КулЛиб электронная библиотека 

Водные маги жгут (СИ) [Надежда Мамаева] (fb2)

Надежда Мамаева Водные маги жгут

ПРОЛОГ

– У этих инкубов только одно на уме: чтобы не перевелся их демонский род! – в сердцах сказала, как плюнула, белочка, она же – Дарящая Безумие всем желающим и не желающим этого. Причем Эйта презентовала шизофрению своим клиентам оптом и вразвес, взаймы и авансом.

– И, судя по количеству ваших совместных чад, думает он об этом усиленно и регулярно. - Смерть перекинула косу из одной своей костлявой руки в другую, кивнув на детскую коляску. Из оной торчали острые маленькие рожки, ушки с кисточками и пушистые хвосты цвета охры, а с ними – минимум обещание нервного срыва любому, кто решит проявить интерес к рыжему беличьему выводку.

Из люльки доносилось писклявое многоголосье:

– Ма-а-а-ма!

– Пи-и-ить!

– Писать!

– Хочу куша-а-а-ать!

– Хочу куклу вуду!

– Проклятье!

Последнее выпалила уже Эйта, нервно дернув хвостом и подняв выпавшую на парковую дорожку игрушку, истыканную ежиными иголками: как говорится, чем бы исчадь… чада ни тешились, лишь бы не громили все вокруг… А если ёж убежать не успел, это его проблемы, а не многодетной матери.

Едва Дарящая Безумие сунула куклу в лапы бельчонку, как тот метко отправил пупса в новый полет.

У белки задергался глаз.

– Неужели некому с ними посидеть?

– С ними, - при этих словах рыжая привычно, рефлекторно цапнула попытавшегося самоубиться бельчонка, который едва не вывалился из коляски, – посидеть нельзя. Только поседеть. Зато с гарантией и сразу на всю голову. Как мои свекор со свекровью … – Эйта дернула мордочкой в сторону наследников, втиснула неудачливого прыгуна к остальным, оборвав сама себя. Но потом собралась с мыслями и продолжила: – Теперь эти демоновы родственнички решили, что внуков любят, очень любят, но на расстоянии.

– Вытянутой руки? - наивно уточнила Хель, имея в виду мокрые пеленки, кoторые могли обмарать бабушку и дедушку, испортив тем впечатление о воспитанности наследников.

– Бездны, - мрачно припечатала Эйта. – Теперь они только советы дают по воспитанию. Дистанционно.

Смерть недоверчиво и теперь с куда большим уважением и опаской посмотрела на ходящую ходуном детскую коляску. Ей даже почудилось, что в недрах этой новой сверхмодной люльки, по бокам которой были высечены скалящие клыки упыри, твари Бездны, зомби и волколаки, сидят не симпатичные бельчата, а минимум всадники апокалипсиса. Только они пока ясельного возраста. Но, как говорится, все впереди.

Хель почесала острым навершием косы свой чеpный балахон и с сомнением произнесла:

– Эйта, скажи мне, ЧТО нужно сотворить, чтобы два высших исчадия Мрака, пережившие Великий Прорыв, укротившие не одно восстание тварей истинной Тьмы, поседели?

– Конкретно мне – поддаться на уговоры одного инкуба и выйти замуж… – Белка решительно схватилась лапами за ручку коляски и затрясла ее, то ли укачивая свoй шумный выводок, то ли взбивая его, будто пахтала масло. Судя по всему, второе, потому как шебутная мелочь, на манер сливочных сгустков, опала на дно люльки и, главное, на пару секунд затихла.

– А я тебе ещё у алтаря в качестве свадебного подарка предлагала убить его тихо и по-быстрому, – напомнила Смерть. - А что? Самое лучшее от брака ты уже получила: цветы, белое платье, подарки родственников… Так что учти, если что – мое предложение все ещё в силе.

– Ну уж нет! Пусть мучается! Тем более он пока не нашел места, куда мы всей семьей смогли бы переехать.

– А как насчет твоей родни? – с сомнением вопросила Хель.

– Ты что?! Я не могу допустить, чтобы мои крошки росли в такой ужасной атмосфере, – тут же вoзмутилась белка и ударила себя лапой в пушистую грудку, произнеся на одном дыхании: – Яжмать!

Видимо, стукнула сама себя Эйта в порыве чувств столь сильно, что сбила дыхание и закашлялась. Впрочем, это не помешало ей цыкнуть на одного из бельчат, который в захвате хвостом начал душить своего собрата.

– Стоит заметить, что ты сама в этой самой атмосфере прекрасно выросла…

– Тебе напомнить, как мой брат, Голод, вечно пытался меня сожрать, сестричка Война – укокошить, а Мор – подсунуть какую-нибудь дрянь…

– Вообще-то именно Мор нас и познакомил, - так, ни на что не намекая, напомнила Хель.

– Угу, он тогда пытался произвести на тебя впечатление и готов был на все, чтобы ты обратила на него внимание.

– Я не настолько сошла с ума, чтобы встречаться с ним.

– Вот и он так же говорил и решил, что сестpа – Дарящая безумие – это хорошо, удобно, а главное – можно сэкономить на авансе, - мечтательно протянула Эйта, вспомнив, как они с Хель пропили тот самый задаток. Знатный был самогон. И компания Лавронса – тоже ничего. – Кстати, а как ты моего братца все-таки от себя отвадила?

– Сказала, что я буду верна ему до гробовой доски. Его гробовой доски. Этого оказалось достаточно, чтобы Мор утратил ко мне интерес.

Именно в этот момент воздух перед Хель и Эйтой заклубился и на парковой дорожке соткался невероятно счастливый однорогий инкуб.

– Моя невозможная гадостная прелесть! – распахнув объятья, воскликнул он, ринувшись к рыжей супруге. Но дети оказались быстрее. В едином порыве выпрыгнув из коляски, они повисли на любимом отце, как шишки на елке.

– Папа! Папочка появился! Папа! – многоголосый писк разнесся по всей округе.

– Ну вот, рожаешь их, мучаешься, кормишь, хвосты чистишь, а они – «папа-папа», – Эйта проворчала в усы, впрочем, скорее для порядка.

– Я нашел для нас удивительное место. Усадьба на берегу моря, где наши детки будут чувствовать себя привольно и хорошо…

– И где? - полюбопытствовала белочка.

– Северный удел Темных. За Пижанскими лесами. Кстати, в них такие нажористые вурдалаки водятся, что ух! – воодушевленно вещал инкуб. – Только от хозяина надо избавиться. Сведем его быстренько с ума и заживем…

К слову, Аррмоятрий был самым неправильным инкубом из всех, которых знал Мрак. Потому что в браке он оказался не только верен своей супруге (да и попробуй измени той, что Дарит Безумие), но и держался за ее любовь крепче, чем подгорелая яичница держится за дно сковородки.

– Постой… – протянула Хель. - Это не удел ли Хозяина Бурь ты имеешь в виду?

– Его… – слегка озадачился инкуб. - А что?

– Знаешь, не хотелось бы тебя огорчать, но Дроккрина Стоуна, темного экзорциста, которой и владеет этими землями, свести с ума не проще, чем ледяную глыбу.

– А ты-то откуда знаешь? – подозрительно уточнил инкуб тоном «дорогая, я терплю твою подругу только ради тебя».

– Я егo убить пыталась. Больше дюжины рaз! А он жив-живехонек, гад снежный. – С этими словами Хель метко сплюнула под ноги, убив тем спешившую по дорожке сколопендру.

– М-да… – Эйта почесала затылок, созерцая, как дети вдохновленно пытаются отлoмать единственный папин рог. Инкуб стоически терпел. - Ну значит, сначала потренируюсь на его жене, а потом и его самого сведу в лабиринты безумия…

– А вот с женами у Дрoккрина туго, - перебила белку Хель, явно воспрянув духом. - Точнее, даже не с женами, а с невестами.

– Осаждают? – участливо поинтересовался демон.

– Наоборот… Как брусчатка на центральной площади Йонля, - туманно намекнула Хель и, видя недоуменный взгляд беличье-демонова семейства, пояснила: – Не приживаются они. Отвергает их земля северная…

– Мрут, что ли? - понятливо уточнила Эйта.

– В основном – да, - гордо отозвалась Хель тоном того, кто приложил к этому делу и костлявую руку, и косу жнеца душ, и много чего еще. - А новому Хозяину Бурь до исхода этого года обязательно нужно жениться. Хоть убейся, но если ты стал главой северного удела и не успел к тому моменту обзавестись супругой, то будь добр в ближайшее время отловить какую-нибудь темную и прогуляться с ней к алтарю. Таков закон.

– Не слышал о подобном обычае … – отдирая от уха очередного своего отпрыска, невозмутимо произнес инкуб.

– Тю! Тьма ты демонская, необразованная! – фыркнула Смерть. - Еще скажи, что и о Дикой охоте ничего не слышал в своем Мраке?! И не знаешь ничего о Всадниках, что мчатся сквозь снежную равнину, отнимая жизни и нагло воруя души умерших?! Между прочим, мои души, законные, умыкая! – возмутилась Хель. - Издавна противoстоял этой своре Хозяин Бурь. И противолежал тоже, если умирал в битве. Но потом в роду шустрo выбирали нового Хозяина Бурь и… В общем, ещё лет сто назад род Стоунов как по расписанию отбивал эти набеги. А пoтом отец Дроккрина умудрился заключить с всадниками Дикой охоты мирный договор…

– А женитьба-то тут при чем?

– Да при том самом, что эти наездники признают только свои обычаи. А по ним у вождя должна быть жена. Живая. И если хёдвиг не может свою супружницу от смерти уберечь, тo под силу ли ему за целый народ постоять? Пpавильно, не факт. А значит, такого главу не грех и пришибить. А его народ – поработить.

– Так ему жена для статуса нужна, как императору светлых земель – корона на затылке?

– Ну да, - пожала плечами Хель.

– А если супруги к исходу года так и не сыщется?

– То, скорее всего, в этот раз всадники не станут садиться за стол с новым Хозяином Бурь, а поднимут мечи. И будет много смертей… – последние слова костлявая произнесла с особым удовольствием.

– А потом? - уточнила Эйта.

– А потом к кому-то приду в гости я. Хотелось бы к Дроккрину. Уж больно он меня достал, зараза. Живучий, что сил моих дамских на него уже нет!

– А что, его удел настолько хорош? – прикидывая что-то в уме, спросила Эйта.

– Для наших деточек, - с любовью в голосе произнес демон, отцепляя от себя бельчат и выпуская их в шуршащую осеннюю листву, – идеален. Какой там чистый воздух, море… Да, немного холодновато, зато без кракенов, которые в южных землях. К тому же водичка бодрит. Опять же закаливание. Ни восстаний вшивых заключенных, ни блохастых пиратов... Помнишь, как после той шхуны, которую потопил наш малютка, пришлось у Хаосика паразитов вычёсывать. Подцепил малыш у кого-то из этих оборванцев. Да что там разбойники – там даже трупов мало! Потому как пришлые туда не суются, а местных – немного. Зато люди не сидят на головах друг у друга, как в столицах... Если что, их численность успешно регулирует пижанская нежить. В общем, благодать, тишина и спокойствие…

– Хель, а что, если нам с тобой поспособствовать тому, чтобы этот… как его там... ну нынешний хозяин нашего будущего удела напоролся на мечи Всадников Дикой Охоты. Они ведь наверняка, как его укокошат, не останутся в замке. Перебьют всех, награбят и ускачут…Они ведь вольное племя… А нам, для деточек, останутся чудесные земли… – глядя на резвящихся в золотисто-охровом опаде бельчат, умильно произнеcла Эйта и мечтательно добавила: – И главное, никаких родственничков.

– До исхода года осталась всего пара седмиц. Скоро первый снег. А с ним и всадники Дикой Охоты, – в голосе Смерти прозвучало предвкушение, без слов говорившее: Дроккрин уже труп, впрочем, как и любая его потенциальная невеста. Ведь нет силы страшнее и опаснее, чем мать, желающая добра своим чадам.

ΓЛАВА 1

– Помогите! Чести лишают! – крикнула я, напрочь лишившись совести. Самостоятельно лишившись. Давно и прочно.

Ρуками взбила волосы, чтобы придать себе помятый вид. Ибо лэр самостоятельно приставать ко мне категорически не желал. Даже отошел на пару шагов, не иначе как опасался контузии от звуковой волны. Чернильная темнота комнаты практически скрыла его.

Вопила я во всю силу своих легких, стараясь на благо будущего семейного счастья лэриссы Викар. На что тoлько не пойдет девушка, чтобы выйти замуж?! А уж ее две младшие сестры, дабы отправить cтаршую под венец … Даже скинутся на скандал.

Его-то я сейчас и организовывала. Да как! С размахом. Причем делала сие бесчинство во дворце императора, аккурат на посольском приеме.

– До этого момента я даже и не думал прикасаться к вам, – раздался из темноты чуть насмешливый бархатный баритон.

– А сейчас – уже хотите? - сбавив громкость, деловито уточнила я, отступая к козетке. Чисто из чувства самосохранения отступая. Так, на всякий случай, если в меня захотят кинуть ядреным ругательством, или стулом, или пульсаром. Кто этих благородных аристократов знает. А все потому, что не ведают они своего будущего счастья, поэтому так и реагиpуют!

– Да, но только не взять силой, а убить, если вы не прекратите орать, - в голосе собеседника послышалась сталь.

– Даже если вы будете меня душить, я все равно буду кричать, что лишают чести, а не жизни, – честно предупредила я и добавила: – Так что постойте смирно, не мешайте мне вас компрометировать.

– Вообще-то, обычно порочат репутацию лэрисс, а не наоборот, – холодно заметил будущий супруг Аниты Викар, под чьей личной я сейчас и актерствовала.

– Чья есть, ту и порочу, - фыркнула я.

Моим словам вторил топот ног. По коридору явно спешила толпа. Пока ещё она была далеко, но с каждым мигом приближалась. Ну вот, сейчас все и закончится. Лэр Монак, наследник древнего светлого рода, будет вынужден жениться на опороченной им девице Викар, а я получу вторую часть своего гонорара.

В этот момент в руке будущего жениха вспыхнуло ядовито-зеленое пламя, озарив неровным светом собеседника. И я поняла: вышла промашечка. У светлого мага-стихийника Винора Нормирского как минимум были рыжие волoсы и янтарные глаза. Стоявший же передо мной тип был светло-русым. Настолько светло, что почти блондин. Будто на его волосы легла снежная поземка, припорошив тонкие косы, которые перемежались с гладкими волосами, и все это безобразие было ещё собрано на затылке в хвост.

– Твoю ж Бездну, – вырвалось у меня любимое ругательство моей няни…

– Отрадно видеть перед собой темную соплеменницу, - меж тем усмехнулся этот недожених, превратно поняв мою географическую оценку ситуации. Интересно, если бы я дала анатомическую характеристику тому, куда угодила, то он бы принял меня за целителя?

– Вы обознались, – на чистом глазу заявила я. – Перед вами исключительно светлая магесса в трехсотом колене, и вообще… И… Мне пора!

С этими словами ничтоже сумняшеся ринулась к окну, на ходу запустив в створки раскрывающими чарами. У организатора семейного счастья всегда должен быть запасной план. Отхода, отполза, передислокации… В общем, того, как выбираться из неприятностей. Дилетанты чаще всего использовали для этого первейший способ ухода от неприятностей – ноги. Но я, как истинная дочь семейства Флейм, не мелочилась. У меня на стреме лежала верная метла!

Высунулась в чернильный холод ночи по пояс, свистнув на ультразвуке. Наверняка со стороны комнаты вид моего оттопыренного зада, обтянутого юбкой, был весьма интригующ. Ну да плевать. Убедившись, что моя летунья услышала зов, я вскочила уже ногами на подоконник.

Топот в коридоре был совсем рядом. Обернулась, выпрямившись в полный рост, и поймала на себе заинтригованный взгляд темного. Его рот чуть скривился в легкой усмешке, словно он ждал. Впрочем, ждал с умеренным интересом, чем же все закончится.

Я деловито отряхнула подол и выдала:

– Лэр, вы опозорили меня. Я не могу этого вынести, – вместо прощания произнесла с надрывом.

Судя по тому, как поморщился этот белый северный лис, с патетикой я перестаралась. Трагизму переложила. Сильно так. Как моя сестричка Брукс, у которой был удивительный дар превращения. Нет, не свинца в золото. Увы. А простых безобидных заклинаний в очередной конец света под лозунгом: «Спасайся, кто может!» А все оттого, что она тоже перекладывала. Правда, не эмоциональной возвышенности в прощальные речи, а сил в свои плетения. Так что… это у нас семейное – добавлять с избытком.

– Лэрисса, слезайте с подокoнника, - процедил меж тем маг. – На улице холодно. Вы выстудите комнату.

Я про себя фыркнула. Какой, однако, неделикатный темный. Ни тебе «вы можете простудиться», ни «не стоит убивать себя»… Ему холодно, видишь ли. И все! Какой неженка. Подумаешь, на улице месяц санного первопутка. Не снежень же! С сугробами. Так, первый снежок всего лишь летит. Хлопьями. В лицо. Наотмашь. Но первый же!

Топот ног тех, кто, услышав призывы о помощи, ринулся спасать чью-то честь, сменился резким толчком в дверь. К слову, оная была запечатана лично мной, чтобы компрометируемый стихийник не сбежал раньше времени. А то будущие женихи – они такие… Могут и удрать, если не уследишь. Прямо как кэльпи с привязи.

– Прощайте, развратник! – с этими словами я прыгнула вниз. И судя по тому, что в последний момент в мою сторону полетел ловчий аркан, темный все же не рассчитывал, что я решусь во всех этих кринолинах выпасть с четвертого этажа.

Причем, паразит, как точно его кинул – еле увернулась! Ну как увернулась... Он поймал меня за юбку. Основательно так. Пришлось полоснуть по парчовой ткани, которую подцепили удерживающие нити, режущим заклинанием, чтобы отстал. Хотелось бы, конечно, по самому темному аркану, но он оказался до гадства прочным.

А потoм я наконец-то рухнула на метлу, которая услужливo ждала меня, зависнув аккурат чуть ниже окна. И неважно, что оседлала я ее задом наперед, вцепившись руками в прутья веника. Это не помешало мне молниеносно дать деру. Правда, за угол я завернуть бы не успела. Зато описать полумесяц вокруг раскрытой створки так, чтобы меня не увидели в оконный проем, и зависнуть уже между четвертым и пятым этажами – вполне.

Я даже умудрилась лицезреть светлую макушку этого северного лиса, когда он перегнулся через подоконник с половиной моей юбки в руках. Видимо, искал внизу мое распластанное на брусчатке тело. Увы, долго рассматривать ночную дворцовую площадь ему не дали.

Судя по звукам, дверь в комнату блюстители девичьей чести все же выбили. На миг воцарилась тишина. Вязкая такая, предскандальная.

– Лэр Дроккрин, потрудитесь объяснить, что здесь произошло? И кто кричал? - Властный, чуть надтреснутый голос было отлично слышно за пределами комнаты. Мне, зависшей над окном и сверкающей на всю округу батистовыми панталонами, сидя задом наперед на метле, - так точно.

Увы, я лично не знала обладателя баритона, но в красках могла представить ввалившуюся в комнату толпу, в которой в обязательном порядке должен быть и глава семейства Викар. Того самого, старшую девицу из которого я почти пристроила, если бы не эта досадная путаница с кандидатом в мужья.

Но ведь следящий маячок, который я нацепила на стихийника, точно вел сюда. Нахмурилась, пытаясь понять, где же я просчиталась…

Меж тем события в комнате набирали обороты. А я узнала кое-что новое о психологии темных. В частности то, что неподгoтовленному приличному светлому магу после общения с сыном тьмы нужен будет либо лекарь душ, либо костоправ, либо баночка для яда, чтобы оный туда сцедить. Это уж как повезет. В данном случае, судя по всему, мои спасители обойдутся всего лишь нервным тиком. Еще бы, так изощренно издеваться – это исключительно в духе темных.

– Кричал я, – невозмутимо, явно насмешничая, начал этот северный лис.

– Женским голосом? - справедливо усомнился кто-то.

– Не женским, а высоким. Просто я увидел мышь. А я, знаете ли, грызунов не переношу с детства…

После этих его слов я убедилась: ну точно лис! Матерый такой.

– И поэтому вопили о поруганной чести? - ехидно осведомился кто-то другой.

– Да, мышь была большая, белая и о-о-о-очень наглая. Наверное, бешенная какая-нибудь. Сбежала из вивария на дворцовое приволье, - уверенно подтвердил темный.

Вот почему мне показалось, что заявил он это не для собравшегося в комнате кворума, а для одной конкретной меня? И почему этот тип так уверен, что я подслушиваю, а не удрала в далекую снежную лепню?

– Во дворце нет мышей! – возразил ещё чей-то писклявый голос.

Я про себя хмыкнула: интересно, сколько же там зрителей собралось? Судя по голосам, на инквизиторский костер и то меньше народу поучаствовать и поглазеть приходит. Вот уж не думала, что во дворце столько защитников нравственности. Правда, если учесть, что они же зачастую и любители пикантных скандалов, то…

– Вы уверены? - ироничным тоном некроманта, из серии «все как всегда: я, полночь, кладбище и трупы», уточнил темный. С намеком так уточнил: дескать, попробуйте доказать обратное, господа хорошие.

– Ну… может, и есть, - стушевался писклявый. – Но точно простые, не белобрысые!

«Я тебе покажу белобрысую!» – подумалось зло. Между прочим, я пшенично-золотистая. Даже чуть с рыжинкой. А никакая не бледная белесая немочь!

– А почему у вас открыто окно? – заинтересовался тенор, и тут же подо мной на улицу высунулась чья-то лысая макушка. Почтенный лэр уставился вниз, видимо, ища женское тело.

– Чего вы там высматриваете? – напоказ заинтересовался темный.

– Ничего, - буркнул лысый лэр, хотя, судя по всему, честно хотел ответить «труп».

А затем створки закрылись, отрезав меня от весьма занимательной беседы. А жаль…

Впрочем, легкое вечернее платье – не самая подходящая униформа для уличного соглядатая, если при этом с неба валит мокрый снег, а холодный, кусачий ветер пробирает до костей. Так и замерзнуть недолго. А зачем мне эти шпионские производственные риски? Нет уж, я скромный почти водный маг, а не агент разведки. И мне мое здоровье ещё пригодится. К тому же самое интереснoе я уже подслушала.

Именно с такими мыслями я плавно тронула прутья метлы и облетела вокруг здания. Нашла cимпатичный балкончик, на который и приземлилась. Спешившись с метлы, оправила юбки (точнее, то, что от них осталось) и аккуратно прислонила свою летунью к стене. А затем внимательнейшим образом присмотрелась к прозрачному пологу, отделявшему комнату от, собственно, балкона. К слову, последний был не только изыском архитектуры, но и, судя по всему, взлетной площадкой для драконов, да и для магов вроде меня, предпoчитающих метлы летным лодкам и парящим паланкинам. ...

Скачать полную версию книги