КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы  

Текила и винтовка (СИ) (любительская редактура) (fb2)


Настройки текста:



Алексей Фирсов Текила и винтовка

«…Кровь раба смешалась в жилах с кровью гранда.

Что поделаешь! Она теперь одна…»

Пабло Неруда.

Первая глава

Сбитый флайер, что вчера рухнул в дом за номером шесть, еще дымился в руинах. Оттуда еще несло жареным мясом. Человеческим мясом.

— Труп врага хорошо пахнет, сеньор Марти?

Лаки, сидевший по другую сторону оконного проема с карабином на коленях, покачал головой. В мыслях немедленно прокрутился латинский вариант древней поговорки: Optime olere occisum hostem.

— Человек не свинья, чтобы так вонять.

— А я бы съел отбивную из свинины. — Добавил Вернон, поправляя очки.

— Кто бы ни съел. — Отозвался. Жиль от соседнего окна.

— Моя мама готовила замечательные отбивные. — Печально вздохнул Вернон. Он единственный во взводе был из местных. Худой, субтильный очкарик. Его религия не одобряла операции по коррекции зрения, видите ли….Вернону было хуже всего. Он теперь однозначно «враг народа» со всеми последствиями. Пеонский сын все отлично понимал и потому управлялся с магазинной винтовкой на «отлично.»

Лаки задрал голову.

Кучевые облака клубились в небе, заслоняя то и дело солнце-Гамму Ганимеда.

«Отбивная это хорошо, это просто замечательно… сельскохозяйственный самодостаточный мир, говорили… тихо и спокойно. говорили…»

Начиная учебу в универе Сан-Педро под именем Мартина Раски, он и представить себе не мог, во что попадет…

Челнок с корабля Жаклин доставил его и Стефанию на орбитальный комплекс Сабины, когда планета внизу была повернута ночной стороной. Редкие россыпи огней на овальном материке, протянувшемся вдоль экватора планеты, притягивали взгляд.

— Здесь и впрямь нет больших городов. — Заметила Стефания, стоя у обзорного окна.

— По городам я не скучаю. — Ответил Лаки, останавливаясь рядом и обнимая ее за талию.

Их вещи-два объемистых контейнера были закреплены на платформе.

Они прихватили со собой самое необходимое и как впоследствии оказалось, не прогадали.

Сан-Педро оказался очень провинциальным городом, хотя и носил гордое имя столицы.

Сто тысяч жителей, оперный театр, крытый рынок, помпезное здание вокзала-единственного в городе, да и на планете и два десятка колоколен церквей. По воскресеньям, в начале и конце мессы звон колоколов накрывал город, но к этому быстро привыкли.

Бронзовые, позеленевшие памятники на площадях, вымощенных булыжником. Запах свежего хлеба из уютных булочных и аромат острых приправ к мясным блюдам из распахнутых окон семейных таверн…

Улыбчивые и беззаботные лица.

Стефании и Лаки город понравился с первого взгляда. Здесь было приятно гулять, взявшись за руки. По длинной набережной, вдоль песчаного пляжа, под тенью платанов… А утомившись, сесть с бокалом великолепного красного вина под камышовой крышей, под навесом таверны, куском хрустящей булки подбирать с блюда подливу, которая вкуснее самого мяса, быстренько проглоченного под гитарное бренчание чернявого мариачо в расшитой золотом жилетке….

Еще лучше, вспомнив прежние уроки, скакать на фыркающем коне вдоль полей до родника в зарослях рябины и там валяться на пледе под кустом среди аромата не скошенного луга, целоваться, ощущая вкус острого перчика на губах любимой….

Они сняли квартиру на третьем этаже представительного дома на набережной, с видом на лазурное море и на псевдоготические шпили университета. С понедельника по пятницу учеба и дополнительные занятия. В выходные дни обычно поспать подольше, гулять по городу или за городом, проветривая мозги от мыслей и знаний, накопленных за неделю.

На первом этаже соседнего дома находилось кафе и там они обычно завтракали и ужинали, иногда за столиком прямо на тротуаре. Как за постоянными клиентами для них оставляли столик у окна, с самым лучшим видом. Вид, даже самый красивый, в конце концов, надоедает.

Иногда они посещали оперный театр, в душе посмеиваясь над чопорными и чванливыми донами, восседающими в ложах с гордым видом, как петухи на жердочке при расфуфыренных дамах в бриллиантах и кружевах.

Сабину населяли крестьяне, или пеоны, по местному. Люди, чьи предки на Терре столетиями мечтали о клочке личной земли. На Сабине плодородных земель было сколько угодно. Крестьянский рай оказался вполне возможен? Миллионы нищих арендаторов превратились зажиточных фермеров? Ничего подобного! Землю все получили в равном объеме и еще осталось, но люди не равны уже по факту рождения и потому произошло то же что на Терре. Социальное расслоение. Появились крупные землевладельцы-более хитрые и оборотистые. Более ленивые и уважающие лишнюю стопку текилы людишки бросили свою землю и стали арендаторами и батраками. Через столетие на Сабине появилось сословное общество.

Донам было скучно прозябать в своих гасиендах, и они завели города, там, где обычно проходили крестьянские ярмарки. Понастроили церквей, борделей и ресторанов. Не сами, конечно, а руками послушных пеонов. Социальный эксперимент на Сабине блестяще доказал невозможность крестьянского рая на любой земле и под любым солнцем.

Историю Сабины Лаки изучил позднее. В самом начале, прибыв на планету, он поразился ее архаичному облику. Никакой Морелли не запирал этот мир в клетку собственных представлений о жизни и быте. Все само созрело и выросло. Консервативное общество, в котором слово дона или священника весит больше любых писаных законов, а традициям покорны все, не вникая в их порой абсурдные стороны.

Никаких токи, телефонов портативных здесь не имелось. Не было планетарной сети. Выходили на бумаге три газеты и из них узнавали новости. Визоры и эль-визоры стоили огромных денег и потому доступны были только людям богатым. Единственная радиостанция транслировала только службы в кафедральном соборе, да многочасовые благочестивые наставления священников. Впрочем, у пеонов и радиоприемников то не было.

Университет Сан-Педро основали люди с Терры из Колумбии, те самые- кокаиновые бароны, прославленные в терранских исторических хрониках. Они стали первыми донами и кому-то из них пришла в голову блестящая мысль-легализоваться в виде меценатов и основателей бесплатного учебного заведения- самого демократичного в субсекторе.

И вот в универе было все по последнему слову: компы и визоры, эль-шлемы и гипнообучение, АКРы и хирург-робот. У универа даже была своя электростанция — реактор холодного термояда. Опреснительная установка обеспечивала кампус свежайшей фильтрованной водой. Не все доны с Терры забыли прежнее и переквалифицировались в скотоводов и сеятелей маиса. Коку выращивали на Сабине совершенно свободно, и она являлась важнейшей статьей экспорта с планеты, тем более что наркотики были легализованы эдиктом императора Максимилиана еще три столетия назад.

Цена товара, увы, не та как в золотой век на Терре, чуть дороже, чем текила местного разлива, если считать по весу. Зато очень много зелья потреблялось на месте, на планете.

Клиника в Сан-Педро, что работала при медицинской факультете универа, успешно лечила наркоманов от зависимости, и они превращались в мрачных и скучных завсегдатаев баров. Потом они лечились от алкоголизма и переходили на кокаин и так по кругу. Клиника получала хорошие деньги от своих клиентов и была куда более выгодным предприятием, чем кокаиновые лаборатории дона Корвальо в пригороде.

Мягкий климат, вечное лето, обилие влаги и плодородные почвы. На Сабине росло все и быстро. Любой пеон-батрак, копаясь в своем огороде кое-как, вполне мог обеспечить едой семью. Если бы задумался о контрацепции. Но в мозги, промываемые кокаином и текилой, не вмещали идею контрацепции. Потому детей в семьях пеонов было по-прежнему много и прокормить их, копаясь в огороде оказалось невозможно. Бормоча проклятия и одновременно молитвы Святой деве Гваделупской, пеон тащился в гасиенду к дону, чтобы заработать пару песо и мешок кукурузы для своей семейки. Песо пропивались в кабаке, который обычно принадлежал тому же дону, а мешок с едой приносился домой. Крикливые и вечно беременные жены не давали мужьям расслабиться. Ссоры переходили в драки и чаще женщины лупили своих мужей, чем наоборот.

С этой стороной местной жизни Лаки ознакомился, проходя практику в качестве врача-интерна при передвижной благотворительной клинике Святого Бартоломью.

Клиника вмещалась в три контейнера на шасси тяжелых рудных траков. Хирургическое, терапевтическое и гинекологическое отделения. Лаки успел постажироваться во всех трех.

Клиника колесила по континенту в период каникул и за работу в ней хорошо платили за счет имперских ассигнований. Самим донам на здоровье пеонов было наплевать… Но главным была не зарплата. Чего-чего, а денег у Лаки и Стефании было достаточно. Главным была-практика. Обычно в поселках и деревнях кроме ветеринара, окончившего полугодовые курсы не имелось никаких медработников, и запущенные случаи попадались постоянно. Где еще получишь удовлетворение от работы, как спасая пеона от запущенной гангрены руки или помогая пеонке разродиться двумя кучерявыми ангелочками?

За три года Лаки освоил три профессии: врача-хирурга, юриста и инженера. С помощью гипнообучения в голову можно набить всего, но чтобы мозг закрепил нужное, необходима практика. Если с врачебной все обстояло благополучно, то две другие доставили немало головной боли. Крестьянскому миру не требовались юристы и инженеры и соответствующие специалисты на Сабине влачили жалкое существование. Лаки пожалел о том, что не выбрал вместо инженера профессию архитектора. Сидел бы в тиши, над ватманом, планировал бы очередную гасиенду, для очередного дона… Тем более что пример имелся у него перед глазами.

Стефания выбрала архитектурный, и их съемная квартира была наполнена эскизами и проектами под завязку. Сгорело все теперь верно…

…..Лаки посмотрел на примитивные часы-браслет. До смены оставалось полчаса. Надо навестить Стефанию. Ей скучать в АКР еще пару дней. Если у них будет эта пара дней….

Сан-Педро располагался на берегу залива Святой Анны, а университет — на острове того же названия. Остров всего в сотне метров от берега и городской набережной и был связан с сушей дамбой с двумя ажурными мостами. Один из которых превратился в гору лома на дне канала.

Стилизованный под замок старый корпус с толстыми стенами и узкими окнами на въезде на остров оказался очень удобным для обороны местечком.

В первый год обучения, узнав Мартин Раски очень хороший стрелок, декан медицинского факультета дон Себастиан поручил Лаки вести стрелковый кружок в универе и возродить былую славу стрелкового клуба.

Этим Лаки и занимался в последующие годы дополнительно, после лекций и занятий. Арсенал в стрелковом клубе был богатый. Такой коллекции огнестрельного древнего оружия с Терры Лаки никогда еще не видел. Несколько сотен стволов: винтовки, пистолеты, револьверы! Все в идеальном состоянии и большей частью на консервации. Потребовалось много часов ручной работы и помощь энтузиастов, чтобы избавить оружие от застывшей смазки, а потом еще и пристрелять. На Сабине в ходу было старое огнестрельное оружие. Говорили, что пастухи на равнинах за центральным хребтом без ружей не выезжали за околицу. Стаи одичалых собак, очень умных и хитрых, боялись только человека с ружьем….

Подземный тир был оборудован в старых прохладных винных подвалах, в глубине острова, ближе к морю. Теперь там был устроен госпиталь и туда же перебазировался медицинский факультет в полном составе, тем более что здание факультета здорово пострадало на третий день осады от пожара.

Как на тихой и мирной планете университет попал в осаду? Длинная история…

Вторая глава

Произошло то, что часто происходило та Терре. Социальное расслоение порождает зависть и злобу. Если у соседа есть корова, а у тебя нет, твой самый счастливый день настанет, когда соседская корова сдохнет.

А если один выбился в доны и живет как господин, задирая нос, но для оставшихся неудачников его существование на земле-прямое оскорбление.

Замечательно то что люди, выбравшись из низов на верх тут же забывают о своем скудном прошлом и судорожно ищут у себя в родословной великих предков или как минимум следы благородной крови. В Сан-Педро имелся клуб потомков Симона Боливара и попасть туда было неимоверно сложно, как жаловался дон Корвальо, потомственный наркобарон и кокаинщик. С ним Лаки познакомился в наркологическом отделении клиники, где тоже пришлось стажироваться. Черт не знает, почему между людьми вдруг вспыхивает искра приязни?!Дожив до шестидесяти лет дон Корвальо периодически наезжал на Терру для очистки организма, а на самом деле для трансплантации очередного органа, не выдержавшего кокаиново-текиловую диету. Не доверял он местной медицине. А тут внезапный приступ панкреатита свалил наркобарона до того как он успел погрузиться в челнок на космпопорте.

Дон Корвальо скучал в АКР, а Лаки составлял ему компанию вечерами, когда в наркологии все утихало и оставался только дежурный врач Мартин Раски, недоучившийся студент с Рилона.(Так Лаки значился по всем документам и согласно вживленного под кожу чипа.)

Дон Корвальо многое успел повидать и испытать. Пересадкам органов он уже и счет потерял. Обаятельный проходимец внешне выглядел не старше тридцати лет. Так Лаки его обозвал за глаза, когда пересказывал рассказы дона Стефании.

— Это надо записать и где-то опубликовать.

— Не думаю что дону это понравиться. — возразил Лаки. — Он мне доверился…

— А ты все выложил мне. Я то свободна в своих поступках?

— О, да! Ты самая свободная и прекрасная женщина Сан-Педро!

— Дешевый льстец! Этот дон тебя портит!

Два раза в год, на ассамблее в Сан-Педро доны выбирали Верховного Кондукатора, который кроме всего прочего выполнял обязанности имперского наместника. После выборов Кондукатор отправлялся в вояж на Терру, ко двору императора человечества и с подтвержденными полномочиями возвращался обратно. Дважды на эту должность никто не мог попасть. Доны ревниво блюли традиции. Как стать доном, а в конечном счете выборщиком и кондуктором? Имей гасиенду, тысячу акров земли и плати тысячу стандартов налогов в год.

Есть эти три условия-регистрируйся в реестр выборщиков и готово! Лаки посмеиваясь, предлагал Стефании обзавестись всем необходимым: гасиендой, землей и справкой об уплате налога.

Они возвращались с конной прогулки. Кони шли шагом. Лаки ехал рядом с подругой, так что их колени почти касались. В облегающих белых брючках и коричневой бархатной курточке Стефания выглядела изумительно юной и свежей. Щеки румяные, глаза блестят…

— Я буду — дон Лаки, а ты- донна Стефания! Неплохо звучит?

— Верховный кондукатор-Лаки! — засмеялась подруга.

— Вряд ли они меня выберут. Я-чужак. А вот ты бы имела успех на ассамблее.

— Увы, эти мачо все сексисты. Ни одной женщины в их ассамблее не бывает!

— А мы бы изменили ситуацию.

— Здесь? Не смешите мою кобылу, дон Лаки!

После очередных выборов доны разъехались по гасиендам и город казался опустевшим и сонным после недельного угарного карнавала. Доны старались перещеголять друг друга лошадьми, нарядами жен и подруг и количеством выпитого алкоголя. Кондукатор- дон Родриго Ла Кахетилья, бывший ректор университета, улетел на Терру, а в этот момент рвануло на металлургическом комплексе в Сьерра-Вьеха, рядом с Центральным хребтом. В чем причина бунта никто не знал, да и особенно не заморачивали голову. Пеоны перебесятся и вернуться в цеха. Комбинатом, основным поставщиком металлов и стали на планете, владели четыре семьи донов и как вначале полагал Лаки, читая газеты, идут междоусобные разборки, новая дележка долей. Потом появились беженцы. Дон Густаво, чей сын Хуан-Рамон был одним из чемпионов универа по стрельбе, прибыл в город в страшной спешке, бросив почти все имущество. От Сьерра-Вьеха его земля всего в часе езды от столицы на поезде.

Рудокопы и металлурги бросили шахты и печи и вооружившись захваченным у охраны оружием двинулись на столицу. Просить прибавку к зарплате?

Пеоны присоединялись к восставшим и громили гасиенды. Дон Густаво рассказывал о распятых на стенах собственных домов донах и их изнасилованных женах и дочерях.

Еще через неделю доны с семьями и челядью наводнили город, но совсем не так как на ассамблею, расфуфыренные и сорящие деньгами, а насмерть перепуганные, с узлами в седлах….Старый кондукатор-дон Рамон, еще не сложивший формально свои полномочия, направил паническое сообщение на Терру и ушел в запой.

В городе настал бардак. Доны пьянствовали, а их челядь воровало все что плохо и хорошо лежит. Полиция не справлялась. Прогулки по городу пришлось прекратить, после того как Лаки сломал трем наглым парням их непоседливые ручонки в кофейне, когда они вздумали лапать Стефанию прямо у него на глазах. Пострадавшие, изрыгая проклятия отправились за подмогой. Ждать толпу подонков с дружками студенты не стали.

Прихватив личные вещи, они перебрались с квартиры в кампус. Старые студенческие общежития были теперь переполнены беженцами, чьи дети учились в универе. Никогда еще в универе не было так много людей. Занятия продолжались не смотря на происходившие события. Деканы собрались на срочное совещание и решили создать студенческое ополчение. Временным ректором избрали дона Себастиана, декана медицинского. В первую очередь в ополчение вошли те кто занимался в стрелковой секции у Лаки.

Получилось три взвода по тридцать человек. Лаки стал одним из взводных. Желающих вступить в ополчение и получить оружие с боеприпасами оказалось еще больше, но деканы осторожничали. Отдать оружие в руки необученных людей и притом не понятно, что у них в голове?!Дон Себастиан возглавил ополчение.

— Они должны были поставить тебя главным, дорогой. — заметила Стефания. — Ты самый подготовленный боец из всего универа, учитывая твой опыт в бригаде ПККБ.

— Я же не дон.

— Чванливые ублюдки! Из дона Себастиана такой же офицер, как из меня непорочная дева!

В конце концов вышедший из запоя дон Рамон возглавил полицейский батальон и с отрядами донов выдвинулся навстречу восставшему сброду. Они выехали на поезде, который в пяти километрах от столицы лихо пустили под откос. На следующий день армия бунтовщиков вошла в столицу. В порту, в страшной давке, доны грузились на корабли под обстрелом. Чемоданы и узлы плавали у причалов, а по городу носились брошенные лошади. Часть донов нашла убежище в универе, на острове. Совет деканов распорядился вооружить донов и их людей. Ополчение выросло в три раза, но выходить с острова никто не собирался.

Над городом висели дымы пожаров, слышалась беспорядочная стрельба. Невпопад звонили колокола…

Доны ждали кондукатора с Терры вместе с имперским десантом и громко возмущались бездействием империи.

Мятежники в тот же вечер попытались прорваться на остров и, потеряв три десятка человек на дамбе, под беглым ружейным огнем откатились обратно на набережную, даже не пытаясь вытащить раненых. Под обстрелом ребята с инженерного факультета срезали автогеном крепления ажурного стального моста, отрезав остров от суши. На следующий день два флайера зависли на универом и из открытых кабин наглые подонки начали забрасывать крыши бутылками с бензином. Флайеры отогнали ружейным огнем, но здание медицинского факультета здорово обгорело. Стефания помогала тушить пожар и получила неприятные ожоги рук второй степени. Пришлось ей ложиться в АКР.На следующий день опять появился флайер мятежников, зайдя со стороны солнца он завис над островом и пара стрелков из его кабины начали бить во все что движется. Они убили и ранили два десятка человек, прежде чем Лаки смог достать их из винтовки Ли — Энфильд с оптическим прицелом.

Флайер камнем рухнул в одно из зданий на набережной. Начался пожар…Теперь Лаки дежурил со своим взводом в старом корпусе у канала. Все ждали штурма и резни, потому что только остров с универом из всего Сан-Педро оставались вне контроля повстанцев. Если они высадиться с моря на остров — их будет не сдержать без автоматического оружия. Численный перевес ничем не перекрыть. В этом Лаки отдавал себе отчет. Будь здесь взвод бойцов ПККБ, то универ зачистили бы за час. С другой стороны, со взводом бойцов он бы сам зачистил весь город. Первым делом — уничтожить главарей мятежа, а все остальные разбегутся возможно сами. Вот только кто возьмет на себя эту миссию? Одному ему не справиться никак. В десяти километрах от Сан-Педро, в космопорте сидела рота имперского десанта, заняв круговую оборону. На призывы о помощи по рации отвечали что не имеют приказа вмешиваться. Эти двести человек могли бы переломить ситуацию. Какого приказа они ждали?

Ровно в четырнадцать часов взвод сдал позиции взводу под командой дона Серхио, кривоногого, худого и вечно с кислой физиономией сеньора. Люди во взводе были его людьми и оружие у них имелось свое-помповые ружья и карабины.

— Сеньор Серхио.

— Сеньор Раски. Сигару?

— Спасибо.

— Все тихо?

— Пока да. Пусть вам повезет.

Навестив Стефанию в госпитале, Лаки просто посидел рядом с АКР. Заживление ожогов шло быстро и это утешало.

— Говорят что мятежники захватили радиостанцию и теперь часами зачитывают свои воззвания и обещают всем врагам народа, захваченным с оружием в руках-расстрел на месте.

— Не слышал. Откуда ты все знаешь?

— Лора с медицинского рассказала. Я безумно по тебе скучаю, милый!

— Я тоже….

— Я больше!

— Нет я!

Стефания засмеялась. В глазах блестели слезы. Видели они друг друга через окошко в капсуле. Стефания лежала обнаженной, в полном сознании, подключенная к системе как самая тяжело больная. Уж об этом Лаки позаботился, не учел только что человеку в сознании лежать сутками напролет и пялиться в потолок капсулы-просто тошно!

— Ты получил паек?

— Пока нет.

— И с самого утра голодный!?Лаки!

— Утром выпил чашку кофе.

— Это не еда!

— Исправлюсь….Помнишь какую баранину подавали в таверне за северной заставой?

— У Родригеса? Еще бы…Деканы не позаботились о запасах продовольствия и паек сегодня опять урезали, сказала Лора. По пачке галет и банке консервов. Если не пойдешь сейчас-может не хватить.

— Пойду.

— Иди.

Лаки не двинулся с места. Он получал по списку двойной паек, на себя и на Стефанию. Она была подключена к АКР и получала питание внутривенно и потому чувство голода ее не посещало. А у него, честно говоря, аппетита и не было.

— Как твои руки?

— Немного зудит под кожей.

— Это хороший признак.

— Очень хочется почесать. — призналась девушка.

Руки Стефании до локтей были погружены в непрозрачные контейнеры с регенерационным субстатом. Лаки имел с ним дело и знал что он похож на густой кисель.

— А ты подумай, что уже почесала.

— Слабое утешение…Иди же, поешь.

— Иду, милая. Смотри что у меня есть!

— Сигара?! Умеешь ты утешить девушку, милый! Мне бы одну затяжку…

— Я сберегу ее до послезавтра, а может сменяю на бутылочку виски.

— Ты настоящий говнюк, милый!

Он послал ей воздушный поцелуй и поднялся, поправляя ремень винтовки на плече.

В этой части госпиталя тихо. Обитатели АКРов обычно не шумные люди.

Он прижал ладонь к окошку.

— Я скоро вернусь. А ты поспи.

— Не вздумай подлить мне снотворного! Я уже выспалась на год вперед!

Лаки поспешно убрал руку с пульта АКР.

Система сама подаст необходимое, по графику. Хочет Стеф или не хочет, а спать придется.

Третья глава

Получив свой паек на складе в подвале технологического факультета, Лаки пошел в общежитие, где у них со Стефанией имелась комнатка в мансарде.

Парк университета, располагавшийся между корпусами, превратился в лагерь беженцев. Газоны вытоптаны и объедены лошадьми, кусты поломаны, а скамейки ободраны для костров. Палатки, костры, вонь подгоревшего мяса, плач детей.

Доны с семействами разместились в зданиях университета, а их челядь ютилась как получится. Печальное зрелище. На что рассчитывали эти люди? И что можно будет делать, когда закончатся запасы еды? Прирезать и зажарить лошадей?

Или скорее люди начнут есть друг друга? На Сабине лошадь находилась почти в ранге священного животного. Конезаводчики были самыми богатыми и уважаемыми среди донов. Никто не мешал людям использовать технику, но техника не могла сравниться с прекрасным животным, которому, к тому же не нужно было топливо или подзарядка батарей. На лошадях здесь умели ездить все: от мала до велика. Мечтой местных мальчишек был не авто, байк или флайер. Их мечтой был горячий, резвый конь. Потому и дорог с твердым покрытием на Сабине не было. Какие дороги? Были одни направления! В этом Лаки убедился, когда путешествовал по сельской местности на передвижном госпитале. Без проводника найти дорогу куда надо-совершенно не возможно. Сабина не знала сателлитов и точных карт, а про старинный GPS никто и не подозревал. Зачем пеону GPS? Дорогу до трактира он и так найдет, а уж до дома даже полуживым доползет….Добраться до общежития кампуса Лаки не успел. Его перехватил Вернон.

— Сеньор Раски! Сеньор Себастиан вас зовет.

— Что они придумали?

— Откуда мне знать?

Доны решили послать в город разведку. Захватить «языка» выяснить планы мятежников и расположение их сил. На эту миссию решили назначить Лаки и пятерку из его взвода.

— Людей можете сами выбрать, сеньор. — милостиво разрешил дон Себастиан.

— Самое главное-найдите где сидит этот их чертов Мигуэль! — встрял дон Эмилья-ротный командир. Выглядел он грозно. Патронташи крест на крест на груди, два револьвера на боках и магазинная винтовка на коленях. Черная бородища с проседью воинственно топорщиться, глаза горят из под шляпы с золотым позументом.

«Сам бы шел в разведку, индюк напыщенный!»

Дон Эмилья был одним из попечителей университета и важный спонсор, а каков он в бою, Лаки не знал.

«Дался им этот Мигуэль?!»

Так именовали вождя мятежников. От его имени вещала радиостанция и с этим именем шли в атаку по дамбе пеоны. Кто он и откуда-никто не знал. Так бывает во время войн и мятежей, когда с низов, с мутного дна общества наверх взлетают непонятные личности и их имя оказывается у всех на устах. Конюхи становятся революционными генералами, не моргнув глазом отправляя на смерть своих прежних друзей и братьев. Скороспелые герои народного бунта вспыхивают фейерверком и гаснут неотвратимо. Если люди нуждаются в вождях-они появляются из ничего, как плесень… Для донов мятеж приобрел персональные черты. Мигуэль-вождь? Убить Мигуэля! Остаток дня готовился к вылазке. В разведку с собой взял местных, чтобы щетина была гуще и одежда проще. В темноте их вывезли на лодке с острова. Высадились в районе порта, где много пристаней и мостков и еще одна лодка не вызовет вопросов. При себе были только ножи и револьверы. В порту горели костры, визжали женщины и гоготали пьяные голоса. На Лаки и его парней, заросших щетинами как и мятежники, никто внимания не обратил. Здесь было весело. Пеоны и местный сброд накачивались трофейным вином, жрали мясо, горячее, прямо с костров, тискали девок и горланили песни. Лаки тут же потянули к костру и сунули в руку кружку с красным вином.

— За революцию!? — навис над ним пеон в распахнутой до пупа рубахе и с пулеметными лентами крест на крест на груди.

— За революцию! — зарычал Лаки и выпил все залпом.

Его похлопали по спине и налили еще. Наколов на кинжал кус недожаренной свинины Лаки с кружкой бродил между костров. Его люди куда-то быстро испарились. Решили сбежать?

Атмосфера всеобщего братства и беззаботной попойки, почти карнавала не могла не заразить своей бесшабашностью. Люди дорвались до халявной жратвы и вина и блаженствовали. Языки легко развязывались. В порту буянил второй революционный полк Сьерра-Вехьо. Их боевой командир Малыш Пепе с дружками гудел в портовой таверне.

Про Мигуэля же говорили разное. Что он великан и редкий силач-может коня на скаку остановить и опрокинуть на землю и все голыми руками. Говорили что у него штаб рядом с кафедральным собором и сам кардинал-епископ ему подносит кубки с вином. Только через час Лаки смог выбраться с территории порта и пробрался в центральную часть Сан-Педро. На улицах не горели фонари и и в окнах домов, вопреки обыкновению-темно. Мусор от разгромленных лавок валялся на мостовых. Город испуганно затих. Горожане попрятались кто куда?

Патруль с факелами в руках он увидел позже чем услышал. Мятежники, веселая троица, шли со смехом пиная по дороге пару бутылок и все стараясь их разбить о стену. Бутылки уворачивались. Пеоны хохотали и матерились. Парни так увлеклись бутылочным футболом что не успели среагировать, когда Лаки появился у них со спины и отключил двоих, а третьего зажал так что то не мог не вдохнуть ни перднуть. Факелы, упав на мостовую, слабо чадили.

— Хочешь жить, скотина?

— Ага… — прохрипел пеон, воняющий дымом, вином и застарелым потом. Синяя, полицейская куртка на нем была скорее всего трофейная.

— Где Мигуэль?

— В доме епископа…

— Сколько там охраны?

— Он там с эскадроном своим…

— Сколько человек?

— Я не умею считать, сеньор…

Лаки прижал пленнику шею и отправил поспать. Идея пришла в голову давно, но теперь обрела детали и план. Он проникнет в штаб и прикончит главаря мятежников. Для осажденного университета выйдет передышка, а может мятежники и уйдут из города? Чем он рискует? Только жизнью, а она у него вечная…

Забрал шляпу и винтовку с патронташем. Поднял и раздул факел, два других затоптал.

На подходе к центральной площади его остановил дозор. За бочками из под вина сидели двое.

— Кто такой?

— Я- Васкес! С донесением от Малыша Пепе!

— Проходи, Васкес!

На центральной площади, у собора также горели костры, но девок и вина не наблюдалось.

Ряды оседланных коней, привязанных к ограде собора. Часовые оказались настороже.

— Стой, кто идет?!

— Васкес с донесением о Малыша Пепе!

Подошли трое в шляпах с галунами, как у донов. В руках револьверы.

— Давай свое донесение.

— Я сам лично должен отдать.

— Не умничай парень!

— Донесение на словах.

— Скажи.

— А кто вы такие? Я вам секреты разглашать не могу!

— Гладко болтаешь, пеон!

На него набросились с двух сторон и попытались выкрутить руки. Лаки сунул одному в морду факел, а другому прикладом врезал в челюсть.

Пострадавшие завопили во всю глотку.

Люди у костров немедленно оказались на ногах и бежать Лаки было некуда. Он уложил еще пятерых на мостовую, прежде чем его смогли повалить и мешая друг другу пинали в полутьме ногами, пока не появилось начальство.

— Что такое? Братья, прекратить свалку!

Лаки подняли на ноги и при свете факелов правым, не заплывшим от крови глазом, он увидел священника в длинной сутане и в очках.

— Лазутчик! В костер его!

— Стойте, братья! Мы разберемся! Ведите в штаб!

Лаки под руки поволокли следом за священником. Правую ногу он не чувствовал совсем….

Через пару минут он уже сидел на стуле с высокой спинкой со стянутыми за спиной руками.

В комнате освещенной пламенем в камине остались только он и священник в очках.

— Кто таков?! — прорычал третий, выдвигаясь из тени. Крепкий, плечистый бородач с золотым крестом на цепи, сияющим с груди. Крест висел поверх пулеметной ленты. Сияли патроны, сиял крест…

«Сам Мигуэль?!»

Священник сел к камину, в кресло с книгой на коленях. Пламя отражалась в стеклах очков, пряча его взгляд.

— Веласкес…из отряда Малыша Пепе…

Бородач зашел за спину, схватил за руку.

— Он не пеон. Ручки без мозолей и ногти подстрижены.

— Проверь его, Симон. — тихо сказал священник.

Бородач взял со стола портативный сканер и поднес к правому плечу Лаки. Сканер пискнул. Бородатый Симон умел читать.

— Мартин Раски, имперский гражданин, родом с Рилона. Брат Мигуэль, это точно лазутчик!

— Кто вас послал и с каким заданием, сеньор Раски? — спросил священник, оказавшийся главарем мятежников. — Вы же с острова? С университета?

— Я хотел присоединиться к вам…Чтобы бороться с несправедливостью…

— Инопланетчик хочет помогать революции? Слабо вериться. Зачем тогда вы пришли в темноте и под чужим именем?

— Так я смог сбежать с острова только сегодня, как стемнело…

— Сколько вооруженных людей на острове?

— Пять рот…

— Врет, сволочь! Мигуэль, позволь мне его допросить по — свойски!

Мигуэль поднял руку.

— Не торопись, Симон. Всему свое время. Вы христианин, сеньор Раски?

— Конечно!

— Если да, то прочтите символ веры.

Религию Лаки не изучал и понял в этот момент, что напрасно эти манкировал.

Четвертая глава

— Вы лжец и бесполезный для дела революции человек. — сделал тут же вывод Мигуэль. — Симон, допросить его и расстрелять.

— С радостью, брат!

— Одни расстрелы на уме! — воскликнула женщина, входят в комнату и тут же закашлялась в платок.

Была она как и Мигуэль, в коричневой сутане до щиколоток, капюшон отброшен на спину, в руках белых непрерывно перебираются четки. На бледном лице женщины лихорадочным огнем горели яркие, карие глаза, черные волосы, давно не мытые, болтались ломкими прядями.

— Только массовые расстрелы могут спасти родину. — твердо заявил Мигуэль. — Сестра Мария, тебе лучше?

— Как мне может быть лучше если ты собираешься расстрелять врача? — хрипло спросила женщина, пряча платок в кровавых пятнах в свой широкий рукав.

— Он лазутчик, а не врач. — кротко возразил бородач-Симон, но его ручищи на плечах Лаки ослабили хватку.

— В прошлом году я сама видела этого человека в госпитале Святого Бартоломью в Новой Картахене. Он лечил пеонов.

Мигуэль подошел ближе к Лаки, заглянул в лицо.

— Так вы на самом деле — врач?

— Пока без диплома. — признался Лаки, уже поставивший диагноз сестре Марии-«туберкулез». — Три месяца до выдачи диплома осталось.

— Врач-недоучка, что с него толку?

Сестра Мария покачала головой.

— Пока это лучшее что у нас есть, брат Мигуэль. Твои люди увлеклись расстрелами и кто теперь будет спасать наших раненых братьев? Коновалы? Они даже не знают как подступиться к оборудованию!

— На все воля господа.

— Не прячься за господом, брат Мигуэль. Прояви свою волю.

— Хорошо, Симон, отведи сеньора Раски в фургон и проверь в деле.

Лаки вытащили из комнаты под руки два крепких парня. Правая нога уже подавала признаки жизни, но ступать на нее было сложно.

За собором Лаки увидел темный большой силуэт, а потом уже при свете факелов разглядел знакомый трак с контейнером. Хирургия или гинекология? Повстанцы захватили один из траков с отделением передвижного госпиталя. А вот работу его наладить не смогли, судя по словам туберкулезной сестры Марии…

Ему развязали руки.

— Кто она-эта сестра Мария?

— Не твое собачье дело! — рявкнул Симон и громыхнул тяжелой дверью. Увидев шкафы и кушетку в приемном отделении, Лаки улыбнулся-все же хирургия. Почему только нет электричества? Батареи должны давать энергию и без генератора трака….Сели без подзарядки?

Его между тем втащили внутрь. Щелкнул курок. Револьверный выстрел ударил по ушам гулко. Боль в ноге, опять в правой показалась несущественной.

— Если ты врач-то вылечи себя для начала! — ухмыльнулся Симон, пряча револьвер в кобуру. Лаки рухнул на пол, прежде чем повстанцы успели выйти. Громыхнула дверь и наступила тьма.

Пуля застряла в бедре где-то рядом с костью и судя по обильному кровотечению, повредила артерию. Лаки нащупал рану на многострадальной правой ноге, снял с пояса брюк кожаный ремень и перетянул ногу как жгутом. Судя по нарастающему онемению в раненой ноге и слабости, кровотечение до конца не остановилось.

«Завтра утром найдут мой труп и прикопают где-то…А может и сожгут?»

Лаки на подгибающихся руках дополз до стены. Руки перепачканные в крови скользили. Нашел электрощиток, активировал батареи. От вспыхнувшего света зажмурился инстинктивно. После темноты резало глаза…

«Ну я и насвинячил тут…»

На белом полу лужа крови и потеки с отпечатками рук. Особенно красив след по полу, там где он полз…

Кровью пропиталась вся штанина. Потребовалось еще минут пятнадцать и истощение почти всех сил, прежде чем Лаки взобрался на хирургический стол и активировал диагноста-реаниматора рядом. Стол ожил. Выдвинулись манипуляторы с датчиками и иньекторами, которых пеоны пугались до икоты. На экране немедленно появились данные. Пульс, давление, состояние крови, температура. Он подключил себе капельницу с плазмой и глюкозой. Это ускорит дело. Идеально было бы залечь в АКР на пару суток…Только кто ж ему даст столько времени? Трансформировав стол, он принял сидячее положение, скальпелем вспорол брючину и тампонами убрал от раны сгустки крови.

— Маленькая дырочка, а сколько проблем… — Собственный дрожащий голос ему не понравился.

Оттер бактерицидными салфетками руки и выгреб из шкафчика необходимые препараты, благо стол на роликах мог передвигаться по всему отделению куда угодно и управление рядом, под рукой.

Обколов рану обезболивающими и кровоостанавливающими средствами получил несколько минут передышки. Без полного энергоснабжения он не мог на аварийном задействовать возможности операционной, в том числе лазерный скальпель. Придется все делать как в древности. Он вскрыл рану и раздвинул ее края зажимами, убрал сочащуюся кровь, удалил пулю, био — клеем устранил повреждения в артерии…Снял ремень-жгут. Убедился в том что кровотечение прекратилось. Сшил края раны скобами из пласти-стали, оставив трубку дренажа. Все как положено при такой операции для обычных людей…Руки сами делали то что необходимо, словно и его сознание в дымке анальгетиков просто свидетель происходящего. Ну и что что он оперировал себя? Перевел дух. Пульс нормализовался. Руки больше не дрожали, а вот спина под рубашкой истекала потом.

Включил кондиционер и откинувшись на столе продремал с полчаса. Голова была пустой. Болтались обрывки мыслей.

«Теперь все быстро регенерируется…скальпель надо припрятать…первым прирезать Симона…как свинью…как там теперь Стефани?»

Капельницы вливали в его жилы энергию, да и сам организм старался….Сознание просветлело. Тогда он занялся лодыжкой. Обнаружил закрытый перелом. Сделал рентген-снимок. Убедился. Наложил шину. И только после этого смог расслабится….

— Живой?! На самом деле-доктор…Навтыкал в себя всякой гадости!

Возле хирургического стола черными тенями Мигуэль и Симон. За распахнутой дверью яркий свет дня. Щурясь Лаки привстал на локте.

«Заснул, идиот и все проспал!»

— Я назначаю вас главным хирургом революционной армии. — сказал Мигуэль.

— Большая честь для меня, сеньор Мигуэль.

— Мы называем себя братьями. Сеньоров оставьте для недострелянных донов.

— Которых мы скоро достреляем! — захохотал Симон.

Лаки скосил глаза на кювету с окровавленными салфетками. Туда вроде вчера бросил скальпель?

— Наши братья взяли университет. Там много раненых. Едем туда. Вы можете встать?

— Могу. Но мне нужен помощник.

— Кого-то сами подберете, если всех еще не шлепнули наши братья! — ухмыльнулся Симон. — Ты куда зыркаешь, студент?

— Проверяю аппаратуру…

Лаки сполз со стола, сжав зубы. Действие анальгетиков прекратилось и боль была довольно неприятной. Мысли были еще неприятнее.

Мятежники взяли университет! Что со Стефани?!

«Если болит-значит ты жив!» — повторил мысленно один из слоганов медицинского факультета.

— Нужно полное энергоснабжение от генератора трака, тогда можно задействовать операционную и АКРы.

— Сейчас наладим. Брат Симон?

— Парни все сделают.

— Успехов в новом звании, брат Раски. — улыбнулся Минуэль и вожди мятежников вышли из контейнера.

Лаки вколол себе еще анальгетиков, снял с руки инъекторы плазмы и питателей. Доковылял, ругаясь сквозь зубы до стеновых шкафчиков. Нашел комплект одежды для операционной в стерильной упаковке. Снял свою грязную одежду и зашвырнул в угол. Брюки, куртка, все бледно-зеленого цвета. Посмотрел на свои руки в засохшей крови и покачал головой. Дон Себастиан этого бы не одобрил…. Дохромал до узкого санитарного отсека тщательно вымыл руки в раковине. Водопровод и канализация в контейнере работали по замкнутому кругу, как в космическом корабле. Судя по легкой вибрации заработал двигатель трака.

Переоделся и сел в кресло у стены, вытянув правую ногу. Ждать первых пациентов.

Мысли были про Стефани. Мятежники знают что такое АКР и знают их ценность. Они их не тронут. Если он «хирург революционной армии», то надо этим воспользоваться в полной мере.

Забрать АКР из универа со Стефанией. Пока он нужен мятежникам-он в относительной безопасности, а главное- он сможет защитить подругу.

Прежде чем трак двинулся с места, у Лаки появился первый пациент.

Симон привел сестру Марию. Женщина едва передвигала ноги. Губы синие, в лице не кровинки.

— Лечи ее, студент, или я прострелю еще и вторую ногу!

Симон почти донес женщину до АКР.У нее подгибались ноги и она по сути была на грани обморока от кислородного голодания.

Лаки активировал капсулу, проверил комплектность и уровень жидкостей.

— Надо снять с нее одежду.

— Зачем? Ты лечи легкие, нечего лезть под юбку!

— Таковы правила. — настаивал Лаки. — Одежда будет мешать аппаратуре.

— Я сама… — прошептала Мария. — Отвернитесь…

— Ты за нее головой отвечаешь, студент! — прорычал Симон и вышел из отсека.

Голая женщина выглядела ужасно-костлявая, синюшная с бледной кожей.

Лаки уложил ее в АКР и подключил все системы. Включил диагностику.

Через несколько минут он убедился в правильности первого диагноза-туберкулез на последней стадии. АКР ее не спасет, только затянет агонию.

Она дышала остатками легких, да и те долго не протянут. Под действием кислорода и инъекций кожа Марии порозовела и она с закрытыми глазами уже не напоминала живой труп, но все равно — дни ее сочтены. В развитом мире, на Цирцее или Мирхате ее бы подключили к исскуственному легкому и вырастили новое за неделю, а через неделю после операции, она была бы совершенно здоровой. Здесь, на Сабине было все по-иному…Даже в клинике универа не было оборудования для выращивания органов.

Лаки вспомнился тот случай, когда он лечил Мирабеллу собственной кровью, простым переливанием. Чем он рискует? Только своей вечной жизнью?

Проверил группу крови у Марии. Набрал несколько кубиков из своей вены и ввел в систему АКР. Что там в его крови? Поможет ли в этот раз?

Дал снотворного пациентке и доковылял до приемного отсека.

Когда дверь распахнулась и по пандусу к нему стали заводить и заносить раненых, он выбросил все мысли из головы и занялся делом. Тяжелораненных он обработал первыми. Еще два АКРа получили начинку. Оставалось еще три капсулы на экстренный случай.

Он обрабатывал раны, извлекал пули, накладывал швы. Пара санитаров из мятежников накладывали повязки. Ноги скользили в крови даже на шероховатой поверхности. Его мучила жажда, с каждой минутой все сильнее. Воспаление в ноге не проходило, хоть он и вытянул дренаж и наложил тугую повязку. Из-за потери крови возможно?

— Сеньор доктор! Пить желаете?

Лаки облизнул пересохшие губы. Один из санитаров пода ему флягу. В ней оказалось теплое красное вино. Но Лаки в этот момент не отказался бы и от воды из лужи.

Выхлебал все и с благодарностью вернул обратно пустую фляжку.

— Как зовут?

— Фернандес, сеньор.

— Здесь надо убраться и помыть полы.

— Это женское дело, сеньор! Сейчас найду кого-нибудь.

Лаки не успел помыть руки, как к нему в приемный отсек завели девушка в порванном платье с большим синяком на правой скуле. Лору с медицинского факультета. Только обычно тщательно уложенные волосы в диком беспорядке и рот кривиться…

— Лора?!

— Сеньор Раски!

Девушка с плачем обняла его. Даже не обняла, а вцепилась судорожно.

— Здесь настоящая бойня! Они убили всех, понимаете?! Всех?!

Пятая глава

В ночь, когда Лаки отправился на разведку, на остров к университету на бронетраках явились имперские гвардейцы. Приплыли по морю, не вступая в конфликт с повстанцами. Почему имперцам так важен нейтралитет? Империи выгоден мятеж? Или слизням? Кто и что стоит за событиями на Сабине?

Имперцы прибыли не для того чтобы помочь в обороне, а для того чтобы вывезти на космопорт граждан империума, то есть тех у кого имелся в теле чип. У них был сканер и толпа желающих выбраться с осажденного острова давила на хилое оцепление. Гвардейцы пропускали только счастливчиков с чипами. На Сабине вживление чипов осуждалось церковью как дело безбожное и греховное, как некая дьявольская отметина и потому чипами обзаводились лишь те кто иногда покидал планету, типы вроде дона Корвальо.

Донам без чипов не понравился такой подход к селекции. Завязалась драка. Кто применил оружие первым непонятно. Гвардейцы, потеряв лейтенанта, начали бить на поражение. Им ответили….

— Они уплыли…А мятежники услышав пальбу пошли в атаку…Они прорвались…

— Что с госпиталем? Ты видела Стефанию?

— Там взорвалась граната…

— Что??!

Лаки выскочил из контейнера, едва не упал на пандусе. Его попытались остановить караульные, но он всех расшвырял.

Злясь на свою больную ногу, захромал по дорожке через парк, в сторону подземного тира.

«Граната! Дикари гребаные! Но что граната?! АКР — вещь прочная…Стефани была далеко от входа. Надо ее вытащить!»

От грянувшего неподалеку ружейного залпа поневоле вздрогнул и остановился. Стреляли за медицинским корпусом, обгоревшим, черным. Там же уже берег?

Лаки оглянулся и словно увидел знакомый парк впервые. В тени под высокими платанами, на газонах раньше любили отдыхать в обеденный перев студенты, а теперь…Окровавленные и полураздетые трупы валялись по парку, среди разгромленного, грязного лагеря беженцев. Где же люди? Живые…Добравшись до входа в подземный тир остановился как вкопанный.

Это была не простая граната….Газон просел ямой, значит бетонные перекрытия потолка рухнули….Вход оказался завален обломками.

Он принялся разбирать завал.

— Я сейчас, милая…Сейчас…

Руки работали, а в ушах звенело и голова стала тупой.

Под рухнувшем потолком АКР не уцелеть….У них не бронестекло…Что за гадство!?

— Сеньор! Здесь опасно!

Его попытались оттащить от входа. Он отмахнулся. Набежали потные, грязные пеоны, обвешенные оружием. Хватали за руки и дико мешали.

Правая нога сковывала еще движения, но драку он устроил в полную силу.

Тому в почку, этому в кадык, а этому просто поддых! Воющие пеоны отлетали от доктора в зеленой одежде как ошпаренные.

Тогда кто-то очень злой и решительный саданул прикладом по затылку…

…Голова болела так что нельзя было пошевелить глазами под опущенными веками. Тошнило и туман в голове не желал рассеиваться.

«Еще и сотрясение мозга…»

— Сеньор Раски, вы меня слышите?

— Да, Лора…

— У вас кровотечение было носовое. Сотрясение?

— Верно. Сделай два кубика первина внутривенно….

— При сотрясении?

— Не спорь, Лора….Просто сделай как прошу.

Инъекция помогла быстро. Лаки открыл глаза и увидел над головой потолок приемного отделения. Рядом стоит Лора в зеленом процедурном халате. Волосы убраны под шапочку, синяк припудрен.

— Вот видишь…Помогло…

— Вас принесли охранники и положили здесь. Пришел бородатый, здоровенный палач и приказал мне вас лечить, иначе обещал отдать роте своих головорезов…

Лора всхлипнула и покачнулась.

— Что с госпиталем?

— Простите, сеньор Раски…Но там все погибли…Все….

«Это я виноват…Я убил Стефанию…Надо было вчера вытащить ее из АКР и тогда бы был хоть какой-то шанс…»

— Она погибла, сеньор….Поплачьте, будет легче…

Лаки сжал зубы, перенес еще один приступ головной боли.

«Сначала я прикончу этих подонков…»

Он видел Стефанию веселую и грустную, смеющуюся и сердитую. Сотни выражений ее лица перелистала память, как странички знакомой книги…

«Это не может быть правдой… Она жива и она выбралась…Она и из худших положений выпутывалась…»

Со стола он спустился вопреки протестам Лоры. В груди стыла боль и ком засел в горле.

— Что с раненными в АКР?

— Я проверяла данные. Все в порядке. Состояние стабильное. Что с женщиной? Она не ранена и нет никаких повреждений.

— У нее туберкулез в последней стадии. Она жива?

— Да. Давление нормальное и с мозговой активностью все в порядке. Вам самому надо в АКР, сеньор.

— Переживу, как нибудь…..Мне нужно выйти и найти Стефанию…Похоронить хотя бы! Ты мне поможешь?

Лора подошла к стене и открыла штору на окне под потолком.

За окном была тьма.

— Мы вчера покинули Сан-Педро….Уже целый день в пути…

— Сколько времени я был без сознания? Сутки?

— Чуть больше.

«Один. Опять один!.Без Стефании…без связи…Жребий брошен… Alea jacta est…»

Лаки забрался в шкафчик в процедурной, прямо из пузырька хлебнул спирта. Стремительно обожгло пищевод и вспыхнуло в желудке.

— Сеньор вас будет ожог!

— Так надо, Лора…Выпьешь?

Ей он разбавил спирт водой из под крана пополам. Старинный рецепт медиков. Лора выпила махом и не поморщилась. Stepan с Савы одобрил бы ее поведение.

Сава очень далеко…Оказывается там он был счастлив…Как часто, оглядываясь в прошлое, мы с удивлением узнаем, что там, в этих ничем не примечательных временах мы были реально счастливы.

— Вы знаете, сеньор Раски…Гранату в госпитале взорвали еще до того как мятежники ворвались на остров…

Лаки встрепенулся.

— Вот как? Ты сама это видела?

— Я была рядом…Несла свежий реагент для АКР….

— Расскажи подробности.

Потребовалось еще две порции спирта чтобы Лаки наконец мог уснуть на кушетке, в отсеке рядом с АКР. Мягко светилось окошко за которым спала все еще живая сестра Мария.

«Почему так не справедливо устроено в мире? Тот кто дорог для тебя-уходит так рано…Почему люди без которых вселенная была бы чище и лучше-живут так долго?»

Лора прикрыла Лаки тонким одеялом и он провалился в сон без снов. В черное беспамятство…И это было облегчением.

Оставив в Сан-Педро гарнизон, обойдя стороной космопорт, армия мятежников двинулась по прибрежному шоссе к Сан-Мигелю-второму по величине городу на южном побережье.

Трак с хирургическим отделением следовал в обозе, среди тракторов с телегами и лошадей с повозками. Здесь были люди всех возрастов. Женщины, дети, старики….Пьяные, возбужденные, делящие с руганью добытое в городе барахло.

Армия пеонов двигалась вперед как древняя орда.

Сан-Мигель располагался на побережье, как и Сан-Педро и сюда сбежали из столицы доны с челядью. Опять побегут? Куда?

На южном побережье портов и крупных городов не было. На север? В Санта-Монику?

Повстанцы заняли позиции на высотах над городом. Полоса костров в сумерках выглядела зловеще, словно море огня надвинулось на притихший город. На окраинах видны вспышки выстрелов. Там шла перестрелка возле цехов кожевенного завода. Об этом ему авторитетно и почтительно сообщил Фернандес, один из пяти охранников, приставленных к госпиталю.

Сан-Мигель славился на всю Сабину своими кожами. Здесь делали седла, одежду, обувь. Крепко, качественно и с особым мастерством наносили тиснение и узоры. Все доны щеголял в сапожках местного производства. С острыми носами и на высоких каблуках любой коротышка становился видным красавцем. Фернандес как и все охранники мечтал о сапожках с узорами на голенищах и переживал о том что вряд ли ему что достанется. Первыми к городу подошли люди Малыша Пепе и завязли в бою. Доны успели подготовиться к обороне, устроив завалы и баррикады на всех улицах, а в ближайших домах огневые точки. Флайеров у повстанцев не было и поддержки с моря тоже. Будут брать штурмом в лоб?

— Сеньор Раски, сестра Мария хочет вас видеть.

— Сейчас, Лора.

Лаки отдал недокуренную сигару Фернандесу. Кивнул другим охранникам и вернулся в контейнер.

Неделя была напряженной. Раненые, больные дети, рожающие пеонки, умирающие старики…Кого только к нему не приносило!

«Ты хотел больше практики? Получи и распишись!» — ехидно ворчал внутренний голос. Нога зажила и головная боль прошла. Внешне он был теперь совершенно здоров, а внутренне….Иногда он казался самому себе роботом или пустой оболочкой человека. Просто руки делали то что умели, а он, настоящий он, сидел в глубине и ни на что не реагировал. Пустота образовавшаяся в душе со смертью Стефании ничем не хотела наполняться.

Он стал очень популярен. «Док Марти» — так его звали все. Он помогал всем без исключения. Он спасал всех кого мог. Даже щедро вливал свою кровь тем кто балансировал на грани. Помогало. Для людей он становился кудесником, волшебником и даже немножко колдуном.

Его шатало от слабости и малокровия. Прорезался зверский аппетит. Он мог слопать за один раз огромную тарелку свинины тушеной с бобами, невзирая на дьявольски острые приправы. Его тело быстро регенерировалось, но требовало много энергии. Благодарные пеоны заваливали «дока Марти» всякой снедью. Приемное отделение пропахло не дезинфекцией, а копчеными окорками, которые Лора развесила под потолком. Антисанитария дикая, но зато запас пищи всегда под рукой.

Сестре Марии становилось лучше с каждым днем. Она покинула АКР и перешла просто на постельный режим. Она самостоятельно дышала и больше не кашляла кровью. У нее оказалась мягкая и можно сказать, солнечная улыбка. Не зря пеоны так ее почитают. Просто местная святая!

— Сестра Мария?

— Сеньор Марти. Я ощущаю себя совершенно здоровой.

Она стояла в приемном отсеке возле шкафчика с прозрачной дверкой за которой стояли многочисленные разноцветные сосуды с растворами. Полностью одетая, в своей монашеской рясе.

— У вас крепкий организм.

— Дело не в организме. Вы помогли господу и сохранили мне жизнь. Это знак свыше. Я еще нужна в этом мире. Я должна что-то сделать.

— Я сделал все что мог.

— Моя благодарность вам не имеет границ, сеньор.

— Будет вам, дорогая сестра.

— Я знаю что вы спасли мою жизнь и благодарна господу и божьей матери за то что не позволила вас расстрелять.

— Может быть вы спасете от смерти еще кого-то нужного людям?

— Господь направит меня так как необходимо.

— Я бы не отказался от пары помощников. Сестра Лора с ног сбивается. Может быть среди пленников есть медики?

— Я узнаю, сеньор. До встречи. Храни вас бог.

Сестра Мария перекрестила Лаки и вышла из контейнера.

«Ей бы поправиться немного и помыть волосы, была бы красавица….»

Шестая глава

— Лора, судя по стрельбе у нас скоро появятся пациенты.

— АКР подготовлены и запас плазмы еще есть. Анестезия кончается. Пусть помучаются, мрази!

— Лора?

— Вы спасаете палачами жизни, сеньор Раски! Палачам и насильникам! Вы довольны?!

— Я исполняю свой долг.

— А может вы слишком осторожны для того чтобы плюнуть им в лицо и позволить сдохнуть?!

«Я плюну в лицо. Меня пристрелят и тебя тоже…»

— Спокойнее, Лора. Мы медики, быть может единственные медики с опытом на сотню миль. Мы можем помочь людям и мы должны им помогать.

— Они не люди…Они…они животные! Взбесившиеся животные, сеньор Раски! Вы инопланетчик и вам плевать на то что здесь происходит!

— Плевать после смерти Стефани?

— Извините…Я не хотела…

Лора закрыла лицо ладонями и убежала в операционный отсек.

«Она на нервах, бедняжка…Мы все на нервах…»

Запас медикаментов и растворов таял на глазах. Еще пара недель и лечить больных и раненных придется как в древности-скальпелем, а анестезию давать текилой.

Охранники одновременно были и тюремщиками. Лаки не дозволялось далеко отходить от трака. Так что все пожелания и просьбы к главарям повстанцев он передавал через Фернандеса-десятника. Не похоже что его просьбы дошли до главарей…

Предчувствия Лаки быстро оправдались.

Через полчаса на носилках в трак принесли Малыша Пепе, командира второго революционного полка. Вопреки прозвищу это оказался здоровенный, грузный дядька.

Малыш Пепе не смотря на рану в животе хлебал из фляги текилу в качестве обезболивающего и хрипло матерился. Вместе с ним в приемное отделение ввалилась возбужденная толпа повстанцев воняющих потом и текилой. Раненного уложили на стол. Повстанцы толпились вокруг, толкали Лаки и приглядывались к содержимому шкафов.

— Спасите его док Марти! — крикнул кто-то.

— Этот док что ли?!

Малыш Пепе приподнял голову. Потное, жирное лицо, черная щетина, глаза карие лихорадочно блестят.

— Прошу всех сеньоров покинуть приемное отделение.

На слова Лоры лохматые и заросшие щетиной повстанцы с пулеметными лентами на груди глухо зароптали.

— Мы здесь все братья! Сеньоров тут нет!

— Если среди вас, братья, есть врачи, они могут остаться, а все остальные могут закрыть дверь с той стороны! — ответил Лаки.

— Док дело говорит! — рыкнул Малыш Пепе и схватился за живот с мучительной гримасой. — Все вон!

Приемная опустела за пару секунд. Лаки бросил взгляд на монитор диагноста.

Давление падало, значит кровотечение продолжалось. Малышу Пепе вкололи анестезию и отправили в операционную. Здесь Лаки распотрошил его как свинью и выволок все содержимое брюшной полости на подносы. Сизые кишки, вонь дерьма, сгустки крови…

Пришлось вырезать пару метров кишок, а одна из пуль застряла рядом с позвоночником. С ней пришлось повозится. «Если б это был ворчер, ему бы не выжить.»

Малыш Пепе отправился в АКР, а на стол уже загружали следующего. До утра Лаки провел десять операций и еще порядка двадцати раненным просто обработал раны. Извлек пули, наложил швы и дренаж…Под утро ноги уже не держали…Лаки рухнул на свою кушетку, рядом с АКР не снимая запятнанного кровью халата и на миг прикрыл глаза.

«Если они продолжат сегодня штурм- я от такой работы ноги протяну!»

— Сеньор Раски! Проснитесь!

Лора тормошила его с испугом на лице.

— Пришел Мигуэль и вас требует!

— Какой еще Мигуэль? А…Тот самый!

Сколько я спал?

— Всего один час….

Лаки зевнул так что в челюсти что-то хрустнуло.

В приемной возле шкафов бродил Мигуэль, заложив руки за спину. Возле двери торчал его верный Симон-начальник охраны.

Армией повстанцев руководил ВРС-военный революционный совет. Священник отец Мигуэль был председателем совета. Под началом головореза Симона находился «эскадрон смерти»-гвардия и личная охрана отца Мигуэля. Что связывало этих разных людей-Лаки не мог понять. Тихий, интеллигентный священник с мягкими, нежными руками и грубый бородач с повадками бандита.

— Доктор Мартин, как ваши дела? Устали? — ласково осведомился Мигуэль.

— Пришлось много поработать.

— Я слышал что никто не умирает-если попадает в ваши руки.

«В отличии от тех кто попадает в ваши…»

— Как Малыш Пепе?

— Состояние стабильное. Он спит. Дня через три сможет подняться и уйти на своих ногах.

— Вы спасли жизнь самому смелому и умелому командиру нашей армии. Это дорогого стоит!

Лаки пожал плечами.

— Я стараюсь в меру возможностей, хотя запас медикаментов быстро тает.

— Я знаю об этом. В Сан-Педро посланы люди, чтобы привезти все нужное.

— Благодарю вас.

— А вам личного что-то требуется?

— Побольше помощников, желательно с медицинским образованием.

— Мы поищем таких.

— На медицинском училось три сотни человек. Что, никого не найти?

Всех расстреляли?

— Сам то жив и помалкивай! — буркнул Симон. От него разило чесноком как от свежей пеонской колбасы.

— Не надо грубить, брат. Сеньор Раски-инопланетчик и ему многое не понять в нашей жизни. Наша борьба еще не завершена. Вот когда мы очистим планету о господ-паразитов и заживем единой общиной, то подготовим новых ворачей. Наших, народных, преданных только народу и плоть от плоти его! Только истинно народные специалисты нам надобны! Те прежние-сынки донов, изнеженные и избалованные- это плесень! Зараза! Ничего хорошего они народу не могли дать и потому были обречены! Расстрелы, сеньор Раски-это живительная мера! Очищающий нацию огонь! Из огня наш народ выйдет закаленным и очищенным от скверны и паразитов! Мы раздуваем пожар народной войны для того чтобы наши дети и внуки жили в справедливом и чистом мире! Мы готовы измарать свои руки в крови паразитов для того чтобы нашим потомкам не пришлось этого делать! Мы творим историю и будущее нас оправдает!

Выражение лица Лаки Мигуэлю видимо не понравилось и он оборвал свою эмоциональную речь.

— Против инопланетных специалистов мы ничего не имеем. Когда закончится наш освободительный поход вы сможете занять достойное место в новом обществе. Хотите стать деканом медицинского факультета или главным врачом столичной клиники?

— Большая честь для меня…Но у меня даже диплома нет.

— Диплом пустая бумажка для неучей и чиновников.

Вы спасаете жизни, а потому вы настоящий врач. Зачем нам бумажка?

— Диплом нужен мне, а не вам! — заупрямился Лаки.

— Упрямый инопланетчик. — хмыкнул Симон. — Дать ему в лоб?

— Это не наш метод, брат. — мягко улыбнулся Мигуэль. — Сеньор Раски все сам поймет и примет. Дадим ему немного времени подумать. Поскольку мы его не расстреляли- бить его тем более не стоит. Я вам очень признателен за сестру Марию, сеньор Раски.

— Я сделал все что мог.

— Я знаю что такое туберкулез. Вы вытянули ее с того света, сеньор. Господь дал вам талант и этот знак свыше важнее всяких бумажек и дипломов!

Ночью у Малыша Пепе поднялась температура и давление подскочило. Пришлось и ему влить донорской крови.

Лора наложила на вену Лаки пластырь с тампоном.

— У вас так быстро все заживает!

— Я же инопланетчик.

— В чем ваш секрет, доктор Раски? Вас модифицировали в детстве? Говорят что в развитых мирах и на Терре родители могут генномодифицировать детей еще до рождения в обход имперских запретов.

— Это просто хорошая наследственность, Лора.

Лаки сел на кушетку, чтобы голова не кружилась. К утру баланс восстановиться, а сейчас лучше покоя ничего нет.

Лора не уходила. Стояла рядом, обняв себя за плечи. Худенькая, осунувшаяся…Одни глаза остались…

— Я слышала как Мигуэль вам предложил место декана или главного врача Сан-Педро.

— Я не сказал «да».

— Вы и «нет» не сказали.

— Чего ты хочешь, Лора? Хватит вопросов. Иди спать. Завтра, я думаю, будет тяжелый день.

— Будет штурм?

— Я не знаю.

— Наше место там, в осажденном городе, среди защитников.

— Предлагаешь бежать и присоединиться к безнадежному делу?

— Почему безнадежному?!

— Воевать со всем народом у донов не получится. Империум не окажет помощи, а будет ждать пока все успокоиться и появятся власти с которыми можно вести диалог.

— Империя должна подавить мятеж!

— Этот мятеж не против империи. Поверьте моим предчувствиям, Лора. Никто не вмешается в эту кровавую кашу. Вы изучали историю?

— Зачем, сеньор Раски? Какая история у нашего мира? Куцая как воробьиный хвост! А история Терры нам не к чему.

— Ты взрослая женщина а рассуждаешь как ребенок. История не собрание баек. История-это описание преступлений, ошибок и побед человечества. Человечество-это огромное дерево и не знать откуда и как растут корни этого дерева, значит обреченно повторять одни и те же ошибки. Доны Сабины не учили историю и поплатились за это.

— А вы учили и это вам помогло?!

— Я изучал историю факультативно, не для диплома. И я представляю, чем закончиться все это.

— Чем же?

— Пеоны установят свою власть на всей планете, попытаюся построить идеальное справедливое общество, а через пятьдесят лет внуки вождей станут новыми донами, спесивыми и наглыми. Человек-это разумное животное, живущее в стае и стая диктует свои правила. В любом обществе неизменно формируется элита, которая паразитирует на тех кто ниже. Так было и так будет всегда. Тебе стоит присмотреться к вождям, Лора. Выбрать кого-то себе в мужья и твои внуки опять станут донами. Вот-Малыш Пепе- чем не кандидат в мужья?

Лора побледнела и закусила губу.

— Он меня изнасиловал с дружками в университете. Я его запомнила…Они бы меня расстреляли потом, если б вам не потребовалась помощница….

— Вот как? Надеюсь ты не прирежешь его скальпелем, пока он спит в АКР?

— Была такая мысль.

— Что же тебя сдержало?

— Если он умрет-вы можете пострадать.

— Прими антидепрессанты.

— Я пью их горстями, доктор Раски.

— Тогда выпей текилы и иди спать.

— Вы выпьете со мной?

Лаки заглянул в яркие карие глаза Лоры и махнул рукой.

Седьмая глава

Из-за ранения Малыша Пепе, самого боевитого командира повстанцев штурм города прекратился. Стороны зализывали раны. К повстанцам подходили подкрепления со всех сторон. Ещё бы! Возможность пограбить второй по величине город континента возникает не каждый день. Пеоны запаслись мешками и повозками. Естественно, что в огромном, беспорядочном лагере, набитом часто пьяными и неадекватными личностями то и дело вспыхивали драки и поножовщина. Тех, кто выжил в первые часы, приносили на руках к госпиталю, а потом члены семьи и друзья пострадавшего устраивали разборки с охраной. Лаки полгал, что при следующем штурме донов в окруженном городе завалят трупами плохо одетых и плохо вооруженных пеонов. А пока что по лагерю проходили митинги, на которых пушечное мясо мятежа воодушевляли до полного обалдения. Мигуэль мог часами нести бред про справедливое будущее и всеобщее счастье. Всем халявную текилу, каждому пеону по бабе и каждой бабе по мужику! Пеоны радостным ревом приветствовали речи о рае на Сабине который построят их дети и внуки. Людей легко обманывать, если они счастливы обманываться сами. Вот только если все будут только пьянствовать и трахаться, то кто же будет работать? Как давно убедился Лаки — мозги пеонов совсем не дружили с логикой.

Сестра Мария отрядила в помощь Лаки три десятка парней умеющих читать и писать. Сама тут же явилась собственной персоной. Поправилась. Румяная и бодрая…

— Вы можете подготовить из них помощников.

— Как?! Устроить вечернюю школу для пеонов?!

— По вашему что-пеоны не люди? — оскорбилась монахиня.

— А если они окажутся неспособными?

— Тогда мы их расстреляем! — без тени эмоции на лице выдала монахиня.

«Может зря я ее спасала?»

— Давайте как-то без расстрелов обойдемся? Мне нужны эль-визиры и картриджи с программами, мне нужны учебные пособия. Вбить в пеонские головы основы анатомии и не просто. Не на пальцах же все объяснять?

— Составьте список необходимого и мои люди все разыщут в Сан-Педро.

— Я мог бы и сам туда съездить.

— Это исключено, сеньор Раски.

Сестра Мария улыбнулась весьма ласково, как неразумному ребеночку.

— Где же студенты медицинского? Среди них много было людей с практикой. Всех расстреляли?

— Составьте список, мы проверим. Сейчас в лагере нет никого из университета.

— А из клиники?

— Все попрятались как крысы.

— А по вашему мнению они должны были отдаться добровольно в руки расстрельных команд?

— У нас нет расстрельных команд, сеньор! Паразитов-донов настигает справедливый гнев народных масс!

«Народные массы? Звучит как масса для фарша, из которого вертят колбаски… или для чего проще. Для котлет!.»

Лаки вспомнился Лутанг и фабрика по переработке трупов в рыбный корм. Глаза сестры Марии горели фанатичным огнем праведной страдалицы за народ. Почему-то те, кто больше всего страдает о горестях народа легко гонять этот народ на смерть, как скот на бойню? Как в их головах это совмещается? Осчастливить всех насильно путем массовых расстрелов что ли? Бормоча под нос ругательства, Лаки составил список необходимого оборудования и пособий, не рассчитывая в душе на успех. Будущих фельдшеров отдал под начало Лоры. Пусть научит азам: как делать инъекции и накладывать швы и повязки. Так Лаки стал еще и руководителем медицинских курсов.

— Зачем вам это все, сеньор Раски? — спросила Лора. — Почему вы не бежите к космопорту и не просите защиты у имперцев? Вы всерьез пытаетесь научить этих деревенских увальней основам медицины… Почему?

— Потому что давно мечтал стать педагогом. — Отшутился Лаки.

Да, он легко бы смог сбежать отсюда, добраться до космопорту и потребовать у имперцев отправить его с планеты. Чип в его теле был самый надежный. Деньги на счетах имелись.

Вот только что делать дальше? Доучиваться на Цирцее? Начать обучение с самого начала? Три года насмарку? Окончание обучения и право на лицензированную деятельность записывалось на инд. чип. Не получив такой записи и смысла нет улетать. Лаки рассчитывал что, как и всякая война эта тоже подойдет к концу. Властям, абсолютно любым, потребуются дипломированные специалисты. Университет продолжит работу, и он получит свой диплом.

Стоит ли продолжать упорствовать? Зачем ему диплом? Что он на работу мечтает наняться в клинках Цирцеи или Терры? Денег на счетах ему хватит на многие годы и о заработке нет смысла переживать. Так в чем дело?

Лаки хотел довести дело до конца. Доказать себе самому что он может все это осилить и довести до финиша. Ради самоуважения ему нужна была эта запись. Дикарь с Рамуша, заполучивший за три года миллиард стандартов мечтал о настоящем деле, о настоящей профессии. Черт побери, он мечтал не о признании! Где-то в отдаленном будущем имея теоретический багаж и опыт врача-хирурга, он приступит к главному-к генетическим исследованиям. Он не верит изворотливому Вонгу. Он сам себя исследует, собственноручно! А потом он превзойдет Родекера!

В жизни знания и опыт не приходят сразу и единовременно. Нужны годы труда и работы, нужна практика…Все эти соображения и удерживали Лаки на Сабине. Диплом врача-только первая ступень и без нее нельзя, невозможно двигаться дальше.

Ночью ему приснился Лондон-сити и Стефания, в пышном платье кружащаяся в танце по залу с незнакомым джентльменом….Проснулся весь в поту и обнаружил, что кондиционер отключился. Оказалось, что механик запьянствовал и забыл заправить горючим трак. Двигатель отключился, батареи сели. Госпиталь остался без электричества. У АКР имелось автономное питание, иначе к утру пациенты стали бы покойниками.

Механика утром пристрелили люди Малыша Пепе, когда узнали об угрозе жизни любимого вождя. Лора рассказала им подробности. Госпиталь лишился механика и водителя трака в одном лице.

— Зачем ты это им рассказала? — спросил Лаки, когда пропахший горючкой мыл руки, прислушиваясь к рокотанию двигателя трака. Пришлось самому заправлять трак и налаживать электроснабжение. Люди Малыша Папе только бестолково мешались под руками. Хорошо хоть горючего в канистрах приволокли целую гору.

— Пусть эти мрази убивают друг друга как можно чаше! Чище станет воздух! — злобно выпалила Лора, сверкая глазами.

— Механик — то чем провинился?

— Всегда руки распускал, тварь!

— Ты об этом не говорила мне.

— Что вам до меня? У вас главное-работа! Вы ни на кого внимание не обращаете!

Лаки посмотрел пристально в глаза Лоры и внезапно девушка присмирела.

— Простите, сеньор Раски….

Нового механика звали отец Мартин. Он был монахом и довольно умелым механиком. Бородатый, тихий дядька в пыльной рясе. Во всяком случае, трак стал блестеть чистотой и электричество с генератора поступало в отсеки бесперебойно.

…Малыша Пепе извлекли из АКР здоровым и бодрым.

Он тут же шлепнул со смехом по заду Лору и полез обниматься с Лаки.

— Док Марти! Вы настоящий, вашу мать, волшебник! Я как заново родился!

— Так и есть…

Доктор с трудом высвободился из объятий голого волосатого мужика.

— Вас там ваши парни заждались…

— Пускай подождут! Уступите док на пол часика вашу красотку в халате? А? Три дня женской писки не нюхал!

— Могу подарить свои нестиранные трусики! — хмыкнула Лора, вооружившаяся скальпелем.

Малыш Пепе расхохотался и шлепнул по плечу Лаки.

— Вот это заноза! Люблю смелых девок! Я с бабами рано познался, док. Я их люблю и они меня тоже. Мне было семь, когда за горсть семечек соседка — одногодка показала мне свою писку….

Лаки с трудом вытолкал Малыша Пепе в приемное отделение в руки его парней.

Его встречал, казалось весь его боевой полк. Пепе надел штаны с золотыми галунами как у швейцара отеля, хлебнул текилы прямо из горла бутылки и его на руках понесли прочь, как священную реликвию. А там, конечно его ждут вино, шлюхи и вонючие друзья. Попойка, мордобой и пляски до упада…АКР печень командиру повстанцев тоже почистил.

— Надеюсь, что следующий раз пуля попадет ему в лоб… — прошипела Лора, отправляя скальпель в стерилизатор.

— Все возможно…

Лаки копался в коробах доставленных людьми сестры Марии из Сан-Педро. Похоже, что в коробки сгребали то, что под руку попадалось. Интересно, универ весь разграблен?

К счастью в коробке нашелся исправный эль-визор и его приспособили для обучения будущих фельдшеров. Очередной штурм Сан-Мигеля отложили по непонятным причинам. По слухам ждали, что через перевалы с севера явиться северная революционная армия. Возглавлял ее отец Хоакин — яростный сторонник благочестивой и праведной, то есть нищенской жизни. Еще один любитель исправлять человеческую природу массовыми расстрелами?

— Они бросят северян на штурм первыми, а потом загребут все самое сладкое! — заметила Лора, помогая Лаки обслуживать АКР.

— Откуда такие сведения о планах командования?

— У наших охранников длинные языки, сеньор Раски.

— Что еще наболтали наши бодигарды?

— Они очень довольны, что могут сидеть в тылу и не ходить в атаки. Молятся за вас каждый вечер.

— За меня? Почему это?

— Вы всех лечите, а они вас охраняют и заодно спасают свои жалкие душонки от встречи с адом.

— Ты веришь в эту чепуху? Рай, ад и прочее?

— Это не чепуха, сеньор Раски. Если нет бога тогда что есть? Дьявол? Только он?

— Ты слишком категорична, девочка моя! Я не теолог чтобы спорить с тобой, но не кажется ли тебе что в концепции рая и ада нуждаются только примитивные существа?

— Тогда я тоже примитивное существо! — хмыкнула Лора.

— Ты прелестное существо. — Улыбнулся Лаки. — Не кокетничай с начальством, девочка!

— Какое же вы начальство, сеньор Раски? Вы слишком мягкий и деликатный.

— Благодарю за комплимент.

— Это вовсе не комплимент, сеньор.

Восьмая глава

Перебрав рома и воодушевившись до обалдения, к ночи Малыш Пепе поднял свой нетрезвый полк в атаку на город. Атака захлебнулась под огнем двух пулеметов. Кто-то подкинул донам оружие? К утру закончив штопать выживших героев, Лаки узнал, что самого командира потащили на суд ВРС и прямо сейчас решают, что с ним делать.

Лаки скинул перчатки в ведро и потер натруженную поясницу.

— Хороший повод чтобы прогуляться?

— Мартин, не ходите туда! — испугалась Лора. — Что вам за дело до этого ублюдка Пепе?!

— Пепе здесь не причем. Есть идея.

— Какая?

— После узнаете.

— Очень вдохновляюще звучит! Как вы туда вообще пройдете?!

— Теперь я — популярная личность и меня многие знают в лицо. — усмехнулся Лаки.

Фернандес не посмел остановить «дока Марти», а только топал следом и нудел про то, что хорошо бы вернуться.

Военно-революционный совет заседал в конюшне.

Кто-то спалил таверну у дороги, а вот конюшня уцелела.

Головорезы Симона в рыжих кожаных куртках на голое тело встали стеной.

Лохматый бородач, перепоясанный пулеметной лентой, положил руку на кобуру с револьвером.

— Куда? Не положено!

— Это же док Марти! Разуй глаза, брат! — засмеялся Фернандес.

— А хоть и сам епископ!

— Я главный хирург армии и вы должны меня пропустить. — Твердо заявил Лаки.

— Не положено! — продолжал гудеть бородач, косясь на подтягивающихся со всех сторон пеонов. Здесь были в основном люди Пепе, при оружии с повязками и с головной болью после похмелья.

— Позови сестру Марию.

— Не положено!

— Не тупи парень. Это же ребята Пепе вокруг? Хочешь драку? Знаешь, что с тобой сделает Симон, если из-за тебя тут начнется буза?

— Чего?

Лаки, устав препираться с тупоголовым, сел на землю, скрестив ноги.

— Буду здесь сидеть пока не позовете сестру Марию.

Бородач сплюнул зло себе под ноги и затрусил к конюшне.

Монахиня немедленно появилась. Лаки поднялся ей на встречу. Она махнула рукой охранникам и провела Лаки внутрь оцепления к щелястой, широкой двери.

— Доброго дня. Что за срочное дело у вас, сеньор Раски?

— Мигуэль назначил меня главным хирургом армии. Так ведь?

— Пожалуй.

— Тогда я должен присутствовать на ваших заседаниях, чтобы информировать о санитарном и медицинском состоянии армии?

— О чем? — изумилась сестра Мария.

— Если вы этого не понимаете, тогда я умываю руки!

Лаки потер рука об руку.

— Мы сегодня не болтовней заняты, а обсуждаем преступление нашего брата Пепе.

— Ну да. И какого ваше решение?

— Расстрелять, конечно, за атаку без приказа.

— А что после этого сделают его люди? Вы их даже разоружить не успели.

Сестра Мария повернулась и посмотрела на стену пеонов, окруживших конюшню со всех сторон.

— Они поймут…

— Вы уверены? На все сто?

— А ваше предложение, сеньор Раски?

Лаки изложил свое предложение.

Сестра Мария усмехнулась.

— Хитрый и коварный ход.

— Дарю вам эту идею. Так я могу присутствовать на совете?

Внутри конюшни оказалось сумрачнее, чем ожидалось. После яркого солнечного дня? Под ногами пружинила подстилка из соломы, также воняло конским навозом. Над головой, на черных балках, чирикали воробьи-единственные пернатые обитатели Сабины.

За шатким раскладным столом, накрытым черным знаменем, сидели члены ВРС.

Напротив, на раскладном, походном стульчике, гнездился Малыш Пепе, без оружия с пятнами крови на рваной рубашке. Бородатый Симон маячил поблизости, положив ручища на пояс с револьверами на бедрах.

Кроме Мигуэля, на этот раз одетого как знатный дон, только без шляпы с галунами, Лаки обнаружил за столом еще трех бородатых важных пеонов. Видимо командиры других повстанческих полков….Вот и все члены грозного совета?

Появление дока Мартина в заляпанном кровью халате вызвало оживление. Даже подсудимый обернулся.

Мигуэль нахмурился.

— Что случилось, сеньор Раски?

— Я знаю, как взять Сан-Мигель без лишних потерь.

Сестра Мария охнула и ткнула Лаки кулаком бок.

— Вот как? Но мы еще не разрешили наш вопрос о персональном деле брата Детерте. Извольте подождать за дверью.

— Мигуэль, у меня есть предложение! — вмешалась сестра Мария.

— Мы уже все обговорили. — Поморщился главарь повстанцев.

— Я предлагаю приговорить брата Детерте к расстрелу с отложением исполнения приговора. К условному расстрелу!

Все разинули рты от удивления, в том числе и подсудимый.

— Как это? — удивился Симон-Не пулями расстрелять, а условиями? Что за бред?!

— Отличная мысль! — пришел на помощь Марии Лаки. — Приговорить, но не расстреливать. Пусть брат искупит вину. Дать ему время. Искупит вину своими подвигами — расстрел отменить, не искупит-расстрелять.

— Теперь мне понятно, чья это мысль… — Мигуэль покосился на Лаки.

Бородатые пеоны за столом оживились. Расстреливать такого же, как они командира было им не по душе.

— Такого еще не было…

Сестра Мария взяла Мигуэля под руку и отвела на несколько шагов в сторону, что-то горячо шепча. Тот хмурился и тер подбородок рукой.

Через пару минут Мигуэль поставил вопрос на голосование.

ВРС единогласно проголосовал за условный расстрел. Командиры пеонов подхватили еще не осознавшего свое счастье Малыша Пепе и потащили наружу, то и дело оглядываясь.

На улице толпа встретила их появление дружным ревом и пальбой в воздух.

Освобожденный и вспотевший Пепе оказался в объятиях боевых товарищей, и конечно направился пить текилу… Лаки остался лицом к лицу с тремя главарями. Симон ухмылялся, сев на край стола. В луче света, бьющего через дырку в потолке шпора на его сапоге сияла как золотая…Мигуэль нервно вертел в руках карандаш, просматривая какие-то листки бумаг на столе. Вернее, делал вид. Мария не отрывала взгляда от него. Молчание наливалось угрозой как черная туча грозой. Лаки сел на стульчик еще теплый после Пепе и сложил руки на груди.

— Чего это наш докторишка вылез сегодня из своей берлоги? — процедил Симон.

Мигуэль поднял голову, и взгляд его ничего хорошего не обещал.

— Что там про план взятия Сан-Мигеля? Если все пустая болтовня….

— Позвольте мне его пристрелить, брат Мигуэль?

— В двести шагах отсюда есть балка, заросшая кактусами. В ней остатки бетонной трубы, вернее ее начало.

— Труба?

— Здесь было русло реки когда-то, и она протекала через город. Реку определили в трубу. Реки давно нет, а труба осталась. Если раскопать, то можно легко пройти до самого порта или до центра города.

— Как вы узнали об этом?

— Я получил доступ к старому имперскому сателлиту.

— Как?

— При помощи этого.

Лаки поднял левую руку, продемонстрировав блестящий широкий браслет.

— Люди сестры Марии принесли его в коробке из Сан-Педро в числе прочих вещей.

Про компьютер в траке Лаки решил умолчать. Ни к чему этим кровожадным пеонам знать подробности.

— Это коммуникатор. Он для связи. Но у нас на Сабине они не работают. — Заметил Мигуэль. — Что-то вы темните…

Лаки активировал браслет, и вспыхнувший голубой луч мгновенно отобразил в воздухе картинку с сателлита. Вид на город с птичьего полета.

— Мы вот здесь.

Вспыхнула искорка.

— Как видите, в порту у причалов множество судов.

Лаки включил увеличение, и порт оказался виден во всех подробностях. На корабли грузились люди с тюками и оружием.

— Они же удирают! — бросил Симон.

— Похоже на то. — Отозвался Мигуэль. — Хвала богу! Чем больше погрузиться на корабли, тем меньше сил останется в их распоряжении.

— А может нам подождать, когда они сами уплывут? — спросила сестра Мария.

— Прихватив все самое ценное? — хмыкнул Мигуэль. — Да и потом-куда они поплывут?

— В Сан-Педро, конечно. — Отозвался Лаки. — Там же оставлен очень маленький гарнизон и его командир-некий Серхио Рамиро-пьет беспробудно. Думаю донам про все это хорошо известно.

Симон сочно выругался.

— Брат Симон! — одернула его Мария. Лаки погасил экран.

Главари мятежников разглядывали его с нехорошим любопытством.

— Что-то вы слишком много всего знаете, сеньор Раски… — прищурился Мигуэль. — Все это правда или просто такое кино? Чего вы добиваетесь?

— Хочу вам помочь в борьбе за счастье угнетенного народа! — отчеканил Лаки, изобразив самую серьезную мину.

— Пусть он занимается разведкой, под моим контролем? — нашлась сестра Мария. — Расстрелять мы его всегда успеем.

— А кто будет лечить раненных?

— Через три недели у вас будет три десятка подготовленных фельдшеров. — ответил Лаки- А хирургию возьмет на себя Лора. Если что-то сложное-я помогу.

— Тридцать фельдшеров-это очень мало. Для нашей страны и для планеты-это крохи! — фыркнул Мигуэль.

— Все начинается с малого. — Пожал плечами Лаки. — Дайте мне в распоряжение медицинский факультет университета и получите необходимых медиков быстро и в достаточном количестве. А если…

Мигуэль остановил его взмахом руки.

— Все начинается с малого? Замечательно! Сначала мы найдем тоннель. Симон-распорядись и без лишнего шума. Что вам еще принесли люди сестры Марии из Сан-Педро?

…Старый тоннель обнаружился там где указал Лаки. Пришлось потратить пару дней чтобы очистить его от песка.

Полк Пепе посадили на повозки из обоза и спешно перебросили обратно в Сан-Педро.

Погрузка людей по кораблям в Сан-Мигеле прекратилась. У донов была агентура или разведка и в лагере повстанцев и в самой столице? Симону и его головорезам пришлось закатать рукава.

Так Лаки стал членом ВРС с совещательным голосом и начальником разведки повстанческой армии.

Девятая глава

Вернувшись в свой трак, Лаки показал заплаканной Лоре бумагу с красивой печатью и подписями членов ВРС.В бумаге, исполненной каллиграфическим почерком сестры Марты, было написано, что податель сего доктор Мартин Раск, преданный делу революции брат, является главным хирургом и начальником информационного отдела(не всем надо знать про разведку) и всем братьям Сабины предписывалось выполнять его указания беспрекословно.

Лора, не скрывая чувств, обняла Лаки.

— Я боялась, что не увижу вас больше живым!

— Я и не собирался жертвовать собой! Как тебе бумага? Чудо, правда, же? Заламинируй ее срочно, и сделай десяток копий.

— С нею вы хотите бежать через все посты? Возьмете меня с собой?

— Бежать? С такой бумагой? Что за бред? Садись к компу и печатай удостоверение для себя. Ты теперь помощник брата Раски и главный терапевт армии.

— Кто меня назначил?

— Я.

Лора засмеялась.

— Не боитесь что я убегу?

— Если бы хотела-давно бы убежала, я полагаю.

Лора смущенно улыбнулась и потупила глаза.

Лаки понимал, что девушка к нему не равнодушна, но не спешил сам делать первый шаг. Нынешние дружеские отношения его устраивали. Боль от утраты Стефании еще не утихла, а просто ради секса сходиться с Лорой казалось ему глупым и пошлым делом.

Просто для секса без обязательств в лагере было множество возможностей. Многие пеонки с радостью задрали бы для него юбки наверх. Только Лаки женщины временно перестали интересовать. Он видел перед собой четкую цель, и он хотел ее достичь.

Внешне мало что изменилось.

Лаки занимался больными и раненными и преподавал в фельдшерской школе. На заседания ВРС, что проходили каждый вечер, он являлся с ворохом информации. Имея доступ к сателлиту много чего можно узнать.

Госпиталь обзавелся конюшней, член ВРС не должен же бродить пешком.

Лаки нашел по маячкам в Сан-Педро припрятанные кем-то еще два трака передвижного госпиталя и получил их в свое распоряжение. Вместе с двумя механиками-тоже монахами. Траки оказались полностью комплектными к радости Лоры.

Лора стала теперь главным гинекологом армии и моментально самой популярной женщиной после сестры Марии. На Сабине противозачаточные средства были под запретом под давлением церкви, а секс любимым народным развлечением во все времена и потому рождаемость высокой и женских болезней — пропасть.

В лагере под Сан-Мигелем вместе с мужьями и любовниками оказалось несколько тысяч женщин и их лечением никто не занимался. Пеонки теперь шли в госпиталь потоком, потому что квалифицированную медицинскую помощь больше получить было негде. Клиника и госпиталь в Сан-Педро прекратили работу, а сельским докторам в провинции было не справится со многими проблемами. Самые тяжелые случаи Лаки помогал решать Лоре. Моментально АКРы наполнились женщинами.

Первый набор фельдшеров вскоре закончил обучение и на торжественном митинге (куда ж без этого) сестра Мария всем новоиспеченным медикам вручила аттестаты с золоченой каймой.

Аттестаты печатал сам Лаки, вместе с поддельными удостоверениями ВРС.

Всех почти фельдшеров Лаки оставил при госпитале и набрал новых, конечно с рекомендацией сестры Марии. В этот раз по предложению Лоры набрали и девушек. Причём половина из них оказалась беременными, не смотря на юный возраст.

Местный колорит, конечно: молодая женщина на Сабине пребывает в двух состояниях-или она беременная или с младенцем, требующим грудного вскармливания, на руках.

Лагерь повстанческой армии постепенно приобретал порядок и становился менее многолюдным. Не дождавшись штурма и грабежа, пеоны потянулись по домам. Тем более что подходила пора очередного сева маиса.

Очень оживился стихийный рынок в лощине, рядом с лагерем. Здесь можно было купить что угодно, от оружия и тряпок до молоденькой девочки или мальчика, по вкусу.

Снабжение армии провиантом на систематическом уровне не было налажено. Командирам выдавались пачки эскудо-местной валюты. Те раздавали зарплату своим людям в меру своей щедрости или скупости, а те покупали еду на рынке. Плохо то, что печатный станок находился в распоряжении Мигуэля и тот печатал денег сколько хотел. Цены стабильно росли.

Через неделю на заседании ВРС брат Симон сообщил, что тоннель до города расчищен и находиться под охраной.

— Пора брать город? — спросил Лаки.

— Мы ждем брата Хоакина с севера. — Ответила сестра Мария.

— Его армия застряла на перевале Чопичака. Над ущельем виадук взорван и в это время там ветреная и морозная погода. Много снега. Думаю, что раньше чем через две недели погода не наладиться. От перевала его людям идти не меньше двух недель. Так что раньше чем через месяц он не прибудет. — Отметил Лаки.

— Откуда ты знаешь?! — поразился Малыш Пепе.

— Действительно, брат Мартин. Это ваши догадки? — усомнилась сестра Мария.

Лаки немедленно продемонстрировал членам ВРС картинку с сателлита. Это произвело должное впечатление.

— Целый месяц ждать?! — крякнул Торрес, командир второго революционного полка.

— Может мы и сами дело сделаем?

— Да я со своими парнями возьму, Сан-Мигель за одну ночь! — рявкнул Малыш Пепе. — Зачем нам эти северяне?!

— Да твои парни слабаки!

— А ну повтори мне это прямо в глаза! Что, слабо?!

Другие командиры тут же вступили в спор.

Каждый доказывал, что его парни самые крутые, а город-это просто гнилой орех.

Заседание превратилось в базар.

Пока командиры мерились пенисами, а сестра Мария пыталась их урезонить, Мигуэль смотрел Лаки в глаза и помалкивал.

Лаки выдержал взгляд вождя с легкой улыбкой на губах.

Играть в молчанку Мигуэлю надоело, он кивнул Симону и тот выпалил из револьвера в потолок.

На членов ВРС посыпалась труха (потому что заседали все в той же конюшне под чириканье воробьев) и настала тишина.

— Братья, мы уже приняли решение, к чему споры? — тихо сказал Мигуэль. — Зачем лить напрасно кровь братьев наших? Доны и их прислужники блокированы. Помощи им ждать неоткуда. Их дни сочтены. Что, у вас всех занятий других нет?

Лаки сидел с каменным лицом. Знал он про их занятия.

Каждый командир завел себе гарем и проводил вечера в пьянках.

Каждый революционный полк был просто большой бандой с целым табором и беспорядочно устроенным обозом.

Заткнув крикунам глотки, Мигуэль распустил заседание.

Когда остались только Мигуэль и сестра Мария, Лаки открыл рот.

— Мне нужны специалисты и я прошу разрешения подобрать нужных на рудниках. Туда же вы отправили всех «паразитов» из Сан-Педро?

— Кто вам сказал про рудники? — насторожился Мигуэль.

— В лагере об этом болтают у каждого костра. Разве это тайна?

— Нет, это не тайна. Мы вовсе не расстреливали всех поголовно, брат Мартин. Пусть враги народа своей шкурой прочувствуют прелести работы горняка! Вам не нравятся решения революционного суда?

— Был суд и есть приговоры по кажому? Мне как юристу любопытно.

— ВРС принимал решения по спискам, брат Мартин. — Ответила сестра Мария.

— То есть вы всех осудили списком? Великолепно!

— Я слышу иронию? — осведомился Мигуэль.

— Только горячее одобрение! — заверил его Лаки. — «Паразиты» должны страдать! Так я могу там подыскать специалистов? Пока раненных нет и я не очень занят в госпитале, смогу отлучиться на несколько дней.

— Можете….Симон выделит вам парней для охраны.

— Могу я посмотреть списки осужденных? Может быть, кто-то знакомых обнаружиться…

— Сестра, покажи ему списки.

Среди трех тысяч имен, осужденных на каторжные работы в рудниках, Лаки обнаружил очень много знакомых. В рудники упекли не только врачей из клиники, но и всех профессоров и большую часть студентов.

В палатке сестры Марии Лаки просмотрел все списки очень внимательно, делая снимки браслетом совсем незаметно.

— Благодарю, я все закончил.

— Вы никого не отметили в списке, брат Мартин. Не нашли знакомых? — Удивилась Мария. — Вам сделать копии?

— У меня хорошая память, сестра Мария. — Улыбнулся Лаки. — Куда отгружается родолит с шахт? По-прежнему в торговый терминал космопорта?

Сестра Мария вздрогнула и поджала губы.

— Откуда вы узнали?!

— С сателлита все отлично видно.

— И вы сидите в своей коробке и целыми днями шпионите за всеми?

— В основном — ночами. — Признался Лаки. — Днем слишком много работы.

— Я знаю, что вы не будете болтать, но учтите- то, что мы продолжаем торговлю родолитом с империумом-большая и опасная тайна.

— Для империума? — удивился Лаки.

— Нет же! — фыркнула сестра Мария. — Для наших братьев по революции!

— Если есть торговля-есть деньги. Есть деньги — есть их получатель. В этом тайна?

«Революция ради грабежа — как мило и не ново!»

— Мы получаем деньги от империума не для себя! Мы не жулики! — возмутилась Мария. — Мы закупили партию оружия у корпорации Нулана и груз в пути.

— Так мы ждем оружие, а вовсе не армию отца Хоакина!

— Именно так. Вот это-самая главная тайна! Родолитом оплачивается оружие для революции!

«И заодно кто-то набивает карманы? Без этого не бывает же!»

— Мы обещали всем, что закроем эти рудники, потому что они слишком опасны. На каждую добытую тонну в среднем приходиться одна жизнь. Взрыва газов и внезапные прорывы грунтовых вод там не редкость.

— Поэтому мятеж начался именно там?

Сестра Мария насупилась.

— Революция, а не мятеж! Не уподобляйтесь донам, сеньор Раски!

— Извините мой несдержанный язык.

— Я сказала вам слишком многое, потому что обязана вам жизнью. Держите рот на замке сеньор Раски и цените мое доверие.

— Я ценю ваше доверие выше всего на свете, сестра Мария! Вы же — «знамя революции»!

Мария улыбнулась одними губами.

— Я многим за это заплатила, сеньор Раски. Я напишу письмо для брата Ринальдо, что руководит рудником. Он окажет вам помощь и поддержку.

— Я буду вам безмерно благодарен. Но можно не писать, а сделать видео ролик.

— Снять кино? Как это?

На следующий день Лаки с охраной из головорезов Симона выехал из лагеря.

На лошадях доехали до станции Эль — Осо. Здесь их ждал паровоз и пара пассажирских вагонов.

С собой в путешествие Лаки взял двух молодых фельдшеров и саквояж с лекарствами и инструментами, чувствуя себя древним доктором без трака с АКР и компами-диагностами за спиной.

Десятая глава

Первый пассажирский вагон заняла охрана — двадцать вонючих и небритых парней в кожаных куртках. Командовал ими Серхио Луна-нагловатый субъект лет двадцати, вечно с сигарой во рту. Через плечо него висели туго набитые седельные сумки. Странно, что не доверил их своим «шестеркам»…

Во втором вагоне, в хвосте состава ехал Лаки и его фельдшеры. Кроме них в вагоне ехали две девочки для услуг.

Девочек Серхио Луна тут же попытался утащить в свой вагон, но Лаки послал его очень далеко, используя местные фольклорные выражения.

Скандалить с членом ВРС Серхио не решился и на ближайшей станции набрал веселых девок для всей своей команды. Весь день в том вагоне было весело. Орали песни, били стекла. Двери в тамбуре Лаки приказал намертво заблокировать. Впрочем, к нему никто и не пытался лезть.

Стучали колеса на стыках.

В таком комфортабельном вагоне Лаки еще ездить не приходилось. Внешне вагон мало чем отличался от тех, что он видел в «заповеднике Морелли», но внутри…

Половину вагона занимала гостиная с плотными шторами, кожаными креслами и диванами по периметру и широким столом в центре. Шёлковые обои, резные панели на потолке и хрустальные люстры. Во второй половине вагона находилось одноместное купе и два двухместных. Маленькое помещение для прислуги рядом с тамбуром.

В вагоне имелось электричество от генератора под полом. Была кухня с плитой и рефрижератором, а вот для прислуги даже стульчика откидного не имелось.

— Мы готовы подать ужин, сеньор.

Черноглазая брюнетка в белоснежном переднике поверх алого платья постучала в дверь. Волосы гладко зачесаны назад и на затылке замысловатое гнездо из волос и лент. Матовая гладкая кожа. Красотка по местным канонам.

— Как тебя зовут?

— Росина, сеньор.

— А твою подругу?

— Лусия, сеньор.

— Накрывайте в гостиной на пятерых.

— Да, сеньор.

Лаки отодвинул тяжелую, пыльную штору. Снаружи стекло давно не мыли и мало что разглядишь.

Унылая местность тянулась до горизонта: пустоши с редкой растительностью, глинобитные домики полустанков, телеги, запряженные быками….Провинция Новая Гранада славилась своим сухим климатом. Только в период дождей пустоши покрывались цветущей травой.

Поезд шел с небольшой скоростью и пейзаж за окном вызывал поневоле зевоту.

— Все готово, сеньор.

Лаки сел во главе стола Справа сели его боевые фельдшеры с кобурами на поясе. Напротив усадил почти силой двух девочек-служанок.

Лаки всем собственноручно налил рома из бутылки, что обнаружил в шкафу своего купе.

— Мы не пьем, сеньор… — пролепетала Росина.

— Даже за победу революции?

За победу революции выпили все и дружно. За окнами стремительно темнело.

Запьяневшие служанки рассказали про то, что вагон раньше входил в поезд кондукатора и чудом уцелел при известном крушении состава.

— Нас спасла тогда божья мать и святая сестра Мария.

Девушки дружно перекрестились.

— Святая?

— Она столько мук приняла за народ и нисколько не озлобилась и не согнулась. Конечно, она святая!

Когда Лаки покончил с блюдом из барашка, его спутники и спутницы уже крепко спали. Феназепама в ром он им насыпал с запасом. Закончив с ужином, вышел в задний тамбур, потом на площадку и перебрался на крышу вагона. Качало терпимо. На крыше стояла мобильная платформа. Забрав из багажного отсека бусинку коммуникатора и парализатор в кобуре, он вышел на связь.

— Барнарда, как слышите. На связи Док!

— Отлично слышу. — Отозвалась Жаклин. — Где ты сейчас?

— На крыше вагона.

— Будь осторожнее, мой мальчик! Почему не выходит связь Стефания?

— Она умерла.

— Как? Когда?

Лаки коротко рассказал, продолжая идти по крыше вагона.

— Такие мощные гранаты могли быть только у имперцев….Прими мои соболезнования. Она была замечательной девушкой.

— Мне ее не хватает и мне очень тоскливо. — Пожаловался Лаки, перепрыгивая на соседний вагон.

— Ее будет трудно заменить.

— Заменить?! О чем ты говоришь?!

— Прости старую дуру.

— Прощаю. Что нового с Цирцеи?

— Наш друг сообщает, что кондукатор дон Родриго Ла Кахетилья все еще ведет переговоры с ПККБ.

— Ясное дело. Если б он договорился с ПККБ, то мы бы давно уже увидели десантные капсулы в небе!

— Твои планы? Может быть, выслать за тобой челнок?

— Я хочу довести дело до конца.

— Как скажешь, мой мальчик. Но учти, вчера кто-то попытался взломать твой комп и взять под контроль сателлит.

— Кто?

— Оптические датчики были отключены.

— Мигуэль нашел компьютерщика?

— Видимо. Может быть, не стоит возвращаться в лагерь мятежников?

— Я подумаю. Сначала доберемся до рудников. Какова цена на родолит?

— Его нет в свободной продаже.

— Почему? Очень странно. По моим сведениям его скупает корпорация Нулана.

— Сведения точные?

— Требуется перепроверка. Запусти еще пару сателлитов.

— Сделаю. Ещё помощь нужна?

— Пока нет. До связи.

Под приказом красовалась подпись брата Мигуэля-председателя ВРС народной республики Сабины. Мигуэль потерял терпение? Да и попытка взлома компа в траке то же о многом говорит…Лаки, сунул письмо за пазуху и выбрался из вонючего купе. К прочим запахам добавился мощный дух свежего дерьма. Вернувшись в свой вагон, только уже по земле, он умылся и, не раздеваясь, улегся на застеленную постель, прикрылся пледом и уснул совершенно безмятежно. Два дрона, замаскированные на крыше вагона, немедленно подняли бы тревогу в случае опасности. Многое можно сделать-имея доступ к сателлиту. Вот только спасти того, кого любишь, уже нельзя…

Без адреса или имен. Он вскрыл конверт без всяких колебаний. Как мило. Революционеры не пользуются радиосвязью, а пишут друг другу письма с курьерами отправляя!

— Эй, черномазый, чего стоим?!

Поезд двинулся дальше примерно через час и горы Сьерра-Вьеха появились в окнах только под вечер.

— Паровоз остановился, потому что уснули машинист и кочегар.

Луна сочно храпел в своем полутемном купе в обнимку с полуголой толстушкой. Аромат пролитого рома и пота ударил в нос. Ага! Это парень еще и сапоги снял! Лучше б он ходил без носков!

Спрыгнув в угольный бункер паровоза, Лаки обработал парализатор кочегара, а потом и машиниста. Оттащил их подальше от раскаленной топки и плавно затормозил состав. Выглянул в окно. Тьма вокруг и потому звезды очень ярки на небе. Нашёл на горизонте крохотный диск и улыбнулся. Там, на второй луне Сабины-Барнарде три года стоял его корабль. Не просто стоял. Жаклин номер два провела глубокую модернизацию курьера. Внешне не изменившись, «Вентура» превратился внутри в точную копию корабля принца Виктора, с конвертером, синтезатором, с ордами модернизированных дронов. Учитывая печальный опыт прошлого, была налажена постоянная связь. Вот только никто не мог ожидать такого быстрого поворота событий….Чтобы улететь с Сабины Лаки не требовался космопорту и об этом никто не знал. Порой он думал о Жаклин номер один, что в виде крейсера осталась на орбите Савы. Думал про своего двойника-клона. Любопытно, как он там устроился и обжился…Жаклин он ни о чем не спрашивал, хотя она могла бы связаться с Савой и все ему рассказать.

Лаки нажал на спуск и охранник бревном рухнул на пол тамбура.

— Пойди, узнай, в чем дело, Леон. Росина, не пора ли подать завтрак?

Лаки пил кофе, когда в вагоне появился брат Луна. Хоть он и сменил штаны, от него еще ощутимо попахивало. Судя по мутным глазам у командира охранников еще и голова болела.

Утром Лаки проснулся первым и, войдя в гостиную, растолкал своих спутников.

Фельдшера звали Леон. Густые, черные, вьющиеся волосы, густая щетина и плечи, широкие как у кузнеца.

Военно-революционный совет приказывал брату Ринальдо немедленно взять под арест и расстрелять как врага народа сеньора Мартина Раски.

Сеньор Луна исчез из виду, но запах его остался.

На станции у поселка Эль Гихо поезд встал, чтобы пополнить запас воды и угля.

— Во втором купе.

Надвинув на глаза кепку кочегара и накинув на плечи его грязный пиджак, Лаки спустился на насыпь, а потом забрался в вагон, где ехали веселые парни Серхио Луны.

— Уже утро, а мы стоим. В чем дело? Это же не Сьерра-Вьеха?

— Идите к чертям, Луна! Кто тогда поведет поезд? Мне стать к рычагам, а вам к угольному бункеру?

— Гор не видно, сеньор Мартин. Извините, я уснул.

Лаки обработал спящих парализатор и снял с полки седельные сумки.

— Давление в котле упало. Где сеньор Луна?

— Безобразие! — воскликнул Лаки, вытирая губы и швыряя салфетку на стол. — Они тоже вчера весь день пили текилу?!

— Я распоряжусь.

— Сию минуту, сеньор Мартин!

Внутри, как ожидалось, оказались пакеты с кокаином и плюс конверт из грубой бумаги.

Лаки попросил у Росины еще кофе и предложил открыть дверь, чтобы проветрить помещение.

— Расстрелять?

Брату Луне становиться кочегаром не хотелось. Он поморщился и прижал ладонь к затылку.

— Пусть запускают котел и начинают движение. Потом их накажем.

Одиннадцатая глава

В Сьерра-Вьеха поезд пришел только к обеду следующего дня.

Полдня поезд тащился через рыжую долину. Выбросы с комбината окрасили всю местность в монотонные цвета ржавого железа.

Лаки теперь знал с чего все началось в Сьерра-Вьеха. С забастовки, с расстрелянного митинга возле ворот управления. Тогда то сестра Мария и стала «знаменем революции». Она пыталась остановить бойню и расстрелы восставших, а ее изнасиловали и избили до полусмерти охранники консорциума.

— А чтобы ты сам хотел, Леон?

С момента начала мятежа комбинат не работал, но на экологию это в положительную сторону не сказалось. Металлургия и чистый воздух-вещи несовместимые. А без установок фильтрации на производстве кислотные выбросы неизбежны.

Лаки смотрел в темноту и думал о том, что не удивительно, что мятеж начался из этих мест. Какое-то преддверие ада! Не должен человек жить в таких условиях и среди такой кучи ржавчины!

Большая часть людей Малыша Пепе и Симона были из долин Сьерра-Вьеха и вряд ли их чем сюда обратно заманить. Горняки и металлурги, став бойцами и попробовав свободу на вкус сюда, в ржавые горы не вернутся-это факт. Если конечно не под конвоем….Если кондукатор на Цирцее договориться с ПККБ, все может вернутся на круги прежнего. До следующего мятежа?

Лаки вышел на перрон и подозвал одного из них.

«Обзором займемся после..»

— Любопытная штучка!

Фельдшер Леон оказался родом из этих мест.

— Для вас будет работа, доктор Мартин.

— Сеньор Ринальдо?

Ринальдо изобразил улыбку на чисто выбритой физиономии. Черные усы подстрижены в тонкую полоску.

— Рад снова оказаться в родных местах?

— Расслабься, брат! Теперь он у меня в гостях и я за него отвечаю.

— Брат Ринальдо, окажи помощи брату Мартину. Ему необходимы специалисты. Кого выберет, того и передай ему от мою ответственность. Брат Мартин входит в состав ВРС и отвечает за медицину и информативную службу. Не подведи меня.

Леон перекрестился.

Люди сами должны захотеть изменить свою жизнь. Революция ломает старые порядки и создает новые, вознося наверх с самого дна тех, кто сможет удержаться на гребне. Революция-время больших возможностей.

В бумагу, что предъявил Лаки, он едва заглянул.

«Пора инвестировать в Сабину?»

В пыльные окна станции выглядывали любопытствующие, плюща носы об стекло.

Луна сумрачно посмотрел на Лаки.

Комбинат и рудники прекратили работу уже больше двух месяцев назад. Работал только рудник по добыче родолита, куда революционные власти загнали своих врагов: недострелянных донов, подозрительных горожан и тех, кто им не понравился. Роли поменялись. Часть элиты Сабины превратилась в бесправных рудокопов, долбящих недра гор ради пайки. Завсегдатаи театров, коррид и скачек поменялись ролями с рудокопами.

— Учиться на доктора, как вы сеньор! Доктор и священник самые главные люди в жизни. Хочу, как вы помогать людям и спасать жизни.

— Поезд? — ухмыльнулся Лаки.

— Вы шутите, сеньор? Лучше быть нищим пеоном там за горами! Родина-это как колыбель. Каждый младенец жил в колыбели, но в ней оставаться всю жизнь нельзя.

Поезд прибыл на конечную станцию. На грязном перроне сунув руки в карманы прогуливались охранники с рудника. Винтовки у всех висят на ремнях стволом вниз. Как у охотников. И выглядели они соответственно-небритые в грязной, засаленной форме, без головных уборов. Просто банда сброда.

— Другой жизни мы и не знали…

Заложив руки за спину, Лаки прогуливался по перрону.

— Сам Пьетро. Он был уже старик и его суставы плохо гнулись. Для горняка сорок лет уже старость, сеньор Мартин. Вон там видите тоннель, сеньор? Это старый заброшенный рудник. Еще при моем деде Серхио его забросили.

— Стать немножко Спасителем как древний Христос?

Ринальдо не взял седельные сумки в руку, а просто кивнул.

— Вместе с революционной армией.

Справедливо ли было такое возмездие за многие годы нищеты и унижений?

— Прошу.

Поезд шел по краю долины, а внизу вдоль мутной речки выстроились в несколько линий каменные двухэтажные бараки. Среди них выделялась колокольней такая же каменная и рыжая церковь. По улицам бродили люди, бегали дети, женщины развешивали отстиранное белье на веревках во дворе.

Леон перекрестился на церковь.

— Позвольте?

Для Консорциума Сьерра-Вьеха все-таки были нужны работяги с минимальными знаниями.

Даже деревья на склонах гор, те, что еще не погибли от кислотных осадков, гордились рыжим камуфляжем.

— Куда же им идти, сеньор?

Леон стоял у окна и показывал Лаки, проплывающие достопримечательности.

— Привет, Ринальдо. Вот твоя посылка.

— Каждую неделю там гибли горняки. Но закрыли не потому. Просто жила истощилась.

Даже раздай он свое состояние всем бедняками Сабины, это ничего не решит. Деньги пропьются и проедятся и люди быстро вернуться к привычному образу жизни, к привычной нищете и каждый в свою колею.

Мария тоже была родом из ржавой долины Сьерра-Вьеха и ничего лучше в своей жизни не видела, разве что в монастыре Святой Анны.

Брат Ринальдо явился собственной персоной. На перроне появился внезапно высокий человек средних лет в чистом, хорошо сидящем костюме — с тростью в руке. Элегантная шляпа серого цвета сдвинута на макушку, придавая господину ухарский вид. Однако из-под полы пиджака слева торчала рукоятка револьвера.

— Есть послание от сестры Марии.

— Спасибо, сеньор.

Машинист с масленкой в руках бродил вокруг пыхтящего паровоза, смазывал узлы, испуганно косясь на Лаки. Черный паровоз и синие вагоны среди рыжего пейзажа казались инородными телами.

— Мигуэль не написал письма для меня?

— Мы не ждали никого, сеньор!

Лаки активировал браслет и в воздухе возникла видеокартинка.

При комбинате работала школа и потому он был грамотным по меркам Сабины: умел читать, писать и считать.

— Родина-это святое место, сеньор Мартин.

Сунул ему свой революционный документ под нос.

Внимательно осмотрел браслет и нехотя вернул Лаки.

Только деньги решают не все. Должно что-то созреть в человеческих мозгах.

Пахло наркотическими травками. Шестиколесный автомобиль с брезентовой крышей, когда то имел серебристую окраску, но теперь замаскировался под пейзаж под толстым слоем пыли.

— Мой дед тут работал и отец тоже. Вся семья…

Когда одним жить невмоготу по старому, а другие не хотят перемен и не желают хоть чем-то ущемить свой кус в пользу других, всегда поливается кровь.

— Мне приказали не отходить от брата Мартина.

— Да, сеньор! То есть брат! Я позвоню в управление! За вами пришлют авто!

— Отдай посылку Педро, и можете гулять.

— Я член ВРС — Мартин Раски, кто тут у вас старший?

— Я вам смогу такую доставить.

— Где находиться управление рудника? Я должен увидеть брата Ринальдо.

— Почему же люди остались в поселке?

«Можно ли спасти людей самих от себя-вот, в чем вопрос…»

— Сеньор Мартин Раски?

— Вы богохульствуете, сеньор.

— Вовсе нет.

Прибежал упитанный потный сержант. Пояс с кобурой съехал с живота вниз и сержант держался за кобуру, чтобы не шлепала промеж ног. Козырнул, приложив три пальца к козырьку засаленной фуражки.

— А вот и наш поселок!

— Работы я не боюсь.

— Серьезно? Буду очень благодарен. Так вы-доктор?

У автомобиля, напротив станции курили самокрутки два парня в кожаных рыжих куртках, кавалерийские штаны у обоих заправлены в высокие шнурованные сапоги до колен. Униформа такая?

Он протянул руку.

— Разве это жизнь?

Ржавые рельсы путей складывались в затейливую паутину по округе. Наверняка сверху, с птичьего полета долина выглядела весьма загадочно.

Через десятки фондов и компаний, оформленных в разных мирах на подставных лиц, Жаклин за три года инвестировала его деньги в различные бизнес-проекты и легко превратила миллиард в три, а потом в десять. Он даже и не представлял, каково же его состояние на данный момент.

— И ты хотел бы прожить всю жизнь здесь, среди ржавых гор?

— Вот как?

— Ты мудр не по годам, Леон.

Видео встрепенуло невозмутимого хозяина Сьерра-Вьеха.

— Хорошо. Неси в авто. Прошу, брат Мартин!

Ржавые грузовые вагоны повсюду и безлюдность. Поезд въехал в тоннель, и настала тьма чернее ночи.

Леон посмотрел с укоризной.

— Здесь поезд задавил нашего соседа Пьетро. Пьяный был…

— Кто-то ушел, но большинство стариков и женщин с детьми остались. Не все готовы к бродячей жизни. Здесь у всех есть крыша над головой, огороды на склонах, козы. Как-то можно жить.

— Читать умеешь?

— Ну?

— Хороший у вас настрой. — Улыбнулся Ринальдо и повернулся к подошедшему Луне.

Серхио Луна со своими людьми метался по вагону, орал и ругался последними словами. Обнаружил, что письмо пропало?

Лаки усмехнулся своим мыслям.

— Именно.

Росина щелкнула в конце коридора выключателем. В вагоне вспыхнул яркий свет.

— Инопланетная штука. Неплохо бы такую завести.

Лаки и ему предъявил свою бумагу.

— Привет, Серхио! Куда ты спрятался от меня? Я ждал посылку и письмо.

Леон улыбнулся.

«Я-миллиардер и становлюсь социалистом?»

После тоннеля солнечный свет показался очень ярким.

Двенадцатая глава

В высокой стене, сложенной из камня открылись стальные ворота, и автомобиль оказался в неожиданно просторном дворе. Несколько сотен мужчин в линялых комбинезонах возле длинных столов вручную сортировали породу. Неумолчный стук молотков сливался в рокот.

Кованная ограда с шипами отделяла двор от проезда. Вдоль рядов прохаживались парни с кожаных куртках с дубинками в руках.

— Мне это подходит.

Традиционный суп из говядины и запеченную рыбу приготовили замечательно. Посуда фарфоровая с золотыми вензелями. Из усадьбы расстрелянного дона?

— Это самые квалифицированные рудокопы. Они отделяют родолит от породы.

Педро поставил саквояж на круглый стол рядом с букетом живых цветов в вазе и удалился.

— У местных есть история о том, что лучшую текилу делают в Эль-Гихо. Представьте: вокруг чана садятся старики со всей деревни. Они жуют мякоть кактуса, а потом сплевывают в чан. За неделю чан наполняется и начинает бродить. Потом пустейшая перегонка и на выходе «золотая текила Эль-Гихо»!

— Вы представитель или терранских корпораций или корпорации Нулана. Вы не революционер, да и на рабочего вы не похожи. Вы появились здесь два месяца назад, в разгар событий и по странному стечению обстоятельств именно вас Мигуэль назначил надзирать за добычей родолита. За родолитом раз в неделю прилетает флайер с космопорта. Контейнер с не огранёнными камнями грузят на курьера и тот растворяется в космосе.

После обеда явился все-тот же охранник Педро и сопроводил Лаки до кабинета сеньора Ринальдо.

Подмигнув себе в зеркале, Лаки вернулся в гостиную и обнаружил на столе уже накрытый обед.

Потом они перешли на отличный коньяк с Терры.

— Сеньор Мартин, вас ждет цирюльник. Вы не передумали сбрить бороду?

— Плохих не держим! — улыбнулся хозяин кабинета. — Прошу!

— Скажу, что письмо мне Серхио не вручил. И это будет истинная правда. Я промолчу про письмо, а вы промолчите про миллион аванса. Мы же-партнеры!

— Кофе, сигару?

— Непременно, сеньор.

— Возьмите и будем считать, что я его не видел.

— Все компании с Цирцеи работают на ПККБ! Зачем вам родолит?

— Вы его прочли и не уничтожили. Почему? Уверены что я вас не прикажу расстрелять?

— Отличный букет. Как называется вино?

Почему вы не покинули планету, когда началась вся эта заварушка?

— Сдается мне, что ваше настоящее имя не Мартин Раски.

— Мне кажется, что старики жевали агаву голубую, а не кактусы.

— Компания, которую я представляю, занимается металлами, а не минералами.

Через полчаса, получив доказательства зачисления на личный счет миллиона стандартов, Ринальдо расслабился и повеселел. Собственноручно налил в бокалы золотистую текилу.

— Может ей сначала покрасить волосы?

— Квалифицированные доны?

— А что вы скажете Мигуэлю?

Ринальдо поднялся из-за резного деревянного стола и вышел на встречу.

— Возможно. Но что это меняет?

Автомобиль подъехал еще к одним воротам. За ними оказался еще один двор и здание из камня, прислонившееся к горе. Вполне городское строение, со ставнями-жалюзи на окнах и с черепичной крышей.

— Тогда как я оказался на этой должности при полном доверии брата Мигуэля?

В ванной комнате на кафельном полу на литых ножках стояла надраенная до золотого блеска медная ванна. Лаки умылся, обнаружив в кране горячую воду и посмотрел на себя в зеркало.

Порода, из которой вы извлекаете родолит, содержит много серебра. Компания готова инвестировать средства в переработку этого металла.

— Не цепляйтесь к словам, сеньор Мартин. Вы работаете на ПККБ?

— Отдохните с дороги, брат Мартин и через час мы встретимся.

Высокую двустворчатую дверь открыла девушка в одежде горничной. Чистенькая и улыбчивая. Гладко зачесанные назад черные волосы блестят как смазанные. Жгучая брюнетка, удивительно белокожая.

Увидев Лаки он разинул рот от удивления.

Потом закрыл дверь и приложил палец к губам.

— Конечно, сеньор. Так что подать к обеду? Мясо, птицу, рыбу?

— Пусть заходит.

— Вы хотите, чтобы я стал двойным агентом?

— Благодарю вас.

— Вот как? Так почему же…

— До определенного порога терплю, а потом выкладываю все как есть.

— Настоящий «Арманьяк»! Коньяк этот надо употреблять, усадив на колени блондинку с пышным задом и покуривая сигару. Сигары у меня есть, а вот блондинок, увы, в горах не найти! Позвать для вас Терезу?

— Уверен. Вы не похожи на революционного фанатика.

Утром его разбудил осторожный стук в дверь.

Девушка указала на аппарат, висящий на стене.

Выбравшись из-под одеяла, Лаки обнаружил за дверью Терезу.

— Это серьезно. Скажите, сеньор Мартин, зачем вы украли у бедного Серхио письмо?

Девушка подала на блестящем подносе стеклянный высокий бокал с белым вином.

Педро, проводи брата Мартина в гостевые комнаты.

— Смешно! Нет, донов среди них немного. И потом, научиться орудовать молотком не сложно, если есть хочешь. Дробильщики породы получают самую большую пайку.

— Передайте мою благодарность повару.

— Я не брезглив, сеньор Ринальдо.

— Ваш повар выше всех похвал.

— Просто дайте полотенце-я умоюсь.

— Мне позвонили по телефону.

— Подготовить ванну, сеньор?

— Как вы узнали мое имя, ведь я же его не говорил.

— На «Цирцеанскую сталь».

Ринальдо убрал руку с револьвера и протянул Лаки письмо за подписью Мигуэля.

Одет Лаки был вполне традиционно для врача или торговца средней руки: недорогой, темный костюм тройка с шейным платком, пестрым как хвост петуха.

Ринальдо тоже в этом здании находится?

— С Цирцеи.

— Это нарушение традиций гостеприимства. Я настаиваю.

С отросшей бородкой он выглядел вполне по местному. Длинные, немытые волосы и слегка курчавая борода с рыжиной.

Ринальдо уже не улыбался.

— Боже упаси! Ваши секреты меня не интересуют. Мою компанию интересует серебро. У вас здесь есть пульт спин-связи. Давайте перейдем к нему и оформим наши новые отношения.

— Жить-интересно, сеньор Ринальдо.

Ринальдо весело рассмеялся.

— Я Ромеро, бывший цирюльник дона Корвальо. — сообщил бывший дон, косясь на Терезу.

— У меня от бороды раздражение! — жаловался Лаки.

Ринальдо расхохотался.

Вынул из кармана расческу и тщательно причесался.

— За успешное начало сотрудничества!

— Обычно на Сабине пьют красное.

— На Сабину вас привлекла экзотика? Почти «заповедник Морелли» и не дорого.

— За него! — улыбнулся, Лаки и закусил ломтиком лимона, посыпанного солью.

Ринальдо откинулся в кресле и тихо засмеялся.

Пробежал глазами листок с приказом ВРС, поднял глаза.

— Еще бы. Только учтите, что линникс, который напичкали в еду и в вино на меня не действует. Он не подавляет мою волю и не развязывает язык.

— Желаете принять ванну с дороги? Что угодно подать к обеду?

В углу кабинета уютное местечко с кожаными креслами и инкрустированным столом из красного дерева.

— Благодарю.

— У меня есть деловое предложение. Вы поможете мне наладить производство серебра здесь, в Сьерра-Вьеха, в обмен на долю в прибыли. Скажем двадцать процентов. Миллион стандартов получите в качестве аванса и сразу же.

— К этому вину рыба подойдет. Что-то не жирное.

Солнце ярко светило в окна. Над ковром с затейливым рисунком, в потоках света кружились пылинки. Застекленные шкафы с книгами поднимались до высокого потолка.

Когда граненая бутылка текилы опустела, они стали друзьями.

— Я хотел бы сразу приступить к делу.

— Революция-это «заварушка» по вашему мнению?

После ужина они прикончили еще бутылку текилы и когда Лаки шел обратно, в гостевые комнаты, то в голове шумело, и ноги слегка заплетались.

После коньяка и сигар, молчаливые охранники принесли блюда с ужином прямо в кабинет. На этот раз не рыбу, а великолепное жаркое из баранины.

Ринальдо пообещал выдать с рудника столько врагов народа, сколько уместиться в вагонах и в придачу красотку Терезу.

— Вы слишком много знаете, сеньор Мартин. Вам не страшно жить?

Не смотря на количество выпитого он ничего лишнего не наболтал.

— Касильо переладо пятилетней выдержки.

— С какой вы планеты, сеньор Мартин?

— И как много, вы готовы инвестировать?

— Это шутка, сеньор Мартин! Так выпьем?

В спальню боком с тазиком в одной руке и с потертым футляром в другой вошел дон Корвальо.

— На первом этапе не меньше полумиллиарда галактостандартов.

— Не выдавайте меня, сеньор Раски, умоляю вас!

— Успели отдохнуть, сеньор Мартин?

— Завидовать — не хорошо! — смеялся Ринальдо. — Еще не отвыкли от жидких депиляторов?

За окном эркера виден каменный склон горы с редкими деревцами. В гостиной мебель красного дерева, ковры на полу, на стенах картины, в золоченых тяжелых рамах. Одни пейзажи. Словно в гасиенде дона оказался…Пышность и богатство напоказ.

— Отличный выбор, сеньор.

— Может быть, мне позвать парней и отправить вас вниз, в подвалы? У меня есть изумительный специалист по развязыванию языков. Как вы переносите боль, сеньор Мартин?

— Ах, письмо? — Лаки вынул конверт из внутреннего кармана пиджака. — Чтобы вручить его лично.

Лаки со смехом просил вместо Терезы цирюльника, который так чисто брил Ринальдо.

Молчаливый охранник, неся саквояж Лаки, проводил его до бокового входа в здание, а потом по кованной ажурной лесенке на третий этаж.

Ринальдо положил руку на рукоятку револьвера.

— Я — Тереза, и я ваша горничная, сеньор. Прошу вас проходить.

— Вы живы?

— Вино с севера, сеньор Мартин.

Тринадцатая глава

Просмотрев список, представленный Лаки, сеньор Ринальдо удивленно поднял брови.

— Мне нужно время чтобы всех проверить.

— В полном порядке, сеньор!

— Его нет, сеньор.

В сопровождении Лимы и охранников Лаки прошел по универе, делая в виртуальном блокноте отметки. Корпуса универе разграбили до чиста, особенно пострадали жилые корпуса. Даже мебель исчезла. Голые комнаты с разбитыми окнами. Пеоны здесь потрудились, как муравьи все вытащив. Разгром полнейший! Только книги кто не тронул. Огромные завалы из книг на полу…Университетская библиотека лежала во внутреннем дворе заваленная битым стеклом, среди остатков мебели, которой погнушались.

— Мы же теперь партнеры-как я могу вам отказать?

— Брат Себастиан.

Про себя отметил, что флайер почти новый и никаких индивидуальных особенностей не имеет. Стандартная машина в камуфляжной окраске бурыми и блекло-зелеными пятнами. Пилот молчал как немой. Ещё один охранник в рыжей кожаной куртке и высоких шнурованных сапогах. Лаки заметил, что так одеты люди приближенные к Ринальдо и охраняющие родолитовый рудник, так сказать-внутренняя стража. Инопланетчики-наемники?

Через час, вернувшись на остров, Лаки вручил пачки объявлений Лиме.

— Нет, сеньор Раски.

— Это что за уродливый холм?

— Ректору что ли?

— Так что с флайером?

— Думаю, что желающих будет много….А дорого-это по чем? И что я скажу коменданту?

— Безобразие! И что мне прикажете доложить Военно-революционному совету?

— Мы только охраняем, сеньор…Их города каждый день приходят три человека. У них бумага от ВРС….

— Вы мне своей напористостью напоминаете солдата из старой байки который просился на постой к вдовушке: дайте воды напиться, а то так есть охота, что переночевать не где!

— Эти люди есть в руднике и на дробилке. Найти их просто-выстроить всех и устроить перекличку. Тем более утром и вечером вы все равно перекличку производите.

Лима стоял рядом всей позой изображая любовь и преданность. Был бы хвостик, махал бы без остановки.

На стук долго не открывали.

«Когда я штопал Малыша Пепе….Похоже, что о дипломе стоит забыть? Университет убили….Но где же люди?»

Потом в районе пустого рынка забрел по адресу, найденному в старой подшивке «Вестника Сан-Педро».

— Жаль, а я бы хотел предложить ему работу.

— Я?

— Принимать имущество, и расплачиваться будет мой человек. Твоё дело организовать очередь на дамбе, чтобы все желающие не устроили здесь базар.

— Ромеро можете оставить себе. Мне нужны врачи, а не цирюльники.

— Электростанция в порядке?

Лаки бросил на стол свою бумагу с печатями и подписями и прошелся по кабинету. За три года учебы он здесь побывал только дважды…. Огромная разница! Судя по грязным паркетным полам с раздавленными окурками в универе Сабины наступила разруха. Лаки подошел к пыльному окну и посмотрел на парк. Там где-то, за деревьями не видно, могила Стефании.

— Новый епископ запретил.

— «Университет Сан-Педро приобретет с благодарностью и дорого у граждан республики любое учебное оборудование и мебель. Оплата немедленно, при получении наличными в галактостандартах.» Сеньор Раски! Но чем я расплачусь?!

— Я — Мартин Раски-декан медицинского факультета. Мне нужен сеньор Хуарес-частный детектив.

— Деньги я обеспечу. Революции нужны специалисты и университет должен продолжить работу. Типография в городе еще работает, судя по приказам коменданта, налепленным на стенах?

— Работа, сеньор?

— Ты можешь стать спасителем университета, сеньор Лима.

В университете он занимался важным делом-чинил канализацию и сантехнику.

— Пусть твои парни наклеят объявления по всему городу.

Лима побурел и быстренько спрятал в стол плоскую бутылку с ромом.

— Привет, Лима! Сделал головокружительную карьеру! Поздравляю!

Старуху отодвинули в сторону и на пороге возник господин с курчавой бородкой непонятного возраста, но в когда-то элегантном костюме.

— Комендант Рамиро, сеньор.

Лаки проверил компьютер реактора и убедился в том, что все в порядке.

— Да, сеньор! — отозвался пилот.

— И что вам угодно, сеньор Раски?

— Комендант города-это моя забота.

— Определенно. Одолжите мне ваш флайер на сегодня. Некоторые срочные дела в Сан-Педро требуют моего присутствия.

Ответ нашелся в сквере на набережной с южной стороны острова.

За тяжелым, массивным столом в кресле сидел знакомый человечек.

— Дай мне пару ребят с оружием для сопровождения.

— Кто это вам все выложил, сеньор Мартин? Не мой ли цирюльник? Вы его тоже включили в список?

— Кто такой?!

— Ничего не знаю, сеньор. Парни серьезные, с оружием и наших близко никого не подпускали.

— Там закопали врагов народа, сеньор. После взятия острова всех врагов осудили и казнили прямо здесь….

— И много здесь лежит наших?

— Жди меня здесь!

Лима побледнел.

Флайер сделал круг над заливом и приземлился на площадке перед административным корпусом университета.

Он провел в этих стенах почти три года жизни. Смешанные чувства им овладели на несколько мгновений. Ностальгия, печаль и злость.

— Верно, сеньор.

— Твое дело обеспечить их безопасность, а учебным процессом они сами займутся.

— Кто вел раскопки?

— Извините сеньор, но денег на уборщиц не выделено, а комендант арестованных врагов народа на работы нам не высылает.

Когда добрались до руин тира в центре парка, то увидел неожиданную картину. Развалины оказались вскрыты словно бульдозером, а в центре глубокая яма.

У них была бумага как у вас.

Лаки выбрался из кабины и осмотрелся. Выбитые окна, всюду мусор, следы пожара на стенах. Руины медицинского факультета…

— Почему не на кладбище?

Хорошо, что дождей еще не было. До сезона дождей еще месяц…Потом погибнет и это. Видеть все было очень горько. Сначала кто-то очень злой и быстрый выгреб ценное оборудование: компы, эльвизоры и всю электронику. Даже хирурга-робота! А потом пришли мародеры-пеоны.

Водопроводчик дрожал и потел, противно смотреть, словно не человека желе. Медуза!

Лаки предъявил им свою бумагу с полномочиями.

— Никого нет дома, сеньор.

Копатели добрались до мощеного кирпичом пола тира. Ни осталось ничего. Ни обломков, ни останков.

Единственные два объекта охранялись и работали бесперебойно: реактор-электростанция и опреснительная установка.

— Сеньор Раски?! Разве вас не расстреляли?!

— Собери своих бездельников и пусть снесут все книги и сложат под крышу для начала. Через несколько дней сюда вернутся некоторые преподаватели и студенты. Надо обустроить жилье и начать учебные занятия.

В городе было все не так как раньше. Пыльно и тихо.

Лаки быстро спустился по сыпучему склону, черпая в ботинки землю.

— А обнаружили ли там останки погибших?

— Когда это было?

Судя по задумчивой морде Лимы «Отвертки» он прикидывал, сколько может получить за украденное из университета имущество, и взор его туманился от приятных перспектив.

— Однако бритьем вы остались довольны?

— Его две недели назад вроде бы расстреляли?

Наконец выглянула в щель старуха.

Страх висел над Сан-Педро. Липкий, тяжелый как смрад.

— Я не виноват, сеньор Раски! Смилуйтесь!

— Не знаю, сеньор. Два дня работали люди с экскаватором и что-то вывезли на грузовом траке.

Очень популярная в прошлом личность — Хорхе Лима, по прозвищу «Отвертка».

В кабинете ректора стало гораздо просторнее и светлее чем в прежние времена. Исчезли ковры и люстры, исчезли тяжелые шторы с кистями.

«Очень чистая работа…Чья? От имени ВРС бумагу мог выдать только Мигуэль….Зачем ему обломки АКР и трупы?»

Типографские рабочие приняли заказ без вопросов и через полчаса Лаки вышел с двумя пачками свеженьких объявлений. Погрузил их на своих охранников.

— Теперь у меня есть все права на расстрел.

Через пятнадцать минут Лаки сидел в кресле флайера рядом с пилотом, а внизу проносились блеклые пустоши провинции Новая Гранада.

Господин прятал правую руку за спиной.

Прохожие шмыгали бледными тенями. Никто не гулял и не сидел с рюмкой красного в летних ресторанах. А и рестораны закрылись. Многолюдно было возле булочных. Горожане с серыми лицами жались в очереди ближе к стене, провожая испуганными взглядами людей с оружием. В очереди одни старики. Где же молодые люди? Девушки?

— Месяц как назад, сеньор Раски….

— Как его имя?

«Когда то успели и ректора назначить…»

— Кто вас назначил на эту должность, милейший?

— Много, сеньор Раски…Неделю с телами потом возились….Кого родственники из города не забрали-оставили здесь.

Лаки вернулся к административному корпусу. Пока шел молчала, потом взял Лиму за пуговицу пиджака.

Из административного корпуса выглядывали в окна люди, когда Лаки подошел в главному входу, навстречу высыпали местные охранники-бородачи в комбинезонах и с винтовками. Глаза красные как у кроликов и перегар мощный, вперемежку с ароматом чеснока.

— Пойдемте, я проведу подробную инспекцию.

— В таком как здесь?

— Имена помнишь?

Возле типографии играли в карты два охранника, отставив винтовки к стене и не забывая прикладываться к бутылке с красным вином…

— Высокооплачиваемая, сеньор Хуарес.

— Кто все это обслуживает?

Тот, кто уничтожал университет знал что делал. Универ это не сколько стены и оборудование. Главное-люди.

Вот и красные, черепичные крыши Сан-Педро показались вдали.

Ринальдо развел руками.

— Но чем их кормить? Нет денег.

Только книги остались в шкафах. Зачем пеонам книги?

Ринальдо расхохотался.

В рудниках Лаки нашел в списках хорошо, если сотню людей из профессуры и студентов.

— Я в этом ничего не мыслю, сеньор!

— Верно, сеньор.

— Мартин Раски-член ВРС. Вот мои полномочия. Ведите меня к главному.

Четырнадцатая глава

Воодушевив «Отвертку», Лаки сел во флайер и приказал лететь к ипподрому, на котором обосновался со своим полком Пепе Малыш. Громко полком назывались четыре сотни бывших горняков и пастухов. Пастухи гарцевали на трофейных конях по ипподрому со свистом и гиканьем. Горняки наливались дешевым красным вином на трибунах.

Героический командир полка был уже изрядно пьян и обрадовался Лаки как любимому родственнику. Пришлось пару часов потратить на пьянку и на выслушивание обид опального революционера. Зал ресторана ипподрома превратился в будуар завешенный дорогими шторами и заваленный коврами и подушками. Пепе сидел на подушках, пьяный, по пояс голый и очень пахучий.

— Мне сказали, что вы посещали банк в космопорте. Зачем? Если нужна наличная валюта я в течение двух-трех дней смогу вам представить любую сумму.

— Летим в космопорт.

У края трибун суетились люди. Щуплые, жилистые парни, загорелые до коричневого цвета копченой колбасы, облепили тушу мертвой лошади и разделывали ее кривыми ножами с удивительной быстротой.

Пилот дремал в флайере.

То, что его отправили в Сан-Педро, Пепе воспринимал как наказание и опалу.

Сержанты оживились.

Через два часа Пепе начисто отрубился, но перед этим успел передать Лаки две роты своих парней..

Они говорили по-лутангийски. Упоминали то и дело какого-то Лан Тунга. Что делали лутангийцы на Сабине? Настоящее открытие!

— Если только для сна.

— А вам там снаружи весело? — хохотнул рыжий сержант.

— Возвращаемся?

Гвардейцы расхохотались.

— А разве что-то изменилось?

— Человек ко всему привыкает.

Он вернулся к флайеру.

— В данное время это затруднительно, сэр. Лайнер «Принц Герберт» будет по расписанию вблизи орбиты только через две недели.

— Отлично, сэр.

Пачки банкнот Лаки рассовал по двум тут же арендованным ячейкам. Едва уместилось.

— О, вы и там бывали?

Лаки отпил коктейль, который он впервые пробовал на Мирхате и улыбнулся гвардейцам.

— В своем мире они никому, видимо, уже не нужны. Имперцы их задаром не повезут. Жрут конину и ждут чего-то.

Пепе сплюнул на ковер и выругался.

Лаки выбрался из флайера и подошел ближе к любителям конины.

— У меня на борту пассажир — имперский гражданин Мартин Раски.

— Еще бы! Ты дашь мне пару сотен парней для охраны университета?

— Какой-то монах из дальнего монастыря-брат Бенедиктин! Все плевать на него хотели! Такой гнус! Редкий гнус! Выпьем, док Мартин?!

Он вышел к лифту и, спустившись на нулевой этаж, вызвал кар.

На бетонном поле, поблизости виднелся одинокий корабль-курьер класса «Вентура». Ждет контейнер с родолитом?

Пепе полез обниматься.

Портовый кар прибыл через минуту.

— Говорят инопланетчики. Привезли их из какого-то мирка в Сьерра-Вьеха, а как революция случилась остались коротышки без работы. Явились к космопорту и живут там, в палатках, получают суб от администрации, но видимо, не хватает каких-то минералов и витаминов. Пепе им отдает павших лошадей. Вот увидите, через десять минут один скелет останется! Даже потроха заберут!

— Хорошо. Тогда жди меня там.

Бармен всем повторил джин-тоник.

— Ты мне как брат, док! Ты понимаешь?!

— И никто им это не объяснил?

— Кто это?

— Ресторан на плюс третьем работает как обычно?

— Это люди консорциума и пусть местные с ними занимаются. Капитан выдает им просроченный суб из запасов. На складах этой гадости еще полно.

Так что у вас с собой?

— Можете сесть на пятой базе.

— Спасибо, сэр.

— Слишком холодный мир, вам не показалось?

— В городе все интересные места заняли всякие козлы. Храни меня божья мать!

Они спустились в гостиную, что примыкала к кабинету сеньора Ринальдо.

Лаки предложили столик с видом на горы Сьерра-Вехьо.

— Меня это вполне устроит. Закажите для меня сто миллионов стандартов.

— Зачем?

— Хочу восстановить его.

Лаки подмигнул им и удалился в сторону туалета.

— А корабль придет?

— Выше крыши, как говорят на Мирхате.

Лейтенант заглянул в экранчик сканера.

С высоты двух сотен метров осмотреться им не дали.

— Сэр! Такая сумма и на Сабине!? Вам потребуется целая армия для охраны!

Разговаривать с лутангийцами Лаки не стал. Насколько он разбирался в их иерархии, за кониной авторитетных парней бы не послали.

— Для серебра рабочие найдутся. Эти же люди поедут в Сан-Педро, в университет. Я хочу, чтобы он опять начал функционировать.

— Вы так всех беглых донов разоружили?

— Привет, я Мартин Раски. Могу я вас угостить?

— У них всегда пусто, можно сесть в любом месте! — пожаловался пилот флайера. — Пора перекусить, сеньор? Я загляну в ресторан?

— Верно, сэр. Склады забиты оружием-хоть открывай оружейный магазин!

Получив бокал с ароматным напитком, Лаки сел на кожаный диван. Посмотрел на свои пыльные ботинки.

— Просто сгоняете в ближайшую систему курьер?

— Зачем? Там одни стены остались! Я сам, лично проверял.

Они негромко переговаривались между собой, рассовывая окровавленные куски мяса по походным мешкам из синтетической ткани.

— Будут ждать до самой смерти! У них в карманах шаром покати. На Лутанге людей слишком много, чтобы кто-то про этих вспомнил.

— Что нибудь придумаю.

А потом еще.

— А брат Бенедиктин знает?

— Дракон Тун продал консорциуму с потрохами две тысячи косоглазых. Работы нет, вот они и приперлись к космопорт. Ждут корабль, что отвезет их на родину.

Через полчаса флайер уже садился на площадке, на крыше здания управления рудником.

— Да. Вас не нужно провожать?

Отправив их на остров, Лаки забрался во флайер и тяжело вздохнул. Утомительно общаться с простым народом!

На коротышек, рубящих дохлую лошадь парни Пепе внимания не обращали.

Уже стемнело. Зажглись прожектора подсвечивая периметр космопорта и мерцающими силовыми полями. Метрах в ста от центрального въезда, на ровной площадке между палаток мерцали костры. Лутангийцы жарили конину от щедрот Малыша Пепе.

— Комендант?

— Личность подтверждена. Если вы желаете покинуть планету, то вам придется жить в портовом отеле не менее двух недель. Если у вас нет средств, вам будет выдан кредит. Отделение Галактобанка на минус первом.

— Да, уже пора.

— Просто сгоняю. — Улыбнулся сеньор Ринальдо. — Мои люди проверили ваш список. В нем только люди из университета. Как вы их рассчитываете применить на производстве серебра?

— Я уже здесь бывал.

— Веселимся изо всех сил! Парни, а что тут делают эти косоглазые с Лутанга?

— Смотрите сеньор, как муравьи! — хмыкнул пилот.

Он давеча вещал, что это было гнездо разврата, где девки учились с мужиками вместе и вообще…Жаль я в студенты не попал…

— Господин Мартин Раски?

— Коньяку для хорошего сна?

В космопорте Лаки побывал только однажды, три года назад, когда прилетел на Сабину вместе со Стефанией. Ничего с первого взгляда не изменилось. Зеркальное здание космопорта сверкало панелями бронепластика, так что резало глаза. Солнце клонилось к закату и окрашивало зеркальные панели в алые тона.

Гвардейцы перебрались ближе к сцене, ресторан постепенно наполнялся. Парочка блондинок у стойки шушукалась, стреляя глазками на господина Мартина Раски.

На лифте поднялся в ресторан.

— Верное замечание. Хотите сигару?

— Три года назад почти.

На лице лейтенанта читалось облегчение.

— Ничего, увы!

Он сделал заказ и подошел к бару.

— Подруга уговорила посетить ледяные пещеры и пожить в «игле».

Минут через тридцать, когда грянула ритмичная музыка и в прожекторах у шеста на сцене возникла девица одетая только в блестки, Лаки узнал много интересного.

Странное дело! Пеоны конину не ели, а тем более мясо павших животных.

Флайер сел в полукилометре от здания космопорту на площадке с цифрой пять.

— Флайер номер 000368,вы в зоне ответственности имперской администрации. Назовите цель прибытия! — раздался голос диспетчера. Вспыхнул экран дисплея. Диспетчер в звании лейтенанта имперской гвардии выглядел довольно серьёзным и в меру злобным.

В порту отряд «тигры Сан-Педро», у кокаиновых плантаций «Черные демоны», в доломитовом карьере у восточной дороги-какой-то мудак Лорме со своим отрядом. Ворует в городе девок и, накачав кокаином, подкладывает всем кто платит галактами!

— Я хотел бы заказать наличность.

Пепе сливал в глотку текилу как воду. Его собутыльники храпели на подушках, а он все наливался и следил за тем, чтобы дорогой гость от него не отставал. Хорошо, что Лаки принял перед этим пару капсул нормикса. Алкоголь быстро разлагался прямо в желудке.

— Почему они остались на Сабине?

— Доброго вечера, партнер! Ваших дел накопилось очень много?

— Да, это я.

У входа в здание их ждали два гвардейца в броне и с лазганами и лейтенант флота в отутюженной форме со сканером в руках.

— За твое здоровье, Пепе!

Пискнул сканер.

— Скучаете тут, наверное?

Прежде всего, Лаки навестил банк и нашел двух скучающих клерков. Там он очень быстро получил карту с магнитным кодом и опустошил банкомат. К сожалению, в нем оказалось всего сто тысяч стандартов.

Пара столиков в зале была занята работникам космопорта, да у бара наливались джином и тоником несколько сержантов из гвардии. Пилот флайера уже исчез куда-то.

— Еще попадешь. Помоги мне, брат Пепе.

— Спасибо, лейтенант, именно в банк я и хочу попасть. Планов покидать планету у меня нет.

Выпили еще.

Они курили, разглядывая редкие огоньки в долине.

Ринальдо вытаращил глаза.

— С удовольствием.

У парапета курил сигару сеньор Ринальдо.

— Увы….по-видимому, нет. Если у вас с собой оружие-предъявите и сдайте сразу. В здание с оружием вход запрещен.

— Для революции и народа нужны врачи. — вслух ответил Лаки с абсолютно серьезным лицом.

«Мне нужен диплом. Не зря же я три года здесь убивал время?»

Пятнадцатая глава

С утра в сопровождении пары людей сеньора Ринальдо, Лаки осмотрел часть цехов металлургического комбината. От рудника всего час езды на мотодрезине.

Вернувшись к станции, обнаружил у вагонов своего поезда очередь желающих попасть на прием. Его фельдшеры взялись за дело. Убедившись, что его помощи не требуется, Лаки опять затребовал у Ринальдо флайер и вылетел в космопорт.

Лан Тунг дернул щекой.

— Это слова Мигуэля.

— Я гадал на них. Боги сказали, что пошлют нам человека, который поможет. Видимо, вы тот самый человек.

— Сначала мне надо навестить университет.

Лаки ответил по-лутангийски.

— Безусловно.

К обеду Лаки сидел на причальной тумбе в порту, курил сигару и смотрел на море. Волны шлепались о сваи. Вопили чайки перепуганные стрельбой. «Тигры Сан-Педро» оказались только грозным названием. Разбежались кто-куда как тараканы….

Но Лаки оказался к этому готов. Из карьера прихватили в канистрах бензин. Бутылок из-под текилы в городе имелось в достатке, валялось по помойкам без счета.

— Как вы выжили на Зартанге, Лан? Я слышал про тамошние каторжные рудники жуткие истории.

— Революция как стихия, ее нельзя остановить.

Обрюзгший господин средних лет, лысеющий, с животиком, местный босс отчаянно скучал. В прежние времена он не вылезал из Сан-Педро и его там принимали как дорогого родственника. Ел, пил, трахался и все бесплатно. Доны ублажали имперца много лет. Как чувствовали, что пригодиться. Теперь его спонсоры улетели на Терру или еще куда. Приток денег прервался, а в космопорте даже начальнику в баре не наливали за бесплатно….

— Как прошел день, сеньор?

— Господин знает наш язык?!

— Откуда у вас столько родолита?!

Услышав родную речь, обитатель палаточного лагеря на миг стал круглоглазым.

— Не могу предложить вам ни чая, ни кофе. Денег нет ни на что.

Осмотрев кучу вещей, Лаки почесал затылок. А здесь грузовики нужны!

— Как слышишь, парень. Лобанг умеет говорить по вашему.

Судя по голосу, начальник космопорта уже изрядно принял с утра. Корабли редко садились на Сабине, а тем более после начала революции и смуты. Скука разъедала имперских чиновников как ржавчина рельсы.

— Не хотите говорить — не надо. Моё предложение состоит в следующем: на Сабине идет междоусобная война и я хочу ее прекратить. Мне нужны верные люди-помощники. Вы мне подходите. Я жил в Нанджонге. Моя жена оттуда родом. Из клана Хутонг. Я уважаю ваш народ и готов вам помочь вернуться на родину и не с пустыми руками…Я буду платить каждому по пятьсот стандартов в месяц, тебе, как старшему — по тысяче. Аванс выплачу через полчаса. Как только война завершится каждый получит по десять тысяч стандартов и билет на родину.

— Для начала ваш флайер в полное распоряжение. Лошадь и поезд, слишком тихоходные средства передвижения. А у меня так много планов, а времени так мало.

— Конечно, не твое. — Успокоил его Лаки и приказал выгнать говнюка взашей.

Начальник космопорта пил виски в баре, когда Лаки подошел и уселся на соседний табурет.

— Я — Лан Тунг. Я староста лагеря. — Сказал крепыш на хорошем галакте.

Лаки на коне, подаренном Малышом Пепе, посадив роту лутангийцы на извозчиков, прибыл к дамбе соединяющей университетский остров с городом и обнаружил здесь огромную очередь из желающих продать задорого университету его же имущество.

В глазах господина Сайруса вспыхнул интерес.

Ринальдо прожигал взглядом Лаки и молчал. Что там творилось в его голове?

— Пойдемте в мою палатку господин Раски. Обсудим детально ваше предложение.

— Соскучился по лату, парень?

— Я действовал в рамках своих полномочий и при поддержке революционной армии.

Лаки улыбнулся и поднял бокал с великолепным терпким красным вином.

«Многим вскоре придется подвинуться».

— Приветствую вас. Я Мартин Раски и у меня есть работа для ваших парней.

До космопорта Лаки добрался уже в сумерках, на коне, сопровождаемый эскадроном из полка Пепе.

В строительных вагончика на дне карьера лутангийцы обнаружили два десятка полумёртвых молодых женщин. Тот самый притон, о котором говорил Пепе.

— В контейнере еще есть место.

Пусто как…Ни кораблей, ни лодок…В прежние времена было все по иному….

Тереза подала ужин на подносах, улыбаясь одному Лаки. Горячее мясо косули с соусом, обжигающим язык так и таяло во рту.

— Золотые слова! Парни нашли бочку с амонтильядо. Выпьешь с нами?

— Я видел, как ваши парни забирали вчера конину в Сан-Педро.

— Я Мартин Раски и у меня есть деловое предложение.

— Я прошу отправить людей по списку на поезде в Сан-Педро завтра же.

Женщин Лаки приказал не трогать и оставил десяток парней для их охраны. Осмотрев экскаватор, среди прочей брошенной техники, он пожалел, что никого не взяли живыми. Возможно, этим агрегатом копали в универе на месте гибели Стефании.

— Кокаин я тебе раздобуду без проблем. Хочешь вернуть себе порт?

— Я хочу увидеть Лан Тунга.

— Где-то я это слышал…

— С удовольствием.

— Вы далеко пойдете, сеньор Раски, если вас не остановят.

— Нам не нужна работа, нам нужен корабль домой.

— Старые запасы компании. Так это решит нашу проблему?

Через два часа лутангийская революционная бригада обрушилась на доломитовый карьер рядом с Сан-Педро. Местная банда, не ожидавшая такого подвоха была перебита за пять минут. Главаря Лорме пристрелили, когда он выбежал из сортира со спущенными штанами….Лутангийцы разжились оружием, деньгами и кокаином.

— Что вы хотите за это получить? Кроме этих полудохлых каторжников?

Раскуроченный робот-хирург обнаружился в сарае возле дома Лимы «Отвертки».

— Не будет ли сигареты у господина?

Лутангиец смутился. Он что-то хоте спросить, но не решался. Чувствовал, что не ему задавать вопросы странному лобангу.

В палатке было душно. Кроме тощего матраса с одеялом и мешка из синтетика ничего не имелось.

— Боюсь, что вскоре брату Мигуэлю придется подвинуться.

— Кого нам надо убить, господин?

— Слишком расплывчато, дорогой Ринальдо. Через неделю корабль зафрахтованный «Цирцеанской сталью» сможет доставить на Сабину полтонны родолита. По моим прикидках столько вы сможете добыть здесь за год.

— А что скажет на это ВРС?

— За наше плодотворное сотрудничество!

— Это не мое! — вопил сантехник, припертый к стенке.

— Это не правда, господин.

На стрельбу и пожар, прибежали люди Малыша Пепе. Сам командир полка прискакал на красивом вороном жеребце.

Лутангийцы же взяли под охрану весь университет. Парням из далекого мира явно нравилась новая работа.

К счастью у него имелись лутангийцы. Они как муравьи за пару часов отнесли все вещи в университет, в жилые корпуса.

Обещая через неделю груз родолита Лаки ничем не рисковал. Синтезатор Жаклин на Барнарде мог изготовить любое количество родолита. А вот реакция таинственного сеньора Ринальдо его откровенно позабавила.

— Я имперский служащий и вы меня хотите подкупить?

— Всякого я укажу. — Улыбнулся Лаки.

Через час портовый кар вывез с территории космопорта пластиковые короба с оружием, что оставили доны, покидая родину. Формально собственностью империи это не являлось и нигде не было оформлено надлежащим образом.

— Господин Сайрус?

— И что?

Увидев его тату ниже левой ключицы Лаки кое-что понял.

Ринальдо ждал его в кабинете.

— Насыщенно.

— Нет, только угостит виски. Разве это преступление?

— Угощайте. — Согласился господин Сайрус.

Пилот дремал в флайере.

Лан Тунг покосился через плечо. Столпившиеся за его спиной лутангийцы жадно прислушивались к разговору.

— Революция, брат — это решительность, беспощадность и порядок!

На бывших кокаиновых плантациях дона Корвальо пришлось повозиться. Бандиты заперлись в крепких сараях из природного камня и бешено отстреливались. Нанюхались своей продукции и потеряли голову?

Пришел, улыбаясь до ушей, Пепе с коробкой сигар подмышкой.

— Вас продали консорциуму не для того чтобы вы возвращались.

Рота лутангийцы отрезала коммерсантов от города и горожане быстренько и не дорого расстались с имуществом. Чего здесь только не было!

— Еще одну революцию устроили, сеньор Раски?

— Навел порядок в столице и помог администрации космопорта избавиться от ненужного имущества.

Кокаин, килограммов на десять, Лаки приказал тут же сжечь, облив бензином.

Лутангиец потер ладонью татуировку рядом с ключицей.

За их работой Лаки наблюдал из кабинета ректора, попивая кофе с коньяком и просматривая списки имущества.

Появился еще один лутангиец и рысью умчался в глубину лагеря.

— Что ты здесь делаешь, брат?! Кто эти парни?!

— Откуда она взялась? Божья мать! Где я теперь возьму кокаин?!

— Вы можете твердо гарантировать полтонны родолита в течении недели?!

Лан Тунг появился достаточно быстро. Вышел из-за палаток крепыш в коротких штанах и быстрой, но уверенной походкой приблизился к Лаки.

— Зачем вам потроха от лошади?

Лан Тунг выдавал своим парням оружие, а Лаки купюры. Дело шло весело и с огоньком. Оружия на всех не хватило, но Лаки рассчитывал на то, что в Сан-Педро найдется все необходимое.

Лутангийцы взяли под контроль радиостанцию, вокзал, склады с оружием и боеприпасами и центр города.

— Завтра не получиться, сеньор Раски. Многие нужны на дробилке и необходимый план добычи еще не выполнен.

— Вы и про это знаете…

— Что угодно господину? — перед Лаки сразу же появился абориген. Жилистый, загорелый парень лет двадцати. Караульный?

— Не хочешь принять правду-не принимай. Но выполнив мою работу, вы все получите денег достаточно чтобы купить билет на Лутанга и еще останется для того чтобы купить лавку в Нанджонге каждому. Я плачу галактической валютой.

— Это революционная лутангийская бригада, брат Пепе! — улыбнулся, Лаки и закашлялся. От сараев несло с дымом вонь сгоревших тел и кокаина.

«Черных демонов» забросали бутылками с бензином и поджарили вместе с запасами кокаина. В сараях оказалась целая фабрика.

— Сколько вам нужно родолита?

Первым делом он добрался до лагеря лутангийцев, отметив, что в нем поддерживается вполне армейский порядок. Ни мусора, ни отбросов, а палатки выстроены в шахматном порядке.

— Чертов лицемер… — буркнул Ринальдо. — Составите мне компанию на ужин?

— Док, ты меня поразил в самое сердце! Где ты раньше прятал свои таланты? Представь себе-Сан-Педро наш!

Шестнадцатая глава

Когда ты просыпаешься от настойчивых женских ручек, когда разогретая своими фантазиями подруга прижимается к тебе грудью и животом-это не назовешь неприятным пробуждением.

— Стеф, что на тебя нашло? Еще ночь…

— И еще архипелаг.

В северной части Сьерра-Вьеха горы выше и всегда покрыты снегом. Оглядывая склоны гор, Лаки подумал что со временем, возможно, здесь откроют горнолыжный курорт, как на Терре. Дело за малым-научить пеонов кататься на лыжах! Идея была самая дурацкая и фантастическая….

Тереза облизнула губы и лукаво прищурилась.

Опять уставился Лаки в глаза.

— Да.

Кто то из людей монаха подвинул для Лаки грубый, тяжелый табурет.

— В Сан-Педро, к университету.

— Все сделаем, господин Раски. Остались ли еще у вас враги в этом мире?

Когда Лаки оделся и вышел из спальни, в гостиной его ожидал пилот флайера.

— У вас есть влиятельные друзья, но вы все равно остались в нашем мире. Причина в деньгах или в женщине?

— Мы придем…

Монах перекрестил Лаки и флайер и морозный ветер, заснеженные склоны Гор-все провалилось стремительно вниз.

— Доброе утро, сеньор. Вы выглядите победителем.

— Мы только начали Лан.

— Связи с ними у нас нет. Если на архипелаге нет наших-значит там враги. Так-логично.

— Народ юга ждет вас, падре.

— Рохас, карту сюда! Хочу знать подробности!

Кружка обжигала пальцы, но Лаки терпел.

Лидер северян задумчиво заштриховывал карандашом карту континента.

Ветер немедленно забрался под куртку ледяными лапами, пришлось поспешно ее застегивать стынущими руками. От жесткого дыхания гор заслезились глаза.

— Вы инопланетчик и безбожник. Вы человек иного мира. Что вам до Сабины и до меня? Не лгите, сын мой! Маленькая ложь рождает большое недоверие!

Она хихикнула и закинула горячее атласное бедро на ноги Лаки.

— Расскажите мне о себе, юноша.

Монах сам снял с печки чайник и щедро плеснул кипящий напиток в жестяную кружку.

— Нет, о будущем Сабины. Кондукатор ведет переговоры с ПККБ на Цирцее. ПККБ это…

Отец Хоакин водрузил на нос очки в роговой оправе и шевеля губами прочел бумагу.

Он поднялся с табурета и поставил недопитый, горький чай на стол.

— Сегодня солнечно?

— Куда теперь, сеньор?

— От нашего друга, сеньора Ринальдо.

— Как всегда, сеньор Раски.

— Спасибо, не откажусь, отец Хоакин.

— Желаете травяного чая?

— Я прихватил свой саквояж с лекарствами. А какой я врач-сами увидите.

— Как здоровье сестры Марии?

— Если ПККБ пришлет своих боевиков…

— Тереза…

— Куда лететь, сеньор?

— Не трудитесь напрасно! — махнул рукой монах. — Я знаю что такое ПККБ, сын мой. Откуда пришла эта новость?

«Одна бригада ПККБ вас всех в порошок сотрет! Старый идиот! Да что бригада! Хватит и двух рот с тяжелым вооружением!»

Лаки улыбнулся и закрыл глаза на минутку.

— Рада вам угодить, сеньор.

— Так вы врач?

— От сеньора Ринальдо и от моего друга на Цирцее.

— Не знаю такого. — буркнул монах.

Вот тут он окончательно пробудился. Утро еще не наступило и в темноте, как говориться: все кошки серые… «Стефани мертва…о чем это я…»Сопротивляться было глупо и смешно, к тому же ночная гостья пахла так восхитительно и ее нежная кожа была как шелк….

— Увы, похвастаться пока нечем.

— Следующий раз, сеньор….

Приезжал в полдень городской комендант. Требовал с вами встречи.

— У меня не осталось сил на день. — хмыкнул Лаки.

— Чем занят сеньор Ринальдо?

Склеры глаз отца Хоакина были отчетливо желтые.

— Вы обманщик, сеньор. У вас сил хватит еще на пару девушек….

— Я предпочитаю быть сверху.

Лаки твердо глядя в глаза монаха, рассказал про ситуацию.

— Мартин Раски, член Военно-революционного совета, вот мои полномочия.

В лагере ниже по склону, главарь повстанцев севера сидел в щелястой хижине возле очага, хлебал из железной кружки какое-то лекарственное пойло. Пахло сушеными травами. Завывали сквозняки. Отец Хоакин поверх монашеской сутаны накинул плащ из меха козьего и совершенно в нем утонул. Худощавый, остроносый старикашка, с пронзительным взглядом и поджатыми тонкими губами.

Лан Тунг пожал плечами.

— Лекарства не помогут, если божья мать отвернется от человека…

— Что там у вас? Какие успехи? Все также топчитесь у Сан-Мигеля?

Но вслух Лаки сказал другое.

— Они настоящие дикари, сеньор. Будьте осторожнее!

Лутангиец улыбнулся, впервые за все время.

Чуть позже, приходя в себя от ослепительного, сладкого финала, Лаки ощутил у на шее горячее дыхание и поцелуи крепкие и болезненные как укусы.

Пришлось быстренько изложить свою легенду. Недоучившийся студент мечтает о вселенской справедливости и потому присоединился к революции.

Флайер сел прямо на плиты старой горной дороги. Лаки натянул на голову вязаную, разноцветную шапку с ушами. Такие носят местные пеоны, что облюбовали горы для проживания. Впрочем и пеонами их было сложно назвать. Землю они не ковыряли, пасли коз и ели козий сыр.

— Живым им от нас не уйти! Мы будем им резать глотки каждую ночь! Мои кортадорес разберутся с любыми боевиками! Когда мы дойдем до Сан-Мигеля вы их сами увидите в работе! — глаза отца Хоакина грозно засверкали, кулаки сжались.

Подали карту, примитивную, выдранную из школьного учебника.

— Я помолюсь за ее душу.

— Чужаков никто не любит и нигде. На Лутанге я тоже не купался в волнах обожания.

— Она поправилась благодаря моему методу лечения.

Вошла Тереза. Полностью одетая со скромной гримасой добродетельной монахини. В руках поднос с завтраком. Горячий омлет с тостами, кофе в кофейнике. Разве подумаешь на эту скромницу что она способна забраться под одеяло к спящему сеньору?

— Просто я задумался о будущем.

— Не торопитесь, сын мой. Я прошу вас осмотреть больных и раненных в лагере. Если вы, конечно, настоящий врач.

— Про архипелаг точные сведения?

— Да, я родом с Рилона, но я имперский гражданин.

— Что за сутки случилось?

У взорванного виадука, над ущельем копошились как муравьи люди, не обращая внимания на порывистый ветер и мороз.

— Великолепный омлет и тосты хрустящие, как я люблю.

В парке университета вкусно пахло барбекю. Разбогатевшие лутангийцы жарили на решетке свинину, но винтовки держали под рукой. Лаки выслушал доклад Лан Тунга и попробовал жареной свинины.

— А теперь все вон!

А потом женщина оказалась сверху, оседлав партнера с опытом и сноровкой умелого всадника и надо было соответствовать положению и поменьше думать.

Хоакин быстро перекрестился.

— Кто вы?

— Отлично! Будем ждать.

— Было нападение на патруль в районе порта. Нападавших пристрелили. Просто грабители.

Отец Хоакин грозно взглянул на своих людей толпящихся у двери.

— Да?

«Интересно: она сама пришла или ее прислал сеньор Ринальдо?»

Когда рассвет прокрался в окна, утомленные и вспотевшие они лежа в объятиях друг друга.

— Где вы учили логику, брат Мартин? Вы же инопланетчик?

— Зачем вы прилетели, сын мой? Связь по радио с Мигуэлем у нас работает и он в курсе наших временных затруднений.

— Это хорошо, господин Раски. Чем больше врагов-тем больше славы.

Лаки кивнул пилоту и выбрался из кабины.

— Хвала Богу!

— Нам очень нужны врачи. Садитесь ближе, сын мой.

— Любовь-это странная штука. Она по приказу не появляется.

— Прилетай еще, сын мой. Привози свои лекарства. Если конечно успеешь. Через два дня мы перейдем ущелье.

Следующие три часа Лаки занимался больными и раненными. Пришлось ампутировать нескольким человекам обмороженные и гниющие пальцы. Запас антибиотиков и анальгетиков растаял мгновенно. В армии отца Хоакина было не меньше трех тысяч замерзших, изможденных пеонов, почти каждый с мачете в ножнах на поясе и почти каждый с простудой.

Когда проснулся, то не нашел рядом девушку.

— У донов остался запад с его непроходимыми лесами и Сан-Мигель.

— Завтрак в постель? Я выгляжу больным?

— От передо мной не отчитывается.

«Про связь я ничего не знал. Мигуэль водит меня за нос и всех остальных членов ВРС?К чему тогда все эти вопросы? Проверка?»

— Я хотел бы с вами наладить контакт, отец Хоакин. Я не знаю, что обо мне говорит Мигуэль, но я хочу народу Сабины только добра.

— Своем, конечно?

— Моя жена умерла, падре.

— Причину сказал?

Появление флайера не осталось незамеченным. Закутанные в шкуры, как древние люди, пеоны побросали все дела и бросились прятаться среди камней. Сверху их прекрасно было видно.

В лагере не было женщин или торговцев. Только суровые мужики заросшие бородами до самых глаз. Дока Мартина тем не мене покормили бараньей похлебкой, очень жирной, очень горячей и острой. После такой еды можно было смело смотреть в глаза ветру. Если не долго, конечно.

— Я молился за нее каждый вечер. Откуда у вас летающая машина?

Следующий раз наступил очень быстро. Девушка знала как взбодрить любовника….Вот тогда он ее заставил стонать и судорожно сжимать бедра…

— Довольно о любви. Через пару дней прибудет поезд с людьми из Сьерра-Вьеха. Всех надо сопроводить сюда, в университет. Работу я им найду.

Когда он садился в флайер, сам промерзший до костей, отец Хоакин вышел его проводить.

— Эй, парни! Я с юга! Мне нужен отец Хоакин!

— Наконец-то вы меня узнали…

«У него проблемы с печенью и желчным. Но пусть сам попросит о помощи, гордый старикан!»

Приятно слушать комплименты.

«А победитель получает все. Omnia vincit accipit!»

— Причина-это мы. Местные не любят чужаков.

В дверь постучали.

Семнадцатая глава

Челнок с Барнарды доставил в долину по соседству тысячу дронов. Три мобильных платформы перетащили их в опустевшие помещения механического цеха за несколько часов.

Дроны запустили станки, наладив электроснабжение и заварили стальные двери изнутри, чтобы никто не мог проникнуть внутрь. Подходящих листов стали имелось в достатке.

Симон тут же выглянул из за палатки с револьвером в руке.

— Это не хорошо. Чем мы можем вам помочь, доктор?

— Работы?

— Если б я знал. — пожал плечами Лаки. — Я-сирота. Вырос среди руин, питался жареной крысятиной. Вот такой я дон!

— Если вы мне не солгали, то отобрали тех кто вам знаком по университету. Думаю что Мигуэлю ваша активность не понравится.

— Это временно. Вскоре упорные антинародные элементы поймут свою ошибку и ощутят тяжелый рабочий кулак на своей шее!

— Они сожрали все наши запасы колбас и окороков и выпили весь спирт.

Жаклин сообщала что всплеска интереса к родолиту в империуме не отмечено. Зачем кому-то тонна родолита?

— Чашка кофе была бы кстати.

— Учебники будет сочинять Симон?

— Об этом я не знал…Симон?! Это были твои люди?

Ринальдо пообещал председателю ВРС оружие в обмен на камешки? Когда-то в древности, на Терре родолит использовался исключительно как камень для ювелирных изделий. Его даже сравнивали с рубином. Ограненный родолит очень похож на рубины.

При словах о жареной крысятине лица членов ВРС перекосились.

— Они подчиняются военно-революционному совету. Во главе стоит Лан Тунг. Надежный товарищ и брат.

— Лучше на космопорт. К чему терять время? Так понимаю, что вы возвращаетесь в лагерь в Сан-Мигель?

— Что вам удалось сделать в руднике?

— Все заросло как на собаке, док!

— Смешно… — процедил сквозь зубы командир «эскадрона смерти».-Да как только покончим с врагами революции я лично возьмусь за ваш универ. Мы вычистили оттуда всю гниль, а вы, как я понял, опять эту гниль обратно хотите возвратить?

— Жалуется что сперли колбасу и сломали комп в траке! — хмыкнул Симон.

— Это камешек в мое поле?

— Ничем вы мне не поможете.

— Что-то пропало?

— Что там у вас случилось в Сан-Педро и откуда взялись вооруженные лутангийцы?

— Кто-то из них копался в компьютере. Диагност не работает теперь.

— Не сеньор, а брат! — скорчил недовольную мину лидер повстанцев. — Я уже решил что вы сбежали, брат Мартин!

— Это ты приказ сочинил?

— И кому они подчиняются теперь? Вам?

Ринальдо прищурился.

— Они стояли лагерем возле космопорта и я сагитировал их взять оружие и бороться за дело революции. Простые, бедные парни, трудяги. Донов среди них нет. Отказываться от таких союзников глупо и не дальновидно.

— За полтонны родолита дополнительно.

— Опасаетесь что вас узнают?

— Груз в пути. Доставить сюда или на космопорт?

— Отец Хоакин.

— Буду ждать встречи с нетерпением.

— Полностью с вами согласен.

Лаки протянул Мигуэлю конверт с приказом о собственном расстреле.

— Зачем вам тогда колбасы, док? Жрите своих крыс! — фыркнул Симон.

— Кто вам сказал про связь?

— А вот с этим не надо спешить! — воскликнул Мигуэль. — Обучение там было насквозь антинародно! Нужны новые учебники и пособия. Нужно учить и воспитывать народных спецов! А это не возможно по старым методам!

Вчера поселок Куэнко подожги люди Торреса из-за того что там отказались им отдавать еду.

— Наконец-то вы вернулись! Ого, и без бороды! Вам так больше идет.

Эскадрон смерти пропустил к палатке только Лаки.

— Что он сказал вам по радио?

— Это дело наживное.

Мигуэль нахмурился.

— Я неграмотный, да и почерк незнакомый.

— Что вы, брат Мигуэль! Госпиталь — это же особо важный объект под управлением дока Мартина! Виновать этот хмырь-Фернандес. Расстрелять его за то что не защитил имущество, принадлежащее народу!?

— Вы полагаете они меня знают?

Лаки решил, что судя по всему-Ринальдо кроме родолита на Сабине ничего не интересует. Он не революционер. Какие отношения связывают его с Мигуэлем?

— Я об этом подумаю.

— У меня из трака кто-то стащил колбасы и там же сломали компьютерный диагност. Наверно тоже антинародные элементы?

— Через пять дней встретимся в космопорте. И там я передам вам груз родолита.

— Как же вам удалось их сагитировать, док? Бесплатно эти косоглазые в носу не будут ковыряться! Уж я знаю! — отозвался Симон. — В Сьерра-Вьехо насмотрелся на них. Да, работяги, но тащат все что плохо лежит и чужих к себе не принимают.

— Добрым словом и деньгами можно больше добиться чем винтовкой.

— Готов предоставить доклад, если вы раньше не пустите в дело свой приказ.

Мигуэль порвал приказ о расстреле Мартина Раски и швырнул в траву.

— Я слышал что у армии возникли проблемы с провиантом?

— Как вы быстро нашли виновного! — восхитился Лаки. — А может со своими людьми я сам разберусь?

— Очень жаль.

— Мигуэль не боится создавать проблемы на ровном месте. Смелый человек!

В вагонах их встретили копченые окорока, текила и ром. Пусть расслабляться и поймут что расстреливать их никто не собирается. Зачем кормить и поить обреченных на смерть?

— Что за чепуха!? Я это не подписывал! Кто вам это дал?

«Идите и все утопитесь в море!»

— Верно. Там слишком много дел накопилось. Сообщите Мигуэлю что я вылетаю на флайере.

Мигуэль насупился.

Лора ждала его возле трака.

— Сеньор Ринальдо оказал мне всестороннюю поддержку. Полагаю что работу университета в течении месяца можно буде возобновить.

— Еще бы! А в первую же ночь, когда вы уехали, в трак хирургии вломились люди Симона. Выгнали меня вон и копались там до утра.

— Есть замечательный рецепт! — оживился Лаки. — Крысиные ребрышки в соусе…

— На благо революции, конечно.

— Док Мартин!

— Присаживайтесь. Кофе, ром?

— Еще один фанатик идеи? У него слишком длинный язык, я предупреждал Мигуэля. Что с нашим родолитом?

Из палатки выбралась сонно моргая, сестра Мария.

В конюшне?

— Он ждет вашего доклада.

Ринальдо ухмыльнулся.

За полуразрушенным зданием из глинобитного кипича, среди деревьев стояла брезентовая палатка армейских камуфлированных цветов. Мигулэь сидел за раскладным столом возле палатки, перебирал бумаги, сверкая стеклами очков.

Лаки и Ринальдо мерились взглядами, пока сеньору начальнику рудника не надоело.

— Город еще держится. А вот с продуктами теперь возникла проблема и не в городе. С торгашами на ярмарке у людей Симона вышел кофликт. Мигуэль обязал торгашей продавать еду по твердым ценам, установленным ВРС, то есть в треть реальной цены. Торгаши и пеоны не подчинились. После этого из них взяли десять человек заложников и расстреляли у всех на глазах. На ярмарке только тряпьем сейчас торгуют. Даже дохлого куренка не найти.

— Даже не представляю.

— Откуда это пренебрежение простым трудовым человеком? Вы там, на своей планете, случаем не доном были? Уж больно много из вас аристократской гнили лезет! Кто были ваши мать и отец?!

— Сеньор Ринальдо.

— Симон! Кофе нашему героическому хирургу!

Ринальдо подошел сзади очень тихо.

— Вас еще не расстреляли, док?

Лаки улыбался, жал руки, спрашивал про здоровье. К штабу Мигуэля Лаки прибыл в плотном кольце своих бывших клиентов.

— Если это шутка-то очень странная и не смешная!

Сверху, из под облаков, лагерь революционной армии напоминал дымящуюся, разноцветную кучу мусора. Флайер приземлился возле передвижного госпиталя и взлетел сразу, как только Лаки оказался на земле.

— Как дела, док!

— Анатомия тоже была антинародной?

— Меня сейчас стошнит! — охнула сестра Мария и спряталась в палатку.

— Здравствуйте, доктор Мартин. У вас все благополучно?

— Верно и это не почерк сестры Марии.

— Это происки наших врагов, доктор Мартин. Забудьте.

— Счастливого пути, сеньор Мартин. По вам здесь будут скучать.

— У меня хватает дел и на руднике. После взятия Сан-Мигеля я надеюсь еще получить партию рабочих из числа пленных.

Жаклин контролировала работу, а Лаки в это время наблюдал издалека за погрузкой бывших каторжников в вагоны. К двум пассажирским подсоединили три товарных, в которых обычно возили копченое мясо из Сан-Педро-основную часть рациона горняков в дореволюционный период.

— Он-безголовый урод и садист! Да, теперь от каждого полка команды рыщут по окрестностям и забирают еду и вино у местных по твердым ценам. Видите на севере дым?

— Доброго дня, сеньор председатель!

Ничего хорошего от этого перемещения каторжники не ожидали и охранники Луны прикладами заталкивали в вагоны тех кто упирался.

Лаки подозвал Фернандеса и приказал ему отвести его к Мигуэлю.

— Да, совсем вылетело из головы! В механическом цехе комбината мои люди заняты некоторыми работами. Не мешайте им, прошу вас.

— Безусловно. Благодарю вас за гостеприимство. Особенно за флайер. Не хотите его мне уступить?

— Пойду пожалуюсь. Где сейчас ВРС заседает?

Проходя по лагерю приходилось то и дело останавливаться чтобы пожать руку кому-то из ранее спасенных воинов революции.

— Вы их купили, брат Мартин? Всех оптом?

— Что нового, чем порадуете? Сан-Мигель еще не сдался?

— Не надо хватать меня за язык, док! Образование на Сабине должно быть нашим, народным и это не допускает никаких отклонений.

— Как видите.

— Благослови вас бог, док!

— Здесь стало весело!

— Прошу назначить меня ректором и тогда посмотрим на результаты. Не устроит моя работа — назначите другого, но только не вора-водопроводчика!

— Из-за чего такой крик?

«Получается, что ему нужна тонна родолита. Чье задание он выполняет?»

Лаки пожал плечами. Кто им мешает в любую минуту настрочить еще один приказ или выстрелить в спину безо всякого приказа?

Восемнадцатая глава

В революционной армии теперь продуктовый паек выдавали по спискам и очень скудный. Вино исчезло, а вместе с ним и революционный энтузиазм куда-то выветрился. Люди ходили злобные и мрачные. Не все. Кокаин пришел на помощь народной армии и принес эйфорию. Пеоны предпочитали добавлять порошок в табак и весело покуривали. Дым костров не мог перебить запаха человеческого дерьма, а тут еще и кокаин добавился.

Как наблюдал Лаки, В повседневной жизни пеоны редко озадачивались устройством нужников. В каждом доме для этих целей использовали место между кучей навоза и стеной хлева. По понятным причинам ничего такого в округе не наблюдалось. Ручей, текущий через лагерь давно превратился в мерзкую, зловонную клоаку.

Вот и башня космопорта сияет в лучах зари как золотом облитая….

— Просто у них такие глаза.

— Мы многое знаем о ваших мирах. А вы уже изрядно наследили.

Завтра подходил срок передачи Ринальдо полтонны родолита. Жаклин все подготовила.

Полк Пепе перебросились обратно к Сан-Мигелю и на зависть всему лагерю его парни явились с запасом еды, вина и свежими девками. Парни Пепе не скупились и их появление ознаменовалось лихой пьянкой, с мордобоем и стрельбой.

— Ты кого назвал кретином, док?!

— Того, кто гадит рядом с местом где ест.

— Извини, но мне надо бывать во многих местах, не разорваться же? Вот идет Ван Минг, еще не познакомилась с ним?

Вечно пьяный Пепе слегка оскалился. Он медитировал с открытыми глазами. Или он уже перешел на кокс?

Шесть штук рудных траков, обшитых сталью в механическом цеху Сьерра-Вьеха, превратились в тяжелые броневики с десантными отсеками. Им требовались экипажи. Экипажи из лутангийцев через эль-шлемы набирались уму-разуму на территории университета. На следующей неделе у Лаки будет собственный бронеотряд.

— Не думаю что эта идея им понравится. Может быть для начала попробуем отследить их? Как раньше и было задумано.

— Как это понять?

Время сжималось как пружина.

— Землетрясение ожидается?

— Ты долго не отвечал на вызов, дорогой. — немедленно пожурила Жаклин.

Ринальдо рассмеялся.

— Мигуэль и я об этом многократно говорила.

Лаки взял девушку под руку.

При этом мало кто обратил внимание на колонну лутангийцев, что прошла по краю лагеря и заняла позиции вокруг госпиталя.

Обнаруженный в столице патрулями один из двух флайеров, что использовали повстанцы при штурме универа теперь спешно ремонтировался тоже дронами с корабля Жаклин. Через пару суток Лаки рассчитывал иметь во владении личный флайер. Эта перспектива его радовала более всего. С собственным флайером он обретал мобильность никому больше на Сабине не доступную.

Закованный в наручники, Лаки наблюдал из флайера как Ринальдо и пилот, а также четверо парней в комбинезонах бережно, по одному, на руках перетаскивали контейнеры с родолитом в курьер. Жаклин на вызовы не отвечала и это навевало тревогу.

— Попробую их привлечь новыми перспективами.

Вернувшись к своему траку Лаки столкнулся со взволнованной Лорой.

— Может хватит о нужниках?! — рявкнул Мигуэль.

Затянулся сигарой, выпустил клуб дыма и с сожалением бросил едва раскуренную сигару на бетон.

Челнок при их приближении опустил трап. Контейнеры с родолитом были закреплены туго в плотную обойму.

— Датчики подготовлены мною.

— Вам не терпится получить свои камешки?

Если мы не обеспечим дезинфекцию и уборку территории, то легко получим эпидемию холеры или еще чего похуже.

— Но вы же нас вылечите, док? — притворно улыбнулся Симон. Теперь полноправный член ВРС.

— Но может быть когда то мы придем всерьез и надолго….

— Господин Раски, отряд занят подготовкой огневых рубежей и чисткой оружия. Все по списку на месте.

— Мне не по себе от их взглядов.

— По моим данным почти сотня кораблей находится в водах архипелага. Какие там силы у донов мы не знаем.

— Вы знаете мое имя?!

— Как нашим братьям разрешить проблему? — отозвался лидер. — Запретить пеонам срать?

— Самодисциплина-вещь замечательная, но и доводить ее до крайности не стоит. Вот госпожа Лора, она наш терапевт и мой главный помощник по госпиталю. Все проблемы по медицинской части она с легкостью решит.

Они сели на шестой площадке. Рядом с кораблем-курьером стоял сеньор Ринальдо в теплой куртке и курил сигару.

— Негуманоидная, разумная цивилизация! Твое имя войдет в историю, мой мальчик!

Знакомый пилот его приветствовал с улыбкой.

— Что случилось, дорогая? Какие-то сплетни?

— Если они все свалят на архипелаг то через пару месяцев начнут ржать человечину. Архипелаг та еще дыра! — заметил Мигуэль.

— В космопорт.

Вернувшись и поездки в Сан-Педро, Лаки немедленно выдал на заседании ВРС то что наболело.

Не рассказывать же Лоре про это и про три мобильных платформы, набитых оружием, что висят над лагерем каждую ночь?

Лаки покачал головой.

В Сан-Педро он побывал не ради верфей. Доны забрали из бухты все что могло плавать. Оставался у мола полузатопленный ржавый буксир, да в доке пароход-сухогруз с разобранными машинами.

— Вы очень точны, сеньор Мартин. С вами приятно иметь дело.

— У вас отличный пилот, сеньор Мартин. Но он нарушил правила и ему не остаться без штрафа. Имперцы его точно так просто не отпустят.

Лаки активировал браслет.

— Мой дорогой друг, рад вас видеть! Очень свежо сегодня по утру, не находите?

— ДНК, что ты раздобыл проверено. Они не люди.

Лутангиец говорил на галакте с легким акцентом.

Криво улыбая, Лаки бродил по траку, переваривал сообщение от Жаклин.

— Может быть. Только как говорят мои наблюдатели- в порту Сан-Мигель осталось всего три корабля: транспорт под парами и две парусных шхуны. Не думаю что флот ушел к архипелагу порожняком. А куда он двинется оттуда?

— Все по расписанию….Без вас трудно, вы же понимаете?

Лаки посчитал что в ожидании скорых событий пять сотен лично ему преданных стволов не будут лишними.

Глаза Ринальдо блеснули и вмиг из карих стали ярко-зелеными с черной вертикальной щелью.

— Что-то срочное?

— Сеньор Мартин, у меня дурные предчувствия!

— Кто посмеет? Я же не враг, а друг народа! Сколько пеонских тушек я залечил и выходил и не счесть!

— Жду как пылкий любовник первого свиданья!

— В челноке нет пилота. Все претензии будут адресованы ко мне. Идемте, проверим товар?

— Бывали ли в нашем мире, уважаемая?

— Слушаю, Лора и очень внимательно. Что там с нашими курсами фельдшеров?

— Я боялся что это «слизни», а это нечто неизвестное империуму?

— Сеньор Мартин! Вы меня не слушаете совсем!

— Хорошо. — покладисто согласился Лаки. — Предлагаю подумать о том как нам запустить работу на верфи Сан-Педро. Нам нужны корабли чтобы обеспечить настоящую блокаду Сан-Мигеля и с моря. Пока нет кораблей, у противника развязаны руки. Они могут получать припасы и пополнения или попытаться улизнуть в любой момент.

— Наивно звучит, Лаки. Вам еще рано знать о нас.

— Ты очень скромный для миллиардера.

— Так что они лишь прикидываются людьми. Скорее они могут быть отнесены к разумным рептилиям.

— Официально не известное. Я отправила сообщение на Саву. Принц очень заинтересовался этим твоим открытием. Можно ли захватить хоть одну особь?

— Я так полагаю, что ваших людей на руднике больше нет?

Активировал браслет и сунул бусинку связи в ухо.

— На время погрузки вам придется посидеть во флайере. Это только мера предосторожности, без обид? Ваши руки! Не надо трогать парализатор. Он на меня не подействует все равно!

— Обойдусь без галактической славы.

— Пятьдесят штук по десять килограмм в каждом. Проверяйте.

— Революции нужны вооруженные корабли, а в Сан-Педро их нет. — устало бросил Мигуэль. — Пока нечем вооружить корабли-они нам не к чему. Мы сильны на материке. Пусть попробуют сунуться!

Командиры революционной армии с удовольствием наблюдали за перепалкой. Мигуэль чертил в блокноте какие-то схемы или рисовал чертиков. Ему было скучно. Сестра Мария же наоборот живо заинтересовалась темой.

Когда погрузка была завершена, Ринальдо приблизился к флайеру.

— Дело прежде всего. Выпьем и после.

— Говорят что сам Мигуэль вами не доволен. Вы полагаете что эти инопланетчики вас защитят? Их горсть против всей армии!

Лаки пожал плечами.

— Как обычно. Если замерзли, пойдемте в бар, пропустим по капле бренди с кофе?

Командиры одобрительно загудели.

— Все на месте?

— Не льстите себе, господин Лаки! Просто мы выполнили миссию и пора домой.

Восходящее светило поднималось над горизонтом, заливая лазурными оттенками равнину внизу. Промелькнула нитка железной дороги….один поселок, другой.

— Мимикрия.

— Вот что мне будет не хватать больше всего!

— До связи, дорогой.

— Профилактика важнее и дешевле чем лечение. Только кретины это не понимают.

— Челнок на подходе. — сообщила Жаклин.

До утра Лаки плохо спал и рано, на рассвете за ним прибыл флайер от сеньора Ринальдо.

Челнок сел на поле на вертикальной тяге в десяти метрах от курьера.

Доставленные из рудников Сьерра-Вьеха преподаватели и студенты вместе с лутангийцами скорыми темпами приводи в порядок университет. Дроны в закрытом помещении монтировали и тестировали робота-хирурга.

Оставив Лору и Минга за светской беседой, Лаки вошел в трак и плотно закрыл дверь за собой.

Лутангиец вежливо поклонился девушке.

— Мы ждем.

— Куда улизнуть? — оживился Симон.

— Вы догадливы, сеньор Мартин. Рудник теперь полностью ваш. Вместе с этим флайером, каторжниками-донами, брадобреем и девочкой Терезой.

Даже если Мигуэль бросит на него все пять тысяч поддатых и обкуренных бойцов революционной армии, ему и сейчас есть чем ответить.

— Ты у нас главный разведчик, док, вот и расскажи. — осклабился Симон, теребя бородку двумя пальцами.

— Кто эти инопланетчики с оружием?

— Я только учусь им быть. До связи.

— Вы бежите? От меня?

— У вас вечные шуточки!

Командиры загоготали.

— А их внешний облик?

— Вы ничего мне о себе не скажете?

Ван Минг, жилистый лутангиец с легким косоглазием и большими залысинами выше лба, своими манерами напоминал учителя или бакалейщика, но не рабочего. Тем не менее именно его Лан Тунг назначил командовать над пятью сотнями бойцов. На плече лутангийца, дулом вниз висел карабин, как у бывалого охотника.

— Отлично. Парням что-то нужно?

— Хорошие парни-лутангийцы.

Сеньор Ринальдо вскрыл каждый контейнер, запуская руки в ворох блеклых розоватых камней, затертых и бесформенных.

В руке Ринальдо появился ворчер.

— Женщины говорят, что ходит слух что вскоре вас арестуют и казнят как врага народа.

Империум в своем стремительном распространении по галактике кроме «слизней» не встречал других форм разумной жизни.

— Мы привыкли довольствоваться малым, господин Раски.

ВРС так ничего и не решил.

— Проблем нет, господин. Чрезвычайно рад знакомству, госпожа.

— В лагере под Сан-Мигелем антисанитария стала настоящей проблемой.

«Мне повезло или наоборот? Считать это удачей или помехой на пути исполнения намеченных планов? Как первооткрыватель я вправе дать существам имя…Или все это выглядит весьма нагло? Узнаем, как они сами себя именуют сначала.»

Девятнадцатая глава

— Мне осталось только помахать им рукой. Через пять минут явились имперцы и сняли с меня наручники. И еще около часа пытались выжать из меня хоть что-то.

— Не удивительно. Сеньор Ринальдо заглушил намертво радары и связь не только у меня.

Лаки рассмеялся. Ворчание стихло.

Приземлив флайер рядом с госпиталем, Лаки с радостью выпрыгнул на землю. Ван Минг тут же выскочил из-за трака навстречу.

— Ну почему же? Я с удовольствием передам госпиталь профессору Жарди и отец Хоакин будет гораздо лучшим начальником разведки. Вот только сателлит вчера внезапно вошел в атмосферу и разрушился. Так что, передать управление им не возможно.

— Две тысячи шестьсот сорок семь, брат Мартин!

— А как вы проверите мои слова?

— Я очень вам благодарен, братья! — Лаки прижал ладонь к груди. — Особенно что не расстреляли и позволили спасать ваши никчемные жизни! Вижу слезы благодарности на ваших не искаженных интеллектом лицах.

— Он был вечно холодный как лягушка. Мерз бедняга!

«А может и пусть летит? Лора сможет ее разговорить. С рептилоидами Тереза общалась теснее чем многие другие…»

— Я Мартин Раски и кто-то из вас меня знает хорошо, а кто-то плохо.

— Иуда! Прислужник рабов! — крикнул кто-то из задних рядов.

— Что здесь? Слитки золота?

— Будьте осторожны, господин. Возьмите десяток парней.

— О чем?

Лаки забрался на пустой ящик чтобы его все видели.

— Про сеньора Ринальдо, конечно.

— Хорошо.

— Вот эти подробности мне не интересны.

— Как только вы выйдете за дверь- мы объявим вас вне закона. — сказала сестра Мария. — Каждый патриот обязан будет вас пристрелить! Зачем вам пустой приказ? Да вы и до своего трака не дойдете!

В дверь кабинета осторожно постучали.

Лаки помахал рукой замершим на своих местах Мигуэлю, Марии и Хоакину.

— Отбой, Жаклин. Спасибо за то что прикрыла.

Так Лаки обзавелся попутчицей.

Отец Хоакин с интересом уставился на Лаки.

— Он блефует. — тихо сказал отец Хоакин.

— Преподаватели и студенты вернулись в университет. В ближайший месяц он начнет свою работу.

— Тереза, не сходи с ума. Там опасное место и пьяного сброда самая высокая концентрация.

— А что вы знаете про орбитальную бомбардировку, сеньора Мария?

— Пенис у него был просто ледяной! Как сосулька!

— Благодарю. Ты мне ничего не хочешь рассказать?

— Как только вы объявите меня вне закона, с орбиты будет нанесен удар кварковой бомбой малой мощности прямо по этой конюшне. Десять миль выжженной земли и полный конец революционной армии. А меня ждет флайер.

«Мне надо тренировать ораторское исскуство…»

— Сеньоры, республика сохранила вам жизнь чтобы вы своим трудом загладили вину за беды причиненные народу Сабины! Не я вас осудил и не мне вас выпускать из лагеря. Я могу только максимально облегчить ваше существование здесь. Пайки будут увеличены вдвое!

Лаки связался с Сан-Педро и приказал по железной дороге отправить срочно в Сьерра-Вьеха две роты лутангийцев.

— Вы отказываетесь выполнять решение ВРС? — с угрозой спросил Симон.

Каторжников построили и сверили со списком.

— Да?

Позавтракав свежими пончиками и кофе, Лаки назначил сержанта Коррадо со станции временным комендантом рудника.

— В космопорте я это улажу. Главное-быстро все отгрузить на Сабину.

Жаклин оказалась на высоте. Две мобильных платформы выскочили, с жужжанием из за здания управления и пройдя над головами выстригли из парализаторов широкую просеку в толпе. После второго захода толпа каторжников с руганью и криками понеслась к баракам у склона горы. У дверей бараков получилась дикая свалка. Потом все затихло.

Перспектива отвечать головой за толпу каторжников сержанту ужасно не понравилась и он ходил по пятам за Лаки с жалобами и стонами.

Платформы, шелестя винтами, взмыли резко вверх и исчезли из виду.

— В порядке….Спасибо.

Округлила глаза, словно наивная простушка.

Лаки смеясь обернулся. Бледные охранники во главе с сержантом Коррадо по ту сторону решетки со страхом наблюдали за парящими над головой платформами.

— Но вы же меня защитите?

— Твое дело-обеспечить охрану осужденных врагов революции. Чтобы никто не сбежал. Головой отвечаешь!

В конце концов Лаки не выдержал домогательств, пообещал связать ее и везти дальше в багажнике. Тереза надулась и замолчала, но не надолго.

— Он врет, Мигуэль! Ты же видишь его ухмылку! — рявкнул Симон.

— Ваш завтрак, сеньор Мартин.

— Они не трупы, они только парализованы. Ничего не делать. Полежат на солнышке и придут в себя.

Вот и поговорил с народом…

В полете Тереза визжала от восторга и щебетала как птичка. Комплименты сеньору Мартину текли рекой. А еще у девушки были очень шаловливые ручки. Ласки-это прекрасно, но только не в момент управления флайером в полете над горами!

— ВРС считает необходимым передать госпиталь под управление профессора Жарди, присутствующего здесь. Отец Хоакин любезно принял на себя обязанности начальника информационной службы. Вы передадите немедленно, в течении часа ему управление сателлитом и все сопутствующее оборудование. ВРС также считает необходимым назначить вас, брат Мартин, начальником верфей в Сан-Педро. Вы же поднимали этот вопрос на прошлом заседании? Республика доверяет вам важную задачу-создание народного флота. ВРС находит неприемлемым наличие на территории республики вооруженных инопланетчиков. Вам в течении суток надлежит разоружить лутангийцев и передать оружие на хранение брату Симону. Лутангийцев же следует отправить в рудники Сьерра-Вьеха в распоряжение брата Ринальдо. Который к сожалению не смог прибыть на сегодняшнее заседание.

— Так тебе нужна защита? Я прикажу Коррадо…

Перед тем как вылететь в лагерь, Лаки связался по спин-связи с Цирцеей.

Каторжники заворчали.

— Что?

— Но сеньор! Я ничего не соображаю в рудном деле!

ВРС опять заседал в конюшне. Лаки пропустили бесприпятственно, а лутангийцы остались за оцеплением. Что-то сегодня слишком оживленно? В конюшне теперь там навели порядок. Вычистили навоз и побелили стены. Столы были выставлен подковой. За ними сидели Мигуэль с сестрой Марией, справа Симон, слева:…отец Хоакин собственной персоной, с ним двое хмурых бородачей и незнакомый господин в очках, самого профессорского вида. Трезвый Пепе печально посмотрел на Лаки.

У лифта Лаки столкнулся с Терезой и в первый миг ее не узнал. В комбинезоне защитного цвета, она сгибалась под тяжестью здоровенной сумки из синтетика. Волосы торчат прядями из под тугой банданы.

— И все?

Получив список его пожеланий, Вук охнул.

Мигуэль холодно улыбнулся. Он заговорил торжественно и высокопарно.

— Что делать с трупами, сеньор?

Мигуэль сломал с треском карандаш. Наступила гулкая тишина. Сестра Мария прижалась к стене спиной и сжала в ладони крест, что висел на груди. Монахи знали про кварковые бомбы. Очень эрудированные люди в местных монастырях!

— Сделаем, босс. Передавай привет Стефани. Как она?

— Ты что — собралась со мной в Сан-Мигель?!

— Тебе далеко не уйти! — прошипел Мигуэль.

Внутренняя охрана исчезла вместе с Ринальдо.

— Но теперь то все работает.

— Добрый день, братья.

— Коррадо, если не перестанешь ныть- я тебя сам расстреляю!

Члены ВРС глухо заворчали как стая псов у помойки на случайного прохожего.

В глазах «бедной девушки» искрилось веселье.

— Он издевается над нами! — прорычал, вставая Торрес.

Сержант обильно вспотел и заткнулся.

— Где наши товарищи?! Их расстреляли?!

Толпа каторжников пришла в движение. Охранники с дубинками попятились. У Лаки засосало под ложечкой. Сомнут охрану и затопчут!

Лаки улыбнулся снисходительно.

— Вы требуете? — удивился отец Хоакин. — Вы-инопланетчик и должны быть благодарны республике что вас не расстреляли вместе с иными врагами народа!

— Мне где-то надо расписаться? — осведомился Лаки с улыбкой простака.

А я просто гуманист. Я немедленно покидаю лагерь. Разоружать лутангийцев не буду и вам не советую. Пишите приказ о назначении меня военным диктатором Сан-Педро.

— Я уже знаком с доком.

Опрокидывая стулья члены ВРС валились на чисто подметенный пол.

— Помогите же, сеньор!

Вошла Тереза. В элегантном платье, с прической, в руках поднос.

Лаки вспомнил о том что с утра так и не удосужился поесть.

— Это стандартный парализатор. Очень полезная штука. Через пару часов все смогут шевелиться и издавать звуки, а не только запахи.

Сержант Коррадо руководит рудником и вам необходимо вернуться к работе. Сан-Мигель падет в ближайшие дни и война окончится. Все желающие смогут покинуть планету и это я вам гарантирую. Тот кто останется получит свободу и работу в новой республике….

— Как вы полагаете, почему я вас всех не уложил? Думаете раз я-инопланетчик-значит-лох?

— Управлять верфями, не имея власти в городе-невозможно. Требую для себя широких полномочий в Сан-Педро. Должность коменданта и командира гарнизона одновременно.

— Он лжет! Иуда! Предатель!

— Только все самое необходимое.

Лаки беседовал с Жаклин, прогуливаясь по кабинету Ринальдо в здании родолитового рудника.

— Тем более!

«Я их спугнул…»

Лаки взялся за ручки сумки и едва сам не согнулся.

— Они срочно собрали свой совет. За вами присылали гонца.

Лаки шевельнул запястьем и стержень десятизарядного парализатора скользнул из рукава в ладонь.

— Да, мой мальчик. Все работает, но мы их потеряли. Они сразу ушли в гипер.

Лаки слез с ящика, посмотрел на кучу тел.

— Я иду.

Тереза пожала плечами.

Не похоже что Ринальдо сбежал в спешке. В кабинете и других помещениях все в полном порядке.

За окном, за оградой бродили каторжники, бросив работу.

— Хотите проверить мои возможности, падре?

Она поставила поднос на стол и подбоченилась.

— Конечно, сеньор! Или вы бросите меня с этими каторжниками и охранниками, что хуже каторжников?!

— А вот и наш док Мартин!

— Потребуется арендовать серьезный транспорт! Кроме того флайеры и траки имперцы точно не пропустят. Есть запрет на поставки в зоны конфликтов техники двойного назначения.

— Сеньор, довольно разговоров, я лечу с вами и баста!

— _Спасибо, сержант.

— Чего ж вы хотите от бедной девушки, сеньор?

— Всегда рада.

Двадцатая глава

Окопавшись в Сан-Педро, Лаки занялся сразу многими делами. Он занял под свой штаб разграбленный два месяца назад дворец кондукатора. По периметру парка были созданы заграждения и огневые точки. Живые изгороди обмотали колючей проволокой. Окна первого этажа были заложены мешками с песком, но закрыты снаружи ставнями-жалюзи, чтобы не бросалось в глаза. Пятьсот лутангийцев заняли оборону в парке и в самом здании. Мобильные платформы патрулировали над городом и окрестностями и днем и ночью.

В городе Лаки профинансировал ремонтные работы не только во дворце, но и на набережной, особенно пострадавшей во время боев и в самом университете. Каменщики, штукатуры, стекольщики осаждали его приемную в ратуше и было из кого выбрать. Был объявлен набор в национальную гвардию Сан-Педро. Рекрутов соблазняли бесплатной формой и высоким жалованием… Набор шел туго. Местные опасались лутангийцев и не верили в то что док Мартин явился надолго. Доверие следовало заслужить. Теперь Лаки немного раскаивался за свой обман с имуществом университета. В парке он приказал оборудовать тир и поощрял лутангийцев к тренировкам. Самый меткий стрелок из винтовки получал из его рук солидную премию. На верфях дроны под присмотром Жаклин занялись ремонтом парохода. Ждать пока местные созреют до сотрудничества? Время только зря тратить! Лаки рассчитывал пароход вооружить и использовать для патрулирования побережья между Сан-Педро и Сан-Мигелем. Повстанческая армия откатилась от города, разделившись на пять частей. Мигуэль воспринял угрозы бомбардировки вполне серьезно. В кабинете на стене Лаки повесил большую карту континента и каждый вечер фиксировал данные с сателлита и платформ. Сводку присылала Жаклин на коммуникатор. Лора занялась восстановлением городской клиники. Тереза как-то незаметно прибрала к свои ручкам весь дворец. Откуда-то появилась прислуга, повара. Комнаты начали наполняться мебелью. Тереза весь день с толпой помощниц воевала с пылью и грязью на втором этаже, вешала шторы и картины. То ли ремонт, то ли переезд! Вооруженная охрана стояла по всему зданию и бдила. Лутангийцев Лаки переодел в черную форму с серебристыми нашивками. Все щеголяли в сапогах с короткими голенищами и алых беретах, сдвинутых на правое ухо. Возвращаясь к вечеру в свои апартаменты в правом крыле здания, Лаки каждый день обнаруживал изменения к лучшему.

— С оборудованием не будет проблем. Через десять дней придет транспорт с Цирцеи. Я заказал все необходимое. Полный комплект для современной клиники.

Пока не насытились, расправлялись с едой молча. Потом подали белое вино и начался разговор.

— Сеньор Мартин не предатель и не мятежник! — горячо возразила Тереза. — Он сам пострадал от мятежа! Вы же знаете про гибель его жены- Стефании?!

— Не раньше чем сеньоры займут места за столом.

Лайнер привез заказанную наличность, все сто миллионов в галактической валюте. Перевозка денег с космопорта в город стало первым заданием бронеотряда. Когда разрисованные в камуфляж траки с рычанием пронеслись по проспекту через весь город, это вызвало настоящий шок и трепет. Дроны смонтировали в подвале стальную комнату с вентиляцией. (На подвалы национального банка в паре кварталов от дворца надежда была плохая.)Туда Лаки и загрузил наличность в пластистальных контейнерах. Лутангийцам сказали что в контейнерах лекарственная вакцина. Про деньги знал только Лаки.

Допросить чинов имперской гвардии я не имею возможности. Все они находятся в космопорте, а возможно уже покинули планету.

— Любишь простые решения, милочка?

— Привет, друзья! Прошу к столу! Тереза уже ворчит и грозиться что блюда остынут!

— Благодарю вас. Я дал обет — если выживу там, в Сьерра-Вьеха- перестану пить алкоголь.

— Вы серьезно, сеньор? Зачем это им?!

— Отличная новость! Но почему я только сейчас узнаю?

— Дон Корвальо здесь, сеньор команданте!

Альфахор (Альфахорес)…

Девушка приложила палец к виску и выдала:

— Теперь это моя проблема, Хуарес. Я вам очень благодарен за вашу работу. Осталось установить: кто и по чьему указанию выкопал обломки АКР и куда их поместил.

— Сеньор Мартин, выбор и размер порции-ваше дело. — фыркнула Тереза. — Мое дело-чтобы это место не выглядело дешевой кафешкой на набережной! Кроме того, нас не двое, а пятеро. Лора уже приехала и со спутником, я видела из окна. Вовремя. Не люблю опозданий! Блюда остынут, а подогретые блюда-это погибшие блюда!

— Апперитив, полковник?

Банановый рис…

— Тереза, что на обед?

«Тем более что родолит мне совсем не нужен.»

— Почему нет? В ближайшем будущем я думаю наладить это дело.

— Пучеро…

— Вот дерьмо! Почему бы вам не пристукнуть этого говнюка, сеньор?

— Господин комендант!

В дверь поскреблись.

— К чему такие строгости с хранением лекарств, сеньор команданте? — осведомилась Тереза, раздеваясь перед сном.

— Попробую сам это все охватить. Законченные дела направляйте мне. Что нового по нашему расследованию?

Вошел Фернандес, одетый как и лутангийцы в черное с серебром.

— Очень много жалоб. Горожане пишут доносы пачками и скандалят-требуют их немедленно принять к производству. Судей расстреляли мятежники. Кто будет смотреть дела и по какой процедуре, сеньор коменданте?

Корвальо явился с тазиком подмышкой. Привык к новому ремеслу?

— Не слишком ли много для двоих? — забеспокоился Лаки.

— Я же простая девушка!

— Пусть будет шестеро- пригласи Минга и присоединяйся к нам.

— Что сказали доны?

Дон уселся в кресло, на краешек и положил тазик на колени. Бритва в футляре висела на поясе. Посмотрел кротко. Худой, изрядно постаревший, он совсем не напоминал того бойкого прожигателя жизни, за которым Лаки наблюдал в наркологической клинике.

— Сеньор Мартин, сеньор Хуарес!

Асадо…

— Я опросил свидетелей в университете. Возможно те, кто сейчас в рудниках-могди бы дополнить картину, но в целом уже ясно: подземный тир с АКРами взорвали люди в имперской военной форме. По крайне мере десять свидетелей указали на это обстоятельство.

Сегодня он обедал вместе с Хуаресом. Бывший частный детектив, не прекращая расследования событий в университете, принял пост начальника полиции Сан-Педро. Ему удалось привлечь уцелевших полицейских и из студентов-юристов создать работающие подразделения полиции в городских районах. Городскую тюрьму охраняли лутангийцы и первыми в камеры отправились убийцы и грабители, кого удалось изобличить и арестовать.

С Хуаресом Лаки легко нашел контакт и не стеснялся советоваться с ним. К шестидесяти годам тот хоть и прожил все время в Сан-Педро, многое повидал и был в столице человеком авторитетным. Они сидели на диване, возле камина с бокалами золотистого рома. Обеденный стол в центре комнаты был сервирован на пять человек. В солнечном свете, бьющем из окна, сиял хрусталь.

— У Мигуэля широкие связи с орденом.

— С радостью им помогу найти путь в нирвану. — хихикнул дон Корвальо. — Благодарю вас за заботу, сеньор команданте.

— Проходите, садитесь, дон Корвальо. Мы же давние друзья! Какое еще бритье?! Какое превосходительство?

— Стоимость имущества я вам компенсирую. В разумных пределах, конечно. Делайте порошок и побольше. Я хочу чтобы у революционной армии не было в нем недостатка.

— Потому что я не знал точных сроков. — Лаки поспешил сменить тему. — Завтра на орбиту придет лайнер «Принц Герберт». Полагаю, что туристов в этот раз мы не увидим, а жаль. Городу не помешали бы денежки из кошельков толстосумов с Терры и Сирианского субсектора!

— Зачем они мне? Тем более что все сгорело…

— Я подписал приказ о том что вам возвращаются ваши кокаиновые плантации.

— Как то есть вернуть? — удивился Хуарес. — Вы их помилуете?

— Мнения разделились. Кто-то жаждет мести, а кто-то покоя. Они не считают вас большой проблемой, сеньор Мартин. Многие ждут кондукатора с десантом. А вы не ждете?

Он сам вызвался бросить лагерь повстанцев и поехать в Сан-Педро вместе с доком Мартином. Лаки он был немедленно произведен в личные адъютанты и в чин лейтенанта.

— Ваше превосходительство, желаете побриться?

— Хотите превратить осужденных донов в своих союзников? Вряд ли получится. Для них вы-предатель и мятежник.

— Я очень зла, Мартин! Без АКР в клинике работу не наладить. Почему мы все бросили этим подонкам? — выпалила Лора.

Лора поджала губы.

«Она не договорила о том что я здесь чужак как и лутангийцы. Мне нужен человек который донов убедит в обратном… И я знаю такого проныру!»

Фельдшер из Сьерра-Вьеха обзавелся солидной бородой. В клинике он стал правой рукой своей начальницы.

Тереза на подносе подала гостям напитки. Потом выложила на стол дополнительный прибор для себя. В принципе за длинным столом уместилось бы и два десятка гостей. Только где их взять?

Тут наконец появилась Лора под руку с Леоном.

…Через три дня состав из пятнадцати вагонов прибыл на вокзал Сан-Педро.

— Да, сеньор. Сейчас выгружают с платформы.

Дон Корвальо перекрестился и поцеловал крестик, что висел на суровой нити на шее.

«Верно думает, что я подшучиваю над ней.»

— Мнение этих «братьев» меня не интересует! — отрезал Лаки. — Я верну людей с каторги. Повлияет ли это на криминальную обстановку?

Люди за столом смущенно переглянулись.

Тереза округлила рот и быстро перекрестилась.

Освобожденные каторжники высыпали из вагонов и скорым шагом поспешили в город. Оглядывались по сторонам, подозревая обман. Слухи откуда-то просочились и большая толпа женщин и любопытных встретила их на площади. Кто-то нашел своих родных, а кто-то нет.

— Я хотел бы с вами посоветоваться, друзья. Что если мы вернем в город всех осужденных революционным судом?

Минг явился быстрее чем Лора. Его комната находилась по соседству. Щелкнул каблуками и заправил берет под серебристый погон.

«Половину блюд не знаю! Позор!»

— Ром, текила, вино?

А что скажут эти «братья» из ВРС?

Лаки, перечитывавший последнюю сводку на экране коммуникатора, нахмурился. Он сидел на краю широкой, помпезной кровати под балдахином в одной пижаме. С Терезой под общим одеялом ему засыпалось вполне комфортно. Кто бы только укоротил язык этой девушке?

— Туризм?! На Сабине?! Ты-фантазер, Мартин! — расхохоталась Лора. — Раньше только любители экзотики к нам заглядывали.

Вино, Ром?

Милянеса…

— С этим все сложнее…

Минг смущенно потупился. Еще не привык к чину.

Дульсе де лече…

Лаки с третьего этажа вокзала, из диспетчерской наблюдал за объятиями и криками горя.

— Есть сведения, что монахи ордена святого Доминика готовят бактериологическую диверсию. Попробуют нас ослабить вирусами.

Дверь распахнулась без стука. Появилась Тереза в роскошном алом платье. За нею следовали девушки одетые куда скромнее, с подносами в руках.

А как еще называть командира пяти сотен охраны?

— Пусть войдет. Автомобиль доставили?

Тереза выскользнула из длиной сорочки и танцующей походкой приблизилась к Лаки….

Новогранадский салат «Ensalada rusa»…

Двадцать первая глава

Сезон дождей наступил как по расписанию. Налитые влагой тучи нашли с юга, с океана и закрыли небосвод. Дождь упал стеной.

Во дворце стало прохладно и зябко.

— Ты первый-Пепе.

— Бить врага когда он не ждет и по частям-отличная идея. Есть ли свежие разведданные?

— Я не собираюсь использовать церковное имущество. Думаю здание вокзала вполне подойдет. Железнодорожное сообщение практически нарушено и чего простаивать такому имуществу?

— Поэтому и не скуплюсь. — дружелюбно улыбнулся Лаки.

Полк Малыша Пепе был захвачен врасплох на станции Эль Осо, прижат к железнодорожной насыпи и уничтожен до последнего человека. Лаки позволил уйти только потрепанному конному эскадрону. Пожалел лошадей. Безвинные животные не должны страдать.

Лутангиец медленно выпрямился и его глаза превратились в щелочки.

Начальник космопорта, господин Сайрус был на грани нервного срыва.

— Отлично! Тогда за новый мол?

— Для них будет лучше если они не узнают о том что я жив. Для Лутанга я умер.

— Груз с Цирцеи. Все файлы переданы вашим людям. Ничего нелегального или запретного. Товары, лекарства, гуманитарная помощь и сельскохозяйственный инвентарь.

— Как люди?

При появлении Лаки, сеньор Морано привстал с кожаного дивана. С мокрой его обуви и одежды на пол натекла лужа.

— Я узнал ваше настоящее имя полковник совершенно случайно. Один мой сотрудник вас опознал. Он служил под вашим командованием. Я надавил на кое-кого в Нанджонге и мне выслали ваше досье. Официально вы мертвы уже пять лет.

Хотите покататься?

— Я открываю финансирование. Вы-управляющий. За вами подбор персонала и перестройка помещений. Мол должен начать работу через две недели.

Лаки пожал холодную руку Морано и предложил горячего чая с ромом. В это время года самый популярный напиток. От чая Морано не отказался.

Морано поперхнулся чаем.

— Вы всего лишь правитель города и ваши полномочия-только клочок бумаги от главарей мятежников. Кто-то стоит за вами, господин Мартин? Вы очищаете дорогу кому-то? Старому кондукатору?

— Я уверен что вы не только ждете приказы. Полковник Туонг, командир «Тигров Нанджонга» прославился вовсе не послушанием.

Контейнеры с грузами завозились на городской ипподром, превратив его в огромный склад или лабиринт, окруженный двумя уровнями охраны. Во внутреннем-на ипподроме сидели лутангийцы в черном-люди полковника Минга. Во внешнем оцеплении стояли национальные гвардейцы под командой племянника дона Корвальо- Луиса Веги.

— Сеньор команданте.

Лутангийская бригада получила бронежилеты и защитные шлемы ПККБ, ворчеры и лазганы, скорострельные пулеметы и РАНТУ.Когда разгрузка транспорта завершилась, Сайрус получил второй кейс и рабочие вернулись на корабль, Лаки отдал приказ.

— Знакомая техника?

— Мои люди вывезут все грузы за десять дней.

Морано весело расхохотался.

— Чай с ромом?

«Джакомо Грей» вышел к орбите Сабины с пучком из десяти модулей.

— Весьма щедро, сеньор команданте!

— Здесь то что я запланировал завести на Сабину. Ознакомьтесь позднее.

Первыми на поле приземлились челноки с тремя сотнями рабочих нанятых Вуком на Цирцее для транспортировки и погрузочно-разгрузочных работ.

— Вы обаятельный молодой человек, господин Мартин. Вам трудно отказать.

Сегодня мне нужно ваше принципиальное согласие. Оплата будет в галактах и скажем десять процентов от прибыли?

Армия Мигуэля завязла в грязюке, но низкая облачность не позволяла теперь отслеживать все передвижения революционных отрядов. Куда они теперь двинутся? Отсиживаться по поселкам и уцелевшим гасиендам? В сезон дождей прежде вся жизнь сосредотачивалась в городах. Скучно сидеть три месяца в провинции и доны с семьями съезжались в города. Театры и ресторы, казино и публичные дома. Все эти заведения процветали в сезон дождей. Уцелевшие доны лишились денег, а горожане заработка. Лаки ехидно улыбнулся. Они еще не знают что он им припас!

— Знаю. Поэтому и предлагаю стать моей правой рукой. Вы не дадите мне стать еще одним «драконом» правителем.

Полковник Туонг вошел в трак, сбросил на пол мокрый дождевик.

Лаки протянул Морано пачку бумаг.

— На чем?! На лошадях и быках?!

— Готовы выполнить любой приказ, господин.

Тереза распорядилась топить камины. Дым неохотно шел в дымоходы и в залах стало вонять. Лаки стоял у раскрытого окна в кабинете, смотрел на поток мутной воды бурлящей по дорожке и исчезающей в дренажном колодце. Пахло мокрой землей. Неумолкающий шелест струй, бьющих по кронам деревьев и крыше давил на уши. Автомобиль сеньора Рикардо мок под брезентом рядом с парадным входом. Тоска давила грудь. Стефания тоже не любила это время года. Ненавидила сидеть дома и они вместе перемещались по городу от одного мероприятия к другому. Маскарады, балы, вечеринки… Все исчезло как дым…

Лысоватый старикан неопределенного возраста был на самом деле одним из самых богатых людей Сан-Педро. Он владел сетью магазинов не только в столице, но и в соседней провинции Новая Гранада. Говорили что в результате революции он был практически разорен. Восставшие не имеют привычки платить за взятое.

Лутангиец послушно сел на диван, но подальше от лужи оставленной Морано на паркетном полу.

Горожане торопились вооружиться хотя бы таким образом?

— Вы хотите стать диктатором на Сабине? Как дракон Тун?

…..Полковника опознал Ван Чонг, когда Жаклин переслала на Саву видео всех лутангийцев. Когда они получали жалование по ведомости, надежно спрятанный дрон всех фиксировал в трехмерной проекции.

Не смотря на дождь башмаки сияли как зеркало.

— Церковь никогда не одобрит такого!

— Я как мальчишка, получивший в подарок вместо игрушечного автомобиля настоящий!

Транспорт «Джакомо Грей» представлял собой модульный корабль. В зависимости от заказа к основному телу корабля крепились транспортные модули, каждый по миллиону тонн. Обычно такие транспорты направляли при основании колонии. Когда требовалось все и сразу. Колонисты не экономили на грузах, потому что если забыл что-то важное — это может кончится фатально.

— Садитесь. Разговор будет долгим.

— Это моя проблема.

— Здесь миллион галактических стандартов. Дайте команду принять груз и через десять дней я передам вам еще один такой.

— Вы согласны?

— Вас убьют.

Пока Лаки катался по карьеру и окрестностям на бронетраке к ужасу и восторгу своих подопечных лутангийцев, на дворец было совершено нападение. Два флайера сели рядом с задним входом и десять человек в масках ворвались внутрь, поливая парализаторами охрану. Они прорвались в подвал, в хранилище, но сами все полегли там же в обнимку с контейнерами с валютой. Жаклин задействовала дронов с парализаторами. Никто не погиб, а Лаки обзавелся двумя трофейными флайерами… Пленники молчали как немые, но зато за говорили их индкарты. Сканер показал что все десять налетчиков из состава роты имперской гвардии. Пленников заперли в контейнер на ипподроме.

Для них Лаки арендовал весь гостиничный комплекс космопорта.

— Вы знаете мое досье и знаете как я отношусь к диктатуре.

Пепе опознали по расшитой золотом жилетке. Лаки стоял над телом командира повстанцев и не испытывал решительно никаких эмоций. Разве что легкую брезгливость, потому что чавкающая под ногами кровавая грязь испачкала новенькие армейские башмаки. Дождь с утра не лил, а только нудно моросил. Капли тесно лепились на прозрачное забрало.

— Сеньор Морано ожидает вас в кабинете.

— Попытаются, во всяком случае. Но это не в первый раз. Как нибудь переживу.

Потом лихтеры с транспорта спустили с орбиты контейнеры с грузовыми траками и крановой техникой. То что среди грузовиков оказалось два десятка бронетраков, администрация космопорта «не разглядела».. Стандартные бронетраки ПККБ со снятым вооружением- это с виду бронированный автобус на несуразно больших армированных колесах. (В специально маркированных контейнерах лежало вооружение.)

Старый прихендей поручился за племянника. После возвращения донов из рудников Сьерра-Вьеха приток рекрутов превратился из тоненького ручейка в поток.

— Как мои люди смогут проверить десять миллионов тонн груза?! Он застрянет здесь на пару лет и весь космопорт превратится в склад!

Лаки наполнил бокалы ромом.

— Кондукатор-это прошлое. Я хочу переформатировать Сабину. Хватит целой планете пестовать архаику и жить в средневековье! Я попытаюсь изменить планету!

— Какого дьявола происходит, господин Раски?!

Как и остальные его люди лутангиец носил зеленый комбинезон и черные, грубые башмаки с высокими шнурованными голенищами.

— Вот как?

Национальные гвардейцы капитана Веги волокли при помощи бронированного трака трупы повстанцев в лощину, попутно избавляя от всяких ценностей. У людей Пепе было популярно зашивать золото в потайных карманах жилеток. Круговорот золота в жизни? Мятежники ограбили донов, а теперь мертвых мятежников грабили горожане из Сан-Педро, надевшие форму.

— Я предлагаю вам пост командующего всей армии Сабины и я предлагаю вам новую жизнь, господин Туонг. Я могу вывезти сюда вашу семью.

— Вы считаете что мы не справимся?

— Отлично! За нового командующего армией Сабины!

Полковник Туонг сухо улыбнулся.

Они чокнулись бокалами с грогом.

…В герметичных контейнерах на ипподроме лежали не только товары и сельхозинвентарь.

Полковник Туонг покачал головой.

— Это ваш выбор. Так что мое предложение?

— Это невероятно! Нужны товары, нужно оборудование!

Сан-Педро всколыхнули слухи. Говорили, что после сезона дождей армия повстанцев опять захватит Сан-Педро и теперь-то никому пощады не будет! Говорили что на Сабину прибудут колонисты с Лутанга, а основное население превратиться в их рабов. Говорили что наоборот, док Мартин подготавливает место для возвращения кондукатора, а в контейнерах продовольствие и лекарства, потому что ожидается голодный год. К этому слуху имелись основания. Центральная часть континента между Сьерра-Вьеха, Сан-Педро и Сан-Мигелем превратилась в место рискованное для ведение любого хозяйства. Кроме фуражиров революционной армии действовали многочисленные вооруженные банды и грабили всех кто под руку попадался. Склады на гасиендах были разграблены. Продукты дорожали каждую неделю. Про север, провинцию Монаро ходили жуткие слухи о том что люди отца Хоакина вырезают всех его противников, не смотря на то: доны они или просто несогласные смутьяны. Всех горожан из Санта-Моники отправили в деревни, работать на полях…. Жаклин подтвердила что Санта-Моника практически опустела. Лаки не теряя времени превратился в инструктора для экипажей траков. Пятеро водителей, присланных Вуком на самом деле были инструкторами по вождению и вооружению и это облегчило его работу. Лаки с улыбкой сел в кресло водителя. Старина П-320! Сразу столько воспоминаний!

— Черт возьми! Это лучшее предложение из тех что я получал в жизни!

Лаки поставил на стол начальника космопорта серебристый кейс с кодовым замком.

— Вечный президент? Почему бы и нет?

Едва вышел Морано, как появился Лан Тунг.

— Вы покупаете имперского служащего?!

— С двумя тысячами лутангийцев? Из них хорошо, если сотня имеет боевой опыт и подготовку.

— Да, мне нужен человек с вашим опытом. Я хочу открыть в столице мол. Такой как на Цирцее или в других развитых мирах. Большой торговый центр с казино и кинотеатрами, с ресторанами и стрипбарами.

— Что такое Фернандес?

— Вы вызывали меня, господин комендант?

— Благодарю.

— Вы хотели меня видеть сеньор.

— Но что скажете если я предложу напасть на армию повстанцев в сезон дождей и покончить с мятежом быстро и жестко.

Двадцать вторая глава

— Это можно все снимать, сеньор команданте?

Два парня с портативными видеокамера под плащами топтались сзади, не решаясь подойти.

Пока гвардейцы сгоняли трофейных лошадей в табуны, лутангийцы на траках гонялись за беглецами по камышам. От датчиков тепловизоров спрятаться было невозможно.

«Посмотри как пеоны все это переварят…»

— Даже мебель уволокли?

— Она погибла во время захвата университета мятежниками.

— Благодарю вас.

— Дон Луарте, сеньор. Он сразу уехал в Сан-Мигель, как только все началось…

— Мы мирные люди, сеньор. Умоляю-пощадите наш поселок! У нас нет ничего ценного….

…..Когда из тумана и дождя выползли приземистые бронетраки и дали залп поверх голов, бригада Торреса превратился в толпу охваченных паникой людей. Про мост через реку все немедленно позабыли. Повстанцы прыгали в седла и неслись прочь.

— Да, сеньор.

В темноте мерцали огоньки в городе. Доны по-прежнему сидели в глухой обороне и это Лаки абсолютно не нравилось. По данным Жаклин в городе имелось не больше тысячи бойцов. Население сидело на скромном пайке из рыбы, которую вылавливали тут же в заливе. Многие доны с семьями перебрались на кораблях на безопасный архипелаг на юге.

Лаки помнил как фыркала Стефания, едва заставка сериала появлялась на экране визора. Как давно это было….

— Что нового, Минг?

Лаки занял гасиенду рядом с мокрым, серым поселком. Удивительное дело: в поместье сохранились окна и двери. Даже пара портретов старых хозяев уцелела на стенах. Правда простреленные во многих местах. Лаки распорядился привести старосту из поселка.

— Река в это время очень бурная от дождей и бродов нет. — заметил капитан Вега. — Я бывал в этих краях. Поселений мало. Скука страшная.

(Склад на ипподроме привлек всеобщее внимание и криминала тоже.


Лаки вышел на связь с телецентром и приказал вставить в блок новостей короткий ролик.

Старик потупился.

— Это все что я хотел услышать. Полагаю что мы поладим, сеньор Раски. Или мне называть вас сеньор «временный кондукатор»?

— «Сеньор команданте» будет достаточно.

— Снимайте все, пока дождь не разошелся в полную силу!

— Чужие пеоны, сеньор. Приехали на конях и все разграбили…

— А кто разграбил дом?

Лаки в черной форме без знаков различия на фоне интерьера бронетрака обратился к донам в Сан-Мигеле и на архипелаге с призывом возвращаться на родину и подключаться к налаживанию мирной жизни, обещая компенсации за утраченное в ходе мятежа имущество.

— Я увидел ваше выступление вчера, по визору.

Пора было как-то наводить контакты. По радио из Сан-Мигеля не отвечали, хотя с архипелагом велись интенсивные переговоры. Из них, перехваченных Жаклин, Лаки стало известно о том что обороной города руководит дон Альфонсо Гомес-бывший губернатор провинции Кордова и один из претендентов на пост кондукатора на последних выборах. Жесткий и не склонный к компромиссам человек. Его хорошо знали на Сабине и потому-то не выбрали кондукатором. И похоже-зря!

Потом началась первая серия телесериала «Беглянка»-суперпопулярная на Цирцее мелодрама. Аж на пятьсот серий!

Покончив с Торресом, Лаки повернул отряд на восток и на ночевку встал на холмах в паре миль от Сан-Мигеля.

За полночь пойдет блок эротических фильмов.

— Мы встречались в опере, сеньор Раски. У вас очаровательная жена. Как ее здоровье?

— Успокойтесь, рыба моим парням без надобности.

Лаки поднял забрало шлема.

— Я-Альфонсо Гомес, а вы-Мартин Раски?

— Я думаю Торрес нас отвлекает от главной цели. — сказал Туонг. — Люди Хоакина идут к перевалу. Людей Симона заметили вдоль железной дороги. Они движутся к Сьерра-Вьеха. Где Мигуэль находиться- мы не знаем. Логично-если вместе с Симоном, но это может быть и обманным маневром.

Блок новостей начался с заранее записанного выступления сеньора команданте.

— Продолжайте без меня. Хорхес?

Население должно получать информацию, а не питаться слухами. А какую информацию дать жителями Сабины будет решать только он. Визоры раньше имели только доны, а вот планетарной сети здесь не было никогда.

Два парня с видеокамерами были первой съемочной группой будущего телеканала.

Распитие грога с селянами и разговор снимал видеооператор. В конце беседы Лаки вручил обалдевшему от удивления старосте визор в герметичной упаковке. Этим визорам даже электричество не требовалось-они работали от очень емких батарей.

— Полковник Минг на связи, господин комендант!

— Вы же понимаете, что когда вернется законный правитель-кондукатор, вы обязаны будете передать ему всю власть?

«Пора избавиться от этого наименования…Звучит не очень-то. Какой я теперь к чертям „комендант“? Минимум-губернатор!»

— Начните с моего короткого заявления.

— Окрестности Сан-Мигеля очищены полностью. Сан-Педро контролируют мои люди. Можете поехать со мной и убедится лично. Мятежников мои люди прижали к горам. Вопрос нескольких дней.

Благодаря Жаклин, сумевшей запустить два десятка сателлитов люди Лаки были обеспечены бесперебойной связью. Все офицеры получили коммуникационные браслеты и жутко этим гордились. Выбравшись из трака под моросящий дождь Лаки пожал руку Туонгу и приказал Веге поднимать эскадроны. Практически весь батальон национальной гвардии обзавелся лошадьми. Хорхес уже отснял ролик про счастливых парней из Сан-Педро, получивших форму, оружие и лошадей от сеньора команданте.

Почти каждую ночь кто-то пытался влезть внутрь и поживиться в контейнерам хоть чем-то. Пострелянных грабителей вешали за ноги на воротах ипподрома. Если родственники не являлись за трупами в течении двух дней-снимали и закапывали на окраине городского кладбища. Безработных с оружием людишек в Сан-Педро имелось в достатке. Иногда патрулям лутангийцев приходилось вступать по ночам в настоящие перестрелки.)

— Примите мои соболезнования…

Гомес приложился к бокалу с грогом.

— А запасы сушеной рыбы в амбарах?

Лаки коротко высказался о наведении порядка в стране, прекращении войны и восстановления нормальной жизни. Потом был сюжет про строительство торгового центра в городском вокзале, репортаж с места разгрома банды мятежников и опять сеньор Мартин в кадре. Интервью с временным ректором университета.

— Вы были убедительны на словах, а что на делах? Вы действительно разбили мятежников?

Через пару дней всем будет сюрприз!

— Сеньоры и сеньориты, телевидение Сан-Педро начинает с сегодняшнего вечера свои программы. На вашем визоре есть функция, по которой вы можете ознакомится с программой на ближайшую неделю…

Утром дозорные привели к бронетраку господина в мокром плаще и кожаной шляпе. Со шляпы потекли потоки воды, когда господин ее снял, входя в бронетрак.

— Если они доберутся до долин Сьерра-Вьеха то среди гор, рудников и заводских цехов нам их придется вылавливать многие годы! — вздохнул Лаки. — Я не хочу многолетней партизанской войны. Нам придется разделить силы. Туонг, ты возьмешь десять бронетраков и бронеотряд. Задача: перехватить полк Симона и уничтожить. Чтобы никто не ушел в промышленно-рудный район. С Торресом займемся мы с Вегой. Погоним его к устью реки. Там сейчас сплошное болото. От Минга есть новости?

Лаки приказал подать старосте и его спутнику горячего грога и сел в раскладное кресло у обшарпанного камина.

— Да, господин, комендант!

Через двое суток преследования остатки кавалерии Торреса, бросив лошадей, попрятались в камышовых зарослях в устье Рио-Негро. Вздувшиеся от дождей воды реки, несущие черный грунт с верховий, действительно стали черными.

— Да, сеньор.

После такой рекламы Лаки рассчитывал на приток добровольцев.

Бригада Торреса была самой мобильной частью повстанческой армии. У каждого бойца имелась лошадь, а то и две, для перевозки скарба и добычи. Конезаводы, принадлежавшие донам революционеры ограбили прежде всего. Получив сообщение о нападении на Пепе, Торрес снялся из лагеря возле Сан-Мигеля и собирая по деревням свои разрозненные подразделения двинулся на запад. Жаклин запустила дополнительные платформы для разведки.

Сигнал пойдет с сателлита. Группу студентов с универа Лаки сумел завлечь новыми перспективами. Телецентр монтировался в левом крыле дворца кондукатора. Пока все не очень богато: фильмы и программы, закупленные на Цирцее, а между ними блоки новостей.

— Мебель взяли мы, но только на сохранение, сеньор!

— Он хочет уйти за Рио-Негро в леса. Там мы будет их искать очень долго. — сказал Лаки, отмечая на карте последние данные.

Лаки приказал прибавить скорость. За траками по широкой дуге ехали национальные гвардейцы, похожие в своих прозрачных, длинных дождевиках на призраков. Вылавливали из высокой травы затаившихся беглецов….

Ева улыбалась и говорила так доверительно, что хотелось оглянуться чтобы удостовериться что общение только с тобой ее волнует.

Лаки засомневался в своем выборе диктора. Для блока новостей нужно назначить солидного мужчину-что-то вроде Хуареса….

Всех владельцев ресторанов, кофеен и прочих увеселительных заведений города обязали приобрести визоры-экраны.

Когда экран визора засветился и на нем, на фоне ярко освещенной огнями набережной Сан-Педро появилась очаровательная Ева Пикур-победительница прошлогоднего конкурса красоты в пышном платье с глубоким декольте, Лаки не смог удержаться от улыбки. Ева училась в универе и по ней сохли многие парни. Убедить ее поработать диктором телевидения получилось не сразу. Хуарес, начальник полиции помог привлечь к делу красотку.

Обоз Торреса- несколько сотен телег, часто без лошадей, заполненных всяким барахлом и вопящими от страха женщинами и детьми, Лаки приказал оцепить и тщательно обыскать. Кого находили с оружием в руках- стреляли на месте, не взирая на пол и возраст. Пуля выпущенная в спину подростком-все та же пуля…. Зачисткой обоза занимались люди Веги.

— Совершенно верно. Прошу присесть. Горячего грога?

В каждом поселке по пути передвижения колонны Лаки вызывал старосту и вручал ему бесплатный визор, с требованием повесить на самом видном месте в своей комнате.

На экране визора появился Минг на фоне вестибюля дворца кондукатора.

«Старый дурак-на черта мне ваша вонючая рыба?»

— И как вам?

— Если вы все заберете-мы умрем с голода….

— Граждане Сабины! Я- комендант Сан-Педро-Мартин Раски принял решение очистить окрестности города от банд грабителей и убийц! Зона безопасности будет расширяться! Свобода передвижений, свобода торговли и свобода личной жизни! Вот три основания моей политики! Снято?

— Я инопланетчик, сеньор Гомес и гражданин империума, но я уважаю ваши законы.

Дежурный связист в сферическом шлеме немедленно отозвался:

«После всего что я сделал и столько потратил? Он за дурака меня держит?!Сделал свое дело и проваливай?»

— Кто был хозяином гасиенды?

Пришел дряхлый старикан, опираясь на плечо мальчишки — подростка.

Репортаж с городского рынка где счастливые покупатели и продавцы с улыбками общаются между собой, расхваливая сеньора Мартина. Интервью горожанки, сына которой спас от смертельной болезни док Мартин. Завершил блок новостей короткий ролик.

— Как парни шарят по карманам трупов-снимать не надо.

— Чтобы не случилось-немедленный доклад.

Гомес поправил бледной рукой седые усы и эспаньолку.

— За последние сутки по городу два убийства, пять грабежей. Полиция ведет расследование. Попыток проникновения на склад не отмечено. Подозрительных перемещений групп людей не отмечено.

«Пеоны теперь пускают слюни на красотку и ни черта не слышат из ее болтовни!»

Лаки с офицерами сидел в траке, который стал его передвижным командным пунктом. Смотрели на экран визора. Картинка с мобильной платформы была мутная из за дождя, но все же было видно массы кавалерии возле Рио-Негро. Люди Торреса пытались навести мост.

Двадцать третья глава

День был насыщенным.

С утра торжественное открытие торгового центра в бывшем вокзале Сан-Педро. Ленточку разрезала Ева Пикур после короткой, но энергичной речи сеньора команданте.

— Пожизненно?

На Цирцее был день и быстро наведя справки, Лаки связался с апартаментами кондукатора в отеле «Холлифорд Плаза». Картинку вывел на большой экран визора на стене.

Он тайно одобрил идею Корвальо, зачем платить много, если можно заплатить в два раза меньше? Денежные запасы в подвале таяли как снег под солнцем….

— Я тебе доверяю и мне нужны люди которые мне доверяют. Ты самый лучший кандидат. Завтра же займись подбором сотрудников. Хватит изображать горничную и буфетчицу! Ты достойна большего!

— Ты просто хочешь от меня избавиться?!

— Вы-самый лучший кондукатор, сеньор Раски! — рявкнул капитан Вега.

— Как то есть в доны?!

— Сеньоры, это так неожиданно и…

— Сеньоры! Вы все отупели или я слишком умна? — подала голос с дивана Тереза.

— О-о-о…

— Так легко вам от меня не отделаться! — бросил Лаки. — Не для того мы заварили кашу, чтобы другие ее ели!

— О чем?! — возмутился ректор. — Мятеж фактически подавлен, он должен вернуться и возглавить государство!

— В статусах разве есть запрет по полу и национальности? — спросил Лаки у ректора.

К разочарованию множества любопытных, в торговый центр охрана пускала только людей с наличной галактической валютой. Немедленно на площади у вокзала появились менялы. Эскудо меняли с рук на галакты по грабительскому курсу.

— Но кто утвердит проект этих правил? Очередная ассамблея?

Обеспечив себе и своим знакомым приличную компенсацию, комиссия успешно волокитила все прочие заявления. Дон Корвальо там тоже заседал не без выгоды.

— С последней ассамблеи прошло полгода почти. Избранный кондукатор уклонился от исполнения своих обязанностей….

— Сеньор Хуарес, прошу вас собрать сведения про этого молодого человека. — сказал Лаки.

— Мы все, здесь присутствующие только вам и доверяем, сеньор Себастиан. Вас знают и уважают в городе, да и на всей планете. Не отказывайтесь, прошу вас! — включилась Лора.

Когда воодушевленные члены хунты покинули кабинет, план действий был практически согласован.

— Ты собирался назначить управляющего банком, дорогой. Позабыл?

— Вчера закончили монтировать во дворце пульт спин-связи. Свяжитесь с Цирцеей, поговорите с сеньором кондукатором. Чего проще?

— Он учился на университете. Получил диплом три года назад. Юрист.

Людей Гомеса теперь называли вторым полком национальной гвардии. С новым союзником поделились боеприпасами и трофейным оружием. Ливни затрудняли работы по восстановлению железнодорожного сообщения между Сан-Мигелем и Сан-Педро. Вместо поездов начали движение пассажирские пароходы. Теперь в порт Сан-Педро каждый день швартовались суда с архипелага. Беженцы возвращались обратно. Приемную Лаки в городской ратуше осаждали просители. Прослышав о компенсации к нему обращались не только пострадавшие от революции владельцы гасиенд и прочего бизнеса, но и всякие мошенники, норовившие выдать себя за донов и быстренько получить денежку.

— Он погиб во время известных вам событий. Я комендант города Мартин Раски. Я руковожу временной хунтой. Мятеж в основном подавлен и мятежники уничтожены везде, за исключением северной провинции. Столица под контролем наших сил.

— Кондукатор спит днем! Может быть он болен?

— Сделаю, сеньор команданте.

Лаки закрыл рот Терезы поцелуем, но думал он в этот момент о Стефании….

— Он, конечно, прохвост, но он всех знает донов как облупленных! — засмеялся Лаки.

«Назначить временным управляющим центрального банка Сабины сеньору Терезу Санчес.»

«Я еще не нашел убийц Стефании…»

— Так мы все «Временная хунта»? — внезапно спросила Лора. — И как на долго? Вы получили свой диплом, сеньор Раски. Теперь соберете чемодан и в космопорт?

— Требовать он может что угодно, а вот получит вряд ли что. — усмехнулся Лаки.

Члены хунты переглянулись.

Настала напряженная тишина. Все взгляды скрестились на Лаки.

— Ассамблею может созвать только кондукатор. — заметил сеньор Морано. — Старый кондукатор пропал без вести, новый вне пределов планеты. Или у вас есть сведения про дона Родриго Ла Кахетилья?

Сеньор Себастиан наморщил лоб, пытаясь вспомнить что-то про секретаря кондукатора.

— Но у меня очень много работы! — испуганно заморгал ректор.

— Я немедленно сообщу кондукатору! Как только он проснется! Это очень важная новость, сеньоры! Очень!

— Что это было?

— Об этом мы точно не знаем. Назрела необходимость созыва внеочередной ассамблеи. После всех событий нужен более энергичный кондукатор. Нужно подчинить и зачистить северную провинцию, нужно наладить финансы и торговлю. Много чего нужно, вы и сами знаете! А кондукатор спит на Цирцее днем и не в курсе событий, как вы все заметили.

Что поделаешь-национальная валюта с постным ликом Симона Боливара здорово упала в цене благодаря инфляции. Надо сказать, что усилия Лаки не пропали даром. В столице галакты ходили наравне с эскудо, ведь зарплату лутангийцам и национальной гвардии выдавали именно галактическим стандартами.

Эта мысль уже не понравилась членам хунты.

Лаки тут же вызвал по браслету сеньора Гомеса. Дона Себастиана уломали, а вот дон Гомес обещал подумать. Идея лететь на Цирцею губернатора совсем не привлекала.

Она обычно приносила кофе и чай на вечерние заседания, а потом отсиживалась в сторонке. Сегодня с ней шушукался красавец Вега, рассказывал анекдоты или флиртовал?

— Но где же губернатор Рауль Санчес?

«Счастье не в красоте, глупая…»

Жгучий брюнет в отличном костюме представился секретарем кондукатора Густаво Лоркой и очень удивился что на связь вышло правительство Сан-Педро.

— У тебя есть диплом экономиста из терранского университета. Ты сама этим хвалилась же! Почему бы тебе не по управлять банком, дорогая?

Гремел оркестр из местных пожарников, взбодренный повышенным жалованием.

— А если так-мне нужны сторонники, мне нужны свои доны на ассамблее. — улыбнулся весело Лаки. — Вы готовы стать моими донами?

— Кто-то знает этого парня, секретаря?

— Ничего подобного.

Лаки протянул девушке лист бумаги с подписями членов хунты.

— Вот здесь вы глубоко ошибаетесь, сеньора управляющая банком! Место под мои одеялом закреплено за вами.

Члены ближнего круга одобрительно закивали.

Попрощавшись с Гомесом, Лаки обвел взглядом озабоченные лица сотрудников. Кто они будут без него? Самозванцы?

— К браку еще не готов.

Тереза подошла к Лаки и обняв за талию, положила голову на плечо.

— Сабине пора меняться и мы ей поможем! — поднялся из-за стола Лаки. — Мы с вами, сеньоры! Если вы со мной, то пора вершить историю!

Он уже подумывал как истребовать с Галактобанка еще сто миллионов. Война и ремонт стоят дорого….Нужно было наладить работу национального банка, да вот беда-финансистов или расстреляли или они самыми первыми удрали с планеты….У банкиров, определенно, нюх на неприятности. В кабинете, во дворце кондукатора, по вечерам встречались все ближние люди сеньора команданте, чтобы поделиться мнениями и определить главные вопросы на завтра. Всех их развозили по городу в бронетраке, на всякий случай.

— Честно говоря, сеньоры, я не понимаю смысла работы этой комиссии. — признался ректор. — Нет закона, нет правил и инструкций. Нет никаких критериев оценки ущерба. Просто произвол какой-то!

— Может быть полетите вы, сеньор Мартин?

— А не пойти ли нам в доны, сеньоры?

Бутылку шампанского о борт расколотила Тереза, надевшая по случаю изумрудное платье.

— Но его утвердил император!

— Как ты узнал мою фамилию?! Это розыгрыш?!

— Объяснись, дорогая! — хмыкнула Лора.

— По последним данным он на Цирцее, ведет переговоры с ПККБ.

— А может лучше-внеочередная? — усмехнулся Лаки.

— Может быть тогда поручим все разработать юристам университета? — спросил Лаки.

Лора-почти министр здравохранения, Хуарес- глава полиции, Туонг-командир лутангийской бригады, сеньор Себастиан- временный ректор университета, сеньор Морано-почти министр торговли, правда без министерства, Луис Вега- командир национальной гвардии. Вот такая образовалась хунта! Сеньор Гомес вежливо отклонил предложение Лаки участвовать в этих совещаниям. С Лаки он связывался исключительно по коммуникационному браслету. Не хотел чтобы его связывали с самоназначенной хунтой? Что за планы на будущее строил сеньор Гомес? Присмотрел себе кресло кондукатора?

— Первая красавица Сан-Педро не Ева, а ты!

Он улыбнулся членам хунты. Они связали свою жизнь с ним. Они получили власть и деньги и рассчитывают на большее. Может быть кроме молчуна полковника Туонга? Не пора бы ему в генералы?

Хуарес докладывал Лаки, что Корвальо требовал с просителей до пятидесяти процентов от суммы компенсации за положительное решение от сеньора команданте.

Через час сеньор команданте наблюдал за спуском на воду парохода, спешно переименованного из «Луары» в «Боливара».

На фоне ржавых стен дока работяги в своих робах почти терялись. Операторы отсняли их пролетарские морды для картинки новостей. Не дронов же снимать?

— Нас не приняли в серьез!

Члены хунты оживились.

— А еще я твоя любовница. — мурлыкнула Тереза. — Ты нашел замену, негодяй?!

Секретарь торопливо отключился.

Лаки учредил комиссию из пяти уважаемых донов, назначив себя председателем.

— Хитрец! Станешь кондукатором и выберешь себе красотку вроде Евы Пикур?!

— Этого прохвоста стоит выгнать из комиссии ко всем чертям! — сказала Лора во время вечернего совещания.

— Предлагаю направить на Цирцею делегацию из самых уважаемых людей города. Они должны проинформировать дона Родриго Ла Кахетилья о всех событиях последнего времени. — сказал Лаки. — Предлагаю направить на Цирцею сеньора Гомеса и сеньора Себастиана.

— Лутангиец — дон? — улыбнулся полковник Туонг. — Этого здесь не поймут.

— Конечно нет, но само собой разумелось…

Компьютеры в университете были настроены и следующее событие не попало в блок новостей местного телевидения. Лаки и Лора получили свои врачебные дипломы и обзавелись записью на чипах. Ректорат принял решение в виде исключения зачесть в качестве дипломных работ героическую деятельность сеньора Раски и сеньоры Лоры в передвижном госпитале Святого Бартоломью. Все три трака передвижного госпиталя достались людям Туонга вместе с персоналом в сотне миль от станции Эль Осо. Отряд Симона был разгромлен и в ходе преследования захвачено больше сотни пленных. Их всех отконвоировали в городскую тюрьму. Хуарес занялся допросами лично. Плохо то что ни самого Симона, ни Мигуэля с сестрой Марией захватить не удалось. Не нашли их и среди убитых. Отряды отца Хоакина спешно ушли за перевал на север, к Санта-Монике. Лаки приказал их не преследовать.

— Действительно! — поддержал Терезу сеньор ректор. — Почему не применить современные средства связи? К чему всякие делегации?!

Он договорился с Гомесом и тот направил свои патрули к предгорьям для поиска беглецов.

— Не сопротивляйтесь, сеньор ректор! — засмеялся Хуарес. — Инициатива всегда наказуема!

Двадцать четвертая глава

Национальная гвардия спешно разворачивалась в бригаду. Рекруты стояли в очереди, чтобы попасть в вербовочный пункт. Командиром бригады оставался все тот же Вега, повышенный до полковника.

Пехотный, кавалерийский полк плюс бронеотряд составляли, собственно, бригаду. Не помешало бы обзавестись подразделением огневой поддержи, но на Сабине никогда не было артиллерии. Правда ее с успехом могли заменить четыре флайера, оснащенные на подвесках контейнерами с пулеметами и неуправляемыми ракетами. Лаки сам натаскивал пилотов для флайером из числа лутангийцев.

На переговоры наконец-то напросился капитан имперской гвардии Маркон. Рослый блондин с суперкороткой стрижкой и загорелым лицом.

— О какой сумме идет речь?

— У меня есть на Терре старый друг-Патрик Дорн.

— О четырех миллиардах галактических стандартов.

— Верно. Дорн предлагал мне обращаться за помощью в любое время.

Патрик Дорн немедленно ответил на звонок. За пять прошедших лет он совсем не изменился. Загорелый, спортивный парень, словно только что с прогулки на яхте….

— Это четверть твоего состояния, мой мальчик и ты волен их потратить как угодно или даже сжечь на костре! Но дело в том что все вложено в различные бизнесы и проекты и изъять все быстро не получится. Конечно, я могу изготовить любое количество имперской валюты прямо сейчас.

У меня в хранилище запасы только убывают.

— В вас столько кокаина, дорогой Корвальо, что нашим врагам не хватить здоровья на всякие каннибальские планы в отношении вас.

— Не хочу связываться в ПККБ.

— Если мы проверим монастыри в окрестностях города…

— Напрашиваешься на комплименты, Патрик? Ты великолепно выглядишь.

— Тогда кого-то ограбить? По-быстрому?

— Шантажировать фальшивкой? Вы уж, как то определитесь с возражениями, капитан Маркон. Виски, ром, текилу? Мы разумные люди и я готов к сотрудничеству с вами. Конфликт никому не нужен. Конфликты могут привести к непредсказуемым последствиям.

Национальный банк выдавал всем желающим лицензии за деньги империума. Частные обменники росли как грибы. Нелицензированных бизнесменов хватала полиция и патрули лутангийцев. Их штрафовали на всю обнаруженную у них наличность и отправлял на общественные работы-разбирать руины сгоревших при мятеже зданий.

— Верно, но у нас нет безналичных расчетов и пластиковых карт. Потребуются годы чтобы все это наладить!

— Так не пойдет. Вопрос времени когда фальшивки выплеснуться с планеты и тогда нам будет обеспечено повышенное внимание имперской безопасности. Мне оно ни к чему. Должен быть способ быстрого обогащения.

Ты сейчас на Сабине, как видно по коду. Лечишь аборигенов? Что там за заварушка случилась?

— Сто тысяч-хорошие деньги, но двести тысяч гораздо лучше.

— Ты же совладелец «Цирцеанской стали»? Под залог компании ПККБ легко выдаст тебе кредит. Насколько я помню, компания твоя стоит не меньше двадцати миллиардов галактов.

— Я теперь не Дон Льюис. Дипломированный врач-Мартин Раски, к вашим услугам.

Дон Корвальо вытаращил глаза. Статусная палата Сан-Педро ведала регистрацией донов, а значит и выборщиков, участвующих в ассамблее. В ходе штурма города архивы палаты спалили самыми первыми. Пеонам так была ненавистна власть донов или же в этом был чей-то далеко идущий замысел?

— Капитан, меня интересуют события трехмесячной давности. Имперские гвардейцы осуществляли эвакуацию имперских граждан с территории университета. Кто ими командовал? Вы?

Капитана пробил пот. Он поедал Лаки взглядом попавшего в клетку волка пару минут, но потом сдулся.

Половина компенсации тут же вернулась обратно в подвал дворца.

— Может не будем гадать, а спросим самого Дорна?

— Я немедленно возвращаю вам ваших подчиненных и надеюсь их больше не увидеть в Сан-Педро.

«Вот черт! Он знает больше чем я!»

— А где Мигуэль мы так и не знаем.

— Не ожидал, сеньор команданте! Это огромное доверие…

Капитан облизнул губы и попросил еще текилы….

— Я коррупционер и взяточник, а вы весь в белом, сеньор команданте! — усмехнулся дон Корвальо, вручая деньги Лаки.

— Курьеров терранского имперского банка?

Разговор проходил в кабинете Лаки без свидетелей, за исключением Жаклин, которая все подробно фиксировала на видео при помощи датчиков, размещенных дронами.

— Понятное желание. Ты хочешь чтобы я поручился за тебя перед Галактобанком?

— Даже повстанцы не трогали монастыри, сеньор команданте! Пеонам крышу снесет-если мы тронем святые места! Это будет мятеж страшнее предыдущего!

— Нам нужны банкноты нового образца. Или же мы просто запретим в обращении все эскудо. Но тогда нам не хватить наличной галактической валюты для обращения.

— Оттиски и станки были в распоряжении Мигуэля. Это его проделки.

В торговом центре самым раскупаемым товаром были визоры. Телевидение стало круглосуточным.

— Это секретная информация…

В ответ ему продемонстрировали видео нападения на дворец кондукатора и признательные показания пленников.(Некоторое время в контейнере без света, еды и питья, здорово проясняет мозги упертым субъектам.)

— Не ожидали?

— А новый эскудо без решения ассамблеи нам не запустить. — подытожил Лаки. — Кто за запрет обращения эскудо? Временный, конечно.

Капитан сел на диван и проглотил содержимое бокала с удивительной быстротой, словно он был russki.

— Гордишься им?


Члены хунты переглядывались. Озвученная сумма поражала воображение. Четыре миллиарда стандартов!

— Почти в три раза выше чем я ожидал! Когда открыли ломбарды приток покупателей значительно вырос!

— Вряд ли он имел в виду кредит целой планете.

— Гастроли, концерты. Новый любовник! Все как обычно.

— А что с Лином?

«Это почти треть моего состояния…»

….На следующий день Лаки посетил комиссию по компенсации ущерба и оперативно разрешил два десятка заявлений, одобренных доном Корвальо.

Либо вы в парализованном виде поступаете в распоряжение моих лутангийский друзей и тогда они вам развязывают язык своими азиатскими методами. Либо мы общаемся наедине и всю информацию вы представляете, скажем, в обмен на сто тысяч галактов.

— Разумеется, потому что степень защиты банкнот сверхвысокая. Но на Сабине нет экспертов и оборудования чтобы распознать фальшивки.

— Объем эскудо резко увеличился на рынке. Кто-то бешено их печатает. — пожаловалась Тереза.

— ПККБ может быть?

— У меня есть идея по этому поводу, но она требует уточнения деталей. Вернемся к деньгам. Тереза?

Проще ограбить императора Терры! Они перевозят наличность на крейсерах первого класса и их маршруты и график не знает даже имперская безопасность.

— Согласен. Скажите мне кто приказал взорвать подземный госпиталь с АКРами и кто потом приказал удалить все обломки и тела из завала- получите двести. Плюс мою благодарность и признательность.

Завершить мысль Лаки не дали.

— Поставка товаров теперь ваша проблема, дорогой Морано. Расширяйте ассортимент товаров, заказывайте на Цирцее еще. Я все оплачу. Что с выручкой?

— Это будут фальшивки.

— А это уже шантаж! — завопил капитан багровея лицом.

— Даже торговля редкими металлами не даст быстрого результата, ты же знаешь.

— С этого и надо было начинать, сеньор комендант!

— Всякое бывает. Как дела у Евы?

— Должность ваша и с этого дня регистрация донов под моим постоянным контролем!

Сначала попытался запугивать Лаки гневом терранского императора за захват гвардейцев.

— По моим подсчетам потребуется только в этом году миллиард стандартов. — предупредила Тереза. — Если же экономика в течении года восстановится, то раза в четыре больше. Кто нам даст такой кредит?

— Я же говорила! — засмеялась Тереза.

— И лечу и стреляю. Всякое случается. Мятеж подавлен в основном моими усилиями. Я сейчас возглавляю временное правительство и мне нужны кредиты для восстановления экономики страны. В галактической валюте.

— Согласиться ли с вами, капитан, имперская безопасность? Мне направить на Цирцею в их штаб субсектора эту видеозапись?

— Я полагаю, это можно решить. Я перезвоню завтра.

— Дон Льюис?! Приветствую! Когда-то давно я не поверил в известие о твоей смерти и как вижу, правильно сделал.

Идея ломбардов принадлежала ей. Как и обменных валютных пунктов, что росли как грибы по городу и окрестностям. Курс эскудо упал до исторического минимума. За имперский стандарт просили две сотни эскудо.

— Именно.

— Бывший супруг Евы?

Жаклин раскритиковала план перевода Сабины на галакты самым решительным образом.

— Само собой. А вот как твои дела, док Мартин?

— Я полагаю что ваша репутация выдержит этот удар? Как вы смотрите на возможность возглавить статусную палату?

— Текилу тогда….Благодарю…

— Не забудь об этом когда подойдет мой срок просить о помощи! — засмеялся Дорн и отключился.

— Спасибо, Патрик. Я твой должник.

Члены хунты такой поворот никак не могли одобрить.

— Может в этом и решение? На многих планетах империума нет собственной валюты. Обращается только имперский стандарт. — заметил Морано.

— Ты тоже, парень. Возмужал и обзавелся морщинками. От девушек нет отбоя?

— Кадет школы космических пилотов. Мы часто с ним встречаемся. Вот его снимок.

— Благодаря вам, сеньор команданте все пеоны забыли про выпивку и прочие дела. Они как загипнотизированные таращатся в экраны! Вечерами города и поселки вымирают и любое заведение где не висит на стене визор, рискует растерять клиентов! — смеялся Морано на вечернем заседании. — Но запасы визоров стремительно тают!

Лаки вежливо улыбнулся и отпил из своего бокала золотую текилу.

— Меня съедят живьем!

— Это все фальшивка!

— Разве по мне видно что мне нужны услуги врача?

— Я проясню ситуацию, капитан. В моем столе встроен парализатор и он наведен на вас.

Двадцать пятая глава

Лаки завтракал, когда раздался первый взрыв. Зазвенела посуда на столе. Тереза ахнула.

— Что это было?!

— Хуарес разберется. Чем занимались в лаборатории?

Лаки поднялся в свои апартаменты вместе с нервно зевающей Терезой уже ближе к полуночи.

«…Приказываю разместить в подвале запас провианта, рядом с особой кладовой…»

— Отлично!

— Ты уверена?

— Благодарю, не надо.

Лаки вызвал Хуареса и Туонга. Они доложили о взрыве в районе университета.

Погибло десять человек, включая шесть лутангийцев, больше сотни горожан было ранено осколками стекол из больших вокзальных окон.

Вскоре подъехал со своими людьми Хуарес. Поговорив с ним, Лаки вернулся во дворец.

— Теперь уже не далеко. Где-то в районе вокзала…

Тереза уехала в банк на бротетраке, а Лаки вызвал Жаклин.

Лутангийцы на площади у вокзала заметили в толпе подозрительно толстого монаха с худым лицом, слишком не пропорциональным телу.

Лаки связался с Хуаресом и поручил проверить все хим. лаборатории в городе и окрестностях.

— В тюрьме сейчас самое безопасное место! — хмыкнула Тереза.

Печатными неровными буквами на листке было написан карандашом несколько слов: «В следующий раз это будет динамит! Приятного аппетита!»

Ректор, стоявший в толпе преподавателей и студентов развел руками.

— Лучше, если ты сегодня сделаешь себе выходной. Пока мы не отловим террористов-все под прицелом.

— Избавь меня от подробностей, Хуарес. Можно установить связь между этим нитроглицерином и динамитом, что сегодня так щедро рассыпали по городу?

— Надо взять под контроль все места хранения динамита.

— Проведите ее, Хуарес и пусть эксперты не спят. Пообещай им премию от меня.

— Приветствую, сын мой.

Вечером, когда Лаки ждал Терезу из банка, просматривая списки погибших и одним глазом косясь в визор, на сводку новостей, громыхнул еще один взрыв. Только на этот раз далеко от дворца.

— Сеньора Тереза уже пять раз спрашивала о вас, сеньор. Говорила о том что ужин стынет.

— Банк не вербовочный пункт, дорогой! Там толстые стены и охрана серьезная. Всех обыскивают на входе…

Лаки вызвал по связи Хуареса и Туонга.

Все выезды из города блокировали гвардейцы и лутангийцы.

— Кокаиновые тоже?

На широкую мраморную лестницу выбежала Тереза в пестром халате поверх белоснежного пеньюра.

— И его производства тоже!

Его встретил полковник Минг.

— Ты не только банкир, дорогая, но и производственник? Динамит штука редкая и его не производят в империуме много столетий уже. Динамит сделали на Сабине. А что скажешь про химические лаборатории?

— Налей мне виски на пару пальцев, дорогая.

— В городе работают только мясохладобойни и патронная фабрика. Никакого производства динамита в Сан-Педро нет и не было.

— Ты так меня любишь, дорогой?

— Не то слово….Но ты права-поспешные выводы вредны всегда. Пусть Хуарес ведет дознание.

Минг вынул из нагрудного кармана мятый лист бумаги.

— Приказать вскрыть все банки?

Лаки выругался.

Звякнула подвеска на люстре и пришел звук взрыва.

— Это забота о твоей безопасности.

— Видео позволяет опознать преступников?

Лаки мгновенно покрылся потом. Под приказом красовалась его подпись. Самая натуральная. Только он это не подписывал и ни про какие консервы понятия не имеет….

— Потому что вы плохой христианин, сын мой. Вы не посещаете месс, не исповедуетесь….

— Имена Мигуэля и сестры Марии вам ни о чем не говорят, святой отец? Может быть подскажете нам, где их искать?

— Консервов?!

— Это фальшивка! Минг, немедленно всех эвакуировать! Общая тревога! Всем отойди от здания на сто метров! Быстрее!

— Пусть мне дадут тонкий бронежилет и ворчер. Я сама за себя в состоянии постоять!

— Чай, кофе?

Лутангийцы и гвардия немедленно оцепили весь район. Полиция вошла в епископат. Кроме монахов и чиновников епархии никого не обнаружили.

— Хотел бы я знать…

— Под домашним арестом?!

— Хреново!

Мобильная платформа выдала видео: подозреваемые скрылись во дворце епископа.

Беседа завершилась ни чем.

— Да?

— Направь дронов в подвал, пусть вынесут ящики на задний двор! Если еще не поздно!

Дрон с видеокамерой транслировал всю операцию по выносу подозрительных коробок во двор.

— Студенты с третьего курса во главе с преподавателем сеньором Васкесом.

Вы полагаете что это тоже террористическая атака мятежников?

— Это Хуарес. В химлаборатории университета обнаружено пять трупов и солидный запас химикатов для производства нитроглицерина. Причина взрыва-нитроглицерин. Эксперт говорит, что это очень нестабильное и опасное вещество.

В дверь постучали.

Вошел Фернандес.

— Что случилось, сеньор Себастиан?

Паника охватила город. Улицы опустели стремительно.

Лаки повернулся к Терезе.

— Если не устраивает эта позиция, попробую освободить для тебя камеру в тюрьме! — огрызнулся Лаки.

— Сорок ящиков с маркировкой мясного концерна с Цирцеи….

Дрон развернул записку манипуляторами.

Минг улыбнулся.

— Что случилось, дорогой?!

— Я инопланетчик, сеньор!

— Обыски и облавы, допросы с пристрастием? Моего благословения вы не получите. Монастыри Сабины места намоленные и святые. В них не может быть людей с нечистыми помыслами.

— Что происходит, дорогой?

Звук пришел глухой, словно удар по пустой бочке. Потом все повторилось. Еще и еще….

Лаки вызвал Минга и приказ оснастить Терезу всем чем пожелает.

В полдень после ожесточенной перестрелки взлетела на воздух лаборатория на фабрике дона Корвальо. Облако кокаина накрыло ближайшие кварталы к радости местных наркош.

— Что там?

— Почему мы раньше не смогли встретиться, святой отец?

Епископ занял место в кресле, Лаки сел напротив, на диван.

— Платформы контролируют пространство над городом и отслеживают все диапазоны частот. Никаких подозрительных разговоров или контактов. Ты уверен в том что динамитчиков прислал Мигуэль?

— Там кто-то был в это время?

Епископ появился с посохом в руке и в алой мантии до пят. Седой, но еще не старый мужчина, с крючковатым носом и пронзительным взглядом карих глаз.

— Взрывных механизмов не обнаружено. В ящиках банки с саморазогревающимися мясными консервами. — сообщила Жаклин через час.

— Не может ли это быть ложный след? Нас натравливают на церковь, чтобы показать пеонам какие мы выродки. У тебя же чешутся давно руки-провести обыски аресты в монастырях?

— Самое безопасное место на архипелаге. Не желаешь туда слетать? Час на флайере и готово!

— Кто-то пострадал?

Тереза перекрестилась.

Корвальо выругался и отключился.

Лаки проглотил виски одним глотком.

Коротко ей все рассказал.

— Женщины более нервные создания чем мы-мужчины.

— Только те кто был в лаборатории.

— Куда? Просто наобум?

Неизвестные преступники с крыши здания забросали динамитными шашками очередь у вербовочного пункта национальной гвардии. На месте погибло двадцать человек. В клинику и госпиталь доставили более сорока человек раненных.

В бронетраке, отведенном к кованной ограде дворца Лаки привел себя в порядок и вызвал Жаклин.

— К вам сеньор архиепископ, сеньор команданте.

— Эти люди отринули церковь и веру и их не может быть в святых обителях.

Дон Корвальо вопил что ничего об этом не знает и его люди не могли делать динамит для террористов, а тем более надевать монашеские рясы.

«Монахи-динамитчики, епископ, что не желает сотрудничать, Корвальо вышедший из доверия, ненадежный олух Минг, легкомысленный дурак дон Себастьян….Кто — то очень постарался чтобы представить моих ближних людей и людей местной церкви ненадежными и опасными субъектами….»

Епископу очень хотелось повоспитовать сеньора команданте, а Лаки не хотел терять времени даром.

— Они были в масках на лицах, сеньор команданте.

— В одной из коробок найден лист бумаги.

— Пусть войдет.

— У нее же есть браслет.

— Что нового?

— Я ни в чем не уверен. Поганое чувство: словно сижу в комнате с завязанными глазами и жду удара от невидимки!

Он не успел поднести бокал к губам. Тренькнул вызов браслета.

— Я должен обеспечить безопасность всех жителей столицы и окрестностей. У меня есть подозрения что главари мятежников могут укрываться в монастырях.

— Мы должны немедленно найти этих динамитчиков, чтобы исключить повторение!

С охраной в бронетраке сеньор команданте немедленно выехал в университет.

— Ваше указание выполненно, сеньор команданте. Мои люди заложили в подвал запасы консервов, что привезли после вашего отъезда.

— Что-то конкретное, сын мой? Во всех сразу или в каком-то конкретном?

— Логично будет их проверить в первую очередь. В этом ты прав.

— Помоги мне мадонна!

— Нужна экспертиза.

Городские пожарные заливали пеной дымящиеся руины лаборатории химического факультета.

— В том числе. Это старинный рецепт. Нитроглицерином пропитывается кремнистая земля…

— Хорошо, держите меня в курсе событий.

— Я знаю об этом, сын мой. Но сейчас вы занимаете важный пост и должны показывать пример христианского добронравия. А вы живете с женщиной, которая не является вашей женой, потворствуете безбожным и омерзительно аморальным программам, что крутятся на визорах каждый вечер. Вы….

— Никто не может ничего понять. Просто внезапно лаборатория взорвалась.

— Во дворце бомба! Уходим немедленно!

— Их в первым делом. Химикатов у них всяких хватает.

— Это работа Мигуэля…Мы упустили его и он взялся за террор…. -сказал Лаки Терезе, получив донесение Туонга и сводку полиции.

— Э-э-э…работа шла по плану….

Ужин на столе давно остыл. Впрочем, никакого аппетита и не было.

— Это где-то в миле отсюда.

— Довольно, сеньор епископ. — резко перебил священника Лаки. — Мораль читать мне будете после. Мне нужно ваше разрешение на проверку в монастырях.

— Мы допрашиваем всех, но не обнаружено не оружия, ни динамита. — доложил Хуарес, лично занявшийся этим делом. — Епископ заявил протест с связи с незаконными действиями полиции. Требует встречи с вами, сеньор команданте. Рекомендую вам с ним встретиться, сеньор.

Лаки рекомендовал ему посидеть дома пару дней, пока все не разъясниться.

— Доброго дня, сеньор епископ. Прошу вас!

— Ударь первым.

Но что если взрывы будут повторяться каждый день?

— Что за приказ?!

— Хорошо, сеньор команданте.

Увидев что его окружают, монах бросился бежать к вокзалу, ко входу в торговый центр и с криком: «Смерть тиранам!» подорвал себя. Под сутаной оказался жилет с динамитными шашками.

Среди изувеченных тел в монашеских рясах обнаружилось оружие и запасы химикатов для производства динамита.

— Динамит производят из нитроглицерина?

Двадцать шестая глава

За неделю расследование Хуареса не продвинулось далеко.

— Выходит так что все террористы поубивались при взрывах на фабрике Корвальо и в университете?

— Удвой сумму. И намекни кредиторам о своих предложениях старику. Пусть они на него надавят.

Они сели во флайер и Лаки поднял машину повыше, почти на километр, чтобы показать город с высоты птичьего полета.

— Он берет не дешево.

— У нас и клиника для наркош имеется.

— Ливень делу не помеха. Так что с коксом?

— Аминь, Пистолет…

— Ничего. Сабина мало интересует Цирцею.

— Восьмая бригада. «Муравей».

Она еще не знает про Патрика Дорна! Терранские кредиты очень скоро придут на Сабину!

— Зачем студентам, которых я вытащил с рудника, становиться моими врагами и устраивать против меня теракты?!

«Странно, что только трое убитых. С таким оружием он мог бы пострелять сотню человек, не меньше….Или это была только демонстрация?»

— Есть. Его имя Марк Рив. Служил в ПККБ, только в первой бригаде. Уволен с почетом. Свое дело знает. Спец по повстанцам и герильерос.

— Я чего то не знаю? Что им там-маслом намазали в этих горах? — пожаловался Лаки Терезе перед сном.

— Если вы- Марк Рив….

Когда Лаки поднял флайер и сделал круг над бухтой, то заметил что фигурка с рюкзаком целеустремленно шагает не в город, а к университету.

— Нет, костлявый! — засмеялся Вук.

— Это не меня встречаете, господин?

— Что-то не так?

— У тебя там настоящая война, Лаки?

— Не помешают.

— Будет самый чистейший.

— Где меня поселить хотел? Во дворце? Хреновая идея, брат! Высади меня где-то в городе. Хочу в гущу народа окунуться.

Марк улыбнулся не разжимая губ.

Через три дня, когда мимо парка кондукатора проходило крестное шествие из монастыря святого Доминика, толпу монахов и горожан обстреляли из автоматической винтовки с чердака соседнего дома. Итог: трое убитых и десятки покалеченных в давке, когда перепуганные люди в панике пытались убежать из под обстрела.

— Ага, занюхаю дорожку и в голове наступает полная, кристальная ясность!

— Уже завидую. Что говорят о нас в новостях?

— ?

Хуарес продемонстрировал оружие Лаки.

Лаки вспомнил жадного до денег начальника космопорта Сайруса и покачал головой. Тот еще охранитель!

— Наличные нужны?

— Я всегда попадаю! Что с коксом у вас тут? На Цирцее вечно бодяжат с чем-то.

— Не могу дать гарантии, сеньор команданте.

— Может быть ты и прав. Присылай своего эксперта.

Стрелка полиция не застала, а вот оружие стрелявшего осталось на месте. Винтовка с клеймами корпорации Нулана.

— Главный багаж мой здесь! — Марк ткнул пальцев в висок. — На лошадке поедем?

— Меня интересуют факты, Хуарес, а не догадки.

Марк поспешно надел солнцезащитные очки.

— Хотел поболтать без чужих ушей.

Лаки улыбнулся и чмокнул девушку в щеку.

Лаки отменил вечерние совещания. Запретил шествия по городу. С вечера с шести часов вводился комендантский час. В наличии на складе было несколько сотен бронежилетов. Ими оснастили полицию, людей Минга и выдали каждому члену хунты.

— Вы верите ему, сеньор?

В корпусах заводов, охраняемых лутангийцами, вдалеке от чужих глаз, но с работающей ГЭС рядышком, Жаклин могла с помощью дронов развернуть любое производство.

— А что остается делать?

— Прямо в челноке?

— Сказал что не торгует должностью.

— Проверь его в деле, не пожалеешь. Кличка у него — «Пистолет».

Лаки заказал Вуку несколько тысяч защитных комбинезонов ПККБ и сверхлегкие бронежилеты.

— Введу в курс дело по дороге. Вук сказал что вы лучший.

Прилетевшие на челноке, предъявили имперскому контролю удостоверения и перетекли через обширный вестибюль на выход. Там, вне зоны космопорта, находилась стоянка транспорта где среди редких авто на батареях нарезали круги извозчики на ландо-открытых каретах.

— Одобряю, Муравей.

— Все мертвы и допросить некого. Возможно сеньор Васкес- профессор химического факультета возглавлял организацию, а рясы монахов они использовали чтобы отвести от себя подозрения.

— Что ответил на мое предложение сеньор кондукатор?

Лутангийцы теперь дежурили не только на соседним с дворцом улицах, но и на чердаках, распугивая воробьев.

— Не такая уж дыра-ваша Сабина. — одобрил Марк. — Мне начинает нравится! И девочки очень яркие и пылкие. Та брюнетка в сиреневом мне такой минет сделала, закачаешься!

— Тебя никто не поддержит, дорогой. Да и денег у тебя таких нет.

— Редкая вещь.

— Солнечная погода. Над Холлифордом небольшая дымка. Завтра выходные и все предвкушают выпивку пятничным вечером.

— По поводу моего приезда. Шутка!

…Марка Рива Лаки встречал в космопорте лично.

Наследники хозяев консорциума осаждали Лаки который день, требуя вернуть им собственность в горных долинах. Сумму компенсации отвергли сходу.

— Да, сеньор команданте.

Теракты повторятся или нет?

— Вы можете с ним поговорить?

— Получил же как-то сеньор Гомес пулеметы для обороны Сан-Мигеля?

— В точку! А вы-местный босс? Узнал по видео. На канале Галактический вестник была на днях программа про Сабину. Команданте Раски?

— Проверьте всех знакомых и родственников Васкеса и погибших студентов. Абсолютно всех!

Послушав разговор Лаки с Гомесом, Хуарес развел руками.

— Я не потеряюсь, брат! Давай, до связи!

— Такой быстрый?

— Хорошая идея. Попробую…Знаешь, друг, тебе нужен специалист. Эксперт в деле с террористами. Человек что сможет всех заговорщиков вытащить на свет и прихлопнуть как комара!

— Сестра Мария говорила о партии оружия от корпорации Нулана.

— Не то слово! Это весь багаж?

— Уважуха, Муравей!

«Вот же сукин сын!»

— У вас всегда солнечная погода?

— Первая бригада, «Пистолет»! Черт, как приятно увидеть в этой дыре бойца из штурмовых бригад!

«Я не хочу чтобы посторонние люди увидели дронов и технологии, которых здесь быть просто не должно!»

— Сегодня редкое прояснение. Сезон дождей еще не кончился. Видишь, тучи на горизонте. Ночью точно будет ливень.

— Все не так, брат! Не надо ждать удара, надо бить первым. Пассивная оборона-первый признак поражения.

Челнок с орбитальной станции приземлился в полдень.

— Контрабандная поставка, в обход космопорта? Вряд ли это возможно.

— Консорциум имел в год до полумиллиарда галактов чистой прибыли. Ты же им предложил десять миллионов, как в насмешку. Ты странно себя ведешь, дорогой. И сам не пользуешься имуществом и не позволяешь старым хозяевам все наладить. Чего ты хочешь сам?

— А у вас?

К удивлению Лаки из него выбралась целая толпа. Почти сотня человек! Многие с чемоданами вполне дорогими.

Лаки поручил Вуку выторговать у кондукатора Сабины отказ от своего поста. В Холлифорде кондукатор залез в кредиты и пока он их не погасит с планеты ему не улететь. Кредиторы его не выпустят из рук.

Жаклин занялась производством бронестекол на заводе в Сьерра-Вьеха.

Уловил взгляд Лаки рассмеялся.

— Ого! Не все гладко в сабинском королевстве?

— А что? Страсть сама выбирает место и время! Мы сидели на последнем ряду и я прикрыл ее рюкзаком! Ого, у нас даже пилота нет? Меня везет сам команданте!

Лаки приземлился на дамбе между университетским островом и городом, как пожелал Марк.

Приглашенный эксперт кузнечиком выпрыгнул на мостовую, не забыв свой потертый рюкзак.

Хуарес ничего больше не нарыл и его версию случившегося озвучила Ева Пикур в вечерних новостях. Сеньор команданте покончил с динамитчиками одним махом! Спите спокойно, жители Сан-Педро! А еще, по распоряжению Лаки на телевидении в течении недели демонстрировали фотографии Мигуэля, сестры Марии и Симона. За сведения о каждом из главарей мятежа была обещана награда в миллион галактов. Сеньор команданте решил не скупиться.

— На флайере. Так безопаснее и быстрее.

— Не на людях, господин Рив.

— Одного дорогого эксперта я потяну.

Приглашенного эксперта Лаки узнал по фото. Худощавый, жилистый парень с потертым рюкзаком на плече любезничал с девушкой в сиреневом платье.

— Самый настоящий! Вечеринка будет?

Губернатор Гомес заявил что пулеметы его из старых запасов и нового оружия в течении года он не получал с других планет.

— Кокс-это кокаин?

Марк щелчком отправил дымящийся окурок в урну у двери и попал.

— Давай на «ты», Муравей. К чему все эти церемонии между бойцами штурмовки?

Лаки передал ему пачку банкнот.

Вороненая сталь, пластик, сошники, прицел отличного качества. Магазин на двадцать патронов калибра шесть миллиметров с разрывными оперенными пулями.

В полете Лаки коротко ввел Марка в курс дела. Тот слушал внимательно, хмыкал то и дело.

— Новенькая. Износ минимальный. На Сабину оружие такого сорта никогда не завозилось. Никогда не продавалось в оружейных магазинах и не хранилось в арсенале полиции. Оружейный арсенал в Санта-Монике производил только обычное огнестрельное оружие, по старым терранским образцам.

— Субординация? Понимаю.

— Здесь пятьдесят тысяч галактов.

— Я думаю, что консорциум надо национализировать.

Расставшись со спутницей с нежным поцелуем, Марк сдвинул шляпу на затылок и закурил сигарету. Скуластый, курносый, взлохмаченные русые волосы….

— Да ты стратег?

Лаки протянул Марку руку для рукопожатия.

— Хороший аванс и вовремя! Мы сварим с тобой кашу, брат Муравей! Очень вонючую и горячую и накормим всех говнюков до отвала! Аминь?

— И у тебя есть такой эксперт?

Девушка в прозрачном пеньюаре сидела у зеркала и расчесывала волосы при уютном свете ночника. В спальне было очень темно из-за стальных ставней, что навесили на окна снаружи. Всю ночь территорию вокруг дворца заливал свет прожекторов. Было куда светлее чем днем.

Двадцать седьмая глава

Бодрящий аромат свежего кофе — отличный повод чтобы проснутся утром.

Лаки улыбнулся Терезе и протянул руку к чашке напитка, как внезапно тренькнул вызов на браслете.

Утром позвонил Вук и переслал видеоролик.

— Спасибо, уже пообедал.

— Ты что-слабак?!

— Слушаюсь, сеньор команданте.

Лаки ворочался с боку на бок и все не мог заснуть.

Лутангийцы оцепили ресторанчик и Лаки обедал в одиночестве, озирая морскую даль и дальние корабли у пристани. Рыба была замечательно приготовлено и холодное белое Эль мускати тоже к месту оказалось. Только аппетита не было….

— Под утро случилась перестрелка в порту. Мои люди нашли пять трупов.

Лаки поставил чашку на поднос и выбрался из под одеяла.

Его игру видно заранее!

— Ты-идиот! И ты спишь сегодня на диване!

— Переложи их на кого-то.

Дон Корвальо насупился и опустил взгляд на пол.

Проведя в бесплодных переговорах время до обеда, злой Лаки заехал в ресторанчик на набережной. Когда-то им это место нравилось….Стефания обожала хлеб местной выпечки и рыбу на гриле.

— Он представился? Ты его узнаешь?

— А как же охрана?

— Меня беспокоит то что мы не контролируем прилетающих к нам.

— Тогда до вечера. Не напрягайте ногу. Если хотите — я осмотрю рану.

— Доброго дня, сеньор команданте. Приятного аппетита.

«Вот кого надо послать на переговоры с консорциумом! Пистолет всех уговорит….»

— Среди них не было русого, курносого, жилистого парня?

На диване оказалось совсем не так удобно, как показалось вначале.

— Убрать в смысле- убить?

— Допросите его.

— Черта с два! Он был в маске!

— Еще бы! Второй выстрел он адресовал моей мошонке!

— Вот увидишь- дон Гомес объявит что в столице не безопасно проводить такое мероприятие!

Дон Корвальо уже зарегистрировал три десятка новых донов и Лаки мог рассчитывать на ассамблее на крепкую партию сторонников. Вот только три десятка против трех тысяч по списку-это не много. Конечно мятежники изрядно проредили донов.

— О,боже! — ахнула Тереза.

Когда после оваций актеры устали выходить на поклон и занавес опустился, Лаки вышел из ложи с явным облегчением. Он не боялся за себя. Опасался за Терезу, потому что ложе кондукатора отлично просматривается со стороны сцены и из партера.

Лаки сделал знак чтобы пропустили.

— Понравилась.

— Как он умер?

Лаки созвонился с доном Альфонсо и отправил ему с курьером видео с Цирцеи.

Лицо Терезы заливал румянец. Глаза горели огнем возмущения.

«Еще бы!»

— Никому об этом ни слова. Кроме Хуареса, конечно.

— Мои парни только что нашли среди декораций за сценой труп молодого человека. Под курткой у него оказался жилет с динамитными шашками, а в рукаве детонатор.

— Нет. А должен быть?

— Он только целился…..Этот сукин сын был очень убедителен. Очень.

— Что случилось?

Театр был оцеплен лутангийцами Минга. Площадь и соседние кварталы заняли патрули национальной гвардии. Браслет на руке молчал.

— Да, еще этот подонок нагло украл у меня два фунта отличного кокса!

— Спасибо за информацию, Хуарес.

— На шхуне, где обнаружены трупы, найдено оружие и несколько коробок с динамитом.

Скрип тормозов привлек внимание Лаки. Синий электромобиль с тонированными стеклами принадлежал дону Корвальо. Где он его прятал во время мятежа?

— Привет, Муравей! Это я. — сказала тень громким шепотом.

— Нет, мне не легче. Я отменил комендантский час на сегодня и похоже что зря!

Наследники хозяев консорциума, почувствовав заинтересованность команданте в национализации комплекса в Сьерра-Вьеха, уперлись и не желали даже обсуждать условия выкупа.

Шхуна пришла вчера с архипелага, так заявлял капитан, во всяком случае.

— Что ты предлагаешь?

Этот хомут мне радости не доставляет! Власть — это бремя и ответственность, а не почет и уважение!

Когда мучает бессоница, любой звук в ночной тишине действует на нервы.

Припорошенные белым ноздри дона Корвальо красноречиво говорили о наименовании снадобья.

— Я все еще в завязке….

— Я инопланетчик и чужак, а дон Альфонсо свой и хорошо известный донам сеньор.

Кокаиновый барон выбрался на мостовую и опираясь на трость захромал к ресторану.

— Во первых тебе не дадут удрать. Обиженных и недовольных много. Тебе припомнят твой пост члена ВРС и знакомство с Мигуэлем. Припомнят как ты лечил мятежников. Будь уверен. Кто ты сейчас? Комендант города. Кто тебя назначил? ВРС мятежников! Во вторых, ты готов так легко отказаться от всего?

— Про какого парня ты спрашивал, дорогой?

— Но ты же уже зарегистрировался как дон!

— Письма вы разошлете как положено, а выступление по тиви произведет нужное впечатление не только на донов, но и на все население Сабины.

— Он всех вырубил, даже не знаю чем! Мне нужна надежная охрана, сеньор команданте! Если я глава статусной палаты-то вы просто обязаны защищать меня от подобных террористов!

— Смутные догадки…Это все?

— Вы гарантируете мою безопасность в Сан-Педро, команданте?

— Хорошая мысль, но традиционно всем донам рассылается официальное письмо.

— Ты упускаешь инициативу, дорогой! Этот напыщенный индюк созовет ассамблею в Сан-Мигеле и его единогласно выберут кондукатором!

— Я собираюсь побороться, дорогая, но на убийство конкурента я пойти не могу. Это противоречит моим моральным принципам и потом, дон Гомес не сделал мне ничего плохого.

— Белое вино здесь подают бесподобное.

— Чертовы гринго! Он хотел адреса моих складов и лабораторий!

— Тебе показалось.

«Пистолет что-то разнюхал…»

— Ты этого ждал, дорогой?

— Чего то такого….

— Тебе не понравилась опера, дорогой?

— Но ты весь в напряжении сидел, я заметила.

— Что случилось?

— От всего? А что у меня есть кроме расхода денег и нервов?! Не будучи кондукатором я уже себе не принадлежу. Чем я только не занимаюсь!?Что-то мне не хочется тащить на спине к светлому будущему эту планетку!

«Он лучше меня знает что делать…»

— Разве это секрет?

Тереза хлопнула дверью спальни.

— Может быть вам лучше объявить о созыве ассамблеи по телевидению, сеньор губернатор? Сначала ролик с обращением кондукатора, а потом ваша речь.

Лаки и Тереза вышли не через центральный вход, а через боковой, мимо актерских гримуборных. Сели в бронетрак, с трудом втиснувшийся в переулок.

— Доброго дня, сеньор. Составите мне компанию?

— Да. Устрани его прежде чем он устранит тебя!

— Капитан мертв и вся команда тоже.

— Спасибо, сеньор команданте. Я уже принял лекарство.

— Полагаю, что этот порошок не последнее что у вас было?

«Она что- в мечтах уже видит себя женой кондукатора Сабины? А кем я себя вижу?»

— Пока смутные догадки. Отличный кофе! Ты сама себя превзошла!

Дверь из коридора открылась бесшумно. Почти… Человек успел сделать два шага. Лаки вытянул из кобуры ворчер, но навести на темный силуэт не успел.

Ничего не происходило.

— Худой, бледный гринго явился ко мне рано утречком и прострелил икру навылет из своего чертового пистолета!

— Так будет лучше во всех отношениях. — с облегчением согласился дон Гомес и отключился.

— Может быть пусть твой друг с Цирцеи- Вук Спенсер ведет переговоры?

— Это слишком важное дело.

Лаки все ждал чего-то плохого: стрельбы, взрывов. Время шло, шло представление.

Может у них есть более интересные предложения? От кого?

— Надеюсь что не попал?

— Само собой разумеется. Я же один из спонсоров. Заказана ложа, неподалеку от ложи кондукатора.

— Надо убрать дона Гомеса.

— Почему этот индюк не назначил своим «голосом» тебя? — возмутилась Тереза.

Театр был полон и актеры выкладывались, не щадя себя. Гремели овации.

— Если я проиграю выборы то просто покину Сабину. Пост кондукатора это не моя мечта, дорогая.

Тереза, что сидела рядом с ним в ложе кондукатора, блистая красотой и бриллиантами, напротив, наслаждалась представлением и вниманием публики.

«Опять дело рук Пистолета? Или разборка между террористами?»

— Выстрел в лоб с близкого расстояния.

— Хорошо?!

— Что с вашей ногой?

— Сегодня открывается оперный театр. Предвкушаю общение с исскуством. Вы же будете там, сеньор Корвальо?

— Теперь тебе легче?

— Хорошо.

— Доброго утра. Это Хуарес. Вы просили докладывать о всех происшествиях сразу, сеньор команданте.

Лаки пожал плечами и пошел к шкафу за пледом.

…Оперу «Кармэн» Лаки еще не приходилось слышать. Но он весь вечер ждал какой-то пакости и был на взводе. Бронежилет под фраком давил на живот, галстук душил.

— Вы улыбаетесь, сеньор Мартин?

— Ассамблеи всегда проходили в Сан-Педро.

— Артуро, мне же не потребуется стрелять тебе в другую ногу чтобы услышать правду?

— Дон Раски в качестве «голоса» кондукатора не прокатит, дорогая.

— Ты зачем-то летал на космопорт вчера. Не хочешь поговорить об этом?

Здесь их ждал полковник Минг.

Кондукатор- дон Родриго Ла Кахетилья объявлял что по состоянию здоровья не способен исполнять высокие и почетные обязанности главы планеты. Он объявлял своим «голосом» дона Альфонсо Гомеса, поручая ему созвать внеочередную ассомблею.

Тереза протянула Лаки чашку с кофе.

— Тогда они заломят цену куда выше!

— Имперцы все делают за нас. Так уже много лет все происходит. В чем здесь проблема?

— Я об этом подумаю после. Сегодня сложный день. Переговоры с консорциумом меня выматывают.

Лаки с трудом подавил желание вызвать по браслету Хуареса и дать ему указания.

— Охрана будет с сегодняшнего дня. Чего хотел этот террорист?

— Он хотел адреса всех! Даже тех что за пределами Сан-Педро!

— И ты дал ему то что он просил?

— Я пришлю операторов к вам, если не желаете покидать Сан-Мигель.

Двадцать восьмая глава

— Какого хрена ты здесь? Я чуть тебя не пристрелил!

— Из ворчера? Дерьмовая мясорубка! Никогда их не любил!

— Хватит меня доставать. Что в твоей фляжке?

Пистолет подошел к камину, осмотрел его тщательно, переместился к шкафу, забрался внутрь.

С галереи под куполом, куда вышли Лаки и Марк было все прекрасно видно.

— Прикалываешься? Сведения верные?

— Какого хрена ты подстрелил дона Корвальо? Это мой человек.

— Она пошла направо. Видишь в пыли след?

— Они все там дебилы?

— А гнездышко опустело, брат!

— Для тебя нет, не есть для других.

— Мигуэль в подвале, под кельей настоятеля.

Бородатый монах в сутане держал в руках автоматическую винтовку-такую же точно что нашли на чердаке…Пистолет швырнул фляжку в лицо монаха и бросился вперед. Пули просвистели над головой рухнувшего Лаки, кроша в мелкий щебень резные перила.

— Придите к причастию!

— И это говорит мне мужик изгнанный из спальни? Твоя сочная креолка разозлилась из-за шашней с другими цыпочками?

Зрелище неведомого ритуала вызвало мурашки на спине.

— Этот кокаиновый олигарх? Ты уверен?

— В монастырь?

— Священник сатаны будет трахать твою креолку, а гости в масках- друг друга. Я уже сделал неплохие кадры. Оргию будем снимать или присоединимся?

Закончив призывать сатану, священник перешел к молитвам. Но читает их странно, нараспев и неразборчиво.

Внизу в зале завизжали женщины. Мелькнула темная масса над головой и сочным шлепком приземлилась на плиты внизу.

Они прошли еще шагов сто и Пистолет погасил фонарик. Впереди забрезжил свет. Бормотание усилилось. В большом гулком зале какой-то человек повторял фразу на непонятном языке….

— Они нас не ждут-это самое главное. Так идем, брат? Или ты привык передвигаться только в бронетраке с конным эскадроном?

— Вчера в театре. Крутилась в ложе рядом с тобой как будто у нее в трусиках пожар!

Пистолет поднялся с дивана и подошел к двери спальни.

— Вполне.

Алтарь-это каменный стол с наброшенным на него черным покрывалом. Тело обнаженной женщины, лежащей на нем кажется ослепительно белым. Эта женщина с бесстыдно раздвинутыми ногами, в каждой из протянутых рук сжимает по черной свече, на ее животе стоит серебряная чаша. Перевернутое распятие висит над этим алтарем.

— Позапрошлый век, но до чего ловко в руках укладывается. Умели тогда делать оружие. Что скажешь, Муравей?

— Это касается только нас двоих! Так, ты где-то видел Терезу?

«Это на самом деле Тереза…С ума сойти!»

— У тебя с этим проблема? Один выстрел и они все вылезут для того чтобы нас убить.

— Ты был в театре?

— Да пошел ты!

Лаки перегнулся через перила.

— Не кипятись, брат. Я же эксперт по безопасности. Провожу экспертизу дворца.

— Выгодное дело?

Маленький, но яркий фонарик в кулаке Пистолета подсвечивал каменный, темный коридор.

Шагов через двести прошли мимо тупичка и лежащего в нем тела в коричневой монашеской рясе.

— Ну да. По этим коридорам доберемся за час.

Гости, по одному, сбрасывая плащи, подходят к алтарю. Приклоняя колени, приподняв маски, отпивают через край чаши свежую кровь жертвы. Мужчины и женщины, дряблые и стройные тела…

— Есть другое предложение. Засядем в трапезной и дождемся завтрака. Возьмем пленных и узнаем где Мигуэль.

— Вот это правильно, брат!

— Хочешь спуститься и проверить?

Круглый зал с высоким куполом слабо освещен свечами на двух высоких подставцах. В полумраке блестят серебряные маски. Люди в черных плащах, накинув капюшоны, стоят по кругу между колоннами.

— Я сам хочу пристрелить эту сволочь.

— Ты точно этого хочешь, брат?

— На Терре это называется «черная месса.» Не ожидал увидеть такое в ваших местах. А на алтаре не твоя сочная креолка расположилась?

Пистолет тихо засмеялся.

— После этого переполоха?

— Секрет фирмы! Так что не тянем время. Я иду за Мигуэлем, а ты меня прикрываешь.

— Это не маленький секрет, это дерьмо! Прошел ты, пройдет кто угодно!

— Ну да?

— Коктейль из ПККБ- наш фирменный с коксом.

«Пошел к черту!»

— Что я говорил? Девчонка знает тайный ход.

Две фигуры в черных плащах движутся к алтарю. В руках одной- большая серебряная чаша.

Пистолет сел рядом на диван. От него пахло вином и табаком.

— Как ты прошел через охрану?

— У каждого есть маленькие секреты.

Чаша передается священнику и тот устанавливает ее между ног лежащей на алтаре женщины. Потом поднимает кудрявого ягненка за задние ножки над чашей и одним ударом ножа перерезает ему глотку. Блеяние сменилось бульканьем. Струя крови звонко ударяет в дно чаши. Ягненок недолго дергается в руках священника. Опять звучит странная молитва. Священник передает труп животного своему помощнику и берет чашу в обе руки.

— Дашь глотнуть, когда доберемся до места.

— Молитву задом наперед читает. — прокоментировал Пистолет.

Лаки поднял руки и медленно обернулся.

Странный священник стоит перед алтарем в белой рясе с серебряной маской на лице.

— Идем?

— Зачем?

— Вряд ли ее силой сюда тащили. Что хотела то и получила. Утром выкину на улицу. Пусть спит со священником!

«А может это ловушка для тебя?» — спросил внутренний голос.

Пистолет на ходу отдал честь.

— Вижу изучил лабиринт. Когда только успел?

— Только то что рассказал Вук. Слышишь?

— А что дальше?

— Как ты узнал?!

Направо или налево?

— Вот как?

— Отсюда нет другого выхода.

Маска священника чудовищна: искаженное в гримасе смеха нечеловеческое лицо, рога витые надо лбом…

— Я прожил здесь три года и про подземные ходы ничего не знал.

— Просто всех убить?

— Она придет и выгонит нас на улицу? Спать на лавочке в парке? Кто в доме хозяин, брат? Ты или креолка с выдающимися буферами?

— Ну не мог же я пропустить премьеру «Кармэн»! Ария Хозе-это что-то! Как услышу, так не могу удержать слез!

Лаки включил свет и вошел в спальню, шурясь на свет ламп.

Первым шел Пистолет. Лаки за ним, с ворчером на готове. Коридор привел их к винтовой лестнице. Ровно сто ступеней. Еще коридор. Развилка.

— Если мы будем так орать, то разбудим Терезу.

Поперек алтаря лежало тело в монашеской сутане. Участники «черной мессы» разбежались теряя маски и плащи.

— Пошли отсюда.

— Ты что-то нарыл? Шхуна в порту, дон Корвальо, твой интерес к универу и наконец труп с динамитовой начинкой в театре…

— Совсем близко. Этот ход должен вести в монастырскую трапезную. За час до рассвета там никого не должно быть. Входим и делаем зачистку по кельям.

— Таково требование ритуала. Иначе сатану не призвать.

— Твой Мигуэль точно там сидит. Печатает эскудо, рассылает парней с динамитом и винтовками. Ждет когда ты получишь от епископа разрешение на обыск.

— Как то что рассвет наступит через два часа. Ты со мной, Муравей?

— Ага.

— Держи, разжился боеприпасами. Идем дальше.

— Кто прорубил эти ходы и куда они ведут?

В руках другой блеет маленький ягненок.

— Зря, сеньор команданте. Я рассчитывал повеселиться. Глотнешь?

Голос священника глух.

— Милашка заперлась как в сейфе? На каждый сейф есть отмычка…

— Ты был студентом и чужаком и кроме своей старушки других женщин в упор не видел, а зря. Местные девчонки много чего знают….

— А как же твоя цыпочка?

— Ты что делаешь?

— Не то слово! Сократил поголовье ублюдков и поправил свое финансовое положение! Совместил приятное с полезным! Так…Дальше пойдем тихо….Могут быть дозорные….

— Уел! Надень башмаки-пол тут не отапливается.

— Поднимите руки и медленно повернитесь ко мне. — прорычал негромко мужчина сзади.

— Большего мне не надо.

— Что это за сборище? — прошептал Лаки.

Священник стоит посредине нарисованного на полу многоугольного чертежа.

— Не задавай глупых вопросов-не получишь глупых ответов.

Терезы в спальне не оказалось. Смятая кровать. Пеньюар на одеяле…

Пистолет протянул Лаки плоскую черную фляжку.

— Зря ты его убил. Надо было вытянуть из него все что знал.

Марк знает свое дело.

— Что ты обо мне знаешь? Что ты знаешь про Стефанию?!

— Коммерческая тайна, брат. Но тебе кратко объясню: мочил одних плохих парней за деньги других плохих парней.

— Вельзевул! Сатана! Господин наш, внемли нам!

— Чем занимался на Лутанге?

Пистолет встал с колена, взвешивая в руках винтовку.

— Вряд ли б вышло. Он под коксом. Еще один боевик из братства святого Доминика.

Тихий щелчок.

— Доны Сабины еще сотню лет назад устроили нехилый лабиринтик под городом. Дон Корвальо молчал до последнего. Скользкий сукин сын! Но я мастер вести переговоры, верно?

— Ты держишь руку на пульсе. Уважуха, Муравей! Я там был и еще кое-де. Накопал кое-что. Ты готов услышать или представить отчет в письменной форме?

— К черту такое веселье! Пить я тоже не буду. Мы сможем опознать тех кто там пьет кровь ягненка?

— Ты стебешься!

Брать монахов за яйца очень удобно за час до рассвета.

— У меня хорошая зрительная память. Раз посмотрел на схему и готово! Помню как-то надрались мы с парнями в веселом квартале на Лутанге. Вывел всех как миленьких и без потерь, сэр!

— Почему ты идешь за ним?

— Потому что ты обещал за него миллион стандартов. А такие деньги на дороге не валяются. Или ты сам хочешь их заработать?

Уменьшил до минимума свет фонарика. Шагов через двести Пистолет передал Лаки трофейную винтовку и практически бесшумно скрылся в коридоре. Лаки опустился на правое колено. Прислушался.

Щелкнул замок и эксперт исчез в спальне.

Издалека доносилось монотонное бормотание.

— Он во всяком случае делает то что я прошу, а не устраивает тайные игры.

— Законное требование, брат Муравей! Такой шанс я тебе гаранирую. Я его беру, а в обмен на миллион ты его мочишь! Заметано?!

Пистолет вернулся минут через десять со второй винтовкой и двумя подсумками.

Повернувшись к залу лицом, спиной к алтарю, он провозглашает:

Опять каменные коридоры. Пистолет шел уверенно, словно не в первый раз.

— Вот это по нашему! Вперед, штурмовка!

Двадцать девятая глава

В темной трапезной монастыря святого Доминика пахло соленой рыбой и квашеной капустой.

— Чем это воняет?! — спросил Пистолет и чихнул в рукав.

«Пусть Пистолет с ним разберется…»

— Сдается мне, что эта еда уже разок прошла через монахов!

Мастиф продолжал рычать и двигаться.

Что-то тяжело упало за дверью и наступила тишина.

— Не могу понять!

— Не люблю собак! — громким шепотом сообщил Пистолет и попятился к двери, ведущей в подземелье. — Они все полоумные!

Пистолет прижался ухом в деревянной двери, Показал Лаки два пальца. Из-за двери доносились неразборчивые голоса. Кажется один из них женский…Сестра Мария тоже здесь?

«Посмотри там!»

— Ну так вызывай кавалерию, брат! Давно пора отменять все табу!

— Пуля возьмет!

Пистолет покрутил пальцем у виска.

— Сначала собака…потом это… — сообщил, стоя на четвереньках Пистолет. — День не будет удачным, клянусь дерьмом той псины!

Плавно, медленно отодвинул засов, осторожно, чтобы не вывихнуть руку, потянул дверь на себя.

Пистолет заглянул в кладовку.

Луч фонарика отразился в больших и недружелюбных глазах здоровенного мастифа.

На площадке перед дверью лужа крови. На ступенях наверху и внизу люди в коричневых сутанах с винтовками в руках.

Перевернули в четыре руки пленника на живот и стянули руки веревкой, что лежала поверх монашеской рясы на стуле.

— Сдохнуть хочешь?

— Я передумал его убивать. Интереснее будет послушать его «песни».

Лаки жал вызов на браслете и все без толку.

— Брат, ты чего застрял? — раздался шепот.

— Я первый!

Диалог дальше проходил на пальцах и жестах.

«Глупо!»

— Нет сигнала?

В дверь ударили чем-то тяжелым.

Лаки ткнул Пистолет в бок.

— Не успеют. Стимулятор ускорит мои реакции. Я буду как молния!

Пистолет задвинул засов на двери.

«Слишком умная псина….А ведь возвращаться придется…»

— Пара гранат сюда или динамитных шашек и мы трупы….Может твои узкоглазые гоблины прибегут на шум?

— Броник все удержал…

Послышались шаги, громыхнул засов.

Лаки протянул руку и тихо постучал.

— Если он меня покусает и миллион будет не в радость!

— Тише! Его парализатор не берет!

— Дерьмовый план…но другого нет. А ты не рухнешь в судорогах, брат? Дозу принял запредельную.

«А если плохая?» — спросил мастиф приятным баритоном.

— Кто там? — спросил очень знакомый голос.

«Ждем. Один выходит. Мы заходим.»

— Открывайте! Брат Мигуэль, вы живы?!

«Берем обоих. Сейчас».

Лаки вытянул из кармана брюк парализатор и нажал на кнопку.

Мастиф немедленно сел на задницу и свесил из пасти здоровенный розовый язык. Прекратил рычать и всем своим видом попытался изобразить равнодушие.

«Это что-то новенькое…»

Без приключений обойдя собаку, пришельцы добрались до двери ведущей во двор монастыря и перевели дух.

Когда ворчер выплюнул первую пулю, Лаки даже успел ее заметить. Потом уже не присматривался. Нажимая на спуск, прошел через толпу, поднялся на галерею. Бегущие вооруженные монахи замерли в смешных позах. Замерли они, понятное дело для Лаки. Под действием стимулятора он ускорился и его восприятие окружающей реальности резко изменилось. Он ощущал противный липкий пот. Но сердце уловило ритм и уже не молотилось в грудину, как сумасшедшее. Но слабость нарастала. Пот хлюпал под мышками при каждом шаге.

— Мигуэль успеет удрать! Не стреляй!

Пистолет моментально запихнул пленнику в рот носовой платок, чуть ли не до самого горла.

Брезгливо вытирая обслюнявленную руку о брюки, пятясь Лаки выбрался во двор.

— Спасибо за комплимент, но я не укротитель псов.

— Без моего приказа никто не пошевелиться. Монастыри-табу для всех!

«Правда, дерьмовый план…»

Лаки поднял винтовку и влепил в дверь, повыше засова короткую очередь.

— Я выхожу первым и всех укладываю, а ты следуешь за мной и ведешь Мигуэля. Уходим через трапезную. Как план?

— Это невозможно!

— Я его пристрелю!

Лаки замер. Астматическое, частое дыхание мастифа сменилось тишиной. А потом горячая, слюнявая пасть сжала левое запястье живыми тисками.

Снаружи раздавались глухие крики.

Лаки вернул ему пустую посудину.

Лаки мгновенно сдернул с плеча винтовку и нажал на спуск. Короткая очередь отшвырнула незнакомца обратно в кладовку.

— Нормально, брат…

Они прошли по галерее до угла, спустились осторожно, на цыпочках по каменным ступеням. Тускло светился фонарь в металлической оправе на площадке. Слева дверь, а справа спуск в подвал..

— Почему я?

— Н-у — и г-д-е т-ы з-а-к-а л-я-л-с-с-я?

Небо начинало светлеть. В окнах монастыря не горело ни одного огонька.

Во время. Пробивая дверь, пули вонзались в стену, разбивая штукатурку и поднимаю клуб пыли. Пистолет щурясь от пыли, дал очередь ниже засова.

Пистолет поднялся на ноги, держась за грудь. Остро воняло порохом.

— Ты упитанный и обаятельный.

Собака продолжая тихо рычать, сделала шаг навстречу названным гостям.

— Брат настоятель вас зовет, брат. — сказал Марк.

«Ну вот и глюки…»

— Что-то он больно хитрый…Слышь, приятель? У меня палец на спуске! Сиди смирно, или будешь немного дохлым.

Пистолет попятился к двери, выронив винтовку на пол. Третья пуля ударила его в грудь….Из кладовки с перекошенным лицом выдвинулся голый юноша. Револьвер зажат в двух руках…

Лаки надавил коленом на поясницу Мигуэля и ткнул пальцем во вторую рясу, висевшую на гвозде у двери.

— Надо уходить!

— У меня организм закаленный. Проверено уже.

Дверь в трапезную оказалась открытой. На пороге лежал мастиф. Таращился во двор. Коричневая морда вся в складках.

Потряс рукой.

— А ты думал что монахи питаются как доны?

— Едой. Простой монастырской.

— Весь монастырь пробудился….точняк…Чего ждешь?

— Ты как?

— Просто обойдем. Ты справа, я слева.

Горловой рык из помещения выразил несогласие с оценкой монастырской диеты.

— Ты что-самоубийца?

Они отступили к кладовке, затолкав туда пленника, прямо на труп.

Пистолет открыв рот смотрел на то место, где Лаки был мгновением ранее.

Лаки тянул руку к себя, а пес молча сопротивлялся. Дверь приоткрылась.

Дверь со скрипом распахнулась. Щелкнул выстрел! Другой!

— Давай свою флягу и быстрее!

— С монашиком? Мигуэль, ты голубой?

«Если ты хорошая собака-свали на хрен!»

«Мигуэль!»

Посылая во все стороны веер пуль, Лаки спешил в трапезную. Убитые им монахи оставались в прежних позах и звуки совсем исчезли, как будто вату в уши набило. Нервы не успевали передавать информацию….

Сердце пропустило удар, а потом застучало как пулемет. Защипало кончик языка.

Когда он открыл глаза, рядом сидел мастиф, с любопытством разглядывая шустрого человека.

Стимулятор ПККБ опять действовал как надо.

С языка мастифа капала слюна, но он не рычал, а кротко смотрел в сторону пришельцев.

«Стучи».

Пистолет щелкнул затвором винтовки.

Лаки перешагнул через него.

Челюсти моментально разжались.

— Ты чего творишь, брат!?

— Вперед, парень. Тебя ждет миллион.

— Видишь, он сам не хочет конфликта. — заметил Лаки, делая первый осторожный шаг.

— Поздно теперь….Кончаем этого парня и занимаем глухую оборону.

Еще одна дверь напротив, поменьше.

Пленник в ответ только промычал.

В ответ вопли боли. Стрелять перестали.

— Ты чертов оптимист, Муравей!

— Тебя прихлопнут как муху!

Не было сил поднять руку с ворчером.

«Вот же гадство!»

«Время уходит.»

— Ха-ароший песик! Скажи ему чего-нибудь, Муравей!

Потом сел на пол рядом с открытой дверью, ведущей к подземелью и прикрыл глаза. Глазные яблоки жгло словно огнем. Во рту сухо…Про боль в груди старался не думать.

Дошел до двери, покосился на Пистолета.

Лаки и Пистолет ворвались в комнату, схватив Мигуэля за горло. Швырнули на узкую кровать под черным распятием. Пламя свечи забилось, почти готовое погаснуть, разбрасывая причудливые тени по штукатуренным стенам.

Лаки вытащил из кобуры ворчер и ткнул псине в морду.

Пистолет протянул фляжку.

«Дверь заперта».

— Тогда в чем дело?!

Лаки закрыл глаза и провалился в ватную, мягкую темноту…..

Пистолет выскользнул за дверь, оставив напарника наедине с собакой в кромешной тьме.

— Холодный….Я думал здесь девка, а твой «друг» с пацаном кувыркался?

— А может быть стоит этим заняться и прямо сейчас? Как мы через него пройдем?

Лаки старался двигаться плавно. Повесил винтовку на грудь, взял в руку ворчер.

Тридцатая глава

Чем бы не вонял пациент, в АКР всегда чистый, озонированный воздух. Лаки открыл глаза и видел потолок капсулы, а в окошке слева улыбающуюся Лору.

— Как ты?

— Это все слова….Много слов из лживого рта…

— Заткнись, урод! — бросила Тереза. — С тобой я еще после поговорю! И не пускай в спальню слюнявую псину!

— Отличная новость. У нас в тюрьме скопилось больше двух сотен преступников.

— Мы встретим ваших уголовников как надо.

— Прикуси язык, пока я не разозлилась по-настоящему!

— Ты был со мной вместе, Пистолет. Ты все видел. Или я чего-то не понял?

— Лучше носить женское имя чем быть лживой сукой! — отбрил Пистолет. — Стучишь на Муравья, ходишь налево и думаешь что все с рук сойдет?

Пошел прогуляться с собакой. Где ты раскопал этого наркошу?

— Хорошо, но что мне делать с монастырями? Где-то там прячутся сестра Мария и Симон.

— Когда он помогал тащить тебя под пулями по подземелью. Ты все же отрубался начисто, а мне пришлось решать кого тащить: тебя или Мигуэля! Я назвал его- Лу!

— На живца?

Она говорила и ее блестящие, в дорогой помаде губы шевелились, но Лаки не слышал слова.

— Собрались три агента в спальне- начало дерьмового анекдота! — фыркнул Пистолет. — Я был бойцом ПККБ, а не стукачом. Первая бригада, сэр! Но теперь я вольный стрелок.

— Если ты хочешь ее ликвидировать- я не помощник.

Тереза немедленно открыла глаза.

— Я много месяцев втиралась в доверие к этим козлам-донам, а вы все мгновенно порушили! Какого хрена!?

— Быть начеку и не полагаться только на слова. Эта женщина, конечно, лживое существо, но она под постоянным присмотром.

— Марк-эксперт с Цирцеи.

— Черт, брат!? Ты и сам имперский стукач?! — расстроился Пистолет.

— Разве тебе было неприятно? — кокетливо улыбнулась Тереза.

— Вот ведь два идиота! Я ваш союзник, а не противник, мальчики! Я сообщила наверх о том что ты-Мартин-самый лучший кандидат на пост кондукатора. Дура, дала самые лучшие рекомендации!

Лаки позвонил губернатор Гомес с поздравлениями.

— Предпочитаю наличными. Присмотрел в городе неплохую недвижимость и без всяких подземных ходов.

Тереза швырнула на колени Лаки узкую черную палочку, похожую на короткий карандаш.

— А что-Мигуэль?

Помыл под струей воды, вставил в ухо. Посмотрел на свое помятое, небритое лицо с отвращением.

«Она легко лжет. Как дышит. Верить ей я не могу. Убивать- не хочу. Какой же выход?»

Едва он взял предмет в руки, вспыхнула воздухе голографическая картинка-имперский герб.

Тереза фыркнула.

Лаки потер ладонями лицо.

— Я сегодня отсюда съезжаю. Перееду жить в университет. И прихвачу с собой Мигуэля. Кстати, куда тебе перевести миллион?

Тереза швырнула в эксперта со столика тяжелую пудренницу. Пистолет поймал ее левой рукой.

Тот поднял руку.

Мигуэля лутангийцы принесли закрученного в ковер.

Тереза уже была рядом. Ее руки забрались под пижаму. Прижалась грудью. Горячая, сексуальная штучка…Чем-то похожая на Стефанию…

— Эй, зачем пугаешь песика, женщина?!

— Отвали, Муравей! Это братская любовь, настоящая боевая связь! — возмутился Пистолет. — Как будем ловить остальных террористов?

— Проблема есть с судьями…

— Я следила за Ринальдо, а когда ты его спугнул, мне приказали заняться тобой.

Тереза кивнула без всякого смущения или неловкости. Красивая и наглая сучка!

Лаки сел, опустив ноги на ковер.

— Слушай, стрелок? Отвали по хорошему! Мне нужно кое-что рассказать своему парню!

— Все что видела и знала.

— И видела.

Большая голова любопытного мастифа тут же исчезла между ног Пистолета.

— Всегда пожалуйста!

Лаки покосился на Пистолета.

Ковер поставили в углу, а вождя мятежников в одних трусах пристегнули к стулу в центре комнаты. Лаки выпроводил охрану за дверь и вытащил изо рта пленника кляп.

— В порядке, док.

— Полегче, девушка! Я-команданте!

— А ты — стукач ПККБ! — бросила Тереза.

— Сидит в подвале и молчит, как немой!

— Попахивает зоофилией, брат.

— И ты занималась…

— Здравствуй, Жаклин, ты все слышала?

Лаки улыбнулся и закрыл глаза. Слабость в теле не прошла еще. Лора права, печень сбоит…

— Только то что ты мне нравишься безумно…Когда я впервые увидела тебя на руднике….

— Она работает на имперскую безопасность, брат.

— Тогда выпускай меня. Пока не отлежал бока.

— Тереза Санчес агент имперской безопасности третьего класса. Вы обязаны оказать ей поддержку и помощь немедленно и в объеме ей запрашиваемом. При отказе от сотрудничества несете ответственность по законам империума! — сообщил хорошо поставленный мужской голос.

Держи друзей близко, а врагов еще ближе! — как говорил один терранский политик в глубокой древности.

— Тот щуплый кривляка что тебя притащил на спине?

— Что ты им про меня сообщила?

— Что мне делать?

— Привет, дорогой.

— Она права, брат! — отозвался от двери Пистолет. Эксперт щеголял в черной форме лутангийцев, вот только без берета. — Мы ей помешали насладится ритуалом. Что-то с вашей сексуальной жизнью не то!

— Отлично! Подберем кого-то похоже на Мигуэля и демонстративно доставим в тюрьму. Люди Туонга обложат тюрьму плотным кольцом. Будем брать всех кто сунется.

Пистолета Лаки нашел в парке, возле дворца. Тот швырял мокрую слюнявую палку подальше, а мастиф тут же приносил обратно, выражая всей своей складчатой мордой полный восторг.

— А это что? Сувенирчик?!

К вечеру Лаки перебрался в университет. Занял пустующий этаж медицинского факультета. Крышу только что восстановили, окна и двери вставили. Не смотря на свежую штукатурку все равно ощутимо попахивало гарью. Пустота и вонь…Зато из окон вид на океан.

Следующий раз он открыл глаза уже в спальне, во дворце кондукатора. Светилась лампа ночника. В кресле рядом дремала…Тереза, закутавшись в плед.

— Чертовски умная псинка! Я в него влюбился!

— Я уже послала туда дронов. Теперь это моя забота.

— Надо почистить печень и почки. Та гадость что ты в себя влил-не лучший способ покончить счеты с жизнью. О чем ты думал?

— Это женское имя, идиот! — простонала Тереза, закатывая глаза.

— Тебе виднее…Может расскажешь про свои приключения в подземелье?

— Это правда?

— А я кто?

Бусинка коммуникатора нашлась там же, куда припрятал- в тюбике зубной пасты.

— Завидую! Ты настоящий эксперт! Даже с псом сошелся.

— А если я направлю к вам всех пароходом?

— Это все? — спросил Лаки, перебрасывая проектор обратно Терезе.

— Вот и займись этим.

— Тюрьму сегодня же освободим от арестованных. Дон Гомес согласился всех принять.

Тереза притворилась спящей.

— Воды… — прохрипел Мигуэль.

….Через полчаса Лаки выбрался из-под одеяла и чувствуя себя совершенно опустошенным, направился в ванную комнату.

— Где Пи…Марк?

В утренних новостях телевидение сообщило о поимке неуловимого Мигуэля-главаря мятежников. Показали и короткий ролик с мрачным Мигуэлем, пристегнутым наручниками к стальному стулу.

— Это огромный успех, команданте! Теперь, когда главарь схвачен, нужно чтобы он предстал перед судом и понес наказание за все злодеяния.

— Когда ты с ним подружился, брат?

— Что ты хотела мне сказать с глазу на глаз?

— Ты эксперт- ты и думай.

— Нет, не все! Еще тебе привет от Роты. На Рамуше и на Мирхате ты работал ее агентом. Агенство Холбрука было у вас связным. С чего ты решил, что безопасность все позабыла? Потому что сменил имя?

— Спасибо что вытащил меня…

— Ты напугал меня, чертов идиот!

— Ты смог меня испугать. Пульса не было и весь посинел как труп. Сейчас показателям все в норме.

— У твоей Терезы золотая вагина, брат? Не смог ее выгнать?

— Мы поможем вам, сеньор Раски.

— В Сан-Мигель нет с этим проблем. Наш судья-дон Китано рассмотрит все дела по обвинению.

— Эксперт по кокаину? Вроде дона Корвальо? Это не он ли подсунул тебе отраву со стимуляторами и кокаином?

— Не поддавайся на бабские штучки, брат! — сказал Пистолет и исчез за дверью.

— Можно послать национальную гвардию и все обыскать, а можно просто подождать. Они сами придут за Мигуэлем. Он им нужен.

«Что-то он быстро сдался? Уже договорились за моей спиной и дурака валяют?»

— А все эти туннели под городом? Как их контролировать?

Тереза фыркнула возмущенно.

Тридцать первая глава

Мигуэль выхлебал стакан воды и попросил еще.

Лаки налил из кувшина еще. Вода на университетском острове была из опреснительной установки-суперчистая, хоть и не вкусная. До мятежа воду для университетского ресторана возили в бочке из родника, что в километре от городских построек. Мягкая была вода…

— А брат Симон?

— На Сабине единый народ! Это наше главное сокровище-единство! — вопил дон Себастиан. — Завезти инопланетчиков-это породить вечный конфликт! Вечную войну!

— О чем?

— Ты догадлива, дорогая. Фернандес!

Лаки вышел из комнаты и приказал часовым у дверей никого не впускать.

— Плевать на доказательства! Церковь священна и неприкосновенна! Все доказательства сфабрикованы! И если вами и вашими людьми-то берегитесь! Не только божий гнев обрушится на вашу голову!

— Твои ругательства не отличаются оригинальностью.

Сам полковник Минг во дворце оказался под плотным обстрелом. Полковник Вега не отвечал на вызовы.

— Слушаюсь, сеньор команданте!

Члены хунты вытаращили глаза. Наступила напряженная тишина.

Об этом Лаки с удовольствием сообщил Мигуэлю. Тот посмотрел воспаленными глазами и облизнул пересохшие губы.

— Я же твоя женщина и это все знают. — засмеялась Тереза.

— Не имею понятия.

— Вот и славно.

Лаки зевнул.

— Я предложу текст указа на утверждение ассамблеи.

— Опомнитесь, сеньор Раски!

Временным управляющим банком Лаки назначил по рекомендации Себастиана-Луиса Мирандо- одного из бухгалтеров университета.

— О динамите. О винтовках от корпорации Нулана, например.

Теперь члены хунты начали орать на лутангийца.

— Слушаюсь, сеньор!

Через пару часов возмущенная толпа пыталась штурмовать ворота тюрьмы Сан-Педро. Во главе шли священники с крестами в руках. Лаки приказал не применять оружия.

Глаза Терезы метали молнии, но ее уже потащили на выход два лутангийца из охраны. Фернандес следовал по пятам.

— Ты прилипчива как кусок упаковочного скотча, дорогая.

Вбежал Фернандес.

— Безусловно.

Ровно в полдень штурмовые группы проникли в четыре монастыря Сан-Педро. Любое сопротивление подавлялось огнем на поражение. Лутангийцы не жалели боеприпасов. Была взята штурмом резиденция епископа и весь персонал, включая главу церкви арестован. Тех, кто пытался бежать в подземелье, ждали дроны с парализаторами.

Лаки кивнул. Обвел взглядом напряженные лица.

— И я.

— Да, господин диктатор. Более того, я не вижу смысла в этом голосовании. Если вы диктатор, то поступайте как вам кажется необходимым. Вы же взяли всю ответственность на себя?

— Приказываю арестовать Терезу Санчес и перевезти в камеру городской тюрьмы.

Везде были обнаружены склады оружия и боеприпасов. В монастыре святого Бенедикта схвачена сестра Мария и при ней найдены клише для печатания эскудо, а также больше десятка мешков набитых свежеотпечатанными банкнотами.

— Всегда рад помочь страждущему. Я все время слышал твое имя, но никогда фамилию.

Члены хунты вопили, перебивая друг друга, только полковник Туонг молчал и криво улыбался.

— Опять передел? — хмыкнул дон Корвальо. — А что с моими плантациями? Тоже пеонам подарите?

— Ассамблея нас объявит вне закона!

— Инфляция уничтожит эскудо! — крикнул Луис Мирандо.

— Ты об этом пожалеешь, дорогой!

— Точно.

Требую немедленно и с извинениям отпустить епископа и монахов! Вы пожнете бурю, раздувая этот ветер!

— Отдельную и комфортную камеру, Фернадес!

— После ассамблеи мы введен новую валюту и поменяем эскудо, скажем по сто к одному.

— Мои люди найдут меня!

Дон Гомес отключился.

— Скажу то что если вы завезете на западные пустоши колонистов с Джиланга, то через десять лет не узнаете Сабину. Местные люди слишком ленивы и глупы….

— Послушайте меня, сеньор Мартин! Это гибельный путь! — горячо заявил дон Себастиан. — Вы откроете ворота ада! Пеоны будут рвать друг другу глотки из-за клочка земли!

— Ваши плантации будут государственной компанией, а вы ее директором. Для вас ничего не поменяется.

— Просто — брат Мигуэль.

— Если вы издадите указ- я сложу полномочия ректора! — объявил дон Себастиан.

— Я никуда не уйду из госпиталя, но на меня тогда не рассчитывай!

— Я подготовил указ о национализации всей земли и передаче ее в бесплатное безвозмездное пользование пеонов. Размеры участков пусть определят сами пеоны, на сходах. Каждое поселение- община и пусть сами делят землю по справедливости.

Утром по тиви прокрутили ролик с обращением сеньора команданте. Ролик повторяли каждый час, чтобы все увидели и прониклись.

— В чем дело?!

— Сеньор Гомес, вы можете лично ознакомиться с доказательствами. В монастырях обнаружены вожди мятежников, оружие и динамит…

— Похвально. Брат Мигуэль вступил на путь служения господу? Мигуэль мирское имя, какое же имя монастырское?

Вздох облегчения пронесся по комнате.

— В этом была революционная необходимость!

— У вас будет очень мало голосов. — Заметил дон Корвальо. Он впервые участвовал в заседании хунты и был несколько выбит из колеи.

Мигуэль признался в том что работал по заданию корпорации Нулана, для того чтобы сменить правительство на Сабине и поставить планету под контроль корпорации.

Услышав шаги, встрепенулась и села, поправляя прическу.

Под вечер телевидение показало часть допроса Мигуэля-вождя революции.

— Кто тебя сюда впустил?

— Доминик.

— Статусная палата под нашим контролем. Без ее документов работа ассамблеи не возможна! — заметила Лора.

— Я тоже тогда откажусь от своей должности. — заметил Хуарес.

Стрельба у ворот университета разбудила Лаки.

— Пойду вздремнуть немного, но ты далеко не уходи. В полдень самая большая программа выйдет на тиви. Ты станешь звездой шоу.

Мигуэль смотрел собственные признания по визору и матерился во всю глотку.

— Ты не пришел ночевать, дорогой. У тебя новая девушка?

— Безусловно. Но еще раньше по тиви покажут твою исповедь. Кстати, монахи же тоже должны исповедоваться?

— Да, сеньор команданте!

Захваченный национальными гвардейцами бронетрак таранил ворота тюрьмы. Заряды в парализаторах закончились и лутангийцем пришлось стрелять в прежних товарищей по оружию уже из ворчеров и винтовок. Тюрьму мятежникам взять не удалось.

— То чем занимаются монахи: молился и трудился.

— Это все просто разговоры, сеньоры! — повысил голос Лаки. — Завтра я выступлю по тиви и зачитаю указ.

Тот слушал критику с невозмутимым лицом.

— Мы контролируем Сан-Педро сеньоры и сеньора. Но этого мало. Провинции бурлит. В Сан-Мигуэль стекаются возмущенные доны.

«А в чем-то Туонг прав….Разбавить пеонов трудолюбивыми джилангийцами….Дракон Тун с радостью уступит мне пару миллионов сограждан за небольшую сумму…»

Лутангийцы обработали самых рьяных из парализаторов. Остальные разбежались.

— И это мне говорит человек приказавший расстрелять тысячи!

Мигуэль побледнел.

— Все доны получат компенсацию за национализированное имущество. — возразил Лаки- В сабинских эскудо, разумеется. У нас теперь их много.

— Это провокация, сеньор Раски!

Кто за указ о национализации земли? Только ты-Туонг?

— Серьезно?

Команданте объявил себя единоличным диктатором Сабины на период до созыва ассамблеи.

— В связи с разгулом террора и мятежом, в целях обеспечения порядка и налаживания нормальной жизни для граждан, принимаю на себя всю ответственность. Мятеж подавлен. Заговорщики схвачены и дают признательные показания. Учреждаются военные суды. Все мятежники и заговорщики будут наказаны! В этот период нестабильности и хаоса, мы все должны, рука об руку бороться с предателями и преступниками!

Лаки тут же позвонил по браслету Антонио Гомес.

— Что скажете вы, полковник?

— Во многих знаниях-многие печали?

— Я тоже.

— А что ты делал в монастыре святого Доминика?

Пленник пожал плечами.

— Я ничего об этом не знаю.

— Мартин, это же полный бред!

Туонг немедленно взял под контроль все важные здания и улицы. Утром, после обработки парализаторами с мобильных платформ лутангийцы взяли казармы гвардии, освободив полковника Вегу и всех арестованных ранее гвардейцев, что отказались присоединиться к мятежникам.

Роту гвардейцев в университете обезоружили люди Минга без потерь. Парализованных гвардейцев сложили в подвале.

— Благодарю.

— Ассамблея будет проведена в срок. — отрезал Лаки.

— Брат Мигуэль, а где же сестра Мария?

— В этот кувшин я добавил одно лекарство. Она растормаживает сознание и помогает находить контакт с другими людьми. Еще десять минут и ты мне сам все расскажешь…

— Ты чудовище из ада!

Не губите Сабину….

Тереза прищурилась.

— Правильное решение, мой мальчик. — прокомментировала Жаклин в коммуникаторе. — Что теперь?

Хаос на Сабине разрушит государство! Вы хотите разрушить порядки, освещенные традициями и завещанные нам предками! Вы хотите ограбить землевладельцев?

— У нас вся ночь впереди. Поговорим?

— Сеньор команданте! Гвардейцы стреляют в лутангийцев!

— Сын шлюхи!

Все члены хунты собрались на территории университета. Над островом кружились вооруженные флайеры. Лаки изложил последние новости.

— Вы чокнутый инопланетчик! Не желаете слушать мудрых людей- как угодно! Вы не доживете до ассамблеи!

Лаки сел на край стола.

— Все доказательства заговора у меня имеются.

— Лора?

— Хорошо, давайте проголосуем.

— Вы хотите чтобы мы одобрили мошенничество?!

— Будем работать.

— Ассамблея назначена через месяц. Вы полагаете, что они ее проведут раньше? — спросил Хуарес.

…На рассвете тюрьма Сан-Педро была атакована и с земли и из подземелий. Дронов с парализаторами хватило на всех монахов. Парализованных боевиков лутангийцы растащили по камерам. Очень удобно- и возить никуда не надо.

На диване в холле дремала Тереза, завернувшись в плащ.

На рассвете взбунтовалась национальная гвардия.

Лаки поднял руку.

Адъютант явился как из под земли.

— Арестованные не умещаются в тюрьме! — доложил по браслету Хуарес.

— Мятеж, сеньор!

— Комплимент так себе!

— С сегодняшнего дня уже нет.

Жестокое подавление рабочих в Сьерра-Вьеха, послужившее началом мятежа, было организовано агентами корпорации, среди мятежников не мало было монахов и священников. Монашеские ордена уже много лет копили оружие и готовили кадры на деньги корпорации Нулана. В чем был интерес корпорации на Сабине-Мигуэль не знал. Подставить подножку ПККБ?

— Даже так?

— Наши пути разошлись, увы.

— Из банкиров ты меня тоже прогоняешь?

Ночью стрельба слышалась по всему городу. Жаклин подтянула к городу все мобильные платформы и любое скопление людей обрабатывалось из парализаторов. Батареи стремительно разряжались.

— Свозите на ипподром. Там под трибунами большие помещения.

— Это новая война с донами, Мартин. — тихо заметила Лора. — Не делай этого.

«Они знают что ассамблея такой указ о земле не поддержит. Но они не знаю то что я задумал…»

— Ты много чего узнал…Только долго не проживешь со своим знанием…

— Послушайте ее, сеньор команданте! — воскликнул дон Себастиан. — Традиции на Сабине сильны! Не надо потакать низменным аппетитам черни! Чернь сметет все и всех! Вас проклянут еще больше чем Мигуэля!

Тридцать вторая глава

Лаки приказал премировать всех лутангийцев и самых отличившихся повысил в звании.

Посетил тюрьму, лично поблагодарил охранников за стойкость и храбрость.

Во дворец кондукатора Лаки так и не вернулся. Не уютно там стало и одиноко.

— Бросишь жуков в муравейник?

Пистолет забросил за сиденье сумку с запасом боеприпасов и лазган в чехле. Трофейную винтовку держал в руках.

— Он здесь, капитан.

— Мы об этом еще поговорим, когда вернусь!

Через пару дней Лаки на флайере отвез Терезу со свитой из секретарей и секретарш на космопорт. Она должна была сесть на пассажирский лайнер до Цирцеи, а там сделать пересадку до Лутанга. Конечно, Жаклин могла бы отвезти ее на место за пять дней, а так путешествие затянется на две недели. Вот только отправлять куда-то корабль и лишаться поддержки дронов в такой напряженный момент было бы глупо.

Новые доны вопили от восторга, швыряя береты в небо.

— Разумеется!

— От безопасности у меня нет секретов. Твоя задача: уговорить дракона Туна направить на Сабину поселенцев. Западные пустоши легко могут принять пару миллионов колонистов сейчас, а после мелиорации с осушением болотище на порядок больше. Лутанг избавиться от излишка населения и получит колонию в другом субсекторе. Дракону Туну это должно понравится. Кроме того я открою тебе кредит на десять миллионов стандартов. На Лутанге любят взятки.

— Зато это сплотит твой народ. Конфликтов и так хватает. Наличие противника и конкурента под боком, на одном континенте, подстегнет местных жителей.

— О, да! Молодой, богатый и влиятельный! С вечным стояком! Это воодушевляет!

— Моя шея мне еще пригодится. Так мы договорились? Или ты вернешься обратно в камеру?

Взяв под контроль Северную провинцию Лаки рассчитывал заручиться поддержкой местных донов, а под шумок и зарегистрировать еще и новых. Будет сюрприз для дона Гомеса!

— Хочу изменить Сабину. Конкуренция с поселенцами оживит пеонов.

Сезон дождей кончился также внезапно как начался. Изчезли тучи и солнце системы наконец взялось прожаривать землю пропитавшуюся водой. Пустоши Новой Гранады мгновенно покрылись ковром сочных трав.

— Пусть я лучше буду первым женихом государства.

Она села на стул, закинула ногу на колено, так что юбка сползла до бедер.

Четыре грузовых флайера собрали дроны на заводе в Сьерра-Вьеха. Жаклин могла бы наладить и производство звездных кораблей, но все упиралось в двигатели Кирстона. Терранская корпорация жестко держала секрет их производства в своих руках. А разобрать двигатели на курьере для копирования Жаклин отказывалась, ссылаясь на то что это небезопасно для корабля. Верфи Цирцеи, самые крупные в персеидском субсекторе получали двигатели Кирстона с Терры готовыми и только монтировали их на место.

— Хочу предложить пост посла в Лутангийский союз. Интересно?

Новые доны за Рио-Негро станут буфером между колонистами с Лутанга и пеонами Сабины. Только им об этом еще рано знать.

В тот же район отправились на флайерах геодезисты из университета-размечать новую железнодорожную трассу. Ливни уже затихали.

— Я все еще твоя женщина?

— Соскучился по мне, сеньор команданте?

— Все для тебя!

— Я все сделаю, сеньор!

— На орбите висит транспорт с Терры. Военный.

— Конфликты будут неизбежны.

— Веселье отменяется? — удивился Пистолет.

Лаки вызвал по браслету Туонга и отменил вылет на Санта-Монику.

— Такого долгого путешествия у меня еще не было. — призналась Тереза.

Как и предсказывала Тереза, местом проведения ассамблеи был назначен Сан-Мигель.

Тереза нагнулась к столу, посмотрела пристально в глаза.

— Но там много лет сидит дон Альфонсо Гомес!

— Благодарю вас, сеньор диктатор.

Потом Лаки посетил казармы национальной гвардии и выступил перед оставшимися ему верными гвардейцами. Поблагодарил за храбрость и преданность и объявил что каждый из них с сегодняшнего дня получает офицерский чин, звание дона и свидетельство на тысячу акров земли. При этом умолчав о том что земли будут выданы в западных пустошах за Рио-Негро..

Я не забываю верных людей, Луис. У тебя блестящее будущее и даже, может быть пост кондукатора Сабины. Почему нет?

После революционного террора из более трех тысяч донов в живых осталось не более тысячи, по подсчетам Корвальо. Но у погибших были наследники и они обивали порог статусной палаты, требуя соответствующие свидетельства. Сейчас Лаки мог рассчитывать на три сотни новых донов и еще может на полсотни старых. Конфликт с церковью не прибавил популярности доку Мартину. Наследники консорциума Сьерра-Вьеха осмелев отказались от переговоров с сеньором диктатором и попытались удрать в Сан-Мигель. Всех взяли под арест и засадили в контейнер на базе лутангийской бригады. Так Лаки обзавелся личной тайной тюрьмой.

— Это не последние мои деньги и кроме того, имперская безопасность не даст тебе далеко убежать. С Ротой нас связывают давние отношения.

Сегодня Лаки собирался высадить лутангийцев в Санта-Монике. Взять город под контроль, а потом произвести зачистку провинции от Хоакина и его головорезов. Пистолет навязался участвовать в этой операции. В Сан-Педро ему стало скучно.

— Кондукатора избирают на два года, Луис. Сеньору Гомесу тоже нужна поддержка.

Обосновавшись в кабинете директора, приказал привести Терезу.

Губернатор Гомес объявил созыв внеочередной ассамблеи, россылая по старинке донам извещения курьерами. Все отношения с Лаки он оборвал и на вызовы через браслет не отвечал. Вместе с тем его выступление о созыве ассамблеи, по распоряжению Лаки, крутили по тиви.

— Догадывался. Сигарету?

— У меня нет времени на прелюдии и ухаживания.

В этот момент на ипподроме, освобожденном от контейнеров и осужденных, люди Туонга грузились в грузовые флайеры, все вооруженные и оснащенные по стандартам ПККБ.

Руки чесались-взять этот контейнер и утопить в море. Так его уже достали эти переговоры!

— Абсолютно. Челнок только что приземлился. С ним почти рота гвардейцев.

— Рассчитываю на тебя. Бригада должна выступить через десять дней.

— Зато ты полетишь с комфортом. Попробуй кислородную ванну. У тебя билеты первого класса, а там точно такая штуковина есть.

Не те избалованные городской жизнью бездельники из Нанджонга, которых Лаки встречал, а трудяги из провинции, привыкшие горбатиться от зари до зари на крохотных террасах в горах.

— Ты уверена?

— Купи шлюшку, подороже и почище.

Двое суток в камере и под обстрелом мало повлияли на девушку. Даже прическа не повредилась.

Всех осужденных запечатали в товарные вагоны и под охраной лутангийцев повезли на станцию Эль Осо. Оттуда до Рио-Негро всего сто миль по холмистой местности.

— На тебя у меня есть обширные планы, Луис. Пост губернатора провинции Новая Гранада в ближайшем будущем определенно станет твоим.

Они закурили. Тереза прищурясь, выпустила клуб дыма, но Лаки успел от него отмахнуться газетой со стола.

План нового диктатора Сабины был прост- задействовав каторжников, построить железную дорогу до Рио-Негро, а потом через мост дальше, в пустоши и леса. Мост проектировали люди в университете, на архитектурном. Дорога даст толчок к развитию региона и облегчит его колонизацию. Запад не пользовался у пеонов популярностью. А что скажут лутангийцы?

Начальником строительства дороги Лаки назначил чиновника с железной дороги- сеньора Риверо. Дон Корвальо сказал про него что тот редкий тупица, но исполнительный и при этом отчаянный трус. Никогда не брал взяток. В устах дона Корвальо последнее звучало как приговор.

— Не сверни на этом шею, Мартин.

Они забрались во флайер. Бронежилеты сковывали движение. Эти новейшие могли сдержать и пулю лазгана, вот только уж больно тяжелы….

— Счастлив вам служить, сеньор! Но…

Озирая их жидкие шеренги, Лаки отечески улыбался. Ненадежные элементы отсеялись. Эти карьеристы сделали ставку на сеньора команданте и им некуда перебегать. Пока….

— Пора тебе завести новую девочку. — заметил Пистолет. — Ты какой-то смурной, Муравей.

— Ты настоящий сукин сын! Я без душа уже двое суток!

Военный суд под председательством генерала Веги приговорил мятежников и террористов к смерти. Все пять сотен человек… Лаки заменил смертную казнь на каторжные работы.

— Полагаю что он выдвинет свою кандидатуру в новые кондукаторы и его должность станет вакантной.

— Не доставай меня, Пистолет.

— Думай о будущем и не забывай настоящее!

— Отлично! Готовь людей к походу. Набирай новобранцев. Пошли вербовщиков в провинцию. Надо максимально быстро восстановить численность бригады.

— Я запомню вашу мудрость и оправдаю доверие, сеньор Раски!

Тереза поцеловала Лаки в губы и смеясь пошла внутрь терминала. При этом нарочно виляла задом в тесной юбке. Знала, что Лаки смотрит ей вслед.

У красавчика Веги перехватило дыхание, крупные карие глаза повлажнели.

— Ты не скупишься, дорогой!

— Откуда?

Сезону дождей оставалось десять дней….

Собрав в контролируемом им городе ассамблею, дон Гомес вполне мог рассчитывать на свое избрание кондукатором.

Разведка с платформ подтвердила то что Санта-Моника практически безлюдна.

— Да уж! Оказывается это был не арест, а помещение под охрану? Так ты все заранее знал?

— Все возможно. Радиопереговоры в прежней интенсивности.

— Не откажусь.

— Ты что-то придумал для меня?

— Интересно. Боюсь только имперская безопасность потребует раскрыть детали.

— Прибыл десант?

Свита с багажом следовала за ней. Где она только набрала таких манерных девочек и мальчиков? Сопровождение себе подбирала сама Тереза, заявив о том что посол, что приезжает без свиты-все равно что петух без хвоста!.

После утреннего кофе с булочкой, в отличном настроении Лаки шагал на площадку к флайеру. Под лучами солнца земля парила и легкий туманстелился между деревьями университетского парка.

— А хоть бы и так?

— Для тебя это было самое безопасное место в эти дни.

— Зачем тебе все это, Мартин?

— Не совсем. Мы с тобой летим в космопорт.

— Ты все же доверяешь мне важное дело. Не боишься того что я просто убегу с этими деньгами?

Голос Жаклин прервал размышления Лаки.

Лаки поздравил полковника Вегу со званием генерала.

Тридцать третья глава

В миле от космопорта управление флайера отказало.

Лаки убрал руки со штурвала.

Полковник смотрел на него с презрением и без капли страха.

— Зачем?

— Это что-арест?

— В те дни когда перепуганные доны бежали с семьями и деньгами через космопорт, когда шла резня в Сан-Педро, вы были здесь. Вот видео.

— Фантазии. Я полковник имперской гвардии и я впервые на этой планете.

Включилась связь.

Полковник посмотрел на экран и пожал плечами.

— Бред.

Лаки прижал инъектор к его шее.

— Что так долго, узкоглазый брат?! — завопил Пистолет.

— Нарисую ему член на лбу!

Лаки включил экран визора, поставленного на стол.

— За неделю многое может случится.

— Когда начнется- узнаем сразу.

— Не могу поверить своим глазам! Ты просто усыпил этого армейского дуба?! Зачем? Я даже не успел ему врезать по почкам ни разу! — возмутился Пистолет. — У тебя есть маркер?

— Жизнь-такой учитель, брат, что научишься всему. У меня ноги совсем застыли, а у тебя?

Незнакомец уселся за стол и положил кулаки на столешницу. Прищурился, разглядывая своих гостей.

— Мое доверие поколеблено, брат и серьезно. Ты отпустил Терезу, эту гребаную шпионку. Ты сам сюда явился…Слушай, зачем ты сам влез в лапы полковника Картера?!

— Они изучают нас на визорах. Ты же знаешь основы допроса? Озадачить, запугать, выбить из колеи, а потом уже разговаривать.

— Трое раненных.

— Да мне насрать, парень, чего ты там кумекаешь! Говори чего надо и снимай с нас железки.

— Не болтайте лишнего и выходите!

Незнакомец усмехнулся и перевел взгляд на Лаки.

Серый коридор с лампами в потолке.

Эффект оказался нулевым.

— Ожидал и мне не сказал? Вот же вонючее дерьмо! Брат, среди своих такое не должно быть! Или есть доверие или его нет!

— Капитан Маркон мне про вас рассказывал.

— Да я был здесь. Выполнял секретный приказ и не вам требовать от меня отчета.

— Имперцы могут проделать такие финты не только с флайерами. А ты не знал?

— Отвали, Пистолет, сколько можно говорить?

— Не представляю, как вам удастся провернуть такой финт. — усмехнулся полковник. — Если я сегодня не выйду на связь-то через неделю максимум здесь высадится третья бригада десанта и зачистит всю эту вшивую планетку до блеска.

— С кем имею удовольствие говорить?

— Оптимист? Люблю оптимистов! А мне кажется, что нас скоро отведут на допрос, наколют в вены всякого дерьма и развяжут языки.

— Боишься что нас разденут? Не дрейфь, Муравей! У меня в трусах такой агрегат, что они все ночи потом не будут спать от комплекса неполноценности!

— Это простое снотворное, полковник. Баюшки-баю!

— А потом отправят на Плутон в ледяные тюрьмы империума?

— Полковник Картер.

Пока пленники одевались, полковник доложил ситуацию. Лутангийцы взяли под контроль терминал космопорта. Имперцы разоружены. Центр связи под контролем.

Полковник смотрел в лицо Лаки пристальным взглядом.

— Потерпи немного.

— Вы ничего не докажете, господин Раски. Вы даже не представляете с чем и с кем связались! Вы-преступник и враг империума!

— Я впечатлен. — признался Лаки. — Где ты этому научился?

— Немного? Звучит по женски. Мне нужна конкретика, Муравей.

— Вас посылают когда надо замести следы, а безопасность не хочет марать руки.

— За что не люблю солдафонов с Терры, так за их тупые морды. — заметил Пистолет. — Смотрят на всех как на говно, а сами всего шугаются, как малолетние потаскушки.

— Так разбуди.

— Довольно, брат. У нас есть важные дела. Надо обстоятельно обыскать все эти закоулки.

Отворилась дверь и в комнату в вразвалочку вошел коренастый мужчина в камуфляжном комбинезоне и высоких, шнурованных башмаках. Знаков различия не видно, но по обветренному, жесткому лицу ясно, что это не писарь. Стриженный наголо, с крупным носом и ушами прижатыми к черепу.

— Теперь они нас ведут.

— Тоже взят.

Той ночью имперцы явились на университетский остров не только за гражданами империума.

Пистолет очень натурально заржал.

Лаки поднялся из-за стола, вынул из кармана инъектор.

— Говорит капитан Маркон. Оставьте оружие в аппарате и выходите наружу!

— Вот как? И что же?

— Я ожидал что-то такое.

Полковник прищурился.

— Такую интимность я не заказывал. — Сказал Марк и опять постучал кулаком в дверь.

— Чепуха! Все что я могу рассказать — имперская безопасность и так знает.

— У меня блок против всяких сывороток правды.

— Мартин Раски-диктатор Сабины. Ваша диктатура закончилась не начавшись, док!

Контейнеры АКР из университета обнаружились в дальнем помещении подземного склада. Под космопортом подземные склады и коридоры протянулись на десятки километров, как хитрый лабиринт и без помощи дронов с корабля Жаклин пришлось бы обыскивать все не меньше месяца.

Лаки и Марк вышли из флайера, держа руки на виду. Из-за траков выскочили имперцы в броне и подхватив под руки, поволокли внутрь здания терминала. Лифт. Спуск.

Гранату в подземном госпитале взорвали после того как вывезли АКРы.

Глаза полковника Картера закатились и он весь обмяк.

— Я предоставил ему всю информацию по этому делу. У Дорна хорошие связи и выход лично на императора. Вы не сможете ничего замять. Ваш босс-генерал Уиллер отправиться в отставку, а вы в тюрьму на Плутон. Имейте в виду. Вы слишком мелкая сошка, чтобы за вас кто-то вступился. Куда вы продали Стефанию?

Лаки поднялся наверх из подземелий и связался с Жаклин.

— Что за хрень?

Пистолет пьянствовал в баре наверху в компании девушек из отеля. Лаки никто не мешал поговорить с полковником Картером с глазу на глаз.

— Я должен оскорбится? — спросил незнакомец негромким, но сильным голосом.

Пистолет хмыкнул и потом в течении десяти минут рассказывал подробно и непристойно что он делал с родственниками полковника Картера как женского так и мужского пола с применением своего члена, а также подсобных материалов и устройств. За десять минут эксперт ни разу не повторился.

— Уж больно ты спокоен, Муравей. С чего бы?

— Понятия не имею о ком вы говорите.

— Наши потери?

— Их всех вывезли на транспорте номер KR05638.Вы вывезли. Лично. Если не в миры империума, то куда?

— Сказать ты можешь все что угодно.

— Не буду отрицать, тем более что вы оба теперь в моей власти. Нам придется много разговаривать, делиться воспоминаниями и стать очень близкими людьми…

— Скажу что я твой заложник, ага?

— Я бы начал с того что раздел бы арестованных до гола. Люди голышом обычно чувствуют себя не в своей тарелке.

— Но где же она тогда? Полковник молчит?

— Брат, почему этого козла не раздели догола?

Пол под ногами дрогнул и за окошком погас свет.

— Полагаю что да. Это еще не факт что я влез в лапы полковника. Может он влез в мои?

В допросной комнате все поменялось. Лаки сидел за столом, а Пистолет нарезал круги как голодная акула вокруг полковника Картера, пристегнутого к стальному стулу.

— Началось?

— Марк Рив-болтливый сукин сын из ПККБ.

Флайер приземлился рядом со зданием терминала под прицелами пулеметов двух бронетраков.

— Пришлось поискать вашу одежду.

— Потому что мой член больше твоего. — мрачно ухмыльнулся полковник. — Вы совершили смертельную ошибку, господин Раски. После нападения на космопорт и на гвардейцев вас будут искать по всей Галактике…

— Она жива, Жаклин!

— Спасибо, брат, но я бы и голышом отсюда ушел!

Лаки открыл дверь в коридор.

Серая дверь без всяких обозначений.

— Обсмеяться можно! Он обернулся ко мне задницей! Эй, тупорезы! Я не гомик, чтобы пялится на голую мужскую задницу часами! Полагаешь они нас слушают?

Через десять минут Лаки и Марк раздетые догола переминались с ноги на ногу в маленькой камере. Пол был холодным и сидеть на нем не хотелось. А лечь тоже было не где. Размер камеры метр на метр. Свет проникал через бронированное окошко в двери. За окошком пустой коридор и никого.

— А полковник Картер?

Лаки проверил все АКРы. Нашел тот в котором оставил Стефанию. Контейнер был в порядке и его не использовали уже больше полугода, судя по данным системы. Последним пациентом была Стефания.

— Раздеть догола и в эту камеру его, гниду позорную! — фыркнул Пистолет и щелкнул затвором винтовки.

— Мы взломали системы охраны космопорта.

— Он наконец-то представился, Муравей! Умора же-он мой полный тезка!

— Ты, конечно, эксперт в этих делах, Пистолет, но не лучше ли тебе заткнуться?

— Я усыпил его.

— Если этот мудак собрался нас трахать-я пас! — хмыкнул Пистолет. — Ты не мой тип-красавчик! Даже если пожелаешь отсосать- я буду против!

— А парни совсем не гостеприимны! — громко сказал Марк. — Парни, имейте смелость зайти сюда и сказать чего вам надо!

— Совершенно верно. Но что скажет ваше командование и имперская безопасность, когда узнают что из десяти тысяч беженцев, что прошли через космопорт в те дни в обитаемых мирах империума никто не появился до сих пор?

— Я нашел АКРы из университета на ваших складах. Той операцией командовали вы.

Пистолет стянул с себя бронежилет. Снял пояс с оружием.

— Не представляю о чем идет речь. Вы бредите, господин Раски.

Старая пугалка! Ничего такого не было, полковник. Ни моего ареста, ни взятия космопорта. Императору не на что гневаться. Мы с вами поговорим по душам и расстанемся добрыми друзьями. Вы вернетесь на Терру с отчетом о том как все благополучно на Сабине и какой замечательный и перспективный проимперский политик доктор Мартин Раски.

— Кто ваш босс? Кто покупает людей? К кому и на какие планеты вы вывозите людей?

— Очень хорошо.

Лаки засмеялся.

— Непременно.

— Я знаю с кем имею честь общаться. С работорговцем в форме гвардейца. С кем же еще? Имя-Патрик Дорн вам известно, полковник?

— Дверь из пластибетона тоже. Только кулаки отобьешь.

Два стула, закрепленные к полу. Лаки и Марка пристегнули наручниками руки назад к стульям и оставили одних, любоваться на металлический, анодированный стол, с совершенно пустой столешницей.

— Туонг, зовите ваших умельцев с бамбуковыми палочками. Полковник Картер желает ознакомится с давно забытым исскуством.

— И хорошим манерам тоже вас научу, господин Рив.

Полковник потер указательным пальцем кончик носа. Улыбнулся.

В коридоре стоял полковник Туонг За ним многочисленные тени бойцов. Фонарики на штурмовых винтовках светили под ноги.

— Я стою голым задом к тебе-разве это не доверие, Пистолет?

Дверь открылась только через полчаса.

— Ты все же их стукач?

Тридцать четвертая глава

Полковник внимательно наблюдал, как на столе два лутангийца раскладывают на салфетке свой инвентарь.

— Я впечатлен. Вы мне показали кнут, а каков же пряник?

«Отличная выдержка у старого вояки…»

— Так сказал полковник Картер.

Жаклин контролировала пространство над северной провинцией. Перемещений больших отрядов нигде не было зафиксировано.

Немедленно и одновременно почти ото всех групп пришли сообщения об обстрелах. Каждое селение превратилось в форт, ощетинившийся стволами ружей.

— Довольно развитый мир и под плотным контролем имперской администрации. Работорговля на Гере? Сомнительно все это.

Его люди обнаружили под углями пожарища спекшиеся, обугленные трупы…

— Нет.

Руки Рауля дрожали. В кружке плескался чай с ромом, капли летели на штаны. Они разговаривали внутри пыльного маленького домика, за столом грубо сколоченным из досок от ящиков.

Тут же началась сортировка и допросы.

— Заметано….После Санта-Моники мне нужна команда для дальнего рейда.

— Вы священник?

Его звали Рауль Ринкон. В Санта — Монике он прожил всю жизнь. Был аптекарем….

С нею Лаки был постоянно на связи, с самого утра. Она координировала работу сателлитов и мобильных платформ.

— Какую была при донах?

— У ваших людей нет мачете, значит будут стрелять….

— Нет.

«Нас ждали…Кто предупредил отца Хоакина?»

— У них забрали всех лошадей, сеньор Раски. Чтобы мы не могли воспользоваться? Теперь люди Хоакина на лошадях, а мы пешком. Разве нам за ними угнаться?

— Военный?

— Хорошо, брат, считай я ничего такого не говорил. Заметано?

К вечеру грузовые флайеры приволокли четыре бронированных в мастерских Сьерра — Вьеха трака. Конечно это не бронетраки ПККБ, способные защитить экипаж при близком взрыве плутониевого заряда, но здесь, в северной провинции, эти самоделки куда круче…Рота погрузилась в них и обходя деревни и поселки, прямо по полям и пустошам двинулась на юг. Там, в предгорьях в районе монастыря Сан-Бенедикта Жаклин заметила передвижение больших масс конницы.

— Он прятался в крипте, сеньор.

— Вы сможете вернуться домой или уехать отсюда.

Лаки покосился на эксперта.

— Охранники получили какой-то приказ. Я мыл полы в церкви и смог затаится в крипте…Они всех жителей и переселенцев куда-то сгоняли и громко кричали….

— Расстрелять?

Лаки сжал колышек в кулаке.

— Почему, Муравей? Ты же сам-дезертир?!

— Здесь воняет кровью, сеньор!

— Раскодировать невозможно?

Из-за гряды, голой и скалистой поднимались ленивые клубы дыма.

Лаки запросил на тактический планшет картинку с сателлита.

— Потребуется время. Терранский код.

Старик опять заплакал.

К полудню десантные силы прошли два десятка деревень. Ситуация повторялась раз за разом….

Шаблон был общий: окружить селение, а затем досконально обыскать. У всех на руках было фото отца Хоакина. Оружие применять только в случае крайней необходимости.

Лаки поднял забрало шлема и опустил фильтр.

Городская тюрьма единственная оказалась с закрытыми воротами. Лутангийцы перебрались через стену при помощи веревок с «кошками». Командир отряда передал Лаки на планшет видео. Распахнутые настежь двери камер и пустота. в одной из комнат обнаружили на полу россыпи фотографий. На всех люди с табличками на шее. Мужчины, женщины, дети…

— Я еще не все свои таланты раскрыл, брат.

— Веселая будет поездка!

— Он дал мне контакт на Гере. Мне нужно проверить эту информацию.

— Даже у домашней, мягкой кошки есть зубы и когти, полковник. Вы украли мою жену и я очень зол. Не надо мне рассказывать про мою мягкость.

— Жаль что этот дуб легко отделался. — заметил Пистолет, когда флайер набрал высоту.

— Здесь только женщины, старики и дети, сеньор Раски.

— А может все же немножко попытаем?

«Кислятиной» сабинцы называли гранаты со слезоточивым и рвотным газом. Чуть нюхнешь и кислоты полон рот!

— Насколько дальнего?

— Что то там странное, капитан! — сообщила Жаклин в коммуникаторе.

Перепуганные деревенские жители болтали без остановки. Старое оружие жителям раздали люди Хоакина, запугав тем что с юга прилетели убийцы и насильники. Что все женщины, включая детей будут изнасилованы и убиты, а мужчин превратят в рабов на рудниках Сьерра-Вьеха.

Рота залегла. Лаки вызвал картинку с сателлита, наблюдая как его парни занимают позиции по периметру.

Женщин тут, на месте, отделили от мужчин… поселили отдельно, в бараки… К женщинам ходили только охранники…Заставляли работать в полях от зари до заката…Кто плохо работал или ослабел объявляли врагами народа и забивали камнями на площади…или закапывали в землю по шею и ходили на них испражняться…Городские подонки стали нашими хозяевами…Что теперь будет с нами, сеньор?

Лаки с адъютантом поднялся на колокольню собора, распугав стаю воробьев. Отсюда, с площадки под позеленевшими от времени колоколами, был виден весь город. Черепичные крыши…ни звука…ни дымка…Санта-Моника-столица севера превратилась в город-призрак.

— Куда пожелаете.

— Я Мартин Раски, диктатор Сабины и я привел сюда своих людей не для расстрелов. Мы хотим наладить здесь мирную жизнь. Чтобы жил город, чтобы была торговля и люди не боялись друг друга.

Бойцы натянув фильтры, с помощью гранатометов моментально забросали дома и дворы «кислятиной».

Жадно напившись, старик перекрестился.

— Капитан в багажнике флайера? Ты эксперт не только по террористам, но и по вербовке!

Солнце палило не щадно. Солдаты то и дело прикладывались к флягам с водой. Из колодцев воду в деревнях Лаки запретил брать. Пыль летела из под ног, оседая на одежде и на амуниции.

— Сам вижу, Фернандес.

— Они стреляют неприцельно, сеньор Раски! — доложил Фернандес. — Кто куда! Какие-то безрукие стрелки, сеньор!

— Вот черт! Как узнал?

— Они выгнали всех из домов и повели прочь. Сказали что город- место греха и городов больше не будет…Я потерял свою семью и надеюсь они еще живы…Мы шли сюда в Санта-Марию три дня….Ослабевших охранники убивали прикладами или мачете….

Двигались пешком, группами по сто человек, в каждой поровну лутангийцев и сабинцев. Командир каждой группы имел карту и конкретное задание.

— Почти час назад южнее этого поселения на орбитальную станцию ушел кодированный сигнал. Большой блок информации, возможно видео.

— Капитан Маркон решил перебежать на нашу сторону. Боится полковника Картера больше чем военного трибунала.

Куда они их погнали, сеньор?

— В обмен на вашу откровенность и сотрудничество в дальнейшем: пять миллионов галактов сейчас на ваш счет и столько же ежегодно. Вряд ли вы имеет больше со своей доли в работорговле.

Лаки вздохнул.

Полковник расхохотался.

В деревне Эль Фуэрте отряд Фернандеса, с которым шел Лаки, тоже был обстрелян.

Оставив посты в порту и на въездах в город, десант двинулся по грунтовым дорогам к ближайшим населенным пунктам.

Сценарий везде был одинаков. Беспорядочная пальба, потом газовые гранаты и капитуляция стрелков из местного населения.

Кислинкой попахивало, но газ быстро разлагался под солнцем на безобидные компоненты.

— Похоже что там пожар.

— Как минимум….

— Тогда «кислятину» вперед и хватайте тех кто выскакивать будет!

— Люди Хоакина убили город, сеньор. — заметил Фернандес, озираясь.

— Комп показывает перегрузку. Спер что-то со склада?

Блюющих и рыдающих деревенских жителей вывели в поле и посадили на землю. Бледные, худые, трясущиеся люди в каких-то пыльных обносках….

— Я наводил справки о вас! Вы не садист, сеньор Раски! Вы воспитанный и мягкий человек!

— Что случилось сегодня?

Лаки снял с головы шлем и вытер пот со лба.

— Займись этим. Мне не нужны неожиданности.

— Если вы меня обманете: я убью вас и вашу семью и ваших друзей и даже любимых животных ваших друзей….Не сам лично. Найму киллеров-профессионалов с садистскими наклонностями. На это у меня денег хватит всегда….

В поселении горело длинное строение на краю. Движения людей не было заметно.

Когда Лаки сел во флайер рядом с Пистолетом, полковник Картер с тугой повязкой на ноге стоял у дверей терминала. Провожал дорогих гостей. Морда невозмутимая.

На грузовой трак у терминала гвардейцы грузили контейнеры АКР. Имущество возвращалось университету Сабины имперской администрацией.

— Еще раз назовешь меня дезертиром-получишь в глаз.

Лаки приказал все фото собрать и сохранить. Если там бывшие узники-пригодится для идентификации. В подвалах обнаружились две комнаты тщательно вымытые и засыпанные толстым слоем извести.

— На планету Гера в системе Тау Кита.

Лаки прилетел со второй волной десанта. Флайеры высаживали всех на центральной площади, перед старым собором. Собор высился за тихим городом резной громадиной. Рукотворной скалой из песчаника….А вокруг был тихий город. Пустые коробки зданий с выбитыми окнами, горы пыльного мусора и тишина. Нечего брать под охрану-кругом пустота.

— Туда отправили твою жену?

Дворец губернатора- обгорелые руины…Здание театра с обвалившимся потолком…

В порту лутангийцы нашли только полузатопленные ржавые суда. Ни лодки, ни баркаса…

Старик с трудом проглотил комок в горле и Лаки протянул ему свою флягу с водой.

Лаки приказал обыскать все дома. К нему привели старика в рваных штанах и грязной рубашке.

— Мы не будем бродить по всей провинции пешком, Фернандес. Просто у нас недостаточно грузовых флайеров. Что там за той грядой?

Когда через час рота вышла к поселению, пожар уже затих. Сгорел длинный деревянный сарай.

Картер вскрикнул и уставился на деревяшку, торчащую из ноги, не веря своим глазам.

На следующее утро десант состоящий из лутангийцев и национальных гвардейцев высадился в Санта-Монике. Сопротивления никто не оказал. По данным Жаклин все силы повстанцев были рассредоточены по провинции. Отец Хоакин не ждал нападения или не собирался вступать в открытое столкновение? Второй вариант был хуже первого.

— Куда?

— Потери есть?

— Берешься?

Когда пришли повстанцы они убили всех донов, потом всех кто носил очки и знал грамоту…Аптеки и больницы были сожжены, ибо лечится-грех. Если господь велел тебе болеть-иди молись, ибо ты грешен….Повстанцы сожгли библиотеку и все содержимое книжных лавок. Читать-грех. Банк взорвали динамитом, а тех кто пытался собирать разлетевшиеся банкноты- убивали на месте…

Старик опустился на колени в пыль и заплакал.

Убили всех врачей… Убивали тех кто носил очки…Раз есть очки- значит читать умеешь…Я чудом уцелел…Сказал что я — дворник…

— Возьми его в свою команду, Пистолет. Не люблю дезертиров.

Три десятка беленых известью домов компактно у мутной речки, церковь с колокольней…Улицы перекрыты баррикадой из камней. Из за баррикад и из окон домов били винтовки.

— По карте- крупное поселение- Санта Мария дель Рио.

— Где поставить подпись?

Лаки взял с салфетки бамбуковый колышек. Внимательно осмотрел.

Если Хоакин рассчитывал устроить бойню руками пришельцев, то он просчитался.

Лутангийцы шли молча. Сабинцы ворчали. Это на юге, после сезона дождей было влажно и прохладно. На севере, поблизости от побережья климат самый сухой и вдоль дорог на скудных полях жухлые ростки.

Стрельба прекратилась.

— Все еще впереди. — флегматично заметил Лаки. — Когда-нибудь он попытается меня убить обязательно. Такие люди не прощают урон нанесенный их самолюбию. Что ты спрятал в багажном отсеке?

— Какие проблемы, брат?! Конечно! Командировочные будут?

С размаху он воткнул колышек в ногу полковника, чуть выше колена.

— Теперь можете меня расстрелять.

— Потом они обошли все дома…У кого находили книги-убивали на месте…рубили мачете…

Лаки сел на край стола.

Тридцать пятая глава

Траки шли всю ночь покрыв почти полтысячи километров. Полковник Туонг периодически выходил на связь, докладывал о зачистке местности вокруг Санта — Моники. Случаев уничтожения жителей или переселенцев из города нигде не отмечено.

Лаки сидел в кабине рядом с водителем. Лазган, закрепленный на турели торчал над головой в круглом люке. За спиной, в темном десантном отсеке клевали носами сонные солдаты. Местность без дорог не располагала к комфортной возможности выспаться на ходу. Картинка местности на планшете, что постоянно передавал сателлит, помогала не сбиться с пути.

— Думаю, что ушел по тоннелям еще раньше. Под монастырем вся скала дырявая, как терранский сыр.

— Все южане-лжецы! — крикнул гаучо и пришпорил коня.

— Кто эти люди?

— Вызывай флайеры и линяем!

— Полторы калеки во дворе и больше ничего.

К монастырю вела серпантинная, узкая дорога, на траке не проехать. Послать по ней людей-подставить их под огонь пулеметов. Стены из камня, метров по десять не меньше. Над стеной торчит только колокольня с крестом на крыше. Траки остановились в полукилометре от скалы. Лазганы отсюда не достанут, а вот пулеметы легко.

— Кислятины туда!

— Забросайте их осколочными тогда.

— Пистолет, твое время!

Быки ревели, пастухи палили из винтовок в воздух и в сторону монастыря.

— Вам не покорить свободный народ пампасов!

— Вы там на стене все одинаковые, как различить?

К рассвету впереди показалась полоса реки и вдалеке, на горизонте — горы.

Тот доложил обстановку. Инцидентов не было. Вот только толпы людей из провинции устремились по всем дорогам в Санта-Монику.

— Камерами управляют с орбиты. Придется вам снимать вручную. Вот их координаты….

— Зашевелились….На стенах устанавливают два тяжелых пулемета. Вижу пару человек с лазганами.

Лаки связался с Лорой и Хуаресом. Потом с генералом Вегой, что остался временным комендантом Сан-Педро. Заслушал доклады и всем выдал указания. А потом с ним на связь вышел Пистолет.

Несколько глухих разрывов и тишина.

— Эй, кто будет говорить со мной, сеньоры!

Фернандес стоял на стене, над воротами, подняв забрало шлема.

Через полчаса Лаки был внутри монастыря. Лутангийцы стаскивали под стену тела убитых и парализованных боевиков, одетых в монашеские рясы. Ухмыляющийся Пистолет отдал честь небрежно. В камуфляжной куртке, с лицом перемазанным под цвет местности он сам на себя не был похож.

В конце концов пыль улеглась, быки успокоились и взялись щипать траву. Пастухи съехались в кучу, весьма соблазнительную как цель. Потом от их группы отделился всадник с длинной палкой в руке. На палке трепетал белый лоскут. Всадник поскакал по дороге наверх.

— Все на выход! Бегом! К монастырю!

— Нужны дроны, чтобы проверить подземелья.

— Не стрелять в ответ! — приказал Лаки.

Бывший телохранитель Мигуэля и полковник мятежников отрастил солидную бородку и под рясой имел бронежилет. Бронежилет не помог. Пуля попала в лоб и выбила мозги через затылок. На запястье у трупа обнаружился коммуникационный браслет. Рядом валялся портативный фильтр с очками.

Палка с белой тряпкой упала в пыль у ворот.

— Вызывай флайер и отправляй их вместе с оборудованием в Сан-Педро. Допроси их. Я должен знать что они делают на Сабине.

Четыре чадных костра на равнине в круге быков и лошадей…

— Муравей, как слышишь?

— Согласен.

Траки стояли и время шло. Солнце нагревало броню и солдаты внутри обильно потели.

— Допросить ласково или интенсивно?

— Сам знаю. Ступай! Времени нет. К нам движется конница. У меня сложилось мнение, что этот монастырь ловушка.

— Твоя тетушка-просто бесценный кадр!

«Пробить сквозь горы тоннели для железной дороги и шоссе…»

— Выполняю. Вот координаты.

— Кто ты такой и от чьего имени говоришь?

— Ты ошиблась, всадников здесь от силы полтысячи. — сообщил Лаки Жаклин.

— Огневые точки ликвидированы, мы внутри! — сообщил Пистолет. — Вход свободен!

Солдаты вывалились из траков и беспорядочной толпой понеслись к подножию скалы….

— Сделаю, босс.

Упрямые парни через несколько минут подожгли оставленные десантниками четыре трака.

— Все без изменений?

— Парни, давайте по серьезному-боевыми!

— Это уже свинство! — фыркнул Фернандес. — Разрешите открыть огонь, сеньор Раски?

— Даже так?

— Отлично, Пистолет.

— Я буду говорить, капитан Латойя.

Запищал браслет на руке.

Солнце выплеснуло из-за гор потоки света, все окрасив в рыжие тона: и реку и траки и метелки высоких, но пожухлых трав. Лаки поспешно опустил щиток шлема.

Лаки вызвал Фернандеса и повторил команду — не стрелять. Его люди заняли оборону на стенах у трофейных пулеметов и напротив баррикады, перекрывшей разбитые ворота. Еще пришлось оставить десяток парней у входа в подземелья.

— В городе нет продуктов и не работает водопровод, господин диктатор. Среди них много больных.

Пистолет натянул шлем на голову.

Лаки подошел к Фернандесу и снял шлем с головы.

Лаки поднялся во двор и связался с Жаклин.

— Кто сказал вам о покорении? Мы пришли чтобы прекратить убийства наладить в провинции мирную жизнь.

— Что случилось?

— Уже пошли!

— Хоакин не попался?

— Это с удовольствием!

Лаки кивнул Фернандесу и тот завопил в браслет:

— Милях в пяти отсюда. Бери парней и отправляйся туда. По обстановке. Жаклин тебя прикроет.

— Убирайтесь из монастыря, покуда целы! Освободите святых братьев и сложите оружие! Тогда мы сохраним вам жизнь! — завопил всадник, скаля белые зубы.

— Накрой их из парализаторов! Кто бы там ни был! Это точно не наши друзья.

— Через пару часов выйдем к цели.

— Играешь с огнем, Муравей!

«Подожги бы в сумерках — было бы зрелищнее…»

— У вас другие проблемы, капитан.

— Я вижу двор монастыря, подножие горы и еще несколько картинок имеется…Ого! Они сожгли ваши траки?! Я нашел здесь четверых бородатых парней в местной одежде и с интересным оборудованием. В монастыре установлено десяток камер. Они ведут постоянную трансляцию на орбитальную станцию. Про нас снимают кино, брат!

— Такой знакомый, что я рад его смерти.

— Слишком громкие слова, парень! У нас пулеметы и к нам идет подкрепление!

— Нет, я хочу посмотреть спектакль до конца.

— Наладить патрулирование. Проверьте городскую электростанцию и насосные системы.

— Не уверен, сеньор. Эти гаучо-очень воинственные ребята. Всегда при оружии и весь год кочуют по равнине. Для них нет авторитетов, разве что священники…Мне поговорить с ним?

— Хоакина брать живым по возможности.

— Ждать команды, никому не выходить! — приказал Лаки Фернандесу.

— Может он хочет нам продать десяток быков или лошадей?

— Что-нибудь придумаем. Я попрошу Лору направить в Санта-Монику передвижной госпиталь. Обо всех новостях немедленный доклад мне.

— Далеко еще?

Разведчики с помощью сателлита нашли брод и колонна переправилась на другой берег. Видимо здесь часто перегоняли скот. Берега у брода утоптаны на совесть. На равнинах предгорья, по обеим берегам реки Коррадо множество деревень пастухов. Осадков здесь больше выпадало чем на побережье и скот пасли круглый год. Отсюда на юг континента поступала до мятежа львиная доля копченого и вяленого мяса — знаменитое «чураско» из пампасов. Все вывозилось морем, так как северная провинция из-за срединных гор была отрезана от остальной части страны. Из Санта-Моники в Сан-Педро кораблем не меньше двух недель, если погода позволит.

Пистолет снял браслет с мертвой руки.

— Пробовали. Или у них мощная вентиляция или есть фильтры. Отстреливаются как бешенные. У меня трое раненых.

Лаки усмехнулся своим мыслям. О чем он? Какие шоссе?! Сабина погрязла в дремотном феодализме!

— Я-гаучо! И я говорю от имени моего народа!

Лаки спустился в подземелья, еще воняющие кислотой и среди мертвых тел, посеченных осколками гранат неожиданно увидел Симона.

— Вот как?

У кого-то на стене не выдержали нервы. Пули постучали по броне со звоном и визгом.

— За чем это?

— Очень живые и очень вонючие.

— Мой сканер говорит что это-журналисты терранского агентства «Галактических новостей». Ненавижу журналюг, брат! Они как навозные зеленые мухи! Где больше дерьма-там и они!

Через пару минут наверху, в монастыре ударили лазганы разрывными, потом беспорядочная, редкая стрельба.

— Да вы ребята просто молотки! Прибавьте ходу, я устал ждать!

— Принято!

— Отличный у него конь! — сказал Фернандес, подходя ближе к Лаки.

Лаки позвал Пистолета и сбросил ему на планшет координаты подозрительного передатчика.

Фернандес пожал плечами.

— Кроме подземелий мы контролируем все.

Лак связался с Туонгом.

У реки сделали остановку и позавтракали. Саморазогревающие консервы и чай с водой из речки. Воду пропускали через фильтры, уж больно она была мутной.

— Что теперь?

Стрельба продолжалась не долго. Из-за горы почти бесшумно выкатились две мобильные платформы и прошлись на бреющем над монастырем.

— Все обыскать!

— Хорошо.

«И какое же обо мне снимают кино? Может быть в этом причина того что Патрик Дорн до сих пор не вышел на связь?»

— Надо проверить все его разговоры. С кем, когда и где.

— Они живы?

— Или уходите или занимайте оборону. В вашем направлении движется конница, примерно десять тысяч. Кроме того из вашего района идет интенсивная передача кодированных сигналов. Я определила место передатчика.

Когда впереди показались стены монастыря на крутой скале, Лаки вызвал Пистолета.

— Кто-то знакомый?

— Заметано, брат!

— Привет, сеньор диктатор! Можешь помахать мне ручкой, Муравей?

— Пусть идут, проверяйте, не несут ли оружие. Всех подозрительных-задерживать. Как мы можем не пускать людей в их дома?

— Эти парни очень упрямы, сеньор.

— Ты можешь все вырубить?

— Слушаюсь, господин диктатор!

— Никакого риска-пусть они покажут свои козыри, а мы покажем свои.

— Ты прав, мой мальчик, даже старухи ошибаются. Все это не случайность. Лучше огня не открывать по ним.

— Мне все равно, главное, чтобы лица не пострадали. Может быть придется их показать на тиви.

— Эти траки не последние у нас. Пусть потешаться.

Как и предполагала Жаклин, «козыри» показались через полчаса. Равнина у подножия монастыря заполнилась огромным стадом. Пастухи, гарцующие на лошадях, в широкополых шляпах, в расшитых куртках, нагнали столько быков, сколько Лаки никогда в жизни не видел. Пыль поднялась метров на сто.

— Уже проверено. Восстановлению оборудование не подлежит. Это только металлолом.

Всадник довольно быстро добрался до монастырских ворот. Загорелый до черноты, в кожаных штанах и расшитой золотом жилетке, поверх грубой рубашки. На поясе в кобуре револьверы. В чехле у седла — винтовка. Вороной жеребец под ним лоснился как будто политый лаком.

— Ты не ошибся, Муравей, определенно здесь у них «гнездо»!

Во главе двух десятков специально отобранных лутангийцев Пистолет высадился с флайеров и занял скрытно позиции возле монастыря. Атака должна начаться с двух сторон.

— Будь осторожен.

Тридцать шестая глава

Патрик Дорн вышел на связь с неутешительными новостями.

— После сюжетов на канале «Галактических новостей» про Сабину кредитов вам с Терры не видать, мой друг. Оказалось что ты кровавый диктатор и садист!

— Указала адрес?

Это она?!!Но мало ли женщин с таким педикюром было в Сан-Педро в то время?!Тем более что полковник Картер клятвенно заверил, что вывез Стефанию через космопорт! Он сам видел распечатку из компа космопорта! Стефания покинула Сабину! Или это была только ее индкарта?

— Какой же ты мальчишка еще! — засмеялась Жаклин.

Стефания смеясь наносила на ноготки ног из спрея золотистую пыльцу… «Это сейчас очень модно! Ты ничего не понимаешь, дорогой!»

— Я уже пообедал.

За неделю до начала мятежа…

Сознание отказывалось принимать мысль о том что женщина которую он любил и с которой последние годы жизни был связан так тесно-мертва…Стала кучей гниющего мяса на столе морга….

— Господин Сайрус?

— Эй, что за дела, сеньор диктатор?! Будет вам видео! Сейчас распоряжусь!

— Конечно, сеньор! Она вдова дона Густаво, знаменитого конезаводчика.

— Что нового?

Пистолет был настроен очень решительно.

Множество мужчин горели желанием получить оружие, вступив в национальную гвардию. Без затей всех рекрутов пичкали пентоталом и допрашивал.

— Ты похож на страшного ревнивца, сеньор диктатор. Женушка рассказала тебе о своих похождениях, а ты не поверил?

— Вот таких мы и выявим.

— И все?! Даже не нашлепаем по попкам?

— Две дюжины и из-за них я не могу развернуть лабораторию! Умоляю вас, найти время для отчета!

Лаки прочитал об особых приметах и открыл снимки тел…Хорошо что он успел пообедать….

— Сколько неопознанных тел в вашем морге?

— Если здесь удачно обкатаем, то налажу такое же наблюдение в Сан-Педро.

— Всеобщая слежка?

Женщина видео была не Стефанией. Фигуристая брюнетка лет на десять старше.

На террасе с видом на море на стол подали запеченную рыбу и отличное белое вино из провинции Кордова.

— Зачем это нам, капитан?

— Эта женщина зарегистрировалась как донна Мария Густаво, сеньор.

Лаки успел ознакомиться с роликами, отснятыми журналистами и с фильмами о Сабине, что крутил «Галактический вестник».

— Набережная Сан-Педро, отель «Эспиноса», сеньор!

На территории университета в Сан-Педро специальная комиссия из медиков вскрыла ров с казненными во время захвата университета. Опознанные тела передавали родственникам или хоронили на городском кладбище. Лаки все оплачивал. На планшет пришел отчет по неопознанным телам, но ему все было не досуг просмотреть.

Появившийся ректор дон Себастиан прервал разговор.

— Ты знаешь ее Эрнесто?

— Вы так и не просмотрели материалы комиссии, сеньор Раски?

В окрестностях Санта-Моники его люди при помощи местных обнаружили массовые захоронения казненных. Люди Хоакина не тратили даже патронов…Все трупы со следами от холодного оружия, в основном-мачете. На западе, за рекой Коррадо огромные плантации сахарного тростника.

Дон Себастиан то и дело напоминал об этом. Ректору хотелось освободить поскорее подвалы медицинского от покойников и разместить там новую лабораторию, заказанную Лаки на Цирцее.

— Пришли мне видео ее прилета. Сейчас же!

— А потом? Загонишь их в рудники? Взрослого человека не возможно изменить, мой мальчик! Если только сам человек не пожелает измениться.

Туда Лаки еще не направлял своих людей.

— Похвальное намерение. Но пока ты все воюешь.

— Соскучился за неделю?

— Что будем делать с журналюгами, Муравей? Предлагаю утопить в сортире рядом с казармами национальной гвардии! Гвардейцы обожают на обед жрать кукурузу и бобы с перцем чилли, представляешь, какое там дерьмо?!

— Что в том плохого? Честным людям ничего не грозит, а всякие подонки сразу же будут как на ладони!

Ректор вскоре извинился и улетучился. Допивая кофе, Лаки просмотрел на тактическом планшете отчет комиссии судебных медиков.

Пискнул вызов браслета.

— Ты сегодня, брат, какой-то вялый, без огонька. Заболел? Тоскуешь по Терезе? Как она, добралась до места?

— Пока здесь бушевала междоусобная война и трупами расстрелянных набивали рвы-империуму не было до нас дела?! А теперь, когда я смог потушить войну и наказать убийц- я стал виновником всего?

— Ваша жена? Она прошла контроль и ее вывез из города полковник Картер. Вы же это проверяли!

Общим местом у невостребованных и неопознанных тел было то что у них были взрезаны предплечья правой руки. Там где обычно вшиваются чипы-индкарт.

Через контроль космопорта прошла женщина ниже и полнее чем Стефания, волосы похожи, а вот почти все лицо скрыто под бинтами с кровавыми пятнами.

Так удалось выявить несколько человек из армии Хоакина.

— Рассказала?!

— Все получил?

Трупы, пролежавшие несколько месяцев под влажной, рыхлой, землей — отвратительное зрелище. Такую смерть людям не стоит видеть!

— Привет ваше высокопревосходительство! Я чертовски скучал!

— Мне нужно видео и немедленно, Сайрус.

При помощи ловкого монтажа и подтасовок убедительно было показано, что за спиной пеонских революционеров стоял хитроумный док Мартин. Устранив главарей мятежа, этот док Мартин объявил себя диктатором и насаждал свою власть с помощью террора и насилия, оскверняя монастыри и расстреливая протестующих на улицах.

— Еще бы! Твои лутангийцы юмор не понимают, а тупицы из гвардии Веги те еще бараны! Ни поговорить, ни выпить!

Военным комендантом северной провинции назначил полковника Туонга и вылетел в Сан-Педро. В Санта-Монику прибыл Хуарес чтобы налаживать полицейскую и охранную службу из местных.

Неудивительно, что эти фильмы так возбудили общественность Терры. Как бороться с дезинформацией и клеветой? Подать на них в терранский суд?

Кто воспользовался изъятыми индкартами? Тот кто хотел сбежать с университетского острова на траках имперцев? Те, кого вывез полковник Картер в ночь перед захватом университета?

Дорн отключился.

Лаки закрыл глаза. «Я — идиот! Почему все не проверил сразу?!»

Хочешь заняться улучшением человеческого вида?

— Сеньор диктатор? Как ваши дела?

— А мне нужно еще виски…

— Я не сумасшедший и не наивный мальчик, Жаклин. Человека пытаются улучшить много веков и толку нет. Я хочу навести порядок на этих землях и дать людям мир.

— Если б люди были двухцветными, капитан, это бы сработало, но люди как радуга, в каждом всего намешено. Старательный булочник днем может ночью избивать жену и детей в своем доме, а педантичный и справедливый учитель оказаться педофилом-маньяком, чиновник-взяточник на самом деле добрейший семьянин и любитель животных..

Без привычного Фернандеса стало некомфортно. Пришлось подобрать себе нового адъютанта из лутангийцев, по имени Пунг. Подвижный и очень молчаливый парень. Его рекомендовал Туонг.

Одно тело привлекло его внимание. На черепе отсутствовал скальп и кожа лица. Не было пальца на левой руке, на котором обычно носят кольца замужние женщины…Особые приметы: нерожавшая…около 30 лет…золотая пыльца на ногтях ног…

Благодаря нескольким сотням миниатюрных камер, размещенных дронами на всех улицах и перекрестках, и программе опознавания лиц, Жаклин могла найти любого из горожан в течении нескольких секунд.

— Копии видео допроса и отснятых материалов перешлем имперской безопасности.

Зверства диктатора Сабины….

Пока что Лаки укрепился в Санта-Монике и наладил патрульную службу в стомильной зоне от города, оттянув основные силы в город. Кроме КПП были созданы укрепленные посты для блокирования всех подходов. В монастыре СанБернарда остался гарнизон во главе с Фернандесом. Туда перевезли еще одну роту и завалили все входы в подземелья. Как только Лаки улетел на флайере, гаучо исчезли вместе со стадами. И что это было?

Лаки махнул Пистолету рукой и позволил ректору себя увести по направлению к университетскому ресторану.

Отец Хоакин скорее всего с ядром своей армии засел там. Притаился, паук…

Лаки переслал видео офицеру на КПП возле космопорта. Там дежурил лейтенант из национальной гвардии, дальний родственник Лоры, старательный и серьезный парень.

В Сан-Педро все было тихо и спокойно.

— Спасибо, Сайрус. Я твой должник.

Оборудование лежало в контейнере, во дворе университета.

— Жаль!

Лаки криво ухмыльнулся. Судиться с журналистами? Вот чего он еще ни разу не делал- не защищал свою репутацию в имперском суде!

— Если покормите обедом, займусь немедленно. Сеньор Марк?

— Она по спин-связи сообщила что добралась нормально. Подробностей пока нет.

— Как надоест-брошу все и улетим прочь! На край Галактики! Найду новый мир, назову в твою честь, а потом сяду на берегу моря и буду любоваться закатами, попивая холодное пиво.

— Даже так?

— Ты хочешь чтобы я прилетел к тебе со своими парнями? Прямо сейчас?

На ипподроме, освобожденном от арестантов и контейнеров готовились к открытию сезона скачек. Горожане ломились в театр. Торговый центр всегда был забит публикой. Кафе и рестораны на набережной заполняла по вечерам праздная и полупьяная публика.

Сердце пропустило удар… Лаки подавился воздухом…

Люди возвращались в Санта-Монику в одиночку и большими группами.

Лаки стоял у окна, смотрел на пустынный залив Санта-Моники, испытывал горечь и желание просто бросить все, вызвать Жаклин и улететь отсюда куда угодно! Забыть Сабину как страшный сон…

Особенно Лаки возмутил ролик собранный из нескольких частей: сначала люди в форме, похожей на лутангийскую черную, загоняли жителей Санта Мария дель Рио в сарай, а потом он сам в полном оснащении рядом с рдеющими углями на месте этого сарая.

По браслету он вызвал космопорт.

Каждую неделю на Сабину через космопорт возвращались беглые доны с семьями, узнав о подавлении пеонской революции. КПП национальной гвардии всех регистрировало.

— Мы их просто доставим в космопорт и отпустим.

— Стефания Раски прилетела вчера и прошла контроль. Что она до сих пор до тебя не добралась?!

— Журналюги поют как птички. Но они только исполнители. Кто заказал эту работу, для кого и почем-знают только боссы на Терре.

Лаки приземлился на территории парка рядом с университетом.

Его встречал Пистолет с сигарой в зубах. Ухмылялся.

Дона Корвальо разрывали на части, буквально. В ожидании внеочередной ассамблеи донам требовались свидетельства. Оставалось две недели до открытия. Дон Гомес упорно игнорировал вызовы через браслет.

— Посмотри записи их программ. В инфосети все есть. И вообще-советую мониторить все что касается Сабины. Тебя стремятся закопать влиятельные люди. Очень влиятельные. Сенат империума внес в повестку дня на следующий месяц вопрос о геноциде местного населения на Сабине. Если вопрос будет рассмотрен положительно, то к вам отправится сенатская комиссия с десантной бригадой в придачу!

Епископ получил свободу, согласившись сотрудничать с сеньором диктатором. Монахов в монастырях всех проверили досконально.

Спустя десять минут Лаки уже изучал видео.

— Мне нужно видео на котором есть вылетающая с планеты гражданка Цирцеи Стефания Раски.

КПП на всех дорогах заносили всех возвращающихся в город в списки. Заодно их всех скрытно снимали на камеру.

— Выходит что так. Общественное мнение- штука весомая. Император Эвальд к нему прислушивается. А общественное мнение формируют СМИ. Подружись с журналистами, друг мой или купи их.

Судя по голосу, директор космопорта к обеду успел изрядно нагрузиться. Сидит небось в баре и пялится на бутылки…

— Если есть желание-возьмись.

Тридцать седьмая глава

Лаки добрался до отеля «Эспиноса» пешком, прогуливаясь по набережной. Просто еще один джентельмен, вышедший подышать морским воздухом после обеда.

Форму черную он снял в ближайшем к университету магазине одежды. Деловые костюмы с Цирцеи стали очень популярными в Сан-Педро и ни чьего внимания не привлекали.

Просмотрев все записи, полученные от Сайруса, Лаки определил, что с полковником Картером из университета в числе прочих инопланетных студентов той ночью выехали двенадцать человек. Одиннадцать вернулись на Сабину в течении последнего месяца. Все они были донами и при регистрации на КПП указали свои настоящие имена.

— Благодарю вас, сеньор диктатор!

Но имелось более простое объяснение: Вернон знал многих. Он знал кто из студентов был инопланетчиком. В тот момент, когда индкарта стала пропуском на борт имперского бронетрака и дальше, в космопорт, он спасся сам и спас от верной смерти еще одиннадцать богатых и влиятельных людей. Вряд ли за просто так…Они ему, конечно же заплатили….Возвращаться Вернону было не к чему.

Кто из этих сеньоров перебежит в Сан-Мигель первым?

Лаки поднял руку, успокаивая загалдевших членов хунты.

— Прошу извинить, сеньора, но вынужден похитить вашего кавалера.

— Моя жена-Стефания.

Теперь уже захихикала не только Лора.

Лаки сделал знак Пунгу. Адьютант немедленно скользнул за стойку. Весь персонал ресторана сегодня отправили по домам очень рано. На кухне и всех выходов стояли лутангийцы Минга в черной форме.

— Вот как? Я успею и до ночи, сеньор.

— Прошу прощения, сеньора Пикур. Срочные дела!

— Неужели деньги уже закончились?

— В этом отеле, на втором этаже. Ее особняк пострадал во время мятежа и на ремонт потребуется время и деньги…

— Зачем ты послал меня в этот дикий мир?! Они торгуют своими женщинами, как товарами! Я для них не посол, а хуже чем шлюха! Разве ты про это не знал?!

— Если она напишет ходатайство о компенсации вреда, я максимально быстро это разрешу.

Лора хихикнула.

То что дон Корвальо из-за многолетних пристрастий к алкоголю и кокаину так же много лет лечился от импотенции-знали все кому не лень. Он сам и не шифровался и даже посмеивался над своим недугом.

— Можно мне еще кофе?

Члены хунты сидели в плетеных креслах на террасе ресторана университета и любовались закатом. Когда солнце тонет в волнах на горизонте, говорить не хочется. Хочется только смотреть. Сегодня золотистая дорожка на ряби волн казалась грязной и тусклой.

Отель «Эспиноса» — один из первых отелей города содержался в прекрасном состоянии. Во время мятежа не пострадал совершенно и теперь в нем обитали доны, потерявшие недвижимость, но не потерявшие денег для роскошной жизни.

Дон мгновенно оказался на ногах и помчался навстречу Лаки. Тот легким поклоном приветствовал даму.

— Приятное местечко! — заметил дон Корвальо. — Почему я раньше здесь не бывал?

Кого поддержит страна?

— Если б сеньор Корвальо интересовался студентками, то давно бы здесь обосновался. — усмехнулся Хуарес.

Лоренс Виржин с деньгами теперь уже обосновался где-то….

— Знал.

— Ассамблея назначена и будет проведена в срок, сеньоры. Наши дела вполне успешны. Экономика налаживается. Бюджет пополняется и не только новыми эскудо. Главари мятежников или убиты, или находятся в тюрьме. Северная провинция почти полностью под нашим контролем. Генерал Туонг доложит ситуацию. Прошу, генерал.

Вдова с бокалом красного вина в руке хихикала под болтовню дона Корвальо.

— Ночью?

Это его личное дело и он сам с ним разберется. Хватит жить под надзором и с «костылями». Помощь — это прекрасно, но всему есть мера. Он потеряет остатки самоуважения, если все сгрузит на Жаклин!

Его сигара была какая-то не стандартная, уж больно длинная. По специальному заказу скручена?

— Не думаю, что успеете. Список имен и прочие необходимые документы вам подвезет мой новый адъютант.

Осталось допросить важных господ, но до начала ассамблеи Лаки не хотел устраивать шума. И еще он хотел ясности после экспертизы ДНК.АКР, в котором лежала Стефания не прошел дезинфекцию и в нем имелось ДНК сколько угодно.

— Есть свежие идеи, сеньоры и сеньора?

Об этом доложила по спин-связи сама Тереза честно и откровенно.

— Что я должен из него выбить? Или ты сам займешься этим?

— Это только маленький перерыв, сеньор Раски!

— Донна, вы самый яркий цветок Сан-Педро, где вы прятались от моих глаз!?

— Сеньор Раски!

— Хорошо, ступайте к своей кузине и извинитесь за меня. Не могу вам составить компанию сейчас. Да, кстати, донна Густаво поселилась в городе?

— Вот дьявол! Мои соболезнования, брат. Я достану этого черта даже из под земли!

— Погиб кто-то важный для тебя, Муравей?

— Конечно, сеньор!

Допросив еще раз беглого капитана Маркона, Лаки выстроил версию.

Пистолет, есть очень важное дело не требующее отлагательств.

Карие глаза впились в лицо Лаки. Он с улыбкой подхватил дамскую ручку, затянутую в перчатку и изобразил поцелуй.

Каботажник с Цирцеи привез не только грузы, заказанные для торгового центра и группу донов с чемоданами.

— Вот карта на расходы. Если возникнут проблемы-Вук поможет.

Все молчали, делая вид что поглощены зрелищем заката и ароматным кофе в своих чашках.

Лаки отвел дона Корвальо под локоток немного в сторону.

Лора, единственная сеньора в хунте, округлила глаза.

Его у космопорта встретил губернатор Гомес с эскортом и немедленно сопроводил в Сан-Мигель.

В ночь перед захватом университета были убиты двенадцать человек, не граждан Сабины, с вживленными индкартами. Их индкартами воспользовались доны и еще Вернон, бывший студент из местных. Полковник Картер в ту ночь был на виду и убить студентов он не мог лично. Могли, конечно, его люди…

— Всегда рад буду вас видеть здесь, сеньор. — улыбнулся одними губами ректор.

— Все будет выполнено, сеньор Раски.

— Я вернусь и сделаю то же самое с тобой! — пригрозила сеньора посол и отключилась.

— На твой железный характер, дорогая.

Чудесное превращение: улетали инопланетными студентами-вернулись донами!

Лаки не слушал доклад генерала, он смотрел на лица своих сотрудников. Они все перепуганы, за исключением пофигиста дона Корвальо и генерала Туонга. Кто они, с точки зрения местных обычаев и законов? Помощники самозванца и узурпатора!

Легитимный правитель вернулся на Сабину и дни хунты Сан-Педро были сочтены.

— Зачем беззубому сухари, сеньоры? — спросил дон Корвальо и выпустил клуб дыма.

— Это для нас он-«бывший», а для всей Сабины-самый настоящий! — нервно заметил ректор.

— Опять обломилось! — Пистолет посмотрел вслед уходящей дикторше телевидения и печально вздохнул. — Говори.

— Возьми их за тестикулы, дорогая и выкрути, ты же умеешь.

Марка Рива он нашел в телецентре. Тот клеил и не очень успешно Еву Пикур. Красавица принимала комплименты, щурясь как довольная кошка, но не более того.

Женщине на вид было не меньше двадцати пяти и не более сорока лет. Хорошая наследственность или чудеса косметики? Фигура у нее оказалась как у гитары-пышный бюст и округлые бедра при узкой талии. Черное, узкое платье выгодно подчеркивало ее формы. Вуаль на маленькой шляпке откинута наверх. Слегка матовая кожа без всяких морщин, тонкие брови, яркий рот…

Лаки не испытывал иллюзий. Кроме лутангийцев и небольшой горсти национальных гвардейцев ему не на кого положиться.

— Донна Густаво, моя кузина! — поспешил представить собеседницу кокаиновый барон.

Не вернулся только один. Лаки узнал его.

— О-о-о! Так вы и есть наш грозный диктатор?

Поднявшись на террасу ресторана перед отелем Лаки стразу заметил донну Густаво.

К Лаки она относилась совсем по другому. Он ни сколько не сомневался, что только намекни, знойная красотка окажется у него под одеялом….

— А говорили что горите на работе?

— Вам предстоит потрудиться этой ночью как следует, дон Корвальо.

Лаки немедленно сообщили эту новость. Он собрал совет. Из Санта-Моники немедленно прилетели Туонг и Хуарес.

Жаклин могла бы все сделать куда быстрее, но почему-то посвящать искина в детали этой истории Лаки не хотел. Было предчувствие, что лучше разобраться самому….

— А если знал, то на что рассчитывал?

Он получил данные экспертизы. В могиле под номером шесть лежала Стефания….

Неопознанные тела на следующий день были захоронены на кладбище Сан-Педро в отдельной могиле под номером….Новая лаборатория университета немедленно получила срочный заказ-провести экспертизу ДНК.

— И другими ночами тоже. Вам нужно зарегистрировать еще нескольких донов.

У Вернона был мотив и была возможность. Пеонский сын воспользовался стечением обстоятельств. И решил что ему все с рук сойдет?

На Сабину прилетел старый кондукатор-дон Родриго Ла Кахетилья. Бодрый и веселый.

— Прошу извинить, донна, всего пару минут по государственной необходимости.

— Ты чертов льстец, сеньор Мартин! Ты просто сослал меня в этот человеческий муравейник!

— Он замешан в убийстве двенадцати человек в университете. Ознакомься с материалами и выбей из него все. Что когда, с кем и почем. Но доставь его сюда живым- я сам хочу его послушать.

Лаки курил сигару, повернувшись спиной к закату. Вопреки обыкновению, вкус табака казался горьким.

Так что же мне делать? Стать шлюхой? Продаваться в Лутанге как и все их женщины? Может быть этот жирдяй дракон Тун пожелает меня купить?

— Завтра на орбите будет корабль с Цирцеи. Каботажник. Привезет грузы и пассажиров. Ты с ним вылетишь обратно. Твоя задача найти Лоренса Виржина и доставить сюда. В планшете все необходимые материалы по данному делу.

Вернон, из его взвода стрелок, пеонский сын. Он вылетел под именем гражданина Цирцеи Лоренса Виржина. И он единственный не вернулся на Сабину…

— Я распорядился чтобы в новостях сообщение о возвращении бывшего кондукатора прошло в самом конце. — сказал Лаки.

— Идите к чертям, сеньор Мартин! Дело не в деньгах!

Переговоры Терезы на Лутанге шли без результата. Дракон Тун не принял посла, а вел разговоры через второстепенных чиновников.

— Дон Корвальо!

Тридцать восьмая глава

Лаки связался по браслету с Жаклин.

— Поскольку в кредите мне отказали-придется печатать деньги самим. Жаклин, у тебя же есть образцы?

— На всех митингах кричали что готовы умереть за революцию и народ, а что на деле, сеньоры?

Наконец-то проявил себя сеньор Гомес.

За ними следовали лутангийцы в форме национальной гвардии, снимая часовых.

Революционеры не долго запирались и выдали место где скрывался Хоакина. В неприметной деревушке рядом с городом, у моря две роты лутангийцев и гвардейцев после короткого боя захватили «мясника Санта-Моники».

— И при этом очень коварный!

— Давайте, полковник! — приказал Лаки в браслет.

— У вас выбор, сеньоры. Подпишите передачу компании «Цирцеанская сталь» ваших долей в консорциуме в обмен на два миллиона галактостандартов каждому из вас или пожалуйте туда- к контейнеру, пока у моих парней заряжено оружие. Сеньор Мендоза, вам причитается три миллиона, как президенту. Время подумать у вас было в достатке. Шутки кончились. Ваш выбор?

— Где поставить подпись, сеньор? — пискнула похожая на печальную крысу донна Вальяно.

К складу Лаки подъехал на бронетраке. Приказал открыть контейнер номер 0056396 и привести к нему всех людей.

— Может быть у вас и появится шанс. Только сегодня будет по-моему.

— Сколько поместиться в челнок?

Разожгли костры и поставили палатки. Но никто не спал и не пил вина.

Распахнув с грохотом четыре высокие двустворчатые двери, в зал заседанием с топотом и лязгом ввалились национальные гвардейцы, разрезая по проходам зал на куски, как свадебный торт.

Лутангиец махнул рукой.

— Спасибо, чтоб я без тебя делал?

Когда они исчезли из виду, Лаки приблизился к телам расстрелянных. Снял скотч со рта Мигуэля. Тот закряхтел и открыл глаза.

— Понимания! — улыбнулся Лаки.

«Если потребуется- я их буду расстреливать каждый день…»

— Понравился расстрел? — спросил Лаки.

— Осталось пять дней! Всего пять дней!

— Мартин! Но хоть намекни одним словечком?

Лаки нажал на браслет.

Во главе колонны бронетраков и полка кавалерии Лаки прибыл к Сан-Мигелю.

Треснул залп. Тела отбросило к контейнеру и они сползли на песок.

— Еще бы! Но в чем конкретно?

С тревогой в голосе Ева Пикур сообщила гражданам Сабины что со строительства железной дороги совершен массовый побег заключенных. Национальная гвардия в конном строю брошена на поиски беглецов. За каждого пойманного обещана награда в тысячу галактов.

Его доставили на флайере в Сан-Педро и лично Хуарес взялся за допрос.

— Сеньоры, я прибыл по вашему приглашению.

Лора подошла к нему с чашкой кофе и взяла под руку.

К трибуне вышел с обнаженной саблей генерал Вега и отсалютовал Лаки.

Значительная часть донов просто сидела в креслах и наслаждалась зрелищем.

Мария кивнула.

Лаки вернулся к акционерам.

— Пунг, снимите с них бронежилеты и обратно в контейнер!

На рассвете, по сигналу из города бронетраки на небольшой скорости подползли к въездам в город и смели баррикады вместе с пулеметами и колючей проволокой без единого выстрела.

Доны шумели в зале заседания, споря из-за мест. Зал с высокими окнами, колоннами и статуями напоминал великолепием церковь. Впечатление усиливали красочные фрески на потолке, изображающие боевые сюжеты из священной книги.

— Вы все узнаете в свое время.

Из за баррикад угрожали открыть огонь на поражение.

— Научился бы зарабатывать деньги сам. — усмехнулась Жаклин.

— Если банкнотами по пятьсот, то два миллиарда.

— Он инопланетчик! Ему здесь не место!

За день до начала ассамблеи сводка срочных новостей прервала показ очередного сериала про горничную, ставшую миллионершей.

Окраины города по прежнему находились в руинах, но теперь они ощетинились стволами пулеметов за мотками колючей проволоки.

— Много. Достаточно будет для начала 500 миллионов галактостандартов и мелкими купюрами, по десять и двадцать.

От имени губернатора Сан-Мигеля было отказано в пропуске вооруженных людей в город. Лаки приказал разбить лагерь в полукилометре от города.

Главарь мятежников громко и четко послал сеньора диктатора по матери.

Какая-то сеньора упала в обморок. Остальные акционеры сжались и даже стали ниже ростом.

От его улыбки акционеры дружно вздрогнули.

— Жалеете что не расстреляли меня в свое время?

— Вон его!

Самые буйные, повскакав с мест, устремились к трибуне, чтобы своими руками выкинуть вон тирана, деспота и кровавого диктатора! В первых рядах бежал багровый сеньор Мендоса, бывший президент консорциума.

Ночью люди Веги, заброшенные в город через порт в течении последней недели в гражданской одежде, парализаторами сняли всех часовых. Они заблокировали в казармах людей Гомеса.

Мигуэль смотрел тяжело и даже каким-то невидящим взглядом, словно обращенным вовнутрь. Словно потерял интерес ко всему происходящему и к самому себе. Сестра Мария напротив прожигала Лаки взглядом..

— Пять дней-огромный срок.

Дон Мендоза стоял с открытым от ужаса ртом.

Подошел вплотную.

— Неприменно. Мне есть что сообщить уважаемому собранию.

Система регистрации и опознавания лиц, внедренная в Санта-Монике дала свои плоды. Жаклин обнаружила среди возвращающихся в город беженцев людей Хоакина.(Не зря же Лаки летал в свое время на флайере на горный перевал. Тогда и было сделано видео приближенных монаха-революционера миниатюрными камерами).

Опустевшие контейнеры с ипподрома Лаки распродавал всем желающим под склады. Удобная же штука- герметично и прочно! Легкий и прочный сейф размером с вагон.

Телевидение захлебывалось от восторга, осыпая синьора диктатора похвалой и прославлениями. Журналисты брали интервью у пеонов и горожан. Люди косноязычно расхваливали сеньора диктатора, испуганно таращась на камеру.

— Тебе нравится над нами издеваться?!

— Главари мятежа приговорены военным судом к расстрелу и приговор будет приведен в исполнение немедленно. Лейтенант Пунг!

Доны и не думали утихать.

Лаки послал под белым флагом генерала Вегу. Вега пояснил офицерам из охраны что прибыл для охраны ассамблеи, так как беглые преступники и мятежники обязательно устроят какую-то пакость.

— Конечно. Какая сумма тебе необходима? Или вернее, сколько килограммов?

Молодой и цепкий капитан Санчес, новый полицейский комиссар Санта-Моники, назначенный из перспективных парней Хуареса, молниеносно провел аресты и опознания.

— Как только подойдет время.

Прижимая к груди кейсы с валютой акционеры рысью помчались по пыльной дороге прочь от страшного места.

— Прогнать узурпатора!

Еще полные товарами и грузами контейнеры были складированы на дне старой каменоломни под охраной людей Минга. Больше никто не рисковал заняться грабежом запасов сеньора диктатора. Самых оборзевших грабителей перестреляли еще месяцем раньше.

— Что вы хотите от нас?! — спросил дон Мендоза, страдальчески щурясь на солнце. Президент консорциума на скудном пайке похудел и одежда висела на нем как на вешалке.

Лаки попытался связаться с сеньором Гомесом, но тот не отзывался.

Через пару дней десант с флайеров высадился во всех ключевых точках, накрыв головорезов Хоакина тепленькими. Было взято несколько сотен пленных, захвачено оружие и боеприпасы.

Десять солдат в черной форме вскинули винтовки.

Дон Корвальо не спеша поднялся на трибуну и поднял руку.

Их поставили спиной к контейнеру в сотне шагов от акционеров.

— Мятежник! В кандалы его!.

Сестра Мария плакала и мычала сквозь наклейку.

Слушать ее вопли Лаки не было охоты.

— Может хватит изображать идиота, дорогой Мартин? Ты нас всех сводишь с ума. Что ты придумал? Не думаю, что ты готов уступить власть господам из Сан-Мигеля. Только не после всего пережитого!

— Через неделю открытие ассамблеи. Полагаю вы почтите нас своим присутствием, сеньор Раски?

— Иначе не получится сюрприз.

Лаки поклонился коротко кондукатору и дону Гомесу, сидевшим на возвышении, во главе зала.

— Это Мигуэль и сестра Мария-главари мятежников. — пояснил Лаки акционерам.

— Ты готова меня поддержать во всем?

— Ну ты и мерзавец!

Вход в город был закрыт для всех.

Тишина прокатилась волной.

В новостях по тиви об этом тут же выдали репортаж.

Лаки поднялся на трибуну и обвел веселым взглядом беснующихся сеньоров. Не все, конечно, эмоционально выражали свое негативное мнение против него.

Зал взорвался воплями и истерическими криками.

Хунта теперь собиралась в университете на террасе ресторана каждый вечер.

Порядком отощавшие акционеры концерна Сьерра-Вьеха уже не выглядели задиристыми и гордыми. Мужчины небритые, женщины без косметики и без причесок, одежда помятая и воняющая потом и человеческими экскрементами.

Люди Минга вывели из-за контейнеров двух человек со связанными за спиной руками. Оба в грязных монашеских рясах. Мужчина и женщина. Мигуэль и сестра Мария. Рты обоих заклеены скочем.

Господа нервничали. Лаки слушал их перебранки и улыбался.

Лаки кивнул дону Корвальо, сидевшему в первом ряду, рядом с ректором доном Себастианом. Они приехали в город еще три дня назад.

Связался через браслет и поздравил с крупным успехом.

За полчаса до начала ассамблеи Лаки подъехал на коне в сопровождении генерала Веги и двух десятков офицеров ко дворцу губернатора. Они спешились и миновали деморализованную этим внезапным появлением охрану.

— Ничего сложного. Жди челнок завтра в полдень.

Появление сеньора диктатора в форме национальной гвардии защитного цвета с золотыми эполетами на плечах и саблей на боку заткнуло всем рты на недолгое время.

Доны съезжались в Сан-Мигель. Акционеры, бывшие хозяева консорциума, тоже туда укатили.

— Огонь!

Тридцать девятая глава

— Сеньор Мендоза, вы что-то хотели сказать? — вежливо осведомился Лаки.

Толстяк вжал голову в плечи и попятился.

Все удивились и весьма.

Всех арестованных рассовали по бронетракам и сразу же вывезли в Сан-Педро, на базу лутангийской бригады. Из пустых контейнеров там для них была устроена уютная, тихая тюрьма. Гарнизон Сан-Мигеля разоружили и погрузили в пароход, который взял курс на Санта-Монику. Теперь было кому налаживать городские коммуникации с лопатой и киркой в руках…

— А кто будет платить за это райское местечко? Вы- сеньор президент?

— Поздравляю, сеньор Раски! — Лора обняла Лаки и расцеловала в щеки. — Ты провел блиц-ассамблею!

Лаки повернул голову.

— А через год эти трущобы назовут вашим именем! — заметила Лора. — Оно вам надо?

Дон Корвальон откашлялся и открыл толстую папку тисненой алой кожи.

— Вовсе и не вакантным. — улыбнулся Лаки. — Вице-президентом будет известный вам, сеньоры, Марк Рив! Эксперт по борьбе с террористами и герильерос.

— Дон Пунг, будьте любезны!

— Со строительства железной дороги сбежали осужденные мятежники и я счел необходимым обеспечить охрану данного собрания. Сеньоры! Сан-Мигель полностью находиться под моей защитой и охраной! Вам совершенно нечего опасаться!

Дон Корвальо крякнул и потер усы щепотью.

Министры перевели дух с облегчением.

Перекличка проходила в полной тишине. Поименованный дон поднимал обычно руку и отвечал «да».

— Это произвол! — пискнул сеньор кондукатор, покрываясь красными пятнами.

Скажем дружно «нет» и выйдем отсюда в высоко поднятой головой! Нашу волю не сломить и нас не запугать! Империум будет извещен о насилии и захвате власти самозванцами и инопланетчиками! Император Терры скажет свое веское слово и мы его все скоро услышим!

— Сеньор президент! Остался пост вице-президента вакантным! — заметил дон Себастиан, листая конституцию Сабины аж на двадцати листах. — Кого из нас вы хотите видеть в этом качестве?

— Сеньоры, в далеком прошлом Терры один политик сказал что винтовка рождает власть. У меня в руках винтовка, а у вас что?

Министры переглядывались, но браться за новое дело не желали.

Первое: утверждение конституции Сабины, второе: избрание президента республики Сабина и третье-принятие закона о национализации земли.

Дон Корвальо выплеснул воду через плечо и налил из фляги в бокал золотистую жидкость. Неспешно употребил половину, обвел пристальным взглядом зал. Наслаждался моментом.

— Объявляю ассамблею открытой и заявляю о своей отставке по состоянию здоровья. Да хранит Господь Сабину! Слово вам, сеньор Гомес!

— Переезжайте на набережную, сеньора. — улыбнулся Вега. — Мои люди следят за порядком и ночью!

То что было задумано и организовано донами Сан-Мигеля — все улетело под откос. Старик растерялся и даже время переклички ему не помогло.

— Вы кого угодно уговорите, сеньор президент. Даже монашку на минет…

— Это не охрана, сеньор, эти господа- доны. Уплатившие налог, имеющие в собственности гасиенды и по тысяче акров земли. Статусной палате представлены все необходимые документы в соответствии с регламентом и перечнем.

— Сеньоры, Прошу занять места. С позволения сеньора кондукатора, я начинаю перекличку присутствующих сеньоров и сеньор, согласно записей в статусных списках.

— Помилуй боже! — простонал кондукатор. — Дон Корвальо! Почему эти двадцать молодцов с одной фамилией Санчес?!Они родственники?

Адъютант Пунг приблизился к старому кондукатору и с поклоном вручил лист бумаги.

Сеньор Гомес подавился воздухом и замолк. Зал притих. Вскочившие на ноги доны быстренько сели обратно.

Лаки сидел во главе стола, слушая тосты в свою честь и поздравления. Потом в парке играл оркестр и подвыпившие пары кружились в вальсе. Потом подключились местные мариаче с молодыми танцовщицами и пляски стали куда более зажигательными. Потом в ночном небе вспыхнули огни фейерверка. Весь город был ночью на улицах. Во всех ресторанах и барах наливали вино и текилу бесплатно всем желающим. За все платил сеньор президент.

Лаки открыл черную папку, принесенную адъютантом.

— Да, загадят, но это будет там, а не здесь. А еще мы там будет раздавать кокаин бесплатно.

— Слово вам, дон Родриго Ла Кахетилья!

— Можете меня убить, но я вас не боюсь! — бросил сеньор Гомес, воинственно топорща усы.

Дон Родриго Ла Кахетилья сполз с трибуны, спустился в зал и захромал к выходу. Лаки кивнул гвардейцам и старого кондукатора выпустили наружу. Там его уже ждали люди Хуареса…

— Да!

— Так что ж я останусь при своей земле? И получу кредиты?

Город действительно заполонили нищие и сумрачные субъекты с мутными глазами. Спасало то что кокаин раздавали в аптеках всем желающим по цене дешевле хлеба. А наркоман, получивший дозу — очень тихий субъект, чаще всего, ведь он все получил и на данный момент ему ничего от жизни не надо. За дешевый кокс платил Лаки.

— Сеньоры, а вот и наш военный министр, а заодно и губернатор провинции Новая Кордова! Поздравьте генерала Вегу!

— Сеньор президент, ваши приказания исполнены! — браво рявкнул генерал Вега, оттирая плечом озадаченного ректора в сторону и отдавая честь.

— Зачем столько охраны здесь?

— Я не понял, сеньорРаски, кто, простите, назначит правительство?! — встрял сеньор ректор.

— Кто же еще. И ваш бизнес пойдет в гору. Беретесь за земельную палату?

В опустевшем, душном зале повеселевшие члены хунты окружили новоизбранного президента.

— Есть замечания или возражения по статусным спискам?

Лаки поднял руку и ответил.

— Вашу участь решит суд, сеньор Гомес. Вы арестованы за сговор с мятежниками и поддержку террористов. Прошу на выход, сеньор!

— Вот ваших молодцов я и опасаюсь! — буркнула Лора.

Два гвардейца подхватили под руки губернатора и быстро поволокли на выход. Рот ему тут же заклеили скотчем, так что он мог только мычать и извиваться.

— Есть три главных вопроса и решить мы их должны немедленно и сегодня.

— Простите, генерал, вы не местный и как вам все это осуществить? Поделить землю между пеонами? — пожал плечами Себастиан.

Лаки быстро распределял министерские посты, а новые министры с красными глазами кроликов хлебали холодную минеральную воду и терли больные с похмелья виски. Самой свеженькой оказалась Лора- вновь назначенная министром здоровья нации. Видимо эту ночь она провела в АКР….

Лутангийские «доны» ухмылялись в ответ.

— Вода?!

В Сан-Педро во дворце кондукатора, переименованном в президентский дворец, на первом этаже, в бальной зале были накрыты столы для членов временного правительства и избранных гостей.

— По спискам палаты три тысячи восемьсот сорок пять, в наличии, в этом зале две тысячи восемьсот девяносто, сеньоры. Собрание полномочно начать работу. — доложил дон Корвальо и налил себе из графина в бокал что-то прозрачное.

Лаки протянул руку и Пунг вложил в нее винтовку-потертую магазинную винтовку системы Маузера.

— Сеньор Себастиан, по конституции до выборов парламента временное правительство возглавляет президент. Стало быть, вы все и есть правительство Сабины! С чем вас и поздравляю!

Кондукатор тяжело вздохнул и прочел текст дребезжащим голосом.

— Предлагаю, как только завершится строительства моста через Рио-Негро, постоить там образцовый поселок на берегу, как основу для заселения пустующих земель. В него переселим всех трущобных обитателей. — предложил Лаки.

— В расчете на подаяния и грабежи. уточнил Хуарес.

Отпил и возмущенно фыркнул.

— Дайте мне пустые контейнеры и я из них построю образцовый поселок для бедноты! — вклинился Корвальо.

Сеньор Гомес поднялся на трибуну, обвел взглядом зал, словно пересчитывал по головам тех на кого бы мог положиться.

На второй минуте было названо имя Мартина Раски.

— Родные братья, сеньор! Вы сами видите-на одно лицо и все узкоглазые!

Сабина объявлялась республикой с парламентом из двух палат, что утверждала правительство предложенное президентом. Президентом единогласно, при сотне воздержавшихся был избран на пять лет сеньор Мартин Раски. Старые доны проголосовали бы за все что угодно лишь бы убраться подальше от сеньора Мартина и винтовки Маузера. Но вот вопрос о земле касался их более чем других. Оставаться донами без пахотных земель и пастбищ никто не хотел. Вопрос о земле обсуждали целых тридцать минут. Старые доны пробовали вопить как резанные свиньи, но новые доны их быстро успокоили. Закон о национализации земли был принят большинством голосов. Тысяча двести против, а остальные — за.

Лаки поднялся со стула и приблизился к трибуне.

Зал загудел.

Лаки подали стул и он сел рядом с трибуной, опираясь на эфес сабли. С дальнего балкона, под охраной лутангийцев сверкал оптикой камеры оператор тиви. Вся Сабина сегодня увидит праздник демократии и торжества законов….

— Генерал не местный-значит не будет никому подсуживать и у него нет личной заинтересованности, зато есть две тысячи решительных парней, что остудит горячие пеонские головы. Кроме того, ведь по большому счету мало что измениться. Всем желающим пеонам будет предложена компенсация за отказ от участков, а всем не желающим-кредиты.

Через полчаса дон Корвальо переключился на список новых донов. Старые доны опять зароптали.

— Я должен это обдумать! — уперся дон Корвальо.

— Выбирайте выражения, сеньор! Прошу вас, дон Корвальо. Начинайте перекличку.

Министром внутренних дел стал Хуарес, министром просвещения и образования- Себастиан, военным министром-генерал Вега, министром торговли — Морано, министром внешних отношений-отсутствующую Терезу, министром промышленности-пораженного этим назначением дона Корвальо, министром по земельной реформе Лаки предложил назначить генерала Туонга.

Кондуктор взглянул на бумагу, пошевелил губами, оглянулся на Лаки.

Министры переглянулись. Дон Корвальо наморщил лоб.

— Этот поселок пеоны загадят за месяц! — ухмыльнулся дон Корвальо.

Дон Корвальо поморщился и украдкой потер ногу под столом.

На следующий день работа началась ближе к полудню. Раньше членов правительства не удалось привести в порядок.

— Ночью на улицу не выйти! — добавила Лора.

— Это ваша речь, сеньор.

— Дон Корвальо? Статусная палата практически этим же занималась. Земельная палата на вас.

«Вот же какая у меня дружная команда!»

Люди искренне радовались халяве, огням в небе и концу неопределенности. Сеньор Раски наконец-то поставил на место донов! Двоевластие закончилось! Телевидение без конца гоняло выпуск новостей посвященный победе демократии на Сабине и унижению спесивых донов.

— В чем дело, сеньор Раски? — поднялся со своего места дон Гомес. — Что за вторжение на ассамблею?

Старый кондукатор шаркающей походкой приблизился к трибуне и оперся на нее обеими руками. Оглянулся беспомощно на Лаки, на дона Гомеса.

На выходе из зала, по заранее намеченным спискам, люди Веги задержали почти двести донов, включая тех одинадцать, что сбежали во время мятежа через космопорт по индкартам убитых студентов.

Глухой ропот был ответом. В зал входили все новые солдаты, рассаживались по местам, среди донов. Зал стремительно наполнялся.

— Да, но ни как собственник, а как арендатор. Земля принадлежит всей нации и нация через правительство выдает ее прилежным и добросовестным пользователям. Кстати, необходимо создать земельную палату для регистрации всех пользователей. Не только донов, но и пеонов.

Перекличка заняла больше часа.

Лаки встал к трибуне и положил винтовку перед собой.

— Еще кто-то желает выйти? На строительстве железной дороги всем найдется работа.

Министры одобрительно закивали.

Кто хочет взять на себя эту миссию, сеньоры?

Адъютант немедленно преподнес дону Корвальо флягу с его любимым напитком- золотой текилой сдобренной щепотью кокаина.

Доны стать железнодорожными строителями не пожелали.

Министры засмеялись.

— Что это?

— Сеньоры, я отказываюсь участвовать в этом балагане! Этот инопланетчик подмял под себя Сабину и собирается диктовать нам, гордым потомкам Кортеса и Боливара свою волю!

— Нам предстоит решить еще одну проблему, сеньоры. Вокруг Сан-Педро вырастают трущобные поселки и проконтролировать в них ситуацию затруднительно. Пеоны стекаются к столице, бросив землю в расчете на легкий заработок…

Щелкнул затвором, загоняя патрон в патронник.

Через час, обсудив и утвердив все предложения диктатора сеньора Раски, внеочередная ассамблея закончила свою работу.

Зал молчал.

Сороковая глава

Лаки связался с Терезой по спин-связи.

— Каковы успехи, сеньора министр?

— Я мог бы позвать сюда одиннадцать ваших друзей, но не хочу чтобы они видели вас в таком, гм…положении. Расскажите все сами, сеньор Себастиан.

— Не хотите ничего сказать про свой преступный бизнес и про убийство двенадцати инопланетных студентов в ночь перед захватом университета?

Лаки взял в руки блестящий скальпель и опустил голову.

— Вашей семье скажут что вы в командировке на Архипелаге.

— Конечно не потому что вам показана операция. Потому что я хочу с вами поговорить наедине, а лжи и недосказанности не могу терпеть.

Лаки сбросил ему на руки халат хирурга.

— Я не знаю! Я готов землю есть! Я не убийца, сеньор Раски!

— На Сабину?

Минг накрыл этих лутангийцев на базе бригады за воровством из контейнеров. Товар сбывали через торговцев в городе. Туонг предлагал расстрелять воров.

— А подробнее?

— Добрый день, сеньоры, я всех немедленно приму.

— Я ничего не знаю, сеньор Раски! Клянусь здоровьем матери! Вернон меня оклеветал!

Жизнь менялась. С фасада дворца исчезли мешки с песком и стальные ставни. Зато во всех окнах появились бронестекла. На площадке во дворе постоянно дежурил флайер с пулеметами на подвеске. Телецентр по прежнему занимал крыло здания. Охрана съехала с первого этажа в соседние здания. В телецентре трудились над новым фильмом о Сабине люди из террансих СМИ. После живительной взбучки, проведенной лутангийцыми и демонстрации расстрела (расстреляли опять Мигуэля вместе с сестрой Марией и еще до кучи с отцом Хоакином, старикану расстрел в бронежилете был в новинку…), работа шла быстрыми темпами.

Тереза прищурилась, облизнула губы.

— Они лгут!

— Ты назначил меня вице-презиком?!Обалдеть!

На экране возник номер отеля и взлохмаченный Пистолет в легкомысленном женском халатике на голое тело.

— Конечно, не я. Единственный, кого я завербовал на Цирцее — это ты. Все это не важно. Возвращайся скорее.

— Сегодня вылетает в Сан-Педро.

— Никаких, господин президент.

— В отдельную комнату его. Накормить и наблюдать круглосуточно.

— Еще бы! Работают не покладая рук над новым фильмом, но только с другим знаком.

Доны делали вид что не видят пеона в упор.

— Сеньор Раски! В чем дело?!Почему я здесь?!

— Надеюсь они еще живы?

Лаки просматривал в визоре предварительные результаты работы терранских журналюг, когда поступил вызов по спин-связи.

— Мои парни трудились не разгибая спин всю ночь. Мы взяли Вернона и сразу же развязали бедняге язык. Он раскололся как гнилой орех! Держись за кресло, брат! Эпизодов подмены личности при помощи индкарт от покойников больше сотни! Во главе всего стоит дон Себастиан, наш ректор! Инопланетчиков убивали ради получения карт еще и задолго до мятежа!

— Идея отличная, только, боюсь не успеет сработать. Кто-то вербует наемников в кланах Нанджонга для быстрой и хорошо оплачиваемой работы на Сабине. Говорят о паре тысяч решительных парней с военным опытом.

— Какие еще доказательства?! Возьми в оборот ректора и он тоже запоет как птичка!

— Доказательства?

Лаки вызвал полковника Минга, чьи парни охраняли университет, приказал арестовать дона Себастиана и скрытно доставить во дворец.

— Простите?

— Найму сегодня же курьера!

— Что с Фернандесом?

— Все это пропаганда, дорогая! Мой конкурент- сеньор Гомес, нанял парней из «Галактическое вестника» и те стряпали страшилки про меня пока мы их не отловили.

— Тебя разбудили даже?

— Чья идея была той ночью послать на разведку в порт именно меня?

— Оказалось что вас я совсем не знаю. Вернон Торрес задержан на Цирцее и он назвал вас как организатора этого бизнеса.

— Спасибо, Пистолет. Забирай Вернона и возвращайся на Сабину.

Лаки вышел из комнаты и приказал адъютанту, дежурившему снаружи:

— Я ничего не понимаю?! Это оговор! Меня оговорили, сеньор Раски! Вы же знаете меня! Вы учились в моем факультете три года!

Лаки решил проявить снисходительность. Пусть посидят в глуши, заодно удержал у виновных стоимость украденного из зарплаты. Не так много у него лутангийцев, чтобы расстреливать каждого уличенного в воровстве.

— В точку! Я пробовал найти концы, но даже Вук не помог. ПККБ все крышует! Это же не ты послал вербовщика?

Лаки положил скальпель на лоток с инструментами.

— Пытка?!

Ректор таращил глаза и обливался потом.

— Кто решил отправить меня тогда в разведку?

— Поздравляю, сеньор Рив, Сабина на вас рассчитывает.

Наверху, в коридоре перед кабинетом его ждали посетители. Раз в день сеньор президент принимал жалобщиков и заявителей. Сегодня среди донов на стуле крутился пеон в пыльной одежде. Селянин чувствовал себя явно не в своей тарелке в пышной обстановке старого здания среди господ пахнущих кремами и парфюмом.

— Где он сейчас?

Неделю назад что-то зашевелилось. После серии фильмов в «Галактическом вестнике» тебя здесь зауважали! Пара чиновников выразила восхищение твоими решительными мерами. Ты вправду сжигаешь поселки вместе с жителями, амиго?

— Хорошо.

— Он на Архипелаге, как мне передавали. Ради всего святого, сеньор Раски…

Он больше часа просматривал видео допроса одиннадцати донов, включая сеньору Густаво. Все доны после недолгого запирательства признались, что воспользовались индкартами, которые им не принадлежали. В качестве продавца индкарт называли Вернона Торреса.

Что то не состыковывалось…Себастиан вовсе не человек с железными нервами.

Ректор университета голым был зафиксирован к хирургическому столу под ярко горящей лампой. Лотки с хирургическими инструментами стояли рядом.

Ректор заплакал навзрыд.

— А вот сеньора Густаво и еще десять почтенных донов утверждают обратное. Вы в ночь перед тем как университет был захвачен, именно вы передали им чужие индкарты как пропуск на траки имперского десанта и дальше, в космопорт.

— Успехи стремятся к нулю, господин президент! Лутангийские господа сначала демонстрировали полное безразличие. Деньги брали, но ничего не делали. Говнюки!

— Простите?

Он опять переселился во дворец кондукатора, который теперь называли президентским.

Лаки вошел в операционную в зеленом халате хирурга и перчатках на руках, хотя обычно предпочитал наносить на руки стерильный латексный гель, который почти мгновенно застывал тонкой пленкой.

— С радостью, брат! Девчонки на Сабине куда как горячее и натуральнее, им даже макияж не нужен! Выходят из душа яркие как и вошли, не то что девки-обманки у нас в Холлифорде! А какие волосы у креолок?! Настоящий шелк!

Он вошел в кабинет и вызвал по браслету Туонга.

— Божья мать! Вразуми этого человека! Я невиновен! Меня оклеветали! — завопил ректор, дергаясь в ремнях и брызгая слюной.

— Я бы мог позвать лутангийцев с бамбуковыми палочками или опытных полицейских чиновников со старым напильником. — сказал Лаки, копаясь в шкафу, среди контейнеров с инъекциями. — Знаете, сеньор Себастиан, когда напильником начинают стачивать здоровые зубы-то начинают говорить правду даже самые закоренелые преступники. Этот скрежет напильника по зубам…бр-р-р ненавижу эти звуки. Вы же знаете, сеньор Себастиан, что в теле человека есть много парных органов или таких, от которых мало проку. Если их не спеша и без наркоза ампутировать, то вы не умрете…

Ректора привели в операционную, которую Лаки приказал оборудовать в подвале, на месте где раньше хранил деньги в контейнерах. Контейнеры с деньгами переехали в банк, в глубокие подвалы под охрану дронов. Людям президент Сабины не доверял.

— А как же моя семья! Что скажут им?!

— Одно только мне не понятно- зачем вы так мне надоедали с этими неопознанными телами? Если б их захоронили, я бы ничего не заподозрил. Зачем вы привлекли мое внимание к этим трупам? Вы знали что одно из тел принадлежит моей жене-Стефании?

Завел новую чику?

— Я работаю над этим. — Тереза вздохнула. — Ты совсем по мне не скучал, дорогой?

— Клянусь божьей матерью, сеньор Раски! Я не мог причинить вред вашей жене! Я ее прекрасно знал! Включите свою логику! Если я в этом замешан, то для чего навел подозрения сам на себя?!

Капитан Фернандес со своей ротой был вызван из монастыря СанБернардо. Вместо него в глухой монастырь северной провинции отправились проштрафившиеся люди капитана Лунга.

— Кто тогда стоит за этим, если не ваша милость?

— Сеньор Раски!

— Вам придется подождать здесь, в камере несколько дней. Я жду важного свидетеля. Устроим вам очную ставку, сеньор Себастиан.

— Меня не было там! Я уплыл на лодке с друзьями! Сеньор Раски, не верьте клевете! Я честный человек!

— Слушаюсь, сеньор президент!

— С кем ты там говоришь, дорогой?! — в поле зрения появилась девушка в прозрачных трусиках, с головой обритой до зеркального блеска.

— Какие у нас сведения по Архипелагу?

— Это все сеньор Эмилья Гонсалес!

— Девчонки тебя тоже ждут сеньор вице-президент!

Пистолет мгновенно отключился.

При виде Лаки все немедленно оказались на ногах.

Лаки пожал плечами, послал воздушный поцелуй бывшей пассии и отключился.

— Знаете, сеньор Себастиан, в древние времена на Терре искусство пытки было поднято на недосягаемую высоту. Но потом все стали полагаться на химию. Инъекции пентотала и так далее. Мастеров пытки не осталось почти. Разве что в Лутанге и на Мурсафии, но так издалека запрашивать специалистов я не настроен.

— Привет, Муравей! Есть срочные новости.

— Нет, тогда я стану сеньором Ривьерой на местный лад! Спасибо за доверие, брат презик, но сам не расслабляйся! Мне тут знакомые парни шепнули что уже пару недель некий господин вербует парней с военным опытом для легкой работы со стрелковым оружием и угадай куда?

— У тебя честное лицо, сеньор президент, но я тебе не верю!

— Поговорим о торговле индкартами, сеньор Себастиан?

— Мне не до девочек. Много работы, дорогая.

Ректор покрылся мурашками и дрожал как в припадке.

Сорок первая глава

Первым Лаки приказал запустить пыльного пеона.

Тот вошел в кабинет и комкая старую шляпу в широких лапах, мялся с ноги на ногу у двери.

— Есть одно расследование.

Педро принадлежал ко второй категории. Волосы немытые и нечесаннные, на морде давняя щетина и под ногтями земля….Пеон испуганно озирался и рот держал на замке.

— Это была последняя неподконтрольная территория на планете.

Подарив мэру браслет для связи и оставив на острове взвод во главе с молоденьким лейтенантом, Лаки отправился в обратный путь.

Ошеломленную вдову вывели вон.

— Как он умер?

— Время покажет.

— Да, сеньор президент?

— Где их деревня находится?

Лаки приказал раскопать могилу вопреки возражением священника.

— Знаю, но я хотел бы довести дело до конца и самостоятельно. Не все тебе водить меня за ручку!

— Я вам соболезную, сеньора. Ваш муж погиб во время боевых действий и я, являясь виновником его гибели, скорблю о вашей утрате. Я не испытывал ненависти к вашему мужу. Я защищал своих друзей и свою семью. Превратности войны, знаете ли….

— Зачем ты летал на архипелаг?

Следующий посетитель был иного рода.

— Пейте любезный и давайте, развязывайте язык. Время же идет.

— Сеньор Эмильо Гонсаес, случайно вам не знаком?

Пеоны делились четко на две категории: смелые хамы и неуклюжие робкие терпилы.

Мэр позвал секретаря и тот принес толстую книжку, которая заполнялась от руки перьевой ручкой чернилами.

— Вы кого то ищите, сеньор президент?

В деревянном грубом гробу обнаружился изрядно усохший труп дона Эмильо. В жарком климате и в сухом песке покойник провялился как сушеная рыба.

— Прошу вас, сеньора, присядьте. Не хотите ли воды, кофе?

Адъютант Пунг что сортировал посетителей почему-то его пропустил. Значит была причина?

Лутангиец на миг стал круглоглазым от удивления.

— Да, сеньор президент?

— Что за дело у этого пеона Педро?

Вдова высморкалась в платок и подняла яркие, блестящие глаза.

— Приземляйся на тот диванчик сеньор Педро и говори зачем я тебе потребовался.

Солнце припекало здесь куда чувствительнее.

— Кто такой дон Викарио? Перебрось на мой планшет информацию.

— Увы, не имел чести знать вашего мужа. Что вас привело ко мне?

— Пунг, дай ей воды.

— Его нашли мертвым как то утром, там, на берегу. Удар навахой прямо в сердце. сеньор.

Дон Викарио был большим любителем скоростей. На свою беду в день взятия Сан-Педро он попался со своим флайером в руки мятежников и именно его пристрелил Лаки из винтовки в день когда сбил тот самый флайер над университетом. Живо вспомнилась вонь горелого мяса, что лезла в ноздри…

— Пунг, всех посетителей теперь пропускать через детекторы.

— Отличные у вас места. Так тихо и спокойно….

Возле церкви их уже ждали местные «вожди» напуганные внезапных появлением вооруженных людей: мэр, судья и священник.

— Его не надо искать сеньор. Он похоронен на нашем кладбище два месяца назад.

Выпить нахаляву все любят…

— Да, это он, закапывайте….

Женщина покачала головой. Поджала губы, бледные, без помады.

— Их деревня собралась переселится за Рио-Негро, но денег для этого не имеют. Кредит им не получить, потому что бедны как мыши.

— Да уж не мое. Своя я знаю.

Лаки приказал Фернандесу наладить для малышни визор и на сеньора президента тут же перестали пялится. Мультики интереснее.

Острова Калма или Архипелаг находились в тысяче миль к югу от единственного континента Сабины. Население на них было малочисленное, потому что и на континенте всем хватало места. Сюда раньше приезжали те кто жаждал уединения. Основная масса беглых донов во время мятежа оказалась именно на архипелаге.

— Пусть Хуарес побеседует с сеньорой Викарио. Если ей нужна денежная помощь-пусть выдадут. Кто там еще ко мне?

— Фернандес!

Педро оживился, с интересом слушая диалог.

Пеон вытянул бокал одним махом и облизнулся.

Антикварный стилет Лаки положил в ящик стола. На память.

— Ты о чем то мне не договариваешь.

— Мы всех донов регистрировали по прибытии и убытии. Сеньор Эмильо Гонсалес, Дон из провинции Новая Картахена. Есть такой.

Женщину прижали к полу, быстро обыскали.

Лаки поднял стилет, повертел в руках. Даже клеймо есть…Настоящий антиквариат!

Лаки прогулялся до кладбища и убедился что есть плита из песчаника с именем сеньора Гонсалеса.

— Я могла бы помочь.

— Педро, стал быть…

— Ты становишься мужчиной, Лаки! Я очень рада этому.

— Спасибо, Пунг.

— Тебе не кажется, дорогой что законом о земле ты перегнул палку?

«Если от каждой деревне начнут слать таких представителей, да еще и каждый день- я свихнусь!»

Педро уселся на краешек дивана с опаской и в напряжении как голодный воробей возле кучки конского навоза в ожидании кошки.

Вызвал по браслету дона Корвальо.

Лаки нажал на браслет.

Лаки тут же их успокоил, представился, вручил мэру два визора в подарок. Всем троим отцам поселка тут же была выдана премия по тысяче стандартов. По их удивленным взглядам Лаки понял что это провинциальные сеньоры никогда галактической валюты в руках не держали.

Беженцы стремительно сбежали с архипелага, как только Лаки подавил мятеж. О коротком периоде массового нашествия с континента теперь напоминали унылые ржавые корабли на отмели.

Педро кивнул. Проглотил комок в горле.

— Я вдова дона Викарио, Мария Луиза Анхель.

— Слава мадонне нашествие завершилось и все буйные сеньоры отправились домой.

Лаки блокировал удар в печень, перехватил руку, но еще пару секунд вдова боролась с ним не смотря на нестерпимую боль в запястье. Стилет со звоном улетел угол кабинета и тут в дверь ворвались лутангийцы охраны.

«Как она это все раскопала? Как узнала что именно я сбил флайер? Кто то ее направил на меня? Кто?»

— Мое-то?

Лаки подошел к столику в углу кабинета, налил в бокал минеральной воды, добавил туда сто граммов коньяка и протянул пеону.

Со двора запахло жареным на углях мясом. Забегали служанки, появились любопытные ребятишки: черноглазые и курчавые, босиком, в одних коротких штанах, выцветших до белизны. Дети заглядывали в дверь и таращились на гостя как на двухголовую обезьяну с удивлением и опаской.

— Рад стараться, сеньор президент.

— Пунг?

— Это мои внуки, сеньор президент! — похвалился мэр, сеньор Вигано. Мэр был мужчина средних лет, гладко выбритый и загорелый до шоколадного цвета. Судя по всему он тоже гулял по поселку в одних штанах и рубашку с пиджаком надел по случаю появления важного гостя.

В кабинет стремительно вошла молодая женщина в темном платье и в кружевном черном платке на голове.

— Ты слишком оптимистичен, дорогой. Две сотни арестованных донов-это еще не решение проблем. Туонг сообщил о бандах вдоль железной дороги на север. На нефтяных приисках рабочие объявили забастовку. Гаучо отказываются продавать скот в Санта-Монику.

— Так и все?

— Понимаю, сеньор президент.

В Сан-Мигеле каждую ночь нападения на патрули. Как будто кто-то поджигает страну в разных местах. Врагов еще много.

— Пунг, отпустите ее, посадите на диван.

В итоге Лаки пришлось слушать еще полчаса жалостливые рассказы про пеонское житье- бытье. Выпроводить осчастливленного кредитами Педро удалось только при помощи адъютанта.

Мэр перекрестился.

— Отлично, найдите его.

— Как ваше имя, любезный сеньор?

— Вполне.

Пунг, сопроводите сеньору на выход.

Убийцу-неудачницу усадили на диван и она тут же разрыдалась в окружении охранников.

— Максимум вежливости и никакой стрельбы. Стрелять только в ответ.

Те несколько месяцев по словам вернувшихся были настоящим адом: мало пресной воды, в рационе одна рыба. Редкие счастливчики разместились в рыбацких хижинах или на пляжах в камышовых бунгало. Не дня ни проходило без стрельбы, поножовщины или элементарного мордобоя, когда выбитых зубов не считали.

Лаки протянул женщине чистый носовой платок.

— Да, убийца. — легко согласился Лаки. — Но я не убиваю вдов и детей.

«Одним свидетелем меньше…»

Лаки сел тут же на диване и тяжело вздохнул.

— Я читаю сводки постоянно. На днях вернется Рив, он займется всеми этими герильерос.

Лаки посадил машину на пляже. Рядом сели два грузовых флайера с двумя ротами национальной гвардии. Ими командовал капитан Фернандес.

— Месть. — сообщила вдова, вынимая из под юбки граненый стилет.

— Да, сеньор президент. Эту женщину отпустить?

— Все равно вы убийца!

Жаклин рассмеялась.

Столица архипелага — Пуэбло ла Тортулья на самом большом острове из кабины флайера напоминала деревню. Белая колокольня и черепичные крыши одноэтажных домиков, торчащие среди буйной растительности.

— Рядом с Эль-Осо, называется Лас Игерас.

— Все ли удачно, мой мальчик?

От платка вдова не отказалась.

Его пригласили в мэрию- единственный двухэтажный дом на площади и угостили кокосовым вином местного производства.

— Вы так неожиданно появились, сеньор…Мы совсем никого не ждали…

— Так вы хотите перебраться на новые земли? Нужны деньги?

Он уже был на подлете, когда вышла на связь Жаклин.

Лаки подошел к нему и протянул руку для рукопожатия. Пеон в удивлением на нее уставился.

Лаки снял шлем и отдал пилоту, а сам надел фуражку и возглавил колонну военных. В тени под пальмами было куда приятнее шагать. Выбравшись с пляжа, из сыпучего горячего песка, оказались на пыльной грунтовой дороге, которая и привела к центру поселка. Жители попрятались по домам и казалось что поселок почти не обитаем.

Сорок вторая глава

Ближе к полудню Лаки на ипподроме принимал парад вновь сформированного конного полка национальной гвардии. Таким образом отмечая первый месяц своего президентства.

Идеально было б посадить этих молодцеватых брюнетов не на четвероногих пожирателей овса, а в бронетраки, производства ПККБ.Но бронетраки все были наперечет, все двадцать. От производства суррогатов на базе рудных траков пришлось отказаться. Скорость не та, да и в рудниках Съерра-Вьеха без них не обойтись. Усилиями дронов наладить производство бронетехники пока что не возможно. Это как в пещере каменным топором собирать компьютер…

Три роты постоянно дежурили на базе в Сьерра-Вьеха, чтобы на грузовых флайерах немедленно отправиться туда, где требуется помощь. Офицеры Туонга занялись разделом и межеванием земель в провинции. Без перестрелок не обходилось ни дня. Толпы обиженных осаждали приемную президента. Капитан Фернандес был загружен выше головы.

Дону Себастиану выдали денежную компенсацию за моральный ущерб в сто тысяч галактов и поставили под негласное круглосуточное наблюдение. Университет распухал на глазах. Для его развития Лаки денег не жалел. Кроме десяти старых факультетов, появилось еще пять новых.

— Использовать? Все это твои фантазии! Если они смогут сбежать-мы нахлебаемся проблем!

Используя национальную гвардию, Лаки расширял зоны безопасности. Сан-Педро и Сан-Мигель были основательно зачищены от криминала и банд. На дорогах и в поселениях в провинциях создавались укрепленные посты со связью и налаженным патрулированием между ними.

— Они опасны как протухшая взрывчатка, Муравей! Искупать их в заливе с хорошим грузом на ногах и все дела!

— Так уж и не на кого?!

Начинать надо с безопасности!

Приемную президента кроме сабинцев осаждали и заезжие бизнесмены с фантастическими коммерческими планами. Все были готовы строить на Сабине что угодно за деньги сеньора президента, разумеется. Перспективы и выгоды все обещали самые радужные.

Марк Рив вернулся с Цирцеи и взял все это дело на себя. Жаль что Вернон (он же Лоренс Виржин) не долетел до Сабины. В космопорте на Цирцее потерял сознание и умер от сердечного приступа на руках Пистолета. Лаки подозревал, что в этом деле все не чисто. Еще одного свидетеля в деле об убийстве Стефании убрали. Кто? Тот кто имел людей и источники информации как на Цирцее так и на Сабине.

Западной провинции официально присвоено имя — Патагония. Был и назначен военный губернатор-полковник Минг. Но пока у губернатора имелось много и других дел.

— Чем больше тем лучше. Пусть строят железную дорогу в Патагонию..

Генерал Туонг из сабинцев натаскивал на базе отряды рейнджеров, но пока они еще были в самом начале обучения.

Все хотели денег и побольше, считая сеньора президенте полным лохом. Сеньор президент же не жалел фальшивых банкнот, изготовленных дронами. Как результат — росла инфляция. В Сан-Педро в магазинах и ресторанах ценники менялись каждую неделю. Это было неизбежное зло. Не выдавать деньги было бы куда опаснее! Параллельно На Сабине теперь ходили две валюты-галактический стандарт или его копия и новый эскудо, что печатался национальным банком. Лаки категорически воспротивился против того чтобы на новых банкнотах печатали его портрет. В результате на них красовалась унылая личность в эполетах с бакенбардами из древней терранской истории.

Через два дня на Сабину прибывает посол Лутанга для подписания договоров и сотрудничестве и возможно о переселенцах. Тереза сдвинула дело с мертвой точки и дракон Тун, наконец-то решился на сотрудничество. Махом предложил для переселения на Сабину пяти миллионов лутангийцев.

Национальная гвардия, выросшая до десяти тысяч, рассредоточилась по всей территории страны, а вот лутангийскую бригаду Лаки держал в одном месте, как мощный резерв.

— Это большое и важное дело и кроме мне не на кого положится, дорогая.

— Ты умеешь утешить девушку, дорогой. Но берегись, если ты нашел себе новую горничную!

Новую базу лутангийской бригады устроили в десяти километрах к востоку от города, на плато. С него отчетливо было видно весь город и расположенный севернее космопорт.

Можно, конечно, заказать роботизированный завод и к нему сотню наладчиков. А потом? Кадров то своих нет еще. На Сабине имелся университет, а вот системы профессиональной подготовки профессионалов среднего звена не было вовсе. Есть инженер, но нет мастеров. Есть врачи, но нет медсестер…

— Брать и сажать?

Зашевелилось строительство. Были запущены два цементных завода и пришлось из старого карьера убрать склад и базу лутангийцев. Цемент был важнее.

Инженер Рубио в Сьерра-Вьеха должен был обследовать старую ГЭС в горах. Перспективно ли ее модернизировать или перейти на ветровые генераторы? В горных долинах всегда ветрено.

— Эти парни как навозные мухи.

Новых рекрутов из сабинцев проверяли по тестам, лечили принудительно и быстро от наркомании и алкоголизма и всех тщательно допрашивали под веществами на предмет участия в террористических организациях. Выявленных «кротов» Пистолет выжимал досуха, а потом отправлял в рудник на Сьерра-Вьеха, откуда было не сбежать.

Мятежники ушли в подполье и не оставляли попыток разыскать своих главарей. Официально Мигуэль, сестра Мария и отец Хоакин были расстреляны за преступления против человечности и народа Сабины по приговору военного суда. На самом деле их держали на базе лутангийцев в одном из контейнеров во вполне комфортных условиях. Отцу Хоакину даже вылечили все его многочисленные болезни.

Дела шли, пусть и со скрипом и затяжками.

Железная дорога до моста через Рио-Негро была завершена и уголовники-дорожники переместились ближе к Сан-Мигелю, на восстановление старого пути.

На Терре был заказан проходческий комбайн, чтобы пробить тоннели через горы и связать северную провинцию в остальной частью континента.

— Настоящие мошенники эти парни! — кривился Пистолет, выкладывая файлы о просителях в планшет Лаки. — Вот этого ищут по всему субсектору за мошенничество с кредитами, а этот уже семь раз банкротился в разных мирах, вот этот-серьезный парень-от мафиозных структур. Такие кредиты никогда не возвращают.

Грамоте на Сабине учили пеонов священники, если было желание. Дети донов учились в трех лицеях, что работали в крупных городах или получали домашнее образование. Всего этого было недостаточно, учитывая, что преподавателей и врачей в северной провинции всех уничтожили. Выход один-нанимать специалистов с других планет субсектора. Открывать школы и училища, строить дороги, города и заводы…Ага, конечно! Кто же рискнет завербоваться на планету, где грабеж и насилие-вид национального спорта, а обеденная сиеста длится по пять часов, где наркотиками увлекаются люди с возраста когда только начинают ходить и говорить…

В подземелье под дворцом был оборудован центр связи и командования. Там сидели отобранные люди, прошедшие жесткую проверку, как местные, так и лутангийцы. С Цирцеи Пистолет, то есть вице-президент Риверо, привез почти сотню специалистов по безопасности. Они контролировали мобильные платформы и дронов слежения, которые Жаклин передала в управление Лаки. Но не мог бы он сам сидеть за пультами круглые сутки?!

Сеньора Себастиана пришлось выпустить с извинениями, как и одиннадцать донов вместе с донной Густаво. Доны немедленно рванулись в космопорт, но на КПП у всех изъяли ворованные индкарты и после скорого военного суда отправили на строительство железной дороги на два года. Придется донне Густаво днем вертеть поварешкой у походной кухни, а ночью ублажать охранников!

А пока что гремел оркестр, сверкали обнаженные сабли и кавалерия проходила неровными шеренгами…Проверенные и вылеченные, черноглазые, смуглые парни ели глазами начальство, отчего их преданные морды приобрели черты тупого ожидания каких-то ништяков или чудес.

Три десятка флайеров были готовы к применению в любую секунду, а вот пилотов не хватало.

Большая часть техники, включая бронетраки, работала на мощных батареях. От двигателей внутреннего сгорания в империуме отказались уже очень давно. Локомотивы на Сабине ходили на таких древних, вонючих двигателях и для Лаки казались жутким анахронизмом.

«Будут вам и чудеса…»

— Тогда я буду здесь сидеть до самой старости! — завопила Тереза.

— Кроме того, я перевожу тебе еще двадцать миллионов стандартов на счет. Ни в чем себе не отказывай.

— Контролируй исполнение, а не процесс. Если не справляются с о своей работой-замени на других. Но только никакой мелочной опеки!

Лаки заказал на Цирцее еще две сотни бронемашин, в перспективе собираясь пересадить конницу на колеса. Свое производство колесной техники-дело будущего.

— Они все считают меня лохом лопоухим?

Через час он должен вылететь в Сьерра-Вьеха. Рабочие возвращались в долину, к привычному ремеслу, кое-кто из них был в отрядах мятежников, но Лаки решил на это закрыть глаза. Назначил в долину на металлургический комплекс исполнительного директора-молодого инженера Рубио, по рекомендации Морано. Пусть покажет себя. Самое элементарное: надо наладить производство рельсов для железной дороги. Жаклин отозвала своих дронов, они занялись монтажом запасного центра связи на Плоскогорье Туманов в западной провинции. Там, среди джунглей, Лаки планировал создать новую, тайную базу.

— Все верно, Муравей и у них есть основания для этого! Ты легко расстаешься с деньгами и у тебя они реально имеются!

На базе готовили и тренировали пилотов для флайеров. Для этого с Цирцеи были приглашены инструкторы за приличные деньги.

Отдавая честь эскадронам, рысью проходящим мимо него, президент Сабины о многом размышлял. Особенно о том зачем он все взвалил на свои плечи?.Его день был расписан по минутам.

Нужен был авторитетный орган по рассмотрению земельных споров. Лаки озадачил этим вопросом юристов, а пока сам все разрешал как высший арбитр. Каждый день по три часа на это тратя.

— Прикончить их мы всегда успеем, а вот использовать по полной программе очень хочется.

Дон Корвальо вместе со своими друзьями занялся гостиничным бизнесом, в ожидании толп туристов с других миров империума. Сабина постоянно была в новостях имперской сети.

Тупость и жадность людей поражали!

В депо в Сан-Педро спешно ремонтировались вагоны и локомотивы. Проектировалась новая дорога к срединному хребту.

— Тереза ты должна проследить за тем, кого предложат в переселенцы. Всякая шваль из Нанджонга нам не нужна. Своих бандидос хватает!

Реактор в университете работал на полную мощность и энергии уже не хватало для города. Без энергии нет развития.

— А вот чтобы не сбежали- твоя проблема и Минга. Старайтесь, парни и Сабина вас не забудет!

Лаки уже не собирал по вечерам правительство в своем кабинете. Проводил совещание по связи и этим ограничивался. Министры знали что им делать и во все детали он сам старался не вмешиваться. Так посоветовала Жаклин.

Туристические агентства только с Цирцеи обещали не менее миллиона туристов в год, при условии первоклассного обслуживания в отелях.

Теперь же он подумывал о том как наладить электростанции на жидком топливе, банально на нефти! Потому он собрал владельцев нефтяных скважин и перегонных заводов с востока и предложил им удовлетворить требования бастующих, пообещав льготы и государственную финансовую поддержку. Забастовки как по щелчку выключателя прекратились.

Правда, теперь на базе курсов фельдшеров Лора наладила выпуск медиков-фельдшеров и медсестер. А вот что делать со школами и учителями?

Сорок третья глава

— Ты сегодня какой-то помятый, Пистолет. И глаза как у кролика-красные. Кокса нанянюхался с утра?

Сеньор вице-президент потер глаза кулаками.

— У меня нет столько! — завопил бывший кокаиновый барон.

— Для меня тоже! Моя кузина не должна гнить среди грубых пеонов и отсасывать каждый день охранникам как шлюха из порта! Если виновата- убейте, но позорить-нет!

— Кто такая донна Эскадос?

— Пистолет, ознакомь его с делом….Корвальо, все одиннадцать миллионов, но не эскудо а галактов, сдадите в банк под расписку. Два дня вам на это.

— Это дело имеет для меня личный характер, вы же знали?

— Корвальо, вам не кажется что вы переполнили чашу моего терпения?

— На завтра как раз парти в масках. Сбрей свою курчавую бороденку и тебя никто не узнает.

— Еще одна родственница Корвальо и тоже вдовушка. Ее муженька люди Хоакина порубили в мелкий фарш в Санта-Монике.

Министр спокойно уселся на диванчик напротив и закурил сигару, толстую как сарделька.

Лаки недоверчиво хмыкнул.

— Синьор Ривера, разберитесь!

— Вот как?

Остальных каторжников, бывших мятежников, отправили по старому адресу: в рудники Сьерра-Вьеха.

— Где они сейчас?

— Я привык к своей «бороденке»! — обиделся Лаки.

Потом был фуршет на лугу, под шатрами. Пожелав увидеть осужденную донну Густаво, Лаки был немало удивлен, когда к нему привели толстую, тупую пеонку.

Корвальо подобрался. Глаза превратились в щелочки.

А ныряние в бассейн с текилой-это было что-то!

— О, Мадонна! Нет, конечно…

Лаки лично оборвал с капитана погоны и отправил на тот берег Рио-Негро, служить простым охранником на стройке.

— Мы не путаем котлеты с мухами, дорогой Корвальо. — сухо заметил Лаки. — Идите, работайте дальше, сеньор министр.

Сеньор вице-президент засунул ворчер в кобуру с явным разочарованием на лице.

— Чего не сделаешь для пополнения бюджета страны!

— Не выспался совсем. Вчера было парти у донны Розы Эскадос. Такие креолочки подобрались-одна другой лучше! Выбор сделать почти невозможно!

— А если я сейчас же прикажу поискать в вашем особняке? В сейфе под лестницей? — с улыбкой осведомился Пистолет. — И еще в одном неприметном домике в Сан-Мигеле? Возле вокзала? Под бетонной плитой в подвале?

— Так я еще глава земельной и статусной палат?

— Понравилось трясти министров, Пистолет? Про кого ты еще что-то знаешь?

— Вы про донну Густаво?

Вжав голову в плечи дон Корвальо выбрался боком через дверь, оглянулся.

— А если я спрошу как следует?

Лаки поднял голову от планшета, посмотрел на вице-президента, вольготно расположившегося в кабинете на диване, даже возложив ноги на подлокотник, говнюк!.

— Ее парти самые крутые на сегодня в Сан-Педро. Музыка самое модерновая, элитная выпивка, улетные девочки! Так просто туда не попасть.

— Пятьдесят на пятьдесят, брат, как всегда! По рукам?

Пистолет привел дона Корвальо в штабной вагон, где грыз незажженную сигару сеньор президент.

В полдень сеньор президенте Мартинес в присутствии всего правительства открыл торжественно мост через Рио-Негро.

— Забираете все мои сбережения…все что отложил к старости…

Избранная публика, привезенная из столицы на первоклассном поезде, лениво рукоплескала. Гремел медью оркестр национальной гвардии. Государственный гимн Сабины сочинил кто-то из студентов с исторического факультета.

— Можно я прострелю ему вторую ногу, Муравей? — спросил Пистолет, усаживаясь на письменный стол напротив и поглаживая кобуру с ворчером на ремне.

Пистолет извлек из кобуры ворчер. Дон Корвальо дернулся, но задрал гордо подбородок. Спесь и гордость победили страх. Бросил нюхать свою дурь на время?

— Кто же выдает свою агентуру?!Ступай и не греши больше!

— Все! Надо только знать цену.

Корвальо прикусил губу и скривился.

— Сеньор, президенте?

Пистолет расхохотался.

— Я прекрасно знал донну Стефанию….Как это могло произойти?

— Да? А какова моя доля?

Лаки вошел через планшет в сеть своей секретной службы. Быстро нашел донну Розу.

Фигуристая, длинноногая девица с наглыми глазами опытной шлюхи….Двадцать два года…Очень молоденькая вдова….

Расследование не заняло много времени. Все одиннадцать донов, замешанных в деле с краденными индкартами исчезли. Их место среди каторжников заняли пеоны. Начальник охраны, капитан Лопес быстро во всем признался. За полмиллиона галактов он выпустил осужденных донов в обмен на пеонов, представленных доном Корвальо.

— Про всех!

— Не могу знать!

На том берегу, уже в провинции Патагония, стучали топоры и гремели бетономешалки. Строился поселок Сан-Мартинес, будушая столица новой провинции.

— Не хнычь, старый жулик! — Пистолет шлепнул его по плечу. — Твои вклады в Галактобанке мы же не трогаем!

— Она девушка-огонь, но никого к себе не подпускает. Бережет для кого-то более важного, чем сеньор вице-презик. Для тебя, точно, Муравей!

— Вечная коррупция! — с отвращением процедил сквозь зубы Лаки. — Не все измеряется в деньгах, сеньор министр!

— Я получил для бюджета страны одиннадцать миллионов эскудо! — нервно воскликнул дон Корвальо, ерзая на кожаном диване.

— Пообещала мне миллион эскудо, если я тебя к ней на вечеринку затащу.

Зевнул.

— Утешаешь вдову?

— Она чтобы пройти через контроль космопорта примотала бинтами к своей голове окровавленный скальп моей жены…Это дело чести?! Про это вы знали?! — крикнул Лаки, швыряя разломанную сигару в лицо Корвальо.

Корвальо посерел.

По случаю завершения строительства моста и железной дороги до него, президент помиловал бывших мятежников из гвардии, превратив их в расконвоированных строителей.

— Это дело чести и я не предам свою семью!

— Кто меня предал?!

— А про меня?

— На друзей досье не собирают, амиго!

Лаки почему-то не поверил честным глазам бывшего боевика ПККБ.Не тот человек наш Пистолет чтобы даже для друга делать исключения.

— Ладно, займись поисками беглых донов.

Пистолет изобразил отдание чести.

— Понимаю. Там у насыпи я видел стройную фигурку Евы Пикур.

— Это только интервью.

— На твоем месте я бы интервью не ограничился, амиго.

Сеньор вице-президент удалился.

Через минуту появился Пунг.

— К вам Ева Пикур, сеньр президент.

— Пусть войдет.

Лаки уже убрал все со стола: планшет, бумажные папки с докладами, что по старинке все еще приносили министры и вышел на середину кабинета, занимавшего центральную часть вагона.

— Сеньор Мартинес!

— Сеньорита Пикур!

Ева теперь была не просто диктором тиви, говорящей головой на экранах, но и главой департамента правдивых новостей. Ролики с ее участием о счастливой жизни Сабины под властью демократичного и энергичного эль-президенте регулярно распространяли по имперской инфосети.

Сегодня она была настроена и одета по-деловому: блестящие черные волосы гладко зачесаны к затылку, не яркий макияж, белоснежная блузка с длинными рукавами и очень узкая черная юбка почти до щиколоток. Черные, лакированные ботильоны со шнуровкой и на высоком каблуке дополняли ее строгий облик.

«Словно преподавательница на первой лекции…Круглых, старинных очков не хватает…»

Лаки пошел к ней навстречу, поцеловал нежную ручку, пахнущую весьма приятно. И маникюр у нее сегодня скромных тонов!

— Вы позволите?

— Разумеется!

Ева прикрепила миникамеру на перегородке, напротив стола.

— Прошу вас, сеньорита.

Ева села в кресло и ее узкая юбка обтянула ее бедра до колен туго как перчатка.

Лаки занял свое место.

— У меня очень много вопросов, сеньор президенте.

— У вас есть почти час, до самого Сан-Педро. Управитесь?

Ева улыбнулась и прострелила Лаки насквозь весьма недвусмысленным взглядом.

— Разве я не старательный сотрудник, сеньор президенте?

— Самый лучший мой сотрудник на тиви, скажу без лести.

— Приятно слышать. Итак, сеньор президенте, первый вопрос:

— Только после моего вопроса, сеньорита.

Великолепные брови Евы приподнялись и глаза округлились.

— Ко мне?

— Именно.

— С радостью, сеньор Мартинес!

— Как вы в этой узкой юбке смогли подняться по насыпи и ступеням в мой вагон?

Девушка засмеялась, сразу значительно помолодев.

Порывисто поднялась из кресла.

— Видите на моих пальчиках по узкому серебристому колечку? Контроль магнитных застежек. Я делаю так!

Она быстро провела по швам боковым и юбка распалась на две половины: переднюю и заднюю. Черный кружевной краешек чулка на белоснежном бедре выглядел очень сексуально.

— Моя охрана наслаждалась зрелищем?

— Если бы, сеньор президент! Они смотря только в сканеры и планшеты!

Вагон дернулся и Ева с легким вскриком упала в кресло. Юбка раскрылась куда выше бедра, до самого пояса. Никакого белья выше чулок на сеньорите главе департамента не оказалось.

— Не ушиблись?

— Нет, что вы, сеньор Мартинес…

Но юбку застегивать не торопилась.

«Такая же юбка была на Стефании в первый вечер нашего знакомства на Цирцее…»

— Сеньор Мартинес, вы изменились в лице. Вам не хорошо?!

Лаки поднялся из — за стола и подошел к Еве. Протянул ей руку.

Вагон, покачиваясь, набирал ход. Поезд эль-президенте возвращался в столицу.

Ева поднялась на ноги. Из-за ее высоких каблуков они оказались почти одного роста. Они посмотрели друг другу в глаза и все поняли друг о друге.

— Камера, сеньор президенте…

— Потом все сотрешь из памяти…

Лаки повернул ее спиной к себе и отодвинул в сторону шлейф юбки. Она охнула, когда он вошел в нее, нетерпеливо и почти грубо… Ее ягодицы оказались прохладными и атласно — гладкими… Он закрыл глаза и на миг ему показалось что он вернулся в прошлое и в его объятиях Стефания… он на крыше отеля на головокружительной высоте….

Через десять минут, приведя одежду в порядок, они продолжили интервью. Глаза сеньориты Пикур горели азартным огнем.

Cорок четвертая глава

Покончив с делами, Лаки собирался отправиться в ванную комнату, чтобы с помощью депилятора избавиться от бороды. Он решил воспользоваться приглашением сеньоры Розы и посетить парти сегодня вечером. Почему бы и нет?

Вчерашний эпизод с Евой Пикур настроил президента Сабины на игривую волну.

Time to say goodbye,
Время прощаться,
Paesi che non ho mai
Страны, что я никогда
Veduto e vissuto con te
Не видела и не жила там с тобой,
Adesso sì, li vivrò
Именно сейчас да, я буду жить там,
Con te partirò
Уеду с тобой
Su navi per mari
На кораблях по тем морям,
Che io lo so
Которые мне знакомы,
No, no, non esistono più,
Нет, нет, они больше не существуют,
It's time to say goodbye
Время прощаться

Пискнул вызов на браслете.

— Сеньор президенте! По спин-связи с вами желает говорить секретарь-референт сенатора Хоупа!

Голос Фернандеса дрожал от волнения.

— Хорошо, подключи на меня.

Лаки уселся обратно в кресло.

«Сенатор? К чему бы это?»

На экране большого монитора появился молодой человек с бритой головой, но в элегантном костюме.

— Доброго времени суток. Сеньор президент Раски?

— Да.

— Сенатор Хоуп хотел бы говорить с вами. Сейчас удобно для вас? В это время суток вашего мира?

— Вполне.

— Благодарю вас.

На экране появился пожилой, лощеный джентльмен, в отличии от своего секретаря сенатор обладал буйной рыжей шевелюрой, почти без седины.

— Приветствую вас, господин Раски. Я имперский сенатор Хоуп.

— Очень приятно, сэр. Доброго вечера.

— У нас, на Терре еще утро.

— Завидую вам, а я уже как выжитый лайм!

— Вы молоды и полны сил, сеньор Раски ваше возрасте я за вечер посещал пару парти и еще оставались силы на стрип-бар!

Сенатор дружелюбно улыбнулся и загорелое лицо его мгновенно покрылось сетью морщин.

— Император поручил мне вступить в контакт с вашей администрацией.

— Я это очень ценю, сенатор.

— Имперский сенат отказался от рассмотрения вопроса по Сабине. Империя не любила влезать во внутренние дела планет, сеньор Раски. Не из-за слабости или ложного гуманизма.

«Не для того все расы и нации рассеяли по галактике, чтобы еще и носы им вытирать! Я все верно понял…»

— Вы наладили работу администрации, торговлю, экономику, покончили с кровопролитием. Империум приветствует ваши усилия и считает возможным принять вас на Терре для утверждения в качестве главы Сабины.

— Отличная новость, сенатор!

— Ровно через тридцать дней, шестого апреля император примет вас в Равенне. Официальное приглашение уже направлено по официальному каналу.

Но я связался с вами вовсе не по этому поводу. Аудиенцией у императора занимается министр двора и он еще с вами свяжется.

Меня интересуют некоторые аспекты вашей политики, сеньор Раски.

— Какие именно?

Лаки скосив глаза на планшет, просматривал досье сенатора Хоупа. Тот возглавлял комиссию по галактической безопасности. Что это значит? Курирует имперскую безопасность?

— Согласно рапорта Роты вы уже много лет являетесь ее агентом.

— Последние три года Рота меня не беспокоила.

— К тому были причины, сеньор Раски. Я просмотрел ваше досье. Вы необычный человек. Амбициозный, импульсивный и очень удачливый. Сколько раз покушались на вашу жизнь?

— Я не считал, сэр.

— В связи со всем этим я не думаю что вы надолго задержитесь на Сабине. Подготовили ли вы преемника себе?

— Я об этом не думал, сенатор.

— Напрасно, сеньор Раски. Подумайте, пока не поздно.

«На что он намекает?»

— Ваш посол-Тереза Санчес находится на Лутанге и ведет переговоры и переселении на Сабину нескольких миллионов лутангийцев.

— Это так.

— Империум не может одобрить эти ваши планы, сеньор Раски. Никто из галактических перевозчиков не возьмется за это и знаете почему?

— Вы им запретите?

— Верно. У нас есть рычаги влияния и мы на них надавим, если вы будете упорствовать.

Двигатели Кирстона не только помогли человечеству обосноваться в Галактике. Терра избавилась от излишнего населения и ранее враждебные друг другу расы и народы расселились по отдельным мирам, как по отдельным квартирам. Рассовые, национальные и религиозные конфликты остались в далеком прошлом. Если лутангийцы появятся на Сабине-этой политике империума будет нанесен удар. Две расы немедленно создадут две страны и их соперничество может далеко завести. Во всяком случае наличие на одной планете двух столь разных рас- повод для бесконечных конфликтов. Мы это не можем допустить. Прекратите переговоры с Лутангом и отзовите посла.

— Это ваше требование?

— Это требование империума, сеньор Раски.

— Вы открыли мне глаза, сенатор.

— Очень этому рад. Мы не требуем чтобы вы разоружили и выслали с Сабины ваших гвардейцев-лутангийцев. Их численность ничтожна. Как только вы покинете планету, лутангийцы тоже будут вынуждены улететь. Местные не простят им национального унижения. Вы это понимаете?

— Да. Но почему вы решили…

— Что вы вскоре покинете Сабину? Потому что она вам наскучит. Вы ни где долго не задерживались, сеньор Раски, а галактика слишком велика чтобы оставаться в одном мире, забыв про великолепие и тайны других миров. Вы слишком молоды чтобы осесть на Сабине. Не сейчас. С помощью винтовки вы захватили власть на планете, но удержать власть труднее чем взять. Правитель подобен акробату на канате. Идти надо вперед чтобы не упасть. Вправо, влево наклон и гибель. Идти по канату, острому как бритва всю жизнь балансируя…Вы не похожи на человека для которого это занятие в удовольствие! Не ради же денег? Вы достаточно богаты. Но счастливы ли вы сейчас? Не думаю.

— Вы знаете меня лучше чем я сам, сенатор.

— Я прожил почти два столетия, юноша и я повидал людей. В этом есть положительная сторона старости-слишком много знаний!

Сенатор дружески улыбнулся.

— Подумайте над моими словами, сеньор Раски. Я думаю, что вы примите правильные решения. Патрик Дорн отзывался о вас самым положительным образом. Чутью Дорна я могу доверять. Итак, до встречи на Терре, сеньор эль-президенте?

— До встречи, сенатор.

Монитор погас. Лаки откинулся на спинку кресла.

Похоже на ультиматум империи. Будь послушным мальчиком и получишь конфетку…..Угроз не прозвучало пока. Угрозы озвучит кто-то другой?

Лаки вызвал Жаклин.

— Я все слышала и видела.

— Что об этом думаешь?

— Сенатор Хоуп прав. Сабина пройденный этап для тебя. Или твои планы изменились? Ты не хочешь путешествовать по галактике, бороться с рабством, искать свою мать?

— Улететь и бросить дело посредине?

— Ты еще и не приступал к делу, мой мальчик! На Сабине работы на столетия! Слишком это отсталый мир.

— Что же мне делать?

— У тебя есть месяц на раздумия. Решать тебе.

— Ты знаешь что Стефания погибла?

— Да.

— Ты ничего мне не сказала и ты не защитила ее!

— Все произошло стремительно, мой мальчик. Она погибла и ты должен это принять и с этим смириться. Отпусти ее в своих мыслях. Хватит привозить каждую неделю цветы на могилу и ласкать могильный камень руками. Найди другую девушку.

— Другую?! Я любил ее!

Лаки сжал зубы. Горло перехватило спазмом.

«С кем я спорю?! С компьютером…Живая Жаклин не знала слово „Любовь“,а что она может знать после смерти?»

Он отключился и некоторое время, успокаиваясь, мерил шагами кабинет.

Опять вызов на браслет.

— Кто?

— Сеньор президент, на связи Цирцея, Вук Спенсер.

За прошедшие годы Вук совсем не изменился. Даже приобрел лоск. Или это старания визажистов и пластического хирурга?

— Привет, Вук, что за дела? Что-то срочное?

— Еще бы! Со мной вышел на связь человек, который знает где найти господина ЗР.

«Кто-то нашел Зигмунда Родекера! Вот удача!»

— Чего он хочет?

— Пару миллионов галактов. Но все сведения может передать только при личной встрече.

— Привози его.

— Он готов встретится с тобой в месте далеком от цивилизации и оживленных линий сообщения.

«Ловушка?»

— Где?

— Место он укажет. Я сам его встречу и привезу в условленное место на своей яхте. Безопасность я обеспечу.

— Хорошо. Передай ему что я согласен. До связи.

— До связи сеньор президент.

Пришедшего за ним Пистолета, Лаки огорошил новостями.

Империя признает новые власти Сабины, пусть и с оговоркой.

Ему нужно на неделю минимум покинуть планету. Исполнять обязанности президента придется сеньору Ривера.

— К чему такая срочность? Что за пожар?

— Секретная и личная информация.

— Ты выбил меня из колеи, брат. Так что с парти у донны Розы?

— Парти-это святое дело. Помоги мне нанести крем на бороду.

Через три дня Лаки оставив Пистолета за главного, погрузился в челнок на космопорте. На орбите его ждал курьер Жаклин, и безжизненный, пустынный мир, шестая планета альфы Ганимеда…..

Он планировал вернуться через три дня….Прошел стандартный месяц.

Пистолет жесткой рукой перехватил власть в Сабине. Он много обо всех знал и умел своим знанием пользоваться. В Равенне, на Терре его принял император и одобрил в роли главы примитивного, отсталого мира. Лутангийцы приняли его как нового вождя…Переговоры с Лутангом были прекращены и вернувшаяся Тереза изображала безутешную вдову сеньора эль-президенте.(По официальному сообщению-первый президент Сабины-сеньор Мартинес погиб при взрыве курьерского корабля, что было не далеко от истины….)Вук бесследно исчез. На Цирцею не вернулся и корабль его тоже исчез….Жаклин, как главный акционер «Цирцеанской стали» назначила нового генерального директора. Но это было для Лаки совершенно не интересно.

Он бродил как тень по кораблю, слушал записи, просматривал новости за украденный у него месяц. Он тупо не знал чем заняться. Главно он знал: на Сабину возврата нет. Сенатор Хоуп был прав. Карьера правителя не для него.

— Жаклин.

— Да, мой мальчик?

— Как продвигается дело с трансформацией?

— Выполнено на пятьдесят шесть процентов.

— Это хорошо….

— Ты скучаешь. У тебя депрессия. Не хочешь посмотреть видео с Савы? Лек родила двойню. Такие милые малыши у твоего клона!

— Не хочу. Это не моя жизнь, а его.

На Саву тоже не было возврата.

Он вернулся в каюту и прокрутил запись выступления Евы Дорн еще раз.

Слезы текли по его щекам. Часть его души осталась там, на старом кладбище Сабины.

Пришло время прощаться с прожитой частью этой жизни и идти вперед. Куда? Туда куда звало сердце и о чем молчал разум.


КОНЕЦ


Оглавление

  • Первая глава
  • Вторая глава
  • Третья глава
  • Четвертая глава
  • Пятая глава
  • Шестая глава
  • Седьмая глава
  • Восьмая глава
  • Девятая глава
  • Десятая глава
  • Одиннадцатая глава
  • Двенадцатая глава
  • Тринадцатая глава
  • Четырнадцатая глава
  • Пятнадцатая глава
  • Шестнадцатая глава
  • Семнадцатая глава
  • Восемнадцатая глава
  • Девятнадцатая глава
  • Двадцатая глава
  • Двадцать первая глава
  • Двадцать вторая глава
  • Двадцать третья глава
  • Двадцать четвертая глава
  • Двадцать пятая глава
  • Двадцать шестая глава
  • Двадцать седьмая глава
  • Двадцать восьмая глава
  • Двадцать девятая глава
  • Тридцатая глава
  • Тридцать первая глава
  • Тридцать вторая глава
  • Тридцать третья глава
  • Тридцать четвертая глава
  • Тридцать пятая глава
  • Тридцать шестая глава
  • Тридцать седьмая глава
  • Тридцать восьмая глава
  • Тридцать девятая глава
  • Сороковая глава
  • Сорок первая глава
  • Сорок вторая глава
  • Сорок третья глава
  • Cорок четвертая глава



  • MyBook - читай и слушай по одной подписке