КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы  

Кто мы и откуда... (pdf)

Книга в формате pdf! Изображения и текст могут не отображаться!


Настройки текста:



МИР

ПОЗНАНИЯ

ЭНЦИКЛОПЕДИЧЕСКИЙ
ПУТЕВОДИТЕЛЬ ПО ИСТОРИИ,
КУЛЬТУРЕ И ЕСТЕСТВОЗНАНИЮ

В. В. БИТНЕР

КТО МЫ
И ОТКУДА...

МОСКВА
«СОВРЕМЕННИК»
1998

ББК 92
Б 66

Серия основана в 1997 году
Текст печатается по изданию:
Б и т н е р В. В. На рубеже столетий: Обзор главнейших научных и
культурных приобретений XIX века. Спб.: Изд. П. П. Сойкина, 1907
Предисловие доктора естественных наук В. П. Подачина

Битнер В. В.

Б 66 Кто мы и откуда...: Энциклопедический путеводитель по истории,
культуре и естествознанию/Предисл. В. П. Подачина. — М.: Совре­
менник, 1998. — 303 е.: ил. — (Мир познания).
ISBN 5-270-01171-9
Вильгельм Вильгельмович Битнер — известный в конце прошлого и начале нынешнего века ученый, популяризатор
научных знаний, издатель. Его перу принадлежит ряд произведений по биологии, археологии, психиатрии.
Настоящая книга, включающая наиболее яркие фрагменты выдающегося труда В. В. Битнера «На рубеже столетий...»,
по результатам геологических, палеонтологических, археологических достижений XIX в. рисует картину отдаленного
прошлого нашей планеты и жизни людей начиная с доисторических времен. Автор детально прослеживает ход постепенного
развития цивилизации и путь прогресса в науке, опираясь на выводы представителей различных направлений научной
мысли, с античности задающейся вопросом «Кто мы и откуда?».
Издание богато иллюстрировано подлинными изображениями редких явлений природы, замечательных находок и
памятников культуры, а также репродукциями рисунков и полотен знаменитых художников прошлого.

ISBN 5-270-01171-9

© Подготовка текста, Издательство «Современник», 1998
© Художественное оформление, В. Г. Алексеев, 1998

ПРЕДИСЛОВИЕ
Имя В. В. Битнера, выдающегося популяризатора научных знаний и издателя,
в свое время было хорошо известно в России, тем не менее современному читателю
его работы практически незнакомы. Это досадное упущение может быть устранено
новым обращением к его капитальному труду «На рубеже столетий: Обзор
главнейших научных и культурных приобретений XIX века», подводящему итоги
основных направлений естествознания за прошлый век. Подготовленная
издательством «Современник» книга названа «Кто мы и откуда...» — в этом
уточнении выражена суть повествования В. В. Битнера.
Что ожидает читателя, взявшего в руки этот нарядный, с любовью изданный
том? Прежде всего — обилие информации. Труд Битнера настолько богат по со­
держащемуся в нем фактическому материалу и настолько глубок по теоретическому
его осмысливанию, что позволяет составить достаточно полное представление о том,
к чему пришла наука XIX века в поисках ответа на вопрос «Кто мы и откуда?».
Причем текст не должен рассматриваться только в качестве хранилища документальных
ценностей, в нем содержится немало теоретических обобщений, не утративших и поныне
своего значения, ведь многие проблемы достались нашему веку по наследству от
прошлого и относятся к разряду вечных или, во всяком случае, пока не решенных...
Благодаря этой книге читатель получит возможность сравнить логику мышления,
основные направления научного поиска и их результаты в XIX веке с тем, как
современная наука смотрит на те же проблемы спустя столетие.
По объему знаний, включающих основные и принципиально важные факты по
геологии, палеонтологии, археологии, этнографии и истории, а также вытекающие
из них выводы, теоретические обобщения и их трактовки, данный труд является
энциклопедией в самом широком и глубоком смысле этого слова. Кроме того,
книга Битнера остается ярким художественным произведением, возможно, одним
из первых по-настоящему удачных опытов жанра научно-популярной литературы,
в доступной форме излагающей весьма сложные аспекты естествознания и ряда
исторических дисциплин.
Большая заслуга Битнера-популяризатора научных знаний состоит еще и в том,
что он сумел в большом числе разнообразных по направлению источников уловить
провозвестники будущих концепций, ставших популярными ныне. Так, при
изложении материала по истории развития нашей планеты, еще ничего не зная о
теориях подвижек, автор весьма тщательно приводит не только известные к тому
времени объяснения происхождения изменений лика Земли с позиций нептунизма,
вулканизма и униформизма, но и высказывает много правильных догадок. Ничего
нельзя возразить против данной им классификации периодов геологической истории
Земли и краткой характеристики каждой геологической эпохи (но одновременно
хочется выразить сожаление, что временные рамки той или иной геологической
эпохи автором не приводятся, это существенно уточнило бы протекание не только
геологических, но и биологических процессов во времени).
Непоколебимо веруя в происхождение человека разумного от некоего общего с
обезьяной предка, Битнер подробно описывает историю находок примитивного
человека, человека прямоходящего, полагая, что именно эти останки кромань­
онца, неандертальца и синантропа и являются теми промежуточными звеньями,
3

которых так недоставало для торжества дарвиновской теории происхождения
человека. Такая точка зрения сегодня едва ли выдерживает критику, поскольку все
выше перечисленные останки древнего человека — это, увы, все-таки ветви все
того же человека, а не человекообезьяны. Отодвигая в глубь миллионолетий наличие
общего далекого предка, сегодня мы можем утверждать, что пока этот общий
гипотетический прототип, от которого дорожки человека и обезьяны разошлись, к
сожалению, еще не найден.
Вместе с тем последовательность событий со времени синантропа через
неандертальца к кроманьонцу Битнер прослеживает достаточно полно и всесторонне,
уделяя внимание не только вопросам быта, семьи и производства, но и вопросам
религии. В конце прошлого века в связи с новейшими археологическими и
палеонтологическими данными ученые пытались найти ответ на вопрос, является
ли религия «феноменом», исходно присущим человеку разумному, или есть
следствие некоего уровня культурно-социально-биологического прогресса. Битнер
не проходит мимо находок, имеющих отношение к решению данного вопроса, но
определенного ответа на него не дает, трактуя наскальную живопись неандертальцев
скорее как потребность в творчестве, чем как выражение религиозного настроя и
миропонимания.
Печать времени лежит, конечно, на описании Битнером истории миграции
этносов во времени и в пространстве, истории развития производительных сил и
культуры, жизни вообще. Это сказывается в том, что в центре внимания автора —
традиционные очаги цивилизации и культуры, среди которых на первом месте
Северная Африка, Двуречье, Малая Азия, меньше Балканский полуостров,
Апеннины. Почти ничего не говорится о Юго-Восточной Азии. Вместе с тем
подробно описаны цивилизации Центральной Америки, что еще раз показывает,
насколько автор был чуток ко всему новому и прогрессивному, ибо раскопки древних
цивилизаций Америки к концу прошлого века далеко были не закончены, а Битнер
уже сумел зафиксировать и использовать достигнутые успехи. Конечно, сведения о
миграции рас и народностей в разные исторические и особенно в доисторические
времена теперь существенно расширены, однако и сейчас все еще остаются за
пределами нашего знания многие подробности этого процесса, влияния культур
друг на друга, а равно и других привходящих факторов. Немалый интерес
представляет трактовка автором проблемы происхождения культуры майя, равно
как и других народов Центральной Америки. В рассуждениях Битнера видятся
будущие труды и путешествия Тура Хейердала...
«Энциклопедический путеводитель» касается также истории культуры, науки,
в основном на примере описания различных археологических находок, среди которых
на первое место претендуют архитектурные и скульптурные памятники. Читатель
имеет возможность познакомиться с основными произведениями хорошо известных
древних цивилизаций, к которым мало что могут добавить позднейшие описания и
даже современные издания на эту же тему.
В заключение необходимо отметить превосходный иллюстративный материал,
отдельные образцы которого уже помещены в аналогичные научно-популярные
издания и даже учебники, но многие остаются все еще неизвестными и потому
представляют большой интерес для широкой публики. Книга адресована самым
разнообразным слоям читателей. Она может стать пособием для учащихся средних
школ, гимназий, лицеев и других учебных заведений, она же привлечет внимание
знатоков изящной словесности и конечно же любителей истории и истории науки.

Профессор В.П. Подачин,
доктор естественных наук

Река Стикс в Мамонтовой пещере

Базальтовый Фингалов грот

I
Первые попытки понять немой язык Земли. — Теория Вудворда. — Метод соотноше­
ния органов и успехи палеонтологии. — Теория катастроф. — Униформизм и новая
геология. — Геологические агенты. — Горообразовательные процессы. — Иллюст­
рации геологической деятельности разных агентов. — Отделы геологии. — Хроноло­
гическая и стратиграфическая классификация

Судьба человечества, открытия и создания которого в течение истекшего
столетия (имеется в виду XIX в. — Ред.) займут наше внимание в предлагае­
мых очерках, тесно связана с историей Земли и ее обитателей. Наш обзор мы
начнем с подсчета приобретений в области геологии и палеонтологии, наук,
занимающихся изучением отдаленного прошлого нашей планеты.
С незапамятных времен человечество интересуется прошлой жизнью своей
«кормилицы», которая так много видела на своем веку. Но долгое время язык
немой исповеди великой молчальницы оставался непонятен, и тайны ее богаТекст печатается с некоторыми сокращениями. В публикации сохраняются стиль и манера изложения
оригинала. Теории и гипотезы ученых XIX в., приведенные автором, оставлены без комментариев.

(Примеч. ред.)
7

Сталагмитовый «девственный лес» в пещере Арман

того прошлого, казалось, были похоронены навеки. Правда, некоторые гени­
альные духовники, как, например, Геродот, Пифагор, Страбон и Аристотель,
предполагали, что земля может подыматься из воды и опускаться, а окамене­
лые останки растений и животных принадлежали прежде жившим организмам.
Но это были одни лишь догадки, основанные, так сказать, на выражении лица
исповедующейся, но не на ее словах. В средние века схоластика совершенно
убила всякий смысл в толковании происхождения случайно открываемых мате­
риальных следов прошлой жизни нашей планеты. Только в конце XVII столе­
тия в геологических воззрениях начинает устанавливаться некоторый рациона­
лизм, и Бюффон предлагал вниманию молодых ученых «эти драгоценные па­
мятники древней природы, которые его старость не позволяет ему изучить». Но
до какой степени были неудачны первые попытки понять немые свидетельства
Земли, можно судить по тому, что кости мастодонта считались костями короля,
который сражался с Марием, а скелет саламандры принимался за кости ребен­
ка, утонувшего во время потопа...
Что же касается геологических воззрений конца XVIII столетия, то прекрас­
ной их иллюстрацией может служить гипотеза английского геолога Вудворда.
По его мнению, внутренность Земли занята массой воды, дающей начало мо­
рям, рекам и другим наземным водам и послужившей причиной всемирного
потопа. «Воды внутренности Земли, — говорит ученый, — однажды, разорвав
слои земной коры и растворив горные породы, вырвались наружу и залили всю
поверхность планеты; по окончании этой всемирной катастрофы все ископаемые
и земные элементы, под действием тяжести, опустились в виде пластов». Лю­
бопытно, что остатки ископаемых растений послужили Вудворду доказательст­
вом... чего бы вы думали? — что потоп произошел в мае...
Эта гипотеза, несмотря на всю ее фантастичность, имела своих сторонни­
ков. Правда, впоследствии ее заменила «теория катаклизмов», главным защитни­
ком которой был знаменитый Кювье; но, по существу, обе эти гипотезы были
сходны, так как не могли избавить историю Земли от внезапных катастроф, корен­
ным образом изменявших строение земной коры. Подтверждение своей теории
Кювье находил в данных палеонтологии, которую он поставил на научную
почву, возведя сравнительную анатомию на степень науки. Положив в основу
изучения строения организмов принцип соот­
ношения органов, в силу которого «ни одна из
частей любого живого существа не может изме­
ниться без соответственного изменения других
органов», благодаря чему по отдельной части мож­
но заключать о целом, — Кювье показал воз­
можность восстановления вымерших животных
по отдельным уцелевшим костям и сравнения
их с современными. Вначале этот метод вы­
звал недоверие, явились попытки скомпроме­
тировать славного естествоиспытателя, предла­
гая ему, под видом новооткрытых ископаемых,
скелеты, составленные из костей разных живо­
тных. Но Кювье всегда выходил из испытания
с честью. Один только раз, как он впоследст­
вии сознался сам, пришлось ему колебаться, при­
знать ли продаваемый образец подделкой или
действительно существовавшим представителем
исчезнувшей фауны. Целый месяц изучал уче­
Жорж Кювье
ный скелет ископаемого и наконец признал его
9

поддельным. Но не сознайся после того автор этой подделки в своем грехе,
Кювье в душе был бы не уверен в справедливости вынесенного им приговора.
Впрочем, этот случай нисколько не подорвал веры в истинность метода срав­
нительной анатомии, так как мошенник, оказывается, посвятил все свои силы
изучению последней и дошел в этом отношении почти до возможного в то
время совершенства. Цель его была создавать на продажу редкие экземпляры
ископаемых. Самым, однако, веским доказательством истинности нового ме­
тода были найденные кости, которые Кювье подробно описал заранее.
Задумываясь над причинами гибели тех или иных ископаемых существ, над
условиями зарождения новых, задавая себе вопрос, почему каждое следующее
поколение должно праздновать тризну на костях своих предшественников, столь
же на него не похожих, как оно само отличалось от своих потомков, — геологи
решили, что до потопа Земля была в постоянных грандиозных судорогах: ужас­
ные землетрясения то подымали из воды целые материки, то, наоборот, по­
следние исчезали в бездне морских пучин; чудовищные волны налетали на
сушу, раздробляли скалы, прорывали перешейки, отрывали громадные куски
суши, с грохотом обрушивавшиеся в воду, разъяренные волны которой взды­
мались еще выше, все на своем пути затопляя... Целые фауны и флоры смыва­
лись, заносились песком и илом, а на месте погибшего мира нарождалась новая
жизнь, которую ожидала та же внезапная гибель. Последняя из подобных ка­
тастроф произошла якобы 6 000 лет тому назад, уничтожив весь предыдущий
органический мир. Кювье, слава и авторитет которого заставляли умолкать
несмелые голоса защитников идей, провозглашенных Уильямом Смитом, нептунистами (основатель Вернер) и вулканистами (Готтон), настаивал на вне­
запности упомянутых катастроф. Он утверждал, что резко очерченный рельеф
некоторых горных кряжей и вершин «явно указывает на насильственный спо­
соб их поднятия» и что напрасно было бы искать между теперешними силами
причин достаточных для произведения перево­
ротов и катастроф, следы которых слишком оче­
видны в земной коре.
Таковы были господствующие геологические
воззрения вплоть до 1830 года, когда появилась
знаменитая книга «Основные начала геологии»,
принадлежащая перу до тех пор неизвестного
автора. Чарлз Лайель, которому суждено было
сделаться основателем современной1 геологии,
сумел найти разгадку прошлого в настоящем и
прочесть оставленную Землей летопись, несмот­
ря на то что от нее остались, по словам Дарви­
на, «кое-где лишь отдельные главы, а из каж­
дой страницы только по нескольку строк».
Лайель в своем классическом труде не толь­
ко собрал все данные в систему, показал зна­
чение тех «слабых» общеизвестных, но остав­
ляемых без внимания агентов, работа которых
никогда не прекращается, но и доказал, что
Чарлз Лайель
она «дает колоссальные результаты, если про­
должается долгое время». Метод так называемого униформизма, положенный
Лайелем в основание современных геологических исследований, заключается в
1 Здесь и далее, употребляя слово «современный», автор говорит о начале XX в.,— времени, когда
писалась его книга. (Примеч. ред.)

10

Скала Капри

том, что, прежде чем утверж­
дать невозможность для дейст­
вующих теперь сил тех результа­
тов, которые изумляют нас
своею грандиозностью, необхо­
димо определить путем измере­
ний и испытаний работу совре­
менных агентов, а затем, при­
нимая в соображение продолжи­
тельность и непрерывность дей­
ствия, вывести заключение от­
носительно размеров работы
«времени».
Взгляните, например, на
величественные скалы Капри.
Вода, воздух, изменения тем­
пературы, ветер, некоторые
организмы (например, корал­
лы) — вот те агенты, кото­
рые, в зависимости от свойств
самих горных пород, обыкновен­
но состоящих из минералов раз­
ной степени твердости, прони­
цаемости и растворимости, —
обусловливают образование то­
го разнообразия рельефа земной
коры, которое прежняя наука
считала результатом внезапных
катастроф.
Внимательный
наблюда­
тель, имеющий дело с приро­
дой, может легко подметить со­
вершающиеся на Земле мед­
ленные
изменения.
Подчас
они едва заметны, иногда же
резко бросаются в глаза, в осо­
бенности если приходится по­
сещать известные местности
спустя довольно значительное
время. Но все эти изменения
происходят без внезапных по­
трясений, без всякого наруше­
ния естественного течения зем­
ной жизни. Прежние геологи
склонны были приписывать об­
разование гор внезапным вспу­
чиваниям земной коры под на­
пором внутренней расплавлен­
ной огненной массы земного
шара, производившим чудо­
вищные катастрофы. В насто­
ящее время доказано, что при-

Вулкан Стромболи

Извержение Котопахи в 1745 году
12

чиной возникновения гор яв­
ляется охлаждение земного
шара и связанное с этим
уменьшение его объема. По­
добно тому как на остываю­
щей поверхности печеного яб­
лока образуются морщины и
складки, точно такое же яв­
ление должно происходить и
с корой земного шара. Раз­
ница лишь в том, что послед­
няя не обладает эластично­
стью
яблочной
кожицы...
Вертикальное и горизонталь­
ное стяжения земной коры
производят: первое — сбросы
и сдвиги, второе — складки и
морщины. В настоящее вре­
мя, когда земная кора уже в
достаточной степени окрепла,
вертикальное ее стяжение слу­
чается гораздо реже, чем во
времена первобытные, теперь
Вулкан Хорульо (в Мексике)
же преимущественно образу­
ются складки. В зависимости от того, какая причина вызвала образование
неровностей коры, они разделяются на «горы излома», так как они образованы
сбросами, и складчатые. К первым, отличающимся крутыми склонами, отно­
сятся Хинган, плато Колорадо и
другие, ко вторым, продолжающим
свое образование и в настоящее
время, принадлежат Альпы, Анды,
Кавказские, Гималайские, ТяньШань. Кроме того, существуют
еще неровности вулканического
происхождения, то есть происходя­
щие от накопления извергаемых из
недр Земли пород.
Новые воззрения на архитекто­
ническое строение земной коры
главным образом обязаны своим
развитием трудам Зюсса и Дана, ко­
торые показали, что горообразова­
тельные процессы, тектонические
землетрясения и вековые колеба­
ния больших областей земной коры
происходят вследствие упомянутых
сдвигов и складок, как естествен­
ного следствия охлаждения Земли.
В этом отношении вода, кото­
рая, как известно, «точит камень»,
занимает едва ли не первое место в
ряду геологических «деятелей».
Эдуард Зюсс
13

Вместе с воздухом и переме­
нами температуры, влиянию
которой не все минералы, вхо­
дящие в состав известной по­
роды, подвержены в одинако­
вой степени, вследствие чего
являются трещины, — вода
способна производить большие
изменения и разрушения и в
то же время способствовать об­
разованию так называемых осадочных пород. Взгляните, на­
пример, на долину размыва в
горах Тавра, на Днепровские и
другие пороги, на разные, так
называемые Адские ворота в
Альпах,
Пиренеях,
Шварц­
вальде. Все это работа воды.
Она же образует причудливые
сталактитовые пещеры, произ­
водит гигантские подземные и
наземные обвалы, протачива­
ет обширные гроты. О таком
же разрушающем и созидаю­
щем значении ветра дают по­
нятие те безводные местности,
где действие его изолировано
от обычно сопровождающей
его работы воды. В пустынях
песок, несомый ветром, посто­
янно ударяясь о скалы, разру­
шает самые твердые из них.
Долина размыва в горах Тавра
Посмотрите, например, хоть на
египетские пирамиды и другие создания рук человеческих, — что сделалось с
этими памятниками за такой незначительный, с точки зрения геологии, про­
межуток времени! Ветру обязаны своим происхождением так называемые лесовые образования, покрывающие громадные площади равнин Азии: многие ве­
ка пыль с соседних гор была приносима сюда ветром. Эолические (ветровые)
образования занимают почетное место среди новейших отложений.
Подобные геологические перемены совершаются крайне медленно, хотя
результаты их, на первый взгляд, производят впечатление очевидного «наси­
лия». В зависимости от материала горной породы, — будет ли им гранит,
базальт, известняк, песчаник и т. п., — результаты этих медленных воздействий
оказываются разные. В то время как скалы Капри, с их резкими угловатыми
вершинами, производят впечатление дикой, необузданной ломки и разруше­
ния, — странные, причудливые, но округленные формы гор на острове Святого
Маврикия кажутся выдвинутыми из недр Земли гигантской, однако мягкой рукой
первобытного скульптора.
Одной из самых блестящих иллюстраций разнообразного влияния геологиче­
ских агентов на форму рельефа земной коры является знаменитый Йеллоустонский национальный парк в Северной Америке (Соединенных Штатах). Это
настоящий геологический музей, но музей не искусственный, а естественный.
14

Адельсбергская сталактитовая пещера

Горы на острове Св. Маврикия

Горячие ключи в Йеллоустонском парке

Здесь на относительно небольшом пространстве сосредоточились чуть ли не
все главнейшие образцы геологической деятельности воды, воздуха. Тут мы
имеем и дикие ущелья, на которых можно наблюдать обнаженные земные пла­
сты, и обширные долины, образованные потоками воды, и сами эти реки,
низвергающиеся в виде водопадов с громадной высоты, и разнообразной, часто
причудливой формы вершины гор, и живописные озера, и деятельность горячих
гейзеров — словом, почти все, за чем приходилось бы ездить чуть ли не по всему
земному шару. В одной из книг писателя С. Дмитревского дано яркое описа­
ние Йеллоустонского национального парка:
«Глубокой, таинственной пропастью зияет под нашими ногами гигантское
ущелье, продолжаясь вправо и влево насколько видит глаз. Мощные стены его,
местами совершенно отвесные, местами круто покатые, покрыты тысячами
скалистых образований самого разнообразного вида... Они то совершенно голы
и блещут пестрой окраской естественных геологических разрезов, то видишь на
них кучки вековых сосен, глубоко пустивших в трещины скал свои цепкие
корни. На противоположном берегу, как и за нашей спиной, возвышается
сплошная стена зеленого леса, которому, кажется, нет конца. А внизу, на
головокружительной глубине, вьется серебряная лента таинственного Йеллоустона. Невдалеке только спрыгнув в ущелье с высоты больше 150 метров,
дивная река здесь еще не может успокоиться; она вся покрыта серебристыми
валами, как будто сердится на горы камня, сдавившие ее грудь. Но Боже мой,
17

как красиво сумела убрать она себя,
забравшись в это царство скал! С по­
мощью суровых морозов горной зи­
мы и жары лета, с помощью горяче­
го дыхания окаймляющих берега ее
теплых ключей какой прихотливой
резьбой разукрасила она свои отвес­
ные берега! Кажется, находишься в
исполинском архитектурном музее,
когда взглянешь на эти тысячи скал
кругом. Я видел средневековые зам­
ки по берегам Рейна; они воспроиз­
ведены здесь в сотнях вариаций. Ви­
дел я вздымающиеся к небу шпицы
старинных соборов Западной Евро­
пы; здесь вижу их прототипы, только
еще выше и еще стройнее. «Пали­
сады» широкого Гудзона, «Столбичи» родного Поволжья, — все ви­
денные в четырех частях света гор­
но-речные картины вспоминаются
здесь...
А вот открылся великолепный
вид на водопады, особенно Ниж­
ний. Расстояние отсюда до послед­
него как раз настолько достаточно,
чтобы дать перспективу самую совер­
шенную, но вместе с тем и не так
велико, чтобы скрыть детали.
Немного подальше — картина
еще грандиознее. Взорам туриста от­
крывается мощное кольцо снежных
пиков, в которое, как в серебряную
рамку, вставлена синеватая зеркаль­
ная ширь озера Йеллоустон...»
Описывая впечатление, произво­
димое Верхним и Нижним водопа­
дами, автор говорит: «Среди тури­
стов первый из них пользуется дале­
ко не таким вниманием, как Ниж­
ний. Тот производит впечатление
колоссальной могучести, силы, — что
и понятно: высота падения Нижне­
го водопада больше чуть не в два с
половиной раза. Но и Верхний чуд­
но красив, особенно если оказаться
около него поближе, как то сделали
мы. По нашему общему мнению, в
нем, пожалуй, даже больше жизни,
деятельности,
живости,
энергии.
Громадной катящейся и ревущей
массой белоснежной пены, с шумом

Гейзер в Йеллоустонском парке

18

Нижний Йеллоустонский водопад

Большие пороги на реке Св. Лаврентия

Скалы в окрестностях Йеллоустонского озера

Верхний Йеллоустонский водопад

Иоземитская долина в Калифорнии

Йеллоустонский парк. Гейзер «Верный Старик»

Горный пейзаж в Йеллоустонском парке

Водопад Хенефосс (Скандинавия)

и треском, с прыжками и скачками, в диком пароксизме веселья несется здесь
река к обрыву и низвергается с него. От кипящей массы на дне водопада тучи
брызг перегоняют одна другую, разлетаясь во все стороны. Лучи солнца играют
в них радугой, образуя великолепный контраст с темной зеленью кругом. Все
здесь дышит весельем и радостью юности, в сравнении с солидной грандиозно­
стью Большого водопада...»
Одним из самых замечательных водопадов, иллюстрирующих процесс раз­
мыва скал, является водопад Эльза на реке Конго. Громадная масса воды
низвергается вниз с одной террасы на другую, подмывая скалы, огромные
глыбы которых одна за другой увлекаются потоком, на некоторое время задер­
живаются на уступах водопада, чтобы в конце концов быть унесенными водой
вниз. Так кусок за куском разрушается каменная преграда; с течением времени
от нее не останется и следов, и, если б река почему-либо иссякла или переме­
нила русло, мы бы увидели здесь пример долины размыва, образованной в
давно прошедшие времена.
Говоря о геологических агентах, нельзя обойти молчанием весьма важный из
них — теплоту, о действии которой, и то лишь физической, было упомянуто
вскользь. Но грандиозные химические процессы внутри Земли и ее коры ведь
тесно связаны с теплотой. Землетрясения, извержения, преобразования во
внутреннем строении горных пород, движение земной коры, вследствие охлаж­
дения Земли — все это процессы, обязанные теплоте.
Геология как наука, имеющая все данные для прогрессивного развития,
является всецело детищем XIX столетия. Постараемся познакомить читателей
с основными результатами, к каким пришла геология в связи с палеонтологией.
Собранный геологический материал достиг громадных размеров, а возбуж­
даемые им вопросы требовали специального изучения. Так явилась необходи­
мость разделить геологию на отдельные отрасли. Первый основной ее отдел
занимается изучением современных геологических процессов, — некоторые
25

Большой каньон Рио-Колорадо

не совсем точно называют его динамической, или физической, геологией. Вто­
рым отделом является петрография, настолько обособленная отрасль геологии,
что она имеет право на звание самостоятельной науки. Она изучает состав и
свойства горных пород. Палеонтология, распадающаяся на фито- и зоопалеон­
тологию, исследует останки растений и животных отдаленного прошлого Зем26

Башнеобразные горы на берегу Авачинской бухты

ли, реставрирует их и отводит им место в общем ряду организмов. Четвертый
отдел геологии называется стратиграфией, которая распадается на петрографи­
ческую и палеонтологическую. Эта важная отрасль геологии ставит целью изу­
чение условий и законов образования пластов, причин нарушения их правиль­
ности, образования сдвигов и складок, рельефа (пластики) и внутреннего стро­
ения (тектоники) земной коры, процессов сохранения организмов в связи с
местопребыванием. Наконец, пятым отделом, так сказать, синтезом геологи­
ческих знаний является историческая геология. Она занимается классифика­
цией геологических памятников во времени и идеальным реставрированием
прошлых эпох земной жизни. Правда, до сих пор эта классификация еще не
вполне установлена, так что каждый геолог вводит в нее свои деления, но со
времени Лондонского геологического конгресса 1888 года определены, по край­
ней мере, некоторые ее основные, для всех обязательные принципы.

II
«Петрографические иероглифы». — Мощность пластов лаврентьевской системы. —
Причина сдвигов. — География архейских образований. — Жизнь в допервичную
эру. — Силурийский и девонский периоды. — Фауна и флора каменноугольного
периода. — Образование каменного угля. — Пермский период

Идеальный разрез земной коры составлен на основании многочисленных
исследований и потому схематически довольно верен, но было бы, конечно,
заблуждением считать его вполне отвечающим действительности. Многое в
нем еще гипотетично, так как никто ведь не забирался так далеко в глубь
Земли, — наши знания о ее нижних пластах основаны на их обнажениях.
Кроме того, нужно иметь в виду, что один и тот же период в жизни Земли, как
и в истории человечества, на разных континентах имеет свои особенности.
Допервичная группа делится на лаврентьевскую и гуронскую системы1. Господ­
ствующими породами этих систем являются внизу гнейсы, выше слюдяные слан­
цы, а в кембрии песчаники и кристаллические сланцы. Эти главнейшие породы
заключают, конечно, много второстепенных. Геологи до сих пор не могут прийти
к согласию относительно происхождения архейских образований: одни считают их
вулканическими, другие — осадочными. Профессор Иностранцев назвал их «пет­
рографическими иероглифами». Толщина, или «мощность», пластов допервичной
группы, как и всяких других, не везде одинакова.
1 Гуронская система имеет три отдела, из которых два последних принадлежат так называемому
кембрию. Многие геологи, не без основания, относят его к следующей группе, выделяя в особую
систему или причисляя к силурийской. (Примеч. авт.)

28

Естественная арка над Рио-Симопац

Размывание берегов ударами волн на озере Байкал

Обрывистый берег в Шотландии

Так, гнейс в Канаде имеет толщину в 10 000, в Баварии — 30 000, а во многих
других местах только 2 000 метров и менее.
Кроме изменений во внутренней структуре архейские, а также и последую­
щие образования подверглись и чисто механическим изменениям. Если б у нас
явилась возможность пласт за пластом обнажать земную кору, то мы легко
могли бы увидеть, до какой степени все эти слои сдвинуты, скручены, излома­
ны и изогнуты. При виде этих беспорядочных земляных волн, этого хаоса,
невольно возникает представление о лежавшем под ними гиганте, который в
минуту ли гнева или горячечного бреда пытался сбросить с себя давивший его
слой одеял; но это оказалось ему не под силу, и он только исковеркал, местами
даже прорвал и вогнал куски одного покрывала в другое. Переводя это на
более прозаический язык, повторяем, что большинство геологов считает причи­
ной упомянутых изменений в естественном, горизонтальном положении пла­
стов процесс сжатия Земли вследствие охлаждения.
Нижние слои архейской группы встречаются в Финляндии, на Урале, Оло­
нецкой и Архангельской губерниях, а также в Днепровской гряде, кембрий же
имеет свое развитие в Прибалтийском крае и Петербургской губернии. Здесь
синяя кембрийская глина с лежащими на ней песчаниками, сланцами и
позднейшими наносами служит основанием для Санкт-Петербурга.
Была ли в то время на Земле жизнь? Хотя переход от мира неорганического
к органическому неуловим, тем не менее в слоях лаврентьевской системы и
даже в нижних гуронской, имеющих столь очевидные следы огненного влия­
ния, трудно найти не уничтоженные жаром органические останки. Впрочем,
д-р Даусон в Канаде, а у нас Пузыревский нашли так называемый эозоон —
«зарю» животной жизни, первоживотное. Лайель склоняется к мысли о сходст­
ве этой находки с чем-то вроде кораллов, другие же исследователи приписыва­
ют эозоону минеральное происхождение. Что же касается кембрийских вре­
мен, то существование тогда жизни не подлежит сомнению. Палеонтологи
31

Каменноугольный период

насчитывают в отложениях кембрия более 11 000 видов морских ископаемых.
Несомненно, что тогда еще царствовало море, хотя, конечно, местами обнажа­
лась и земля. Климат в то время был страшно жаркий и всюду однообразный.
На илистом или песчаном дне этого громадного моря копошились первые жи­
вотные, среди которых преобладали простейшие, губки и полипы. В поздней­
шей эпохе кембрия значительную роль играли иглокожие: морские лилии —
звезды, цистадеи. Из растений здесь были первые водоросли. К ним, повидимому, относится загадочная ольдгамия. Из ракообразных весьма видное
место занимали трилобиты. Эти животные имели гибкое тело, способное сги­
баться в кольцо, вероятно для защиты. Копошась в иле, питаясь органически­
ми остатками, они оставили многочисленные ходы и отпечатки в кембрийских
породах. Найдены даже их яйца. Из моллюсков, кажется, были подобные
кораблику. Жизнь была довольно развитая, для образования которой нужно
было громадное прошлое, которое, вероятно, терялось во мраке первого пери­
ода архейской эры.
Кембрийское море было очень мелко, что видно из ходов и следов червей,
но в особенности по отпечаткам дождевых капель на кембрийских породах.
Очевидно, оно во время отлива обнажалось, подсыхало, потому дождь оставлял
на мягком иле свои следы. Солнце высушивало почву, она от жары трескалась,
а прилив вновь покрывал наносом эти ценные свидетельства прошлого. Благо­
даря царствовавшей в то время страшной жаре, успевавшей в течение отлива
настолько накалить глинистый ил, что он чуть ли не обжигался, могли сохра­
ниться даже отпечатки водной ряби. Кроме этого несомненного доказательст­
ва мелководности кембрийского моря, имеется, пожалуй, еще более ценное
подтверждение упомянутого факта в отсутствии в кембрии известняков, кото­
рые образуются на большой глубине. Дно этого моря постепенно опускалось...
Силурийский период, которым начинается палеозойская эра, делится на три
эпохи, точно так же, как и следующий за ним девонский. Силурийские образо­
вания состоят главным образом из песчаников, глин и известняков, имеющих
резко выраженное морское происхождение. Взяв обломок тогдашней глины,
вы увидите, что он состоит из тончайших слоев. Подобно кембрийским, силу­
рийские сланцы могут быть легко раскалываемы на бесчисленные пластинки,
употребляемые теперь для кровли крыш. Ока­
зывается, что эта слоистость образовалась вслед­
ствие страшного давления, доказательством ко­
торого, кроме теоретических соображений, слу­
жат расплюснутые и обезображенные окамене­
лости этих времен. Во многих местах, кроме
России, где силурийские отложения горизон­
тальны, в этот период происходила довольно
сильная вулканическая деятельность, оставив­
шая следы в виде лавы, пепла.
Среди растений этого периода встречаются
уже и сухопутные папоротники и плауны, —
обстоятельство, доказывающее, что в то время
суша в виде низких, болотистых островов уже
занимала довольно большие пространства. Из
земных животных известен один только скорпи­
он; зато морские были уже значительно разно­
образнее. Кроме обитателей изящных раковин,
известных под именем фораминифер, граптолитов и энкринитов, иначе — морских перьев и

Отпечаток плауна
33

лилий, моллюсков, кораллов и трилобитов, в этом периоде появляются первые
дошедшие до нас рыбы. Но последние стояли на очень низкой ступени разви­
тия, так как не имели еще костного скелета. Они принадлежали к «ганоидам»,
то есть имели нечто вроде наружного скелета, панциря. Об этих рыбах могут
дать некоторое понятие их вымирающие потомки — осетр, стерлядь. Другая
группа тогдашних рыб, «плакоид», имеет своих представителей в лице совре­
менных акул и скатов. Из силурийских ракообразных нельзя не отметить гро­
мадного, омара-эуриптуса.
Когда земледелец посыпает свои поля фосфоритным удобрением и потом,
сняв обильную жатву, готовит хлеб, может ли он подозревать, что поедает
частицы животных силурийского периода?! А между тем это — несомненно:
фосфориты происхождения органического...
Дикие, увесистые горы и угрюмые долины силурийских образований на­
столько резко отличаются от ландшафта отложений девонской системы, с его
округленными мягкими очертаниями, что это невольно бросается в глаза. Кроме
того, одного взгляда на так называемый древний красный песчаник, которым в
Шотландии и кое-где в России характеризуется первый отдел девонской систе­
мы, достаточно, чтобы понять характер тогдашних морей, которые могли быть
только внутренними: иначе железо, присутствию которого этот песчаник обя­
зан красной окраской, не могло осаждаться вокруг песчинок. Эти внутренние
моря образовались вследствие поднятия дна, обратившегося в сушу, в котлова­
нах которой осталась морская вода. Сюда впадала масса рек, делавших послед­
нюю менее соленой, отчего в отложениях почти не находят ни морских моллю­
сков, ни рыб. Эти внутренние моря послужили вместе с тем кладбищем для
разных сухопутных растений, каковы папоротники, хвойные, лепидодендроны,
получившие большое развитие в следующем, каменноугольном периоде. Ство­
лы их выносились в море реками, там заносились илом и так сохранились в виде
окаменелостей.
Каждое внутреннее море было окаймлено прибрежными валами из галек
кварца, гнейса и т. п., из которых потом образовались конгломераты. В Запад­
ной Европе было пять таких огромных озер: Оркадийское, простиравшееся от
берегов Шотландии до Норвегии, Каледонийское, частью покрывавшее Ир­
ландию, Дорийское, Чевиот и Уэльское, доходившее до Южного Уэльса. К
востоку и югу от этого материка было море, занимавшее большую часть Рос­
сии. Сходный с шотландским тип девонских
отложений встречается у нас в губерниях Оло­
нецкой и Псковской, в остальной же России,
преимущественно в Центральной, эти образо­
вания принадлежат к другому типу, глубоко­
водному, и состоят из известняков.
Рассматривая растительные останки девон­
ского периода, мы видим, что в то время флора
была уже довольно развита. Кроме упомянутых
хвойных и тайнобрачных, явились и двудольные
растения. Из насекомых были стрекозы, по­
денки, многоножки. Ракообразные имели пред­
ставителей в лице видовых гигантов. Из рыб,
которых было много видов, назовем Dipterus,
отличающуюся, как и все палеозойские рыбы,
несимметричным хвостом, панцирных, крыла­
тых — летучую (Pterychtys) и другую (Pterychtys
Отпечаток ископаемой стрекозы
cornutus), которая вела земноводный образ жиз­
34

ни. Все они погибли, по-видимому, от отравления воды ядовитыми газами,
выделенными соседними вулканами. Доказательством насильственной смерти
этих животных являются «изогнутые, сплющенные и скрюченные формы; хвост
иногда завернут к голове; плавники растопырены, как всегда у рыб, умираю­
щих в конвульсиях».
Таким образом, девонские окаменелости указывают, что в этот период при­
рода делала первые попытки засадить землю растениями, а воды заселить рыбами.
В то время атмосфера имела еще очень высокую температуру и была наполнена
газами, вредными для наземных животных, а материки не имели большого
распространения.

Ландшафт каменноугольного периода

В следующий, каменноугольный период, когда площадь суши становится
больше, когда на ней, благодаря жаркому, влажному климату разрослась рос­
кошная растительность, появляются уже первые земноводные и пресмыкаю­
щиеся, а число насекомых увеличивается. Не будь этой растительности, погло­
тившей массу углекислоты и тем самым подготовившей условия для существо­
вания высших животных, последние не могли бы появиться.
В то время как в первую, антрацитовую, или эпоху горного известняка, как
называют ее англичане, тогдашний величественный лес был еще мертв, его не
оглашали звуки каких бы то ни было наземных творений, исключая тихий ше­
лест крыльев стрекоз, поденок и некоторых других насекомых да всплеск воды,
волнуемой движениями рыб, — во вторую эпоху продуктивного отдела камен­
ноугольной системы тот же лес уже оживлялся разнообразными звуками. Од­
них насекомых в то время было более 300 видов. Но что за чудовища были эти
в наше время пигмеи среди животных! Представьте себе таракана в пол-аршина, кузнечика величиною с курицу, саранчу — с индюка, даже клопа с во­
робья, и вы будете иметь понятие и об остальных тогдашних насекомых. Кроме
упомянутых довольно невинных созданий, тогда водились еще скорпионы,
пауки, тысяченожники и белые муравьи, а также жуки. Из ракообразных
35

Гигантские хвощи около Сан-Николас (Эквадор)

трилобиты сходят со сцены, их заменили десятиногие, вроде теперешних ома­
ров, но несравненно больших размеров. Все классы моллюсков уже имели
своих представителей. Укажем на существование тогда из пластинчато-жабер­
ных — пресноводной ракушки, из брюхоногих — первых легочных, из голово­
ногих — аммонитов. Среди рыб к концу периода панцирные начинают усту­
пать чешуйчатым ганоидам и поперечноротым селахиям (акулы, скаты). Но
самыми интересными, бесспорно, являются земноводные из отряда лабиринтодонтовых (название дано по форме покрытых извилинами зубов). Из них
36

Растительность каменноугольного периода

назовем архегозавра и бранхиозавра. Эти, по справедливости, первые дети Зем­
ли, родоначальники наземных животных, совмещали в себе признаки столь
различных животных, как крокодил, лягушка и рыба.
Тем не менее, несмотря на такое относительное разнообразие фауны ка­
менноугольного периода, интересен он прежде всего не животными, а растени­
ями. Последние тогда были царями природы, для них существовал мир. Папо­
ротники имели своих представителей в лице травянистых и древесных. Другие
представители тогдашней флоры, каламиты, с огромными бороздчатыми и чле­
нистыми стволами, настолько напоминали теперешних своих потомков, хво­
щей, насколько дуб подобен тростинке. А еще были астерофилиты, со звезд­
чатыми листьями, признаваемыми, впрочем, некоторыми за листья каламитов;
изящные аннулярии, с кольчатыми листьями; плауны с корою, покрытою
ромбической формы рубцами, эдакие гиганты — до 40 метров высоты. Двусемянодольных в лесах этого периода было немало, но они росли на высотах, в то время
как все перечисленные жили на болотистой, солоноватой, временами заливаемой
морем почве. Из голосемянных, кроме хвойных, наподобие наших можжевельника
и араукарии, были сигилярии и кардаиты. Первые — это большие деревья с
ветвистыми корнями и бороздчатыми стволами, усеянными рубцами, словно пе­
чатями, а кардаиты отличались рядом признаков, свойственными нескольким со­
временным родам, они достигали значительной высоты.
Очевидно, климат в то время был более жаркий, чем нынешний тропиче­
ский. Мало того, несомненно, что атмосфера была тогда насыщена водяными
парами и в высшей степени богата углекислотой, — иначе невозможно объяс­
нить того высокого процентного содержания углерода, какое мы видим в ка­
менном угле, этом кладбище лесов описываемого периода. Ни ранее, ни после
каменный уголь не образовывался на таком широком пространстве земного
шара, как в этот период. В предшествовавшие эпохи материки были слишком
малы, а потом температура у полюсов успела уже значительно понизиться,
наряду с уменьшением количества влажности и углекислоты в воздухе, что не
могло благоприятствовать растениям.
Как образовались громадные залежи каменного угля? В настоящее время
имеются два предположения относительно происхождения этого полезного ис­
копаемого — теория сплавов и — торфяная. Первая, применимая лишь по
отношению к небольшим каменноугольным бассейнам, основана на предполо­
жении о наносном происхождении растительного материала. Скопления рас­
тительных остатков, погребенные под слоем ила, глины, песка без доступа
воздуха, подверглись неполному разложению и превратились в каменный уголь.
Последний имеет тем большее количество углерода, чем сильнее было давле­
ние, под которым совершалось это внутреннее разложение растений.
Торфяная теория, объясняющая происхождение большей части залежей
каменного угля, признает необходимость образования его там, где рос сам
материал. Описание слоя каменного угля, даваемое Лайелем, служит яркой
иллюстрацией этой теории. «На пространстве приблизительно в четверть
акра я насчитал не менее тридцати древесных стволов с корнями... некото­
рые имели более двух метров в обхвате. Сломанные у самого корня стволы
лежали в различных направлениях, часто друг на друге. Длина одного из них
равнялась пяти метрам, другого — десяти, остальные были короче. Все они
были сплюснуты.
Бросим взгляд на особенности и распространение каменноугольной систе­
мы в России. Треть ее занята отложениями этой системы: от Донца до Белого
моря и от Урала до 35° долготы. Но самый порядок этих отложений в России
несколько отличен от западноевропейского. В то время как там глубоковод38

Окаменелые стволы силигарий в каменноугольных пластах

ные отложения были ранее мелководных и пресноводных, у нас, наоборот, —
отложения открытого, глубокого моря сменяют прибрежные и пресноводные.
Из этого мы видим, что к концу описываемого периода, когда Западная Европа
уже была обнажена, Центральная Россия еще была под водой.
Следующая система — пермская, или диас, — настолько близко примыкает к
предыдущей, что многие геологи пытались соединить их в одну. Ею заканчивается
первичная эра. Никаких характерных особенностей диасовый период не представ­
ляет, если не считать появления в это время первых пресмыкающихся. Это указы­
вает на изменение атмосферных условий, при которых оказалось возможным суще­
ствование животных с легочным дыханием. Но они еще очень первобытны. По­
степенно скелет их совершенствуется, приближаясь к типу низших млекопитаю­
щих, каковы птицезвери и неполнозубые. Это совершается к концу периода, на
пороге триаса, открывающего собой следующую эру жизни Земли.

III
Общая

характеристика вторичной эры. — Геологические перемены
зойской эры. — Фауна триаса, юры и мелового периода

в

течение

мезо­

Триасовым периодом начинается мезозойская эра1 которая обнимает, кроме
упомянутого, еще юрский и меловой периоды. Сильная вулканическая дея­
тельность, характеризующая предыдущую эру, в наших краях совершенно
утихает и сменяется периодом покоя, во время которого оставленные рассе­
лины и трещины земной коры наполняются разными минералами. Море,
обмелевшее к концу пермского периода, во многих местах делается достоя­
нием наземных животных и растений. Во время триасового периода большая
часть Европейской России обнажается, и только западный ее угол омывается
мелководным морем, которое все более мелеет. Но достаточно взглянуть на
карту следующего, юрского, периода, чтобы составить себе понятие о проис­
шедших переменах в картине распределения по Европе моря и суши в сере­
дине мезозойской эры; однако к концу ее опять начинается поднятие мате­
риков. В зависимости от этих перемен во взаимном расположении суши и
вод и понижения температуры воздуха изменяется и весь органический мир
вторичной эры. Растительность уже не отличается тою роскошью, какая
характеризует каменноугольный период; в ней преобладают хвойные и саго­
вые. Сигилярии, лепидодендроны и некоторые папоротники исчезли на­
всегда вместе со всеми видами, для которых нужна очень высокая темпера­
тура и низменные, сырые места.
1

Некоторые геологи причисляют сюда и пермскую систему, которая является переходной от
палеозойской к мезозойской группе.
40

Идеальные ландшафты триаса: морской и сухопутный

Ландшафт юрского периода

Мастодонтозавр

Их заменили саговые, столь сходные по внешности с пальмами, но в дейст­
вительности составляющие особую группу хвойных; они до такой степени ха­
рактерны для вторичной эры, что ее называют «веком саговых пальм». Поч­
ти с таким же правом можно было бы назвать ее эрой пресмыкающихся,
которые были в то время истинными властелинами Земли. Первые птицы
появляются только под конец мезозойской эры. Что касается высших расте­
ний, — однодольных и двудольных, — то они появляются лишь к концу
мелового периода.
Такова в общих чертах характеристика мезозойской эры.
Триасовый период в наших широтах характеризуется постепенным обмеле­
нием моря и в зависимости от этого появлением мелководной прибрежной
фауны, а также образованием внутренних морей. В этом отношении триас
имеет много общего с девонским периодом: тот же окрашенный солями железа
песчаник, который в отличие от древнего, девонского, называется новым. К
концу триаса Центральная Европа была покрыта мелкими и настолько солены­
ми водами, что в них не могли жить рыбы, которых мы почти и не находим в
глинистых осадках последней эпохи триасового периода. Тогдашние озера похо­
дили на теперешнее Мертвое море. Напротив, наземные растения были очень
распространены. Так, например, южная часть Скандинавии, от которой море
отступило, заняв область Альп, была покрыта роскошными первобытными не­
проходимыми лесами.
В зависимости от распределения моря в период триаса отложения послед­
него бывают двух типов: средиземноморского, отличающего триасовую систему
Германии, и глубоководного, очень распространенного в Альпах.
Юрская система1 делится на три отдела — нижний (лейяс), средний и вер­
хний. Горные породы, слагающие ее образования, имеют, по наблюдениям
1

Свое название она получила от цепи гор того же имени, где ее образования представлены полно.
43

германских геологов, окраску тем светлее, чем позднее отложились эти породы.
Таким образом, названия — черная, бурая и белая юра — приблизительно
соответствуют общему внешнему виду юрских образований.
В эпоху лейяса море снова стало завоевывать в Западной Европе сушу, площадь
которой местами значительно уменьшилась. Это наступление моря погубило мно­
жество наземных животных, кости которых образовали костяные брекчии (залежи
костей). Но так как в нижнем лейясе нередко встречаются каменноугольные
пласты, то из этого следует, что в то время еще существовали озера и лагуны, где
скапливались остатки наземной растительности. Примером отложений каменного
угля лейясовой эпохи могут служить залежи последнего в Индокитае. Средне- и
верхнеюрский отделы характеризуются большим развитием коралловых образова­
ний, вокруг которых отлагалась углекислая известь. Эти осадки со структурой,
подобной рыбьей икре, образовали мощные слои известняков.
Известняки Чатырдага и других возвышенностей Крымского полуострова,
несомненно, кораллового происхождения.
До самого конца юрского периода Южная и Восточная Европа оставались
под водою, в Средней же и Западной постепенно начинают подыматься остро­
ва, которые мало-помалу сливаются в материки. В течение мелового периода
на севере замечается новое наступление моря, выразившееся в меловых и изве­
стковых отложениях, которые обязаны своим происхождением корненожкам и
в особенности глобигеринам, организмам, живущим в довольно глубоком море.
Но после образования там больших толщ мела морское дно стало опять поды­
маться, а море отодви­
галось к югу. К концу
мелового периода пло­
щадь суши на севере на­
чинает сильно увеличи­
ваться. Восточная, Се­
верная и Западная Рос­
сия, часть Малороссии,
Кавказ, Пиренеи посте­
пенно поднимаются, что­
бы в третичном периоде
занять довольно большие
пространства. Само со­
бою понятно, что в это
время происходило соот­
ветственное
изменение
климата, который дела­
ется холоднее.
Таковы были, в об­
щих чертах, условия су­
ществования органиче­
ского мира в мезозойскую
эру. Перейдем к описа­
нию его представителей.
Раковина
головоногих
моллюсков-аммонитов
имеет форму завитого ба­
раньего рога. Во вторич­
ную эру аммониты бы­
ли очень многочислен­
Исполинский аммонит
44

ны; из них многие дости­
гали исполинских разме­
ров, 2,5 — 3 метра в попе­
речнике. К концу мезо­
зойской эры появляются
виды развернутой фор­
мы, которые потом со­
всем выпрямляются. По
степени изогнутости этих
раковин, даже при отсут­
ствии иных данных, па­
Скелет бронтозавра
леонтолог может заклю­
чить об относительной древности самих содержащих их пластов. Из того же семей­
ства заслуживают упоминания белемниты, один из которых представлен на ланд­
шафте юрского периода рядом со сражающимися плезиозавром и ихтиозавром. От
белемнитов сохранились теперь известковые образования, которые в народе назы­
вают «чертовыми пальцами».
А пресмыкающиеся, властелины тогдашнего животного царства, просто по­
давляют своими размерами. Правда, некоторые из них, как, например, полу­
метровый грациозный компсогнат, были невелики, большею же частью это
были настоящие исполины. След одного из них, наподобие птичьей лапы,
сохранился на куске плиты, изображенной на рисунке, где даны представители
юрского и мелового периодов. Можно себе представить, какою громадиной дол­
жен был быть его обладатель, если этот отпечаток лапы имеет в длину 63 сан­
тиметра. И действительно, динозавры (страшные ящеры), иначе — орнитосцелиды (птиценогие) или пахипода (толстоно­
гие) — названия, указывающие на сборные
признаки этих животных, — имели представи­
телей до 30 метров длиной. Бедро атланто­
завра (рис. «Юрский период») имеет почти 2
метра. Оно значительно более слонового, а все
животное имело в длину 30 метров. Стоя на
задних ногах, — поза очень характерная для
динозавров, — оно имело до 12 метров высо­
ты! Многие из динозавров оставили следы ног
площадью около квадратного метра. Предста­
вители бронтозавра имели до 18 метров длины!
Это неуклюжее чудовище отличалось малень­
кой головой и имело тонкий спинной мозг —
признаки, свидетельствующие о глупости ги­
ганта, который к тому же был плохо вооружен
и потому единственное спасение от врагов на­
ходил в бегстве в воду (рис. «Юрский период»).
Вот и теперь, вылезши на берег, он уже опять
должен спешить убраться, так как появился
опасный хищник цератозавр. Этот небольшой
динозавр, в 5 метров длиной, вооруженный ро­
гом на носу, питался, подобно своему близко­
му родственнику мегалозавру, животной пищей
и был значительно умнее бронтозавра. Он
только что выскочил из лесной чащи и не
успел еще осмотреться, — иначе несдобровать
Археоптерикс
45

Юрский период

бы последнему. Другой экземпляр бронтозав­
ра, плывущий по воде, заметив на ветке архе­
оптерикса, эту самую древнюю из известных
нам птиц, уставился на нее с тем глупым ви­
дом, какой иногда удается подметить у совре­
менного индюка, с удивлением присматрива­
ющегося к самому обыкновенному предмету,
словно к какой-нибудь диковинке. На берегу
видим пресмыкающееся. Это телеозавр, имев­
ший в длину 9 метров. Он несколько похож
на гавиала (крокодила), но обладал большим
количеством зубов, из которых передние, на
конце рыла, очень длинные. Защищенный
сверху и снизу широким подвижным панци­
рем, превосходно плавая, благодаря сильным
более длинным задним конечностям, и воору­
женный 140 внушительными зубами, телеозавр
был несравненно страшнее современного га­
виала. Реки и озера юры буквально кишели
этими броненосными крокодилами, питавши­
мися рыбою, но не пренебрегавшими и другой
случайной добычей. Что же касается предка
телеозавра — белодона из триаса, этого древ­
нейшего из крокодилов, то он, несомненно,
был морским животным. Подобно современ­
ным своим родичам, он любил понежиться на
солнышке, которое в те времена припекало зна­
чительно сильнее.
Рисунок «Идеальные ландшафты триаса:
морской и сухопутный» оживляется неуклюжей
фигурой животного, передвигавшегося, подобно
лягушке, прыжками. Это мастодонтозавр, при­
надлежащий к лабиринтодонтовым. В качестве
лабиринтодонта мастодонтозавр является живо­
тным переходным к настоящим пресмыкающим­
ся; другая его особенность — это третий глаз на
лбу, который имеет большое биологическое зна­
чение, как бросающий свет на происхождение
зачаточного третьего глаза у новозеландской туатары и других ящериц.
Рассмотрим
повнимательней
рисунок
«Юрский период». Два птеродактиля, или лета­
ющих дракона, из которых один чуть не сделался
случайною добычею телеозавра, по внешнему ви­
ду напоминают летучих мышей; но это отнюдь
не млекопитающие, а пресмыкающиеся. Пте­
розавры (крылатые ящеры), как иначе называют
птеродактилей, по большей части небольшие жи­
вотные, которые с трудом могли ползать по зем­
ле, но хорошо летали.
Отпечаток ихтиозавра
47

Два гиганта, ихтиозавр и плезиозавр, борьба которых изображена на нижнем
ландшафте юрского периода, принадлежат к разным порядкам пресмыкаю­
щихся: первый — к рыбоящерам, второй — к змеям-ящерам. О плезиозаврах,
которых находят уже в отложениях триаса, Кювье говорил, что «голова ящери­
цы соединилась у них с зубами крокодила, с необычайно длинной шеей, напо­
минающей туловище змеи, с телом и хвостом обыкновенного четвероногого, с
ребрами хамелеона и ластами кита». Обитали они в море, питаясь рыбами. В
общем эти животные были довольно хорошо приспособлены для защиты и
нападения. Их было до двадцати видов. Крупные экземпляры плезиозавров
имели в длину около 6 метров.
Ихтиозавр был для плезиозавра очень грозным противником. Имея в длину
от 6 до 12 метров и более, вооруженный длинными челюстями со страшными
коническими зубами, необыкновенно быстрый и ловкий пловец, ихтиозавр
должен был наводить ужас на своих противников, а его глаза, величиною с
голову человека, с защищающими их подвижными костяными пластинками,
назначенными для быстрого изменения фокуса, давали возможность не только
не проворонить ни близкой, ни дальней добычи и видеть как ночью, так и в
безднах океана, но и предохраняли глаза от ударов волн и давления воды.
Исследование окаменелых пометов ихтиозавра не только доказало, что это бы­
ло хищное животное, но и выяснило нам устройство его кишечника, который
был подобен кишечнику акул и скатов, то есть имел форму архимедова винта.
Страшный для других животных, плезиозавр, завидев этого хищника, спешил
спастись. На рисунке «Юрский период» представлен момент, когда сильные
зубы ихтиозавра вонзились в хвост плезиозавра.
Взглянув на верхний левый рисунок («Меловой период»), мы невольно за­
любуемся интересным, украшенным шипами, динозавром, так называемым
сцелидозавром. Это сравнительно небольшое животное, длиною несколько бо­
лее 3-х метров, замечательно тем, что имело на спине нечто вроде колючей
брони. Кроме того, оно обладало очень сильными передними конечностями.
Его близкий родственник, полякант, имел еще более развитую броню, покры­
вавшую всю поясничную и тазовую области. Она состояла из сплошного щита
костяных бугорчатых и шипоносных пластинок.
На том же рисунке представлена довольно забав­
ная сценка между двумя маленькими, величиною с
голубя, ихтиорнисами, которые хотя и были водяны­
ми птицами, но очень хорошо летали. Они, подобно
другим мезозойским птицам — юрскому археоптерик­
су, большому 2-метровому гесперорнису — имели зу­
бы, сходные с зубами некоторых ископаемых пресмы­
кающихся. Вообще, первые птицы, которые, по мне­
нию биологов, происходят от динозавров, имели с
ними очень много общих признаков. Они, по словам
американского палеонтолога профессора Марша, «яв­
ляются ступеньками, по которым современный
эволюционист ведет сомневающегося брата через
неглубокий уже ров, казавшийся раньше непрохо­
димым».
И действительно, эти животные заполняют су­
ществующую между птицами и пресмыкающимися
пропасть.
На среднем ландшафте (рис. «Меловой период»),
Гесперорнис
где изображены гесперорнисы, читатель видит двух
48

Меловой период

других чудовищ. Пер­
вое — стегозавр, 9
метров длины, принадле­
жало к самым большим
динозаврам,
жившим
преимущественно в воде,
и питалось нежными, соч­
ными растениями. Это
животное,
наглядное
представление о котором
дает сравнительное его от­
ношение к человеку, сто­
ящему рядом со скелетом,
имело большие глаза и хо­
рошее обоняние. Его спи­
ну защищали большие ко­
стяные пластины, имев­
шие в поперечнике от 60
Скелет стегозавра
до 80 см, и острые ши­
пы, доходившие до полуметра длины. Те и другие были, кроме того, покрыты
роговой массой. Стегозавр мог подыматься на крепких задних конечностях и, опи­
раясь на сильный хвост, наносить сильные удары передними ногами, которые,
подобно человеческим рукам, двигались в разных направлениях. Несомненно, что
стегозавр употреблял для защиты и свой сильный хвост, удар которого должен был
внушать почтение даже самым сильным тогдашним хищникам. Едва ли не самой
интересной особенностью этого поистине сказочного чудовища был его мозг, ко­
торый настолько же странно распределился, насколько необыкновенно было само
животное. Представьте себе, что это страшилище имело два вместилища для
мозга, — одно в черепе, другое — в области крестца. Последнее, бывшее в десять
раз больше первого, представляло расширение спинного мозга. Подобного рода
второй мозговой центр указывает на известную психическую децентрализацию, то
есть некоторую самостоятельность задней части тела: он управлял движениями
страшного хвоста и конечностей, и, надо полагать, довольно независимо...
Второй гигант, тоже принадлежащий к динозаврам, хотя неопытный глаз
мог бы принять его за носорога, назван трицератопсом. Он имел в длину до
8 метров, из которых на голову приходилось от 2 до 3 метров, вес же ее доходил до
100 кг. Это страшное, но, очевидно, глупое животное было хорошо вооружено
для защиты и нападения.
Три рога служили для
этой цели, между тем как
поднимающаяся в виде
гребня задняя часть чере­
па, снабженного еще
каймой из костяных пла­
стинок, толстая кожа и
покрывавшие ее роговые
и костяные утолщения и
спицы прекрасно выпол­
няли свое назначение —
защищать тело хозяина от
опасных ударов напада­
ющего.
Скелет трицератопса
50

Представители юрского и мелового периодов

А вот животные, которые и в настоящее время стараются иногда напомнить
о своем былом существовании. Читатели, конечно, знакомы с полулегендар­
ным морским змеем, который время от времени заставляет о себе говорить. В
течение мелового периода существовали подобные змееобразные пресмыкающи­
еся. На среднем ландшафте в отдалении виднеется на поверхности воды одно
из этих гигантских змееобразных, а на нижнем рисунке («Меловой период»)
изображены три наиболее изученные их вида: эласмозавр, длиною в 15 метров,
клидаст — 12 метров и мозозавр от 16 до 22 метров; на этом же рисунке
изображены и тогдашние рыбы, служившие им пищей.
Небезынтересна исто­
рия экземпляра одного из
змееобразных пресмыкаю­
щихся, находящегося в Па­
риже. Оно было открыто
голландским хирургом Гоф­
маном. Несколько рабо­
чих, взрывая камень внут­
ри горы, заметили челюсть
большого животного в по­
толке пещеры. Об откры­
тии было сообщено Гофма­
ну, и он целые недели при­
сутствовал при трудной ра­
боте отделения ископаемо­
го от остальной массы кам­
ня. Наконец пресмыкаю­
Идеальный пейзаж юрского периода
щееся было торжественно
перенесено в дом Гофмана. Начались сильные толки, дошедшие до настоятеля
собора, стоящего на горе. Как владелец земли, он затеял продолжительную тяж­
бу, закончившуюся водворением у него драгоценности. Гофман умер, не получив
даже вознаграждения. Наконец вспыхнула французская революция, и республи­
канские войска, подойдя к воротам Местрихта, стали бомбардировать город. Но
по приказанию ученой комиссии, сопровождавшей войска, часть города, где хра­
нилось замечательное ископаемое, пощадили. Настоятель, догадавшись, что при­
чиной столь лестного внимания к его резиденции не может быть его собственная
особа, спрятал ископаемое в склеп. Но по взятии города почтенный любитель не
им добытых редкостей принужден был все-таки расстаться с сокровищем. Это
один из лучших экземпляров парижской палеонтологической коллекции.
В заключение приведем здесь несколько опоэтизированное описание эласмозавра в его родной стихии. «На пространстве этого древнего моря, — говорит
профессор Коп, — можно было видеть громадное змееобразное животное, подни­
мавшее вертикально над водой свою суживающуюся шею со стреловидной голо­
вой или размахивающее ею и описывающее круг, радиус которого равен шести
метрам. Потом это животное опускается в глубину, и чудовище заметно только по
пене, поднявшейся от исчезавшей живой массы. Если же появлялось вместе не­
сколько животных, то можно легко представить себе их высокие, подвижные фор­
мы, вздымавшиеся до высоты мачт или сплетавшиеся вместе, подобно змеям.
Эта необыкновенная шея поднималась от туловища слоновьих размеров... Конеч­
ности состояли, вероятно, из двух пар ластов, как у плезиозавров, от которых эти
ныряльщики сильно отличались расположением грудной кости». Описанное хищ­
ное морское животное было лучше других приспособлено к более глубокой воде.

IV
Общая характеристика третичного периода и его деления. — Флора и фауна этого
периода. — Некоторые особенности последней. — Плиоценовая эпоха
С окончанием меловой системы начинается кайнозойская группа-эра. Она
отличается сходством своих организмов с современными. По мере приближе­
ния к новейшим временам это сходство становится все более заметным, чтобы
в аллювиуме перейти в тождество. Мезозойская эра была названа «веком пре­
смыкающихся», неозойская с не меньшим правом должна считаться «веком
млекопитающих». Она делится на два периода — третичный и четвертичный.
Первый, в зависимости от относительного количества представителей ныне живу­
щих и вымерших форм, делится на три эпохи: эоцен, содержащий 3 — 4 процента
современных видов, миоцен — 20 процентов и плиоцен — 50 процентов. Но так
как оказывается, что в зависимости от местности меняется и относительное
количество этих форм, то было предложено переходную эпоху между миоценом
и эоценом назвать
олигоценом.
В третичный пе­
риод пределы суши
все расширяются, и
она приобретает воз­
вышенный характер;
подземная
работа,
утихшая в Европе в
течение предыдущей
эры, опять пробужда­
ется и вызывает силь­
нейшие землетрясе­
ния, о которых совре­
менные вулканиче­
ские явления дают
лишь слабое поня­
тие.
Земная
кора
трескается, прежние
расселины опять раз­
верзаются, образуют­
ся новые, в которых
Карта Европы третичного периода
53

отлагаются руды и россыпи.
Средиземное море, которое
долгое время сохраняло свой
морской характер, к концу
периода мало-помалу начи­
нает входить в теперешние
свои пределы. Охлаждение
Земли у полюсов, распрост­
раняясь все дальше, порож­
дает уже большее различие во
временах года, а увеличение
размеров суши вместе с об­
разованием высоких гор дает
большую разницу в клима­
те. Растительный мир при­
обретает небывалое дотоле
разнообразие;
появляются
даже деревья с опадающей
листвой. Морская фауна за­
метно меняется: взамен по­
кидающих наши края аммо­
нитов начинают развивать­
ся живущие в мелководном
иле
пластинчатожаберные
моллюски, для которых уве­
личение береговой линии бы­
Пейзаж третичного периода
ло очень благоприятно. Поч­
ти отсутствовавшие в преды­
дущую эру млекопитающие являются в большом количестве. Вместе с тем в
зависимости от обособления климата отдельных областей появляются и мест­
ные фауны.
Имея в виду, что «геологическая летопись» ведется главным образом на дне
морском, нетрудно проследить по третичным отложениям, где находилось тог­
дашнее море. Арктический океан занимал в те времена небольшое простран­
ство между Шпицбергеном, Гренландией и Исландией. Он вдавался в громад­
ный сплошной материк, состоявший из соединения всех этих островов с Аме­
рикой, Британией, Скандинавией, Северо-Западной и Восточной Россией до
Урала, продолжение которого составляла Новая Земля. Юг Европы, наоборот,
омывался морем, разлившимся на громадном пространстве от Америки через
всю Среднюю и Южную Европу, Северную Африку с Египтом, Малую Азию,
Персию, Гималаи, Индию, Индокитай, Корею, Японию и Сибирь. Но среди
этого моря постепенно подымались острова Пиренеев, Альп, Центральной Гер­
мании, Карпат, Балкан, Кавказа, Донецкого кряжа.
Попытаемся нарисовать картину тогдашней жизни. Пред нами лесная чаща
пальм, драцен, панданов, магнолий и камфорных деревьев, рядом с которыми
растут тополя, дубы и фиговые деревья. Среди них там и сям разбросаны такие
хвойные, как араукария, можжевельник. Все эти разнообразные растительные
формы переплетаются гирляндами дикого винограда, плюща и других ползучих
растений, которые, свешиваясь живописными фестонами, соединяются с рас­
тущими внизу кустами и деревьями акаций, терновника. По берегам много­
водных рек и потоков, среди которых нередко встречаются целые острова из
стволов деревьев, перевитых водяными и болотными растениями, растут почти
54

те же виды, которые характе­
ризуют растительность совре­
менной Флориды и даже доли­
ны Амазонки. В этих водах, бо­
гатых рыбой, кишат крокоди­
лы, из которых некоторые до­
стигали громадной величины —
свыше 20 метров. Несомнен­
но, что на суше тогда царили
млекопитающие. Настоящими,
бесспорными царями вод сле­
дует считать крокодилов. Эти
ужасные твари были превосход­
но приспособлены для жизни в
воде, — вот почему они уцеле­
ли до настоящего времени, лишь
незначительно
изменившись.
Самое сильное сухопутное жи­
вотное должно было погибнуть
в борьбе с этими страшными
пресмыкающимися,
которые
Двуутробка
питались главным образом ры­
бой, но схватывали и неосторожно приближавшееся млекопитающее; так, на­
пример, громадный рамфозух, обладая чудовищной силой, легко утаскивал в
воду даже слона.
В эоцене млекопитаю­
щие были животными со
сборными признаками, на­
поминающие
гомеровскую
химеру.
Анаплотерий и антракотерий соединяли в себе при­
знаки гиппопотамов, лоша­
дей, свиней и носорогов; амфицион является прародите­
лем собак и медведей; фенакодус служит переходной сту­
пенью от копытных к обезь­
янам; палеотерий был родо­
начальником тапира, лоша­
ди и носорога. Это живо­
тное имело разной величи­
ны представителей от ма­
ленького, не более зайца, до
таких больших, как лошадь.
Стада палеотериев и корифодонов, тапироподобных жи­
вотных величиною с носоро­
га, паслись на плодоносных
третичных равнинах. Совре­
менная лошадь, очутившись
рядом С третичным плиогипГлавные представители третичного периода
55

пусом, ближайшим ее
предком, быть может, и
снизошла бы до призна­
ния своего с ним родст­
ва; но не только этот
благородный друг чело­
века, но и сам ее вла­
стелин, если ему не из­
вестны принципы срав­
нительной анатомии, не
увидел бы в эогиппусе
(«заря» лошади) предка
последней.
Уже в эоценовую
эпоху в Америке жили
странные
животные,
переходные от копыт­
Скелет бронтопса
ных к слонам. Диноцерас и унитатериум размером были величиной со слона, а по привычкам, образу
жизни и слабым умственным способностям похожи на носорогов. На верхней
челюсти они имели по паре могучих клыков, а голову их украшали шесть рогов.
По-видимому, они не имели хобота, но отличались массивными пятикопытными ногами. Тогда же появились первые рукокрылые и лемуровые. Вскоре по­
том является бронтопс с коротким хоботом, длинным хвостом и парой рогов на
голове, величиной он был со слона.
Существовал ли тогда человек? Есть основание думать, что он уже появил­
ся. В миоценовую эпоху было существо, названное французским археологом
Мортилье антропопитеком, которое оставило доказательства своего умения раз­
водить огонь и изготовлять орудия из кремня. Но вероятно, человек жил уже и
гораздо раньше, только в арктическом поясе, иначе его внезапное появление в
четвертичный период, как утверждают некоторые, было бы удивительной не­
последовательностью природы.
Из живших в миоценовую эпоху земноводных заслуживают упоминания двух
метровые саламандры, из которых одна, как уже было упомянуто, удостоилась
данного ей Шейхцером названия «человека, свидетеля потопа». Были в то время
и колоссальные черепахи. Из змей уже в эоцене встречается палеофис, длиной
более 6 метров, похожий на обыкновенного удава. Бегемот, верблюд, свинья,
жираф в миоцене уже имеют своих представителей. Но самыми интересными
являются: сиватерий, соединявший признаки жирафа и антилопы, но громадных
размеров; динотерий, голова которого, с загнутыми вниз бивнями и хоботом, имела
четыре фута в длину и три в ширину; мастодонт, громадное слонообразное животное,
некоторые виды которого имели по четыре бивня, и древний слон, имевший череп
длиной, вместе с бивнями, свыше 4 метров. Из четвероруких упомянем антропомор­
фную обезьяну дриоптекуса, несколько похожую на гиббона.
В плиоценовую эпоху прежнее Сарматское море, охватывавшее Каспий­
ское и Черное моря, часть Австрии, Южную Россию и часть Туркестана, пре­
вратилось в отдельные бассейны, которые обмелели и опреснились, а к концу
третичного периода и совсем высохли. В эту эпоху, с климатом почти умерен­
ным, исчезают из Средней Европы даже такие выносливые, привычные к
холоду деревья, как лавры и мирты, а из животных не видно уже динотерия.
Носорог, гиппопотам и другие гиганты, по-видимому, имеют волосяной по­
кров для защиты от холода, который начинает надвигаться... Из хищников
56

появляется страшный ма­
хайродус, саблезубый тигр.
В числе животных тре­
тичного периода нельзя не от­
метить живших в Патагонии.
Они найдены в нижних пла­
стах этой системы братьями
Амегино в местности, совер­
шенно пустынной, лишен­
ной всякой растительности и
чуть ли не всякой органиче­
ской жизни. Но в ту отда­
ленную эпоху Южная Пата­
гония была богато населена
разными гигантами животно­
го царства. Из числа 15 ви­
дов птиц, кости которых най­
дены братьями Амегино, об­
ращают на себя внимание фороргакус и бронторнис.
Клюв первой из них свер­
ху крючкообразно загнут, как
у ныне живущих хищных, и
около этого загиба снабжен
на нижнем краю двумя зу­
бовидными выступами. Дли­
на черепа этой гигантской
Сумчатые триасового периода
птицы более полуметра, то
есть превосходит длину черепа лошади, жирафа или верблюда; длина ноги около
полутора метров; пальцы, все кости которых сохранились, представляли внуши­
тельную четырехпалую лапу; загнутые когти свидетельствуют о том, что облада­
тельница их вряд ли бегала хорошо.
Но еще значительнее размеры другого представителя птиц-великанов — бронторниса. Это самая большая из всех до сих пор известных живущих теперь и
ископаемых птиц. Он, впрочем, был менее неуклюж, более пропорционален в
отдельных своих частях, но части эти были длиннее, чем у фороргакуса. Доста­
точно сказать, что длина ноги превосходила полтора метра, а высота туловища
4 метра. Пальцы были длиннее и снабжены менее загнутыми когтями, чем у
фороргакуса, то есть подобно пальцам нынешних страусовых птиц.
Судя по строению крыльев, эти птицы, как и современные бегающие —
новозеландская птица моа, мадагаскарский эпиорнис — не могли летать. Пи­
тались они, вероятно, крупными пресмыкающимися, подобно тому как ныне
живущий экземпляр на Белом Ниле питается молодыми крокодилами, а южно­
африканский птица-секретарь змеями.
На рисунке «Бронторнис» художник изобразил борьбу бронторниса с одним из
тогдашних пресмыкающихся. Но нельзя не заметить, что изображение противни­
ка этой птицы, по-видимому, представляет собою одну из тех неудачных реставра­
ций, которых имеется немало. Обыкновенно они не выдерживают научной кри­
тики. Во всяком случае, здесь в качестве противника бронторниса мы видим не
какого-нибудь конкретного динозавра, а «страшного ящера» вообще.

Бронторнис

V
Классификация четвертичных отложений. — Ледниковая эпоха, ее распространение
и условия
В своем обзоре отдаленного прошлого Земли мы наконец дошли до того пери­
ода, который, несмотря на относительную близость к настоящему времени, явля­
ется наиболее загадочным в жизни нашей планеты. Четвертичный период, плей­
стоцен, постплиоцен, диллювиум — все это синонимы для обозначения «послетретичных образований». Смело можно сказать, что доказательство недавнего, в
геологическом смысле, существования ледниковой эпохи и изучение последней
составляют наиболее важное приобретение геологии, которым может гордиться
XIX столетие. Нужно, однако, сознаться, что четвертичная система является всетаки самой темной областью исторической геологии, на что указывает еще до сих
пор совершенно не установившаяся классификация образований этого периода.
Многие геологи, обращая главное внимание на фазы развития человека в этом
периоде, предлагают разделить последний на плейстоцен, соответствующий ниж­
нему доисторическому отделу, и новейший отдел; плейстоцен в свою очередь делится
на ледниковый и век оббитого камня, новейший же отдел состоит из верхнего до­
исторического отдела, распадающегося на 3 века: полированного камня, бронзовый и
железный, и из отложений времен исторических.
Трудно себе представить что-нибудь невероятнее мысли, что вслед за отно­
сительно жарким климатом, отличавшим третичный период, могла наступить
эпоха, в течение которой большая часть России, Северная и Средняя Европа,
Северная Америка и значительная часть Азии (Гималаи, Ливан) находились
под сплошным ледяным саваном. Есть основание думать, что и в Южном
полушарии была ледяная эпоха; по крайней мере в Новой Зеландии, Тасмании
и южной части Анд имеются несомненные доказательства существования гро­
мадных ледников. Одно только пока неизвестно: совпадали ли эти холодные
59

эпохи в обоих полушариях, чередовались или зависели исключительно от мест­
ных причин.
Нужно большое усилие воображения, чтобы представить себе нашу родину
покрытой в течение многих тысячелетий тем «вечным», никогда не оттаивав­
шим льдом, который характеризует полярные области. Не хочется верить, что
тогда не было не только нежно-зеленого или изумрудного ковра наших лугов,
по которым бы извивались серебряные ленты рек, но даже и дремучих лесов
современного холодного севера, — в тогдашней бесконечной ледяной пустыне
мог расти разве только неприхотливый мох, и теперь местами покрывающий
холодные камни Гренландии.

Наполеон перед мумией Рамсеса II

I
Значение египетского походя Наполеона. — Основание египтологии. — Палеографиче­
ские данные. — Колоссы Мемнона. — Рамсес II, его мумия, походы и сооружения. —
Абидосские развалины, Дендерский храм. — Пирамида фараона Асихиса. — Папиру­
сы. — Погребальные обряды египтян. — Мастаба. — Раскопки де Моргана. —
Назначение пирамид. — Погребальные гроты и подземелья. — Развалины Стовратных
Фив и их окрестности. — Религия, практические познания, земледелие и наука у
египтян. — Четыре периода искусства в истории Египта. — Живопись,
пластика и архитектура

Египетский поход Наполеона, не имевший никакого политического смыс­
ла, в научном отношении имел тем не менее громадное значение. Как бы ни
относился «великий корсиканец» к науке, как бы ни любил он играть комедии
и позировать, но вряд ли кто-либо усомнится, что, стоя в благоговейном мол­
чании перед открытым саркофагом Рамсеса, Наполеон поддался вполне естест­
венному чувству, охватывающему нас ввиду истинного величия. Превосход­
ная картина Оранжа весьма живо передает обстановку этого замечательного в
истории культуры события. Бонапарт всю жизнь стремился сделаться тем, чем
был великий фараон, — когда мы все это примем во внимание, то для нас
будет еще более ясно, что, сняв шляпу перед мумией Рамсеса, Наполеон был
вполне искренен — он отдавал честь праху человека, воплощавшего его собст­
венные идеалы...
Чтобы оценить по достоинству значение египетского похода для науки, нужно
иметь в виду, что до того времени египтология, как специальная отрасль архе­
ологии, занимающаяся изучением Древнего Египта, не существовала. Сделан­
ные во время этой опрометчиво задуманной военной экспедиции археологиче­
ские открытия настолько сразу расширили перспективу будущих научных заво­
еваний, что вполне вознаградили материальные потери, связанные с осущест­
влением египетского похода. С него началась новая эра в истории науки. Под
чудотворным дыханием египтологии ожили бывшие до тех пор мертвыми па­
мятники древнеегипетской культуры.
63

«За оказанные народу благодеяния и внимание к
жрецам фараон причисляется к лику божеств, его изо­
бражения ставятся во всех храмах Египта и им будут
воздаваемы божеские почести... И это постановле­
ние должно быть объявлено народу на трех языках» —
так приблизительно гласит греческий текст черной
базальтовой плиты, выкопанной во время упомяну­
того похода при рытье шанцев форта в Розетте. На
той же плите имелись еще две надписи: иероглифиче­
ская с 14 сохранившимися строками и демотическая,
то есть скорописная египетская — в 32 строки.
Имея столь важный ключ к пониманию двух над­
писей, составленных на языке, совершенно забытом
со времен Юлия Цезаря, ученые задались целью де­
шифрировать эти древние письмена. Из палеогра­
фов1, оказавших в этом отношении услугу науке, на­
зовем Цоэга, де Саси, Акерблада и Юнга. Но насто­
ящим основателем египтологии был Жан Франсуа
Шампольон, который успел прочитать несколько зна­
ков египетских текстов, чему способствовали собст­
венные имена, ставившиеся, как доказал Цоэга, в
Розеттская плита
кружках. Дальнейшие открытия, например, обели­
ска на острове Филе, с двумя па­
раллельными
надписями

иероглифической и греческой, да­
ли Шампольону еще большую
уверенность в истинности из­
бранного пути. Главная заслуга
этого ученого заключается в унич­
тожении прежнего заблуждения,
будто египетские письмена име­
ли исключительно идеографиче­
ский характер. Шампольон до­
казал, что египтяне имели и бук­
вы. Он заложил основание еги­
петской грамматики и словаря, а
также написал историю дина­
стий. Из последующих египтоло­
гов упомянем де Моргана, Голенищева, Лемма, Мариета и Эберса. Последний в особенности
оказал услугу египтологии, про­
будив к ней интерес общества
своими романами из древнееги­
петской жизни.
История этой великой стра­
Колоссы Мемнона в современном виде
ны, под влиянием новых археологических данных, освобождается от тех фантастических элементов, какими
снабдили ее греческие историки, всюду старавшиеся вносить мифические ска1 П а л е о г р а ф и я — наука о древних письменах. Вместе с нумизматикой, изучающей древние
монеты и медали, входит в состав археологии.

64

Развалины на острове Филе

Колоссы Мемнона

зания из прошлого своего относительно молодого народа. Возьмем для примера
знаменитые Мемноновы колоссы, имеющие в высоту около 15 метров. Три с
лишним тысячи лет сидят они на берегу Нила, ничем не выражая своего неу­
довольствия против варварского изменения их настоящих имен. Но когда-то,
едва лишь первые мягкие лучи восходящего солнца начинали ласкать их своей
теплотой, одна из статуй издавала таинственные звуки. Греки воспользовались
случаем, чтобы связать это физическое явление со смертью красавца Мемнона,
сына Авроры, утренней зари. Он погиб под стенами Трои во цвете лет. И вот
душа его вселяется в поставленный ему памятник, который с тех пор стал
каждый раз приветствовать Аврору жалобными звуками... Современная архео­
логия, однако, безжалостно отняла всю поэтическую прелесть этого мифа, до­
казав, что колоссы, некогда украшавшие вход в не существующий теперь храм,
изображают фараона Аменхотепа III и его жену. Вместе с тем выяснилось, что
одна из статуй стала впервые звучать только в 24 г. до Р. X. после расколовше­
го ее землетрясения, благодаря чему, при известном направлении ветра, обра­
зующегося на рассвете, получался звук, давший повод к разным сказкам. Но
во времена императора Септимия Севера, приказавшего исправить поврежде­
ние, статуя перестала звучать. Однако загадка, поставленная древностью в
лице этих колоссов, до сих пор не разрешена, так как ученые все еще ломают
себе голову, как смогли египтяне установить подобные громадины, состоящие
из одного куска камня, когда даже при технических средствах XIX века это было
бы не легко...
Другое ныне разрушенное создание грече­
ской фантазии был никогда не существовав­
ший фараон Сезострис. Теперь мы знаем, что
под этим именем фигурирует личность, соеди­
нившая в себе подвиги двух фараонов Сетоса I
и его знаменитого сына Рамсеса II, мумия ко­
торого была в 1886 году вскрыта для изучения.
Голова ее, с сильно изогнутым носом и пре­
красно сохранившимся выражением лица 80летнего старца, свидетельствует о его решитель­
ности и властолюбии, доходившем до тирании.
Сравнение мумии с высеченным в скале изо­
бражением еще молодого Рамсеса II заставляет
нас одновременно удивляться и громадному
сходству, указывающему на высокое состоя­
ние египетской скульптуры, и замечательному
искусству бальзамирования. Глядя на эту так
превосходно сохранившуюся мумию, невольно
воображаешь призрак грозного Рамсеса II, чье
имя заставляло трепетать его врагов от Эфио­
пии до Понта, от Ливии до самой Индии. В
своих войнах, отличавшихся особенным кро­
Рамсес II
вопролитием и жестокостью при столкновении
с хеттами, Рамсес, подобно индийским царям, применявшим дрессированных
слонов, употреблял для устрашения врагов обученных львов. Ужасное зрелище
представлял этот смертельный бой, в котором принимали участие и разъярен­
ные животные...
Здесь не мешает заметить, что хетты, которые представляли родственный
египтянам народ того же кушитского племени, являлись очень грозным против­
ником. Сам Рамсес был ими разбит наголову при Кадале и постыдно бежал с
67

Дрессированные львы Рамсеса II в сражении с хеттами

поля битвы. Но, желая
спасти свою честь, гор­
дый фараон приказал по­
эту воспеть его победу
над хеттами, которых он
будто бы в одиночку соб­
ственноручно разбил, ос­
тавшись после бегства
египетского войска с од­
ним лишь возницей ко­
лесницы.
Заключив с хеттами
мир,
Рамсес
занялся
строительством храмов и
городов. Особенно ве­
личественны пять хра­
Колоссальная статуя Рамсеса II в Фивах
мов, высеченных в ска­
ле, из которых самый большой был посвящен самому фараону; другой, помень­
ше, тоже расположенный на берегу Нила, был построен в честь его первой
супруги. Фасад храма Рамсеса II «так смел, так громаден, так превосходит
всякую человеческую меру, что кажется, будто немую скалу превращали в
художественное произведение великаны», а не люди. Эти слова Бругша лучше
всего передают впечатление, производимое храмами, расположенными вблизи
теперешней деревни Абу-Симбал в Нубии. Большой храм Рамсеса II украшен
по фасаду 4 громадными сидячими статуями этого фараона и несколькими
маленькими, изображающими его детей.
Рамсес II оставил после себя бесчисленное множество подобных памятни­
ков. Вообще египетские фараоны старались грандиозными сооружениями уве­
ковечить свои имена. С этою целью их пирамиды, обелиски и другие памятники
покрывались надписями, превозносившими в самом напыщенном тоне подви­
ги властелинов Древнего Египта. Старание превзойти друг друга грандиозно­
стью воздвигавшихся памятников, над постройкой которых сотни тысяч людей
работали десятки лет, доводило фараонов иногда до возмутительной виртуозно­
сти в создании трудностей сооружения. У деревни Дашура имеется, например,
небольшая пирамида, построенная фараоном Асихисом не из камней, как про­
чие, а из кирпичей. На ней красовалась следующая надпись: «Не суди обо мне
низко по сравнению с каменными пирамидами: я настолько превосхожу их,
сколько Зевс (?) превосходит других богов, потому что меня построили так:
всовывали жердь глубоко в болото, и сколько ила оставалось прилипшим к
жерди, собирали и делали из того кирпич». Теперь, конечно, нет и следов этой
надписи, — о ней мы знаем лишь со слов Геродота, который, по-видимому,
приспособил ее текст к греческой терминологии; ужасная, бесчеловечная жес­
токость и очевидное стремление основать свою славу на потоках пота и крови
возможно большего числа людей, столь характерные для египетских фараонов, —
в передаче греческого историка вполне сохранены, что и составляет главную ее
ценность...
Среди раскопок, имевших большое археологическое значение, необходимо
отметить открытие Мариетом древнейшего египетского города Абидоса, где
находилась гробница самого Осириса. Доктор Елисеев, описывая свое посеще­
ние храма Осириса, говорит: «Уже при входе в открытый древний храм Сети
нас встречает великолепный пилон (сооружение в виде усеченной пирамиды),
ныне полуразрушенный, ведущий в первый двор огромного храма. Многочис69

Развалины храма Рамсеса II близ Абу-Симбада

ленные иероглифы, вырезанные
тонким и искусным резцом, ук­
рашают стены, рассказывая по­
священному в тайны чтения их
историю времен Сети и Рамсе­
са, непосвященного же вводя
лишь в неподдельное чувство
удивления». Огромный храм Се­
ти представляет величественное
здание, которое древнегреческий
географ и историк Страбон срав­
нивал со знаменитым Лабирин­
том. «Две огромные залы, устав­
ленные рядами монолитных ко­
лонн и украшенные великолеп­
ными иероглифами, семь криптов
(сводчатых
подземных
помещений), посвященных Амону, Фта-Осирису, Исиде и дру­
гим египетским божествам и сло­
женных из огромных монолитов
с целым рядом иероглифических
изображений и таблиц, и множе­
ство других помещений, представ­
ляющих святилища различных бо­
гов Кеми, составляют храм, до­
стойный вмещать гробницу Оси­
риса».
Барельеф в храме Осириса .
Еще менее осталось от друго­
го величественного здания древнего Абидоса — дворца Рамсеса, от которого
уцелело лишь основание да несколько полуразрушенных зал, украшенных иерог­
лифическими таблицами; среди них найдена была и знаменитая Таблица Царей.
В противоположность дворцу Рамсеса, представляющему печальные остат­
ки былого величия, Дендерский храм, который был окружен тройной оградой,
еще довольно хорошо сохранился. Громадные залы храма имеют, как вообще
все египетские сооружения этого рода, много колонн. Последние увенчаны
здесь коровьей головой Исиды. В одной из зал этого храма имеется на потолке
изображение звездного неба, знаки зодиака и другие астрономические таблицы;
в другом месте видно изображение солнечного бога в виде солнца с крыльями.
Но большая часть изображений относится к фигурам фараонов и разным цере­
мониям религиозного культа. Едва ли возможно представить более наглядно и
полно все моменты сложного ритуала, процессии жрецов, царский выход, мо­
литву фараонов, сцены древнеегипетской жизни, чем то изображено на стен­
ных таблицах храма.
Кроме надписей, высеченных на камнях и предназначенных для публичного
пользования, сохранились еще письменные памятники на коже, полотне, гли­
не, деревянных и других дощечках. Но самые важные документы писались на
папирусе, приготовлявшемся из сердцевины растения того же имени. Длин­
ные пучки сердцевины последнего располагались в два ряда, вдоль и поперек,
проклеивались и прессовались. На папирусах, которые разрезали на длинные
полосы, писались так называемые «книги смерти», ученые трактаты. Теперь,
когда чтение египетских письмен не представляет трудностей и многие папиру71

Дендерский храм

сы прочтены, перед нами начинает воскресать мир Древнего Египта со всею его
ученостью и первобытной наивностью.
Возьмем для примера отрывок папируса царицы Макара, жены Винотема II.
«Я прихожу к тебе, Господь Осирис, с чистыми руками! — гласит этот посмер­
тный документ. — Я была справедлива во всех моих делах, не грешила против
короля и не сделала ничего такого, в чем люди могли бы обвинить меня! Смот­
ри — я непорочна; о, прими меня! О, обрати твой милостивый лик на меня,
Господь Осирис!..»
На той же странице упомянутого папируса изображена сама царица Макара
сидящей на троне. Сзади нее стоит ее мумия, исчерченная иероглифами, среди
которых имеется ее имя, написанное в овале, признаке царского достоинства.
Правительница держит в руке нераспустившийся цветок лотоса, а на двух сто­
ящих перед нею столах лежат различные предметы для погребального жертво­
приношения: цветы, пшеница, нога газели, голова теленка, гусь, хлеб, моло­
ко, вино. На полу лежат теленок и газель, связанные и приготовленные для
заклания. Одетый в шкуру пантеры жрец делает возлияния в честь умершей, а
его помощник прислуживает ему. Внизу изображена погребальная процессия,
72

Древности Египта и Центральной Америки

в которой мумию, ле­
жащую в ковчеге, по­
мещенном на лодке,
везут, под охраной
Анубиса, божества с
головою шакала, —
люди и быки. На но­
су и корме священной
лодки стоят богини —
Нефтис и Исида. За
санями, на которых
расположена лодка,
идет жрец с сосуда­
ми для возлияний и
курений; за ним сле­
дуют
бальзамиров­
щик с ящиком и три
Погребальный папирус царицы Макара
плакальщика. У ног
сидящей королевы написана на шестнадцати столбцах иероглифов упомянутая
речь, перечисляющая добродетели покойной.
Египтяне покойников бальзамировали. В течение продолжительного време­
ни существования египетского государства способы бальзамировки все более и
более совершенствовались; в известные периоды применялись некоторые опреде­
ленные приемы, и археологи по одному уже виду мумии могут приблизительно
определить время, к какому она относится. Бальзамированию подвергались все.
Даже трупы утопленников, выносимые на берег
рекой, бальзамировались за счет ближайшей об­
щины. Но способы бальзамирования были раз­
личны, в зависимости от общественного поло­
жения и богатства покойника.
Первый способ заключался в следующем:
вскрывали тело, вынимали из него внутрен­
ности, которые сохранялись в особом сосуде,
вымывали тело пальмовым вином, наполняли
полость благовонными веществами: миррою,
кассиею — и зашивали разрез, после чего тело
клали на некоторое время в соду. Затем обер­
тывали сначала отдельные части тела кусками
материи, а потом — все тело общими покро­
вами. На живот и грудь покойника клались
повязки с золотыми и серебряными фигура­
ми: скарабеями, статуэтками Осириса и изо­
бражениями открытого глаза, символа пробуж­
дения к новой жизни. На мумии, приготов­
лявшиеся с особенной заботливостью, надева­
лась, кроме того, обкладка из хлопчатобумаж­
ной ткани, смазанной клеем и гипсом; на ней
рисовались черты лица, а остальные места раз­
рисовывались иероглифами. Затем мумию вме­
сте с оружием, амулетами клали в гроб из сиМумия царственной особы
коморового дерева, который очень часто поСлева крышка саркофага
мещался в гранитный саркофаг.
74

Иногда мумия, заключенная в гробу, по­
ставленном вертикально, сохранялась в тече­
ние нескольких поколений в жилом помеще­
нии. Бывало это в тех случаях, когда родные
желали иметь постоянно на глазах дорогого
умершего или «суд над мертвым» не разре­
шал похорон ввиду порочной жизни покой­
ного или существования за ним долга. Слу­
чалось, что внуки, разбогатев, уплачивали
долг покойного деда его кредиторам, после
чего тело хоронили с почестями.
В затруднительных материальных обстоя­
тельствах наследники иногда прибегали даже
к закладу мумии отца, деда... Конечно, по­
добная коммерческая сделка, ложившаяся не­
изгладимым позором на совершивших ее, со­
хранялась в строгой тайне, и наследники ста­
рались возможно скорее погасить долг и вы­
купить дорогую мумию.
Описанные выше способы бальзамирова­
ния и сохранения мумий долгое время счита­
лись единственными, но была найдена древ­
нейшая из до сих пор открытых мумий. Она
обогатила египетскую галерею Британского
музея. Гробницу, из которой она была из­
влечена, указал английским властям один бе­
дуин, и те поспешили поставить вокруг нее
часовых.
Новооткрытая мумия во многом отлича­
ется от обыкновенных. Она не окутана по­
Стенные иероглифические украшения
вязками, не вложена в гроб, расписанный
изображениями, но попросту вделана в глыбу смолы. Не остается сомнения,
что она относится к эпохе, предшествующей еще Менесу, который, согласно
Мариету, царствовал в Египте приблизительно около 5004 года до Р. X. Это —
эпоха доисторических рас и завоевателей, основавших первые династии; из рас­
копок до сих пор о них ничего не было известно. Мумия находилась в следую­
щем положении: она лежала на левом боку с руками, опущенными книзу, и с
коленями, пригнутыми к подбородку. Сбоку от нее были поставлены погре­
бальные сосуды и пять острых орудий из кремня. Эти предметы относятся,
очевидно, к тем временам, когда не была еще известна письменность, потому
что на них нет никаких надписей. С другой стороны, способ обработки кремня
дает возможность установить, что погребенный был современником последней
эпохи неолитического периода в Египте. Остатки волос, найденные подле той
же мумии, заставляют отнести ее к расе, упоминаемой в некоторых папирусах
как рыжеволосая и голубоглазая.
В своих заботах о священном прахе умерших, которые, по первобытным
понятиям, нуждаются в загробной жизни в том же, что необходимо и живым,
египтяне клали в гробницы пищу и любимые предметы покойного, разные
драгоценности. «Вечное жилище», каким являлась гробница, в противополож­
ность «временному обиталищу», или гостинице, как называли тогда дома, —
должно было быть построено настолько прочно, чтобы вечный сон покойного
не был нарушен ранее срока...
75

Спуск на дно колодца пирамиды

Каждый фараон, едва вступив на престол, начинал строить для себя гроб­
ницу, причем для защиты последней от ураганов пустыни во все продолжение
царствования фараона она обкладывалась массивными каменными плитами и
кирпичной «одеждой». Таким образом, преемнику фараона оставалось только
приказать вставить саркофаг почившего в склеп и завалить доступ к нему гро­
мадными камнями, после чего вход заделывался плитами и вся пирамида тща­
тельно облицовывалась снаружи.
По величине своей пирамиды значительно разнятся одна от другой: есть,
например, пирамиды всего только в 6 метров высоты и рядом с ними высятся
громады в 130 — 140 метров. Эти гигантские сооружения требовали такой за­
траты труда и времени, какая возможна была лишь в те отдаленные времена
седой древности, когда одна личность могла тратить в течение 30 с лишком лет
пот и кровь более, чем сотни тысяч своих несчастных подданных, сооружавших
гигантскую гробницу. Так именно была построена пирамида Хуфу, или, как
его называет Геродот, Хеопса, страшного тирана, о котором в народе рассказы­
вались неимоверные ужасы. Для того чтобы дать хоть некоторое понятие об
этом колоссальном сооружении, довольно сказать, что Страсбургский собор,
поставленный внутри этой пирамиды, не достал бы до террасы, которой окан­
чивается ее вершина, а храм Святого Петра в Риме свободно поместился бы
внутри ее.
Человеческая жадность к золоту нарушила вечный покой фараонов: арабы и
другие народы, ища внутри пирамид скрытых сокровищ, оскверняли останки
древних царей, разбивали саркофаги и срывали золотые украшения...

Большие и малые пирамиды

К счастью, впрочем, египтяне предвидели возможность подобного варвар­
ства и позаботились о том, чтобы сокровища не были бы расхищены. Для этой
цели каждая пирамида имела массу разных ходов и коридоров, самым непра­
вильным образом разветвляющихся, идущих то прямо, то изгибающихся, то
опускающихся в виде колодцев, то подымающихся наклонно, то вдруг пересе­
кающихся другими, то опять самым неожиданным образом куда-либо загибаю77

Египетская ступенчатая пирамида Саккара

щихся, чтобы окончиться глухой стеной, глубоким колодцем или внезапным
спуском... Никакого общего образца для подобных погребальных храмин не
имелось, каждая строилась по особому, крайне запутанному плану, который,
конечно, составлял тайну. Впрочем, сложность системы ходов, представляв­
ших своего рода лабиринт, была сама по себе достаточной гарантией против
раскрытия тайны: не легко было помнить, где и что было положено. Однако
для того чтобы совсем сбить воров с истинного пути, не останавливались ни
перед чем, прибегая даже к приманке в виде менее ценного клада, который
скрывали не столь глубоко.
Самые интересные археологические находки были сделаны Морганом в пи­
рамидах близ Дашура. Из всех пирамид только четыре были сделаны из кирпичей,
в том числе две находятся у Дашура.
Все египетские царские гробницы-пирамиды состоят из трех отделений: ча­
совни, или поминального покоя, с жертвенником, на который клались подар­
ки, глухого коридора, вмещавшего одну или несколько портретных статуй по­
койного, и усыпальницы, представлявшей подземный склеп, в который вел
колодец, заканчивавшийся под часовней. Могильники простых, знатных смер­
тных, носящие у арабов название мастаба, устраивались из камня на поверхно­
сти земли и имели форму усеченной пирамиды, с продолговатыми четырех­
угольными основанием и верхней площадкой.
Морган начал свои раскопки дашурских пирамид после неудачных попыток
Перринга (1839) и Масперо (1882). Несмотря на то что отряду местных, при­
вычных к делу землекопов после тяжелой в течение целого месяца работы уда­
лось добраться только до главного колодца, где Моргана ожидало разочарова­
ние, он с редкой настойчивостью продолжал раскопки. Спустившись на верев­
ках в колодец с удушливым запахом, свойственным старым могильникам, на­
шли коридор, который вел в обширную усыпальницу с статуями и гробница­
ми. Но здесь все было разграблено. Морган, однако, не смутился и продолжал
вести изыскания. Наткнувшись на новый слой песка в конце коридора, он
78

составил план всех произведенных раскопок,
чтобы легче ориентироваться относительно воз­
можного направления дальнейших ходов, и по­
вел раскопки в определенном направлении.
Вскоре был откопан новый колодец, иерогли­
фы на стенах которого показали, что это было
место погребения принцесс. Через некоторое
время было открыто первое сокровище — гро­
мадной ценности пектораль — нагрудный герб
фараона Усертесена II, с золотыми, усеянны­
ми драгоценными камнями изображениями змеи,
жука, копра, кобчиков — священных живо­
тных египтян. На другой день было найдено
множество других драгоценностей.
Относительно косвенного назначения пи­
рамид ученые до сих пор спорят и не могут
между собою согласиться. Предполагают, что
на верху каждой из них была площадка, кото­
рая служила для астрономических наблюдений,
Фараон Мернефта, при котором
и в подтверждение такого мнения приводят
совершился исход евреев из Египта
расположение сторон пирамид по странам све­
та. Другое соображение заключается в том, будто правильные уступы пирамид
служили для указания часов.
Пирамиды не были единственными гробницами фараонов, — существовал
еще другой способ погребения — в особых, высеченных в скалах погребальных
гротах, имевший место в позднейшие времена истории Египта. Особенно мно­
го таких гробниц царей имеется в диком скалистом ущелье Ливийских гор.
Одним из замечательнейших погребальных гротов считается место вечного
покоя Сета I, состоящее из многочис­
ленных галерей, ходов, подъемов и спу­
сков, отдельных камер, разных закоул­
ков, неожиданных поворотов и разветв­
лений. Все это украшено отлично со­
хранившимися до настоящего времени
цветными рисунками, из которых самые
роскошные, с великолепной позолотой,
находились в помещении саркофага са­
мого «богоподобного» Сета. На рисун­
ках изображаются сцены из жизни фа­
раона и представлены различные поко­
ренные племена.
Относительно живописи гробницы
Рамсеса III доктор Елисеев говорит, что
«можно не читать ни одной книги об
Египте, не видеть ни одного памятни­
ка, даже иероглифа, и все-таки позна­
комиться с обыденной жизнью древне­
го египтянина, лишь просмотрев тща­
тельно таблицы могилы Рамсеса. Мы
видим здесь целый день древнего обита­
теля Кеми, его дневные заботы, заня­
тия, приготовление пищи, молитву, всю
Ворота храма Мединет-Абу
79

его обстановку, предметы рос­
коши, оружие, снаряжение, суд,
охоту, увеселения, игры, же­
нитьбу
и,
наконец,
самую
смерть».
Изображение многочислен­
ных божеств египетского панте­
она завершает пеструю картину
жизни Древнего Египта, начер­
танную на каменных стенах гроб­
ницы Рамсеса III.
Колоссы Мемнона не были
единственными в этой местно­
сти. Древние историки сообща­
ют, что близ дворцов Рамсеса и
Птолемея и храмов МединетАбу было много величественных
статуй, мало чем уступавших ко­
лоссам Мемнона.
К числу лучших образцов
египетского искусства, бесспор­
но, принадлежат храмы Луксо­
ра и Карнака, развалины кото­
рых уже издали бросаются в гла­
за плывущим по Нилу.
Упомянув карнакские разва­
лины, нельзя обойти молчани­
ем значение священного пруда, в
спокойные воды которого смот­
рятся эти величественные руи­
ны. Предполагают, что по не­
му некогда плавали священные
Развалины храма Мединет-Абу
лодки, описывая определенные
пути, подобные движению небесных светил, которые они должны были симво­
лизировать. За правильностью же движения этих судов следили особо пристав­
ленные служители...
Религиозные представления египтян постоянно развивались и могут быть
разделены на несколько периодов. Всегда существовало различие между рели­
гиозными понятиями народа, высших каст и жрецов. Последние не только
представляли себе разных богов и священных животных, как символы извест­
ных понятий, но веровали в существование единого божества, «сокровенного
бога», имя которого никто не смел произносить вслух. В позднейшие периоды
египетской истории замечается смешение верований с религиозными представ­
лениями соседних народов, в особенности ассирийцев, а впоследствии и гре­
ков...
Истории как науки в современном смысле у египтян не существовало. Из
всех исторических монографий самая интересная — это история Рамсеса III, а
самым важным из «списков царей», где авторы не ограничивались одной эпо­
хой, является Туринский. Зато у египтян процветал род литературы, подходя­
щий к современному историческому роману, а также пользовались большим
почетом сочинения, проповедовавшие египетскую мораль. Это наставления
царя Аменемхета I, похожие на «Поучения» Владимира Мономаха.
80

Священный пруд

Некоторые из моральных сентенций и афоризмов египетских мудрецов ука­
зывают на очень высокую степень развития тогдашней интеллигенции. Птахготен, бывший одним из сановников фараона Асса (III династии), говорит: «Не
презирай простых людей, так как врата мудрости ни для кого не закрыты. Не
гордись своей мудростью! Как бы ни был ты мудр, не подумай, что для тебя
возможно создать что-либо настолько великое, чего не забыли бы последующие
времена. Знай, что все переменчиво! Пусть наука будет твоим имуществом.
Когда тебя посетит
несчастие, сделан­
ное тобою будет бо­
лее значить, нежели
связи с богачами.
Оно окажется выше
их величия».
В каком бы со­
стоянии ни была у
египтян чистая нау­
ка, их практические
познания
были
очень развиты. Не­
сомненно, что ин­
женерное дело и
землемерие стояли
Земледелие и скотоводство в Древнем Египте
81

Богатая древнегреческая вилла (по реставрации Жирара)

Нилометр острова Элефантина

очень высоко. Не говоря о грандиозных сооружениях, вроде знаменитого храма
Амона в Карнаке, имевшего величайший в мире зал, потолок которого поддер­
живали более ста величественных колонн, о громадных пирамидах, сфинксах,
обелисках, о великолепном дворце с 3200 комнатами, расположенном на бере­
гу искусственного озера Мери... Мы не можем, однако, обойти молчанием
этот гигантский водоем. Выкопанный при Аменемхете III, с целью регулиров­
ки разлива Нила и спасения от засухи, он и до сих пор служит предметом
удивления для инженеров.
Условия земледелия в долине Нила, ежегодно заливаемой, и большая цен­
ность земли требовали точных приемов землемерия, которое потому-то стояло
здесь очень высоко. Обработка почвы была ручная и с помощью быков. На
рисунке довольно наглядно представлены как полевые работы, так и сцена из
жизни пастухов, наблюдающих за скотом. На другом рисунке воспроизведен
тип богатой египетской виллы, дающей некоторое понятие о состоянии
земледелия в стране фараонов. Для наблюдения за высотой воды в священной
реке был устроен нилометр, который и по настоящее время исполняет эту
обязанность.
Египетское искусство делится на четыре периода: 1 — мемфисский, обнима­
ющий царствование I— X династий фараонов (5004— 3064 гг. до Р. X.); 2 —
фивский, с XI по XX династию включительно (3064— 1110 гг. до Р. X.); 3 —
саисский, начинающийся XXI династией и кончающийся XXX (1110— 332 гг.
до Р. X.); и 4 — греко-египетский, от Птоломеев до превращения Египта в
провинцию Римской империи (332— 30 гг. до Р. X.).
Говоря об искусстве египтян, приходится главным образом останавливаться
на архитектуре, требованиям которой подчинялись живопись и скульптура.
Последняя, служа, подобно живописи, украшению архитектурных сооружений,
возникла очень рано.
Барельефы египтян отличаются от позднейших римских и греческих, к кото­
рым мы привыкли. Они не округленны, а плоско-выпуклы. Для получения
такого рельефа художник, начертив черной краской контур, выбивал посредст­
вом молотка и долота весь фон на известную глубину или, наоборот, все части
рисунка.
Живопись шла рука об руку со скульптурой. Барельефы обыкновенно рас­
крашивались водяными или восковыми красками, точно так же как оживля­
лись раскраской и статуи. Скульптор по очерченному контуру вырубал барель­
83

еф, который потом по­
крывался гипсом, а на
последний
художник
наносил краски палоч­
кой, расщепленной на
конце наподобие кис­
ти. Все краски очень
яркие и расположены
без всякой заботы о гар­
моничности, не смяг­
чаются нюансами. Че­
ловеческое тело изобра­
жалось одной краской,
безразлично — в тени
и на свету. Богов ри­
совали, в зависимости
от их символического
значения, то голубой,
Развалины храма Омбоса
то желтой, то коричне­
вой или зеленой красками. Египтяне изображались коричнево-красными, егип­
тянки писались более нежной желтовато-розовой краской, а лица иностранцев
обозначались различно, но ча­
ще всего серовато-желтой кра­
ской.
Цари и боги писались всегда
значительно
выше
простых
смертных, по сравнению с ко­
торыми они являлись настоящи­
ми гигантами. Для того чтобы
отличить более удаленные пред­
меты, их отделяли от переднего
плана горизонтальными черта­
ми.
Лучше
всего
египетским
скульпторам удавались фигуры
животных целиком или в соеди­
нении с человеческими лица­
ми. Таковы, например, извест­
ные сфинксы, представлявшие
символическое изображение бо­
га Гармахиса. Эти изображения,
соединявшие туловище льва, ба­
рана с головой мужчины или
женщины или представлявшие
этих животных целиком в лежа­
чем положении, были очень рас­
пространены, из них даже уст­
раивались целые аллеи, ведущие
к храмам. Самым знаменитым
из сфинксов является так на­
зываемый Большой,
высечен­
Большой сфинкс
ный из одного куска скалы.
84

Обломок статуи Рамсеса II, найденный в развалинах Мемфиса

Этот громадный сфинкс, находящийся на юго-западе от Каира, на самой гра­
нице пустыни и Египта, олицетворяет бога Гора в виде льва с человеческой
головой. Он изобра­
жается чаще всего в том
виде, какой имел перед
разрытием засыпавших
его песков пустыни, на
заглавном же рисунке к
настоящему очерку чи­
татели могут любовать­
ся наполовину отры­
тым археологами осно­
ванием этого величест­
венного
памятника
древнеегипетской
скульптуры.
Живопись и пласти­
ка в Египте служили
языком для выражения
религиозных представ­
лений или передачи по­
вествований о событи­
ях как исторических,
так и из обыденной
жизни.
Отличием египет­
ской архитектуры яв­
ляется Стремление К
Развалины храма Деир-эль-бахари
85

Перевозка сфинкса

прочности и колоссальности, которая, при соблюдении соразмерности частей це­
лого и гармоничности линий и форм, создавала впечатление величественности.
На нас же архитектурные постройки Египта производят еще большее впечатление
вследствие сознания громадных технических трудностей их сооружения.
Известно, что мемфисскому периоду египетского искусства предшествовал
очень долгий период деревянных сооружений, прекратившийся вместе с унич­
тожением в этой стране лесов вследствие развития хлебопашества. Возможно,
что деревянные постройки сооружались даже в начале мемфисского периода,
так как иначе трудно объяснить, почему, кроме пирамид и мастаба, около
местечка Гизе от этого времени не сохранилось никаких сооружений.
К фивскому периоду относятся Карнакский храм, построенный Усертесеном I, который воздвиг также два обелиска (один стоит и поныне в Матарие,
близ древнего Гелиополя, другой, разбитый, лежит около селения Бегиг); при
Аменемхете III было построено много каналов, шлюзов и громадное водовме­
стилище — Меридово озеро, на берегу которого разместился знаменитый лаби­
ринт. В этот период было устроено много погребальных пещер. Здесь можно
проследить не только начало рационального применения колонн, но и первые
стадии развития последних. Предполагают, что греческая, дорическая колонна
происходит от одной из форм египетской, так называемой протодорической.

Развалины Карнака

Упомянутые сооружения относятся к первой половине фивского периода,
то есть до XVI династии. Вторая же представляет самый блестящий период
египетского зодчества, когда система храмовых сооружений получает вполне
выработанную форму.
Египетский храм сооружался на кирпичной платформе в виде параллело­
грамма, обнесенного с трех сторон суживающейся кверху стеной. Четвертая,
короткая сторона была занята фасадом, обращенным к Нилу и состоявшим из
двух пилонов — продолговатых, суженных кверху башен с плоскою крышею.
87

Войдя в ворота храма, по­
сетитель попадал во двор, ок­
руженный с трех сторон кры­
той галереей с колоннами.
Иногда за первым двором сле­
довал второй такой же. Да­
лее помещался зал с потол­
ком, поддерживаемым ряда­
ми колонн. Средние из них
были толще и выше, так как
поддерживали более высокий
потолок главного нефа. Зал
появления, как называлась
эта часть храма, освещался с
боков четырехугольными ок­
нами, — в него выносили для
поклонения молящимся раз­
ные святыни. За этим залом
располагалось темное «святи­
лище» со статуей божества и
ковчегом в виде ладьи (бари),
подобной той, на которой Ра
совершает свое плавание по
небу.
Самый большой из еги­
петских храмов был упомяну­
тый Карнакский, посвящен­
ный Амону. От него вела ал­
лея сфинксов к Луксорскому
храму, построенному немно­
го позднее (Рамсесом II и
Аменемхетом III), но отно­
сящемуся к той же первой по­
ловине фивского периода. К
ней же причисляются также
упоминавшийся выше Раме­
сеум, близ Мединет-Абу.
Развалины храма Мединет-Абу
Во вторую половину фив­
ского периода было построено множество погребальных гротов, лишенных по­
минального покоя. Примером этих сооружений служат усыпальницы фараонов
XVIII—XX династий, устроенные в диких ущельях Ливийских гор, близ местеч­
ка Курна.
Саисский период египетской архитектуры не оставил после себя грандиоз­
ных сооружений, но зато они легче, более изящной формы и имеют множество
украшений.
Что касается греко-римского периода, то он уже носит следы упадка наци­
онального искусства, которое подчиняется иноземному влиянию. Особенно
широкой строительной деятельностью отличались времена Птоломеев. В это
время египетский стиль освобождается от своей тяжеловатости, приобретает
легкость, изящество, значительную вычурность, — но все это уже чужое, не
египетское. Прежнее стремление к созданию «вечного» начинает уступать но­
вым веяниям, новым требованиям. Старый Египет умирает...
88

Развалины Луксорского храма

Дворец Ксеркса в Персеполе (по реставрации Жирара)

II
Клинообразные письмена. — Работы Г. Гротефенда и Г. Раулинсона по дешифровке
клинописи. — Ассиро-вавилонские раскопки. — Общественная и частная жизнь
ассиро-вавилонян по их письменным памятникам. — Школьное дело и состояние
науки. — Изменения, внесенные ассириологией в наши познания истории Древнего
Востока. — Аккадские древности. — Кто были халдеи. — Ассиро-вавилонские
цари. — Войско и условия ведения войн. — Раскопки в Палестине. — Баальбекские
развалины. — Раскопки в Ниппуре и их значение. — Памятники ассирийской
магическо-религиозной литературы. — Жертвоприношение Ваалу-Молоху

В 1765 году развалины Персеполя посетил датский путешественник Кар­
стен Нибур с целью скопировать загадочные клинообразные знаки древнего
персидского царства. Нибур выбрал знаки, вырезанные на трех плитах, укра­
шавших косяки дверей одного из разрушенных зданий и написанные тремя
различными шрифтами. Но ни он, ни другие ученые не были в состоянии
прочесть немые свидетельства глубокой древности.
Однако немецкому филологу Гротефенду, благодаря гениальной по остро­
умию и смелости догадке, удалось найти верный путь (в 1802 году). Прежде
всего он предположил, что три надписи имели одно и то же содержание, но
были на языках: персидском, лидийском и ассирийском. Заметив, что в каж­
дой надписи часто повторяется группа из семи знаков, Гротефенд сделал второе
смелое предположение, что она должна означать царский титул, и именно до
сих пор употребляемый в Иране: шахиншах — царь царей. По аналогии с
сасанидскими надписями III и IV веков, где часто употребляются фразы: «царь
царей, сын царя», и на основании археологических данных, что персепольские
постройки относятся ко времени Ахеменидов, Гротефенд заключил, что в над­
писи должны быть собственные имена из этой династии. Соотнося число букв
имени каждого из царей с количеством знаков, гениальный филолог прочел
начало первой надписи так: «Ксеркс, царь царей, сын Дария-царя», второй:
«Дарий, царь царей, сын Гистаспа» (не был царем).
При помощи подобных догадок, археологических и исторических сопостав­
лений Гротефенду удалось открыть 12 букв. По его системе в то же время
Раулинсон изучал клинообразные письмена на месте и определил 18 букв древ­
91

Рабсак (первый министр) перед Сеннахерибом

Генри Раулинсон
92

неперсидскои клино­
писи.
Впоследствии
ученые открыли все­
го 34 буквы в алфа­
вите последней.
В настоящее вре­
мя ученые хорошо чи­
тают древнюю клино­
пись, имеющую 300
письменных знаков, и,
таким образом, возник­
ла наука — ассириоло­
гия,
раскрывающая
тайны цивилизации,
по-видимому еще более
древней и замечатель­
ной, чем египетская, и,
несомненно, оказав­
шей влияние как на по­
следнюю, так и на фи­
никийскую, еврейскую
и даже греческую.
Но ассириология вряд ли до­
шла бы до современного состо­
яния, если б археологам не уда­
лось сделать тех замечательно
важных находок, которые каса­
лись самого языка Древней Ас­
сирии.
В 1886 году Раулинсон на­
шел на обломках глиняных пла­
стинок библиотеки царского
дворца в Ниневии открывки со­
чинения, написанного по при­
казанию царя. В этом произ­
ведении магическо-религиозного содержания сообщаются дан­
ные о религии народа, населяв­
шего Аккаду, находившуюся в
южной части долины Евфрата.
Вместе с тем раскопки фран­
цузских консулов Ботта (1842)
и де Сорсека в древневавилон­
ском городе Теллох (1875), Россама (1881) на месте Абухабба,
где был найден храм Солнца, с
богатым архивом глиняных таб­
лиц и цилиндров, прекрасные
раскопки американцев: Петерса, Гильпрехта и Гайнеса в Ниппуре, с 1886 по 1896 год, от­
крывшие, быть может, самый

Колонны храма Солнца

Клинопись на обелиске времен Салманассара II (859—825 до Р. X.)

старый из до сих пор известных храмов с бога­
тейшим архивом Саргона I и косайских царей,
и, наконец, работы немецкой ориенталисти­
ческой экспедиции (1898) дали нам бесспор­
ные данные существования высокой культуры
много ранее 8000 лет до настоящего времени.
В числе ассириологов, потрудившихся над
дешифровкой клинообразных письмен, следу­
ет упомянуть Кинга. Сравнивая текст таблиц,
найденных в Тель-Сифре, в Малой Азии, к се­
веру от Мугиера, с уже прочитанным текстом
одной, хранящейся в константинопольском му­
зее, он сумел уловить общий смысл прочитан­
ного и дал вполне ясный перевод, чего до того
времени только в редких случаях удавалось до­
биться.
Труд ассириологов был в значительной сте­
пени облегчен благодаря найденным таблицам,
на которых излагались в самой простой форме
грамматические правила, вероятно служившие
для преподавания в ассиро-вавилонских шко­
лах: азбуки, с пояснениями более трудных слов
общеупотребительными выражениями, слова­
ри, с переводом старинных слов аккадийцев на
Ассирийский царь
ассирийский язык. В числе таблиц, назначен­
ных для школьного употребления, была найдена одна очень любопытная, где
ученик начал делать заданную задачу и ошибся, — ниневийскому учителю не
пришлось ее исправить, но это сделали за него спустя тысячелетия наши асси­
риологи...
Что же узнали мы из этих памятников отдаленной древности? Прежде всего
мы убедились, как и относительно Египта, что наши прежние сведения о Ни­
не, Семирамиде, Сарданапале и других царях были простыми сказками, — пер­
вых двух лиц никогда не существовало вовсе, а Ассур-Эдил-Илани, как на
самом деле назывался Сарданапал, далеко не был тем праздным сластолюб­
цем, каким его изображали. Разбирая глиняные таблицы, не знаешь, чему
более удивляться, — высокой ли мудрости древних или нашему неумению
создать что-либо новое...
Вот перед нами чек на получение денег, переводный приказ, подписанный
торговым домом «Егиби и братья»; вот купчие на дома, невольников, скреп­
ленные печатями договаривающихся сторон или тремя знаками, сделанными
ногтем; вот завещания, составленные по всем правилам, мало отличным от
настоящих; вот тяжбы, договоры, судебные решения, условия ссуды. Из по­
следних мы узнаем, что и тогда ростовщики брали по 25%. Небезынтересна
следующая формула, подписанная под одной из тяжб и годная для практики
современных мировых судей, решающих многое по убеждению. «Если кто не
послушается своей совести, — гласит этот документ, — то и судья не послуша­
ется его права».
Очень интересны сведения о состоянии естественных наук у ассиро-вавило­
нян. В тогдашней зоологии, ботанике, минералогии замечается стремление к
рациональной классификации. Так, волк, собака, лев причисляются к одному
семейству; птицы распределены по быстроте полета; насекомые — по их пище
и степени вреда или пользы, приносимой человеку; такой же принцип пресле­
95

дуется и при
классифика­
ции растений и
минералов.
Очень высоко
стояла у этого
народа астро­
номия,
или,
вернее, астро­
логия, а также
и магия, пред­
ставлявшая со­
бою объедине­
ние в мистиче­
ском освеще­
нии всех науч­
ных познаний
того времени с
целью господ­
ства над чело­
веком и внеш­
ней природой.
Аккадийцы
и сумеры, или шумеры, делили год
на 12 месяцев, по 30 дней, и 5 приба­
вочных, что в общем составляло 365
дней в году. Сутки делились на 12
касбу. Для измерения времени ак­
кадийцы употребляли изобретенные
ими солнечные часы. На многих
плитках с астрономическими сведе­
ниями мы не только находим описа­
ния лунных фаз, деление эклиптики
на 12 частей, круга на 30 градусов,
градуса на 60 минут, а минуты на
столько же секунд, но даже встреча­
ем здесь предсказания солнечных за­
тмений.
Кроме сокровищ, найденных
в библиотеках в виде таблиц и ци­
линдров, на которых писались це­
лые рассказы об исторических со­
бытиях, давались подробные геогра­
фические описания и прочее, — для
суждения об истории и мировозз­
рении ассиро-вавилонян служат
еще многочисленные надписи на
дворцовых стенах, на крылатых
быках и других местах, а также
барельефы и раскрашенные изо­
бражения всевозможных сцен из
жизни царей и народа. Перед

Древняя Ниневия

Образец ассирийского барельефа
96

Ассиро-вавилонский храм-обсерватория (цикурат) (по реставрации Жирара)

нами понемногу рассеивается мрак, окутывавший первобытную историю Ак­
кады и Шумера.
Еще ассирийцы, ведя в своих бесплодных горах кочующий образ жизни,
были совершенно неизвестны в мировой истории, а Аккаду уже тысячелетия
заселял цивилизованный, мирный народ. Их города были величайшими и бо­
гатейшими в свете. В городе Ур находился старейший храм Луны. О его разме­
рах можно судить хотя бы по тому факту, что в настоящее время, спустя не­
сколько тысяч лет, от него осталось более 30 миллионов кирпичей.
На этот-то мирный народ, заселявший Месопотамию, напали дикие орды
семитов-ассирийцев и подчинили их своей власти. Страшные насилия и жесто­
кости, которым подвергались аккадийцы под игом ассирийцев, и обычное в те
времена истребление подвластных народов привели наконец к полному уничто­
жению завоеванных. Но, стерев с лица земли аккадийцев, завоеватели не
уничтожили их культуры, напротив, они усвоили их цивилизацию...
Исконное население Месопотамии было родственно египтянам. Мало то­
го, имеются доказательства несомненного влияния культуры халдеев на Древ­
ний Египет. Особенно заметна связь Вавилонии с последним из древнейших
архитектурных памятников Египта. Так, например, уступообразный тип еги­
петских пирамид имеет свой прототип в ступенчатых храмах-обсерваториях хал­
деев. Из всех пирамид Древнего Египта более всего поражает своим сходством
с халдейскими ступенчатыми храмами и пирамидами Америки ступенчатая пи­
рамида Саккара, имеющая внутри лабиринт. Наиболее выдающимся защитни­
ком единства общего корня обоих этих народов и большей древности халдей­
ской культуры является ассириолог Бабелон.
Войско ассирийцев, ставших при Навуходоносоре господами даже покорен­
ного ими Египта, было превосходно обучено и не имело в те времена соперни­
ков, а высокоразви­
тая техника делала
для него относитель­
но
легким
даже
штурм
крепостей.
Стены
последних
пробивались при по­
средстве таранов, и
в
образовавшуюся
одну или несколько
брешей
устремля­
лись, как лавина,
свирепые
воины...
На рисунке осады
Сражение ассиро-вавилонян с иудеями
Иерусалима можно
видеть главнейшие осадные средства: катапульты, тараны, громадные само­
стрелы, тетива которых натягивалась воротом, подвижные башни.
Нечто интересное ожидало археологов в Мадабе. Христиане Керака, убегая
от окрестных племен, поселились в упомянутой местности. Расчищая место,
занятое развалинами древнего храма Мадабы, наткнулись на мозаичную карту
Палестины и Нижнего Египта. Многое в этой карте, относимой Лагранжем и
Жерме-Дюраном к VI веку, испорчено, тем не менее она представляет громад­
ный археологический интерес.
Важное археологическое открытие, раскрывающее одну из древнейших стра­
ниц израильской истории, было сделано в начале сентября 1900 года, после
четырехлетних раскопок — открытие вблизи Иерусалима древнего города Лахи­
98

Осада Иерусалима

ша, некогда утраченного Соломоном. Здесь были найдены развалины 11
наслоенных друг на друга городов. Самый древний из них восходит за 20
веков до Р. X., самый поздний к 400 году до нашей эры. При раскопках,
понятно, пришлось сносить постепенно каждое из этих наслоений. Одно
вслед за другим, они раскрыли различные цивилизации, и история приобре­
тает благодаря этому бесчисленные сокровища: финикийскую утварь, кли­
нописные таблицы с описаниями земли Ханаанской за 14 веков до Р. X.,
амулеты, браслеты.
В этих местах за 2 000 лет до нашей эры на холме амориты построили
глинобитный городок. Здания постепенно рушились от действия ли непогоды
или от нападений и осад. Стены рассыпались в прах, и население покинуло эту
местность. 100 лет спустя другое племя расположилось там, стало строиться на
развалинах, покрывая то, что оставалось от города аморитов. Так повторялось
из века в век. В V столетии до Р. X. на этом месте находилось уже 9 городов...
Из них самым замечательным в историческом отношении является Лахиш,
завоеванный Сеннахерибом при вторжении его в Иудею (701 г. до Р. X.), а
впоследствии Навуходоносором после долгого сопротивления.
Жители Лахиша умели обрабатывать металлы, между прочим медь, делали
боевые
секиры,
копья,
бронзовые
амулеты,
которые
прикреплялись
к
стене посредством
кольца; их глиняная
утварь была разно­
образной формы и
почти всегда разук­
рашена узорами.
Во втором горо­
де, который возник
4 века спустя, исс­
ледователи
нашли
высокую первобыт­
ную печь для вы­
плавки руды и из
этого
заключили,
что за 1000 лет до
нашей эры отливка
Рельефное изображение, найденное среди развалин Ниневии
в горячем воздухе
вместо холодного
была во всеобщем употреблении; между тем лишь в 1828 году на этот способ
был взят патент Нельсоном, который произвел целый переворот в процессе
литья, воскресив попросту древний прием.
Найденная в третьем городе клинописная табличка доказывает существова­
ние в нем библиотек. В пятом, между прочим, открыт пресс, употреблявший­
ся для виноделия.
Культурные памятники грозного ассиро-вавилонского царства сходны с па­
мятниками других народов, например, финикийцев, мидийцев, хеттов. Почти
у всех этих народов процветал культ Ваала-Молоха, развалины храмов которого
разбросаны по всей Малой Азии. Глубокая древность сооружений этого рода
послужила тому, что на их местах находят постройки более поздних греческих и
римских времен, делающие раскопки затруднительными.
100

Раскопки в Ниппуре, продолжавшиеся с перерывами десять лет и доставив­
шие одних табличек с клинописью более 30 тысяч, важны в том отношении,
что теперь не может быть уже сомнений не только в существовании легендар­
ного Саргона I (Шаргани-шар-али) и его сына Нарам-Сина, но даже многих
еще более древних царей. Гильпрехт, которому удалось из 87 кусков восстано­
вить таблицу в 132 строки, представляющую самый древний из дошедших до
нас письменных памятников, — приводит имена 15 из предшественников
Саргона.
Исследование ниппурских надписей показало вместе с тем, что еще до
4500 года семиты приобрели известное влияние на шумеров (древнее населе­
ние Вавилонии). К этому времени относится владычество над шумерами царя
Урукагина, и множество семитских слов проникает в язык шумеров; вторжение же
семитов в Вавилонию восходит, согласно тем же надписям, примерно к V веку
до нашей эры, к эпохе первого упадка шумеров. Шумерская история и циви­
лизация, по самому скромному подсчету, берут начало, по крайней мере, за
6000 лет до Р. X.
Широко раскинувшиеся курганы Ниппура лежат к востоку от Шат-эн-Ниль.
Из них самый значительный, называемый арабами Бинт-эн-Амир (дочь эми­
ра), имея в высоту до 29 метров, представляет развалины древней ступенчатой
башни. Многие вавилонские цари (Демги, Ур-Ниниб, Бур-Син I, Ишме-Да­
ган, Бур-Син II и др.) сооружали вокруг нее храмы, строили новые этажи,
делали пристройки, создав таким образом целый ряд зданий, называвшийся
Домом горы.
Под всеми зданиями этого храма находится платформа из обожженного
кирпича, имеющая 2,5 метра толщины и на столько же возвышающаяся над
теперешним уровнем равнины. Под этой платформой, построенной при Ур-Гуре,
за 2800 лет до Р. X., найден двойной пласт обожженных кирпичей, на многих

Развалины храма Ваала
101

Жертвоприношение Молоху

из которых начертаны имена Шаргани-шар-али и Нарам-Сина, доказывающие
реальность этих царей, считавшихся мифическими. Гильпрехт относит основа­
ние этого храма Ваала к эпохе за 6000—7000 лет до Р. X.
В Ниппуре найдено много терракотовых фигур и ваз, не говоря о таблицах
с клинописью.
Благодаря археологическим исследованиям явилась возможность, с одной
стороны, разрушить те эллинизированные сказки, которые до недавнего вре­
мени преподавались под видом ассиро-вавилонской истории, с другой — по­
нять многое, до сих пор бывшее загадочным в прошлом этой древней цивили­
зации.
Читая перевод письменных памятников, оставленных ассирийскими царя­
ми, невольно проникаешься духовным трепетом, который через тысячелетия
передается нам от тех, кто должен был выслушивать эти короткие, сухие, не
знающие возражений приказания, кто осужден был стать жертвой начертанных
на этих таблицах жестоких решений, кто, наконец, имел несчастие получить
приказание, исполнение которого не от одного него зависело...
«Я, царь Аммурапи, приказываю Синид-дину посадить войска, под началь­
ством Имгур-Беля и под начальством Римманиризу, — на повозки, дабы,
отправившись немедленно, через два дня они прибыли на место».
Из некоторых произведений магическо-религиозного содержания, найден­
ных в клинописных таблицах, мы убеждаемся, что многие позднейшие памят­
ники родственных ассирийцам народов, несомненно, заимствованы от ассиро­
вавилонян. Читая эти замечательные создания древности, невольно поража­
ешься громадным сходством их с теми произведениями, которые мы в нашем
неведении считали оригинальными. Вот отрывки религиозных песнопений,
созданных за двадцать пять веков до Р. X.
«Я впадаю в заблуждения, не ведая того; я творю грехи, не ведая того; я питаюсь
нарушением законов и хожу в преслушании, сам того не зная.
Лицо Господа, во гневе сердца Его, воспламенилось против меня; Бог, в ярости
сердца Своего, удручил меня; богиня-мать, разгневавшись на меня, горько смущает ме­
ня; Бог, ведающий неведомое, утесняет меня; богиня-мать, ведающая неведомое, исто­
щает меня.
Посреди вод бури приди к нему на помощь, возьми его за руку. Я творю грехи,
обрати их в благочестие! Я совершаю проступки, пусть ветер унесет их! Богохульства мои
неисчислимы, разорви их как покрывало!
О Боже мой, грехов моих седмижды семь, отпусти их! О богиня-мать моя, грехов
моих седмижды семь, отпусти их!»

Не вдаваясь в подробности религиозных представлений ассиро-вавилонян,
сильно изменившихся с течением времени, заметим только, что если в древний
период истории этого народа, во время аккадов и шумеров, господствовали
довольно мягкие религиозные верования, воплощенные в культе Силик-Мулу­
хи (создателя великого блага для людей), то впоследствии наступают мрачные
времена религиозного изуверства. В течение среднего периода ассирийской
истории человеческие жертвоприношения Ваалу-Молоху стали явлением обыч­
ным. Таким образом, культ Молоха постепенно превратился в совершенно
противоположное... Из первоначального верховного бога Иль, или Илу, объе­
динявшего в себе трех божеств Бела, Эа и Силик-Мулухи, путем разных превра­
щений в течение веков появился грозный Ваал-Молох, жаждущий крови...

III
Древнейшая американская культура. — Цивилизация перуанского царства. — Доисто­
рические памятники. — Мексиканская архитектура и ее связь со Старым Светом. —
Судьба литературы майя. — Источники наших знаний об этом народе. — Книги майя. —
Сведения об юкатанцах. — Иероглифы и счисление времени. — Значение креста в
дохристианскую эру. — Толкование профессором Фаульманном одной картины майя. —
Ученые, занимавшиеся археологией Америки. — Копан и предполагаемое его значение
у майя. — Главные археологические памятники, найденные в развалинах этого города. —
Впечатление, производимое им на археолога. — Раскопки Ле-Плонжона и выводы из
них ученого. — Общее заключение о майя. — Гипотеза автора

Обратим наши взоры на дальний Запад, за океан, в Америку. Мексика,
Юкатан, Гватемала, Венесуэла, Перу и многие другие области южной части
Северной, всей Центральной и Южной Америки полны указаний на существо­
вание там богатой древней цивилизации. Мы здесь видим массу сходных черт с
Египтом, Ассирией и Индией. Тут имеются и пирамиды, и сфинксы, и барель­
ефы, напоминающие крылатые изображения Ассирии, и идолы, похожие на
индусские. Что же это значит? Откуда взя­
лись эти памятники? Такие вопросы давно
задают себе ученые. Известно, что те гран­
диозные сооружения, которые рассыпаны в
пустынях Америки, принадлежат очень древ­
ней цивилизации, которой предшествовали
другие, еще более древние. Доказательством
этому служат археологические раскопки.
Глядя на эти пирамиды, мы не имеем дан­
ных о времени их постройки, но наш духов­
ный взор омрачается ужасными сценами ре­
лигиозного изуверства, каких эти сооруже­
ния были свидетелями во времена ацтеков.
Но ацтеки были последними представите­
лями древней культуры, и памятники, пора­
жающие теперь ученых и путешественников,
не ими были созданы, — они только пользова­
лись тем, что осталось от майя. Во всяком слу­
чае, произведения строительного искусства и
ваяния ацтеков, как и вся вообще их культура,
настолько ниже их предшественников, насколь­
ко «сияние полной южной луны» слабее «бле­
ска тропического солнца».
Это сравнение, принадлежащее Дж. Бай­
Идол ацтеков
рону Гордону, нисколько не преувеличено,
104

Пирамиды Теотиуакана

так как памятники цивилизации майя и их предшественников настолько замеча­
тельны, можно сказать поразительны, что сердце обливается кровью при мыс­
ли, сколько потеряло человечество благодаря преступному вандализму испан­
ского духовенства, уничтожившего литературу этого удивительного народа. Его
таинственное прошлое возбуждает наше любопытство и усиливает горечь созна­
ния потери, ничем, к сожалению, не восполнимой. Все эти старинные города,
с их странными постройками, удивительной скульптурой, непонятными укра­
шениями, иероглифами, все эти пустынные развалины, служащие теперь мес­
топребыванием змей и диких животных, поросшие богатой южной растительно­
стью и служащие гнездилищем убийственных лихорадок, очевидно, созданы на­
родом, прошлое которого имеет таинственную связь с древнейшими цивилиза­
циями Старого Света.
Надежда узнать еще очень многое о строителях таких городов, как Копан,
Ушман, Тикаль, и других тем более имеет основания, что до сих пор было срав­
нительно очень немного археологических исследований этих памятников седой
старины.
Замечательно, что как в Северной и Центральной Америке, так и в Южной
народы, которых застали испанские завоеватели, были наследниками прежней,
более высокой культуры. Перуанская цивилизация, охватившая множество на­
родов, заселявших Боливию и Перу, под владычеством инков, стояла очень вы­
соко, но древнейшие памятники ее в период высшего расцвета культуры перу­
105

анцев были давно покинуты, и никто не знал даже имени народа, создавшего
их. По большей части они представляли собою стены из песчаника, трахита и
базальта, снабженные громадными, из цельного камня воротами, бывшими уже
в развалинах даже в те отдаленные времена, когда сами инки завоевали страну.
Эти великолепнейшие сооружения, расположенные на берегу озера Титикака,
были, подобно созданиям майя и других высококультурных народов Америки,
украшены иероглифической рельефной орнаментацией. Но в то время как па­
мятники Центральной Америки по общему типу, имеющему форму ступенчатой
пирамиды, приближаются к древнехалдейскому строительному типу, произве­
дения перуанской архитектуры имеют, кроме того, еще нечто общее с китай­
ским искусством. Правда, это сходство очень отдаленное, но оно невольно чув­
ствуется. Напомним хотя бы знаменитую дорогу инков, которая, подобно Ве­
ликой Китайской стене, шла по горам, пробивала утесы и спускалась в долины,
где имела вид настоящей стены. Она тянулась в двух направлениях — по верши­
нам Анд и вдоль берега, из Квито в Куско. В довершение сходства она имела
еще крепости и дома для ночлега.
Чтобы составить себе некоторое представление о грандиозности перуанских
зданий и величине городов, достаточно припомнить, что большой храм в Куско
имел одних жрецов более 4000, других же, меньших храмов насчитывалось в этом
городе свыше 300.

Развалины дворца инков у озера Титикака

На громадном пространстве Америки встречается такая масса древних вели­
чественных построек, что невольно возбуждается удивление, почему так мало о
них известно и так поздно стали интересоваться ими. Здесь встречаются всевоз­
можные типы построек, начиная от небольших глинобитных зданий, оставив­
106

ших едва заметные следы, земляных городищ, громадных могил вышиною в 20 и
более метров, еще больших курганов, занимающих пространство свыше 3 гекта­
ров, земляных насыпей длиною в десятки верст, жилищ в скалах, расположен­
ных над неприступными пропастями (юго-зап. Колорадо), всякого рода пуэбл
(многокомнатных домов), представляющих математически правильные построй­
ки из кирпича и тесаного камня, пещерных жилищ, круглых наблюдательных
башен...
О величине мексиканских сооружений можно себе составить некоторое пред­
ставление на основании описаний испанцев. Большой теокали (храм) в Мек­
сике был, например, так велик, что Кортес находил возможным поместить в
нем 500 лошадей. Представляя собою пятиэтажную пирамиду, он имел две баш­
ни. Теперь все эти храмы совершенно разрушены землетрясениями и от них не
осталось и следов. Кое-где сохранились лишь кирпично-известковые пирами­
ды, облицованные каменными плитами с прекрасными скульптурными изобра­
жениями.
Архитектурный стиль средней Америки имел в основе пирамиду, сходную с
ассиро-вавилонскими семиступенчатыми храмами. Местами эта общность до­
ходит до поразительного сходства даже в числе самих этажей пирамид. Большая
часть построек украшена стенными рельефными изображениями, образцом ко­
торых может служить барельеф из храма Кетцалькоатля, где изображено само­
истязание жреца.

Храм на вершине пирамиды Чичен-Ица

В самом центре мексиканской культуры находятся доисторические города Толлан,
столица толтеков, и Теотиуакан. В первом сохранился древний кремль, фундаменты
домов, огромные человеческие фигуры, во втором имеются две пирамиды и остатки
жилищ, штукатурка которых украшена пестрой живописью. Эти пирамиды стали
известны со времен Гумбольдта. Имеется еще много других ацтекских пирамид.
107

Жертвоприношение богу майя Кукулкану. Каменный барельеф
в храме Кетцалькоатля (эта плита хранится в Британском музее в Лондоне)

Но если зодчество древней среднеамериканской культуры имеет много
общего с халдейским, то еще более поразительно сходство образцов скульп­
туры с индусскими идолами. Даже тип лиц имеет очевидные черты образцов
индийского ваяния. При этом невольно замечается, что чем памятник древ­
нее, тем строже, серьезнее его стиль и тем более сходства в скульптурных его
произведениях с идолами индусов. Некоторые колоссальные изваяния идо­
лов встречаются на гребнях гор, на высоте до 700 метров. Подобными гро­
мадными скульптурными изображениями украшались также и многие пира­
миды. Такова, например, пирамида в Исамале, имевшая у подножия колос­
сальную голову.
108

Что же нам известно
относительно загадочного
народа майя, которому
приписывается основание
всей этой высокоразвитой
культуры?
Когда царство Монте­
сумы пало под ударами
железного
испанского
меча и жадные к золоту
завоеватели, не знавшие
ничего святого, стали хо­
зяйничать на развалинах
великой империи, ломая,
разрушая и предавая ог­
ню все, кроме «благород­
ных металлов», побеж­
денные
должны
были
спасаться в леса и горы,
ютиться в древних пуэб­
лах и строить себе новые
жилища в местах, еще не
известных белым. Но по­
следние в погоне за бо­
гатствами шли все даль­
ше и дальше... Беря у ин­
дейцев золото, уничто­
жая всякие следы их
прежнего величия, их ли­
тературные
памятники,
стараясь вырвать с кор­
нем даже самые воспоми­
нания их блестящего про­
шлого, гордые завоевате­
ли взамен всего этого да­
Гигантская голова у подножия пирамиды в Иссамале
вали несчастному народу
сомнительного свойства христианскую веру. Легко понять, чего стоила ре­
лигия, навязанная мечом, облитая кровью отцов и братьев и наполовину да­
же непонятая как обращаемыми, так и самими проповедниками. Но здесь,
как и во многих других случаях, за «благополучие» потомков должны были
платить слезами и кровью современники.
Каковы бы, однако, ни были исторические последствия завоевания Мекси­
ки и других гнезд древней цивилизации в Америке, для археологии, повторяем,
это событие имело роковые последствия. Хотя, по преданию, государство майя
было уже за 125 лет до пришествия испанцев разрушено ацтеками, последние не
уничтожили все-таки литературы побежденных, напротив, многое заимствова­
ли от них и, несомненно, подчинились влиянию высшей цивилизации майя.
История этого народа, его предания и обычаи, изложенные в многочисленных
сочинениях на языке майя, были сохранены во многих старых индейских родах,
передаваясь от отца к сыну, внуку. Но эти остатки некогда громадных библио­
тек постепенно все таяли, по мере того как присутствие их становилось известно
духовенству.
109

Только четыре книги майя
неизвестно каким путем до­
шли до нас. Эти единствен­
ные драгоценные документы
находятся в Дрездене, Мад­
риде и Париже. Существуют
еще книги hilian Balam, на­
писанные на языке майя, но
латинскими буквами. Их со­
ставили туземцы, наученные
письму миссионерами. Что
же касается самого названия
книг, то оно, по-видимому,
указывает на энциклопедич­
ность их содержания, так как
то же имя носил класс жре­
цов, обучавших народ наукам
и, несомненно, тайно боров­
шихся с влиянием миссионе­
ров даже и после официаль­
ного
принятия
туземцами
христианства.
Если к упомянутым лите­
ратурным памятникам приба­
вить еще сочинения миссионе­
ров, передававших слышанные
ими рассказы о давно исчез­
нувшем государстве майя, то
этим ограничивается весь запас
дошедших до нас письменных
сведений о судьбе этого наро­
да.
Книги майя писались на
бумаге, сделанной из волокон
растения magney, близкого к
алоэ. Страницы их, связанные
одна с другой, складывались в
Колоссальный бюст в Ажутиа (Индия)
виде ширмы, которая в сло­
женном виде представляла том длиною от 12 до 23 сантиметров. Иероглифы
писались очень отчетливо блестящими красками и не имели ничего общего с
образными письменами ацтеков. Подобные же фигурные изображения, отли­
чавшиеся большим совершенством, мы находим на разных плитах и памятниках
древних городов майя: Копане, Паленке и других.
Майяб (как по-настоящему произносилось множественное число от майя)
одевались очень легко: мужчины для прикрытия наготы носили на поясе повяз­
ку, женщины — платок вокруг бедер. Такая приспособленная к теплому клима­
ту одежда была общей, но, как видно из помещаемого изображения из храма в
Паленке, более богатые классы допускают некоторую роскошь в костюме. У
майя были довольно своеобразные взгляды на красоту, заставлявшие их прибе­
гать к головным прессам, которыми стискивали голову детей, чтобы придать им
длинную и сплющенную форму. Зубы они заостряли и вставляли в проделыва­
емые в эмали углубления кружки светло-зеленого нефрита.
110

Развалины древних перуанских построек у Пирамонга

До открытия упомянутых четырех книг нам был известен алфавит майя и два
слова из их языка, которые оставил епископ Диего де Лянда.
Майя имели двоякое счисление времени. По одному из них, древнейшему,
религиозному, основанному на преданиях, год состоял из 266 дней, по друго­
му, — гражданскому, принимавшему во внимание астрономические данные, он
делился на 365 дней. Начинаясь от солнечного стояния в зените, он имел 18
месяцев по 20 дней, что составляло, как у египтян, 360 дней (12 месяцев по 30
дней), к которым майя, подобно египтянам, прибавляли недостающие пять дней,
относя их к последнему месяцу. День состоял из 13 часов. Двадцатилетний цикл
носил название Katunes, а 260 лет, или 13 Katunes, назывались King Katun или
abau Katun.
Взглянув на прилагаемую, сильно уменьшенную копию с картины, найден­
ной Дюпе в Паленке на стене из желтого мрамора, люди, далеко стоящие от
археологии, могли бы
подумать, что майя, че­
го доброго, были хри­
стиане, раз они покло­
няются кресту. Не го­
воря уже о невозможно­
сти подобного предпо­
ложения,
хотя
бы
вследствие глубокой, во
всяком случае, дохри­
стианской
древности
этого памятника искус­
ства, не мешает здесь
заметить, что изобра­
жение креста встречает­
ся у многих народов се­
дой древности, даже во
времена каменного и
Образец живописи майя
111

бронзового веков. При этом иногда этот символ христианства служил символи­
ческим изображением божества. Так, например, мы видим, что и у ацтеков
крест означал: teot — Бог.
Постараемся теперь разобраться в значении самой картины. Ознакомимся с
интересными толкованиями и сопоставлениями, делаемыми по поводу этого
памятника древнего искусства профессором Фаульманном, который освещает
нам одну из темных бытовых страниц майя.
Сидящая на кресте райская птица может иметь нечто общее с сагой о феник­
се, подобно тому как у греков павлин, с его хвостовыми перьями, украшенны­
ми многочисленными «глазами», являясь символом звездного неба, был свя­
щенной птицей Геры, супруги Зевса. Справа от райской птицы находится фи­
гурка со змееобразными ногами, напоминающая изображения Яо на гностиче­
ских амулетах; слева стоит жрец, приносящий в жертву богам ребенка, мать
которого стоит с другой стороны креста. У нее спущенная коса, а на голове
цветок, подобный тому, какой
у египтян был символом женст­
венности. Под крестом находит­
ся фигурка, которая замечатель­
но напоминает крылатое изобра­
жение солнца у египтян. Жрец
имеет на груди цепь, обвиваю­
щую также и его руки, — это ук­
рашение, которое служило от­
личительной
принадлежностью
германского дворянства еще в
средние века, сохранилось до сих
пор и на немецких игральных
картах.
Знаки, окружающие фигу­
ры, представляют собой несом­
ненные письмена. Слева, на­
пример, наверху, как и против
головы жреца, находятся изобра­
жения лица, заглядывающего в
зеркало; третья сверху фигура,
тоже представляющая лицо с вы­
сунутым к какому-то плоду язы­
ком, вероятно, означает понятие
о съедобных фруктах; внизу, как
и во втором ряду, обращают на
себя внимание изображения ру­
ки, держащей колесо, — у егип­
тян имелся сходный знак — то,
то есть «уступать, посвящать»;
четвертая сверху фигурка, как и
третья по правой стороне, повидимому, изображают нечто
вроде замков.
Из других изображений спра­
ва легко догадаться, что голова
с большими ушами должна оз­
Девятиглавая статуя в Ангкоре (Индия)
начать «внимание, Слух», рука с
112

какими-то предметами — «приношение, дар», голова, которая лижет языком
плод, — нечто вкусное, съедобное. Многое, таким образом, по-видимому, по­
вторяется, словно для облегчения понимания сущности картины или подчерки­
вания некоторых более важных значений. Вообще, в сравнении с иероглифами
ацтеков, образные письмена майя стоят на несравненно более высокой ступени
развития, и потому нельзя не пожалеть, что ключ к пониманию их потерян.
Предание гласит, что изобретателем этих письмен был некий Итзамна, геройполубог, приведший майя с востока (?) через море, давший им законы и много
лет живший среди майя, управляя ими.
В настоящее время мы уже знаем изображение некоторых чисел этого наро­
да и систему его счисления, которая была «двадцатичная», то есть за единицу
второго порядка принималось 20. Числа от одного до четырех изображались точ­
ками; десять состояло из двух черточек и так далее до девятнадцати, изображав­
шегося тремя чертами с четырьмя точками.
Из исследователей культуры майя назовем Штоля, Рони, Томаса, Шелльга­
са, Зелера, Берендта, которые занимались изучением языка и письмен этого
народа, Ферстеманна, много сделавшего для разъяснения системы счисления,
Кингсборо, Стивенса, Сквира, Кетервуда, Штребеля, Бовалиуса, Рау, Моудс­
ли, Томсона, Чернея, Ле-Плонжона, Оуэнса, Лавилля, Гордона, — все эти ар­
хеологи немало потрудились над освещением прошлого майя, ацтеков, алкахуа­

Украшение восточного фасада дворца в Укосмале
113

Храм в Аюнте (Индия)

Образец древнего зодчества и скульптуры в Юкатане

сов и других народов, некогда населявших Центральную Америку. Что же каса­
ется ученых, изучавших древности Перу и других областей Южной Америки, то,
кроме А. Гумбольдта, исследования которого имели значение более всего в смыс­
ле возбуждения внимания ученого мира по отношению к прошлому Америки,
мы должны упомянуть еще Чуди, Рейса, Штребеля, Коппеля, Штюбеля и Уле,
а из археологов, преимущественно занимавшихся древностями С.-А. С. Шта­
тов, заслуживают упоминания Фостер, Дэвис, Сквир, Томас и Гульмс.
Из всех городов этого народа самым древним считается Копан, который пре­
восходит в этом отношении даже Паленке. Как назывался он в древности, —
сказать невозможно. Есть, однако, основание думать, что это не новое имя, так
как окончание пан, означающее на языке майя — знамя, в применении к городу
означало столицу, но — чего! Майяпан был главным городом майя, значит,
Копан не был столицей этого народа. Относительно настоящего вопроса мне­
ния разделяются, — одни считают Копан столицей династии Коком, имевшей
гегемонию над союзом мелких государств майя, другие полагают, что этот древ­
ний город был сооружен народом ко, которому впоследствии пришлось осно­
вать государство майя в Юкатане и Чиапасе. Последнего мнения придерживает­
ся Дж. Байрон Гордон, очень интересные раскопки которого дали много сведе­
ний об упомянутом таинственном городе.
Развалины Копана занимают пространство около 12 километров в длину,
при ширине в 3 километра. Через город протекает река, на правом берегу кото­
рой высятся развалины храмов, дворцов и общественных зданий. Всю эту массу
строений, за неимением лучшего имени, археологи окрестили «главным соору­
жением».
Последнее возвышается над равниной в виде террас и каменных лестниц.
На нескольких пирамидальных основаниях, которыми оно заканчивается, име­
ются развалины храмов. Середина стро­
ения, состоящего из сложной системы
стен и потолков, вероятно оставшихся
от прежних зданий, на которых построе­
но новое, более совершенное, имеет вид
скалы свыше тридцати метров. Под фун­
даментом всех этих новых зданий удалось
раскопать много более древних архитек­
турных памятников и массу произведе­
ний доисторической скульптуры.
Раскопки Гордона открыли на месте
этих разрушенных строений такие уди­
вительные образцы искусства, которые
с успехом могут поспорить с создания­
ми египтян, ассирийцев и других восточ­
ных народов. Замечательная симметрия,
изящество исполнения, грандиозный за­
мысел общего плана, артистическое вы­
полнение деталей — все это свидетель­
ствует о высоком развитии архитектуры
майя.
Как справедливо замечает Гордон,
«во всех изваяниях Копана не встречает­
ся ничего, что дало бы повод предпола­
гать о существовании человеческих жертв
Обелиск в Копане
у этого народа; нет ничего напоминаю­
116

щего возмутительную
торговлю
людьми,
обычную в Мексике
во времена завоева­
ния, нет и следа ана­
логии с ужасными
оргиями, которые за­
пятнали историю ац­
теков. Нет, майя бы­
ли,
по-видимому,
кроткий и гуманный
народ».
Когда, после дол­
гих месяцев работы
землекопов, удалось в
1894 году освободить
высокую
лестницу,
поднимающуюся
с
площади к дверям
храма, из-под облом­
ков
разрушенного
храма, мы получили
возможность убедить­
ся, что это едва ли не
наиболее замечатель­
ный дошедший до
нас памятник архи­
тектурного искусства
майя. Даже в жалком
состоянии разруше­
ния эта испещренная
иероглифами лестни­
ца представляет вели­
колепное зрелище. У
основания ее, по са­
мой середине, нахо­
дится пьедестал, воз­
вышающийся до под­
ножия пятой сту­
пени. На рисунке, к
сожалению,
плохо
видны детали укра­
шений этого троно­
подобного пьедеста­
ла; тем не менее,
вглядевшись, можно
различить, что пре­
Храм в Копане
красно изваянное и
тонко отделанное лицо окружают другие красивые лица, маски и черепа, а так­
же разного рода изящные завитки, симметрия и прекрасное исполнение кото­
рых невольно поражают нас удивлением и восторгом, но вместе с тем и сожале­
нием, так как мы не понимаем значения целого. На некотором расстоянии друг
117

от друга посредине лестницы сидят одетые в богатое облачение человеческие
фигуры, имеющие благородный и повелительный вид.
Что означает все это? Мы не знаем. Но в то время как пишутся эти строки,
созерцание общего вида описанной лестницы невольно навело меня на мысль,
не представляет ли этот архитектурный памятник древности наглядного изобра­
жения прошлого майя или какой-либо их династии? Быть может, сидящие одна
за другой фигуры являются изваяниями прежних царей, история которых изо­
бражена полурельефными иероглифами на ступенях лестницы, а внизу откры­
тый пьедестал занимался «благополучно царствующим» монархом. Последний,
сидя на этом троне и имея за плечами ряд изображений своих великих предков,
с их славными делами, словно находился под их покровительством и строгим
надзором, а их деяния должны были служить ему образцом и назиданием...
Знаменательно, что в Копане не было найде­
но кладбищ, а только отдельные могилы. Их всег­
да открывали там, где менее всего можно было ожи­
дать, а именно под фундаментами домов и под мо­
стовой дворов. Могилы заключали одного, редко
двух покойников. Они делались из камня и по­
крывались горизонтальной аркой, иногда же на вер­
тикальные стены клались плиты. В этих могилах,
представляющих, в сущности, большие саркофа­
ги, помещались также разные, прекрасной рабо­
ты, украшенные живописью сосуды. Некоторые
из этих сосудов полировались особым способом, да­
ющим впечатление, будто они покрыты глазурью.
В сосудах находится пепел и уголь, какие-нибудь хо­
зяйственные предметы, а также разные украшения:
бусы, медальоны, серьги. Все это большей частью
изготовлено из прекрасно полированного нефрита,
за исключением некоторых вещей — из жемчуга, ра­
ковин. Кроме того, в могилах встречаются иногда
каменные топорики, наконечники копий и неко­
торые другие предметы.
«...Я был полон оживления и восхищения, —
говорит Гордон, — воображая себе, что должен
был представлять собой этот гордый город преж­
де, при красоте его местоположения и диком ве­
личии его характера.
Нравственное действие, которое производят
эти развалины на того, кто долго находится сре­
ди них, трудно и описать. Чем более с ними
знакомишься, тем сильнее впечатление, которое
Саркофаг из Копана
производят на душу сила и величие зданий, ха­
рактер памятников, такой обработанной композиции, такого странного плана,
такого богатого убранства и, однако, заключающих в себе столько непонятного;
обилие изваяний, их красота и величие; и надо всем царит молчание, запусте­
ние и непроницаемая тайна. Мы еще ничего не знаем об истории падения этого
города; но история полна предположений. Деревья, цветущие над этой стра­
ной, может быть, питались кровью ее избитого населения; или, может быть,
страшные подземные силы, разрушившие до основания и еще большие города,
изгнали из домов пораженных страхом жителей; а может быть, население вы­
мерло от голода или заразы. Кто расскажет нам историю их погибели?..»
118

Лестница, покрытая иероглифами, в Копане

Развалины первого дворца в Кабах

Не менее любопытны результаты раскопок Ле-Плонжона, который в пер­
вое, в 1873 году, и второе, в 1883 году, свои путешествия в Юкатан более всего
занимался исследованием городов Уксмала, Изамала и Чичен-Ица, где была
найдена весьма важная в археологическом отношении гробница Каи-Каихи, глав­
ного жреца Шаак-Мола, то есть, на языке майя, — Леопарда.
Мавзолей Леопарда состоит из небольшого храма с портиками и внутренни­
ми роскошными палатами. Тут найден полуразрушенный алтарь с превосход­
ными барельефами двух фигур, стоящей и сидящей, перед которыми находится
ряд, вероятно, жрецов, приносящих жертвы. Алтарь покоился на двух кариати­
дах, поза и выражение лиц которых отличаются друг от друга.
Внутренние стены палат не вертикальные, а косые. Они окрашены в крас­
ное и покрыты живописью, изображающей боевые и жан­
ровые сцены. Дверные притолоки тоже покрыты изо­
бражениями воинов в профиль, в натуральную величи­
ну. Некоторые архитектурные подробности этого мавзо­
лея имеют сходство с перуанскими, в Теотиуакане, что
указывает на сношения обоих народов, а может быть,
даже и их родство.
Продолжая раскопки, Плонжон нашел еще более древ­
ние памятники: сосуды из стекла изящной работы, кра­
шенные изнутри в голубой цвет; гроб жреца с истлевшим
костяком и каменными стрелами; сооружение из плит те­
саного камня, окрашенное в голубой, красный, желтый и
зеленый цвета; каменную рыбу, окруженную змеями.
Сходство архитектурных среднеамериканских памят­
ников с египетскими и ассирийскими сооружениями не­
вольно бросается в глаза; такую же аналогию можно про­
следить и между скульптурой, которая ближе всего под­
ходит к индусской. Что касается письмен, то тут уже
громадная разница, но Плонжон указывает на существо­
вание знаков, в высшей степени напоминающих латин­
ские буквы: H, B, N, L, T, V, Th, Tz. Кроме того, мы
видели, что и в календарных счислениях замечались не­
которые черты, общие с древнеегипетскими. При всем
том оригинальность и, несомненно, громадная древность
цивилизации майя не подлежат сомнению.
Что же из этого можно вывести?
Некоторые ученые, исходя из сообщения Платона о
полученном Солоном от жрецов храма Осириса известии,
что существовала за Геркулесовыми Столбами Атланти­
да, которая погибла за 9000 лет до того времени, выводят
заключение о соединении некогда Европы с Америкой и
заимствовании цивилизации... Но кем и от кого? Одни
полагают, что майя получили культуру от египтян, дру­
гие доказывают обратное.
Индейцы Америки называют древних аборигенов этой
части света маяс. Принимая во внимание мягкость и
придыхание, глотающие звуки, нетрудно произвести от­
сюда — малаяс, малаес, малаи, — индийское племя, жи­
вущее на южной группе островов Великого океана и рас­
селившееся довольно далеко по направлению к Амери­
Вазы, найденные
ке. Мы знаем, что между последней и Северо-Восточ­
в Копане
121

ной Азией, а также в известный период и Австралией существовало соедине­
ние. Когда это было, определить нелегко. Во всяком случае, если сообщение
между Америкой и Индо-Ассирией и Египтом и существовало когда-то, это
могло быть лишь со стороны Азии, но никак не Европы. Впрочем, в третичный
период последняя на крайнем севере соединялась с Америкой. Если принять
гипотезу о первом появлении человечества именно в полярных странах, то с
севера первые люди могли расселиться по обоим материкам.
Есть еще одно соображение в пользу азиатского происхождения майя. Было
замечено, что идолы майя имеют много общего с индусскими. С другой сторо­
ны, известно санскритское слово «мауа», означающее чародейскую, волшебную
силу, обман, хитрость. У индусов существует богиня Майя, которая является
олицетворением иллюзии, обманчивости всего земного, тленности... Вместе с
тем она дает своим поклонникам силу колдовства, чародейства, снабжает маги­
ческими способностями.
Какие же можно сделать из этого выводы? Прежде всего здесь довольно ин­
тересное совпадение, которое позволяет допустить общность религиозного ис­
точника. Но в таком случае возникает вопрос о том, какую роль играл у майя
город Майяпан?
Нельзя ли предположить здесь существование известного рода теократиче­
ского правления, где духовная власть пользовалась бы влиянием, несколько сход­
ным с тем, например, каким в прежние времена пользовались папы? Тогда можно
допустить, что Майяпан был резиденцией этой высшей духовной власти, сто­
лицей верховного жреца-чародея или даже целого собрания главных представи­
телей духовной власти.

IV
Троя, ее положение и первые раскопки. — Работы Шлимана и выводы из них. —
Троянская хронология. — Археологические изыскания в Греции. — Микенская культу­
ра и ее хронология. — Олимпия, обычная жизнь в альтисе и Олимпийские игры

Троя! Сколько связано с этим именем лучезарных картин того прекрасного
исчезнувшего мира, в котором сами боги принимали деятельное участие в судь­
бе своих детей, героев! Из прозрачной дымки времен отдаленного прошлого
встают, как живые, образы мужественного Гектора, «нежной супруги» его Анд­
ромахи и почтенного старца Приама, а над ними витают тени их победителей:
грозного Ахилла «быстроногого», «хитроумного» Улисса-Одиссея и других геро­
ев несравненной «Илиады». Эти картины детства великого народа пробуждают
в нас лучшие чувства нашего сердца, заставляют звучать сокровеннейшие стру­
ны нашей души, которая в детские годы каждого из нас страдала и радовалась
вместе с героями великой эпопеи.
Тридцать шесть столетий протекло с тех пор, как погибла Троя. Но споры о
времени и месте ее нахождения, о точности указаний Гомера и, наконец, о
существовании самого творца «Илиады» и даже воспетого в ней города прекра­
тились относительно недавно. Тьма, царившая над древним царством Приама,
казалось, была непроглядной, так как даже от возникшего в VII веке на месте
древней Трои Нового Илиона не осталось никаких следов. Упоминание Верги­
лия, что из Трои можно было видеть Тенедос, после первых, произведенных
еще до французской революции неудачных раскопок Шевалье и последующих —
Гана, многие признали ошибочным и решили, что искать развалины города
Приама все равно что пытаться найти остатки пресловутого лебединого яйца
Леды.
Но Шлимана не смутили неудачи его предшественников, и с апреля 1870 года
он начал вести энергичные раскопки, которые продолжались около трех лет.
Стоимость их была очень значительна, до 200 000 франков, и нужны были силь­
ная уверенность и настойчивость, чтобы не прекратить работы, долгое время не
доставлявшей доказательств правильности избранного места. Руководясь исто­
рическими указаниями (Платона, Страбона), что Троя стояла на возвышении,
с которого открывался вид с одной стороны на Геллеспонт, с другой — на
Эгейское море, Шлиман начал раскопки возле теперешнего Гиссарлыка, воз­
вышающегося над Скамандром. Сначала была открыта, на глубине 2 метров,
стена города, построенного, надо полагать, Лисимахом, но по найденным здесь
123

Развалины Гиссарлыка (древней Трои)

вещам можно было заключить, что греки не были первыми поселенцами. Тог­
да, не останавливаясь перед затратами, Шлиман прорыл глубокую траншею, в
14 метров глубины и 70 ширины. При этом обнаружилось, что под развалинами
древней Трои было еще три слоя поселений, теряющихся во мраке самой отда­
ленной древности. Одновременно с этими работами Шлиман производил рас­
копки несколько южнее, и здесь-то за Лисимаховой стеной была найдена дру­
гая, более древняя стена, в 8 метров высоты, покрытая слоем земли в 14 метров.
В этой стене или, вернее, продолговатой башне было углубление для воинов.
К ней примыкали двойные, коридоровидные ворота, над которыми некогда
возвышались большие деревянные постройки. Они, по-видимому, представля­
ли собой дворец царя страны и во время охватившего Трою пожара рухнули в
проход, образуемый воротами, которые были при этом засыпаны слоем пепла в
три метра толщины. У самого подножия сгоревшего дворца, наверху массивной
стены, заступ одного рабочего наткнулся на нечто твердое. Это был громадной
ценности клад, состоявший из золотых и серебряных ваз, золотых ожерелий,
колец, оружия, женских головных уборов. Некоторые из этих предметов, оче­
видно помещавшихся в сгнившем ящике, так как лежали правильным четырех­
угольником,
были
расплавлены.
По-видимому, эти сокровища при­
надлежали владетелю страны.
Возвышение
Гиссарлыка,
со­
ставляющее оконечность цепи хол­
мов, которые тянутся параллельно
Геллеспонту, почти все покрыто ос­
татками древних поселений, дохо­
дивших до самого моря, то есть уда­
ленных от центра на 5 километров.
Город был окружен стеной в 3 1/2
метра толщины; на этой стене нахо­
Древнегреческие сосуды, найденные в Гиссарлыке
дилась другая, кирпичная, служив-

Предметы, найденные в развалинах Трои (сокровища Приама)

шая для защиты и снабженная через каждые 20 метров башнями. Пространст­
во, окруженное стеной, имело всего лишь 90 метров с севера на юг и 113 метров
поперек. В стене было только двое ворот, на юго-востоке и юго-западе. Воз­
вышение, занятое поселением, имеет 16 метров высоты, считая от самого глу­
бокого места раскопок. Углубившись на 2 метра, открыли еще стену, основание
которой находилось на глубине 14 метров. Гомерова же Троя была на 6—9 мет­
ров выше. Над ней, на глубине 4—6 метров, находится слой развалин, над
125

Развалины Атенея в Эфесе

которыми имеются еще 2 пласта с остатками поселений. В последнем слое
найдена масса архитектурных памятников греко-римской эпохи.
Самыми важными из этих остатков древности являются заключающиеся во
втором снизу слое. Они имеют некоторые общие черты с древностями, найден­
ными в Микенах. Что касается предметов, открытых в самом древнем слое, то
они указывают, что жители этих небольших домов, построенных из камня, це­
ментированных глиной, стояли на рубеже каменного и бронзового веков. Мате­
риалом для оружия этих полудикарей были: порфир, серпентин и кремень, но
встречаются и лезвия ножей из бронзы, булавки. Посуда была исключительно
глиняная, довольно грубой работы.
Раскопки развалин второго поселения указывают на более высокую культуру;
тем не менее искусство тогдашней Трои находилось в периоде детства. Кроме боль­
шого клада, нашли здесь свинцовые изображения женщины со сложенными на
груди руками, которая, подобно некоторым каменным идолам, напоминает боги­
ню Астарту и другие финикийские и ассирийские божества. После пожара в «третьем
городе» общий вид и план зданий изменились, но сама культура осталась почти
прежней. Впоследствии, когда эта область перешла во владычество лидийцев и
персов, она потеряла всякое значение, которое потом начинает опять восстанавли­
ваться, о чем свидетельствуют надписи, доходящие до IV века до Р. X. В грекоримскую эпоху на вершине холма белела величественная колоннада храма. Греки
понастроили много новых зданий вне стен города, а римляне воздвигли театр, но­
вые ворота, одеон (театр) и много мраморных статуй.
Сопоставление имеющихся в настоящее время археологических данных дает
возможность выразить троянскую хронологию в следующих, далеко еще, впро­
чем, не бесспорных цифрах. Дардан, сын Зевса и Электры-Атлантиды, мифи­
ческий родоначальник троянцев, прибыл в Азию около 1500 года до Р. X. Заво­
евание государства и основание Трои произошло около 1400 года, а греко-тро­
янская война — 1200 года до Р. X.
126

Что касается древности каждого из трех найденных пластов, то большинство
ученых определяют ее с точностью, допускающей наибольшую ошибку в пять­
сот лет. К первому периоду, так называемому домикенскому, относится пять
доисторических поселений.
Стены самого нижнего, древнейшего, поселения состоят из ломаного камня
и глины. Тут нет следа железа и бронзы, попадается лишь медь и камень.
Плоские и просверленные каменные топоры, ножи и пилы из кремня, гли­
няные сосуды очень простой формы, с украшениями в виде процарапанных
линий, заполненных белой массой, — вот почти все, что здесь найдено. При­
близительный возраст этого поселения археологами определяется в 3000—
2500 лет до Р. X.
Над этим поселением находится основание славного города с крепкими
стенами вокруг и с большими жилыми кирпичными зданиями. По остаткам
развалин его можно судить, что он был трижды разрушен и столько же раз
воздвигался. Здесь было найдено много предметов из камня, бронзы, сереб­
ра и золота; попадаются одноцветные, не украшенные живописью глиняные
сосуды, среди них характерны большие кубки с двумя ручками и так называ­
емые «урны с лицами». Этот «доисторический город Троя» назывался ранее
«сожженным городом». Возраст его относят к 2500—2000 году до Р. X.
Над развалинами «сожженного города» были воздвигнуты одно за дру­
гим три доисторических поселения, похожих на деревни. Дома их постро­
ены из мелких камней и кирпичей. В них найдено бронзовое и каменное
оружие, а раскрашенных глиняных сосудов не оказалось, зато нашлись
древнетроянские глиняные вещи, даже вазы с изображениями лиц. Вре­
мя, к которому можно отнести эти поселения, определяют около 2000—
1500 года до Р. X.

Современный вид Пергама
127

К микенскому периоду относится Пергам Гомера, характеризующийся креп­
кими городскими стенами, высокой башней и красивыми домами из хорошо
обтесанных камней. В нем все еще нет железа, встречаются лишь бронзовое и
каменное оружие, искусные глиняные одноцветные сосуды (троянские) и, кро­
ме того, привозные раскрашенные вазы. По возрасту эти древности должны
быть отнесены к 1500—1000 году до Р. X.

Развалины акрополя в Пергаме

В послемикенских слоях найдены деревенские поселения древнегреческой и
более поздней эпохи. Это два отдаленных друг от друга слоя простых каменных
построек над развалинами микенской Трои. В них имеются уже железные орудия
и оружие, местные (одноцветные) глиняные вещи и почти все известные виды
греческой керамики. Древность этих поселений — не более 1000 лет до Р. X.
Наконец, в самом верхнем из открытых Шлиманом слоев находится кре­
пость римского города Илиона, с развалинами знаменитого храма Афины и
других роскошных мраморных зданий. Среди них найдены римские глиняные
сосуды, мраморные доски с надписями. Этот город был построен около Р. X.
и просуществовал приблизительно до 500 года.
Таким образом, разрез через пласты Гиссарлыка наглядно рисует нам карти­
ну развития человечества в одной и той же местности на восточном побережье
Средиземного моря с третьего тысячелетия до нашего летосчисления, вплоть до
128

средины первого тысячелетия после Р. X. Большая часть этого огромного про­
межутка времени, приблизительно около 2000 лет, выпадает на долю медной и
бронзовой эпох, тогда как век железа наступил лишь в начале последнего тыся­
челетия до Р: X. вместе с зачатками исторического периода культуры.
Одно из великолепнейших произведений троянского искусства — барельеф
Аполлона. Этот барельеф по изяществу работы, несомненно, относится ко вре­
мени полного блеска греческого искусства, может быть, ко времени скульптора
Фидия. В этом произведении замечателен поворот головы Аполлона — почти
анфас. Древнейшие же монеты, живопись и рельефы отличаются тем, что голо­
вы изображенных на них людей поставлены в профиль. Было также время, ког­
да почти сразу по всей Греции, не исключая ее колоний, стали изображать голо­
ву вполуоборот или анфас. Мода эта, начавшаяся со времени Эпаминонда и
Пелопида, держалась упорно и повсеместно до Александра Македонского. Но
изящный вкус греков не мог упорствовать в своей односторонности, и в позд­
нейших, например, монетах, кроме монет острова Родоса и немногих других,
встречаются снова головы в профиль.

Барельеф, изображающий Феба-Аполлона (из новой Трои)

Турецкое иго, от которого Греция освободилась только в 1830 году, на дол­
гое время задержало научную разработку эллинских древностей. Но зато когда
наконец наступил этот момент, потомки великого народа не только серьезно
занялись изучением памятников своего прошлого, но и предоставили право ар­
хеологических изысканий другим странам. В 1837 году образовалось греческое
археологическое общество, которое проявило особенно плодотворную деятель­
129

ность. Затем, одна за другой, возникают: французская школа (1846), афинское
отделение императорского немецкого археологического института (1873), амери­
канская (1882) и английская (1886) школы. Совместные усилия всех этих наций
оказали громадные услуги науке. Прежде всего было обращено внимание на вос­
становление центрального пункта культа Афины Паллады афинского акрополя и
очищение его от новейших франкских и турецких пристроек. За 50 лет, благодаря
работам Кленце, Росса, Шауберта, Ганзена, Веле, Беттикера и Бона, явилась воз­
можность создания живой картины акрополя времен Перикла. Читатели могут пред­
ставить внешний вид этого великого памятника древней культуры по рисунку.

Доктор Генрих Шлиман

В то же время Шлиман производил свои чрезвычайно важные раскопки в
Микенах (1876), открывшие героическую Грецию, воспетую Гомером. После­
дующими изысканиями этого неутомимого исследователя в Беотии (1880—1881)
и в Тиринфе, недалеко от Навплии (1884—1885), дополненными работами гре­
ческого археологического общества в Микенах (1886) и благодаря некоторым
130

Вид акрополя в Афинах с запада (реставрация на основании археологических и исторических
исследований)

Вид на современный акрополь в Афинах

Современные Афины

счастливым находкам в Амиклах, близ Спарты (1889—1891), мы познакомились
с микенской культурой, которая замечательна своими архитектурными соору­
жениями и удивительными изделиями из золота, серебра, слоновой кости, брон­
зы, стекла.
Знаменитые могилы у города Микены, числом шесть (5 из них открыты в 1876,
а шестая 1877 году), содержали останки 17 взрослых человек и 2 детей. Из вещей
около мужских трупов найдено оружие, возле женских — украшения и, кроме того,
сосуды и предметы из золота, серебра, меди, алебастра и глины. Золота в 5 могилах
оказалось всего около 100 фунтов; оружие и инструменты сделаны были из бронзы,
только наконечники стрел и ножи были каменные. Бронзовое оружие состояло из
кинжалов, иногда красиво отделанных золотом, мечей, простых и обоюдоострых,
причем последние были очень длинны и узки, а деревянные рукоятки их украша­
лись золотом, слоновой костью и даже алебастром, наконечников копий, иногда с
литыми полыми основаниями, и плоских топоров.
Украшения, художественные вещи и узоры сделаны со своеобразным вкусом,
хотя и чувствуется восточное влияние. Большое количество бус из балтийского
янтаря указывает на сношения с севером. Из верхних слоев могил было добыто
немало вещей, относящихся к более позднему времени бронзовой эпохи.
Среди развалин царского дворца, расположенного на верху холма, обна­
ружена стенная живопись; на одной из картин изображен жук с именем еги­
петской
царицы
Ти,
жившей в конце XV сто­
летия до Р. X.
Дворец той же эпохи
был открыт Шлиманом на
высотах города Тиринфа,
обнесенного циклопиче­
скими стенами. Среди
развалин его тоже совсем
не было железа; напротив,
оказалось
бесчисленное
множество ножей и нако­
нечников стрел из обси­
диана и один типичный
двойной бронзовый топор.
В нижних слоях по­
чвы под акрополем Афин
найдено
тоже
много
древних бронзовых ве­
щей, по форме совер­
шенно похожих на ми­
кенское оружие, и имен­
но на то, которое лежало
в верхних пластах могил.
Сюда же относятся и
очень древние погребаль­
ные склепы в Греции.
Часть их представляет со­
бой большие, с камен­
ными стенами куполооб­
разные гробницы с круг­
Циклопические стены
лой главной комнатой и
133

Развалины Лаодикии

длинным входом. В Микенах их открыто 7, недалеко от Микен — 1, в Спарте —
2, к северу от Афин — 1, Беотии — 1, в Димини, на юго-востоке Фессалии — 1.
Всего, стало быть, — 13. Такие же княжеские могилы встречаются в Крыму и
Этрурии (Тосканье).
Могилы очень древней бронзовой эпохи были открыты также и на островах,
расположенных подобно устоям моста между Передней Азией и Грецией. Это
Цикладские острова Аморгос и Мелос. На острове Тира (Санторин) находятся
развалины того же возраста.
Несравненно многочисленнее небольшие четырехугольные склепы (народ­
ные могилы) в Микенах и около них, в Навплии, Спарте, Афинах, в Фессалии,
а также на некоторых греческих островах.
Для определения древности всех этих находок большую пользу оказало срав­
нение с египетскими памятниками и находками, которые помогли установить
хронологию бронзовой эпохи Греции.
Наиболее полные совпадения относятся ко времени XVIII династии фарао­
нов (около 1400 г. до Р. X.). Железо было известно в Греции лет за 1000 до Р. X.,
хотя применение его, как показывают поэмы Гомера, еще не было широко рас­
пространено. Следовательно, бронзовую эпоху Греции надо отнести к периоду
приблизительно от 2000—1100 года до Р. X.
По вполне достоверным преданиям, около 1100 года до Р. X. пришли в
Грецию дорийцы, последнее греческое племя, которое оставило свою прежнюю
родину и решило отвоевать себе место в Элладе. Ввиду появления более древних
греческих племен — ахейцев, мидийцев — это должно было иметь место на мно­
го столетий раньше.
Это дает нам возможность отнести микенский период — последнюю и наи­
высшую ступень бронзовой эпохи — именно к появлению прославленных Гоме­
134

ром ахейцев, а последовавший затем так называемый дифлонский период, или
начало железного века, должны отнести к греческим племенам, жившим после
вторжения дорийцев.
До появления ахейцев, приблизительно за 2000 лет до Р. X. и в первых столе­
тиях предпоследней тысячи лет, в Греции и на островах ее жили племена не грече­
ского происхождения; на культурное развитие их (одна из первых ступеней бронзо­
вого века) большое влияние оказывала близость к Передней Азии (Сирии), в кото­
рой уровень цивилизации был несравненно выше. С этим пелагическим (от
греческого pelagi — морской) первоначальным населением слились ахейцы; они
усвоили их культуру и, благодаря продолжавшемуся благотворному воздействию со
стороны Востока, выработали своеобразную микенскую культуру.
Таким образом, микенская культура по происхождению своему не принад­
лежит грекам; они только принимали участие в дальнейшем ее развитии. Тем
не менее микенский и древне­
греческий периоды все-таки
обнаруживают несомненные
следы греческого духа и грече­
ского труда.
Едва ли не самыми интерес­
ными являются раскопки в
Олимпии, местопребывании
старейшей святыни, Олимпий­
ского Зевса. Здесь, кроме то­
го, как известно, устраивались,
начиная с 776 года до Р. X. по
394-й после Р. X., знаменитые
национальные игры. Матери­
ал, доставленный этими рас­
копками, производившимися с
1875 по 1881 год, под руковод­
ством Курция и Адлерса, гро­
маден, но в особенности важ­
ны памятники искусства VII­
IV столетий до Р. X.
Понятно значение раскопок
Олимпии, священнейшего ме­
ста всего античного мира, дра­
гоценной сокровищницы вели­
чайших созданий эллинства.
Целые столетия лежала она,
оплакиваемая многими поколе­
ниями любителей науки, как
безвозвратно погибшая. Но за­
ступ ученого раскрыл эту мо­
гилу, таившую бесформенные
развалины, которые под теплы­
ми лучами солнца Пиндара
вновь ожили для того, чтобы
поведать нам свою историю.
Созданные из немногих кусков
Гермес Праксителя и Никея
Зевс Олимпийский
Пеония, эти бессмертные вы­
135

ражения стремлений к чистой красоте стали и для нас олицетворением возник­
шего из хаоса божества. Каждый обломок колонны, осколок рельефа, основа­
ние давно исчезнувшего здания воскрешают целый мир богатого событиями про­
шлого.
Вот перед нами блестящий город богов и героев. Над неподвижными вер­
шинами рощи серебристых тополей, олив и платанов вьется легкий дымок, воз­
носящийся с высокого алтаря отца всех богов и людей. Среди тишины, все
время царствующей над обителью богов, временами слышатся медленные мело­
дии и эподы, исполняемые хором певцов. Верховные жрецы, прорицатели, и их
подчиненные плавной, торжественной походкой, под звуки священных гимнов,
направляются к святилищам для приношения жертв. Вечером, когда город то­
нет в фиолетовой дымке сумерек, жрецы возвращаются к алтарю Гестии в При­
танейоне и приносят ей последнюю жертву, сопровождаемую жалобными зву­
ками таинственной песни рожденных землею первых людей... По мере того как
наступает ночь и утихают шаги удаляющихся жрецов, священная роща погружа­
ется в торжественную тишину, нарушаемую лишь журчанием ключей да шумом
фонтанов.
Но каждые пять лет, ко времени летнего солнечного поворота, за пять дней
до полнолуния, со всех сторон, где жили греки, сюда устремлялся народ на
праздник, подобного которому не знает мир. Олимпийские игры, сосредоточи­
вавшие в этом священном месте, точно в сердце, всю жизнь Эллады, заставляли

Развалины Агоры

136

замолкнуть всякие другие
интересы народа, кото­
рый и в самом деле забы­
вал обо всем на свете...
Чернь гудит, сгорая
любопытством
увидеть
вблизи
царственную
пышность и блеск, кото­
рыми
Алкмеониды
и
Кипселиды из Афин и
Коринфа поражают тол­
пу, с грохотом проносясь
на великолепно убранных
колесницах с сиденьем в
виде трона, запряженных
белыми конями. Наблю­
дая за шествиями с дара­
ми от городов, за укра­
Руины на острове Филе
шенными
цветочными
гирляндами жертвенными быками, которых влекут за вызолоченные рога, следя
за проходящими феорами (знатными людьми) в белых одеждах с пурпурной
каймой и сиракузскими тиранами, поражающими своей безумной роскошью в
нарядах и украшениях, — народ ждет не дождется участников состязаний, олим­
пиоников, будущих победителей. Но вот и они. С пением, увенчанные цветами,
идут эти молодые богоподобные юноши, блистающие красотой своего гладко­
го, как мрамор, озаренного солнцем тела; за ними выступают счастливые роди­
тели, воспитатели, родственники... Взрыв восторга и ликования всего собрав­
шегося народа приветствует эту красоту, силу и молодость, это олицетворение
эллинского идеала...
Пропустив многочисленные процессии, толпа с шумом морского прибоя
рассыпается по площади, окружающей стены альтиса, наполняет галереи, под­
нимается по лестницам храмов, теснится вокруг экзегетов, объясняющих значе­
ние лепных и мозаичных украшений, и с тайным страхом стоит в немом удивле­
нии перед колоссальной статуей из золота и слоновой кости, изображающей
Зевса работы Фидия. Этот бог — громовержец с умащенными амброзией кудря­
ми — до того грозен, что, пошевельнись только хоть один из его локонов, и
зашатается мир, и небесный огонь объемлет пламенем небо...
В этот первый день народ еще только бродит, глазея на все окружающее и
слушая то напыщенные речи риторов, то диалоги софистов, то узнавая от ге­
рольдов о новых договорах между городами, то в немом благоговении присутст­
вует при жертвоприношении, священнодействии или вопрошении оракула. Как
очарованная, стоит толпа, внимая медленным, торжественным гимнам и пол­
ным мистической окраски хвалебным дорическим песням. Временами она рас­
ступается, давая дорогу элланодикам, судьям в олимпийских играх, одетым в
широкие пурпуровые плащи и сопровождаемым участниками состязаний.
Но с самого рассвета второго, третьего и четвертого дня тысячи людей уст­
ремляются к стадиону и ипподрому, где проходят состязания. На возвышенной
трибуне, над которой гордо сидит на каменном алтаре жрица Деметры, помеща­
ются увенчанные лаврами элланодики в своих пурпуровых таларах; почетные
мраморные места занимают жрецы, феоры, судьи эллийцев, официальные гос­
ти и знатные чужеземцы. Народ гудит, как в пчелином улье. Но вдруг раздают­
ся звуки труб, все затихает...
137

На арене появляются состязающиеся в беге, обнаженные тела которых ума­
щены маслом. По четыре в ряд бросаются они к цели с легкостью и почти
невероятной быстротой, которую может развить разве только такое неустанное
упражнение, какому подвергали себя честолюбивые греческие юноши... После
состязаний в беге выступают борцы и кулачные бойцы, вооруженные кожаны­
ми, надетыми на кулаки чехлами с металлическими пуговицами. Следующие за
ними панкратиасты состязаются в борьбе и кулачном бое. Потом начинается
великолепное зрелище — состязание на колесницах, запряженных четверкой и
парой. С пеной на удилах устремляются благородные кони на арену и исчезают
в облаке золотистой пыли. Зрители едва успевают уследить за светлыми велико­
лепными плащами возниц, мелькающими в просветах туч пыли. Солнце мечет
искры и играет на золоте, серебре, пурпуре и разнообразной инкрустации ко­
лесниц и упряжи...
Пентатлон, состоящий из упражнений пяти родов: метанья диска и копья,
прыганья, дромоса, борьбы и кулачного боя, сменяет бег кобыл, мулов и верхо­
вых жеребцов. Игры заканчиваются бегом тяжеловооруженных готлитов...
Легко себе представить, что делает во все это время народ, в особенности
столь живой и подвижный, как эллины! Он то замирает, боясь вздохнуть или
проронить слово, то громкими криками, энергичными жестами и бурными ру­
коплесканиями ободряет состязающихся и приветствует победителей, то порою
оглашает воздух презрительным шиканьем...
Пятый, последний день игр посвящен чествованию олнмпиониксов. Вот они
уже приближаются... Трубы гремят, герольды выкрикивают с возвышений име­
на победителей и прославляют их счастливое отечество. За элланодиками, фео­
рами, жрецами, сановниками и знатными чужестранцами медленно, торжест­
венно шествуют разодетые в светлые роскошные одеяния победители. На их
головах оливковые венки, а в руках ветви лавров и пальм. Они сияют счастьем,
равного которому нет на земле... За ними следуют победители-кони. Все в цветах,
благородные животные выгибают шеи и роют копытами землю, словно понимая
выпавшее на их долю счастье, которому завидуют тысячи людей... Шествие за­
ключается музыкантами, певцами и плясунами. После каждой строфы народ,
унизывающий крыши и ступени, теснящийся в колоннадах, подхватывает:
Слава тебе, сияющий победитель!
Властитель Геркулес, слава тебе...

V
Зрелища в Колизее; бои гладиаторов, звериные травли и наумахии. — Язык цифр. —
История амфитеатра Флавиев, описание его устройства. — Опека пап над Колизеем. —
Раскопки в амфитеатре, на Форуме. — Значение археологических и палеографических
исследований для истории «вечного города». — Чтение древних письмен. — Палеогра­
фический курьез. — Происхождение древних письменных знаков и значение в этом
отношении культуры хеттов. — Ученые, занимавшиеся изучением письмен

Совсем иного рода зрелище собирало народ в римском Колизее. Толпа,
доходящая до 87 тысяч, одушевлена не тем возвышенным чувством, которое
наполняет душу восторгом, заставляет проливать слезы умиления и делает чело­
века выше, благороднее; ее собрало здесь не желание воздать должное красоте,
силе и ловкости, а одно лишь низменное желание зрелищ, каких — это для
испорченной, озверелой римской черни безразлично. «Хлеба и зрелищ!» —
единственное ее требование, и римские правители, желая снискать симпатии
толпы, старались превзойти друг друга в удовлетворении кровожадных инс­
тинктов черни.
Открытие построенного в 80 году по Р. X. Колизея, который был начат еще
Веспасианом после побед в Иудее, было ознаменовано устройством в этом ко­
лоссальном здании игр. В сущности, это были кровавые побоища, продолжав­
шиеся сто дней и стоившие жизни многим сотням гладиаторов и 9000 диких
зверей. Помпей выпустил на арену 500 львов, 18 слонов и 410 других африкан­
ских зверей; Цезарь — 400 львов и 40 слонов. Август, во время царствования
которого было убито в течение 26 представлений 3500 диких зверей, придумал
новое сенсационное зрелище, состоящее в превращении цирка амфитеатра Фла­
виев, — как раньше, до VIII века, назывался Колизей, — в озеро, куда было
напущено 36 нильских крокодилов, на которых охотились сидевшие в лодках
гладиаторы.
Всевозраставшие требования народа, удовлетворявшегося лишь одновремен­
ным участием множества зверей, заставляли увеличивать количество последних
139

Зрелища в римском Колизее

в каждой травле. Так, Калигула одновременно выпустил на арену 400 медведей и
столько же львов, слонов и тигров. В зрелищах, устраивавшихся при Траяне,
было умерщвлено 11 000 зверей. Все эти цифры настолько красноречивы, что не
требуют комментариев. Что же касается людей, употреблявшихся для этих чудо­
вищных гекатомб, то, кроме профессиональных гладиаторов, преимущественно ком­
плектовавшихся из отпущенных рабов, для этой цели использовали рабов и в осо­
бенности осужденных на смерть преступников. Иногда им давалось оружие и в
редких случаях, когда они выходили из борьбы живыми, даровалась жизнь. В чис­
ле этих несчастных, погибших мученической смертью, было много христиан.
Кроме боя гладиаторов и звериной травли, в Колизее устраивались также и
морские сражения (наумахии), для которых цирк наполнялся водой.
В мире мало найдется зданий, великое прошлое которых находилось бы,
подобно Колизею, в таком чудовищном контрасте с их настоящим положением,
полным самого унизительного пренебрежения к ним. История амфитеатра Фла­
виев представляет ряд событий, часто коренным образом изменявших судьбу
этого колоссального здания. Сначала оно сильно пострадало от пожара, слу­
чившегося при Макрине, но было реставрировано Александром Севером. Им­
ператор Филипп, в 248 году, праздновал в нем грандиозными представлениями
тысячелетие «вечного города». Со времени Гонория, запретившего в 405 году
участие в кровавых представлениях людей, арена Колизея обагряется лишь кровью
животных, травля которых продолжалась до 1332 года, когда римская аристокра­
тия устраивала здесь бои быков. Но в этот промежуток времени произошло
много событий, нарушивших обычную картину жизни в Колизее. После смерти
Теодориха Великого нашествия варваров внесли сюда то разрушение и запусте­
ние, которые являлись предтечами следующего варварского отношения «невар­
варов» к этому великому памятнику старины. В XI веке, вплоть до 1132 года,
знатные фамилии в борьбе друг с другом из-за власти и влияния на сограждан
превращают амфитеатр в крепость. Император Генрих VII, который овладевает
Колизеем, подарил его римскому сенату и народу. Но самые тяжелые для этого
здания времена начались с упомянутого 1332 года, когда Колизей стал служить

Современный вид Колизея

своего рода каменоломней, доставлявшей материал для разных построек. В
особенности пострадал он в XV и XVI веках при папе Павле II, который брал из
него материал для постройки так называемого венецианского дворца, кардинал
Пиапио — для дворца канцелярии, а Павел III — для палаццо Форнезе. Следу­
ющие папы до середины XIII века относились к этому памятнику древнего зод­
чества не лучше, так как Сикст V хотел устроить в нем суконную фабрику, а
Климент IX обратил Колизей в завод для добычи селитры.
Несмотря на разрушительное действие людей и времени, уничтоживших две
трети амфитеатра, все-таки он остается одним из величайших зданий в мире и
производит сильное впечатление на зрителя. Обнаженный от всяких украше­
ний, с ободранной наружной и внутренней отделкой, лишенный металлических
связей между глыбами травертинского камня, из которого построена главная
часть этого здания, Колизей дает, однако, довольно ясное понятие о своей ар­
хитектуре и расположении. Подобно другим римским амфитеатрам, от которых
он отличается только своею громадностью, он имеет в плане форму эллипса,
большая ось которого равна около 188 м, а малая — 156 м. Такая же эллиптиче­
ская арена имеет почти 86 м в длину и 54 м в ширину. Окружность Колизея
равна 524 м, а высота его стен — 50 м. Он имеет четыре этажа, из которых три
верхних поддерживались тремя ярусами арок, покоившихся на пилястрах, к ко­
торым примыкали полуколонны, внизу — дорического, выше — ионического, а
наверху — коринфского стилей. Четвертый этаж был разделен коринфскими
колоннами на открытые внутрь отделения.
Зрители располагались на каменных скамьях, устроенных в каждом ярусе
рядами, причем наклон поверхности под самыми верхними скамьями был зна­
чительно круче, что давало возможность хорошо видеть и высоко сидящим зри­
телям. Внизу высокий парапет отделял арену от подия, где на особом возвыше­
нии сидел император, а по сторонам располагалось его семейство, сенаторы и
весталки. Далее в три яруса были устроены ряды скамей для публики, из кото­
рых первые 20 рядов занимали городские власти и лица из сословия всадников,
а следующие 16 рядов второго яруса — римские граждане. Выше помещались
низшие классы общества. Зрители поднимались к своим местам по 76 лестни­
цам. Кроме того, Колизей имел еще четыре главных трехарочных входа, на
концах каждой из осей эллипса. Два из этих входов назначались для импера­
тора, другие — для торжественных процессий перед открытием зрелищ, для
впуска зверей и ввоза машин. Над третьим ярусом помещался портик, здесь
располагались особые служители, задача которых натягивать громадный тент.
Последний, служа для защиты зрителей от непогоды и палящих лучей солн­
ца, был посредством канатов прикрепляем к мачтам, располагавшимся на
верху стены.
С XVIII столетия произошло улучшение отношения к этому великому созда­
нию древности, и покровителями его явились те же папы. Из них Бенедикт XIV,
Пий VII, Лев XII и Пий IX особенно выделяются своими заботами о поддержа­
нии сохранности Колизея. Но, как и следовало ожидать, опека достойных от­
цов Церкви наложила на это древнеязыческое здание свой особый отпечаток.
Смотря на Колизей не как на памятник древней культуры, а лишь как на место,
обагренное кровью христианских мучеников, Бенедикт XIV приказал поставить
на арене ряд алтарей в память Страстей Христовых, а посредине водрузить гро­
мадный крест. В сущности, это было профанацией, как места, избранного для
преследуемой цели, так и самой идеи... Но до 1874 года крест и алтари продол­
жали стоять, когда наконец неуместность их была понята и они были сняты.
Этот символ римского величия, о котором паломники VIII столетия говори­
ли: «Пока стоит Колизей, будет стоять и Рим; исчезни Колизей, — исчезнет Рим
142

Форум Траяна в Риме

и вместе с ним весь мир», — этот великий памятник старины, который, каза­
лось бы, не должен заключать в себе каких-нибудь загадок, в действительности
таит, однако, еще многое, остающееся для археологов пока непонятным... Про­
изведенные на арене Колизея раскопки привели к открытию подвальных поме­
щений, назначение которых было скрывать декорации, людей и животных и в
нужные моменты выдвигать их на арену; во время представления наумахий от­
сюда подымались корабли и сцена наполнялась водой.
Что касается археологических исследований в остальном Риме, то, несмотря
на то что вторичное его «открытие» началось еще в XV столетии, самые важные
находки были сделаны начиная с 1872 года, когда в Риме, ставшем столицей
объединенной Италии, начался период оживленной строительной деятельно­
сти. Главные заслуги по открытию «вечного города» принадлежат Карло Фэа,
Пьетро Роза, Фиорелли, который с 1876 года был руководителем всех археоло­
гических изысканий в Италии, и в особенности — Р. Лянчани, работы которого
143

имели большое значение для создания топографии древнего Рима. Одним из
самых важных в археологическом отношении открытий, бросающих совершенно
неожиданный свет на древнейшую историю этого города, является найденное в
области Эсквилина древнее кладбище; другое важное открытие, касающееся,
кроме того, и топографических исследований древнего Рима, заключается в най­
денной надписи из времен первых царей.
Вследствие разрешения муниципалитета снести некоторые пришедшие в вет­
хость постройки, явилась возможность произвести исследование части Форума,
находящейся между Палатином и Дворцом весталок. Эти раскопки производи­
лись под руководством археолога Бони. Они дали возможность ближе ознако­
миться с прошлым Форума в связи с некоторыми темными сторонами древне­
римской жизни. Имеются две картины Н. Пуссена и К. Лоррена, на которых
художники изобразили это место собраний и совещаний граждан древнего Рима
таким, каково оно было до начала раскопок, предпринятых по поручению пра­
вительства объединенной Италии. На картинах Форум изображен в виде пыль­
ной пустоши, то есть луга для коров, окруженного банальными постройками.
Раскопки Бони открыли Сипа и базилику Эмилиана.
О значении этих открытий нет надобности распространяться. Достаточно
вспомнить, что Сипа было местом собрания сената, а Эмилианова базилика

Развалины христианской церкви в Сардах (Сардис)
144

Врата гонения в Эфесе

служила биржей. В ее сводчатых проходах помещались конторы банкиров; тут
собирались купцы, ростовщики и их жертвы. Сколько, говорит Гораций, руши­
лось здесь состояний! Скольким событиям было свидетелем это здание, перед
которым находился храм Юлия Цезаря, куда принесли окровавленный труп по­
следнего! Под сводами этого храма произнес Антоний патетическую речь и,
показав окровавленные руки Цезаря, поднял народ к восстанию.
По самой середине Statio aguarum, на глубине двух метров под землей, уда­
лось откопать маленькое озеро, питаемое источником с Палатина. Это озеро
послужило, как гласит легенда, местом водопоя лошадей Диоскуров после ока­
занной ими помощи римлянам в сражении при Регильском озере (426—258 гг.
до Р. X.). Здесь, по-видимому, находились конные статуи этих братьев-близне­
цов, что подтверждается найденными обломками фигуры лошади. Тут же от­
крыт превосходной работы алтарь, относящийся к первому столетию империи.
Его украшают барельефы, изображающие Юпитера, Леду с лебедем и их детей
Диоскуров — Кастора и Полидевка (Поллукса). Кроме того, на одном из ба­
рельефов представлена женщина, по-видимому Веста.
Все эти данные послужили к тому, что теперь мы наконец можем восстано­
вить важнейшие главы истории великого города, начиная с поселений на Пала­
тине до III—IV столетий после Р. X.
Трудясь над изучением истории древнего населения Италии, ее аборигенов,
которыми считаются латины и их братья сабиняне, самниты, умбры, вольски,
фалиски, ученые встретили большие затруднения со стороны чтения древних
надписей, оставленных этими народами.
Чтобы составить себе понятие о трудностях эпиграфических (палеографиче­
ских) исследований, приведем здесь случай, который вызвал полемику в уче­
ном мире. Профессор Орацио Марукки, изучая так называемый дворец Тибе­
рия на Палатине и в особенности одно место на стене, где сохранился грубый
рисунок, считавшийся изображением канатных плясунов, и находящуюся над
ним надпись, предположил, что она должна относиться к этому рисунку. До
145

сих пор ученые, не ставя их в связь друг с другом, следующим образом читали
надпись, которая, заметим, местами стерта: «Нет отдыха, сон не приходит за­
крыть его очи, и так в течение целой ночи сгорает он от любви».
После долгого изучения этого древнего памятника Марукки пришел к за­
ключению, что на рисунке изображается момент, когда Иисуса Христа собира­
ются пригвоздить ко кресту. Этот рисунок, говорит Марукки, сделан неопыт­
ной рукой. Посредине изображен Христос, которого хватает воин; направо и
налево — по кресту, к которым приставлены лестницы. На них лезут солдаты,
готовящиеся к совершению казни. Над Христом висит лестница, а сбоку стоит
Понтий Пилат. Над всеми фигурами имеются надписи, означающие имена дей­
ствующих лиц. Автором рисунка был, по мнению Марукки, вероятно, один из
воинов, принимавший участие в божественной трагедии на Голгофе. Что же
касается надписи, то профессор читает ее так: «Христос, приговоренный к смерти,
после наказания розгами был живым пригвожден ко кресту».
Это доказывает необыкновенную трудность чтения даже таких сравнительно
не очень древних письмен, не говоря уже о клинописи, иероглифах.
Происхождение письмен следует искать в письменных знаках хеттов. Этот
народ, имевший свою историю и литературу, писал сокращенными иероглифа­
ми, которые со временем превратились в геометрические фигуры. Вот эти-то
позднейшие хеттские письмена и были, как полагают, источником происхожде­
ния санскрита, глаголицы, финикийской азбуки, рун. Хетты принадлежали к
кушитскому племени. Их государственное устройство достигло высокого разви­
тия в XVI столетии до Р. X., а могущество в особенности возросло с того време­
ни, как египтяне были разбиты при Кадале.
Из числа археологов и историков, занимавшихся изучением письменных па­
мятников древности, необходимо указать на Ланци, Гротефенда, Лепсиуса, Ремондини де Петра, Кирхгофа, Ауфрехта, Фабретти, Бугге, Бреаля, Моммсена,
Бюхлера, Корсена, Цветаева, Марукки и многих других.

VI
Значение для археологии внезапной катастрофы, постигшей древние поселения в
окрестностях Везувия. — Гибель Помпеи и других городов. — Современное состояние
Помпеи в связи с жизнью ее древних обитателей. — Помпейские фрески и их влияние
на древнерусскую живопись. — Римские и помпейские бани. — Улица гробниц и погре­
бальные обряды римлян. — Внешние влияния. — Раскопки в Помпее. — Работы Фьо­
релли. — Остатки Геркуланума. — Другие раскопки в Италии и ее археологические
учреждения. — Подведение итогов археологии XIX века

Как ни велики заслуги палеографии, сколько бы мы ни копались в земле,
отыскивая жалкие остатки древности, но без особенно счастливых в археологи­
ческом смысле условий трудно по этим следам исчезнувшей культуры восстано­
вить картины древней жизни: археологические открытия почти всегда знакомят
нас уже, так сказать, с кладбищем древности в виде более или менее жалких и
притом лишь случайно уцелевших ее останков. Поэтому особенной ценностью
отличаются те раскопки, которые раскрывают перед нами обычную обстановку
жизни древних. Это возможно, конечно, лишь в тех случаях, когда эта жизнь
была пресечена внезапно, что имело место, например, в древних городах Пом147

пее, Геркулануме, Стабии и других поселениях, погребенных под лавой и пеп­
лом извержений Везувия.
В то время как Нерон пел свою любимую арию на сцене неаполитанского
театра, 15 февраля 63 года после Р. X., произошло сильное землетрясение, опусто­
шившее всю Кампанию и в особенности Помпею. Но в следующие затем 16 лет
спокойствия Везувия помпейцы успели общими силами и с помощью императора
Тита, который командировал с этой целью двух сенаторов, не только исправить
повреждения, но и вновь отстроить свой город. Прежние грубые строения осков
и этрусков были заменены новыми, отвечавшими утонченным требованиям бо­
гатых помпейских купцов. На развалинах старой Помпеи возникла новая, подо­
бно тому как первая в свою очередь была построена на месте древнего селения,
возникшего в незапамятные времена.
Не успели помпейцы оправиться от первого несчастия, как их постигло вто­
рое, гораздо большее, которое совершенно разрушило город и похоронило его
под слоем вулканического пепла и шлаков толщиной 4—6 метров. 24 августа
79 года настал последний день Помпеи и соседних городов. «Час рассвета, —
пишет Плиний Младший, выдержки из писем которого к Тациту мы здесь при­
водим, — давно уже настал, но Везувий и его окружность все еще не выходили
из мрака ночи, самой темной, самой страшной из всех ночей... Уже было 7
часов утра, а на востоке только едва брезжило слабое мерцание света. Вдруг
дома так сильно покачнулись от подземного толчка, что мы в испуге принужде­
ны были поспешно оставить наш двор, тесный и отовсюду открытый, и реши­
лись искать безопасности где-нибудь на просторе, за городом. Толпа встрево­
женных горожан следует за нами, суетится, давит нас, и всякий думает, по обыкно­
вению одержимого страхом, что должно делать то же, что делают другие. Вот нако­
нец мы и за городской стеной, но далеко еще не у предела приключений и
ужасов. Представь себе только то,
что колесницу нашу вскидывало
кверху и поминутно выбивало из ко­
леи, как ни старались мы держаться
в ней... Беглецы, озаряя факелами
свой сбивчивый путь, сперва устре­
мились было к морю, в надежде спа­
стись по его волнам, но, увы! оно
бушевало и кипело под порывами
берегового полноветрия и было ре­
шительно недоступно... Море как
будто опрокидывалось само на се­
бя и отступало от дрожащих бере­
гов; местами песчаное дно его об­
нажалось, покрытое там и сям мор­
скими травами. Над морем висела
в воздухе черная туча, то прорезы­
ваемая временами извилистой ли­
нией огня, то рассекаемая во всей
своей массе молнией... Положение
наше было ужасно: нас густо оки­
дывало золою; дым нагонял по пя­
там, и страшно теснила толпа; от
давки задыхались. Я вздумал было
свернуть в сторону с большой до­
роги, пока еще можно было коеГреческий вид

Гибель Геркуланума

как распознать местоположение, — но поздно: настал непроницаемый мрак,
походивший не на безлунную и беззвездную ночь, а на совершенное отсутствие
света в комнате, отовсюду плотно запертой и закрытой. Мужчины, женщины и
дети огласили воздух воплями безнадежности, жалобами и плачем. Кто звал
отца, кто сына, кто отыскивал затерявшуюся жену; тот оплакивал собственное
несчастие, другой трепетал за друзей и родных; нашлись люди, призывавшие на
помощь смерть, из опасения умереть! Некоторые молились, некоторые громко
кощунствовали, утверждали, что богов уже нет нигде, что настала последняя
ночь для вселенной. Самые неблагонамеренные усугубляли общий страх, рас­
пуская слухи о разных ужасах своего изобретения... Сверху посыпался пепел, но
такой густой, что нам приходилось беспрестанно стряхивать его с себя, иначе
нас, конечно, засыпало бы тут же и навсегда. Не скоро начала редеть среда
дыма, испарений и золы, и даже когда она мало-помалу рассеялась в простран­
стве, подобно легким облакам, долго еще солнце казалось тусклым, как будто
при затмении...»

Развалины Помпеи

Так погибла Помпея. Восемнадцать столетий пролежала она прежде, чем
вновь выйти на свет Божий, чтобы поведать нам о том, как жили древние рим­
ляне, и, нужно сказать, язык, которым говорят теперешние ее развалины, най­
денная в них домашняя утварь, предметы роскоши, живопись, скульптура, па­
мятники письменности, вся домашняя обстановка, наконец, и сами печальные
останки древних обитателей, — язык этого мертвого города очень красноречив.
Помпея знакомит нас со своею былою жизнью не рассказом, а показом.
В Помпею, которая была расположена на возвышении, вело восемь ворот.
Войдя в одни из них и поднявшись по древней мостовой, мы чуть ли не через
несколько шагов находимся уже в самом сердце Помпеи, на ее форуме, с его
150

пьедесталами, на кото­
рых стояли статуи вели­
ких людей древности.
Вокруг этой площади
расположены базилика,
храм Венеры, Хальци­
дикум, храмы Меркурия
и Юпитера. Идем даль­
ше по пустынным, вы­
мощенным улицам, с
тротуарами и камнями
для перехода с одной
стороны на другую. За­
глядывая по дороге в ча­
стные дома, мы знако­
мимся с домашней жиз­
нью древних, часто с са­
План Помпеи
мой интимной ее сторо­
ной. Этот торговый, далеко не оригинальный, а потому за свою типичность
очень ценный в археологическом отношении город имел множество лавок.
Вот пред нами виноторговля, лавка мыльного фабриканта, булочная... Можно
себе представить чувства публики, когда при раскопках из печи были вынуты
хлебы, пролежавшие 1800 лет!.. Подобно другим римским городам, Помпея имела
свои бани, театры и амфитеатр. Стены их украшены фресками, с еще очень
живыми красками, хотя и не в такой степени, как в Геркулануме. Сюжетами
этой живописи были летающие и танцующие женские фигуры, иногда в очень
неблагопристойных позах, гирлянды цветов, но имеется немало и других сюже­
тов: исторических, бытовых, религиозных, естественно-исторических, мифо­
логических и фантастических. Обыкновенно фон для этих изображений был
красный, желтый или черный. Несмотря на то что Помпея была провинциаль­
ным городом и могла пользоваться услугами преимущественно местных
живописцев, художественная отделка всех фресок довольно хороша, позы фигур
непринужденны, и часто чувствуется вкус, воспитанный на хороших образцах.
В настоящее время помпейскую фресковую живопись изучают с большим
интересом не только археологи, но и художники, которые находят здесь много
ценного материала. А. Рено, известный знаток помпейских фресок, отзывается
о их художественной и технической стороне с большой похвалой.
Познакомимся с общим видом стены, украшенной фресками.
«Середину такой стены, — говорит А. Рено, — занимает собственно карти­
на, по сторонам размещены небольшие отдельные фигуры и группы, и все это
заключено как бы в рамку, представляющую собой нечто фантастическое: на
длинных тонких колоннах покоится легкий антаблемент (карниз), украшенный
гирляндами, фигурами, группами, на колоннах иногда поставлены акротерии
(статуи); низ стены занят цоколем, на темном фоне которого находятся различ­
ные живописные украшения. Стены помпейских домов выкрашены преимуще­
ственно красной и другими яркими красками, общий же тон живописных изо­
бражений — бурый или желто-зеленоватый, гармонирующий с общим цветом
окраски комнаты.
С обеих сторон главной картины и на цоколе обыкновенно размещены: аму­
ры и гении, карлики, занимающиеся искусствами и ремеслами, ландшафты,
виды зданий, сцены из повседневной жизни, плоды, рыбы, раки, дичь.
Рассматривая помпейскую фресковую живопись с технической стороны, —
151

продолжает
Ре­
но, — легко мож­
но заметить мно­
го уменья и лов­
кости в исполне­
нии и чрезвычай­
но удачного поль­
зования немноги­
ми красками. Ха­
рактер же линий и
выражений
явно
указывает на вли­
яние
древних
школ
живописи:
афинской, эфес­
ской и коринф­
ской.
Краски, кото­
рыми
пользова­
лись
помпейские
Развалины помпейского дома
живописцы, нео­
бычайно прочны, — их фрески в течение столетий находились под слоем нано­
сов, но при открытии краски всегда оказывались свежими и яркими.
Стиль помпейской фресковой живописи почти всегда греческий, что не мо­
жет казаться странным, если принять во внимание, что множество прекрасных
греческих картин находилось повсюду в богатых римских виллах и помпейские
живописцы могли свободно снимать копии с этих картин или делать с них на­
броски на память».
А. Рено обращает также внимание на то, что «некоторые мотивы помпей­
ской фресковой живописи использовали живописцы и скульпторы XVI и XVII столе­
тий, когда создавался стиль Возрождения. Кроме того, надо иметь в виду, что
следы помпейской живописи можно найти также и в древнерусской живописи.
Как известно, произведения древнерусской живописи являются в то же время и
памятниками древнерусской иконописи. Вместе с религией Россия заимство­
вала у Византии и искусство строить и украшать церкви произведениями живо­
писи по византийскому образцу. Если древнерусская живопись первоначально
была лишь подражанием живописи византийской, то и эта последняя, в свою
очередь, не была чужда подражанию древнехристианской живописи, развивав­
шейся всецело под влиянием классической».
Дома в Помпее были большей частью двух- и трехэтажные, верхние дере­
вянные этажи которых нависали над тротуарами. Наверху помещались комнаты
младших членов семьи, женские уборные, людские. Деревянная меблировка
комнат была довольно проста, а изделия из глины и металлов, служившие в
качестве домашней утвари, оружия, посуды, канделябров, напротив, очень изящ­
ны и свидетельствуют об утонченности вкуса.
Но если частные здания Помпеи не отличались большой роскошью убранст­
ва, то общественные сооружения, как вообще у римлян, доходили иногда до
невероятной роскоши. В особенности показательны в этом отношении обще­
ственные бани. В Риме число последних, не считая частных заведений этого
рода, доходило до 800. Из них некоторые, называвшиеся термами, были нео­
быкновенно роскошны и велики. Так, например, развалины терм Каракаллы,
служивших для одновременного мытья 2300 человек, занимают и теперь более
152

Развалины амфитеатра в Помпее

500 метров в длину, а бани Диоклетиана имели 3000 купален и три громадных
бассейна для плавания; над сооружением этих терм трудилось 40 000 строителей
в течение пяти лет. Общественные римские бани сравнимы с целыми города­
ми. Действительно, к термам примыкали прекрасные сады с широкими аллея­
ми, целые улицы, площадки, портики для игр, террасы, масса коридоров и
служб, библиотеки. Служа местом отдохновения и всякого рода наслаждений,
бани давали приют торговцам разными товарами и съестными припасами. В
банях нередко давались и театральные представления, устраивались художест­
венные выставки, публичные чтения.
Стены их украшались живописью, мрамором, стеклом, полированными ме­
таллами, а пол был мраморный или великолепный мозаичный. По стенам, а
местами и посредине, стояли статуи работы лучших тогдашних художников; в
числе украшений было также много превосходных барельефов. Ванны и тазы
делались обыкновенно из белого мрамора, иногда из базальта, лавы, гранита,
алебастра. Часто ванна подвешивалась на цепях, чтобы купающийся имел воз­
можность качаться. Роскошь доходила до того, что вода нередко проводилась по
серебряным трубам. В некоторых женских банях из этого металла делались даже
и скамьи.
В Помпее бани, конечно, были меньше и не так роскошны, но все же по
своему великолепию они могут далеко затмить современные. Обыкновенно пом­
пейская баня, как и большинство римских, состояла из четырех важнейших ча­
стей: аподитерия, назначенного для раздевания и служившего местом собрания
желающих мыться; фригидария, имевшего множество ванн и бассейнов для пла­
вания, — он служил холодной баней; тепидария, теплого помещения, по-види­
мому назначенного для натирания благовонными маслами; и калъдария, в кото­
ром были отделения для парной, горячих купаний и холодных ванн после пар­
ной. В Помпее из кальдария в тепидарий вела дверь, которая закрывалась от
собственной тяжести.
153

Развалины тепидария

Совсем иного рода впечатление производит созерцание улицы гробниц. Здесь
на нас веет холодом смерти...
В последнюю минуту жизни римлянина ближайший родственник умираю­
щего прижимал к устам последнего свои уста, чтобы принять его последний
вздох. Затем покойному закрывали глаза, омывали тело теплой водой, и распо­
ряжавшийся погребением обращался клибитинариям, пользовавшимися приви­
легией поставлять за особую плату все нужное для похорон. Это нечто вроде
наших похоронных бюро. Умастив тело благовонными бальзамами и подрумянив
бледные щеки, последние выставляли покойника посреди атриума, ногами к на­
ружной двери, одетого в белый саван и покрытого пурпуровой тогой. Стены дома
обтягивались черной тканью, а у ворот для предостережения жрецов от входа в дом,
где есть мертвый, выставлялась кипарисовая ветвь: несоблюдение этого условия
могло бы вызвать осквернение жреца, влекущее за собой необходимое в таком слу­
чае очищение последнего. Тем временем публичные глашатаи возвещали, что та­
кой-то отжил и желающие приглашаются на вынос тела.
По выносе покойника из дома, комнаты, для их очищения, выметались ве­
ником из железняка. Погребальное шествие, сопровождаемое музыкантами,
игравшими на флейтах и трубах, и плакальщицами, громко рыдавшими, на­
правлялось при исполнении особого рода песен к форуму, где слушалось над­
гробное слово, а затем на место сожжения. Здесь, положив тело на костер из
смолистого дерева и отвернув лицо назад, зажигали дрова факелами. В разго­
ревшееся пламя бросались любимые покойником собаки, попугаи, соловьи, дра­
гоценные вещи, а женщины, в силу неумолимого обычая, принуждены были
расставаться с лучшими своими украшениями, косами и локонами, которые
подвергались в огне той же участи. Уцелевшие от огня кости собирали, промы­
вали вином и клали в урны, хранимые в колумбариях.

Современный Сардис (бывшая столица Лидии, резиденция Креза)
155

Подобные церемонии, конечно, со­
блюдались только по отношению к лю­
дям богатым. Бедняка хоронили на тре­
тий день после смерти, без всяких про­
цессий.
Кроме обыкновенных, частных по­
хорон существовали еще обществен­
ные, устраиваемые на общий счет
граждан. Так были похоронены выда­
ющиеся римские полководцы Мене­
ний Агриппа, Валерий Публикола, Фа­
бий Максим.
Гробницы у римлян, как это можно
видеть по отрытым в Помпее, делались
из мрамора, туфа и пиперина. По своей
архитектуре они стояли гораздо выше об­
щественных и частных зданий, а по уст­
ройству напоминали собою дома.
Питая глубокое уважение к моги­
лам предков, римляне ставили их на­
равне с храмами, заботливо охраняя от
всякого поругания, и даже перенесе­
ние гробницы в другое место произво­
дилось не иначе как по особому разре­
шению коллегии жрецов. Благодаря
такой
неприкосновенности
жилищ
мертвых, в окрестностях римских го­
родов образовались целые другие го­
рода с кенотафами вместо жилых стро­
ений. Подобный город мертвых пред­
ставляло собою помпейское предместье
Августа Феликс, через которое до са­
мой геркуланской заставы шла улица
гробниц.
В последние годы республики в
Помпею стали проникать и чужезем­
ные культы, на что указывает, напри­
мер, весьма интересный храм Исиды.
Раскопки Помпеи начались впер­
вые в середине XIX в., но велись са­
мым варварским способом вплоть до
1860 года, когда их поручили археоло­
гу Фьорелли. Он не только поставил
их на научную основу, но и применил
много лично придуманных им спосо­
Гипсовые слепки погибших в Помпее
бов сохранения открываемых древно­
стей. Давно уже замечалось, что при
раскопке домов заступы рабочих часто проваливались в какие-то пустоты. Фьо­
релли пришла счастливая мысль заливать в эти отверстия гипс. Когда послед­
ний отвердевал, с него сметали пепел, и по полученному слепку можно было
судить о том, что некогда заключали в себе эти пустоты. Первым был найден
этим способом человек, несомненно умерший в страшных мучениях. Эти слепки,
156

Развалины Пальмиры

Развалины в окрестностях Фиатиры

Колоннада в Самарии

Филадельфия. На заднем плане развалины церкви Св. Иоанна Крестителя

которые потом стали готовиться постоянно, передают с большой точностью
пол, возраст, костюм и положение тела погибших помпейцев. Скелет и одежда
их давно истлели, но они оставили пустые пространства, которыми наука вос­
пользовалась для восстановления исчезнувшего (предполагается, что в Помпее
погибло до 2000 человек). Фьорелли применил описанный метод также и для
восстановления истлевших деревянных изделий: кроватей, окон, дверей.
Очень важное значение имеют также раскопки в местности Боскореале, где
находится большое имение, принадлежащее Приско. Сюда некогда стекала по
склону вода, смешанная с золой, и затопляла Помпею и ее жителей. Неудиви­
тельно, что здесь оказалась масса сокровищ той эпохи. В 1894 году Приско
получил от министерства народного просвещения разрешение проводить рас­
копки в своих владениях, и труды этого предпринимателя увенчались блестя­
щим успехом. Он нашел массу серебряных вещей, которые продал Ротшильду
за 400 000 франков, а Ротшильд подарил их Национальному музею в Неаполе,
где они известны под названием «Сокровища Боскореале».
Кроме вышеупомянутых серебряных вещей, Приско было отрыто много фре­
сок, инструментов и монет, причем интересно то обстоятельство, что находили
вещи около самой виллы и почти на поверхности земли; так, например, около
старого заваленного камнями и лавой колодца было отрыто согнутое тело чело­
века, формы которого вполне сохранились в массе пепла.
В начале 1901 года Приско начал раскопки на другом участке земли, приоб159

Гробница св. Поликарпа на горе Пагус у Смирны

ретенном им, и сделал открытие еще более интересное и ценное. Он отрыл
целую богатейшую виллу, украшенную чудными, вполне сохранившимися фре­
сками. Живопись на стенах этой виллы представляет собой изящные колонны,
убранные фруктами и цветами, а на одной из стен изображен гладиатор и маль­
чик, прислушивающийся к музыке арфистки; в одной из комнат виллы найден
чудный мозаичный пол с изображением дракона. Вилла окружена крепкой сте­
ной, и во дворе ее найдена масса огромных глиняных сосудов, в которых хранил­
ся хлеб — часть этих сосудов врыта в землю, часть разбита; там же, во дворе,
найдены большие круглые вазы, сделанные из металла, похожего на олово, —
вазы эти стоят на каменных фундаментах. Большой интерес представляет также
трубопровод, проведенный с одного конца виллы на другой, который так со­
хранился, что и в дни раскопок мог бы быть пригоден, как это было двадцать
веков тому назад.
Вместе с Помпеей погибли и другие города, в том числе Геркуланум.
Этот замечательный город, основанный осками, потом занятый этрусками,
ставший греческим, сохранил лучшие образцы эллинской культуры. Кроме
160

скульптурных произведений, бронзы, мебели, здесь были найдены знамени­
тые геркуланские папирусы, чтением которых занимается множество ученых.
В заключение настоящей главы мы должны упомянуть об очень важных раскоп­
ках в Сицилии, острове со столь обильной событиями историей. Археологические
изыскания в особенности стали приносить здесь блестящие результаты, когда во
главе сиракузского музея был поставлен (1889) Паоло Орси. Его работы охватыва­
ют всю древность острова, начиная с каменного века вплоть до христианских ката­
комб. В Южной Италии особого внимания заслуживают раскопки, начатые в
1878 году Стевенсом в греческой колонии Кампании, близ Ким. Кроме того, Ита­
лия, подобно Греции, не имея достаточных средств для археологических исследова­
ний, принуждена прибегать к помощи иностранцев. С семидесятых годов
девятнадцатого века в Риме возникло несколько научных обществ, из которых не­
которые содержатся иностранными государствами. Франция основала в 1873 году
общество в добавление к прежде существовавшей Национальной французской ака­
демии, Германия содержит Императорский архитектурный институт, Пруссия —
Исторический институт (1888), такой же основан и австрийцами. Соединенные
Штаты имеют там школу для изучения классической древности.
Изучение древности проводится во всякой культурной стране. У нас, на­
пример, классические древности исследуются в Южной России и на Кавказе, а
другие раскопки проводятся повсеместно; большое внимание обращено также
на христианские древности в восточных странах, на которые распространилась
греко-римская культура; не оставлены без внимания и памятники позднейших
времен: Эфес, Лаодикия, Пергам, Смирна, Фиатира, Филадельфия, Сардис,
Пальмира, Апомея, Баальбек...
Легко понять, какой громадный шаг вперед сделало XIX столетие в сравне­
нии с прошлыми веками, когда не только об археологии, как науке, и речи быть
не могло, но даже никто не заботился о поддержании безбожно истреблявшихся
памятников старины.
Посмотрим теперь, что сделала археология для изучения того продолжитель­
ного периода в культурном развитии человечества, который по праву носит на­
звание доисторического, когда о какой-либо письменности не было еще и по­
мину и человечество находилось в состоянии младенчества.

VII
Навсегда
ли
восстановления
ропологические
ка,
остатки
доисторического

потеряно
прошлое
первобытного
человечества?

Наши
средства
для
исчезнувшего.

Периоды
культурного
развития
человечества.

Ант­
и
археологические
исследования
миоценового
и
плиоценового
челове­
позднейшей
культуры.

Связь
антропологии
с
археологией
при
изучении
человека.

Ученые,
потрудившиеся
над
восстановлением
быта
последнего. — Результаты изучения первобытной культуры

С тех пор как Буше де Перт доказал существование человека в эпоху пещер­
ного медведя и мамонта, изучение первобытной человеческой культуры превра­
тилось в обширную область науки, с одной стороны, изучаемой археологами, с
другой — антропологами.
Подобно тому, как натуралист составляет по какой-нибудь одной кости пер­
вобытного животного, его зубам представление о физическом облике последне­
го, его образе жизни, пище, точно так же антропология учит нас, как можно на
основании устройства черепа первобытного человека и других анатомических
признаков делать заключение о степени умственного его развития. Но иссле­
дования естествоиспытателя, опираясь на археологию, идут гораздо далее; он
имеет возможность изучить, кроме того, культуру доисторического человека
по произведениям его рук. Гробницы и храмы указывают нам на его религию
и почитание мертвых; жилища, домашняя утварь, различные инструменты —
на образ его жизни и умственное развитие; оружие и укрепления — на спосо­
бы защиты и напа­
дения на врагов;
орнаменты, рисун­
ки — на степень его
эстетического раз­
вития.
Возможность
изучения первобыт­
ного человека явля­
ется далеко не при­
зраком.
Основа­
тельное
изучение
сохранившихся ос­
татков
древности
дает
возможность
разделить доистори­
ческую археологию
Предполагаемые изделия третичного человека

Вооружение доисторического человека

на 4 главных периода. Деление это, конечно, искусственное, но все же оно дает
довольно ясное представление о развитии человеческой культуры. Самый древ­
ний период развития человека — это период палеолитический, или древнекамен­
ный, период отложений, или наносов ледяной эпохи. В этот период человеку
приходилось бороться с пещерным медведем, покрытым шерстью носорогом,
мамонтом, пещерным тигром. Следующий за этим период называется неолити­
ческим, или периодом шлифованного камня. Этот период характеризуют различ­
ные орудия, сделанные из кремня и других камней и прекрасно отполирован­
ные. Металлов, кроме золота, изредка употреблявшегося на украшения, здесь
163

Находка костей пещерного медведя вместе с останками человека близ Пиренеев

не замечается. Оба эти периода соединяются между собой переходной эпохой
полуотделанных орудий. Далее следует бронзовый период, когда для приготовле­
ния всевозможных инструментов и оружия употреблялась бронза, и, наконец,
железный, в течение которого бронза употреблялась уже только для украшений,
для рукоятки, а само оружие выделывалось из железа.
Не следует, однако, смотреть на эти периоды, как на что-либо строго опре­
деленное. Камень, например, употреб­
лялся не только в течение первых двух
периодов, но также и в периоды бронзо­
вого и даже железного, а у скифов желе­
зо, судя по некоторым данным, вошло в
употребление одновременно или даже ра­
нее бронзы. В Южной России камен­
ный период окончился в очень отдален­
ную эпоху, так как скифы, по свидетель­
ству Геродота, с незапамятных времен
были знакомы с употреблением железа,
а в «Слове о полку Игоревом» упомина­
ются только «стрелы железные», «стре­
лы каленые» и «копья харалужные».
Предметы из камня, обнаруженные в
России, принадлежат по большей части к
периоду неолитическому, так как грубо об­
тесанные орудия встречаются лишь в не­
которых местностях, обыкновенно же на­
Кремневые ножи. Подобные осколки,
ходят предметы прекрасно, даже изящно
несомненно, доказывают существова­
отполированные, или же если и обтесан­
ние человека в делювиальном периоде.
ные,
то тщательно и красиво (эпоха пере­
Эти экземпляры найдены в пещере
ходная).
Разбойников близ Регенсбурга
В конце XIX века установился прин164

цип эволюции, в силу которого ничто не может явиться, так сказать, вдруг, без
подготовки. В природе все изменяется и совершенствуется. Древний человек в
силу закона эволюции не мог явиться сразу таким, как находят его современные
антропологи. Так, он умел выделывать грубые орудия из дерева, камня, костей,
лепил из песка и глины посуду, которую снаружи обжигал. Неолитический
человек стоял еще выше: его посуда изготовлялась из глины, смешанной с мел­
ким кварцем и кремнем, чем достигалась большая прочность.
Судя по оставшимся костям, тогдашний человек хотя и обладал очень низ­
ким лбом, громадными сильными челюстями и необыкновенно развитыми над­
бровными дугами, тем не менее это был все-таки уже настоящий человек. Он
тоже лепил грубую глиняную посуду, изготовлял орудия из камня, даже не был
чужд эстетических стремлений, что доказывается находкой осколка, отшлифо­
ванного наподобие свиной головы. Для довершения духовного облика этого
человека следует заметить, что он любил иногда полакомиться мясом себе подо­
бных.
Князь Путятин нашел кучи «кухонных остатков» также и в России, в окрест­
ностях Бологого. Найденные здесь изделия принадлежат к переходному веку
полуотделанных орудий, к так называемой эпохе северного оленя.
В Венгрии «террамор», человек свайных построек, оказывается уже гораздо
более цивилизованным, так как он разводил скот, возделывал пшеницу, выде­
лывал не только каменную, роговую, костяную утварь, но даже употреблял брон­
зу, носил ожерелья из зубов, когтей животных. Словом, это был человек, сто­
ящий на рубеже истории и значительно уже удалившийся от того миоценового
антропопитека, существование которого считается в настоящее время необхо­
димым. Это было, как полагает Г. Мортилье, существо, знакомое с огнем и
употреблявшее его для различных целей. Катрфаж говорит, что только более
интеллигентные обитатели миоценовой эпохи догадывались отбивать осколки,
находимые среди пережженных кремней, остальные же обжигали камень до тех
пор, пока он не разваливался на куски. Впрочем, все это пока только предпо-

Первобытные каменные орудия
165

Роберт Вирхов

Поль Брока

ложения, так как в Европе человек миоценового периода не оставил после себя
решительно никаких следов. Даже существование более позднего плиоценового
человека зиждется пока только на археологических фактах. В плиоценовых пла­
стах Калифорнии найдены, например, грубо выдолбленные углубления в об­
ломках скал, очевидно служившие вместо ступок, так как при некоторых оказа­
лось что-то вроде пестов. Имеются и другие факты, доказывающие существова­
ние плиоценового человека. Споры по этому вопросу тогда лишь прекратятся,
когда будет найден сам третичный человек.
Не вдаваясь в историю развития наших познаний о доисторическом челове­
ке, заметим, что только с конца пятидесятых и начала шестидесятых годов XIX века
началось серьезное движение в отношении изучения первобытной жизни. Вайтц
в своей «Антропологии первобытных народов» делает солидную попытку «свя­
зать естественно-историческое познание человека с историческим» и положить
основы науке, «долженствующей изучить человека в состоянии его перехода от
естественного, первобытного состояния к жизни общественной и культурной»,
А. Бастиан в своем труде «Человек в истории», сопоставляя многочисленные
аналогии в жизни и мысли различных народов, стоящих на весьма неодинаковых
ступенях цивилизации, открывает тем новый путь для построения истории пер­
вобытной культуры с ее аналогиями и пережитками, — путь, которым в более
близкое к нам время так плодотворно воспользовался Э. Б. Тейлор.
Обойтись без голого, хотя далеко не полного списка важнейших деятелей в
области археологии по изучению первобытного человека нельзя, потому что на­
ша система изложения не позволяет ссылаться на источники, и, стало быть,
многих пришлось бы обойти молчанием. Не говоря о Кювье, Ламарке, Дарви­
не, Тексли и других естествоиспытателях, игравших ту или иную роль в отноше­
нии изучения доисторического человека, мы должны указать здесь на Буше де
Перта, Мортилье, Лярте, Лайеля, Топинара, Вирхова, Леббока, Тейлора, Ни-

Карл Фохт

Профессор Д. Анучин

дерле, Брока, К. Фохта, Гами, Катрфажа, Ранке, Надайяка и многих других, а
из русских и польских ученых назовем: Анучина, Богданова, Антоновича, Боб­
ринского, Уварова, Самоквасова, Иностранцева, Мензбира, Петри, Крживиц­
кого, Передольского, Толстого, Кондакова, Завитневича, Перца, Павинского,
Харузина, Тышкевича, Поливанова, Лапо-Данилевского, Фелицына, Радлова,
Щуровского, Спицына, архимандрита Макария, Ястребова...
Работников было немало... Их совокупные труды принесли богатые плоды,
дающие возможность говорить о первобытном человеке, его жизни, нравах и
привычках с большой уверенностью. В настоящее время написать роман из
времен каменного века можно столь же легко, как и современный, так как мате­
риал собран большой; в литературном же отношении такой доисторический ро­
ман представит, конечно, гораздо менее трудностей, чем любой даже современ­
ный рассказ, так как жизнь в те времена была в высшей степени проста и пси­
хология героев отличалась незамысловатостью.

Картины из жизни древнекаменного века. Сожжение покойника. Голова мамонта.
Изготовление глиняной посуды

VIII
Предположения о духовном облике палеолитического человека. — Физическая природа
последнего. — Общество, среди которого жил древнекаменный человек. — Климатиче­
ские условия его существования. — Его одежда, оружие и орудия. — Каменоломни
времен каменного века. — Как изготовлялись каменные орудия. — Жилище палеолити­
ческого человека. — Его образ жизни. — Погребальные церемонии. — Палеолитиче­
ское искусство

Насколько человеческий организм и тесно с ним связанное психическое
развитие изменились со времени древнекаменной эпохи, можно судить уже по
тем так называемым атавистическим признакам нашего организма, которые не­
редко проявляются в настоящее время. Еще недавно многие ученые думали,
что даже древние греки не умели различать многих цветов. Хотя в последнее
время исследования доказали ошибочность этого мнения, тем не менее не под­
лежит сомнению, что в более отдаленные времена люди не были способны не
только различать многие цвета, но не могли себе представить и многого другого,
совершенно понятного даже
современному ребенку. Отто­
го и язык их был, наверное,
до крайности несложен.
Принимая во внимание
относительную
зависимость
богатства языка от культурно­
го развития народа, нетрудно
себе представить степень умс­
твенного уровня древних трог­
лодитов (первобытные пещер­
ные жители Западной Евро­
пы). Представьте же себе, чи­
татели, каков должен был
быть палеолитический чело­
Пещерный лев
век, незнакомый не только с

Пещерный медведь

Мамонт и бегемот

Борьба с пещерным медведем. На заднем плане мамонт

городами и производительной способностью земли, но не знавший даже воз­
можности постройки какого бы то ни было жилища, кроме пользования естест­
венными углублениями земной коры, вроде пещер.
Но если в умственном отношении доисторический человек был необычайно
мало развит, зато в физическом, и именно в смысле силы и выносливости, — ему
не найти в настоящее время равного. Прюньер и П. Брока, исследуя доистори­
ческие черепа, нашли на них даже ясные признаки прижизненной трепанации.
Просматривая список животных, найденных в пещерах и современных им
древних наносах (делювиальных отложениях), мы убеждаемся, что большинство
из этих современников древнего человека уже вымерло. Наибольшее внимание
останавливают на себе виды толстокожих животных. В руслах рек Сибири иног­
да находят среди мерзлой земли остовы громадных слонов, с длинными, загну­
тыми кверху бивнями. Это так называемые мамонты, или маммуты, жившие в
Северной Европе и Азии вместе с особым видом носорога, с двумя рогами и
костной перегородкой в полости носа. Оба этих животных были покрыты гус­
той, длинной и теплой шерстью, дававшей им возможность переносить значи­
тельный холод. Другой вид слона, живший рядом с другим двурогим носоро­
гом, похожим на нынешнего капского носорога, — наоборот, водился в Южной
Европе, около Средиземного моря. В Америке тоже водились слонообразные
животные, мастодонты, которых европейский представитель встречался уже в
миоценовой и даже эоценовой эпохе (первый отдел третичной системы). Беге­
моты жили в болотах и больших реках делювиального периода всей Средней
Европы вплоть до Англии и России.
Со всеми этими животными первобытный человек, несомненно, должен был
иметь столкновения, но все же это было ничто в сравнении с теми опасностя­
172

ми, которым он подвергался со стороны хищных животных: громадный пещер­
ный медведь вступал с ним в беспощадную борьбу; пещерный лев, походивший
видом на нынешнего тигра, но превышавший последнего размерами, — подсте­
регал его в темноте ночи; исполинская древняя кошка, напоминавшая теперешних
пантер, — не отставала от своего свирепого родича; даже жалкая пещерная гиена,
животное, впрочем гораздо более крупное и сильное, чем похожая на нее тепе­
решняя пятнистая капская гиена, — даже это отвратительное животное реша­
лось иногда нападать на плохо вооруженных троглодитов, в особенности когда
они бывали ранены или больны.

Древнего человека на каждом шагу подстерегала опасность

Нередко становясь жертвой этих чудовищ, первобытный человек в свою оче­
редь нападал на других животных: он с успехом охотился на великолепного, с
громадными лопатообразными рогами, ирландского торфяного оленя, величи­
ною не превосходившего, однако, нынешнего северного оленя; огромная лань,
встречаемая в наносах Северной Франции, — также часто становилась его добы­
чей, равно как и некоторые другие жвачные животные. К числу последних сле­
дует отнести два вида быков: так называемого первобытного быка и зубра, суще­
ствующего и в настоящее время в Беловежской пуще.
Нельзя не сказать о существовании двух важных грызунов, близкие родствен­
ники которых заставляют и в настоящее время биться сердца охотников: о зай­
це, жившем около Средиземного моря, и бобре, череп которого был на 1/5 более
головы нынешнего бобра. Встречался и дикий кабан, который представлялся
первобытному человеку очень лакомым, но и трудно добываемым кусочком...
Многие виды вымерших животных, обитавших в это время в Средней Евро­
пе, были защищены от холода густым теплым мехом. Те же, которые не имели
173

этой защиты, все-таки способны были переносить холод. Так, например, пещер­
ный тигр, очевидно, был животным, не боявшимся холода, судя по теперешнему
его родичу, водящемуся в Приамурском крае. Африканская гиена, как известно,
очень часто попадается на вершинах Атласских гор, где зимою царствует стужа;
поэтому не подлежит сомнению, что и ее древняя прабабушка была не менее вы­
нослива. Из всего этого геологи выводят заключение, что климат Средней Европы
в древнекаменный период был гораздо суровее теперешнего, а стало быть, и жизнь
первобытного человека при таких условиях была далеко не сладка.
Существует еще одно очень важное соображение, подтверждающее факт су­
ровости климата этой эпохи и впервые высказанное английским натуралистом
Кристи. Отвратительное зловоние от гниения необглоданных костей, кусков

Охота на оленя

мяса и других органических остатков, кучами валявшихся в пещерах, даже при
условии самого неразвитого обоняния, сделало бы невозможным существова­
ние человека в соседстве с этим чудовищным скопом животных отбросов, если
бы климат был сравнительно умеренный.
Но если первобытному человеку приходилось бороться, кроме хищных зве­
рей, еще и с суровостью климата, то во что же в таком случае он одевался?
Конечно, в звериные шкуры. Он сшивал их при помощи каменного или костя­
ного шила тонкими ремешками или сухожилиями, как это делают и в настоя­
щее время некоторые племена. Швы разглаживались гладилом, особым глад­
ким куском камня (валуном). Одежда эта надевалась на голое тело; причем един­
ственной заботой было, — чтобы она не стесняла движений. Для украшения же
себя, а, быть может, также и для закаливания кожи, наши отдаленные предки
татуировали тело при помощи особых каменных инструментов, найденных в числе
остатков орудий палеолитического человека.
Переходя к вопросу о первобытном оружии и орудиях, основной материал
которых камень, мы прежде всего должны упомянуть о произведенных Гринуэ­
лем исследованиях так называемых «грязных ям», находящихся около Брандона
в Англии. Эти исследования доказали, что «грязные ямы» — не что иное, как
шахты или ходы, сделанные в меловой почве для добывания кремня, из которо­
го преимущественно изготовлялись орудия западноевропейских троглодитов. Факт

Оружие и орудия каменного века из швейцарских свайных построек

этот чрезвычайно важен: он указывает на существование уже у доисторического
человека зачатков производства. Вероятность такого предположения подтверж­
дается и тем обстоятельством, что Брандон, как показал Флауер, несмотря на
бесплодие окружающей страны и невыгодность положения, был посещаемым и
значительным сборным пунктом древности; он служил, так сказать, обширной
мастерской, где первобытные обитатели Англии фабриковали свои нехитрые
орудия.
Инструментами, употреблявшимися для ломки камня, служили кирки из
оленьих рогов (эпоха северного оленя), которые, однако, очень скоро тупились.
В брандонском мусоре можно видеть множество таких негодных и брошенных
175

Изготовление орудий из кости

экземпляров. В одной заваленной галерее, после ее отрытия, нашли брошен­
ные кирки, направленные острием к камню. Все они были покрыты слоем
меловой пыли, на которой остались даже следы пальцев. Работа производилась
в трех местах и была, по-видимому, оставлена до другого дня, но ночью случил­
ся обвал. «Это была, — говорит Гринуэль, — потрясающая минута, которой я
никогда не забуду, когда перед нашими глазами открылась неоконченная рабо­
та, производившаяся, вероятно, 3000 лет (?) тому назад, и когда мы увидели
орудия, оставленные на месте рабочими за несколько тысячелетий до нашего
времени...»
Если рассматривать орудия каменного периода, как, например: ножи, пи­
лы, топоры, молоты, шила, скребки, наконечники стрел, то с первого взгляда
может показаться невероятной возможность приготовления их без помощи ме­
таллических молотков. Это недоумение служило даже одно время доказа­
тельством против защитников существования человека в четвертичную эпо­
ху, пока английский геолог Эванс собственным примером не доказал воз­
можность вытесывать из кремня топоры при помощи одного только куска кам­
ня на деревянной рукоятке. Древние люди употребляли для этой цели инстру­
менты двоякого рода: во-первых, куски-зерна кремня, роговика и обсидиана,
так называемые нуклеусы, ядрища, игравшие роль долота; во-вторых, удли­
ненной формы куски более твердых каменных пород; эти куски играли роль
176

молотов; ими отбивали угловатые осколки, из которых уже изготовлялись са­
мые топоры и другие орудия.
Изготовление кремниевых орудий все же требовало большой сноровки. Один
работник из Брандона, занимавшийся изготовлением кремней для ружей, рас­
сказывал, что для изучения этого ремесла он употребил два года. Здесь нужно
прежде всего уметь выбрать сорт кремня, а затем уже, держа его очень крепко в
руке, рядом ударов определенной силы по разным граням производить отколы.
При этом замечается, что способность колоться принадлежит в гораздо большей
степени тем кремням, которые только что вырыты, чем долго лежавшим на
воздухе.
Ввиду трудностей изготовления неудивительно, что первые каменные ору­
дия являются настолько несовершенными, что одно время их не решались даже
признавать за произведения рук человека. Будем, однако, помнить, что эти
грубые орудия представляют собой основание современной промышленности и
искусства. «Первый человек, который ударил камнем о камень, для придания
последнему лучшей формы, делал, — как справедливо замечает Буше де Перт, —
первый взмах резца, создавшего Минерву и все статуи Парфенона».
Торквемадо, рассказ которого подтверждается Гернандесом, описывая, ка­
ким образом ацтеки изготовляли орудия из обсидиана (род вулканического крем­
ня, но блестящей стекловидной поверхности, дающей возможность делать из
этого минерала даже зеркала), говорит, что эта операция производилась не уда­
рами, а посредством надавливания, как это делают и эскимосы.
Мускулистая рука первобытного воина-охотника была вооружена копьем, к
расщепленному концу которого был плотно привязан острый камень, а может
быть, для большей прочности, даже и приклеен смолой. Тяжелая дубина, ка­
менный молот-топор, немного позднее — лук и стрелы, — вот те орудия, кото­
рые довершали вооружение этого могучего, но, надо полагать, далеко не изящ­
ного богатыря-охотника. Из рога и кости он изготовлял гарпуны, снабженные
рядом зазубрин.
Обработка камней и растительного или животного материала для орудий про­
изводилась или в пещере при свете очага, или же на открытом месте, причем здесь
разделывали также и убитого зверя, а остатки его бросали у огня. Вот здесь-то
находят первые следы человеческого труда: куски камней, обломки, начатые и вполне
законченные орудия вместе с углем и золой костров, кости разных животных, рас­
колотые для добывания из них мозга и зачастую обглоданные.
Первобытный человек старался находить убежище в пещерах, в дуплах деревь­
ев. Приходилось, конечно, жить и под открытым небом. Случалось, что в поисках
пещер он наталкивал­
ся в них на животных,
ютившихся здесь: тог­
да приходилось овла­
девать жилищем толь­
ко после тяжелого,
кровопролитного боя.
Попадая в обла­
сти, где было мало
пещер, человек рас­
полагался в других
убежищах: в естест­
венных углублениях
или в иных какихМамонт
нибудь защищенных

местах, которые он легко превращал в удовлетворительные, по его понятиям,
помещения для временной остановки.
Находки в пещерах свидетельствуют зачастую о более высоком культурном
уровне человека, чем те остатки, которые относятся к стоянкам под открытым
небом. В пещерах Дордони (Франция) мы находим разные замечательные ра­
боты племени, охотившегося за северным оленем, и многие другие указания на
пробуждение человеческого духа.
Стало быть, в так называемый век северного оленя холод заставил человека
искать убежища в пещерах, где благодаря ожесточенной борьбе за существова­
ние он и развил свои высшие способности.
Нужно различать в палеолитическом периоде две эпохи: век мамонта, отно­
сящийся к более теплому межледниковому времени, когда человек жил под
открытым небом на равнинах, и век северного оленя, с климатом холодным и с
более совершенными орудиями, находимыми в пещерах.
Но мамонт встречался не только в более теплые периоды, он жил и в позд­
нейшую послеледниковую эпоху, хотя только в открытых речных долинах, тогда
как северный олень попадался и в горных областях. Ввиду этого обе фазы чело­
веческой культуры древнекаменного века могли существовать и одновременно,
но в совершенно разных местностях.
На берегах Дордони встречается много гротов, расположенных в скалистых
уступах. Пол этих пещер состоит частью из известкового туфа, который связы­
вает в одну плотную массу останки древних
троглодитов (пещерных жителей). Там на­
ходят угли, обожженные камни, бесчислен­
ное количество каменных ножей, шила, пи­
лы, наконечники для копий, топоры, ос­
колки кремней и роговика, иголки, острия
стрел, гарпуны, кинжалы и другие костя­
ные предметы; кроме того, разные резные
работы из рогов северного оленя и массу ос­
татков костей убитых на охоте животных.
Среди последних встречаются: пещерные
медведи, гигантский олень, антилопы-сай­
ги, каменный баран и мускусный бык. Но
чаще всего там находят кости северного оле­
ня, лошади и зубра. Обыкновенно в подо­
бных пещерах совсем не бывает изделий из
обожженной глины и не замечается никаких
следов скотоводства, земледелия, полирова­
ния камней (кости домашних животных,
жернова, камни для полирования и полиро­
ванные каменные орудия).
Следы пещерного человека известны пре­
имущественно в Европе, где главным обра­
зом занимались их изысканием — во Фран­
Гигантский олень
ции, Англии, Испании, Португалии, Бельгии,
Германии, Австрии и Италии. Мы имеем сведения о первобытном человеке чет­
вертичного периода из Северной Африки (Алжир и Египет), из Индии (Декан) и
из западной части Северной Америки.
Все эти следы носят общие признаки начала промышленной деятельности,
когда человек умел уже обрабатывать находившиеся у него под рукой твердые
каменные породы. Там, где необходимый материал встречался лишь в виде ма-

лых кусков, сравнительно невелики были и размеры оружия и орудий; но форма
их приблизительно везде одинакова и отчасти сохранилась даже в неолитиче­
ский период.
Много нужно было почти безоружному тогдашнему человеку мужества, что­
бы осмелиться оспаривать уже занятую сильным медведем пещеру. Но можно
было попытаться победить медведя хитростью. Его ловили в ямы, на поверх­
ность которых, закрытую зелеными ветвями, клали, как приманку, кусок сыро­
го мяса. В яме его избивали тяжелыми камнями. И вот эта драгоценнейшая
добыча первобытного охотника лежит бездыханная...
Теперь, спрашивается, как использовать ее наилучшим образом? Шкура сня­
та. Осколком кремня надрезана кожа и сделано отверстие, через которое вво­
дится рука. Инструменты, вырезанные из оленьего рога и надлежащим образом
приспособленные, играют роль гладила и «скребков». Кремневым ножом, вде­
ланным в рукоятку из оленьего рога, отсекаются кожные сухожилия, и мешок
готов, исключая дубления.
Потрошение и дальнейшее разрезывание мяса производится по известным пра­
вилам, при помощи медвежьей челюсти. Сначала отсекается голова, причем че­
реп, отбиваемый камнями у пойманного зверя, тотчас вскрывается, чтобы съесть
еще теплый мозг, что считалось величайшим лакомством. Затем членится туша
животного (это, как правило, запас мяса на несколько дней), бедра отделяются от
туловища, и все эти части разрубаются на более мелкие куски. В бедрах стараются
отделить трубчатые кости от мяса. Точно так же необходимо добраться до спины и
приготовить ее для жарения. Этого едва ли возможно достигнуть при помощи име­
ющихся в распоряжении камней и еще менее при помощи руки, но очень легко
посредством инструмента первобытного человека — медвежьей челюсти.

Снятие шкуры с убитого оленя

В этом описании, принадлежащем Фраасу, он обращает наше внимание на
то, что такой способ рубить мясо нужно считать постоянным обычаем древнего
обитателя пещер и что этот обычай до известной степени сохранился и у тепе­
решних мясников.
Одежда остального общества в пещере, которое расположилось на разостлан­
ных вокруг огня шкурах, также состоит из шкур, но различных животных, причем
все так приноровлено, чтобы одетый всей своей внешностью по возможности на­
поминал убитого зверя. Один сидит в шкуре северного оленя, и кожа головы по­
следнего выделана таким образом, что на ней остались еще стволы рогов.
В этой одежде, имеется в виду на охоте, по возможности незаметно можно
подкрасться к хитрому животному. Точно так же снята и шкура дикой лошади,
которая очень высоко ценится охотниками наряду с медведем и северным оленем.
Об этого рода одежде упоминает Геродот в своих рассказах о черных индийцах,
эфиопах, которые находились в персидском войске и в таком виде были отправля­
емы против молодой и цветущей эллинской культуры. Голова их была покрыта
лобной кожей лошади, снятой вместе с ушами и гривою. Грива и стоячие уши
придавали им страшный вид, который сохранился в индийских изображениях де­
монов с лошадиными головами. Далее встречаются точно так же изготовленные
шкуры зубра и дикого быка, благородного оленя и маленького мускусного быка с
его толстыми рогами, изогнутыми книзу.
Шкуры сшивались с помощью заостренных шил, осколков оленьих костей
или рогов нитками, которые изготовлялись из разделенных сухожилий живо­
тных, преимущественно оленей.
Ремни также имели применение в одежде, как это можно судить по первобыт­
ным трупам, находимым в болотах. Без продернутых ремней и шнуров невозможно
было приспособить как сле­
дует ни одной шкуры к че­
ловеческому телу.
Продолжительное тре­
ние двух кусков дерева друг
о друга может, как извест­
но, при соблюдении неко­
торых условий, зажечь дере­
во. Но такой способ добы­
вания огня очень труден.
Обыкновенно дикари со­
храняют
раз
зажженный
огонь.
Обед,
приготовляемый
на огне, главным образом
состоит из мяса, которое
жарится тонкими кусками
величиной с ладонь на рас­
каленном плоском камне
или прямо в горячей золе,
и при этом осторожно по­
ворачивается при помощи
заостренной деревянной па­
лочки.
Кладовая наших пещер­
ных людей содержит подчас
Летняя одежда первобытного человека
МЯСО не ОДНИХ перечислен180

Нападение пещерных медведей на становище людей каменного века

ных крупных зверей; иногда попадаются также куски мамонта и носорога, чаще
дикой свиньи. В числе поедаемых животных встречаются и другие убитые хищ­
ники: лев, рысь и дикая кошка, а также каменная куница, быть может, еще
заяц, орешниковая соня, земляная крыса. Из пернатых часто встречаются ле­
бедь-кликун и утки, иногда и мелкие птицы: снегирь, галка. Из рыб приятно
разнообразят стол окунь и карп, как доказывают разбросанные кости позвонков
этих животных средней величины.
Между охотой и едой время проходит в изготовлении простых орудий охоты
и рыбной ловли. Но в Голефельсе употребляют для этого, наряду с костями
медведя, костями и рогами северного оленя, еще кости и зубы мамонта, носо­
рога.
Совокупность данных, которые открывают нам находки в германских пеще­
рах, Ориньякском гроте и других местах, дает нам возможность нарисовать кар­
тину жизни древнего человека от колыбели до могилы.
Первобытный человек палеолитического периода, то есть эпохи пещерного
медведя и следующей за ней переходной, или эпохи полуотделанных орудий,
погребал своих мертвых в пещерах.
Представим себе церемонию погребения тела первобытного троглодита. Не­
сколько человек несут тело на носилках из ветвей. Путь освещают люди, держа­
щие в руках зажженные смолистые ветви. За покойником несут его оружие,
любимые вещи, драгоценности, украшения, утварь: все это должно быть погре­
бено вместе с ним. Плач и причитания жены покойного, грустные, пасмурные
лица сопровождающих тело и зловещий блеск факелов, отражающихся на стенах

За обедом

пещеры, в которую вступило печальное шествие, — еще более усиливают не­
приятное впечатление...
Наконец грустная обязанность предания тела земле окончена, и тяжелый
камень, приваленный ко входу в пещеру, охраняет бренные останки от пожира­
ния их хищными зверями. Перед пещерой, у самого преддверия смерти, зажи­
гается тогда костер, и начинается пиршество. Мясо пещерного медведя или
мамонта, колоссальная масса которого виднеется в отдалении за пирующими,
одетыми в звериные шкуры, накинутые на голое тело, — составляет все меню
этого банкета. Животные раздираются на части, и их еще дымящееся мясо рас­
пределяется между пирующими. Полусырое мясо, не успевшее еще поджарить­
ся на угольях, с нетерпением пожирается, а мозг из расколотых вдоль костей
высасывается с очевидным наслаждением.
Удовлетворив наполовину свой голод, пирующие начинают прославлять по­
койного, вспоминать его подвиги и, наконец, обстоятельства, сопровождавшие
самую смерть несчастного. Большая охота, трофеи которой теперь с жадностью
пожираются, была для
покойного
роковой...
Вскоре начинаются пес­
ни,
пляски,
заклина­
ния...
Мы имеем перед со­
бой людей, которые ос­
тавили свои следы исклю­
чительно в виде труднее
всего исчезающих остат­
ков культуры — в виде об­
тесанных кремней, кото­
рые они находили вокруг
своего жилья, переноси­
ли в пещеру и там обра­
батывали в форме целесо­
образных инструментов.
Ни одно из тех животных,
остатки скелета которых
мы находим в пещерах,
не было приручено на
пользу человека. Он был
совершенно одинок в
этой враждебной среде,
мог только убивать их и
поддерживать
свою
жизнь, питаясь их мясом,
кровью и костным моз­
гом. Физическая сила ма­
ло помогала человеку в
борьбе за существование,
так как, за немногими ис­
ключениями, убитые жи­
вотные были несравнен­
но
сильнее
человека.
Здесь нужно было дейст­
вовать умственным преВ лесу

восходством, ловить минуты, ког­
да животное не настороже, на­
стигать его внезапно или ловить
в силки и ямы.
Эта суровая школа первобыт­
ной жизни, закаляя и изощряя ум
человека, не наложила, однако,
на него печати исключительного
стремления к практическим по­
следствиям деятельности. К на­
шему удивлению, человек древ­
некаменного периода, оказыва­
ется, был истинным художником:
он вырезал рисунки на кусках
оленьего рога и кости.
Среди остатков этой седой
старины археологам нередко по­
падаются грубые изображения
человеческого лица, головы ма­
монта и других животных, вы­
царапанные на камнях или кос­
ти, иногда же удается встретить
образцы первобытной скульпту­
ры в виде какого-нибудь мед­
Бивни мамонта
вежьего клыка, отделанного на­
подобие птичьей головы, как
это было в Ориньякском гроте. Подобные вещи, конечно, составляли для
троглодитов редкости, которыми настолько дорожили, что даже клали вме­
сте с покойником в могилу наряду с трофеями охоты, оружием, незатейли­
выми украшениями в виде ожерелий из раковин...
Однако предметы, найденные в пещерах Перигора, около Баденского озера,
близ Тайнингена, в Швейцарии, и еще кое-где, были отмечены печатью уже отно­
сительно столь высокого искусства, что вызвали невольное изумление.
Первый из этих рисунков, найденный в пещерах Дордони, изображает рыбу,
вырезанную на цилиндрическом куске оленьего рога. Другой кусок последнего

Изображение мамонта из Мадленской пещеры

украшен рисунком каменного козла. Еще более интересно изображение двух
лошадиных голов и голого человека с палкой или копьем. Рядом находится
дерево, которому художник придал такое положение из-за недостатка места.
По-видимому, это ель или сосна. Ряд вертикальных и горизонтальных штрихов
может означать нечто вроде плетня или изгороди. На другой стороне того же
цилиндра изображены две головы зубра. Рисунок очень живо представляет древних
лошадей с их несоразмерно большими головами, взъерошенными гривами и
растрепанными хвостами.
Что касается знаменитого изображения мамонта, покрытого шерстью с длин­
ной гривой, вырезанного на куске Мамонтова клыка, то не решено, не подделка ли
это? Несомненной подделкой следует считать прославленный рисунок «Пасущийся
северный олень», который в особен­
ности неправдоподобен потому, что
помимо изящества исполнения он
отличается еще изображением час­
тей, обыкновенно никогда не вид­
ных, именно ног, которые предпо­
лагаются скрытыми в траве.
Кроме простой контурной резь­
бы, пещерный обитатель древности
создавал и пластические произве­
Пасущийся северный олень
дения в виде разного рода фигур.
Таковы, например, рукоятка кинжала, представляющая оленя с поджатыми пе­
редними ногами, рельефное изображение головы лошади из пещеры Арюди.
Итак, мы видим, что древнекаменный человек уже таил в себе ту божествен­
ную искру, которой впоследствии суждено было разгореться в целое пламя,
временами озаряющее нашу прозаическую жизнь.
«Эта сравнительно высокая степень искусства четвертичного человека, —
говорит Нидерле, — не покажется нам удивительной, если мы сравним ее с тем,
что нам известно из этнографии современных первобытных народов. Художест­
венное воспроизведение форм, особенно животных, является как бы врожден­
ной способностью дикаря, живущего в более тесном и постоянном общении с
окружающей его природой...
Имел ли человек древнекаменного периода какую-либо религию? Мортилье
отрицает существование у древнекаменного человека религии. Но как растяжи­
мо само понятие о древнекаменном человеке, так неопределенно и выражение
«религия». Если мы можем согласиться с тем, что в начале палеолитического
периода, по Мортилье, 230 000—240 000 лет тому назад, не было хоть скольконибудь определенной мифологии, то, с другой стороны, не подлежит сомне-

Резные рисунки на кости северного оленя из пещер Дордоньи

нию, что к концу этого периода, во всяком случае, должно было уже существо­
вать понятие о каких-то невидимых существах, «духах», которые так или ина­
че влияют на нашу жизнь. Ведь, как показал Дарвин, подобное чувство, повидимому, не чуждо даже высшим животным, каковы, например, собаки...»
Итак, зачатки религии у палеолитического человека, надо полагать, были,
но далее наши предположения в этом отношении идти не могут.

IX
Обзор постепенного развития культуры в течение каменного века и классификация его
по Мортилье. — Древности Северной Америки. — Постройки в Аризоне, горные жили­
ща в ущелье св. Марии. — Троглодиты Санта-Фе и Колорадо. — Курганы Новой
Мексики. — Общий обзор древней культуры Америки. — Ее бронзовый век и начало
железного. — Влияние европейцев. — Новые данные о происхождении культуры
Америки

Изложенные выше данные касаются исключительно одного только запад­
ноевропейского древнекаменного периода, — в древних странах развитие шло
местами скорее, местами медленнее. Поэтому прежде чем расстаться с древне­
каменным веком в Европе, не бесполезно еще раз оглянуться назад, чтобы пред­
ставить себе схематически общий ход постепенного культурного развития або­
ригенов Западной Европы. Лучше всего держаться при этом классификации
Мортилье, который взял за основу степень обработки орудий, а не анатомиче­
ские признаки. Последние, не говоря о редкости находок человеческих костей,
относящихся к более ранним периодам каменного века, не имеют той степени
устойчивости и точности, какой отличаются приемы обработки каменных ору­
дий...
Названия эпох происходят от местностей, в которых впервые были найдены
известные орудия или же эти изделия оказались в наиболее типичной форме.
Понятно, что чем ниже культура, тем медленнее совершается ее поступа­
тельное движение. Потому-то первое орудие, которым пользовался человек для
разных целей, именно большой заостренный кусок кремня, которым первобыт­
ный человек наносил удар без помощи рукоятки, в течение многих веков был
вместе с тем и единственным орудием защиты и нападения. Появление этого
первобытнейшего технического изделия характеризует самую низкую эпоху —
шелейскую; то же орудие, только несколько тоньше обработанное и более лег­
кое, отличает следующую, ашелейскую эпоху. В это время появляются также и
скребки для очистки кожи, которые в особенности занимают важное место сре­
ди орудий следующего периода, так называемого мустерианского, когда появля­
ется длинное острое кремневое ядрище без ручки. В салюстрийскую эпоху преж­
ний скребок превращается в более универсальное орудие, часто заменяющее
187

современный нож; оно сделано значительно изящнее, хотя все-таки посредст­
вом той же оббивки, — это так называемый режущий скребок, представляющий
собой образец высшего развития древнекаменной культуры. В магдаленскую
эпоху развивается изготовление изделий из кости, обработанных посредством
острых кремневых орудий. Наконец, турасийская эпоха является уже временем
упадка палеолитической культуры, вызванного изменением климатических ус­
ловий. В это время орудия из камня и кости отличаются уже меньшей сте­
пенью законченности.
Таковы главнейшие основы палеолитической классификации Мортилье. При­
ведем основные выводы этого ученого:
1) В середине третичного периода в Европе жило относительно высоко раз­
витое существо, которое умело разводить огонь и с его помощью обрабатывать
каменные орудия. Это было животное, названное Мортилье антропопитеком,
который имел много общего с питекантропом Дюбуа.
2) Появление настоящего человека относится к началу четвертичного пери­
ода, то есть 230 000—240 000 лет тому назад.
3) Развитие человека в Западной Европе совершалось постепенно от неандер­
тальского типа до кроманьонского, заключающего собою палеолитический период.
4)
Исходя из того, что развитие производства совершалось постепенно, без
всяких скачков, можно полагать, что во все это время не было никаких внешних
влияний; не являлось
каких-либо
пришлых
племен из других стран.
5)
Палеолитиче­
ский человек был охот­
ник и рыбак, он не
знал еще ни земледе­
лия, ни домашних жи­
вотных; ведя бродячий
образ жизни, он не вел
войн и не знал ника­
кой религии.
6) Эпохи салюст­
рийская и магдален­
ская являются време­
нем высшего развития
его
художественного
творчества.
Остановимся
не­
сколько на этом пери­
оде человеческого раз­
вития в Америке. Мо­
лодая
Америка,
как
оказывается, в сущно­
сти, если и не старше
старой Европы, то и не
моложе ее, по крайней
мере, в отношении по­
явления человека. В
то время как в нашей
части света последний
является лишь в четНападение волков

вертичном периоде, и кроме весьма сомнительных каменных изделий, найден­
ных в отложениях третичного периода, до сих пор не удалось открыть ни малей­
ших следов существования человека в Европе в этом периоде, в Америке, повидимому, существовал третичный человек, стоявший на относительно высо­
кой ступени развития.
Кроме довольно известных построек — строителей курганов, обитавших в
стране Великих озер и бассейне Миссисипи, открыто много новых сооруже­
ний, бросающих неожиданный свет на деятельность первобытных обитателей
Америки.
Строители курганов насыпали большие земляные холмы, являющиеся, по
словам одних, простыми валами, по мнению других — гробницами. Строители
этих загадочных сооружений должны были, во всяком случае, стоять на доволь­
но высокой ступени развития, так как они придавали своим курганам формы,
заслуживающие названия декоративных и напоминающие очертаниями то пти­
цу, то пресмыкающееся, то человека. Территория Новой Мексики особенно
богата такого рода памятниками.
Профессор Новомексиканского университета Юэт, много потрудившийся
над изучением пещер этой страны, в течение лета 1900 года нашел доказательст­
ва глубокой древности аборигенов этих мест и их жилищ: он наткнулся на до­
исторические постройки в таких местах, где нога человека не ступала в течение
многих тысяч лет. В этих постройках сохранились совершенно невредимыми
большие кучи кухонных остатков.
Постройки жителей утесов в Аризоне не ме­
нее интересны для археологов и этнологов.
Профессор Фульмер из Чикаго выражает спра­
ведливое удивление по поводу того, как могли
исследователи проглядеть до сих пор эти дерев­
ни, ютящиеся на колоссальной высоте на круп­
ных, обрывающихся в ущелья и пропасти ска­
лах. Они служили жильем для неведомого на­
рода, почему-то выбиравшего для своих домов
края бездонных пропастей. Эти селения, о ко­
торых тысячелетия ничего не было известно, —
ни кто в них обитал, ни почему они были так
внезапно покинуты и поросли травой забве­
нья, — представляют собой таинственные за­
гадки, разрешение которых могло бы пролить
свет на происхождение американской расы.
Горные жители Аризоны селились в стране,
по которой проходит теперь железная дорога Ат­
чисон—Топека—Санта-Фе. Около Фальстафа
Жилище в скалах в Юго-Западном
эти троглодиты оставили такие многочислен­
Колорадо
ные следы своего существования в Гранитном
ущелье, что едущие могут из вагона разглядеть селения, похожие на орлиные
гнезда, в которых укрывались эти доисторические люди. Самое населенное из
таких «гнезд» было выстроено там, где сходятся Ютах, Колорадо, Аризона и
Новая Мексика. Везде, где современная промышленность, с ее железными до­
рогами, рудниками, пощадила старину, можно видеть между круто возвышаю­
щимися над узким ущельем каменными стенами повисшие на скалах жилища
обитателей гор. Иногда к ним даже довольно легко подойти, благодаря скопле­
нию нанесенного ветром и водой песка; в иных случаях можно подняться на
веревке. Однако же есть пункты, где исследование является невозможным или,
189

по крайней мере, настолько опасным, что
уже не один смельчак поплатился жизнью.
В узком ущелье, в горах Бронко на ли­
нии Атчисон—Топека—Санта-Фе, в августе
1900 года Фульмер и его товарищи предпри­
няли исследования ущелья, названного име­
нем Дарвина. Здесь никогда еще не появ­
лялся белый человек. Курган, или вал, вы­
строенный аборигенами, был таков, что мог
выдержать какое угодно вражеское нападе­
ние. Горные жители построили двадцать два
каменных дома на цепи скал приблизитель­
но в 10 метров ширины; скалы возвышают­
ся на 300 метров над руслом маленького по­
тока, простого ручейка, протекающего меж­
ду двумя гранитными скалами ущелья.
Чтобы попасть на эту высоту, исследо­
вателям пришлось прибегнуть к помощи ту­
земных пастухов. Последние сперва подве­
сили ученых на веревке над пропастью,
прежде чем удалось ступить твердой ногой
на скалу, где была выстроена укрепленная
деревня.
Фульмер и его товарищи запаслись фо­
тографическими аппаратами, чтобы иметь
возможность снять все, что их заинтересует.
С той цепи, на которой лепились маленькие
каменные домики, можно было окинуть взо­
ром все ущелье от края до края. Кедры и
столетние дубы заглушили тропинку, по ко­
торой аборигенам приходилось спускаться в
долину и подниматься обратно. Во многих
местах проход был так узок, что по нему мог
идти только один человек, так что в случае
нападения неприятеля, хотя бы числом в не­
сколько сот человек, для защиты было бы
вполне достаточно нескольких вооружен­
ных камнями людей, — конечно, предпо­
лагая, что и нападающие не обладали в эту
отдаленную эпоху более совершенным ору­
жием.
Исследователи два месяца проработали
Летнее одеяние первобытной женщины
в этой местности; над головами их высились
снежные вершины, а внизу зеленели оде­
тые летним убранством леса и поля. Им удалось найти остатки костей живо­
тных, указывающие на занятие аборигенов скотоводством; были также открыты
каменоломни, откуда добывался материал для построек; внутренность хижин
была исследована в высшей степени тщательно. Одним из наиболее любопыт­
ных открытий является помещение, представляющее собой нечто вроде «склад­
ского сарая» первобытных людей. На вершине скалистой возвышенности заме­
тили естественное углубление. Вход был очень узок, но коридор постепенно
расширялся. На полу этой пещеры лежали луки и стрелы; их было всего 187.
190

Приготовление пищи

Защита от нападающего врага

Некоторые из них были украшены фигурками ящериц и змей, окрашенными в
яркие цвета, которые сохранили всю свою свежесть. Тут же были каменные
топоры, молотки, корзины, украшения из раковин и камня.
Далее, в том же ущелье, были открыты пять других пещер. Самое большое
из этих помещений занимало 9 метров в ширину и 30 метров в длину. Стены с
течением времени почти обрушились. Судя по уцелевшим, можно думать, что
эти жилища обыкновенно состояли из трех этажей, но встречались двухэтажные
и даже одноэтажные дома. Комнаты были разгорожены каменными или дере­
192

вянными перегородками. Некоторые дома совсем не пострадали от времени.
Туда взбирались, вероятно, по деревянным лестницам, которые тотчас же уби­
рались, как только больше не было в них нужды. Пол был устлан бревнами из
кедра, толщиной в человеческую ногу: промежутки были заткнуты маленькими
сучками и ветками, а поверх всего лежал ковер из кедровой коры. Оконечности
бревен были расцарапаны и раздерганы, как будто их скоблили тупым орудием.
Одна из пещер в ущелье св. Марии была защищена стеной в 2 метра выши­
ны. Как можно было перетащить на такую высоту эти огромные камни? Ни
одно из открытых доисторических орудий не имеет достаточной силы действия,
чтобы им можно было объяснить эту загадку. Около входа в пещеру возвышался
курган из плотно прибитой земли. С него сняли один слой при помощи заступа
и лопаты; потом раскопали слой песка и открыли два больших плоских гранит­
ных камня, положенных параллельно приблизительно в метре друг от друга.
Под этими камнями было погребено человеческое существо, может быть, ребе­
нок; тело находилось в сидячем положении и было заключено в корзину,
сплетенную из растения юкка. На голову и плечи была наброшена другая
корзина, поменьше, из
волокон и стеблей того
же растения. Члены бы­
ли привязаны к тулови­
щу веревками из воло­
кон; нечто вроде платья
или одеяла, сотканного
из того же материала,
прикрывало
нижнюю
часть тела; это одеяло
было
сшито
нитками,
скрученными из перьев
и конского волоса.
Об этом открытии
много говорили амери­
канские научные журна­
лы. Многие ученые уве­
ряли, что мумия ущелья
св. Марии, бесспорно,
относится к третичной
эпохе, потому что она не
похожа на брахицефалов
с выдающимися скулами
и крепкими челюстями,
которых находят в высо­
кой долине Колорадо и
которые относятся, как
доказано, к началу чет­
вертичной эпохи. Если
бы предположение про­
фессора Фульмера оказа­
лось основательным, по­
жалуй, можно бы было в
этой высохшей мумии
видеть новое звено ант­
ропологической цепи.
Первобытный способ добывания огня

В тридцати милях к западу от Санта-Фе, в той же Новой Мексике, профес­
сор Джордж Коль (из Иллинойского университета) нашел остатки жилища,
размеры которого кажутся гигантскими даже для Соединенных Штатов, избало­
ванных огромными постройками. Оно занимает пространство, равное среднему
полю, и укрывало под своей сенью до 25 000 человек. Эти колоссальные руины
по степени их археологического значения можно сравнить с развалинами Фив,
Ниневии и Вавилона. Здание построено из камня и кирпичей, обожженных на
солнце; стены, вероятно, были покрыты штукатуркой, раскрашенной в крас­
ный, желтый и голубой цвета. Пол покрыт пылью и остатками камня.
Это огромное произведение первобытной архитектуры, вероятно, относится
к бронзовому веку или еще дальше, потому что весьма вероятно, что здесь жили
многие поколения людей доисторической эпохи. Большинство найденных тут
орудий сделаны из обожженной глины, и на них заметны значительные успехи
в гончарном деле и в выделке разных предметов. Пять глиняных трубок, флей­
ты, сделанные из птичьего крыла, с отверстиями вроде нынешних, нечто вроде
ножа из заржавленного металла — все это подтверждает предположение, что мы
имеем дело с периодом времени, наступившим после каменного века. Был ли
этот
заржавленный
нож местной работы
или он привезен сю­
да из чужих стран?
Люди, обитавшие
на этих местах, веро­
ятно, были уже до не­
которой степени ци­
вилизованные.
Об
этом ясно говорят не­
которые
найденные
здесь предметы: коль­
ца, надетые на паль­
Глиняная посуда первобытного человека
цы, нечто вроде ски­
петров или начальнических жезлов. Предположения относительно цивилизо­
ванности этого народа подтверждаются также особого рода постройками, кото­
рые принимаются исследователями за комнаты совета или даже за храмы.
Очевидно, эти сооружения нельзя относить к первым временам существова­
ния человека на земле. Но довольно вероятно, что первые строители этого,
названного Колем и другими учеными Мамонтова города принадлежали к шел­
лейской эпохе — кремниевых орудий, а последующие к моргиенской эпохе брон­
зовых топоров с тупыми краями, или карнодийской эпохе крыловидных топо­
ров, или, наконец, гальштатской эпохе бронзовых статуэток; нельзя вместе с
тем исключать возможность и того, что эти находки доисторической старины,
по крайней мере самые древние из них, относятся к эпохе мумии ущелья св.
Марии. Д-р Коль склонен думать, что часть здешних жителей вынуждена была,
около 2 000 лет тому назад, эмигрировать к югу, вследствие землетрясений, и
основала первые мексиканские колонии и нечто вроде государства Монтесумы.
Сделаем общий обзор культуры Нового Света до появления в нем европей­
цев.
Америка представляет собой большой материк, населенный многими наро­
дами с различными нравами и обычаями, на котором, за одним замечательным
исключением, железо было совершенно неизвестно до появления европейцев.
С этим согласны все западноевропейские просветители, принимавшие участие в
открытии и изучении Нового Света: испанцы, португальцы, англичане. Из со-

Лепка глиняной посуды палеолитического периода

общений их мы узнаем также, что отсутствие этого важного металла производи­
ло глубокое впечатление на всех, кто вступал тогда в соприкосновение с крас­
нокожими. Металл индейцы употребляли только для украшений. Кацики, их
царьки, носили золотые короны, а прочие привешивали к носу золотые пла­
стинки; при этом было замечено также, что краснокожие не плавят золота, а
обрабатывают его молотом холодным путем.
На значительно более высокой ступени развития застал Кортес мексикан­
цев, а Писарро — перуанцев. В Мексике ко времени прибытия европейцев
наряду с камнем господствовала медь и бронза. Это была так называемая «бед­
ная металлами медно-бронзовая эпоха».
В сельском хозяйстве Мексики уже применяли искусственное орошение;
там процветали ткацкое и красильное искусство, живопись и архитектура. Юве­
лирное дело достигло высокой степени развития. Кортес писал Карлу V, что у
Монтесумы были изображения всего, что только имелось в его государстве, сде­
ланные из золота, серебра, из ярких перьев и благородных камней. Из полезных
металлов известны были медь, свинец и олово, но пользовались ими сравни­
тельно мало. Орудия и оружие редко делали из меди и бронзы; несравненно
чаще употребляли для этой цели камни: обсидиан, острые осколки которого
служили лезвиями для деревянных мечей, клинками для кинжалов, пил и ко­
пий. Даже изделия из кости были еще в ходу.
Медь употреблялась столько же для украшений, сколько и для различных
поделок. Из нее изготовлялись иголки, кольца, бубенцы, изображения чере­
пах, а также топоры и наконечники для копий. Малые размеры и редкость
медных топоров (о медных наконечниках для копий мы знаем лишь по письмен­
ным памятникам) объясняются тем, что металлом этим пользовались еще очень
мало. Топоры выливались в формах и затем отделывались молотом. Лезвие у них
было или короткое, как у древнеевропейских плоских топоров, или же оно удли­
нялось в оба конца, так что весь клинок получал форму буквы Т. Таких топоров
нашли раз в двух больших глиняных сосудах 276 штук; длина их была 11 см, а
ширина 15 см; весьма вероятно, что они служили в Америке деньгами, подобно
железным клинкам в Африке.
Мексиканцы умели делать
медь настолько твердой, что
ею можно было рубить деревья
и даже отесывать камни, тог­
да как подобные опыты с
древнеевропейскими
медны­
ми топорами оказались не­
удачны. Медь, не сплавлен­
ная с оловом, годится для ору­
жия, но не для орудий. На­
против, бронзой, при надле­
жащей обработке, можно об­
рабатывать самые твердые ве­
щества. Впрочем, мексикан­
цы находились еще только в
начале бронзового века.
Древние
американские
бронзовые изделия очень ре­
дки и содержат, как и древ­
неевропейские, от 9—10 %
олова; но применение такой
Руины. Взгляд художника

Отливка бронзовых изделий

пропорции вовсе не было заимствовано у иностранцев. На металлургию ацте­
ков надо смотреть как на естественное создание их собственной культуры, до­
стигшей в своей обособленности высокой степени развития. Они умели плавить
и ковать металлы, но не дошли до уменья спаивать. Литейщики и золотых дел
мастера составляли одну почетную общину, члены которой в известные дни
года приносили своему божеству-патрону человеческие жертвы.
После завоевания испанцами этой страны там весьма быстро наступил упа­
док местного металлического производства.
Влияние древней американской культуры не простиралось за пределы Па­
намского перешейка. А далее начиналась уже новая культурная область, занятая
индейцами Чибча; их замечательный общественный быт представляет собой са­
мостоятельное создание, отнюдь не заимствованное у мексиканцев. Чибча оди­
наково искусны в обработке золота и серебра, меди и бронзы; но последние
металлы лишь в исключительных случаях служили материалом для оружия и ут­
вари, которые обыкновенно делались из камня. Золото, на котором эти народы
учились обрабатывать металлы, они умели плавить, лить, чеканить и спаивать.
Приборы, употреблявшиеся при этом, были сделаны или из камня, или же
из сплава золота с медью. Различные украшения, как, например, серьги в виде
колец, носовые подвески, пояса, нагрудные пластинки, сосуды были в боль­
шом ходу. Из художественных работ замечательны изображения людей и живо­
тных: жаб, ящериц, птиц, рыб. Необычайно грубые фигуры делались из литых
металлических пластинок, на которых контуры и очертания тела означались при­
паянными кусками металлической проволоки. Иногда, хотя и редко, такие ра­
боты делались из бронзы.
197

Первое судно

Страна перуанцев богата железом, но они еще не знали его. Их знакомство
с металлами ограничивалось благородными металлами, медью, оловом и свин­
цом. Последние они умели добывать из руды, сплавлять, лить, ковать и спаи­
вать. Горное дело, которое и теперь дает тысячам индейцев занятие в высоких
долинах, было тогда уже сильно развито. Плавильные печи делались из глины;
кузнечных мехов еще не знали.
Могилы и сокровищницы инков показывают, что перуанские золотых дел
мастера ничуть не уступали в искусстве своим мексиканским товарищам. По
восковым моделям они изготовляли золотые шейные кольца, браслеты, вазы,
серебряные зеркала, подвески, колокольчики; рабочие инструменты и оружие
делались из меди и бронзы.
Перу стояло в культурном отношении выше Мексики, так как жители его
оказывали бронзе предпочтение перед медью. Из последней изготовлялись кру­
ги, полумесяцы, идолы, изображения животных (змеи), палки, звезды, топо­
ры. В перуанской бронзе от­
ношение меди к олову иное,
чем в мексиканской, что, повидимому, служит доказа­
тельством самостоятельности
каждой из этих двух культур­
ных областей. Перуанцы вы­
ливали из бронзы наконечни­
ки копий и стрел, земледель­
ческие орудия, лопаты, ков­
ши, клинки для топоров. Эти
изделия были так многочис­
ленны, что после появления
железа бронзовые вещи отда­
вались пудами за новый, дра­
гоценный металл.
Из Перу знакомство с
бронзой проникло на юг, в
Чили, где нередко встречают­
ся бронзовые предметы перу­
анского стиля.
Далее на юг, а равно к за­
паду от Перу и к северу от
Мексики — жили индейские
племена, не сделавшие еще
ни шагу для достижения вы­
сших ступеней культурного
развития,
соответствующих
тому или иному металлу. В
Северной Америке разыски­
вали метеорное железо и са­
мородную медь, но не умели
ни добывать эти металлы из
руды, ни обрабатывать их.
От Верхнего озера медь
путем меновой торговли рас­
пространилась очень далеко,
Мунифицированные головы перуанцев. Это трофеи побед,
на юг — до приморских госуимевшие такое же значение, как скальпы

дарств (у Мексиканского залива), на восток — до Атлантического океана, на
запад — до Миссисипи. По мере приближения к Верхнему озеру находки меди
становятся все чаще и чаще. Весьма характерно то, что близ этой области попа­
даются главным образом оружие и различные орудия (топоры, наконечники
копий, ножи, долота), а далее начинают преобладать уже украшения (пластин­
ки, кольца и бусы).
Вскоре после появления европейцев в Северной Америке сильно сказалось
влияние испанской культуры; оно простиралось до Южной Калифорнии. С
1542 года, когда испанские суда по приказанию вице-короля Мексики стали
посещать берега Калифорнии, в могилах индейцев начали в большом количестве
попадаться испанские изделия: оружие, серебряные ложки, сосуды. Железу ока­
зывалось наибольшее уважение; даже мелкие куски его полировали и вставляли
в деревянные рукоятки. В Юкатане в одной индейской гробнице вместе с укра­
шениями (бусы и раковины) нашли несколько глиняных сосудов, наполненных
доверху наконечниками стрел, сделанными из обсидиана, и среди них старин­
ный европейский перочинный ножик в роговой оправе.
Несмотря, однако, на знакомство с железом, индейцы все-таки не научи­
лись ни обрабатывать его, ни даже ковать. Они ограничились тем, что заменили
свои кремниевые наконечники для стрел — железными. Но и их они сколачива­
ли в холодном состоянии на полосах из европейского листового железа.
Северная Калифорния и
области Америки, располо­
женные далее к северо-запа­
ду, познакомились с железом
не через испанцев, а пришло
оно к ним с запада, из Азии.
На Крайнем Севере сношения
между Старым и Новым Све­
том устанавливались без осо­
бой трудности, но успешнее
пошли они только со време­
ни появления русских торгов­
цев мехами. Впрочем, неко­
торые племена, еще до откры­
тия этих берегов европейцами,
были уже знакомы с железом;
по всей вероятности, оно по­
падало к ним с разбитых бу­
рей японских судов. Патагон­
цы Южной Америки точно так
же среди обломков кораблей
выбирают
преимущественно
железо, чтобы изготовлять из
него холодным путем ножи и
топоры.
В индейских языках не
было
собственного
имени
для незнакомого им железа,
они не заимствовали его и у
европейцев, для означения
же нового металла они упот­
Трофеи охоты
древних перуанцев
ребляли особые выражения.

Так, мексиканцы называли железо «черной медью»; племена кечуа и арауканцы —
просто «металлом», а медь «красным металлом». У индейцев Коста-Рики слово
«нож» служит названием и для железа и для ножа; железный котел, например,
они называют так: «ножевой глиняный сосуд». На северо-западе Нового Света
железо означается просто словом «черный».
Вернемся, однако, к вопросу о происхождении американской культуры.
Географы и натуралисты давно обратили внимание на поразительное сходство
в одежде, жизни и многих привычках мексиканских индейцев с китайскими селяна­
ми. Там и здесь одежда состоит из плащей, изготовленных из сухой травы; шляпы
делаются из соломы и имеют характерную форму опрокинутого блюдечка; крытые
вязаными пучками сухой травы хижины тоже замечательно похожи в обеих стра­
нах. Обращено внимание на сходство иероглифов древних народов Мексики и Юка­
тана с китайскими письменами. Оказывается также, что некоторые индейские
племена говорят языком, имеющим много общего с китайским. Что касается идо­
лов, то некоторые головы их поразительно напоминают индусские, а также, как
заметил д-р Савилль, в Гондурасе они очень приближаются по типу к идолам Ки­
тая, Тибета и Японии. В довершение всего французскому архео­
логу Ами удалось доказать существование и религиозной связи меж­
ду этими народами. Он нашел громадный камень, на плоской
поверхности которого изображен символ вселенной, представля­
ющий собою соединение мужского начала, Ианг, с женским, Инн.
Каким путем могло происходить общение столь отдаленных
стран? Единственное возможное предположение — это далекие
морские экспедиции. Известно, что до того времени, как Ки­
тай застыл в своей неподвижности, чуждаясь других стран, ки­
тайцы вели деятельную морскую торговлю с соседними наро­
дами. Китайские джонки, по форме похожие на туловище птиц
и приводимые в движение веерообразными парусами, еще в
V веке, как сообщают арабские историки, переплывали Ин­
дийский океан, посещали Малайское побережье, Ост-Индию,
Персию. Эти странные суда были обычными гостями в Пер­
сидском заливе, где они качались на волнах залива против двор­
цов Гиры, белые стены которых отражались в бирюзовых водах.
Впрочем, китайские пираты до самой половины XIX века на­
водили грозу на весь Индийский океан и Китайское море.
И действительно, раскопки по берегам Америки, при со­
здании портовых сооружений, открыли массу уже окаменевших
мачт и частей погибших судов, которые, несомненно, китай­
ского происхождения. Это были большие морские корабли,
которые переплыли океан, пользуясь, конечно, теплым эква­
ториальным течением. Последнее, как известно, от берегов Азии
направляется к Алеутским островам до Аляски, поворачивает к
Калифорнии и идет к Центральной Америке.
Не подлежит сомнению, что китайцы находились в сноше­
ниях с Америкой, главным образом, с Мексикой. Это под­
тверждается документом, найденным в Пекине в император­
ском дворце, написанным буддистским бонзой Хоэи-Чин, ко­
торый вместе с четырьмя товарищами отправились в качестве
миссионеров в Америку. Они пробыли там с 458 по 499 год.
Вот как он описывает Фу-Санг, Америку. Она «находится на восток в 20 000 ли
(около 1 100 километров) от страны Хан (Камчатка), которая находится в таком
же расстоянии от Китая.

В Фу-Санг много деревьев и высоких трав, ростки которых служат пищей
туземцам. Есть много деревьев, кора которых дает волокна для тканей на одеж­
ды, в большинстве случаев ярко окрашенные. Туземцы имеют систему письма,
кротки и разумны. Бумагу они добывают из внутренних оболочек коры деревь­
ев. Они не имеют солдат и не знают войны».
Китайский миссионер рассказывает о тогдашних американских законах, со­
гласно которым продажа людей в рабство была явлением нормальным, о суще­
ствовании тюрем, о богатстве страны, в которой торговля была совершенно
свободна; говорит он также и о разных церемониях, например, брачной.
«До нашего прибытия, — продолжает он, — туземцы Фу-Санга не знали
религии Будды. В четвертый год Хаминг, в царствование Хао Ву-Ти, династия
Зунгов (т. е. в 458 году нашей эры), пять миссионеров провинции Ки-Пин
появились в Фу-Санге и распространили в ней веру буддистов. Они привезли с
собой священные книги и изображения, ввели между обитателями обычаи ре­
лигиозных обрядов и монастырской жизни; и таким образом ввели поклонение
святыне Будды».
Что же касается первобытной религии Фу-Санга, то она состояла из покло­
нения духам предков, изображения которых ставились на возвышениях для мо­
литв перед ними по утрам и вечерам.
Все это не дает нам права сомневаться, что китайцы оказали значительное
влияние на цивилизацию Центральной Америки, начиная с V века.

X
Эпоха северного оленя и условия существования человека в это время. — Вероятное
культурное развитие человека этой эпохи. — Существовал ли перерыв между палеоли­
тическим и неолитическим периодами? — Главные отличия этих двух эпох друг
от друга. — Общие основы культуры периода полированного камня

Перейдем теперь к описанию эпохи северного оленя, составляющей переход к
периоду полированного камня.
Взамен могучих животных предыдущего периода, — пещерного медведя, ги­
ены, тигра и носорога, — в эпоху полуотделанных орудий появились несметные
стада северного оленя, по имени которого и стали называть целый период. Од­
новременно с этим животным появилась лошадь, мало отличавшаяся от нынеш­
ней, зубр же, первобытный бык, и другие жвачные животные сделались очень
распространенными... Климат этой эпохи хотя немного и смягчился, тем не
менее был значительно суровее теперешнего, на что указывают обитавшие в то
время животные.
У человека этого периода нельзя не заметить в некоторых отношениях изве­
стного культурного прогресса по сравнению с его палеолитическим предшест­
венником. Человек эпохи северного оленя мог делать некоторый выбор, поль­
зуясь пещерами, гротами в тех только случаях, когда они являлись во многих
отношениях удобными, в противном же случае он устраивал себе из обломков
скал так называемые убежища под утесами. Если же ему приходилось селиться
на равнине, то, воспользовавшись каким-нибудь естественным углублением в
земле, человек описываемой эпохи приспосабливал его в удобный для жилья
вид при помощи камней и древесных стволов, наваленных друг на друга. Все это
указывает, конечно, уже на значительный шаг вперед.
Обратив внимание на пищу тогдашнего человека, состоявшую не только из
мяса упомянутых выше животных, но также из пернатой дичи: глухарей, тетере­
вов, сов, даже из рыбы, — мы должны будем опять-таки признать значительное
совершенство его охотничьих средств. Ведь он умел даже удить рыбу. «Эпоха
203

северного оленя, — говорит Мор­
тилье, — завещала нам несколь­
ко рыболовных снарядов», из ко­
торых самый простой и употреби­
тельный состоял из заостренной
с обоих концов и привязанной за
середину костяной иглы, на ко­
торую насаживалась приманка.
Несомненно,
конечно,
что
человек этого периода употреблял
и растительную пищу, состояв­
шую преимущественно из желу­
дей, каштанов, диких фруктов.
Подчас он разнообразил свое ме­
ню, включая в него и человече­
ское мясо, которое поджарива­
лось на угольях, а костный мозг
высасывался.
Глиняная
посуда
была тогда еще очень несовершен­
на, заменялась по большей части
деревянной, раковинами и даже
простыми углублениями в облом­
Северные олени
ках скал. Желая согреть в подо­
бных неприспособленных сосудах воду, первобытный человек бросал в послед­
нюю раскаленные на огне камни, подобно тому, как поступают и в настоящее
время некоторые племена.
Одежда человека эпохи северного оленя состояла так
же, как и одежда его предшественника, из шкур, но он
умел уже очищать их от волос и придавать им некоторую
мягкость, натирая костным мозгом. Оружие изготовля­
лось из наполовину отделанного камня, рога, кости.
Страсть к украшениям, очевидно, была тогда значительно
развита, судя по многочисленным ожерельям из рако­
вин, зубов, ушных хрящей лошади или быка, когтей.
Если же обратить внимание на то обстоятельство, что
многие из подобных предметов были находимы в мес­
тах, где, из-за отсутствия материала, не могли быть из­
готовляемы, то ясно, что в описываемую эпоху должна
была существовать торговля такими вещами, обусловли­
ваемая значительным на них спросом. То же можно ска­
зать и относительно оружия, иногда доставлявшегося из
очень отдаленных местностей. Дошедшие до нас образ­
цы последнего, как, например, всевозможной формы
наконечники для стрел, дротиков с особыми бороздка­
ми, выемками и желобками для стока крови, по своему
совершенству, а многие даже — изяществу, — прибли­
жаются к орудиям последующего века шлифованного
камня.
Несмотря, однако, на такую сравнительно высокую
Каменные кинжалы или
степень культуры, человек эпохи северного оленя был
наконечники копий эпохи
еще совершенным дикарем, так как не имел ни малей­
северного каменного века
шего понятия о земледелии, не приручил ни одного жи204

Оружие и утварь из кости нового каменного века Франконской Швейцарии

Оружие и орудия северного нового каменного века

вотного; это был еще дикарь-охотник, во многих отношениях вполне схожий со
своим предком, современником пещерного медведя.
Мортилье отрицает у палеолитического человека всякую религию, а стало
быть, вероятнее было бы считать, что и погребальных церемоний, предполагаю­
щих существование некоторых религиозных представлений хотя бы в форме по­
клонения предкам, — у палеолитического человека быть не могло. Однако при
достаточно высоком умственном уровне, какой явствует из дошедших до нас
памятников палеолитического искусства, невозможно допустить отсутствие в
тогдашнем человеке каких бы то ни было религиозных представлений.
По мере изменения климатических условий часть обитателей пещер, несом­
ненно, оставалась жить в прежней своей родине все время, пока происходило
медленное превращение древней Европы в ее современный вид; другая же часть
постепенно оставила свое первоначальное место жительства и, следуя за север­
ным оленем, главной своей добычей на охоте, перешла к северу, а там как раз к
этому времени огромные пространства земли впервые стали доступны человеку
и представляли такие же условия для жизни, с которыми он ранее освоился в
свободной от ледников Западной и Средней Европе.
Так постепенно происходило и совершенствование человека. От периода
полуотделанных орудий, каким по преимуществу является эпоха северного оле­
ня, человек должен был незаметно перейти к периоду шлифованного камня. Но
если окинуть взором палеолитический век и новый каменный период, то разли­
чие между ними оказывается весьма разительным. Вместо холодного, сухого
климата, царившего в век северного оленя, в Европе наступил умеренный
климат.

Полирование каменных орудий
207

К началу современной эпохи совершенно вымерли мамонт, пещерный мед­
ведь и некоторые другие животные формы. Лев, леопард и гиена переселились в
более теплые страны, а северный олень и прочие представители прежней фауны
направились к северу; серна, сурок и каменный баран нашли пристанище в
более высоких горных областях, в то же время около человека появляются при­
рученные домашние животные, а сам он начинает вести оседлый образ жизни и
приступает к земледелию.
В начале он обрабатывает поля довольно лениво и, конечно, очень несовер­
шенно. Молоть зерно при помощи жернова человек обучился скоро; он делает
варево, печет хлеб и готовит из растительных волокон шнурки и одежды; из
глины, не дойдя еще до изобретения гончарного станка, выделывает все-таки
грубые сосуды, разрисовывает их и обжигает. Теперь он умеет обделывать камни
не только оббивкой и ударами,
но и путем шлифовки. Он изго­
товляет полированные каменные
орудия. Достигнутая человеком
новая ступень искусства настоль­
ко характерна, что служит назва­
нием всей эпохи. Она известна
под именем эпохи полированных
каменных изделий, — это новей­
ший каменный век, или неоли­
тический период.
Объяснение этих успехов со­
ставляет один из труднейших
вопросов археологии.
В пещерах Западной Европы
отложения палеолитического пе­
риода отделены от неолитических
отложений зачастую весьма мощ­
ными пластами валунов и изве­
сткового туфа, не содержащими
никаких ископаемых. Это зна­
чит, что после удаления пе­
щерных людей прошли, по-види­
мому, целые века, прежде чем на
их месте появилось новое, более
культурное племя. В пещерах
Австрии сделаны находки, даю­
щие возможность пополнить этот
существенный пробел в наших
знаниях.
Вопрос о том, существует ли
«перерыв» в культуре в течение
каменного века, был долгое вре­
мя предметом горячих споров.
Как совершенно справедливо за­
мечает д-р Любор Нидерле, его
надо разбить на два вопроса: 1)
необходимо ли приписывать по­
явление неолитической культуры
в Европе прибытию в нее нового
Глиняный сосуд. Взгляд художника

208

Глиняные сосуды эпохи шлифованного камня

народа, и 2) действительно ли перед этим древнее население Европы исчезло и
существовал ли перерыв в ее заселении.
Несомненно, культура неолитической эпохи гораздо выше палеолитической;
поэтому-то, допуская гипотезу о появлении нового народа, легко можно объяс­
нить столь значительный шаг вперед. Но дело в том, что такое объяснение толь­
ко возможно, но отнюдь не является необходимым.
Все отличительные признаки неолитической культуры, как, например, ско­
товодство, земледелие, оседлый образ жизни, — все это само собой должно
было постепенно появиться у человека в силу изменившихся условий жизни.
Крупные животные по мере смягчения климата уходили все далее на восток и
север, а остававшиеся были истреблены охотой. Чтоб обеспечить себя пищей,
человеку не оставалось ничего иного, как начать приручать и разводить около
себя стада домашних животных. Так дошел он до скотоводства.
Подобные же причины побудили человека заняться хлебопашеством, благо­
даря чему он и перешел к оседлому образу жизни. Зачатки гончарного ремесла
мы находим в Бельгии и, может быть, и во Франции в палеолитическую эпоху,
а в конце палеолита и в России. До шлифовки каменных орудий человек мог
вполне самостоятельно дойти в разных местах. Словом, нет необходимости при­
бегать к гипотезе о переселении.
Но, с другой стороны, нельзя утверждать, что подобного переселения ни­
когда не было. Напротив, оно, весьма вероятно, имело место; в этом нас убеж­
дают новые типы черепов, появляющиеся в могильниках Европы.
На второй вопрос, существовал ли в каменный век перерыв в населении
Европы, ответ могут дать только изыскания.
Отсутствие связующего звена между двумя подразделениями каменного века
в пещерах Западной Европы может служить доказательством того, что человек
там не жил некоторое время, но вовсе не значит, что он исчез вообще во всей
Европе. Встречая препятствия в добывании пищи в прежних местах, человек
покидал их и уходил в новые, а старое жилище его легко могло остаться незаня­
тым. Подтверждением такого взгляда могут служить две пещеры возле Кракова:
одна — Машица, другая на Миляшувце.
В первой из них между слоями делювиальным и неолитическим лежит мер­
твый слой, не содержащий остатков, а во второй как раз этот слой оказался
культурным, в остальных же нет следов человека.

213

Словом, существование «перерыва» не доказано.
Учительницей человека в искусстве полировать и шлифовать камни путем
трения их о твердую поверхность была природа: она доставляла ему среди раз­
личных окатанных камней почти готовые орудия. Вот почему этот род искусства
вполне самостоятельно возник в различных местностях земли, и образчики его,
найденные во многих странах Нового и Старого Света, необычайно похожи друг
на друга; даже способ приделывать рукоятку один и тот же.
Около того же времени в Европе стали приручать животных. Нескольких пар
домашних животных оказалось достаточно, чтобы распространить их по всей об­
ласти. В состав древнейших домашних животных периода свайных построек в
Швейцарии входил рогатый скот, козы, овцы и собаки, а позднее к ним присо­
единилась и свинья. Жители этих неолитических озерных поселений были зна­
комы и с лошадью, но еще не приручили ее.
Из важнейших европейских видов злаков от каменного века ведут свое нача­
ло ячмень и пшеница; в бронзовый период к ним присоединяются рожь и овес.
Первоначальной родиной этих растений были степи Азии, а в Европу семена их
были занесены странствующими племенами. Точно так же ячмень проник с
севера и в плодородную долину Вавилона, а благословенный Египет получил
семена пшеницы. Кроме ячменя и пшеницы, в Европе в позднейший камен­
ный период возделывали также много проса. Но помимо продуктов возделыва­
емых растений человек собирал и пользовался лесными плодами; яблоками, гру­
шами, вишнями, терновником, рябиной, шиповником, малиной, ежевикой,
бузиной, разными видами орехов и желудями.

Первобытное земледелие и скотоводство
211

XI
Данные о неолитическом периоде. — Датские «кучи кухонного сора». — Выводы Стен­
струпа относительно культурного уровня человека эпохи кьеккенмедингов. — Условия
его существования. — Культура современных ему жителей других стран. — Значение
свайных построек для истории неолитического периода и связь их с другими остатками
культуры этой эпохи. — Рыболовство древних датчан и их снасти. — Хронология
периода кьеккенмедингов

Источниками наших сведений о новом каменном веке являются датские кьек­
кенмединги — «кучи кухонного сора», швейцарские свайные постройки, раз­
личных типов курганы, могильные памятники, пещеры, городища.
По всему датскому побережью, и особенно в северной его части, изрытой узкими,
глубокими заливами (фиордами), на высоте около метра над уровнем моря, попадаются
громадные кучи, где перемешаны устричные раковины, расколотые кости млекопита­
ющих, остатки рыб и птиц, куски кремниевых орудий, черепки. Подобные кучи найде­
ны также в Англии, Шотландии, Франции и даже в Бразилии. Сначала их принимали
за устричные банки, поднятые из воды вместе с сушей, но известный ученый Стенст­
руп доказал, что это не что иное, как «кухонные остатки» первобытного человека. Этот
естествоиспытатель обратил прежде всего внимание на то обстоятельство, что ракови­
ны, найденные в этих кучах, принадлежали четырем различным видам, не селящимся
вместе, и что между ними вовсе не было молодых неделимых. Более же внимательное
исследование куч открыло около,них следы очагов, в виде небольших платформ, сохра­
нивших следы огня; после этого не оставалось уже, конечно, никаких сомнений насчет
происхождения кьеккенмедингов.
Кучи отбросов, оставшихся от пиршеств первобытных жителей, достигают
1—3 метров высоты при 100—300 метрах длины и от 50—150 метров ширины.
Рассматривая эти кухонные отбросы, легко заметить две интересные особен­
ности, отличающие человека неолитического периода от его предшественника.
Во-первых, в числе рыбьих костей встречаются, между прочим, в большом ко­
личестве кости селедки и судака. Эти рыбы обитают только вдали от берегов, и,
стало быть, вывод из этого, — что первобытные обитатели Дании в эту эпоху
имели понятие о навигации. Очевидно, это были отважные рыбаки, отправляв­
шиеся на своих утлых челноках далеко в море.
212

Ловля рыбы

Другой важный вывод — о приручении в эту эпоху собаки — был сделан
Стенструпом на том основании, что в кучах нельзя иногда найти некоторых ча­
стей скелета животных, а если они и попадаются, то изгрызенными. Сравнение
показало, что это именно те кости, которые обыкновенно съедают и современ­
ные собаки.
Что касается других млекопитающих, оставивших следы своего существова­
ния, то в кьеккенмедингах костей зубра, северного оленя, лошади, быка, лани
и барана — не встречается; взамен этих животных мы находим здесь останки
бурого медведя, волка, лисицы, дикой кошки, рыси, выдры, хорька, моржа,
тюленя, бобра, ежа и водяной крысы. Из птиц же находят останки, по преиму­
ществу, водяных, даже таких, как лебедь, что и понятно ввиду приморского
положения страны; попадаются и лесные, например, тетерев, глухарь.

Изготовление лодки выжиганием

Итак, из рассмотрения остатков пищи человека «периода кухонных отбро­
сов» видно, что он, подобно своему предку, был охотником и рыболовом, но
разница между ними очень значительна. Человек «периода кухонных остатков»
достиг уже довольно значительного культурного развития. Добытые из кухон­
ных куч Дании орудия имеют несколько иные формы, чем палеолитические,
хотя на них еще незаметно полировки, и они сделаны путем оббивки.
Против небольших быстро бегающих животных употреблялись лук и стрелы;
на крупных животных охотились с помощью топоров, копий, кинжалов, топо­
ров-молотов.
Топоры неолитического периода легко отличаются от подобных же орудий
предыдущей эпохи уже по форме, не говоря о шлифовке. Между этими оруди­
ями встречаются некоторые необыкновенно изящной работы.
Такую же степень культуры обнаруживают в могилах в «красных скалах» на
морском берегу близ Ментоны; французы называют этот период «древним неоли­
тическим».
Такие же кухонные кучи, во многих местах совершенно размытые морем,
214

встречаются также по берегам Франции, Португалии, Ирландии, Сардинии, во
Флориде, в Чили и в Северной Америке по побережьям Массачусетса и Георгии.
Если датские кьеккенмединги относятся к началу неолитического периода,
то многочисленные другие места находок, как, например, жилища и могилы,
рисуют нам картину более значительных успехов человечества и обнаруживают
сущность вполне развитого позднейшего каменного века.
Швейцарские свайные постройки представляют три ступени в развитии это­
го периода. На первой — мы находим маленькие, плохо отполированные ка­
менные топоры, сделанные из разного материала, встречавшегося в ближайших
месторождениях (серпентин, диорит, соссюрит). На грубых цилиндрических со­
судах незаметно еще никаких украшений. Ко второй ступени относятся боль­
шинство неолитических озерных поселений Швейцарии: форма орудий и ору­
жия оказывается уже более совершенной, и они делаются зачастую из таких
необыкновенно твердых и редких пород, как нефрит, жадеит, хлоромеланит;
среди них попадаются иногда очень большие топоры-молоты с просверленными
отверстиями.
Глиняные сосуды просты, но уже украшены рядами треугольных вдавлений —
так называемым «орнаментом волчьего зуба» — и различной штриховкой. На
последней же, третьей ступени — просверленные каменные молоты встречают­
ся в огромном количестве, а наряду с ними разнообразные, искусно украшен­
ные орудия из дерева и оленьего рога и глиняные сосуды с самыми затейливыми
узорами; нефрит и жадеит уже не употребляются, а появляются первые произве­
дения из меди (топоры, шилья, кинжалы). Эта ступень является переходной к
периоду металлов, а потому ее называют медным веком швейцарских свайных по­
строек.
Но в неолитический период
человек жил не исключительно
по берегу моря среди разбросан­
ных остатков своей пищи, не
только в более опрятных свайных
поселках над поверхностью мел­
ких озер, — а местами еще ютил­
ся в пещерах, начиная уже, впро­
чем, строить хижины и на сухой
почве.
В этих начальных стадиях
культуры природа еще властно
повелевала человеком, заставляя
его подчиняться условиям почвы
и местности. Там, где она пре­
доставляла ему пещеры и дикого
зверя, он оставался троглодитом
и охотником; если же топкие, пе­
риодически заливаемые равнины
побуждали его перейти к земле­
делию, селиться обществами (для
защиты от нападений врагов, от
явлений природы) и воздвигать
искусно защищенные жилища,
то он, к счастью для себя, под­
чинялся воле природы и вступал
На озере
на путь прогресса.
215

Первобытное жилище на берегу

Кроме пещер и свайных построек, мы находим в позднейший каменный
век, а также и в бронзовый, еще другой вид жилища человека: это — своеобраз­
ные, маленькие круглые хижины, которые человек строил не только на сухих
местах, но даже в котловинах или ямах; они-то и дошли до нашего времени. Все
эти жилища в ямах расположены были так, что, судя по остаткам, их следует
считать за целые деревни. На месте подобных селений в круглых ямах глубиной
в 1,5—2 метра находят угли, камни очага, осколки посуды, разбитые кости жи­
вотных, каменные орудия, нередко также куски глины, которой пользовались
для обмазывания плетеных стен; так как хижины погибли главным образом от
огня, то эта глина обожглась и получила красный цвет.
В благоприятных случаях удается найти даже те ямы, в которые прежде были
216

Поселение времен позднейшего каменного века

воткнуты сваи. Они расположены вокруг углубления для очага и, очевидно,
служили опорой для крыши. Находили также соединительные ходы между дву­
мя или несколькими ямами, помещавшимися вокруг главной хижины.
Когда строили эти жилища, то вырытую землю не уносили далеко: ее, веро­
ятно, клали вокруг хижин, делая для большей прочности насыпи у свай.
Террамары представляли собой целые поселки и были окружены четырех­
угольным рвом. Другие насыпи неолитической и более поздней эпохи располо­
жены были на отдельных возвышенностях, на выдающихся выступах гор, на
холмах. Они тянулись вокруг пространства, занятого деревней, и служили, с
одной стороны, для лучшей ее защиты, с другой — для более точного разграни­
чения владений отдельных семей от собственности всего племени, а иногда та­
кие насыпи в виде прямой или изогнутой линии проходили через те точки воз­
вышенности, в которых соприкасались земли двух соседних племен. Нередко на
какой-нибудь высоте находят целый ряд концентрических круглых валов доисто­
рического периода.
В эпоху кьеккенмедингов человек ловил рыбу. Для этого он пользовался
или удочкой, или сетями. Крючок, имевший в предшествующий период вид
заостренной с обоих концов костяной или роговой иглы, теперь усовершенство­
ван, получив форму настоящего крючка, который иногда заменялся плоским,
заостренным с концов куском кости около 4 сантиметров длиной. Очень часто
в нем находился перехват или отверстие для прикрепления бечевки.
Остатки сетей сохранились в швейцарских озерных жилищах, или так назы­
ваемых свайных постройках, благодаря некоторым благоприятным для этого ус­
ловиям. Многие из этих жилищ, как показывают исследования ученых, подвер­
гались пожарам. Охватив со всех сторон деревянную хижину, построенную на
сваях, огонь часто не успевал истребить ее дотла, благодаря более раннему сго­
ранию фундамента (помоста на сваях); постройка обгорала только снаружи и
обрушивалась в воду раньше, чем огонь успевал коснуться предметов, находив­
шихся внутри. Последние не могли поэтому сгореть, — с одной стороны, вслед­
ствие недостатка кислорода, с другой — по отсутствию непосредственного со­
прикосновения с огнем. От действия жара они только обугливались, а затем
покрывались смолистым веществом, предохранявшим их от тления.
Судя по сетям, сохраняющимся в настоящее время в музеях, рыболовное
искусство этой эпохи достигло значительного совершенства. Размер петель сви­
детельствует о крупных размерах рыб, населявших тогдашние воды. Это под­
тверждается также и гигантскими рыболовными крючьями того времени. Мате­
риалом для сетей служил исключительно лен, так как пенька еще не была тогда
известна. Снабженные поплавками и каменными грузилами, сети доисториче­
ского человека по устройству своему лишь немногим отличались от современ­
ных.

XII
Предположения об устройстве жилищ древних датчан и скандинавов. — Уровень эсте­
тического развития эпохи кьеккенмедингов. — Судоходство в эти времена. — Начало
земледелия, возделываемые растения. — Ткацкое искусство неолитического века. —
Следы войн этой эпохи. — Мегалитические памятники: дольмены, менгиры, жертвен­
ные камни. — Соображения о происхождении этих памятников старины. — Курганы,
их распространение

Обращаясь к вопросу об устройстве жилищ датчан времен кьеккенмедингов,
нельзя не сознаться, что об этом у нас не имеется достаточно основательных
данных.
Нет сомнения, что тот или иной тип жилищ применяется до известной сте­
пени сообразно с условиями местности, где живет человек, причем большая
или меньшая зависимость от последней может отчасти служить мерой культур­
ного развития народа. Так, например, древний троглодит Франции, селивший­
ся в местностях, изобиловавших пещерами и другими естественными убежища­
ми, был бы в первое время, надо полагать, беспомощен в стране, где таких
убежищ нет. Человек эпохи северного оленя, пользовавшийся пещерами, умел
уже, однако, устраиваться под утесами или в углублениях почвы. Что касается
датчанина времен древнего неолитического периода, то он в этом отношении
стоял, вероятно, еще выше: возможно, что он устраивал уже шалаши из шкур
убитых животных. Те же шкуры, но только обработанные моржевым жиром или
костным мозгом, служили ему и одеждой. Подобным же образом жили и одева­
лись вообще все северные народы Европы.
У нас не только не имеется данных для суждения о жилище древнейшей
эпохи нового каменного века в Дании и Скандинавии, но и вообще о всем
неолитическом периоде и даже бронзовом веке; до сих пор не найдено никаких
остатков жилищ этих отдаленных времен. Если, однако, обратить внимание на
аналогию между местами вечного покоя мертвых и формой жилищ живых, то
219

Ткацкие иглы в форме стрел из нового каменного века Франконской Швейцарии

можно допустить без всякой натяжки, что человек эпохи могил с ходом, вероят­
но, строил себе жилище наподобие этих гробниц. В подтверждение этого пред­
положения можно указать на подмеченное Нильсеном сходство между формами
скандинавских гробниц с ходами и жилищами американских и европейских по­
лярных народов. На Камчатке зимними жилищами служат сооружения, порази­
тельно похожие на могилы с ходом, а летние устраиваются на сваях. Здесь,
таким образом, сосредоточились оба вида жилищ неолитического века.
Судя по украшениям неолитического века, состоявшим, как и в предыду­
щую эпоху, главным образом из ожерелий зубов различных животных, можно
заключить, что человек неолитического периода имел уже более развитые эсте­
тические потребности сравнительно со своим предшественником. Доказатель­
ством этого может служить ожерелье из двенадцати пополам распиленных клы­
ков кабана, нанизанных на сухожилие. Это украшение, найденное в торфяни­
ках Соммы, для своего изготовления требовало много кропотливого труда. Оче­
видно, на такую работу для столь незначительного предмета мог решиться толь­
ко человек со сравнительно возвышенными стремлениями. Справедливость этого
взгляда еще более под­
тверждается находкой че­
го-то вроде гребня с не­
сколькими зубьями, повидимому
назначенного
расчесывать косматую го­
лову первобытного чело­
века.
В неолитическую эпо­
ху мы встречаем зачатки
новых отраслей производ­
ства, впоследствии имев­
ших огромное влияние на
жизнь человечества: тако­
вы судостроение и земле­
делие.
Исследуя
Аббевиль­
ские торфяники, Буше де
Перт нашел здесь массу
неправильной
формы
кремневых осколков. На­
значение их долго остава­
лось загадочным, пока не
были найдены берцовые,
лучевые, локтевые кости
В лесу
220

животных, иногда и человека, особым образом обточенные. Когда упомянутые
кремни сличили с костями, то оказалось, что последние служили рукоятками
к первым. Назначение этих характерных для неолитического периода орудий
было очень широко: они служили для строгания и скобления дерева, для
обрезки ветвей, но главным образом для выдалбливания и скобления внут­
ренности лодок, которые изготовлялись из цельного дерева при помощи вы­
жигания. Остатки подобных образчиков первобытного судостроения можно
встретить во многих музеях. Более тщательная отделка некоторых из этих ло­
док указывает на употребление при их постройке металлических орудий, но
большинство выжжено и затем обтесано каменными. В подводном иле озер
Швейцарии встречается очень много челноков, выдолбленных каменными ору­
диями; по концам эти челноки сужены, так что напоминают наши полесские
«душегубки», — название довольно меткое и соответствующее действитель­
ным условиям плавания на подобных судах. Итак, очевидно, человек времен
шлифованного камня имел понятие о плавании озерном, речном, а отчасти,
вероятно, и морском (датчане).
Какова же, однако, была смелость пускаться в море на столь несовершенных
судах?! Но без нее не было бы и современного мореплавания, начало которого,
как полагает Мортилье, следует искать именно в эпоху шлифованного камня.
К этой же эпохе относится и начало земледелия, которое впоследствии,
особенно в Средней и Южной Европе, сделалось главнейшим источником про­
питания жителей. Так, например, жители свайных построек, вначале бывшие
исключительно рыболовами и охотниками, постепенно стали заниматься ското­
водством, стали приручать разные породы и наконец сделались земледельцами.
О растениях, какие разводились неолитическим человеком, мы можем су­
дить по тем зернам, которые сохранились (в обугленном виде) среди осколков
больших глиняных сосудов, в которых они находились: пшеница, похожая на
нашу, занимает среди них первое место, изредка встречаются пшеница мучная и
двурядный ячмень, шестирядный
же попадается очень часто.
О способах растирания хлебных
зерен можно сказать очень много,
но в общем они сводятся к толче­
нию или раздавливанию в ступах,
между камнями — в первые време­
на или же размалыванию при по­
мощи жерновов — в более позднюю
эпоху. Выпечка хлеба производи­
лась при помощи раскаленных кам­
ней, на которые клали тесто.
О ткацком станке, употребляв­
шемся в эпоху свайных построек
Швейцарии, можно судить по ста­
ринному станку на Фарерских ост­
ровах.
Рютимейер полагает, что вна­
чале лен возделывался исключи­
тельно ради семян, которые упот­
реблялись в пищу, обработка же во­
локон началась позже, — сперва для
Старинный ткацкий станок с Фарерских
приготовления веревок, ниток, се­
островов
тей, а впоследствии и для тканей.
221

Следы войн неолитического века очень многочисленны, особенно в Бель­
гии: это так называемые «укрепленные лагери», располагаемые обыкновенно на
утесах, выдвигающихся в долину, над которой они господствуют, соединяясь
узким перешейком с плоскогорьем. Лагерь окружался толстой стеной из неце­
ментированных камней и глубоким рвом. Осажденные сбрасывали на осаждав­
ших камни, образовывавшие стену. Замечательно, что места подобных древних
укреплений были настолько хорошо выбраны, что даже во время новейших войн
они считались удобнейшими позициями для боя.
Представление о войне неразрывно связано с мыслью о смерти. Потому-то
переход к описанию могильных памятников и погребальных обрядов неолитиче­
ского человека вполне естествен.
Наиболее интересными и величественными остатками этой эпохи являются
дольмены и другие так называемые мегалитические памятники.
Представьте себе каменную, почти плоскую глыбу, горизонтально положен­
ную на известное число вертикально стоящих камней, — это и есть дольмен.
Иногда подобные камеры были двухэтажными и служили для погребения мно­
гих покойников. По большей части дольмены засыпались землею для предохра­
нения тел усопших от непогоды и диких зверей; в таком случае они называются
тумулусами.

Дольмен
222

Тумулус

Существует мнение (Нельсон, Леббок), что особый вид могил доисториче­
ского человека, называемый крытыми галереями, или могилами с ходом, пер­
воначально представлял собой жилища, которые после смерти их хозяев обра­
щались в могильные склепы. Этим объясняется, между прочим, то обстоятель­
ство, что в некоторых тумулусах, не находя никаких следов человеческих костей,
замечали, однако, золу, посуду, оружие.
В течение позднейшего каменного века во всей Европе господствовал обы­
чай хоронить тела, не сжигая их; обычай же сожжения появился позднее, но
никогда и нигде не было заметно исключительного применения одного этого
способа, благодаря чему даже в местах погребения эпохи металлов наряду с ур­
нами встречается большее или меньшее число могил со скелетами.
По форме они очень различны. Самой древней, как уже было сказано, яв­
ляется погребение в пещерах. Мы находим такие могилы начала неолитическо­
го периода в гротах Ментоны и Финальмарина в Лигурии, в области Франкон­
ской Юры, в Англии, Франции. В департаменте Марны были открыты искус­
ственные гроты для погребения в меловых скалах.
Где не было естественных пещер и горные породы были слишком тверды,
чтобы в них можно было сделать искусственные гроты, там человек начал вза­
мен них воздвигать крепкие каменные комнаты, — «мегалитические могилы».
Они во множестве встречаются на протяжении обширного пояса от Сирии через
Северную Африку, Испанию, Францию, Великобританию и Северную Герма­
нию вплоть до Скандинавии включительно. Сделаны они из массивных, мало
или даже вовсе не обработанных обломков скал, расположенных наподобие хи­
жины с плоской крышей. Более мелкие камни употреблялись для заполнения
промежутков. Поверх всего нередко насыпали холм земли; но в так называемых
«могилах с ходом», или «крытых галереях», вход, имевший вид коридора, вы­
стланного одинаковыми каменными
плитами, оставался открытым.
Эта форма могил относится к са­
мой ранней фазе северного каменного
века и распространена во всей Восточ­
ной Швеции, тогда как собственно
«дольмены» — каменные комнаты без
входной галереи — встречаются по юж­
ному и западному побережью этой стра­
ны и относятся к позднему периоду.
В Западной Германии до Одера (а
именно в Ганновере) и в Голландии
попадаются так называемые «могилы
богатырей», или «гробницы велика­
нов». По форме это обыкновенно ря­
ды высоких обломков скал от 2 до 20
шагов длиной, а по возрасту — они
не моложе конца новейшего каменно­
го века; в Западной Европе часть их
относится к тому же времени, севе­
роафриканские — к эпохе металлов.
К числу мегалитических памятни­
ков относятся также менгиры, — это
не что иное, как каменные глыбы, воз­
двигнутые стоймя. Существуют мен­
гиры, довольно, впрочем, редкие, наМенгир
224

Кромлех

подобие обелисков. По-видимому, они позднейшего происхождения. Иногда
менгиры ставились рядами, образуя нечто вроде аллей, как, например, извест­
ные Бретанские гряды Карнакских менгиров, или же одним и несколькими кон­
центрическими кругами вокруг одного дольмена. Такое расположение называ­
ется крошеном (или кромлехом — по другому произношению).
Значение этих замечательных сооружений седой древности до сих пор не вы­
яснено. Но, по-видимому, они служили, с одной стороны, могильниками, с дру­
гой — местами религиозных и общественных торжеств.
В России мегалитические постройки также встречаются, но по своему ха­
рактеру они значительно отличаются от западноевропейских.
В Литве и в Подолии встречаются не настоящие дольмены, а могилы вели­
канов. В Польше и в Западной России и в некоторых других местах дольмены
заменяются меньшими надгробными сооружениями, так называемыми ящикообразными гробницами.
Так, у русла реки Ирпень находят иногда гробницы без насыпей, в которых,
на глубине полуметра, попадаются каменные ящики в 2 метра длиной, 80 сан­
тиметров шириной и 90 глубиной. Внутренность таких ящиков, слабо напол­
ненная землею, заключает в себе горшки с первобытной орнаментацией; внут­
ри их находятся пережженные кости, между которыми попадаются полирован­
ные кремниевые топоры.
Настоящие дольмены мы находим в Крыму. В Байдарской долине они рас­
положены группами в 1—3 ряда, причем каждая группа ограждена низкой ка­
менной стеной. Покойники похоронены в них в сидячем положении. Но эти
дольмены, судя по найденным в них предметам, относятся к железному перио­
ду. Очень много дольменов неолитической эпохи известно на Кавказе; покой­
ники и там похоронены в сидячем положении.
Любопытная особенность замечена во французских дольменах: человеческие
225

кости в них оказались не­
обычайно перемешанны­
ми. Единственное воз­
можное объяснение это­
го заключается в предпо­
ложении, что их клали
туда уже очищенными от
мяса. Такой же обычай
существовал и в Галлии,
а в XII и XIII столетиях
он сохранился лишь в ви­
де особой привилегии
французских
королей:
трупы их очищались от
мяса и кости погребались
отдельно. Таким обра­
зом были погребены Лю­
довик
Добрый,
Карл
Сильный, Людовик Свя­
той, Филипп Смелый и
жена его Изабелла.
Мегалитические мо­
гильные
памятники,
найденные на севере на­
шей части света, обнару­
живают
значительный
шаг вперед сравнительно
с более ранней стадией
балтийских
кухонных
куч. Последние, по при­
Менгир наподобие обелиска в Скандинавии
близительному
расчету,
возникли лет за 3000—
1500 до Р. X., а после них с 1500—1000 года продолжался мегалитический пери­
од. По другим вычислениям, новейший каменный век даже в Северной Европе
должен был окончиться приблизительно за 1500 лет до Р. X.
В то время как на окраинах нашего материка воздвигались уже мегалитиче­
ские могилы, в Центральной Европе, на Рейне, в Южной Германии, Богемии и
Венгрии еще не знали другого способа погребения мертвых, как положение их в
пещерах или простое опускание в землю; при этом трупы клали на землю или
придавали им сидячее положение.
Кроме того, во всей Западной Европе распространены так называемые «куль­
турные» ямы, представляющие много любопытных особенностей. На поверхно­
сти почвы они имеют вид серых или темноватых округленных пятен, под кото­
рыми находятся углубления котлообразной или воронкообразной формы. Глу­
бина обыкновенно около 1 метра, а диаметр 1—2 метра. Наполнены они пеп­
лом, землей с углем и различными кухонными отбросами (кости животных,
черепки посуды, а иногда и цельные предметы). Нередко встречаются там так­
же человеческие кости и даже скелеты.
Назначение подобных ям долгое время оставалось совершенно непонятным.
Ввиду этого правильнее всего предположить, что часть этих «культурных» ям
представляет собой остатки жилья и погребения вместе.
Нам надо еще остановиться на особом виде могил, распространенных пре226

имущественно в России. Это так называемые курганы, могильные насыпи. Внеш­
ний вид их не разнообразен: обыкновенно они имеют форму конуса с округлен­
ной вершиной или с уступом на середине высоты; иногда же они бывают пло­
ско-выпуклы и в таком случае или круглы, или продолговаты. В древних новго­
родских землях встречается много курганов, выложенных в основании крупными
валунами и окруженных рвом, в древности, по-видимому, значительной глуби­
ны. На рву почти всегда можно заметить перемычку вроде мостика, ведущего на
курган.

Синеусов курган

Известно, что в древности поселения окапывались рвами и огораживались
частоколом (отсюда — городища), с целью затруднить стремительность неприя­
тельских набегов; а обитатели северных окраин России, так называемые инород­
цы, живут по большей части в шалашах конических или с плоскоокрутлой вер­
шиной, иногда же и в продолговатых хижинах. Все это показывает, что погре­
бальные сооружения во всех подробностях воспроизводят жилища живых.
Вне пределов России о курганах не знают почти ничего. Установлено, что
часть курганов принадлежит позднейшему каменному веку. Таковы, например,
курганы могильника, открытого В. Передольским возле деревни Коломцы, Нов­
городского уезда. Любопытно, что в насыпях находят иногда под погребениями
более поздней эпохи (бронзовой) гробницы, относящиеся к каменному веку.
Эти могилы представляют собой большие насыпи, под которыми на значи­
тельной глубине находится ряд ям, и в каждой из последних по 1—3 скелета. В
большей части случаев, как показывают раскопки графа Бобринского, скелеты
согнуты, и число их доходит до 13 в одной гробнице. Черепа принадлежат к
длинноголовому типу. В числе немногих находимых здесь предметов встреча­
ются сосуды грубой работы, сделанные без помощи гончарного круга, костяные
молоты с острием на одном конце, бронзовые колечки, а иногда и образцы
бронзового оружия. Самою, однако, замечательной особенностью этого типа
227

могил является, как уже сказано, окраска костей, особенно лицевых, черепных
и шейных, красной охрой, лежащей иногда комками. При одной раскопке глаз­
ные впадины черепов оказались наполненными особой глинистой мастикой.
Граф Бобринский и профессор Антонович полагают, что эта окраска произ­
водилась, как погребальный обряд, на трупе, тогда как другие археологи объяс­
няют присутствие краски то татуировкой, то следами покрывал, то следами об­
валившегося выкрашенного склепа. Вероятнее всего, однако, что мы имеем тут
дело с особым погребальным обычаем, согласно которому еще до погребения
трупы очищались от мяса и затем кости натирались красной краской. Подобные
обычаи можно проследить и до сих пор у некоторых первобытных народов, как,
например, у североамериканских индейцев, в аргентинских и венесуэльских мо­
гилах.

XIII
Открытие свайных поселений. — Распространение доисторических свайных построек и
сравнительная их древность. — Находки в открытых поселениях. — Значение этих
находок для определения места свайных поселений в общей культурной жизни челове­
чества. — Террамары Италии и ее свайные поселения
«Если открытие Буше де Перта, — говорит Фохт, — впервые обратило вни­
мание на древность человека и, хотя медленно, готовило умы к признанию ее,
то почти молнией поразила всех подобная же находка, сделанная доктором Фер­
динандом Келлером зимою 1853/54 года около Мейлена на Цюрихском озере».
Этот ученый открыл ни больше ни меньше как целый новый или, если хотите,
старый мир, навеки погребенный на дне упомянутого озера. Это были доисто­
рические свайные поселения.
Великие открытия бывают очень часто следствиями самых незначительных
причин. Необычайная суровость и сухость зимы 1853/54 года вызвала пониже­
ние уровня вод в озерах Швейцарии, чем и воспользовались жители Мейлена
для осушки части дна озера. С этой целью было решено — обмелевшее озеро
обнести стеной и насыпью, чтобы воспрепятствовать впоследствии затоплению
осушенного и отвоеванного у озера участка. Вот при этих-то работах и наткну­
лись на вбитые в дно озера сваи, каменные и костяные орудия, грубую посуду и
прочие предметы, сходные с найденными в датских и других торфяниках.
Честь первого объяснения и научного исследования всех этих останков мас­
титой древности, бесспорно, принадлежит вышеупомянутому цюрихскому док­
тору Келлеру, который написал о своих открытиях пять мемуаров. Это было
искрой, воспламенившей светоч, который озарил мрак чрезвычайно важного в
истории человеческой культуры периода. С тех пор доказано, что не одна только
Швейцария, но и многие другие страны1, находившиеся в условиях аналогич­
ных, пережили этот период. Нужно, однако, заметить, что свайные постройки,
или озерные жилища, обнимают собой чрезвычайно большой промежуток вре­
мени, начинающийся с каменного века и оканчивающийся бронзовым, вплоть
1

Италия, Германия, Франция, Англия, Ирландия.
229

Домашние занятия женщин

до железной эпохи, — в зависимости от условий местности. При этом, по заме­
чанию Фохта, в озерах Западной Швейцарии замечается следующее крайне лю­
бопытное явление: «Те свайные постройки, в которых не встречается металла,
расположены ближе к берегу и на незначительной глубине», и наоборот. В
торфяниках свайные постройки тоже встречаются очень часто, но исключитель­
но только в тех местах, где в старину было озеро.
Предпочтение надводных построек жилищам на твердой земле не должно
нас сильно удивлять, ввиду той безопасности от нападений четвероногих и дву­
ногих врагов, которая создавалась естественной водной преградой. Этим объяс­
няется значительная распространенность подобного способа постройки не толь­
ко в доисторические, но и исторические времена. И в наше время во многих
местностях, как известно, существуют не только деревни, но даже и города,
построенные на воде. Многие первобытные племена Америки, Африки, Авст­
ралии и Азии до сих пор возводят свайные жилища. В Европе также имеются
подобные постройки на Дунае, на Балканском полуострове, в Солуни и у нас в
России.
В древности такого рода жилищ встречалось едва ли не более. Геродот,
рассказывая о пеонийцах озера Празиасского (Фракия), сообщает, между про­
чим, некоторые не лишенные интереса подробности. «На весьма высоких сва­
ях, вбитых в дно озера, — повествует он, — кладут настилку из плотно связан­
ных досок; к ней ведут только узенькие мостки. В старину жители вбивали сваи
общими силами, но впоследствии решено было, чтобы каждый новобрачный
приносил жене три сваи с горы Орбелура. Многоженство в этой стране допу­
скается. На этих подмостках строят хижины, снабжая их сходнями к озеру, а во
избежание падения детей в воду через отверстие их привязывают веревкой за
230

Древние постройки на сваях в Швейцарии

ноги. Вместо сена они кормят лошадей и домашнюю скотину рыбой; рыбы же
в этом озере водится такое множество, что достаточно опустить корзину через
подполье, чтобы вскоре вытащить ее полной рыбы».
Швейцарцы времен доисторических строили свои озерные жилища в зависи­
мости от грунта озерного дна: при илистом дне сваи вбивались прямо в землю,
при каменистом же — набрасывали на дно камней, в которые и водружали сваи,
служившие для поддержания бутовки и настилки. Такие озерные поселения
иногда достигали громадных размеров, требовавших коллективных трудов не од­
ного поколения. Так, например, поселение Морж на Женевском озере занима­
ет около 60 000 квадратных метров. По вычислениям Лоля, в деревне Ванген на
Константском озере было употреблено более 40 000 свай. Относительно общего
типа этих хижин существует предположение (Келлер), что они были круглые, с
плоскими или отлогими крышами и строились из стоячих бревен, связанных
между собою ветвями, после чего стена обмазывалась глиной. По словам Кел­
лера, такие хижины встречались у рыбаков еще в XVIII столетии на берегах реки
Лиммата (близ Цюриха).
Область распространения свайных построек ограничивается предгорьями Альпий­
ской горной цепи и близлежащими долинами, но не захватывает самой этой цепи.
По возрасту свайные постройки делятся на относящиеся к дометаллической
эпохе и на постройки эпохи металлов. В первых мы встречаем исключительно
орудия и оружие, приготовленные из камня, кости, рога и материала, но никог­
да не находим металлических изделий. А в позднейших, наряду с каменными
орудиями, встречаются также и медные, преимущественно бронзовые. К кон­
цу бронзового века появляется уже кое-где и железо, но только в виде редких
металлических украшений.

Современные свайные постройки в Центральной Африке
232

Свайные постройки Европы представляют нам неоспоримые доказательства
того, что существовал некогда каменный век, в течение которого человек совер­
шенно не знал употребления металлов, и что за ним последовал бронзовый век,
когда еще неизвестно было железо.
Между большим поселением Овернье, относящимся к бронзовому веку, и
берегом Невшательского озера находятся два небольших поселения каменного
века.
От упомянутого более позднего местонахождения они отделены промежут­
ком всего метров в 30. Близ Моржа на Женевском озере недалеко от берега
расположена свайная постройка камен­
ного века, а на расстоянии 200 метров
от нее лежит свайная постройка, отно­
сящаяся к бронзовому веку. То же са­
мое замечено было и на других озерах.
Свайные постройки каменного века воз­
водились очень близко к берегу, так что
остатки их вполне или отчасти лежат на
сухом месте. А поселения бронзового
века строились дальше от берега. Поэ­
тому была неодинакова и длина мост­
ков, соединявших такие поселки с бе­
регом.
Полнее всего мы знаем обстановку
того периода свайных построек, когда
уже кончался каменный век и начали
появляться первые, сначала редкие из­
делия из металлов. Свайная постройка
Мейлен на Цюрихском озере принад­
лежит вполне каменному веку, но уже
содержит два бронзовых предмета: пло­
ский топор и простой браслет. В по­
селке Консизе среди массы каменных ве­
щей нашли только одну бронзовую: изо­
гнутый нож, украшенный гравировкой.
Некоторые озерные деревни можно
рассматривать прямо как переходные
Роговые и костяные изделия из швейцарских
стадии от каменного века к бронзово­
свайных построек каменного века
му. Так, в Морже, на Женевском озе­
ре, кроме двух построек каменного века
и одной начала бронзового, известна еще четвертая, по времени являющаяся
переходной между ними. Она содержит наряду с каменными буравами, ножа­
ми, остриями для стрел и другими предметами 18 бронзовых топоров древней
формы (с простыми боковыми пластинками).
Поселения переходной эпохи ценны в том отношении, что знакомят нас с
самыми древними типами бронзовых изделий и таким образом дают нам воз­
можность выяснить историю развития культуры бронзового века; благодаря им
мы можем разделить его, по крайней мере для Средней Европы, на два больших
периода: древний и новый.
Подобно тому, как медь является провозвестником бронзовой эпохи и ха­
рактеризует период расцвета свайных построек, так точно появление железа,
хотя бы оно встречалось и крайне редко, означает конец эпохи свайных постро­
ек, тянувшейся столь долгое время.
233

У Меригена, на Бильском
озере, нашли бронзовые, обло­
женные железом браслеты и ру­
коятки мечей. Вероятно, в то
время считали этот новый ме­
талл необычайно дорогим, ина­
че не употребляли бы его для ук­
рашения бронзовых вещей. В
других же, не очень отдаленных
странах, например в Южной Ав­
стрии, Верхней Италии, Фран­
ции, железо было тогда уже ши­
роко распространено; очевидно,
какие-то обстоятельства замед­
лили появление его в области
свайных построек; когда позднее
оно проникло туда, то большая
часть озерных деревень была уже
брошена, сгорела и потонула.
Обитатели их переселились на
сушу и начали вести новый об­
раз жизни.
Однако в самом начале
бронзового периода в Швейца­
рии и других странах встречают­
ся жилища на твердой земле.
Каменные орудия, встреча­
емые в свайных постройках, не
представляют ничего характер­
Бронзовые мечи и рукоятки
ного. Что касается образа жиз­
ни древних швейцарцев, то единственное, что можно сказать в этом отношении
о древних гельветах, — это то, что они были рыбаки. Этим словом лучше всего
определяется вся их жизненная обстановка, направление и образ мыслей, радо­
сти, стремления.
Оригинальное явление представляют свайные постройки Верхней Италии, так
называемые террамары. Они имеют вид плоских широких холмиков высотою от 2—
5 метров, длиной 97—200 метров, форма их более или менее четырехугольная. На
этих искусственных насыпях позднее нередко воздвигали различные здания (церк­
ви, монастыри, церковные дома и даже замки). Известно около 80 террамар.
Некогда террамары были укрепленными местами. Площадь, занятая дома­
ми, защищалась земляным валом; вокруг него вырывали ров и наполняли во­
дой; иногда можно хорошо отличить канал, доставлявший воду, равно как и
отводной, а также и места, где когда-то перекинуты были через ров мосты;
внутри к валу вели деревянные защищенные проходы. В таком-то укреплен­
ном месте находились жилища, помещавшиеся, как в свайных поселениях, на
особых подмостках. Последние обыкновенно покрывались утоптанной глиной
для избежания сырости и для облегчения осмотра равнины. Хижины строили
из хвороста, обмазывая его глиной.
Жители террамар занимались скотоводством, что доказывают многочислен­
ные кости крупного рогатого скота, коз и свиней, которые, судя по остаткам,
тут же убивались и съедались. Кроме того, жители были охотниками, обрабаты­
вали поля и положили начало многим ремеслам. Они вырезали из дерева, олень234

Набег

его рога и из кости, умели отбивать и полировать камни, научились плавить
бронзу, но еще не умели ковать из нее разные предметы. Так, в террамаре
Монтале, которая далеко не богата бронзовыми изделиями, найдено в выем­
ке 5 каменных орудий (1 кинжал и 4 пилы), 53 бронзовых, 268 предметов из
кости и оленьего рога и 1000 глиняных веретенных колец.
Своих покойников обитатели террамар сжигали, а пепел погребали вне жи­
лища в простых, ничем не украшенных урнах. Насчет подарков им они были до
крайности скупы; даже урны украшали очень редко и необычайно просто.
Террамары относятся к началу бронзовой эпохи, то есть возникли они за
1500—1000 лет до Р. X. Типы орудий, найденные в них, являются для нас
руководящей нитью в случаях, когда надо определить, какие из орудий швей­
царских свайных построек, охватывающих гораздо больший период времени, от­
носятся к началу бронзового века и какие — к середине его.

Похищение женщины

XIV
Вопрос о происхождении бронзовой культуры. — Соображения в пользу ее самостоя­
тельности в Европе. — Постепенность перехода от камня к бронзе. — Древняя и новая
эпохи бронзового века, предметы, характеризующие эти периоды культурного разви­
тия. — Погребение в бронзовую эпоху. — Причины различной продолжительности двух
эпох бронзового века в разных странах. — Вопрос о бронзовом веке в России. —
Хронология бронзового периода в Европе

Свайные поселения, возникновение которых теряется во мгле начала неоли­
тического века, продолжали свое существование и в течение бронзового перио­
да, исчезнув, однако, при появлении железа. Таким образом, смена культур­
ных периодов совершилась постепенно и незаметно. Но тут возникает вопрос,
достигли ли обитатели свайных жилищ искусства изготовления бронзовых ору­
дий самостоятельно или бронза проникла к ним извне?
В настоящем очерке нам уже не раз приходилось упоминать о той важной
роли, какую играла бронза в древних культурных странах Передней Азии и Егип­
та. Влияние Востока на древних греков не подлежит сомнению, на что указыва­
ют хотя бы, например, раскопки в Гиссарлыке. Египет тоже, по-видимому,
заимствовал знакомство с металлами от халдеев. Поэтому возможно, что и наш
материк познакомился с древним, как золото, блестящим металлом благодаря
упомянутым выше странам.
Древнейшие бронзовые изделия могли проникнуть в среднедунайскую ни­
зменность наземным путем через Фракию, а морем в Италию, отсюда они рас­
пространились далее по течению Дуная и Роны. Это совершалось весьма быст­
ро, так как всюду с жадностью набрасывались на новый металл, при этом пле­
мена, впервые познакомившиеся с бронзой, обнаружили в своих работах боль­
шие способности.
Европейские бронзовые изделия очень мало похожи на восточные: только
самые древние из них имеют сходство основных типов с восточными; это сход237

Датские бронзовые ножи

ство простирается также и на состав бронзы, которая имеет то же соотношение
олова к меди.
Если же, однако, мы замечаем в Европе значительную самостоятельность,
как в приемах обработки бронзы, так и в форме изделий из последней, то не
указывает ли это на самостоятельность европейской культуры?
Сравнивая, например, медные топоры из свайных построек с изделиями
неолитического периода, мы невольно поражаемся сходством основной формы
орудий этих эпох, хотя материал позволял уже значительные усовершенствова­
ния. Видно, что все эти усовершенствования шли очень медленными, несме­
лыми шагами. Казалось бы, употребляя металлы, легко было изготовлять ору­
дия такой формы, которая отвечала бы требованиям простого удобства, напри­
мер, устройством в топоре отверстия для рукоятки. Однако мы встречаем медные
и даже железные топоры, которые, подобно каменным, вставлялись в расщеп­
ленный конец рукоятки. Подражание прежней форме простиралось иногда до
того, что отливались даже бронзовые полоски, напоминающие еще те веревки,
при помощи которых клинок привязывался к рукоятке.
Интересно проследить развитие способов прикрепления рукоятки к клинку
в течение продолжительного времени. Например, так называемый полый цельт
(род долота или топора) имеет рукоятку уже не расщепленную, а вставленную в
трубку на верхнем конце клинка: стало быть, было уже открыто новое средство
заменить прежнее обвязывание веревка­
ми более прочной связью. Это «доло­
то» было найдено в могильнике Гальш­
тата и, значит, относится к началу же­
лезного века. В изделиях более позд­
него происхождения трубка открывает­
ся назад, следовательно, здесь способ
прикрепления является средним между
упомянутым мотылем и полым долотом.
Такое прикрепление наблюдается во
второй период доисторического железПрикрепление разных форм цельта
238

ного века, в эпоху латен, называемую по имени знаменитого места находок того
времени.
Наряду с такими предметами попадаются, хотя и редко, топоры, устроен­
ные на манер наших, с особым отверстием в клинке для вставления черенка.
Возникают они в форме молотов из более мягкого камня еще в очень отдален­
ную эпоху неолитического периода, а в позднейшие периоды металлов встреча­
ются лишь в виде исключения и непременно с различными украшениями.
С другой стороны, не следует думать, что все изделия из камня действительно
принадлежат каменному веку, здесь нужно обращать внимание на форму предмета.
Так, иногда удается подметить ничтожный размер отверстия, очевидно предназна­
ченного для тонкого топорища (черенка). Несомненно, что такие предметы служат
примером того, как прежний материал, вышедший из употребления в силу какихлибо соображений (быть может, религиозных), появлялся в виде орудий новой
формы, которая достижима лишь при введении легкоплавкой бронзы. Подобного
рода каменные топоры, с маленьким отверстием, служившие украшением или по­
четным отличием, относятся, по крайней мере, к бронзовому периоду.
Постепенность перехода от камня к металлам, при поразительно упорном
повторении прежних форм, вряд ли может допускать сомнение в том, что евро­
пейцы достигли искусства выделки бронзовых орудий вполне самостоятельно.
Впоследствии, при оживлении торговых сношений, начинают проникать в Ев­
ропу и чуждые ей образцы изделий.
А теперь посвятим несколько слов описанию предметов, характеризующих
так называемый древний бронзовый век и позднейший, или великолепный, кото­
рый в Венгрии, Швейцарии, Северной Германии, Скандинавии и Великобри­
тании продолжался очень долго.

Изготовление глиняной посуды и статуэток в начале бронзового периода
239

Плоские топоры с гладкими краями
или узкими боковыми пластинками, до­
ходящими почти до лезвия, топоры, у
которых боковые пластинки доходили
только до середины клинка и там усту­
пом соединялись вместе, — вот те фор­
мы этого важного орудия, которые ха­
рактеризуют древнейшую эпоху бронзово­
го периода. В кинжалах обыкновенно
клинок бывал трехгранный, а рукоятка
цилиндрическая. Последняя нередко де­
лалась из дерева, кости или рога, а по­
тому рукоятки не сохранились до наше­
го времени. Мечи этой эпохи были ко­
ротки и часто имели такой же трехгран­
ный клинок, а эфес их был довольно
широкий, или же они снабжались ко­
роткой, разукрашенной рукояткой.
В новом бронзовом веке пластинки в
топорах имеют уже конец коленчато изо­
гнутой рукоятки, другой вид топоров —
это так называемые полые топоры, клин­
ки которых снабжены полостью, куда
вставлялся нерасщепленный конец руко­
ятки. И те и другие топоры имели неред­
ко желобки для привязывания клинка к
рукоятке, чем достигалась большая проч­
ность.
Тогдашние цельты имели плоское
или вогнутое лезвие (полые цельты), а
Бронзовое оружие
серпы были сильно изогнуты и, как во­
обще все серпы бронзового века, выли­
вались в половинчатой форме, вследствие чего у них одна сторона была совер­
шенно гладкая.
Ножи отличались весьма изогнутой формой и имели разнообразные выгравированные
очень тонкие украшения. Рукоятки их делались из дерева или рога; обыкновенно они
надевались на короткий
стержень, иногда же
вставлялись в отверстие.
Нередко
клинок
и
рукоятка отливались вме­
сте из одной формы. Кин­
жалы делались в форме
ивового листа, а для при­
крепления к рукоятке
имелись отверстия, иног­
да же для этой цели слу­
жил широкий стержень,
на который плотно наса­
живался черенок. Мечи
новой эпохи отличаются
Бронзовые цельты без
Два главных типа бронзовых
массивными рукоятками,
крыльев
цельтов
240

Век металлов

по большей части изящно украшенными, или же имеют плоские широкие стержни для
укрепления рукояток. Клинки этих мечей имеют форму осоки, очень заострены, обык­
новенно длиннее, чем прежние, и весьма тщательно отгравированы.
Попадаются также бритвы с одним лезвием, шилья, пилы и различные ук­
рашения, подвески, пуговицы, булавки с литыми, богато украшенными голо­
вками, большие полые, гравированные снаружи ручные браслеты в виде подко­
вы с утолщениями на концах и много других вещей.
Несмотря на значительное отличие изделий бронзового века от орудий пред­
шествовавшего периода, нельзя не заметить, что они превосходят их только бо­
лее совершенной обработкой и большим разнообразием образцов. Между фор­
мами этих двух периодов отнюдь не имеется такого глубокого различия, как между
типами, характерными для древнейшего и новейшего каменных веков.
Продвигаясь к северу, к области Рейна, мы встречаемся там с клинками
топоров, имеющими заостренный выступ; подобные топоры свойственны стра­
нам, расположенным по верхнему и среднему течению Дуная.
Для бронзового века Южной Германии особенно характерны подковообраз­
ные браслеты. Появляются также браслеты из плоских, широких ободков, обык­
новенно с продольным желобком, концы их сначала несколько сближаются, но
затем снова расходятся.
Кроме этих «плоских браслетов» в Юго-Западной Германии встречаются по­
хожие на них ободки, концы которых переходят в две маленькие спиральнозави­
тые проволоки, а в могилах Южной Германии часто попадаются также и боль-

Медные орудия из швейцарских свайных построек и из Венгрии
242

У погребального костра

Похоронная тризна в эпоху металлов

шие бронзовые иголки и булавки, среди них особенно характерны булавки с
головками, имеющими вид вертикально поставленного колеса, — и, наконец,
бронзовые кинжалы. Большая часть описанных предметов была найдена в мо­
гильниках бронзового века, когда покойников погребали в земле или сжигали.
В начале бронзового века в Верхней Баварии господствовал обычай погребать
тела несожженными, позднее же его сменило трупосожжение. Около покойни­
ка находят обыкновенно урну и чашу, иногда мечи, поясные бляхи, большие
булавки с завитыми спиралью проволочными головками, головные украшения
в виде дуг с крючками, различные подвески...
Несожженные трупы опускались обыкновенно в могильный ящик, сделан­
ный из каменных плит. Но в Ютландии был также найден род гробов из рас­
щепленных и выдолбленных древесных стволов. Эти древесные гробы дали по­
разительные указания относительно одежды во время бронзового периода. Так,
в Треснгое, в Дании, найден был в 1861 году в одном могильном холме грубый
дубовый гроб, в котором был погребен воин в полном облачении и вооружении.
Остатки тела его были совершенно разрушены, тогда как одежда, благодаря
консервирующему влиянию дубильной кислоты дубового дерева, вполне сохра­
нилась. Сделана она была из шерстяной материи и состояла из высокой шапки,
широкого круглого плаща, кафтана, спускавшегося до ребер, и двух небольших
кусков шерстяной ткани, которые, вероятно, накрывали ноги.
Небольшие остатки кожи на ногах, вероятно, принадлежали башмакам. Круг­
лая шапка без козырька выткана из толстой шерсти и на наружной стороне
покрыта торчащими шерстяными нитками, из которых каждая оканчивается уз­
лом. Такие же нитки заметны и на внутренней стороне плаща. Платье обхваты­
валось длинным поясом, дважды обвивавшимся вокруг таза и связанным спере­
ди. Длинные концы его украшены бахромой.
В могиле находилась и другая шерстяная шапка и шерстяной же платок с
бахромой. Этот платок был свернут наполовину и в виде подушки лежал под
головой покойника. Все содержимое гроба было, кроме того, завернуто в кожу,
по всей вероятности бычью. По левую сторону трупа лежал бронзовый меч в
деревянных ножнах, обитых мехом, у ног же стояла круглая деревянная шкатул­
ка, а в ней меньшая, такой же формы, и в этой последней находились: третья
шерстяная шапка, роговой гребешок и бритва из бронзы.
Подобные плащи из двух дубленых шкур, из которых внутренняя обращена
волосами наружу, а наружная — волосами внутрь, часто встречали на трупах
бронзового века, одетых в шерстяные одежды.
В другом датском могильном холме в Ютландии нашли в 1871 году в гробу
из расщепленного и выдолбленного дубового ствола
полное женское одеяние, относящееся к тому же пе­
риоду. Эта одежда состояла из большого плаща, со­
тканного из шерсти с примесью волос животных.
Длинные волосы трупа были, вероятно, заколоты ро­
говым гребнем, который нашли в могиле. Сама голо­
ва была покрыта сеткой, красиво связанной из шер­
стяных ниток. Остальная одежда, состоявшая из коф­
ты с рукавами и длинной юбки, была из шерстяной
материи. Швы кофты проходят под рукавами и посе­
редине спины. Спереди она имеет разрез, который,
вероятно, застегивался маленькой бронзовой пряжкой,
найденной в могиле. У талии юбка удерживалась гру­
бой шерстяной лентой, поверх которой находился соб­
ственно пояс, сотканный в три полосы также из шерБронзовый висячий сосуд
245

сти с примесью животных волос. Он
оканчивался
красивыми
толстыми
кистями, средняя полоса, по-види­
мому, имела другой цвет, чем боко­
вые.
Одними из наиболее замечатель­
ных доисторических памятников, об­
ращающих на себя внимание архео­
логов, являются вырезанные на ска­
лах изображения, которые главным
образом находят в округе Богуслена
и в Восточном Готланде. Они, без
сомнения, относятся к бронзовому
веку, что доказывается рисунками
топоров, типом мечей, совершенно
сходным с мечами, найденными в
гробницах, и, наконец, полным от­
сутствием письмен.
Бронзовый век, как мы знаем,
сменился железным, это наступило
для разных стран ранее или позже,
причем в некоторых, по-видимому,
даже совсем не существовало брон­
зового века, и переход от камня со­
Глиняные предметы бронзового периода из
швейцарских свайных построек
вершился непосредственно к желе­
зу. Некоторые страны обладали про­
должительным великолепным бронзовым веком, в других он едва был замечен.
Причина такого различия в развитии культуры бронзового века заключается
в том, что знакомство с железом, распространение его и характерных для него
типов изделий шло с юга на север. Там, где новый металл появлялся ранее,
бронзовый век не достигал своего наивысшего развития; в тех же странах, куда
железо проникало позднее, успевали развиться оба больших периода бронзового
века. Вот почему о бронзовом веке Венгрии, Швейцарии и всей Северной Ев­
ропы говорят как о блестящем явлении первобытной истории Европы, тогда как
бронзовый век Греции, Италии, Восточных Альп и Франции далеко не произво­
дил такого впечатления.
Что касается бронзового века в России, то до сих пор не получено еще бес­
спорных данных о его существовании у нас, так как находок, в которых не встре­
чалось бы и железных предметов, очень мало.
Если мы теперь попытаемся определить в круглых цифрах различную продол­
жительность бронзового века вообще в Европе, то первую фазу его, единствен­
ную для стран с кратковременной бронзовой культурой, придется отнести ко
времени с 1500 до 1000 года до Р. X.; вторая фаза в Северной Европе продолжа­
лась до 400 года до Р. X., а в Швейцарии и Венгрии она окончилась около 600 года
до Р. X. Разумеется, цифры эти только приблизительны, так как само собой
понятно, что переход от одного из них к другому совершался не сразу, а лишь в
течение долгого времени. Ввиду этого невозможно точно хронологически опре­
делить как конец каменного века и начало бронзового, так и конец последнего и
начало железного.

XV
Откуда проникло в Европу железо. — Гальштатский период. — Два рода погребения
этой эпохи. — Форма орудий и оружия гальштатского периода. — Предметы украше­
ния. — Металлические и глиняные сосуды. — Княжеские могилы, характеризующие
культуру второй половины гальштатского периода. — Данные для суждений о культур­
ном уровне этого периода. — Зальцбергские копи. — Гейденгебирге, Норийские горы и
другие места находок, дающие понятие об общей культуре и состоянии горнозаводства
этой эпохи. — Железоплавильни, кузницы и отливальни металлов. — Долина Иосифа,
место погребения вождя в Бачискальской пещере и большая мастерская. — Бронзовые
ситулы, шлемы из Ватча, найденные в Крайне. — Жизнь и нравы людей гальштатского
периода на основании изучения остатков их культуры

Мы подошли наконец к последнему из обозреваемых нами периоду в исто­
рии человеческого развития, к железному веку.
Откуда пришло к нам железо? Если относительно бронзы еще можно было
колебаться, была ли она открыта в Европе самостоятельно или проникла с Во­
стока, то относительно железа сомнений быть не может, что родиной этого
темного металла, покорившего мир, был именно Восток. Обширная, богатая
247

железными рудами область, считавшаяся в древности колыбелью металлургии и
доставившая прекрасное железо, лежала между Черным морем, Кавказом, Кас­
пийским морем, западными склонами Ирана, равниной Месопотамии, Тавр­
скими горами и гористой Каппадокией. Вот тут-то среди прочих знакомых с
металлами племен жили понтийские халибы, именем которых греки называли
сталь, у этого маленького славного племени греки, по собственному их преда­
нию, научились искусству добывать и обрабатывать железо. Ассирийцы, нахо­
дившиеся в соседстве с этой богатой железом страной, познакомились с желе­
зом, конечно, раньше большинства других культурных племен Востока, чему
доказательством служат древнейшие списки налогов. Что касается Египта, то же­
лезо было в нем известно еще в середине предпоследнего тысячелетия до Р. X., но
в Европу, как показывают находки Трои, Тиринфа и Микен, оно не проникало
в сколько-нибудь значительном количестве. Только в последнем тысячелетии
до Р. X., в IX и VIII столетиях, впервые появляется оно в большом количестве
у азиатских племен и одновременно начинает встречаться и среди древнеевро­
пейских отложений. По своему типу изделия начала железного века в Европе,
относящиеся к так называемому галыитатскому стилю, обнаруживают признаки
их восточного происхождения.
На то же указывают и раскопки большого числа могил Кавказа (Кобан),
принадлежащих к той же эпохе; найденные там вещи очень похожи на добытые
в гробницах начала железного века в Средней Европе.
Вообще, гальштатская культура представляет собой известную фазу разви­
тия, распространение которой несравненно шире, чем говорит ее название.
Данную эпоху называют еще «началом железного века». Гальштатская культура
охватывала собой громадную область, в которую входила почти вся Европа, а по
времени она относится к эпохе, когда передовые народы Европы впервые вы­
ступили на сцену уже в полуисторические времена.
Культура гальштатского периода в одних обла­
стях продолжалась долго, в других этот период ско­
ро закончился. К первым следует отнести Гре­
цию и Италию, начало железного века которых
служит переходом к историческим временам; к по­
следним же принадлежат: северная часть Балкан­
ского полуострова и вся область Восточных Альп,
а также Бавария, Вюртемберг, Баден, Эльзас,
Швейцария, Франш-Конте и Бургундия; все это
страны, к которым название гальштатской куль­
туры применимо в тесном смысле этого слова.
Эта эпоха железного века там продолжалась
приблизительно до 400 года до Р. X. После этого
в течение нескольких столетий появлялись все но­
вые формы изделий, употребление железа распро­
странялось все шире и шире и проникло даже на
север Европы. Этот промежуток времени, так на­
зываемый период латен, замыкает собой доисто­
рические времена Средней Европы и образует пе­
реход к историческому времени; первой эпохой ис­
торического рассвета мы должны, на основании
археологических данных и литературных памятни­
ков, считать время господства римлян.
Могила со скелетом в Зальцберге
Гальштатский период разделяется на две эпо­
близ Гальштата
хи — позднейшую и более раннюю. Многие мо248

Могильный холм Клейнаспергле гальштатского периода

гилы в области Альп и Дуная производят на первый взгляд впечатление мест
погребения, относящихся к одному времени. Таковы прежде всего знаменитые
плоские могилы Зальцберга, близ Гальштата, из которых была извлечена масса
предметов, отличающихся многими замечательными особенностями.
Рассмотрение предметов, найденных в могилах, показывает, что те из них, в
которых найдены остатки от сожжения, богаче оружием и сосудами из бронзы и
глины, тогда как могилы со скелетами содержат больше украшений из янтаря.
При дальнейшем исследовании выясняется, что в то время железо вытесняло
бронзу в деле изготовления оружия и инструментов, а бронза, напротив, пред­
почтительно употреблялась для изготовления сосудов.
На основании изучения скелетов гальштатского периода можно заключить,
что это было сильное племя, среднего роста, с явно выраженным долихокефали­
ческим типом черепа (длинноголовый тип).
В бронзовых сосудах, которые, как и глиняные, только в редких случаях
содержат в себе пепел, нередко находили кости животных, остатки пищи. В
каждой могиле находится от 3 до 5 глиняных сосудов. Нередко могилы окружа­
лись камнями, а сверху покрывались каменными плитами.
Из встречающихся в погребениях предметов оружие прежде всего обращает
на себя внимание. В некоторых могилах того времени его очень немного, а
иногда и совсем почти нет; но в Гальштате могилы зачастую содержат блестя­
щие образчики доспехов. Длинные мечи, характерные для первой половины
гальштатского периода, в большинстве случаев имеют особую форму. Эти мечи
делались из бронзы или железа; у железных иногда бывал набалдашник из сло­
новой кости с янтарными украшениями.
Во вторую половину описываемого периода все чаще попадаются железные
кинжалы с бронзовой рукояткой и подковообразными набалдашниками. Са­
мый красивый из найденных в Гальштате кинжалов имеет набалдашник уже в
249

виде
подковы.
Наконечники
копий делались или из бронзы,
или из железа, наконечники
стрел попадаются реже.
Во всех доисторических мо­
гилах украшения попадаются ча­
ще, чем оружие и орудия. Жен­
щины охотнее всего носили с со­
бой богато разукрашенные тон­
кие ножи, иголки, застежки,
кольца и подвески. Многие из
них представляют собой местные
изделия, отличающиеся своим
собственным оригинальным ти­
пом. На голове женщины носи­
ли гребень, составленный из
простых булавок.
Для застегивания одежды слу­
жили весьма изящные, часто очень
длинные булавки, с несколькими
головками, кончик такой булавки
входил в маленькие ножны из ко­
сти или из бронзы. Но чаще, как
Могила с сожженными костями с кладбища в Зальцберге
во всей области гальштатской куль­
близ Гальштата
туры, для застегивания одежды
употреблялись фибулы, которые представляли собой дужки с выемкой для кончика иг­
лы и иглы с одним или несколькими спиральными завитками при основании.
Фибулы бывают самой разнообразной формы, и это богатство невольно
поражает нас. Здесь мы имеем дело с созданиями не какого-либо одного
поколения, а многих веков; тогда, приняв во внимание продолжительность
времени, мы будем в состоянии отнестись с большей справедливостью к изо­
бретательности доисторического человека...
По фибулам можно отчасти судить о времени и месте их изготовления. Не­
которые, например, застежки, украшенные особого рода подвесками, по-види­
мому, свойственны преимущественно северу, там вырабатывали новые вариа­
ции, но в главных чертах все-таки подражали южноевропейским образцам.
Процесс развития формы застежек, начавшись в бронзовом веке, продолжался
в гальштатском периоде, в латен, во времена римского господства, дошел до
эпохи переселения народов и окончился только в средние века.
Среди украшений этого периода заслуживают особого внимания кольцеоб­
разные тяжелые, но безвкусные браслеты и сильно брянчащие подвески самой
причудливой формы. Платье унизывалось бронзовыми чешуйками (иногда ря­
ды их насаживали даже на глиняные сосуды), на шнурки надевали спирали из
проволоки или бусы и вешали их на шею. Кроме платья, стеклом и янтарем
украшали дужки застежек. Свойственная диким племенам любовь к блестящим
украшениям является характерной чертой и для гальштатского периода. В сле­
дующем периоде, — латен, когда у человека пробуждается чувство собственного
достоинства, пристрастие к роскоши заметно слабеет.
Сношения с более культурными обитателями юга доставили северянам так­
же изделия из тонкой бронзовой жести, которая служила для приготовления
прекрасных сосудов. Собственное, местное производство их началось только во
второй половине периода.
250

Изделия гальштатского периода

Что касается искусства изготовления глиняных сосудов гальштатского пери­
ода, то зальцбергские и другие тогдашние гончары представили нам много об­
разцов своих изделий, свидетельствующих о не менее высоком уровне этого ис­
кусства. Характерны для этого времени глиняные пузатые урны с длинными
горлышками, которые ставились в могилы. Их покрывали блестящим графи­
том. Из других сосудов нельзя не упомянуть о больших раздутых вазах с узким
горлом и черным «геометрическим» рисунком по красному фону — о чашах,
блюдах, красиво расписанных изнутри, причем ярко окрашенные изображения
оживлялись иногда выкладками из белой массы. Иногда это искусство прини­
мало фантастический характер, и тогда к сосудам приделывали различные укра­
шения и ручки, имевшие форму животных.
Такие сосуды являлись лишь предметом роскоши, а вещи, предназначавши­
еся для домашнего обихода, всегда были и проще, и целесообразнее. Нужно,
однако, заметить, что гончарный станок был еще не известен в течение всего
этого периода, только в конце его попадаются отдельные экземпляры глиняных
сосудов, изготовленных на гончарном станке, и форма их, и украшения совер­
шенно иные и указывают на то, что сосуды эти привезены с юга, где к тому
времени окончился гальштатский период, а вместе с ним и вся доисторическая
эпоха.
Последняя половина гальштатского периода, в западной части Германии луч­
ше всего представленная так называемыми «княжескими могилами» Вюртем­
берга, судя по всему, что мы о ней знаем, была временем усиленного ввоза
южных изделий и отличалась оживленными сношениями с югом. Общий внача­
ле как югу, так и северу, гальштатский период продолжался долее в северных
странах, все время находившихся под влиянием южной культуры.
Во вторую половину его, приблизительно около 500 года до Р. X., в Средней
Европе начинает занимать выдающееся положение Италия. Богатство отдель­
ных областей ее естественными ископаемыми (солью, золотом), плодородие по­
чвы и обилие скота, а также удобные торговые пути через долины Альп — все
это оказывало большое влияние и обусловило появление государства, со слож­
ной культурой которого мы зна­
комимся теперь, изучая вещи, за­
ключенные в могилах того време­
ни.
Об уровне развития людей
гальштатского периода, как и об
их житейской обстановке, а отча­
сти и духовном облике, с одной
стороны, дают представление тог­
дашние могилы с их богатым со­
держимым, с другой — остатки
древних соляных копей и медных
рудников, древних железоплави­
лен, кузниц и отливален для же­
леза и бронзы той эпохи, откры­
тых, главным образом, в австрий­
ских странах.
В Зальцберге открыто пять
таких копей на глубине прибли­
зительно 50 м, в них найдены лу­
чины,
поленья,
отделанные
«Гробница христианки» у подножия Атласа
бревна, орудия работы, отчасти
252

каменные. Эти копи отличаются от
новейших тем, что в позднейшую эпо­
ху устраивали штольни, как в насто­
ящее время, а размывали соляные
пласты, главным образом, при помо­
щи воды. Находили также предметы
гальштатского периода, глубоко врос­
шие в пласты соли.
Многочисленные остатки доисто­
рического дубления и тканья, кожи,
меха, тканые шерстяные материи, най­
денные в глинисто-соляных пластах
Гейденгебирге, отвечают нам на воп­
рос, из какой материи была одежда,
которую носили гальштатские люди.
Наряду со множеством кусков чер­
ного меха ягнят, козлиных и телячьих
кож, шкур косуль и серн с еще сохра­
нившимися волосами привлекают вни­
мание куски тщательно выдубленной
кожи; в особенности в этом отноше­
нии замечателен один кусок телячьей
кожи размером около квадратного мет­
ра, состоящий из нескольких частей,
сшитых при помощи очень тонких ко­
жаных полосок. Без сомнения, это был
карман или сумка, которая закрыва­
лась затягиванием шнура; ремешок,
служивший для этой цели, еще сохра­
нился и продет сквозь края.
Все тканые материи состоят из
овечьей шерсти, но отличаются друг
от друга по тонкости, выделке и ок­
раске. Цвет материи частью бурый,
частью
светло-зеленый;
последний
принадлежит преимущественно более
тонким материям. Одна из них имеет
темный голубовато-зеленый цвет. Во
многих бурых материях основа и уток
имеют различные оттенки цвета, от­
чего получается перелив цветов. Най­
дены куски циновки, сплетенной из
ситника, листья, связанные с травою
или лубом в пучки.
В Норийских горах, оказывается,
уже задолго до нашествия римлян до­
бывали медную руду и выплавляли медь
при содействии орудий и инструмен­
тов из камня, дерева и меди или брон­
зы. Во многих местах найдены доисто­
рические медные рудники, существо­
вание которых восходит частью до эпо253

В окрестностях Альп

Погребальная тризна у древних германцев

хи верхнеавстрийских свайных построек, частью, несомненно, ко времени галь­
штатского могильного поля.
На Миттерберге мы находим ясные следы горнозаводского дела: здесь сохра­
нились большие ямы, которые, вероятно, частью служили местом дневной ра­
боты, как на Зальцберге, частью же произошли от углубления подземных ходов.
На Миттерберге сохранились подземные штольни. Во время дальнейших работ
они наполнились водой и благодаря этому сохранились.
Среди находок в этих штольнях обращают на себя внимание большие камен­
ные молоты, которые служили для разбивания кусков камня и руды, извлекае­
мых из штолен. Мелкие куски размельченной руды, пронизанные пустой поро­
дой, клались на плиты, где дальнейшее размельчение их производилось при по­
мощи разбивальных камней. На других каменных плитах, с несколько вогнутой
поверхностью, размельченная таким образом руда растиралась при помощи дру­
гого выпуклого камня в илистую массу.
Большие куски твердой руды приносились в обжигальню, окруженную по­
ставленными стоймя камнями. Здесь руда собиралась в кучи, зажигалась и пре­
доставлялась самосгоранию. В заключение руда помещалась в плавильные пе­
чи, которых, по-видимому, было множество.
Мух раскопал целиком одну медноплавильную печь. Она имела 1/2 метра
ширины и глубины и состояла с трех сторон из стены приблизительно такой же
высоты, возведенной из грубых камней, соединения которых были смазаны гли­
ной. Четвертая, передняя, сторона не имела стены, но была заполнена землей
и глиной.
В Гюттенберге были найдены предшествовавшие римской эпохе железопла­
вильные заводы, в которых нет ни малейшего намека на устройство печи; они
состоят лишь из земляных ям, вымощенных угольным мусором и метровым сло­
ем глины.
Древнейший способ, который там применялся, состоял в следующем: желе­
зоплавилыцики ставили на землю множество тиглей, соединенных в одну груп­
пу, наполняли их материалом для плавки, разводили над ними и вокруг них
сильный огонь, который поддерживали при помощи
простых мехов до тех пор, пока железо не собиралось
на дне тигля. После этого его вынимали, сбивали в
форме железной крицы молотами, и затем оно шло
непосредственно в дело или пускалось в торговлю.
Ванкель открыл в Бычискальной пещере, рядом
с могилой одного доисторического властителя галь­
штатского периода, самую большую до сих пор изве­
стную доисторическую кузницу; она находилась в не­
посредственном соседстве с описанными выше древ­
ними железоплавильнями.
Входы в пещеру находятся в ущелье, известном
под названием Долина Иосифа. Преддверие пещеры
образует большой величественный купол. Здесь ока­
залось место погребения вождя. Из остатков можно
заключить, что этот вождь был помещен в деревян­
ную колесницу, обитую железом и украшенную лис­
товой бронзой с орнаментами, и затем сожжен на
устроенном здесь же костре, и что вместе с ним дол­
жны были последовать в могилу его жены, рабы и
лошади. Вокруг большой площади костра лежало бо­
Бронзовое ведро (ситула) из
лее 30 скелетов молодых женщин и несколько сильВатча
255

ных мужчин во всевозможных позах, частью целые, частью рассеченные на кус­
ки, с отрубленными руками и пробитой головой, вперемежку с изрубленными
лошадьми!
В отдаленной глубине оказалась площадь более чем в 20 квадратных метров,
которая была усеяна остатками другого рода. Под огромными кучами золы и
угля лежали предметы, которые в таком числе могут встретиться лишь в мастер­
ской металлических изделий: кучи обрезков и обломков листовой бронзы, скле­
панные большие бронзовые пластины, бронзовые ручки котелков, кучи бес­
форменных кусков наполовину выкованного железа, гигантские молоты, желез­
ные бруски, тяжелые железные стамески и клинья, кузнечные клещи, нако­
вальни, железные серпы, крючки, гвозди и ножи, кованые бронзовые прутья и
отливальные формы. Все это было засыпано, как и вообще все жертвенное
место, обугленным хлебом, пшеницей, ячменем, рожью и просом.
Из этого можно заключить о существовании мастерских вроде кузниц, где в
течение долгого времени ковали и вообще подвергали обработке не только же­
лезо, но и бронзу.
Таким образом, состояние культуры народов и племен гальштатского пе­
риода было сравнительно высокое. Обитатели Альп столь же мало могут быть
причислены к полудиким варварам, как и население остальных гальштатских
местностей.
Техника обработки металлов, судя по описанным выше находкам древней
обработки меди, прямо заслуживает удивления. Прямым доказательством этого
служат находки из мастерских Бычискальской пещеры.
Но ничто так рельефно не рисует уровня культурного состояния той эпохи,
как дошедшие от нее довольно многочисленные изображения, на которых на­
глядно представлены жизнь и нравы тогдашних людей. Эти изображения нахо­
дились частью на поясных бляхах, частью на бронзовых сосудах и преимущест­
венно принадлежат к дутой работе. Они изображают сюжеты из частной жизни:
охоту, земледелие, празднества, с пением и игрой на струнных инструментах,
состязания, религиозные процессии, военные шествия и битвы, — так что мы
имеем полное представление о жизни этой доисторической эпохи.
Впечатление вполне упорядоченной государственной организации, про­
изводимое подобными изображениями, особенно усиливается тем обстоятель­
ством, что проходящие перед нашими глазами военные отряды имеют каж­
дый свою форменную одежду и свое вооружение. Такой порядок возможен
лишь в обширных общинах с полным государственным развитием, управляе­
мых самостоятельными князьями, о блеске которых и варварском могуществе
так наглядно свидетельствует княжеская могила в Бычискальской пещере и
подобные же моги­
лы в Швабии.
Для суждения о
житейской обстанов­
ке людей этой эпохи
одним из наиболее
важных
предметов
является
бронзовое
ведро, с одной руч­
кой и фигурными
изображениями ду­
той работы, найден­
ное весною 1882 го­
Боковая поверхность бронзовой ситулы из Ватча
да в Ватче.
256

Удивительнее всего в этом предмете, по мнению Гохштеттера, значительно усо­
вершенствованная металлическая техника, выражающаяся в выделке тонкой, гиб­
кой и ковкой листовой бронзы, и кропотливое выполнение фигур путем выбива­
ния их с внутренней стороны при помощи особых, изготовленных для этой цели
чеканок, и вырезывание с наружной стороны посредством долота или резца. Мы
имеем здесь, следовательно, перед собою законченную металлическую работу, ко­
торую историки искусства называют торейтикой, или торейтическим искусством.
В верхнем поясе изображено праздничное шествие: впереди по две взнуз­
данные лошади, причем каждую пару ведет один человек, дальше, вправо, два
всадника на неоседланных лошадях, за ними пара двухколесных колесниц в одну
лошадь, на передке каждой стоит мужчина, а на второй сидит женщина с высо­
кой грудью. Шествие заканчивается также всадником. Нужно думать, что все
это изображало свадебный поезд.
Во втором поясе представлено роскошное пиршество; в этом изображении
нас наиболее интересует группа кулачных бойцов. Двое совершенно безволосых
голых мужчин, украшенных поясами и браслетами и вооруженных наручниками,
стоят друг против друга, готовые к бою. Между ними на треножнике находится
шлем с длинной, спускающейся назад кистью, позади каждого из них стоят по
два зрителя. По-видимому, бой ведется из-за этого шлема.
Третий пояс изображает десять животных фигур: хищное животное, из пасти
которого торчит нога, затем семь, частью рогатых, частью безрогих, травоядных
с листьями во рту и две маленькие птицы.
В австрийских альпийских странах открыты еще
обломки многих других подобных сосудов.
Из итальянских находок, принадлежащих к той
же группе, наиболее прославилось ведро (ситула)
из Чертозы, близ Болоньи, которое Цаннони при­
нимает за древнеиталийское, то есть умбрийское
произведение. Оно было найдено в могиле, покрыто
камнем и заключало остатки сожженного трупа.
Между остатками костей лежали две плохо сохра­
нившиеся фибулы и над ними чаша и кружка с руч­
кой в виде дуги, украшенной ломаными линиями.
Это ведро представляет поразительное фамиль­
ное сходство с ведром из Ватча, оно лишь несколь­
ко крупнее и имеет 4 пояса фигур. Множество сход­
ных точек встречается и в подробностях, и на обоих
ведрах нельзя отрицать одного и того же условного
Бронзовое ведро (ситула) из
старинного стиля.
Чертозы близ Болоньи
В 1883 году в Ват­
че во время раскопок,
предпринятых Антро­
пологическим обще­
ством, найдена была
поясная бляха, кото­
рая имеет большое
значение в отноше­
нии пояснения изо­
бражений на ведрах.
Она той же работы,
что и ведра из Ватча,
Матреи и Болоньи.
Боковая поверхность бронзовой ситулы из Чертозы
257

Здесь изображены фигуры двух сражающихся всадников, каждого из них со­
провождает пеший воин в качестве щитоносца. В стороне от этой сцены нахо­
дится пятая фигура в длинном плаще и в большой «иезуитской шляпе» о двух
концах. Воины, так же как и фигура в плаще, совершенно тождественны соот­
ветствующим фигурам на ведре из Болоньи.
Нельзя обойти молчанием также и шлемы. Найденный в Ватче сделан из
дутой листовой бронзы, имеет двойной гребень и всей своей формой весьма
напоминает второй шлем, найденный в Галынтате. Он лежал у ног скелета,
череп которого сохранился. Рядом находились два железных острия копий, воз­
ле левой руки железный топор, вокруг пояса бронзовая бляха, сбоку глиняное
веретенное кольцо и небольшой цилиндр, вырезанный из оленьего рога. Заме­
чательно, что возле гальштатского шлема найдены почти совершенно такие же
предметы. По характеру вложенных вещей можно сказать, что мы имеем дело с
могилами воинов, которые действительно жили в описываемой местности и в
самом деле похоронены там в доисторических могилах.

XVI
Распространение латенской культуры. — Изделия этого периода, превосходство его в
сравнении с гальштатской эпохой. — Сфера влияния и характеристика латенской куль­
туры. — Кто были жители Латена? — Сравнительная оценка обеих эпох железного
века. — Состояние мореплавания в этот период. — Норманны и их завоевательные
стремления

Следующей эпохой железного века является период латен. Это наименова­
ние происходит от знаменитого места находок и представляет название одного
местечка на северном берегу Невшательского озера, в Швейцарии, где среди
развалин замка, расположенного на острове, нашли много орудий, инструмен­
тов, сосудов и украшений, не похожих ни на гальштатские, ни на римские. Там
нет уже более бронзовых мечей, топоров и наконечников.
Если бронзовый век господствовал в значительной части Старого и Нового
Света, культура гальштатского периода ограничивается одной Европой, то пе259

Норманнские всадники (с ковров в Байе)

риод латен известен только для Италии (за исключением долины реки По) и
Греции. Но зато латенская культура распространилась далеко на север, в такие
области, где не знали гальштатского периода вовсе или же он был очень слабо
развит.
Культура латенского периода, быстро распространившаяся по всей Европе,
кроме классических стран, представляет собой культуру кельтов; она относится
к тому времени, когда это племя, весьма опытное в обработке металлов, умев­
шее пользоваться техническими и иными средствами, покорило обширные про­
странства нашей части света. Верхняя Италия, Рейн, Придунайские страны и
вся область Альп вместе с частью Балканского полуострова попали под власть
кельтских дружин, повсюду оставлявших властелинами своих королей и знатных
лиц.
В культуре периода латен можно усмотреть различные источники ее. Вна­
чале на нее влияли Греция, Восток (Карфаген) и Италия (этруски); само собою
разумеется, многое перешло к ней и от гальштатского периода. Но самое глав­
ное то, что эта эпоха — новейшего происхождения, что доказывается ее более
современным характером, а потому место ее в истории развития населения Ев­
ропы уже довольно определенно.
История сообщает об этом периоде лишь немногие отрывочные сведения; но
доисторические исследования показывают нам, что в то время как Восток нахо­
дился под греческим влиянием, а господство римлян только начинало расши­
ряться, у северных племен Европы развилась стадия культуры, которую справед­
ливо можно рассматривать как переходную ступень к римской культуре. Можно
сказать, что последняя в области Дуная и Рейна расцвела в значительной мере
благодаря латенскому периоду, а потому во многих отношениях является ее не­
посредственным продолжением.
Каковы же памятники Латена?
Открытые в Латене сто мечей, около метра длиной, вылиты целиком из
железа, имеют одинаковую ширину на всем протяжении, заострены с обеих
сторон и оканчиваются простой рукояткой без искусно сделанного и украшен­
ного набалдашника. Ножны их представляют собой пару железных или бронзо­
вых пластинок.
В наконечниках копий новой являются ширина лезвия и длина основания
при коротком лезвии, такая форма заимствована у метательных дротиков, похо­
жих на римские. Кинжал и стрелы — орудия, не достойные героя, а потому
260

мужественные кельты относились к
ним с презрением.
Они носили при себе длинные
изогнутые секиры, большие, обитые
железом щиты, железные или брон­
зовые цепи для мечей и открытые
шейные кольца, которые у знатных
лиц и лучших бойцов сделаны были
из золота; их легко узнать по кон­
цам, имеющим вид клейма.
Шлемы встречаются реже, чем
в гальштатском периоде, и имеют
другую форму; наверху они нередко
заострены,
украшены
шишкой,
снабжены налобником и наушни­
ком. В кельтских могилах и других
местонахождениях этого периода не­
Пешие воины-норманны
редко попадаются остатки боевых ко­
лесниц, на которых галлы выезжали в битву, а также части богатой конской
сбруи.
Ножи, ножницы, серпы, косы, цепы, грабли, топоры, лемехи плугов —
частью представляют вещи совершенно новые, частью же сделаны по старым
образцам, но все они без исключения отличаются простотой и полезностью.
Совершенно неизвестными гальштатскому периоду являются гончарный станок
и печь для обжигания, мельница с вращающимися жерновами, серебряная и
золотая чеканная монета, представляющая подражание массалиотским и маке­
донским монетам; изображенные на последних профили голов сначала переда­
вались довольно верно, но позднее обратились в систему орнаментальных ли­
ний. Наконец, среди латенских предметов обращают на себя внимание совер­
шенно неизвестные ранее игральные кости и камешки, вроде домино.
Украшения этого периода обнаруживают менее самостоятельности и пред­
ставляют собой не столько украшения тела, как в гальштатском периоде, сколь­
ко различные орнаменты на предметах домашнего обихода, сделанные приме­
нительно к формам последних. Новостью среди них является растительный ор­
намент, хотя и напоминающий классические образцы, но еще довольно гру­
бый. Делали много арабесок с изображениями животных и человеческих лиц,
узоры с загнутыми концами и двойными завитками и так называемый узор в
виде «рыбьего пузыря». Такие украшения находим на мечах, сосудах, цепях,
кольцах, шлемах, застежках.
Другой новостью является применение эмали («кровавого стекла») для за­
полнения глубоко вырезанных орнаментальных линий, а также и обычай укра­
шать бронзовые вещи выкладками из кораллов и разными пластинками. Глав­
ные центры эмалевого производства находились во Франции и Англии, извест­
но много бронзовых предметов, украшенных «кровавым стеклом»: щиты, за­
стежки, шейные кольца, шлемы, шпоры, ножны, удила, поясные крючки.
Таблица изделий латенского периода может дать некоторое понятие о тог­
дашней технике. Представленные предметы находятся в разных коллекциях.
Но кто такие были жители Латена?
Результаты раскопок и очертание берега показывают, что в гельветскую эпо­
ху, к которой должно быть отнесено латенское поселение, место это представ­
ляло род болотистой лагуны или, еще вернее, место, защищенное от наводне­
ний и наносов песка и стоящее выше уровня волн. Дезор нашел в непосредст261

венном соседстве с ним
сваи, а в окрестностях в
торфе сосновые пни, ко­
торые выросли тут же в
тогдашней почве. Такое
положительное
доказа­
тельство давнего сущест­
вования
растительной
жизни свидетельствует о
том, что почва поселения
не была в то время покры­
та водой и что существо­
вало препятствие, через
которое не могли проник­
нуть нахлынувшие впос­
ледствии
волны.
Дезор
видел это препятствие в
существовании естествен­
ной плотины, следы кото­
рой и теперь еще можно
узнать; это морена, кото­
рая восходит к четвертич­
ному периоду. Когда во­
да стояла ниже, этот ес­
тественный вал был в со­
стоянии сдерживать волны
и защищать поселение.
Благодаря этому, данная
местность оказалась благо­
приятной для устройства
важного военного поста.
Страница из Упсальской рукописи «Эдды»
Подводя итоги всему
сказанному о железном веке, мы видим, что древнейший железный период в Сред­
ней Европе представлен двумя большими группами древностей, которые каждая в
отдельности довольно типичны и отличаются между собой уже тем, что занимают
различные области. Группа гальштата располагается, главным образом, в долине
Дуная, тогда как находки в долине Рейна примыкают к группе латена.
Латен означает культурный период, охватывавший обширные территории и
различные народности еще в ту эпоху, когда римляне пришли в вооруженное
столкновение с кельтами и германцами. В отношении хронологической древ­
ности обеих культурных сфер гальштатская группа, без сомнения, древнее. На­
оборот, латенская группа вводит нас в расцвет железного века, когда уже и на
севере загоралась заря истории.
Скажем еще несколько слов относительно состояния мореплавания в этот
период.
В течение бронзового века изображения на скалах в Скандинавских странах
не сопровождались письменами. Последние появляются в Скандинавии в виде
так называемых рун. Изображения на скалах представляют собой, надо пола­
гать, один из видов фигурного письма, какие-нибудь записи в память славных
подвигов, сражений. Изображались таким способом преимущественно военные
сцены. Воины представлены вооруженными мечами или бронзовыми топорами
с рукоятками.
262

Изделия латенского периода

Среди этих грубых рисунков очень часто встречаются также изображения во­
енной ладьи, из которых видно, что судна той эпохи имели высоко поднятый
нос и корму, заканчивавшиеся иногда подобием звериной головы. Мачты и
паруса отсутствуют совершенно.
На этих-то судах, остатки которых удалось открыть не только в Ютландии,
но даже и в Пруссии, смелые до дерзости скандинавские мореплаватели пере­
плывали моря и океаны. Под предводительством своих викингов они не только
были грозой жителей побережий Балтийского и Северного морей, но их креп­
кие ладьи с гордо возносящимися кверху носами рассекали волны Атлантиче­
ского и Ледовитого океанов. Норманны, как известно, бывали в Исландии,
Гренландии и на Новой Земле; в Америке их колонии были рассыпаны от бере­
гов Англии и Португалии до Средиземного моря, далеко уходя внутрь его. Они
знали Шпицберген, Белое море, не страшил их и таинственный, скованный
льдами Ледовитый океан, с его девятимесячной ночью, словом, для них не бы­
ло преграды...
Суровая природа, с ее скалистыми, лишенными всякой растительности го­
рами, местами покрытыми ледниками, бесчисленные фьорды и цирки, окру­
женные скалами, низвергающими вниз, в море, шумящие водопады, продол­
жительный холод, — все это закалило скандинавов, сделав из них предприимчи­
вых пиратов, не отказывавшихся и от более широких завоевательных планов.

Древнее скандинавское судно, найденное в 1880 году в Норвегии

XVII
Неприменимость к России западноевропейской классификации. — Вопрос о скифах. —
Скифо-сарматские могильники. — Славянская эпоха; культура городищ. — Каменные
бабы. — Первобытное искусство в Древней России

В России древности не могут быть подведены под обычную для остальной
Европы классификацию археологических памятников; в них нельзя искать куль­
туры гальштатской, латенской, а возможно только распределять их по трем боль­
шим категориям, именно: каменной, бронзовой и железной эпохам.
Влияние различных культур, сменявших одна другую в Южной, Средней и
Западной Европе, было слишком слабо, чтобы наложить свой характер и на
Россию. Наоборот, здесь уже с давних пор и гораздо сильнее, чем в остальной
Европе, действовали другие влияния: с Черного моря — греческое и финикий­
ское, с Кавказа и Каспийского моря — иранское и ассирийское, с Урала —
сибирское. Эти-то влияния и наложили на русскую культуру особый отпечаток,
во многом совершенно отличный от характера культуры остальной Европы.
Физические условия страны также немало способствовали своеобразию куль­
туры России. Из них в особенности важны: однообразие местности, отличаю­
щееся равнинным характером, лишенным больших колебаний в рельефе, кон­
тинентальный, более суровый климат, обширная сеть рек и связанный с этим
особый характер растительности.
Многоводные реки России, впадающие в Каспийское, Черное и Балтий­
ское моря и сближенные своими верховьями, с давних пор облегчали рассе­
ление на ее территории различных племен и возникновение оживленных тор­
говых трактов. По Волге шел снизу великий торговый путь из Передней и
Средней Азии, по Днепру и рекам Балтийского бассейна — важный путь из
«варяг в греки».
265

Русские плывут вниз по Днепру. Из славянской рукописи X века

Характерная для России противоположность между северными лесами и юж­
ными степями, осложненная различием геологической истории, почвы, отча­
сти также рельефа и климата, сказалась и в ходе культуры засельников этих
различных поясов. Степи, весной покрывавшиеся густыми травами, лишь коегде, в долинах рек и на водоразделах, уступавшие место лесным островам и
рощам, в течение ряда веков благоприятствовали жизни кочевого населения,
находившего там обильный корм для табунов лошадей и стад рогатого скота.
Развитию же земледелия могли способствовать только места, богатые чернозе­
мом, и там уже с очень отдаленных времен мы встречаем племена, занимавши­
еся разведением и продажей хлеба.
Но в общем степные пространства России особенно благоприятствовали ко­
чевому образу жизни, вот почему много тюркских племен с отдаленных времен
стало перекочевывать сюда из Азии по широкому степному пути, шедшему вдоль
северного берега Каспийского моря и через Южное Приуралье. Таким образом,
Россия уже в силу географических условий была теснее связана с Азией, чем с
остальной Европой.
Все могильники и курганы, относящиеся к железному веку, в России удоб­
нее разделить на две большие группы. К первой, так называемой скифо-сар­
матской эпохе, сле­
дует причислить кур­
ганы эпохи переселе­
ния народов и позд­
нейших времен до
XI—XII веков. Это
была пора усиления
славянского племе266

ни, жившего здесь и
прежде, но не оста­
вившего по себе оче­
видных
следов,
и
только в эту, вторую
эпоху
наложившего
преимущественно
славянский характер
на всю относящуюся
к ней культуру.
Изображение скифов на древней вазе
Одно из наиболее
известных в древности названий разных племен, заселявших Россию, это скифы.
О происхождении их мы не знаем ничего определенного. Несомненно толь­
ко то, что название скифов вовсе не обозначало особого народа, но было общим
названием многих народов, живших в пределах Скифии. По-видимому, это на­
звание было более географическим, чем этнографическим или антропологиче­
ским.
Жили они в Южной России до III столетия до нашей эры. Во II столетии
подпали под власть мужественного народа сарматов, которые пришли из Азии.
Начиная с этой эпохи греческие и римские писатели смешивают оба названия
племен, из-за чего мы не имеем теперь возможности различать их памятники.
Вот почему не говорят о курганах скифских и курганах сарматских, а о скифо­
сарматских.
Последние распространены в большом числе по всей Южной России, начи­
ная от устьев Дуная по Днестру, Бугу, Днепру, на Таврическом полуострове,
вокруг всего Азовского моря и в бассейне Кубани до самого Каспийского моря.
Среди этих памятников наиболее изве­
стны так называемые гробницы скиф­
ских царей, бывшие, без сомнения, мо­
гилами местных владетельных князей.
Возле скелета князя нередко находим
останки его жены, а в просторных бо­
ковых камерах — кости воинов и кня­
зей, всюду многочисленные предметы
роскоши и вооружения, зачастую весь­
ма искусной работы. Такое количество
золота, серебра и других ценных вещей
едва ли было найдено еще где-либо в
могилах других стран.
Примером царской гробницы может
служить Чертомлыцкий курган, открытый
И. Е. Забелиным в 1862 году. Он нахо­
дился к северо-западу от Никополя на
Днепре и имел первоначально 19 мет­
ров высоты и 340 метров в окружности.
Сама гробница состояла из средней ка­
меры, давно ограбленной и лишенной
всех драгоценных предметов, и из не­
скольких боковых камер, расположен­
ных по углам средней камеры или поо­
даль от нее и заключавших в себе скеле­
Сарматы, изображенные на колонне
ты слуг и лошадей со множеством драТраяна в Риме
267

гоценных находок. В обширных неограбленных боковых камерах найдено бы­
ло около 2500 предметов. В первой камере было два скелета, мужской и
женский. Женский лежал в саркофаге и имел на себе золотое ожерелье,
золотые серьги, браслеты, перстни, бронзовое зеркало и множество мелких
золотых украшений. Скелет мужчины имел при себе только бронзовые укра­
шения и колчан со стрелами.
Возле них найдена была знаменитая серебряная ваза, находящаяся в пе­
тербургском Эрмитаже, и, кроме того, другие серебряные и медные сосуды.
В другой камере найдены были тоже два костяка с богатыми золотыми
украшениями, причем возле скелета мужчины был еще железный меч с золотой
рукояткой и золотыми ножнами на бронзовом поясе, а также колчан со стрелами.
В третьей камере был один костяк с многочисленными предметами, а в четвер­
той — одни предметы без скелета. Поодаль от камер было найдено еще пять
гробниц с костями лошадей, с золотыми, серебряными и бронзовыми украше­
ниями и с останками воинов, возле которых также положены были колчаны с
бронзовыми стрелами, дальше оказалось еще несколько более бедных могил,
среди которых были и детские.
Описание этой громадной могилы даст нам понятие о тех полных ужаса сце­
нах, которые должны были сопровождать погребение всякого вождя и даже про­
стого воина: смерть одного влекла за собой, сообразно со знатностью покойни­
ка, большее или меньшее количество живых. В лучшем случае, при самых «бед­
ных» похоронах убивалась жена, боевой конь. Когда же умирал князь, лились
целые потоки крови и слез... У славян вплоть до принятия христианства совер­
шались кровавые тризны.

Лебеди.
Южнорусский пейзаж

Великий князь Святослав и его семейство. Древнерусская миниатюра XI века

Известна историческая тризна воинов русского князя Святослава (957—972)
под стенами Доростола во время печально окончившейся войны с византий­
ским императором Иоанном Цимисхием из-за Болгарии, в которой Святослав
желал основать столицу своего государства.
После целого ряда кровавых битв Святослав заперся в Доростоле, откуда
продолжал делать вылазки, оканчивавшиеся печально, благодаря неравенству
269

Тризна воинов Святослава под стенами Доростола (Силистрии)

Бобры. Северорусский пейзаж

сил и плохому вооружению русских. После каждой такой вылазки на поле остава­
лась масса убитых. И вот когда всходила луна, воины Святослава выбирались из
города и отдавали последний долг погибшим на поле брани товарищам.
Переходя к описанию второй эпохи — славянской, надо прежде всего ска­
зать, что о славянах у нас почти нет древних известий, так как они были мало
известны классическому миру. Общее местопребывание славян в Европе мы
должны искать где-нибудь в восточной половине ее, в западной части нынеш­
ней Средней России. Можно полагать, что они поселились прежде всего на
пространстве между Доном и Днепром, откуда еще до наступления эпохи вели­
кого переселения народов распространились в разные стороны, и главным обра­
зом на запад — к Одеру и через Карпаты к Дунаю.
Памятниками славянской эпохи служат городища, славянские свайные по­
стройки и славянские гробницы. В Европе городища многочисленны в Пин­
ских болотах, в губерниях Киевской, Полтавской, Черниговской, Курской.
Славянские городища заключают в культурных слоях внутри валов и в самих
271

Рысь. Куница.
Среднерусский пейзаж

валах один своеобразный вид керамики, до такой степени своеобразный и всюду
одинаковый, что он получил название типа городищ. Признаки его такие: сосуды
сделаны на гончарном круге (хотя попадается и ручная работа), довольно высоки,
чаще всего с низким горлом и загнутыми краями, ушков обыкновенно не бывает.
Они украшены горизонтальными бороздчатыми или вдавленными линиями и по­
лосками или рядами черточек и точек, расположенных различными узорами, а ча­
ще всего состоящими из нескольких параллельных линий, сделанных при помощи
вилочки. Этот-то орнамент, в связи с остальными вышеперечисленными призна­
ками, и составляет отличительный характер данной керамики.
Что касается гробниц славянской эпохи, то нет общих признаков, характер­
ных для всех славянских могил. Характер, например, русских могил во многом
отличается от чешских. По всему видно, что еще задолго до этой эпохи про­
изошло культурное отделение западных славян от восточных: и те и другие успе­
ли уже подвергнуться новым культурным влияниям. Тем не менее существует
несколько любопытных признаков, которые свойственны большинству славян­
ских могил. Это прежде всего — керамика типа городищ и затем так называемые
височные кольца.
К этому времени среди славян распространился обычай носить в виде
головного украшения бронзовые, сделанные из посеребренной или позоло­
ченной бронзы или олова, а также серебряные кольца, и именно на висках,
прикрепляли их к льняной повязке, к ремешку, к шерстяной ткани или же
соединяли одно с другим.
272

Форма колец очень проста, но характерна. Концы проволоки или пригибались
друг к другу, или загнуты (иногда один, иногда оба) назад крючком, наподобие
буквы S, почему эти кольца и называются височными S-образными кольцами.
Оружие в западнославянских находках встречается редко, вероятно, только
потому, что железо в земле скоро ржавеет и разрушается; чаще всего попадают­
ся секиры, длинные прямые мечи, железные копья, стрелы, клещи, ножницы,
шпоры.
Нам остается еще сказать несколько слов о так называемых каменных бабах
русских курганов. Немало археологов потрудилось над разрешением вопроса,
что такое представляют собой и кому принадлежат курганы, на которых были
поставлены такие каменные бабы. Теперь, по-видимому, можно сказать с до­
стоверностью, что они относятся к эпохе появления в Южной России тюркских
народов и что они насыпались над могилами различных племен урало-алтайской
ветви.
Каменные бабы — это истуканы, грубо сделанные из местного песчаника,
сероватого гранита или известняка. Они изображают сидящую или стоящую
человеческую фигуру с руками, прижатыми к передней части тела и держащими
чашу. Одни из них представлены одетыми, другие обнаженными; чаще это раз­
ного возраста женщины, но нередко юноши и мужчины.
Мужские изображения представлены в остроконечных или круглых, в виде
ермолки, шапках, с украшениями, а иногда с полями. Встречаются истуканы и
с обнаженной головой; часто можно различать у них усы, нож или меч у пояса и
сапоги на ногах. Любопытно, что упомянутые «ермолки» с бусовидными укра­
шениями напоминают собой головные уборы готских королей.
На женских фигурах имеется очень своеобразный головной убор, который
бывает то остроконечной формы, то в виде шапки с широким верхом или же
низенькой круглой шапки с узкими полями. Волосы заплетены в косы, грудь
хорошо обозначена, а на лбу надета повязка. Иногда под шапкой виднеется
узорчатая накладка с бахромой. Серьги встречаются одинаково как у женских,
так и у мужских фигур.

Каменные бабы

В отношении от­
делки этих истуканов
А. С. Уваров делит их
на три разряда. К
первой категории он
относит самые грубые
из них, представляю­
щие собой простой
каменный обрубок, в
верхней части кото­
рого изображена че­
ловеческая
голова,
нижняя же часть ос­
тается совсем неоте­
санной или отделыва­
ется в виде четырех­
гранного столба.
Образцом второго
Горельеф с берегов реки Буша
типа можно считать
каменную бабу, найденную в земле войска Донского. В ней сохранилась форма
столба вроде terminus древних римлян, но изваяние головы более изящно, а на
обозначенных плечах заметны следы одеяния или вооружения. К третьему раз­
ряду Уваров относит все более или менее отчетливо изваянные истуканы. В них
заметны ясные признаки довольно высокой культуры. Их исполнение, в срав­
нении с первыми, указывает на большой успех в развитии ваяния.
До сих пор не решено, что представляют собой эти бабы. Некоторые видят в
них религиозные статуи — идолов. Но вероятнее всего, что это изображения
умерших, погребенных под курганами, или вообще могильные памятники. Воз­
можно, конечно, что такие изображения каких-либо знатных покойных дела­
лись с течением времени предметами поклонения, становились
настоящими идолами. Во всяком случае, археологии еще пред­
стоит разрешить эту задачу.
В Подольской губернии, на берегу реки Буша, найдено за­
мечательное горельефное изваяние на гранитной скале, имею­
щее нечто общее с бабами. С одной стороны изображено дере­
во без листьев, на одной из ветвей которого сидит петух, под
деревом стоит на коленях человеческая фигура, в профиль на­
поминающая своими очертаниями каменную бабу, которая де­
ржит в руках чашу. Позади, на пьедестале, дано изображение
оленя с ветвистыми рогами, по-видимому представляющего со­
бой идола. Объяснения этому памятнику первобытного искус­
ства пока не найдено.
Большое значение для понимания значения каменных баб
имеет найденный в одном могильнике, близ деревни Анань­
ино, на берегу Камы, надгробный камень с силуэтом челове­
ка. Последний изображен в остроконечной шапке, с каки­
ми-то лопастями или концами, опускающимися на плечи вро­
де скифского башлыка. На шею надето кольцеобразное оже­
релье — так называемая гривна. Короткая одежда вроде каф­
Надгробный
тана стянута в талии поясом, на котором висит, с правой
камень из
стороны, короткий меч, формой напоминающий мечи, добы­
Ананьинского
тые из того же могильника.
могильника
274

Выше мы упоминали о чашах, которые нередко встречаются у баб. Самые
древние из этих сосудов, относящиеся к каменному веку, обыкновенно имеют
форму чаши, с кругловатым дном и широким отверстием; по своим размерам
оно почти всегда равно самой широкой части чаши. Снаружи сосуды покрыты
узорами из ямочек или углублений, расположенных строго симметрично. Отно­
сительно месторасположения, по-видимому, существовали также особые пра­
вила.
Замечательные образцы доисторического искусства удалось найти главным
образом в искусственных пещерах времен каменного века. Одна из них была
открыта профессором Антоновичем. Вот как он ее описывает.
«Расчищенные пещеры, — говорит профессор, — представляли длинные свое­
образные коридоры, свыше полутора метров высотой и около метра шириной,
углубляющиеся в почву в различных направлениях. Одна из них, длиной около
ста шагов, углубляясь спиралью, представляла как бы оборот громадного винта.
Отверстие этой пещеры открывалось на небольшую площадку. В подобных-то
искусственных гротах, или норах, особенно в позднейших из них, попадаются
нередко кремниевые изделия, напоминающие своими очертаниями каких-ни­
будь животных. Так, одно из них, найденное в Архангельской губернии, до­
вольно верно передает очертание тюленя, с круглой головой, с короткими ла­
пами и с раздвоенным хвостом. В той же губернии была найдена недоделанная
кирка из диорита, с намеченным, но не продырявленным отверстием, она изо­
бражала на конце голову медведя. В некоторых местностях были найдены ка­
менные изображения рыб».
Первобытные изваяния отбиты из кремня и подправлены мелкими ударами
(штриховкой) по краям, чем достигались особые причудливые очертания. «При­
знать их за развитие особых форм для наконечников, — замечает граф А. С. Ува­
ров, — решительно нельзя, так как изваяние не имеет острых, режущих ребер,
как у стрел. Скорее надо в них видеть первые попытки в ваянии и первые опыты
человека, копирующего с натуры».

XVIII
Зачем понадобился разгром Новгорода? — «Откуда и как пошла Русская земля?» —
Кого следует понимать под именами «скифов» и «чуди»? — Легенда о Словене и Руссе,
как исходная точка археологических изысканий В. Передольского. — Геологические
данные против возможности заселения России азиатами во время пранеолитического
века. — Мнение Заборовского об этом вопросе в применении к южной части России. —
Раскопки в Коломнах и на Словенском холме. — Новая находка близ Ильменя. —
Древность открытых поселений и культурный уровень их жителей. — Колыбель рус­
ского народа. — Действительно ли варяги были иноземцы? — Значение для России
Новгорода

«Откуда и как пошла Русская земля?» — вот вопрос, разрешение которого до
сих пор составляет одно из страстных желаний не только ученого специалиста,
но и каждого русского. Главной причиной неудач, постигших исследователей
этого основного вопроса русской истории, является гибель многих первостепен­
ной важности древненовгородских документов, происшедшая во время разгрома
Великого Новгорода Иоанном Грозным.
Во время этого ужасного разгрома, причины которого кроются как в болез­
ненном состоянии царя Ивана Грозного, так и в политических соображениях, с
точки зрения «собирания Руси», — произошло, по выражению Карамзина, обез­
главление нашей летописи. Целью, которую преследовал Иван Васильевич,
являлось желание во что бы то ни стало скрыть глубокую древность Великого
Новгорода, совершенно затмевавшего Москву. Прочитав свидетельство веко­
вечности значения вольного города для Русской земли, царь, который заботил­
276

ся о введении единовластия, испугался возможного укора со стороны великого
прошлого и потому приказал сжечь все исторические свидетельства, — без этого
подчинение древнейшего русского поселения сравнительно молодой Москве не
могло иметь того нравственного основания, которое желательно было придавать
даже очевидному насилию.
Но, с одной стороны, не все, к счастью, истреблено, с другой, кроме пись­
менных памятников, существуют и другие материальные документы, способные
бросить свет на отдаленное прошлое нашей родины. В этом отношении значе­
ние археологии как никогда велико, и на первом плане следует поставить рабо­
ты Иностранцева и в особенности В. Передольского, которые обнимают собой
исследование той области России, где впервые выступила на сцену загадочная
«Русь».
Являются ли славяне пришельцами или коренными жителями России? Если
этот народ пришел, то когда и откуда? Где было первоначальное его местопре­
бывание? Сколько времени понадобилось ему для расселения по всей громадной
площади России? Ведь древнейшие сохранившиеся летописные сведения, отно­
сящиеся к IX и X столетиям, говорят уже о разделенном на отдельные племена
народе, имевшем многочисленные города и князей. Все это вопросы, на кото­
рые письменные сведения дают в высшей степени неточные показания.
Даже такой, казалось бы, простой вопрос, когда началось у нас христианст­
во, и тот оказывается далеко не ясным. В то время как обыкновенно принято
считать водворение христианской веры со времени святого князя Владимира,
предание гласит, что уже апостол Андрей Первозванный был на киевских горах,
откуда, по словам новгородской летописи, он «прииде в Славенск, иде же ныне
Великий Новгород», «иде в Варяги и приде в Рим». Здесь достойно внимания,
что летописец говорит о Варяжской земле как о близкой к Новгороду.
Еще более загадочным является часто упоминаемый греками народ скифы, о
котором последним говорит Страбон, живший около Р. X., а после того имя
скифов исчезает. Впрочем, Нестор говорит, что по Днестру до Дуная и моря
жили тиверцы, улучи и многие другие славянские племена, земли которых на­
зывались греками «Великая Скуфь», но почему она носила у них такое имя, он
не знал. По словам Геродота, жившего 500 лет до Р. X., к северу от Черного

Места древнейших поселений славян. Онежское озеро

моря жили скифы и нейрои (жмудь, литва). Какой же это удивительный народ,
о котором сами славяне ничего не знают? Это тем более удивительно, что 700 лет
спустя после Р. X. на скифских землях живут славяне, о которых летопись выра­
жается как об искони живших на всем пространстве между Ильменем и Черным
морем.
Вероятной разгадкой этого непонятного факта является предположение из­
вестного слависта Шафарика, который считает, что скифы (скютай) это не что
иное, как не менее загадочная «чудь», искаженная греческим произношением.
В самом деле, у греков не было шипящих звуков ж, ч, ш, щ, и звук ч им
приходилось передавать соединением двух букв — ск, после ю звук д, по закону
греческого языка, переходит в т, так что все слово чудь в устах грека должно
произноситься не иначе как скют.
Итак, чудь и скифы это, по-видимому, синонимы. Теперь под именем чуди
принято понимать небольшое финское племя, жившее у Чудского озера. Как
же помирить с этим, с одной стороны, упомянутое свидетельство Нестора, с
другой — указания греческих историков? На этот вопрос возможно ответить,
предположив,
что
раньше,
вероятно,
под именем чуди по­
нималось нечто дру­
гое. И действитель­
но, в одной летопи­
си, говорящей о вла­
сти каждого из пле­
мен,
сказано:
а
«...чудь-новгородцы
свою». Стало быть,
жители Великого го­
рода отождествлялись
с чудью. Не указы­
вает ли это на то, что
«новгородцы»
при­
надлежали к племени
чудь, которое зани­
Изображение скифов на древней вазе
мало громадную тер­
риторию? Впоследствии «новгородцы» стало именем нарицательным, а племен­
ное имя вышло из употребления, как ненужное пояснение...
Существует еще одно соображение, почему следует считать скифов славянами.
Раскопки скифских курганов-могил, рассыпанных по всей южной степной полосе,
распространяющихся к северу за Каму и переходящих даже в Сибирь, показали не
только знакомство этого народа с железом, золотом и бронзой, но и доказали
полнейшую самобытность скифов. Особого с этой стороны внимания заслуживает
одна скифская ваза, находящаяся в петербургском Эрмитаже. Изображенные на
ней скифы — это типичнейшие русские мужики: бородатые лица, рубахи, перехва­
ченные тонким пояском, штаны навыпуск или заправленные в сапоги.
Но откуда взялось в таком случае имя «славяне»? Существует известная «Ле­
топись попа Ивана», о которой Карамзин отзывается как о подложной, ввиду
предполагаемых им в ней пустых фантазий и олицетворений имен и местностей.
Эта летопись говорит о двух братьях — Словене и Руссе, поселившихся на Иль­
мень-озере в незапамятные времена. Один основал город Руссу, другой Сло­
венск при самом истоке Волхова из озера. Впоследствии Словенск был перене­
сен и назван Новым городом.
278

Места древнейших славянских поселений. Островки на Неве

Не считая эту легенду о Словенске выдумкой, В. Передольский задался целью
отыскать признаки существования этого мифического города, и, по-видимому,
это удалось нашему археологу.
Место раскопок, давших богатую коллекцию, состоящую из более 70 000 предме­
тов, которые превосходно рисуют состояние первобытной культуры, лежит под
Новгородом, в местности, называемой Коломцами. Тут найден черноватый,
культурный слой, содержащий массу орудий каменного века. Большое количе­
ство всевозможных предметов домашнего обихода, оружия, кухонных остатков,
сосредоточенных на небольшом пространстве, доказывает, что это было значи­
тельное поселение.
Геологическое исследование напластований доказывает великую древность
этого доисторического «города». Под культурным слоем находится сизая глина,
а над ним — кирпично-красная. Сизая глина отложена скандинавско-русским
ледником, красная же относится к тому времени, когда вследствие ли опуска­
ния восточного побережья Балтийского моря или по каким-нибудь другим при­
чинам озера Ильмень, Ладожское и Чудское превратились в одно сплошное мо­
ре, волны которого и отложили слой кирпично-красной глины. Сверху послед­
ней имеется старый илистый нанос. Толщина черного, культурного слоя указы­
вает на большую продолжительность пребывания в этом месте поселения, быть
279

Каменный век в России. В. С. Передольский. Карта окрестностей Коломцов, где проведены
раскопки. Похоронная процессия. Ловля рыбы

может, целые века, тысячелетия и более. Но несомненно, что древние колом­
чане покинули свое насиженное гнездо не вдруг: они давно замечали поднятие
вод и ухудшение условий существования и потому имели возможность подыс­
кать себе новое место жительства. Однако им не приходилось слишком далеко
перебираться, так как не все пространство было покрыто водой, оставались зна­
чительные острова, на которых, надо полагать, и поселились коломчане.
Заметим только, что ильменский первозасельник, по-видимому, не умел
еще или не мог при своих первобытных каменных орудиях строить деревянных
жилищ. Он, вероятно, жил в шалашах или юртах. Одежда его зимой, конечно,
состояла из звериных шкур, для отделки которых он употреблял скребки, най­
денные на месте этого древнего поселения. Чувство изящного не было ему чуж­
до, — он уже украшал себя, что доказывается найденными глиняными бусами,
ожерельями из зубов, мелких костей, просверленных плоских камешков. В чис­
ле предметов искусства, найденных на месте древних Коломцов, нужно отметить
человеческую голову с отбитым ушком на затылке и голову какого-то животного
с хоботом. Оба эти предмета вырезаны из кости. Еще более замечательны два
плоских кружка из мягкого серого камня. Каждый из них имеет обозначенный
центр (в одном он даже просверлен), диаметры, хорды... Такие же кружки най­
дены в Копенгагене и Тобольске.
Теперь рождается вопрос, сделаны ли все эти предметы коломчанами или
доставлены им путем меновой торговли, которая, очевидно, велась ими с сосе­
дями? Последнее предположение вероятнее. И вот почему. У коломчан, кроме
деревянных и костяных орудий, были и каменные. Их многочисленные нако­
нечники стрел и копий, клинья, долота, ножи, топоры, молотки, точила,

Приильменские леса

долбни сделаны из кремня, роговика, кварца и
сланца. Попадаются здесь и предметы из яшмы,
красного янтаря, слюды. Между тем в окрест­
ностях Новгорода эти минералы не встречаются
и, очевидно, доставлены из Валдайских и Ала­
унских гор, с юго-западных берегов Ильменя, с
Урала, верховьев Енисея.
Точно так же не подлежит сомнению, что и гли­
няную посуду коломчане получили от соседей, а не
изготовляли на месте. Она, заметим кстати, несмот­
ря на незнакомство с гончарным кругом, сделана ру­
ками опытных мастеров и украшена незамысловатым
орнаментом из черточек и точек, — кривых линий
еще тогда не употребляли. Незнакомство с глазурью
делало горшки пористыми, но все-таки довольно
прочными и годными для приготовления пищи. Цве­
та глины, из которой делалась посуда, были: черный,
белый, желтый, кирпичный и розоватый. Такая гли­
на, которая давала бы после обжига упомянутые цве­
та, на всем Ильменско-Волховском побережье не
встречается, — ее находят только по Мете, Поле и
Ловати.
При постройке новоладожских каналов были,
между прочим, найдены черепки глиняной посу­
ды, которые ничем не отличаются от коломецких.
Но ладожцы жили на красной глине, после озерного
«века», коломчане же до него; последние, стало
быть, являются гораздо более древними поселен­
цами. Исследуя ладожские черепа, Богданов на­
шел, что ладожане должны были быть предками
скифов, а значит, коломчане, которые жили рань­
ше, имеют еще более прав считаться родоначаль­
никами людей курганского племени.
Но откуда же, спрашивается, явились сами ко­
ломчане?
Как известно, на основании исследований де
Бея и других ученых, Россия сделалась обитае­
мой сравнительно поздно. Громадный ледник,
отрог скандинавского, покрывал весь ее центр в
Трофеи охоты
течение большей части четвертичного периода.
древних славян
Он доходил в толще своей до 1000 метров, и меж­
ду южным его краем и морями Черным и Каспийским, которые тогда составля­
ли одно целое, оставалась узенькая полоска земли, находившаяся на самом краю
ледника. Каспийское море, уровень которого был на 150 метров выше нынеш­
него, доходило до Казани и, омывая Уральские горы у 55° параллели, соединя­
лось с озером Балхаш. Поэтому предположение о сообщении между народами
Азии и Европы, безусловно, не выдерживает критики, в особенности если этот
узкий перешеек к тому же оспаривался еще ледником и морем. Временами
сюда заглядывали «магдаленцы», следуя за отставшим мамонтом, и де Бей на­
шел их следы возле станицы Ильинской в Кубанской области. Во всяком слу­
чае, они исчезли вместе с мамонтом. Затем последовало отступление ледника,
вызвавшее образование мощных залежей лёса, благодаря чему здесь вскоре раз­
282

вилась роскошная травянистая растительность — явились степи. Первые отло­
жения этой, годной для органической жизни почвы совершились около 6—7 тысяч
лет тому назад. К этому времени и надо отнести начало заселения Южной
России.
Откуда же явились первозасельники Южной России? Ответ на это дают кур­
ганы.
Они разбросаны сотнями тысяч по степи, представляя собою всегда возвы­
шения из чернозема, и никогда из нижележащего лёса, и самые ранние из них
относятся к каменному веку. Между тем на Кавказе древнейшие могилы того
же рода относятся к железному веку. Следовательно, первоначальные обитате­
ли степей не явились с Кавказа, так как тогда непонятно было бы отсутствие
предметов их культуры в курганах. Напротив того, в курганах находили нередко
янтарь и изделия из него, которые могли явиться только с Балтийского побе­
режья.
В Подолии и Волыни находятся каменные гробницы, которые отличаются
характерной особенностью: покойники осыпаны красным порошком, который
при исследовании оказывается охрой. Откуда явился подобный обычай? Повидимому, из Европы, и именно из центральной ее части.
Действительно, подле Ментоны, на глубине 8 метров, и в Брюнне, в Силезии, на глубине 4 1/2 метра, найдены были (в 1891 году) скелеты, погребенные
совершенно аналогичным образом.
По всем признакам они относятся к пранеолитическому веку (до эпохи по­
лированного камня). Значит, задолго до появления первых курганов в Подолии
на Украине в центре Европы существовал народ, имевший совершенно такие
же погребальные обряды. Исследование черепов подтверждает, что это могли
быть предки обитателей
степей.
Итак, первобытные оби­
татели южных степей России
принадлежали к белокурой
расе Центральной и Север­
ной Европы. Она в них гос­
подствовала до появления
там орудий из металла, что
относится приблизительно к
1500 году до Р. X. В эту
эпоху даже железо было из­
вестно на севере Италии, а
бронза — почти повсемест­
но. В неолитическую эпо­
ху стали проникать из Азии
в Европу отдельные пересе­
ленцы — маленького роста,
темноволосые. Они дости­
гали даже крайнего Запада
— в Португалии, в Мугеме
найдены признаки их пре­
бывания. Но вследствие
своей малочисленности они
в течение неолитической
эпохи поглощались белоку­
Места древнейших славянских поселений.
рыми туземцами. В эпоху
Виды Присвирья
283

Исторические местности России. Кострома, Ипатьевский монастырь

же бронзового века нахлынули из Азии другие эмигранты того же типа, но уже
компактными массами, и в свою очередь поглотили светловолосых аборигенов
Средней Европы.
Мы уже знаем, что вопрос о скифах далеко не так просто решается, так как
до сих пор неизвестно, был ли это особый народ или под этим именем греки
подразумевали народности, заселявшие обширную область России.
Если последнее предположение верно, тогда нисколько не удивительно, что
«скифское нашествие» почти не оказало влияния на состав населения Средней Рос­
сии. Нет никакой надобности объяснять это странное явление, как то делает За­
боровски, густыми непроходимыми лесами, покрывавшими в то время Россию.
Не менее замечательно, продолжает Заборовски, что после скифского периода
эти первобытные белокурые туземцы снова оказались почти исключительными об­
ладателями Южной России. Правда, господство это скоро, в I или II веке нашей
эры, прекратилось с появлением готов, спустившихся к Черному морю с берегов
Балтийского, с устья Вислы. Готы оказали влияние более глубокое, так как язык
финнов Средней России, именно черемисов, сохраняет следы готского. Эпоха их
господства археологически характеризуется проникновением итальянской культу­
ры, так как готы вошли в соприкосновение с римским миром.
Готам вместе с аланами пришлось очистить Южную Русь под напором гун­
нов. Последние с I по V век после Р. X. занимали страну между Каспийским
морем и Уралом и, без сомнения, простирали свои набеги на большую часть
России. Однако вне Сибири, вне страны остяков, следы их пребывания в виде
памятников отыскать трудно.
По-видимому, они мало повлияли на состав населения Южной России, так
как вскоре в полном составе, захватив с собой некоторые туземные племена,
хлынули дальше на Европу, где и рассеялись. Это факт чрезвычайной важно­
сти, так как он опровергает ходячее мнение о том, что Россия наводняла Европу
тюркским элементом. Такового не было, по крайней мере, среди скифов, язык
которых принадлежал к иранской группе.
284

Череповец

Кремль в Казани

Красная площадь в Москве

Псков. Древний кремль с собором у впадения реки Псковы в Великую

Белозерск

Вслед за гуннами ушли в Венгрию и авары, которые оставили, впрочем, в
степях след в виде печенегов, остатки которых и теперь сохранились на Кавказе
под именем карачаевцев.
Действительное и резкое воздействие тюркского элемента обнаруживается в
Южной России только с появлением Хазарского царства. Оно было основано
выходцами из Хорезма в Средней Азии (IX век) и иудейскими переселенцами
из Персии. Опираясь на правильно организованную армию, оно довольно прочно
господствовало над югом, от Урала до Крыма, в промежуток от 750 до 1100 года.
Отсюда и берет начало распространение арабских монет до побережья Бал­
тийского моря и тот отпечаток стиля, который заметен на одеждах финских на­
родностей Средней России. С этих же пор началось и отуречивание кавказских
горцев. Тем не менее хазары не вполне поглотили первоначальный белокурый
тип. Так, например, при раскопках в Геленджике, Кубанской области, де Бей
нашел в кургане, относящемся, бесспорно, к X веку нашей эры, черепа, харак­
терные для белокурой расы.
К тому же веку относятся и древнейшие черепа, найденные де Беем по
берегам Припяти. Но распространение славян было прервано вторжением но­
вых тюрко-татарских племен — половцев (кумыков) в XI веке и монголов в
XIII веке. Эти новые завоеватели коренным образом изменили состав населе­
ния Средней России, до того времени состоявшего почти целиком из финского
элемента. Они внесли тюркский тип также и в население Южной России и
отчасти Литвы и докончили отуречение Кавказа.
Заборовски удачно резюмирует выводы нынешних исследований относительно
вопроса о переселении народов во времена полуисторические. Присоединяясь к
мнению де Бея о невозможности во время палеолитического периода переселе287

Чудо Св. Девы в Новгороде. Образец древнерусской живописи

ний из Азии, он, со своей стороны, доказывает невероятность этого предполо­
жения. Но что касается вопроса о скифах, то он повторяет здесь обычную ошибку
многих археологов.
После этого отступления, которое мы сделали с целью познакомить читате­
лей с положением вопроса о происхождении аборигенов Европы и, в частно­
сти, России с новых точек зрения по отношению к геологии и археологии, мы
можем опять вернуться к нашим коломчанам.
Итак, едва ли подлежит сомнению, что, явившись откуда-то из Западной
Европы в занятую ими местность, они сделались аборигенами ее с самого вре­
мени обнажения Северо-Запада России ото льда и вод. Но, спрашивается те­
перь, куда же перешли, однако, коломчане со своего насиженного гнезда
после того, как оно было затоплено водой? На этот вопрос могут, как пола288

гает В. Передольский, ответить раскопки, проведенные на Словенском холме
под Новгородом. Там, на сизой ледниковой глине, как и в Коломцах, найден
культурный слой толщиной до 14 метров, подымающийся вплоть до самой по­
верхности почвы. Благодаря тому что сизая глина лежит здесь на 5 метров выше
основания древнего коломецкого поселения, вода не покрыла этого холма, чему
доказательством является отсутствие красной глины, которая доходит только до
подножия возвышения. Здесь были найдены разные предметы, совершенно сход­
ные с коломецкими.
Одновременность заселения Коломцов и Словенского холма доказывается
тем, что культурный слой лежит в обоих местах на одной и той же сизой глине.
Но после затопления окружающей местности Словенский холм, очевидно, по­
служил убежищем для всего окрестного населения, и жизнь с тех пор там не
прекращалась. То обстоятельство, что великий господин и государь полнощных
стран, древний Новгород, признавал только за одним из 5 его «концов», имен­
но Словенским, название «Господина великого словенского конца» служит не­
сомненным указанием на глубокую историческую древность этой местности,
которая, вероятно, была родоначальницей всего новгородского державства.
Недавно В. Передольский вместе со своим отцом нашли еще одно поселе­
ние на берегу Ильменя, недалеко от Коломцов. Поселение расположено на той
же сизой глине, так что, несомненно, относится к тому же времени. Найден­
ные тут предметы заслуживают самого серьезного внимания. Так, в этом до­
историческом поселении, по-видимому, имеется каменный круг (кромлех). Нигде
в этой местности не встречается больших камней. Уже одно это обстоятельство
может до некоторой степени служить доказательством, что большие, вросшие в
землю камни, расположенные в виде круга, представляют собой настоящую ме­
галитическую постройку.
Другой предмет, который обращает на себя внимание, — это небольшой
кусок камня, в котором сделано правильное чашеобразное углубление. В. Пе­
редольский высказывает предположение, что этот камень может иметь «частное
отношение к культу чашечных камней».
Исходя из этих соображений, В. Передольский считает: «Насельники иль­
менско-волховского побережья и земель великоновгородского державства неот­
лучно сидели с ледниковых времен до летописных и до сих пор сидят на старо­
житных местах своих отдаленных праотцев.
Само же побережье является колыбелью ве­
ликорусского народа и средоточением ду­
ховного развития и благосостояния для на­
селения не только севера Европы, но и Азии
в продолжение каменного века».
Последняя часть заключения основыва­
ется нашим археологом на замечательном
сходстве каменных орудий всего севера Рос­
сии, Сибири и Приамурского края. Волж­
ские, окские и алтайские предметы камен­
ного века поразительно похожи друг на дру­
га, а коломецкие орудия настолько сходны
с приамурскими, что они не отличимы друг
от друга.
Сопоставляя все сказанное с легендой
о Словенске и Руссе, предположение, что
эти-то города и дали имена Словенства, Ру­
Владимир на Клязьме. Золотые ворота
си и России, является весьма вероятным.
289

Оно тем более возможно, что названием словен первоначально величали себя,
до X века, только ильменцы, как коренной народ, а остальные были лишь сло­
венскими, в том числе и западные и южные славяне: чехи, моравы, болгары.
«Поляне, живущие особо, — говорит Нестор, — происходят от словенского
рода и назвались полянами, а древляне от словен же и назвались древлянами».
Степень культурности славянских народностей была очень различна. «Поляне
бо своих отец обычай имут кроток и тих... А древляне живяху звериньским обра­
зом, живуще скотьскы: убиваху друг друга. И радимичи, и вятичи, и северы
один обычай имяху: живяху в лесе, яко вьсякий зверь, ядуще вьсе нечисто,
брака не бываша в них...» «У словен было княжение свое в Новегороде», другие
же народности, по-видимому, получали князей от них же — путем насилия или
по добровольному приглашению. Вот об этом-то приглашении варягов и упо­
минает летопись.
Но значит ли это, что первые князья были иноземного происхождения, что
это были норманны? Ни в жизни, ни в обычаях этих варягов не было ничего
чуждого, нерусского. На этом основании мнение профессора Богданова, что
варяг представляет собой не собственное, а нарицательное имя, означающее
воряга, вора, разбойника, грабителя, должно считаться очень вероятным. Нов­
городские «молодцы-ушкуйники», ходившие всюду, даже за Урал и «по Обиреки воеваша», могли быть именно этими варягами.
Если такое предположение, подкрепляемое, как мы видели, археологией,
верно, тогда значение Новгорода, как Великого коренного центра России и
всего славянства, станет слишком очевидно, тогда имя этого забытого, забро­
шенного провинциального города, меркнущего в сиянии громадного молодого
Петербурга, должно стать для нас дорогим, а воспоминание о его великой, без­
возвратно погибшей, прошлой «вольности» вызовет в нас еще большее сожале­
ние и упреки по отношению к несправедливому приговору истории.
«За вольный, за честный славянский народ, за колокол пью Новограда, и
если он только и впрямь упадет — пусть звон его в сердце потомков живет!» —
так говорит Владимир Святой в былине «Змей Тугарин» Алексея Толстого.

Новгород Великий

XIX
Значение нумизматики. — Древние известия о возникновении монеты. — Материал для
изготовления последней и ее подделка. — Наказания за фальсификацию. — Древние
приемы чеканки. — Римские, греческие и еврейские монеты. — Денежные суррогаты
в Китае, Европе и России

Небесполезно сказать несколько слов о нумизматике, то есть вспомогатель­
ной науке, которая занимается изучением древних монет, а также медалей.
Значение нумизматики главным образом сводится к представлению материала
для изучения отдаленных времен, от которых иногда осталось очень немного и вслед­
ствие чего бывает затруднительно судить о культурном уровне данного народа в
известную эпоху. Обычай многих народов изображать на своих монетах портреты
разных исторических деятелей, божеств, исторические и бытовые сцены дает воз­
можность на основании нумизматического исследования иногда пролить свет на
искусство, промышленность, военное дело, нравы, мифологию давно исчезнув­
ших народов. Поэтому наш очерк был бы в высшей степени не полон, если бы мы
не дали здесь хоть слабого понятия о чеканке монет в древности.
Относительно времени и места изобретения монеты1 точных данных, к сожа­
лению, не имеется. Греческие и римские писатели сообщают об этом очень
противоречивые сведения. Так, греки чаще всего приписывают изобретение
монеты аргосскому царю Фидону (VII в. до Р. X.), но имеются указания как на
Тезея, так и на Лика и Паламеда. Римляне относят это изобретение ко време­
нам Нумы Помпилия или же приписывают монете божественное происхожде­
ние, считая изобретателями ее богов Сатурна и Януса.
Геродот сообщает, что впервые монета стала чеканиться в Лидии, откуда она
распространилась и в Грецию. Новейшие исследования подтверждают это сооб­
щение. Так как Фидон провел монетную реформу, уменьшив вес древнейшей
драхмы, это обстоятельство, по-видимому, и послужило поводом к созданию
легенды об изобретении монеты этим царем.
1

Это слово происходит от латинского — moneta.

Среди развалин древних Афин

Употребление монеты в Лидии не восходит ранее первой четверти VII века
до Р. X., а именно 687 года, когда вступил на престол царь Гигес. Китайцы,
которые вообще отличались значительной самостоятельностью в своей цивили­
зации, говорят о возникновении у них монеты за 3 тысячи лет до Р. X., однако
до нас дошли монеты не старше VII века до Р. X.
Древнейшие лидийские монеты чеканились только с одной стороны и имели
неправильную брусковидную форму; на оборотной стороне их очень скоро поя­
вилось неправильное, большей частью четырехугольное углубление, образован­
ное шипом от нижней матрицы.
От лидийцев монета перешла к грекам, римлянам, карфагенянам. Персы
пользовались монетой уже при Дарии Гистаспе. В Риме монета появилась в
половине V века до Р. X., почти одновременно с появлением ее в Галии. Еги­
пет, Ассиро-Вавилония, Индия до времен Александра Македонского, до похо­
да упомянутого царя, и Иудея до эпохи Маккавеев не знали чеканной монеты.
Первый металл, из которого она изготовлялась, был электрон, естественное
соединение серебра с золотом, при значительном преобладании последнего.
Со времени Креза, заменившего электрон золотом, последнее стало служить
счетным металлом во всей Западной Азии. В Греции и всех подвластных ей
странах счет велся на серебро, в Риме же — на медные деньги, вплоть до введе­
ния сестерции (208 год до Р. X.).
Необходимо пояснить, что сведение счета на какой-нибудь один металл имело
в те времена очень большое значение, так как колебания ценности драгоценных
металлов были тогда несравненно большие, чем теперь.
При финансовых затруднениях государства древнего мира прибегали к пони­
жению пробы золота, чаще серебра. Афиняне выпускали так называемую наби­
тую монету, то есть железную или медную, обитую тонким серебряным лист­
ком. В Риме, начиная с Марка Антония, изменение пробы серебряной монеты
292

дошло при императоре Галлиене и его преемниках, в III веке до Р. X., до того,
что серебряные денарии делались из меди, только сверху посеребренной; Диок­
летиан вновь ввел высокопробную серебряную монету.
Из других металлов, употреблявшихся на чеканку монеты, назовем железо,
свинец, олово, никель и платину. В Лаконии и Византии в IV веке до Р. X.
употреблялись железные монеты, в Китае и Японии из этого металла чекани­
лись монеты в VI—X веках после Р. X. Что касается олова, то оно применялось
с этой целью в Сицилии при тиране Дионисии, в Китае в X веке после Р. X., а
в XV—XVI веках после Р. X. — на островах Борнео, Суматре и Яве. Никелем
пользовались в древности только цари Бактрии во II веке до Р. X. Еще мень­
шим распространением пользовалась платина, которую употребляли для чекан­
ки только в России в 1828—1845 годы.
Почти одновременно с началом чеканки монеты началась и фальсификация
ее с целью наживы. Весь древний мир был знаком с этим злом, которое в
особенности в те времена, когда грубость государственной чеканки облегчала
подделку, имело широкое распространение. Чаще всего малоценная железная
или медная внутренность обтягивалась листком из благородного металла, снаб­
женным чеканными знаками. В средние века фальшивомонетчики делали ту
же подделку, что и владетельные лица, то есть выпускали низкопробную моне­
ту. В России серебряные копеечки подделывались из олова.
Для борьбы с фальсификацией монеты прибегали к наказаниям, часто очень
жестоким. В Древней Греции фальшивомонетчиков казнили; при Птоломеях,
в Египте, виновным отсекали руки. В Риме сначала за подделку ссылали, по­
том, при императорах, за это преступление следовало сожжение живым на кос­
тре или отдача на съедение зверям в цирке. В Западной Европе в средние века
обыкновенной казнью за подделку монеты было повешение, а иногда (во Фран­
ции и Голландии) фальсификаторов варили в котлах в воде или масле. В Ви­
зантии в VIII веке и позже и во Франции в IX веке за это преступление отрубали
руки, то же наказание было введено в XVI и XVII веках и в России. Но у нас
применялась и другая казнь — вливание фальсификатору в горло расплавленно­
го олова его «воровских денег».
Приемы древней чеканки монеты были очень просты. Чаще всего из рас­
плющенной ударами молота плитки высекали зубилом, реже круглым стальным
цилиндром с заостренными краями монетный кружок. Затем проковкой ему
придавали форму чечевицы, то есть горбатость, нужную для получения релье­
фа, так называемого типа, который получался от ударов по стальному или
латунному цилиндру с гравированным на
конце его рисунком. При этом монетный
кружок лежал на стальной или медной мат­
рице, укрепленной на деревянном обрубке,
и придерживался клещами.
Иногда для получения монетных кружков
пользовались палочками металла, которые ре­
зались на куски, и потом, расплющив послед­
ние, их метили клеймом. Такие монеты не­
редко встречались в России во времена удель­
ных князей и при царях до Петра Великого.
Золото и серебро в древности чеканились
без нагревания кружков, медь же и железо, в
особенности последнее, приходилось размяг­
чать нагреванием. С XVI века стали употреб­
Античные руины
лять монетный пресс.
293

Москва. Кремль. Молельня в Кремле

В России сначала, не говоря о мехах и прочем, были в обращении гривны, то
есть слитки серебра, которые потом, начиная с Дмитрия Донского, являются со
штемпелем в форме «рублей». Медные деньги появились только при Иоанне III,
золотые же монеты собственной чеканки явились позже всего. До этого времени
золото обращалось только иностранное, особенно голландские «ефимки».
В Риме до появления монет использовалась, как счетный металл, медь в
бесформенных кусках. По преданию, Сервий Туллий придал этим кускам пра­
вильную форму удлиненного четырехугольника определенного веса и поставил

Медный асс весом в 1 римский фунт

«тип». Такова, например, монета около 5 ассов, IV века до Р. X., на лицевой
стороне которой изображен пегас и надпись ROMANOM, на оборотной — орел
Юпитера. Впоследствии, при децемвирах (450 год до Р. X.) монетной едини­
цей был принят медный асс, на лицевой стороне которого находилась голова
двуликого Януса, а на оборотной — передняя часть корабля.
Серебряной монетой, введенной в 268 году до Р. X., был денарий (или дина­
рий), который равнялся по ценности 10 ассам. На лицевой стороне он имел
голову Dea Roma, на оборотной были изображены Диоскуры. 1/2 денария —
квинарий и 1/ 4 — сестерций имели тот же «тип». Около 217 года до Р. X. была
введена другая серебряная монета — викториат, равная 3/4 денария. Были двой­
ные викториаты и полувикториаты. У всех их передняя сторона имела голову
Юпитера, оборотная — Викторию, венчающую трофей. Тогда же была введена
и золотая монета в 60, 40 и 20 сестерций. При первых императорах золотой
(ауреус) равнялся 25 денариям, полузолотой — 12 1/2 денария.
Монету выпускал сенат; но в военное время имел право на чеканку ее также
главнокомандующий армией. Юлий Цезарь первый поставил свое изображение
на государственной монете, и с тех пор римские императоры стали помещать
на монетах не только свои портреты, но и изображения своих семейств. Это
обыкновение имеет для нумизматики большое значение, так как дает воз­
можность судить о многих обстоятельствах римской жизни. Чеканка золотой
и серебряной монеты стала привилегией императоров, а сенат имел право
выпускать только медную монету; при императоре Аврелиане и это право
сената было у него отнято.
295

В Греции чеканка монеты, начавшаяся в конце VIII века до Р. X., может
быть разделена на три группы: архаическую, греческую и греко-римскую.
Монеты первой группы серебряные, редко золотые. Они имеют неправиль­
ную круглую форму, впереди на них какое-нибудь изображение, сзади углубле­
ние от шипа.
Греческие монеты чеканились из золота, серебра и бронзы и значительно
тоньше архаических. Лицевая их сторона слегка выпукла, оборотная — вогнута.
Греко-римские монеты почти все бронзовые, плоские и широкие, на лицевой
их стороне портрет римского императора.
Изображения на греческих монетах имели целью показать место их проис­
хождения. Обыкновенная тема этих изображений была религиозного свойства.
Греческие монеты делятся на три класса: гражданской и царской чеканки
без портретов, царской с портретами и греко-римской.
Монеты первого класса имеют следующие типы: 1) Голова или фигура мес­
тного божества, например, Афины Паллады; 2) Священные предметы: живот­
ные, посвященные известному божеству, — сова, черепаха; растения — оливко­
вая ветвь; оружие или орудие — палица Геркулеса, щипцы Вулкана; 3) Голова
или фигура местного гения — речного бога, нимфы озера; 4) Голова или фигура
чудовища — минотавр; 5) Мифологическое животное — пегас, химера, гриф;
6) Голова или фигура героя или основателя города — Одиссей, младший Аякс;
7) Предметы, принадлежащие героям, или животные, к которым они имеют
какое-либо отношение — каледонский вепрь; 8) Изображение священных или
памятных мест — лабиринт; 9) Изображения героев и предметов, относящихся
к религиозным и общественным празднествам, например, Диоскуров, покрови­
телей конских бегов или колесниц, победивших на Олимпийских играх. Часто
изображение на оборотной стороне дополняет лицевое.
Монеты царской чеканки с изображением государя, которое считалось свя­
щенным, так как умершее лицо бывало причислено к богам, впервые являются
при Александре Македонском. Портрет его на монетах Лисимаха имеет черты
Юпитера Амона, сыном которого считали Александра еще при жизни.
Этот государь уничтожил местные «типы» монет, разрешив помещать только
на оборотной стороне знаки, имевшие местное значение. Другие правители
государств, образовавшихся после распавшейся монархии Александра, стали по­
мещать свои портреты на аверсе, а цари Сирии и Египта присвоили себе титулы
божеств. Настоящие божества на монетах этого периода стали изображаться на
реверсе, и только изредка они появлялись на лицевой стороне.
Греко-римские — почти исключительно бронзовые монеты представляют еще
большее уклонение от религиозных типов первых монет. На них встречаются не
только изображения знаменитых лиц (Гомер, Геродот), но даже иногда пред­
ставлены карикатуры религиозных предметов. Колониальные монеты, отчека­
ненные в римских колониях, отличаются от греческих только латинскими над­
писями.
Самыми изящными греческими монетами являются македонские, и в осо­
бенности отчеканенные между 460 и 336 годами, когда над ними трудились луч­
шие граверы. Так, декадрахма, или пентеконталитрон, принадлежит резцу Эва­
инета, в Сиракузах. На лицевой стороне здесь изображена великолепная голова
Аретузы. В течение этого периода стали помещать лица анфас, а не в профиль,
как было раньше.
В Палестине, благодаря исключительному положению Иерусалима, куда сте­
кались деньги со всех стран, где жили евреи, была в обращении разная монета, как
древнееврейская и финикийская, так греческая и римская. Древнейшие еврейские
монеты чеканены Гирканом I (135—106); они — бронзовые. Изображения на них
296

Древние монеты

отличаются большим разнообразием:
венки, цветы, рога изобилия, якоря,
звезды, пальмы. Первые монеты име­
ют еврейские надписи, потом к ним
присоединяются и греческие легенды,
на монетах Анти гона имеется и год цар­
ствования (40—37). При Ироде еврей­
ские надписи исчезают, остаются ис­
ключительно греческие, причем при­
соединяется изображение треножни­
ка и шлема.
Агриппа I начал чеканить на мо­
нете не только еврейские религиоз­
ные знаки, но и языческие изобра­
жения. С этого времени начала вхо­
дить в обращение в Иудее римская
золотая и серебряная монета, а про­
кураторы стали чеканить мелкую раз­
менную монету из бронзы.
Во время иудейской войны была
выпущена серебряная и бронзовая
монета, причем во время осады по­
следняя имела принудительный курс
на серебро.
После подавления иудеев были
пущены
монеты с изображением
Свантовит. Кимврское божество
Иудеи в виде пленницы, стоящей
или сидящей у пальмы. Во время восстания Бар-Кохбы еврейские монеты
были отчеканены на римских денариях и тетрадрахмах Антиоха. В первый
год были выпущены монеты с надписью «Элеазар священник» с изображе­
ниями вазы и пальмы, а на другой стороне кисти ягод и надпись: «Первый
год освобождения Израиля». Во второй год монеты имели легенду с именем
«Симона» и венок или лозу, а на реверсе «свобода Иерусалима» или «второй
год свободы Иерусалима».
Для уплаты войскам были выпущены также и бронзовые монеты.
Монеты Бар-Кохбы были последними еврейскими монетами.
Для платежей религиозного характера евреи могли употреблять только «свя­
щенную монету», то есть еврейского или финикийского чекана. Существовали
особые менялы, которые обменивали обыкновенную монету на «священную».
В заключение настоящей главы сообщим еще несколько кратких сведений
об истории появления первых денежных суррогатов, так как этот вопрос имеет
некоторый культурно-исторический интерес.
Возьмем для иллюстрации лишь несколько примеров употребления денег в
прошлом.
Когда в 119 году до Р. X. в Китае начал чувствоваться большой недостаток в
деньгах, то было решено заменить их сделанными из кожи белых ланей дворцовых
парков богдыхана: ее разрезали на небольшие квадратные куски, разрисовали от
руки разными орнаментами и надписями и выпустили в обращение в уплату жало­
вания, в виде как бы долговых обязательств государственного казначейства.
Эти кожаные деньги обращались в Китае, впрочем в довольно ограниченном
количестве, почти 1000 лет, приблизительно до 807 года после Р. X., когда
одному китайскому министру пришла блестящая мысль заменить тяжелую мед298

ную монету, все еще составлявшую главный металл китайского денежного об­
ращения, гораздо более легкими бумажными листами, названными «тчи-тзи».
На этих билетах находилась надпись: «Казначейство повелело, чтобы бумажные
деньги с императорской на них печатью обращались наравне с медными. Под­
делывателям будет отрублена голова».
Позже китайское правительство нашло очень простое средство облегчить рас­
пространение бумажных денег; оно приказало напечатать на каждом билете: «По­
велевается принимать этот билет наравне с медной монетой, неповинующийся
будет обезглавлен».
Таким решительным средством было обеспечено в Китае свободное обраще­
ние бумажных денег, сохранившееся и до настоящего времени.
«Монета великого хана (богдыхана), — говорит Марко Поло, посетивший
Китай в XIII веке (1274—1295), — не золотая, не серебряная, не из другого
металла, а бумажная; для изготовления ее берут внутреннюю кору дерева
шелковицы, которая по затвердении разрезывается на кружки, на коих вытесня­
ют герб государя; эти кружки выпускались в обращение с такой торжественно­
стью и авторитетом, как будто они были из чистого золота или серебра».
Персидский писатель Мир-Конд, сообщая о четырехугольной бумаге, изго­
товленной в конце VIII века в Тавризе, вместо монеты называет ее «чао»; это
китайское слово изображается двумя знаками: из них первое значит — «металл», а
второе — «недостаток».

Европа. Средневековый замок

В Европе в первое время замена металлов суррогатами являлась лишь край­
ним средством, к которому прибегали только во время продолжительных войн,
народных бедствий, причем по миновании тяжелых обстоятельств денежные сур­
рогаты выкупались.
Так, в 1241 году во время осады Фаэнцы император Фридрих II выпустил
кожаные деньги для уплаты жалованья солдатам. В 1360 году король Иоанн
Добрый пустил в ход во Франции кожаные деньги, украшенные золотыми гвоз­
диками, так как казна его была истощена выкупом, заплаченным англичанам.
299

Исторические местности России. Ярославль, Тверь, Кострома, Ростов Великий

Наконец, в 1575 году при осаде города Лейдена были изготовлены деньги из кожаных
переплетов молитвенников, на них было изображено 3 щита, на одном видны латин­
ские буквы «8. М.», на другом «Н. 8.», а на третьем изображение дикого козла. Еще
более оригинальны деньги, выпущенные в 1124 году венецианским дожем Михаилом.
Осажденный в городе Тире, он велел изготовить деньги из лошадиных узд.
300

Впрочем, и в Европе денежные суррогаты встречались в глубокой древно­
сти. Так, Сенека, Исидор и Николай Дамасский, описывая Ликурговы уста­
новления (около 889 года до Р. X.), в которых запрещено было употребление
драгоценных металлов, сообщают, что «кожа, помеченная государственной пе­
чатью, заменяет здесь наличные деньги». В Риме до Нумы Помпилия, по сло­
вам Светония и других древних писателей, употребляли в качестве денег жже­
ную отполированную глину и круглые куски кожи, называвшиеся кожаными
ассами, с отпечатанным на них золотым значком. Святой Иероним около 381
года также упоминает о кожаной монете.
В России до появления бумажных денег употреблялись преимущественно
меха. Древние названия монетных единиц, из которых некоторые впоследствии
чеканились из серебра и меди, достаточно красноречиво свидетельствуют об
этом. Куна, векша, бела, белка, шкура, мордка, ушки, резаны (обрезки), но­
гата, головка, лобки, долгеи — главнейшие названия денег. Впрочем, имеются
и прямые исторические указания. Так, в 1253 году Рубруквис, посланный святым
Людовиком к татарам для обращения их в христианство, видел много русских в
орде. У них, по словам монаха, вместо денег были в обороте «цветные кусочки
кожаные за монету». Посол немецких императоров Максимилиана и Ферди­
нанда Герберштейн говорил, что «древние русы до введения металлических де­
нег употребляли головки (мордки) и ушки векш и других зверьков». Посольство
думного дьяка Украинцева в Царьград (в 1698 году) получило на путевые издер­
жки 1600 рублей серебром и 40 сороков (1600 штук) соболей. Наконец, и указ
императора Петра I от 1700 года, запрещавший употреблять ходившие в Калуге
по недостатку мелкой монеты «кожаные жеребья», свидетельствует, что такие
деньги ходили сначала, вероятно, в виде целых шкур и мехов, а позже для более
мелких сделок и в виде кусков их.

От издательства

Дорогой читатель!
Задумывая столь нетрадиционное издание; как
книга В. В. Битнера, мы надеялись приобщить Вас,
человека пытливого и неравнодушного, к атмосфере
творческого
поиска,
продемонстрировать
непрерывность
развития
научной
мысли
и
исследовательской работы представителей разных
стран и поколений.
Но это лишь первый шаг. Мы едва приоткрыли дверь
в гигантское хранилище духовных ценностей — архив
истории науки... За ней, этой дверью, мраке
ушедших веков покоятся многочисленные свитки и
тома, вобравшие плоды размышлений древних
мудрецов, успехи и неудачи средневековых алхимиков,
достижения титанов Возрождения, результаты
неустанных трудов теоретиков и экспериментаторов
эпохи Просвещения...

СОДЕРЖАНИЕ
В. П. Подачин. Предисловие.............................................................................. 3
I. Исповедь Земли. Очерк успехов геологии и палеонтологии.......................................... 5
II. Седая древность человечества. Очерки успехов археологии....................................... 61

От издательства.................................................................................................................. 302

Серия «Мир познания»
Научно-популярное и художественное издание
БИТНЕР ВИЛЬГЕЛЬМ ВИЛЬГЕЛЬМОВИЧ
КТО МЫ И ОТКУДА...

Энциклопедический путеводитель по истории,
культуре и естествознанию

Редактор М. М. Подзорова
Художник В. Г. Алексеев
Художественный редактор Н. Б. Егоров
Технические редакторы В. И. Тушева, Л. Б. Демьянова
Корректоры Г. А. Голубкова, М. Г. Курносенкова, Т. Г. Люберец, И. И. Попова
Издание подготовлено к печати по автоматизированной
редакционно-издательской технологии на персональных ЭВМ
Операторы: Аблизина Г. П., Пекова Т. А., Краснова Е. И., Аристархова Е. В.,
Меламед Н. И.
ЛР № 010006
28.10.1996 г.

Сдано в набор 15.05.95. Подписано к печати 05.11.97. Формат 70X100/16. Гарнитура Тайме.
Печать офсетная. Бумага офсетная. Усл. печ. л. 24,7- Тираж 5000 экз. Заказ № 717.
Издательство «Современник»
123007, Москва, Хорошевское шоссе, 62
Факс 941-35-44
Тел. 941-36-69 (приобретение тиража)
941-29-31 (киоск)
Тверской ордена Трудового Красного Знамени полиграфкомбинат детской литературы
им. 50-летия СССР Государственного комитета Российской Федерации по печати.
170040, Тверь, проспект 50-летия Октября, 46.




«Призрачные миры» - интернет-магазин современной литературы в жанре любовного романа, фэнтези, мистики