Soulmate Золотого Дракона (fb2)


Настройки текста:



Настя ИльинаSoulmate Золотого Дракона

Часть 1

— Семнадцать, восемнадцать, девятнадцать, двадцать…

Я спрыгнула на пол, отпустив турник, за который до этого держалась, и принялась делать повороты корпусом, чтобы немного размяться.

Тренажерный зал, раскинувшийся на сто с лишним квадратных метров в подвале дома моих опекунов, был, пожалуй, самым любимым местом, если не считать мою спальню и таверну, в которой готовили невероятные пироги с мясом.

— Не лучшее занятие ты выбрала в свой день рождения!

Слуха коснулся бархатистый голос Зейна, родного сына моих опекунов, и я бросилась к нему на шею с радостным визгом.

— Господи, Зейн! Я так скучала.

— Служба в Светлой Долине такая. Букашка моя маленькая, ты так повзрослела за эти полгода.

Полгода. Мы не виделись с ним целых шесть месяцев. Зейн заметно возмужал, стал ещё красивее и желаннее… Жаль только, что полукровка никогда не сможет быть парой ангела…

— Выбирайся из зала и пошли гулять. Хочу, чтобы сегодня в нашей таверне гремела музыка в твою честь.

У меня даже голова кругом пошла. Неужели мы проведем с ним целый день вместе?! Поверить только! Я чмокнула его в щёку, задержавшись ненадолго у его лица, чтобы вдохнуть запах волшебного лосьона, которым он умывается утрами. Побежав к двери, услышала его голос, зовущий меня по имени:

— Эстер!

Я обернулась и, видит бог, была готова в это мгновение броситься в его объятия и поцеловать по-настоящему, хоть и не умела этого делать. Однако слова Зейна заставили задержаться на месте:

— Милли приехала вместе со мной.

Меня будто обухом по голове ударили. Удушливый ком подступил к горлу, заставляя забыть, как дышать. Милли — чистокровный ангел с чертовски идеальной фигурой, длинными белоснежными волосами и большими голубыми глазами. Родители Зейна всегда были помешаны на идее свести его с Милли и заполучить себе чистокровных внуков. Внутри ядовитой змеёй поползла ревность. Она отравляла словно яд, пропитывая внутренности разъедающей кислотой.

— Она… А почему она приехала с тобой? — осторожно спросила у него я, уже чувствуя ответ по глубине печали, проступившей во взгляде.

— Мы помолвлены. Через два новолуния сыграем свадьбу.

Лучшего подарка и не придумать. Драконий коготь! Ну почему? Почему сегодня? Почему сейчас? И почему так больно? Я же предвидела такой поворот событий…

Захотелось послать его к чёрту вместе с Милли. Ну неужели Зейн не видит мои чувства? Неужели он настолько глуп, чтобы не понять, что я его люблю не как брата? Но я, как всегда, проглотила обиду, ведь Зейн проделал такой путь ради меня… Глупо было бы включать сейчас ревнивую девчонку и устраивать истерики.

— Лучше бы ты не приезжал, — прошептала себе под нос, разворачиваясь и теперь уже медленно двигаясь к дверям.

Зейн догнал меня. Наверное, он услышал слова, брошенные в порыве гнева, потому что задержал меня за руки и развернул к себе. Он посмотрел мне прямо в глаза, и я готова была утонуть в синеве его взгляда… Могла пойти курсом самоуничтожения, только бы получить его поцелуй.

— Я хотел, чтобы ты узнала от меня, поэтому просил родителей не говорить. Сам не сгораю от счастья, но ты же знаешь, что таковы правила…

Сложно понять, чего он хочет добиться этими объяснениями. Завуалировано предлагает стать его любовницей? Я просто кивала, сгорая от его прикосновений, и понимала, что должна постараться выбить эти девичьи грёзы из головы. У нас никогда бы ничего не получилось. Он чистокровный ангел, а я…

— Вы подружитесь с Милли. Обещаю тебе.

— Ладно… Договорились… Я попробую…

«Не выцарапать ей глаза», — дополнила я уже мысленно и сняла с себя руки Зейна.

Он выглядел таким грустным, что мне стало жаль его, но ещё сильнее в этот момент я жалела себя, потому что устала постоянно думать о других и жертвовать собой.

В коридоре первого этажа я заметила Милли, разглядывающую картину Пола Марка, волшебника, что использовал магию в живописи, оживляя свои шедевры. Искусство меня мало интересовало, но эту картину, стоящую баснословных денег, я изучила вдоль и поперёк. Она и правда была шикарной, казалось, что косари на лугу живут собственной жизнью: они то отдыхали и обедали, то принимались косить траву… Время от времени, прибегал мальчишка, чтобы сообщить им новости из деревни — про новости я, конечно, придумала сама.

Я попробовала прошмыгнуть мимо Милли к лестнице, но она повернула голову в мою сторону. В своих движениях она напоминала грациозную балерину, делая всё мягко и осторожно.

— Привет, Эстер! С днём рождения, дорогая! — Милли направилась ко мне, и я уже знала, что последует за этим — до ужаса противные обнимашки.

Обняв меня, она принялась засыпать пожеланиями, а я стояла и думала, как бы не сболтнуть случайно, что не хочу её видеть. Милли не виновата в том, что она родилась ангелом. Не она выбирала, в какой семье появиться на свет, но она так активно окучивала Зейна, каждый раз приезжая сюда в гости…

— Спасибо! Мы можем до скончания веков простоять с тобой здесь, а мне нужно ещё переодеться, — буквально оторвала её от себя я и наигранно улыбнулась.

— Ну разумеется. Прихорашивайся. Если хочешь, я могу помочь те…

— Нет! — перебила её. — Я сама. Спасибо.

Я поднялась на второй этаж, в свою спальню, и, оказавшись там, плюхнулась на кровать, чтобы немного расслабиться. Напряжение сводило все мышцы на теле. Вот уснуть бы… Или сделать вид, что я себя неважно чувствую… Но отказаться от эля, который ещё ни разу не пробовала, я не могла, а опекуны вряд ли разрешат мне распивать его под крышей их дома. Провалявшись так несколько минут, я заставила себя подняться на ноги и подошла к гардеробу.

Корсеты я терпеть не могла, поэтому надела одно из простых платьев нежного голубого оттенка. Завязала тоненький поясок и посмотрела на свое отражение. Кулон с рубиновой каплей крови внутри ничуть не подходил к наряду, поэтому я спрятала его под ворот платья. Снять не смогла, ведь это украшение — всё, что мне осталось от мамы. Единственная нить, которая могла бы помочь мне узнать свою вторую сущность. Может быть, среди других созданий я бы чувствовала себя не такой чужой… Хотя, наверное, полукровки нигде и никогда не ощущают себя нужными. Пусть опекуны пытались дать мне всё и заботились, как о родной дочери, я ощущала себя лишней.

Волосы захотелось распустить, чего раньше я никогда себе не позволяла, собирая их в тугой хвост. А сейчас сняла резинку, и волнистые локоны пшеничного цвета рассыпались по спине. Мне хотелось, чтобы Зейн почувствовал хоть что-то, чтобы пусть и ненадолго, но понял, кого теряет. Хотя это были просто детские мечты, ведь он всегда заботился обо мне, как о сестре, и, наверное, ни разу не смотрел, как на девушку.

Переведя дух и набравшись смелости, я двинулась вперёд. У меня, в конце концов, день рождения. Следует отметить его соответствующим образом.

Зейн стоял в прихожей с Милли. Внутри тут же всё сжалось. Любоваться на них остаток дня чертовски не хотелось.

«Драконий коготь», — мысленно выругалась, двигаясь вперёд.

Милли что-то щебетала, а Зейн смотрел в окно и казался потерянным. Мне даже его немного жаль стало, а когда он поднял взгляд на меня и застыл с выражением изумления на лице, опустила голову, чтобы скрыть смущение. Дрогнувший кадык говорил о многом — Зейн потерял на мгновение самообладание, а это значило, что я ему нравлюсь.

НРАВЛЮСЬ!

От зоркого взгляда Милли не могли ускользнуть наши с Зейном переглядки, она сразу же подхватила жениха под руку, пытаясь обозначить своё место рядом с ним. Гадина.

— Зейн, подожди, а Рон и Эми знают, что я иду с тобой, — покашливание Милли заставило поправиться, — с вами в таверну?

Своих опекунов я звала по имени, так уж сложилось, что «мама» и «папа» в отношении них выдавить я из себя не смогла. Хоть родителей я не знала, я любила их и не собиралась предавать, признавая других.

— Ну конечно! А ещё они готовят тебе небольшой сюрприз! Идём скорее.

Зейн предложил взять его под другую руку. Раньше мы частенько так гуляли, но со стороны Милли послышался недовольный вздох, и я решила, что сейчас не стану портить никому настроение, поэтому просто улыбнулась и пошла вперёд.

— Мы прекрасно проведём время, Эстер! Уверена, тебе понравится! — произнесла Милли.

«Понравилось бы, не будь рядом тебя», — подумала я, но всё равно продолжила улыбаться.

Часть 2

— Пушок Ангела! — пробормотал я себе под нос, пробуждаясь от очередного сна, в котором девчонка звала меня.

Метка родственной души появилась около месяца назад и принесла нестерпимую боль, выжигая на моём запястье шрам в виде половины молнии. Последнюю неделю желание отыскать свою вторую половинку резко возросло, и я начал медленно звереть, пропуская занятия и срываясь на окружающих. Так странно, ведь я наивно предполагал, что ещё не родилась та, что должна провести со мной всю оставшуюся жизнь, а теперь я просто обязан найти её, пока кошмары не стали чаще и, хуже того, мы оба не попали в беду. Оставалось надеяться, что удастся договориться с девушкой и скрыть ото всех, что мы «нашли» друг друга, потому что инициация — меньшее, в чём я нуждаюсь.

Поднявшись на ноги, я посмотрел в небольшое оконце. Ещё даже солнце не взошло, а спать не хотелось совершенно. Проклятая метка требовала своего, пульсируя под кожей и вдалбливая мне в мозг одну-единственную цель, — любой ценой отыскать соулмейта. Я уже несколько дней пытался это сделать и теперь точно знал, что она находится на территории ангелов. Почему? Это большой вопрос. Повезло, что не в Светлой Долине, а на границе, потому что ангелы слишком мнительные создания — проникнешь дальше дозволенного, и они тут же объявят войну.

Опустив рукава рубашки как можно ниже, чтобы никто не заметил метки, я вышел в коридор и поспешил к лестнице, ведущей на крышу, откуда можно будет взлететь. Я люблю обращаться в дракона и летать на рассвете, а сейчас должен отправиться к границе и отыскать девушку. Я чувствовал, что мы встретимся сегодня, и это придавало какую-то уверенность. Важнее всего было договориться с ней, чтобы не распространялась о нашей связи. Так будет лучше всем.

Оказавшись на крыше, я поёжился от ледяного ветра, что пробрался под одежду. В драконьей шкуре местный климат нипочём, а вот в человеческом обличье… Сделав глубокий вдох, я распахнул руки в стороны, и началась трансформация. Поначалу превращаться было неприятно. Первое обращение произошло, когда мне было пять. Началась война с демонами, которые нарушили договор и принялись истреблять драконов. Моего отца убили. Страх оказал воздействие на детский организм, и произошло первое обращение. Я, как сейчас, помнил этот момент: кости будто бы ломались, а кожа пылала огнём так сильно, что хотелось содрать её с себя.

Теперь всё происходило легко, даже приятно было ощутить мощные крылья за спиной и толстую чешуйчатую броню. А милую мордаху я считал наградой богов за ношу, которую они решили взвалить на мою шею, но от которой я успешно ускользал в последнее время.

Я взмахнул крыльями, оттолкнулся задними лапами и взмыл ввысь, делая переворот в воздухе и наслаждаясь ветром, что теперь действовал будто бы в один такт со мной, обволакивая драконью тушку, словно кокон. Опустившись к озеру, что располагалось в центре Долины Драконов, приблизился к водной глади, которая немного колебалась от ветра, и посмотрел на своё отражение. Тёмная чешуя под первыми лучами восходящего солнца красиво переливалась и отражалась в воде. Любоваться собой я бы мог долго, но следовало лететь к месту встречи с собственным проклятием. В очередной раз оттолкнувшись, взмахнул крыльями и взмыл ввысь.

По моим подсчётам лететь туда несколько часов, так что к полудню доберусь.

Перст архангела!

Ну почему её занесло так далеко? С другой стороны, оно, конечно, хорошо, что девчонка не была на виду у наших, а то её давно обнаружили бы, и плакали тогда мои мечты о свободных перелётах и возможности жить так, как хочу я, а не навязала чёртова линия судьбы.


Давно я не летал так далеко. Последний раз мне на руку надели магический браслет, запрещающий обращения, за то, что прогуливал занятия в академии и нагрубил ректору, но у меня тогда действительно было паршивое настроение из-за метки, появившейся так внезапно…

Пересечь границу оказалось несложно. Я опустился в гавани Семи Ветров, ощущая, что ОНА здесь. Не знаю, как всё это происходит у истинных пар, но я просто чувствовал её присутствие рядом.

Гавань кишела ангелами. Сложно было встретить тут кого-то другого, но мне удалось столкнуться с драконом, который сразу же меня почувствовал, и даже с демоном-рабочим. Местные обитатели спешили по своим делам. Заприметив таверну, я направился к ней, чтобы немного передохнуть, а потом решил попытать счастья в поисках своей второй половинки.

Будь оно неладно это родство душ!

— Драконов не обслуживаем, — фыркнул здоровяк на входе, перегораживая мне путь.

Я поднял голову и посмотрел на него. Кажется, он из орков… Нет. Однозначно полукровка. И у него какая-то дикая нелюбовь к представителям мощнейшей расы драконов.

— Это уже расизм. Слышал о таком?

— Плевать. Не пущу! — повторил он.

Из его рта пахнуло несвежей пищей, и у меня в желудке всё свело от тошнотворного спазма. Наверное, не следовало нарываться, и можно было уйти спокойно, но я перехватил его руку, которой он опирался о дверной косяк и развернул его так, чтобы освободилось место для прохода.

— Всего-то! — пожал я плечами, заходя внутрь.

Я знал, что этот здоровяк не станет скандалить в месте, где можно навредить посетителям. Он будет ждать меня снаружи, чтобы отомстить за уязвлённую гордость, но я буду готов к встрече с ним. Как раз немного переведу дух перед небольшой потасовкой.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Приблизившись к красивой эльфийке, стоящей за стойкой, я улыбнулся и постарался включить очарование. Она тут же принялась краснеть и улыбаться, хлопая глазками. Ну хоть кто-то меня принял. Оставалось только надеяться, что это не та девушка, в поисках которой я сюда прибыл. Не может ведь эльф быть драконом… Или может? Я хоть и не желал связываться с этой душонкой родственной, а всё равно глубоко в душе, моё собственное эго требовало, чтобы девушка оказалась нормальной, а не девицей лёгкого поведения.

— Мне кружку веселящего эля, пожалуйста, — попросил я, оплачивая заказ, но живот заурчал, требуя чего-то съестного. — И… кусок мясного пирога.

Заказ принесли быстро. От пирога приятно пахло свежей выпечкой, травами и жареным сочным мясом, чуть слюни не потекли, но это выглядело бы слишком чудасто — дракон из элитной академии, распустивший слюни. Я взял тарелку, не переставая любоваться румяной корочкой пирога, кружку с элем и пошёл за свободный столик в углу, чтобы не сидеть у всех на виду, как свечка на праздничном торте, привлекая к себе внимание.

Откусив кусок божественного пирога, я принялся смаковать его вкус, прикрыв глаза. Нежное тесто, сочная начинка, утончённо подобранные травы — кажется, лист драконьего дерева, шафран и…

Пушок Ангела!

Запястье так сильно обожгло, что я едва удержал кусок в руках и резко открыл глаза. Недалеко от меня расположилась компания ангелов. Блондинка с осиной талией тошнотворно худая и какая-то притворная, блондин с мощными крыльями — хоть он и был в облике человека, но широкие плечи говорили о многом — и ОНА. Я узнал бы её даже среди тысячи копий, потому что вокруг девушки появился едва заметный светящийся ореол. Я судорожно сглотнул, положил пирог на тарелку и сделал несколько жадных глотков эля, чтобы смочить горло и в мгновение пересохшие губы. Моя половинка резко отличалась от своих друзей: и фигура что надо, и волосы медовые, нестерпимо захотелось вдохнуть их аромат. Пришлось заставить себя думать о пироге, чтобы не сорваться к ней прямо сейчас. Требовалось изучить обстановку и только тогда принимать какие-то решения.

Наблюдая за компанией и осушив кружку с элем, я смог сделать для себя несколько выводов: во-первых, ангелы не стали бы возиться с девчонкой просто так, значит, её вторая ипостась — ангел; во-вторых, у неё сегодня день рождения, потому метка проявилась именно сейчас: её вторая сущность рвётся наружу.

Как же вовремя я появился, ведь без меня девчонку точно разорвало бы от незнания драконьей природы. Музыканты заиграли музыку в её честь. Мелодии эльфийских арф просто божественны, их можно слушать часами, но я больше предпочитаю ударные инструменты.

От взгляда не ускользнуло и то, что девушка чувствует себя не в своей тарелке. Из-за парня. Точно из-за него. Скорее всего, бедняжка влюблена, а он пришёл с невестой.

Услышав жужжание рядом, я отвлекся и перевёл взгляд на свой недоеденный пирог, который успели окружить мухи. Закатив глаза, я цокнул языком и поднялся на ноги.

Ну что же, малышка, теперь моя очередь присоединиться к вашему веселью и сделать этот вечер по-настоящему зажигательным.

Я направился к столику ангелов с ухмылкой на лице.

Часть 3

В таверне было совсем немного людей, и музыканты играли как-то скучно. Возможно, в другой ситуации я бы их не услышала, но сейчас, когда Милли мельтешила перед Зейном, а я понимала, что ещё два новолуния… Сто циклов солнца… И он будет принадлежать ей. Смена мелодии ничуть не подняла настроения. Милли начала зазывать всех танцевать, а я сидела, уставившись на кружку эльфийского сока, потому что эль мне не разрешили. Вздор. Могла бы и сама заказать. Вот только не хотелось ссориться с Зейном и выставлять себя истеричкой.

— Эстер! Ты выглядишь так, словно у нас похороны, а не день рождения! Что не так? Скажи! Может, ты хотела куда-то в другое место?

— Не знаю… Я просто… — на самом деле я и понятия не имела, как оправдать своё желание вернуться домой.

Я бы с удовольствием полетала сейчас, но это было дурным тоном у ангелов — пользоваться своими крыльями вне надобности.

— Эстер! Детка! Почему ты не сказала, что будешь тут! Я везде искал тебя! — послышался со спины бархатистый мужской голос, и я обернулась.

Я определенно не знала парня, которому принадлежал этот голос. Замерла, разглядывая его. Черные словно смоль волосы, тёмные карие глаза, волевой подбородок, губы изогнуты в улыбке, а на щеках ямочки. На носу едва заметная россыпь веснушек. Он явно отличается от всех парней, которых я встречала раньше. Через пару мгновений доходит осознание — он дракон.

— Эстер, ты его знаешь? — я вернула взгляд к Зейну и заметила, что он несколько смущен. На его лице читалось недоумение и что-то ещё. Ревность?

— Я…

Договорить мне незнакомец не дал. Я ощутила его руку на своем плече и уже хотела смахнуть и, может даже уложить его на лопатки, хотя с драконами дел раньше не имела и не знала, какой силой они обладают. Предполагала, конечно, но чтобы точно рассчитать свои возможности сведений было недостаточно.

— Конечно, знает. Я её парень. Моя любимая мелодия заиграла. Пошли танцевать, малышка! Потом объяснишься с этим букой-ангелом. Я так скучал.

Он протянул мне руку, приглашая на танец. Я ещё раз покосилась на Зейна. Никогда раньше не видела таких эмоций на его лице. Знала, что буду потом ругать себя за это, но я вложила руку в ладонь незнакомца и поднялась на ноги.

— Не скучайте! Я скоро вернусь! — произнесла с улыбкой на лице, и позволила дракоше увести меня.

Стало немного страшно, потому что танцевать я не умела. Мне просто следовало взять себя в руки и представить, что это танец в бою, когда нападаешь на противника или ждёшь атаки с его стороны.

— Кто ты такой? — процедила я, делая два шага назад, чтобы наши руки с переплетёнными пальцами превратились в ровную линию, а потом резко приблизилась и позволила ему положить вторую руку мне на талию.

— Твой парень! — подмигнул он бровями.

Дерзкий, нахальный и самоуверенный тип, нужно сказать.

— Послушай…

— Тссс! Я видел, как ты смотришь на этого ангела, а он несвободен, так почему бы не заставить его ревновать? Хотя бы немного? Посмотри, как он на нас глядит.

Он ловко развернул меня в танце, позволяя заметить нервный взгляд Зейна, сверлящий нас. Голова пошла кругом.

— Откуда ты знаешь моё имя?

— В судьбу веришь?

— Не особо…

— Ну ладно… Подслушал разговор.

Так я и думала. Вот только, что ему от меня нужно было, понять пока не могла. Вряд ли он решил по доброте душевной выручить меня.

— Ты что-то чувствуешь? — спросил он, проведя ладонью, что до этого лежала у меня на талии, вверх по спине к лопаткам.

— Желание хорошенько двинуть тебе сойдёт за чувство?

Он засмеялся, а я постаралась улыбнуться, потому что как раз в эту секунду разворачивалась лицом к нашему столику, где сидели Зейн и Милли.

— Ты боевая! Знаешь, таких девушек сложно встретить среди ангелов…

— А ты слишком болтливый и наглый. Хотя я не могу судить, какими должны быть драконы, потому что впервые встречаюсь с ним.

— Ни разу не видела дракона? Здорово они тебя спрятали…

— Они?

— Твои опекуны. Ты ведь не в приюте каком-то живёшь?!

— Нет…

Я постаралась обдумать его слова. Что значит «спрятали»? От кого меня нужно было прятать? Они нашли меня на границе и забрали к себе… Хотя, конечно, могли выдумать легенду, но я не думаю, что Рон и Эми на такое способны.

— Ты совсем ничего не чувствуешь? — задал он вопрос, глядя прямо в глаза.

Я отрицательно покачала головой ему в ответ.

— Это же прекрасно! Значит, у тебя есть какой-то сильный артефакт. Что бы это ни было, вещь с которой ты не расстаёшься, не снимай её ладно?

«Вещь с которой ты не расстаёшься»…

Я сразу же подумала о мамином кулоне. Артефакт? Я знала, что каждый артефакт создан для чего-то… Одни блокируют способности, а другие…

Способности…

Возможно, именно из-за кулона я пока не узнала своей второй сущности. И если ко мне подошёл дракон, не значило ли это…

— Я вижу у тебя извилины зашевелились быстрее ног, — ухмыльнулся незнакомец. — Меня, кстати, Кьер зовут. Мы с тобой познакомились в этой таверне, когда поедали вкусные пироги с эльфийским соком.

— Зачем ты выдумываешь эту легенду?

— Ну ты же захочешь продолжить злить того парня? Кажется, он скоро сорвётся, схватит тебя в охапку и решит утащить отсюда, наплевав на собственную невесту… Он ревнует. Поверь мне, как мужчине.

Глупо было ради того, чтобы вызвать в Зейне ревность устраивать весь этот спектакль. Рон и Эми будут вне себя от ярости, если узнают, что я спуталась с драконом. Да они же меня посадят под домашний арест…

— Я не собираюсь притворяться твоей девушкой. Зачем тебе это?

— Одолжение другу… Тебе ведь нужен будет друг, когда ты переедешь в академию драконов.

— Ага… конечно… перееду… — ухмыльнулась я, но тут же поняла, что он говорит серьёзно.

— Я видел по твоему лицу, что ты догадалась, так что скрывать смысла не вижу, а так как ты девушка умная, говорю прямо: твоя вторая ипостась — дракон. И это куда больнее, чем быть ангелом, поэтому ты будешь вынуждена перебраться в академию.

— Нет. Я не собираюсь никуда перебираться.

— Тебя не спросят… Да и я уверен, тебе там понравится. А пока давай поиграем во влюблённую парочку, ладно? И тебе польза, и я время убью… Если я вернусь в академию сейчас, ректор меня распнёт, а сидеть и скучать за столиком один не хочу.

Я не знала, что ему сказать. Внутри началась война различных мыслей, желаний и ощущений. Следовало ли соглашаться и, вообще, верить ему? А вдруг он всё выдумал, чтобы поиграть со мной или выкрасть? С другой стороны, пока рядом Зейн, мне ничего не угрожает…

Артефакт… Я подумала о кулоне, с которым никогда не расставалась. И почему-то мне захотелось снять его этой ночью.

Музыканты замолкли, и Кьер повёл меня к столику. Зейн выглядел таким злым, что мне казалось, словно ударная волна его ярости накроет сейчас и разнесёт к драконьему рогу всю таверну. Я присела за столик, а Кьер занял место рядом. Немного не по себе стало. Я не умела врать. Хотя, наверное, мои истинные чувства к Зейну, скрытые за маской дружбы — это ещё какая ложь… Милли теребила локон своих волос, плотно сжав губы.

— А что вы все стихли-то? Давайте веселиться! Я рад, наконец, познакомиться с семьёй своей невесты… Кьер!

Я поперхнулась соком, который успела набрать в рот и посмотрела на него, готовясь прекратить этот спектакль.

— Невеста… — услышала сдавленный голос Зейна и посмотрела на него. — Так по этому поводу тем более следует выпить эля… Я закажу!

Он встал и направился к стойке, где разливали напитки, а я посмотрела на Кьера, давая взглядом понять, что он перегнул палку.

Часть 4

Она не была похожа на остальных ангелов. Слишком боевая. Истинный дракон. И у неё имелся мощный артефакт, что значительно облегчало мне задачу: пока метка у девчонки не появилась, она для меня не опасна.

Ревнивый ангел принес четыре кружки эля, и его подружка фыркнула что-то вроде: «Леди не пьют эль, Зейн». Ну и имечко. То ли дело моё — Кьер, — звучит же. Или её… Мельком посмотрел на свою девочку, что смущённо уставилась на пену в кружке.

— Малышка, не бери пример со своей подружки. Драконы куда круче всяких леди, — прошептал я на ухо Эстер, а она повела плечом, словно моё дыхание щекотало её кожу.

— Итак, жених моей обожаемой сестрёнки, когда ты собирался попросить её руки у опекунов? — спросил блондинчик, но отвечать я не спешил.

Сделал глоток эля, смакуя его вкус во рту, а потом посмотрел ему прямо в глаза:

— А я должен просить её руки у опекунов? — спросил, ощущая, как Эстер стукнула кулаком по моей коленке под столом.

Девочка сердилась, а это значило, что я перегнул палку.

— Собирался выкрасть её или поиграться и бросить? — процедил Зейн, глядя на меня взглядом, наполненным яростью.

— Собирался для начала отметить её совершеннолетие, как следует…

— Даже не смей к ней прикасаться!

— Сурово! — ухмыльнулся я, продолжая смотреть ему прямо в глаза, облизнул губы и положил свою руку поверх руки Эстер.

Её пальцы, хоть и лежали на столешнице, дрожали. Наверное, её сейчас колотило от негодования. Я и правда заигрался. Ангел смотрел так, словно разорвёт меня, а его подружка всё-таки взяла кружку и сделала несколько жадных глотков эля.

— Ммм… Оказывается, это очень вкусно! — произнесла она, врываясь в нашу перепалку, и «битва» временно перенеслась.

Я давно не разминался и с удовольствием надрал бы ангелу задницу, но портить день рождение собственному симпатичному проклятию не хотел.

— Эстер, я могу пригласить тебя на танец? — спросил Зейн, когда мы более-менее начали выходить с ним на тропу дружбы. Ревность начала разливаться в венах, исходя от треклятой метки и распространяясь по всему телу. Я знал, что едва он тронет мою девочку, я разорву его в клочья, но это говорила метка. Плевать, что они будут делать, когда я не вижу, но сейчас позволить обжиматься с той, что по праву принадлежит мне, было бы глупо.

— Ты невесту лучше разомни, ангел! Смотри, она устала сидеть! — кивнул я в сторону кукольной блондинки.

— Правда, Зейн! Я устала сидеть! Мы ведь хотели повеселиться. Просто прими, что Эстер выросла!

Ангел плотно сжал губы и встал, протягивая руку своей невесте. Едва они отошли от стола, Эстер принялась молотить меня по колену, плотно сжав губы. Она выглядела такой грозной, что внутри вдруг вспыхнуло желание поцеловать её и заявить все права на своего соулмейта, но я понимал, что это всего лишь инстинкт.

— Детка, прости, но слишком рано ты решила сдаться.

— Эми и Рон убьют меня! Ты хоть понимаешь, что они не одобрят мои отношения, — она нарисовала в воздухе кавычки пальцами, — с драконом?

— Ты сама дракон! Это нормально встречаться с представителем своей расы… Знаешь, а с твоими опекунами я буду вынужден поговорить. Так или иначе, тебе предстоит отправиться в академию драконов, поэтому они должны знать, что в ближайшие дни ты покинешь их уютное гнёздышко.

— Я никуда не поеду.

— Это ты пока так говоришь… Слушай, а ты проходила обучение в академии ангелов? Она у вас есть вообще?

Эстер опустила взгляд и отвернулась в сторону. Она сделала несколько глотков эля и поморщилась. До меня дошло сразу, что полукровок ангелы не особо-то любят.

— У нас всё совсем иначе. Неважно наполовину ты дракон или чистокровный, тебя всё равно примут. И будут обучать в академии. Странно, что у вас иначе…

— У ангелов нет академий…

— Совсем?

Честно говоря, эта раса никогда меня особо не интересовала. Я отлично знал, что у демонов есть боевой полигон, где они тренируются почти с рождения… А у ангелов…

— Девушек обучают становлению идеальной женой и матерью… Парни уезжают учиться боевым искусствам в военное училище…

— И тебя не учили, как стать женой и матерью, потому что ты полукровка… — догадался я и прикусил язык. Зря озвучил свои мысли.

— Много ты знаешь о полукровках… Зачем ты сюда явился? Как нашёл меня? С чего взял, что я дракон?

Шквал вопросов посыпался на голову, а я не знал, что ей ответить, потому что пока рассказывать о метке было бы слишком рискованно. Спасло возвращение ангелов, которые не особо-то наслаждались обществом друг друга.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Я думаю, что веселее уже быть не может, поэтому, может, вернёмся домой? — спросила Эстер.

Неужели хочет сбежать от меня? Впрочем, сдаваться так быстро я не собирался. Я решил, что узнаю, где она живёт… А ещё я обязательно встречусь с её опекунами. Следовало убедиться, что ей ничего не угрожает… С другой стороны, если с девчонкой что-то случится, я навсегда освобожусь от своих обязательств, потому что второй родственной души просто не может быть. Вот только не могу позволить, чтобы ей кто-то навредил, ведь умрёт часть меня, и эта милая, но чертовски наивная девчонка.

Только бы мне в тебя не влюбиться, детка…

— Я думаю, что это прекрасная идея. Сегодня в таверне слишком скучно! — поддержал Зейн, всем видом давая понять, что хочет избавиться от моей компании.

— Отлично! Думаю, что пришла пора встретиться с опекунами Эстер и попросить её руки официально.

Ангела так перекосило, что я едва удержался, чтобы не засмеяться. Это было бы слишком неуважительно.

— Хватит, Кьер, — произнесла Эстер и уже точно вознамерилась раскрыть всем правду нашего фарса, но я остановил её, приложив указательный палец к её губам.

От этого прикосновения меня самого пробрало до мозга костей.

— Они должны знать, что скоро к ним наведаются гости… Уж прости, но молчать я не стану и расскажу директору академии о том, что нашёл тебя.

Конечно, говорить о соулмейте я не собирался, а вот о полукровке, в чьей крови скрыта сила дракона, молчать не буду.

— О какой академии идёт речь? — спросил Зейн, испепеляя меня взглядом.

Уж не думал, что они бывают такие нервные. Просто демон во плоти, а не ангел.

— Об академии драконов. Ты разве не был в курсе, что Эстер наполовину дракон?

— С чего ты взял?

А ангел и правда не знал, что его сестрёнка такая горячая девочка.

— Да её любой дракон за версту почует!

Конечно, я преувеличивал. Артефакт блокировал вторую сущность Эстер, но я её чувствовал очень сильно. Она мощный дракон, и если выпустит свою силу наружу, от этого городка камня на камне не останется.

Эстер смотрела на Зейна, чуть приоткрыв рот, а он глядел на неё. В эту секунду я почувствовал себя лишним и даже слегка заревновал, на этот раз уже по-настоящему. Почему она пялится на него, когда рядом такой красивый парень-дракон? Прям обидно стало.

— Вот это да! Эстер, я тебя поздравляю! — произнесла блондиночка, имени которой я так и не узнал.

Судя по всему, она, как и я, ощущала себя лишней в этой компании. Вот только в отличие от неё я не собирался терпеть это и решил разорвать зрительный контакт этих двоих, пощелкав пальцами перед глазами Эстер.

— Не залипай, детка, а то я начну ревновать…

Она толкнула меня плечом, поднимаясь на ноги, а я на секунду посчитал себя скотиной… Сначала вроде как предложил ей помощь, а потом позволил инстинктам одержать верх, но я прибуду в академию и попрошу водного дракона наложить на моё сердце заклинание холода, чтобы инстинкты катились к чёрту.

— Ты серьёзно хочешь отправиться к моим опекунам? — шепнула Эстер, едва мы подошли к выходу, оставляя её друзей за спиной.

— Серьёзнее не бывает, малышка!

Едва мы оказались на улице, я заметил громилу-полукровку, что караулил меня… И уже не один, а со своими дружками. Вот это да. Неужели и правда посчитал меня таким сильным? Хотя он прав — я чертовски хорош и силён. Обратив внимание, что я тоже не один, а в компании ангелов, они отступили в сторону, делая вид, что просто охраняют вход в таверну, а я едва удержался, чтобы не показать этой компашке неприличный жест.

Часть 5

Вот же свалился дракон на мою голову. Не надо было поддерживать его спектакль, а теперь я понятия не имела, как оправдать своё поведение. Зейн откровенно ревновал, а мне стыдно вдруг стало, ведь теперь и Милли страдала — от её взгляда не могло ускользнуть поведение Зейна.

Хорошо было только этому напыщенному дракону, который шёл рядом с нами и насвистывал противную повторяющуюся мелодию.

А ещё в моей голове поселилась навязчивая мысль о том, что академия драконов звучит вполне себе интересно. Я хотела попасть в академию ангелов. Так отчётливо помню тот день, когда Эми сказала, что её прошение о принятии меня в «Дом Идеальной Жены» отклонили. Она пообещала, что научит меня всему сама, и она действительно старалась, прививая мне манеры поведения истинной леди, которые никак не запоминались… Наверное, «я» и «леди» — это два несовместимых понятия. Рон учил меня боевым искусствам. И Зейн частенько делился той или иной тактикой, что сам узнавал в училище, но теперь у меня появился шанс выбраться за пределы дома, где я прожила шестнадцать циклов, где я узнаю что-то новое и, возможно, найду себя.

Я замечталась и не заметила, как мы приблизились к поместью опекунов. Ощутив тёплое прикосновение, я провела взглядом по руке Зейна, что коснулась моей. Мурашки магическими разрядами прошлись по моему телу, и сердце начало учащаться.

— Эстер, на минутку…

Мы отошли с ним в сторону, оставляя Кьера и Милли у ворот. Драконий коготь, этот самовлюблённый болван ещё что-то возмущаться пытался, хорошо, что я не слышала его слов, а то больно стукнула бы его.

— Скажи, вы с ним действительно вместе? — голос Зейна с хрипотцой проникал в сердце, пробуждая жалость.

— Зейн… — я постаралась подобрать слова, чтобы оправдаться.

— Ты любишь его?

— Зейн…

Дьявольская пена!

Ну почему он смотрел на меня так, словно я его сердце разбиваю? В конце концов, у него невеста…

— Я понял. Ты должна будешь объясниться перед родителями. Жаль, что всё произошло именно сегодня… Они готовили для тебя сюрприз, но твой будет куда сильнее. Надеюсь, что этот придурок сможет сделать тебя счастливой, а если посмеет обидеть, я лично его разорву на тысячу драконьих кусков.

Я умело скрыла слёзы, подступившие к уголкам глаз. Не собиралась показывать то, что кипело внутри. В таверне я просто выдумала себе чувства с его стороны, которых не было. Удушливый ком сковал горло, затрудняя дыхание. Хорошо, что Зейн уже отвернулся и не видел, насколько разбитой я была в те секунды, но потребовалось совсем немного времени, чтобы собрать себя по кускам. Воины не дают волю чувствам, и я не стану.

Мы вернулись к Милли и Кьеру, поймав на себе их неодобрительные взгляды. Дракон подмигнул мне бровями и ухмыльнулся.

— Я скоро начну ревновать тебя к этому ангелу, — бросил он, за что получил удар кулаком в плечо и начал наигранно потирать его.

Едва мы вошли в дом, я услышала пение милашек из детского хора ангелов. Пять малышей стояло у лестницы, подняв вверх свои курносые личики с прикрытыми глазками. Белоснежные кудряшки до плеч подпрыгивали при малейшем движении головы, словно были пружинками. Справа от них находилась волшебная арфа, играющая упоительную мелодию. Ангелочки пели и махали крылышками в такт музыке. Вокруг них летали волшебные светлячки, добавляя мелодии особое звучание своим стрекотом. По полу была рассыпана волшебная белоснежная пыльца, что появляется только в ледяную пору, которую я так сильно люблю. От неё веяло холодком. Я подняла голову и заметила волшебные шары под потолком. Они то опускались ниже, то поднимались до самого потолка, переливаясь различными цветами.

Мне стало стыдно за своё поведение, за то, что привела Кьера сюда и, вообще, согласилась участвовать в его спектакле. Это было очень эгоистично с моей стороны — желать заставить Зейна ревновать, не думая о последствиях. Мысль о том, сколько денег стоила вся эта красота, червячком презрения к самой себе покусывала, взывая к совести. Да только вызов ангельского хора стоит целое состояние… Вот же пасть дракона!

Эми и Рон спустились с лестницы, подошли ко мне и обняли.

— С днём рождения, милая! — произнесла Эми. — Я хотела бы подарить тебе кулон магии льда, который будет защищать тебя…

В руку опустился кулон на золотой цепочки, от которого веяло прохладой. Вот он подошёл бы к этому платью, потому что цвет аквамарина отлично контрастировал с ним. Я надела его и улыбнулась.

— Кхм-кхм! — покашлял Кьер рядом, вынуждая обратить на него внимание.

— Дракон?! — спросил Рон, хмуря брови. — Я бы не хотел, чтобы под крышей моего дома находился дракон. Кому в голову пришла идея притащить его сюда?

— Под крышей вашего дома уже давно живёт дракон, если вы не знали! — ухмыльнулся Кьер, пожимая плечами.

Рону потребовалось всего одно мгновение, чтобы припечатать его к стене, схватив за горло. Таким сердитым я его не видела и не на шутку испугалась. Четырнадцать циклов назад война, которую начали демоны, прекратилась, но ангелы так и не смогли окончательно принять те расы, с которыми воевали. Поэтому драконов всё ещё недолюбливали.

— Стойте! — закричала я.

— Папа, остановись. Этот дракон жених нашей Эс.

— Что? — почти зарычал Рон, оборачиваясь в мою сторону.

— Отпусти меня, папуля, а то я за себя не ручаюсь! — процедил Кьер, корча гримасы.

— Кьер! — попыталась остановить его я, но Рон двинул ему кулаком в правую скулу, а тот, в свою очередь, оттолкнул от себя моего опекуна, вытянул руку вперёд и задержал его при помощи магии драконов на месте.

Хор из малышей-ангелов разбежался. Арфа растворилась в воздухе. Волшебные шары под потолком начали лопаться. Милли взвизгнула и прикрыла рот руками. Эми вышла вперёд, но Зейн задержал её.

— Остановись, дракон, и отпусти моего отца! — процедил он.

— Пожалуйста, Кьер. Отпусти его! — взмолилась я, заметив, что взгляд моего новоиспечённого жениха изменился. Тёмные карие глаза теперь блестели золотым цветом, совсем как у ящерицы.

Он медленно опустил руку, и Рон снова бросился на него, но на этот раз я успела перегородить ему дорогу.

— Выслушайте его! Я хотела бы поговорить со всеми вами! — попросила я Рона, и он смягчился.

— Пройдёмте за стол… Раз уж решили поговорить! — хмыкнул Рон, направляясь вперёд.

Эми осталась в прихожей, принимаясь собирать испуганных ангелочков, наверное, чтобы отправить их домой. Мы прошли в гостиную и заняли свои места. Кьер сел рядом со мной. Вместо нежных взглядов вокруг меня было сосредоточено напряжение. Рон хмурился, Зейн выглядел брошенным и униженным, будто это не он разбил мне сердце новостью о своей помолвке. Милли кусала губы и теребила подол своего платья.

— Вы знали, что вторая ипостась Эстер — дракон? — спросил Кьер, глядя на Рона.

— Знал ли я? Нет! Мы понятия не имели, да и сейчас я не вижу основания доверять тебе! Эстер не проявляла своей второй сущности.

Кьер замялся. Мне казалось, что он хочет что-то сказать, но обдумывает и сомневается, что следует делать это. Внутри бились противоречивые чувства: мне было стыдно за то, что испортила сюрприз и позволила дракону втянуть меня в эту ложь. Я жалела Рона, Зейна, даже Милли…

— Теперь знаете, — пожал Кьер плечами, взял кубок и сделал несколько глотков эльфийского сока.

— Редкостная дрянь, — фыркнул он.

— Эстер, тебя связывают с ним какие-то отношения? — строгим голосом спросил Рон.

— Я…

— Да нет между нами ничего, пока, и не было, — ответил Кьер, накладывая салат в тарелку. — Я ищейка, зачаровал её, чтобы убедиться, что она действительно дракон.

Я понимала, что Кьер врёт ради меня. Вот только зачем ему делать это, если применение магии на территории границы запрещено, и он нарушил этот запрет второй раз.

— Как ты посмел использовать магию… — сжал губы в тонкую полоску Зейн, а потом посмотрел на меня, и на его лице появилась тень надежды.

На что?

— Прекратите ссориться! Пожалуйста! — взмолилась я. — Я хочу убедиться в его словах… Если моя вторая сущность дракон, то я хочу пройти обучение в академии.

— Ах милая… — Эми, успевшая вернуться и занять место рядом с мужем, скрестила руки на груди.

— Тогда ты не будешь принадлежать ни единому миру! — процедил Рон.

— А я и так ни одному миру не принадлежу! — не выдержала я, срываясь на крик, но тут же замолкла и уставилась в одну точку.

Я перенервничала и должна была успокоиться. Следовало взять себя в руки.

— Давайте мы просто отметим день рождения, Эстер! — вдруг вмешалась Милли, которая до этого молча сидела в стороне. — В конце концов, у нас перемирие с драконами…

— Но они могут предать в любой момент, — пренебрежительно фыркнул Рон, и его слова больно резанули по сердцу.

Он будто бы в меня камень кинул, словно хотел назвать предательницей меня. Возможно, я заслужила такое отношение к себе, когда привела Кьера и разыграла с ним этот треклятый спектакль… Я поднялась из-за стола и улыбнулась:

— Знаете, я устала… Спасибо большое за такой чудесный праздник! Я была рада получить ваши поздравления, но сейчас хочу отдохнуть. Кьер, я провожу тебя… С крыши ты сможешь улететь.

— Эстер! — Рон попытался подняться на ноги, но Эми задержала его, взяв за руку.

Мы с Кьером направились к винтовой лестнице. Он успел бросить язвительное: — Спасибо за радушный приём.

Я обернулась только на секунду, чтобы ещё раз на них посмотреть. Зейн глядел на меня с тревогой. Я улыбнулась ему уголками губ. На прощание… Внутри всё скрутило от переживаний, а глаза обожгли подступившие слёзы. Я хотела улететь вместе с Кьером, если такое возможно. И раньше среди ангелов мне не было места, а сейчас Рон только подтвердил тот факт, что я буду лишней в доме, где терпеть не могут драконов.

Почему-то я верила Кьеру, каждому его слову… Я дракон.

Едва мы поднялись на крышу особняка, Кьер взял меня за руку и заглянул в глаза. Он пытался поддержать, словно чувствовал, каково это — быть изгоем. Я не знала его прошлого, возможно, оно было не таким уж безоблачным.

— Я могу улететь вместе с тобой? — спросила у него, посмотрев прямо в глаза.

— Можешь… Это будет ещё одно нарушение правил, но сильно мне не попадёт. Ты уверена, что готова? Завтра бы сюда прибыла делегация…

— Готова… Рон по какой-то причине ненавидит драконов… Мне не место в их поместье.

— А как же тот красавчик-ангел, в которого ты влюблена?

— Через два новолуния он женится, так что он не мой… — ответила я.

— Если уверена, то садись мне на спину… Только не пугайся, когда во время обращения увидишь мой обнажённый торс…

Я отошла к стене и стала наблюдать. Мощная сила сосредоточилась вокруг Кьера, а затем его тело стало трансформироваться. Сначала появились мощные лапы с блистающей чёрной чешуёй…Туловище с громадным хвостом… Я заворожено смотрела на то, как его лицо превращается в милую мордашку. Вроде бы чёрный дракон должен быть устрашающим, а он такой забавный оказался с большими зелёными глазищами. Так и хотелось подойти и потрепать по голове.

Кьер кивнул головой, чтобы взбиралась ему на спину. Я немного посомневалась, всё-таки это было как-то интимно, но медлить не следовало, чтобы не передумать… Я запуталась в юбках. Кьер подтолкнул мордой, и я оказалась на его спине. Ухватилась за гребень руками, стараясь унять нарастающую панику.

«Ничего необычного не происходит, я просто сбегаю из дома», — твердила себе, стараясь оправдаться свой поступок.

— Эстер! — услышала я перепуганный голос Зейна.

Я повернулась и заметила его. Светлые пряди прилипли ко лбу: он бежал и вспотел. Слёзы застелили глаза.

— Я найду тебя, Эстер! Я тебя…

Я не услышала, что он говорил, потому что Кьер начал скрести лапами, поднимая пыль и отталкиваясь. Он взлетел. По щекам покатились слёзы, но их сдувал ветер.

Вот ты и стала совершеннолетней, Эстер…

Часть 6

Меня разрывало от волнительного чувства, что появилось внутри, как только Эстер забралась мне на спину. Воздух словно выбили из лёгких, их обожгло, и я начал задыхаться. Даже жаль стало, что она подобного не испытывает.

Пушок Ангела! Я всего один день знаком с этой девочкой, а уже не хотелось отпускать её. Подлетая к границе, услышал её крик и был вынужден приземлиться. Позволил скатиться по моему крылу и постарался понять, что происходит. Однако сложно думать, когда происходит трансформация.

Приняв обличье человека, подбежал к ней. Эстер сидела на траве и тяжело дышала. Перст Архангела! У неё была метка, запрещающая куда-либо выходить без разрешения опекунов. Они пометили её, как питомца. Моя девочка держалась за плечо и смотрела на меня, стиснув зубы.

— Я не знаю, что это… — жалобно прошептала она.

— Это кровь! Метка начала кровить!

Я осторожно коснулся её плеча и постарался использовать целительную магию дракона, но ничего не вышло. У меня только один раз нечто подобное провернуть получилось, сам не знаю как. Эстер прошипела от боли, и я убрал руку, сделав несколько шагов назад.

— Какая метка? Почему метка?

— Потому что её поставили твои опекуны, как на домашнее животное… Возможно, магия метки выветрится чуть позже. Она должна пройти, ведь ты стала совершеннолетней, если только…

— Если что? — почти рычала малышка.

— Если только они не сделали тебя своей пленницей, но это запрещено законом. Вряд ли какой-то маг посмел бы.

— А если я всё-таки сбегу, что будет?

— Чем дальше, тем больнее, боюсь, что пока мы доберёмся до Айриса, ты истечёшь кровью…

— Айрис?

— Столица, на окраине которой и расположена наша академия. Я должен вернуть тебя обратно в поместье. К сожалению, это единственный выход. Завтра же расскажу о тебе, и совет отправит требование, чтобы тебя отпустили. Когда они снимут метку, ты сможешь улететь.

Она сильнее прикусила губу, у меня даже сердце защемило, когда подумал, как больно это может оказаться. Ещё хуже было оттого, что я представил этого пришибленного Рона и испугался, что он сделает с моей девочкой, если она вернётся. И тут услышал шум крыльев над головой, посмотрел вверх и заметил ангела. Ух как хотелось превратиться и сжечь его к дьяволу двурогому. Я сразу понял, что это Зейн. Ублюдок за несколько мгновений трансформировался в человека и бросился к Эстер.

— Эс! Милая! Как ты?

— Убери руки, Зейн!

А моя малышка умеет огрызаться. Даже гордость пробудилась за неё.

— Эстер, клянусь, я не знал! Я услышал, как родители говорят, что ты не сможешь сбежать благодаря метке и уже, должно быть, спишь, и пулей рванул к вам.

Она облизнула губы и посмотрела на него с нотками недоверия. Прибил бы сейчас этого ублюдка. Требуха гоблина!

— Пошли, я отнесу тебя домой и помогу попасть в спальню незамеченной.

Она подала ему руку и позволила помочь ей встать на ноги. Посмотрела на меня виновато и снова прихватила плечо.

«Это не ты виновата, детка! Это я дибил, раз не проверил наличие метки», — хотелось сказать ей, но я потерял дар речи.

— Прости, Кьер… Видимо, ничего не получится, — произнесла она.

Пока её парень обращался в ангела, я боролся с желанием стать драконом и опалить его крылышки.

— Я расскажу о тебе. Обещаю, скоро ты будешь дома…

Подумать только! Когда я летел сюда, желал одного — найти её и вынудить скрыться и не появляться в моём мире, а теперь готов был землю перевернуть, только бы малышка оказалась рядом, в безопасности.

Так действовала метка. Это всё было из-за неё. Она лишала всех остальных желаний и чувств, только необходимость соединиться с соулмейтом. Правильнее было бы вырваться из её плена и забыть о существовании девчонки, но я не мог.

Едва руки ангела сомкнулись на талии Эстер, а она развернулась, обвивая свои руки вокруг его шеи, я почувствовал, как хрустят костяшки пальцев, сжатых в кулаки. Как же я хотел убить гада на месте, но он помогал Эстер, и оставалось бороться с ревностью, навеянной всё той же проклятой меткой.

Ангельские крылья засвистели в воздухе, и я увидел прощальный взгляд Эстер, брошенный на меня.

До Айриса я летел без передышки. Только когда оказался на крыше академии, понял, насколько сильно устал. Спину разламывало. Всё-таки такое расстояние за сутки я не преодолевал давненько. Посмотрел вниз с башни. Высоко, не то что в поместье, где живёт Эстер.

— Кхе-кхе! — услышал голос, который бы не спутал с чьим-то чужим.

Ректор. Обернулся и поймал на себе его осуждающий взгляд. Метка начала ныть, и мне стоило большого труда удержаться, чтобы не почесать её и не привлечь внимание.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Кьер, сколько раз говорить тебе, что нельзя так пренебрежительно относиться к учёбе? Если ты найдёшь свою вторую половинку, тебе предстоит стать во главе всех народов, объединить их, а ты тратишь время на рысачество по округе!

Ректор был единственным человеком в академии, кому известно то, что я золотой дракон, скрытый при помощи магии в обличье чёрного. Ректор прекрасно знал, что я не хочу принимать эту проклятую ношу и становиться во главе всех народов. Пятнадцать циклов у народа нет царя, так зачем он им теперь?!

— Где ты был?

— На границе с ангелами… Они скрывают девушку, которая наполовину дракон.

— Она твоя истинная?

— Что?

Как вот он смог по щелчку пальцев взять и раскусить правду? Хотя глупым я не был и понимал, что это может оказаться проверкой моей реакции, поэтому решил отрицать свою связь с Эстер.

— Нет. Я просто хотел посмотреть, не улучшилась ли ситуация… Девушка встретилась мне случайно.

Её опекуны держат её в поместье под охраной магической метки. Она пыталась улететь со мной, но ничего не вышло.

— Я уведомлю совет о том, что ангелы держат под замком одного из наших. А тебе я бы посоветовал хорошенько обдумать своё поведение, Кьер!

— Пообещайте, что заберёте её! — попросил, глядя прямо в глаза ректора.

Он был ниже меня, полноват немного, но ещё в хорошей форме, несмотря на возраст. Седые волосы были собраны в хвост, достигающий плеч. Обычно к его возрасту мужчины лысеют, но этот сохранил волосы, и меня всё подмывало спросить, как ему это удалось… На всякий случай.

— Я не должен тебе ничего обещать! — резко ответил он, но затем уже тёплым тоном добавил: — Но я сделаю всё возможное.

— Я тоже сделаю всё возможное, чтобы чаще появляться на занятиях! — подмигнул я ему и, пожелав доброй ночи, отправился к себе в комнату.

Наверное, кого-то другого за такое общение с ректором уже давно бы прогнали из академии, но я считал его вторым отцом, и не мог общаться как с чужим человеком.

Именно он даровал мне второй шанс после смерти родителей, взяв под своё крыло.

Войдя в свою комнату, я плюхнулся на кровать и уставился в потолок. Стал внимательно изучать каждую трещину на камнях, но перед глазами то и дело появлялся образ Эстер, и я никак не мог выкинуть эту девчонку из головы.

Часть 7

За один день узнать столько подробностей о себе и людях, с которым провела всю свою жизнь, — серьёзный удар. Утопая в размышлениях о том, что всё-таки правда, а что ложь, начинаешь сомневаться во всём и всех. Я не могла доверять даже Зейну. Едва он опустился на крышу дома и разомкнул объятия, я поспешила к двери, что вела внутрь.

— Эстер, подожди! — попытался остановить он, но я отрицательно помотала головой, так и не поворачиваясь в его сторону.

— Я устала, Зейн… Слишком тяжёлый день. Прости!

— Доброй ночи, Эс! И… С Днём Рождения ещё раз!

Я ничего не ответила. Ушла и не обернулась. Плечо всё ещё побаливало, хоть крови больше не было. Едва оказалась в своей спальне, как глаза начало щипать от слёз. Рука потянулась к кулону мамы, от которого исходил жар. Я хотела снять его, но потом решила, что впечатлений для одного дня более чем достаточно. Сняла кулон, который мне подарила Эми, и посмотрела на него. Синий кристалл переливался под бликами лунного света, проникающими через окно.

Я подошла к кровати, которая могла бы спокойно уместить двоих, а то и троих человек, и подумала о том, что пленницу вряд ли бы опекуны стали содержать так и учить боевым искусствам. Я должна была поговорить с ними о метке, пусть это значило бы то, что придётся признаться в попытке сбежать от них.

Вспомнила тёмные кофейные глаза Кьера и его голос с лёгкой хрипотцой, а потом его облик дракоши и улыбнулась. Сидя в стенах этого дома, я не общалась со своими сверстниками. Единственным другом был Зейн, он же стал первой несчастной любовью.

Расшнуровав платье и сняв его с себя, осталась в тонкой сорочке, которая тоже успела пропитаться кровью в месте появления метки. Я приблизилась к зеркалу, висящему на стене, что было во весь мой рост, и посмотрела на собственное отражение. Теперь на плече появился небольшой шрам в виде пятиконечной звезды. Наверное, это и есть магическая метка. Именно её прожгло, и именно она кровоточила. Коснулась кончиками пальцев и цыкнула. Всё ещё больно.

Я развернулась лицом к мощному резному шкафу, стоящему рядом, и достала чистую сорочку. Переоделась, бросив грязные вещи у туалетного столика, расположившегося у противоположной стены, и приблизилась к кровати, взбираясь на неё. Вспомнила, как забралась на спину Кьера, и по спине пробежал лёгкий холодок. Он ворвался в мою жизнь, словно цунами, и разнёс её в щепки. Я понятия не имела, как жить дальше.

В сон я провалилась быстро, всё-таки усталость дала о себе знать, а проснулась на рассвете, когда камеристка вошла в спальню и при помощи магии создала чистую тёплую воду в тазу.

— Вам помочь собраться к завтраку?

— Нет… Я не спущусь… Хочу провести весь день у себя… Мне что-то нездоровится…

— О! Господин Рон уже ждёт вас в столовой. Он велел передать, что завтракать без вас не начнёт.

Я сглотнула ком, сдавивший горло, и кивнула.

— Тогда я спущусь, но оденусь сама. Благодарю.

Я спустила ноги с кровати, а когда камеристка вышла, поднялась и приблизилась к тазу. Вода в этот раз была прохладная. Наверное, так сказывалось настроение хозяев особняка, потому что едва Рон начинал злиться, и магия слуг работала менее эффективно. Я умылась и стала одеваться. Захотелось надеть что-то яркое, и выбор пал на платье золотого цвета с оранжевым поясом. Прямо как золотая пора, что совсем скоро должна была опуститься на Моррис, так называется мой мир. Причесав локоны и подцепив заколкой несколько прядей, я приложила руку к метке. Неприятно встречаться с Роном и Эми после вчерашнего, но вечно избегать их не получится, ведь я и малейшего понятия не имела, появится ли ещё когда-то Кьер, и прибудут ли за мной из академии драконов.

Выйдя в коридор, я заметила Зейна. Он стоял, прислонившись спиной к холодной стене, и, судя по всему, ждал меня.

— Привет! — сказал он, делая шаг мне навстречу.

— Привет! — ответила ему, стараясь вести себя как можно естественнее, но взгляд отвела в сторону.

— Эстер, то, что случилось вчера… Уверен, мы сможем во всём разобраться. Ты не должна уходить…

— Зейн, я не принадлежу миру ангелов…

— Но и миру предателей ты не принадлежишь! — он взял меня за руки и посмотрел в глаза.

Раньше он никогда так не делал, а теперь… Я понимала, что он просто желает уговорить меня остаться, но если я соглашусь, ничего не изменится, ведь Зейн уедет со своей невестой, а я останусь тут. Всё просто останется на своих местах.

— Не говори так о драконах… Я могу оказаться одной из них!

— А если этот смутьян наврал? Мог ведь! Эс!

— А если нет?

Я высвободила руки и сделала два шага назад.

— А если нет я всё равно буду тебя…

Договорить ему не дала невеста, вышедшая из своей опочивальни и направившаяся в нашу сторону. Так даже лучше. Не уверена, что Зейн желал сказать слова любви, но если это действительно так, то лучше ему этого не делать… Его признания только усложнили бы и без того непростые отношения.

— Зейн, ты собирался дождаться меня? — деланно нахмурилась Милли и потянулась к нему, целуя в щёку. — Привет, Эстер! Вчера был очень плохой день… Мне так жаль…

Показалось, словно она издевается. Ничего ей не жаль, просто хотела лишний раз напомнить мне, каким чудесным выдался «праздник».

Я поспешила вниз одна, оставляя «влюблённую парочку» за своей спиной. Не поздоровалась с Милли, ну и ладно, уверена, что она даже не заметила. Ей бы сейчас с женихом разобраться, не до меня.


Сама не заметила, как оказалась в столовой, где уже сидели на своих местах Рон и Эми. Я не смела поднять на них взгляд, но всё-таки пожелала доброго утра.

— И тебе доброе утро, Эстер! — начал Рон. — Как плечо? Не болит?

Я взволнованно посмотрела на него, кусая щёку изнутри. Кто сказал, что метка начала кровоточить? Зейн просил не делать этого...

— По пробуждении, я получил письмо из академии драконов. Они требуют незамедлительно снять охранную метку, и отправить тебя к ним, - словно прочёл мои мысли Рон.

Услышав о метке из его уст, я почувствовала, как пульсирует в висках. Зейн и Милли спустились и присоединились к разговору.

— Итак, Эстер, ты действительно хочешь покинуть нас и отправиться в академию? — спросил Рон, испытующе глядя на меня.

— Да. Поначалу это было импульсивное решение, но когда я узнала о сдерживающей метке…

— Это не просто сдерживающая метка. Магия была нанесена не случайно. Мы не знали твоей второй ипостаси, Эстер! Мы прибегли к магии, чтобы защитить тебя… Окажись вторая сущность демонической, тебя бы просто разорвало. Метка сдерживала проявление генов дракона, а не просто удерживала тебя рядом с нами.

Я судорожно сглотнула. Взгляд упал на тарелку с едой, но аппетита не было совершенно. Посмотрела снова на Рона, стараясь придумать правильные вопросы.

— Мы никогда не желали тебе зла Эстер… Эми и я… Мы любим тебя, как родную дочь!

— Я…

Я не знала, что сказать, а когда ощутила прикосновение тёплой руки к своей и посмотрела на Зейна, сердце встрепенулось. Ради такого взгляда я готова остаться пленницей этого поместья.

— Послушайте! Мы будем устраивать трагедию вокруг Эстер и говорить ей, какая она хорошая, или всё же поговорим о чём-то существенном? — вспылила Милли, заставляя обратить на неё внимание.

— Милли, сейчас нет ничего существеннее, — начал Зейн.

— Так может ты тогда женишься на ней? А не на мне? Раз ничего существеннее неё нет, и наша свадьба тебя не интересует?!

Я ещё никогда не видела Милли такой разгневанной. Она подскочила из-за стола и рванула к лестнице. Зейн убрал руку с моей, но за невестой не побежал. Вместо него это сделала Эми. Мы остались впятером: Рон, Зейн, я и две мои сущности, принять которые я до сих пор не могла.

— Итак, Эстер… Что ты решила? Посланник из академии явится сюда уже завтра, и если ты хочешь покинуть нас, то должна успеть собрать вещи.

— Я хочу понять свою драконью ипостась…

— Отец, должны сделать анализы, чтобы убедиться, что тот псих не обманул, и в Эстер есть хоть капля драконьей крови, - хватался за последнюю нить надежды Зейн.

— Сегодня приедут лекарь и маг, который снимет с тебя печать. Не обещаю, что больно не будет, потому что обращение в дракона процесс очень серьёзный!

Мне показалось, что Рон расстроился. Он вытер рот салфеткой и поднялся на ноги. Постоял несколько секунд, глядя на меня, и направился в свой кабинет.

Оставшись с Зейном наедине, я почувствовала на себе его пристальный взгляд и повернула голову в его сторону.

— Ты не должен быть сейчас со своей невестой? — спросила, сама не знаю зачем.

— Нет. Ты уверена, что хочешь этого?

— Да… Возможно, так я пойму своих родителей…

— Ну тогда мне нечем удержать тебя…

Он опустил голову, и светлые пряди волос упали ему на лоб. Мне так захотелось убрать их, но я сдержалась. Нельзя касаться Зейна.

— Я буду писать тебе письма… Почти ничего не изменится.

Пока он обучался, мы виделись один раз в новолуние. Думаю, что и сейчас я смогу позволить себе такие встречи. Вот только пришлось напомнить, что скоро он будет женат.

— Тогда я предлагаю сегодня нарушить пару правил и как следует повеселиться.

— Нарушить правила? И это говоришь ты? Я правильнее тебя ещё не видела никого…

— Иногда понимаешь, что тупое следование правилам и соблюдение границ лишают тебя чего-то очень важного, но это осознание приходит слишком поздно.

Я смотрела ему в глаза, чуть приоткрыв рот, а потом почувствовала, что он снова положил ладонь поверх моей руки и сжал её, улыбаясь уголками губ.

Часть 8

Утро началось со стука в дверь. Я поднялся на ноги, борясь с раздражением, и открыл. На пороге стоял учитель полётов, Сален.

— Мистер Сален, чем обязан? — спросил я, опираясь рукой о дверной косяк.

Интересно стало в эту секунду — сколько сейчас времени, как долго я проспал, и сдвинулось ли дело Эстер с мёртвой точки.

— У нас вот-вот начнутся занятия, и ректор поручил мне проследить, чтобы вы исполнили данное ему обещание и не прогуливали занятия…

Старина Родриксон, наш ректор, обложил меня со всех сторон. Я ничего не обещал ему, но визит учителя был намёком на то, что всё-таки совет одобрил прошение ректора, и скоро Эстер появится здесь.

— Не могу отказать вам, мистер Сален. Позволите для начала умыться?

— Не ёрничай, Кьер. Я не понимаю, почему ректор так о тебе печётся, будь моя воля, я бы тебя уже давно исключил…

Я присвистнул. У лазурных драконов всегда была неприязнь к чёрным, с этим ничего не поделаешь. Впрочем, я и не пытался сделать так, чтобы меня полюбили и приняли. Вот только ректор Родриксон сумел найти во мне что-то хорошее и это немного бесило, потому что не мог я идти против него.

— Ну ладно… Не хотите, чтобы умывался, пойду так…

Выглядел в мятой одежде я неважно, да и форму не надел, но, кажется, это никого не волновало.

Обогнав мистера Салена, я поспешил присоединиться к своим сокурсникам. Драконы в форме академии как один выстроились в ровную линию. Хотелось сначала немного нарушить её, встав чуть дальше от них, но я не решился. В конце концов, сейчас от моего поведения во многом зависела судьба Эстер, ведь если Родриксон не будет добиваться, чтобы с неё сняли метку, то ничего хорошего не получится. А я жуть как хотел снова увидеть это милое личико и боевой взгляд хищницы, который она бросала на меня каждый раз, когда злилась.

— Чёрный, можешь осторожнее? — фыркнул на меня Достан, серебряный дракон, поправляя свою длинную чёлку пепельного цвета.

Кажется, я задел его плечом, но я не специально сделал это, поэтому даже не подумал извиняться. Покосился на гордого дракона и встал рядом.

— И извинений от него не дождёшься! Что сказать — грязное отребье…

Оскорбление снести я не смог и с разворота ударил Достана в правую скулу кулаком. Он ахнул и начал трансформироваться. Битва драконов? Что-то новенькое, но я был уверен, что получится нечто интересное и уже хотел обратиться, как услышал голос мистера Салена:

— Сейчас же прекратите! Грей, только что тебя вызвал к себе ректор.

Я сглотнул от обиды. Даже повеселиться не дали, а как хотелось задать жара этому элитному ящеру. Взглядом дав Достану понять, что разговор незакончен, я поспешил ретироваться. Полетать сегодня не получится, подраться тоже, ну хотя бы узнаю, что удалось выяснить ректору…

До его кабинета я плёлся слишком медленно. Всё, что успел вчера съесть — кусок божественного мясного пирога и несколько ложек ангельского салата, который мой желудок упорно не принимал. В желудке посасывало, и я подумал зайти в столовую, чтобы как следует пообедать. Приблизившись к массивной двери, постучал, и она тут же открылась.

Мистер Родриксон явно ждал меня. Он стоял у окна, сцепив руки в замок за спиной, и наблюдал за полётами моей группы.

— Что это была за выходка, Кьер? Вы чуть было не подрались с Сильвером…

— Ну не я первый начал, пожал я плечами, проходя внутрь.

Заметив на столе ректора поднос с драконьими ягодками, я не удержался, чтобы не отщипнуть одну. Божественный сладкий вкус заставил меня млеть от наслаждения.

— Можешь съесть их все, — предложил ректор, оборачиваясь ко мне лицом.

И как он заметил? Настолько чуткий слух или на затылке имеются дополнительные глаза? Но от предложения отказываться я не стал: плюхнулся на стул и принялся поедать ягоды. Ректор занял своё кресло и посмотрел на меня с осуждением.

— Совет согласился вступиться за девушку-дракона. Завтра наши люди отправятся туда, чтобы убедиться, что в её венах течёт драконья кровь… Ты уверен, что она одна из нас?

— Уверен! На все сто! Моё чутьё меня никогда не подводило… Вы же знаете — я просто идеальная ищейка.

— Только одно могло заставить тебя нарушить столько правил и полететь на границу с ангелами…

— Нет! Девушка не моя родственная душа… Я просто хотел развеяться и почуял её… — принялся оправдываться я.

— Ты ведь понимаешь, Кьер, что появление царя могло бы решить множество проблем. Мы всегда были одним народом, а сейчас спишь и боишься, чтобы какой-то союзник не направил на Долину свои войска.

— Я не царь, и вы отлично это знаете… Тот, кто рос среди черни, никогда не сможет стать царём! — постарался я в которой раз оправдать своё нежелание брать на себя непосильную ношу.

— Главное то, что течёт в твоей крови…

— Послушайте! Вы даже не можете быть уверены, что я и есть золотой дракон… Легенды легендами, но вы не знаете наверняка…

— Я чувствую.

Шкатулка магической почты начала светиться белым. Ректор внимательно посмотрел на неё, хмыкнул и открыл. Я заметил облик опекуна Эстер, и аппетит пропал.

Говорящее письмо.

— Я получил ваше прошение. Так как Эстер уже совершеннолетняя и сама может принимать решения, сегодня будет снята сдерживающая метка. Вы должны иметь в виду, что это означает и то, что её сущность дракона может пробудиться в любую секунду, и если дракон, неспособный управлять собой нападёт на одного из наших, мы будем вынуждены убить его.

Бубенцы херувима!

Внутри меня столько эмоций змеиным клубком скрутилось, что будь этот ублюдок рядом, я бы вырвал его сердце голыми руками через его глотку. Он только что угрожал убить Эстер. Наверное, все эмоции были написаны на моём лице, или я так сильно сжал руки в кулаки, что костяшки начали хрустеть, но ректор закрыл шкатулку, посмотрел на меня и отрицательно покачал головой.

— Не делай глупости, Кьер!

— Этот ангелочек угрожал одному из нас… Я не могу просто ждать, когда он убьёт её… Он может сделать это, даже если драконья ипостась Эстер никак не проявит себя. Она в беде.

— Поэтому ты полетишь на границу и будешь охранять её. Я сейчас же отправлю письмо и уведомлю опекуна девочки, что пришлю наблюдающего. Только не делай глупости, иначе всё может закончиться очень плохо. Двоих убитых драконов или ангелов будет достаточно для начала новой войны.

— Я понял вас. Я сделаю всё возможное, чтобы быть тише воды и ниже травы, но если эти гады попытаются причинить ей вред…

— Ничего не предпринимай сам. Утром явится маг в академию, который откроет портал. Вам нужно будет продержаться до утра.

— Я понял. Благодарю, что позволили лететь именно мне.

— Не знаю, что у тебя за интерес к девочке, но никто, кроме тебя, лучше защитить её не сумеет. И не забывай о том, что ты не должен творить глупости и провоцировать ангелов. Ради её же блага.

На последней фразе мистер Родриксон сделал акцент голосом. И я, конечно же, пообещал ему, что всё будет хорошо, хотя желание свернуть шею этому треклятому опекуну становилось всё сильнее.

Часть 9

Дождаться прихода мага, который должен будет снять метку, было очень трудно. Зейн всё-таки ушёл утешать свою невесту, так и не сказав мне, какие правила решил нарушить, а я закрылась в комнате. Не хотела разговаривать с Эми или Роном, потому что знала, что они будут пытаться отговорить меня от задуманного.

Сначала я измеряла комнату шагами, двигаясь из угла в угол и теребя пальцами кулон на шее. От камня всегда исходило приятного тепло. Я ни разу не допустила себе мысли, чтобы снять его, ведь это частица моей семьи, связь с мамой, пусть и совсем минимальная. После встречи с Кьером я хотела снять его, чтобы посмотреть, что произойдёт, но так и не решилась. В конце концов, я понятия не имею, чем мне это грозит, а причинить вред близким не хотелось.

Я не помню, когда конкретно сдалась, улеглась на кровать и отправилась в царство волшебных снов… Разбудил стук в дверь. Я открыла глаза и заметила Эми. Потёрла кулаками глаза, чтобы окончательно проснуться и присела, сбросив ноги с кровати.

— Эстер, у тебя ещё есть шанс одуматься… Мы не знаем, чем тебе может грозить снятие метки… Если ты обратишься, можешь причинить вред окружающим.

— Я не монстр, — прошептала я в ответ, чувствуя, что глаза начало щипать от накатывающих слёз.

— Ты — нет, а вот твоя вторая ипостась вполне себе может им быть… Эстер, милая, если ты откажешься снимать метку, мы будем только рады…

— И что меня ждёт под крышей вашего дома? Вечное одиночество? Я никогда не смогу стать женой ангела, никогда не стану одной из вас… Ты ведь понимаешь это, Эми!

Она опустила голову. Судя по всему, я задела за больное, возможно, Эми точно так же когда-то не смогла стать женой того, кого любила.

— Ты уже всё решила… Пойдём. Рон, Зейн и маг ждут тебя в зале.

— А Милли?

Сама не знаю, зачем я о ней спросила, но я совершенно не хотела, чтобы она присутствовала там и видела мои мучения.

— Она не станет присоединяться. Милли немного погорячилась, посчитав, что Зейн испытывает к тебе влечение плоти, но он объяснил, что просто переживает за тебя, жалеет, ведь среди драконов ты можешь пропасть.

Её слова ударили по сознанию, дёргая за ниточки терпения.

«Жалеет»…

Неужели я настолько жалкая? Я в очередной раз подавила обиду в себе, хотя руки сжала в кулаки так, что ногти впились в кожу, царапая её. Чего она хотела добиться? Эми специально наступила на больную мозоль? Вопросов в голове образовалось много, но я всё-таки заставила себя встать и пойти. Уже на лестнице вспомнила, что даже не посмотрелась в зеркало и не поправила волосы, но уже не собиралась возвращаться.

Войдя в зал, я замерла. Магия чувствовалась уже на расстоянии. Казалось, словно воздух пропитан запахом дождя золотой поры и грозой. Я невольно передёрнула плечами, продвигаясь вперёд, и поморщилась. Мужчина в длинном тёмном балахоне смотрел на меня каким-то опустошённым взглядом. Показалось даже, что это маскарад, чтобы запугать меня специально, отговорить снимать метку. Но я подошла к нему и присела на заранее подготовленный для меня стул.

— Эстер, у тебя ещё есть шанс передумать. Когда мы снимем метку… — ледяной тон Рона заставил меня поёжиться и посмотреть на него.

Рядом с моим опекуном стоял Зейн. Желваки на его лице ходили. Он просто жалел меня, вот и всё… Слова Эми глубоко проникли в душу, вытрясая все надежды, что таились в дальних уголках.

— Я не передумаю, — ответила я.

— Тогда я начну процесс, — скрипучим голосом произнёс маг.

Со стороны входной двери послышался шум. Слуги с кем-то ругались, и у меня на мгновение замерло сердце, а когда на пороге зала появился Кьер, я чуть было не кинулась ему на шею. Он был единственной поддержкой для меня сейчас. Я не знала, почему, но я доверяла ему и радовалась, что он прилетел.

— Это уже наглость! — грозно произнёс Рон, двигаясь в сторону Кьера.

— Ни капли… Это требование принять наблюдающего со стороны драконов! — Кьер достал из кармана своих штанов смятый лист пергамента и развернул. — Упс! Примялось немного!

Рон выхватил лист, ознакомился с ним, фыркнул и вынужденно вернулся на своё место. Кьер сделал несколько шагов в мою сторону.

— Ближе нельзя! — проскрипел маг.

Кьер судорожно сглотнул и застыл взглядом на мне. Его взгляд оказался последним, что я смогла различить, а потом окутал холод, и я медленно начала погружаться во тьму.

— Я не могу оставить нашу дочь! Мы должны бороться за неё, Лея! — послышался мужской голос и появился едва различимый в тумане силуэт.


— Они придут за ней! Нашу Эстер убьют, так же как и нас, Голден! Мы должны оставить её!

Не знаю, что это было — видение из прошлого или просто игра воображения, но когда я открыла глаза, то почувствовала тёплые мужские объятия. Рядом со мной сидел Кьер, а я лежала на диванчике.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ — Всё закончилось? — спросила я. — Где все?

— Ушли! Так безопаснее для них. Если ты вдруг обратишься в дракона, я буду рядом и помогу тебе…

Мне стало немного не по себе. Я не помнила, как завершился этот процесс. Прислонившись к спинке дивана, постаралась собраться с силами и вспомнить, что произошло. Мне хотелось понять, чем были те голоса и силуэты, но на ум ничего не шло.

— Как ты?

— Я видела что-то… Кажется, это были мои родители, но я не могу быть уверена в этом на сто процентов.

— Видение из прошлого могло проявиться при снятии метки.

Сердце замерло на мгновение, а потом продолжило биться. Если это не игра воображения, значит, я видела родителей… Я коснулась рукой плеча, на котором была метка, и ощутила рубец.

— Шрам, увы, останется, но ты не парься, ты очень милая даже с ним.

Я устало улыбнулась. Вспомнилось, что Зейн хотел нарушить какие-то правила со мной, но теперь он, наверняка, откажется оставаться с драконом наедине.

— Когда мы отправимся в академию?

— Эстер, у тебя взяли анализы… Они придут только утром. Как только подтвердится, что в тебе есть часть дракона, для нас откроют портал. Скорее всего, завтра.

— Ты останешься здесь?

— Да. Твои опекуны не имеют права выгнать меня, как бы сильно им не хотелось сделать это.

Мне стало легче. Хоть я толком не знала Кьера, но я чувствовала его, была уверена, что он станет оберегать меня, поможет справиться мне со всем.

И с чего я так верила ему?

Я внимательно посмотрела на Кьера и поборола желание убрать влажную чёрную прядь волос с его лба. На секунду подумалось, что он мой брат. Если я тоже чёрный дракон, то вероятность этого высока. Я улыбнулась украдкой и постаралась подняться, но сил ещё не было. Ноги обмякли, и я снова плюхнулась на диван.

— Не торопись… Должно пройти немного времени. Это была сильная магия, она забрала частицу тебя, поэтому придётся пройти курс реабилитации.

Я кивнула и прилегла на подушку.

Кажется, я снова провалилась в сон, потому что когда открыла глаза, чувствовала себя уже отдохнувшей и находилась в своей спальне. На подоконнике сидел Кьер и смотрел на меня. Щёки тут же вспыхнули от смущения.

— Почему ты в моей комнате?

— Должен был наблюдать за тобой и убедиться, что всё в порядке…

— Всё хорошо. Я чувствую себя гораздо бодрее.

— Отлично, значит, обращение откладывается. Артефакт оберегает тебя. Вынужден сообщить, что там, за дверью, сидит цепной пёс, который боится, что я тебя изнасилую… Мы с ним чуть не подрались…

Я подскочила с кровати и поспешила в коридор, чтобы обнять Зейна и сказать, что я в порядке. И даже в дракона пока не обратилась. На мгновение мне показалось, что во взгляде Кьера мелькнула ревность, но когда я обернулась, он уже разглядывал камни на стенах и что-то пытался отколупнуть.

Я открыла двери и выскочила в коридор, вешаясь на шею Зейна. Он крепко прижал меня к себе и уткнулся носом в волосы. В этих объятиях было что-то эротическое, и у меня стянуло всё внизу живота, а губы принялись зудеть, требуя поцелуя.

— Я так боялся, — прошептал Зейн.

— Всё хорошо, ответила я, — выпуская его из своих цепких объятий.

— Точно всё в порядке? — Я кивнула в ответ. — Тогда давай нарушим пару правил, пока ты не отправилась в академию драконов? Обещаю, ты не забудешь этот вечер!


Часть 10

Эстер влетела в комнату воодушевлённая, и я сразу же понял, что дело неладное. Этот «братец» сказал ей нечто или пообещал. Вибрации поползли по телу, вынуждая собрать их в кулак и проявить всю выдержку.

— Кьер, насколько велик шанс, что я могу начать превращаться в дракона в любую секунду? — спросила она, прикусывая губу и приподнимая брови вверх.

Маленькая хитрая лисичка.

— Это может случиться в любую секунду… Что угодно способно спровоцировать обращение. Даже позитивные эмоции, если их будет чересчур много, поэтому я бы на твоём месте не светился, как праздничное дерево.

Она шумно выдохнула, опустила взгляд, а потом снова посмотрела на меня и принялась хлопать ресничками, прям как опытная соблазнительница. У меня аж затвердело ниже пояса. Приходилось прикладывать немало усилий, чтобы сдерживаться, ведь мне нельзя допустить близость с этой малышкой, даже если она сама захочет этого.

— А если я буду контролировать себя? Я пообещаю, что буду о-о-очень осторожна! Я всего ненадолго… Прогуляюсь с Зейном и вернусь!

Щёки малышки покрылись румянцем. Она опустила взгляд, а затем снова посмотрела на меня. Я понял, что простой прогулкой ограничиваться эти двое не собираются, чуть было не выдал себя с потрохами, потому что собственник внутри закричал, принялся требовать не отпускать её. С ним.

— Ты ведь понимаешь, что если ты обратишься и не сможешь поладить со своей новой сущностью, ангелы могут убить тебя?

— Они не сделают этого! Они же моя семья, Кьер! Ну пожа-а-алуйста!!!

«Семья, которая спит и видит, как бы от тебя избавиться, детка», — мелькнула мысль, но озвучивать её я не стал.

Не хотелось убивать в девочке любовь и вынуждать ненавидеть меня, ведь гонцов с дурной вестью всегда казнят. Я посмотрел на неё, выдержал молчание совсем недолго и был вынужден сдаться. Во взгляде малышки столько надежды полыхало…

— Это будет просто прогулка?

— Просто! Ничего особенного…

— Ты уверена, что поцелуи и фитнес в кровати в неё не включены?

Её щёки в мгновение стали пунцовыми. Малышка сделала шаг в мою сторону, глядя таким звериным взором, что даже страшно стало, а затем отступила и шумно выдохнула:

— Фитнес исключён!

— Ладно… Иди…

Отпуская её, я знал, что буду следить, по пятам за ними ходить, если понадобится, но не позволю прикоснуться этому ублюдку к моей девочке.

— Если что, я постараюсь быть рядом…

Она подпрыгнула на месте, захлопала в ладоши и развернулась. Удивительно, но она не стала поправлять шпильки в причёске, щипать щёки и что ещё там делают женщины для того, чтобы выглядеть привлекательнее. Малышка поспешила к двери, но на пороге замерла и обернулась в мою сторону.

— Я ничего не говорила о других видах спорта… — подмигнула она бровями, словно поддразнила меня и скользнула за дверь.

Хоть метка родственной души у Эстер пока ещё не появилась, она всё равно пыталась со мной заигрывать, пусть делала это неосознанно и крайне неумело.


Пришлось выждать чуть больше десяти минут, чтобы не выдать себя. Мне хотелось сохранить слежку в тайне, чтобы малышка не возомнила себе не пойми что. Я чувствовал её, знал, что она находится совсем недалеко. И опасность я бы ощутил остро.

Выглянув за дверь, чтобы случайно не напороться на слуг или опекунов Эстер, которые строго-настрого запретили мне расхаживать по их жилищу, я направился к витиеватой лестнице, по которой Эстер провожала меня в прошлый раз.

Едва поднялся на самый верх, как сердце замерло. Я ещё сам толком не понял, из-за чего это произошло, а потом заметил малышку в облаках с громадными белоснежными крыльями за спиной и этого «братца»… Они кружились друг вокруг друга, взмывали ввысь и камнем падали, чтобы снова взлететь. От этого зрелища захватывало дух и сводило челюсть. Хотелось принять облик дракона и опалить крылышки ангелочку, что так и льнёт к моей Эс.

Уняв ревность, что ключом билась внутри, я постарался скрыться с их поля зрения. Пришлось напомнить себе о том, что поход к магу откладывать не стоит. Я должен наложить на своё сердце заклятие, даже если сделка дорого обойдётся мне.

Заметив, что у моей девочки вспыхнуло крыло, я понял, что она вызвала процесс обращения в дракона и тут же дёрнулся с места.

— Эстер! — закричал я, потому что она резко начала падать и легко могла разбиться.

 Часть 11

Я и не подозревала, что Зейн решит нарушить одно из особо чтимых у ангелов правил и предложит мне полетать над поместьем. Я давно не распрямляла крылья… Мне, вообще, не рекомендовали принимать облик ангела, и вот сейчас, чувствовала себя настолько счастливой, что кричать хотелось от переполняющих эмоций. Воздух обволакивал всё тело, щекотал каждое пёрышко. Я ощущала, что нахожусь в своей стихии и наслаждалась. Близость Зейна, придавала уверенности в завтрашнем дне. Он едва касался меня крыльями, пролетая мимо… Время от времени задевал руками, и было в этом что-то интимное. У меня ни разу не было близости с мужчиной, но казалось, что рядом с Зейном я и без особого физического контакта достигаю пика наслаждения.

В одно мгновение что-то пошло не так, и я не смогла контролировать себя… Крыло обожгло. Острая боль прошлась по всему телу, и с губ сорвался неестественный крик. Я камнем полетела вниз, не в силах контролировать движения. Огонь пожирал, горло драло от боли. Я заметила, что Зейн бросился следом за мной, а потом меня накрыла тьма…

Не знаю, кто помог мне не разбиться, но я пришла в себя в своей спальне. Рядом сидел Кьер и держал за руку. Дышать получалось с трудом. В голове столько вопросов роилось… Хотелось получить на каждый из них ответ, но не удавалось открыть рот.

— Слава амёбе! Ты пришла в себя! — восхищённо произнёс Кьер улыбаясь.

— Что случилось? — едва выдавила из себя, понимая, что силы придётся восстанавливать долго.

— У тебя сейчас переходная стадия, — пожал плечами Кьер.

— Я обратилась?

— Нет… Это происходит на внутреннем уровне. Дракон пытается вытеснить ангела… Крыло обгорело, но маг наложил восстанавливающее заклинание, так что постепенно станет легче. Полёты тебе запретили на месяц… В обличье ангела, по крайней мере.

Я устало выдохнула. Всё равно никогда толком не летала, так что с этого запрета многое я не потеряла. Интересно было, кто же всё-таки поймал меня. Мне казалось, что я слышала голос Кьера, но откуда ему быть там?!

— У меня есть не особо приятная новость и шикарная… С какой начать?

Эти вопросы я никогда не любила, отвела взгляд в сторону и недовольно поморщила губы.

— Давай уже всё сразу.

— У-у! Какая ты шустрая девочка! Знаешь, а я люблю таких. Впрочем, это одна и та же новость, смотря с какой стороны на неё поглядеть… Ты проспала трое суток — это действие магического заклинание, — прочитав мой немой вопрос, быстро проговорил Кьер. — И сейчас ты находишься на территории драконов. Ты одна из нас, Эстер!

На территории драконов? Я испугалась, а потом посмотрела по сторонам, думая, что он шутит, ведь я чётко видела свою спальню.

— Но это же моя комната! — постаралась возмутиться я.

— Это магия, детка! Иллюзия… Было бы слегка страшно пробудиться на чужой территории… Она развеется очень скоро.

Ну нет. Я не собиралась просто так верить, что оказалась в незнакомом месте. Как-то слишком уж быстро. Слишком. И я даже не попрощалась с Зейном… с Эми… с Роном… Заставив себя подняться на ноги, сделала это, пусть и с большим трудом. Дошла до двери, открыла её и не поверила собственным глазам, перед которыми предстал незнакомый витиеватый коридор из крупного камня.

— Кьер, скажи, что всё это сон! Почему? Я ведь даже не попрощалась со всеми…

— Ну прощание вышло бы так себе… Твоего возлюбленного ангелочка наказали, — Кьер нарисовал в воздухе импровизированные кавычки. — Его отправили в Светлую Долину вместе с невестушкой той же ночью… Терпеть дракона в особняке никто не хотел… И они боялись, что ты обратишься. Так что утром, как только пришли результаты твоих анализов, нам открыли портал и переместили сюда. Брось, детка, тебе тут понравится.

Меня начало трясти, а к уголкам глаз подступили слёзы. Нижняя губа начала предательски дёргаться, поэтому стоило большого труда успокоиться, чтобы не расплакаться, как маленький ребёнок. После такого невероятного полёта я даже спасибо не сказала Зейну и не знала, скажу ли когда-нибудь… А Рон и Эми… Поверить не могла, что они так сильно побоялись моего обращения. Впрочем, я не могла их винить — они вырастили меня, воспитали, и я была благодарна за это.

— Ладно… Я постараюсь привыкнуть к этому месту, — произнесла я, присаживаясь на кровать.

В конце концов, я сама хотела этого. Я добровольно согласилась снять метку, ведь знала, что тогда остаться с близкими не смогу. Забравшись на постель с ногами, я уставилась в одну точку перед собой и принялась считать. Счёт всегда помогал мне.

— Завтра я покажу тебе академию и познакомлю с ректором. Он очень хороший.

Я верила Кьеру, но так противно внутри было, что не хотелось ни о чём думать. Совершенно. Я и предположить не могла, что перемещение окажется вот таким странным. Я готовилась к прощанию со слезами и напутственными словами, к обещанию писать Зейну каждый день… А всё вышло совершенно иначе.

— Раз ты пришла в себя, я вынужден оставить тебя… Как только немного освоишься здесь, сможешь отправить видеописьмо своим опекунам. Каждому студенту выдаётся шкатулка магической почты, но есть немаловажное условие — отправлять на территорию врага не больше одного сообщения в сутки.

«Врага»…

Я не понимала, почему ангелы до сих пор считают драконов врагами, а драконы ангелов, ведь установился мир… Или мне это просто померещилось?

Оставаться совершенно одной на неизведанной территории не хотелось. Мне было страшно и одиноко. Я посмотрела на Кьера. Он сидел на подоконнике и разглядывал меня. Чёрная чёлка снова упала на лоб.

— Кьер, а ты можешь остаться?

— И снова спать на полу? Я все бока измял, малышка, за эти дни…

Мне стало стыдно из-за того, что из-за меня он спал на полу. Щёки вспыхнули румянцем. Я облизнула губы и отвела взгляд в сторону.

— Утром я приду к тебе, детка… Ты ещё спать будешь, а я уже начну обивать порог этой комнаты.

Обещаю.

Улыбка озарила моё лицо. Вроде бы ничего особенного Кьер не говорил, но ему удавалось развеселить меня одним коротким словом.

— Договорились, — улыбнулась я.

— Кстати, нужды тебе пока справлять не понадобится… Всё та же целебная магия… Так что где тут умывальник и туалет, покажу завтра.

Я кивнула. Кьер спрыгнул с подоконника и направился к дверям. Он посмотрел на меня с жалостью во взгляде, за что хотелось стукнуть его, но сил встать не было.

— Отдыхай, малышка!

— Спасибо!

Кьер вышел, а я тут же скатилась на подушку и заплакала. Я так надеялась, что этот божественный полёт с Зейном завершится поцелуем, но в итоге на несколько суток выпала из реальности и вот уже нахожусь в другом месте, в окружении драконов, а Зейна из-за меня ещё и наказали…

Часть 12

Говорить Эстер о том, что её паренёк-ангел просто замер и ждал, когда она разобьётся, было бы подло, потому что едва он пришёл в себя, как сразу же рванул вниз камнем. Поймав её, я уж подумывал, что и его придётся. Я чувствовал сильный приток магии, исходившей от него. Родители постарались обработать сына при помощи сильнейшего чародея, именно по этой причине он вдруг решил нарушить главное правило ангелов с Эстер, чтобы убить её. Пусть и неосознанно он делал это, но я его размазать по камням там хотел. Ярость так сильно кипела в венах, что будь мы где-то на нейтральной территории, я бы его побил, а на их границе это бы сразу восприняли как жест объявления войны. Ангелам только дай повод…

Впервые за эти напряжённые дни я вошёл в свою комнату и лёг на кровать. Всё тело отзывалось тупой болью в мышцах. Удалось немного успокоиться, потому что Эстер пришла в себя. С ней всё в порядке. Она под крышей академии, и теперь вряд ли попадёт в опасность.

В сон я провалился быстро, а проснулся от стука в дверь. Лучше бы проорали над головой низшие ящеры, но это были не они.

Мистер Сален собственной персоной. Он поправил растрепавшиеся волосы, вздёрнул острый подбородок и улыбнулся.

— Кьер Грей, признаться, я удивлён, что ректор так печётся о тебе. Но мне велено сопроводить тебя на занятия... Снова.

Учитель полётов пытался мне всем своим видом дать понять, что его вся эта ситуация унижает.

— Мистер Сален, возможно, вы упустили тот момент, когда мистер Родриксон назначил меня старшим и поручил охранять юного дракона, прибывшего сюда…

— Об Эстер Льюис сейчас уже заботятся другие, не стоит переживать.

— Кто?

Наверное, в эту секунду скрежет моих зубов был слышен по всему коридору. Даже челюсть свело немного от напряжения. Я разозлился не на шутку и был готов метать молнии, если потребуется.

Какого ангела?

— Ты отстаёшь от программы занятий, но есть более способные ученики, у которых уже везде автомат.

Да ладно? И называть имена этих учеников совсем не обязательно, потому что он один такая паинька — Сильвер. И я сверну ему шею, если хоть пальцем коснётся моей малышки.

Сощурив глаза, я несколько секунд смотрел на учителя, а потом пожал плечами, как бы извиняясь, и поспешил отыскать Достана. Эстер должна знать, что этот гад не такой хороший, каким может показаться. Мистер Сален что-то кричал мне вслед об отчислении, о котором он непременно позаботится, но я его не слушал. Да плевать. Пусть прямо сейчас отчисляют.

Я нашёл их идущими по коридору. Эстер надела форму академии, и я вынужден был признать, что ей чертовски подошли белоснежная блузка и синие брюки с завышенной талией. Волосы цвета спелой пшеницы с лёгким медовым оттенком она собрала в высокий хвост, а я бы с удовольствием распустил их и запустил в них пятерню, сосредоточив её на затылке Эс, чтобы притянуть голову малышки ближе и впиться в столь манящие губы.

Спрятавшись за колонной, я решил понаблюдать, как будет вести себя этот «серебряный мальчик», но ничего предосудительного он не делал: рассказывал Эстер об устройстве академии и показывал? где и что можно найти.

А ведь это я должен находиться сейчас рядом с этой девочкой, водить её по зданию и рассказывать, как и где я прятался, чтобы прогулять занятия. У меня эта экскурсия вырисовывалась в голове так ярко, когда я сидел у её кровати. Не понимаю, почему ректор вдруг решил заменить меня этим… Уж точно не из-за отставания в учёбе.

— Грей, нехорошо прятаться и подглядывать за другими! — услышал я голос Сильвера и ухмыльнулся, сдаваясь и выходя к ним навстречу.

— Достан, а я и не думал прятаться… Решил трусы поправить, ну не смущать же вас таким зрелищем. Ты завидовать начнёшь, а Эс, вообще, в обморок грохнется...

— Кьер! — восторженно произнесла Эстер и улыбнулась, глядя на меня, а у меня в эту секунду сердце плавиться начало, как у того самого оловянного солдатика, история которого добралась до нас из других миров.

— Эс, тебе к лицу форма… - хрипловато констатировал я факт, даже не думая превращать его в комплимент.

— А ты почему её не одеваешь? — спросила она, разглядывая мой помятый вид.

И мне впервые стало стыдно за себя. Надо было бы достать форму… Наверное… Хотя куда там? Все сразу поймут, что я перед малышкой выделываюсь.

— Потому что Грею плевать на всех окружающих. Он живёт для себя, — ответил за меня Достан, и я бы с удовольствием поблагодарил его палкой по хребту, но в этот раз просто промолчал, решив, что дракой пугать Эстер не хочу.

Она на меня посмотрела как-то особенно, словно взглядом давала понять, что у Достана не все дома, впрочем, я мог себе и надумать это, но стало приятно.

— Знаешь, раз уж я всё-таки отважился прогулять занятия, не смею задерживать тебя… Я сам покажу всё остальное Эстер, а ты можешь пойти, похвастать перед остальными своим умением держаться в воздухе, — попробовал я избавиться от липучки, хоть и знал, что это будет непросто.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ — И не старайся. У тебя не получится от меня избавиться. Уж извини.

— А давайте вы оба покажете мне академию? Кьер, ты говорил, что я смогу познакомиться сегодня с ректором?! — вмешалась в наш спор Эстер.

— А я как раз тебя и вёл в его кабинет. Скоро дойдём, если прогульщики не буду создавать нам преграды. И... Мы не особо поладим втроём... На экскурсии лучше всего ходить парами.

Он наклонился к уху Эс, произнося последние слова, и я еле удержался, чтобы не вмазать хорошенько. Чёртов Драко Малфой*. Я видел этого персонажа на плакатах, что попали к нам через воронку из другого мира. Противный мальчишка, совсем как Сильвер.

Достан противно улыбнулся. Мне так захотелось стереть эту ухмылку с лица, но я стерпел. Замер на месте, пока они прошли мимо в сторону кабинета Родриксена. Вот же он мне свинью подложил. Наверное, как раз желал проверить, что я буду чувствовать, устрою ли сцену ревности. Да чёрта с два. Никаких сцен не будет. Я не сдам себя с потрохами, и никто не узнает, что девчонка мой соулмейт. Я проводил их обоих взглядом и судорожно сглотнул. Взгляд почему-то прилип к серебряным волосам Сильвера, собранным в хвост.

Я что буду блондином, если всё же стану золотым драконом?

Фу. Мерзко.

И мерзко от того, как мило Эстер улыбалась этому гадёнышу. Я вспомнил, что хотел наложить заклятие льда на своё сердце, поэтому развернулся на пятках и решил отправиться в город к подпольщику, который поможет мне навсегда избавиться от давления метки и от чувств, что стали просыпаться в моём сердце так не вовремя.



_____________________________


*Драко Малфой (англ. Draco Malfoy) — чистокровный волшебник, студент Хогвартса, ровесник Гарри Поттера. По многим причинам мальчики ещё на первом курсе стали заклятыми врагами. Учился на факультете Слизерин, как и многие его родственники до него. Будучи сыном Пожирателя смерти Люциуса Малфоя, Драко полностью перенял его воинственное отношение к маглам, став приверженцем чистокровной доктрины. Он довольно умён, активен, амбициозен.

Часть 13

С утра ко мне в комнату постучали. Я думала, что это Кьер, хотела попросить у него дать мне возможность связаться с Зейном, но на пороге стоял незнакомец. Следует отметить, довольно симпатичный незнакомец. Правильные черты лица, светлые серые глаза, волевой подбородок, бледноватый оттенок кожи и волосы, переливающиеся серебром.

— Привет! Ты Эстер, верно?

Я кивнула, не в силах подобрать слова. Показалось, словно язык прилип к нёбу и отказывался шевелиться. А незнакомец протянул мне стопку одежды.

— Это форма академии. Ты должна переодеться, и я познакомлю тебя с этим местом, а затем отведу к ректору.

— А где Кьер? — первое, что удалось выдавить из себя, когда я приняла вещи.

— Кьер… Не переживай, отстающие драконы сейчас на занятиях… А я отличник. Достан Сильвер к твоим услугам, милая.

Милая? Я поёжилась, потому что стало как-то неприятно на душе. Скрылась за дверью, скептически разглядывая одежду. Женщины-ангелы не надевают штаны, считают это неправильным жестом, поэтому, на всякий случай, я снова выглянула за дверь. Достан вскинул брови, вопросительно посмотрев на меня.

— А ты уверен, что эта форма не мужская? — спросила у него я.

— Уверен, — ухмыльнулся мне в ответ Достан. — У нас для всех одна форма, но если тебя что-то смущает…

— Да нет… Очень надеюсь, что быстро привыкну…

Я снова скрылась за дверью и принялась переодеваться.


А потом мы встретились с Кьером, и я поняла, что меж этих двух молния ударила. Они словно соревновались за звание лучшего. Странно это было.

В форме академии я чувствовала себя нелепо. Понимала, что так одеваться правильно, но всё равно эти брюки казались чересчур облегающими, а блузка едва застегнулась на груди. И взгляд Кьера буквально кричал, что выгляжу я вызывающе. Интересно стало, сколько у них тут девушек-драконов обучается, и смогу ли я найти себе подружку.

Остаться с Кьером наедине или просто перекинуться парой слов мне не удалось, потому что Достан предложил взять его под руку, и было бы неприлично отказаться, ведь он показал мне практически всю академию. Я надеялась, что Кьер дождётся или найдёт меня после знакомства с ректором, потому что он единственный кому я тут пока доверяю. Единственный, с кем мне хочется проводить время. Пусть это и кажется нелепостью.

Мы свернули в длинный тускло освещённый коридор, и я окончательно потеряла Кьера из вида. Досадно стало от этого, а потом Достан остановился и постучал в мощную деревянную дверь, и из-за неё донёсся хрипловатый мужской голос.

— Открыто.

Достан открыл и вежливо пропустил меня вперёд. Я сделала несколько несмелых шагов и оказалась в полукруглом кабинете. Так странно. Наверное, я буду долго привыкать к столь необычному интерьеру. Голова начала кружиться.

— Присядь, дитя, а то ещё упадёшь с непривычки.

И я послушно выполнила его приказ, присаживаясь на стул, что стоял у стола, напротив самого ректора. Полный мужчина с залысиной на голове показался мне довольно неплохим драконом. Морщинки в уголках его глаз и седина на висках говорили о среднем возрасте, что плавно приближался к отметке старшего. Интересно стало сколько ему циклов, но я постаралась отвести взгляд.

— Достан, спасибо, что привёл Эстер. Можешь идти на занятия… Мы сами с ней познакомимся.

— Но я…

— Иди на занятия.

Я обернулась и заметила досаду в движениях губ Достана — уголки чуть приподнялись и в ту же секунду опустились, скривившись.

— Надеюсь на скорую встречу, Эстер! — выдохнул мой провожатый.

— Спасибо, — ответила я.

Он ушёл, и мы с ректором остались наедине. Я боялась, но пыталась скрывать страх. В конце концов, он ведь не сделает мне ничего плохого. Голова всё ещё кружилась, но мне удалось отключить внимание, переведя его на предстоящий разговор.

— Достан очень хороший и способный, но они с Кьером не ладят, тебе придётся определиться чью сторону ты примешь…

— А если я не хочу выбирать?

Ректор ухмыльнулся, а мне стало не по себе.

— Моё имя Уильям. Уильям Родриксон.

— А я Эстер. Эстер Лавьер.

— Я знаю, Эстер… Должен сказать, что мне приятно познакомиться с тобой. Рад, что в стенах нашей академии появился дракон с ангельской кровью.

— Спасибо.

Я чувствовала смятение. Хотела спросить, не знает ли он моих родителей… Хотя бы кого-то из них, но не решилась. Я тут пока никто. Следует привыкнуть к этому месту, а уже потом задавать вопросы и пытаться что-то разузнать.

— Я бы хотел попросить тебя кое о чём… Ты должна быть крайне осторожной. В Айрисе ты будешь находиться под защитой. Никто не посмеет навредить тебе. Однако, вынужден предупредить тебя, что здесь, так же как и у ангелов, есть те, кто не любит полукровок. Один из таких драконов Достан. Он за чистокровные расы.

Я куснула щёку и принялась теребить колено. Пока серебряный дракон не понял, что я полукровка, и страшно было представить его реакцию, когда поймёт.

— Спасибо за предупреждение, — ответила я, отводя взгляд в сторону.

— Ты ещё не полностью приняла свою вторую сущность… Возможно, её блокирует какой-то артефакт… У тебя есть странные родимые пятна, родинки или аксессуары от рождения?

Рука потянулась к кулону, но я так сильно боялась его снимать. Достала из-под блузки и показала ректору.

— Очень интересно, позволишь? — он протянул руку, прося взять его.

— Я никогда не снимала его, — ответила я с опаской, потому что боялась возможного развития событий.

— Тогда я просто прикоснусь к нему!

Ректор поднялся на ноги, приблизился ко мне и коснулся кулона указательным и средним пальцами. Камень в мгновение стал горячим, обжигая кожу.

— У-у-ух! Прости. Это сильнейшая магия. Родители позаботились о твоей безопасности. Ты должна будешь снять этот кулон, Эстер. Не обещаю, что будет просто. Первое обращение болезненное, кто-то сравнивает его с родовыми муками.

Мистер Родриксон подошёл к небольшому решетчатому окну, сцепил руки в замок за спиной и остановился, устремив взгляд вдаль.

— Что же ты творишь, Кьер? — задал он вопрос самому себе, но мне стало интересно, что случилось.


— Вы только что назвали имя Кьера?! — переспросила я, поднимаясь на ноги.

— Он отправился в город. И, кажется, что это путешествие закончится очень плохо. Прости, Эстер, мне следует отлучиться, потому что если этот бедолага сделает что-то необдуманное, то потом сам будет долго жалеть.

— Конечно…

Я направилась к дверям, а сердце часто-часто билось в груди. Мне стало страшно за НЕГО

Часть 14

Я приблизился к лавке старины Хэлвика и уже думал войти, но что-то остановило. Правильно ли было отказываться от своих чувств? Эстер по праву родственных душ принадлежит мне, и мы можем быть счастливы вместе, так почему я отказываюсь от неё? Я вспомнил её боевой взгляд, как она злилась на меня там, в таверне… Внутри закипело желание рвануть в академию и получить её, но это всё метка говорила во мне… Она пульсировала, прожигала запястье болью, тянула меня к предначертанной самой судьбой половинке.

Я чуть помотал головой, избавился от наваждения и нырнул в шатёр.

— Кьер, рад тебя видеть, но я не стану больше наполнять твои амулеты магией и давать тебе зелья невидимости. Хватит с меня.

Мелкий ушастый гоблин с сиреневым оттенком кожи отлично устроился в Айрисе. Он был магом, а среди драконов зарабатывал более чем достаточно для безбедного существования. С ангелами ему повезло меньше, ведь там все такие из себя правильные и запретной магией никто не пользуется.

— Хэлвик, брось! Стал таким законопослушным?

— Получил по макушке от Родриксона. Он запретил лично тебе что-то продавать без его ведома.

Я закатил глаза и ухмыльнулся. Да когда что-то становилось преградой для старины Хэлвика?!

— Я дам тебе четыре золотых вместо одного, Хэлвик!

Глаза прохиндея тут же заблестели. Цена есть у всех. У всего. Даже у любви, которую я с лёгкостью могу заблокировать.

— Боюсь представить, чего ты хочешь, — сощурил он глаза.

— Чтобы ты наложил на моё сердце заклятие льда… Не хочу влюбиться вдруг… Сам понимаешь, дело молодое, кровь кипит…

Хэлвик сощурился и внимательно посмотрел на меня. Кончики его ушей несколько раз дёрнулись, значит, что-то гоблину удалось пронюхать.

— Ты уже влюбился в неприступную особу… Вот уж не думал, что ты да влюбишься. Я помогу тебе за так…

— За так? — переспросил я, не веря собственному счастью.

С чего вдруг такая щедрость?

Конечно, золотые лишними мне не будут, но я ведь прекрасно знал, что Хэлвик ради денег мать родную продаст. Он так же продал жену какому-то торговцу по пути сюда.

— Есть кое-что… В Айрис прибыла девушка… Она ангел по крови, и у неё есть амулет. Сильный магический амулет! Доставь мне его, и я наложу оковы льда на твоё сердце… А если нет, то сделки не будет.

Мне не нужно было обладать никакими магическими способностями, чтобы догадаться, что он говорит об Эстер. И я захотел этому гоблину его уши открутить под самый корень и засунуть в одно место, но сдержался. Не стоит он того, чтобы пальцы об него марать.

— Слушай сюда, Хэлвик, — прошипел я, — узнаю, что у неё пропал кулон, я лично твою лавку в щеки разнесу, сожгу за один выдох. Уяснил?

У мелкого явно колени дрожать начали. Обделался, наверное, бедненький от страха, а я вышел из его треклятого шатра и раздражённый пошел вдоль остальных, думая, что делать теперь дальше. Все мысли растерялись.

— Кьер, а ну стой! — послышался за спиной голос ректора.

Я закатил глаза, поборол возмущение и обернулся в его сторону. Так хотелось что-то язвительное бросить, но я сдержался. Ни к чему обижать единственного близкого человека, что заботится обо мне.

— А вы следите за мной… — констатировал я факт и улыбнулся.

— Твоё наплевательское отношение к учёбе уже всем надоело. Когда ты возьмёшься за ум, Кьер? Сколько ещё будешь валять дурака?

— Я никого не валяю. Вы отлично знаете, что обучение в академии не играет для меня определённо никакой роли… Я хочу путешествовать. Рано или поздно я вырвусь… И меня уже никто не увидит.

— Кьер! — грозно нахмурился мистер Родриксон. — Брось паясничать! Ты знаешь, что вырваться тебе не удастся.

— Простите, но у нас с вами разное видение будущего.

— Послушай, что бы там себе ни надумал, ты должен стать правителем, иначе новая война уничтожит всё живое. А она неизбежна. Вопрос времени, как скоро начнётся, но когда это произойдёт, без правителя, способного подчинить всех, мы будем бессильны.

Я опустил голову. Конечно, я не хотел такого исхода, но я не воспитывался царём. Да даже окрасься моя чешуя в золото, я не знаю, как должен вести себя правитель. Понятия не имею, что там должно происходить, как заставить всех слушать меня. Я же чернь. Я привык быть чернью и вряд ли когда-то смогу стать царём.

— Кьер, зачем ты сюда прилетел? Что искал? Снова шуточки какие-то или что-то серьёзное?

Я посмотрел в глаза ректора, а затем снова отвел взгляд. Правды я всё равно бы не сказал, как не пытай.

— Хотел превратить Салема в кричащего петуха на пару часов… Но вы, увы, запретили Хэлвику продавать мне что-то из разряда магии…

Мистер Родриксон хмыкнул, но ничего не стал больше спрашивать. И спорить со мной не стал. Мы молча шли по дорожке вдоль торговых шатров. Каждый думал о своём. Я очень надеялся, что ректор не копается в моих мыслях.

— Когда-то мы с твоим отцом вот так же ходили по улице, и он говорил, что не желает становиться правителем. Знаешь, Кьер, а ведь мы с ним были даже влюблены в одну женщину, твою мать. Она так мечтала, чтобы он взошёл на трон, а он боялся, хотя воспитывался как истинный правитель. Он опасался, что не справится со своей задачей и подведёт всех. Предательство со стороны демонов сильно подкосило его, потому что Люцифер был его другом. Всё произошло слишком быстро. Я не виню его, но уверен в том, что если бы твой отец принял себя, стал истинным правителем, он смог бы защитить свой народ и остаться живым. Тебе не следует бояться бремени. Ты должен принять его частью самого себя.

Родриксон говорил так много, что его слова уже начали размываться в голове, превращаясь в нечто несуразное.

Я всегда думал, что мой отец был истинный правитель, а теперь разочаровался и понял, что вряд ли смогу править. Если даже он не смог, если не получилось у него, то и у меня не получится.

— Я знаю, о чём ты сейчас думаешь, мальчик мой, но ты сильно недооцениваешь себя. Люцифер потратил все свои силы на истребление золотых драконов, но тебя удалось скрыть при помощи магии. Сейчас ты можешь возродиться и заставить подчиняться тебе. Тогда точно наступит мир, а Люцифера… Ты можешь заточить его в аду в наказание за то, что он сотворил с твоим родом.


Мысль о мести всегда подстёгивала меня. Единственное, что могло бы заставить меня согласиться стать правителем — сладкая месть тому, кто уничтожил всех золотых драконов, и убил мою семью.

— Если твой соулмейт Эстер… — снова начал Родриксон.

— Нет! — резко ответил я и ощутил, как обожгло запястье.

Боль стала разливаться по венам, словно раскалённая лава. Я стиснул челюсти и начал смотреть по сторонам. Осознание того, что с ней что-то случилось, дошло не сразу.

— Перст Архангела! — воскликнул я. — Эстер в беде!

Может, я и выдал себя с потрохами в эту секунду, но только ректор мог открыть портал, который в мгновение перенесёт нас в стены академии. Ей срочно требовалась помощь, и всё было куда серьёзнее, чем при падении с высоты в прошлый раз.

Часть 15

Я вернулась в комнату, отыскать которую удалось не с первого раза. Всё-таки у моих опекунов скромный особняк, хоть раньше он мне казался хоромами, в которых можно заплутать. Слова ректора академии не выходили из головы. Я дракон, но артефакт сдерживает мою вторую сущность внутри. И мне стало интересно, каково это — быть драконом.

Рука непроизвольно потянулась к цепочке, пальцы сами нащупали застёжку. Я не помню, как всё это случилось, но кулон упал, а по всему телу в ту же секунду разлилась обжигающая боль.

Казалось, что меня разрывает на тысячу мелких кусочков. Всё внутри принялось гореть, словно меня опустили в раскалённую лаву. Мне казалось, что я умираю… И конец этому не предвиделся, пока я не услышала голос… Такой сладкий, от которого чуть было не сошла с ума. Это был мой мужчина… Не знаю, что именно руководило мной в тот момент, но стало гораздо легче, а когда Кьер коснулся меня, боль начала отступать. Вокруг него будто бы появилось волшебное свечение, и мне захотелось раствориться в его объятиях. Белый свет и волна облегчения поглотили меня. Я жадно целовала его губы, словно этот поцелуй был последним глотком свежего воздуха для меня.

Придя в себя, я взглянула на Кьера и ректора, что стояли в комнате и внимательно смотрели на меня. Воспоминания о том, что я чувствовала, когда ОН появился, захватили, и вдруг стало так стыдно. Не понимаю, что именно управляло мной в тот момент, и не наговорила ли я что-то лишнее. Я присела на кровати, прислонилась к холодной каменной стене спиной.

— Я сделала что-то плохое? — спросила, глядя на ректора.

Мне стыдно было смотреть на Кьера. Вдруг я поцеловала его или призналась в любви, которой на самом деле нет и быть не может?

— Ты просто сняла кулон… И чуть было не умерла, — ответил Кьер, опережая ректора, который едва успел открыть и закрыть рот. — Ты чем думала, вообще? Нельзя так рисковать!

Он так сильно волновался, что мне стало даже не по себе. Я напрягала память изо всех сил, чтобы вспомнить, как всё произошло. При ректоре спрашивать что-то не решилась, но взяла на заметку, что попробую поговорить с Кьером позже и выяснить, не было ли поцелуев и прочей ерунды.

— Кьер, тебе следует остыть. Эстер допустила ошибку, но не смертельную. Максимум, что могло бы произойти: она превратилась бы и разнесла половину академии к ангелам.

— Простите, — прошептала я и виновато выдохнула.

От меня столько неприятностей в последнее время… Сначала я обидела своих опекунов, потом этот случай, из-за которого наказали Зейна…

— Если ты решилась пройти через процедуру обращения, то должна была сообщить об этом… Следует делать подобное только под контролем. Желательно пригласить магов…

— Я поняла вас, мистер Уильям…


— Я оставлю вас с Кьером и вызову магов, чтобы осмотрели тебя и дали знать, когда ты сможешь обратиться. Теперь важно восстановить жизненные показатели для начала.

Я кивнула и ещё раз поблагодарила его. Едва ректор ушёл, я почувствовала себя ужасно неловко. Кьер присел рядом с кроватью на корточки и попытался заглянуть мне в глаза, которые я старательно отводила.

— Послушай, всё что я могла сказать тебе или сделать в том состоянии… Это не считается. Ладно? Давай просто забудем?

Он ухмыльнулся и посмотрел на меня, словно я внезапно превратилась в рогатое чудовище. Получается, что ничего предосудительного я не сделала? Это в своих фантазиях я его чуть не раздела?

— Ты о том, что сняла кулон или о прогулке с Достаном?

— А когда я сняла кулон, точно ничего не произошло?

— Определённо, — ухмыльнулся Кьер, но мне показалось, что он разочарован, будто бы знает, что я имела в виду.

Я решила отставить тему с постыдным приключением, которое теперь вгоняло в краску, едва вспоминала.

— То, что у вас с Достаном вражда печально… Кстати, а почему его зовут Достан? Я слышала имя Дастан раньше…

— Потому что серебряные драконы зазнайки. Они любят коверкать собственные имена, опасаясь, что иначе их сглазят. Будь я серебряным драконом, я бы был Кьир или Кьяр…

Я усмехнулась. В грудной клетке появилось лёгкое жжение, вызвавшее кашель. Кьер встревожился. Он поднялся на ноги и принялся ходить из угла в угол.

Рука снова потянулась к кулону, я ощутила исходящий от камня жар. Раньше он не был таким сильным, как сейчас. Наверное, что-то и правда изменилось, когда я сняла его.

— Я бы не советовал тебе связываться с Достаном… Он не любит полукровок, и если узнает, что ты наполовину ангел, может начать травлю.

Я сглотнула. Не думала, что и тут мне не будет места. Я слышала, что полукровки живут на окраине, так как являются изгоями в каждом мире, к которому принадлежат. Вот только знакомство с Кьером подарило надежду на то, что всё может измениться, что среди драконов я стану своей.

— Кьер, я могу воспользоваться твоей почтовой шкатулкой? Мне нужно отправить сообщение Зейну и дать ему знать, что со мной всё в порядке…

На мгновение показалось, что его лицо исказилось от недовольства. Кьер поморщился, а затем шумно выдохнул.

— Знаешь, я начинаю чувствовать себя никчёмным… Перед тобой такой очаровательный дракон находится, а ты продолжаешь сохнуть по ангелу, который даже…

Кьер оборвался на полуслове и поджал губы. Мне показалось, что он скрывает что-то, словно правда может причинить мне боль, но тут же появилась мысль, что Кьер не такой. Вряд ли он станет заботиться о моём душевном состоянии.

— Ладно, милая… Если ты так хочешь попасть в мою комнату, то я провожу тебя… Надеюсь, что дорогу ты запомнишь хорошо и придёшь туда не один раз.

Я поднялась на ноги и чуть пошатнулась. Кьер в секунду оказался рядом и подхватил меня за локоть. Наши взгляды пересеклись. Мои губы приоткрылись, а сердце стало часто-часто биться в груди, но я тут же отвернулась, а он отпустил меня и сделал шаг назад.

— Давай поспешим, потому что маги скоро будут здесь…

Я вспомнила про магов и поджала губы. Я вроде бы прекрасно себе чувствовала, только голова немного кружилась, так для чего же они хотят приглашать магов?


Комната Кьера оказалась в другом крыле. Я действительно запоминала дорогу на случай, если мне вдруг потребуется его помощь. Потому что он единственный, кому я могла доверять в этом месте. Он словно почувствовал мою боль, ведь так вовремя оказался рядом.

Едва я вошла в его комнату и огляделась, поняла, что она ничем особо от моей и не отличается. Только вот у меня покрывало было застеленным, а у него валялось скомканным, как и простынь… В комнате пахло им. Запах хвои и моря, смешавшийся воедино и превратившийся в смесь, которая и свела меня с ума, когда я сняла кулон.

— Вот шкатулка, — Кьер достал её из шкафа.

Крышка была покрыта слоем пыли. Я посмотрела на него, но ничего не стала говорить, потому что спрашивать — почему он не пользуется ей как-то неэтично.

— Спасибо, — поблагодарила его я и посмотрела, прикусывая губу. — Ты бы не мог выйти?

— Ну конечно! Здорово просто! Меня выгоняют из собственной комнаты! Пушок Ангела!

Я широко распахнула глаза от такого оскорбления. Оперение у ангелов обильно проявляется не только на крыльях и ногах… Перья появляются и в интимной зоне, напоминая больше пушок, от которого становится дискомфортно.

— Упс! Прости, — ухмыльнулся Кьер, подмигнув бровями, и вышел из комнаты. — У тебя мало времени…

Я приложила к шкатулке руку и прошептала:

— Эстер Лавьер.

— У вас одно говорящее письмо! — ответил мелодичный женский голос.

— Открывай.

Появилась проекция Зейна, и сердце у меня в груди сделало кульбит. Господи! Как же я по нему соскучилась… И как же сильно хочу встретиться с ним. Я вспомнила поцелуй с Кьером, что привиделся мне в мечтах и покраснела, а потом Зейн начал говорить.

— Привет, Эстер! Я должен просить у тебя прощения за тот полёт. Я не отдавал отчёта своим действиям. Страх, что я больше не увижу тебя, и ревность взыграли во мне. Я только сейчас понял, что могу потерять… Кого теряю! Предлагаю общаться при помощи сообщений, если ты не против… К слову, я разорвал помолвку, Эс… Я не женюсь на Милли.

— Есть! — закричала я и подпрыгнула на месте.

По щекам катились слёзы радости. Я уже совсем не ощущала боли из-за неудавшегося обращения. Внутри всё клокотало от счастья.

— Отправить говорящее письмо. Зейн Агресс.

Шкатулка открылась.

— Записываю.

Я облизнула губы и улыбнулась.

— Я была так рада получить твоё сообщение, что даже расплакалась. Я так скучаю по тебе, Зейн! Ты не виноват, что всё случилось так… Сегодня, кстати, я чуть не обратилась в дракона… Это было так больно… Если бы Кьер не подоспел вовремя, то я не знаю, что бы со мной было… Я могла разнести половину академии по словам ректора. Представляешь? Вроде бы мне дадут свою шкатулку почты, когда я приду в себя окончательно… Кьер говорит, что она есть у всех студентов. Сейчас он позволил воспользоваться его. Кстати, это моя форма. Слегка пошловатая, да? Я так растеряна, что не знаю, что сказать… Я скучаю…

— Время записи завершено. Сообщение успешно отправлено.

Я скрестила руки на груди и мечтательно улыбнулась. Зейн разорвал помолвку, и я посмела надеяться, что он сделал это из-за меня.

Часть 16

Я слышал всё до последнего вздоха, и внутри меня, с каждой новой эмоцией Эстер, умирало что-то хорошее. Я ведь сам толкал её в объятия хищника, изображая из себя хорошенького. Я мог сразу сказать, что её падение — тщательно спланированное убийство, и если бы я не был рядом… Это я и собрался сделать, но когда она такая воодушевлённая выпорхнула из комнаты, все планы покатились в ангельскую обитель.

Бубенцы херувима!

Ну почему же она на меня так действует?!

Я бы чувствовал себя последним идиотом, если сейчас взяли развеял ту радость, что окутывала её, словно тёплый плед в холодную пору.

— Кьер, ты чудо! — прошептала малышка и повисла у меня на шее.

Как это называется? У меня в голове такой ураган пронесся, а по телу разряд молнии прошёл… Захотелось прижать её к стене и впиться в губы, жадно лаская то, что принадлежит мне. Вся она без остатка моя. Вот только я сам от неё отказался.

Когда ей стало плохо в процессе неудавшегося обращения, я смог поделиться своей силой. Сложилось такое впечатление, словно в бреду находился, в сладком бреду, где она принадлежала мне, томным голосом шептала моё имя и целовала мои губы так, что дурно становилось. Хорошо, ректор не обратил внимание на ту часть тела, что в секунду стала каменной. Благо драконы отходят быстро благодаря своей магии. Я успокоился почти сразу и заставил себя отойти от неё.

Мне даже показалось, что Эстер видела тоже самое, если судить по её поведению, которое резко стало ребячьим, едва она пришла в себя. Она смущалась и говорила о том, что мы должны забыть что-то…

— Кьер, а ты разрешишь воспользоваться твоей шкатулкой ещё раз вечером?

У меня был прекрасный шанс убедить её приходить в мою комнату чаще, но слухи могли окутать нас, словно переплетённые змеи, ведь нет ничего нормального в частых визитах в мужское крыло.

— Можешь забрать её себе, малышка, но ты кое-что должна узнать…

Я собрался раскрыть правду и дать понять, что доверять ангелочку нельзя… Уже открыл рот, хоть и понимал, что если я стану вестником дурных новостей, она возненавидит меня.

— Господи, Кьер! Ты чудо!

Она чмокнула меня в щёку. Лучше бы не делала этого, потому что ровно в ту секунду, когда её губы коснулись моей щеки, я потерял контроль над собственным разумом. Прижал малышку к стене, чувствуя, как бешено бьётся её сердечко в такт с моим, и склонился к пульсирующей на шее венке, притрагиваясь губами, заставляя её негромко простонать.

Эстер оттолкнула меня резко. Не знаю, откуда у малышки столько силы, но я пришёл в себя и негромко чертыхнулся.

— Прости, но у драконов не такая сильная выдержка, как у ангелов, поэтому если ты целуешь меня, будь готова к чему-то подобному.

— Драконий коготь! — выругалась маленькая чертовка, зло сверкнув на меня взглядом.

— А вот это ты уже касаешься святая святых… Ты сама поймёшь насколько нам дороги когти, когда начнёшь превращаться.

Она поджала губы и немного расслабилась. Мне даже показалось, что ей понравилось это, но я пообещал себе, что буду тщательнее себя контролировать. Сделаю ведь себе только хуже, если сорвусь. Да и Эстер меня возненавидит. Когда узнает, что на самом деле мы с ней не такие чужие, как хотелось бы.

— Забирай шкатулку и пошли… Маги ждать не любят. Они очень раздражительные.

Мне нужно было хотя бы пару секунд побыть наедине с собой. Я хотел вдохнуть полной грудью и успокоиться, потому что в венах всё ещё бурлила кровь.

Эстер нырнула за дверь моей комнаты и вышла оттуда с шкатулкой в руках. Приехали. Теперь она смотрела на меня с таким недоверием, что хоть под землю провались.

— Получается, все драконы извращенцы? — спросила Эстер с дрожью в голосе, когда мы шли к её комнате.

— Не все… Считай, что я такой один.

— И ты бросаешься так на каждую девушку?

— Только на ангельски соблазнительную! Расслабься, такое больше не повторится.

Она снова поджала губы и поморщила носик. Так забавно у неё получается злиться. Я даже почти забыл, что её дружок рассказал, что разорвал помолвку. И ведь я так и не успел пояснить малышке, что он сделал это не ради неё. Его бросили, потому что семья Милли Старс не захотела связывать свою семью с опекунами дракона. Это ведь по всем новостям просочилось.

Дальше мы не обмолвились и словом. Однако то, что искрилось вокруг невозможно было отвергать. И мне казалось, что не метка тут виновата, а то природное влечение, что возникает у мужчины к женщине.

Мы подоспели вовремя, потому что как раз в эту секунду к комнате Эстер приближался ректор с двумя магами. Эльфийка и гоблин. Шикарная пара. Едва удалось скрыть усмешку.

— Где вы были? — строго спросил ректор. — Эстер нужно было лежать, Кьер, я ведь тебе доверил…

— Она себя прекрасно чувствует… Вы посмотрите… Ей приспичило срочно проверить почту. Кстати, я ей свою шкатулку отдал, так что… — постарался оправдаться я, пожимая плечами, а она виновато опустила голову, прижимая шкатулку к себе, словно у неё отнять хотят.

Родриксон хмыкнул. Меня в комнату не пропустил: отрицательно покачал головой и дал знак, чтобы я подождал в коридоре. Прекрасно. Впрочем, после случившегося это, возможно, правильно. Мне следует держаться от своей половинки на расстоянии вытянутой руки. И нам нельзя оставаться в замкнутом пространстве наедине.

Я простоял в коридоре чёрт знает сколько времени, когда Родриксон вышел. Успел прокрутить в голове кучу ругательств. Устал. И хотел уже вломиться туда, чтобы убедиться, что Эс в порядке, но метка не кричала, значит, всё было хорошо.

— Маги проверяют все показатели, — произнёс Родриксон, выходя из комнаты. — Самое удивительное, что они практически в норме… Ты понимаешь, что всё это значит, Кьер?

Часть 17

Я никогда раньше не видела гоблинов вблизи. У ангелов их считают прохиндеями и обманщиками и не позволяют надолго задерживаться на нашей территории. Этот, со своими забавными острыми ушками и зелёным, с лёгким оттенком жёлтого, цветом кожи кажется мне забавным. Однако я стараюсь не приглядываться, потому что это неприлично.

— Все показатели пришли в норму, как ни странно. У неё даже ангельское крыло практически залечилось. Как это могло произойти? — спросил гоблин у эльфийки.

— Я знаю только один ответ на этот вопрос… Магия родственных душ, — пожала она плечами.

— Исключено! Я не нашёл на её теле метки. Ни одной.

— Возможно, это особенность смешанности её крови — регенерация.

Они общались так, словно меня здесь и не было вовсе, а как хотелось спросить, что всё это означает. Многое было для меня новым, например, магия родственных душ. Я невольно вспомнила тот поцелуй с Кьером, который привиделся мне, и почувствовала, как к щекам прилил румянец, а когда перед глазами мелькнул тот момент в коридоре около его спальни… Пальцы на ногах начали поджиматься, а внизу живота всё окаменело. Мне понравились его прикосновения. Такие бесстыдные и уверенные… И я уже не понимала, хочу ли так сильно строить отношения с Зейном, как это было раньше.

«Это всё бред после сильного эмоционального потрясения», — постаралась оправдать себя я.

Маги договорили о своём, ничего не сказали мне и вышли. Я думала, что теперь осталась одна, но из-за двери доносились голоса. Ректор что-то обсуждал с ними, а ещё я слышала голос Кьера. Покосившись на шкатулку почты, я хотела проверить, нет ли сообщений от Зейна. Неприятный осадок разлился внутри. Как бы тяжело это не было признать, но радость победы над соперницей оказалась с привкусом горечи. Я даже понятия не имела из-за меня Зейн расторг помолвку или нет. Почему он отважился на этот шаг? И хочу ли я, чтобы он шёл против родителей, ведь они отреклись от меня… Они не написали мне, не поинтересовались, как я устроилась на новом месте, а когда я была без сознания, поскорее отправили сюда. Как бы сильно я не любила Рона и Эми, я была вынуждена признать, что с сущностью дракона позорю их род.

Дверь приоткрылась, и в комнату вошёл Кьер. Он улыбнулся как-то виновато и посмотрел на меня. Может быть, хотел извиниться за то, что случилось в коридоре? Я едва сдержалась, чтобы не влепить ему пощёчину, но эта смелость так взволновала…

— Как ты?

— Я хорошо себя чувствую. Я не хрустальная, Кьер. Когда я смогу приступить к обучению? Когда мне можно будет обратиться в дракона?

— Пока посоветовали воздержаться от обращения… А к занятиям приступишь уже завтра. Я даже приду за тобой, потому что мне поручили взять над тобой шефство. Ты же рада, да?

Кьер и главный? Мне смешно даже стало, потому что он такой… А какой он? Я на мгновение задумалась. Мы ведь с ним знакомы всего-ничего, но почему мне вдруг кажется, что я всю жизнь его знаю? Получить ответы на эти вопросы хотелось, но я не знала, смогу ли.

Мистер Родриксон вошёл в мою комнату следом за Кьером. Он тепло улыбнулся и внимательно посмотрел на нас.

— Эстер, ты очень быстро восстановилась… Это значит только одно — в тебе течёт кровь древнейшего рода драконов. Только богу известно, какая окраска будет у твоего дракона, но ты сильная девочка. Так как тебе помогла восстановиться магия, не простая магия… — ректор кашлянул и посмотрел на меня, — смею предположить, что твоя драконья ипостась уже определила для себя избранника.

Мои глаза широко распахнулись. Избранника? А как же Зейн? Конечно, никто не говорил, что после расторжения помолвки у меня появились хоть какие-то шансы, но всё же… Мне стало грустно.

— Что вы имеете в виду? — спросила я, кусая губу.

— У тебя есть вторая половинка, дракон, обитающий в стенах академии. Он помог тебе восстанавливаться быстрее. Связь с ним сработала непонятным мне образом, ведь обычно она начинает действовать после инициации…

— Кто это? — сухо поинтересовалась я.

В глазах вспыхнула вспышка воспоминаний с жаркими поцелуями Кьера в моём бредовом видении. Когда он появился там, наступило такое облегчение… И если он моя вторая половинка? Я вспыхнула от смущения. Интересно, а он сам знает об этом?

— Не знаю… Не могу ничего сказать, пока на твоём запястье не появится метка родственной души. Это кто-то из драконов высшего рода… Могу предположить, что это Достан.

Мои глаза распахнулись ещё сильнее. Вот это было ещё неожиданнее, чем первая новость. Достан? Тот самый дракон, что не может терпеть смешивание крови и возненавидит меня, как только узнает, что частица меня — ангельская сущность? Я сглотнула и посмотрела на Кьера, который закашлялся. Похоже, его эта новость тоже не обрадовала.

— Это только предположение, но из высших драконов только он и я обитаем в стенах академии… Моя вторая половинка, к сожалению, погибла во времена войны.

— О! Я соболезную вашей утрате!

Мистер Родриксон кивнул.

— Тебе принесут ужин сюда, потому что сегодня маги порекомендовали не напрягаться физически. Утром Кьер сопроводит тебя на занятия.

— Благодарю, — улыбнулась я, и мистер Родриксон ушёл.

Я посмотрела на Кьера, который не меньше моего пребывал в растерянности.

— Ты веришь в то, что Достан моя родственная душа? — спросила у него, заметив, как напряглись скулы, и начали дёргаться желваки.

— Я скорее поверю в то, что твоя вторая половинка Родриксон, если честно, — пожал он плечами, словно отшучивался.

— А я должна буду обручиться с ним? Если вдруг выясниться, что это Достан…

— У нас, драконов, всё куда проще… Ты должна будешь пройти инициацию со своей родственной душой.

— А инициация — это…

— То, что вгонит тебя в краску, малышка, — ухмыльнулся Кьер и направился к дверям. — Хорошего вечера… И пусть тебе приснится сладкая инициация с кем-то вроде меня.

Он игриво подмигнул бровями, а я не успел схватить подушку, чтобы кинуть в этого самовлюблённого дракошу. И почему он считает себя лучше остальных? Или это просто маска, за которой Кьер скрывает то, что стыдится себя? Ведь я слышала как-то от Рона, что чёрные драконы — низший вид расы, что они являются прислужниками в большинстве своём.

Я открыла шкатулку магической почты, куда пришло сообщение от Зейна.

— Эстер, дело в тебе… Помолвка была расторгнута из-за тебя… — дальше почему-то звук оборвался, а изображение начало мигать.

Я не смогла прослушать его полностью, и очень сильно разозлилась. А потом поняла, что личные шкатулки магической почты, как правило, работают только в присутствии владельца, получая его магию. Кьер ушёл далеко, и ей нечем подзарядиться.

Ладно… Я только дождусь ужина, а потом попытаюсь отыскать его комнату, потому что хочу прослушать это сообщение до конца…

Часть 18

Я ушёл к себе, хоть мог ещё остаться и провести с Эстер какое-то время. Следовало убедиться, что она в порядке, что справится и больше не снимет кулон, потому что если меня не окажется рядом, когда она сделает снова… Я даже не хотел думать о таком исходе.

Силы истощились, и я пожалел что не признался ректору и Эстер в том, что я её соулмейт. Она имеет право знать, кто её истинная пара. Сомневаюсь, что она решится соединить свою судьбу с моей, ведь она без ума от своего ангелочка. Я кривлюсь каждый раз, когда вспоминаю его. Светло-русые волосы, собранные в хвост; синие глаза, обрамлённые длинными ресницами; мягкие черты лица… Да он мне девушку напоминает, если честно, и, дери меня ветер, я не понимаю, что такого в нем отыскала Эстер. Чем я хуже? Она даже не смотрела на меня, как девушки смотрят на парней, с этим благоговейным трепетом и воздыханиями.

Я улёгся на кровать и сомкнул веки, думая, что шансы стать настоящим правителем профукал… Если бы готовился к этому раньше… Даже на мгновение посетила мысль плюнуть на всё и сбежать, куда глаза глядят. Я же раньше так и мечтал, взмыть ввысь и улететь…

Не понял, удалось ли задремать, но когда в дверь постучали, сердце стало с силой биться в груди, а в голове застыл вопрос: «Сейчас утро, и это пришёл Сален?».

Я подошёл к двери и открыл её, понимая, что ничуть не отдохнул. Зевнул и вытянулся, глядя на Эстер, что стояла в коридоре и переминалась с ноги на ногу, виновато улыбаясь.

— Прости, что помешала спать, но ты мне нужен. Можно пройти?

У меня всё закипело внутри, когда подумал, что она пришла ко мне, чтобы провести со мной время…

— А пришла ты для того, чтобы… — я боялся предположить, что она скажет.

Тут же вспомнилось, как она прильнула к моим губам в видении… Вдруг она тоже всё это видела? А теперь решила попробовать воплотить в реальность…

— Шкатулка не работает вдали от тебя. Она заряжается твоей магией, — ответила она и пожала плечами.

Пушок Ангела! Ну что ж такое-то! Опять ангелок.

— И ты решила прийти сюда, чтобы… — начал я высказывать предположение.

— Прослушать одно очень важное сообщение, — закончила Эстер мою мысль.

А я мог рассчитывать на что-то другое?

Я ухмыльнулся и указал рукой в мою комнату. Хотелось сказать что-то вроде того, мол помешала мне в разгар инициации, но умолчал. Не желал расстраивать её лишний раз, хотя прекрасно знал, что самому паршиво будет, когда опять увижу её ангелка.

— А ты бы не мог выйти? — спросила Эстер, виновато вскинув брови и прикусив нижнюю губу.

Если бы она только знала, как сильно это её выражение раздраконивает дракона внутри меня. Я едва удержался, чтобы снова не наброситься на неё. Даже подумал, что неплохо было бы встретиться с какой-нибудь легкодоступной дракошей, у нас такие в академии есть. Но жуть берёт от подобных мыслей.

— Нет, малышка. Я буду сидеть в своей комнате. На своей кровати… Так что если хочешь смотреть, пожалуйста, но уходить я не стану.

Ну вот. Сказал и мне немного полегчало. Она ведь не думала, что может вить из меня верёвки, я надеюсь.

Плюхнувшись на кровать, я похлопал на свободное место рядом с собой.

— Ты не бойся, я тебя не покусаю.

Она немного потопталась на месте, но всё равно села на самый краюшек. Так скромно. Даже забавно стало от её этого поведения. Я улыбнулся и сделал вид, что не смотрю на неё, уставившись в потолок.

— Эстер, дело в тебе. Помолвка была расторгнута из-за тебя…

Проигралось начало сообщения, и я уже хотел возмутиться. Готов был выдать Эстер эту чокнутую семейку, что пыталась убить её, с потрохами, но продолжение заставило меня чуть успокоиться.

— Родители Милли сказали, что не желают связываться с семьёй, где рос дракон. Просто думал, что ты должна узнать это от меня… Так лучше, чем если скажет кто-то другой. Есть кое-что ещё, — он замолчал на несколько секунд. — Родители против моего общения с тобой, но я хочу встретиться на границе… Если ты прилетишь, то просто сообщи когда. Мне необходимо увидеть тебя и поговорить, глядя в глаза.

Малышка уже все губы искусала, пока слушала его сообщение. Едва изображение ангелочка исчезло, она взволнованно посмотрела на меня.

— Я могу полететь на границу? Маги сказали, что моё крыло почти зажило… Кьер, как далеко это?

— Ты не можешь полететь на границу. Исключено.

Она сжала губы в тонкую полоску, а на её подбородке и лбу появились тоненькие складочки.

— Почему? Кьер, для меня это очень важно…

Я начал злиться. Ангельски просто. Резко сократил расстояние, которое разделяло нас с ней, положил ладонь ей на лицо и приблизился так, что губы находились в паре сантиметров друг от друга. Она инстинктивно приоткрыла свои, сбивчиво дыша. Её ещё не проявившаяся метка кричала, манила ко мне, я чувствовал это. Эстер должна как можно быстрее обратиться в дракона, чтобы у неё появилась метка, чтобы она сходила с ума так, как я схожу по ней.

Снова минутная слабость.

Я понял, что творю, постарался заглушить инстинкт и отстранился, убирая руку с её лица. Сердце ещё часто билось, а Эстер как-то разочарованно смотрела на меня. Хотя бы не злилась, как в прошлый раз…

— Потому что ты теперь в академии драконов. За то, что покинешь её, могут исключить, а если увидят ангела на территории, поджарят… У нас есть те, кто не любит ангелов, как и у вас те, кто не любит драконов…

— Но я, — попыталась возмутиться Эстер.

— Что ты? Ты не можешь покинуть территорию академии…

— Даже если поговорю с ректором? — как-то ехидно сощурилась она.

— Господи! Да ты не понимаешь, на что хочешь пойти? Совсем?

Я знал, что удерживать в себе долго правду не смогу. Но и рассказать о предательстве опекунов не хотел.

— Почему я должна бояться Зейна? — закричала Эстер и скорчила гримасу злого ящера.

— Потому что твоё падение тогда не было случайным… — выдал я, понимая, что назад дороги нет.

Часть 19

— Кто-то зачаровал Зейна, применили сильнейшую магию, и он, сам того не осознавая, пытался тебя убить, — выдал Кьер.

— Зейн не мог этого сделать, даже под воздействием магии, — я начала мотать головой и поставила шкатулку на кровать. — С чего ты взял?

— С того, что это я поймал тебя… Я вышел на крышу, чтобы полюбоваться видами, и заметил вас… Я подоспел вовремя. Прости, что вываливаю это на тебя, но ты должна знать, Эстер: Зейн снова может находиться под воздействием магии в любой момент. Вам опасно встречаться.

Кьер отвёл взгляд. Я верила ему, каждому слову, но чувствовала, что он не договаривает важную суть. Неужели это Эми и Рон подговорили магов зачаровать сына? Но зачем им было нужно это? Я ничегошеньки не понимала. Они растили меня, но едва узнали, что во мне течёт кровь дракона, тут же решили избавиться? Или это были не они? Может быть, это родители Милли пытались таким образом снять позор и очистить семью, в которую желали отправить свою дочь, связав узами брака с Зейном?

В голове роилось много вопросов. Мне даже показалось, что на какой-то из них я смогу отыскать ответ, но ничего не получалось. Я чувствовала, как шевелятся извилины. Так и с ума легко сойти можно…

— Эстер, ты веришь мне? — спросил Кьер, и я кивнула в ответ.

Я не знала, что именно руководит мной в этот момент, пульсируя в висках, но я верила ему. Просто не могла подвергать его слова сомнениям, словно сотню лет его знаю, и он — частичка меня.

— Я всё-равно должна встретиться с Зейном. Ты мог бы полететь со мной? Всего одна вылазка, Кьер, пожалуйста! — взмолилась я, зная, что он не сможет отказаться.

Мне важно было заглянуть в глаза Зейна, чтобы понять, почему он поддался магии, и убедиться, что это были не его родители, а кто-то другой. А ещё… Я хотела попрощаться. Между мной и ним всегда была огромная пропасть. Громаднейшая просто. И я не была готова бороться за его любовь. К тому же моя дракоша уже выбрала себе избранника, мне следовало только выяснить, кто он такой и согласиться с ней или попытаться отговорить. Или последнее невозможно сделать?

Я поднялась на ноги и поправила блузку. Наверное, ещё долго буду привыкать к этому наряду… Встала около кровати и посмотрела в глаза Кьера.

— Сможешь? Завтра ночью?

— Ладно, — ответил Кьер, а в его взгляде появилась такая непреодолимая тоска, что мне захотелось обнять его, как плюшевого медведя, и сказать, что всё обязательно будет хорошо.

Вот только плюшевым медведем Кьер явно не был, а обнимать его нельзя, я это хорошо запомнила после того, что случилось в коридоре.

— Спасибо, — ответила ему и снова открыла шкатулку, чтобы отправить сообщение Зейну.

Я просто назначила время и место. Около нашей таверны поздно ночью. Оставалось надеяться, что он действительно хочет поговорить со мной, а не действует из-за очередного внушения при помощи магического вмешательства.

Я поблагодарила Кьера за то, что был откровенен со мной и пошла к двери, но он подскочил на ноги и быстро догнал меня, открывая и пропуская вперёд.

— Я провожу тебя…

— Не следует, я…

Договорить Кьер мне не дал, приложив указательный палец к губам. От этого прикосновения обожгло. Странные ощущения обхватили моё тело. Хотелось огрызнуться и приказать ему больше так не делать, но я не смела и рот открыть под воздействием взгляда его почти чёрных глаз на меня. Он словно обладал внушением.

— Тссс! Если ты разбудишь добрую часть этого крыла…

Больше не следовало ничего говорить, я решила, что буду вести себя как мышка. Меньше всего на свете мне сейчас хотелось, чтобы на меня воззрились полуобнажённые драконы. Они ведь спят полуобнаженные или в пижаме? Вдруг стало интересно, в чём спит Кьер, и мои щёки тут же мазнуло румянцем.

— Ты сейчас подумала о чём-то явно запрещённом для девушек твоего возраста…

— Я уже совершеннолетняя, Кьер, — нахмурилась я и поджала губы, толкая его своим плечом.

Не люблю, когда обо мне говорят, как о маленькой девочке. Мне уже шестнадцать циклов, это означало только одно — я могу отвечать за свои поступки сама.

— Но ты всё равно остаёшься маленькой невинной девочкой… Или ты хочешь убедить меня в обратном?

Я покраснела ещё сильнее. Он был прав. Я же ещё даже не целовалась ни с кем. Я отвела взгляд в сторону.

Оказавшись около своей комнаты, пожелала Кьеру добрых снов и уже хотела войти, взявшись за дверную ручку, но он осторожно коснулся моей руки и посмотрел в глаза. Игра в гляделки длилась несколько секунд, являясь томительной пыткой, наверное, для нас обоих в эту секунду. И я постаралась не думать о том, что могу влюбиться в Кьера, ведь все эти эмоции и фейерверки не просто так появляются. Приказала себе не думать об этом и посмотрела на его руку, которую он сразу же убрал.

— Ты в порядке? — поинтересовался он заботливым тоном.

— Всё нормально.

Конечно, я не могла ответить всей правды, потому что на душе скреблись черти, ведь кто-то пытался предать меня, используя при этом Зейна. Если бы только Кьер не оказался рядом тогда… Я захотела поцеловать его в щёку в знак благодарности за то, что спас мою жизнь, но вспомнила, что один раз уже сделала это, и невинный поцелуй не закончился ничем хорошим. Или всё-таки… Я снова посмотрела в его глаза, где теперь появилось тепло.

— Если ты вдруг решишь, что всё не так хорошо, как кажется, то я могу… Короче, у меня большая кровать, ты сама видела, так что приходи. Я буду только рад разделить свою постель с такой очаровательной полукровкой…

Кьер подмигнул бровями и пошёл в своё крыло, а я пожелала ему доброй ночи ещё раз и зашла в комнату. Так странно, но «полукровка» из его уст совсем не выглядело как оскорбление. Напротив, он говорил это с таким теплом… Что я даже начала принимать себя вот такой… Полукровкой.

Я приблизилась к кровати и стала снимать форму, надевая лишь тонкую ночную рубашку. Забравшись под тёплое одеяло, прикрыла глаза и ощутила, как по щекам потекли обжигающие слёзы, оставляя мокрые дорожки на лице.

Часть 20

Я едва смог сомкнуть глаза ночью. Всё думал и думал о том, что свалил на Эстер эту правду. Я чувствовал, что она не в порядке, пусть она и пыталась убедить меня в обратном. Она страдала, а я… Решил, что следует дать ей время на раздумья, дабы покопалась в себе. Мне начало казаться, что она больше не цепляется так за своего ангела, как это было в момент первой встречи, когда она не дышала, наблюдая за ним в таверне. Возможно, я просто хотел, чтобы именно так и было, поэтому навыдумывал себе невесть знает что. В любом случае завтрашняя ночь на многое откроет карты. И если Эстер сможет отпустить Зейна, то тогда я попробую отпустить свои страхи, признавшись ей в том, что мы истинная пара. В конце концов, превратившись в золотого дракона, я не обязан принимать на себя правление. Да и кто, вообще, станет прислушиваться к разгильдяю, прожигающему жизнь?


Я всё-таки заснул, а с рассветом подскочил на кровати, потому что в двери снова постучали. Я должен был встать раньше, но не вышло. Забыл даже настроить магию внушения. Сердце стало биться о рёбра. Я поспешил к двери, открыл её, снова ожидая увидеть Салена, но на его месте стояла Эстер и улыбалась. Она была одета в форму академии, а волосы заплела в две косички.

Она хочет меня добить???

— Я снова проспал? — спросил я у неё, разочарованно опуская взгляд, а малышка так покраснела, что я заметил это даже боковым зрением, а потом вспомнил, что кроме штанов на мне нет ничего, а голые торсы видеть она явно не привыкла.

Следующим бичом стало то, что она могла заметить метку. Я сразу же поспешил нырнуть в комнату, надеясь что-нибудь быстренько накинуть на себя.

— Достан вчера обмолвился, что ты часто просыпаешь, поэтому я подумала разбудить тебя немного раньше. Он сказал, что занятия начинаются с рассветом…

— До него около получаса.

Я потихоньку выдохнул и присел на кровать, прикрывая метку рубашкой, которую успел пока только взять. Эстер осмелела, вошла в комнату и прикрыла за собой дверь.

— Малышка, ты хоть понимаешь, что полчаса — это целая вечность для того, кто не выспался? Я мог ещё понежиться в кровати и…

— Может тогда понежишься со мной? — она начала расстёгивать пуговицы на блузке. — Я ведь твоя, Кьер… Тебе следует просто согласиться с этим и принять свою сущность…


Магический будильник принялся летать по всей комнате и верещать о том, что наступила пора просыпаться и собираться на занятия. А я всё-таки не забыл завести его. Вот же бубенцы херувима! Ну какого Архангела это был всего лишь сон? Так обидно стало, хоть волком вой на луну.

Я поднялся на ноги и направился в душевую, надеясь немного привести себя в порядок и взбодриться.


В душевой ещё было пусто. Я специально встал пораньше, чтобы пойти разбудить Эстер и стать её сопровождающим. Вот только теперь так обидно стало, что не она ко мне пришла, как это случилось во сне. Таком чувственном сне.

Впервые за время обучения я всё-таки решил надеть форму академии. Она непривычно обтягивала, но узкой или малой по размерам не была. Я поправил рубашку, что выбивалась из штанов, надел жилетку и взъерошил волосы пятернёй. Можно было идти к Эстер.

Около её дверей я ещё не решался какое-то время постучать, а когда увидел Достана, был готов придушить его.

— Чёрненький встал раньше времени… — ухмыльнулся он. — Уж не влюбился ли ты?

— Катись к архангелу! — ответил я, даже не глядя в его сторону, и поднял руку, чтобы постучать.

— Стоять! — Достан перехватил мою руку, не позволяя осуществить задуманное, и сощурился, разглядывая меня.

Я стряхнул его руку с себя и сделал шаг вперёд. Я был чуть выше и имел перед ним явное преимущество в силе, потому что серебряные драконы по определению слабые. Вот только я не собирался марать руки об него. Если трону его, меня уже не спасёт Родриксон: из академии отправят прямо в темницу.

— Какого чёрта тебе от меня надо? — прошипел я на него.

— Поговаривают, что Эстер — дракон высшей крови, а в стенах академии есть её соулмейт, так что прочь свои грязные лапы от моей второй половинки. Ты же не думаешь, что такая грязь, как ты, достойна быть с ней?

Я зарычал и уже готов был начистить ему морду на самом деле, но дверь открылась, и оттуда выглянула Эстер.

— Кьер, а я ждала тебя. Ректор сказал, чтобы я без тебя никуда не выходила, а я хочу есть, — произнесла она пожимая плечами.

И я растаял. Наплевал на этого заносчивого придурка и приблизился к ней, глядя в глаза. Снова метка начала манить к ней, требовать коснуться…

— Эстер, тебе не следует проводить время с чернью, чтобы не испортить свою репутацию… Я бы мог сопроводить тебя в столовую, потому что как раз собирался позавтракать, — вмешался Достан. — А потом пойдём на занятия. Сегодня будет занимательная магия, и я могу кое-что показать тебе…

Я хотел вмешаться. Видит бог, я держался из последних сил.

— Прости, Достан, но ректор дал чёткие распоряжения. Он велел Кьеру сопровождать меня везде. Кроме того, он мой друг, и я не считаю его чернью.

Так тепло от её слов стало, хоть сейчас хватай в объятия и тащи на инициацию. Я вскинул бровь и довольно улыбнулся, глядя на поражённого противника.

— Я поговорю с ректором… Желаю тебе не заразиться от него черствостью, пока будете вынужденно общаться.

Достан развернулся на каблуках и ушёл, а я посмотрел на Эстер и благодарно улыбнулся.

— Знаешь, а ведь ты не единственная девушка, которая тепло отзывается обо мне… — зачем-то ляпнул, сам понимая, что это ничуть не романтично.

— Брось, Кьер! Тебя не принимают тут. У тебя нет друзей, и девушки перед тобой не падают штабелями… Ты такой же, как и я. Просто признай это — мы оба изгои, две родственные души…

Она так точно подобрала определение, что я едва удержался, от крика «В яблочко».

Да, детка. Мы две родственные души. И я уже не знаю, боюсь ли так этого бремени, потому что чувства куда сильнее страхов.

— Ладно. Мне приятно узнать, что мы с тобой две родственные души… Знаешь, я ведь…

— Пошли… Я хочу кушать. И опаздывать на занятия в первый день нет никакого желания. А ночью нам лететь на границу. Помнишь?

— Ты не передумала, детка?

— Я… Мне важно попрощаться с Зейном.

Она вложила свою небольшую руку в мою и улыбнулась, а я сжал её тонкие пальцы и про себя подумал, что хочу так всегда, чтобы моя и со мной…

Часть 21

Всю ночь мне снилось нечто странное и суматошное. Кажется, я видела во сне Кьера, и у нас с ним происходило что-то очень неприличное.

Сейчас мы шли по коридору, держась за руку, и я чувствовала себя очень хорошо. У меня никогда не было друзей, кроме Зейна, и держание за ручку казалось вполне нормальным проявлением общения. Вот только почему-то девушки смотрели на нас с каким-то удивлением и начинали шептаться, да и парни вели себя не менее странно.

— Почему они так смотрят на нас? — спросила я у Кьера, когда мы подошли к двустворчатым резным дверям столовой.

— Потому что считают меня сногсшибательным, раз новая дракоша идёт со мной рука об руку! — ухмыльнулся он, а я отпустила его и нахмурилась.

— Они посчитали нас парой?

— Посчитали, а ты хотела, чтобы было иначе?

— Это неправильно, Кьер.

— Связываться с чернью? Это и правда может плачевно закончиться для тебя, — его губы изогнулись в неестественной улыбке, а я отрицательно помотала головой.

Я не хотела, чтобы он думал, что я считаю его чернью, как это делают остальные. Нет. Я желала, чтобы всё было иначе… Он поддерживал меня с самого начала… Это Кьер нашёл меня и спас.

Сама не зная, что делаю, я коснулась его щеки рукой и посмотрела в глаза.

— Ты ведь слышал ректора… Где-то здесь находится мой соулмейт… Пока я не познакомилась с ним и не решила, что делать дальше… Если все будут считать, что мы с тобой пара…

— Я понял, малышка, можешь не объясняться. Пошли завтракать, потому что совсем скоро начнутся занятия, и на них лучше всего не опаздывать.

Я не стала спорить, убрала руку от его лица и позволила открыть двери. В столовой царила по-настоящему домашняя обстановка — огромный овальный стол простирался почти во всю длину помещения. Все ученики академии обедали за ним, как большая семья. Вот только одни весело болтали о своём, а другие ковырялись в тарелках, глядя в них с грустью на лицах.

За раздаточной стойкой стояла пухлая женщина среднего возраста с зеленоватым оттенком кожи. Она напоминала мне ящерицу по строению век.

— Она дракон? — шепнула я Кьеру.

— Полукровка с гоблином.

Я передёрнула плечами, но улыбнулась и вместе с ним приблизилась к раздаточной.

— Сегодня каша. А ты и есть полукровка? — спросила женщина громким голосом, а я закашлялась.

Кивнула ей в ответ и взяла свою тарелку с зелёной кашей. Еда в доме опекунов выглядела куда аппетитнее, а тут второй раз дают то, что в рот брать не хочется. Мы с Кьером заняли место недалеко от раздаточной. Он оставил свою тарелку и ушёл, а затем вернулся с двумя бокалами имбирного чая с лимоном. Приятный аромат коснулся дыхательных рецепторов, вызывая тёплую улыбку. Мы пили такой чай с Зейном, когда были маленькие, чтобы развивать иммунитет.

— Каша на самом деле вкусная и невероятно полезная, — кивнул Кьер, а я взяла ложку в руки.

Голод одержал верх, и я принялась есть. На вкус оказалась действительно совсем недурно. Возможно, я была настолько голодна, что сейчас съела бы что угодно.

Только когда покончила с едой, поняла, что Кьер смотрит на меня и ухмыляется. Хотелось спросить, что случилось, но я промолчала. Вытерла губы и принялась пить вкуснейший кисло-сладкий напиток.

— Эстер, я поговорил с ректором, и он совсем не против, чтобы я сменил Кьера на посту твоего соглядатая, кроме того, всем известно уже, что ты, скорее всего, моя истинная пара.

Послышался голос Достана из-за спины, заставляя обернуться в его сторону.

— У тебя даже метки нет, — прошипел Кьер, а я заметила, что его рука сжалась в кулак. Кожа на костяшках пальцев натянулась и побелела.

— Потому что Эстер ещё не обратилась в дракона. Как только она обратится, метка соединит нас…

Достан улыбнулся, а я вздёрнула подбородок и выдала то, что не должна была говорить:

— Ты не будешь так радоваться, если узнаешь, что в венах твоей возможной родственной души течёт кровь ангелов…

Я не знала для чего сказала это. Наверное, мне важно было понять, готов ли он принять меня такой, чтобы думать, захочу ли я согласиться с выбором одной из моих ипостасей. Лицо Достана исказилось в ту же секунду, когда он услышал мои слова, а потом на нём нарисовалась милая улыбка.

— Кровь высших драконов победит и вытравит из тебя чернь… Однако, я понял, что пока тебе приятнее проводить время с себе подобными, поэтому навязываться не стану. Но ты должна учитывать тот факт, что если мы действительно истинная пара, я не потерплю подобных друзей у своей половинки.

Кьер подскочил на месте, сжав руки в кулаки, и я поняла, что он сейчас устроит драку, поэтому взяла его за руку и дёрнула на себя. Он развернулся в мою сторону, и в нос ударил аромат, свойственным только ему. Приятный запах хвои, от которого закружилась голова. Кьер взял меня за плечи и посмотрел в глаза.

— Какого херувима ты сделала это? Я мог начистить ему морду… Он только что оскорбил и тебя и меня.

Достан ушёл. Кажется, он действительно испугался Кьера.

Я не знала, что ему ответить. Я начала теряться и уже приоткрыла рот, чтобы сказать, что нам пора на занятия, когда заметила на плече Кьера женскую руку с тонкими пальчиками. Он отпустил меня и обернулся. Моё внимание переключилось на девушку с жгучими чёрными глазами и длинными тёмно-шоколадными волосами до поясницы, заплетёнными в косу.

— Я соскучилась, малыш! Почему ты так давно не приходил ко мне?

Я сразу поняла, что это его девушка… Бывшая или настоящая не знаю, но я смутилась и опустила голову, делая шаг назад.

— Прости, Найя! Времени не было… Видишь, меня назначили вожатым для новенькой… — он подмигнул ей и взял за талию так, как брал меня некоторое время назад.

В душе стало чертовски неприятно. Я решила, что сегодня ночью он сопроводит меня на границу, а потом я постараюсь со всем справляться сама, чтобы не отнимать личное время такого «очаровательное и востребованного дракона».

Часть 22

Найя появилась так не вовремя. Она отлично знала, что между нами нет ничего серьёзного, но мы были более-менее постоянными друг для друга. Отдушины. Потому что она такой же чёрный дракон, как и я. И у нас была близость, когда требовалась физическая разрядка обоим.

— Прости, но я спешу, — отстранил её от себя, чувствуя, как злится моя малышка.

И мне нравилась её неосознанная ревность. Или я просто выдумал себе это чувство? Найя недовольно фыркнула, глядя на Эстер.

— Давай полетаем ночью, Грей!

— Прости, детка, дела… — я повернулся в сторону Эстер и мотнул головой, — пошли, малышка, поспешим.

Она прошла мимо Найи к дверям, а я посмотрел на свою бывшую и шепнул ей на ухо:

— Тронешь её, я тебе крылышки обломаю.

Я знал, что она не тронет, не станет идти против меня, но не мог не предупредить, чтобы даже мысли себе подобной не допустила. Впрочем, Найя уже сегодня найдёт с кем полетать, в этом я был уверен.

Я догнал Эстер и ухватил за локоть, заставляя обернуться в мою сторону. Она остановилась и посмотрела на меня.

— Договорил со своей девушкой? — спросила она.

— А ты приревновала? — решил съязвить я.

— С чего бы? — парировала она, вырывая руку.

— Я же видел твою реакцию… Брось, малышка. Мы оба понимаем, что я тебе понравился, с той самой секунды, когда представился твоим парнем в таверне. Или ты будешь утверждать обратное?

Она поджала губы. Пыталась отыскать оправдание, а я ликовал внутри. Шёл на неё, прижимая к стене, и когда Эстер оказалась в ловушке, положил руки на её талию и склонился к губам.

— Признай, что я тебе нравлюсь и облегчи нам обоим жизнь, — прошептал я ей в губы и ощутил боль в коленной чашечке, отчего руки моментально опустились, а в глазах искры появились.

Она ударила меня. Маленький ангелочек. Пока я пытался сдержать крик, который так и рвался с губ, она выскользнула и подбоченилась.

— Больше не смей так делать. Мне противно, когда меня касаются руки, трогающие всех подряд. Ясно? — крикнула она.

Я понял, что ревнует она не по-детски. От боли не осталось и следа, потому что умиление, раскатившееся внутри, тотчас стало мгновенным обезболивающим. Малышка продолжала корчить из себя злого суриката, а я кивнул, сдаваясь на волю победительницы.

— Я тебя понял, больше не коснусь никого, кроме тебя, — подмигнул ей бровями, за что получил тычок локтем в бок.

Обучение в академии построено так, что у нас нет первокурсников и старшекурсников. Занятия проводятся индивидуальные для каждого дракона. И я решил, что мне самому не помешает повторить теорию «Магии Драконов», поэтому повёл Эстер именно туда. После обращения она уже сама будет знать, какие именно курсы ей следует посещать чаще, а сейчас мы направились именно туда. Малышка доверилась мне, она перестала брыкаться, хотя я продолжал ликовать от её ревности.

Миссис Фейрчальд, преподаватель «Магии Драконов» поправила очки на переносице, когда заметила нас. На самом деле зрение у драконов отменное до самой смерти, но некоторые надевают очки, как аксессуар, считая, что они украшают.

— Грей, крайне удивлена видеть вас на занятиях, — удивлённо протянула она и уставилась на Эстер.

— И вам доброе утро, миссис Фейрчальд. Это Эстер. Она новенький дракон. Наверное, ректор уже рассказал вам о ней.

— Разумеется. Рада видеть вас на своих занятиях.

Она воодушевлённо улыбнулась и предложила нам присесть. Малышка что-то говорила ей, но я пропустил разговор мимо ушей, потому что провалился в собственные мечты, где она продолжает ревновать меня, а потом впивается в мои губы, чтобы проявить свою собственническую натуру.

— Кьер, к тебе обращаются! — ткнула меня в бок Эстер, и я обратил внимание на преподавательницу.

— Простите, задумался, — постарался оправдаться.

— Я спросила, как твой дар? Ты развиваешь его, Кьер?

— Мой дар… Моё проклятие. Мой главный дар — очарование… Вы ведь видите, что рядом со мной сидит невероятная девушка…

Эстер снова ткнула меня локтем в бок.

— Мне нравится твоё боевое настроение, Кьер…

А что я ещё мог ей сказать? Нет у чёрных драконов дара, кроме боевой магии, которую и изучать смысла нет… А золотым я пока не стал. Родриксон удивляется, почему я не хожу на занятия, вот только нечего мне делать на них, ведь потом придется переучиваться всему. С нуля.

— Мы должны знать цвет окраса Эстер, чтобы начать занятия с ней… Я поговорю с ректором.

Я кивнул и посмотрел на Эс. Она выглядела расстроенной, и отчасти я понимал её, ведь это так сложно — быть особенным и отличаться от остальных.

Мы вышли из аудитории, и я повёл Эстер в комнату. Я пообещал, что сделаю все дела и вернусь за ней, потому что помнил о полёте на границу.

— Твоими делами является та брюнетка? Найя? — спросила она.

— Так же как и твоими делами является Зейн, — повёл я плечом.

Я неосознанно вынуждал её ревновать, хоть и понимал, что это чувство никогда ничего хорошего не приносило. И с Найей встречаться я не собирался.

Я приблизился к кабинету ректора и постучал. Не дожидаясь ответа, открыл и вошёл. Он сидел за своим столом в бумагах и, судя по его виду, размышлял о чём-то серьёзном.

— Кьер… Хорошо, что ты зашёл. Нам пришёл указ подготовить всех драконов, что научились управлять собой и использовать магию.

— Подготовить? К чему?

— Ангелы что-то затеяли вместе с демонами… Кажется, Люцифер снова взялся за старое… Он считает, что они достаточно сильны, чтобы подчинить драконов.

— Перст Архангела! А как же договор?

— В войне нет правил, Кьер. Просто ты должен был знать это…

Я вспомнил, что собрался сопровождать Эстер на границу и разочарованно выдохнул. Вот же подстава. И что делать? Она не простит, если не встретится с ангелочком… А я не прощу себя, если с ней что-то случится.

— Ты пришёл зачем-то?

— Эстер не может посещать занятия, потому что мы понятия не имеем, какой именно она дракон…

— Следовало сначала отвести её на курсы истории, — сказал ректор как само собой разумеющееся.

Я потёр виски и виновато улыбнулся. Об истории я забыл совершенно, потому что не посещал её. А ведь ректор прав, для Эстер — это самый лучший способ познакомиться со своей расой.

— Ко мне приходил Достан. Он уверен, что Эстер его пара. Требует, чтобы я вынудил тебя отступить от неё. Я всё понимаю, Кьер, но он прав… Он может быть её второй половинкой.

— Мы должны помочь ей обратиться, — выдавил я из себя и опустил голову.

— Мы? — переспросил ректор.

Он смотрел на меня так ехидно, словно ничего не подозревал, а я ему тут вдруг глаза на правду открыл.

— Мы. Вы ведь отлично знаете, что она моя истинная, — наконец, признал я вслух эту правду, и с сердца свалился камень.

Я закатал рукав рубашки до локтя и показал Родриксону метку в виде половинки молнии.

— Очень интересно, — произнёс он и нахмурился.

Часть 23

Так странно, но меня на самом деле очень сильно разозлила эта сцена с брюнеткой в столовой. Когда в коридоре Кьер попытался прижать меня к стене, внизу живота всё так стянуло болезненным спазмом, что я уже думала прямо там впиться в его губы, наплевав на все правила приличия, но вовремя вспомнила эту Найю… Даже имя у неё такое… Мерзкое.

Не знаю, сколько времени его не было, но я успела поспать, а когда открыла глаза и посмотрела сквозь небольшое решетчатое оконце наружу, поняла, что уже начало темнеть. Самое время поспешить в мужское крыло, чтобы отыскать Кьера, но я боялась напороться там на кого-то вроде Достана. Пока ещё неясно было, кто моя вторая половинка, поэтому в тот отдел академии мне явно закрыт путь.

Услышав негромкий стук, присела, стараясь расправить волосы.

— Войдите, — произнесла немного взволнованным голосом.

— Нам следует выдвигаться, если ты не хочешь опоздать на свидание, — произнёс Кьер, заглянув в комнату.

Я поспешила к нему. Он сунул мне в руки накидку из алой бархатной ткани.

— Что это такое? Флаг — смотрите, я тут?

— Это единственная тёплая вещь, которую мне удалось отыскать Уж прости, но чёрных не было! — нахмурился Кьер. — Ты замёрзнешь, когда будешь сидеть на моей спине, а лететь нам предстоит не меньше пары часов в одну сторону. Так что…

— Я поняла, — кивнула ему и набросила накидку на плечи. Она оказалась мне впору, словно по мне была сшита. Я улыбнулась и постаралась не отставать.

— Знаешь, надевать её в академии, привлекая к себе внимание, была не самая лучшая идея, — начал ругаться Кьер.

— Хочешь, чтобы я сняла её?

— Нет. Ты в ней чертовски сексуальная! — Кьер в секунду схватил меня за локоть и прижал к стене, завернув куда-то за угол.

Я только-только хотела оттолкнуть его, потому что внутри всё свело от желания соприкоснуться губами, но он прошептал:

— Не вздумай пинаться, там проверяющий!

Кожу шеи обожгло его дыханием. Я прижалась к стене, растворяясь в его объятиях и стараясь одержать контроль над разумом. Я начала считать себя девушкой вольного поведения. Не понимала, почему сначала сходила с ума по Зейну, а едва узнала, что у меня есть хоть малейший шанс воссоединиться с ним, таю в руках другого, при условии, что где-то там ходит моя вторая половинка, которую выбрала моя неизведанная ипостась. Просто невероятно.

Проверяющий ушёл, и Кьер потянул меня за руку к винтовой лестнице. Он бежал быстро, и я едва успевала за ним. Лишь когда мы оказались на улице, смогла вдохнуть полной грудью, но когда почувствовала высоту башни, на которой мы находились, поёжилась и стала сдавать назад.

— Ты, главное, не бойся. Как только я обращусь, забирайся на спину и хватайся за гребни.

Я кивнула.

Кьер начал обращаться, и в этот раз я смотрела на то, как его тело преобразуется, словно расщепляется на атомы, а затем снова собирается в новом образе. Одежда исчезла, и если вместо ног сразу появились мощные лапы, то разглядеть обнажённый торс я успела. И сильно смутилась от открывшегося взору зрелища. Стараясь скрыть смущения, отвела взгляд в сторону, пока он не ткнул меня своей миловидной мордой в плечо. Когда хотела сбежать от опекунов, не успела разглядеть дракошу Кьера, а теперь зачарованно смотрела на его чешую, которая больше напоминала иссиня-чёрный цвет обсидиана, чем грязь или чернь, как они любят тут называть. Я осторожно коснулась его морды рукой, заметив, что он зажмурился и улыбнулся, и на мгновение в душе защемило. Мне всё больше и больше начинал нравиться Кьер.

Перестав разглядывать его, я всё-таки вскарабкалась на крыло, а Кьер помог мне добраться до спины, скатив, словно на горке. Я удобно уселась, вцепилась в его гребень и почувствовала, что мы взлетаем.


Ветер непривычно окутывал, словно был заботливым оберегающим коконом. Я зажмурилась и улыбнулась, подставляя ему своё лицо. Так свободно и легко было. А ещё необычно хорошо рядом с ним… Рядом с Кьером.

Я и не заметила, как пролетели два часа, потому что наслаждалась происходящим. Я внимательно наблюдала за тем, как леса сменяются озёрами и потихонечку появляются знакомые окрестности.

Кьер опустился на землю недалеко от границы и принял свой облик. Мне всегда было интересно, почему при обращении остаётся та одежда, в которой был, но ясно было, что не иначе как магия.

— Нам следует поспешить, потому что ты должна отдохнуть перед…

— Перед? — я посмотрела на Кьера, подталкивая его к завершению мысли.

— Перед обращением. Завтра ты должна будешь снять кулон под чётким контролем ректора. Я заходил к нему…

Я восприняла эту новость, как само собой разумеющееся, хотя, признаться честно, была расстроена. Страшно стало оказаться непринятой и среди драконов. Вдруг я какая-нибудь белая? Или у меня нет крыла? Не хотелось бы стать посмешищем. А ещё я понимала, что начала привязываться к Кьеру. К нему у меня были совсем не такие чувства, как к Зейну. Если своего названого брата я до помутнения рассудка желала видеть в роли своего мужчины, по-детски ревновала его к невесте, то теперь всё было иначе. Я хорошо чувствовала себя в компании Кьера и не хотела бы, чтобы какой-нибудь Достан — не дай Архангел оказаться ему моей истиной парой — указывал, что с чернью общаться нельзя.

— Мне показалось, или малышка на самом деле грустит?

— Всё нормально. Наверное, слегка замёрзла в полёте, — пожала я плечами и двинулась дальше.

— Я бы мог согреть тебя в более интимной обстановке, — донесся голос Кьера.

По мере приближения к таверне меня охватывало беспокойство, которое с каждым шагом становилось всё сильнее и сильнее. И я понятия на самом деле не имела, с чем именно оно связано, но боялась, что слова Кьера окажутся реальностью.

Что если Зейн устроил ловушку, и меня ждут для того, чтобы осуществить начатое? Убить меня…

Часть 24

Меня не отпускало ощущение чего-то неприятного с того самого момента, когда ректор сказал о грядущей войне. Самое обидное, что я понимал риск, но всё равно поддался на мольбу Алого Плаща, что теперь спешила впереди меня навстречу к своему ангельскому счастью.

Вот только не тут-то было. Едва Эстер вышла к таверне, около которой стояло два тусклых фонаря, как я заметил громилу орка, знакомство с которым прошло не самым лучшим образом. Наверное, я мог бы скрыться в тени и подождать, пока Эстер поговорит с Зейном, вот только этого беспёрого нигде не было, а громила уже направился в её сторону.

— Ты не одна из нас, — зарычал он. — Все знают, что семейка Агресс приютила полукровку дракона. Жалкое зрелище. Убирайся с нашей территории, пока я не решил, что следует попробовать полукровку на вкус. Я ещё не пробовал ни ангела, ни дракона, восполню этот пробел.

И кто бы говорил про полукровок? Поганый орк, смешанный то ли с эльфом, то ли с гоблином… Эстер перепуганная глядела по сторонам, а я вышел из тени, обращая не себя внимание.

— Стоматолога, случайно, не вызывал? — бросил ему я, щуря глаза.

Орк резко развернулся в мою сторону, поэтому времени думать не оставалось. Следовало импровизировать.

— Шутки вздумал шутить? — его голос отдавал эхом, что значило одно — он голоден. А голодные орки — сильные и безумные орки.

— Нет, вздумал предупредить, что будет с тобой, если ты раскроешь свою пасть ещё раз и посмеешь пугать мою подругу.

— Подругу?! — он начал противно хохотать, а я понял, что справиться с ним будет совсем непросто, ведь я так не восстановил свои силы после того, как помог Эстер. Если бы только она была драконом, мы бы дополняли друг друга, а сейчас…

— Кьер, не надо связываться с ним, — долетел до меня голос малышки, но громила уже бросился в мою сторону, поэтому пришлось импровизировать.

Обращаться на границе нельзя, запрещено законом. Сразу заметят дракона на своей территории и начнут трезвонить об этом, как об угрозе, поэтому я решил, что должен справиться как-то сам.

Победить гору мускул в ослабленном состоянии совсем непросто. Я начал сдавать позиции почти с самого начала.

— Эстер, беги отсюда! — крикнул ей, понимая, что могу не справиться, и тогда этот ублюдок позовёт своих друзей, чтобы надругаться над ней, а потом съесть. Я подумал не ангелочка ли это затея — избавиться таким образом от Эстер и не оставить следов, ведь орки и кости могут сожрать не подавившись.

— Я тебя не брошу! — закричала она, кусая губы.

Глупая маленькая девочка. Мне, конечно, чертовски приятно было, что она не хочет бросать меня, но она должна была сделать это, чтобы спастись.

— Беги! Бубенцы херувима!

— Это медальон! — крикнула она.

— Что? — я увернулся от очередного удара кулаком, который мог выбить из сознания, и пнул орка в коленную чашечку, следуя примеру малышки, и он взвыл, хватаясь за больное место. У меня появился отличный шанс вырваться, поэтому я поднялся на ноги и отошёл в сторону. — Ты о каком медальоне, детка? — спросил, понимая, что разговоры с ней помогают.

— Бубенцы херувима — это не то, что вы себе думаете… — я мельком взглянул на Эстер и заметил румянец на её щеках. — Это медальон, означающий ранг херувима.

Ангельское отродье! Этот орк оказался из выносливых. Я заметил, как он несётся на меня, но не успел увернуться.

— Кьер, мы должны бежать вместе! — закричала Эстер, прикрывая рот руками.

— Беги, детка!

— Беги! Я сожру его, а потом догоню тебя! — прорычал орк, а я двинул ему в челюсть, чтобы не смел и слово говорить моей малышке.

Со стороны Эстер послышался крик. Громкий, словно её кто-то схватил. Я хотел броситься к ней, но увалень прижал меня к земле. Удалось повернуть голову и взглянуть. Малышка сорвала свой кулон и начала обращаться, и у меня в эту секунду так сжалось сердце от страха за неё, что я пропустил мощный удар, от которого появился гул в ушах.

«Ну всё, урод, пора тебе познать силу дракона», — подумал я, решив, что должен использовать остаток сил на обращение.

Обратиться я не успел, потому что острая сталь перерезала глотку орка, и он, захлёбываясь собственной кровью, начал обмякать. Я чудом выкарабкался и с удивлением посмотрел на Зейна, протягивающего мне руку. Отказ означал бы оскорбление, поэтому я принял и поднялся на ноги.

— Эспирадос элиниум! — прошептал Зейн, провёл рукой поверх тела убитого, и тот исчез.

— Вот так вы заметаете следы? — ухмыльнулся я.

— Мы никого не убиваем просто так. Орк убил бы тебя и Эстер. Он первым нарушил перемирие. Это вынужденная мера, — ответил ангелок, и мы оба поспешили к Эстер.

У неё по лбу текли ручейки пота. Глупая девочка так испугалась за меня, что пожертвовала собой.

— Эстер, где кулон? — спросил я, и она кивнула в сторону разбитой стекляшки, из которой вытекла красная жидкость, похожая на кровь.

— Пушок! Пушок! Пушок Ангела! — выругался я, хватаясь за голову.

Осколки я быстро собрал и спрятал в карман. Так или иначе, нельзя было оставлять тут следы. Пришлось и кусок земли выскабливать вместе с кровью, что пропитала её.

— Она вся горит, — испуганно сказал Зейн, глядя на меня.

— Это обращение. Кулон контролировал её сущность дракона, а теперь та активно пытается выбраться наружу.

— Здесь нельзя… — глаза ангелочка широко распахнулись. — Совсем нельзя. Ты должен вернуть её в академию. Как много у нас есть времени?

— Может, сутки, а может, секунды, — пожал я плечами и посмотрел на Эстер.

Часть 25

Меня лихорадило так сильно, что я уже молила всех архангелов и исчезнувшего золотого дракона, чтобы даровали шанс поскорее обратиться. Я не могла позволить орку навредить Кьеру. Как только подумала, что он может сделать, сердце чуть не остановилось. И я сорвала кулон. Он выскользнул из рук и, как назло, разбился. И вот теперь процесс обращения неизбежен.

Стоя и чувствуя объятия Зейна, я понимала, как сильно хочу, чтобы на его месте оказался Кьер… Вот только он стоял в стороне и не приближался. И я понимала, что, скорее всего, он злится, ведь из-за меня ему теперь как следует влетит, а если я вдруг обращусь тут…

— Мы должны лететь, Зейн… Прости, — прошептала я. — Я пришла сюда, чтобы попрощаться. Твои родители никогда не одобрят, что ты общаешься со мной.

— Эстер, всё слишком сложно. Меня зачаровали, и я пытался убить тебя. Я никогда не прощу себе эту слабость, то, что не смог противиться магии, но я обещаю тебе, что найду того, кто сделал это. И накажу.

Я радовалась тому, что Зейн сознался… Конечно, я верила Кьеру, но теперь убедилась и радовалась, что он не стал скрывать от меня то, что я и так знала.

— Спасибо.

— Ты мне очень дорога, Эстер, всегда была дорога. Ты должна знать это. Что бы ни случилось…

— Я знаю. Всё будет хорошо. Спасибо…

— Пообещай, что продолжишь писать и делиться своими успехами. Я хочу знать какого цвета твоя дракоша…

— Есть ещё кое-что… — меня передёрнуло, а внутри начал разливаться раскалённый металл, выбивая из лёгких воздух и обжигая внутренности.

— Тебе пора бежать, Эстер…

— Подожди… Ты должен узнать это… — я начала кашлять. — У моей второй ипостаси есть… — снова кашель, — родственная душа… Какой-то высокородный дракон…

Воздуха катастрофически не хватало. Мне показалось, что Зейна сильно огорчили мои слова. В его взгляде появилась глубокая печаль, а потом он начал обращаться. Обняв меня за талию, он посмотрел на Кьера.

— Хватайся за ноги… Иначе никак не успеть…

Кьер кивнул. Я обхватила шею Зейна, чтобы крепче держаться, хоть сил оставалось катастрофически мало. И почувствовала теплоту родного человека. Возможно, я выдумала себе любовь к нему? Такое могло случиться, ведь у меня не было друзей или приятелей… никого кроме него и опекунов. Но я точно дорожила им, как самым родным человеком. Возможно, именно так и любят брата…

Пока я утопала в мыслях, становилось легче, но едва мы взмыли в воздух, начало казаться, что кости ломаются.

— Я больше не могу! — закричала я, ослабляя руки, но Зейн прижал меня к себе сильнее.

— Терпи! Ты сильная, Эстер! Ну-ка, вытащи наружу мою сестру, что умела заткнуть за пояс любого ангела! Давай!

Слова уже начали размываться в голове. Перед глазами снова стали мелькать картинки с полуобнажённым Кьером, идущим мне навстречу, манящим в свои объятия и целующим меня… И я отдалась в плен этого наваждения.

— Мы успели! — услышала голос Зейна.

— Примени свою магию, чтобы никто не заметил нас, — кажется, это закричал Кьер.

— Что же вы натворили? Вы же могли нарушить закон… — а это уже был голос Родриксона.

И мне вдруг подумалось, что однажды мы уже нарушили закон, ведь когда я хотела сбежать от опекунов, Кьер обратился в дракона на крыше их поместья. Вот только обдумать последствия обращения я не успела, потому что пришли те самые ощущения, о которых говорил Кьер — казалось, что с меня сдирают кожу живьём. С губ сорвался крик, а потом я испытала небывалое облегчение и взмыла ввысь, ощущая свои мощные крылья за спиной.

Ощущение полёта неописуемо. Обращаясь в ангела, я никогда не испытывала подобного. Сейчас казалось, что стала собой. Будто бы нет той проблемы с полукровкой, что преследовала меня всю жизнь. Я была полноценной. Я стала драконом. Обратив внимание на тех, кто ждал меня внизу, я принялась опускаться, но навыков не было, поэтому процарапала лапами землю, оставляя за собой борозды. Превращение обратно произошло не так болезненно. Вот только меня продолжало лихорадить, то ли от радости, то ли от усталости и перенесённого стресса.

Все смотрели на меня такими глазами, словно у меня голова драконья осталась или пушок ангела проявился.

— Что случилось? — спросила я, окидывая их взглядом.

— Ты великолепна, детка, — восхищённо произнёс первым Кьер.

— Это было эффектно, — дополнил Зейн, недобро покосившись в сторону Кьера.

Я взглянула на ректора, понимая, что всю вину за случившееся обязана взять на себя. Но он не собирался ругаться, по крайней мере, сейчас. Он вытер подступившие к уголкам глаз слёзы, сделал пару шагов в мою сторону и прижал к себе. Так по-отечески, что я обняла его в ответ.

— Ты чудо, Эстер! Ты наследница расы драконов, исчезнувшей много циклов назад…

Я не понимала, о чём он говорит, потому что даже не обратила внимание на свою окраску. Ректор отстранился от меня и улыбнулся.

— Ты радужный дракон, Эстер… И ты вестник добра и света…

Я улыбнулась, а затем почувствовала, как накатывает слабость.

— Кажется, я сейчас упаду, — прошептала я и ощутила, как Кьер подхватил меня на руки.

Часть 26

У меня дух перехватило, едва заметил цвет чешуи Эстер. Она переливалась всеми цветами радуги медленно, в тон своему настроению. Я читал о радужных драконах только в книгах. Понятия не имел, что они существуют на самом деле. И вот теперь смотрел на неё, такую красивую и настоящую, а сам глазам поверить не мог, что это моя вторая половинка. И я уже точно определился, что признаюсь ей, ещё когда она кулон ради меня сняла. Может, тут замешаны инстинкты, кто его знает, но я прекрасно осознавал, что никого не буду любить так же сильно как её.

Только одновременно страшно стало и оттого, что она могла посчитать, что я решил признаться в чувствах именно из-за её редкого окраса.

— Ты обращался на территории ангелов, верно? — спросил ректор, когда мы оказались в академии.

Благо благодаря порталу, потому что я выбился из сил, помогая Эстер побороть боль при обращении. Казалось, что сам впервые прохожу через это.

— Обращался ли я? Нет. Зейн помог нам раньше, чем я обратился бы…

— Ты прекрасно понимаешь, о чём я, Кьер! — ректор сощурил глаза.

Я осторожно уложил Эстер на её кровать и прошёл следом за Родриксоном в коридор.

— Обращался пару раз, когда был приставлен к ней, как оберегающий от академии. Всё было законно.

— Они пишут, что в первый день знакомства, не получив разрешения академии, ты обратился на их территории.

— Я хотел забрать Эстер. Во мне говорила метка. Простите, — опустил я голову, двигаясь в сторону мужского крыла.

— Я то прощу, а вот они требуют предоставить тебя для суда. Ты же понимаешь, что это означает, Кьер?

— На пару-тройку циклов они отправят меня в царство Люцифера…

— Если только…

— Если только? — переспросил я, улавливая основную мысль ректора. — Нет! Ничего не выйдет. Я не смогу пройти с ней инициацию так скоро… Кроме того, мы оба прекрасно понимаем, что они пытаются отыскать повод, чтобы начать войну, но у нас тоже есть козырь в рукаве — они чуть было не убили Эстер.

— Только ты этому свидетель, Кьер!

— Нет! Зейн сам знает, что его кто-то околдовал…

— Но он вряд ли станет свидетельствовать против остальных… А если мы привлечём магов, чтобы прочли скрытые воспоминания Эстер, у неё останется слишком мало сил.

Мы дошли до поворота в комнаты парней и остановились. Ректор потёр виски и внимательно посмотрел на меня. Я отметил, что седины на его висках появилось ещё больше, чем было. И половина точно добавилась из-за меня.

— Я не выдам им тебя, Кьер. Постараюсь надавить на что-нибудь, может, прошлые косяки и на то, что обращение в воздухе не считается. Кроме того, они не заявили сразу…

— Если от этого будет зависеть судьба мирного договора… Вы должны будете сдать меня, — кивнул я.

Пожелав ректору доброй ночи, подумал о том, что обязан поговорить с Эстер как можно быстрее. Завтра ей непременно следует посетить занятия по полётам, а потом мы обсудим всё. Она должна знать, кто её истинная пара.

Оказавшись в своей комнате, я откинулся на подушку и принялся напряжённо думать. Я прекрасно знал, что обращаться на ангельской или нейтральной территории нельзя, вот только всё равно поступил так, значит, тому были причины. Да, во мне говорила метка, вынуждающая спасти вторую половинку из цепких лап этих ненормальных опекунов, но было ещё что-то…

Едва пришла дельная мысль, я подпрыгнул на постели и чуть не закричал: Эврика! Ну, конечно же! Всё дело в том, что мне предложила обратиться на крыше их поместья Эстер, а на тот момент она была равноправным членом семьи Агресс… В своде правил есть такое: если хозяин территории или члены его семьи позволяют обратиться, дракон может это сделать. Она позволила мне. И теперь мне чертовски захотелось оказаться на том суде, чтобы утереть нос ангелочкам, и я бы с удовольствием показал опекуну Эс средний палец.

После того как хорошая мысль посетила мою голову, я преспокойно смог улечься на кровать и уснуть. Почувствовал себя младенцем, которому так сладко спится в материнских объятиях.


Утром я сразу помчался к Родриксону. Он сидел у себя в кабинете, несмотря на то, что мог нежиться в кровати. Я влетел без стука, как это уже и вошло в привычку. Ректор поднял взгляд и позевал. По его виду стало ясно, что он не спал всю ночь.

— Вам следует отдохнуть, — начал я разговор.

— Ты же не за этим сюда пришёл? — вскинул бровь Родриксон, откинулся на спинку стула и сцепил руки в замок на своём животе.

— Не за этим… Я пришёл для того, чтобы утереть ангелочкам нос. Я ведь не идиот, и свод правил знаю прекрасно. Эстер была на тот момент членом семьи Агресс, и она разрешила мне обратиться на крыше поместья, а в своде есть…

— Кьер, слушания не будет. Ангелы отменили свой запрос. Возможно, поняли в чём дело. В любом случае они готовят что-то ужасное. И пока Эстер не стала твоей половинкой, она находится в большой опасности. Сегодня в академию проникли ищейки Люцифера… — Ректор закатал рукав своего балахона, и я заметил глубокие царапины на его руке. — Я нашёл их у спальни Эстер… Они хотели отравить её. Ты понимаешь, что всё это значит?

— Им известно, что один золотой дракон жив и находится под проклятием, — выдохнул я.

Проклятием, которое только Эстер подвластно разрушить, но я не могу просто взять и вынудить её стать моей.

— И что вы предлагаете сделать?

— Усилим охрану академии, но пока постараемся не поднимать панику среди народа. Всё очень серьёзно, Кьер, и тебе лучше всего поторопиться.

Часть 27

Я проснулась с рассветом и почувствовала прилив сил. Вчера так ослабла, что не помню ничего толком. Мне снова захотелось обратиться и почувствовать тяжесть крыльев за своей спиной. Опёрлась ладонями о матрас и хотела встать, но почувствовала, как сильно болит запястье. Да что же с ним такое?

Посмотрела и заметила рану, появившуюся на коже в виде половины молнии. Брови сдвинулись в кучку на переносице. Не помню, чтобы вчера царапалась или что-то в этом роде. Хотя я ничего не помнила об этом вечере. Все воспоминания были размытыми.

Я услышала стук в дверь, посмотрела на свою грязную блузку и прикусила губу. Мне бы сменить одежду… Но в платье я буду совсем выделяться на фоне тех, кто ходит в форме академии…

Я открыла дверь и сделала шаг назад. На пороге стоял взволнованный Кьер. Я так сильно расчувствовалась, что сразу же нырнула к нему в объятия и прикрыла глаза, положив голову ему на грудь. Его заботливые руки обвились вокруг меня, замыкаясь в кольцо. Так тепло и хорошо стало.

— Тебе следует поспешить, детка, потому что сейчас начнутся занятия по полётам, а они тебе нужны, чтобы научиться контролировать своего дракона.

— А мне вчера показалось, что всё вышло прекрасно, — улыбнулась я, нехотя отстраняясь от него.

Как назло, снова вспомнила ту самую Найю, что строила Кьеру глазки, и стало неприятно, словно веду себя как она.

— У меня блузка вся грязная после вчерашнего… Если бы я могла надеть своё платье…

Кьер сегодня не надел форму академии, и я чувствовала бы себя рядом с ним вполне комфортно, плевать, что скажут остальные.

— Ты можешь надеть своё платье, детка… — ухмыльнулся Кьер, — но поспеши. Ладно? Я тебя подожду в комнате, пока на меня не начали вешаться дракоши из твоего крыла. Договорились?

Я пропустила его в комнату, взяла полотенце, нижнее бельё, платье и поспешила в душевую. Мне хотелось поскорее уже вернуться и бежать на занятия, чтобы обратиться и взлететь. Мне не хватало ощущения полёта и чувств, связанных с ним.

В душевой у зеркала я увидела Найю, что щебетала с подружками. Я попятилась к кабинке и услышала их голоса.

— Это она у тебя Кьера увела, что ли? — спросила какая-то девушка, а я включила воду и начала мыться.

— У него испортились вкусы… Серая мышь… Поговаривают, что в ней течёт ангельская кровь, представляешь?

Я помылась быстро. Их голоса ещё не стихли. Я вытерлась полотенцем, обвернула его вокруг себя и вышла, вот только на скамье, где оставила вещи, их не было. Они валялись рядом, полностью вымоченные.

Найя, вздёрнув подбородок, стояла, упёршись одной рукой в раковину, и улыбалась. Она смотрела прямо на меня, словно сотворила что-то непоправимое. Вот только плакаться я не собиралась. Её подружка едва сдерживала в себе торжественный писк и судя по всему ждала, когда же начнутся разборки. А я чувствовала, как по венам разливается магия. Сила, которую я могла бы использовать, чтобы высушить одежду и наказать этих двух, но у меня был план получше.

— Думаю, Кьеру понравится, что я вернусь в спальню без одежды, — прошептала себе под нос, подняла платье и нижнее бельё и направилась в свою комнату.

Парни редко заглядывают в наше крыло, поэтому единственный, кто мог бы заметить меня полуобнажённой — Кьер, и мне даже льстило это. Я открыла дверь и вошла в свою комнату.

— Детка, я просил тебе поторо… — он застыл глядя на меня и судорожно сглотнул, а я почувствовала, как горят огнём щёки.

И чем я только думала? Зачем корчила из себя опытную соблазнительницу?

— Давай сделаем вид, что ты ничего не видел? Просто выйди ненадолго в коридор. Ладно?

Он кивнул, продолжая смотреть на меня, словно голодный хищник на добычу. В запястье, где появилась эта рана, начало пульсировать. И появилась такая непреодолимая тяга к его губам… Если бы Кьер в эту секунду не вышел, я бы точно поцеловала его… Но он оказался за дверью, и я услышала возмущённый женский крик:

— Что ты с ней делал?

А потом последовал звук пощёчины. Я куснула губу и поёжилась. Всё-таки жалко парня, которому досталось просто так. Через дверь доносилась ругать Кьера и Найи, но я решила, что подслушивать нехорошо, а потому принялась одеваться, выбрав простое платье без корсета. Оделась я быстро, вышла в коридор, где до сих пор, прислонившись к стене, стояла красная от злости и слёз Найя. Мне стало её немного жаль, но проснулось внутри что-то собственническое, поэтому я взяла Кьера под руку и потянула за собой.

— Ты сам сказал, что мы опаздываем… — буркнула я.

— Ты ревнуешь? Скажи, с платьем это они сделали? — начал засыпать он вопросами.

— Да, — ответила я, сама не зная на какой именно вопрос или на два сразу.

Я ревновала и считала это чем-то чертовски неправильным и ненормальным, ведь нечто похожее я испытывала к Зейну, когда он сказал, что помолвлен с Милли и заявился с ней… А теперь Кьер… Я боялась, что если он будет принадлежать мне, то эти чувства, жгущие душу и распаляющие её, исчезнут. Кроме того, следовало разобраться с половинкой, которую выбрала моя дракоша. Кто он такой, этот высокопородный дракон?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ — Кьер, я хотела поговорить с тобой… — остановилась я в коридоре, убедившись, что рядом никого нет.

— Я тоже хотел поговорить с тобой, но давай не будем пропускать полёты, потому что мистер Сален не любит опоздавших. Тебе это нужно.

— Ты сам мог бы научить меня всему… — прошептала и прикусила губу. — Кьер… Ты мне нравишься… — я впервые призналась парню в симпатии, и сердце сжалось, потому что он мог ответить мне отказом.

Посмотрела в его глаза, отметив там смятение… Кажется, в эту секунду какая-то часть меня начала умирать, потому что, если он скажет «ты мне нет»…

Часть 28

У меня язык в мгновение прилип к нёбу, и я слова выдавить из себя не смог. Смотрел на Эстер, а в голове столько всего в этот момент завертелось. Она призналась мне в симпатии, а я, как дурак, моргал глазами. Вот только я не понимал — на самом ли деле это говорила она… Все её внезапные чувства могли вспыхнуть из-за метки. Я уже обратил внимание на половинку молнии с её запястья.

— А ты думаешь иначе? Я бы не крутился вокруг тебя, как последний идиот, если не испытывал чувств, от которых сгорают. Бесстыдного желания коснуться твоих губ своими, малышка.

Она начала краснеть и смущённо теребить свои пальцы, а я подошёл и прижал её к стене, слушая её сердцебиение и желая сорвать маску прямо сейчас.

— Мы должны сбежать из академии… — произнесла малышка.

— Сбежать? Почему?

— Потому что ты чёрный дракон, Кьер…

Её слова ударили ниже пояса. Я в этот момент не раздумывал над ними особо. Смотрел на Эстер, хлопал глазами и пытался понять: она стесняется меня или нет.

— Ты боишься быть опозоренной? — спросил у неё, только бы развеять все сомнения, надеясь, что это не так.

— Что ты?! Нет! Ректор ведь сказал, что моя дракоша уже выбрала кого-то… Это высокородный дракон… Понимаешь?

Я прикусил губу и опустил голову. Набрав в лёгкие воздух, подготовился сказать ей, что я не так прост, как кажется. Я собрался оголить перед ней душу, но услышал голос Достана из-за спины.

— Руки прочь от моей половинки! — прорычал он.

Внутри закипела ярость. Видит бог, я был готов его разорвать за эти слова на кусочки. Я отступил от Эстер и посмотрел на ублюдка.

— Я говорил тебе, Эстер, что не потерплю твоей дружбы с чернью, а ты решила целоваться с ним?

Достан вздёрнул подбородок и посмотрел на неё с надменностью, от которой даже мне стало не по себе.

— Ты не имеешь на меня никаких прав, — ответила моя девочка, хмуря брови.

— Вот как? Думаю, что ты заговоришь по-другому, когда увидишь это!

Бубенцы херувима! Он протянул оголённую руку, на запястье которой была вырезана метка в виде половины молнии. И в эту секунду я реально начал паниковать. Если моя девочка может принадлежать ему… Она должна будет сделать выбор. И как отнесутся ко всему остальные, я не знал.


Эстер побледнела, глядя на метку, поджала губы, а я отметил капельки пота у неё на лбу. Достан отступать не собирался, но я знал, что он не станет хорошей половинкой для неё. И верность хранить ей не будет.

— Ты оделась, как эта чернь… Мне стыдно за тебя, Эстер! Очень стыдно!

Слава верховному дракону, что этот гад ушёл, потому что я бы, наконец, добрался до него и научил всем манерам правильного поведения.

Мне следовало как можно быстрее сбежать отсюда, пойти в библиотечный архив академии и начать искать. Искать информацию о том, почему у этого дракончика тоже появилась метка. Я ещё раз внимательно посмотрел на запястье Эстер: участки кожи на её руке вокруг молнии были воспалены. У меня было то же самое поначалу, а у Достана… Сложилось такое впечатление, словно он заплатил кому-то за эту метку.

Хэлвик!

Этот гад мог сделать нечто подобное при помощи магии. Иллюзорной магии. И я вдруг подумал, что Достану будет слишком стыдно, когда выяснится, что он пытался всех обмануть. Неужели рассчитывал, что Эстер сегодня же пройдёт с ним инициацию, придав ему больше сил?

— Почему ты так смотришь на меня, Кьер? Ты всё видел… Моя родственная душа — Достан. Я должна сбежать отсюда, пока меня не вынудили стать его половинкой… Если ты не хочешь, я сбегу одна. Лучше погибну, но не стану с ним…

Её слова согревали душу, будто были целебным бальзамом, проливающимся на неё. Я смотрел в глаза своей малышки и улыбался ей.

— Почему ты ухмыляешься, Кьер?

Я не сказал ни слова в ответ, просто подошёл к ней, положил ладони на её личико, чуть приподнимая его вверх, и впился в столь сладкие и желанные губы. У меня крышу снесло в ту же секунду, когда поцеловал её. В висках с такой силой стучало, что я думал — разнесёт голову к ангельской бабушке. Эстер томно выдохнула, неумело отвечая на мои ласки. Она стояла на носочках и тянулась ко мне, а её ручки блуждали по моей спине. И это было самое лучшее мгновение в моей жизни.

Меня начало бросать то в жар, то в холод, а я не желал отрываться от её губ, хотел испить её всю, заявить на неё права и сказать, что это моя девочка!

МОЯ!

Когда малышка отстранилась, я прислонился к её лбу своим и прикрыл глаза. Мы стояли так несколько секунд, пока она не позвала меня по имени, вынуждая посмотреть в её глаза.

— Что случилось, детка?

— У тебя что-то с волосами! — испуганно произнесла она и скрестила руки на груди. — Не иначе как магия!

— Что?

Зеркальной глади нигде не было, поэтому посмотреть на себя я в эту секунду вряд ли смог бы.

— Они стали светлые, словно золотом переливаются! — ответила малышка, продолжая разглядывать меня, как диковинную вещицу.

В висках начало стучать, точно отбойные молотки там заработали. Я схватил малышку за руку и потащил в кабинет Родриксона.

Неужели всё получилось без инициации? Это какой же силой обладает моя малышка?

Часть 29

У меня ноги подкашивались от поцелуя Кьера, а тело било лихорадочной дрожью. Я ожидала услышать от него ответное признание, но не думала, что потеряю остатки рассудка, когда его губы коснутся моих. Это был мой первый поцелуй, и я хотела, чтобы, если не суждено быть вместе с ним, он стал последним. Я не позволю больше никому касаться моих губ… Никто не посмеет… Достан, да будь он хоть миллион раз моим соулмейтом, даже рядом с Кьером не стоял… И Зейн… С ним у меня бы никогда не было ничего такого, я в этом уверена.

Я не понимала, почему он вдруг так резко изменился, как так получилось, что его чёрные глаза вдруг стали золотыми и волосы тоже посветлели.

Пока Кьер тащил меня в кабинет Родриксона, я пыталась понять, что произошло и прийти в себя. Только у кабинета перевела дух и позволила мыслям начать двигаться в правильном направлении.

— Ты ведь не чёрный дракон, верно? — спросила я, глядя прямо в глаза.

— Не совсем… Я не был уверен, но… Сейчас всё узнаем.

Кьер открыл дверь в кабинет ректора без стука, и мне пришлось извиняться за такое наглое поведение. Впрочем, я поняла, что Родриксон к такому уже привык. Он поднял на нас взгляд и посмотрел так, словно ничего не произошло.

— Что случилось?

Серьёзно? Я едва сдержалась, чтобы не спросить у него с сарказмом.

— Эстер сказала, что у меня волосы стали золотого цвета… Это правда?

Кьер приблизился к зеркалу и посмотрел в него. Я отчётливо видела, что он изменился, вот только, видимо, никто кроме меня этого не замечал.

— Очень интересно, — нахмурился Родриксон. — Я ничего не вижу, но если ты говоришь…

— Да как же не видите? У него волосы золотые… И глаза. Они карие, отливают золотом. Неужели вы не видите?

Мне даже рыдать захотелось от безысходности. Ну вот почему они так?! Неужели у меня что-то с головой не то?

— Видишь ли, Эстер… — Родриксон посмотрел на Кьера, и тот кивнул. — Грей у нас не просто чёрный дракон… Я был хорошо знаком с его родителями… Когда началось уничтожение золотых драконов, во время войны, они скрыли сына при помощи сильнейшей магии.

Мне больше ничего не следует объяснять. Мой Кьер — золотой дракон. Глядя на него, я поняла, почему он нашёл меня, как так случилось, что он чувствовал меня… Мы  истинная пара. Вот только почему он боялся признаться в этом?

— Согласно заклятию, наложенному на Кьера, — дитя истинной любви сможет снять чёрную чешую с золотого дракона во время инициации… Возможно, ты уже видишь его таким, золотым, но только после того, как он заявит на тебя свои права, предстанет во всей красе для остальных.

Инициация… Я вспомнила, что Кьер говорил мне об этом. Щёки мгновенно вспыхнули от смущения. Не уверена, что я готова вот так прям сразу… Я думала, что к этому следует прийти. По крайней мере, в романах, которые мне частенько приносила тайком от Рона Эми, писали о других отношениях, которые начинаются с совместного времяпровождения и ухаживаний. Я посмотрела на Кьера, вспомнив, как бесстыдно таяла в его объятиях во время поцелуя, и отвела взгляд в сторону. Злило то, что он сам не рассказал правду.

— Эстер, ангелы объединились с демонами и готовят что-то нехорошее, скорее всего, они хотят разверзнуть войну… Нам нужен золотой дракон, который объединил бы все расы, как это было раньше.

Я смотрела на ректора и Кьера поочередно, осмысливая их слова. Им нужен золотой дракон? Именно по этой причине так активно искали меня? И именно поэтому Кьер вёл себя так… Втирался в доверие и пытался понравиться мне? Чтобы пройти инициацию и стать золотым драконом… А что будет со мной?

Вопросов роилось в голове так много, что мне казалось, будто бы я схожу с ума. В глазах застыли слёзы. Я кивнула и направилась к дверям.

— Я должна побыть одна и всё обдумать. Ладно?

— Конечно! Никто не собирается заставлять тебя, Эстер! Инициация должна пройти по доброй воле…

Говорил всё это время ректор, а Кьер стоял в стороне. Держался подальше от разговора. Может, ему нечего было сказать в своё оправдание? Мне стало так обидно, ведь я считала его настоящим и за это влюбилась… А теперь… Меня словно разорвали на кусочки.

Я вышла из кабинета ректора и направилась по коридору, куда глядели глаза. Пыталась отключиться от мыслей, приносящих боль.

— Эстер! — окликнул меня Кьер.

— Не сейчас! Правда! Я не готова слышать оправдания. Говорить тебе следовало раньше…

И он не стал догонять меня и настаивать на том, что нам следует поговорить. Наверное, так сильно хотел это сделать… Я двигалась вперёд, словно что-то управляло мной.

— Эстер? — внезапно появился из-за поворота Достан.

— Достан? Что ты…

— Больно не будет, полкуровка, — зло засмеялся он, а меня окутал туман, я словно оказалась в газовом облаке. Ничего не видела и не могла с собой поделать. — Кьер! — попробовала закричать я, но голос что-то глушило… Я даже сама себя не слышала, а потом раздался властный голос:

— Теперь ты никуда не денешься, девочка моя!

Часть 30

Я всё-таки плюю на то, что Эстер попросила дать ей время и сказала, что хочет побыть одна. В иной ситуации позволил бы, но не сейчас… Теперь я хотел объясниться. Чувствовал, насколько необходимо это — поговорить с ней и признаться в том, что на самом деле я не собирался обращаться в золотого, не нуждался в ноше, которая ляжет на мои плечи вместе с новым цветом чешуи. Да я трусил! Боялся того, что не смогу стать достойным правителем…

А ещё внутри сдавливало всё из-за тревожного ощущения. И я догнал её в коридоре. Эстер стояла у стены, прислонившись плечом к стене, и смотрела в окно.

— Нам следует поговорить! — взволнованно произнёс я, взяв её за руку.

Она посмотрела на меня холодным взглядом, а потом улыбнулась как-то странно. Возникло такое впечатление, словно не она это вовсе была.

— Всё нормально! Правда! Я подумала, что мы зря поссорились!

Она подошла ко мне и обвила шею руками. Что-то не то скрывалось в этом жесте, вот только я не понимал, что именно. Радовался, но одновременно эта разительная перемена напрягала.

— Ты уверена, что всё хорошо? — отстранил её от себя, чтобы заглянуть в глаза. На пару мгновений.

Безусловно, на Эстер мог повлиять стресс. Узнав о том, что я ей недоговаривал правду, она разозлилась… Это вполне нормально. Наверное…

— Всё действительно хорошо… Я хочу, чтобы мы вернулись в мою спальню… Я так устала, — промурлыкала она, а я смотрел и понять не мог, ну почему мне так сильно не нравится такое поведение. Мало того, оно напрягало, выворачивало наизнанку.

Эстер, ведущая себя, как Найя, мне не нравилась совершенно. И я даже испугался. Куда вдруг делись чувства к ней? Неужели поцелуй всё изменил? Почему моя метка больше не пульсировала рядом с ней и не толкала на необдуманные поступки? Может быть, Эстер всё-таки не мой соулмейт, а Достана? Мне стало страшно, что эта мысль вдруг станет верной.

Проводив Эстер в комнату, я решил пойти к себе, но она задержала, вцепившись в мою ладонь.

— Я соскучилась… Сгораю от желания как можно быстрее сблизиться с тобой, — произнесла она и облизнула губы.

Я думал, что придётся ждать долго, а теперь она сама предлагала пройти инициацию, а я не хотел этого. Совершенно.

Пушок Ангела!

Ну что же за со мной не так?

— Сегодня нам пришлось непросто, я не думаю, что это была бы хорошая идея делать это вот так скоро… Ты понимаешь о чём я?

Эстер обиженно посмотрела на меня и надула губы, вытягивая их уточкой. Меня словно ударило током.

Да что с ней такое происходит?

А потом вдруг по телу прошёл разряд электричества, словно молния в меня ударила.

Это не моя Эстер. Она не может быть ею. Мою дракошу кто-то подменил.

Я перехватил её руку, понимая, что это похоже на дежавю, и потащил за собой в кабинет ректора.

— Кьер, пусти! — прошипела она. — Что ты себе позволяешь? Слышишь? Пусти меня.

Но я сжимал пальцы вокруг её руки сильнее и чувствовал, как внутри разливается страх. Если это Эстер, то я сейчас себя закапываю голыми руками, но я не чувствую её даже.

Снова забежал в кабинет без стука, но на этот раз ректор уже не стал молчать. Видимо, моя вседозволенность надоела ему.

— Кьер, в следующий раз будь добр…

— Это не Эстер! — сказал ему я, выталкивая обманщицу впереди себя.

— Да как ты можешь вести себя так по-свински! — начала плакать она, а у меня даже сердце не тронуло. Потому как это точно не она…

— Очень интересно!

Родриксон поднялся на ноги, приблизился к ней и протянул вытянутую ладонь. Эстер, точнее, то, что превратили в неё, начала испуганно хлопать глазами.

— Что это? Что вы хотите сделать со мной? Лучше бы я осталась у опекунов! — начала кричать она, деланно прикрывая лицо руками.

— Лучше бы ты осталась не при делах, Найя! Я буду вынужден сообщить твоим родителям… — нахмурился ректор и стиснул челюсти.

— Найя?! — слетело удивление с моих губ.

— Что? Да как вы можете? — не унималась она.

— Сильная магия гоблинов… Скорее всего, снова Хэлвик начудил! — сказал в мою сторону ректор, а её толкнул на диван. — Будешь сидеть тут, пока не придут маги и не снимут с тебя это обличье. Зачем ты это сделала? Кто убедил тебя поступить так?

— Достан, — честно призналась она. — Он сказал, что так Кьер снова станет моим… Мне нужно было совсем немного походить в этой лягушиной коже, но вы всё равно уже не успеете, они перенесли девчонку куда-то при помощи портала…

У меня сердце сжалось.

Я виновен в том, что Эстер пропала. Не следовало отпускать её одну в таком состоянии, а теперь она думает, что я её предал… Конечно, я не думаю, что она ушла с Достаном по доброй воле, но я чертовски злюсь на себя от этого ещё сильнее.

— Что мы будем делать?

— Для начала я вызову магов… — Родриксон присел за стол и достал шкатулку магической почты.

— А потом мы отследим нити портала и попытаемся пройти по ним. Я бы предложил поискать Достана, но думаю, что его и след простыл…

Найя подскочила на ноги и хотела сбежать, но я перегородил ей дорогу и посмотрел в глаза.

— Ты ненастоящая, мерзкая, даже когда выглядишь как она… Может быть, тебе просто следует принять себя, как однажды это удалось сделать мне?

Она снова залепила мне пощёчину. Второй раз за один день… Первый был после того, как я вышел из спальни Эстер с утра. И я вдруг задумался — в какой момент я позволил Найе считать, что у нас с ней может быть что-то серьёзное… Вот только дельные мысли не приходили в голову, потому что я чертовски опасался за Эстер. Никто не знает, где моя девочка сейчас, и какому ублюдку потребовалось воровать её.


Часть 31

Я понятия не имела, где именно нахожусь. Голова кружилась. Складывалось такое чувство, словно туман заполнил сознание и не выветривается из него.

— Дайте пить, — прошептала пересохшими губами, жмурясь от боли, которую мне доставляла пульсация в висках.

Что это такое было?

Меня окружала темнота. Откуда-то доносился зловонный запах, напоминающий вонь разлагающейся плоти.

— Достан?! — крикнула я. — Кьер!

— Здесь нет никого, кроме тебя и меня, девочка… — снова этот властный голос, от которого внутри всё заледенело.

Казалось, что со мной говорит сама смерть… Будто бы хватает в свои цепкие лапы и тянет в омут, откуда нет выхода.

Я постаралась разглядеть своего собеседника в темноте, но ничего не вышло: он сливался с нею, словно был частью её.

— Не бойся… Я буду говорить с тобой в том виде, к которому ты привыкла…

Появилось тусклое освещение, но вокруг была пустота, а я сидела на тёмном полу, напоминавшем темничный. То ли это был бетон… То ли земля… Ко мне подошла Эми, и я хотела броситься к ней в объятия, но затем вспомнила только что произнесённые слова и прокрутила их в голове:

«Я буду говорить с тобой в том виде, к которому ты привыкла»…

— Почему Эми? — спросила я.

— Ты же привыкла ко мне в таком облике… Мы были так близки… И мне почти удалось получить всё, что было нужно, но этот дракон объявился не вовремя… Впрочем, ты помогла мне убить двух зайцев.

— Привыкла? Кто ты?

— Сколько вопросов… Но я отвечу… Я тот, кто скоро получит безграничную власть. В узких кругах меня называют Дьяволом, но для друзей я Люцифер… А насчёт этого образа… Пару лет назад мне удалось завладеть им, отправив его обладательницу на тот свет… Я тогда ещё не был уверен, что ты радужный дракон, но теперь рад, что не ошибся.

— Я ничего не понимаю…

Меня охватывала паника. Можно ли верить демону? Они никогда не говорят правды, только то, что удобно им… Хоть я ни разу и не сталкивалась с этими созданиями, я не доверяла им.

— Поймёшь… Совсем скоро поймёшь… Впрочем, мне нужна не ты… Ты всего лишь часть плана. Мне нужен тот, кто хранит в себе всю силу радужных драконов… Увы, это не ты.

Чувствуя, как лихорадит всё тело, я постаралась позвать Кьера на помощь, но ничего не вышло, я не чувствовала его… Не было возможности снова контактировать с ним в видениях, как это случалось при моём обращении, когда я видела его, идущим навстречу и ощущала поддержку, пусть и не осознавала тогда, что это такое на самом деле.

— Прямо сейчас и начнёшь понимать! Азэргу-у-ус! — протянул он, и я оказалась в другом месте.

За решёткой.

— Драконий коготь! — выругалась себе под нос я и бросилась к металлическим прутьям. — Выпусти меня отсюда, дьявольское отродье, — закричала я, и в эту же секунду горло обожгло. Ухватившись за него руками, я постаралась дышать.

У меня словно весь воздух из лёгких вытянули за одно мгновение. Но потом отпустило. Наступило облегчение.

— Не советую шутить, если не хочешь умереть… Видишь ли, сейчас ты моя гостья, и только мне решать, как ты умрёшь — быстро или медленно.

— Выпусти меня отсюда! Чего ты от меня хочешь? О каком ещё радужном драконе говоришь? Я ведь ничего о драконах не знаю! — взмолилась я.

Я не привыкла ползать на коленях и перед ним бы никогда не стала, да и надеяться, что демон отпустит было бы глупо… Вот только я всё равно пыталась достучаться до его человечности, ведь она заложена в сознание каждой расы.

— Ты не знаешь, а вот она знает…

Я не видела его, но чувствовала, что следует повернуться. Обернулась и заметила на полу едва живую женщину. Она больше напоминала скелет, обтянутый кожей. Бледная, изнеможённая, истерзанная. Волосы серебристые, словно покрыты инеем. Сердце ёкнуло. Мне не хотелось такой же участи. Лучше и правда умереть. И я задумалась… Как скоро Кьер поймёт, что меня нет в академии? Удастся ли им отыскать меня тут? Я смотрела в одну точку перед собой, а потом всё же решилась спросить:

— При чём тут я? Если ты говоришь, что ей известно что-то о том самом драконе, почему ты не спросишь у неё? Я тебе точно не смогу помочь. Я даже магией не владею.

— Спрашивал… Тринадцать циклов спрашивал, но она предпочитает строить из себя великую мученицу, однако, теперь уже ничего не выйдет…

— Почему?

Я не надеялась получить правдивые ответы на вопросы… Мне казалось, что пока я говорю с ним, я могу придумать способ побега.

— Потому что… Впрочем, посмотри сама!

Меня обожгло, словно огненным хлыстом кто-то прошёлся по телу. С губ сорвался крик. Я упала на колени, не в силах удерживаться на ногах.

— Не трогай её, молю… — услышала я глухой голос той самой женщины, что лежала в углу…

Голос, показавшийся мне подозрительно знакомым.

— Мама?! — спросил я, оборачиваясь в её сторону.

Её подбородок дрожал, а из глаз текли слёзы. Уголки губ тронула улыбка на мгновение, а потом я снова закричала от пронзающей боли и потеряла сознание.

Часть 32

Пока мы ждали магов, я был готов хоть сам за ними полететь. Злился, но торопить их нельзя, а то собьёшь ауру или что там ещё… В общем, если раньше я не любил их, то теперь это чувство только усилилось. Ставят из себя невесть что.

Когда они пришли, я попытался подскочить на ноги, всё нервы. Родриксон, стоявший за моей спиной, придержал за плечо, намекая, что раздражать наших «гостей» не следует.

— Как же коряво наложили заклинание на эту девушку… Маг словно делал это по принуждению… — хмыкнула эльфийка.

Не знаю, кому уж там понадобилась Эстер, но магичка права: вряд ли Хэлвик пошёл бы против целой академии драконов по доброй воле. И тут меня осенило!

Хэлвик!

Пока маги колдовали над Найей, возвращая ей прежнюю внешность, я решил рвануть к мерзкому гоблину и встряхнуть его хорошенько. Ему что-то должно быть известно о том, куда дели Эстер.

— Кьер, куда ты? — спросил Родриксон, заставляя замереть на пороге его кабинета.

— На рынок… Если это заклятие наложил Хэлвик, ему может быть известно, кто похитил Эстер. Мы не должны просто сидеть, сложа руки, и ждать…

Я удалился под недовольное бормотание магов заклинания по снятию лживой личины с Найи. В коридоре столкнулся с Достаном и схватил того за грудки.

— Тварь! — зашипел я, прижимая гада к стене.

— Какого чёрта, Грей? — сделал он вид, что ничего не произошло.

— Какого? Куда ты дел Эстер? — продолжал рычать я.

— Эстер? Мою половинку? Должен задать встречный вопрос, потому что она моя, а не твоя. Куда ты дел её? Она ошивалась с тобой пару часов назад…

Я хотел сдавить его шею одной рукой, чтобы она хрустнула, и голова отломилась. Если бы не учитель, я бы сделал это… Оторвал бы его горделивую башку и плевать, что его папаша властный тип.

— Ну-ка разошлись! Вместо того чтобы заниматься они устроили тут петушиные бои! — закричал мистер Сален, оттягивая меня от Достана. — Всё я сказал! Причина спора?

— Он украл мою родственную душу! — протянул руку с лживой меткой Достан.

— Это он связался с тёмными силами… — фыркнул я. — Спросите у ректора!

Я не должен был говорить о том, что Эстер не его, а моя родственная душа, потому что пока не стал золотым драконом, нельзя выдавать себя. Силёнок-то у меня пока как у чёрного.

— Я непременно пойду к ректору и поговорю с ним о вашем поведении! — поднял подбородок мистер Сален. — Достан, за мной!

Тот ухмыльнулся и сгримасничал что-то непонятное, но я знал, что в кабинете ректора, тепло его не встретят.

Я поспешил туда, куда собирался. Если Хэлвик замешан в тёмном дельце, то этот гад мелкий обязательно постарается сбежать. Сгребёт свои бутыльки и покинет Айрис. Нельзя этого допустить.

Выйдя из академии, обратился и взмыл в небо, чтобы как можно быстрее оказаться на рынке. Сердце колотилось с бешеной силой, и я понимал, что буду вгрызаться в землю, если нужно переверну весь мир, но найду свою девочку и больше никому не позволю навредить ей. А ублюдка, который похитил её… Его я разорву на кусочки…

Я проехался передними лапами по вымощенной дорожке недалеко от шатра Хэлвика, распугивая зевак, которые пришли за покупками. Обращение в человеческий облик снова произошло быстро, и я вбежал в лавку мага.

Как я и предполагал, мерзкий гоблин уже собирал вещи. Он слишком дорожил ими и никогда бы не бросил. Ему проще голову потерять.

— Кто тебя нанял? — закричал я, бросаясь на мелкого ушастика и хватая его за грудки. Я приподнял его как младенца и заглянул в лживые глаза.

— Я ничего не знаю… Моё дело маленькое — продавать зелья, — принялся отнекиваться он с противным писком в голосе.

— Врёшь! — поджал я губы. — Если зелья продавал только, так куда же намылился? Я спрашиваю, куда ты дел Эстер? Кто её похитил? Отвечай гадёныш, не то душу из тебя вытрясу.

— Лучше вытрясай, а я и слова не скажу! Не буду ничего отвечать.

Я с силой встряхнул его и поставил на ноги.

— Ты скажешь, кто тебя нанял, потому что в ином случае я прямо сейчас обращусь и спалю твою палатку со всеми снадобьями!

— Не делай этого, молю! Ты не имеешь права! Тебя будут судить!

— Первым осудят тебя за незаконную деятельность и продажу запретных зелий! Кто? — продолжал давить на него я, не отводя взгляда.

— Ты сам знаешь ответ на этот вопрос… — сорвался Хэлвик. — Это сделал тот, кто истребил вид золотых драконов, чтобы обрести власть. Радужный дракон придаст ему небывалую силу, вернёт то, что однажды было отнято. Он, наверное, уже убил девчонку! Вам его не отыскать!

Люцифер!

В ушах начало шуметь. Голова пошла кругом. Даже если нам придётся встретиться лицом к лицу, я и в чёрной скорлупе смогу надрать ему задницу, потому что в моём сердце пылает жажда правосудия. Я выскочил из шатра и заметил мистера Родриксона.

— Нам удалось отыскать след. Маги готовы открыть портал. Им следует подготовиться, набраться сил… А ещё у нас есть помощники.

— Помощники? — я вскинул брови и с недоверием посмотрел на ректора.

Из-за его спины показались сначала Зейн, а следом за ним вышел опекун Эстер — Рон. Тот самый ублюдок, который заговорил сына, чтобы тот убил бедную девочку.

— Ах ты, сукин сын! — я бросился на мерзкое отродье, но ректор применил магический барьер, и меня отшвырнуло в сторону.

Оказавшись на земле, с обидой посмотрел на него. Оцарапанные ладони саднили болью. Но я снова подскочил и кинулся на Рона.

— Стой, Кьер! Хотя бы выслушай его! — попросил ректор, и я стиснул челюсти.

Неужели он не понимает, что эти ангелы прибыли сюда, чтобы отвлечь нас, в то время как Люцифер избавится от Эстер?!

Часть 33

Я смотрела на неё и поверить не могла, что это моя мама. МАМА. Вспомнила её голос из видения и пробрало до мурашек.

— Куда он делся? — спросила я, понимая, что только-только пришла в себя после потери сознания.

— Не знаю, — покачала она головой и поджала губы. Мне так хотелось поделиться с ней жизненной силой. Если бы только такое было возможно. — Наверное, он решил придумать что-то ужаснее, чем пытки магией. Он не понимает, что мне на самом деле ничего не известно о твоём отце…

— Мой папа жив? — я не могла поверить в это.

— Не знаю… Я ничего о нём не знаю. После того как он отнёс тебя Рону…

Я села и прислонилась к склизкой прохладной стене спиной. Мама знала, кто стал моими опекунами.

— Ты знакома с Роном?

— Он мой родной брат, милая, — она закашлялась, а у меня сердце тут же сжалось, словно в стальном кулаке.

Я боялась потерять её, едва обрела, а новость о том, что Рон её брат ошарашила. Я и не знала, что сказать, просто погрузилась в мысли, глядя перед собой в одну точку.

— Получается, что он хотел убить свою племянницу… — ухмыльнулась я. — А ему было известно, кто я такая?

— Убить тебя? Рон бы никогда… Нет… Он бы не сделал этого. Что-то пошло не так. Люцифер обманул его. Рон знал, что ты моя дочь. Конечно же, знал… — мама тяжело выдохнула. — Он наложил печать, которая сдерживала твоё обращение, скрывала ещё одну, сильнейшую сущность в тебе. Ах, Эстер, мне так жаль, что магия ослабла, и дьяволу удалось отыскать тебя… Я не знаю, как помочь… Я обессилила уже давно, существую только потому, что он позволяет мне это делать…

Я задумалась. Сложив в голове два и два, начала думать, что не того опекуна считала предателем. Возможно, мама права, и Рон совсем не плохо, а вот Эми… Это Люцифер под её видом пытался втереться ко мне в доверие, а потом использовать в своих целях… После появления Кьера, он решил избавиться от меня, убить, чтобы не пробудила золотого дракона, и его планы не покатились в бездну. Но Кьер пробудился. Возможно, он не осознавал этого сам, я видела его внешность и чувствовала силу. Даже если мне не суждено быть вместе с ним и дожить до завтрашнего дня, я была уверена, что остальным Люцифер не сможет навредить, потому что золотой дракон взойдёт на трон и возьмёт власть над всеми расами в свои руки.

— Эстер, я хочу, чтобы ты знала, что я люблю тебя! — всхлипнула мама, а потом я почувствовала его появление.

Демон был тут. Он придумал что-то ужасное, потому что внутренности сжались от дурного предчувствия. Но я хотела смотреть в глаза собственным страхам с вызовом. Встав на ноги, приблизилась к металлическим прутьям и вцепилась в них руками.

— Это ты подговорил Рона убить меня? Вы зачаровали Зейна…

— Вообще-то, названный сын уже давно был противен мне… Каждый раз, когда я занимал разум Эми, он бесил меня сильнее и сильнее… Поэтому я хотел убить двух пташек одним ударом. К сожалению, всё вышло не так, как хотелось.

«Занимал разум Эми»…

Я знала, что демоны лгут. Он не смог бы находиться в теле Эми постоянно… Значит, она ещё жива. Должна быть жива.

— Уговорить Рона пойти на эту сделку с магией было не так уж сложно… Впрочем, это уже другая история, которую я не планировал рассказывать тебе. Мы поступим с тобой так: я не стану пока мучить или убивать тебя, но сделаю вот что…

Решётки исчезли. Мама подскочила на ноги и бросилась к образовавшемуся проходу, но Люцифер использовал магию, которая отбросила её к стене. Тяжело выдохнув, её тело обмякло на земле.

— Мама! — я подбежала и присела рядом, прослушивая пульс.

— Всё хорошо, — прошептала она через силу.

— Оставь её в покое! — закричала я, подскочила на ноги и направилась в сторону демона.

— А это мне уже нравится, — довольно ухмыльнулся Люцифер. — Ты поможешь мне найти отца по доброй воле, или я убью твою мать… Выбирай, радужный дракон!

Тусклое освещение упало на его лицо. Сейчас Люцифер находился в человеческом обличье. Черты лица были до безобразия правильными для такого гадкого создания. Хорош собой, вот только во взгляде царила зловещая смерть. От такого взора можно сойти с ума, сделать с собой что-то в безумии. Меня словно загипнотизировали, но дурман быстро развеялся.

— Ты сильная девочка. Знаешь, мне даже нравится это. И при других обстоятельствах, я бы не стал мучить тебя, мог бы предложить стать моей пособницей, но тебе не повезло родиться радужной… Так что, убив твоего отца, я получу желанное — сила, наконец, перейдёт к тебе, и я изопью твою душу до дна.

Меня передёрнуло от брезгливости. Сделав шаг вперёд, я посмотрела на него ещё раз. Слишком большой для человека по комплекции, а вместо ног — мощные мохнатые лапы, которые я поначалу не разглядела в темноте. Трансформация не прошла до конца, или он такой сам по себе? Я судорожно сглотнула и отвела взгляд в сторону.

— Я не стану тебе помогать! — с вызовом бросила я.

— Даже так? — он протянул руку с огромными когтями, и из неё поплелась тонкая красная нить магии к маме. Едва она коснулась её, мама истошно закричала.

— Не трогай её! — я постаралась толкнуть демона, но он ничуть не сдвинулся.

— Ты должна будешь провести обряд поиска своего отца. Только в этом случае я позволю ей прожить ещё немного.

— Ладно! Но почему именно радужные драконы? Почему не золотые?

Он опустил руку и замолчал на несколько секунд, а потом ответил на мой вопрос:

— Потому что в крови радужных драконов течёт дьяволская… Мы с тобой в какой-то степени родственники.

Нет.

Мы не можем быть родственниками.

Я вспомнила слова мистера Родриксона о том, что радужные драконы несут свет и задумалась. Возможно, именно этого света демонов и лишили, потому теперь Люцифер пытается завладеть им, чтобы обрести всевластие.

Часть 34

Мне стоило большого труда удержаться и не вцепиться в глотку ещё одного соучастника пропажи Эстер.

— Это действительно непросто. Мне только недавно стало известно, что моей женой завладел демон. Люциферу удалось проникнуть в сознание Эми. Понятия не имею, как долго он там находился, но всё, что я делал было из-за убеждения… До сих пор не приложу ума, как ему удалось управлять мной. Его энергия воистину сильна, и нам ничего не остаётся, как заточить Люцифера и остальных демонов в аду. Снова. Все расы больше не смогут сосуществовать вместе.

Это было здравое решение, хотя я понятия не имел, можно ли доверять этому ангелу.

— Как вы предлагаете спасти Эстер? Если она у Люцифера…

— Мы объединим силы. Маги откроют портал в то место, куда он унёс Эстер, а дальше нам придётся сразиться с ним, — выдвинул мысль Рон.

Здравую… Если бы не одно «но».

— И вы считаете, что мы одолеем его? Вчетвером да? — не унимался я.

Конечно, я готов был броситься за малышкой куда угодно сломя голову. Я бы один кинулся в драку… Вот только победим ли мы в этом сражении и спасём ли малышку?

— Мы одолеем их с истинным правителем, — произнёс Рон и встал передо мной на одно колено, склонив голову.

За ним последовали Зейн и мистер Родриксон. Я, конечно, понимал, к чему это всё, но сгорал от стыда и смущения. Это было очень неправильно. Я не готов взвалить на свои плечи такую ношу прямо сейчас. И я не золотой дракон пока ещё…

Разозлился немного на ректора за то, что растрепал всем, что его подопечный на самом деле не тот, кем кажется…

— Вы ведь понимаете, что всё это бла-бла-бла о силе не действует, потому что инициации не было…

Мне в эту секунду показалось, что на лице Зейна скользнуло облегчение. Так хотелось сказать, что оно непременно произойдёт, когда я верну малышку, но я умолчал. Они поднялись на ноги, а ректор посмотрел мне в глаза.

— Главное то, что течёт в твоих жилах, Кьер! Там кровь золотого дракона, а значит, ты со всем справишься! Эстер видела тебя настоящим. А если видела она, то разглядят и остальные. Без инициации. Именно по этой причине ты должен поверить в себя и призвать все расы проследовать за нами.

— Вы предлагаете мне летать по городам и призывать расы объединиться? Да они засмеют меня в чёрной чешуе. И я не позволю вам отправиться к Люциферу. Я нужен Эстер. Вы хотя бы представляете, сколько времени займут перелёты по столицам других рас?

— Я предлагаю использовать порталы. Это чертовски глупо, Кьер, — думать, что вчетвером мы одолеем Люцифера и его войско, но если за нами пойдут остальные… — сказал Рон, и я бы в другой ситуации послал его к чёрту, но теперь понимал, что это единственное верное решение. Так и следовало поступить.

Я постарался думать об Эстер и о том, что нужен ей. Энергия тут же начала разливаться по венам, и я начал обращаться. Я не верил, что смогу сбросить чёрную чешую, но старался сделать это ради своей малышки. Вспомнил, как она смотрела на меня, несмело касалась, а порой хватала под руку, ведомая ревностью… Маленькая собственница. Вспомнил, как неумело и пылко она отвечала на мои поцелуи, и заметил где-то вдалеке золотое свечение.

— Однажды он сможет принять себя и стать истинным правителем… — послышался голос мамы в голове, и я почувствовал мощные крылья за спиной. Вокруг всё начало светиться, несмотря на сумерки, которые уже окутали Айрис. На меня воззрились три пары удивлённых глаз. Если с ректором, который с восторгом смотрел на меня, было всё ясно, тот вот эмоции ангелов я разгадать не смог.

Я мотнул головой, чтобы забирались на спину, и едва они оказались там, взлетел. Как бы то странно ни было, я чувствовал, что могу говорить.

— Дракон, правитель, который объединит и защитит все расы, вернулся. Примкните ко мне, чтобы наказать предателя Люцифера, похитившего мою родственную душу. Демоны объявили нам войну, так запрём их на веки в их столице, в Айдене…

Я повторял одну и ту же фразу снова и снова. Каждый раз, когда Родриксон открывал портал, и мы оказывались в новой столице, в крупном городе, я призывал расы объединиться и доказать, что договор силён. Я просил их примкнуть к единственному правителю, хоть и не ощущал себя таковым, не был уверен, что действительно смогу справиться с этой ношей. И они соглашались. Они верили в меня, пожалуй, больше, чем я сам. И этого было достаточно. Эстер поверила в меня. Даже инициация не потребовалась для того, чтобы стать золотым… А если была вера, то я обязательно со всем справлюсь. С поддержкой всех народов.

Мы договорились встретиться на границе демонов, чтобы заставить их подчиниться воле единого правителя. Самые сильные воины каждой расы отправились вместе со мной и остальными в академию, чтобы пройти через портал в логово Люцифера и остановить его. Вот только меня не покидало дурное предчувствие. Казалось, что мы делаем что-то неправильно. Но ведомый желанием спасти свою любимую, я не понимал, что именно.

Часть 35

Я не знала, как буду выпутываться из всего, но помогать демону получить всевластие не собиралась. Ясно было, что он убьёт меня и маму, как только получит желаемое. Оставалось только надеяться, что время, которое я всеми силами пытаюсь выкроить, поможет придумать действенный план побега. Если, конечно, он существует.

— Ты должна произносить заклинание, которое услышишь в своей голове… Для начала сделай надрез на левой ладони и капни немного крови на блюдце…

Передо мной появился круглый небольшой столик на мощных деревянных ножках с потрескавшейся столешницей, на которой стояли фарфоровое блюдце, бронзовая чаша и нож. Красивый такой нож, с резной ручкой. Возможно, он имел какое-то значение для проведения ритуалов магами. Не просто так ведь демон подсунул мне именно его.

Я не знаю, о чём думала в тот момент. Возможно, внутри меня верх одержали сила дракона и ненависть к демоническому роду, но я схватила этот нож и воткнула в демона.

— Ах ты дрянь! — зашипел он, вытаскивая лезвие, покрытое багровой, практически чёрной, слизью. — Не уяснила мой предыдущий урок? Думаешь, что я не смогу убить твою мать или тебя? Ни капли не боишься? Я научу тебя подчиняться мне!

Он направил в меня свою энергию, из-за которой отбросило к стене, и я ударилась с такой силой, что, кажется, услышала хруст собственного позвоночника. Скатилась на пол и попыталась двигаться. Вроде всё получилось. Значит, шанс сбежать от него ещё оставался.

— Хочешь узнать, что испытывала твоя мать все эти годы? — спросил он мерзким голосом, от которого все внутренности сжались.

Люцифер стал мне ещё противнее. Если раньше я терпеть не могла демонов, то теперь люто ненавидела их.

— Сейчас узнаешь на собственной шкуре!

Я заметила вспышку света, и услышала крик мамы. Думала, что он снова мучает её, но едва попыталась подняться, меня окутал такой жар, что я поняла точно: он использует эту силу на мне. И она пожирает изнутри. Жжёт, разливаясь лавой по венам. Я даже кричать не могла, потому что горло сцепило той же болью, что и всё остальное. Казалось, что это конец, но боль на мгновение затихла, совсем ненадолго, чтобы я могла испытать облегчение перед новой волной, которая вынуждала молить богов о смерти…


Когда я пришла в себя, мама сидела рядом и сжимала мою руку своей. Она внимательно разглядывала метку на запястье.

— Как давно, милая? — спросила она, сдвигая брови на переносице.

— Метка появилась недавно, вместе с превращением в дракона. Ты знала, что я… Особенная? — задала я встречный вопрос и попробовала присесть, но тело обожгло, и я до крови прикусила губу.

— Полежи! Жар будет действовать ещё какое-то время. Это не самое страшное из того, что Люцифер может сделать. Ты нужна ему, поэтому пока он тебя пожалел…

Я представила, что он вытворял с мамой всё это время, и сердце сжалось. Так хотелось вытащить её отсюда и подарить ей такую любовь, чтобы она почувствовала себя счастливой.

— Как тебе удалось выжить? — вдруг спросила я, не дожидаясь ответа на предыдущий вопрос.

— Люцифер не убивает тех, кто может пригодиться ему… А о том, что ты особенная я знала всегда. Любой ребёнок особенный для своих родителей… Просто я не была уверена, что золотого дракона удалось сохранить в живых, и теперь рада, что всё получилось. У нашего мира есть шанс на выживание… Если золотой дракон восстанет…

— Он не восстанет, потому что я помешал инициации, — оглушил голос Люцифера, и я напряженно сжала руки, готовясь к тому, что снова будет больно.

— Ты проведёшь обряд поиска своего отца, потому что пока ты не сделаешь этого, мой помощник будет по маленькой порции вытягивать остатки жизни у твоей матери прямо на твоих глазах…

Я не успела никак отреагировать, лишь с ужасом прижалась к стене и чуть не закричала, когда перед мамой возникло нечто чёрное и безобразное, стоящее на четвереньках. Оно напоминало животное… Без глаз, но со ртом, наполненным острыми зубами.

Часть 36

Маги открыли портал, пусть удалось сделать это не сразу, и мы оказались в мрачном логове. Мне показалось, что оно очень похоже на академию, но все стены были обтянуты чёрной плесенью и какой-то противной слизью. Я провёл по ней пальцем, пытаясь понять, что это, но ректор остановил, притронувшись рукой к моему плечу:

— Слизь демонов может сжигать, как кислота змееящеров.

Я тут же попытался смазать её о брюки, делая вывод, что мне явно потребуется обновить свой гардероб.

Рон двигался впереди. Он вёл себя так уверенно, словно уже бывал тут и знал совершенно точно, куда идёт. Это мне не нравилось. Я решил для себя, что не стану ему доверять, пока он не докажет свою преданность, а вот сумеет ли он это сделать большой вопрос.

Я чувствовал, что Эстер ещё жива, но она в беде. Малышка находилась в опасности, и следовало поднажать. Волны её страха передавались мне, пробуждая внутри самые разнообразные эмоции.

У огромной витиеватой лестницы нас встретили цепные псы. Чёрные создания без глаз и носа, но с огромной пастью в половину морды. Они не видели, но чувствовали нас. И точно знали, кто мы и с какой целью пришли сюда. Они бросились в бой с противным визгом, похожим на поросячий, но более высоким. Пришлось отбиваться, вспоминая навыки боевой магии, которой меня когда-то обучали. Вот только сейчас заклинания получались совсем иными: я мог метать огонь, и это было, конечно, круто, но получалось не всегда, поэтому пришлось достать клинок из ангельской стали, который почти всегда был у меня при себе. Только это оружие способно уничтожать демоническое отродье. Я начал размахивать им, полосуя глотки псов, и те с визгом падали на пол, корчась в предсмертных судорогах. Я не был кровожадным, но эти твари заслужили такой судьбы.

— Где Рон? — спросил я, едва мы разобрались с псами.

Родриксон начал оглядываться. Я сразу говорил, что доверять этому ангелочку нельзя. Зейн покосился на меня, словно хотел вступиться за своего папашку.

— Он бился в коридоре! — послышался голос орка.

Из-за поворота выглянул бывший опекун Эстер. Я выдохнул. Не то, чтобы с облегчением, но всё равно спокойно. По крайней мере пока он нас не предал.

Пока этот подозрительный ангел в поле моего зрения, я могу немного расслабиться. Он не навредит Эстер в моём присутствии, потому что в ином случае я просто вспорю ему брюхо и выпущу кишки. На глазах его собственного сына, и никто не помешает мне сделать это.

— Давайте поторопимся, нам следует как можно быстрее спасти Эстер, — мотнул он головой так, словно и правда переживал за мою девочку.

Все двинулись вперёд. Орки с боевым кличем, ангелы, обнажая свои клинки и с жадностью глядя по сторонам. Мне даже казалось, что они куда кровожаднее демонов. Эльфы крались с осторожностью. Гоблины освещали путь магией. Драконы шли бесшумно. Мы, вообще, не любим привлекать к себе внимание, но и не такие опасливые, как эльфы.

Дальше было хуже. На втором этаже нас ожидали пожиратели смерти, но едва они заметили золотой блеск моих глаз, как тут же расступились.

«Никто не захочет связываться с золотым драконом. Истинным правителем. Царём, который объединит все народы и подчинит их себе», — вспомнил я слова Родриксона и решил, что убивать их не имеет смысла, ведь они сами пропустили дальше.

Рука слипалась от чёрной слизи, которая являлась подобием крови у демонов. Мне хотелось найти малышку, смыть с себя всю эту грязь, взять девочку в охапку и уснуть рядом с ней. Просто отключиться. Так устал за последние сутки. Обращение в золотого дракона сильно подкосило, а ещё я чувствовал, как малышка восстанавливается благодаря мне. И я, конечно же, только радовался этому, но не знал, дотяну ли до схватки с Люцифером.

На третьем этаже было подозрительно тихо. Казалось, что на каждом шагу поджидает какая-то ловушка. Но мы поднялись наверх, туда, где уже встречали архидемоны.

— Ну привет, — присвистнул я и подмигнул одному из них бровями. — В другой ситуации пожал бы тебе руку, но сейчас, пожалуй, отрежу её.

Я взмахнул клинком, но противник опередил, больно полоснув по груди когтями-лезвиями. Он разорвал ткань рубашки и пронзил плоть. Начало слегка жечь, но в целом терпимо. В когтях архидемонов нет яда, в отличие от зубов псов, так что жить я точно буду. Пусть кровотечение слегка ослабляло.

— Ау-у-уч! — возмутился я, устремляя в него магическую стрелу изо льда.

Мне даже лёд подвластен. Ну ничего себе! Ухмыляясь и радуясь собственным умениям, я попытался провернуть подобное ещё раз.

Пришлось пожалеть, что доверился демонам, потому что пожиратели смерти подобрались к нам со спины и атаковали. Демонов было слишком много. Это длительная потасовка. Если мы задержимся тут, то так и не доберёмся до Эстер. Волнение тут же охватило, превращаясь в безграничную панику.

— Кьер, я постараюсь задержать их, а ты иди дальше. На последнем этаже наверняка засел Люцифер, и ты должен сразиться с ним, — кивнул Родриксон, отбиваясь от пожирателя, сковывая его глотку цепями льда.

— Я помогу! — вызвался Зейн.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ — Я тоже с тобой! — поспешил к лестнице впереди меня Рон, пробивая дорогу.

— Дело чести сразиться с Люцифером! — прорычал один из орков!

Я смотрел на Родриксона и боялся оставить его тут одного. Конечно, с ним оставалось ещё полно ангелов, гоблинов, орков и драконов, но мне казалось, словно я вижу его в последний раз.

— Я верю в тебя, мой мальчик, — кивнул Родриксон и улыбнулся, отбиваясь от атаки очередного пожирателя.

Часть 37

Я видела, что маме становится хуже. Её покидала жизнь из-за этого демонического создания, поэтому я подскочила на ноги, борясь с жжением, разлившимся в грудной клетке, и приблизилась к Люциферу. Каждый шаг давался непросто, но я боролась с болью, не собиралась давать демону наслаждаться моей слабостью. Заглянула в его холодные, наполненные безразличием, глаза и какое-то время смотрела в них, заставляя себя не отворачиваться. Ему это было непривычно, вероятно, никто не глядел на него в упор, не осмеливался.

— Ты храбрая! — ухмыльнулся демон.

— Мне твоё мнение неинтересно, — пожала я плечами. — Пусть этот ублюдок отойдёт от мамы. Тогда я сделаю всё, что нужно.

— Я и не ждал другого ответа. Баролинус, грандо! — бросил он в сторону своего зверя, и тот послушно отошёл в сторонку и присел у стены, а мама тяжело выдохнула.

— Не делай этого, милая! Он всё равно убьёт меня и тебя…

Но я не слушала её. Я ощущала присутствие Кьера, знала, что он где-то рядом. Он должен спасти нас. Кто, если не он?

Я сделала несколько шагов в сторону столика, который всё ещё продолжал стоять на своём месте, взяла нож, чистый, без следов крови Люцифера, и посмотрела на руны, украшавшие лезвие. Несколько секунд разглядывая свою ладонь, сделала небольшой надрез на ней. Кровь начала капать на блюдце.

— Признаться честно, я обескуражен. В другой ситуации я бы уже давно добился своего. Жаль будет убивать тебя, милочка. Со своим характером ты бы могла горы свернуть, подчинить себе наш мир и завладеть властью…

— Катись в пекло, — прошипела я и прикусила язык.

Я не могла не отвечать ему, но понимала, что это чревато. Дьявольское создание может отыграться на маме, а я не хотела, чтобы она снова испытывала боль.

В голове стали появляться слова и фразы, которые я должна буду сказать, и я повторяла их. Одну за другой. На блюдце возникали размытые образы, сменявшие друг друга, а затем я провалилась куда-то в другое измерение.

Я видела мужчину с младенцем на руках, стоящего на пороге до боли знакомого поместья. И в нём я узнала своего отца. Правильные черты лица, волнистые русые волосы до плеч, подтянутое телосложение. Я бы и сама влюбилась в него на мамином месте, хотя с Кьером его и сравнивать невозможно.

Мой Кьер идеален во всём.

Подумать только, ведь при первом взгляде на него я так не считала. Я не могла предположить даже, что влюблюсь в этого самовлюблённого дракона, который теперь занимал все мои мысли.

Перестав думать о Кьере, я переключилась на видение. То самое, где был мой отец…

На руках у папы был ребёнок. Девочка с золотистыми локонами лет трёх. Я узнала в ней себя и улыбнулась. Он разговаривал с Роном и Эми. Начал протягивать меня им, а я цеплялась за его шею и плакала.

— Не хотю к ним! Папа-а-а! Я хотю к маме-е-е!

Вот и сейчас слёзы полились по щекам. Всё из-за этого треклятого дьявола. Из-за его мерзких планов у меня и Кьера не было нормальной семьи. Он отнял у нас обоих родителей.

— Кажется, что-то начинает проявляться, — глаза Люцифера загорелись красным цветом, от которого ненависть внутри меня всколыхнулась с новой силой. Будь моя воля, я бы избавилась от него ценой собственной жизни, только быть бы уверенной, что и он сдохнет. — Интересно… Очень интересно!

Капля крови мигала в том месте, где мы находились в настоящий момент. И мне даже на мгновение страшно стало, что родным отцом может оказаться Люцифер. Но эти страхи развеялись быстро, едва я услышала крик, и в помещение влетел Рон через непроглядную тьму, а следом за ним появились Зейн, незнакомые мне ангелы, драконы, орки, гоблины, эльфы и Кьер. Мой золотой дракон во всей красе. Я едва сдержалась, чтобы не вскрикнуть от радости и не броситься в его объятия, понимая, что сейчас мы на войне, на битве, от исхода которой зависит наша дальнейшая судьба.

Я вспомнила тот факт, что кровь ангелов обжигает демонов и причиняет им нестерпимую боль. Зейн как-то поделился со мной, когда прибыл после своих первых занятий на полигоне. И это было полезное знание. Пока Люцифер смотрел на незваных им гостей, я резко схватила нож, делая порез на руке глубже, а затем в несколько мгновений приняла облик ангела и прислонила ладонь к его шее.

С губ дьявола слетело противное шипение, переходящее в рёв раненого зверя, и пока он пытался убрать мою руку, остальные окружили его.

Часть 38

Едва я увидел малышку живой, сердце тут же возликовало. Я так сильно обрадовался, что онемел. На пару секунд, лишился дара речи, к ангельскому прадеду. Этого времени хватило для того, чтобы моя девочка совершила необдуманный, но героический поступок. Она использовала свои знания, отвлекая Люцифера и не позволяя ему улизнуть отсюда при помощи магии.

Гоблины тут же охомутали его цепями и наложили на помещение магический барьер, прорвать который демону бы не удалось, а я продолжал стоять, смотреть на мою смелую девочку и думать, что что-то идёт не так. Слишком гладко всё складывалось. Слишком легко. Такого быть не могло, если речь заходит о самом Люцифере. И Рон это точно знал, но рвался сюда в первых рядах.

 ПОЧЕМУ?

 — Вы серьёзно подумали, что сможете удержать меня вот так? — спросил он, вмиг разрывая оковы и разбрасывая гоблинов в разные стороны.

Однако светящийся барьер, окутавший помещение, не исчезал, значит покинуть это место Люциферу не удастся.

— Ты должен склониться перед единым правителем! — произнёс я, понимая, что ничерта он мне не должен.

Родриксон всегда вселял в меня веру в силу золотого дракона, но я знал, что не гожусь в правители. Да я ведь не умел ничего толком… Даже не понимал, когда высеку лёд, а когда огонь. Ещё меньше суток прошло с момента обращения. Я не умел пользоваться своими новыми способностями. Учиться и учиться этому…

— Правитель? Очень интересно! Не знаю, как тебе удалось прийти сюда без инициации, правитель, и обрести золотую корку, но ты в душе чернь! И всегда чернью будешь!

Я бросился на него, краем глаза отмечая, что Эстер уже оказалась рядом с Роном. Все накинулись на Люцифера, а один из орков сражался с его псиной, насаживая её на своё копьё. Несколько вспышек магии наполнили помещение десятком этих адских собак, что бросались на нас и визжали, разрывая барабанные перепонки.

Месиво закрутилось такое, что подобраться к Люциферу было практически невозможно. Силы стали быстро-быстро покидать меня, и когда я обернулся, заметил, что Рон приставил к шее малышки кинжал. Холодная сталь вот-вот перерезала бы её горло.

— Стоп! — закричал я так сильно, что у самого в ушах поднялся звон. Кажется, мне даже этих собак удалось переорать. — Какого чёрта происходит?

— Слава богу, на меня обратили внимание! — ухмыльнулся Рон.

Я знал, что этот гад не на нашей стороне. Быстро посмотрел на его сыночка, но тот выглядел удивлённым не меньше моего. Руки Зейна сжимали двуручный меч. Костяшки пальцев побелели. Казалось, что сейчас набросится на собственного отца и отрубит ему голову.

— Рон, не делай этого! Это же наша Эстер! Моя девочка! — услышал я голос обессиленной женщины, что стояла у стены, едва удерживаясь на ногах. Только сейчас я обратил внимание на неё и смысл только что произнесённых ею слов: «Моя девочка».

Несложно было разглядеть в облике женщины черты Эстер. Я даже не сомневался, что это мама моей малышки. Так странно, что она жива… И дико больно от того, через что ей пришлось пройти, судя по безжизненному виду.

— Мне жаль, Лея… Рона уже давно нет… — ответил опекун Эс, заставляя нас всех удивлённо раскрыть рты.

У него шизофрения? Говорит о себе в прошлом лице?

— Голден? — голосом, наполненным страхом и отчаянием, спросила мама Эстер, скрещивая руки на груди и задыхаясь собственным удивлением.

— Не ожидала, правда? Страх перед смертью сильнее всего. Я не хотел умирать, поэтому  использовал магию, чтобы заглушить душу твоего братца в его теле, милая… Заглушить и занять его место. Он был слаб и доверчив. Затуманенный рассудок не позволил ему понять, что происходит… Рон пребывал в безумии. Он сражался за своё место, когда я занял его разум. Твой брат пытался выбраться наружу, предпринимал попытки дать своим близким знак, что это не он… Но он оказался слишком слабым.

— Ты ничтожество, — выдохнула мама Эстер, а Рон (или как его назвали? Голден?) ухмыльнулся.

— Я так давно ждал этого момента… Когда смогу, наконец,  уничтожить Люцифера… Из-за него мы были вынуждены отказаться от дочери и разлучиться… И я жил все эти годы с мыслью, что однажды отомщу ему, — он прижал Эстер к себе сильнее, отчего малышка всхлипнула.

— Голден, не говори ерунды! Отпусти, Эстер! Отпусти нашу девочку! — взмолилась её мама, медленно скатываясь на пол по стене.

 — Отпустить? Я просил её подумать несколько раз… Если бы Эстер не сняла кулон и не обратилась в дракона, сила не поделилась бы между нами. Она была бы в безопасности, но она не оставила мне выхода… Наша дочь всё решила за нас, Лея. Я должен убить её. Ради благой цели.

Честно у меня мозги в бараний рог скрутились от обилия полученной информации. Опекун Эстер вовсе не опекун? Её родной отец?! Подумать только! Сколько лжи и предательства в одном флаконе. В эту секунду я порадовался тому, что мои родители погибли с достоинством, потому что, если бы мой отец оказался такой же падалью… Я лично уничтожил бы его.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Пока я пытался придумать план и решить, как вырвать Эстер из лап этого обезумевшего типа, услышал громкие аплодисменты.

Люцифер.

Он хлопал в ладоши, восхищённо разглядывая опекуна, то есть отца, малышки. Его псы резко утихли. Битва смолкла и все замерли, пытаясь понять, что тут происходит, однако орки с двуручными топорами, не промах, тут же начали сносить адским собакам головы, воспользовавшись моментом.

— Я восхищён, тобой, Голден! Это столько времени мы с тобой общались, когда я занимал разум Эми… И не смог разгадать, что ты это ты…  — похвалил Люцифер.  — Ты готов ради моего уничтожения убить дочь? Ты же гораздо хуже меня… Оказывается демонического в тебе осталось куда больше, чем думал Создатель,  — он принялся хохотать.

Заметив Зейна, который подкрадывался к своему отцу, точнее, уже не отцу (Драконий бог, и как тут не сойти с ума?), я среагировал неожиданно для себя. Рука Рона, которой тот удерживал клинок, резко заледенела. Он взвыл, и этого хватило для того, чтобы малышка вырвался, а Зейн накинулся на него.

Снова началась заварушка с Люцифером, сообразившим, что остался без защиты. Я видел, как отлетают погибшие спутники в стороны, но ничего не мог сделать с собой. Страх малышки сказался на мне. Она истошно кричала. И когда я присмотрелся, то понял почему: по груди Зейна расплылось кровавое пятно, как и по груди Рона. Оба лежали на сыром полу и не двигались.

Эти двое прикончили друг друга?!

Пушок Ангела!

Часть 39

У меня в голове не укладывалось никак-то, что наговорил этот одержимый… Слишком много всего пришлось узнать за последние пару недель, поэтому я боялась, что сойду с ума. Удержать в голове так много новой информации казалось практически невозможным.

Он не Рон на самом деле?

Мой коварный отец?

Тот, кого я мечтала обрести и теперь ненавидела всем сердцем?

Вопросов было много, а принять всю эту правду невероятно сложно, и когда я заметила багровое пятно крови, расползающееся по груди Зейна, то где-то глубоко внутри начала умирать сама.

Он мой брат.

Мой родной брат, ведь если мама и Рон были братом и сестрой, то и мы с Зейном кровные родственники. Да даже не будь он моим братом, я всё равно любила его… Он был мне роднее любого кровного… И я не могла потерять его.

Или всё-таки уже потеряла?

Поборов оцепенение, которое охватило меня и вдавило в одну точку, я бросилась к нему. Рон (или Голден? Я не знала, как к нему теперь обращаться), вытащил из своего тела кинжал Зейна, и тот звякнул о половицу. Сам Рон распластался на полу, приняв позу пятиконечной желейной звезды.

Убедившись, что мой то ли опекун, то ли отец не сможет навредить нам, я взяла Зейна за руку и принялась сжимать её.

— Пожалуйста, Зейн, не оставляй меня! Ты же знаешь, что я без тебя не справлюсь… Умоляю, хватайся за жизнь! Ты ведь воин! Зейн, ты воин! Помнишь, как ты говорил мне это на тренировках, когда я поражённая падала и плакала, когда кричала что не справлюсь? — всхлипнула я и коснулась второй рукой его щеки.

Лоб Зейна был покрыт испариной пота. Внутри меня клокотала горечь. Меня трясло от того, что могло произойти. Нельзя было допускать такие мысли. Я не отпущу его. Он ещё такой молодой…

— Эстер! Прости… Тьма окутала меня, застелила глаза… Тебе придётся бороться с ней, когда получишь всю силу радужных драконов… — послышался хриплый голос Рона, и я бросила на него взгляд, наполненный презрением. Мне даже не было его жаль. Совершенно. Он слаб, если позволил тьме одержать верх. Она же и уничтожила его. — Тебе придётся непросто с этой тьмой, слышишь? — закашлялся он и сплюнул кровь.

Он молил о прощении? Отец, который пытался меня убить. Причём несколько раз. Он был одержим идеей одолеть Люцифера настолько сильно, что не замечал никого и ничего вокруг. Ему было плевать на меня. Возможно, он считал, что делает всё это ради своей семьи, но на самом деле всё было не так. Совершенно. Он действовал против нас.

Я принялась тормошить Зейна, всхлипывая и взывая ко всем знакомым богам. Он не открывал глаза, а его грудь едва вздымалась.

— Пожалуйста-а-а! Прошу тебя! Умоляю! Живи! Зейн, ты не можешь умереть. Не должен. Как же я без тебя? — не переставала повторять одно и тоже, сжимая его руку, цепляясь за то, что он всё ещё дышит.

Я услышала рваный выдох со стороны Рона, взглянула на него сквозь пелену слёз и заметила, что его взгляд потух. Он умер. И мне даже не было жаль его. Может быть, я плохая дочь.

Я почувствовала прикосновение к моему лицу. Зейн открыл глаза и коснулся моей щеки рукой. Он провёл большим пальцем по влажной коже от носа к скуле, вытирая слёзы.

— Не плачь, мелкая! Так уж сложилась судьба… Я единственное жалею… — он закашлялся, и в уголках его губ появилась кровь, — о том, что не сказал тебе о своих чувствах раньше…

— Тссс! — принялась я мотать головой в ту же секунду. — Ничего не говори. Это только привязанность. Ничего более. Мы не могли быть всерьёз влюблены друг в друга. Мама и твой отец — родные брат и сестра. Понимаешь? Мы с тобой кровные родственники…

Зейн улыбнулся уголками губ. Из его глаза выкатилась слеза, напоминающая небольшой хрусталик, а дыхание остановилось. Рука, которая ещё несколько секунд назад гладила моё лицо, упала.

— Не-е-е-е-е-е-е-ет!!! — закричала я, захлёбываясь собственной болью. Я не готова была потерять Зейна. Не хотела принимать этот факт. Он ведь такой молодой! Ему ещё жить и жить!

Вместе с болью, разрывающей сердце и царапающей душу, я ощутила прилив небывалой силы. Она руководила мной, окутывала и заставляла двигаться дальше. К уничтожению Люцифера.

Я отпустила руку Зейна, бережно положив её на пол, и поднялась на ноги. Потрескавшиеся от сухости губы болели. Я облизнула их и двинулась вперёд. К Кьеру. Он сражался с Люцифером в компании нескольких, оставшихся в живых, спутников. Море крови пролилось из-за демона, которого я теперь готова была уничтожить собственными руками. Вокруг валялись эти создания без лиц, разинув свои рты. Они тоже могли бы жить…

Если бы не… Люцифер.

— Прости, детка, но тебе лучше бы держаться в стороне от этого месива, — шепнул мне на ухо Кьер, увернувшись от атаки Люцифера и оказавшись рядом со мной на несколько мгновений.

Однако я проигнорировала его напутствие. Ненависть к Люциферу была сильнее всего остального в эту секунду. Даже мелькнула мысль, что отец оказался прав, сказав, что тьма, которая есть у радужных драконов, слишком сильна. И я готова была направить её на чудовище, которое заслужило смерти.

Я ещё раз посмотрела на Зейна… Я не могла потерять и Кьера. Больше никто не умрёт от лап этого мерзкого демона.

— Тебе нужна я? — спросила громким голосом, стараясь привлечь к себе внимание. Люцифер замедлился, а затем направил в меня магическую цепь, что сковала горло.

Но я чувствовала, что всё делаю правильно. Я нащупала руку Кьера. Он пытался оттолкнуть меня, но не следовало этого делать. Мной будто бы руководил Всевышний в эту секунду. Казалось, что знания заложены в голове.

Внутри меня разливались гремучая боль от потери Зейна и ненависть, что передалась от отца вместе с силой радужного дракона. Во взгляде Люцифера на мгновение мелькнул страх. Страх, смешавшийся с вожделением. Он желал заполучить эту силу себе, но я не планировала делиться.

Я сжала руку Кьера и почувствовала, как мой поток энергии смешивается с его. Та цепь, которая связывала меня и Люцифера, в мгновение превратилась в его слабую точку. Он тряс рукой, пытаясь избавиться от этой магии, но ничего не получалось, а наша с Кьером энергия, радужная и золотая, мощным потоком направилась в демона, высасывая из него силы, опустошая его.

— Думаешь, что тебе удастся осуществить задуманное? — спросил демон, горько ухмыляясь.

Он не мог двигаться, не мог противостоять нам, но всё равно пытался показать, что ему доступно всевластие.

— Я не оценил твоего отца… Вероятно, ему удалось заделать наследников на стороне. В тебе не вся сила радужных драконов! Ты не сможешь убить меня, Эстер, — он уже стоял передо мной и Кьером на коленях, подчинённый и обессиленный, и я понимала, что он говорит правду. Сил было много, но их недостаточно, чтобы уничтожить его.

Вот только я и не собиралась убивать его. Я хотела, чтобы эта тварь жила в самом пекле Айдена, сокрушаясь тому, что его планы теперь никогда не воплотятся в реальность.

Лишённый сил Люцифер выглядел жалко. Он скорчился на обагрённом чужой кровью полу. Вот только я не могла успокоиться. То, что случилось с Зейном… Меня трясло, и я хотела, чтобы демон в полную меру ощутил на себе всю боль, которую причинял другим.

— Эстер! Эс! Малышка! — я обратила внимание на Кьера, что тряс меня за плечи, и расслабилась.— Как тебе удалось это? — спросил он.

— Понятия не имею… Я… Хотела отомстить ему за маму… и за Зейна… Мной будто бы руководил кто-то, — честно призналась я и опустила голову.

Я услышала знакомый голос и обернулась. Мистер Родриксон стоял за спиной с другими драконами, ангелами, гоблинами, орками и даже эльфами. Он смотрел на нас с Кьером восхищённым взглядом и улыбался.

— Люцифер долго будет восстанавливаться, — кивнул Родриксон. — Сотни лет… И выйти за границы Айдена ему не удастся.

Кьер притянул меня к себе и обнял, и я утонула на несколько мгновений в его объятиях. Прикрыла глаза, растворяясь в нём. Я наслаждалась тем, что он жив.

Цоканье, слетевшее с его губ, заставило обратить внимание на раны, покрывшиеся жёлтой коркой.

— Что это? — взволнованно спросила я.

— Привет от демона! Не бойся, детка, это не смертельно!

Его слова больно ударили по сознанию, возвращая в другую реальность, в ту, где больше нет Зейна. Я отстранилась от Кьера и вернулась к Зейну. Присела рядом и взяла его за руку. Его тело уже начало остывать. И было невероятно сложно признать это.

— Прости! Прости, что не уберегла тебя… Мы же обещали, что друг за друга горой! — из глаз катились крупными градинами слёзы.

Я ощутила прикосновение дрожащей руки к своему плечу и подняла взгляд. За спиной стояла мама. Она плакала, то ли от радости, то ли от горечи, что отец оказался предателем.

— Милая, ты можешь оживить его… — сказала она дрожащим голосом. — Он так похож на своего отца… Рон в юношестве был такой же.

— Ожи… Что? — я не верила собственным ушам. Голова шла кругом, а в висках стучало. Надежда снова зародилась в моём сердце, согревая его.

Если существует шанс оживить Зейна, я готова сделать что угодно.

— Если откажешься от силы ангелов, что течёт в твоей крови… И станешь чистокровным драконом.

Я не хотела отказываться от ипостаси ангела, потому что желала доказать, что полукровки — это не отдельный слой общества, а уникальный… Но ради Зейна готова была пойти на что угодно.

— Как я могу сделать это?

— Просто откажись от крыльев… Твоя сущность всё сделает за тебя.

Я кивнула и закрыла глаза.

На секунду показалось, словно я вижу себя в виде ангела со стороны… И та, вторая я, не совсем довольна выбором.

— Ты уверена, что готова разделиться со мной?

Во мне не было и тени сомнения. Конечно же, готова. Ради Зейна.

— Прости, пожалуйста, прости меня… Я бы не стала отказываться, но он должен жить. Ты часть меня. Важная часть, и ты должна понимать, как сильно он мне дорог.

— Я знаю, — ответила вторая я. — Будет больно!

— Я вытерплю! — кивнула ей в ответ и прикрыла глаза.

И тело начало сотрясать с такой силой, что казалось, словно я падаю с огромной высоты, а затем появилась нестерпимая боль в районе груди, будто бы часть меня отрывают. Так и было на самом деле. Поток белого света вышел из меня и устремился в Зейна.

Часть 40

Всё складывалось так, как складывалось. Я видел, какой силой обладает моя малышка, и это, безусловно, пугало. Даже в какой-то степени отталкивало, стоило только вспомнить слова Люцифера о том, что я чернь и ею останусь.

Когда она оживила своего братца, как оказалось, пусть и дальнего, но родственника, я убедился в том, что должен стать лучше, чтобы соответствовать своей девочке.

Мы вернулись в академию после того, как Айден был полностью запечатан. Немало союзников полегло в этой битве, но оно того стоило. Больше Люцифер не сможет строить свои коварные планы и настраивать расы друг против друга. Никто не подойдёт и близко к Айдену, а значит, у твари не будет шансов заполучить чужую энергию.

Жаль, конечно, что не удалось убить его, но мистер Родриксон уверил, что магический барьер, который окружает треклятое логово, сильный. Никому не удастся его преодолеть.

— Тебе следует обратиться к лекарям, — кивнул Родриксон в сторону раны на моей груди, о которой я уже забыл.

Я пытался отыскать взглядом Эстер в толпе возвращающихся, и когда заметил её с этим ангелочком и мамой, слегка расстроился.

— Ей нужно время… У Эстер появился шанс обрести настоящую семью… Тебе следует дать ей во всём разобраться и немного побыть с ними…

Я кивнул. Конечно, я не собирался лишать её счастья воссоединения с семьёй. Мне и самому требовалось время для того, чтобы восстановиться и всё обдумать. Слишком многое произошло. Слишком много новостей свалилось на голову, словно ушат помоев, неожиданно выплеснутый из окна.

— Кьер, — остановил меня мистер Родриксон, когда я направился к кабинету лекаря.

Я обернулся и заметил в его взгляде гордость. Он радовался тому, что наставления не остались напрасными. Несколько секунд и уверенных шагов навстречу друг к другу, и он обнял меня, похлопывая по спине.

— Я горжусь тобой, сынок! Всегда гордился!

Мне было приятно слышать эти слова, хотя я и без них понимал, что так и есть. Родриксон стал для меня отцом, когда родного убили, и я рад, что я смог оправдать его ожидания.


Лекарь наложил марлевую повязку с травами и при помощи магии избавил меня от грязи и слизи демонов. Я бы с удовольствием попарился в горячей водичке, но водные процедуры запретили на несколько дней, пока раны не затянутся.

Едва я вышел из его кабинета, пошатнулся от неожиданности, потому что Эстер налетела на меня и повисла на шее. Я прикрыл глаза, наслаждаясь её близостью. Малышка дрожала в моих руках и прижималась теснее. А я хотел взять её на руки, унести к себе, обнять и уснуть рядом, но не смел забирать её у только что обретённой матери.

— Кьер, я так боялась, что больше никогда не увижу тебя, — прошептала малышка. — Мне не следовало уходить тогда из кабинета Родриксона. Я должна была выслушать тебя. И сейчас я спрошу прямо: Кьер, я нужна была тебе для того, чтобы стать золотым?

— Малышка, это долгая история!

— Просто скажи да или нет, Кьер! Мне это очень важно знать, — она смотрела мне в глаза с такой надеждой, что внутри всё сводило.

— Нет! Я не хотел становиться золотым, детка!

Я не успел ничего дополнить, потому что она встала на носочки и впилась в мои губы своими требовательным поцелуем, словно я был единственным источником кислорода в этот момент. И от одной только мысли, что мы единственные друг для друга, в голове взрывались фейерверки счастья.

Мои руки скользнули по спине малышки, ладони остановились на её лопатках. Я прижимал её к себе, наплевав на то, что слегка пощипывает места ранения. Я хотел чувствовать её всю. Мою трепетную девочку, от которой я, дурак, пытался отказаться.

— Кьер, я должна убедиться, что с мамой всё хорошо… А потом вернусь к тебе… Ладно? — спросила она, отстраняясь от меня.

Я не хотел отпускать свою девочку, но не смел удерживать её. Боялся, что если уйду, то она снова пропадёт, хотя и знал — угроза вроде бы миновала.

Вспомнив о том, что обещал мистеру Родриксону встретиться с ним сразу после осмотра лекарем, поцеловал малышку в висок и направился в кабинет ректора.

В этот раз я постучался, прежде чем зайти, даже сам удивляясь разительным переменам, которые начали происходить во мне.

— Не думал, что это ты, — ухмыльнулся ректор. — Найю и Достана перевели в другую академию.

Семью Сильвера лишили всех титулов и званий за то, что их сын связался с Люцифером.


Это были радостные новости. Я не кровожадный, но тех, кто не думает своей головой, следует наказывать.

— Есть ещё кое-что, Кьер! Ты должен пройти ускоренный курс обучения, потому что расы хотят как можно быстрее короновать своего правителя.

— Сколько у меня есть времени? — спросил я, словно обреченный на муки адские.

— Неделя. Через неделю ты должен сесть на трон.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ У меня ноги подкосились, если честно, от таких новостей. Неделя. У меня есть неделя, а потом я стану тем, кем не собирался становиться. Шикарно.

Эпилог

Неделя… Мне всегда казалось, что это так мало, но как же много я успел узнать и постичь за это время. Даже начал жалеть, что раньше вёл другой образ жизни, ведь в ином случае целую неделю провёл бы с малышкой, а не с педагогами и ректорами. Её я видел крайне редко в это время, потому что она так же активно обучалась, зато наши встречи сопровождались такими вспышками страсти и того, что называют химией, что почву из-под ног выбивало. И я понимал, как сильно люблю свою вторую половинку. Как бы ни пытался отвергать существование соулмейтов раньше и тот факт, что за меня уже сделан выбор, я радовался, что именно она стала моей второй половинкой, и знал, что поспорил бы с судьбой, окажись всё иначе.

— Ты смотришь на меня так, словно увидела привидение, детка! Пожалуйста, скажи, что всё нормально, и я не стал превращаться в зелёную козявку, — ухмыльнулся я, когда мы с Эстер стояли в небольшой комнате, отведённой для подготовки, одни.

На сегодня назначена церемония, и я не мог не надеть костюм, который, казалось, чертовски подходил к моей новой внешности, вот только был до ужаса неудобен. Я бы лучше надел джинсы на самом деле. Кстати, джинсы — это та самая вещь, полезная вещь, что прилетела к нам из другого мира через образовавшуюся расщелину. Оттуда частенько прилетает что-то, но интересное можно отыскать крайне редко. И на днях мне удалось найти ещё кое-что: журнал… В нём было написано, как сделать женщине предложение руки и сердца — пафосная фраза, на мой взгляд, но я зацепился. Колечко давненько хранилось у меня в арсенале, и я подумал, что коронация — это отличный повод объявить имя своей королевы.

— Ты выглядишь необычно в этом костюме и… Никак не могу привыкнуть к твоей новой внешности…

— Если тебе больше нравятся брюнеты, я могу покраситься… Без проблем, — пожимаю я плечами, думая о том, что в лавке Хэлвика наверняка найдётся что-нибудь интересное.

К слову, этого гоблина простили за продажу зелий, но поставили на особенный контроль. Теперь каждую его поставку тщательно проверяют, как и внимательно наблюдают за его лавкой: кто приходит, кто уходит и прочее.

— Нет! Ты мне очень нравишься любым, — моя девочка покраснела, а меня почему-то задели её слова.

Конечно, у нас не было времени для того, чтобы признаться друг другу в любви, но я всё же надеялся, что чувства между нами нечто большее, чем просто симпатия. Я рассчитывал, как минимум, на любовь до конца жизни… Хотя в идеале было бы встретиться перерождёнными после смерти в иных мирах.

— Эстер, прежде чем мы выйдем туда, я хотел бы кое-что тебе сказать… — я подошёл к ней и взял за руки, заглядывая прямо в глаза.

— Кьер, тебе следовало бы отрепетировать речь… Ты ведь приготовил речь? — принялась убалтывать меня малышка.

— Речь? Даже не думал об этом… Я хотел сказать тебе, что был полным дураком, когда пытался отказаться от тебя… Я хотел сбежать и начать путешествовать по миру, но я никогда не был бы счастлив там. Я люблю тебя, малышка!

Она приоткрыла рот, чтобы сказать что-то в ответ, но в комнату вошёл мистер Родриксон. В отличие от меня ректор не выбивался из привычного образа, потому что постоянно ходил в костюме… Если только надел вместо сине-голубой (цвет аквамариновых драконов) жилетки синий пиджак. Но и в нём он выглядел вполне себе ничего.

— Кьер, Эстер, пора выходить! — кивнул он в сторону торжественного зала, где уже собрались правители всех рас.

Я не услышал ответного признания, но Эстер взяла меня за руку и улыбнулась. И я радовался этому.

А едва вышел вместе с ней в зал коронации, сжал её руку сильнее и ощутил страх, который сковывал с самого начала, с того момента, как Родриксон сказал, что я должен буду стать правителем.

— Я не готовил речь, — начал я. Немного осмелев, отпустил руку Эстер и вышел вперёд. Представители всех рас сидели за столами, расставленными вдоль стен. Это был тронный зал моего отца. Место, где уже давно не было столько гостей. — Я должен сказать вам, что не рос, как наследный принц. Я рос среди тех, кого считают чернью. Меня всегда считали чернью, как и я сам. Я не думал, что когда-то смогу вернуться к тому, кем родился. Я не хотел этого. Не гнался за властью, но ради мира! Настоящего мира! — на последней фразе я сделал акцент. — Я сделаю то, что должен: я займу этот трон и буду оберегать ваше спокойствие. Вместе мы сможем добиться того, чего не добились наши родители! Все расы… — я подумал о демонах, которых мы закрыли в Айдене и поправился: — практически все… Как бы прискорбно не было это признать, доверять демонам нельзя. Они посеяли в сердцах многих из нас смуту, столкнули ангелов и драконов много лет назад, обернув всё так, словно крылатые белоснежные создания убили

правителя… Однако теперь они заперты за границами территории Айдена. У нас есть шанс объединиться всем вместе. Вопрос в том, готовы ли начать на самом деле доверять друг другу, снять запреты на перелёты и обращения других рас на своих территориях. Готовы ли на самом деле стать друг для друга друзьями?

Я замолчал, и на несколько секунд повисла напряжённая тишина. Молчание, которое заставило меня внутренне сжиматься от страха, что всё и правда провалится. Но тишина нарушилась, когда поднялся на ноги правитель ангелов и поднял свой кубок.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ — Я согласен с решением единого короля!

— Я тоже! — последовал глава гоблинов.

Все медленно присоединились к нашему союзу. Я радовался этому моменту, но сильнее радовался тому, что моя малышка рядом со мной, поддерживает и помогает бороться со страхами.

— Я рад тому, что этот миг наступил! — произнёс Родриксон, приближаясь ко мне с магическим договором, подписанным всеми расами. — Я мечтал, когда, наконец, смогу объявить Кьера, золотого дракона, нашим единым правителем.

Я встал на колено и склонил голову, позволяя ему надеть на меня корону. Это трогательно и волнительно, но я желал, чтобы и мою королеву сразу приняли, поэтому едва Родриксон завершил, я обернулся в её сторону. На глазах малышки застыли слёзы. Я встал на ноги и обвёл взглядом всех присутствующих.

— Я хотел бы обратиться к той, что разрушила моё проклятие и заставила поверить в себя. Это радужный дракон, девушка, благодаря которой нам удалось лишить Люцифера сил… Эстер…

Она сделала несколько несмелых шагов в мою сторону и улыбнулась. Я обнял её за талию одной рукой, а второй достал из кармана и сжал в руке кольцо, которое хотел надеть на её палец, но не решался, ведь она так и не сказала заветные слова.

— Я тоже тебя люблю, — встала на носочки и прошептала мне на ухо Эстер.

В этот момент у меня из головы вылетели все способы того, как головокружительно сделать девушке предложение руки и сердца, которые я продумывал и разучивал. Слова тоже все растворились. Я протянул ей раскрытую руку, на которой лежало кольцо династии золотых драконов.

— Ты станешь моей королевой? — задал вопрос дрожащим голосом, обратив внимание на то, что все смотрят на нас и ждут её ответа.

* * *

Я взяла кольцо из руки Кьера, сотрясаясь от неожиданности, и надела на безымянный палец. Внутри столько эмоций бушевало. Я даже не знала, что тут можно ещё сказать. Просто кивала и чувствовала, что слёзы обжигают щёки.

— Да здравствуют наши правители! — воскликнули в один голос все присутствующие в зале и подняли бокалы, а маги принялись поздравлять нас вспышками света и взрывами небольших фейерверков.

В эту же ночь мы с Кьером прошли через тот самый процесс, который он назвал инициацией…

* * *

Спустя пятьдесят дней (одно новолуние)

Мы с Кьером стали мужем и женой. У драконов, как оказалось, не принято устраивать праздничные церемонии, но, так или иначе, я была полукровкой, а он единым правителем всех рас, царём, поэтому мы просто не могли отказать себе в такой слабости, как празднование того, что стали настоящей семьёй.

Мама уже пришла в себя и почти восстановилась благодаря целебной магии. Она много времени проводила с мистером Родриксоном, который и сам ожил. Честно, я была бы даже рада, получись у них что-то серьёзное, потому что за тринадцать циклов, которые мама пробыла в темнице Люцифера, она разучилась радоваться, а рядом с ректором расцветала — видимо, любовь к драконам заложена у нас с ней в крови. И ректор достоин счастья. Мистер Родриксон хороший человек.

Зейн перебрался в Айрис, где теперь жили не только драконы и гоблины, но и остальные расы. Мы больше не боялись друг друга, и это было прекрасно. Ангелам пока доверяли слабо, потому что они легко подвергались демоническому внушению, но пока Люцифер в Айдене, никому ничто не угрожало.

Эми начала потихонечку восстанавливаться. Магия помогла ей взять контроль над своим разумом, который был порабощен до этого момента Люцифером, и пережить потерю мужа. Она предпочла остаться в поместье, а после лечения решила взять на себя заботу о малышках-полукровках из приюта, который мы строим на границе. Я убедила Кьера, что это важно — уделить особое внимание полукровкам, особенно тем, кто остался без родителей. Они не должны чувствовать себя изгоями общества, они должны оставаться его частью. И тот факт, что они не хуже остальных, следует прививать с самого детства. Кроме того, мне удалось добиться разрешения обучаться полукровкам там, где они захотят.

— Вы надолго улетаете? — приблизился ко мне Зейн, когда я стояла у окна в тронном зале и смотрела на оживлённый город.

Я обняла его и улыбнулась.

— Не знаю. Кьер хотел посмотреть мир… Кроме того, теперь своего правителя желают видеть у себя все народы.

— Я рад за тебя…

— Почему такой грустный? — я нахмурилась.

— Мне жаль, что из-за меня ты лишилась ангельской сущности, но я так и не поблагодарил тебя за то, что дала мне второй шанс, вдохнула в меня жизнь. Спасибо. А ещё прости…

— За что?

— Я убил твоего отца, — Зейн стиснул зубы.

Желваки на его лице начали напряжённо дёргаться.

— Это был не мой отец. Это было чудовище. Ты всё сделал правильно… — постаралась успокоить его я, сжимая руку.

Со стороны входной двери послышался голос Кьера:

— Не были бы вы кровными родственниками, я бы исключил Зейна из королевского совета из-за ревности! — ухмыльнулся он, приблизился ко мне и поцеловал.

— Не будь ты её мужем, я бы ни за что не вошёл в этот совет… А так приходится следить за тобой, — поддел его Зейн.

Кьер и Зейн пожали друг другу руки, и мы с мужем направились на крышу, откуда удобнее было взлетать.

Добравшись до крыши, мы остановились. Кьер прижал меня к себе и заглянул в глаза.

— Когда-то я мечтал об этих путешествиях, но и предположить не мог, какими прекрасными они могут оказаться в компании с любимой женщиной.

— Дракошей, — ухмыльнулась я и в несколько мгновений начала превращаться.

Я научилась быстро обращаться и почти не чувствовала боли от этого. А ещё с помощью мистера Салена мне удалось научиться контролировать своё драконье тело в полёте. И это были непередаваемые ощущения.

— Я люблю тебя, красавица! — погладил меня Кьер по мордашке и начал обращаться сам.

Я заурчала в ответ.

* * *

Хэлвик подпрыгнул на месте от радости и захлопал в ладоши. Ему, наконец-то, удалось восстановить кулон, который был на Эстер. Выкрасть его у Кьера не составило труда, это было условием сделки с Люцифером. И вот сейчас, когда кулон был полностью восстановлен, Хэлвик смотрел на кровь, переливающуюся в потрескавшемся хрусталике, и улыбался.

Он приблизился к магическому артефакту в виде мощного мраморного круга, который нашел давно, но не мог активировать без этого кулона, и приложил его в нужное место. Артефакт начал действовать.

— Задавай вопросы, хозяин! — просипел артефакт.

— Мир установился? Люцифер больше не вернётся? Я могу, наконец, обосноваться и пробудить свою семью?

— Слишком много вопросов… Но я отвечу. Мир установился, но Люцифер слишком хитёр… Возможно, однажды он вернётся… Ты можешь пробудить свою семью. Если Люфицер и вернется, это случится совсем нескоро.

Хэлвик задумался. При помощи магии он обратил свою жену и двух детей в кукол, чтобы они были в безопасности… И вот теперь он желал вернуть их, чтобы воссоединиться с семьёй, но слова о том, что однажды Люцифер может вернуться не радовали.

Совершенно.

Впрочем, время, чтобы побыть счастливыми, ещё есть, поэтому он подошёл к куклам и начал произносить заклинание, готовясь вновь обрести семью.

Конец



Оглавление

  • Часть 1
  • Часть 2
  • Часть 3
  • Часть 4
  • Часть 5
  • Часть 6
  • Часть 7
  • Часть 8
  • Часть 9
  • Часть 10
  •  Часть 11
  • Часть 12
  • Часть 13
  • Часть 14
  • Часть 15
  • Часть 16
  • Часть 17
  • Часть 18
  • Часть 19
  • Часть 20
  • Часть 21
  • Часть 22
  • Часть 23
  • Часть 24
  • Часть 25
  • Часть 26
  • Часть 27
  • Часть 28
  • Часть 29
  • Часть 30
  • Часть 31
  • Часть 32
  • Часть 33
  • Часть 34
  • Часть 35
  • Часть 36
  • Часть 37
  • Часть 38
  • Часть 39
  • Часть 40
  • Эпилог