Колобок идет по следу. Сказка (fb2)


Настройки текста:







Однажды по радио в Москве передавали рекламу Центрального детского парка.

Диктор читал стихотворение:

Спеши сюда, не мешкай:
Здесь ослик есть
С тележкой.
Есть школа танцев в парке,
Кружок электросварки.
Здесь всё, что
Людям надо:
Буфет, балет, эстрада,
Купальни для купанья
И лодки для катанья.
Ещё есть тир отменный,
Спортивный и военный.
И будьте в нашем тире,
Как в собственной квартире.
На радость бабушек и дедов
Здесь есть прокат
Велосипедов.

И все радиослушатели, которые не выключили приёмники, с удовольствием слушали эту рекламу. Одно сообщение было интереснее другого. Но особенно всех поразили такие строчки:

Там , где неведомые Д,
Есть Неотложный ПДД.

Слушатели сразу задумались - и стали спрашивать друг у друга:

- Что это такое - неведомые Д? Не знаете? Жалко. А что это такое - неотложный ПДД? Тоже не знаете? Тоже жалко.

Они звонили друг другу по телефону и выясняли этот загадочный вопрос. А всё объяснялось очень просто. Неведомые Д - это неведомые дорожки. А Неотложный ПДД - Неотложный Пункт Добрых Дел.

Да, в глубине парка на неведомых дорожках около фонтана стоял дом с вывеской:

Внутри дома, заложив руки за спину, нервно расхаживал сам Колобок, как небольших размеров тигр, такой малогабаритный, игрушечный.

- Сегодня у нас будет много работы, - сказал Колобок. - Я это предвижу.

- Почему, товарищ начальник? - чётко, по-военному, удивился Булочкин. Он был слегка военизирован - носил погончики на куртке и всё делал строго по-армейски. - Есть какие-то неведомые причины?

- Потому что о нас только что по радио передавали. - И он с удовольствием повторил: - «Там, где неведомые Д, есть Неотложный ПДД».

Только он это сказал, сразу зазвонил телефон.

- Колобок у аппарата, - сказал Колобок.

- Колобок, Колобок, - сказал чей-то голос, - у нас в подъезде кто-то постоянно чёртика рисует.

- Чем рисует? - спросил Колобок.

- Всем рисует. Мелом рисует, углём рисует, стеклом царапает.

- На чём рисует?

- На всём рисует. На стенах рисует, на дверях рисует, на лифте царапает.

- Хорошо, - сказал Колобок. - Заказ принят. Принесите копию чёртика. Отыщем рисовальщика.

Только он положил трубку, вошёл высокий, очень элегантный гражданин.

- Здравствуйте. Говорят, вы делаете чудеса.

- Стараемся, - скромно ответил Булочкин. - Служим делу. Которому служим.

- А что у вас? - спросил Колобок. - С чем вы пришли?

- Не можем сына оторвать от телевизора. Просто беда какая-то!

- Хорошо отрывали? - спросил Колобок. - Рыбками завлекали? На природу возили? К лыжному спорту приучали?

- Пробовали, - ответил гражданин, - но всё бесполезно. Он как загипнотизированный. Когда телевизор увидит - про рыбок, про лыжи, про всё забывает. Вчера он на улице целый час стоял у витрины «Радиотоваров». «Увеличим поголовье кур» смотрел.

- Может, он хозяйственной птицей интересуется? - предположил Булочкин.

- Он «Спокойной ночи, малыши» интересуется. «Прогнозом погоды на завтра» интересуется. И даже циклом «Новый домостроительный комбинат каждому городу» интересуется.

- Трудом воспитывали? - перебил гражданина Колобок. - Рабочее воспитание применяли?

- Применяли. Он картошку чистит без отрыва от телевизора. Полы моет тоже без отрыва от телевизора.

- Да, трудный случай! - задумался Колобок. Он снял с головы кожаную шляпу и вытер носовым платком лоб.

И тут у него на голове засверкала синяя милицейская лампа.

- И знаете, что интересно… - начал говорить посетитель.

Но Булочкин остановил его:

- Когда он так сверкает, ничего говорить не надо. Начальник думает. Как перестанет сверкать - пожалуйста.

Как раз Колобок отсверкался.

- Вот что, - сказал он. - Сегодня к вам зайдёт наш сотрудник в чёрной маске. Напугает всех пистолетом и совершит ограбление: вытащит из телевизора предохранители. Ваш телевизор умолкнет.

- Спасибо! - ответил элегантный папа. - Это прекрасный выход.

- Только проследите, пожалуйста, чтобы этот заколдованный ребёнок нашего сотрудника утюгом не треснул.

- Не беспокойтесь, мы все утюги спрячем…

- И гантели, - добавил Булочкин.

- И гантели, - согласился элегантный папа. - Только…

- И сковородки, - перечислял Булочкин.

- И сковородки тоже. Только…

- И половники.

- И половники уберём, - пообещал родитель телемальчика. - Только выведите из строя этот телевизор. Мы будем очень счастливы.

Булочкин проводил папу до двери:

- И будильники спрячьте.

- Непременно. Одни шкафы останутся.

- Эх, - сказал Булочкин, - нет у нас ни одного серьёзного дела. Мой дедушка, парикмахер, часто говорил мне: «Будьте проще, и народ к вам потянется». Мы просты, мы очень просты, но никто не идёт.

И тут послышался стук в дверь.

- Минутку! - сказал Колобок. Он сел за стол, взял в руки огромное увеличительное стекло и внимательно стал рассматривать какой-то окурок. - Войдите!

Булочкин распахнул дверь, и вошла пожилая гражданка молодёжно-спортивного типа с судками. Колобок посмотрел на неё пронизывающими глазами.

- Вы очень взволнованы, - сказал он.

- Как вы догадались?

- У вас пальто наизнанку и на голове кашпо.

- Батюшки! - закричала гражданка, снимая с головы пластмассовую подставку для цветов. - Это действительно так. У меня ребёнок пропал, внук, дошкольник. Его украли!

- Дошкольник? - удивился Колобок. - Кому он нужен?

Мама-бабушка спортивного типа загремела кастрюлями:

- Как - кому? Такой ребёнок всем нужен. Это гениальный мальчик! Будущий учёный! Будущий физик, скрипач! Будущий академик! Будущая гордость страны! Это же тысячи научных открытий!

- Значит, его похитили… - понял Булочкин. - Утечка мозгов.

Бабушка ошарашенно посмотрела на Булочкина.

- Я и сама это подозревала. Его украли…

- Инопланетяне, - стал развивать свою мысль Булочкин. - Инопланетянщина. Летающие тарелки… Или ещё того хуже - летающие чайники.

Бабушка сразу согласилась с ним:

- Это дело рук летающих чайников. Смотрите, что я обнаружила на столе!

Она положила на стол перед Колобком записку. Он надел очки и стал похож уже не на мелкого тигра, а на уютную бабушку.

- Видите, - сказала пожилая спортсменка. - Записка написана с явным незнанием языка. Наши так плохо писать не могут. Моего Васю украли инопланетяне.

- Шеф, - спросил Булочкин, - а зачем им понадобился шест?

- Это не шест, а шесть котлет, - ответил Колобок. - А вот что такое - бел. пл.?

- Я думаю, это белый плов. Еда такая, - догадался Булочкин.

- Бедный мой Вася! - сказала гостья, и из её глаз выкатились две крупногабаритные слезы.

- Не плачьте, гражданка… Как ваша фамилия?

- Петрова… - ответила посетительница. - Вера Антоновна.

- Не плачьте, гражданка Вера Антоновна, - сказал Колобок. - Смело идите домой. Мы отыщем вашего Васю. Вы правильно сделали, что пришли к нам.

- А продукты? - Бабушка растерянно посмотрела на кастрюли.

Тут вмешался Булочкин:

- Продукты смело оставляйте нам. Мы их будем смело исследовать. Вы пришли к нам, мы вам поможем!

Грустная-прегрустная Вера Антоновна отправилась домой. А Колобок и Булочкин сели за рабочий стол и начали мыслить.


В НПДД было тепло и уютно. Журчал чайник на маленькой электроплитке. Зелёную карту детского парка на стене тронули первые сумерки. За окном тихо падали большие парковые листья.

- Хотелось бы знать, чем объект обычно занимается в течение дня, - высказал своё желание Колобок.

- Научная работа! Спорт! - предположил Булочкин. - Посещение библиотек.

- Хорошо бы знать точно.

- Шеф, - сказал Булочкин. - У меня есть идея. Давайте отправим меня в командировку на место проживания объекта. С заданием изучить его обычный день. Я бы всё выяснил: что он ел, где он был и как его могли украсть. Свидетелей бы спросил.

- Прекрасная светлая мысль! - решил Колобок. - Отправляйтесь на место проживания объекта. Вот вам радио-переговорное устройство. О каждом шаге докладывайте.

Булочкин взял передатчик и стал надевать пальто шинельного типа.

- Сверим часы, шеф.

- Сверим.

Их часы шли нога в ногу. Булочкин твёрдым, решительным шагом направился по адресу пропавшего мальчика. Колобок продолжал размышлять.

Он разложил на столе судки и продукты, которые принесла спортивная бабушка, и погрузился в раздумье.

- Здесь шесть штук котлет и одна вилка. Значит, похитителей шестеро. Вилка - для главаря.

Погружённый в размышления, он незаметно для себя съел котлету. В это время раздался сигнал радиопередатчика. Из него донеслось:

- Я Булочкин. Я Булочкин. Прибыл на место проживания объекта. Гражданка Петрова настаивает на укладывании в дошкольную кровать. Производить укладывание?

- Производите, производите, - распорядился Колобок.

И Булочкин, не споря, быстро нырнул в дошкольную кровать.

Она была ему несколько мала, но он привык к суровым неожиданностям жизни. А бабушка Петрова уютно пела ему:

Спи, моя радость, усни.
В доме погасли огни…
Птички умолкли в саду.
Рыбки уснули в пруду.

- Гражданка Петрова, разрешите уточнить, - спросил Булочкин. - В какое именно время в саду замолкли птички?

- В двадцать один ноль-ноль! - дала показания бабушка.

- Запомним! - твёрдо решил Булочкин. И быстро уснул.

Комната похищенного дошкольника Петрова наполнилась чернотой ночи.

А Колобок не спал. Он думал:

«Почему три пакета молока? Почему три? Ключ в этих пакетах».

Он достал ножницы, разрезал пакет и налил молоко в стакан. Потом посмотрел на него через увеличительное стекло. Молока стало больше. Машинально Колобок съел ещё одну котлету. И тут его осенило:

- Один человек может съесть две котлеты. Значит, их трое. Вот почему три пакета. Вот в чём секрет.

Утомлённый, он задремал, положив голову на стол. Во сне синяя лампа у него на голове еле тлела. Но спал он недолго. Рано утром заговорил радиопередатчик на столе.

- Алло, Колобок? Это я, Булочкин. Произвожу вставание. Гражданка Петрова предлагает бежать трусцой вокруг квартала. Какие будут указания?

- Трусите… То есть трусците… В общем, делайте всё, что положено. Мы должны исследовать весь режим дошкольника от утра до глубокой ночи.

Булочкин и Вера Антоновна побежали. Сумерки лежали над кварталом. И Булочкин увидел, как много в городе ночных спортсменов. Они были в самых разных одеждах. Одни бежали в ботинках, другие в шлёпанцах на босу ногу. И бежали они с разной скоростью и во все стороны.

Пробежав около километра, Булочкин и Вера Антоновна прибежали домой завтракать.

Завтрак был простой: мягкий хлеб, две котлеты и молоко.

- Мой Вася очень любил молоко! - сказала бабушка, подавая Булочкину передничек в горошек и очень симпатичный слюнявчик.

- А яйца всмятку он не любил? - намекнул Булочкин. - Или кашу рисовую?

- Терпеть не мог, - ответила бабушка.

- А сосиски? - продолжал свою линию Булочкин.

- Никаких сосисок! - сказала бабушка. - От них бывает потолстение. Уж в крайнем случае кефир.

После завтрака Булочкина повели на сквер в группу с английским языком. И он с большим интересом присоединился к десятку малышей в ярких и разных комбинезонах. Дети в группе были все вежливые, хорошо воспитанные, но очень кислые. Они разговаривали примерно так:

- Мальчик, мальчик, вы мешаете мне идти. Можно я стукну вас лопаткой?

- О, я буду просто счастлив!

- Маруся, Маруся! - строго говорила воспитательница с английским акцентом. - Прекрати свою лопаточную агрессию.

Булочкин передал Колобку по рации:

- Алло, алло! Это я, Булочкин. Похищение ребёнка из сквера летающими чайниками невозможно. Вокруг отдыхают наши пенсионеры. Отобьют.

- Вас понял, - ответил Колобок. - Следуйте дальше по режиму дня.

Сам Колобок сидел в НПДД и рассматривал котлету под микроскопом. В волнении он съел её.

- Почему одна вилка? Почему одна вилка?

Тут ему в голову пришла простая мысль:

- Если я съел три котлеты, то и эти люди могут съесть каждый по три котлеты. Значит, их двое: мальчик и похититель. Вилка - для похитителя. Ребёнка он заставляет есть руками. Круг сужается.

А Булочкин уже был в музыкальном классе, где пропавший Вася приучался к большому искусству. Булочкин тоже играл на флейте. Не отрываясь от инструмента, он изредка спрашивал у строгой преподавательницы:

- Подходы у вас просматриваются? Места для высадки летающих чайников есть?

Преподавательница отвечала:

- Не отвлекайтесь, обучаемый. Все разговоры после того, как освоите гаммы. При чём тут летающие чайники? Вас должен интересовать «Полёт шмеля».

Рядом с Булочкиным упоённо дули в обе щеки два мальчика. Они ему отвечали:

- Подходы у нас просматриваются, фью-фью. Чайники у нас не летали, фью-ю-ю-фр!

Только суровая, почти армейская дисциплина смогла удержать Булочкина у флейты. Он просидел как приклеенный около часа.

Преподавательница даже сказала Вере Антоновне:

- Ваш мальчик явно делает успехи! Он стал усидчивым.

Хотя Булочкин был далеко не мальчик, а человек средних лет. Видно, музыка настолько захлёстывала учительницу, что она, кроме нот и клавиш, ничего другого просто не замечала.


В конце концов Булочкин положил флейту на пюпитр и на цыпочках подошёл к окну. Он слез вниз по водосточной трубе. Осмотрелся и увидел Веру Антоновну.

- Куда теперь? - спросил он у спортивной бабушки.

- Фигурное катание! - ответила она. - Каток юных пионеров.

Всё дальнейшее Булочкин помнит как во сне.

Они пришли на стадион. И Булочкину вручили фигурные коньки. И пока бабушка в группе других родителей узнавала последние московские новости, Булочкин с детьми тренировался на будущего чемпиона мира.

- Делаем приседания, - говорила девушка-тренер. - Идём гусиным шагом.

Булочкин присел, а идти гусиным шагом уже не мог, потому что он просто сидел на льду.

- Теперь делаем ласточку! - приказала девушка. - Новенький, новенький, когда делают ласточку, руками за лёд не держатся.

Дети яркими пчёлками катались вокруг Булочкина, а он никак не мог выпустить из рук каток. Наконец на лёд выбежала Вера Антоновна и утащила его в раздевалку.

И тут его вызвал по рации Колобок.

- Булочкин, Булочкин, спроси, пожалуйста, у бабушки, что любил есть внук Вася?

- А чего тут спрашивать, - ответил Булочкин. - Молоко и котлеты. В крайнем случае кефир.

- Отлично. Продолжайте исследовать режим. А почему я слышу треск? - спросил Колобок. - Это что, радиопомехи?

- Нет. Это я на стенку налетел.

- Ничего, держитесь! - приказал Колобок и выключил радио.

- Что там ещё осталось? - спросил Булочкин, пытаясь снять конёк.

- Рисование. Лучшие произведения мировой живописи - шедевры. Бассейн.

- И где эти лучшие шедевры? - спросил Булочкин.

- Во Дворце пионеров.

- Шедевров не будет! - решительно сказал Булочкин. - Отменяются. Из Дворца пионеров мальчика похитить не могли. Руки у чайников коротки, вернее, носики. Держим путь прямо в бассейн.

По дороге Булочкин всё выведывал у Веры Антоновны: глубоко ли в бассейне, есть ли там спасательные круги.

Боевой друг Колобка не умел плавать.

Вера Антоновна спросила:

- Сегодня у нас понедельник?

- Понедельник, - ответил Булочкин.

- Какая радость! - сказала Вера Антоновна. - Значит, Сергей Сергеевич свободен.

- А кто это - Сергей Сергеевич? - насторожился Булочкин.

- Учитель математики. По дороге зайдём к нему на пару часиков. Будем решать задачи.

У Булочкина потемнело в глазах. Ему захотелось назад к Колобку - задерживать нарушителей дисциплины, перебираться по верёвке через пропасти, исследовать копии чёртиков.

Но отступать он не любил.

Тем временем в НПДД Колобок успешно исследовал котлеты. Их не осталось ни одной.

- Но если я один съел все котлеты, их мог съесть и этот инопланечайник… который похитил. То есть тот, которого похитили.

Сначала у Колобка в голове всё затуманилось, а потом прояснилось. Сначала всё перепуталось, а потом всё стало на свои места. Именно в это время дверь НПДД распахнулась, и в комнату влетел Булочкин. На нём были ласты и плавки. В руках он держал пальто шинельного типа, курточку с погончиками и всю остальную одежду.

- Шеф, - сказал он. - У меня версия. Никакого мальчика не было. Ни один нормальный ребёнок не может выдержать такой жизни. Он от неё сбежит.

Только Булочкин закончил фразу, в пункт вбежала Вера Антоновна.

- Караул! Украли! Всё пропадает.

- Кого украли? - спокойно спросил Колобок.

- Вашего Батончикова.

- У нас нет такого сотрудника, - ответил Колобок.

- Значит, Ватрушкина.

- И такого нет.

- Значит, Курочкина.

- Вы хотите сказать, Булочкина, - вышел Булочкин из угла.

- Да, именно его украли.

- Как видите, он нашёлся, - твёрдо сказал Колобок. - Скоро и вашего Васю найдём. Осталось только выяснить, что это такое - бел. пл. около нов. гор.?

- Я же говорил - это белый плов, - сказал Булочкин.

- Нет. Я думаю, это совсем другое.

Колобок наклонился к Булочкину и сказал ему на ухо:

- Бел. пл. - это белая плита. А нов. гор. - это новый горнист. Я недавно видел одного нов. гор. у одной лод. стан.

- Где-где? - переспросил Булочкин.

- У одной лодочной станции.

Колобок повернулся к посетительнице:

- Гражданка Вера Антоновна, вы остаётесь за старшую. Мы идём на операцию.

- А кого будут оперировать? - испуганно спросила Вера Антоновна. - Вы что - ещё и врач?

- У нас версия, бабуся, - успокоил её Булочкин. - Идти на операцию - значит, кого-то задерживать. Давайте ваши кастрюли.

- Ничего не понимаю, - заволновалась бабуся. - Кого вы будете задерживать кастрюлями?

- Одного мал. мал. То есть маленького мальчика.

- Отставить разговоры! - приказал Колобок. - Ждите нас, и мы вернёмся. С поста никуда не уходить! На телефонные звонки отвечать! Вот вам рация. Если она заскрипит, нажмите кнопочку.

Они распахнули дверь и скрылись в вечереющем воздухе.

В парке быстро темнело. И он быстро опустел. Только шуршали ежи на аллеях. Бабушки и деды сдавали велосипеды, которые они брали напрокат. В кружке электросварки догорали последние электроды. Ослик с тележкой был уже осликом без тележки. Его на поводке вёл домой старенький и маленький осликовый ямщик.

- Шеф, - сказал Булочкин, - если будет опасность, я вас прикрою.

- Опасностей не будет, - ответил Колобок. - Будет сырость. И надо прикрываться одеждой.

Поэтому они зашли в мастерские парка и вытащили из шкафчиков две телогрейки. В этой одежде они ничем не отличались от парковых ночных сторожей.

- А теперь к лодочной станции, - сказал Колобок. - Будем сидеть в засаде около нового горниста.

Они поставили на бел. пл. (на белую плиту) кастрюли из-под котлет и последний пакет молока. Сами забрались в кусты и залегли.

Тихо тикали сверенные часы. Кружились звёзды. Колобка никто не беспокоил. А Булочкину не везло. Его постоянно кусали то комары, то муравьи. На него садились летучие мыши. Изредка по нему пробегали ежи.

- Внимание! - вдруг сказал Колобок. - Слышите?

- Что? - спросил Булочкин. Потому что он слышал множество разных звуков и шумов: звук тормозящего трамвая за забором парка, звуки музыки с танцплощадки, звук метлы дворника, подметающего парк, лай собаки, голос человека: «Развели тут собак» - и т.д.

- Вёсла плещут! - сказал Колобок.

И Булочкин точно услышал плеск вёсел и лишний раз поразился умению Колобка выделить из тысячи звуков самый нужный.

Послышался стук лодки о причал, и кто-то стал карабкаться вверх по склону берега.

- Когда он подойдёт, задержите. Это Вася, - приказал Колобок.

- Намёк понял, - шёпотом ответил Булочкин.

- Это не намёк. Это приказ.

Сам Колобок отполз в сторону и исчез. Булочкин собрался, как стальная пружина перед взрывом.

Он увидел, что к бел. пл. около горниста подобралась какая-то тень. Тень нагнулась, одной рукой взяла кастрюлю из-под котлет, а другой взяла пакет молока. Тень зубами надорвала пакет и стала пить молоко.

Под луной стояли две скульптуры: мальчик с горном и мальчик с пакетом.

Булочкин пружинистым прыжком вылетел из кустов и сказал:

- Ваша игра проиграна! Руки вверх!

Мальчик с пакетом от неожиданности вздрогнул, закричал: «Мама», стукнул Булочкина кастрюлей и полетел вниз к воде.

У Булочкина засверкало в глазах. Чтобы не упасть, он ухватился рукой за нового горниста. Постоял секунду, потом бросился вниз, в погоню. В два прыжка он достиг края берега и кубарем рухнул вниз.

Он хотел сказать: «Стой. Держи его!»

Но получилось:

- Ой… буль-буль его!

Раздался плеск вёсел, и лодка с мальчиком отошла от берега.

«Ничего, далеко он не уедет! - подумал Булочкин, погружаясь в воду. - Наше озеро круглое! Мы его выловим!»

А мальчик Вася тем временем сказал:

- Кажется, я ушёл. Это была засада.

Но вдруг сзади него в лодке поднялся Колобок, он снял кожаную шляпу, и засверкала милицейская лампа.

- Кажется, вы не ушли. Кажется, вы задержаны. Вёсла вверх!

Колобок сам сел на вёсла и повёл лодку к берегу. Ещё секунда - и они упёрлись в Булочкина.

- Поздравляю, шеф!

- Будем проводить опознание, - сказал Колобок. Он включил рацию и вызвал Веру Антоновну. Потом осветил Васю фонарём. - Алло, алло, это я - Колобок. Вы меня слышите?

- Слышу, - ответила Вера Антоновна.

- Скажите, у вашего мальчика глаза голубые?

- Голубые.

- Нос с веснушками?

- С веснушками.

- Удочка у него складная японская?

- Складная японская.

- Значит, этот мальчик ваш. Ждите, через десять минут доставим.

Колобок и Булочкин привязали лодку к пристани и пошли вместе с мальчиком в НПДД. По дороге Булочкин говорил и горевал:

- И чего не живётся современной молодёжи? И рысцой они бегают, и в английскую группу ходят, и на флейте играют.

- Однако один мой сотрудник не выдержал такой жизни, - заметил Колобок.

- Так я же взрослый. Мне это ни к чему.

- А по-моему, каждый ребёнок взрослый, - сказал Колобок.

И Вася с ним согласился:

- Правильно, дядя Колобок.

В домике бабушка Вера Антоновна бегала из угла в угол и говорила:

- Я ему то, я ему сё. А он… Я с ним бегаю, я с ним плаваю. Вся моя молодость прошла в песочнице…

- Как будем наказывать? - спросил у неё Колобок.

- Его надо посадить.

- Как посадить?

- Посадить за стол и заставить съесть все котлеты, которые я ему принесла.

- Нет, - сказал Колобок. - Это невозможно. Потому… потому… что я их…

- Потому что котлеты будут подшиты к делу, - закончил за него Булочкин.

- Верно, - согласился Колобок. - Я попрошу мальчика пройти в угол и постоять там.

Он показал Васе на угол в комнате, отгороженный деревянными перилами, и мальчик направился туда.

- Я с ним, - решительно сказала бабушка.

- Но мы не можем, чтобы женщина… - сказал Булочкин.

- Можете, - возразила Вера Антоновна. - Я постою. В конце концов, мы оба виноваты.

Уже начинало светать. Карту детского парка на стене постепенно охватывал дневной свет. Начинался новый рабочим день.