешка — у него все дело заняло минут двадцать, у Даньки примерно столько же. После он снова умчался ненадолго и вернулся с распечатанными листочками.

— Читаем, обсуждаем, — с торжественной физией, но при этом с пляшущими в глазах чертями, возвестил он и плюхнулся рядом.

Ну, я и начала с его списка. Кто б сомневался, шут гороховый… "Носки-трусы стираю САМ. Стиральная машинка — не ЦУП Байконура, чтобы я не сумел нажать там нужные кнопки". Хихиканье удалось сдержать, сохранив серьезное лицо. "Уборка: свое рабочее место и шкаф — сам, сам, все сам, чужими руками мой упорядоченный бардак НЕ ТРОГАТЬ". Какой порядочный мужчина, однако, аж приятно. "Жратва: всеядный, борща с пампушками каждый день требовать не буду, могу и на подножных пиццах спокойно прожить". Вот тут уже все-таки улыбнулась, покосившись на сосредоточенную физию Даньки. Вот не может без подколок, ага. "Секс: очень хорошо, и можно без хлеба, но исключительно по обоюдному согласию и настроению". А от последнего замечания улыбка и вовсе расплылась почти на все лицо. "Сколько тратить на подарки и какие именно, решаю сам". Вот так, удивительно лаконично и без подколок. Ну… Ок. Ладно. В конце концов, наверное, стоит уже признать, что наши отношения давно переступили черту просто красивых ухаживаний, раз дошло до секса, всякого разного.

Собственно, этим список Даньки и ограничивался, и я приступила к Лешиному. "Глобальная уборка раз в неделю, в остальное время умеренный бардак не нарушит моего хрупкого душевного равновесия. Брошенный на кровати или на стуле лифчик — очень мило, особенно если кружевной и соблазнительный". Тут снова не сдержалась и все же тихо хихикнула: так-то я белье не раскидываю даже дома, ну, может, разве когда мыться иду, в ванной оставляю… "Готовка: у кого есть время-настроение-желание, тот и дежурный, а если ни того, ни другого, ни третьего, доставка в помощь, они тоже вкусно готовят. Каждый имеет право на пьянку с друзьями или подругами. Без присутствия третьих лиц. Финансы: не обсуждаются. Я мужик, я и обеспечу, ты — женщина, ты и тратишь. Точка". Так, черт, вот к этому придется привыкать, похоже. Ну или хотя бы обсуждать, что общие траты — это общие траты, но себе на булавки-колготки я вполне заработаю. Так, что там дальше? "Проблемы: обсуждаем словами через рот, а не придумываем себе и сами обижаемся. Даже если очень страшно, все равно говорим". Блин, тут накрыл могучий приступ замешательства, от которого стало тепло щекам. Этому тоже придется учиться, я ж привыкла все в себе, или на крайняк, Настюхе жаловаться…

— Так, обсуждение совместного быта считаю открытым? — деловито осведомился Данька, отложив мой лист.

Ну, на самом деле, как я поняла чуть позже, парни скорее делали уступку мне, для моего же спокойствия, чем для себя. У них привычек было не так уж много, и условий тоже, это я великая перестраховщица и трусиха, ага. Обсуждение проходило куда веселее, чем предполагала, естественно, длинный язык Даньки портил всю серьезность момента. Но, наверное, и к лучшему, потому что под конец я вообще стукнула его подушкой, окончательно убедившись, что моим страхам точно не дадут возможности расти. Если только сама чего не надумаю сдуру.

А потом вечер плавно перетек в обсуждение вариантов отделки, интерьера, и я сама не заметила, как уже увлеченно предлагала те, что успела насмотреть. Мы определились с новыми назначениями комнат, ребята согласились разделить большую гостиную на зоны поменьше, благо размеры позволяли. Блин, оказалось чертовски приятно и уютно заниматься этими вопросами, зная, что сама будешь этим пользоваться. Ну, когда-нибудь, когда все будет готово. Я пока не загадывала, помня, что в своей однушке почти два года все делала, однако сейчас имелся существенный бонус: наличие средств и ресурсов. Так что, возможно, квартира преобразится гораздо быстрее…

Конечно, я осталась ночевать, и теперь уже никто никуда не уходил, мы все заняли спальню Даньки, единственную, где имелась широкая кровать. Правда, все равно тесновато было, и уже засыпая, я услышала тихое бормотание, кажется, Лешки:

— Так, кровать точно кинг сайз надо брать.

Хихикала уже мысленно, стремительно уплывая в страну снов, удовлетворенная и умиротворенная. Ну, будем надеяться, мне и правда счастье привалило, и жизнь не подкинула очередной жестокий урок. Пока же попробую расслабиться и получать удовольствие, невзирая ни на какой прошлый отрицательный опыт. По крайней мере, парни ничем не заслужили моего недоверия, так что, нечего заставлять их сражаться с моими тараканами. Взрослая девочка, сама как-нибудь попытаюсь справиться.

Дальше… выходные пролетели, как один день. В субботу после завтрака парни охотно согласились отправиться на разведку по всяким мебельным и ремонтным, прикинуть ассортимент и выбор. Ну и, начать решили с их кабинета, как самого простого и быстрого, вот там я не вмешивалась вообще, разве что если совета спросят. Спрашивали. Как девочку, что к чему лучше подойдет, какие обои и какой ламинат, и это было ужасно приятно. Ощущение бабочек в животе не проходило, казалось, еще чуть-чуть, и взлечу к потолку, с губ не сходила широкая улыбка, а в груди все сладко сжималось от трудноопределимого чувства. Там намешался и восторг, и легкое недоверие пополам с изумлением, и смутная надежда на светлое будущее, и куча всего другого.

Я просто ловила кайф, наконец-то чувствуя себя женщиной, получая настоящее, не наигранное внимание, купаясь в этих эмоциях. И было совершенно наплевать, как на нас смотрят, что думают, когда мы стояли и обсуждали ширину кровати и мягкость матраса, по очереди присаживаясь на него. Я без всякого стеснения шла под руку и с Лешей, и с Даней, просто потому, что так хотелось. Не дергалась и не отшатывалась, когда меня приобнимали или наклонялись, легонько целуя в щеку. В кои-то веки было приятно получать такие маленькие знаки внимания, и не смущаться, не чувствовать неловкости.

Ну а после нескольких часов прогулок и обеда меня огорошили сюрпризом, что заказали на вечер расслабляющую программу в сети весьма недешевых спа-салонов. На троих. Оказывается, это вполне реально, как говорится, любой каприз за ваши деньги. Так что, после насыщенного дня мы отправились релаксировать — я так вообще впервые посещала подобное заведение, до сих пор только слышала. Ребята ухитрились каким-то образом угадать мои мечты и выбрали хамам, с массажем пеной, турецкой парной и прочими прелестями. Я едва не запищала от восторга, уже предвкушая два с половиной часа чистого наслаждения. И, пожалуй, мне в самом деле надо было расслабиться и выдохнуть, очень уж нервная и насыщенная неделя выдалась.

Ох, хамам и правда оказался как нельзя кстати. Я буквально растеклась от удовольствия, чуть не мурлыча и ощущая себя большой кошкой. Негромкая, приятная музыка, теплый пар, вкусные ароматы масел, витающие в воздухе — вот она, роскошная жизнь. Себе я мысленно поставила галочки попытаться хотя бы раз в месяц устраивать такое удовольствие, может, другие процедуры, побюджетнее, но делать. В конце концов, моя работа подразумевает расслабление, иначе заработаю невроз.

На следующий день мы отправились на встречу с Настасьей и ее мужем, как и договаривались. Я, признаться, слегка нервничала, не зная, чего ожидать от бедовой подружки, особенно учитывая ее пытливый ум и нездоровое любопытство. В Толике была уверена, его наверняка мало интересовали наши необычные отношения, и скорее всего, беседа между мужчинами будет протекать в плоскости общих интересов в плане программирования и этой темы. А вот Аська может отколоть что-нибудь и вогнать меня в краску…

Обошлось. Напрягалась, похоже, я одна из всей компании. Настя вела себя паинькой и провокаций не устраивала, только иногда я ловила на себе ее пристальный, задумчивый взгляд. Значит, что-то для себя подруга решила, и надеюсь, что отговаривать не начнет. Уже, как бы, поздняк, что называется, вертать взад. Улучив момент, когда парни ушли нам за пивом, Настя подсела ко мне и показала большой палец.

— В общем, Ириска, зачет, — вполголоса произнесла она и хлопнула меня по плечу. — Мужиков одобрямс, то, что надо, так что, не дрейфь и вперед и с песней, — Настя ухмыльнулась и подмигнула. — До чего вы там договорились-то в результате? — с нотками нетерпения спросила она, пользуясь моментом.

— Ну, ремонт делать будем, — призналась я и чуть смущенно улыбнулась в ответ. — Сегодня вот ездили, смотрели всякое. И пока на выходные буду приезжать, с Черной речки до Купчино далеко мотаться, даже на машине.

— То есть, ты таки согласна на переезд? — дотошно уточнила Аська.

— А куда я нафиг денусь, — вздохнула и дернула плечом. — Да и, в конце концов, до него еще далеко, рано пока об этом думать.

— Это тебе кажется, что рано, — хмыкнула Настя. — Время быстро летит. Кстати, как там с Новым годом? Надеюсь, ты не стала отказываться? — она выразительно глянула на меня.

— Еще не обсуждали, — я покачала головой.

Подошли наши мужчины, и женские разговоры пришлось отложить. После бильярда мы решили все вместе пообедать, судя по всему, супруг Насти и мои ребята друг другу понравились и нашли общий язык. Меня это несказанно обрадовало, поскольку теперь можно большой компанией куда-нибудь выбираться, и за город в том числе. Вечером же, когда меня отвозили домой, я поймала себя на том, что уже начинаю скучать… Черт, неделя будет длиться очень долго.

ГЛАВА 18

Я напрасно переживала: скучать мне как раз никто не собирался давать. Парни всерьез взялись за обеспечение мне фронта работ по переделке квартиры в уютное гнездышко, и всю неделю после уроков меня исправно забирали, и мы ехали выбирать, покупать, договариваться… По обоям, ламинату, плитке оставались контакты еще с моего ремонта, плюс у Даньки и Леши нашлись умельцы по электрике, а там по своим каналам и другие мастера тоже. Я настолько углубилась в новое, приятное и волнующее занятие, что безропотно отдала загранник, когда Даня попросил, чтобы Шенген сделать, не задавая лишних вопросов.

А в среду пришел он, песец в смысле. Ибо мне торжественно сообщили, что на эти выходные мы снова едем за город, и… к нам туда на один день приедут родители. Лешины. Млять.

— Завтра, кстати, мои хотели заглянуть вечерком, — решил добить Даня, весело усмехнувшись. — Так что, сделаем торжественный ужин.

Кусок сразу застрял в горле, от волнения стало трудно дышать, и я еле справилась с нервами, призвав их к порядку. Когда-нибудь это все же должно было случиться, между прочим, вряд ли парни собирались скрывать меня от своих. Но… Мать-итить, не так же скоро.

— И… что вы им скажете? — промямлила я, разом растеряв аппетит.

— Правду, — Даня с легким недоумением посмотрел на меня. — А что ты думала? Зачем врать-то, — он пожал плечами, а потом, чуть прищурившись, осторожно спросил. — Или тебя что-то напрягает?

— Нет, просто… — я вздохнула, подбирая подходящие слова, и махнула рукой. — Ну, у нас не так чтобы стандартные отношения…

— А какое это имеет значение? — Леша поднял бровь, покосившись на меня. — Какая разница, встречаемся мы каждый с отдельной девушкой или с одной на двоих? Нигде не сказано, что мы нарушаем какие-то законы, нигде не сказано, что это плохо. Как говаривал дедушка Фрейд, какая разница, как именно получать удовольствие, если это устраивает все стороны, — он поднял вилку в назидательном жесте. — Мы мальчики взрослые, сами разберемся как-нибудь, — усмехнулся Лешка и подмигнул. — Лично мои не настолько ханжи, чтобы возмущаться и морали читать. Не думаю, что их прямо так шокирует ситуация. Мы ж с Данькой все равно с детства вместе.

— А мои привыкли уже, что я вечно в авантюры вляпываюсь и не могу без приключений, — пожал плечами главный раздолбай в нашей троице.

На языке вертелось множество ответов, и что любые родители, например, хотят наверняка красивой свадьбы для своих детей, и внуков тоже. В общем, нормальной семьи, а не того, что у нас, ведь с внуками уж точно вряд ли получится. Но мудро решила не бежать впереди паровоза и озвучивать очередную порцию размышлений. Лучше уж подумать о том, как я своих буду ставить в известность, ведь и правда скрывать отношения не получится, а врать я не любила и не умела. Мама точно будет в ужасе и начнет отговаривать, вот насчет папы даже не знаю, как отреагирует. Помнится, он никогда не лез в мою личную жизнь, не гонял от меня поклонников, как многие другие отцы моих подружек, просто перед выпускным в школе веско сказал единственную фразу: "Дочь, главное, всегда знай, где, когда и с кем. И помни, что предохранение — дело рук заинтересованной стороны, надеяться на кого-то в этом вопросе не стоит".

Ладно, посмотрим, как пройдет с родителями ребят, а там уже решу, как к моим подступиться.

— Так что, сделаем завтра что-нибудь вкусненькое? — Данька придвинулся, обнял и чмокнул в висок. — У тебя вроде уроков мало, давай, заберу? У Лешки там проект горит, так что до выхов он нам не помощник.

— Есть такое дело, — со вздохом подтвердил тот.

— Хорошо, — пробормотала, сдаваясь.

А может, и к лучшему, что мне почти не оставили времени переживать и рефлексировать, парни успели хорошо изучить меня. Хотя уверена, оказавшись в своей квартире, накручу себя так, что придется на ночь успокоительное пить в лошадиных дозах…

— Кстати, предлагаю обсудить планы на Новый год, — резко сменил тему Леша, видимо, что-то прочитав на моем лице, и грамотно отвлекая. — Риш, как тебе вариант сначала в Прагу денька на три, а оттуда уже в горы? — он вопросительно посмотрел на меня. — Или есть другие пожелания?

— О, Прага шикарна в Новый год, — мечтательно протянул Даня. — Основная масса толпы прется туда на католическое Рождество, а мы схитрим и приедем позже, — он подмигнул.

— Хорошо, давайте так, — не стала я спорить, Прага меня тоже давно привлекала, и поехать туда хотелось.

В общем, отвлечься получилось, но, как и предполагала, на ночь закинуться пустырничком таки пришлось. А потом наступил следующий день.

Даня забрал после уроков, и мы сразу отправились на закупки — он целое меню составил, наверное, решив задобрить перед сообщением новости о наших отношениях. Ну, до семи вечера времени у нас было достаточно, так что все успеем, благо что убирать ничего не надо, в холостяцкой хате, пусть и просторной, особого бардака не было. Что-то сомневаюсь, что Данина мама будет ходить и дотошно проверять по углам пыль, как мою иногда переклинивало в редкие приезды.

Дома нас встретил только Макс — Леша, видать, засел в кабинете, как и говорил Данька. Мы втроем сразу отправились на кухню кашеварить, я надела передник с цветочками, чтобы не запачкаться. Котяра, как всегда, наблюдал, чтобы мы делали все строго по плану. Правда, немного отвлеклись на обед, решив для разнообразия сегодня дома поесть, еще и накормить нашего трудоголика. Выдумывать ничего не стали, обойдясь банальными пельменями со сметаной, и утолив голод, я, подхватив тарелку и стакан с квасом, отправилась кормить Лешку, уверенная, что он даже не вспомнил про еду. Даня пока занялся мясом, сказав, что сделает его по какому-то их семейному рецепту, которому его батя научил.

Пока шла к кабинету, поймала себя на том, что улыбаюсь — по Лешке успела соскучиться со вчерашнего вечера, и вообще… Что вообще, не придумалось, и я мысленно махнула рукой. Дошла, на всякий случай постучала, не получила ответа, прислушалась — тишина. Ладно. Я надавила на ручку и приоткрыла, заглянув в щелочку: Леша сидел спиной ко мне, его пальцы порхали по клавиатуре, а на голове здоровые наушники. Ага, вот почему он не ответил и не встретил нас, просто не услышал. Коварно улыбнувшись, я проскользнула в комнату, на цыпочках подкралась и, поддавшись хулиганскому настроению, наклонилась через плечо и чмокнула в щеку, предусмотрительно отставив поднос с обедом на тумбочку.

Леша вздрогнул от неожиданности, тут же снял наушники и повернул голову, на его губах появилась ответная улыбка.

— Привет, — поздоровалась я, глядя в карие, с золотистыми крапинками, глаза. — А я тебе поесть принесла… Не отвлекаю, нет? — спохватившись, уточнила на всякий случай.

Вдруг и правда не стоило поддаваться порыву.

— Не-е, ни в коем случае, — он отложил наушники, потянулся, зажмурившись, а потом вдруг повернулся и схватил тихо пискнувшую меня в охапку, усадив к себе на колени. — Перерыв не помешает, я со вчерашнего вечера вджобываю, спал пару часов всего, — Лешка зевнул, после чего прижался к моим губам.

Целовались мы долго и вдумчиво, до сбитого дыхания и сладкого замирания в груди. Мои руки обвились вокруг его шеи, пальцы зарылись в пряди на затылке, и я увлеклась настолько, что не сразу поняла, что чья-то шустрая ладонь уже медленно скользит по моей ноге, задирая юбку и добравшись до коленки. Сердце екнуло, а потом сорвалось в галоп, горло перехватило, и я откинула голову, прервав поцелуй и уставившись на Лешку слегка шальным взглядом.

— Там это… пельмени остынут… — ляпнула первое, что пришло в голову, незаметно сглотнув, и сама чуть нервно не захихикала.

— Ничего, разогрею, — невозмутимо ответил Леша, так и не убрав руки и продолжая подниматься уже по бедру.

После чего, не дав мне ни мгновения на раздумья, снова поцеловал. Мелькнула суматошная мысль, что когда-то в прошлой жизни я, кажется, не особо любила дневной секс, смущал он меня почему-то. Уже не помню, почему… Ай, какая, в сущности, разница. Я вчера в офисе этим самым занималась, чего уж теперь строить скромницу. И вообще… Перед таким важным мероприятием, как знакомство с родителями, стоит в самом деле немного успокоить нервы. Секс в этом плане гораздо лучше пустырника или валерьянки.

Спустя некоторое время я вышла из комнаты все с той же тарелкой — может, предложить ребятам прямо в кабинете им еще одну микроволновку поставить, чтоб не бегать в случае чего? Мысль улыбнула, и я так и зашла на кухню, представив, как выгляжу со стороны: раскрасневшаяся, слегка растрепанная, и, в общем, несложно догадаться, что мы не погоду обсуждали. Данька обернулся, наши взгляды встретились, и, признаться, на секунду сердце дернулось, я замерла, напряженно ожидая реакции. Он же перевел глаза на тарелку, шагнул ко мне и забрал, невозмутимо поинтересовавшись:

— Как он там, к вечеру выползет? — щелкнула дверца микроволновки, аппарат мягко загудел.

— Да, сказал, завтра сдаться хочет, чтоб уже на выходных ничего не мешало, — как можно непринужденнее ответила, тихо порадовавшись, что Данька не стал ехидничать или иронизировать в своей манере.

Удивительно даже, как точно он чувствовал, когда это уместно, а когда не очень. Поддавшись порыву, я подошла к нему со спины и обняла, прижавшись и зажмурившись, в груди стало тесно на несколько мгновений. Пальцы Даньки погладили мои ладони, я услышала тихое хмыканье.

— Спасибо, — тихо пробормотала и потерлась носом об его плечо.

— Все в порядке, Риша, — непривычно мягко ответил он, развернувшись и обняв меня в ответ, чмокнул в макушку. — Ну что, готовим дальше? — весело поинтересовался Даня.

И мы продолжили, да. Леха присоединился к нам уже почти к семи, помог накрыть в кухне — только тут имелся большой стол, за которым мы все уместимся. Я старалась дышать ровно и не поддаваться волнению, щекотавшему изнутри и бросавшему то в жар, то в холод. Несмотря на все заверения Даньки, что родня у него мировая, и все будет нормально, нервняк не проходил. И когда из коридора донесся приглушенный звук домофона, я вздрогнула и порадовалась, что ничего не держала в руках, иначе точно бы выронила и разбила.

— Ага, пришли, — радостно изрек Данька и умчался открывать.

Леша же подошел, обнял и слегка прижал к себе.

— Расслабься, никто тебя есть не собирается, — с тихим смешком произнес он, коснувшись губами виска.

Легко ему говорить. А я все равно нервничаю. Те несчастные несколько минут, что родители Даньки поднимались к нам, тянулись для меня нескончаемо, а услышав голоса из коридора, паника достигла критических значений. Но деваться все равно некуда, поэтому нацепляем улыбку, Айрис, и морду кирпичом, что так и надо.

— А вот и мы, — весело возвестил Даня, заходя на кухню, и следом за ним гости. — Айрис, это мои родители, Галя и Николай, прошу всех за стол, — и он приглашающе махнул рукой.

— Здравствуйте, — я вежливо кивнула, сцепив руки перед собой. — Приятно познакомиться.

Родители Дани выглядели совсем обычно, отец — высокий, сухощавый, с коротким темным ежиком волос, и внимательными серыми глазами, мать — ему до плеча, с круглым приятным лицом и открытой улыбкой. А еще, они неуловимо были похожи друг на друга, и я вспомнила, как где-то слышала, что это признак хороших, крепких отношений.

— Добрый вечер, — Николай шагнул вперед, окинув меня взглядом, следом за ним подошла Галя.

— Здравствуйте, Айрис, такое необычное имя, — приветливо поздоровалась она.

— А, это мама моя, — привычно пожала плечами. — Она актриса, и посчитала, что так будет оригинально. Я уже привыкла.

— Ух ты, как интересно. Правда актриса? А где играет? — тут же принялась расспрашивать Галя, и моя нервозность частично улеглась.

Мы разместились за столом, Даня поухаживал за родителями, Леша — за мной, и поначалу разговор особо не клеился, все утоляли первый голод, и потому вопросы звучали все больше общие. Где работаю, живу, и все такое. А вот когда после горячего и салатов Леша разлил по бокалам легкое вино, и мы выпили первый тост за знакомство, Даня поставил бокал на стол и посмотрел на родителей. Я же затаила дыхание, нервно стиснув под столом пальцы: похоже, сейчас все и случится…

— Мам, пап, мы с Айрис встречаемся, — спокойно произнес он, бросив в мою сторону быстрый взгляд. — А еще, она и Лешкина девушка тоже. Вот как-то так у нас вышло.

За столом воцарилось слегка напряженное дыхание, Галя и Николай уставились на отпрыска с легкой оторопью. Ну все, сейчас, кажется, все дружелюбие растает, как туман утром… Отец Дани откашлялся и задумчиво изрек:

— Ну, сын, это всяко лучше, чем если бы ты сообщил, что у вас с Лехой любовь случилась.

Я порадовалась, что проглотила вино, иначе точно бы поперхнулась. Даня фыркнул и выразительно глянул на Николая.

— Пап, ты что, я двестипроцентный натурал, и Лешка тоже. Кстати, мы тут еще ремонт затеяли, решили привести нашу хату в божеский вид.

— Вот, а я давно говорю, — встрепенулась тут же Галина, подхватив нейтральную тему. — А то как ни придешь к вам, как в общаге, ей-богу. Мебель какая-то безликая, отделки никакой.

— О, ремонт — это хорошо, — тоже с радостью поддержал беседу Николай. — Ты если что обращайся…

— По ремонту — это к Айрис, — прервал отца Данька и приобнял за плечи. — Она основной креативщик и воплотитель, так сказать.

— А… — папа перевел взгляд на слегка смущенную меня, снова откашлялся и продолжил. — В общем, у меня много знакомых, если что, и проводку сделать, и мебель собрать, и отделку там всякую. Довелось как-то несколько лет прорабом поработать, вот связи и сохранились. Так что, обращайтесь, вдруг понадобится.

Не знаю, зачем, но я выпалила следующий вопрос, хотя пока еще серьезно не задумывалась о таком варианте:

— А три-дэ полы среди ваших знакомых кто-то делает?

Брови Николая поднялись, во взгляде мелькнуло удивление, однако он все же ответил:

— Поспрашиваю, наверняка кто-то занимается.

— А что это такое интересное? — присоединилась к обсуждению Галина.

Вопрос наших необычных отношений отошел на второй план, к моему тихому облегчению. Никто не торопился расспрашивать, как мы познакомились, как вообще пришли к такому решению. Может, Данька потом сам и расскажет, я же пока не готова была обсуждать эту тему напрямую. Так что, ремонт — отличная тема для разговора, как и моя работа в школе.

Родители Дани не стали долго рассиживаться, часам к девяти засобирались, Николай оставил мне свою визитку с контактами, Галя звала уже к ним в гости. В общем и целом, вроде расстались хорошо, косых взглядов в свою сторону не замечала, как и натужного дружелюбия. Кажется, и правда все прошло нормально… Пока не закрылась дверь за ними, я и не подозревала, в каком пребывала напряжении, а потом из меня как будто воздух выпустили, ноги тут же ослабели. Мне настоятельно требовался отдых, а ведь впереди еще Лешины родители, между прочим. Ну и мои до кучи, вот тут я вообще ни в чем не была уверена.

Парни мудро не стали расспрашивать и докапываться, как там я, и просто отвезли домой, на прощанье по очереди поцеловав. Подавила вздох — как-то вот к хорошему привыкаешь быстро, и уже больше хотелось засыпать не в гордом одиночестве в своей постели, а в уютных объятиях. И черт с ним, с тем, что придется на полчаса раньше вставать на работу… С такими мыслями и уснула, моментально вырубившись после насыщенного окончания дня.

Удивительно, но после Даниных родителей я спокойнее воспринимала предстоящую встречу с Лешиными. Не знаю, насколько хорошо они между собой общаются, и поделились ли необычной новостью или решили не вмешиваться в личную жизнь своих отпрысков, но я ехала за город почти со спокойным сердцем. Да и то, что они не собирались оставаться на ночь, тоже несказанно радовало. Не придется сдерживаться или краснеть от смущения.

Родители Лешки оказались совсем не похожи на Даниных: отец, Олег, широкоплечий, могучий, бородатый и улыбчивый, передвигался он очень аккуратно, чтобы ничего не задеть ненароком и не разбить. Мама, Наталья, наоборот, смотрелась рядом с ним хрупкой и изящной, но деятельной, энергичной. Когда Лешка объявил им о наших отношениях, они переглянулись, Олег пожал плечами и невозмутимо прокомментировал:

— Ну если вам так нравится, то и ладно. Все люди взрослые, думаю, вы знаете, что делаете. Главное, чтоб все довольны были. Так, ну где там банька? — он потер ладони, подхватил с блюда сразу два куска шашлыка и закинул в рот, поднявшись из-за стола и энергично жуя.

Я тихонько выдохнула: кажется, и тут все прошло нормально. И мы все отправились греться.

В общем и целом, кажется, я незаметно для себя привыкла к свалившимся переменам в жизни, и страх недоверия потихоньку отступил, спрятался в глубине сознания. Оставалось только порадоваться, что исчезла болезненная необходимость получать подтверждение интереса к себе, что я не испытывала больше беспокойства по поводу нарушения моей драгоценной свободы действий. Оно само как-то получилось, что все выходные мы проводили вместе, или дома, или за городом, и меня это совершенно не напрягало. По крайней мере, никто не контролировал и не пытался запретить что-то делать, с Настасьей мы и так регулярно общались, и пару раз даже выпили кофе после работы. Я и не заметила, как прошли несколько недель, заполненные ремонтом, обсуждением вариантов интерьера, подбором отделки и прочим. Кабинет ребятам сделали кстати за выходные, пока мы отдыхали за городом, так что, начало было положено.

Ноябрь почти подошел к концу, оставался месяц до Нового года, и хотя парни на меня не давили, я, собравшись с духом, все же решила для себя, что пора знакомить их и с моей семьей. Мама несколько раз звонила, и я малодушно не говорила ей о моем изменившемся статусе. Теперь же… Шенген мне уже сделали, и билеты куплены, как и забронированы отели. На праздники мы уезжали. Так что, в начале декабря я пригласила моих в гости, собираясь, наконец, признаться. В конце концов, не прятаться же всю жизнь, некрасиво это.

Впервые за долгое время в пятницу я ночевала дома. Устроила генеральную уборку, мы с Лешкой съездили за продуктами, и он остался у меня — Даня корпел над очередным проектом, а это значит, розовые тапки-слоны и та самая кружка с Гарри Поттером, с которой я увидела его в самом начале нашего знакомства. Но обещался к завтрашнему обеду быть как штык, потому и засел сегодня аврально дома. На следующее утро мы принялись за обед, Леха занялся своими фирменными стейками — папа у меня мясо уважал, а для мамы я сделала рыбу в духовке и несколько салатиков. Ну и еще тортик, да, тряхнула, так сказать, стариной. Конечно, можно было купить в магазине, благо сейчас всяких разных вкусных полно, но я решила сделать сама. Все-таки, повод есть.

Нервничала самую малость, и причем только из-за мамы. Папант у меня мировой, конечно, ехидничать будет, но примет. Он редко вмешивался в мою жизнь и пытался воспитывать, это мама вечно "Ах, девушка не должна…" "Ах, девушка должна…" Вылилось все в мои тихие протесты в поступках от противного. Ссориться не хотелось, конечно, и я надеялась, что пусть не сразу, но мама примет мою необычную личную жизнь. В конце концов, она же актриса, а у них там в богемной среде вообще похлеще всякие истории, смотрела я как-то передачу про известных актеров, как они там жили и с любовницами, и с женами, и жены с любовницами дружили, и все такое. Бр-р-р, ну его, уж лучше честно втроем, чем вот так, делать хорошую мину при плохой игре.

В общем, к назначенному часу все было готово, Данька приехал бодрый, причесанный, с неизменной улыбкой на все лицо, и довольный, как слон. Ну а к трем в дверь раздался долгожданный звонок. Я вздрогнула лишь самую малость и поспешила открыть, незаметно сглотнув сухим горлом.

— Привет, — поздоровалась с родителями — парни остались в кухне за столом, в коридоре мы все не поместились бы — это не их хоромы, конечно.

— Привет, привет, дочь, — папа чмокнул в щеку, аккуратно снял куртку и обувь.

Мама же, как обычно, в длинном шелковом платье, с высокой прической, вся такая возвышенно-романтичная, сначала придирчиво осмотрела меня, а потом уже кивнула и приложилась прохладными губами к моей щеке.

— Здравствуй, дорогая, — грудным, хорошо поставленным голосом произнесла она. — Ты давно не приглашала нас, есть повод? — тонкая, выщипанная бровь выгнулась.

Ох. Да, мама всегда была проницательной, поэтому мне так сложно ей врать, и я предпочитала или отмалчиваться, или говорить правду. Вот и сейчас предпочла второе.

— Да, есть повод, — как можно спокойнее ответила. — Идем на кухню.

Мамины глаза вспыхнули любопытством, на губах тут же появилась профессиональная улыбка, и она поспешила первой, чуть не дыша мне в затылок. Признаюсь, я едва малодушно не замедлила шаг, но дала себе мысленного пинка и шагнула в кухню, к своему месту между Лешей и Даней.

— О, — мама уставилась на моих гостей, высоко подняв брови, на лице мелькнуло легкое недоумение.

Данька тут же вышел вперед, изобразил галантный поклон и подхватил узкую мамину ладонь, коснувшись губами.

— Позвольте представиться, Даниил, — произнес он, проникновенно глянув на слегка оторопевшую маму. — Встречаюсь с вашей дочерью, она очаровательна. Сразу видно, в кого пошла.

Ну… клоун блин. Целое представление разыграл. Я мысленно фыркнула, но вынуждена была согласиться: Даня выбрал самую правильную линию поведения с мамой. Она тут же оттаяла, снова улыбнулась, слегка кивнула ему.

— Очень приятно, молодой человек. Татьяна, — представилась мама, покосившись на Лешу — он тоже подошел и встал рядом. — А вы друг? — уточнила она, и вот тут я затаила дыхание.

Да, может, с моей стороны малодушно предоставить парням все объяснять, но… В конце концов, они же мужчины, вот пусть и отдуваются. А я так, в сторонке скромно постою.

— Да, Алексей, — представился Лешка, пожал руку отцу, осторожно подержал тонкие пальчики мамы. И выдал. — Я тоже встречаюсь с вашей дочерью.

Надо отдать должное, папа повел себя достойно. Только откашлялся в кулак, хмыкнул и покачал головой, но ничего не сказал, задумчиво разглядывая нашу троицу. Мама же, конечно, в своем репертуаре.

— Это… как? — растерянно переспросила она и строго посмотрела на меня. — Айрис? Как это понимать?

А я именно в этот момент, глядя на нее, поняла, что хоть и люблю ее, но ее мнение насчет моей личной жизни для меня уже не имеет такого значения. Я же давно взрослая, и не нуждаюсь ни в чьем одобрении своих поступков, только в собственном. И вольна поступать так, как считаю нужным и правильным. Поэтому, найдя ладони Лешки и Дани, сжала их и просто ответила:

— Вот так и понимай. Мы втроем встречаемся. Это же честнее, чем бегать налево втихаря за спиной, да? — не удержалась от иронии, вспомнив мамины многочисленные сплетни из театра. — Как там у вас в богеме принято.

Может, конечно, излишне жестко, но, черт возьми, мне надоело постоянно отстаивать свое мнение в спорах с мамой. Или она принимает все, как есть, или, к сожалению, мы будем общаться очень редко. От папы послышался смешок, он приобнял оторопевшую маму за плечи и наклонился к ее уху.

— Тань, ну что ты начинаешь, — успокаивающе произнес он, мягко подтолкнув хмурую родительницу к столу. — Смотри, как расстарались, садись уже.

— Но… Олег… — мама беспомощно оглянулась на него, пока мы молча занимали места за столом, терпеливо дожидаясь, пока гости осознают новость.

— Ну что Олег, что Олег. Да, понимаю, непривычно, и нас не так учили, но это ж молодежь, — папа философски пожал плечами, покосившись на нас, и неожиданно подмигнул. — В самом деле, радуйся, что твоя дочь не лесбиянка, как это сейчас модно, — мой мировой батя широко улыбнулся и потянулся к круглой крышке, прикрывавшей блюдо со стейками. — Та-ак, и чем это так вкусно пахнет? Ну, рассказывайте, молодые люди, чем занимаетесь, как дошли до жизни такой? — со своим привычным ехидством поинтересовался папа. — О-о-о, стейк? — его глаза в предвкушении заблестели. — И кто ж такой кулинар?

В общем и целом, обед прошел хорошо. Мама, конечно, поджимала губы и неодобрительно хмурилась, аккуратно разрезая фаршированную рыбу, и поначалу почти не участвовала в беседе, но она плохо знала Даньку. Он с невинным лицом и большим интересом во взгляде принялся расспрашивать маму про театр, и я заподозрила, что спецом готовился, параллельно с работой еще и поднимая скилы по знаниям о богемной среде. Мама даже сама не заметила, как оживилась, морщинка на лбу разгладилась, и она принялась за свою любимую тему. Мне оставалось только помалкивать и наслаждаться тем, что все прошло более-менее гладко. Конечно, потом разговора не избежать, я прекрасно понимала, однако это уже мелочи.

Мы просидели несколько часов, мама, узнав, что половину готовил Лешка, растаяла окончательно. Под конец она уже перешла на Лешеньку и Данечку, расточала улыбки, и если бы я не была уверена, что у них с папой все отлично, то приревновала бы точно. Но я знала маму, она всегда такая, это ее, если можно так выразиться, профдеформация. Папа привык, я тоже. Расстались мы, вполне довольные собой, и закрыв дверь, я шумно выдохнула, без сил прислонившись к стене.

— Предлагаю по пиву, — решительно предложил Леша, обняв меня и привлекая к себе. — Без всякого пафоса и церемоний.

— Я за, — тут же согласилась, организм настойчиво требовал расслабления.

Так что, через пару часов, заехав домой и переодевшись, мы отправились в бар неподалеку, пешком, чтоб никому обидно не было. Расслабленная и умиротворенная, я даже не подозревала, что день еще не исчерпал своих сюрпризов, и самый грандиозный ждет меня буквально в нескольких шагах…

Мы заняли столик, заказали пива и закуски, и я, сделав первый глоток, длинно выдохнула, блаженно зажмурившись.

— Ка-айф, — протянула, смакуя пшеничный, с легкими цветочными нотками, вкус.

— Ага, — Леша подвинулся ко мне и обнял, мягко прижав к себе. — Риш, мы тут, короче, с Данькой обмозговали одну мысль, и подумали, что надо кое-что сделать, чтоб совсем все хорошо было.

— М-м? — лениво отозвалась я, с готовностью прислонившись к его плечу. — Что за мысль?

— Вот такая вот мысль, — Леша что-то достал из кармана и положил передо мной. — Как смотришь на это, а?

Я уставилась на квадратную коробочку, пару мгновений не совсем понимая, что это, а потом на меня как ушат воды вылили. Слова потерялись, сердце металось по всей грудной клетке, сбивая дыхание, а я все никак не могла заставить себя прикоснуться к футляру. Леша же, видя мое замешательство, решил все взять в свои руки и открыл коробочку, достав оттуда кольцо. Обычное золотое кольцо, ничего вычурного, в середине — крупный темно-синий сапфир, вокруг поблескивают мелкие бриллианты. Краем глаза увидела, как Данька, положив подбородок на сцепленные пальцы, смотрит на меня с умильной улыбкой, и, пожалуй, это помогло выбраться из ступора. И еще, Лешины дальнейшие действия — он взял мою ладонь и осторожно надел кольцо на палец.

— Ри-иш, — позвал Данька и еще и помахал перед моими глазами рукой. — Хьюстон, прием. Ей тут предложение делают, а у нее вид, будто змею ядовитую подложили, — в своей извечной ехидной манере добавил вредный тип, усмехнувшись.

— Ты серьезно? — пробормотала, гипнотизируя кольцо и не находя смелости поднять взгляд на Лешку.

— Ну а почему нет-то, — он невозмутимо пожал плечами. — Меньше вопросов возникнет, в случае чего, и тебе, думаю, так тоже спокойнее будет.

У меня вырвался нервный смешок, пока осознание потихоньку доходило до оцепеневшего разума.

— Ага, и родители получат свою свадьбу, да? Вы как, монетку бросали, или на камень-ножницы-бумагу? — кажется, я набралась дурных привычек от Даньки, мда.

— Ну, вообще по старшинству решили. А тебе принципиально? — уточнил Леша, заглянув мне в глаза и оставаясь совершенно серьезным. — Нам так точно нет, чью фамилию будешь носить.

Я наконец набралась смелости посмотреть на него, и встретившись взглядом, внезапно успокоилась. Только в груди разливалось тепло, наконец растапливая последние остатки сомнений и прочего тяжелого наследия прошлого.

— Нет, не принципиально, — тихо ответила, покачав головой. — Мы же все равно вместе.

— Вот и замечательно, — Данька придвинулся с другой стороны, обнял за плечи и скользнул губами по щеке. — Тогда предлагаю выпить и уже расслабиться, а то с такими постными физиономиями сидите, что караул.

Вот тут меня отпустило окончательно, и я рассмеялась совершенно искренне, откинувшись на спинку дивана и предвкушая реакцию Настасьи. Она, кстати, в последнее время меня на эту тему то и дело подначивала, пророчица хренова, кто из двоих предложение сделает. А мне и правда все равно, чью фамилию носить. Я же их обоих люблю.

ЭПИЛОГ

Полгода спустя

Май в этом году в Питере выдался на редкость теплый, даже местами жаркий. Я вышла на финишную прямую в четверти и году, чуть не считая дни до конца — устала, да… Но вместе с тем всего через месяц — долгожданный отпуск. И сколько на него планов, от предвкушения аж голова кружилась. Самый главный уже почти сбылся — заканчивался ремонт. Оставались буквально мелочи, на днях должны привезти вторую кухню, из которой мы сделали что-то вроде мини-бара-кафе на дому. Любимая стойка, удобный стол неправильной формы с плавными линиями, диван, навороченная кофе-машина уже ждала своего часа. Мне только при одном виде на нее становилось не по себе, и я клятвенно заверила, что к этому пепелацу хрен подойду даже под угрозой смерти от кофеинового голодания. Вон, на основной кухне у нас стоит вполне приличная, скромная капельная кофеварка — я лично купила себе, потому что мне, гуманитарию, нужна одна, максимум две кнопочки, вкл и выкл, и все. Эти двое возмутительно долго ржали, но смирились с присутствием этого крайне простого девайса, который даже не имел выхода в интернет.

Еще, в нашей преобразившейся хате имелась комната для релакса. То есть, вообще она была как бы второй гостевой, но по сути являлась территорией, куда кто-то мог удалиться, чтобы отдохнуть от всех. И если она занята, то по негласному правилу заходить туда разрешалось, только постучав. Это была моя идея, я, естественно, как великий перестраховщик, не хотела ситуаций, когда мне требовалось хоть ненадолго уединиться, а негде. С моей работой бывали периоды, когда меня все бесило, и нужно просто посидеть в тишине пару-тройку часов, без разговоров, даже без чьего-то присутствия. Последние два месяца, как была готова спальня, я все же переехала, как раз на весенних каникулах. Да, ездить сразу стало неудобно, и вопрос смены работы возник сам собой, хотя, конечно, жаль насиженного места. Но кататься с Черной речки в Купчино — вообще не вариант. Так что, окончания учебной четверти я ждала едва ли не больше, чем собственно переезда.

А тут буквально в соседнем дворе обнаружилась как раз школа, очень удачно там имелась вакансия, и пусть предлагали не только одни младшие классы, но и средние, я решила, что пускай. Главное, в субботу иностранного языка там не ставили, благодаря усилиям старшего преподавателя, милейшей женщины лет пятидесяти. Мы договорились быстро, и с сентября я выходила на новое место. Новая жизнь потихоньку налаживалась, что не могло не радовать.

Кстати, наша с Лешкой свадьба прошла скромно и почти в семейном кругу, без всяких лишних церемоний. Собственно, мы и выбрали каникулярную неделю, чтобы удобнее, и организовали все в загородном доме. Утром тихо расписались без пафоса, присутствовали только родители, естественно, и Настя с Толиком, а после отправились праздновать в Лосево. Вот там и шашлыки уже были, и просто стейки на гриле, и банька, и песни под гитару, и народу побольше — ребята пригласили еще своих друзей. В общем, славно повеселились, да.

Очередное приятное изменение в жизни тоже произошло с подачи Леши и Дани — они взялись за мой дохлый сайт по вышивке, привели его в порядок, откопали где-то специалиста по продвижению в сети, и в результате за весну у меня продалось две картины, лежавшие года три, наверное. И посетителей прибавилось, комментарии появились, желающие купить не только сами картины, но и мои схемы. В общем, хобби неожиданно стало приносить приятные бонусы. А в июле мы собирались на две недели уехать в Европу: меня в категорическом порядке уведомили, что учительница английского, ни разу не бывавшая в стране изучаемого языка — это вообще зашквар, и надо это дело исправлять. Так что, Лондон ждал меня, а заодно и нежно обожаемая Шотландия с волынками и килтами…

Я расслабилась, пригрелась, и по словам вредины Аськи, даже похудела в некоторых местах — ну конечно, с такой интенсивной личной жизнью никакого спортзала не надо. Но в бассейн все же ходила, кстати, ибо грех не воспользоваться возможностью: фитнесс-центр находился прямо в этом квартале, и туда же ходили и ребята. Однако жизнь еще не исчерпала сюрпризов, это я рано обрадовалась.

Но пока что закончился четвертый, последний на сегодня урок, впереди — выходные, и мы уезжали в Лосево. Чтобы не терять времени, собрались еще вчера вечером, поэтому сейчас за мной заедут, и прощай, душный город. Настя и Толик обещали тоже приехать, отправив своих к бабушке, и у нас намечался прекрасный уютный уик-энд. А там, последняя неделя, выставление оценок, и свобода попугаям. Замечтавшись, едва не споткнулась на ступеньке, влетев прямо в объятия бдительного Лешки — он встречал у крыльца.

— Судя по всему, мыслями ты уже далеко отсюда, — хмыкнул он, легко мазнул губами по щеке и подтолкнул к калитке.

— Ага, так что, теперь хочу уже и в реальности подальше, — кивнула в ответ.

— Желание дамы — закон, — Леша галантно распахнул передо мной дверь, где на заднем сиденье ждали Макс и Данька.

Поскольку Толик и Настя собирались завтра, сегодня вечер принадлежал нам, чем мы и воспользовались по полной программе. А учитывая напряженную неделю и мою усталость, и понимание парней, наверстали, так сказать, все упущенное. К слову, в плане секса я даже не ожидала, что они окажутся такими чуткими, четко понимая, когда у меня игривое настроение, а когда я тупо хочу уткнуться в сильное плечо и почувствовать себя слабой женщиной. Респект и уважуха, честно. Аська, вредина, на мое удивление и радость ехидно заметила, что вообще-то все нормальные любящие мужики так относятся к своим женщинам, не затрахивая их до смерти и не ставя во главу угла только собственные эгоистичные желания.

И вот тут, когда я, вся такая расслабленная и умиротворенная, довольная жизнью, раскинулась на кровати, нахально сложив конечности на моих мужчин, меня и застали врасплох.

— Риш, а как ты к детям относишься? — задумчиво осведомился Леша, запустив пальцы мне в волосы и легонько массируя.

Делать вид, что не поняла, к чему вопрос, не стала — не маленькая, и не дура. Внутри все напряглось, расслабленности как не бывало. Нервно вздохнув, ответила не сразу, созерцая потолок с деревянными балками.

— Ну… вообще хотела, — осторожно ответила, судорожно решая, что же говорить дальше.

Разговор свернул на скользкую почву, для себя я уже решила, что поздновато для детей, с моими устоявшимися привычками и тем более свободой передвижений. А тут… Оказаться привязанной к кому-то двадцать четыре на семь, не принадлежать себе ближайшие лет десять точно…

— А сейчас? — подхватил разговор Данька, придвинувшись ближе и внимательно посмотрев на меня, подперев кулаком голову.

Сначала хотела отделаться обтекаемой фразой, но отказалась от этой гиблой идеи. Нет уж, раз вопрос возник, надо его решить сразу, чтобы потом не вылилось в глобальное непонимание.

— Страшно, — честно призналась, в волнении смяв одеяло. — Боюсь, что не осилю, здоровье уже не то, сил так себе… Не хочу, чтобы обузой стал, — вывалила все свои страхи последних лет. — Ну и лет мне давно не двадцать…

— Да ну брось, — решительно заявил Лешка, привстав и облокотившись на спинку, а потом подтянул меня к себе и устроил на коленях, бережно обняв. — Нас трое, плюс столько же бабушек-дедушек, думаешь, не сдюжим? Мы можем и дома работать, ты же знаешь. Не дрейфь, Ириска, — бодро заявил супруг и чмокнул в висок. — Такой оравой обязательно справимся.

— Факт, — уверенно кивнул Даня и придвинулся ближе, его ладонь накрыла мою грудь, мягко помассировав. — Так что, какой твой положительный ответ, м-м? — вкрадчиво поинтересовался он, отвлекая ненавязчивой лаской.

Окружили, демоны. Во мне боролись остатки материнского инстинкта и трусливое нежелание серьезных перемен, но, кажется, первое побеждало, черт возьми. Конечно, в глубине души я очень хотела ребенка. Это меня, пожалуй, в моей прошлой холостяцкой жизни дергало больше всего, что не успею, ведь я правда хотела. А тут все сразу свалилось, я едва привыкла к тому, что больше не одна, и… Уф-ф. Страшно, страшно до чертиков, но если уж начистоту, то тянуть больше никак нельзя, пока мне еще только тридцать восемь. Все равно поздновато с точки зрения первого ребенка, и именно поэтому лучше решаться сейчас.

Облизнув пересохшие губы, попыталась унять мечущееся сердце, без всякого успеха, правда, но ответить все-таки сумела:

— Ладно, давайте попробуем…

Ну да, не умею я прямо отвечать на щекотливые вопросы. А пробовать мы, конечно, начали вот прямо сразу. Кто б сомневался.

Еще полгода спустя

Я нервничала и кусала губы, гипнотизируя взглядом простенький прибор в ожидании результата. Нет, у меня и раньше цикл скакал и сбивался на пару-тройку дней в ту или другую сторону, но неделя задержки — это уже серьезный звоночек. Заканчивалась первая четверть на новом месте, до каникул оставались считанные дни, у парней был очередной авральный проект, который они хотели закончить побыстрее, чтоб потом спокойно отдыхать за городом, и сегодня меня только быстренько привезли домой, чмокнули в губы и оставили одну. Чем я и воспользовалась. Кроме задержки внезапно резко повысился аппетит, я все время хотела есть, а еще — начала кружиться голова. Тоже внезапно, от резких движений. Хорошо, тошноты пока по утрам не было. М-мамочки. Черт, я правда как-то не особо верила, что получится, в конце концов, чисто биологически мне уже почти сорок…

Сердце ухнуло в желудок, когда взяла дрожащими пальцами тест и посмотрела на него. Две розовеньких полоски. Покосилась на еще четыре, лежавших в ряд на краю раковины, и чуть не осела на пол, без сил прислонившись к краю ванной. Ну вот, Айрис, поздравляю, кажется, все и правда получилось. Паника подступила к горлу горьким комом, пришлось срочно брать себя в руки и глубоко дышать, потом сгрести все тесты и лихорадочно думать, куда их выкинуть так, чтоб незаметно… Да блин, ну что за ерунда, что я как маленькая, в самом деле. Что за стереотипы и непонятный страх, тем более, между прочим, парни сами первые об этом заговорили весной.

Тихо хмыкнув, я уже спокойнее открыла дверь и вышла из ванной, избавилась от тестов, а на пороге кухни столкнулась нос к носу с Лешкой — даже не услышала, как он пришел. За его плечом маячил почему-то радостно улыбавшийся Данька.

— Ага, ну как? — невозмутимо поинтересовался Леша, поймав меня в объятия и заглянув через плечо.

— Что — как? — включила я дурочку, не сразу собравшись с духом, чтоб озвучить новость.

— Ну, мы подумали, что тебе нужно время, ты в последнее время подозрительно рассеянная и задумчивая ходила, — спокойно пояснил Даня, посмотрев в мне глаза.

Лешка же ухмыльнулся и подмигнул, аккуратно сгребая в охапку и унося в гостиную.

— Нет, ну я, конечно, по календарику не слежу, но черт, Ириска, мы ж вместе живем, думала, не заметим, что у нас давно перерывов в сексе не было? — весело заявил он, а Данька еще и захихикал, и захотелось запустить в него чем-нибудь, например, тапком.

О-о-о. Признаться, я и правда не думала, что кто-то из парней обратит внимание на такую мелочь. Забыла, с кем связалась. Чувствуя, как теплеют щеки от румянца, обхватила Лешку за шею и уткнулась в плечо, переживая могучий приступ смущения и прячась от ехидного взгляда Даньки.

— Ну так что, как результат? — Леша опустился в удобное, мягкое кресло, заменившее прежние мешки, и устроил меня на коленях.

Данька пристроился на подлокотнике, с преувеличенным интересом приставив ладонь к уху, типа, прислушиваясь к моему ответу. Пришлось признаваться, а куда деваться.

— Положительный, — пробормотала, смутившись еще сильнее.

— Вот и хорошо, значит, завтра сходим к врачу, и больше никаких волнений, — Леша откинулся на спинку, по-прежнему обнимая и устроив подбородок у меня на макушке. — А потом поедем отдыхать…

— Предлагаю, если мальчик, на Лехину фамилию, девочку на мою, — заявил невозмутимо Даня. — Он муж все-таки, — ухмыльнулся несносный хохмач.

— Да мне как-то если честно все равно, девочка, мальчик, — пожал он плечами. — Может, еще на второго уговорим, м-м? — поддел Лешка, чем заслужил мой ну очень выразительный взгляд.

— Давай сначала с первым разберемся, а? — фыркнула и погрозила кулаком.

Мы замолчали, но тишина не была напряженной, а умиротворенной и уютной. Прикрыв глаза, я наслаждалась ею, эмоции так же резко успокоились, как вспыхнули, а на губах появилась мечтательно-счастливая улыбка. Кажется, я все-таки нашла свое нежданное, нечаянное счастье, даже в двойном размере. А скоро будет и в тройном. Ведь когда рядом надежный мужчина, ничего не страшно. У меня даже не один, так что, мы со всем справимся. Теперь я в это верила.


Оглавление

  • ПРОЛОГ
  • ГЛАВА 1
  • ГЛАВА 2
  • ГЛАВА 3
  • ГЛАВА 4
  • ГЛАВА 5
  • ГЛАВА 6
  • ГЛАВА 7
  • ГЛАВА 8
  • ГЛАВА 9
  • ГЛАВА 10
  • ГЛАВА 11
  • ГЛАВА 12
  • ГЛАВА 13
  • ГЛАВА 14
  • ГЛАВА 15
  • ГЛАВА 16
  • ГЛАВА 17
  • ГЛАВА 18
  • ЭПИЛОГ



  • «Призрачные миры» - интернет-магазин современной литературы в жанре любовного романа, фэнтези, мистики