КулЛиб электронная библиотека 

Поцелуй под омелой [Татьяна Серганова ] (fb2) читать онлайн


Настройки текста:



Поцелуй под омелой. Татьяна Серганова

Небольшой новогодний подарок. “Юля и Артём терпеть друг друга не могли. Он считал её девушкой легкого поведения, она его – надутым индюком с завышенным самомнением. И казалось, что этих двоих ничто не примирит. Но случайный поцелуй под веткой омелы изменил всё и заставил по-другому посмотреть друг на друга.”

1.

Стаса надо было спасать.

И чем больше Артём думал об этом, тем отчётливее понимал, что кроме него сделать это вряд ли кто сможет. Сам лучший друг всё равно не догадается, уж слишком крепко вцепилась в него эта тварь, а оставить всё на самотёк мужчина не мог. Стас был не просто лучшим другом, он был почти братом. И смотреть, как ловкая девка охмуряет его, Артём был просто не в силах. Всего месяц прошёл, а такие впечатляющие результаты.

Он ведь с самого начала заподозрил неладное. Как только увидел эту холёную брюнетку за столиком в приёмной, что старательно делала вид, что работает.

– Это кто такая? – Артём вошёл в кабинет к другу и остановился у его стола.

– Моя новая секретарша, – Стас снял пиджак и аккуратно повесил его на спинку кресла.

– С каких это пор тебе нужна секретарша?

– Ты же сам столько раз говорил, что мне нужна секретарша. Вот я и нашел.

– Сам? – мужчина выразительно приподнял бровь и спрятал руки в карманы брюк.

– Тёмыч, я тебя не пойму, – друг сел за стол и тяжело вздохнул. – Что тебе не нравится?

Но сбить Артёма с толку было трудно. Его напрягала эта девчонка. Он сам не понимал, что именно тревожило. Но одного взгляда было достаточно, чтобы понять – ничего хорошего её появление не принесёт. Уж очень хороша она была. А Артём терпеть не мог красивых женщин, считая их пустышками, только и способными, что тянуть деньги из влюбчивых дураков, как Стас. Нет, его друг был умён, уровень его интеллекта был выше среднего. Но когда дело касалось женщин, у друга напрочь вырубался мозг, а решения начинал принимать совершенно другой орган.

И ведь всегда умудрялся выбрать самую жадную и охочую до бабок дамочку. А еще говорят, что, оступившись однажды, второй раз будешь осторожнее. Стас оступался раз пять или шесть, каждый раз уверяя, что очередная подружка – ТА самая. Последняя любовница успела раскрутить мужчину на двухнедельную поездку на Кипр и полную смену гардероба, включающую норковую шубу (в разгар лета) и бриллиантовое колье. Она уже начала подбивать клинья под новенькую машинку, когда в дело вмешался Артём. Он просто предоставил другу фото его благоверной с другим мужчиной.

И что в итоге – скандал, разборки, клятва, что больше никогда.

– Кто она такая? Где ты вообще её взял?

– Где взял, там нету больше, – ушел от ответа Стас и демонстративно открыл толстую папку, которую достал из шкафа.

– У неё вообще хоть какие-то документы есть? Я не прошу диплом, хотя бы школьный аттестат. Или она только чай делать умеет?

– Я кофе пью, – попытался свести тот всё к шутке. – Тём, она будет работать здесь и точка.

– Уже спишь с ней?

– Тём! – неожиданно зло рявкнул друг и вскочил с кресла.

Но договорить не успел, дверь открылась и на пороге возникла секретарша.

– Станислав Владимирович, вот документы, которые вы просили, – произнесла она, скользнув равнодушным взглядом по Артёму.

Даже голос у неё был красивый. Низкий, грудной, с чарующими нотками.

– Спасибо, Юля. Кстати, познакомься. Это мой партнёр, Романов Артём Сергеевич. Я тебе о нём говорил. Артём Сергеевич занимается у нас юридическими вопросами. А это Юлия Вавилова, моя секретарша.

– Очень приятно, – дежурная улыбка, что не тронула настороженных тёмно-карих бархатных глаз.

Романов лишь сдержанно кивнул, скользнув взглядом по её фигурке. Начиная с чёрных лакированных туфелек на высоком каблуке и заканчивая тёмно-каштановыми с медным отливом волосами, которые были собраны в небрежный пучок. Невысокая, но фигуристая. Что особенно подчеркивала узкая юбка с разрезом сбоку и стрейчевая белоснежная блузка, которая так обтягивала её грудь, что он мог разглядеть узор кружева бюстгальтера. Идеально ровная кожа персикового цвета, изящные скулы, легкий румянец на щеках и пухлые губы с манящим блеском на них. Всё, как любит Стас, и терпеть не может Артём. В ней хоть что-нибудь есть настоящее?

– Позже поговорим, – повернувшись к Стасу, произнёс он и вышел.

“А ведь так и не поговорил”, – с досадой подумал Романов, откинувшись на спинку кресла.

И к чему это привело.

Хотя нет, пытался. Друг рассказывал о своих подружках. Немного, но и скрытностью не отличался. А в этот раз как воды в рот набрал. На любые попытки завести разговор и узнать хоть что-то о Вавиловой, отшучивался и быстро переводил разговор.

Конечно, Романов навёл справки и ничего необычного не обнаружил. Девушка, как девушка. Родилась и выросла в Твери. Воспитывала её мать, кто отец неизвестно. Окончила школу с золотой медалью, после поступила в институт, который также окончила хорошо. А потом в её жизни случился Стас, забрал её и привёз в Москву. Снял квартиру. Однушку в паре километров от офиса. Также друг снял со счета довольно крупную сумму денег и перевёл на другой счёт, открытый на имя Вавиловой. То есть завышенной в полтора раза зарплаты ей уже не хватает?

С другими мужиками за спиной Стаса не путалась, но всё равно Артём чувствовал, что тут что-то не так. Она была умнее других и явно метила в жены. Вот только ярких чувств мужчина так и не увидел. Симпатия была, но ничего больше.

У мужчины даже руки зачесались, захотелось подойти к ней, сжать её тонкую шейку и держать, пока у неё глаза не закатятся и лицо не посинеет. Это же надо быть такой лицемерной стервой? Сейчас как никогда Артём жалел, что у него высокоморальные устои, и на женщин он руку никогда не поднимал. Сейчас как никогда ему хотелось пойти против этих принципов.

“Нет, так продолжаться не может”, – решил он, вставая и направляясь в сторону кабинета друга.

В приёмной было тихо и пустынно.

“Твою мать, надеюсь, они занимаются сейчас рабочими вопросами, а не чем-то другим”.

Бесшумно подойдя к двери, Артём прислушался.

– Юль, ты понимаешь, что всё равно так долго продолжаться не может, – голос Стаса был приглушенным и каким-то уставшим.

– Понимаю. Но я еще не готова.

– Мама давно знает о тебе.

– Поверь, мне от этого не легче.

– И знает, что дорога мне.

Романов невольно задержал дыхание, вслушиваясь в слова друга.

– Стас, я не могу.

– Не болтай глупости. Всё ты можешь, просто не хочешь. Она приглашает нас на Рождество. И отказ неприемлем.

– Знаешь, вы оба чокнутые.

– Какие есть… Привыкай, совсем скоро ты станешь частью этой семьи… Мы не можем прятаться и когда-нибудь придётся рассказать всем. Тёмыч и так волком смотрит.

– Вот его мнение меня как раз и не интересует, – довольно холодно ответила девушка.

– Он мой лучший друг.

Надо же, они уже его обсуждают. Интересно.

– Самовлюблённый индюк с завышенным самомнением. Не понимаю, как вы вообще подружились. Ты яркий, живой. В тебе ключом бьёт энергия. А он холодная статуя, которая и улыбаться-то не умеет. Посмотри, как он одевается – костюмчик тройка, галстук и запонки.

– Он мой лучший друг, – с нажимом повторил Стас. – Ты не забыла про Новый год?

– Помню. Но это дорого тебе будет стоить.

– Ты моя спасительница, – послышался звук поцелуя.

– Почаще напоминай себе об этом, – со смехом произнесла та.

Также бесшумно Артём отошел двери и вернулся в свой кабинет.

Её мнение о нём мужчину совершенно не интересовало и совершенно не заботило. Он одевался так, как считал нужным. Тревогу вызывало другое. Всё намного хуже, чем он думал. Стас собрался знакомить секретаршу со своей матерью. А там, глядишь, и до свадьбы дойдет.

Карандаш с треском сломался в его руках. Артём даже не заметил, когда успел его взять.

Романов сомневался, что сейчас друг прислушается к его доводам. Значит, придётся идти проверенным способом. Надо поймать девчонку с поличным, показать, какая Вавилова на самом деле. Конечно, она осторожничает, но нельзя всё время притворяться. Значит, подловить её можно.

– Новый год, значит, – пробормотал он самому себе.

Что ж, Артём уже знал, что надо делать.

2.

Квартира, которую снял для неё Стас, была милой и очаровательной. Она безумно нравилась Юле. Девушка просто обожала её.

Находясь совсем недалеко от центра, она была на удивление тихой. Все окна выходили на уютный дворик, в котором кто-то нарядил ёлку. Ребятня слепила парочку снеговиков и каждое утро играла в снежки, оглашая всё вкруг громким смехом.

Девушка взяла большую кружку и глотнула обжигающе горячий кофе, наслаждаясь теплой волной, что прошлась по телу, вызывая приятную дрожь. На самом деле, это была не кружка, а супница, но Юля всегда пила из неё кофе, чем изрядно смешила Стаса, который в шутку называл её провинциалкой. Его вообще могло рассмешить что угодно.

При воспоминании о Никольском, у неё сама собой появилась улыбка на губах.

Он напоминал ей великовозрастного ребёнка – теплого, домашнего и немного наивного. Правда, пока дело не касалось бизнеса. Тогда плюшевый мишка становился расчётливым хищником, что не упускал ни малейшей детали. И такой резкий контраст восхищал её. Девушка невольно присматривалась к нему, стремилась стать хоть немного похожей.

Мысли прервала громкая мелодия, что звучала из динамика мобильника.

– Да, Стас? – отставив в сторону кофе, произнесла она и с ногами забралась на стул.

– Собралась?

– Почти. У нас еще четыре часа до самолёта.

– Опять кофе пьёшь из своей супницы, – хмыкнул он.

– Угадал. Ты скоро будешь?

– Скоро. И не один. Представляешь, Тёмыч неожиданно передумал и решил лететь с нами.

– Какое счастье, – ядовито простонала она.

– Юль, – в голосе Стаса появились предупреждающие нотки.

– Я помню, помню. Он твой лучший друг. Как ему удалось купить билет?

– Никитос всегда бронирует билеты на всех, а там уже каждый смотрит, сумеет полететь или нет. Уверен, как только вы с Артёмом узнаете друг друга лучше, то ты изменишь своё мнение о нём.

– Как скажешь, дорогой, – со смешком пробормотала она, подтягивая кружку к себе поближе и пальчиком обрисовывая узор на внешней стороне.

Радужное предновогоднее настроение медленно катилось в никуда.

– Прекрати вредничать, а то морщинки появятся, – словно почувствовав её состояние, произнёс мужчина.

– Стас, мне всего двадцать один. Какие морщинки? – притворно возмутилась Юля и сделала очередной глоток. Кофе уже стало остывать.

– Маленькие, – усмехнулся он. – Ладно, солнце, собираюсь и еду к тебе. Артём будет ждать нас в аэропорту. Не забудь паспорт.

– Хорошо. И прекрати относиться ко мне как к маленькой.

– Ты и есть маленькая. Моя маленькая пуговка.

– Стас!

– Всё-всё, побежал. Жди, скоро буду.

Положив сотовый на стол, девушка вздохнула. Первой мыслью было – перезвонить Стасу и сказать, что она никуда не летит. Но отказаться – это конкретно подставить его. А этого Юля сделать не могла. Слишком многим она была обязана этому вечно улыбающемся кареглазому молодому мужчине.

Как Новый год встретишь, так его и проведешь.

Нет, Юля была совсем не против провести этот год и все последующие со Стасом, но вот Романов… Нет, этот тип её раздражал.

С самого первого дня, с самого первого взгляда.

Зашел, как царь, в чужую приёмную. Прямой как палка и худощавый, словно его неделю не кормили. Может это с голодухи у него такой вечно недовольный вид, словно он лимонов объелся? Оглядел её, презрительно сощурив голубые глаза, и, даже не поздоровавшись, прошёл к Стасу. А одет-то? Она чуть не расхохоталась, увидев вязаную жилетку, полосатую рубашку и жуткий тёмно-бордовый галстук. В таком виде Романов выглядел лет на сорок-пятьдесят.

А взгляд, которым он её наградил после знакомства?…

Столько презрения, недовольства в нём было. Того и гляди, зажмёт нос и скажет – здесь дурно пахнет. Это тыканье на происхождение жутко раздражало.

Но в то же время он непонятным образом волновал её. Заставлял подбираться, задерживать дыхание, словно готовясь к чему-то.

– И с этим человеком я должна встретить Новый год, – вздохнув, простонала Юля.

Предновогоднее настроение стремилось к нулю. И уже ничего не хотелось.

Может, стоит остаться в Москве и встретить этот Новый год в одиночестве, сидя в пижаме? Друзьями за этот месяц Вавилова так и не обзавелась. Просто не успела – работа, дом, Стас. Разве это плохая идея – укутаться в мягкий плед и пить шампанское, чувствуя, как пузырьки приятно щекочут нёбо? Сидеть и слушать, как кругом кипит жизнь, как люди поздравляют друг друга, пускают фейерверки, веселятся. И еще не забыть загадать желание – самое главное, самое важное.

Но поступить так – это значит признать Романова победителем. А этого девушка допустить никак не могла. Пусть открытого конфликта между ними не было, но признавать поражение Юля не хотела.

Радовало одно – кроме них там соберётся еще человек пятнадцать, а значит, возможность остаться наедине равна нулю.

– Не позволю этому снобу испортить мне праздник!

3.

У всех свои порядки и традиции. Вот и у них были свои. Старые университетские друзья старались каждый Новый год собраться все вместе. В этом году местом встречи был горнолыжный курорт, где Никита Измайлов, самый главный активист, снял целый коттедж. Артём уважал и ценил своих однокурсников, но терпеть не мог шумные компании. От постоянного крика начинала болеть голова. Много он не пил, так что шуточки пьяных друзей пролетали мимо его сознания, не вызывая даже улыбки на лице. Именно поэтому последние две-три пьянки он пропустил. И эту собирался проигнорировать, сославшись на важные дела. Они и не настаивали, думая, что Романов еще не пришёл в себя.

Но в дело вмешалась судьба. А точнее одна брюнетка.

Романов всё пытался придумать, что же такое сделать, чтобы вывести её на чистую воду. Напоить и соблазнить? От этой мысли его слегка передёрнуло. Артём, конечно, был готов на жертвы ради лучшего друга, но это был явно перебор.

Да и не впечатлял он Вавилову. Интересно, а если он ей покажет сумму, что лежит в данный момент у него на счету, её отношение поменяется? Ведь денег у него побольше Стаса будет. Не потому, что получал больше. Просто он предпочитал вкладывать деньги, а не тратить их на любовниц. Ему и тратить было их не на кого.

– И кто там будет? – Юля сидела на заднем сидении машины и прижималась к Стасу.

– Все свои, – ответил тот. – Не волнуйся, всех запомнишь.

Путь был долгим. Сначала проторчали в аэропорту лишних три часа, потому что их рейс задержали из-за плохой погоды. Затем дорога до подъемника. Там их уже ждал весельчак Славик Егоров, который повёз их уже непосредственно к домику.

Ребята точно не ожидали, что Артём поедет с ними. Романов в отличие от своих друзей зимними видами спорта не увлекался. Лыжи, сноуборд и прочее мужчину совершенно не интересовали.

А впереди еще четыре дня такой насыщенной снежной жизни. Убиться можно.

Мужчина вновь скосил взгляд и взглянул на притихшую Вавилову, что старательно напускала на себя вид невинной овечки. И ведь получается. Если бы Артём не знал, что девушка тянет деньги со Стаса, то вполне мог купиться и повестись на красивые глазки. Как Славик, например. Старый друг сыпал шуточками и отчаянно флиртовал с девушкой. Та мило улыбалась и отмалчивалась.

Стас же сцены ревности не устраивал и выглядел довольным как слон. Конечно, Егоров шутил. Но это непонятное равнодушие и спокойствие Никольского настораживали.

– Вам понравится, Юленька. Компания у нас весёлая, годами проверенная. Даже бобыля удалось вытащить, – заявил Славик и игриво поиграл бровями.

Смотрелось это очень глупо. Артём едва сдержался, чтобы не застонать. И смысл делать из себя шута?

– Кого? – Вавилова недоуменно склонила голову.

– Прошу прощения – Артёма Романова. Он со студенчества был букой, предпочитая сидеть за ноутом, а не общаться с людьми. Его только Инга могла вытащить, – и сразу замолчал, бросив виноватый взгляд в сторону Романова.

Тот равнодушно смотрел перед собой, ничем не выдавая чувств, что бушевали внутри.

Инга…

Это имя в который раз вызвало непрошенные воспоминания, от которых в груди всё сжималось и хотелось разбить руки в кровь.

Инга… яркая улыбка, ласковый взгляд голубых глаз и совершенное тело, от воспоминаний о котором привычно зудела кожа на руках.

Инга…

– Долго еще ехать? – совершенно равнодушным тоном спросил Артём.

– Еще минут пять.

Дом, который снял Никита, стоял на отшибе, окруженный со всех сторон лесом и горами, и был засыпан снегом. Как джип не забуксовал по дороге, одному Богу известно.

– Вот и прибыли! – радостно завопил Егоров, глуша машину у самых ступенек.

– А в гараж заводить не будешь?

– Сейчас вас выгружу и поставлю. Юленька, вот мы и прибыли, – подмигнул он девушке.

– Спасибо, – та еще теснее прижалась к Стасу и что-то быстро шепнула ему на ухо.

Тот рассмеялся и ласково потрепал её по щеке.

Нет, не видел Артём между ними огня и страсти, совсем не видел.

– Ура! Славка привёз Стаса, – радостно прокричала симпатичная девушка лет 17-18, стоило им только войти в дом.

Было в ней что-то знакомое, но Артём никак не мог понять что. Он вообще лица запоминал плохо. Не видел в этом острой необходимости. Но девушка казалась знакомой.

– Ой, Артём, – ахнула она и перевела взгляд на Вавилову, которой Стас помог снять куртку. Улыбка на её хорошеньком личике совсем увяла. – Здрасьте.

– Добрый вечер, – секретарша приветливо улыбнулась.

– А вы кто? – совершенно невежливо перебила девушка её и перевела взгляд на Никольского.

Вот по этому взгляду Артём её и узнал.

– Света? – переспросил он. – Это ты?

Узнать в этой хорошенькой девушке того нескладного подростка, которая хвостом бегала за лучшим другом и всем говорила, что когда вырастет, то обязательно выйдет за него замуж, было очень трудно. Но, тем не менее, это действительно была Света Измайлова, младшая сестра Никиты.

– Да, это я, – откликнулась та, не отрывая грустных глаз от Стаса, который старательно ее игнорировал, еще крепче прижимая к себе Вавилову.

– Знакомьтесь. Это моя девушка, Юлия Вавилова. А это Света, сестра того самого Никиты.

– Очень приятно.

– Взаимно, – кисло закончила та и, круто развернувшись, выскочила из прихожей.

– Чёрт, как быстро время летит. Она же только недавно бегала в коротенькой юбочке с косичками, – пробормотал Артём, глядя ей вслед.

– Ты её три года не видел. Конечно, она выросла.

– И всё еще по тебе сохнет, – не удержавшись, добавил Романов и взглянул на Юлю, что со странным выражением на лице смотрела на дверь, за которой скрылась девушка.

Понять, что именно было странным, мужчина не успел. В считанные секунды коридор заполнился шумной компанией. На него набросились друзья, кинулись обнимать, хлопать по плечу и орать прямо в ухо:

– Тёмка! Ты приехал!

Романов еще больше затосковал по своей квартире в Москве, где было тихо, спокойно и одиноко. Сейчас он как никогда мечтал об одиночестве.

4.

– Сегодня по традиции у нас небольшой маскарад, – заявил Стас, как только они вошли в комнату, что специально выделили для них на втором этаже.

Смеясь и вручая ключи, Никита, невысокий крепыш с обаятельными ореховыми глазами, просил сильно не шуметь.

Голова неожиданно разболелась. Всё эти крики, шум, мелькание лиц и имен, которые надо было запомнить. Но друзья Никольского ей понравились – искренние, обаятельные и яркие. Они одним своим присутствием обеспечивали праздник.

А еще они тепло и радушно приняли Вавилову. Не делали страшные глаза, не кривили нос, а действительно были рады… Почти все. Света старательно её игнорировала. Но Юля могла понять девушку.

Всего в доме их собралось двенадцать человек. Никита, который занимался организационными вопросами, его младшая сестра Света и девушка Маша (симпатичная блондинка). Слава Егоров и Кирилл Наримов прибыли в гордом одиночестве. Пухленькая Зоя и её муж Максим, обаятельный Николай с женой Аллой. И их троица – Стас, Артём и сама Юля.

– Ты издеваешься? – простонала она, падая на кровать и раскидывая руки в сторону, принимая форму звезды. – Я отсюда не выйду.

– Выйдешь. А как же твой дух авантюризма? – хмыкнул тот и принялся расстёгивать пуговицы на рубашке.

– Стас, какой маскарад? У меня даже костюма нет.

Никольский лишь пожал плечами:

– Юль, это образное выражение. Нам просто дадут маски или шляпы, и мы будем играть весь вечер попавшегося персонажа.

– Может баиньки? – девушка перевернулась на живот и скорчила жалобную мину.

– Нет, моя дорогая, ты так просто от меня не отделаешься. Ты же обещала.

– Ты садист.

– Да, – промурлыкал тот, подмигнул ей и стянул рубашку, красиво поигрывая мускулатурой. Глядя на его телодвижения, Вавилова чуть не расхохоталась, но вовремя прикусила губу.

Именно в этот момент раздался стук в дверь.

– Это кто? – Юля сразу села.

– Наверное, наши маски принесли.

И точно. За дверью стояла смущенная Светлана. Глаза девушки слегка расширились, стоило ей увидеть обнаженный торс мужчины. Она даже на мгновение потеряла дар речи, а взгляд голубых глаз слегка поплыл.

– Свет? – прокашлявшись, произнёс он.

– Что? Ах, да. Я вам принесла… для маскарада… реквизит, – и быстро протянула ему большой белый пакет.

После чего еще раз скользнула жадным взглядом по его телу и убежала.

– Давай посмотрим, что нам принесли, – закрыв дверь, произнёс он и вытащил большую желтую корону, щедро усыпанную блёстками. – О-о-о-о, корона. Я – принц.

– С чего ты взял? Может, это мне, – девушка вскочила с кровати и подошла ближе.

– Сомневаюсь, – хмыкнул Стас и достал из пакета огромный уродливый головной убор, который был похож на распределительную шляпу из фильмов о Гарри Поттере. – По-моему вот это тебе.

– Ведьма? Что ж, если распределением занималась твоя поклонница, то этого стоило ожидать, – взяв двумя пальцами шляпу, вздохнула Юля. – Мне надо одеться Бабой-Ягой и нарисовать на лице бородавки?

– Может быть, – нахлобучив на голову корону, ответил Стас.

– Мило. Я бы даже сказала очаровательно. Ну, если эта малышка хотела Ведьму, она её получит.

– Юль, ты меня пугаешь.

– Тебе понравится, – многообещающе произнесла она и коварно улыбнулась. – Вы, ваше высочество, отправляйтесь в путь. А лягушонка появится позже.

– В коробчонке?

– Можно и так сказать.

Быстро приняв душ и уложив непокорные волосы пышной гривой, она подошла к чемодану. Стас уже убежал, и теперь девушка могла завершить образ Ведьмы.

Юля не знала, зачем взяла эти вещи. Наверное, готовила тяжёлую артиллерию, если ситуация выйдет из-под контроля.

– Пришёл твой час Икс, – пробормотала она, доставая платье из чемодана. – Ударим же по нервам общественности.

5.

Артёму достался красный колпак Деда Мороза или Санта-Клауса.

– Что это? – спросил Романов у взволнованной Светы, что и принесла ему головной убор.

– Ты будешь нашим Сантой.

Ему казалось, что об этой традиции все дружно забыли. Ошибся.

– А борода где?

– Прояви фантазию, – отмахнулась она. – Ты же большой мальчик.

Фантазия работать отказалась совершенно. Поэтому он надел привычный костюм, нацепил колпак и вышел из комнаты.

Дверь в спальню Стаса и Юли была приоткрыта.

И он совершенно не собирался туда заглядывать. Даже уже почти прошёл мимо, пока не услышал странные звуки. Словно стадо ёжиков пыхтело и чертыхалось.

Бесшумно подкравшись, он заглянул внутрь и застыл.

Повернувшись к двери изящной обнажённой спиной, перед ним стояла Юля. Её хрупкое тело было обтянуто узким кожаным платьем, молнию которого она безуспешно пыталась застегнуть.

– Да что же это такое, – бормотала девушка, отчаянно дергая за замок.

– Позвольте помочь, – неожиданно тихо произнес Артём и сделал шаг вперёд.

Теперь пришла её очередь испугано замирать.

Очень медленно, придерживая руками платье на груди, Юля обернулась и взглянула на него.

“Ведьма” – стрелой пронеслось у него в голове.

По-другому он не мог назвать это невероятную, сексуальную девушку, что сейчас стояла перед ним. Артём и раньше знал, что Вавилова невероятно красива и сексуальна, но сейчас…

Сейчас у него просто вышибло дыхание.

Тёмные глаза в обрамлении густых чёрных ресниц сияли и притягивали взгляд. Кожа мягко мерцала в свете торшера, а чувственные губы манили. Шикарные волосы мягкими прядями обрисовывали совершенный абрис лица.

– Что вы здесь делаете? – прошептала девушка и слегка дернула головой, от чего непокорная грива красиво колыхнулась и упала за спину.

– Услышал, что вам нужна помощь. Застегнуть?

Нахмурилась, смерив его настороженным взглядом, но всё-таки кивнула.

– Будьте так любезны, – и вновь повернулась к нему спиной, убирая волосы.

От неё пахло мёдом, корицей, с чувственными нотками цитрусовых и новым годом. Аромат был сладкий, но не приторный. Наоборот, захотелось пододвинуться ближе, провести носом по шее, чтобы прочувствовать это безумное сочетание запаха духов и её кожи.

“Какого чёрта? Почему он так реагирует на неё?…”

Тряхнув головой, Романов сделал еще шаг и коснулся “собачки”, задев пальцем кожу. Легкая дрожь прошлась по её телу. Едва заметная, но он уловил. Захотелось плюнуть на всё, стянуть с неё это платье и утащить девчонку в кровать.

“Подругу лучшего друга… ту, что обдирает его как липку и теперь, по-видимому, решила переключиться на тебя”, – подсказал внутренний голос.

Стиснув зубы, Артём в считанные секунды застегнул молнию и отступил.

– Спасибо, – девушка повернулась к нему.

Благодарная улыбка почти сразу сползла с её лица, уж очень злым был взгляд Артёма.

– Не стоит благодарности, – пробормотал он, всеми силами стараясь не смотреть на грудь, что чуть ли не вываливалась из узкого лифа платья.

– Вы сегодня Дед Мороз? – она кивнула в сторону колпака, что был у него на голове.

– Санта Клаус. А вы?

– Ведьма, – она подняла с кресла уродливую шляпу и надела себе на голову.

Вот только страшнее от этого Юля не стала.

– Думаю, нам пора, – пробормотал он, поворачиваясь в сторону двери.

– Да, конечно, – девушка двинулась за ним следом.

По лестнице они спускались молча, старательно избегая смотреть друг на друга.

А у входа в столовую, где уже собралась почти вся компания, задержались. Это и стало отправной точкой в череде дальнейших событий.

– Смотрите, смотрите! – неожиданно громко закричала Света, привлекая всеобщее внимание.

Взглянул на девчонку и Артём. Та чему-то улыбалась и тыкала на них пальцем.

– Вы видите? – вновь завопила она. – Все видят?

Остальные неожиданно громко заулюлюкали и захлопали в ладоши.

– Попал, Тёмыч! – воскликнул Никита.

– А что происходит? – стоящая рядом с ним Юля нахмурилась и скрестила руки на груди. От этого движения вырез её платья стал еще глубже, обнажая грудь чуть ли ни наполовину.

– Вверх посмотрите! – усмехнулась Зоя.

Пожав плечами, Артём поднял голову и увидел у себя над головой какой-то веник с красной ленточкой и алыми ягодами.

– И что это такое? – несколько раздраженно поинтересовался он, а Юлька неожиданно нахмурилась и выругалась едва слышно.

– Это омела! – торжественно прокричала Света. – Целуйтесь.

– С кем?

– С Юлей.

– Твою мать, – уже громче произнесла Вавилова.

– Зачем? – Артём всё никак не мог понять, в чем дело и чего от него хотят.

– Ну, это такая традиция. Целоваться под омелой. Ну же, чего застыли? Артём целуй Юлю, – продолжала верещать девчонка, чуть ли не прыгая от счастья.

Романов перевёл взгляд на Юлю. Бархатисто-карие глаза девушки горели опасным огнём. На лице отчётливо читалось: “Только попробуй, и я сделаю тебя инвалидом”.

“Не очень и хотелось”, – мысленно парировал он.

– Не думаю, что это хорошая идея, – пробормотал мужчина.

– Ну, ребят, что вы как дети? – разочарованно выдохнул Никита. – Это всего лишь традиция.

Вздохнув, Артём резко подался вперед и неловко ткнулся в девичью щеку.

Но зрителям это показалось мало.

– Не, так не пойдёт, – разочаровано простонали все.

– А что тут происходит? – к ним подошёл Стас, что, видимо, выходил на веранду покурить. – Чего стоите?

– Они под омелой, а целоваться не хотят, – коварно сообщила Света, стреляя глазками в сторону кареглазого красавчика.

– Да? – тот хохотнул. – Не, так не пойдёт. Традиции надо уважать, особенно в Новый год. Юль, покажи класс. И ты, Артём. Ну же? Где ваш дух авантюризма и праздничное настроение?

– Какого черта, – выругалась Юля, которую этот спектакль стал раздражать, и сама шагнула к Артёму.

Только он собирался спросить, что она творит, как приподнявшись на цыпочках, девушка потянулась к его губам.

Сладко… Это было первое что Романов подумал.

Так сладко, что сбилось дыхание и зашумело в ушах.

Её губы были мягкими и такими ароматными. Казалось еще чуть-чуть и Артём ощутит вкус шампанского. Он уже его чувствовал. Сотни тысяч пузырьков, что взрывались в голове, лишая последних остатков разума, мешая дышать нормально.

Дышать… Мужчина забыл, что это такое. Полностью сосредоточившись лишь на девушке, чьи губы манили словно наркотик.

Романов не заметил, как взял контроль на себя, как подался вперёд. Его руки заскользили по девичьему телу, заставляя Юлю слегка прогнуться в спине и с силой прижаться к нему. Но она не возражала. Судорожно вздрагивая, полностью покорилась его воли, зарываясь тонкими пальчиками в его волосы.

Еще неизвестно, что бы случилось дальше, когда сквозь бешеный стук собственной крови он услышал одобрительные крики и громкий свист.

Резко отпустив девушку, Артём сделал два шага назад и, тяжело дыша, уставился на неё. Юля ответила ему не менее ошарашенным взглядом. Кончик языка скользнул по припухшим губам, и это движение болью отозвалась в паху.

“Хьюстон, у нас проблемы”, – мрачно подумал он, ощущая эрекцию такой силы, что было трудно стоять, двигаться и просто дышать. Больше всего на свете ему хотелось закинуть её на плечо и отнести в свою комнату. А там…

Дыхание в который раз сбилось, стоило ему представить обнаженную фигурку девушки в своей постели, густые каштановые волосы, разбросанные по подушке…

– Ну, вот и молодцы. А то не могу, не хочу! – Стас хлопнул Артёма по плечу и обнял покрасневшую Юлю, которая старательно рассматривала собственные руки.

Романов видел, как слегка дрожат её пальцы и с каким-то странным удовольствием понимал, что и она не осталась равнодушна к его поцелую… Невеста его лучшего друга… Та, которую он должен вывести на чистую воду.

Что ж, почему бы не совместить приятное с полезным?

***

Поздно вечером Артём одним из последних возвращался к себе в комнату.

Голова болела нещадно, от количества спиртного мутило и всё горело внутри. И чего он столько выпил? Ведь не Новый год еще? Вся пьянка будет завтра. Может, всё дело в том, что он просто не мог смотреть на Юлю. Девушка весь вечер провела рядом со Стасом, прижимаясь к нему, гладила, улыбалась и позволяла себя касаться. Вроде невинно, но Артёму отчего-то было больно.

Цепляясь за перила, Романов поднялся на второй этаж и был чуть не сбит рыдающей навзрыд Светой. Для неё этот вечер тоже не был радостным.

– Эй, – только и успел вскрикнуть мужчина, но девчонка уже убежала вниз. – Какого здесь происходит?

Слегка отдышавшись, Артём пошёл по коридору, стараясь не думать, что вон та третья дверь справа принадлежит Стасу и Юле. Не думать не получалось, потому что звуки, что доносились оттуда, не услышал бы только глухой.

Ритмичное поскрипывание… стук изголовья кровати и тихие вскрики.

– Ох!… Ах!… Стас… Да-а-а-а-а…

Скрип становился всё громче. Артёму внезапно показалось, что весь мир исчез. Остался только он и эти чертовы звуки, которые оглушали, вызывая непонятную, необъяснимую боль и злость.

6.

Юля давно так не веселилась.

Они со Стасом по очереди прыгали на кровати и громко стонали. При этом надо было удержать на лице серьёзное выражение и не хихикать, чтобы не спалиться. Но три бокала шампанского совершенно не располагали к серьёзному настрою, и девушка то и дело закрывала рот руками, чтобы не расхохотаться в голос. Никольский ей совершенно в этом не помогал, делая смешные страшные глаза, корча рожицы. При всём при этом он старался прыгать еще интенсивнее.

Кровать ходила ходуном и ритмично билась о соседнюю стенку.

– Юль, – страшно зашептал Стас. – Ну?

– Ох!… Ах! – послушно закричала девушка и чуть не захрюкала от нового приступа хохота. – Стас! Да-а-а-а-а!

После чего, уже значительно тише зашипела:

– Ты тоже звуки издавай.

– Мужчины не кричат, – запротестовал тот.

– Ну, постони что ли… Что я одна? – девушка запустила в него подушкой, но промахнулась.

– Я прыгаю, – возмутился Стас, увернувшись.

– Может, она уже ушла? – с надеждой поинтересовалась Юля, падая на кровать.

– Иди, посмотри.

– Я не могу. Женщины после секса дольше отходят. Иди ты, проверяй.

– Не пойду, – заупрямился тот и тоже плюхнулся рядом.

– Тогда давай спать. На сегодня у нас всё. Ты, конечно, секс-гигант, но я спать хочу, – широко зевнув, произнесла девушка, поднимая с пола одеяло.

– Я тебя еще ночью разбужу, – обрадовал её мужчина, устраиваясь поудобнее.

– Это еще зачем?

– Для закрепления результата.

– Только попробуй! Иначе я всё расскажу.

– Не расскажешь, – Стас отмахнулся и блаженно улыбнулся.

– Тебе надо было просто с ней поговорить и всё. Зачем устраивать этот спектакль?

– Тогда были бы слёзы, истерики.

– А сейчас, после нашего представления, она от счастья пляшет, – фыркнула Юля, не открывая глаз.

– Но я хотя бы этого не вижу.

– Всё вы одинаковые! Трусы. Не можешь сказать восемнадцатилетней девчонке, что она тебя как девушка не интересует.

– Я уже говорил. Она меня не слышит… Юль?

– М-м-м? – сонно ответила она.

– А что было сегодня в столовой?

– А что было в столовой?

– Ты и Артём.

Девушка напряглась, слегка задержала дыхание, но глаз не открыла.

– Ничего.

– А поцелуй?

– Лишь традиция, – несколько резко ответила она. – Давай спать. Я жутко устала. День сегодня был более чем насыщенный – перелёт, знакомство.

И отвернулась в другую сторону.

Её губы всё еще пылали. Глупо, прошло столько времени. Она давно должна была забыть этот поцелуй у всех на глазах. Но не могла.

Если честно, то всё началось до поцелуя. В тот самый момент, когда Романов помог застегнуть это чертово платье. Юля была взрослой девочкой и отлично знала, что означает этот потемневший обжигающий взгляд, от которого тотчас кожа покрылась мурашками и сбилось дыхание. Мужчина мог говорить и делать всё, что угодно, но Юля знала, Романов её хочет. И этот поцелуй только подтвердил собственные подозрения.

Оставался только один вопрос – чего же хочет она сама?

Вздохнув, она еще крепче обняла подушку.

Утро вечера мудренее. Вот только один вопрос не давал уснуть спокойно.

– Стас? Стас!

– Что?

– А кто такая Инга?

Никольский некоторое время молчал, а потом тихо ответил:

– Девушка из нашей компании. Они с Артёмом встречали… долго, даже собирались поженится. Она погибла пять лет назад, автомобильная авария. А что?

– Нет, ничего. Просто спросила.

Стас ничего не сказал, только глубокомысленно хмыкнул и повернулся на другой бок.

7.

Несмотря на то, что Романов вчера лег спать довольно поздно и немного пьяным, встал мужчина рано. Он вообще был жаворонок и привык вставать не позднее семи часов утра.

Дом спал.

На улице было еще темно и очень тихо.

Подойдя к окну, Артём еще некоторое время рассматривал снежинки, что, кружась в немыслимом танце, падали с неба, покрывая всё вокруг тонким белым слоем.

– Кто бы мог подумать… а здесь действительно красиво – пробормотал он сам себе, подходя к кофе-машине, чтобы налить новую порцию напитка.

Похмелья не было, но голова всё равно болела.

– Доброе утро, – раздался сзади голос.

Резко обернувшись, Артём увидел лохматую и сонную Юлю, что в домашнем костюме стояла перед ним и нервно озиралась.

– Доброе, – несколько растеряно поздоровался он. – Кофе?

Видеть красавицу Юлю в бесформенных клетчатых штанах и широкой майке со смешным зайцем, было странно. В её облике появилась невинность, детская непосредственность и беззащитность.

И он всё еще её хотел.

– Да, спасибо. А где все?

– Еще не встали.

– А вы? Еще не легли?

– Я всегда рано встаю. Привычка, – улыбнулся он, внимательно следя за каждым её движением.

– Понятно, – она нервно заправила локон за ухо, что выбился из высокого пучка. – Я тоже люблю рано вставать. А вот Стас истинный сова.

Настроение Романова сразу упало. Потому как разглядывая её хорошенькое личико, молодой мужчина совершенно забыл обо всем, в том числе и о лучшем друге. А теперь вспомнил и те звуки тоже…

– Может перелёт сказался, – и, не удержавшись, добавил. – Да и ночь у вас была бурной.

Юля внезапно покраснела и отвела взгляд.

– О-о-о… вы слышали… то есть, я хотела сказать… извините.

– Всё нормально… Только в следующий раз не так громко. А то кто-нибудь решит полицию вызвать.

– Мы постараемся, – еще сильнее смутилась она, принимая у него из рук кружку с горячим напитком. – Спасибо.

Их пальцы на мгновение встретились, но ничего особенного он не почувствовал. Ни взрыва, ни удара током. Просто тепло и мягкость кожи.

– Вы не знаете, какие у нас на сегодня планы?

– В каком смысле? – глотнув из своей кружки, просил он.

– Вчера был маскарад. А что сегодня?

– Сегодня тридцать первое. Значит будем готовить… Много готовить.

– Ясно, – быстрый взгляд карих глаз, словно она боялась смотреть ему в глаза.

Большое помещение кухни накрыла неловкая тишина. Они оба молчали, не зная, что еще сказать, но и распрощаться не могли. Словно ожидали друг от друга того самого шага, который не могли сделать сами.

– Доброе утро, – на кухню зевая и сонно щурясь, вошел Славка. – Тём, ты всегда был ранней птахой, но Юля… ты чего так рано проснулась?

– Привычка, – пожала плечами девушка.

– М-м-м? Кофе? – Егоров чуть ли не носом влез в её кружку и блаженно зажмурился. – Как же хочется кофе.

– Там еще есть, – кивнув в сторону кофе-машины, произнёс Артём. – Будешь?

– Конечно. Он еще спрашивает.

Этот день пролетел быстро. Хоровод ярких событий мелькал, сменяя друг друга. Но стоило ему на мгновение отвлечься, как перед глазами тут же появлялась темноглазая девушка. Артёму казалось, что она специально появляется, чтобы лишить мужчину душевного покоя. Но он тут же гнал от себя эти мысли.

Глупо.

Последний день старого года был наполнен шумом, смехом и улыбками. Народ проснулся ближе к обеду. Наскоро позавтракав, а кто-то пообедав, они оделись и вышли на улицу, чтобы нарядить ёлку, что росла во дворе. Украшали её всем тем, что попадалось под руку. В дело пошли шарфы, конфеты, мандарины. Девчонки даже пожертвовали часть своей бижутерии.

Потом была игра в снежки, которую по традиции затеял Славик, что бросил в зазевавшегося Кирилла. Тот охнул и попытался отомстить, запустив ответный снаряд. И попал в Зою. Девушка взвизгнула и началось…

Юля тоже в стороне не осталась. Её искренний, задорный смех разносился по округе и вызывал ответные улыбки. Даже Артём не смог устоять. Его тоже втянули в это побоище, засыпав за шиворот снег.

Ближе к четырём вечера, мокрые, уставшие, но счастливые, друзья вернулись в дом. Горячий кофе с бутербродами согрел и дал силы готовиться к празднику.

Приведя себя в порядок, мужчины взялись готовить шашлык. Для этого в беседке стояла кирпичная печка. Именно в этой уютной нише они и собирались встречать новый год. А девушки занялись приготовлением салатов и закусок.

Сама новогодняя ночь пошла как по плану – ароматный шашлык, шампанское, бенгальские огни, тосты, поздравления, обратный отсчёт и родной бой курантов на Спасской башне. Видеотрансляцию по планшету обеспечил Кирилл. После были фейерверки, в ходе которых Славик чуть не спалил дом, запустив один из снарядов не в ту сторону. Но всё обошлось.

– С Новым годом, Юля, – Артём не смог отказать себе и подошёл к девушке, что стояла у перил в стороне от шумной компании и, держа фужер с шампанским, смотрела на звёзды, что сияли у них над головой.

Услышав его голос, девушка вздрогнула и обернулась.

– Спасибо, Артём Сергеевич. Вас тоже с праздником.

– А давай на “ты”, – неожиданно предложил он, становясь напротив и опираясь бедром о перила беседки. – Ты же девушка Стаса, а я его лучший друг.

– Девушка, – медленно кивнула она и вдруг оглянулась, посмотрев на Никольского, возле которого опять крутилась Света. – Да, действительно. Я его девушка.

– Что-то не так?

– Нет, всё отлично. На “ты”, так на “ты”. Чин-чин, Артём, – и чокнулась с его бокалом. – С новым годом, с новым счастьем.

– С новым счастьем, – кивнул он и отпил из бокала, не отрывая от неё взгляда.

Юля тоже не спешила завершить эти непонятные гляделки. Внимательно смотрела ему в глаза, словно что-то пыталась разглядеть.

“Может, более богатый денежный мешок”.

Почему-то от этих мыслей стало тошно и противно. Но не по отношению к ней, а по отношению ко всей ситуации.

Какое право он имел её судить. Юля молодая, красивая девушка и пользуется этим так, как считает нужным. И вмешиваться в жизнь друга тоже было глупым решением. Стас уже большой мальчик и должен сам отвечать за свои поступки. Нянька ему не нужна.

– Вы чего тут застыли? – к ним подбежала Алла. – Идёмте.

– Да, конечно, – бросив на него очередной непонятный взгляд, произнесла Вавилова.

8.

– Ты куда? – сонно пробормотал Стас, когда Юля осторожно выскользнула из постели и направилась в ванную переодеваться.

– Вниз. Спи, рано еще, – прошептала она, заботливо поправляя одеяло.

– Который час?

– Половина девятого.

– Сумасшедшая, – простонал Никольский и зарылся лицом в подушку, после чего глухо произнёс. – Меня до двенадцати не будить.

“Сонный мишка”, – усмехнулась девушка и зашла в ванную.

Даже несмотря на то, что легла она в пятом часу и остальные продолжали гулять до утра, Юля снова проснулась рано. Привычка, выработанная годами, никуда не делась. Голова слегка болела, но не критично. Большая кружка кофе должна была привести её в чувства и зарядить бодростью на всё утро.

В доме было темно и тихо.

Юля на цыпочках прошла по коридору, на ощупь спустилась по лестнице и вошла на кухню, где первым делом включила кофе-машину. И пока этот божественный напиток готовился, девушка могла подумать. Ведь было о чём.

За последние три месяца её жизнь круто изменилась. Вроде бы пора уже было привыкнуть. А она всё никак не могла. А теперь еще и Романов. Ведь жизнь была намного проще, когда они друг друга терпеть не могли. Теперь же с этими непонятными взглядами… после того злосчастного поцелуя… ведь он же знает, что они со Стасом вроде как встречаются. Тогда зачем всё это? Чего он добивается? И как себя вести?

Ответов на эти вопросы не было. Наоборот, чем больше Юля об этом думала, тем сильнее запутывалась в происходящем и собственных ощущениях.

Это же надо было так поцеловаться, чтобы забыть обо всем на свете. О Стасе, его друзьях, о собственной неприязни. Единственное, о чем она тогда думала, как побыстрее стащить с него эту жуткую жилетку, расстегнуть рубашку и провести подушечками пальцев по обнаженной коже, чувствуя как он вздрагивает от каждого прикосновения.

– Поскорее бы всё прояснилось, – вздохнула Вавилова. Хотя и понимала, что сама виновата.

Стас давно всё хотел рассказать другу и всем остальным. Это именно она оттягивала, просила подождать. И к чему это привело? К неприятностям.

Юля вновь вздохнула и чуть не подавилась воздухом, когда объект её невесёлых размышлений, весело насвистывая какую-то мелодию, прошёл мимо неё.

Ладно бы просто прошёл. Но на Романове были лишь штаны, а на плечах висело полотенце. Короткие волосы были мокрыми и взъерошенными, словно он только что принял душ. Это потом девушка вспомнила, что Никита говорил ей о том, что в подвале цокольного этажа есть небольшой бассейн. Но занятая собственными проблемами и закрутившись в вихре новогодних праздников, Вавилова о нём благополучно забыла.

“И с чего я решила, что он тощий? – с тоской подумала девушка, глядя на обнажённый торс. – Не качок, конечно, но и не худой. Оказывается, что там под жуткими жилетками скрывается весьма себе привлекательная мужская фигура”.

– Доброе утро, – Артём остановился прямо напротив неё. – Я думал, что все ещё спят.

– Все и спят, – немного хрипло произнесла она, стараясь не смотреть, как капельки медленно стекают по его телу вниз.

“Неужели так сложно было вытереться?”

– А ты рано встаёшь, я помню. Кофе?

– Что? – две капельки встретились где-то в районе живота и продолжили путь вниз.

– Кофе угостишь?

– Конечно, – с трудом заставив себя, оторваться от столь привлекательного зрелища, пробормотала девушка и резко отвернулась.

Щеки неожиданно вспыхнули румянцем, а губы пересохли так, что казалось еще немного, потрескаются.

“Да что это такое? Это же Артём Романов. Тот самый сноб, что вечно меня бесил. Он не должен вызывать во мне такие чувства… и желания”.

Не должен, но вызывал.

– Помочь? – тихо прошептал мужчина, становясь прямо за её спиной.

На нее обрушился целый каскад запахов – туалетной воды, шампуня и просто мужчины. Горячее дыхание щекотало волосы на затылке, и она едва не подпрыгнула, когда мужские руки бережно и в то же самое время настойчиво схватили её за предплечье и мягко развернули к себе.

“Нельзя этого делать… совсем нельзя… Неправильно…”

Но тело не слушалось голоса разума, подаваясь ему навстречу. Мечтая вновь ощутить его прикосновения.

И когда их губы разделяла всего пара сантиметров, раздался шум.

– Юля! Юля!

Они шарахнулись друг от друга, как пойманные на месте преступления.

– Стас, я тут! – прочистив голос, ответила девушка и, обогнув застывшего Артёма, направилась в сторону лестницы. – Что случилось?

– Собирайся, мы уезжаем! – Стас стоял на лестнице – взъерошенный и испуганный. Одного взгляда на его бледное лицо хватило девушке, чтобы понять – беда.

– Что случилось?

– Мама в больнице… Говорят, инфаркт.

– О, Господи, – только и могла прошептать она, прижимая руки к груди, там, где билось сердце.

9.

Конечно, Артём поехал с ними. Он просто не мог оставить друга в беде. Для него самого новость о том, что Ирина Николаевна в больнице, была больше чем шоком. Он искренне любил эту женщину и не мог представить, что с ней что-то могло случиться.

Каким-то чудом, через десятые руки, с увеличенной в три раза стоимостью, им удалось взять три билета до Москвы.

Юля не отходила от Никольского ни на шаг. Бледная, испуганная, она как могла поддерживала мужчину. Но Артём видел, что её что-то тревожит. Он сам не понимал как, но эта девушка неожиданно открылась для него с новой стороны.

Романов много наблюдал за ней, следил за реакцией на ту или иную ситуацию, готовился поймать любой промах или неточность. Но этого не было. Девушка была искренна, не жеманничала, не притворялась, не была лучше, чем есть на самом деле. И Стаса она действительно любила. Только вот чувства эти отчего-то были больше похожи на сестринские, чем на отношения двух любовников.

Несмотря на все старания, как они не спешили, но до Москвы добрались только вечером.

В частной клинике, куда Ирину Николаевну отвезла скорая, к женщине согласились пустить только Стаса и то ненадолго.

– Я останусь здесь.

– Я с тобой, – Юля выступила вперёд и нервно заломила руки. – Вдруг понадобится помощь.

– Спасибо. Юлька, что бы я без тебя делал, – мужчина обнял её и прижал к себе. – Ты даже не представляешь, как важна для меня твоя поддержка… Но сейчас тебе действительно лучше вернуться домой.

– Стас.

– Не спорь со мной. Выспишься, а потом утром приедешь. Артём, отвезёшь её? – он повернулся к другу, который всё это время стоял чуть в стороне, задумчиво их рассматривая.

– Конечно. Стас, если что надо, обязательно звони.

– Спасибо, – Никольский благодарно кивнул, поцеловал Юлю в щеку и скрылся за больничной дверью.

С его уходом напряжение между ними еще больше возросло.

– Я вызову такси, – тихо произнесла девушка, старательно избегая смотреть на него.

– Я уже вызвал.

– Тебе совсем не обязательно меня сопровождать.

– Но я провожу, – подавая ей куртку, произнёс мужчина.

– Как хочешь.

Всю дорогу Юля молчала, отсутствующим взглядом глядя в окно. Но что-то в выражении её лица не давало ему покоя. Артём не мог понять, что именно его нервировало, но уж слишком безжизненной она казалась.

– Приехали, – тихо произнесла она, открывая дверь.

– Стой! – вручая водителю деньги, крикнул Романов. – Я тебя провожу.

– Не надо.

– Я настаиваю, – подходя ближе, заявил он.

– Слушай, что тебе от меня нужно? – злости в её голосе не было, лишь усталость и это обеспокоило его еще больше.

С чего такая странная реакция. Словно она винила себя в болезни Ирины Николаевны. Но это глупо. Они были за сотни километров, когда всё произошло.

– Ничего. Просто проводить.

Он видел её квартиру. Детектив присылал ему фото. Она была небольшой и довольно уютной и в жизни оказалась еще более интересной, чем на тех снимках.

– Кофе угостишь? – заходя следом, спросил Артём.

– Нет.

– Тогда я сам сделаю. Ты будешь? – и, закрыв дверь, он совершенно невозмутимо снял с себя куртку.

– Романов, исчезни.

– И не подумаю, пока ты мне не объяснишь, что произошло.

Мужчина прошел вслед за ней в комнату и сел в кресло.

– Ничего.

– От ничего с таким выражением на лице не ходят.

– Ты не понимаешь… Это же я виновата. У неё слабое сердце… Врачи говорили, что надо меньше потрясений, а Стас не слушал… и вот… Если бы я не появилась в их жизни, ничего бы этого не было, – в конце её голос сорвался, и она обхватила себя руками, пытаясь прийти в себя.

– Юль, – Артём сел рядом с ней и осторожно взял за подбородок, заставляя смотреть себе прямо в глаза. – Это неправда. Ты ни в чём не виновата.

– Виновата. Ты не знаешь…

– Знаю, – перебил он её. – Теперь знаю. Что бы ни произошло с Ириной Николаевной, в этом твоей вины нет.

Её бархатисто-карие глаза блестели от непролитых слёз, а губы так и манили. То желание, что вспыхнуло этим утром на кухне, никуда не делось. Оно вновь зародилось внутри, отключая мозг и заставляя забыть обо всём. Впервые за всю свою жизнь Артём забыл про моральные принципы, про то, что нельзя отбивать девушку у лучшего друга, про всё на свете.

Юля не сопротивлялась, когда он её поцеловал… когда сильные руки прижали стройное гибкое тело к себе еще теснее. Но и пассивной она оставалась недолго. Судорожно вздохнув, обняла и ответила на поцелуй со всей страстью и отдачей, на которую была способна.

В считанные минуты они избавились от одежды, не прекращая целоваться, ласкать друг друга и прикасаться. Это было похоже на безумие и в тоже время каждый чётко осознавал, что делает. Просто противиться этому не могли, да и не хотели.

Они словно превратились в клубок оголенных нервов, каждое движение и прикосновение вызывало обоюдно острую реакцию и сводило с ума. Мужчина и женщина словно исчезли, растворились друг в друге, образуя единое целое.

Уснули только глубокой ночью, когда сил уже совсем не осталось.

Утром Артёма разбудил звонок в дверь. Юля завозилась, но так и не проснулась. Впервые за долгое время ей не хотелось вставать рано. Трель звонка вновь огласила комнату. Наспех надев штаны, мужчина бросился открывать, даже не удосужившись взглянуть в дверной глазок.

– Доброе утро, – произнёс Стас, слегка толкнув друга плечом и заходя внутрь.

– Стас, – только и смог произнести он.

А друг тем временем зашел на кухню и сел на стул.

– Не ожидал?

– Нет. Я спал с Юлей, – выдохнул он и замер, ожидая удара.

Но друг вместо того, чтобы взбеситься, врезать ему, неожиданно хмыкнул и поудобнее сел.

– Я уже догадался. И что дальше?

Артём растерялся на мгновение, потом взял в себя в руки и решил уточнить.

– Стас, ты, наверное, меня не понял, я переспал с твоей девушкой.

– С Юлей, – зачем-то исправил тот. – Я понял. И?

– Что и?

– Я хочу знать причину.

– Какую причину?

– Из-за которой ты переспал с Юлей. Ты можешь мне сказать, почему ты это сделал?

– Ты сдурел?

– Нет. Просто сейчас от твоего ответа очень многое зависит, – неожиданно серьёзно ответил тот, подаваясь вперёд. – Я узнаю и только потом решу, буду ли я бить тебе морду или нет. Итак, Артём, в чём причина? Может, ты хотел что-то доказать мне? Что Юля меня не любит, что она алчная стерва, готовая ложиться под любого?

– Не смей так о ней говорить.

– Ты же сам столько раз пытался мне это сказать. Или ты думал, что я не узнаю, что ты нанял детектива за ней следить, копался в моих счетах? – неожиданно жестко оборвал его Стас. – И вот такой случай. Затащить её в койку, отыметь и предоставить мне факт её неверности.

Практически тот самый план, который Артем разрабатывал, когда летел на праздник. За одним редким исключением.

– Всё было не так.

– А как? Разве Юля не шлюха?

В следующий момент Артём неожиданно дернулся, подскочил к другу и со всего размаха дал тому в челюсть.

– Никогда не смей так её называть! – рявкнул он.

– Что здесь..? – на пороге кухни возникла встревоженная Юля. – О, господи! Стас! Он тебя ударил?

Артём отступил на шаг и растеряно смотрел, как девушка падает перед другом на колени и стирает рукавом пушистого халата тонкую струйку крови, что текла из уголка его рта.

– Юлька, он меня стукнул, представляешь? – странно блестя глазами, ответил тот.

Казалось еще немного и он запищит от счастья.

– Не представляю, – она повернулась к Артёму и бросила сквозь зубы. – Как ты мог?

– Он твою честь защищал, – сказал Стас. – Я назвал тебя шлюхой, а он меня ударил.

– Что? Что ты сказал?

– Ну должен был я узнать, как он к тебе относится. Ай! Юль, ну больно! – вскрикнул он, когда девушка довольно болезненно ткнула его в живот и вскочила на ноги.

– Два идиота! – крикнула она. – Можете и дальше членами мериться, а я уезжаю домой. Мне всё надоело.

– Юль, – жалобно простонал Стас. – Ну, прости. Но я же должен был узнать, кому отдаю сестру.

– Сестру? – растеряно пробормотал Артём. – У тебя нет сестры.

– Стас!!! – буквально прорычала Юля. – Не смей!

– Тебе не кажется, что пора уже перестать скрываться? Детский сад, честное слово, – после чего повернулся к другу. – Я тоже думал, что у меня нет сестры. А полгода назад копался в бумагах отца и нашел письмо от некой Анны Вавиловой, бывшей секретарши папика. В послании она рассказывала, что родила от него дочь, Юлю. Вот эту самую амазонку, которая взяла с меня слово, что я никому об этом не расскажу.

– Сестра. Но тогда ночью? Вы?

– О, ты слышал? Это мы Светку отпугивали. Ты же помнишь, как она за мной бегала. И вот… А ты со своими подозрениями меня и надоумил привезти Юльку в качестве девушки, чтобы та от меня отстала.

10.

Юля внимательно следила за его реакцией и ожидала…

Она много чего ожидала. Мужчина вполне мог рассердиться, хлопнуть дверью и уйти. Мог обидеться, поднять её на смех. Артём много чего мог. И его решение девушка ждала, затаив дыхание.

Надо было давно ему рассказать. Стас столько уговаривала, а она не хотела.

Наверное, всему виной была гордыня. Её раздражал Романов. Его поведение выводило её из равновесия и в отместку, она отказалась посвящать мужчину в их маленькую тайну.

А потом Стас попросил её сыграть девушку на Новогоднем празднике. Взрослый мужчина за тридцать, а боится сказать восемнадцатилетней девчонке, что бы не приставала к нему с глупостями. Нет, ему понадобилось придумывать хитроумный план. И в итоге всё больше запуталось.

– Значит, сестра, – тихо произнёс Артём. – А ты старший брат.

– Совершенно верно, – кивнул Стас.

– Ясно. Ну тогда… тогда сейчас единственное, что мне остаётся так это задать тебе только один вопрос, старый друг.

– Какой?

– Я могу пригласить твою сестру в кино?

– Наверное, это лучше просить у неё, – хмыкнул тот. – Я чего приехал. Мама очнулась. Всё нормально. Очень хочет, наконец, с тобой познакомится.

Артём тем временем подошёл к ней и обнял, прошептав на ушко:

– Ну что, Юля Вавилова? Пойдёшь со мной в кино?

– Смотря как попросишь? – улыбнулась она.

– У меня очень богатый словарный запас. Я могу разговаривать часами.

– Ты мне угрожаешь? – хмыкнула девушка, чувствуя, как уходит напряжение.

Теперь Артём улыбнулся еще шире.

– Не угрожаю, а предупреждаю.

– Знаете, – произнёс всеми забытый Стас. – Я, пожалуй, пойду. Свои обязанности старшего брата я выполнил. Остальные в ваших руках.

– Мы же собирались к твоей маме, – вспомнила Юля.

– Теперь вечером. Вы всё равно сейчас неадекватные. Улыбаетесь как дурачки. Ладно Юля, она – девушка. Но ты, Тёмыч… эх, – Никольский махнул рукой и встал со стула. – Мой друг потерян для общества. А я ведь знал, что вы не просто так друг на друга рычите и искры пускаете.

– Так это твоих рук дело? – догадался Артём, еще теснее прижимая её к себе.

– Не-а. Тут я совершенно и абсолютно не причём. Всё дело в омеле. И том поцелуе. Только он смог открыть вам глаза.

– И теперь я этот шанс не упущу, – улыбнулся мужчина.

А дальше их ждало лишь чудо под названием любовь)))

***

Пусть Новый год подарит радость,

Тепло сердец, любовь родных.

Пусть будет каждый день Вам в сладость.

Поменьше дней холодных, злых.

Желаю счастья полный ворох,

Пусть жизнь играет красками.

Веселья, радости, задора!

Пусть будни станут сказками.

Пускай удача не отступит,

Пусть окружает доброта,

Пусть Новый год Вас не обидит

И будет щедрым к Вам всегда.