Повелительница ветра (fb2)


Настройки текста:



Крут Анна, Осенняя Валерия Повелительница ветра

1 глава Возвращение

Меня подвезли почти к самым воротам. Выйдя из кареты, я поблагодарила извозчика и вошла на территорию академии. Как и в прошлый раз, я ничего с собой не везла, приехав лишь со своей любимой торбочкой. Вся купленная людская одежда так и осталась на моем чердачке. Дома такие вещи не приемлют.

В коридорах было тихо. Видимо, шли лекции, и я спокойно смогла подняться к себе. Не знаю почему, но чердак вызвал во мне теплые чувства. Я подошла к окошку и раскрыла его, пуская первый прохладный весенний ветерок. Последние дни зимы оказались очень холодными, и такой резкий перепад был неожиданным. Весна словно ждала своего часа, чтобы прийти и заявить: «А все… мой черед».

Я улыбнулась и отошла от окошка, рассматривая свой любимый клетчатый плед на кровати. Здесь ничего не изменилось с моего отъезда. Будто только вчера я со слезами вбежала сюда, встречая Юнека…

До сих пор не верилось, что отец отпустил меня обратно. Впрочем, вряд ли бы он и старейшины позволили это, если бы я не согласилась на свадьбу.

Раздраженно повела плечами и опустила взгляд на церемониальный кулон своего жениха. Так необычно, я свяжу свою судьбу с духом, которого ни разу не видела. Ну и пусть! Не хочу любить. Все эти чувства для людей, а мы, духи, выходим замуж из-за долга. Хватило мне Франа!

К слову, предстоящая встреча с ним больше всего пугала. Я боялась ее, но понимала, что это неизбежно. Ничего, я справлюсь. Смогу. Просто не буду обращать на него внимания. Но как, если нам вместе предстоит участвовать в турнире? Харкэ-ка!

— Соберись, Ханна! Как говорил профессор Крэйф, ты сильнее этого, ты — дух…

Да! Он прав. Я улыбнулась и с такими воодушевленными мыслями поспешила навстречу Эри и Эвину. Вот о ком я по-настоящему скучала! Мне их очень не хватало все это время. Ведь после бала я больше с ними не виделась и не общалась.

Сейчас полдень, а значит скоро большой перерыв. И, скорее всего, Эри пойдет в столовую. Однако мои догадки оказались ошибочны. Подружки там не оказалось.

И где же она может быть?

Я спустилась на первый этаж, где предположительно должно было быть следующее занятие. И каково же было мое удивление, когда я заметила мелькнувшую знакомую тень на улице! Эри скрылась в яблоневом саду.

Не задумываясь, я поспешила за ней. И лишь выйдя с арки, отдаленно подумала, что пальто не оказалось бы лишним. Впрочем, на мне был теплый вязаный свитер и длинная юбка в пол. Согревали не особо, но пока не успела сильно замерзнуть, поспешно свернула к беседке, куда убежала Эри.

Так и замерла, с приоткрытым ртом, наблюдая за друзьями. Не может быть! Даже глаза протерла. Но Эвин и Эри все также целовались! Стоя в легкой одежде, кажется, даже не замечали холода. Я же растерялась, не зная как реагировать. Вроде, как и рада за них, ведь Эри так мечтала влюбиться, а Эвину давно пора забыть о той девушке.

Я вновь выглянула из-за своего укрытия, начиная подмерзать. В глубине души мне было немножечко обидно, что они забыли обо мне. Да, я прекрасно понимала, что друзья не могли мне писать, не зная куда, но… профессор ведь прислал мне письмо. Понимала, что это глупая ревность, и они никак не могли знать, как связаться со мной, однако ничего поделать с собой не могла.

Ханна, не глупи, они твои друзья! Ты должна радоваться за них. Я вяло улыбнулась своим мыслям и поспешила покинуть парочку, возвращаясь обратно в главный корпус. Они так и не заметили моего присутствия, что еще больше расстроило.

«Нет, все-таки хорошо, что у них что-то вышло!» — искренне подумала я, чувствуя внутри неожиданно образовавшееся приятное тепло.

Именно этого мне хотелось, когда я попросила Эвина пойти на бал с Эри. Наверное, мне просто больно от того, что сама так и не смогла найти здесь искренней чистой любви.

Зато в конце этого года стану женой наследника Небесных вершин. Осталось лишь только позавидовать самой себе…

— Ханна? — я удивленно обернулась на оклик. — Вы вернулись! А что же без эпично разверзающейся земли?

Профессор Крэйф приветственно мне улыбнулся, а вот я залилась ярким румянцем помимо того, что появился у меня от холода. Мне было совсем невесело. Правда, наставник сам тут же стал серьезным. Подошел ко мне, легонько коснулся холодной щеки и недовольно проговорил:

— Ханна, нельзя быть столь безответственной! Через неделю мы едем на Турнир. Тебе нельзя болеть. Чем ты думаешь, выходя на улицу в таком виде?

— Простите, — искренне извинилась я, понимая, что руки и ноги у меня на самом деле задубели. Весна весной, но на земле все еще лежит тонкий слой снега.

— Ох, Ханна, — он вдруг снял свой кафтан и накинул мне на плечи. — Идем в аудиторию, через несколько минут там будет вся группа. Хорошо, что я тебя встретил. У меня для всех вас есть несколько новостей.

— А Эвин? — я вспомнила о друге в беседке.

— Что Эвин? Он тоже будет.

Не уверена. Как я поняла, сейчас маг земли занят с Эри. Впрочем, углубляться в эту тему или что-либо говорить не стала. Кивнула профессору и послушно последовала за ним, ощущая, как согреваются замерзшие руки.

В аудитории уже почти все собрались. Не было только Эвина и… Франа, что не могло не радовать. Я расслабилась и не спеша подошла к Рин, садясь рядом с ней за парту. На свое место я теперь точно никогда не вернусь! Я просто не смогу сидеть сним. Благо, учитель ничего не сказал. Думаю, он понимал мои чувства, и я была благодарна ему за это.

Вскоре отворилась дверь, и, наконец, вошел пепельноволосый… Мгновенно отвернулась и уставилась в окно, делая вид, что не замечаю его. Мне остается надеяться, что он все-таки сдержит слово и не подойдет ко мне. Желание — это закон!

— Фран, то, что вы один из участников Турнира, не дает вам права опаздывать! — недовольно заметил Крэйф, на что юноша лишь отмахнулся:

— Как я вижу, Эвина тут тоже нет…

— Вам пора научиться следить за собой. Кажется, мы с вами уже это обсуждали.

Пепельноволосый только фыркнул, но, на удивление, смолчал. А совсем скоро зашел и Эвин. Заметив меня, приятель удивленно замер.

— Вам надо особое приглашение?!

— Простите, — тут же извинился маг земли и сел за мной.

— Когда ты вернулась? — тихо прошептал приятель.

— Сегодня.

— Тихо! — громко хлопнул в ладоши преподаватель, привлекая к себе внимание. — Через неделю мы отправимся в Лайрэдоль, где намечено проведение прославленного турнира! У нас почти не осталось времени, и я надеюсь, что дома вы воспользовались данным вам временем и занимались. Особенно это касается основной нашей четверки. Ханна, Фран, Сорин и Ран я хочу вас видеть каждый день в зале. У меня есть несколько схем возможных локаций. Более того — стало известно, сколько будет команд.

— А что требуется от нас? — угрюмо спросил Айрин. — Наша задача просиживать скамью запасных. Зачем же вы хотели нас видеть?

— Вы должны быть в форме, ведь если с кем-то что-то случится… — преподаватель неловко замолчал и кашлянул. — Именно вы займете место участника!

— Интересная привилегия… — фыркнул Ивид и недовольно скосил взгляд на Франа. После того вечера, честно признаться, его мне также не хотелось видеть, как и пепельноволосого. Оба «молодцы». Два сапога пара! Радует, что хоть Ран в этом всем не был замешан.

— Что же, а сейчас приступим к основным схемам! Фран, вы с Раном, а Ханна с Сорин. Попробуйте соединить ваши стихии. Остальные пока наблюдают и запоминают главные комбинации.

Сорин не сильно обрадовалась моей компании, я видела это по ее недовольному лицу, но говорить она ничего не стала. Я знаю, что ей хотелось, чтобы на моем месте был кто угодно, лишь бы не я. И неважно, будь то раздражающий ее Эвин или тихоня Рин. Кажется, после объявления главной четверки Сорин еще больше меня возненавидела. Особенно это чувствовалось, как раз сейчас, на моем первом занятии после возвращения из дома…

Мы даже еще не успели сделать нужную связку, как шестикурсница с усмешкой спросила:

— Каково это быть разменной монетой в чужом споре?

Я зло сжала зубы, не удержавшись и взглянув в сторону Франа. Неужели у него хватило наглости еще и рассказать об этом? Или Ивид проболтался? Впрочем, спрашивать у Сорин, откуда ей известно, не стала, холодно поинтересовавшись:

— А каково это знать, что ты в команде лишь благодаря своему отцу иего деньгам?

— Ах ты ж, маленькая гадина! — вспыхнула девушка.

Мгновение и я ощутила жар, идущий от ее ладоней. Но если она думает, что я уберу руки, то Сорин глубоко ошибаешься. Я лишь широко улыбнулась, не обращая внимания на жжение в ладонях, и просто мысленно повторяла: «Я — дух. Я сильнее этого!»

И это только больше злило Сорин. Я же, совсем ее не боясь, предупредила:

— Сорин, во-первых, я тоже кое-что умею… — не используя пассов, направила чакру в ладони. Она ощутила это, вздрогнула и почти убрала руки, но я схватила ее за запястья, продолжая направлять чистую энергию духа. Знаю, неприятно для человека, но и она несколько минут назад делала мне больно. — Во-вторых, я больше не та наивная дурочка и не позволю с собой играть. Ты хочешь войны — я тебе ее устрою. Но подумай, стоит ли? Нам скоро вместе соревноваться, и если для тебя важна победа — ты поумнеешь!

Она удивленно на меня посмотрела. Но сдаваться, по всей видимости, так легко не собиралась.

— Я не боюсь тебя! — насмешливое фырканье. — Ты глупая, если смеешь мне угрожать…

Чувствую, как сильно жжет ладони. Кажется, даже пошел пар. Но уроки с Юнеком не прошли напрасно — я научилась сдерживать боль. Продолжаю улыбаться, глядя прямо в глаза Сорин. Сильнее сжимаю ее руки, видя, что и ей больно от моей энергии.

— Вы что творите? — гневный голос Крэйфа над ухом, а мне все равно, я не отпускаю рук, видя искреннее удивление шестикурсницы. Кажется, она сама такого не ожидала.

— Сумасшедшая! — выкрикнула, с силой оттолкнув меня.

Я продолжала смотреть на нее, чувствуя ее страх. В себя пришла, лишь ощутив прикосновение преподавателя. Боль обожгла руку, но я с трудом сдержалась, даже не пискнув. Харкэ-ка! Потеряла контроль. То, чего никогда ни при каких обстоятельствах нельзя делать.

Медленно опустила взгляд на руки, с ужасом видя обожженные ладони. Они словно горели огнем.

— Немедленно все, кроме Ридвин, марш отсюда! — эхом раздалось по аудитории. — Сорин, вечером ко мне!

— Но… — обескуражено пролепетала адептка. — Она первая начала. Ханна тоже атаковала меня!

— Мы обсудим это вечером!

Перешептывающиеся адепты с неохотой покинули аудиторию и лишь Эвин с Франом не спешили уходить, впрочем, как и Ран, задержавшийся у дверей.

— Я кому сказал — вон!

Ребята вздрогнули, но остались стоять на месте. Вот только для меня их не существовало. Я даже не смотрела в их сторону, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы от этой невыносимой боли. Кажется, перестаралась.

— Ласстэд, я надеюсь, ты помнишь наш разговор?

Все-таки удивленно подняла взгляд на Франа, замечая его недовольство. Однако в ответ профессору он ничего не сказал и послушно вышел.

— Эвин и Ран, за дверь!

Я не видела, как они ушли. Ничего не видела за пеленой слез. Не смогла сдержаться, до боли закусив губу.

— Ханна, что же ты делаешь? — меня усадили на стул, осторожно взяли за руки и положили тыльными сторонами ладони на стол.

Не ответила, с удивлением наблюдая за действиями профессора. Он приподнял мои руки ближе к свету, поднял свои ладони точно над моими и что-то зашептал. Только заметила белый свет, а после боль ушла на задний план. Ладошкам стало тепло-тепло…

— Но ведь магию не используют для таких случаев, — вспомнила я слова целительницы. — Это несерьезный ожог.

— Мне бы не хотелось делать тебе больно, — неожиданно серьезно проговорил профессор, изумляя меня. Отчего-то его слова вызвали во мне приятные чувства. Я не сдержала улыбку, сквозь слезы. Крэйф единственный, кто принял меня, кто с самого начала увидел во мне кого-то большего и вступился. Только ему известна правда обо мне. И почему-то именно он всегда рядом в нужный момент…

— Спасибо.

— За что? — искренне удивился мужчина, прекращая свою магию. Теперь он взял какую-то мазь и стал круговыми движениями втирать мне в зажившую кожу на ладонях. Так нежно и осторожно. Оказывается, у людей бывает и другое лечение — совсем не больное и почти волшебное.

— За все!

— Если ты думаешь, что это поможет тебе сбежать от ответов, то глубоко ошибаешься. Я хочу знать, что между вами произошло?! Что за детский сад? Ханна, не расстраивай меня. Ты ведь понимаешь, что турнир не за горами. Вы одна команда и должны научиться принимать друг друга.

— А Фран? — я сглотнула, надеясь услышать действительно дельный совет. — Как мне смириться с его присутствием, если мне просто неприятно смотреть в его сторону.

— Просто не показывай ему свою боль. Сегодня ты очень хорошо держалась. И это правильный ход. Но я прошу тебя, на соревнованиях забудь о своей неприязни. Вам придется сражаться бок о бок, и я не всегда смогу оказаться рядом, — Крэйф неожиданно легонько сжал мои ладошки, с тревогой заглядывая в мои глаза. — Еще неизвестно, что именно нас поджидает на каждой из локации. Только какие-то основные факты удалось узнать…

— Я постараюсь. Обещаю!

— Также я очень прошу не повторять подобных выходок, — уже куда более строго проговорил профессор, отпуская мои ладони.

Взглянув на них, я просто не поверила! Никаких следов ожогов. Как будто и не было ничего. Все-таки у людей есть нормальная исцеляющая магия.

— Ханна? — привлек к себе внимание Крэйф. — Ты услышала меня?

— Конечно! Этого больше не повторится…

И уже про себя: «Если Сорин не станет больше себя так вести!» Впрочем, что-то мне подсказывало, что она запомнит сказанные сегодня мною слова.

— Искренне на это надеюсь.

Еще раз поблагодарив Крэйфа, я подхватила свою торбочку и счастливая выбежала из аудитории. Не знаю почему, но у меня поднялось настроение. Я даже не сразу заметила Эвина у дверей, который, оказывается, ждал меня.

— Ханна, ты чего такая счастливая? — изумился друг. — Крэйф что, даже ничего не сказал тебе?

— Неа! — я весело ему улыбнулась и даже показала вылеченные ладони. — Давай лучше найдем Эри. Мне очень интересно послушать, как это вы вдруг стали встречаться.

Эвин аж споткнулся, а я только рассмеялась, замечая недоумение в его карих глазах.

— Да-да, я все знаю, видела вас! — не стала скрывать правды. — Так что жду подробностей.

— Мы с Эри тоже их ждем, — неожиданно серьезно проговорил Эвин, без капли улыбки. — Что тогда произошло на балу? Почему ты особо не хотела с нами говорить и уехала, не оставив даже свой адрес?

То есть Сорин откуда-то знает, а он нет? Я нахмурилась. Как так? Любопытно. Впрочем, если быть откровенной, рассказывать друзьям о случившемся совсем не хотелось.

Впрочем, вечером я узнала правду, почему так. Проведя целый день с Эвином и Эри, к вечеру мы тонко намекнули магу земли, что хотим побыть одни и уже у меня на чердаке, я действительно рассказала всю правду. Эри слушала внимательно и не перебивала, лишь изредка изумленно округляла глаза и обзывала Франа нехорошими словами.

— Так вот о чем постоянно шепчутся Сорин со своими подружками! — неожиданно в негодовании воскликнула Эри, а на мой удивленный взгляд пояснила:

— Вроде как Ивид пустил слух, что учувствовал в каком-то споре, — подруга смущенно отвела глаза. — И спор был на девушку. Имен не называли, но теперь все становится на свои места.

Ивид?! А ведь я была о нем лучшего мнения… как же мы иногда ошибаемся в людях!

— Фран — просто скотина! — зло выкрикнула Эри. — Я и представить себе не могла, что он настолько гадкий.

— И ведь я почему-то поверила ему… — а рассказывать оказалось труднее, чем я думала. Кажется, даже что вот-вот готова была расплакаться, но, слава Великому эфиру, удавалось пока сдерживаться. Все-таки это время пошло мне на пользу.

— Ох, Ханна! — подружка крепко обняла меня. — Да забудь ты этого негодяя! Он не стоит твоих переживаний.

— Я бы с удовольствием, но мне с ним предстоит участвовать в Турнире.

— Вот и покажи, что тебе совершенно все равно. Просто не обращай на него внимание. Да и я слышала, что бывали смертельные случаи. Может, повезет, и его там убьют.

— Эри! — я возмутилась, но подружка только безразлично пожала плечами.

— Ну а что? Правда же. Или ты думала, зачем с вами вместе едет еще одна четверка?

— Я знаю! Но как бы я не ненавидела Франа, смерти ему не желаю. Мне бы просто хотелось никогда с ним больше не видеться…

— Вот видишь! Сама говоришь, что не хочешь видеть. Случайная смерть лучший вариант.

— Да ну тебя!

— Или не случайная…

— Эри!

* * *

Следующие несколько дней слились воедино. Уроки с профессором стали ожесточенней и серьезней. Одно радовало — Сорин поняла мое предупреждение и больше не начинала вести со мной споров. А, может, все дело в Крэйфе? Как я была наслышана, у них состоялся очень серьезный разговор. Кажется, он даже пригрозил ей, что изменит свое решение, и никакие деньги отца не помогут. Впрочем, это могли быть всего лишь слухи, но главное — шестикурсница со мной больше не заговаривала. Все связки мы делали в полной тишине, а что самое приятное — в тех редких случаях, когда мне выпадал Фран, он молчал, не пытаясь начать со мной разговоров. Пепельноволосый действительно помнил о моем желании. Надеюсь, так будет и дальше…

— Волнуешься? — накануне отъезда спросила меня Эри. Мы сидели у нее в комнате, собираясь отправить в город за покупками.

— Не знаю, — честно призналась, пожимая плечами.

Эри отвлеклась от расчесывания волос и отложила расческу. Недовольно повела плечами и села около меня на кровать. Ее взгляд был исключительно взволнованным.

— Из-за Франа волнуешься?

— С чего ты взяла? — искренне возмутилась.

— Он будет с тобой на соревнованиях…

— Эри, ты часто подымаешь этот вопрос. Что тебе с того?

— Извини, — виновато протянула подруга, внезапно схватив меня за ладошки. — Просто я хочу, чтобы ты была счастлива! Ты очень светлый человек, Ханна. Мне бы не хотелось, чтобы всякие «Франы» тебя обижали.

Я смутилась, не зная, куда деть глаза. Пришлось заверить Эри, что у меня все хорошо. Ко всему же со мной будет профессор Крэйф и Ран, а им я доверяю.

— Хорошо, хоть этого гада — Ивида, не будет!

— Эри! — осуждающе посмотрела на нее. — Правда, не стоит думать о плохом.

— Ладно, пошли развлекаться! — потянула меня за руку подружка.

— Эй! Мы кажется, собирались за нужными вещами в дорогу!

— И это тоже… — замявшись, смущенно ответила Эри, а после улыбнулась во все тридцать два зуба.

Мы вышли к скверу академии. Седина древних каменных стен здания сливалась с серостью неба. Густые темные облака полностью закрыли небосвод. Понадеявшись, что такая погода охладит пыл подруги, взволновано сообщила ей о своих опасениях по поводу дождя. Но Эри не услышала меня, просто не замечая серости. Впрочем, дождь пока что не начинался, лишь густой влагой висел в воздухе.

Мы пошли по гальковой дорожке. Как обычно, после занятий здесь собиралась гуща студентов. Они оживленно переговаривались, и были заняты чем-то очень важным, отделенные от основного мира магической изгородью академии. Посмотрев на них, я только сейчас осознала, как поменялась моя жизнь… точнее поменяется в ближайшую неделю. И что турнир — это не шутки, а ответственность, а проблемы с Франом теперь выглядят такими крошечными и смешными. Стены академии подарили мне покой, не смотря на близость недругов. В глубине души я боялась предстоящих соревнований.

Словно поняв что-то, Эри взяла меня за руку, и в свойственной ей манере, затараторила:

— Знаешь, Эвин хотел с нами, но я заявила ему, что у нас исключительно женская компания. О, он такой замечательный!

— Да, Эвин очень хороший, — согласилась я, открыто улыбнувшись.

— Ты не злишься, что я с ним?

— Перестань, Эри! С чего это? Я ведь сама подтолкнула вас на то, чтобы вы пошли на бал. Из вас получилась хорошая пара.

— Ах ты, сводница! — взъерошив мне волосы, подруга кинулась к выходу из академии. Я принялась ее догонять, так как была очень оскорблена испорченной прической. Смеясь, мы спустились с холма. По дороге Эри даже пару раз споткнулась, падая на молодую траву и грозя испортить нежно-голубое платьице. Я смеялась с нее, даже не заметив, как подружка коварный образом подставила мне подножку. Теперь смех раздался обоюдный.

Перед входом в город, немного примятые и грязные, мы остановились, чтобы попросить открыть ворота.

В чувствах Эри крепко обняла меня и сильно-сильно прижалась.

— Я буду очень скучать по тебе, Ханна!

— Я тоже, — обняла подружку в ответ.

На глаза навернулись слезы, и я ощутила мокрые дорожки на щеках. Не хотелось это терять, не смотря на все невзгоды, только здесь начала жить по-настоящему.

— Ты ведь единственная моя подруга за всю жизнь!

Девушка отстранилась, пристально вглядываясь в мои глаза. Она была немного удивлена и одновременно растрогана. Эри хотела что-то спросить, но просто снова обняла, тихонечко сказав:

— Спасибо! Я очень хочу, чтобы ты берегла себя. Ведь очень-очень за тебя волнуюсь!

— Теперь у тебя есть еще за кого волноваться, — постаралась разрядить обстановку легкой шуткой, отстранившись от подруги.

— Мне нечего волноваться за Эвина, — на полном серьезе ответила подруга. — Он в безопасности. Ты сильная, Ханна, а значит, у него просто не будет шансов поучаствовать в турнире.

Я смутилась от таких слов. С того дня, как меня объявили участником основной четверки, чувство вины не покидало. Ведь своим неожиданным появлением, отобрала у Эвина место в соревнованиях.

— Ничего страшного! — поспешно отозвалась Эри, беря меня за плечи. — Эвин очень рад, что ты прошла. Он говорит, что ты самая достойная из всех. Просто волнуется за тебя. Ты такая добрая… вдруг тебе могут что-то сделать.

— Эри, поверь, я не так проста, как кажусь! — с хитрой улыбкой, гордо ответила. — Если я смогла отвоевать место на турнире, то со мной точно ничего не случится.

Подружка хихикнула, и, наверное, мы бы вновь залились громким смехом, если бы с надзирательной башни не показалась недовольная голова стражника.

— Вы входить будете или мне и дальше слушать эти разговоры?

— Будем, — раскрасневшаяся Эри вошла в открытые ворота, потянув меня за собой.

Мы тут же окунулись в атмосферу города. Вокруг возвышались аккуратные дома, и спешили по своим делам многочисленные жители. Несмотря на некоторые недостатки, такие как мусор и гам, мне нравилось в людских городах.

— Знаешь, Эри, — удрученно заговорила я, желая рассказать подруге правду, — после турнира мне придется сразу вернуться домой.

— А учеба? — удивилась девушка.

— Мне с трудом удалось уговорить отца разрешить участвовать в турнире, на учебу он бы не согласился. Ко всему же, по возвращению домой мне предстоит встреча с женихом.

— «Женихом»?! — изумленно переспросила подружка. — Когда это ты успела? А как же Фран?

— Причем здесь он? — раздраженно возмутилась.

— Ну… ты вроде с ним была, а здесь уже какой-то жених!

— Этот «какой-то» жених всегда был. Просто раньше я противилась свадьбе, а сейчас согласилась, — мой спокойный тон обескуражил Эри. Было видно, что девушка в замешательстве.

— Из-за Франа? Не стоило делать поспешных решений, Ханна!

— Все дело в долге, — поспешила заверить, что пепельноволосый к этому отношения не имеет.

Но в глубине души понимала, что подружка права. Именно предательство мага воздуха подтолкнуло меня к согласию с нежеланным браком. Только я не хотела сама себе в этом признаваться.

— Ты настолько высокородна? — неожиданно спросила Эри, с легким удивлением, словно не поверив.

Обиженно на нее посмотрела. Девушка тут же стушевалась и примирительно подняла руки вверх:

— Хоть на свадьбу пригласишь?

Я ушла от ответа, понимая, что вряд ли смогу это сделать. Поэтому скорее перевела тему разговора, напомнив, что мне нужен костюм. Подружка моментально оживилась, ответственно подойдя к вопросу.

Через несколько часов, я еле передвигала ногами, следуя за Эри. Зато девушка словно и не со мной все время была — живенько бежала впереди по брусчатке. Периодично она останавливалась, разворачивалась ко мне, брала за руку и тянула за собой. Откуда только столько энергии и сил?

— Эри, я устала!

— Еще немного! — в очередной раз убеждала Эри, продолжая водить меня по различным лавкам с одеждой.

Лишь через время, заметив впереди знакомую вывеску, я выдохнула с облегчением. Подруга вела меня в трактир: «Сытое пузо»!

И каково же было мое удивление, когда зайдя, увидела все знакомые лица. Сегодня здесь собрался полностью первый курс факультета земли. Было несколько людей и с третьего курса вместе с Ивоникой во главе и, конечно же — Эвин.

Все они очень оживились, когда мы вошли.

— Поз-драв-ляем! — весело закричали ребята, делая на каждом слоге ударение. Под потолком харчевни взорвался шуточный «салют» при помощи стихии земли в виде небольшого облака из лепестков разных цветов.

— Это ты все устроила? — удивленно спросила подружку, но она лишь отмахнулась и весело проговорила:

— Наслаждайся! Сегодня здесь праздник в твою честь! Ты наша победительница-героиня! Первая первокурсница, которая участвует в турнире и прославляет стихию земли!

Я засмущалась еще сильнее, замечая огромную натянутую под потолок ткань с надписью: «Поздравляем, Ханна!».

— Вообще-то это все Эвин придумал! — тихо шепнула Эри. — Правда, здорово?

— Ага, — кивнула, чувствуя, как в носу предательски защипало. — Спасибо, ребята!

Веселая толпа со смехом накинулась на меня, крепко обнимая и радостно поздравляя. Усталость, как рукой сняло! Меня захватило веселье. Забывшись обо всем, я ела вкусную еду, танцевала под музыку бардов, пила и смеялась. На душе стало спокойно и беззаботно.

Легкий сидр, красное вино, а дальше все почему-то как в тумане… помню только, как две девочки-старшекурсницы учили смешивать разные напитки. В этот миг я была по-настоящему счастлива…

Праздник, который организовали для меня друзья, резко разнился с вечеринкой, что произошла тогда на третьем курсе. Здесь не было наглецов или завистников, собрались только те люди, которых я бы хотела видеть.

Жаль только медленные танцы не с кем танцевать. Хотела ли бы, чтобы Фран был здесь? Чтобы поздравил меня? Пожалуй — нет, я все еще зла на него. В какой раз он доказал, что является подлецом.

— А давайте, что-то более веселое? — обратилась Эри к бардам, замечая, что я приуныла, — Иринийскую польку можете?

Музыканты тут же улыбнулись и заиграли ее. Давно на их выступлениях не было такой благодарной публики.

В академию мы возвращались под самое утро. Я была в таком состоянии, что даже сама идти не могла! Меня под ручки вели Эвин с Эри. Удивительно, но на друзей алкоголь никак не подействовал.

— Почему ты идешь нормально, а я… ик… нет? — возмущенно спросила подругу.

— Наверное, потому что мы с Эвином не смешивали напитки.

— Но это все Лиция виновата! — я сдала студентку третьего курса.

— Нашла с кем пить! Она еще та пьянчужка.

— Ой, да ладно тебе Эри, — весело отозвался Эвин, ты тоже особо на ногах не стоишь.

Подруга рассержено замахнулась на мага земли пакетом с моими же купленными вещами! К счастью, промахнулась.

Когда мы прошли ворота и зашли в фойе академии, так нас уже ждал наставник. Профессор Крэйф был серьезен и хмур, как никогда, особенно увидев ввалившуюся пьяную толпу.

— И как это называется? — недовольно поинтересовался он.

— Мы знаем, что нельзя пить в академии! — Эри постаралась стать по струнке смирно, но ее как и меня шатало. — Поэтому пили за ее стенами.

— Вы все ясно, но что скажут наши участники? — пристальный взгляд на меня. — Как насчет того, что вам нужно ответственно подготовиться. А, адептка, Ханна?

— Извините, — смущенно пролепетала, глядя в пол. — Но вдруг я не выживу, хотя бы напоследок…

— Не драматизируй, — грубо перебил меня профессор.

Я постаралась изобразить серьезное лицо, полное решимости победить, но вышло с трудом.

— Ладно, идите спать! — устало махнул он рукой, более ничего не говоря.

Все тут же облегченно вздохнули, и тихо, по крайне мере, мы на это очень надеялись, пробрались в свои покои.

В эту ночь я легла вместе с Эри. Увы, но на свою закрученную деревянную лесенку чердака, меня никто не потащил, да и я особо не настаивала.

— Спасибо тебе, — устало прошептала, чувствуя, как меня затягивает в сон. Стало очень тихо, кажется, ребята оставили нас.

— Не за что, Ханна. Главное — выиграй.

— Обещаю…

Мне снились сладкие сны. Наутро правда болела голова, но это были такие мелочи, ведь я справилась со своими страхами! Я больше не боялась участвовать в турнире. Наоборот — хотела поскорее на него попасть. И победить! В меня верит столько людей. Я не могу их подвести. Даже Фран для меня больше не играет роли. Пусть будет, что будет. Главное — победа!

А спустя неделю мы все собрались перед главными воротами, чтобы поехать на столь долгожданный, известнейший среди людей Прославленный Турнир, и провожать нас вышла почти вся академия.

Эри слезно прощалась со мной и с Эвином, одновременно обнимая нас и моля, чтобы мы были очень осторожны и обязательно вернулись целыми и невредимыми. Ректор зачитывал пафосную речь о предстоящей победе и важности этого мероприятия.

И честно признаться, я уже просто мечтала поскорее сесть в карету…

2 глава Да начнется Турнир!

Я напоследок взглянула на свою временную комнату, прежде чем навсегда покинуть ее. Поблескивала полировкой тяжелая дубовая мебель, обильно украшенная резьбой в соответствии с людскими пристрастиями к витиеватости. Вдоль двух стен — высокие окна. Толстый ковер охристого цвета в то вспыхнули к темно-рыжим шелковым портьерам и покрывалам. Все так привлекательно, дорого и абсолютно неважно для меня. Ведь я так и не привыкла к таким интерьерам. К тому же после возвращения из дома, где вся мебель создана из хрусталя, а вокруг сверкает камень — человеческая обстановка казалось скучной.

Закрыв дверь, я закинула на плечо кожаный рюкзачок, размышляя о предстоящем турнире. Мне все еще трудно было поверить, что я участница.

На лестнице мне встретился Фран. Это было неловкое столкновение: он хотел что-то сказать, но вышла какая-то несуразица из проглоченных слов. Не обращая на него внимания, просто обошла мага, смотря куда угодно, лишь бы не на него.

Несмотря на праздник, сегодня я надела серый костюм из плотного шерстяного твида. Он был устойчив к пятнам, не мялся и отлично складывался, что было немаловажно, если мне придется положить его в свой рюкзак, на случай смены одежды. Впрочем, много вещей я с собой не брала. Как и платьев. А тот наряд, в котором изначально приехала в Лайрэдол, просто оставила висеть в шкафу номера. Мы были в этом городе уже несколько дней, поэтому я неплохо ориентировалась.

От меня не укрылись изумленные взгляды прохожих. Такой день, а я девушка, мало того, что одета слишком просто, так еще и в брюках! Но стоило кому-то заметить на моем воротнике нашитую эмблему участника — вырезанный герб, где внутри красовались четыре символа стихии, — как тут же недовольство сменялось любопытством и шепотками. Одна женщина даже решилась подойти и спросить, на самом ли деле перед ней участница. Заверив ее, что это так, поспешила ретироваться, попутно рассматривая листовки, что нам выдали накануне. В них не было ничего особенного и полезного — все то, что я уже сто раз слышала: общие правила, история возникновения турнира, и, конечно же, описание главной награды. Такое заинтересовало бы туриста, но никак не участника.

Выбросив лишний груз в урну, я направилась сквозь толпу. Я шла по широким красивым бульварам, вдоль которых тянулись роскошные здания. Вскоре вышла на более скромную улицу, где белый мрамор сменил кирпич. Улицы уже не были такими чистыми, вокруг разбросан мусор, среди которого полно листовок о предстоящем турнире. Прямо на дороге можно было вступить в помет животных, а вокруг роились стаи жирных мух.

Я поморщилась, брезгливо пряча лицо за широкий ворот. Раньше я уже бывала на этих улицах и знала, какие они грязные, но так просто быстрее и менее людно. Гости и жители города собирались поближе к центру, где скоро начнется официальное открытие.

Обойдя лошадиные экскременты, я только подивилась, как люди могут держать свои города в таких нечистотах. Но не мне их учить…

Кажется, я все-таки заблудилась. Улицы стали совсем темными и неприметными, а людей и вовсе не было. Харкэ-ка! И что теперь делать?

Посмотрев на развилку, пошла в первый попавшийся переулок, решив, что все равно, рано или поздно, куда-то да выйду — в городе же, не в лесу!

Однако я не успела завернуть, как меня неожиданно резко схватили за талию и потянули в сторону. Я даже не смогла закричать, как чья-то потная рука зажала мне рот.

Начала вырываться, но нападающий закрыл и нос. Воздух! Не могу дышать… кто-то. На глаза выступили слезы. Камень! Откликнись, прошу!

Мужчина словно понял, что я маг и с силой заломил мне руки, не зная, что духу достаточно мысли. Вот только почему-то камни не отзывались, а мне было все труднее взывать…

— Не делай резких движений! — грубо велел он. И я замерла, но лишь затем, чтобы он перестал душить.

— Как на счет того, чтобы на одного участника турнира стало меньше? — гадко усмехнулся мужчина, отчего мое сердце пропустило удар, и я совсем забыла о камнях. Он не обычный вор?

Я почувствовала на горле холод лезвия. Зажмурилась, ожидая боли, но ничего не произошло. Через мгновение раздался крик, и мужчину отнесло к противоположной стене дома. Упав на камень, он поспешил встать, чтобы сбежать.

— А ну стой! — воскликнул Фран, выставляя руки с мечом вперед. Синий поток густого ветра полетел к нападающему, но не коснулся мужчины. Он просто исчез за сизой дымкой. Моему удивлению не было придела. Колдун?!

Фран был удивлен не меньше моего. Мы с ним озадаченно переглянулись, пока я не вспомнила, что у нас вражда, и зло не отвернулась от него.

— А благодарность?

— Тебе запрещено со мной говорить, помнишь? — зло прошипела, даже не глядя в его сторону.

Подобрав с дороги рюкзачок, все-таки свернула в переулок. Как только Фран скрылся из виду, замерла, чувствуя сильную боль за грудиной. Вот только отчего? От пережитого страха или от того, что только что решилась заговорить с пепельноволосым? Не знаю, но чувство не из приятных. Сделав глубокий вдох, пошла дальше.

— Эй, нам туда! — передо мной словно из-ниоткуда возник Фран, указывая в противоположную сторону.

Видимо, мои глаза сейчас вспыхнули яростью. Иначе как объяснить его следующие слова:

— Я все понимаю и помню. Я не буду говорить с тобой, просто пойду на достаточно большом расстоянии от тебя.

Он сдержал слово, и теперь нас разделяло несколько метров. Маг шел немного впереди, не оборачиваясь, я же вынуждена была следовать за ним, так как действительно забыла правильную дорогу.

Наверное, со стороны это выглядело странно, однако я не могла иначе. Да, профессор говорил о том, что мне с Франом еще вместе сражаться, но я не могла заставить себя даже просто идти с ним рядом! В голове то и дело всплывали его жестокие слова: «Ханна без ума от меня, я уверен в своей победе». Страшно подумать, как я выдержу близкое с ним общение на самом турнире. Там мы тоже будет ходить врозь?

Когда мы вышли на знакомую дорогу, где уже слышны были голоса людей, доносящиеся с площади, я решительно обогнала Франа и демонстративно пошла своим путем.

— Это глупо, Ханна! — услышала вслед, но не ответила. А вскоре его голос затерялся в шуме улиц.

Отогнав от себя мысли о Фране, я вспомнила о том мужчине, что напал на меня. На вид — обычный попрошайка, но тогда бы скорее схватились за мой рюкзак. Да и магией бы точно не владели, или по крайне мере, амулетом с телепортом. Телепорт — очень ценная и редкая вещь и у простых людей такой быть не может, разве что он украл ее у какого-то мага, что маловероятно. Или кто-то ему дал…

Меня осенило. Неужели конкуренты подослали ко мне головореза? Звучит очень абсурдно.

— Ханна, вот ты где! — профессор Крэйф грубо схватил меня за плечо и потащил за собой. — Сколько можно тебя ждать, девочка-разрушение?! Хочешь, чтобы вместо тебя отправил Эвина или Рин?

— Простите, — вяло пробубнила я, следуя за наставником и тяжело пробираясь сквозь толпу. С моим ростом и комплекцией это было затруднительно, даже с провожатым.

Я смотрела на все эти возбужденные лица, собравшиеся, чтобы увидеть начало турнира. Это было странно, потому что смотреть было не на что — просто группа участников после торжественных речей и объяснения правил зайдет в телепорт. Все. А после о нас будет известно лишь со слов следящих — людей, расставленных в определенных точках карты турнира. Они будут сообщать новости о том, кто и как продвигается, кто выбыл… или умер. Меня передернуло.

— Расслабься, мне нужен боец, а не маленькая девочка, льющая слезы по глупому мальчишке. Тебе не зря было дано столь долгое время в кругу семьи. Ты должна была привести себя в порядок, — строго сказал Крэйф, расценив мой жест по-своему.

К тому же, на мою неудачу, как раз неподалеку стоял Фран, видимо это и повлекло неверную трактовку наставника. Я поморщилась, но спорить не стала. Хоть и не в данном конкретном случае, но профессор прав, и я в самом деле все также сторонилась пепельноволосого.

— Точно заменю тебя, — тяжело вздохнул наставник, оставляя меня с командой около деревянной сцены, а сам ушел на переговоры с одним из организаторов.

— Не волнуйся ты так, — похлопал по плечу Эвин.

Я натянуто улыбнулась, понимая, что в основной команде, с которой мне придется сражаться, меня не так уж и жалуют. А кого-то не жалую я

Эвин и остальные «запасные» тоже будут участвовать в церемонии открытия, но останутся в городе, после того, как мы войдем в телепорт. Я уже знала, как будет совершаться обмен, если это потребуется. Такое преимущество было у капитана, в нашем случае — у профессора Крэйфа. Если по каким-то причинам с одним из участников произойдет что-нибудь серьезно или, к примеру, он отстанет от команды и не сможет добраться до следующего пункта, то Крэйфу просто надо будет поднять ввысь выданный небольшой жезл цвета заменяемой стихии. Почти сразу же телепортом пришлют в нужный пункт другого игрока, а пострадавшего заберут. Правда, такой обмен можно совершать только раз на каждом этапе.

Один из мужчин-организаторов велел всем подниматься на сцену, где мы пока были скрыты от публики за красной шторой. Впрочем, абсолютно всех скрыть было нельзя, и некоторые зеваки могли подробно рассмотреть участников.

Что касается меня, то я уже всех знала. Это были самые разнообразные люди. Начиная от их веры и заканчивая стилем одежды, не говоря уже о разных языках общения. Единственное, что всех объединяло — это возраст участников. Молодые люди, у которых даже капитаны выглядели молодо, ведь прославленный турнир не место для пожилых людей.

Многие из команд были одеты в одинаковые цвета. Мы же как-то не задумывались над стилем одежды. Каждый одел то, в чем ему удобно.

Я уже успела немного узнать об участвующих командах. Так среди них была пятерка с дальнего востока — они стояли поодаль от всех. Очень смуглые и хмурые, в одинаковых легких шелковых одеждах оранжево-песочных тонов. У них в команде не было женщин, так как их вера запрещала женщинам заниматься магией. Они не скрывали свои сабли на поясах, но прятали лица. Не знаю почему, но от них веяло опасностью, и я порадовалось, что мы стоим не рядом с ними.

Впрочем, куда больше меня поразили чернокожие люди, вернее, такой человек был только один и он со своей командой приехал с самого дальнего континента. Они тоже особо не отличались дружелюбием, но все объяснялось очень просто — видимо, им мешала иная речь.

На этом особенности участников заканчивались, разве что меня повеселили два близнеца. Это были абсолютно похожие юноши с курчавыми русыми волосами. Один из них что-то активно объяснял другому, явно приунывшему брату. Я уже знала, что у братьев была одна стихия, а значит, только один из них будет основным участником. Видимо, поэтому второй столь сильно расстроился. Но, кажется, они нашли выход. Я подслушала, что в середине турнира они просто поменяются местами…

Просто? Хм, интересно посмотреть, как это у них выйдет. Ведь надо договариваться с капитаном, а их наставник не создавал впечатление человека, идущего на компромисс.

Я оторвалась от созерцания команд — штора, разделяющая нас и зрителей, упала.

— Поприветствуем участников! — эхом разнесся громкий голос ведущего под звуки аплодисментов.

Раздались взрывы, и с небес на людей упали клубы разноцветного дыма. Толпа взорвалась еще более громкими криками.

— Итак, первые участники — команда академии Аривель! — проговорил ведущий, и вперед вышли названые игроки. Так одна за другой команды выходили вперед, пока очередь не дошла до нас. Не смотря на то, что мы были командой из столицы, букмекерские конторы ставили на участников из Сорента и хозяев фестиваля — Высшей школы стихий Лайрэдоля. Однако профессор Крэйф был серьезно настроен отобрать у них первенство.

После знакомства с командами состоялось небольшое представление для зрителей. Приглашенные маги показывали возможности стихий. Я сама засмотрелась, как они, ловко маневрируя руками, сплели магию в сложные узлы из воды, огня, земли (в данном случае песка) и потоков воздуха. Это выглядело безумно красиво. Неискушенные в магии люди замерли и за все представление даже не зааплодировали. Теперь ясно, для чего собралась такая толпа — ради зрелищ, а не нас, как я изначально подумала.

— Неловко тут стоять, зная, что не будешь участвовать, — напряженно шепнул мне Эвин.

Я ободряюще сжала его ладонь, заверив, что он такой же участник команды, как и остальные. Но на самом деле, сейчас больше переживала за то, что ждет меня впереди. Чем ближе было начало, тем сильнее страх. Друг это, видимо, почувствовал, так как извинился за свой эгоизм и постарался подбодрить меня. Но у него не очень получалось. Конечно, я улыбалась и отвечала, что все хорошо, а внутри только сильнее нервничала.

— Надеюсь, ты не думаешь о Фране, — неожиданно строго произнес Эвин, попадая в самое сердце. Я и правда больше переживала за то, как смогу находиться рядом с Франом предстоящее время, нежели о самом турнире.

— Ты должна думать о победе, а не о нем. О своем желании. У тебя есть сокровенное желание?

Я кивнула и с любопытством спросила:

— А какое было твое желание?

— Это уже не имеет значения, — скованно улыбнулся Эвин, крепко обнимая меня. — Удачи, Ханна! Покажи все, на что способна.

— Итак, команды, внимание! Основные участники выйдите к центру сцены, — велел ведущий.

Разняв объятия, я пошла за своей командой, напоследок помахав Эвину. Он как будто знал, что нас сейчас разделят, и поэтому попрощался со мной. Так, что за грустные мысли?

Появился портал. Он горел очень ярко и ослеплял своим сиреневатым цветом. Сглотнув, посмотрела на Крэйфа, ища поддержки, но сейчас наставник обратил все свое внимание на ведущего.

— Итак, правила! В этом году произошли некоторые изменения, ужесточившие задания. Теперь не важна стихия камня. Главное — насобирать двенадцать камней за все условные уровни. В каждом туре команде надо найти три камня, но, внимание! Теперь, если вы недоберете камни на одном туре, вы все равно попадете на следующий этап. Главное — это найти хотя бы один камень. Когда на уровне будут найдены все камни, они загорятся синим и откроется портал. Кто не добрал на одном из этапов, сможет насобирать нужное количество на следующем. Однако правила запрещают брать больше камней, чем это требуется. То есть у вас не может быть на первом уровне больше трех камней, как и на втором больше шести. Соответственно, на третьем и четвертом — девять и двенадцать. Несмотря на поблажку, помните — с каждым этапом будет все сложнее добывать камни. Условно турнир делится на пять карт. На первой — тридцать камней для двенадцати команд, а с каждым следующим этапом их будет становиться все меньше. Последний, пятый этап заключается в том, чтобы донести все свои двенадцать камней до цели. Кто первый вложит камни, тот и победитель. Великий маг четырех стихий явится сразу, как только камни коснуться древней доски. У победителей будет несколько минут, чтобы исполнить свое сокровенное желание, иначе его нельзя будет использовать потом. Запрещается загадывать нереальные вещи, такие, как безмерное богатство, бессмертие, возвращение умершего к жизни и безграничная власть. Еще касательно камней — кто вообще не соберет ни одного на уровне — выбывает и не участвует в дальнейшем этапе. Но! У вас всегда есть возможность до того, как найдут все камни, забрать их у соперников. Это не запрещено правилами.

На последних словах ведущий кровожадно улыбнулся. После он рассказал несколько нюансов турнира, о том, как люди будут узнавать, что с нами, о том, кто такие смотрящие и зачем они нужны. Смотрящего желательно найти, так как он может дать подсказку. Пожелав нам удачи, ведущий пригласил войти в портал.

Сглотнув, я направилась к светящемуся кругу, напоследок взглянув на оставшихся здесь ребят. Тепло им улыбнулась и шагнула в неизвестность…

* * *

Меня выбросило на мягкую траву. Я медленно поднялась, отряхнулась и осмотрелась. Рядом также крутили головами другие участники: кто-то, не желая тянуть время, довольно быстро исчез за широкими стволами деревьев, кого-то скрыла высокая трава…

И я вдруг поняла! Мы оказались а лесу, а значит, первая локация — стихия земли. Моя стихия!

— Чего встали? — подогнал нас профессор, подзывая нашу четверку к себе. — Нельзя терять зря времени!

Я растеряно посмотрела на ребят и Крэйфа, а после перевела взгляд на окружавшую нас растительность. Свет почти не пробивался сквозь широкую крону вековых и мощных деревьев, отчего создавалось впечатление сумерек. Камни, что были рядом, зашептали, куда побежали остальные, но где искать нужные мне камушки, почему-то не могли подсказать.

— Заклятие поиска молчит, так что придется разделиться. Ханна, пойдешь со мной.

— Почему опять ей привилегии?! — в негодовании воскликнула Сорин, даже не глядя на меня.

Кажется, она так ничего и не усвоила.

— Если не хочешь быть замененной, выполняешь мои указания беспрекословно! Все услышали? Время не ждет. Встречаемся здесь же через час. Помните, камни могут быть где угодно. А переход на следующий этап откроется только тогда, когда мы добудем три камня, либо же все будут собраны…

Ребята кивнули и разбежались в стороны, я же с профессором Крэйфом пошла на север.

— И все же? — через время спросила, в действительности соглашаясь с возмущением магини огня. — Почему вы не разрешили мне пойти одной?

Честно признаться, это немного задевало.

— Наверное, потому, что ты самая младшая из всех! — недовольно фыркнул Крэйф и уже с теплой улыбкой закончил: — К тому же нас пятеро, а сторон света четыре.

После прибавил шагу. Он был выше меня ростом, и шаг больше, из-за чего приходилось почти бежать, чтобы не отставать от него. Но выходило с трудом. Мои ноги заплетались в траве, колючки цеплялись, веточки царапали лицо. Не понимаю, как Эвин может любить растения?

— Ханна, ты ведь повелеваешь… — неожиданно начал профессор, но я и так все поняла, опередив его.

— Они не знают, где нужные нам камни. И это очень странно! Камни чувствуют друг друга, на каком бы расстоянии не находились.

— Вот как, — не сбавляя темпа, протянул Крэйф, задумываясь о чем-то своем. — А кто-то уже отыскал камни?

Я прислушалась.

— Нет, но…

— Что «но»?! — изумленно спросил Крэйф, а я услышала знакомый шепот камней: «Исчезло три команды!»

Крэйф резко остановился, обернулся…

— Ложись! — неожиданный крик, и меня с силой толкнули, падая сверху и придавливая к земле. Боль пронзила неожиданно, но голоса раздавшиеся рядом, отвлекли от неприятных ощущениях.

— Не двигайся! — тихий шепот профессора, так и не отпустившего меня.

— Они только что были здесь! — совсем рядом послышался высокий женский голос, а после совсем низкий:

— Клэр, ты уверена?

— Конечно! Но я их больше не чувствую.

И только сейчас я увидела еле заметную дымку. Она окружала нас защитным кольцом.

А шаги постепенно стали отдаляться. Когда же полностью затихли, Крэйф медленно встал и подал мне руку.

— Ханна, ты не ушиблась?

Я закачала головой, действительно не чувствуя больше боли. Совсем немного локти расцарапала и все.

— Команда Аривель! Только начались испытания, а они уже удумали избавляться от соперников. Глупцы! Вылетят первыми. Идем, Ханна.

Он дернул меня за руку, и я невольно пискнула.

— Боги, Ханна?! — зло бросил учитель, поднимая мою руку. — Если я что-то спрашиваю, нужно говорить правду.

— Простите, просто…

— Что просто? — недовольно переспросил Крэйф, совсем легонько касаясь ссадины. Я заметила только слабый теплый свет, не чувствуя боли.

— Просто люди ведь не лечат магией, — честно призналась, понимая, что профессор, наверное, единственный кому я действительно могу доверять и не бояться говорить правду.

— Позволь узнать, — я отчетливо услышала проскользнувший сарказм, — в аудитории твои ожоги как исцелились?

— Знаю, но вдруг это как раз то что не исцеляют.

Мгновение — и от ссадины не осталось следа. Мою руку отпустили и внимательно на меня посмотрели. В зелени его глаз отразилась теплота и нежность…

— Я уже говорил ранее и готов повторить еще раз, — небольшая пауза, мою ладошку вновь сжали и повели за собой. — Мне бы не хотелось причинять тебе лишнюю боль. Зачем, когда мне под силу исцеление.

— Но ведь маги стихий не изучают врачевание.

— А я изучал, — короткая фраза, он даже не обернулся, отчего мне приходилось смотреть ему в спину. — Должен был стать целителем, но знакомство с духами все изменило.

— Вы не жалеете?

Все также не оборачиваясь, быстро идя вперед, он словно с неохотой, но ответил:

— Честно, я сам не знаю. Иногда в голову приходят мысли, что было бы, останься я на факультете целительства. Но уже поздно об этом думать. Я перевелся в академию стихий, и сейчас, находясь здесь на турнире, понимаю, что выбор был сделан правильно. Люди должны узнать о вас, понять истинную силу духов и стихий…

Я не сдержала улыбку, рассматривая затылок мужчины. Как же приятно знать, что кто-то, хотя бы один человек понимает нашу сущность, который хочет помочь!

— Спасибо… — совсем тихое, но Крэйф услышал, чуть сильнее сжал мою вспотевшую ладошку.

— Пока что не за что.

Дальше мы шли в тишине, пробираясь сквозь заросли, пока профессор вдруг не остановился и не пошел в совершенно обратную сторону.

— Но ведь еще не прошел час!

— Уже и не важно. Ран нашел кое-что интересное и, кажется, я догадываюсь куда исчезли три команды.

— Откуда…

— Ветер донес, — легкая улыбка. — Ты ведь говоришь с камнями, а Фран умеет разговаривать с ветром. И с самого начала, как мы разделились, его ветер был с нами, с каждым из нас.

Я непонимающе нахмурилась, однако послушно последовала за профессором обратно. И все равно такого не может быть. Только духи могут слышать стихию. Людям это ведь не подвластно! Как Фран может говорить с ветром? Он даже не магистр еще! Вроде, как они способны слышать свою стихию.

Впрочем, вскоре и эти мысли исчезли, стоило нам выйти из зарослей. Я опустила широкие листья кустов, просто не веря своим глазам. Там впереди, за песочным пляжем, виднелась синяя гладь воды…

Не задумываясь, что делаю, словно ребенок, побежала вперед, к морю, желая прикоснуться. Ведь я столько о нем слышала, но никогда еще не видела! Говорят оно очень соленое, а еще голубое-голубое, как небо, но когда непогода, то серое — под стать тучам. И волны… большие-большие, с белой пеной!

На ходу стягивая сапожки, я кинулась к воде, не обратив внимания на Рана с Сорин, которые уже нас ждали. Сейчас их для меня не существовало. Никого. Я даже не подумала, почему рядом с ними нет Франа. Ведь я бежала по мягкому песочку. И какое же это невероятное чувство — ощущать под ногами свою стихию! Каждую песчиночку, маленький-маленький камушек, ракушку…

— Ай! — вскрикнула, только ступни коснулись воды. — Холодно.

Отпрыгнула назад, но волна с белыми барашками все равно коснулась пальцев, тогда я со смехом отошла еще дальше, наблюдая, как вода пытается меня достать. Причудливое отражение лучей слепило, из-за чего приходилось щуриться.

Вдалеке слышался крик чаек и шум прибоя, а небольшой ветерок приятно касался распущенных волос. Светло-голубое море, покрытое почти белыми дорожками штиля, невольно притягивало взор. Казалось, оно хранит в себе какую-то тайну, нечто волшебное есть в этой бескрайней воде, дарящее искреннюю радость. Достаточно одного взгляда, чтобы ощутить теплоту внутри и, в то же время, почувствовать все величие моря. Сейчас оно было спокойным, словно спало, но я знала, что в непогоду эта стихия становится неконтролируемой. Как милует, так и забирает тысячи жизней обычных людей. Иногда духи бывают безжалостны, мы — горный народ, никогда не имели с ними дела.

— Где Фран? — недовольный голос профессора, обращенный к ребятам, заставил меня удивленно обернуться.

— Должен был уже быть, — хмуро проговорил Ран. — Ведь это я сообщил его ветру о море, и попросил передать вам.

— Оставайтесь здесь, я схожу за ним!

А во мне отчего-то зародилось беспокойство. Нехорошие мысли полезли в голову и радость от встречи с морем быстро исчезла. Вдруг с ним что-то случилось?

Но в следующее мгновение волнение сменилось спокойствием — из-за кустов появился Фран. Целый и невредимый, лишь на лбу небольшая царапина.

— Пришлось отбиваться от надоедливой команды, — пояснил он на немой вопрос учителя. — Они почему-то решили, что у меня уже есть камни.

— Подойди ко мне! — строго приказал Крэйф, после чего осторожно коснулся лба пепельноволосого.

Под пальцами мужчины вновь появился уже знакомый исцеляющий свет. Мне бы тоже хотелось так уметь. Я внимательно рассматривала, как магия заживляет кожу, пока Фран не посмотрел на меня. Стоило ему это сделать, как я тут же отвела взгляд, посмотрев на свои мокрые ноги.

Море легонько дотрагивалось до пальцев и «убегало». Прав был отец! Море это одно из самых красивых идей природы.

Я вздохнула, не желая уходить, но все же, взяла сапожки, и пошла к ребятам.

— Говорила ведь, что глухая деревня! — фыркнула Сорин, скосив насмешливый взгляд. — Моря никогда не видела?!

— Опять нарываешься?

— Сорин, Ханна, а ну замолчали немедленно! — раздраженно прикрикнул профессор. — Вы уже поняли, какая у нас локация?

— Земля, — почти одновременно с Сорин ответили, за что получили еще один выговор.

— Так вот, лучше бы головой думали, вместо ненужных терок. Ран, объясни им!

Но я все поняла еще до того, как он начал говорить. Так вот почему камни молчат! Их надо искать в море… на самом деле первый этап — это водная стихия. Но ведь море бескрайнее. Я со страхом посмотрела на прозрачно-голубую гладь. Харкэ-ка! Ведь я толком и плавать-то не умею.

— Верно, Ран. Уже три команды в море, значит, у нас есть шанс, пока остальные не додумались, где искать камни…

Я удивленно посмотрела на Крэйфа, но он и сам все понял, спокойно произнес:

— Ран, пойдешь первым, вода твоя стихия, тебе не нужен воздушный кокон. Сорин с Франом, Ханна со мной.

— Брр! — недовольно передернула плечами магиня огня, с неохотой войдя воду. — Но почему нельзя было придумать что-нибудь другое?

— Меньше капризов, Сорин. Все готовы?

Ребята кивнули. Я и моргнуть не успела, как они нырнули, а я так и осталась стоять по колено в воде, испытывая страх. Даже руки вспотели.

Все-таки вода чужда мне…

— Ханна?! — почти рядом показалась недовольная голова Крэйфа, а в следующее мгновение меня неожиданно утащило под воду…

Я испуганно закричала, и это стало моей ошибкой. Вода попала в рот и нос, защипало глаза, а тело свело судорогой от холода.

Кто-то коснулся теплой рукой спины, и я поняла, что могу дышать. Мышцы расслабились, и стало комфортно.

— Все хорошо, Ханна, — мягкий голос профессора, — открой глаза.

Послушно выполнила, замечая что вокруг нас с Крэйфом какой-то прозрачный невесомый кокон, созданный, кажется, из ветра. Он окружал нас, давая возможность дышать.

— Глупая, — раздраженно фыркнула Сорин, находившаяся недалеко от нас в таком же защитном коконе с Франом. — Ты своим криком могла привлечь внимание других команд!

— Тут она права. Надо быть более осторожным! — недовольно покачал головой Крэйф, сделав какой-то жест, отчего наш шар стал опускаться вниз, во тьму…

А где Ран? Я нигде его не видела. В этой темноте совсем ничего не было видно, пока впереди не показался небольшой огонек. Тогда я смогла рассмотреть друга. Не зря он всегда напоминал мне рыбу. Маг воды плыл очень грациозно и свободно. Было видно, что это его стихия. Ему не нужна защита, ведь он может управлять самой водой. Я даже немножечко позавидовала ему. Однако вскоре он вновь уплыл далеко вперед, скрываясь за темным маревом. Которое, впрочем, со временем рассеялось. Не знаю, как долго мы спускались вниз, дна все также не было видно, но впереди показалось нечто светящееся…

Только приблизившись, я рассмотрела удивительные крупные водоросли. Я не знала их названия, но выглядели они красиво. А дальше оказались еще более удивительные растения. Целые колонии кораллов в виде кустов и деревьев! Словно лес, но под водой. Здесь все было настолько ярко, словно передо мной настоящие букеты цветов! Светло-зеленые кораллы, красные, голубые, лиловые. Красота!

За кораллами показались огромные валуны и камни, обросшие мехом. Они чем-то напомнили мне по форме горный хребет. Только в отличие от земных хранителей памяти, эти молчали. В воде ни один камень не отзывался мне, и, кажется, я начала понимать почему. Слой мха, живых организмов, всяких моллюсков, иглокожих и ракообразных облепили камень столь плотно, что он просто не слышит мой зов.

— Вау! — не сдержала восхищенного возгласа, видя впереди стайку ярко-желтых рыб. А за ними еще одна — серебристо-синяя.

Чем ближе мы были к коралловым рифам, тем больше образовывалось огромных скоплений рыбы. А еще я увидела морских ежей и моллюсков!

— Великий эфир, морская природа столь же невероятна как и земная!

— И опасна, — серьезно добавил профессор, но лично я пока что никаких опасностей не наблюдала. Нам даже больших рыб не встречалось.

Мне так хотелось прикоснуться к этим красивейшим кораллам, морским ежам или губкам. Ощутить какие они: мягкие или твердые? Гладкие или шершавые? Ведь все это я видела впервые!

Поэтому, когда наш шар проплывал почти у самого кораллового рельефа, я незаметно потянула руку, надеясь, что щит позволит мне коснуться их…

— С ума сошла?! — гневный отклик и несильный удар по руке. — Не смей ни к чему прикасаться!

Я удивленно посмотрела на разозлившегося Крэйфа, даже Сорин с любопытством обернулась в нашу сторону. Они с Франом плыли немного впереди.

— Но почему?

— Боги, Ханна ни к чему в море нельзя прикасаться. Ты хоть представляешь, что укол морского ежа или укус зубастой мурены может привести к ожогу, аллергической реакции, а иногда и к смерти!

Смущенно опустила взгляд, не понимая, как такие красивые растения и живые организмы могут причинять вред. У нас в горах ко всему можно притрагиваться. Различные виды камней, кристаллов, растений — все они позволяют себя изучать, не нанося нам вреда.

— А кто такая мурена? — через некоторое время с интересом спросила профессора. Он не ответил. Просто указал рукой на большие скопления рыб за валунами.

Ого! Они оказались невероятно красивы! И тоже самых разнообразных цветов и форм. У многих из них все тело было покрыто «леопардовыми» пятнами. Желтые, с волнистыми пятнышками, полосатые, большие и маленькие. Какие же они все разные. И почти каждая мурена имела очаровательную «улыбку» — острые зубки с длинными клыками посередине.

Впрочем, мурену можно было не опасаться. Она затаилась среди коралл, не замечая нас.

Но вскоре в моем сердце поселилась тревога. Радость от красоты моря ушла на задний план вместе с яркими рыбками и водорослями. Вода стала темнее, а дно из спутанных больших водорослей и кораллов сменил вид пустоты, которая отдалялась от нас, закрываясь мутной пеленой. Пустота пугала, и я не знала почему. Тишина давила на уши, только размеренное дыхание наставника спасало от желания закричать.

Впереди выплыл взволнованный Ран. Он жестами показал, что знает, где камень, а после подплыл к нашему шару. Крэйф создал около него похожую сферу, соединив с нами — теперь мы могли его услышать.

— Все отлично, но невдалеке я обнаружил команду Сорента. Скоро и они поймут, где камень. Нужно быть осторожными, артефакт припрятан посреди кораллового рифа, а это любимое место акул, — и прежде, чем профессор успел что-либо сказать, Рыба поспешил из шара в воду, ведя нас за собой — так сильно он хотел первым добраться до нужного места.

— Этого еще не хватало — у нас на хвосте фавориты турнира.

— Просто букмекеры не знали, чего мы стоим! — отозвалась я, гордо подняв подбородок.

Это развеселило Крэйфа, но он только покачал головой в ответ на мои слова. В его глазах — я, наверное, еще совсем ребенок, хоть и с сильной магией.

Мы вновь возвращались к коралловым рифам. Среди морской пустыни возникли уже знакомые «горы» из окаменелых водорослей.

— Ханна, попробуй позвать артефакт, — шепнул наставник.

Я закрыла глаза, сосредотачиваясь. Да, все камни под водой спят, но его только принесли в воду, на нем нет теплого «покрывала» из водорослей и ракушек. Камень-артефакт должен услышать меня, ведь если верить Рану, он где-то недалеко. Конечно, было бы неплохо спросить, как о камне узнал друг…

Нет. Ничего. Совсем! Вода заглушала мой зов.

«Туда» — жестом указал Рыба на один из рифов. К камню поспешили Сорин и Фран, обгоняя нас с профессором.

Мой взор быстро переключился на другую команду. Это были участники из Сорента, о которых предупреждал Ран. Но они были не одни. Я видела, как за ними черной тенью движется огромная рыба.

— Смотрите! — стукнув легонько наставника по плечу, указывая на команду соперников.

— Акулы, — как-то слишком спокойно вынес вердикт Крэйф. — Харкэ-ха, нужно быстрее забирать артефакт!

Наш кокон направился к остальным, но я видела, что наставник все время смотрит в сторону других участников.

— Боги, да один из них ранен! — неожиданно ахнул он.

Тогда уже и я присмотрелась к нашим соперникам. Профессор прав! Действительно из их воздушного защитного шара просачивалась небольшая струйка крови. Ее и не сразу даже заметишь, если бы не сидящий на дне кокона, склонив голову, участник. Ко всему прочему, их команда была неполной.

— И где можно было так пораниться? — удивилась я.

— Если бы это было главной проблемой!

— Вы думаете рана серьезная?

— Знать не знаю и знать не хочу, но кровь приманивает хищников.

Как будто в подтверждение его слов тень разделилась, и приблизились к кокону соперников, постепенно беря их в плотное кольцо! Акулы! Зубастые хищницы несколько раз атаковали шар, но у них ничего не выходило — магия ветра защищала участников. Но я видела, как тяжело держать щит их магу воздуха.

— Они долго не выдержат! Их маг земли ранен, а огонь здесь бессилен. Воздух занят, и если он попробует сделать более крепкую защиту, все задохнутся от густоты воздуха, — констатировал Крэйф.

— Мы можем им помочь? — в панике спросила, наблюдая за страшными рыбами с огромными зубами. — Они совсем без защиты.

Крэйф, кажется, о чем-то мучительно раздумывал. Потом недовольно выругался и послал наш шар в сторону команды из Сорента. Я со стороны наблюдала, как он достал меч и вытянул перед собой. Коснулся другой ладонью лезвия и зачитал заклятие.

В следующее мгновение струя сильного потока воздуха вырвалась из шара и помчалась в сторону акул, разгоняя их. Рыбы непонимающе заметались.

Последовали новые удары магии…

— Кажется, они заметили нас, — прошептала я, ощутив неприятный холодок в груди. Невольно отошла в противоположный конец защитного кокона.

— Харкэ-ха! — снова выругался Крэйф, создавая еще один поток воздуха и запуская в хищников, которые уже собрались атаковать нас, оставив свою прошлую жертву.

Я испуганно вскрикнула, видя их зубы в мельчайшей подробности. Акула пронеслась столь близко, что, показалось, она сломает наш невидимый щит. Сейчас он совершенно не давал чувства защищенности.

Кокон пошатнулся, я упала, не устояв на ногах. Но тут же отпрянула в другую сторону, когда случайно обернувшись, увидела страшный, безэмоциональный глаз акулы. Самое ужасное, я ничего не могла сделать.

— Надо уходить, наш щит тоже долго их удары держать не сможет, и может лопнуть в любую минуту, как мыльный пузырь, — «обрадовал» наставник, направляя шар подальше от акул.

Понятное дело, движущийся объект только сильнее их привлек, и они поплыли за нами следом. Кокон пока что плыл быстрее их, а Крэйф еще и отвлекал акул воздушными потоками.

— Профессор! — ахнула я, указывая вперед. Там, команда из Сорента, давно добравшаяся до рифа, первой отыскала камень. Наш камень!

Увы, но наша троица раздобыть его не смогла — ей путь преградила уже другая компания акул. Мы не могли даже добраться до команды соперников, которая просто уплывала с места событий.

Помогая им, мы сами оказались в ловушке, упустив свой шанс! Более того, эти наглецы показали неприличный жест на бурную жестикуляцию Франа. По всей позе было видно, что пепельноволосый что-то кричит, активно размахивая руками.

— Этот артефакт мы упустили, — спокойно подытожил Крэйф, резко поворачивая кокон вправо, чтобы уйти от обнаглевшей акулы.

Я понимала, что он прав — мы были окружены и вынуждены уходить тем же путем, что и пришли. Даже Ран ничего сделать не мог, спрятавшись от акул в коконе Сорин и Франа.

Вот так я осознала, куда именно попала…

3 глава Первый камень

Мы плыли очень долго, прежде чем вновь показался Ран. Он, как и прежде, плыл далеко впереди, изредка возвращаясь к нам и показывая направление. Я так и не поняла, откуда он знает куда плыть. Впрочем, некоторые догадки по этому поводу у меня имелись. Наверное, ему помогает сама вода. Все-таки его стихия.

Так что когда Рыба вернулся и сообщил нам, что, возможно, знает, где может быть еще один камень, я не смогла сдержать радостной улыбки. Ведь я все еще была расстроена предыдущим провалом. Команда из Сорента поступила очень некрасиво. Но, увы, такова природа людей. Все равно Великий эфир всегда учит, что каждый поступок, будь он хороший или плохой, вернется в стократ.

Ран подплыл к нам и профессор, как обычно создал для него кокон, чтобы мы могли услышать:

— В самом низу, в домах много-щетинковых червей, лежат мелкие камни. Один из них с рунами, возможно, наш, но к нему невозможно подобраться!

«Черви»? Я невольно передернулась, вспоминая их. С детства не любила эти создания природы и не понимала, для чего они вообще нужны.

— Почему? — к нам подплыли Сорин с Франом.

— Большероты! — эмоционально воскликнул Ран. — Они там повсюду!

— А что э… — начало было я, но профессор опередил, сухо проговорив

— Змееподобные твари с огромными ртами, что способны проглатывать рыб, размером больше их самих.

— То есть «черви» не самое страшное… — тихо проговорила я, представляя перед глазами змею с большим ртом. Выглядело не очень.

— Делать нечего, — пожал плечами Рыба, нам нужен камень.

— Может, мы вас тут подождем? — серьезно предложила Сорин, но учитель взглянул на нее таким испепеляющим взглядом, что она лишь недовольно почесала дульку из волос и послушно стала спускаться в низ.

Мне не удавалось скрыть интереса. Он был настолько сильным, что даже страх пропал. Я с любопытством крутила головой, рассматривая все вокруг. Морские лилии, губки, а эти щетинковые черви, о которых говорил Ран, оказались совсем не такими, как я представляла. Совершенно не похожие на наших земных червей. Скорее, как белые водоросли с красной головкой. Они росли из самых расщелин камней, в небольших отверстиях сделанных, и правда как похожих на домики.

— Фу! — неожиданно воскликнула Сорин, распугав всю рыбу вокруг. Я же проследив за ее тонким пальчиком, увидела пауков. Огромных морских пауков. Они ползали по самому дну, на бугристом песке. Но совсем не были противными или страшными. Вот они как раз совсем не отличались от обычных, разве что ножки покрепче и размеры больше.

— О! — а это уже я. Впереди у «червей-водорослей» действительно лежали камни. Я тут же мысленно обратилась к ним, понимая, что Ран прав! Это артефакт! Радость заполнила меня, и я дернула профессора за рукав, показывая то, что увидела. Однако учитель почему-то не спешил опускать шар, и тогда я сама это сделала: высунула из кокона руку и направила силу в сторону камней.

— Ханна! — окрик, а я не сразу осознала, что произошло. Время остановилось и я, как будто со стороны наблюдала, как из камней выплыла змея с огромным ртом. Мгновение и ее гладкая, слизкая кожа коснулась моих пальцев. Меня силой дернули назад, так что я не устояла и упала на колени, пытаясь понять, что происходит. Кокон вздрогнул, но удержался, укрепляясь более мощным ветром, из-за чего стало тяжело дышать, а вокруг закружились змеи. К первой приплыли еще. Они учуяли нас, выползая из своих укрытий, и теперь пытались разрушить щит.

— Простите, — виновато прошептала я, понимая, что наделала. Но… Великий Эфир, Ханна, вот куда ты вечно спешишь.

Я медленно поднялась, чувствуя дрожь нашей защиты и почти задыхаясь от нехватки воздуха.

— Надо уходить! — приказал профессор. — Их слишком много.

Я оглянулась. Ран был сейчас с Сорин и Франом, их шар тоже окружили змеи. Что же делать? Мы не можем просто взять и уплыть. Мы просто обязаны достать этот камень.

— Профессор, — тяжело проговорила я, чувствуя, как по лбу стекла капелька пота от этого удушливого воздуха. — Неужели мы ничего не можем сделать?

— Нет. У нас в запасе пару минут и надо ослаблять щит! Уже и так дышать слишком трудно.

Я могла только наблюдать, как профессор отдаляет наш шар от заветного камня, а змеи все еще кружатся, не давая так легко уйти. От отчаянья мне заплакать захотелось.

Соберись, Ханна! Сделай что-нибудь!

Я — Гарх'ханна, рожденная великим отцом своим и повелевающая камнем так, как это делали все мои предки, призываю камень извергнуться и показать всю его мощь и непокорность, что хранится в нем!

Мысленно зашептала, понимая, что у меня очень и очень мало шансов, что камень отзовется. Гуща воды, так еще и уплотненный щит перекрывает магию.

Но я все равно продолжала, надеясь, что услышит. Перед глазами всплыли уроки с профессором, когда он хотел, чтобы я выплескивала чистую энергию духа. И я поняла, что это мой шанс. Скосив взгляд на профессора, который все еще одними губами повторял формулу, я прикрыла глаза, вновь обращаясь к артефакту и освобождая силу духа. Раскинув руки в стороны, я позволила силе струиться по венам, собираясь в одном месте возле сердце…

— Профессор, — изумленный голос Франа, — Ханна!

Но уже поздно! Энергия вырвалась из меня силовой волной, заполняя наш шар. Она струилась вокруг, очищая воздух, давая наконец дышать полной грудью.

Камень, услышь меня! Прими силу своего хозяина и явись нам.

Сила вырвалась из кокона, разрушив его, но все это было неважно. Ведь камень отозвался. Тот что так нужен был нам — услышал. Холодная вода коснулась кожи, резкий звук испуганных рыб-змей, и влажный камень в руке. Он откликнулся. Пришел!

Сила окутала нас таким же щитом, как и прежде — воздушный, не спеша исчезать. Холодная вода с теплой силой приносили дискомфорт, но я была рада, что чувствую в ладошке камень.

Хотела открыть глаза, но почему-то не смогла. «Кажется, я немного переборщила с силой» — отстраненно подумала, падая куда-то вниз, в темноту… в последний миг, ощущая, как меня подхватывают за талию.

Кто-то ругался…

* * *

Когда открыла глаза, то сначала не поверила. На какое-то мгновение мне показалось, что я попала в сказку. Вокруг все такое яркое и цветное. Мы плыли среди разнообразных растений и мелких рыбок. Совсем рядом возле ветвистых розовых кораллов и морского веера проплывали яркие колючие голожаберные моллюски. Я их видела лишь раз в жизни! Когда-то очень давно мне отец одну из них показывал. Они невероятно красивы! А с другой стороны проплыло нечто похожее на красную тряпочку, с необычными белыми пятнами. Я аж засмотрелась, не зная, что это.

— Слизень-танцор, — пояснил Фран, заставляя меня удивленно к нему обернуться. Юноша присел рядом со мной, обеспокоенно заглядывая в глаза.

Я осмотрелась, замечая впереди Рана, и шар с профессором и Сорин. Но почему мы поменялись?

Зло взглянула на мага воздуха. Не хочу быть с ним! Почему профессор так поступил, ведь знает, как мне тяжело с Франом?!

— Крэйф зол, — неожиданно проговорил Фран, словно догадываясь о моих мыслях. — Ты посмела разрушить его щит, подвергнуть опасности его и себя, в общем, тебя еще ждет взбучка.

— Но ведь я же достала камень! — я взглянула на свои ладошки. И правда в правой руке у меня был зажат артефакт. Его никто и не подумал забрать.

— Ты ослушалась, а Крэйф этого не терпит.

— И ладно! — я раздраженно встала и запихнула камушек в кармашек штанов. Как всегда мои поступки не ценят и видят, только плохое. Что же, раз учитель хочет проучить меня таким способом — пусть. Но с Франом я разговаривать не стану.

— Ханна, — он легонько коснулся моего плеча, но я лишь раздраженно повела им, сбрасывая руку.

— Фран, помни свое обещание.

Недовольно цокнул языком, но ничего не сказал, даже немного отошел. Меня же раздирала злость. Да, может я поступила необдуманно, но ведь камень у нас! Неужели никто даже не скажет спасибо! Так, спокойно, Ханна, не злись. Это лишь пустая трата сил, а у тебя их и так немного. После того всплеска я чувствовала легкую усталость, понимая что еще некоторое время не смогу полностью совершать выбросы чистой энергии.

Харкэ-ка! Но как же обидно!

— Профессор! — я громко позвала, но он даже не обернулся, стоя ко мне спиной в своем щите. Зато Сорин обернулась и высокомерно взглянула. Небось, счастлива что с учителем на этот раз.

Я сложила руки на груди. Хорошо. Больше ничего не стану делать. Неблагодарные! Однако спустя некоторое время, наблюдая за проплывающими морскими коньками и полосатыми крылатками, поняла, что в чем-то профессор прав. Я не должна была действовать столь необдуманно. И все же, если бы я так не поступила, камня у нас бы не было, и мы просто бы позорно сбежали от змее-рыб. И чем они так опасны? Мы же в щите были! Надо было все равно попробовать достать камень. Впрочем, о чем я только думаю. Глупая, Крэйфу лучше знать, как действовать.

Достала камушек и взглянула на него. Самый обычный, чуть овальный с рунами. Найдем ли мы еще хотя бы один или нет? Нашли ли остальные? Вопросов было много, а еще тревоги, что мы не успели. Что уже все остальные камни разобрали. Нет, Ханна, если бы это было так, уже б открылся портал. Успокойся!

Вновь спрятала и почесала пальцы, думая о Ране. Он давно не возвращался. Нашел ли что-то? Все ли в порядке?

И словно по велению мысли, друг появился совсем скоро. Подплыл к кокону учителя и что-то жестами стал объяснять. И лишь тогда профессор соизволил ко мне обернуться:

— Ханна, Фран, плывем вниз и влево, помня об устойчивости щита.

— Есть еще камень? — опередил меня Фран и, получив кивок от профессора, направил шар вниз.

Кажется, так низко мы еще ни разу не опускались. Яркая красота морской природы сменилась темной гладью и черным дном. Здесь уже не было растений и ярких морских звезд с водорослями. Впереди показались какие-то руины, лишь при ближнем рассмотрении, напомнившие мне людские корабли. Неужели камень там? Честно признаться, мне совсем не хотелось плыть в те темные развалины. От них веяло каким-то холодом и опасностью. Особенно не нравилась мне эта тьма, ведь я не могла использовать свое истинное зрение, ребята могут заметить.

Стены корабля оказались поросшими мхом и тоже всякой живностью. Сорин как обычно стала вертеть носом, но в этот раз ничего не говорила, а я как обычно прикрыла глаза, прислушиваясь к камням. Есть ли среди них нужный. И каково же оказалось, когда действительно артефакт отозвался. Но как Ран опять нашел?!

— Фран, — знаю, что не разговариваю с ним, но это чисто на минуту и по делу. — Как Ран находит местоположение камней?

— Неужели кто-то заговорил?

— Не хочешь, не говори, только не надо вот этого своего сарказма, — холодно отчеканила в ответ. Меня даже просто его ехидные замечания и словечки выводили из себя.

— Ран не только может управлять водой, а и слышать любые изменений в воде. Скорее всего, здесь у корабля был кто-то. Конечно, это не стопроцентная гарантия, но возможно…

— Он здесь! — перебила, не дав договорить. — Камень действительно где-то в этих руинах.

— Откуда ты знаешь?

Но я уже не ответила. То, что хотела спросить — спросила, дальше говорить с пепельноволосым, не имело смысла.

Вновь почесала пальцы и сложила руги на груди, с опаской осматриваясь по сторонам. Наш воздушный шар спустился на самое дно, заплыв под палубу корабля.

Сорин зажгла небольшой огонек, осветивший всякую мелкую морскую живность: ракушки, крабов, мидий, актиний и гниющие морские водоросли. Меня передернуло от омерзения. Они не были красочными, как те живые организмы на коралловых рифах. Эти вызывали лишь отвращение. Темные, болотяно-зеленые, слизкие, облепившие дно и стены корабля. Создавалось ощущение, что я нахожусь в болоте

Мысленно позвала камень, чувствуя, что он совсем-совсем близко. Мы проплыли палубу, каюты и выплыли в узенький коридорчик. И я была почти уверена, что наш артефакт тут! Стала оглядываться, моля его откликнуться, но он почему-то прятался. Знала, что он здесь, но по неведомым причинам отказывался показываться.

Но размышлять над этим мне было некогда. Как только мы подплыли к дальней стене с разбитым окном, что-то ударило по нам. Мы с тихим вскриком упали на слизкий, абсолютно в водорослях пол. Щит разрушился…

Холод тут же свел судорогой тело, но это было ничто по сравнению с соленой водой попавшей в рот и нос.

Меня ухватили за талию и окружили вновь коконом воздуха.

— Ты в порядке?

Только откашлявшись, я кивнула Франу, не понимая, что это сейчас было. И как назло профессор с Сорин поплыл в южную часть судна, а Ран на восточную, чтобы быстрее отыскать камень.

— Быстрые! — булькающий голос откуда-то сбоку. — Но вам это не поможет. Не это ли ищите?

Я удивленно подняла взгляд, видя перед нами худую девушку с жабрами на шее и перепонками между пальцев, державшие заветный камушек. Мне даже не надо было гадать кто это! Почти сразу я ощутила знакомую силу духа, она тоже. Изумленно приподняла светлые брови, с любопытством меня разглядывая. Это заметил и Фран, который удивленно перевел взгляд на меня.

— Ты ее знаешь? — тихий шепот на ухо и мой кивок. Знаю? Перед нами дух воды — ундина! Как можно ее не узнать. Морские девы, иногда с рыбьими хвостами, которые выходят из воды и пением завлекают путников в глубины моря, убивая и в то же время делая их своими возлюбленным в подводном царстве. Но если люди не знают о нашем существовании, то Фран вряд ли понял, кто она.

— Элементаль воды? — довольно быстро «догадался» пепельноволосый, вопросительно глядя на ундину. Я так и знала, что человек предположит низшее создание, нежели представит, что перед ним морской дух!

Дева улыбнулась и расслаблено опустила руку, по-новому нас рассматривая. Харкэ-ка! Ведь наверняка поняла, кто я. Хоть бы не проговорилась. Прошу!

Она словно поняла. Приветливо мне улыбнулась, удивляя, и вдруг сказала:

— Прости.

Такое изменение в отношение к нам радовало, ведь ундина единственная из духов, что наносит самый большой магический урон и очень больно бьет. Но в то же время, они самые миролюбивые по отношению к другим, в отличие от того же огня и воздуха. Поэтому я полностью расслабилась, понимая, что повторного нападения не последует.

— Я не стану вас трогать, — серьезно проговорила элементаль, — и отдам камень. Но в будущем мне нужна ваша поддержка…

Мы удивленно переглянулись с Франом, но ничего не сказали, вновь обернувшись к духу.

— Нас становится все меньше, поэтому, — небольшая пауза, — когда придет время, я хочу получить взаимную помощь. Вы ведь знаете о призе этого турнира. Не можете не знать, а значит, должны будете помочь и моему народу тоже!

— Хорошо, — я понимала о чем она, ведь и горных духов все меньше. И если у профессора все выйдет, то духам действительно станет легче.

Она медленно подошла ко мне, просунула руку через щит и отдала камень. Вот так легко и просто?

— Помните об обещании данном мне, — тут она мягко коснулась руки Франа и в то же время с угрозой предупредила:

— Иначе я заберу тебя навеки в свое морское царство, ветер!

Мгновение и она развеялась дымкой в тот же час, как наконец явились остальные. Профессор удивленно оглянулся, посмотрел на нас и замер, остановив взгляд на камне в моих руках.

— Ханна?

— Мы слышали крик, — обеспокоенно произнес Ран. — Что произошло?

— К нам явилась морская дева, — весело ответил Фран, вставая и помогая мне, но я не приняла руку, отдернула.

Ундина ведь и к нему обращалась?! Он что-то знает? Я скосила взгляд в его сторону, но он только подмигнул и приложил палец к губам. Что это значит?

— Дева? — не поверил учитель. — Что же, можете не говорить, откуда камень. Главное, что у нас их уже два и это неплохое начало, если повезет, может быть, третий найдем.

Однако везение покинуло нас. Неожиданно совсем рядом возник светящийся портал, что значило лишь одно — все камни на этом этапе собраны.

Я раздражительно почесала пальцы, понимая, что один камень упущен.

— Чего встали? — недовольный голос профессора. — Ханна, Фран, входим! Здесь нам делать больше нечего.

Наш шар подлетел к порталу. Свет окружил нас, ослепляя ярким светом…

Шум прибоя, знакомый крик чаек и теплый песок под руками. Я медленно села, видя перед собой ребят. Свежий воздух и ровная поверхность показалась мне неожиданно непривычной. Несмотря на садившееся солнце, оно казалось очень ярким после темноты моря.

Интересно нас выбросило обратно на берег? Внимательно оглянулась, понимая, что не совсем так — мы на другом берегу.

— Ханна, что у тебя с рукой? — изумленно выдохнул пепельноволосый, хватая меня. Но я как обычно выдернула ладошку, не желая чувствовать его прикосновений.

— Профессор Крэйф! — громко позвал маг воздуха, в то время как я с удивлением опустила взгляд на раскрасневшиеся пальцы с какими-то пузырями. И лишь через мгновение вспомнила гладкое и слизкое касание рыбы-змеи с огромным ртом…

— Ханна? — профессор тут же присел рядом, осторожно беря за руку. Ран тоже склонился надо мной, и только Сорин нервно кусала губы позади меня.

— Почему с тобой всегда что-то случается?!

— Потому что она девочка-разрушение! — вполне серьезно проговорил Крэйф, аккуратно касаясь волдырей. Я ощутила знакомый теплый свет, но отчего-то краснота и эти волдыри не спешили исчезать, ко всему прочему стали немного жечь.

— Что-то не так? — первым не выдержал Фран.

— Яд… — совсем тихое и одновременно раздраженное. — А все из-за твоего непослушания, Ханна!

Но я не слушала его, замечая, что волдыри все же стали сходить, но краснота так и осталась.

— Но ведь волдырей больше нет, — я попыталась улыбнуться на что получила гневный взгляд шести пар и глаз. Сорин все также стояла за моей спиной, не попадая в обзор, но негатив в ее голосе я ощутила:

— И что теперь? Она умрет? Заменим ее на Эвина?

— Сорин! — осуждающий взгляд Крэйфа.

— Боги, да пошутила я. Но, а все же, как быть?

— Какие свойства этого яда? — серьезно спросил Фран, не обращая внимания на последние слова шестикурсницы.

— Симптомы проявляются индивидуально и постепенно, где-то в течение первых трех дней. Но если за это время не успеть с противоядием…

Профессор не договорил, но каждый из нас все прекрасно понял. На душе похолодело и стало страшно. Что теперь делать? Выходит я умру?!

— Плохо дело, — вынес вердикт Ран. — Я хоть и стихийник воды, но как бороться с ядом рыбы-змеи не представляю.

— Заткнись, Ран! Тебя никто и не спрашивал, — грубо огрызнулся Фран, садясь около меня. Я невольно поежилась и отодвинулась от него.

— Ласстэд! — осадил его профессор. — Что за петушиные разборки? Отойди от Ханны! Ничего страшного в этом нет. Нам просто нужно найти растение и все. Три дня не так уж и мало.

— Между прочим, другие команды ерундой не занимаются, а ищут камни. Может, мы ее все-таки заменим? У нас два стихийника земли в запасе! А Ханне окажут профессиональную помощь, — заговорила Сорин, прожигая меня недобрым взглядом.

Не дай, Великий эфир меня заменят! Я оторву ее длинный язык, чтобы больше не говорила. Вот только глубоко внутри я прекрасно осознавала, что в словах шестикурсницы есть резон.

— Давайте я буду решать, — натянуто отозвался Крэйф, помогая мне встать на ноги. — С Ханной все хорошо, пока что нет смысла менять. Это долгодействующий яд, мы обязательно успеем найти растение.

— Уже темнеет. Что будем делать? В лесу небезопасно ночью, — серьезно заметил Ран.

По его бледному лицу и напряженной позе было видно, что он сильно устал. Я и сама чувствовала, что подводное путешествие утомило меня. Могу только представить, как Рыбе тяжело, ведь все это время он плыл своими силами, а это огромные усилия! Ко всему прочему мой желудок уже некоторое время тонко намекал урчанием, что пора поесть.

Смущенно прикрыв живот рукой, я понадеялась, что никто не услышал этот жалобный писк моего организма. На счастье профессор Крэйф заглушил его своим голосом:

— Да, ты прав. Думаю, нам нужно разбить лагерь. Спешить некуда — всем нужен сон и отдых. Остановимся на границе леса. А я и Ласстэд, — прищуренный взгляд в сторону пепельноволосого, — раз ты так хотел помочь, отправимся в лес за целебной травой — мирихой. Она должна помочь Ханне. Девушки, займитесь пока обустройством лагеря и едой. Ран, хорошо сегодня поработал, так что остаешься с ними, если что поможешь.

Лицо Сорин скривилось. Впрочем, чего еще от нее можно ждать. Девушка как обычно всем недовольна! Но — о, чудо! — никак не подала виду и слова не сказала.

— Может не стоит на ночь глядя? — мне было неловко от того, что Франу с Крэйфом придется идти в такую темень в лес.

— О, волнуешься за меня? — восторженно спросил пепельноволосый со своей любимой надменной интонацией.

— Также сильно, как Сорин за меня… — безэмоционально отозвалась, давая понять свое «доброе» к нему отношение.

Фран был бы не Франом, если бы что-нибудь да не сказал.

— Хватит пререкаться! Ласстэд, пошли! — махнул Крэйф, первым ступая на неприметную тропу. — Заодно и обстановку разведаем.

Они скрылись за деревьями довольно быстро. Остались мы втроем. Я и Сорин прожгли друг друга ненавидящими взглядами, однако, не начиная словесной перепалки.

Наше поведение не укрылось от Рана, который тут же подскочил на ноги и поспешил ретироваться:

— Я за хворостом! — всплеснул он в ладоши и убежал.

Мы с Сорин возмущенно запыхтели и, все также не разговаривая друг с другом, пошли брать оставшийся вещи и идти к лесу. Это же надо! Именно нам скинули продовольственный мешок.

Спустя некоторое время Лавгард не выдержала долгого молчания и начала язвить:

— Я так понимаю, что все придется делать мне? Ведь ты у нас вроде как умирающая…

— Нет, — холодно оборвала ее едкую речь, — я отлично себя чувствую.

— Тогда, может, найдешь воды для ужина? — довольно сказала девушка, словно только и ждала от меня этих слов.

— А из океана не подойдет? — искренне спросила, непонимающе указывая на тонны воды недалеко от нас.

— Она же соленая! — поморщилась Сорин.

— Но еда вкуснее, когда соленая.

— О да, — фыркнула шестикурсница, сама беря котелок, — ладно пошли!

— Куда?

— Искать источник!

Да, я не любила Сорин и помнила все, что она мне сделала. И эти откровенно ее презрительные взгляды говорили о многом. Но больше, нежели Лавгард, я ненавидела лес. Особенно в темное время суток, когда знаешь, что вокруг опасность. Притом не только в виде хищников и ловушек, подготовленных для нас создателями турнира. Подлые соперники! Я до сих пор помнила ухмыляющиеся лица уплывающей от нас команды. Они даже не поблагодарили за помощь. Поэтому не став спорить с Сорин, послушно пошла за девушкой, прихватив с собой нашу провизию.

В лесу стояла мертвая тишина, ночные обитатели ждали полного наступления темноты, чтобы начать петь свои серенады. Тени деревьев удлинялись, крупицы уходящего света закатного солнца понемногу меркли. Теперь мы шли в абсолютной темноте, прислушиваясь к ночным звукам. По мере того как удалялись от моря, становилось тяжелее идти и пробираться сквозь гущу кустарников. Наши шаги нельзя было назвать тихими, то и дело приходилось ломать не дающие пройти ветви.

— Проклятие! — воскликнула Сорин, когда ее распущенные пышные волосы зацепились за очередную ветку.

— Ай! — это уже я, ощутив, как что-то больно укусило за плечо. Какой-то экзотический комар? Надеюсь хоть неядовитый, мне одной напасти хватает.

— Меня тоже постоянно что-то жалит, — пожаловалась шестикурсница. Она уже распутала от веток волосы и теперь размахивала руками, отгоняя кого-то невидимого. Даже со своим чутким зрением я никого не видела, а магически усилить свои возможности не могла. Тогда бы девушка заметила, как светятся мои глаза.

Мы пошли дальше, пока где-то рядом, наконец, не послышался шум воды. Поспешили на звук и вскоре вышли к небольшому ручейку. Лавгард тут же кинулась к нему, чтобы набрать воды.

А вот я не была столь оптимистична, внутри зародилось чувство чего-то нехорошего. Стало тихо, даже непонятные комары перестали виться вокруг нас, хотя мы и были около их излюбленного места — воды. Рядом колыхнулись кусты, а после загорелись две непонятные точки.

— С-сорин, — сбивчиво прозвала девушку.

— Что? — недовольно отозвалась шестикурсница, поднимаясь на ноги. В тот самый момент, когда она поворачивалась ко мне, из-за кустарников вышло оно…

Возможно, в ночи его можно было бы принять за могучего человека, облаченного в меха животных, если бы не размер — в два раза больше рослого мужчины. Монстр казался одним сплошным черным пятном на фоне ночного леса. Видны были лишь очертания. Сутулое и все в мехах.

Огромные когтистые лапы перебирали крупными пальцами, словно в предвкушении того, что скоро вопьются в нашу плоть. Алые глаза смотрели на нас с ненавистью, пылая настоящим огнем. Мне хватило этого, чтобы в страхе пересмотреть всю свою недолгую жизнь…

Его хрипящее дыхание усилилось, он будто хотел зарычать. Его услышала и Лавгард. Медленно обернулась, как в ту же секунду, чудовище с неожиданной прытью кинулось к нам, широко расставляя лапы и легко перепрыгивая через ручей.

Сорин вскрикнула. Видимо позабыв от страха, что является могущественным магом, она запустила в него котелком и убежала. Вовремя. Мгновение — и монстр стоит там, где только что была девушка. Котелок просто отскочил от массивного тела, будто был мягкой игрушкой.

Развернувшись, магиня взмахнула руками, вызывая свой стихийный жезл. Начертив им воздухе какой-то знак, она запустила в чудовище огнем. Только это ничего не дало. Совсем. Зато теперь я знала, что у чудища очень и очень огромная пасть. Монстр проглотил огонь, как делали это артисты на ярмарочной площади. Более того, магия Сорин словно подпитала его — теперь контур чудовища слегка горел алым.

Что же делать? Почему-то в голове не приходило никаких идей. Здесь не было камней достаточного размера, чтобы нанести монстру ощутимый вред, а с растениями я так и не научилась обращаться. Вряд ли бы у меня вышло вырвать с корнями дерево, как однажды это сделал Эвин. Да и если бы смогла — это бы заняло слишком много времени, а его у нас нет. Остается…

— Бежим!

В итоге я не запомнила, кто из нас первым это выкрикнул. Может даже мы одновременно. В любом случае, никто не стал оспаривать предложение. Да и что нам оставалось? Два мага, на которых профессор Крэйф возлагал большие надежды в победе, не нашли ничего лучше, чем позорно убежать.

Я так быстро никогда в жизни не бегала! Перепрыгивая через поваленные деревья, наклоняясь навстречу колючим веткам, огибая различные преграды. Теперь я могла с уверенностью похвастаться к чему так сильно стремилась в детстве — ловкости горных коз.

Рядом со мной летела впопыхах Сорин, громко и некрасиво ругаясь, которое совсем не шло к лицу благородной леди. В руках у него все так же был посох. Странно как она еще не споткнулась из-за него.

Мы продолжали бег, слыша за спиной топот громких шагов монстра. От каждого его прыжка земля содрогалась.

Сорин что-то закричала, ее посох охватило пламя, превращаясь в огненный меч. Она резко остановилась, разворачиваясь лицом к монстру и беря посох двумя руками.

— Что ты делаешь?! — я в ужасе схватила ее за руки, пытаясь оттащить подальше от монстры. — На него не подействует твой меч!

— Я знаю, — огрызнулась девушка. — Беги!

— Сорин, не время для геройства…

Старшекурсница явно хотела сказать что-то едкое — я видела это по ее лицу, но не успела — из кустов вылетело наше чудовище. Все слова тут же исчезли.

Лавгард так резко и неожиданно налетела на монстра, что я не успела ничего предпринять. Девушка решительно взмахнула «мечом», и рука чудовища полетела на землю. Монстр в недоумении завыл, будто бы не веря в случившееся. Какая-то девчонка посмела так легко лишить его руки.

Но что-то мне подсказывало, что не так все просто. Кажется, и Сорин это понимала, как и то, что момент неожиданности прошел, нужно быстро уходить. Взмахнув еще раз своим оружием, а вдруг повезет, шестикурсница разочарованно увидела, как меч прошел всего лишь по воздуху.

Мы вновь тяжело и очень быстро побежали. Но так долго не может продолжаться. Чудовище и не думала бросать свой долгожданный ужин.

Я первой заметила огромные густые кусты, через которые не пройти. Не знаю, как у меня так вышло, наверное, от страха, но легкий пас рукой, слово заклятия и в тот же миг, кусты раздвинулись, открыв нам проход.

— За мной! — решительно приказала я, замечая, как Сорин послушно, словно молния, метнулась в кусты. На этот раз ее не нужно было долго упрашивать.

Как только мы оказались в спасительной растительности, кусты за нами закрылись.

Теперь от нас ничего не зависело. Мы просто лежали в густой траве, не шевелясь, и даже не дыша.

Послышались приближающиеся шаги. Сердце от страха стучало так громко, что казалось еще немного и монстр услышит его. У меня даже волосы на голове встали дыбом! Но самое ужасное, наверное — это осознание собственного бессилия.

— Я камень, камень, камень, а вовсе не обед, — тихонько зачитала я «заклятие».

— Мне все равно кто ты — заткнись! — шикнула Сорин, угрожающе показав кулак. Я нервно кивнула в знак согласия.

Неожиданный хруст ветвей раздался совсем рядом. Он где-то близко! Через кустарники я смогла рассмотреть его силуэт. Как и предполагалось, на месте старой руки выросла новая. Значит… скорее всего он принадлежит огненной стихии. Но почему он здесь? Странно видеть монстра огня среди леса.

Минуточку! А если правда он — огонь?! Значит ли это, что его убьет вода? И если местность для него несвойственная, то выходит его создали маги, которые придумывали турнир? Что если он

Я закрыла глаза, мысленно посылая сигнал камню. Артефакт откликнулся. О нет! Я права — внутри чудовища артефакт. Нужно его как-то извлечь.

Легонько толкнула Сорин и жестами показала, что следует вернуться к ручейку и заставить монстра попасть в него. Девушка покрутила у виска, явно не разделяя мой план и совершенно не понимая о чем я.

— Чтобы он коснулся воды! — не вытерпев, раздражительно выкрикнула, тем самым привлекая внимание монстра. Он услышал, замер, прислушиваясь.

Сорин вскинула руку, чтобы закрыть мне рот, но я уже вскочила на ноги, решив действовать.

— Монстр — это хранилище для артефакта!

Меня услышали и повернулись в мою сторону. Теперь я собиралась бежать. Но произошло неожиданное — Лавгард выпрыгнула из кустов и кинулась к воде. Монстр размышлял недолго, почему-то выбрав своей жертвой именно Сорин.

— Придумай, как заставить его войти в воду! — крикнула девушка.

Я прекрасно понимала, почему она так поступила — огонь никак не поможет в этом случае, а значит оставалась надежда лишь на мою магию. План в голове возник быстро. Глубоко вздохнув, побежала наперерез монстру и Сорин, попутно призывая камень. Мне надо было, чтобы откликнулся кто-то существенный: крупный и тяжелый.

Вскоре я уже стояла на небольшом склоне, наблюдая, как к берегу подбегает Сорин, а за ней и монстр. Около воды было больше камней, но все они были недостаточного размера.

Харкэ-ха! В негодовании, упала на землю, запустив пальцы в землю. Возможно, под слоем земли, есть то, что мне так нужно…

Я — Гарх'ханна, рожденная великим отцом своим, и повелевающая камнем так, как это делали все мои предки. Сильнейшая из сильнейших, та, которую назвали разрушением. Та, которая заставила камень разверзнуться, так и сейчас разверзни землю древний старый камень, что дремлет в глубинах почвы. Приди на мой зов, спаси меня и моего друга от монстра. Заставь его упасть в воду!

Честно признаться, взывая словами рода, я просто ожидала, что откликнется огромный валун, который явится мне на помощь. Или найдется хотя бы один небольшой камень…

Но то, что произошло, даже я не могла предугадать. Невольно замерла, чувствуя как землю стали пробивать толчки. Из земли начали вылетать небольшие камни, создавая узкий ход, словно его роет огромный крот, ведя дорожку с холма вниз, к воде.

Монстр обернулся на звук, в тот же момент, когда земля задрожала под его ногами. Камни разрыхлили песок, и она стала опадать прямо в ручей, напоминая оползень. Чудовище не сразу поняла, что происходит. Удивленно пошатнулось, а в следующее мгновение полетело вниз, издавая оглушающий и неприятный визг.

Стоявшая на противоположной стороне берега Сорин, наблюдала за всем этим с искренним ликованием.

Монстр перестал кричать, теперь слышался только плеск воды и шипение, словно кто-то потушил горевший костер. Чудовище загорелось алым, потом золотым, а в самом конце от него пошел самый настоящий пар. И только тогда мы увидели, что вместо сердца у него камень.

— Ко мне! — решительно позвала артефакт. Монстр растаял дымкой и лишь нужный нам камень на миг замер в воздухе, после чего послушно подлетел ко мне.

Я облегченно вздохнула, чувствуя как дрожат коленки. Не то от усталости, не то от пережитого страха. Не знаю.

На моих губах появилась радостная улыбка. Не скрывая ее, подняла взгляд на Сорин, позабыв о нашей вражде. Девушка тоже смотрела на меня. Ее освещала луна, и я видела, что она улыбается в ответ. Все-таки беда сближает. Особенно, когда рядом больше никого нет.

Я уже хотела спуститься к ней, как желудок внезапно скрутило судорогой, а перед глазами на миг заплясали белые точки. Меня вырвало…

Харкэ-ха! Кажется, симптомы от яда рыбы-змеи начали проявляться.

* * *

Когда мы пришли в «лагерь», наши уже разбили палатки. И сразу же начали допытываться, почему не приготовлен ужин. Однако стоило им увидеть, как Сорин тащит меня, согнутую пополам и еле передвигающую ноги — все вопросы отпали.

Меня завели в палатку и уложили на одеяла. Крэйф тут же принялся колдовать над лекарством, а Сорин вместе с Раном пошли за водой.

Когда лекарство было готово, профессор налил его в кружку и поставил ненадолго остывать. Но я была настолько ослабленной, что даже просто привстать на локтях не было сил. Ужасно неприятное чувство.

Рядом присел Крэйф. Он был серьезен как никогда. Я видела в его зеленых глазах беспокойство, в то время как слова лгали, пытаясь заверить, что все хорошо. Не знаю как, но я чувствовала это…

— Пей, маленькими глотками, — предупредил Крэйф, осторожно приподнимая мне голову и помогая. Губ коснулось теплое питье, и я послушно сделала первый глоток, второй, третий… какое же оно противное. Невольно скривилась.

— Все, Ханна, почти все, всего лишь два маленьких глотка, — продолжал уговаривать наставник, но мне казалось, что зелье все не заканчивается.

Однако стоило признать, каким бы не было горьким и отвратным лекарство, мне очень быстро полегчало. Настолько, что я сама села и протянула профессору руку.

— Вот видишь, я же говорил — станет лучше.

А внутри все равно чувствую ложь. Ведь если бы была правда, голос Крэйф не дрогнул. Но говорить ничего не стала, наблюдая за круговыми движениями пальцев наставника. Он втирал ту гадкую траву, что пошла на отвар, на кожу руки.

И если я наивно полагала, что на этом мои наказания закончатся, то глубоко ошибалась. Профессор «обрадовал», что я буду спать с Сорин. Пусть между мной и шестикурсницей произошло некоторое временное перемирие, но не столь сильное, чтобы я согласилась терпеть девушку всю ночь!

Однако мой протест был не услышан. Профессор строго ответил, что хочу я того или нет, а смириться с этим придется. У нас всего два ночлега — для мальчиков и девочек.

— Но конечно я могу устроить тебе общий ночлег с Франом, — едко проговорил Крэйф, лишь на мгновение останавливаясь в «дверях» палатки.

Понятное дело выбирать не приходилось. Я смолчала…

Шестикурсница тоже особо не горела желанием со мной спать. Пока я мучилась от жара — Крэйф заверил, что беспокоиться не о чем, так действует лекарство — Сорин мучила меня дополнительно. Она вертелась во сне, лягала ногами, а иногда и похрапывала!

Хуже стало где-то ближе к рассвету. И дело было уже не в Сорин. Девушка наконец-то успокоилась и мирно уснула, а вот мне не спалось. Тошнота возобновилась с новой силой. Я вертелась, не в силах унять это чувство и мысленно проклинала Крэйфа с его хваленым отваром. Ничего он не помог! Не зря я ощущала подвох в его словах. Наверное же знал, что не подействует.

Живот свело знакомой судорогой. Тошнота достигла критичной точки, и я выбежала в ночь прямо в чем была, позабыв надеть сапожки.

Меня снова вырвало. Казалось, желудок выворачивает наизнанку. Мне было настолько плохо, что ни на чем другом я не могла сосредоточиться. Я даже не чувствовала холода, осторожно касавшегося кожи…

На мгновение стало легче. Показалось, что все прошло. Глубоко вздохнула, с облегчением вытирая мокрый лоб. На подкошенных ногах отправилась обратно в палатку. Тело ломило от слабости и очень хотелось лечь, но я заставляла себя идти.

Появившаяся передо мною из ниоткуда тень заставила вздрогнуть и испуганно замереть. Я не сразу узнала в ней Франа, пока не услышала его удивленный и встревоженный голос:

— Ты чего?

Он протянул мне руку, словно желая помочь, но я отступила назад, всем своим видом показывая свое отношение к его никому ненужной «помощи».

— Чего не спишь? — раздраженно спросила, услышав в своем голосе лишь непомерную усталость.

— Вообще-то сейчас мой черед дежурить.

— А мы дежурим? — искренне удивилась, совершенно ничего об этом не зная.

— Мы — да, а ты — нет, так как кто-то умудрился приболеть.

— Но Крэйф же дал мне настойку… — сказала это так, чтобы Фран понял — зелье не подействовало.

— Мы не нашли мирихом, — виновато признался маг. — Тебе дали всего лишь корень мирта — он должен был на время приостановить действие яда.

— Не вышло. Меня выворачивает до сих пор.

— Поверь, вышло. Если бы не настойка, то ты бы и встать не смогла…

Я ничего не ответила — желудок свело с новой силой. Схватившись за живот, я побежала в ближайшие в кусты, откуда Фран мог только слышать не самые приятные звуки. Мне не хотелось, что бы маг воздуха видел. Видимо он это понял, ак как не пошел за мной — за что была ему благодарна. На душе было совсем гадко.

На полусогнутых ногах, пошатываясь, вышла из кустов и тут же была подхвачена пепельноволосым под руки. Хотела вырваться, но сил не было совсем. Меня осторожно усадили на бревно, которое явно служило на ужине сидением. Сама я не присутствовала при общем поедании пищи, так как от тошноты не могла даже просто смотреть на еду, не то чтобы есть. Я почти сразу после приема отвара легла спать.

— Возьми немного, — Фран протянул мне кружку с тем противным отваром, — здесь еще осталось.

Но я не спешила принимать зелье. Оно все равно не помогает! Только еще больше от него тошнит.

— Пей, — его голос стал жестче.

Дрожащей рукой взяла кружку, все-таки заставляя себя выпить. Знакомый горький вкус вызвал обратный рефлекс, но я из-за всех сил постаралась унять тошноту и сосредоточиться на высокой траве впереди. Полегчало.

— Сильно плохо? — настороженно и обеспокоенно спросил Фран, мягко касаясь ладонью моего лба. И почему-то от этого меня бросило в жар. Его близкое присутствие мешало думать. Сердце предательски участилось.

«Когда же он уберет ладонь?!» — только и могла думать, даже позабыв о тошноте.

— Жар не спадает! — раздраженно проговорил пепельноволосый, наконец убирая руку. — Надо что-то с этим делать…

Он внимательно на меня посмотрел, а после вдруг сказал:

— Идем, помогу дойти до палатки.

Я вновь попыталась отказаться, взмахнула руками, показывая, что сама прекрасно дойду, но стоило мне встать, как ноги подкосились…

Перед глазами стало темнеть. Последнее, что я запомнила, как Фран довел меня до моего спального места. После послышались голоса. Кажется, пепельноволосый будил Рана, говоря, чтобы тот шел дежурить. Больше я ничего не запомнила, провалившись в какой-то вязкий и неприятный сон. Таково было действие отвара.

4 глава Каменный лес

— Да этот гаденыш совсем обнаглел?!

С самого утра меня разбудила ругань. Открыв отяжелевшие веки, насторожено осмотрелась — в полутемной палатке оказалась только я.

Медленно приподнялась и на коленках подползла к выходу, приоткрывая импровизированную «дверцу». Тут же палатку залил яркий солнечный свет.

А в лесу не на шутку разошелся Крэйф. Он бушевал, словно буря, кричал не то на Рана, не то просто в пространство. Я не могла понять, куда устремлен его злой взгляд.

Недалеко от них, на корточках у потушенного костра сидела Сорин. Она делала вид, что очень занята котелком с водой, а на самом деле вовсю вникала в разговор.

— Зачем ты его отпустил одного? — все-таки профессор кричал на Рыбу. — У него еще даже дежурство не закончилось!

— Он разбудил меня, и я подумал, что наступило мое время, — спокойно отозвался маг воды. — Да и какая разница? Все осталось под контролем. Никто на лагерь не напал.

— Да, только почему-то на одного человека стало меньше!

— Он вернется…

— Самодур несчастный! — продолжал злиться профессор.

— Мы все равно не можем ничего сейчас сделать, — нашелся, что сказать Ран, показывая бурную заинтересованность деятельностью старшекурсницы. — Нам стоит позавтракать. Сорин, чай готов?

Не ожидавшая, что на нее обратят внимания, магиня огня поспешно кивнула и отвернулась, не желая, чтобы гнев наставника перешел на нее.

— Да он совсем не слушается меня! — раздражено прорычал Крэйф. — Если он не явится через пять минут, клянусь всеми богами, я воспользуюсь своим правом и заменю его на другого. Ивид точно будет покладистее!

Махнув на Рана рукой, Крэйф ушел к мужской палатке и начал ее бурно складывать. Рыба хотел кинуться к нему на помощь, но увидев меня, замер и поднял руку в приветствии.

— Ханна, как ты?

— Немного лучше, — уклончиво ответила, боясь сказать правду. Мне не хотелось, чтобы профессор заменил меня. К тому же, я, в самом деле, чувствовала себя не так уж и плохо. Да и сейчас меня волновало совершенно другое:

— А где Фран?

Наверное, не стоило заикаться о нем. Испепеляющий взгляд наставника красноречиво показал, что кому-то сейчас явно перепадет, и этим кто-то буду я. Но на удивление, профессор Крэйф не стал что-либо предъявлять, или кричать на меня, он сдержал бушующие эмоции и учтиво спросил:

— Как ты себя чувствуешь?

И прежде, чем я ответила, куда-то отошел, а после вернулся уже со знакомым мне гадким зельем.

— Выпей! — строго сказал он, протягивая кружку. — Пока мы не нашли мирихом, тебе нужно регулярно пить это.

Кивнула и послушно выпила, так и сидя на полу у входа в палатку. И только потом решила вылезти из своего укрытия. Но это оказалось труднее, чем я думала. Даже опираясь на крепкое плечо наставника, чувствовала как дрожат коленки, норовя подкоситься. Постаравшись отвлечься от слабости, я посмотрела вдаль, где за лесом открывался красивый вид на море.

Звуки прибоя, крик чаек. Хорошо…

— Ханна, ты слышишь меня? — кто-то с силой потряс меня за плечи, а потом я ощутила, что каким-то образом лежу на траве.

— Ханна, очнись!

До меня доносились голоса, но они уже мало меня волновали. Я приоткрыла глаза, рассматривая в небе проплывающие белые кораблики-облака.

— Клянусь всеми богами, меня все это достало! Сейчас же отправлю эту непослушную девчонку домой, а вместе с ней и ее дружка…

Домой? Внутри неприятно все сжалось. Но я не хочу домой! Мне надо увидеться хоть раз в жизни с мамой!

Усилием воли заставила себя сесть, видя рядом учителя. Стараясь не обращать внимания на боль во всем теле, решительно посмотрела на Крэйфа:

— Я не могу сейчас покинуть турнир! — сжала его руку. — Пожалуйста…

Лицо покрылось испариной пота, но я не могла позволить себе сейчас сдаться.

В зеленых глазах наставника удивление смешанное с тревогой. Он не спешит что-либо говорить. Забирает руку и легонько касается моего лба. Хмурится. После аккуратно укладывает меня обратно на землю, отводя взгляд.

— Извини, Ханна, я не смог найти мирихом. Мне жаль, но я должен заменить тебя. Ты молодец, но рисковать твоей жизнью я не имею права.

Мне захотелось заплакать. Не знаю, как сдержалась, лишь до боли закусив губу. Я ведь не могу ничего сделать! Совсем. Как уговорить наставника оставить меня? Стало так плохо, что ничего не хотелось, только спать. Закрыть глаза и не открывать. Притом, как физически, так и душевно. Внутри словно все разрывалось от боли и отчаянья…

— Нет! — громкий голос болью отозвался в сознание.

— Фран, что с тобой? — где-то рядом взволновано проговорил Рыба.

«Фран?» — мысленно повторила я, искренне удивляясь. Фран?! Только сейчас осознав сказанное магом воды, раскрыла глаза и повернула голову. Сквозь размытую дымку, я рассмотрела Франа. Пошатываясь, он решительно шел к нам. К нему подбежал Ран, приобнял, помогая удержать равновесие. Я видела алое пятно на рубашке, но маг воды ликовал. Несмотря на ранение, на его лице играла довольная улыбка.

— Я нашел ее! — радостно закричал он, вытягивая над головой руку с какой-то пожелтевшей травой.

— Фран, — ослаблено шепчу, но меня никто не слышит.

Крэйф уже вовсю бежал к магу воздуха.

— Ласстэд, что случилось? — с тревогой спросил наставник, помогая Рану усадить юношу на поваленное дерево.

— Ничего, встретились рокгарши — здесь навалом этих зубастых птиц, — зажимая рану на боку, Фран продолжал улыбаться.

Другой рукой он протянул Крэйфу растение и хриплым голосом произнес:

— Спасай ее! Не хочу, чтобы она откинулась после того, как я, жертвуя своим сном и здоровьем, отправился на поиски этой мерзкой травы.

— Мы еще поговорим про это, — холодно отозвался наставник, и бросился к своей сумке, где лежали все необходимые вещи для первой помощи.

Я сильно не акцентировала внимание на профессоре, весь мой взгляд принадлежал Франу. Около него хлопотали Ран и Сорин. Помогли снять верхнюю одежду, чтобы промыть глубокие царапины от когтей рокгаршей.

Так он ради меня так рисковал? Мое сердце дрогнуло только от одной этой мысли. Зачем ему это? Его ведь могут выгнать из турнира! Для него это всегда так важно было. Он даже поспорил на меня с Ивидом ради участия. Зачем тогда сейчас так рисковал? Ради меня? Неужели его измучило чувство вины? Не могу поверить. Только не у Франа!

Он неожиданно посмотрел прямо на меня. Его губы тронула чуть заметная улыбка, а в глазах застыла тревога. Я лежала на земле, раскинув руки в стороны, не имея возможности шевелиться, и смотрела в его серые глаза. Нужно было отвести взгляд, но не могла. Смотрела, словно хотела прочесть в них то, что не знала… всю правду о Фране и его поступке. Но он все также был загадкой для меня.

— Ты должна выпить это, — перед моим взором возник Крэйф, закрывая меня от Франа.

Наваждение пропало, и я вернулась в этот мир. Наставник аккуратно приподнял мне голову и дал выпить горькой воды, с той самой плавающей желтой травой, которую принес Фран.

Торопясь, я подавилась и закашлялась. Профессор легонько похлопал по спине и все прошло. На удивление, по телу почти сразу разлилось приятное расслабляющее тепло.

Пусть Крэйф и помогал мне принять сидячее положение, я не чувствовала больше слабости, понимая, что могла бы и сама справить. Кости не ломило, голова не кружилась, а желудок издавал мученический звук голода, напоминая о том, что я все это время практически ничего не ела.

— Слышу, тебе уже лучше, — довольно улыбнулся наставник, помогая мне уже встать. — Извини, не могу побыть с тобой, нужно спасать твоего дружка. Там что-то Сорин наварила, пойди, поешь.

Понятное дело, сейчас мне было не до еды, пусть мой организм настойчиво говорил обратное. Словно заинтересованная пейзажем, я сделала пару шагов по направлению к Франу. Около него стоял профессор, излечивая рану знакомым мне способом — магией исцеления.

— Не волнуйся, со мной будет все хорошо, — обратился ко мне Фран, видимо догадавшись о моем беспокойстве. Я покраснела и возмущенно на него взглянула. Но маг воздуха лишь гадко улыбнулся.

— С чего ты взял, что мне это интересно? — наигранно пробубнила я, делая резкий поворот обратно к котелку. Лучше поем!

С остервенением принялась за стряпню Сорин, бросая грозные взгляды в сторону Франа. Пока до меня не дошло, что ем очень склизкую, набухшую перловую кашу, которая ко всему же, если и была посолена, то очень мало. К горлу поступил неприятный комок, но я заставила себя его сглотнуть, быстро запивая все чаем. На глаза выступили слезы.

Сорин точно не была хорошим кулинаром.

— …около каменного леса, — донеслись до меня слова Франа.

Его рана была исцелена, и теперь он делился своими похождениями с профессором, попутно натягивая сменную рубашку.

— До этого встретил смотрящего.

— Так чего ты сразу не сказал? — напала на пепельноволосого Сорин. — Это так важно! Что он тебе поведал?

Закусывая коржиком, я с любопытством стала вслушиваться в разговор.

— Все сейчас расскажу, немного терпения, дамы и господа!

— Фран, не время паясничать, — сухо отозвался наставник.

— Он сказал глупость, всего лишь напомнил, что первые четыре этапа связаны со стихией.

— Как всегда, — расстроено фыркнула Лавгард, недовольно скрестив руки на груди, и всем своим видом показывая, что она думает про такую «подсказку».

Здесь я с ней была согласна.

— Это еще не все! — хитро сверкнув глазами Фран. — Смотрящий уточнил, что не всегда можно понять к какой стихии принадлежит огонь.

— Огонь! — ахнула Сорин. — Точно говорю! Мы сейчас на огненном этапе.

— Причем здесь огонь? — удивился Ран, до этого тихо стоявший в сторонке.

— Когда мы добыли артефакт, — припомнила шестикурсница, — то достали его из огненного существа.

— Нет, не огонь, — жестко отозвался Фран. — Это уровень воздуха. Разве я не сказал, что нашел мириху около каменного леса?

— Причем здесь камень к воздуху? — не поняла Лавгард.

— Невозможно пройти каменный лес по земле. Я просто уверен, что нам туда. Те, кто ходит по обычному лесу — допускают ошибку.

— И все же я не могу понять, почему ты решил, что это локация воздуха? — это уже я вклинилась в разговор, вставая на защиту Сорин. — Да и камень мы добыли в лесу.

— Описанный вами монстр вполне выглядит, как обитателькаменного леса. Я уверен, что прав, ведь эта местность мне знакома… — пепельноволосый вдруг осекся, решительно взглянув на наставника.

Крэйф долго и внимательно на него смотрел, прежде чем сказал:

— Да, Фран прав — это задание на знание воздуха. Еще много раз нам предстоит иметь дело с ним. Так что у вас пять минут на еду и сборы! Нам пора в путь.

— Пять минут это мало!

* * *

Фран привел нас к Каменному лесу. Не знаю, что испытали остальные, но я замерла, в восхищении приоткрыв рот. Мы стояли на высоком холме, откуда открывался невероятный вид на огромные, около пятидесяти метров высотой зубцы из известняка. Прекрасного серо-синего цвета, обласканные самим ветром, гладкие и могущественные.

На них можно было смотреть вечность!

Некоторые пики словно были оторваны от скал, время повредило камень и что-то разрушило, отчего создавалось впечатление, что на некоторые зубцы наложили еще слой острого камня. Но лес не был пустым: среди карстовых пород росли деревья и разнообразные растения, а вдалеке, черными точками летали рокгарши.

Фран оказался прав — каменный лес невозможно пройти обычным путем. Все каменные изваяния складывались в узкие спутанные лабиринты, которые можно пересечь лишь по воздуху.

Когда мы приблизились к «лесу», я почувствовала насколько древней этот камень — древнее гор в моем доме! Легонько прикоснулась к твердому материалу, желая узнать его историю…

Образование произошло вследствие эрозии известняков под влиянием воды. Когда-то эта земля находилась глубоко под водой, а в период образования гор поднялось над морем на несколько сот метров. Миллионы лет дожди растворяли породу и создали в ней глубокие ущелья. Вследствие этого появились гребни, на которых вода уже не оставалась, а внизу продолжались все те же процессы разрушения.

Ран с любопытством стукнул по камню и тот откликнулся звучным эхом, словно железо.

— Ого!

— Тише ты, не хватало согнать всех хищников, — недовольно процедил Фран, первым заходя в узкий туннель между зубцами.

Я шла сразу же за ним и любовалась окружающим миром камней, думая о том, что оступиться и упасть на такую острую пику будет очень болезненно, если вовсе не смертельно. Но для меня это казалось пустяком — я знала, что не упаду. Но даже если и случится что-нибудь плохое, камень моя стихия, он не принесет вреда своему созданию. Эта местность — лучшее, что могло со мной случиться.

— Ханна, смотри под ноги, а не иди с лицом блаженной идиотки! — вернула меня на землю Сорин.

— Лучше уж так, нежели ужас в глазах! — огрызнулась, понимая, что в чем-то она все-таки права. Как бы я не была в себе уверена, но как и другие, не застрахована от падения. Просто в горах у меня больше шансов выжить.

Наш путь сменился и теперь мы стали подниматься вверх, с каждым разом попадая на все более сложную тропу. Иногда приходилось в буквальном смысле протискиваться через узкие ущелья.

— Не нравится мне этот лес, — хмуро произнес Ран. Зажатый среди зубцов, где над головой возвышались острые пики, он нервничал. И это было заметно. По-моему, только я поистине наслаждалась этим этапом.

Несколько раз нам пришлось карабкаться по крутым пикам, и здесь мне не было равных. Сорин и Ран недоумевали, как у меня так ловко все получается. И только Крэйф знал обо мне правду, а вот Фран почему-то делал вид, будто не замечает меня. Словно и не рисковал ради меня, всего каких-то пару часов назад, своей жизнью! И за это я просто ненавидела его! Хотелось хорошенько стукнуть, чтобы он летел долго-долго с этих пик.

А еще я узнала, что Фран способен летать! Не просто подниматься на пару сантиметров над землей, а по-настоящему… подхваченный ветром, он легко поднимался воздух над пиками, даже не пытаясь залазить на них.

Как он раз сказал — такая местность идеальна для скопления ветра. Ветер любит гулять среди камней.

— Камень и ветер это идеальное сочетание! — добавил напоследок пепельноволосый, хитро взглянув на меня.

Я же только вновь разозлилась. На что этот наглец уже намекает?! Лучше бы и дальше делал вид, что не замечает…

Взобравшись на вершины, мы вышли к деревянному мостику, что немного удивило. Не ожидала увидеть здесь творения людей. Да и мостику этому явно много лет. Дряхлый с дырами и обветренными досками. Честно признаться, я не горела желанием по нему идти.

— Только не говорите, что нам по нему идти?! — озвучила точь-в-точь мои мысли Сорин. И здесь я с ней была полностью солидарна.

— Лавгард, а ты видишь другие какие-нибудь пути?

Девушка промолчала, а вот Ран вполне воодушевленно проговорил, первым ступая на мостик:

— Это невероятно! Вы только посмотрите вниз!

Взглянула… и ахнула. Мостик висел над каменой пропастью. Я даже хотела взять камушек и сбросить вниз, чтобы понять глубоко ли. Но меня опередил Фран… камень так и не долетел!

— Так, я иду за Раном, за мной Сорин и Ханна. Фран, ты замыкающим. Твоя задача внимательно следить за любыми изменениями.

— Да, профессор… — и отчего-то это его «профессор» было сказано с такой выделяющейся интонацией, что мне стало не по себе.

Сглотнув, я неуверенно ступила на скрипнувшую дощечку, отозвавшейся страхом в сердце. Спокойно Ханна, все будет хорошо.

Кое-где дощечек вовсе не было и приходилось перепрыгивать, отчего трещали веревки и сильно раскачивался мост.

Мы были уже на середине, когда Фран заметил, что за нами идет какая-то команда. Я успела лишь обернуться, как в солнечных лучах блеснула сабля…

— Бегом вперед! — громко закричал Крэйф, — Фран, быстро воздушны…

Последние слова затерялись в шуме ветра, ударившего мне в лицо. Мгновение — я полетела вниз. Показалось, что время замерло. Была только я, ветер и приближающаяся тьма…

Крик оборвался почти у самой земли, когда меня подхватили крепкие руки. Я не сразу открыла глаза, все еще чувствуя бешеный стук своего сердца. Казалось, оно сейчас выпрыгнет от пережитого страха.

— Ханна, ты в порядке? — моего лица коснулись, и только тогда я осмелилась приоткрыть глаза, совершенно ничего не видя. Здесь было абсолютно темно!

— Остальные… — осипшим голосом спросила я, даже не делая попыток сбросить руку Франа.

— Не знаю, — честный ответ. — Защитный шар развеялся, когда я ринулся за тобой. Та команда из дальнего востока… их воздух умеет блокировать ветряные щиты!

— Но зачем? — я не понимала. — Ведь и им надо было на другую сторону.

— Избавиться от целой команды, а самим отправиться на поиски другого пути, — задумчиво проговорил Фран, крепко сжимая мою руку, единственная связь с ним в этой густой тьме. Думаю, они знали, что делали. Их команда сильна, нам следует их опасаться.

— Но что с Раном? С Сорин? С профессором Крэйфом… ведь и их щит, наверное, был разрушен…

— Ханна, успокойся. С ними все хорошо, я в этом уверен.

— Но откуда ты можешь знать?! — сказала и замерла, вспоминая о способностях Франа. — Тогда в лесу ты благодаря ветру общался с профессором…

— Это место блокирует мою силу, — не дав договорить, закончил мою мысль маг воздуха. Он прекрасно понял о чем я хотела спросить.

И мою… только сейчас поняла, что не могу даже использовать дар духов. Впервые моя сила видеть не могла разрушить окружавшую нас тьму. Страшно. Задрожала рука, что не укрылось от Франа. Я тут же попыталась все-таки вырвать ее, но он не дал.

— Нельзя разъединяться, это нехорошее место. Ты ведь чувствуешь?

Сглотнула. Но еще больший страх был за ребят, сжимающий сердце когтистой лапой. Незнание хуже всего! Однако нам ничего не оставалось, как пойти вперед. И если вначале было еще все более-менее нормально, то с каждым новым шагом отчаянье все сильнее подбиралось ко мне. Разве что ободряющая теплая рука Франа не давала впасть в окончательную безысходность. Наверное, это впервые с того момента, как узнав о его споре, я действительно была рада, что он рядом. Сложно объяснить словами, но я чувствовала поддержку и силу пепельноволосого. Она внушала спокойствие и доверие.

— Ханна, смотри! — неожиданно воскликнул Фран, — там свет.

Удивленно подняла взгляд. И правда впереди виднелся тусклый солнечный свет. Не задумываясь, мы побежали наверх к появившейся, словно из-ниоткуда лестнице. Бежали и бежали, перепрыгивая через ступеньки до тех пор, пока я не споткнулась от усталости и не упала.

— Ханна! — Фран тут же остановился, присаживаясь около меня. — Надо идти! Слышишь? Возможно, наши уже ищут нас. Может они где-то наверху…

— Или нет! — решительно посмотрела на юношу. — Может они также упали в эту черную неизвестность.

— Тогда тем более надо идти к свету.

— Но мы идем на месте!

— Нет, — серьезно проговорил Фран, недовольно покачав головой. — Посмотрим вниз, мы уже на середине.

Действительно я оказалась неправа. Мы прошли где-то такой же путь, как нам еще оставалось. Здесь даже было чуточку светлее, по крайней мере, я видела силуэт Франа

— Возможно, если мы еще немного поднимемся, я смогу использовать силу ветра.

Пересилив себя, я все-таки встала и, сжав зубы, пошла вперед, опережая Франа. Но как же дико хотелось пить, а еще ужасно устали ноги.

Не знаю, сколько мы так шли, но тусклый свет стал оранжевого цвета с красными разводами. Закат? Мы так долго идем?

— Знаешь, Ханна, — через долгое время проговорил Фран, устало падая на ступеньку. — Ты наверное права, ничего не меняется. Мы так и не приблизились к свету, а уже сумерки. Моя сила все также не откликается, и я понятия не имею где мы и где наша команды. У нас с собой ни еды, ни воды…

— Ничего страшного, — уверено сказала и подошла к нему.

Осторожно коснулась его легких пушистых волос, понимая что просто должна как-то подбодрить его, как он делал это несколько часов ранее для меня. Ведь опустить руки не выход. Мы должны идти вперед!

— Нельзя сдаваться. Мы обязательно найдем выход. Я знаю. И с остальными все хорошо. Наверняка наставник успел создать шар и захватить Рана с Сорин до того, как он разрушится. Может даже успел приземлиться на противоположную сторону моста. А значит, нам надо идти. От нас зависит победа. Если мы сейчас сдадимся, не найдем камней, нас просто заменят.

— Но мы в тупике… — совсем тихо проговорил Фран, не глядя на меня, а наоборот еще ниже опуская голову и плечи.

— Нас может заменить только профессор Крэйф и раз мы еще здесь, значит, он по каким-либо причинам этого не сделал. Может, верит, что мы найдем путь? Да и разве, если бы с нами что-нибудь случилось, или сними, не заменили бы всех? Или исключили? — меня вдруг осенило от собственной мысли. Точно! Как я раньше об этом не подумала. — А это значит что и с ними все в порядке!

Я искренне обрадовалась своим догадкам.

— Слышишь, Фран, идем! — сама взяла его за руку и потянула на себя. — Пожалуйста, мы должны идти.

Он слабо улыбнулся и медленно встал, в ответ сжимая мою ладошку.

— Хорошо, что ты рядом…

«Хорошо, что ты рядом» — подумала про себя и пошла вместе с ним наверх, веря, что в этот раз мы обязательно дойдем.

Наверное, я даже больше и не злилась на Франа. Крэйф был прав — в этом нет смысла. Нам нужна поддержка и здесь нет разницы кто перед кем виноват, сейчас мы равны и друг без друга не выберемся отсюда.

Именно это мысль неожиданно дала мне сил пойти еще увереннее. Когда же мы поднялись на вершину лестницы, то оказались на круглой каменной площадке, здесь почти все было завалено камнями. Мы впервые видели это место, и оно уж точно не то откуда мы пришли. Это не были хаотичные каменные валуны, это больше походило на ритуальное место. И камни… только мы ступили на последнюю ступеньку, как засветился пол, а камни зашептали мне. Я отчетливо их слышала. Всех!

— Фран, кажется, вы с наставником ошиблись, — тихо прошептала я, осторожно ступая по светящемуся полу. Солнце почти уже зашло, последние лучи освещали это необычное место силы.

— В чем мы ошиблись? — непонимающе нахмурился пепельноволосый, с удивлением осматриваясь.

— Этот этап не вашей стихии! — уверено заявила. — Это моя стихия. Камни! Древние знатоки стихии земли.

— Возможно, — не стал спорить юноша. — Честно признаться, я уже и сам сомневаюсь в том, что это стихия воздуха. Мой ветер до сих пор блокируется этими камнями.

— А мой дар наоборот словно раскрылся…. — призналась. — Я слышу их! Они все говорят со мной.

— И что же они тебе говорят? — в его тоне послышались насмешливые нотки, смешанные с толикой цинизма. Он не верит мне. Или просто насмехается. Но мне все равно. Давно все равно на то, что он думает.

Я только улыбнулась и прикрыла глаза, внимательно вслушиваясь в разговор камней. И то что я услышала…

— Фран! — изумленно воскликнула. — Фран, это священное место сбора наших артефактов!

— В смысле? — не сразу понял маг воздуха, тогда я просто вновь взяла его за руку и к центру круга, как велели мне камни.

— Посмотри на светящийся рисунок!

— Солнечный диск?! — удивленно выдохнул Фран, наконец, поняв о чем я. Под нашими ногами были древние руны с небольшими ямками. Двенадцатью ямками! Как число наших камней, что должны быть на последнем этапе.

— Первые вложившие двенадцать артефактов-камней призовут Великого мага стихий, что исполнит их желания! — восторженно прошептала, вспоминая слова ведущего. — Мы должны сюда явиться первыми и вложить все артефакты…

— Нам нужно еще три камня на этом уровне.

Я коварно улыбнулась, и мысленно обратилась к древним валунам, прося помощи для горного духа. Они вновь откликнулись. Не могли не откликнуться. Это место просто пропитано моей стихией! Она везде! Земля. Сущность всего. А это — ее центр!

— Внутри есть камни! — неверяще прошептала я, услышав тихий шепот валунов. — В Храме Великого есть несколько камней.

— Храм Великого? — удивился Фран. — Откуда ты все это знаешь?

— Говорю же, камни подсказали! Почему ты мне не веришь?

— Потому что это дикость! Ты не маг пятого уровня и не… — он вдруг запнулся и задумался о чем-то. — Ладно, Ханна, пошли.

Я же знала, что он нисколько не поверил. Люди вообще ни во что не верят. А потому я просто указала на каменные изваянья, сложенные хаотично. Именно в них был вход в храм и именно там можно найти нужные нам камни.

Уверена, никто из участников сюда не добрался! А значит артефакты спокойно себе лежат. Та команда из дальнего востока оказала нам огромную помощь, обрезав канатный мост. Если бы не они мы бы вряд ли попали сюда, раньше пятого этапа…

Как объяснили мне камни, это место скрыто от посторонних глаз и откроется лишь для победившего. Это единственный этап, где даже нет смотрящего!

В храме оказалось на удивление светло. Яркие лучи уходящего солнца попадали под камни, освещая огромный зал в котором мы оказались. Гладкий пол из мрамора, мозаичные стены с использованием самого различного камня и огромные щели вместо окон. Но где нужные нам артефакты?

Здесь было абсолютно пусто. Ничего. Но древние не врут, а значит нужные нам камни здесь, сомнения нет.

— Ханна, — совсем тихий осторожный голос. — Здесь что-то не так…

— О чем ты? — лично я не чувствовала никакой угрозы в этом месте.

— Бежим отсюда! — неожиданно закричал Фран, не давая мне опомниться. Я лишь успела услышать странный щелчок, как сзади что-то рухнуло. Но я не успела обернуться, маг воздуха упорно потащил меня вперед.

Ловушка? Не может быть. Камни не могли меня подвести.

— Стой! — я решительно вырвала руку и остановилась.

— Не сейчас, Ханна, на это нет времени.

Но я не ответила, прекрасно зная что делаю. Франу надо хоть чуточку мне доверять. Решительно развернулась к рушившимся стенам и шагнула вперед, зная что это все обман. Они не заденут меня. Такое напугает человека, но не духа гор. Камни никогда не издают таких звуков. Истинное разрушение всегда сопровождается плачем… именно так на месте разрух образуется много кристаллов из осколков.

— Дуреха, что ты творишь?! — Фран кинулся ко мне, сбивая с ног и накрывая собой.

Звон, всполох и я с ужасом понимаю, что один из моих кулонов разбит. Тот самый что подарил жених. Фран разбил его!

От магического неба ничего не осталось, лишь цепочка с кусочком осколка.

— Посмотри, что ты наделал?! — разозлилась я, сунув ему под нос сломанный кулон.

— Тебя спас! — Фран тоже начал злиться.

— А разве это требовалась? — мне с трудом удавалось сдержать слезы.

Фран огляделся и замолчал, понимая, что ни один камень даже не задел нас. То все была лишь иллюзия, а теперь мы сидели в разрушенном зале с нужными нам артефактами. Среди мозаики валялось два небольших камня. Но мне было все равно. Мой подарок сломан. И пусть я совершенно не знаю его хозяина. Пусть не хочу замуж, но мне нравилось наблюдать за облаками в том маленьком камушке. Это было волшебно. Словно держать само небо.

На глаза все-таки навернулись слезы.

— Чего ты плачешь? Радоваться должна — мы нашли аж целых два камня!

Я только пуще заплакала.

— Да что такого в этом украшении?! — он выхватил цепочку из моих рук и замолчал. Почему-то долго ее рассматривал, а потом взял и неожиданно закинул как можно дальше.

— Что ты делаешь?! — в ужасе и одновременно негодовании воскликнула, собираясь кинуться за оставшимся осколком, но меня остановили.

— Он тебе так дорог? — серьезно спросил Фран. — Это ведь просто кулон.

— Нет! — я вскочила на ноги, готовая убить его. Харкэ-ка! Если бы он поверил мне и не бросился спасать…

— Это не просто кулон, а целое небо, которое всегда было со мной. — И зачем-то добавила:

— К тому же подарок жениха.

— Другой такой же подарит! — неожиданно раздраженно проговорил пепельноволосый, даже не спрашивая ничего о том, что у меня есть жених. — Прекрати, плакать. Это того не стоит. Нам надо возвращаться к остальным… — он неожиданно коснулся моего лица, осторожно вытирая слезы, а после с теплой улыбкой спросил:

— Может камни подскажут нам как это сделать?

Я кивнула, успокаиваясь. Слезы высохли. Сама себе удивляюсь. Чего так расстроилась? Ведь даже не знаю хозяина кулона. Скорее мне просто очень понравился подарок, я любила любоваться облаками в нем. Но… разбить подарок жених по нашим обычаям считается дурным знаком. Внутри поселился неприятный росточек страха.

Так, Ханна, успокойся, все будет хорошо. Прикрыла глаза, обращаясь к камням. Они действительно подсказали как выйти отсюда. Вот только «обрадовали», что дверь откроется лишь на рассвете.

Под дверью понимался закрытый сейчас проход в сплошной стене. Как он должен открыться я понятия не имела, но камням верила. О чем и сказала Франу, который выглядел не очень довольным такой перспективой. Однако делать было нечего. Он лишь пожал плечами и хмуро проговорил:

— Значит, остаемся здесь до утра…

Я понимала его недовольство. Ведь сама хотела скорее отсюда выйти. К тому же в горле ужасно пересохло, и все мои мысли теперь занимала вода. Однако мне было приятно, что Фран наконец-то решился довериться, хотя бы в этот раз.

Он тяжело вздохнул и сел прямо на камни, облокачиваясь о стену.

— Что же ты стоишь, Ханна? — пепельноволосый невесело улыбнулся. — Присаживайся рядом.

Я и правда села, подогнув под себя колени, но немного поодаль от мага воздуха.

— Все еще обижаешься? — с досадой спросил Фран. — Даже после всего…

— Я благодарна тебе, — это было абсолютно искренне. — Если бы не ты, не знаю, что бы со мной было. Та трава, она необходима была и только ты смог ее достать, несмотря ни на что. И сейчас, в этом месте, ты помогал мне, бросился спасать, пусть и не было никакой опасности. Я все это понимаю. Спасибо тебе! Но простить твой обман, я вряд ли когда-нибудь смогу…

Хотя бы заговорить об этом смогла.

— Как же ты не понимаешь, — вновь начал он, но я покачала головой, перебивая.

Нет. Слова лишние. Не надо вспоминать!

— Фран, не забывай о моем желании…

Подействовало. Он замолчал. Все-таки в одном Фран порядочен — умеет держать слово.

А вскоре усталость сморила меня и я уснула. Но кажется совсем ненадолго. Только-только закрыла глаза, как меня уже дергали за плечо.

— Ханна, проснись!

Я сонно приоткрыла глаза, чувствуя, что лежу на чем-то… и чья-то рука на талии. А когда осмыслила — тут же подскочила, не понимая как оказалась столь близко с Франом. Так он еще и посмел меня обнимать?!

— Успокойся, Ханна, — недовольно цокнул языком юноша, тоже подымаясь с пола. — Ночью было холодно. Ты замерзла и дрожала…

Он вдруг замолчал.

— Ай, неважно, ты все равно не захочешь слушать. Лучше посмотри вперед!

Я обернулась к той самой сплошной стене, о которой говорили камни. Сейчас на нее падали первые солнечные лучи. И чем выше они поднимались, освещая стену, тем ярче вырисовывались на ней какие-то древние символы.

— Выход! — воскликнула я, замечая появившуюся в стене арку. Солнце ярко ее осветило, словно указывая на путь.

Не задумываясь, я схватила наши два артефакта и поспешила туда. Арка приветственно пустила нас с Франом. А стоило сделать шаг, как проход захлопнулся за спиной, и нас охватила тьмы, закрывая от солнца.

— Ты точно уверена, что это выход? — настороженно спросил Фран, найдя в темноте мою руку.

— Да! — немного с раздражением отозвалась. — Камни никогда не врут.

— Не злись, Ханна, — миролюбиво произнес Фран. — Тебе совсем это не идет.

— А ты ожидал, что я все время буду той наивной дурочкой?

— Конечно, нет, но знаешь… — я уловила знакомые самоуверенные нотки. — Ты все равно меня простишь. Придется. Да и я знаю, что не безразличен тебе, иначе бы ты себя так не вела, а давно уже забыла о случившимся. И меня радует тот факт, что я в твоем сердце…

— Ррр! — наплевав на то, что мы в абсолютной тьме, я резко вырвала руку и быстро пошла вперед.

Сейчас бы наверное порадовалась если бы он заблудился.

— Не делай так! — серьезно сказал Фран, все равно находя мою руку.

Я же упрямо выдернула. Как же меня раздражает его самоуверенность.

— Глупая, сейчас не место и не…

— Прекрати называть меня глупой! — Я не выдержала. — Хватит! Лучше бы ты и правда потерялся!

— Как быстро мы меняем мнение, — недовольно проговорил юноша, но не стал вновь брать за руку. — Возможно, твое желание исполнится, если мы продолжим так идти — врознь.

— Надеюсь! — Я еще быстрее и увереннее пошла вперед, словно и не в темноте вовсе. Как оказалась зря…

Нога зацепилась за что-то небольшое и твердое. Только успела вскрикнуть, отчаянно замахав руками и теряя равновесие. Больно ударившись коленками, я оперлась ладонями на холодный пол и попыталась встать.

— Ханна? — испуганный голос Франа и он в мгновение оказался рядом. Помог встать, осторожно отряхнулся.

— Ты не поранилась?

— Нет, со мной все в порядке

— Видишь к чему привело твое непослушание, — недовольно проговорил пепельноволосый.

— Отпусти!

— Нет.

— Я буду идти осторожно, но тебя за руку не возьму.

Отпустил. Правда отпустил. Я даже не сразу поверила, где-то в глубине души все-таки желая чувствовать его горячую ладонь, хоть какую-то поддержку в этой темноте. Однако я лишь глубоко вздохнула и уже не так уверенно сделала шаг вперед…

Щелчок. Звук отодвигаемой задвижки. В следующее мгновение я с ужасом ощутила, как двигается под ногами пол.

— Фра-а-ан! — мой крик эхом разнесся по камню.

Его рука скользнула по моей, но не успела ухватить. Меня затянуло в густую липкую тьму. Здесь не было ни времени и ни пространства. Только темнота. И какое-то неприятное чувство опустошения и безысходности. Я ничего не могла сделать. Даже просто двигаться. Ужасное ощущение. Ты не понимаешь что с тобой и где ты… и почему в этом странном месте? Как отсюда выбраться?

— Ханна? — знакомый голос заставил удивленно оглянуться. Я не сразу заметила в темноте небольшой свет, а стоило только о нем подумать, как меня стало туда затягивать.

Мгновение — и я упала на что-то твердое. Но это показалось таким пустяком. Ведь я была при свете дня! На каменно тропе, а рядом моя команда. Ран, Сорин и профессор Крэйф!

— Ты вернулась! — Ран крепко меня обнял, а Крэйф ласково зачем-то погладил по голове, и только Сорин осталась стоять в сторонке, но уголки ее губ были приподняты.

Но где Фран? Неужели… Он остался там?!

— Что случилось? — профессор присел рядом со мной на корточки, как только Рыба отпустил меня из сильных объятий. — И где Фран?

— Он… — я сама и не знала, что сказать. — Я упала куда-то. Там было темно и пусто. Фран не успел меня схватить, а его сила воздуха блокировалась тем странным местом.

Слова один за другим выливались из меня сплошным потоком, я стала рассказывать о храме, о солнечном диске и двенадцати камнях. А внутри зарождался страх… страх за пепельноволосого. Почему он не появляется?!

— Вы нашли артефакты?! — изумленно выдохнула Сорин, замечая в моих руках два небольших камушка. Они до сих пор были зажаты в моем кулаке. Я удивленно посмотрела на них, замечая, что они начинают светиться. О нет… только не сейчас. Фран ведь не вернулся еще!

— У нас все шесть камней, — почему-то без радости проговорил профессор, показывая, что и они успели еще один найти. — Сейчас откроется портал.

— Но Фран, — мой голос дрогнул, а руки задрожали, — надо его подождать!

— Нет времени, — холодные слова. — Мне придется его заменить.

5 глава Жаркая пустыня

Мы оказались среди выжженной травы и колючих лопухов, чьи головки с семенами назойливо липли к одежде. Я шла не проронив ни слова, с тех пор, как меня силой затащили в портал. И причина была очень существенной — Фран. Как можно было его так бросить? Я не могла в это поверить. Ведь он остался в тех туннелях! Вдруг с ним что-нибудь случилось? Вдруг на него кто-то напал? Но больше всего меня убивало то, что наставник так легко заменил его!

— Не волнуйся, ты знаешь Франа — он не пропадет. Да и после обмена его уже должны были забрать смотрящие, — какой раз пытался успокоить меня Крэйф.

И я об этом прекрасно осведомлена, без слов профессора. Но чувство волнения, вины… за то что вырвала тогда руку и теперь нахожусь здесь, а Фран на лаве запасных. Они не давали мне спокойно идти. Всю дорогу я просто молчала. Сама не знаю, что со мной. Фран столько причинил мне боли, что радоваться должна. Но он и спас меня ни раз. К тому же для пепельноволосого этот Турнир очень важен. А Ивид… если к Франу я привыкла, то его друг раздражал до зубного скрежета. Мы ведь так с ним и не поговорили нормально после того случая, а теперь придется сражаться бок о бок.

Наша обновленная команда направилась к реке цвета красной глины. Крэйф сразу узнал ее, рассказав нам, что мутная вода с широкими берегами принадлежит Красному Лину — самой огромной реке в Солнечном континенте. Именно в этих местах жили чернокожие люди.

Дойдя до реки, мы разбили лагерь под кроной широкого дерева, чьи листья были колючие, словно иголки. Но с елью оно не имело никакого сходства. Ран сказал, что возможно, его листья такие, из-за суровой среды обитания. И правда, постоянно расти на солнце, где не бывает зимы, как я узнала от того же мага воды — сам станешь агрессивным.

Это место очень отличалось от тех, что я видела когда-либо. Здесь было очень ясное ночное небо — видно каждую звездочку, и совсем ни одного облачка. Я вынесла свое спальное место на улицу, и теперь лежала, наблюдая за звездами. Казалось, они подмигивают мне всевозможными цветами: красным, желтым, белым, голубым и даже зеленым.

Единственное, что портило мой покой — дежурство Ивида и всякая мошкара, что так любило воду и темное время суток. Хотя нет — это уже две причины.

Ивид долго молчал, не начиная беседы. Он даже не делал попыток извиниться. Казалось, ему было все равно. Словно ничего дурного не сделал.

С любопытством повернула голову, оторвав взор от звезд. Ивид сидел, облокотившись о дерево, и смотрел на ровную гладь мутной воды. Красный Лин поистине внушал страх — можно было только гадать, какие тайны хранит река, и какие существа в ней обитают…

— Ханна, прекрати прожигать меня взглядом. Хочешь что-то сказать — говори. А нет, то занимайся своими делами.

Меня покоробило от такого нахальства. После всего он смеет еще так грубо со мной говорить?! Конечно, умнее было бы промолчать и окунуться в блаженный сон, тем более что мне предстояло дежурить перед рассветом, но нет, я, наверное, все-таки еще глупая маленькая девочка. Как еще объяснить, что все-таки к нему заговорила?

— Я думала, это ты хочешь мне что-то сказать.

— Если я не хотел тогда, то чего должен сейчас?

И снова этот нахал заставил меня покраснеть от злости. Идеальный друг для Франа! А ведь когда-то я думала иначе, даже казалось, что подружилась с ним. Что произошло? Почему он так резко поменял ко мне свое отношение? Ведь Ран в моих глазах так и остался хорошим человеком. Или я ошибаюсь, и он тоже предал меня? Просто Рыба другой стихии и сильнее Лина, а значит, ему и спор никакой не нужен…

Мысль об этом заставила сердце больно сжаться. Нет, нельзя так думать, иначе станешь таким же сухарем, как и Ивид с Франом!

— Что же, после такого мне действительно нечего тебе сказать. Разве что, наверное, ты сейчас очень рад. Ведь твое желание сбылось — ты здесь, а Фран в рядах запасных.

— Судя по твоему тону, ты ненавидишь меня за то, что я занял место Франа. Неужели так легко его простила? — Ивид пристально на меня взглянул, а показалось, что прожгло молнией.

А ведь правда… почему я так злюсь за то, что он занял место Франа? Я недовольно нахмурилась. Нет! Нельзя даже думать об этом! Иначе Ивид победит, а я не хочу этого.

— Сейчас речь не о нем, — холодно отозвалась. — У тебя совсем нет совести? Не могу поверить, что тебе хоть капельку не стыдно.

Сказав это, почувствовала внутри такую сильную обиду за саму себя, что даже плакать захотелось. Но позволить себе такого я не могла. Ивид не увидит моих слез! Никогда…

Наверное, он понял мое состояние. Тяжело вздохнул, склонил голову, опуская взгляд на свои ноги и будто о чем-то раздумывая.

— Знаешь, Ханна, — наконец, изрек он.

Даже привстала на локтях, прислушиваясь.

— Я не думал, что ты его полюбишь. Ты была столь гордой и так ловко давала ему отпор, что я решил — это будет легкой победой. Но нет, пожалуй, перед обаянием Франа не устоит ни одна девушка. Или его наглостью…

Уже в третий раз Ивид заставил мои щеки заалеть. Меня бросило в жар от этих слов. Я почувствовала себя невероятно глупой! Маг воздуха говорил слишком прямолинейно. Видимо, пока что я все-таки не была готова к этому разговору. Не стоило его и начинать!

— Так что, Ханна, ты сама виновата. По сути, это ты должна просить у меня прощения за мой проигрыш.

Я аж села от такой наглости! Да как он смеет?!

— Значит, спорить на живого человека — это, по-твоему, в порядке вещей?

— Никто же не умер! — усмехнулся маг, а после осекся: — или ты была на грани самоуничтожения?

Здесь я поняла, что смысла говорить с Ивидом просто нет. Он не хочет ничего слышать из того, что говорю. Обитает в своем волшебном мире огромного самолюбия и наглости, как и Фран!

Раздраженно повела плечами и легла обратно, отвернувшись на бок, чтобы не видеть этого наглеца. Правда, заснула не сразу — мысли о споре Франа и Ивида не хотели уходить из головы, напоминая о том злополучном вечере…

* * *

По поверхности Красного Лина стелилась утренняя дымка. В лучах солнца, такого же красного, как и здешние земли, я смогла рассмотреть, что было по ту сторону реки. Цветовая гамма отличалась таким однообразием, что земля и небо слились воедино. Возможно, поэтому вчера я не видела все столь ярко, как сейчас, благодаря полосе тумана.

За рекой, до самого горизонта, простирались безлюдные земли. Вокруг песок и острые рыжие камни. Там не было такой растительности, как здесь, лишь совсем редкие пучки трав, которые сливались своим песочным цветом с окружающей средой. И все же в этом пейзаже просматривалась некая необузданно-дикая, и даже агрессивная красота. Возможно, из-за моей любви к камням. Здесь они были повсюду — маленькие крупицы, что хрустели под подошвами сапог. Я попала в совершенно другой мир!

— Ханна, ты готова двигаться в путь? — голос наставника заставил меня вздрогнуть и оторваться от созерцания угрожающей красоты пустыни.

Внимательно посмотрела на мужчину. Он тепло улыбался мне, и я тоже не сдержала ответной улыбки. Все-таки, я не могла так долго злиться на него. Это был тот человек, который поверил в меня… и верит до сих пор!

Почему он так рано встал? Еще ведь есть время.

— Насчет Фра… — вновь начал он, но я не дала ему договорить, бесцеремонно оборвав на полуслове:

— Я все понимаю.

После разговора с Ивидом у меня не было никакого желания говорить о пепельноволосом. Глупо было обижаться на учителя из-за этого наглого мальчишки! Фран нигде не пропадет. Мне же нужно думать о себе.

— Рад, что ты больше не сердишься.

— Я не сердилась на вас… — смущенно проговорила. — Вернее, у меня было время подумать, чтобы все понять.

— Вот и хорошо! — рука Крэйфа легла мне на плечо, легонько его сжав. — Что же, Ханна, пошли собираться.

Разбудив остальных, мы собрали вещи, позавтракали последними запасами каши и двинулись в путь.

Река была слишком широкая, нам пришлось использовать дерево, чтобы перебраться на другой берег. Повалить ствол оказалось нелегко, но соединив наши силы — мы смогли это сделать. Мне даже стало жаль старое дерево, что приютило нас на ночлег. Оно так долго росло и вбирало в себя историю этого края, а мы так легко лишили его жизни.

Но нам нужно было на тот берег. В этом не было сомнения — слабый посыл камней с той стороны реки говорил мне об этом.

— Лишившись Франа, теперь вся надежда, как на связного, только на тебя, Ханна, — проговорил мне на ухо наставник, когда мы взбирались на дерево.

С одной стороны, я прекрасно понимала, о чем говорит профессор. Ведь моя способность передавать информацию через камни сейчас будет незаменима. Но с другой — почему Крэйф не попросит Ивида быть нашим связным? Ведь он такое же маг воздуха, как и Фран. Или по знаниям и силе он уступает своему дружку? Впрочем, спрашивать я не стала.

Сорин немного опалила и так редкую крону, чтобы она не мешала, а наставник и Ивид гнали ветра, чтобы волны несли нас к нужному берегу. Сейчас, прижимаясь к ветке, я с ужасом смотрела вперед, стараясь не опускать взгляд на красную воду.

Меня пугали воды Лина. Это та стихия, которая больше всего была мне не подвластна. Даже после этапа с морем я так и не привыкла к воде, а непрозрачная гладь только усиливала страх перед таинственностью. Даже наш Рыба не захотел лезть в эту воду, предпочитая место на нашем «плоту».

Ствол дерева, слегка покачиваясь, плыл к берегу, где нас ждала пустыня. Один раз дерево качнулось сильнее обычного, из-за чего я вцепилась в него мертвой хваткой. Великий эфир, скорее бы оказаться на суше!

— Ты что воды боишься, трусиха? — насмешливо заметила Лавгард, откровенно издеваясь.

— Сорин! — грозный тон наставника.

— Что такого? — невинно похлопала глазками шестикурсница, резко меняя позу. — Просто уточнила.

Теперь девушка легла животом вниз на ствол дерева, протягивая руку к воде.

— Смотри, Ханна, водичка! — лукаво отозвалась магиня огня.

— Н-н-не надо…

Меня аж передернуло от жути, когда я представила, как ее пальцы опускаются в воду.

— Такая необычная, словно из глины, — продолжала Сорин, не обращая внимание на мой протест. Ее рука опустилась по запястье в воду.

Не в силах смотреть, я откровенно зажмурилась. Послышался плеск — это Лавгард плескала мутной водой.

— Ай! — неожиданный вскрик Сорин заставил меня удивленно распахнуться глаза. Ее рука больше не касалась воды, а в широко раскрытых глазах поселился страх.

— Ко мне что-то прикоснулось… — сипло проговорила девушка.

— Сорин, не нужно нагнетать обстановку, — устало произнес Крэйф. — Сядь и не мути воду.

На удивление девушка сразу же послушалась. Она поднялась на колени, чтобы сесть в прежнюю позу, когда рядом с ней из воды что-то выпрыгнуло. Я не успела рассмотреть, заметив лишь темное большое пятно. И только во второй раз, когда это «нечто» вновь поднялось из воды, я увидела длинное скользкое, похожее на гигантского сома, тело с огромной пастью! В ней, наверное, мог уместиться целый человек. Если бы Сорин не поднялась, то эта огромная рыба легко утащила ее под воду.

Не достав жертву, чудище замкнуло пасть, опустившись обратно в реку, поднимая волны. Нас неприятно обдало теплой водой, но хуже всего было то, что наше плавательное средство сильно качалось от любого прикосновения с этой тварью.

— Где оно? — придя в себя от страха, тихонько спросила Сорин. Теперь она, как и я, жались к единственной хорошей здесь опоре — толстой ветке.

Ран внимательно посмотрел в воду. Крэйф и Ивид достали оружие. Они единственные у кого оно было, и то как символ их стихии.

Я испуганно оглядывалась то в одну, то в другую сторону, в поисках существа с огромной пастью. Оно проплыло прямо под нашим деревом, сильно качнув его! Черная плоская спина…

Вода внезапно забурлила. В мгновение перед нами вновь возникла огромная пасть с мелкими зубами в два ряда, куда одним потоком заливалась красная вода. Ужасающее зрелище! Казалось, нас тоже сейчас затянет, словно в водоворот.

Меня бросило в дрожь, вспотевшими ладошками я крепко вцепилась в ветку, сильнее к ней прижимаясь и ожидая неминуемого столкновения. На ухо мне сопела Сорин, также как и я, вжимаясь в ветку. Она боялась этой речной твари не меньше моего.

Но столкновения не последовало. Вместо этого монстр просто открывал и закрывал пасть. Всякий раз, как он проделывал эти манипуляции, из его пасти вырывались пенистые волны, что били по нашему дереву. Всем пришлось посильнее ухватиться, кто как мог, чтобы удержать равновесие. Ужаснее всего было то, что с каждым разом высота волн становилась все больше. Они били все сильнее по нашему неустойчивому дереву, качая его из стороны в сторону. Нам приходилось быть очень ловкими и следовать за движением ствола, чтобы не свалиться в воду.

Очередная волна с такой силой качнула дерево, что Ивид чуть не выпал в реку! Хвала эфиру, Крэйф успел подхватить юношу за рукав куртки. Сам учитель очень ловко умудрялся стоять на ногах.

Отпустив Ивида, он сильнее обхватил рукоять меча, но не спешил им воспользоваться. И магию тоже не применял. Не знаю почему… наверное он что-то замыслил. Впрочем, через время я поняла причину его бездействия. Несильно умное существо не приносило нам вреда, а наоборот — направляло наше плавательное средство к нужному берегу!

Но так было до поры до времени. Монстр все сильнее раскачивал дерево, что грозило нашей команде потерять одного или нескольких участников в этой темно-красной воде! Кажется, монстр был того же мнения. Выпустив из пасти несколько сильных волн в нашу сторону, он неожиданно прыгнул…

— Пригнитесь! — только и успел крикнуть наставник, падая на палубу и поднося над головой меч.

Я с ужасом увидела, как надо мной пролетает огромное существо. Черное, как ночь с розовыми прорезями жабр. На какое-то мгновение существо словно нависло надо мной. Время остановилось. Будто бы со стороны я наблюдала, как острое лезвие меча прорезает плоть… красные брызги, огромный всплеск воды и нас отталкивает огромной волной.

Ослабевшие руки выпустили ветку, заскользив по намокшей поверхности. Вода накрыла с головой, попадая в рот, не давая дышать. В страхе пытаюсь за что-то зацепиться, но не могу.

— Ханна! — вода заглушила чей-то окрик.

Страшно. Темно. Не могу ни о чем думать, отчаянно пытаясь выплыть. Что может быть хуже, чем умереть в воде — только умереть в воде от пасти водяного чудища! Надеюсь, рана нанесенная Крэйфом — смертельная.

Свет. Яркий свет и мне все же удается выплыть! Кое-как приняв правильное положение, я затрепыхалась, как муха в браге с облегчением задышав. Как же приятно вдыхать воздух! О, Великий эфир.

Страх потихоньку стал отступать и я попыталась подплыть к нашему бревну. Но всплески воды и волны мешали, то и дело, застилая глаза мутной водой и попадая в рот.

— Профессор! — жалобно пискнула, протягивая руки вперед, в надежде, что меня смогут достать.

— Держись, Ханна! — крикнул мужчина, падая рядом в воду.

Однако я даже обрадоваться спасению не успела. В следующее мгновение резкие потоки воды подняли вверх, открывая мне чудище. Не передать словами тот дикий страх, что испытываешь, когда летишь над черной бездонной дырой, именуемое пастью. И только несколько доли секунд отделяют меня от нее…

Спасение пришло неожиданно. Меня откинуло в сторону большим потоком воздуха. Я упала около нашего плавательного средства, а в следующее мгновение меня подхватили сильные руки. Какое же я ощутила облегчение, почувствовав под ногами наше скользкое дерево!

Сердце билось, как сумасшедшее. Все казалось не настоящим, будто в страшном сне. Чудище не хотело сдаваться, вновь повернулось к нам, раскрывая пасть…

Жар. Почувствовала, как исходит тепло. Позади меня, с трудом удерживая равновесие, стояла Сорин, делая сложные пасы руками. Ее огненный шар попал прямо в пасть речному чудищу. На удивление это подействовало! С каким-то странным пугающим шипением рыба медленно пошла под воду.

Одежда и волосы, намокшие в грязной илистой реке, неприятно липли к телу. Но сейчас это было таким пустяком. Чудище уплыло! Его больше нет! Вот только страх не спешил покидать…

— Оно уплыло навсегда? — набралась смелости спросить, слыша, как дрожит собственный голос.

— Не думаю, — тяжело ответил Крэйф.

У него была отдышка, как и у каждого из нас.

— Нужно быстрее добраться берега…

* * *

Я была безмерно счастлива, когда мы все-таки добрались до берега. С любовью припала к земле, не обращая внимания, что после «купания» к мокрым волосам, одежде и телу липнет песок.

Не смотря на то, что под палящими лучами жаркого солнца, одежда высохла мгновенно, нам все равно пришлось переодеваться. Создав импровизированные шторки из палаток, так как здесь не было достаточного количества защитной растительности, мы сменили костюмы. Хорошо, что я взяла собой более легкую запасную обувь, иначе просто бы спарилась.

Но даже костюм из тонкой ткани не спасал от жары, которая становилась все невыносимее. Я давно сняла пиджак и оголила живот, завязав под грудью концы рубашки. Теперь понимаю, почему команды из этих краев одевались столь чудно. Все из-за жары и песка, который от каждого дуновения горячего ветерка проникал под одежду и неприятно резал кожу. Припомнив их головные уборы, сделала себе похожий из второй рубашки, чтобы мои слишком светлые для солнца волосы и кожа были защищены.

Чем дальше мы шли, тем более мертвой становилась местность. Один раз на нашем пути нам попался оазис, с мутным грязным и теплым озерцом. Хоть воды в нем было по щиколотку, я обрадовалась, что смогу хоть как-то смыть с себя слои пота, песка и грязи.

Мы остановились на привал около этого озерца и с удовольствием перекусили, так как путь в пустыне забирал очень много энергии. Потом пополнили запасы воды, так как она очень быстро заканчивалась. Правда, для этого Рану пришлось поколдовать, чтобы очистить ее. Все-таки, удобно иметь при себе мага воды, особенно в таких условиях.

— Смотрите, что там? — подала голос Сорин, указывая куда-то рукой.

Я устало посмотрела вдаль: там можно было разглядеть группку животных, песочно-серого цвета. Из-за сильного жара фигуры казались размыты, но я смогла рассмотреть их. Это были высокие животные с крупными телами и длинными ногами. На их изогнутой шее покоилась голова, чем-то напоминавшая козлиную, только рог не было, зато имелись длинные, как у осла уши.

Они медленно приблизились к озерцу и замерли, испуганно на нас посмотрев. Я заметила, как необычна их горбатая спина, а своеобразные лапы-копыта непохожие ни на одни из известных мне. Такие себе крупные двупалые конечности с тупыми искривленными когтями.

— Это аллокамелусы, — спокойно пояснил профессор Крэйф, заметив как мы напряглись. — Как правило, южане используют их, как лошадей. Но это дикие животные, видите, как сторонятся.

Полюбовавшись аллокамелусами и отдохнув, мы вновь отправились в путь. Тогда еще я не знала, что этот оазис будет лучшим, что нам встретиться среди огненных дюн.

Не знаю, сколько дней мы шли по пустыне, но я чувствовала себя выбитой из сил. Когда-то я думала, что самым сложным моим испытанием в жизни это этап с морем. И только сейчас осознала, как сильно ошибалась.

Я не могла больше идти. Днем в пустыне было очень жарко. Столь сильно, что на коже появились волдыри, а ноги покрывали ссадины. Ночью наоборот — было так холодно, что казалось, не смогу дожить до утра. Даже костры Сорин не помогали.

Но самым удручающим, был тот факт, что за эти дни мы так и не нашли ни одного артефакта. А из-за помутневшего от духоты рассудка, и слабости в организме, моих сил еле хватало, чтобы хоть как-то слышать крупицы камушков, которые нас вели. Они были единственным утешением, которое говорило, что мы не заблудились.

Не стоит поддаваться панике и отчаянию. Я надеялась, что у многих команд такие же трудности, что и у нас, а значит и они не нашли артефакты. В то же время боялась, что южане давно справились с заданием, ведь это их дом…

Наверное, где-то на пятый день нашего пути, когда все были истощены, в мое сердце закралась тревога. Камни, которые я слышала, неожиданно затихли. Перестал дуть ветер, исчезли все звуки и шорохи.

Профессор тоже это заметил. Он сообщил нам о своих опасениях, и почему-то приказал как можно лучше закрепить на себе свои вещи.

А через некоторое время мы увидели его — элементаля воздуха. Он был большой и серый, словно грозовое небо, похожее на смерч. Ураган с головой и руками из той же массы, что и конусообразное «тело». Один из самых быстрых и разрушающих элементалей.

Все произошло в мгновение ока. Сорин попыталась создать щит из огня, чтобы защитить нас, выстроить стену между нами. Но элементаль привел за собой быстрорастущую тучу черно-багрового цвета. Снова поднялся ветер, которые все сильнее набирал скорость, поднимая вверх тучи пыли и песка.

Я больше ничего не видела из-за бьющего в лицо песка, сила ветра сбивала с ног.

— Не разделяемся! — закричал Крэйф.

Прикрываясь рукой, я пыталась дойти до команды, но меня сносило. Идти было просто невозможно и тогда испуганный дух принял единственное правильное решение, что показалось мне верным — припала к земле, зарываясь в песок, чтобы буря не могла снести меня.

Сила, с которой бил ветер, приносила сильную боль. Я не чувствовала тело, словно оно и не мое, только удары… зажмурившись, старалась дышать через рукав рубашки, иначе могла задохнуться. Страх с головой поглотил в свои объятия. Незнание, что с командой, когда это прекратится и что будет дальше зарождало внутри липкий холодный ужас. Хотела воззвать к элементалю, но буря заглушала даже мой внутренний голос.

— Ханна! — около меня приземлился Крэйф.

Как же я обрадовалась ему! Наставник залег возле меня, укрывая нас своим плащом. Стало легче, теперь хотя бы в лицо так сильно не бил песок. Но было очень жарко и душно. Когда нас полностью поглотила песчаная буря, температурные показатели воздуха в этот момент достигли пятидесяти градусов.

Сильно закружилась голова. Мне казалось, что еще немного и я потеряю сознание.

— Ханна, держись. Нужно держаться. Я знаю, ты сильная! — шептал мне на ухо учитель, но я больше не могла.

Сознание все-таки покинуло меня…

* * *

— Ханна, очнись, — услышала, словно откуда-то издалека. Почувствовала, как мое лицо вытирают грубой тканью. Хоть это и было неприятно, зато рот и глаза очистились от слоя пыли. Задышав глубже и увереннее, я открыла глаза… и тут же была ослеплена ярким палящим солнцем.

День был ясным, а буря исчезла. Надо мною склонился обеспокоенный профессор Крэйф, вытирая рубашкой мой лоб.

— Ты как?

— Х-хорошо, — язык прилип к нёбу, а губы потрескались и высохли до такой степени, что сказать вышло через силу.

— Выпей, только пей немного, нам еще предстоит долгий путь.

Приподняв осторожно мне голову, Крэйф медленно влил в мои сжатые губы немного воды. Мне хотелось еще, но он тут же отобрал флягу. Я разочаровано откинулась на песок.

— Нужно идти!

— Где остальные? — после воды говорить стало легче. Медленно села и насторожено огляделась, но увидела лишь бескрайнюю пустыню.

— Увы, песчаная буря разделила нас.

— Что теперь делать? — испугано спросила я. Сорин, Ран и Ивид могут легко потеряться в пустыне, ведь они не говорят с камнями, как я, а значит, не знают пути.

— Ничего. Продолжить путь и отыскать камни. Если что, то обмен участниками спасет их жизни.

Слова Крэйфа отрезвили и даже воодушевили. Теперь у меня появилась цель. Я слышала камень, он вел меня. Вскоре дюны сменил более благоприятный пейзаж. На сухой земле, чьи неровные холмы покрывала песочного цвета трава, стали появляться редкие колючие кусты. Хорошим признаком того, что мы спасены стал пробежавший мимо тушканчик.

Со временем мы наконец-то дошли до «живой» местности. Здесь мы и остановились на ночлег. Спать пришлось на открытом воздухе, так как палатки остались у ребят.

Ночью я долго не могла уснуть, слыша странные звуки под землей. Будто там внутри билось чье-то сердце. Это тревожило и внушало страх, но усталость сморила меня и все-таки уснула.

— Ханна, просыпайся! — шепнул на ухо Крэйф. — Враги!

Я встрепенулась, моментально вскакивая на ноги. Сон, как рукой сняло. Вдалеке шел отряд южан, облаченных в песочно-оранжевые одинаковые одежды, из-за чего их не сразу можно было разглядеть. Они сливались с окружающим пейзажем.

Профессор и я поспешно похватали вещи и скрылись за ближайшими валунами. Крэйф немного выглянул, приподнял ладонь и легонько дунул на нее. Поднялся легкий ветерок, подхватывая песок и заметая наши следы. На полусогнутых ногах, мы поспешили уйти как можно дальше от этого места.

Ближе к вечеру, дрожь земли под ногами стала еще сильнее. Теперь это действительно походило на сердце, бьющееся в страхе. И тогда я решилась рассказать о своих чувствах и опасениях профессору. Оказалось он тоже слышит этот стук, но не имеет представления, что это может быть. А, вскоре, нам и не нужно было гадать. В какое-то мгновение толчки вдруг усилились, показалось, началось землетрясение. Прямо из песка показалось огромное и длинное существо…

Сердце екнуло, а желудок сжался в болезненных спазмах. То, что все это время создавало толчки и не давало мне покоя, оказалось огромным червяком! Без всяких отростков и даже глаз. Яркого красного цвета, как личинка картошечного жука, оно поднялось над нами, и распахнуло ужасающий рот, раздвигая края кожи. Внутри оказался лишь маленький проем, но с острыми зубками, который вряд ли уместил бы в себе человека.

— Берегись! — предостерегающе крикнул учитель, толкая меня в бок. Я лишь успела заметить брызнувшую струйку яда из рта чудища.

Упав в песок, я быстро развернулась, замечая, как учитель создает пасы. Явившийся ветер создал невидимый щит. Новые струи яда ударялись об эту стену и не попадали на нас. Наставник отбит очередной выплюнутый чудищем яд отдельным заклинанием и потоком сильного ветра направил обратно в это страшное существо…

Оно громко завизжало от боли и скрылось под землей. У меня даже заложило уши от этого визга.

— Бежим! — испуганно закричала, понимая, что чудище слишком опасно. Ветер надолго не остановит его, а моя магия бессильна против такого существа.

Земля дрожала под ногами, но мы продолжали бежать, к виднеющимся впереди каменным каньонам. Там монстру не пробиться.

Но он не дал нам туда добраться. Червь неожиданно выпрыгнул из земли, преграждая путь. Крэйф отреагировал быстро, отбив яд ветровым потоком. Я же пользуюсь моментом, призвала камень, и запустила в открытую пасть чудища. Однако мои надежды закрыть эту опасную дыру не оправдались, она просто увеличилась в размерах, поглотив мой снаряд.

Мы одновременно развернулись и побежали к каньону. В мгновение ока влезли на крутые склоны, чувствуя близкое присутствие червя. Он вновь неожиданно вырос перед нами, но не смог пролезть дальше и только жалобно вздохнул. Еще раз попытался дотянуться и разочарованно скрылся в земле.

— Харкэ-ха! Да что тут все твари такие мерзкие, как кишка! — в негодовании бросил Крэйф. Я истерично улыбнулась, припомнив аллокамелусов — они-то были достаточно милые.

Уже более спокойно, отдышавшись, мы пошли по краю каньона, внизу которого распростерлось глубокое ущелье. Однако наше спокойствие было недолгим…

Что-то с силой ударило в грудь. Я успела лишь завизжать, в следующее мгновение, с ужасом замечая под ногами ущелье. Меня понесло по воздуху в противоположную сторону от наставника. Удерживающая сила отпустила только над каньоном. Падая, я больно ударилась, но сейчас это казалось таким пустяком, ведь на той стороне, на Крэйфа напали! Команда с востока схватили профессора и прижали его к земле, приставив к горлу изогнутый клинок.

Один из них с непривычным акцентом грубо приказал:

— Отдай мне камни!

А после он зло посмотрел прямо на меня и что-то прошипел. Впрочем, не трудно было догадаться, что меня тоже велели схватить.

Подорвавшись на ноги, я побежала к пещерам. С сильными мужчинами-магами, которые ко всему же и вооружены, мне не справиться в одиночку. И я прекрасно это понимала.

Я продолжала бег, пока не приблизилась к краю каньона, где шли земли, охраняемые гигантскими червями. Выбор был небольшой: либо попасться опасным участникам с саблями или вновь встретиться с «чудищем». Размышляла всего секунду, а потом прыгнула вниз, побежав еще быстрее. У меня словно открылось второе дыхание.

Под ногами появились знакомые толчки, а где-то позади раздался шум развернутой земли и крик участников. Но я все равно бежала дальше, думая лишь о том, как помочь наставнику. Если мы потеряем все камни, то наши шансы на победу будут равны нулю.

Идея пришла неожиданно. Как гром среди ясного солнечного дня. Я припала к земле, зарываясь пальцами в песок, чувствуя, как крупинки неприятно проникают под ногти. Еще никогда я такого не делала, но сейчас нет времени сомневаться! Закрыть глаза. Призвать силу. Зашептать нужные слова…

— Я — Гарх’ханна, дух гор, услышьте меня, маленькие песчинки, и скажите мне, гигантские черви, что обитают в вас — ваши владыки?

«Нет, это часть нас» — ответ не заставил себя ждать.

Не может быть?! Я права? Меня охватила радость. Я подскочила на ноги и почти мгновенно развернулась, встречаясь лицом к лицу с гигантским существом. Только теперь я не боялась — ведь была его повелительницей.

Почему эта мысль не пришла мне раньше?

— Слушай меня, создание земли! Чья плоть состоит из камня и песка. В чьих жилах течет сила магии камня! Услышь меня, я — Гарх’ханна, рожденная великим отцом своим, и повелевающая камнем так, как это делали все мои предки, призываю тебя склониться передо мной, как перед своей госпожой. Покорись мне и приди на помощь в смутный час, когда я того потребую, как завещал Великий эфир, приказав всем камням и их детям служить нам — духам гор!

В пальцах приятно закололо. Зверь услышал меня. Закрыл свою пасть, послушно склонился передо мной, полностью вылезая из своей норы.

Несколько насторожено, преодолевая брезгливость, приблизилась к нему. Лишь сейчас я смогла в подробностях рассмотреть это земное существо, прикоснуться к его твердому панцирю. Вблизи он оказался не таким уж и страшным.

Достав из рюкзачка веревку, я осторожно дала червю в зубы, а сама, оседлала его словно коня. После обмотала свое лицо, как это делают южане, чтобы никто не мог видеть моих эмоций, а пыль и грязь не попадала на кожу.

Сейчас я была решительна как никогда.

— Вперед!

Червь моментально выполнил приказ. Уже в следующее мгновение я неслась по каньону, легко маневрируя между каменных скал. Тело чудища изгибалось, словно у змеи. Мне с трудом удавалось держаться на нем, я то и дело грозилась соскользнуть с идеально круглых боков. Спасала только веревка…

Понимая, что все меньше времени, я попросила червя то, что он никогда не делал ранее, а именно взобраться на скалы каньона. И ему удалось! Он, в самом деле, заполз на каньоны и, по моему приказу, понесся к профессору Крэйфу.

Ощущение словно время приостановилось. Перед глазами предстает картина — один из участников восточной команды роется в вещах наставника в поисках камней, другой удерживает профессора, а третий медленно поворачивает голову… то с каким ужасом они посмотрели на меня и мою «зверушку» — бесценно. Но еще приятней оказался взгляд Крэйфа! Никогда не забуду этого искреннего удивления в зеленых глазах. Надеюсь, теперь он поймет, что не зря дал мне шанс — я не просто маленькая девочка, которую нужно вечно оберегать. Я тоже на кое-что способна!

Отдаю червю мысленный приказ наброситься на соперников, но так, чтобы не задеть наставника.

Резкий рывок, мое чудище выгнулось, раскрыв пасть и издав устрашающий крик. Участники восточной команды в ужасе разбежались в сторону, побросав свои вещи. Но они глупы, если поверили в то, что я так легко дам им уйти.

Попутно взмахнула рукой, поднимая ввысь группку мелких камушков. Я направила их прямо в спину одному из убегающих мужчин. Он отчаянно замахал руками, пытаясь удержать равновесие на краю каньона, но еще один камушек… и я помогла ему упасть вниз, на земли червей.

Наблюдая со стороны за жалким зрелищем побега напавшей на нас команды, понимала, что пора покинуть свой «транспорт». Легко соскользнула с червя и побежала к профессору, хватая с земли его меч. Быстро разрезала веревки, помогла учителю встать, подхватила его сумку и вместе с ним побежала в противоположную сторону от червя и участников.

— В каньон! — решительно приказал Крэйф, сворачивая к краю обрыва, где оказались «ступени», что позволили спуститься вглубь самих скал.

Лишь там я позволила себе вновь послать мысленный зов червю, благодаря его за помощь. Попросила совсем немного погонять еще наших соперников, а после уйти под землю, чтобы они ничего не успели ничего ему сделать.

Мы долго блуждали узкими проходами глубин каньона, пока его отвесные борта, не стали такими широкими, что скрыли нас от наружного вида скал. Здесь мы уже расслабились, не боясь, что кто-то сверху сможет нас заметить.

— Ханна, что это было? — через время спросил профессор.

— Вы о чем? — притворилась, что не поняла вопроса.

— Как у тебя вышло оседлать того монстра?!

— Вы забыли — я же горный дух! — лукаво ему подмигнула, не скрывая довольной улыбки.

Крэйф не стал допытываться, как именно я это сделала. Наверное, понимал, что все равно не скажу, ведь это маленькая тайна моего народа. Зато похвалил. И это было так приятно! Сердце заполонило счастьем.

Стало темнеть. Команда из востока, по всей видимости, больше не искала нас, и мы смогли спокойно устроиться на ночлег прямо внутри каньона.

* * *

Проснулась я среди ночи. Меня разбудил какой-то странный шелест. Опасливо привстав на локтях, насторожено вгляделась в темноту. Но ничего не увидела, даже использовав свой дар духа, не смогла ничего рассмотреть среди черных щелей скал. Вот только звук все сильнее доносился до нашего ночлега и напоминал шипение змеи.

— Профессор, — шепотом позвала Крэйфа, потрясая его за плечо.

— А? Что? — спросонок спросил он.

— Я что-то слышу.

Мужчина прислушался и согласно кивнул, подтверждая, что рядом действительно кто-то есть. Я уже и сама слышала не только шипение, но и как, кто-то медленно ползет к нам. Неужели змеи?!

Вздрогнула, когда перед нами неожиданно возникли огненные точки трех пар глаз. Моему удивлению не было предела. Как? Как они так быстро оказались рядом, если еще несколько секунд назад никого не было. Сейчас я отчетливо могла рассмотреть прекрасных нагих дев, но с ужасными змеиными хвостами. Одна из них держалась прямо на стене, две других на расстояние вытянутой руки от нас…

— Отдай нам мужчину, дух! — шипяще пропела та, что восседала на стене. — И мы не тронем тебя.

— Нет, — уверено отказалась, прекрасно понимая, что эти хищницы не станут церемониться.

Не раздумывая первой нанесла удар своим излюбленным способом. Среднего размера камень с силой ударил змею, скинув ее на песок. Но кажется это было моей ошибкой. Ее «сестры» грозно зашипели в ответ и кинулись на нас…

Хвала эфиру, Крэйф успел вовремя поставить щит из ветра.

— Ламии! — объяснил профессор, с трудом удерживая щит. — Ночные охотницы на мужчин, питающиеся их силой.

— А женщины им не подходят? — полюбопытствовала я, наблюдая, как скинутая мною змея поднимается, и приближается к защитному кокону.

— Нет, понимаешь, им нужна только… эм… мужская сила, — отозвался учитель, несколько замявшись.

Я лишь пожала плечами, не став вдаваться в подробности. Куда важнее сейчас была проблема с женщинами-змеями.

— Как долго вы удержите щит?

— Хватит до утра, потом они сами уйдут в свои норы.

Но случилось нечто странное. Светать еще не начало, а разъяренные хищницы вдруг насторожились, испуганно переглянулись и быстро уползли.

— Что случилось? — совершенно не поняла такого странно поступка змей.

— Похоже, их напугало, что-то сильнее и могущественнее, нежели они сами, — недовольно произнес Крэйф. — Боюсь, что у меня не хватит сил, если это окажется слишком крупное и могучее существо.

— Значит, надо искать выход! — решительно вынесла вердикт, не желая встречаться еще с какими-то существами этого страшного места.

На удивление, профессор согласился со мной. Мы быстро сложились и, даже не поев, направились в ту же сторону, что и ламии.

Только через время мы поняли, что именно так сильно напугало женщин-змей. Это был не какой-то монстр, как мы предполагали. Непогода — вот, что было настоящей угрозой. Сначала, мы не придали значение грому и легким первым упавшим каплям, но, когда дождь стал сильнее, осознали, что ламии не зря попрятались в свои укрытия.

Ущелье начало заливать с невероятной скоростью. Льющиеся с вершин потоки воды сбивали с ног. У меня вновь началась паника перед стихией Рана. Сердце забилось быстрее, дышать стало труднее, а к горлу подкатил ком…

— Не бойся, Ханна, — попытался успокоить меня профессор, стоявший в воде уже по грудь. — Вода может вынести нас на поверхность. Главное держись за меня, и смотри, чтобы течение не смыло тебя.

Легко сказать. Мне оставалось только позавидовать спокойствию мужчины. Я с силой ухватилась за его шею, перестав доставать ногами до земли. Вода набиралась очень быстро, в какое-то мгновение нас стало уносить течением…

Не знаю, как профессору удавалось удержаться на воде. Я вцепилась в него, словно он последняя надежда на спасение. Его тревожное сбивчивое дыхание касалась волос, только сильнее пугая. Ведь это значит, что и он больше не спокоен.

Течение становилось все быстрее, а самое ужасное — здесь было так узко, что мы могли и не протиснуться! Нас просто задавит потоком в щелях каньона. Последним ударом для меня стала информация о том, что для создания воздушного кокона нужно хотя бы на мгновение остановиться, иначе не получится призыв заклинания. Лучше бы учитель этого не говорил. У меня больше не было паники, нет… меня охватила истерика. Мы не могли ни за что ухватиться, стены были слишком гладкими.

— Хватайтесь! — неожиданно раздавшиеся знакомые голоса откликнулись теплотой в сердце. Я удивленно взглянула наверх. Там стояли ребята! Хвала Великому Эфиру, мы спасены!

Сорин кинула нам веревку, а по сосредоточенному лицу Рана я поняла, что он колдует. Юноша заставил силу течения воды замереть. Это дало нам возможность схватиться за спасительный канат, но ущелье каньона было слишком узким.

— Ханна, убери камень, я долго не смогу! — крикнул Рыба. Судя по его красному лицу, он не шутил.

Только теперь, когда я кое-как расслабилась, держась за веревку, смогла наконец сосредоточиться на камне. Мысленно попросила выпустить нас. Меня услышали — края бортов разрушились, и нас чуть ли не фонтаном выбило наружу.

Но что самое обидное — назло судьбе, ливень прошел почти мгновенно, как мы оказались на суше.

— Сорин, Ран! — искренне обрадовалась я, кинувшись в их объятия. — А где Ивид?

— Мы наткнулись на отряд здешних южан. Ивида ранили, но мы смогли оторваться. Он не мог идти, а нести его было опасно. Поэтому мы спрятали его внутри пещер каньона и отправились за помощью, — запыхаясь, поведал Ран. — Увидели твою веревку, потом следы… так и вышли на вас.

— Фух, слава богам, что вы нашлись так быстро, — поддакнула Сорин. — Ивида срочно надо спасать! Давайте объединить наши камни, чтобы открылся портал. И тогда, вы сможете обменять его на выскочку Франа. Жаль, мы не сразу поняли, что это уровень воздуха — все артефакты были так или иначе связаны с ним. Пришлось намучаться с птицей Зу, пока достали камень. А у вас сколько? Тоже один? Раз портал не появился.

— Ноль, — тихо отозвалась я, отведя взгляд в сторону… там красиво всходило солнце.

— Как?! — ахнула девушка. — Столько потраченных дней и только один камень?

— Не кипятись, у нас будет еще шанс найти камни, раз еще общий портал не зажегся, — примирительно сказал Ран.

— Только один.

— Чего это один? — возмутилась Лавгард, резко прикусив язык. Видимо, она тоже поняла, что голос ответившего никому из нас не принадлежит.

Мы обернулись все почти одновременно. Рядом с нами оказалась огромная крылатая кошка. Или скорее лев? Он лежал на спине, на плоском камне, вытянув лапы к верху, будто играя с красным солнцем.

— Кто ты… — насторожено спросил Крэйф, ложа руку на эфес меча. — Или что?

Существо медленно и грациозно перевернулось на живот, аккуратно сложив свои соколиные крылья. Теперь я могла рассмотреть его человеческое лицо. Это выглядело очень странно и даже пугающе. Я не могла понять принадлежит оно женщине и мужчине? Лицо было ярко накрашено, Но могли ли быть так, что это природный окрас? Вряд ли существо с такими лапами может само себя накрасить. И, кажется, я догадывалась, кто это. Когда-то давно отец говорил мне об этих мистических «зверях» — сфинкс.

— Фу, как грубо, — отозвалось существо, и совсем по-кошачьи лизнуло лапу. — Так что будем отгадывать зага-адки?

— Чего это мы должны что-то отгадывать? — чересчур резко и невоспитанно отозвалась Сорин.

Сфинкс капризно поджал губки:

— Не просто так же, а за последний артефакт.

— А если силой? — прошипела Лавгард.

— Ай-я-я, грубая девочка! — спокойно, даже равнодушно отозвалось существо. — Я думал, что обо мне все знают все. Ни один герой через меня прошел. И я могу обидеться и просто улететь, а твоя магия ничего не сделает мне.

— Сорин, успокойся, — шепнул Крэйф, а после посмотрел на сфинкса. — Говори загадку.

— Слушайте внимательно. Я специально сменила, чтобы вам подавно не отгадать, а то люди стали очень уж умные! Так вот, идет то в гору, то с горы, но остается на месте.

Мы удивленно переглянулись, хором ответив:

— Дорога.

Сфинкс округлил глаза, что те аж блеснули при свете солнца. Набрав полные легкие воздуха, она выдала:

— Сама пестрая, ест зеленое, дает белое!

— Корова…

— Как называется тень от растения хрен?

— Хренотень! Как и твои загадки, — пробурчала Сорин, закатывая глаза. — Мы уже ответили достаточно. Камень давай!

— Эй! — возмутился сфинкс. — Не так быстро!

Кажется, существо вошло в азарт. Близко-близко наклонилось к Сорин и с показным коварством проговорило:

— Облачко на ножках бегает по дорожке!

— Смеешься что ли? — недовольно отозвалась шестикурсница и прыснула. — А что-то для более взрослых есть?

— Ага, не знаешь! — потер лапки сфинкс.

— Не знаю, что это овца?

— Гррр!

— Камень давай! — Сорин никак не обратила внимания на оскал существа, лишь требовательно протянула руку.

— Давай еще одну!

— У тебя зависимость. Ты знаешь? — осведомилась девушка. — На будущее твоя классическая загадка была лучше. Звучала как-то солиднее.

Лицо сфинкса, насколько это было возможно, залилось багряной краской. Обиженно посмотрев на Сорин, существо отвернулась, не желая с ней больше говорить. Понимая, что шестикурсница и вовсе может обидеть сфинкса до такой степени, что камень нам не увидеть никогда, я подошла поближе и вежливо попросила:

— Артефакт, пожалуйста.

— Ну-у, так быстро хотите уйти, — капризно проговорила сфинкс, тут же сменив гнев на милость и вновь ложась на спинку.

Повернув к нам голову, существо жалобно произнесло:

— Может, хотя бы пузико почешете на прощание?

— Давай камень, — сухо произнесла Сорин.

Кажется, нервы Лавгард было на исходе.

— Тш! — недовольно шикнула я на девушку, стараясь всем своим небольшим ростом ее заслонить.

— А за ушком?

Пожав плечами, подошла к сфинксу и аккуратно протянула руку… Все-таки было немного страшно — кто знает, что у него на уме!

— Смелее, — улыбаясь, произнесло существо, откровенно потешаясь над моим испугом.

Шерстка у сфинкса оказалась мягкая и приятная на ощупь. Я погладила ей не только живот, но и за ушком, как она просила. Существо блаженно промурлыкало, совсем, как кошечка.

— Ладно, вот тебе, добрый ребенок, держи, — через какое-то время произнес сфинкс, и в воздухе возник светящийся артефакт.

Как только я коснулась гладенькой поверхности камня, рядом с нами возник портал.

— Спасибо!

— Пожалуйста, — улыбнулся мне сфинкс.

— И придумай уже новую загадку, — гадко добавила Сорин, перед входом в портал. Твоя никого не сможет сбить с толку, даже пятилетнего ребенка.

Последнее, что я видела, это вытянувшееся в удивление лицо сфинкса.

— Вот же неблагодарные людишки! — донеслось до меня. — Ничем их уже не удивишь и не напугаешь…

И все. В следующее мгновение синий свет портала поглотил меня. Пустыню я покинула с улыбкой на лице.

6 глава По раскаленным углям

Какое же я ощутила облегчение, когда коснулась травы. Лес! Никогда не думала, что буду ему столь сильно рада. Но после жаркой пустыни поняла, что зеленая влажная природа — блаженство. Вдыхать свежий воздух, пропитанный дождем и немного сыростью.

Приятно…

— И вновь привет! — довольный голос явившегося Франа заставил меня раскрыть глаза и обернуться.

Честно признаться сама не знаю, рада ли его возвращению. Впрочем, мы точно знали, что теперь с Ивидом все в порядке и ему помогут целители.

— Соскучились? — спросил всех, а лукаво подмигнул мне. Ребята что-то заговорили, но я не слушала их, отвернувшись.

Я злилась. Злилась на саму себя, что стоило увидеть пепельноволосого, как сердце отозвалось приятной истомой. Злилась на него, из-за того, что он ко всему так легко относится.

— Что же, — довольно проговорил наставник. — Мы почти у цели и у нас только семь камней, а значит, на этом этапе нам надо достать пять! Это тяжело, но возможно.

— Как? — я изумленно посмотрела на Крэйфа. — Камней осталось совсем немного.

— Значит, придется своровать, — холодно отозвался Фран.

Я зло посмотрела на юношу. Как он может? Мне за него стыдно стало, но на удивление наставник поддержал пепельноволосого:

— Думаю, вы все поняли о чем речь. Я не сторонник такого, однако другого выхода нет.

— Но профессор, — начала я, но Сорин вдруг грубо перебила:

— Надеюсь, нам попадется та команда, которой мы помогли на первом этапе!

— Согласен! — зло бросил Ран. — Один из их камней принадлежит нам.

— В том случае, если они еще не выбыли. Нам же нельзя попусту тратить время, так что идем!

Все согласно кивнули и отправились за профессором. Я же оказалась в конце, размышляя над словами учителя. Красть — это низко. Но и проиграть нельзя. От этого зависит судьба моего народа. Да и мое желание…

Сглотнула. Как же быть?

— Мы справимся! — решительно проговорил Фран, оказываясь рядом со мной. — Я верю, что нам удастся найти все двенадцать камней. И ты должна верить.

Я удивленно посмотрела на пепельноволосого. Он был в хорошем расположении духа. Интересно, что этому содействовало? Впрочем, спрашивать не стала, продолжив путь через высокие заросли леса.

— Боги, Ханна! — устало вздохнул юноша. — Сколько можно на меня злиться? Неужели я еще не доказал, что ты дорога мне? Что я не играю больше и мои чувства настоящие.

— Так это все лишь бы доказать? — фыркнула, вспоминая его самоотверженность. Как он волновался за меня, кинулся на поиски михрима…

— И правда почти поверила.

— Ханна!

— Что, Ханна? Или ты уже забыл мое желание?

— Какая же ты упрямая.

— Скорее наученная, — серьезно ответила. — Я никогда больше не поверю тебе, чтобы ты не делал.

Ложь. Абсолютная. Я уже верю… чувствую, как предательски шепчет сердце о любви. Но главное, чтобы он поверил в эту ложь.

— Рано или поздно ты перестанешь противиться, — самодовольно сказал Фран и замолчал, просто идя рядом.

— Никогда… — мой тихий ответ.

Он ничего не сказал, но его усмешка мне не понравилась. Он действительно уверен, что я сдамся. Почему?

Не знаю, сколько мы так шли, но со временем становилось все жарче. Пришлось снять куртку и расшнуровать ворот рубашки. Остальные тоже стали снимать одежду.

— Впереди моя стихия, — проговорила с самодовольством Сорин. — Я чувствую вулканический жар…

Вулкан? От услышанного даже споткнулась. Только не это! Огненные горы самое страшное, что может быть для нас. В них живут саламандры, не признающие другие стихии.

— Все в порядке? — Фран помог мне подняться.

Но что ответить не знала и лишь с отчаянием посмотрела на профессора, который заметил мою запинку.

— Насколько мне известно, в этой местности все вулканы спящие, — попытался успокоить мужчина, но Сорин мгновенно отняла вспыхнувшую надежду.

— Нет. Они активны…

— Плохо дело, — тихо проговорил Ран, глядя куда-то вперед. Проследив за его взглядом увидела вершину горы, которую за зарослями не сразу можно было приметить.

Огненная стихия самая опасная из испытаний. И если нам встретиться саламандра, она легко может меня выдать. О, великий эфир, что же мне делать?

— Тебя что-то беспокоит? — Фран заметил мое состояние, но я не ответила, недовольно повела плечами и ускорила шаг.

Догонять не стал, что не могло не радовать. А вскоре я поравнялась с профессором и ощутила облегчение. Все-таки идти рядом с Франом тяжело — я не могу все время его обманывать.

Наш путь резко пошел вверх под гору, где было еще жарче. Вскоре я мучилась от жары, вспоминая пустыню. И я еще радовалась лесу? В итоге здесь также душно! Однако я заставила себя успокоиться и мысленно обратиться к камням, с ужасом подтверждая догадки: артефакты внутри «горячей» горы…

Впрочем, это поняли все и без моих слов. Крэйф решительно вел нас вперед.

— Воду экономить! — недовольно приказал он, строго взглянув на Рана. Юноша не первый раз тянулся к фляге с водой. Я искренне сочувствовала другу — ему было тяжелее всех, ведь огонь вражеская для него стихия.

Останавливаясь у пещеры, откуда шел невероятно теплый воздух, профессор дал наставления:

— Идти друг за другом. Ни в коем случае не разделяться. Здесь может быть трудно, и только Сорин в силах управлять стихией огня и предотвратить опасность. Опережая тебя, Ран, напомню, что вода не всегда тушит огонь.

Пещера оказалась сухой и душной. Воздух затхий и тяжелый, а еще пахло жаром. Моя сущность горного духа моментально воспротивилась, крича, чтобы я уходила. Но сбегать нельзя, поэтому только вперед.

«Все будет хорошо!» — я повторяла себе это, как заклинание, даже немного помогало.

Сколько мы так шли, не знаю, но вскоре все стали уставать, а пещера казалась без конца и края, со своими однотипными ходами и развилками. Я знаю такие пещеры-лабиринты — в них легко затеряться, и лишь мы — духи гор, можем найти путь. Так что, в какой-то степени меня радовало то, что благодаря моему чутью у нас есть все шансы обогнать остальных.

Сорин зажгла огонек, который осветил путь. Но даже с ним было заметно, как все сильнее густеет тьма вокруг нас. Теперь мы шли более осторожно, чтобы не споткнуться. С каждым шагом я ощущала тревогу, ведь камни здесь были другие. Я никогда не спускалась так глубоко в вулканические пещеры и не знала, какие у них камни. Они оказались раскаленными и поэтому не откликались на зов. Словно жар убил их…

Замерла. Странно… почему вдруг стало так тихо? И как-то резко потемнело…

— Профессор Крэйф!

Тишина. На душе похолодело.

— Ран! Сорин! Фран?

Вновь тишина. Посмотрела истинным зрением, с ужасом понимая, что совершенно одна в этом темном мрачном месте… без воды! Она была у профессора и Рана. Великий эфир!

— Ребята… Где вы?

Так тихо, что я слышу стук собственного сердца. И жарко… очень жарко! Страх сковал, не давая думать. Горные духи не выживают в «огненных» горах.

Папа… Нет, Гарх'ханна, ты не должна сдаваться! Как говорит Крэйф — будь сильной.

Здесь было темно и жарко. Я не могла понять, что произошло. Куда делись все и что нас отделило. Но раз я решила быть сильной, значит, надо думать. Найти отсюда выход и найти своих…

— Марэк! — вздрогнула от раздавшегося незнакомого голоса.

— Марэк, где ты? Южин?

Настороженно замерла, понимая, что это кто-то из другой команды. Выходит, не только мы потерялись…

— Лана?

Тихие шаги все сильнее приближались. Я понимала, что мне некуда деваться. Все равно начала медленно отступать.

— Кто здесь?! — испуганный и одновременно приказной тон, неприемлемый молчания.

Сглотнула, затаив дыхание. Харкэ-ка! А вновь прибегать к истинному зрению опасно — заметят.

— Я знаю, что здесь кто-то есть!

Однако я упорно продолжала молчать, прекрасно зная, что можно ожидать от другого участника. Одно радует — наши камни у профессора, а значит, украсть он у меня не сможет, даже, если и узнает обо мне. И вдруг мысль: «А у него есть с собой камни?» Ведь нам так не хватает…

— Справа от тебя! — новый голос и я с ужасом осознала, что это сейчас меня выдали.

Чья-то рука жестко схватил меня за талию, и притянула к себе. Все произошло в одно мгновение. Кто-то с силой придавил, меня к стене, а справа загорелся огонь… саламандры!

Она сидела снизу и нахально скалилась, растопырив острые пальцы с коготками. Сейчас дух была в облике получеловека с чешуйками вместо кожи и рыжим длинным хвостом, как у ящерицы. Я знала, что это лишь обман. Духи огня, как и само пламя способны приобретать любой облик.

— Кто ты?! — недовольно прорычал юноша, словно не замечая позади нас саламандры, и я вспомнила. Я видела его! Он из команды Сорента…

— Уже забыл, вор! — фыркнула с силой оттолкнув.

Он видимо растерялся от моего ответа, поэтому и выпустил. Как еще объяснить, что юноша разжал пальцы. Но сейчас меня волновало другое — саламандра. Ее наконец-то заметил и маг земли, забывая обо мне, а может просто вспомнил, что именно у нас в море украл камень? Как мы им помогли, а их команда бессовестно увела у нас из-под носа наш артефакт.

Я ощутила, что у него на поясе в сумке есть два артефакта, однако опуститься до их уровня не смогу. У меня рука не поднимется украсть… нет. Это не мой способ.

— Ммм… два мага земли, — хитро протянула девушка-ящерица с огненными волосами и яркими горящими глазами. Странно, что она не сказала правду обо мне. Ведь точно ощутила, чтоя дух. Впрочем, мне это на руку.

— Элементаль огня? — все свое внимание юноша обратил на огненную деву, в то время как я слышала отчаянный голос камней. Они кричали мне, что не принадлежат магу земли. Они украдены также как и наш, который наверное сейчас у его команды, потому что среди этих двух, моего камня не было.

— Воровство не поможет тебе выиграть, — хитро проговорила саламандра, глядя на юношу. Она молча приблизилась к нему, а он почему-то не делал попыток отойти, словно его что-то удерживало.

— Карма всегда приходит, глупец! — смех, а после она коснулась его лица… крик. Он словно разрывал изнутри. Это был крик боли. Я даже увидела дымок идущий от щеки юноши.

— Прекрати! — не задумываясь над тем, что ни один дух другой стихии не должен касаться огненного, кинулась к саламандре, забирая ее руку.

Боль показалась мне мимолетной, даже терпимой. Я в мгновение выпустила ее запястье, с ужасом глядя на щеку мага из Сорента. Она была обожженной…

— Отпусти его… — тихо попросила я, понимая, что человек не справится с духом. Маг земли глубоко ошибается, предполагая что перед ним элементаль. Это дух! Единственный жестокий и неодолимый дух, среди нас.

И как-то отдаленно подумалось, что на этом турнире почему-то очень часто встречаются не просто элементали, а именно духи… Однако сейчас на это не было времени, подумаю потом!

— Он не заслуживает твоей помощи, — фыркнула саламандра, с презрением глядя на юношу. — Этот мальчишка вор, ты ведь слышишь, знаешь, что камни-артефакты просятся к тебе.

— Правилами разрешено забирать у других камни! — холодно отчеканил маг земли, легонько касаясь обожженной щеки и кривясь, — а тебе огненный элементаль, конец!

Он начал делать пассы, но девушка-ящерица только рассмеялась. И я знала почему…

— Прекрати! — приказала я, но он не захотел меня слышать.

— Забирать камень у тех, кто помог, спасая твою шкуру, низко, — спокойно проговорила саламандра. — И ты за это заплатишь.

Два ярких света вырвались почти одновременно. В последний миг успела призвать на помощь камни. И пусть они разгоряченные и не служащие духам гор, все равно откликнулись… ведь зов был огромен.

Каким бы ни был этот юноша плохим, в первую очередь он просто человек и не заслуживает такой страшной смерти. Огонь стихийного духа просто уничтожит его! Болезненно и в одно мгновение.

Камни поднялись в воздух, преграждая путь силе саламандры. Настолько мощным вышел зов, что по моему лбу скатилась капелька пота.

Как же жарко! Однако камни приняли в себя огонь, спасая мага земли. Но как? Как организаторы позволили духам оказаться на этих локациях? Ладно, ундина, но саламандра… Она никого не щадит.

— Глупая! — кажется девушка-ящерица пришла в ярость, а юноша наоборот был растерян.

— Зачем? — он смотрел на меня. — Зачем влезла?!

Я ему даже не ответила, глядя только на духа огня, чувствуя, как она взывает к своей силе, как призывает огонь, что окружает эти горы… но и я не просто ждала. Тоже призывала, пусть и с небольшой надеждой, но все же знала, что камни откликнуться и станут перед нами стеной. Вспоминала уроки, пройденные с профессором и одновременно с призывом камней, открывала чакру для выплеска силы. А где-то совсем рядом, подул знакомый ветерок…

«Фран»? — промелькнула в голове и моих губ коснулась теплая улыбка. Больше ждать нельзя!

Исчезли голоса. Был только жар и сила огня. Все произошло само по себе. Всплеск. Призыв. И мощь духов.

Кажется, я кричала… возникло чувство, что меня касается само пламя. Его жгучие язычки опаляют кожу, а силы выплескиваются из меня на помощь камням. И даже боль отходит на задний план. Ничего не вижу, не слышу, не чувствую — только стук своего сердца… и ветер. Он кружит вокруг, словно окутывая приятным мягким коконом, а где-то вдали рык саламандры:

— Я запомнила тебя, Гарх’ханна, дочь горных духов!

И эта была угроза. Прямая угроза смерти. Но мне было все равно. После этих слов вновь вернулась боль и окружающий мир… звуки, голоса, крики, отдаленные споры. Как же больно.

— Тшш, Ханна, потерпи, прошу.

Фран? Это ведь голос Франа. Почему я не могу открыть глаза.

— Скорее! — кажется это уже Крэйф. — Ты из команды Сорента, сейчас пойдешь с нами!

Не знаю… может и не его голос. Тяжело думать. Боль отвлекает, а тьма все никак не хочет забрать в свои объятия, чтобы избавить меня от мучений. Однако со временем спасительная темнота, все-таки приходит ко мне, даря успокоение.

* * *

Тьма стала отступать. Словно через пелену услышала тихие голоса, который вскоре умолкли. В теле была неприятная тяжесть, но я заставила себя открыть глаза и медленно сесть, с изумлением замечая, что на руках нет и следа от ожогов. Но ведь я отчетливо помню, как языки пламени касались моей кожи…

— Как ты себя чувствуешь? — обеспокоенный голос наставник. Он сидел рядом со мной, внимательно меня рассматривая. Словно чего-то ожидая.

— Все в порядке… — я оглянулась, отмечая, что мы все еще в той жаркой пещере.

— О, ты наконец проснулась! — с искренним облегчением проговорил, подошедший Фран. Наклонился и вдруг коснулся лица. Осторожно и легко, но я отдернулась, не жаля этого.

Маг воздуха нахмурился, но ничего не сказал. Я же обратила все свое внимание на профессора:

— Что произошло? — опустила взгляд на свои руки. — Пламя… оно касалось меня.

— Все хорошо, — коротко ответил Крэйф, — мы успели вовремя.

— Ты молодец! — голос Рана.

Маг воды неслышно подошел ко мне и протянул флягу с водой, к которой я тут же прильнула губами. Я будто вечность не пила! Очень было душно и жарко.

— Хватит, Ханна, — ласково сказал Крэйф, забирая спасительную флягу. — Она еще нам понадобится.

— А где Сорин? — только сейчас поняла, что девушки с ребятами не было. — И тот юноша… маг земли из команды Сорента.

— Он вернулся в город, — с недовольством проговорил профессор. — Я заменил его.

— Как заменили? — удивилась. — Разве вы имели право…

— По его просьбе. Если бы не ты, маг земли был бы уже мертв. И он прекрасно это понимал. Более того, — профессор на мгновение замолчал, доставая что-то из сумки. В следующее мгновение я увидела знакомые камушки на его раскрытой ладони. Те самые, что были у юноши и просились на свободу…

— Он оставил их тебе.

Мне? Я просто не поверила, вспоминая надменные слова мага земли из Сорента. Неужели он действительно понял свою ошибку. Это благодарность? Не знаю, но камушки дрожащей рукой взяла, тут же ощутив их тепло. Они радовались свободе, ведь были нечестно украдены.

Но…

— Где Сорин?

— Мы не нашли ее… — глухо проговорил наставник. — Огненные духи разделили нас всех. Но я уверен, что с ней все в порядке.

— А вдруг нет… — мой голос дрогнул.

— Она сильная! — уверено ответил Ран и тепло улыбнулся мне.

— Но почему не заменить ее? Чтобы точно удостоверится в ее безопасности.

Этого я не понимала, но ответ меня неприятно удивил:

— Нет смысла делать замену, потому что Айрин слабее.

— Но…

— Мы обязательно ее найдем! — опережая мой вопрос, продолжил профессор. — Сейчас важно отыскать камни. Нам надо еще два! И тогда мы попадем в финал.

— Но разве жизнь Сорин не важнее?! — как бы меня не раздражала шестикурсница, зла ей не желала.

— Ханна, с ней все хорошо, — спокойно проговорил Фран, — ветер бы мне сказал, если бы это было не так.

— Тогда почему ты не можешь найти ее?

— Потому что здесь все ее стихия. Она не дает мне ощутить, где сейчас Сорин.

— Хватит, — недовольно перебил наставник. — Нам нельзя тратить времени. Ханна, если тебе лучше, и ты чувствуешь, что можешь идти, нам надо отправляться на поиски камней.

Кивнула и попробовала встать. Несмотря на все еще неприятную тяжесть в теле, мне вполне удалось подняться без посторонней помощи. Как обычно я просто не приняла руку Франа. Никогда. Как бы он не старался исправить мое к нему негативное отношение. На удивление мне удавалось играть, не показывая истинных чувств, которые жили в сердце.

— А почему два? — только сейчас поняла, что даже с камнями участника другой команды, у нас должно быть девять артефактов, а не десять.

— Я нашел один у подножья, куда меня закинуло, — с добродушной улыбкой поделился Рыба, протянув мне руку на которую я смело оперлась.

Мы шли довольное долгое время длинными туннелями, прежде чем вышли в лавовую круглю пещеру с огненным озером. Здесь оказалось еще жарче. У меня взмокла спина и ко лбу липла челка. Однако наш путь пролегал именно через это место…

Все эти соединенные пещеры напоминали мне кровеносную систему человека. Удивительно, как мы еще не заблудились. Однако стоило себе признаться, что, несмотря на эту невыносимую духоту, вокруг было красиво. Здесь везде встречались сталактиты и сталагмиты. Но как? Ведь здесь нет воды. Этого я не понимала, но «натекшие по капле», как часто мы называли сталактиты, были здесь словно обожженные. Их покрывал красный рисунок огня. Впрочем, как и сталагмиты, кристаллики кальция, которые складываются в «горку», образовывая более мощную и толстую «сосульку» из земли.

Этим пещерам видимо невероятно много лет. Ведь сталактиты и сталагмиты растут очень медленно — сотни и тысячи лет!

«Есть очень простой способ, как запомнить, что называть сталактитом, а что сталагмитом… — в голове всплыл ласковый голос отца, — в слове сталагмит есть буква «М», как и в слове земля. Значит, сталагмит — это то, что растет на земле!»

Я невольно улыбнулась своим детским воспоминаниям. Как же я любила такие дни, когда отец водил меня нашими пещерами и рассказывал о красивейших природных явлениях. Глубоко вздохнула и пошла дальше за ребятами, рассматривая на стенах образовавшегося туннеля отметины, показывающие уровень, на котором текла лава во время извержения.

Даже просто представить, что этими туннелями и пещерами текла разгоряченная лава невероятно страшно. Потоковые выступы и линии глубоко выступали из стенок, что говорило о высоком уровне лавы. И если вулкан придет в активность…

Нет! Лучше не думать об этом. Приблизившись к «озеру» мы остановились. В нем оказались круглые камни, создававшие путь. Вот только желания по нему идти ни у кого не возникло. И тогда наставник первым ступил на опасную «дорожку»…

Именно за этим огненным озером находились артефакты. Я чувствовала это, знала, что камни спрятаны глубоко-глубоко в этой вулканической пещере.

Остановившись на втором камне, наставник развернулся и позвал меня. Вот только смелости прыгнуть у меня так и не появилось.

— Давай, Ханна, я знаю, ты сможешь! — он протянул мне руку, и я нерешительно ступила на первый камень… а потом на второй, оказываясь прижатой к наставнику. На мгновение мне показалось, что сердце замерло.

Жар огненного озера пугал и не давал дышать.

— Ран, ты следующий! — приказал Крэйф и выпустил мою руку, перепрыгивая на третий плавающий булыжник. Сглотнула и прыгнула за ним…

Так страшно мне не было никогда. Появилась слабость в ногах, и задрожали коленки. Но все-таки мне удалось с помощью профессора перебраться на противоположную сторону «озера». Только там я позволила себе упасть, чувствуя невероятное облегчение.

Пить. Хочу пить! Однако только я сделала глоток, как Крэйф привычным жестом забрал у меня флягу и передал по очереди вспотевшим ребятам.

После наш путь продолжился. Но с каждым новым шагом я чувствовала накатывающуюся слабость. Было трудно дышать и сердце словно сумасшедшее билось. Через какое-то время я оказалась в хвосте нашей небольшой процессии.

Еще какое-то мгновение и я просто сдамся, так и оставшись навечно изнывать тут от жары. Мне все труднее было идти. Может правда сесть здесь?

Эти мысли улетучились, когда я внезапно врезалась в спину Рыбы, резко остановившегося вместе с остальными.

— Что такое? — слабо спросила и вышла вперед.

Обрыв! Огромный обрыв с пылающей лавой внизу и мостик… шаткий веревочный мостик над обрывом. Сглотнула, понимая, что у меня попросту не хватит больше сил.

— Ханна? — мне на плечо легла тяжелая рука профессора. Я не сразу заметила, что он оказался рядом.

— Что с тобой?

Тяжело дыша, пожала плечами. Лба коснулась горячая ладонь Крэйфа.

— Ты горишь, Ханна!

— Тут жарко, — вяло отозвалась, замечая, как ко мне обернулись ребята. На их лицах читался испуг…

— Ты касалась огненного духа? — неожиданный вопрос застал меня врасплох и я вдруг вспомнила.

— Д-да…

— Боги, Ханна! — с тревогой воскликнул наставник, а Ран недоумевающее спросил:

— Но ведь вы исцелили ожоги…

— Дело не в этом! — раздраженно отозвался Крэйф, не вдаваясь в подробности.

— Где ты касалась? — в мгновение Фран оказался рядом, и мне вдруг стало даже все равно. Я ни о чем не хотела думать, или дальше играть роль безразличной и обиженной. Ведь только его пальцы сжали мою руку, как сердце снова предательски откликнулось.

На глаза навернулись слезы. Харкэ-ка! Как же трудно.

— Ханна! Где? — повторил свой вопрос пепельноволосый и я, молча показала правую ладонь. Именно ею я оттолкнула саламандру от мага земли из команды Сорента.

А в голове вдруг мысль: «Фран совсем не удивлен?» Наоборот… скорее напуган. Но откуда ему знать о духах?

Под ногами что-то вздрогнуло. Я не сразу осознала, что это, лишь потом поняв — гору сотрясает землетрясение.

О, нет! Это ведь значит, что вулкан просыпается…

— Бегом назад! — громкий крик и я, чувствуя, как Фран хватает меня за руку, но ноги не держат. Падаю, с ужасом хватаясь за ладонь юноши, но она выскальзывает. Все происходит в считанные секунды. Земля под ногами разверзается. Крики ребят уходят назад. Я оказываюсь в объятиях Франа, не успевая испугаться. Ничего не вижу, прижатая к груди пепельноволосого. Только бешеный ритм своего сердца и…его.

Землетрясение и шум прекращаются. Я отстраняюсь, понимая, что мы оказались каким-то чудом на выступе. Под низом бурлит поднимающаяся лава, а вокруг разломки сталактита.

— Фран, Ханна, как вы? — откуда-то сбоку раздался голос профессора.

— В порядке! — отозвался маг воздуха и внимательно на меня посмотрел, не отпуская из рук. — Ханна, идти можешь?

Кивнула, в действительности не зная. Стоило мне лишиться опоры в виде Франа, как я тут же пошатнулась, вцепившись в плечо мага и забывая о гордости.

— Ей хуже! — со страхом проговорил Фран, подхватывая меня на руки. Ощутив поддержку, я наконец расслабилась, чувствуя как пересохло во рту. Я даже попросить не успела, как Фран сам достал флягу… живительная вода принесла облегчение.

— Надо найти огненного духа, который ее коснулся! — вновь голос Крэйфа сбоку, а после удивленный Рана:

— «Духа»?

— Фран, Ханна мы сейчас к вам спусти…

Грохот оборвал наставника на полуслове. Вновь задрожала земля. Нет. Только не снова.

— Держись крепко! — строго приказал Фран, и я обхватила его за шею, ощущая, как содрогается гора…

Нас обдало жаром. Я лишь успела зажмуриться, чувствуя знакомый ветер. Он окружил нас, защищая от слоя пыли и огня. Но я все равно закашлялась, еще сильнее испытывая жажду.

— Все будет хорошо, — попытался успокоить меня Фран. — Я обещаю!

«Хорошо?» Кокон из ветра защищал нас, но долго ли так будет? К тому же, нам никогда не найти саламандру, если она сама этого не захочет.

Перед глазами поплыло, лицо Франа стало расплываться.

— Не закрывай глаза! Слышишь, Ханна, иначе ты быстрее выгоришь изнутри…

Это заставило удивленно распахнуть глаза. Откуда он знает?! Но сил спросить не было. Почему со мной одной всегда случаются неприятности?

Он словно почувствовал. Или как еще объяснить его слова?

— Знаешь, я никогда не думал, что один человек способен так часто попадать в переделки… ты словно притягиваешь все самое опасное к себе.

Шевельнула губами, но так и не смогла ответить.

— Не говори, Ханна, просто слушай мой голос… сейчас я сниму защиту, кажется, толчки прекратились.

Защита из ветра растаяла. Мы вновь оказались на небольшом выступе. Но где Ран с Крэйфом? Вокруг словно все горело в огне и ничего не было видно, а эта слабость и жажда не давали мне отчетливо мыслить.

— Странно, — продолжал вслух Фран, — я не чувствую Крэйфа и Рана…

Неужели опять?! Мне вспомнились слова профессора в самом начале, когда мы только входили внутрь пещеры: «Ни в коем случае не разделяться!» Но мы вновь разделились! И мы до сих пор не знаем, где Сорин?! А теперь и наставник с Рыбой пропали. И почему-то только сейчас у меня промелькнула слабая мысль: «А под силу ли нам победить?» Может, сдастся…

— Ханна, не смей сдаваться! — невольно вздрогнула от этих слов и гордо проговорила, не желая признаваться:

— Я и не думала.

— А взгляд сказал иное, — серьезно проговорил Фран, недовольно осматриваясь по сторонам.

Путь на другую сторону полностью был перекрыт, где искать саламандру не имеем представления… Как тут не опустить руки?

Я — Гарх'ханна, рожденная великим отцом своим и повелевающая камнем так, как это делали все мои предки, призываю камень откликнуться и показать мне путь к огненному духу!

— Ханна, не смей закрывать глаза! — ворчливо напомнил Фран. — Я же просил! Я не силен в целительстве, поэтому будь со мной…

Но я не ответила, продолжая с закрытыми глазами взывать к камням. Он прав — нельзя сдаваться! Пусть камни не хотят отзываться на мой зов, но я должна… должна пробовать пока кто-нибудь не откликнется.

Слишком жарко, разгоряченная лава обжигает камни, высушивая их, поэтому они молчат. Но прошу, пожалуйста, услышьте.

В пальцах появилось знакомое покалывание. Неужели?! Камень отозвался мне? Зашептал, указывая путь…

— Нам туда! — решительно проговорила, протягивая руку за спину пепельноволосого и не обращая внимания на эту слабость.

Тело стало будто ватным, и все сильнее хотелось пить… и спать. Но голос Франа не давал мне окунуться в сон. Он продолжал говорить со мной, неся на руках в указанном направлении.

— Я знаю, что ты не веришь мне. И на это действительно есть причины. Я идиот, что поспорил тогда с Ивидом…

— Прекрати! — у меня даже нашлись силы перебить его, но он все равно упрямо продолжил.

— Знал, что это растормошит тебя, — хитрая улыбка, а после серьезное:

— Но я только начал.

Харкэ-ка! Он издевается надо мной?! Однако стоило себе признать, что даже мысли о жажде отошли на задний план. И во мне вновь появилась вера… что мы найдем саламандру! Камни до сих пор шептали мне, что она все ближе и ближе. Отыщем артефакты и встретимся с ребятами!

— Я слишком поздно понял, что игра переросла в реальность. Начиная этот дурацкий спор, даже представить себе не мог, как все обернется в итоге. Но ты затронула мое сердце, Ханна. Никогда не думал, что можно испытывать к кому-то такие чувства. Они словно разъедают изнутри, выжигают тебя. Я всегда считал любовь просто игрой. Не верил в нее. Но внутри всегда хотел понять, что для людей значит это чувство, расписанное в стихах и поэмах…

Слушая его, я словно слышала себя. Ведь я тоже хотела понять. В голове шевельнулась неожиданная мысль. Фран слишком осведомлен и эти его слова… и с Крэйфом он близок не как учитель и ученик.

— Брак был для меня только долгом. Меня даже не интересовало кто моя невеста. Отец выбрал и ладно. Я согласился. У меня не было выбора, ведь отец пошел мне навстречу три года назад и отпустил обучаться в академию стихий. Но с твоим появлением все изменилось! Я действительно полюбил и хотел сказать тебе… собирался признаться первым на балу. Но ты услышала все раньше. Как всегда, маленькая любопытная глупышка. Не представляешь, что я ощутил, когда увидел тебя, когда понял, что ты все слышала. А потом ты так быстро уехала…

— Я все равно не прощу! — все-таки перебила, чтобы хоть немного отвлечься от настойчивых мыслей, что Фран тоже не человек. Этого просто не может быть! Это всего лишь выдумки моего воспаленного сознания.

— Ты можешь не стараться и не разглагольствовать.

— Зачем мне стараться, если ты и так моя, — хитрая улыбка. — Мои слова искрение.

— Как это «твоя»? — меня еще сильнее бросило в жар. — Что ты имеешь в виду?

— Ну же, Ханна, я уверен, что ты уже поняла…

Неужели правда? Он не человек? Может ли быть такое, что Фран наследник небесных вершин?! Я вспомнила, как он откинул подарок жениха со словами, что подарит еще, как ундина говорила о духах и Фран молчал. Вспомнила его силу и возможности, которые намного выше, нежели у обычного мага воздуха.

Все постепенно складывалось в одну общую картинку. Но как? Я просто не могла поверить в собственные догадки. Это все жар! Из-за него в голову лезут такие дурацкие мысли.

— Да, Ханна, ты та самая невеста, от которой я уже хотел отказаться, ради тебя. Но вовремя узнал правду. Ты приняла меня, надев свадебный подарок. Свадьба состоится, и я сделаю все, чтобы это произошло как можно скорее.

Я уже было раскрыла рот, чтобы ответить, когда сердце больно сжалось и забилось с перебоем. Это произошло так быстро, что я невольно схватилась за сердце.

— Ханна! — испуганно воскликнул Фран, резко останавливаясь. — Где же эта саламандра?!

— Здесь, — впереди раздался знакомый голос, но у меня не было сил даже открыть глаза.

Сила огненного духа видимо добралась до груди, поэтому сердце стучало неуверенно и болело.

— Что вам надо?

— Исцеление! — громко ответил Фран, крепче к себе прижимая, словно боясь потерять… не успеть.

— Она коснулась тебя. Прошу сними свою огненную сеть.

— Нет, — совершенно спокойное, а боль все сильнее. — Она заслужила! Нечего было вмешиваться и спасать того глупого мальчишку.

— Я прошу тебя… — голоса все сильнее отдалялись от моего сознания. — Проси, что хочешь, только спаси!

Это было последнее, что я запомнила, прежде чем боль в сердце стала совсем невыносимой. Его будто сдавили невидимой рукой… забрали воздух не давая дышать.

А потом вдруг все прекратилось. Сердце отпустили, и оно несмело ударило. Раз, два, три, все сильнее набирая ритм. Воздух заполнил легкие, позволяя мне дышать. Мир вновь наполнился красками, и я даже встала на ноги, попросив мага воздуха отпустить меня. Слабости больше совсем не было, наоборот — я чувствовала огромный прилив сил! Однако стоило мне вспомнить последние слова Франа, как радость от того, что жива тут же испарилась…

— Скажи, что она потребовала?!

— Ничего важного, — отмахнулся он и направился вперед к туннелям.

— Фран! — я быстро его догнала и пошла рядом.

— Уже волнуешься за меня?

Ах так?!

— Ты же помнишь, что у меня по праву есть еще одно желание? — я хитро улыбнулась и на удивленный взгляд пепельноволосого уточнила:

— Ты проиграл мне не только на экзамене, но и в первом споре о том, что я не продержусь в академии.

— Ханна…

— Что Ханна? Ты сам предложил второй спор. И теперь я использую свое следующее желание! Что в обмен за мое спасение потребовала саламандра?

— Кое-чему ты все-таки научилась, — устало проговорил Фран, не спеша отвечать мне.

— Пожалуйста, скажи… ты должен!

— Она потребовала мое слово духа.

Внутри похолодело. Ведь если дух из другой стихии дал слово враждующей стихии — это значит, что он очень низко пал, был в такой отчаянной ситуации, когда помощи просто не от кого ждать. Фран теперь чуть ли не раб саламандры. Более того, он может потерять свой статус и даже быть приговоренным старейшинами своего народа на вечное изгнание. Но самое ужасное — после смерти его дух не попадет к предкам! Своим поступком он открыл врагам свое расположение и силу. Теперь саламандра в любой момент может его призвать и потребовать что угодно!

— Но… — я запнулась, понимая, что все это из-за меня. Он назвал слово, чтобы спасти. И где-то глубоко внутри помимо страха промелькнула теплота.

— Мы обязательно что-нибудь придумаем! — решительно заявила, беря мага за руку. — Ей не придется тебя звать. Если профессор исполнит задуманное, все вернется как в прежние времена. Духи вновь обретут силу!

— Крэйф рассказал тебе ради чего здесь? — искренне удивился Фран, даже остановившись, и я вполне спокойно призналась:

— Даже больше… я сама открыла ему свою тайну.

— Вот как, — кажется Франа это задело, но я совершенно не придала этому значения и серьезно спросила:

— А ради чего ты здесь? Какое твое желание?

— Не знаю.

— Как не знаешь? — я просто не поверила.

— Вот так, — Фран вновь продолжил путь, — точнее теперь не знаю. Раньше я хотел свободы, но сейчас готов принять волю отца и свой долг, как наследника.

«Свободу?» Сердце дрогнуло. Это ведь то чего я так сильно хотела. Но хочу ли теперь? Простила ли я Франа? Смогу ли соединить с ним свадебные узы на всю жизнь? Честно признаться сама не знала ответов. Сердце радостно кричало, что любит, сознание осторожно предупреждало, что не стоит так легко вновь верить, а я… я была в растерянности и просто не хотела в данный момент об этом думать.

— Ханна, а что ты хочешь загадать?

И я ответила. Рассказала всю правду. Узнав о том, что он тоже дух, как и я, ощутила облегчение. Ведь мне было тяжело столько времени врать и обманывать, а теперь я могла быть хоть с кем-то искренней. Не смущало даже то, что он мой жених. Как будто, так и должно — просто встало все на свои места.

— Я свою мать уже плохо помню, — неожиданно тихо признался Фран, — она умерла, когда я был совсем маленьким и с тех пор со мной почти всегда Крэйф. Он стал для меня тем, кто поведал мне о мире людей.

«Сестра вышла замуж за одного из вас. В свое время я сам с отцом отдал ее замуж за духа»

Не может быть! Но…

«Небесные духи ветра»

— Крэйф твой дядя?! — сказала и замерла, просто не веря в это. Хотя почему нет? Все ведь сходится.

— Что?! — мы одновременно вздрогнули и обернулись, когда услышали знакомый голос Рана.

Позади нас стояла наша троица. Все! Вместе с Сорин! Не зная что сказать я просто улыбнулась, чувствуя, как бешено стучит сердце от радости, что с ними все в порядке и от неведенья — что именно они слышали?

Сорин явно хотела заговорить, когда камни в ее руках вдруг засветились, и сумка Рана, и карманы профессора, и…

Между нами возник ослепляющий портал! Это ведь значит… у нас все двенадцать камней?

7 глава Тайный путь

В команде витало ощущение натянутости. Теперь все с подозрением смотрели на Франа и Крэйфа. Вернее, смотрела Сорин. Старшекурсницу явно подмывало сказать что-нибудь на тему «родственных связей». Пожалуй, со стороны девушки это выглядело очень нечестно, ведь наставник часто ее упрекал в деньгах родителей. Она несколько раз за наш путь пыталась завести разговор о Фране, но профессор обрывал любые попытки.

— Нам нужно к той пропасти, — заявил пепельноволосый, стараясь перевести разговор. Шестикурсница вновь пыталась поднять эту тему.

— Зачем? — недовольно осведомилась Сорин. — Там мост давно сломан.

— Когда мы туда упали, то в пещерах обнаружили место для камней, — объяснила я. Как только информатором стала я, шестикурсница расслабилась. После истории «с дядей», она перестала ненавидеть меня и переключилась на Франа. Теперь все злостные комментарии были адресованы ему и его «семейке».

Все сразу оживились, принялись обсуждать, как будет удобнее спуститься вниз. Конечно, решение проблемы лежало на магах воздуха. Ран предположил, что мог бы создать водяной кокон, как тогда, когда на академических экзаменах спасал меня от древесного дракона. Но учитывая, какая там глубина, не был уверен, или его шар столько выдержит.

Фран же самолюбиво произнес, что мог бы не только захватить с собой кого-то, но и помочь Рану с его коконом — укрепить его холодом, чтобы вода покрылась слоем льда. Тогда были бы все шансы спуститься.

Но вскоре воодушевленные разговоры сошлись на нет. Оказалось, что, хоть и с подсказкой камней и ветра, но до каменного леса еще далеко, а ночь вступила в свои права.

Поэтому, мы остановились около озерка. Я была несказанно рада — наконец, смогу нормально вымыть тело! Не желая попадаться на глаза мужчинам, отошла подальше, пока они собирали палатки. За причудливое дерево с тяжелыми ветвями, что роняло свои косы прямо на гладь озера. Подойдя поближе, с удовольствием заметила насколько здесь прекрасная кристально чистая вода, несмотря на то, что берег порос камышами. Земля вокруг озера была черной, плодородной — настолько, что сапоги оставляли глубокие следы.

Я приняла решение оставить сапожки прямо у воды, чтобы при выходе не запачкать ноги. После чернозема их бы пришлось отмывать долго.

Аккуратно, с некой опаской поглядывая по сторонам, разделась, вывесив одежду на гладкие ветки деревца. Вошла в воду, почувствовав, как вода приятно обволакивает уставшее тело.

Она была холодноватой для меня, но это казалось сущим пустяком. Главное, что, наконец, походные условия стали комфортными для меня. А скоро мы дойдем до леса камней — вот тогда я буду абсолютно счастлива. Мне казалось, что я смогу все!

Заплыв за камыши, я с восхищением обнаружила, что здесь есть водяные лилии: белые и прозрачные, как первый снег. Я подплыла к ним, вздрогнула, когда неожиданно спугнула небольшую зеленую лягушку.

Заулыбавшись, решилась рискнуть и нырнула. Вода приятно накрыла меня с головой. Повторив процедуру пару раз, осмелилась дотянуться до самого дна. Под водой, моя рука коснулась гладкого камушка. Как током, услышала его голос: камень сообщил мне, что я не одна здесь.

Осторожно выглянула из воды, вообразив из себя русалку. Я заметила, как, слегка прикрытый за камышами, стоит Фран, разглядывая что-то в воде. Он был оголен по пояс, а его темно-серые брюки закатаны так, чтобы невозможно было намочить. Я хитро усмехнулась про себя: пока кто-то не вмешается.

Это оказалось сложнее, чем я представляла себе, но все же мне удалось «зацепиться» руками в дно, чтобы попросить камушки о маленькой просьбы. Ощутив отдачу, я выплыла на поверхность, в тот самый момент, когда земля разверзлась под ногами Франа. Юноша стоял на крутом берегу, отчего, когда почва ушла с-под его ног, он оказался глубоко в воде.

О, я бы отдала многое, чтобы еще пару раз посмотреть тот момент, когда он понял, что падает. Эти глаза полные ужаса!

Пепельноволосый вынырнул из воды, отплевываясь и бултыхаясь так, словно собираясь утонуть. Похихикав, я заплыла за камыш, чтобы он меня не заметил. Сидя в густой растительности, я со всей силы прикрывала рот, так как громкий смех грозил вырваться наружу.

«Я тоже кое-что могу!» — довольно подумала я, аккуратно выглядывая из-за камыша.

— Ой! — я ахнула, отпрянув, когда заметила прямо перед собой Франа. Юноша нависал надо мной, насколько позволяла вода, а вся поза говорила о враждебности — судя по сложенным на груди рукам и злому взгляду.

— Я думал, что это кто-то из конкурентов постарался, а оказывается и среди своих хватает тех, от кого стоит держаться подальше! — изрек он свою высокопарную тираду.

— Вот бы и держался! А то ходишь и подглядываешь! — высказалась я, не зная, что делать, или от смущения убежать, или от злости брызнуть ему в лицо водой.

Фран поступил неожиданно — слегка подпрыгнув, он постарался захватить меня, и, скорее всего, утопить. Но я отбилась, отпрянув. Прикрывая грудь, которая и так была спрятана в темной воде, закричала:

— Что ты делаешь?! Я ведь совсем голая!

— Мне можно. Если мне не изменяет память, кто-то здесь моя невеста, — наглец изобразил на лице задумчивость.

— Я могу это и оспорить! — отвернулась от него, показывая ему спину, прикрытую длинными волосами. — Доказательств нет…

Договорить я не успела, перед моими глазами на цепочке заискрился свадебный кулон с облачком, тот самый который я разбила.

— Теперь никаких сомнений нет, кто моя невеста? — самодовольно произнес Фран. Он ловко обогнул меня, оказываясь впереди.

Я смущенно замерла, не зная, куда деть глаза, лишь бы на него не смотреть. Но стоило поднять взгляд, как он зацепился за капельки воды, спускавшиеся по его телу… по красивым рукам.

Великий эфир! Я зажмурилась, чувствуя, как горят щеки. Как же стыдно. Но еще сильнее смущал тот факт, что я совершенно голая, а Фран всего в пару сантиметров от меня.

Вздрогнула, когда к телу прикоснулось что-то холодное. Открыла глаза, с замиранием сердца замечая кулон невесты на себе.

— Видишь, я же говорил — ничего страшного, — он улыбнулся и неожиданно склонился. Близко-близко. Миг — и его губы накрыли мои. Поцелуй оказался быстрый и игривый. Фран тут же отплыл, словно зная, что я была вот-вот готова дать ему оплеуху за такую наглость.

— Ладно, оставлю тебя в покое, недотрога! — сквозь улыбку, весело проговорил пепельноволосый и скрылся за камышами.

— Вот же! — я опустилась под воду, желая остудить свой пыл. В груди появилась какая-то приятная истома. Мне очень хотелось прикоснуться к кулону, но отчего-то казалось, что меня ударит искрой, словно это был сам Фран…

Харкэ-ха! Отчего же мне так не по себе?

— Ага! Пока я тут мучаюсь в рабском труде, кто-то прохлаждается! — громогласная недовольная Сорин.

Как же я была рада ее видеть! Она отвлекла меня от тяжелых мыслей. Старшекурсница умела перевести все внимание окружающих на себя, пусть и вызывая иногда ненависть. Но это действительно помогало!

Она еще отпустила в мою сторону пару гадких шуточек, но я не стала ее больше слушать, с неохотой выйдя из озера.

Все время, что мы готовили ужин, а после и сам процесс поглощение еды, я старалась или вести очень тихо. Либо же наоборот начинала задавать как можно больше вопросов. Лишь бы не дать Франу хоть как-то заговорить со мной или остаться наедине. Но он и не стремился. Я даже не знала злиться или радоваться этому? Ведет себя так словно ничего и не произошло…

Когда же мы все легли под открытым небом, я долго не могла уснуть, думая о Фране. Я искала ответ на один единственный вопрос, но не находила. Хочу ли я выйти за него замуж? Буду ли я с ним только из-за обещания данное отцу или по своему собственному желанию?

Оглянувшись по сторонам, словно мелкий воришка, убедилась в том, что никто ничего не видит и достала из-под рубашки кулон.

Какой же он красивый и необычный! Так я и заснула, сжимая в ладошке подарок Франа…

* * *

Приятный ветерок, что ласкал мое лицо, сменил свое направление. С лица сразу спала блаженная улыбка, когда в нос ударил запах чего-то вонючего. Нехотя, открыла глаза, чуть не дернувшись. Замерла, понимая, что надо мною возвышается животное. Огромная волчья морда смотрела прямо на меня, выпучив свои янтарные глазища. Челюсти оскалились, обнажив белоснежные клыки. Животное демонстративно вывалило язык и облизнулось, из-за чего меня мгновенно обдало теплым смрадом, несущим из челюстей волка.

Выгнув спину, зверь еще сильнее склонился надо мной, закрывая обзор. Я не сомневалась, что волк расценивал меня, для него я как вкусный кусок свежего мяса. Но как мне было известно, эти животные никогда не нападали первыми, предпочитая лишь слабых раненых зверей.

Не просто так волк явился в наш лагерь… Как только меня посетила эта мысль, я испуганно вскочила и отпрянула, спиной в кого-то ударившись. Меня крепко схватили за плечи. Сердце сжало в тески.

Медленно, со страхом обернулась. Фран! Великий эфир, как же он напугал. Однако юноша был сосредоточен и серьезен. Я нахмурилась, перевела дыхание и проследила за его взглядом.

Перед нами плотной стеной, стояла команда из дальнего востока, в своих неизменных песочно-оранжевых одеяниях.

— Вот мы и встретились, девочка, что оседлала пустынного червя, — проговорил один из них. Его акцент был слишком сильным, некоторые слова я разбирала с трудом, интуитивно подбирая по смыслу. — Теперь тебе никто не поможет.

Я краем глаза увидела, как «мой» волк отходит к такой же твари. Обнюхав друг другу носы, они подошли к своим хозяевам.

Откуда у них волки? Я прищурилась, понимая, что с животными что-то не так…

— Поможет! — самоуверенно заявил Фран, легонько оттолкнув меня и властным жестом стал призывать ветер.

— Не делай этого! — отчаянно закричала пепельноволосому, слишком поздно разгадав загадку животных.

Волки в прыжке заслонили хозяев, сталкиваясь с боевым потоком Франа. В ту же секунду, ветер разбил животных. Они разлетелись песчинками, создавая защитное облако. Загадочная магия востока, заключается в том, что попав в свою привычную среду, наши соперники создали из песка и ветра себе слуг.

Я видела, как из клубов дыма вновь появились призрачные головы волков. Хищно и угрожающе зарычав, они кинулись на Франа. Я же, не задумываясь, кинулась к нему, прекрасно осознавая, что беспомощна против ветра. Пусть песчинки и относились к моей стихии, сейчас они были во власти их колдунов и ветра. Да и я бы не успела так быстро связаться с ними…

Нас разделило волной. В глаза больно ударил песок. Прикрыв голову руками, я постаралась рассмотреть обстановку, вытирая глаза от песка. Они слезились и щипали, но я смогла увидеть Франа захваченного в клуб пыли. Песок кружился вокруг него, поднимая пепельноволосого над землей. И это облако, вокруг меня, поднималось сплошной стеной, захватывая меня в пучину отчаянья. Чувство бессилия накрыло с головой.

Неожиданно в сторону Франа ударила мощная волна, утяжеляя песок и тем самым освобождая юношу. Ран!

— Берегись, Ханна! — слышу взволнованный голос профессора, но не успеваю ничего сделать. Мгновение — я обернулась, встречаясь взглядом с холодными злыми глазами врага, а после тупая боль пронзила затылок, и меня накрыла темнота…

* * *

— Ханна, очнись! Ханна…

До боли знакомый голос, такой тихий и нетерпеливый. Он раздавался совсем близко, но ощущения, словно доносится издалека. Я постаралась вспомнить, кому же он может принадлежать, но так и не смогла. Голова раскалывалась.

— Да очнись ты! — и более ласковое: — Пожалуйста.

Фран! Я наконец-то вспомнила! Это моментально пробудило меня. Стряхнула с себя мутную пелену и решительно открыла глаза. Лицо юноши оказалось столь близко, что можно было почувствовать вкус его дыхания. И в отличие от недавнего волчьего смрада — все было не так и ужасно, я бы даже сказала, приятно…

Именно мыль о волках и испуганные серые глаза Франа заставили меня все вспомнить.

— С тобой все хорошо? — обеспокоенно прошептал он.

Я прислушалась к своим ощущениям. Голова все еще болела, но уже не столь сильно. Попыталась пошевелиться, но поняла, что не могу — я крепко связана. Но когда успели? Последнее, что я помню голос наставника…

— Тебя ударили палкой по голове, — недовольно пояснил Фран, словно догадываясь о моих мыслях. Я видела, что он зол, но в то же время и раздражен еще тем, что не может ничего сделать.

Теперь понятно, откуда эта ноющая боль!

— Ничего, крови уже нет — все присохло, — «обрадовал» меня маг воздуха. Я недовольно на него посмотрела, и постаралась занять сидячее положение. Кое-как Фран помог мне. Без рук и со связанными ногами это было делать крайне проблематично.

— Видишь, не я теперь одна постоянно попадаю в переделки? — не сдержала язвительного упрека, припоминая пепельноволосому его недавние издевки.

Фран только искоса на меня посмотрел и отчего-то коварно усмехнулся. Но я быстро забыла о всяких глупостях, вспоминая, что мы с ним не одни. Кажется, мое восприятие мира постепенно восстанавливалось, да и голова почти уже не болела.

— Где остальные? — мне не удалось скрыть в голосе тревогу. — Что с камнями?

— Крэйф и Ран там, — кивнул в сторону спящих товарищей пепельноволосый. Они были связаны у соседнего дерева. — А вот камни у них…

Здесь его взгляд метнулся в противоположную сторону. Я увидела, как к нам спиной, у костра, сидела вся пятерка команды с дальнего востока.

— А что с Сорин? — спросила, стараясь не думать об артефактах. Ведь они достались нам с таким трудом, а теперь их просто нагло выкрали! Мне казалось, что еще немного и я просто позорно расплачусь от всей этой безвыходной ситуации. Я правда уже поверила, что мы победим…

— Эта гадина сбежала, даже не постаравшись помочь, — зло выплюнул Фран, и в самом деле, раздраженно плюнув на землю от переполнивших его эмоций, настолько сильно упоминание о шестикурснице вывело мага из себя.

— Может она вернется…

— И что? На рассвете они уйдут, бросив нас связанными, не забыв прихватить наши камни.

— Мы что-то придумаем! — обнадеживающе заверила я, но наткнулась на преграду непонимания и насмешки.

— Ага, со связанными руками ты сильно наколдуешь?

Я смутилась. Пожалуй, в таком состоянии я могла разве что разговаривать с камнями, но вряд ли бы заставила их сделать что-то полезное для нас. Нужна сила в руках…

— Ну вот, — хмуро отозвался Фран, правильно расценив мое замешательство.

Тем временем около костра соперников назревал спор. Двое мужчин о чем-то активно спорили на своем языке. Вскочив на ноги, они уже не пытались вести себя тихо, активно жестикулировали руками. Тот, что был более коренастым, вел себя намного агрессивнее. Он указывал напарнику на нас, что-то громко объясняя.

Я и Фран насторожились. Затрещал костер. Другие члены команды с востока старались не обращать внимания на перебранку товарищей, сосредоточившись на огне.

— Стоит только развязать путы… — прошипела я, но напоролась на недовольный взгляд Франа.

— И что? Хочешь вновь получить по голове деревяшкой? — осадил меня напарник. Я засопела на него.

— Ничего, я еще устрою тебе, когда мы выберемся! — злостно пригрозила ему.

— Боюсь спросить, что же? Мы с тобой помолвлены… худшего наказания быть не может.

Я опешила, не сразу осознав его слова. Наверное, во всем была виновата головная боль… в глазах предательски защипало. А от осознания, что все вот так пошло под откос, только сильнее расстроило. Но от жалости к самой себе меня прервали. Неожиданно спор между двумя мужчинами прекратился.

Тот, что был более коренастым, размашистым шагом подошел к нам. В его карих глазах горела ненависть. Он презрительно посмотрел на меня сверху вниз, отчего по моей спине прошлись мурашки. По его решительно настроенному выражению лица, я поняла, что нам не стоит на что-либо надеяться, или даже просить о милости. Я каждой клеточкой ощущала его враждебность. Он помнил мой поступок на пустынном этапе.

Мужчина что-то громко крикнул мне… или нам, но я не разобрала ни слова. Оставалось только вжать голову в плечи от такого бешеного натиска.

— Эй, веди себя подобающе с девушкой! — грозно отозвался Фран, зло из-под челки метнув взгляд на противника. За что и получил по боку сапогом — смуглый маг не стал церемониться.

Пепельноволосый закашлял, скрутившись от боли.

— Фран! — ахнула я, не в силах что-то предпринять.

Но за нас вдруг вступился тот, что спорил с коренастым мужчиной. По крайне мере, я так решила по его тону и недовольному лицу, когда он обратился к нашему обидчику. Высказав все, напарник коренастого не спеша подошел к нему. По его морщинкам около глаз и седым волоскам, пробивающимся сквозь головной убор, я предположила, что это наставник восточной команды. Он был не только старше, но, и самое главное, более спокойным. Их учитель внимательно осмотрел нас. Казалось, его карие глаза, как и у собрата, не упустили ни малейшей детали. Присев рядом с нами на корточки, он заговорил на нашем языке:

— Что же, я буду милостивым к вам. Мой напарник хотел большей мести для вас, но я считаю, этого будет достаточно. Мы просто заберем камни и привяжем вас к деревьям.

— Но как же дикие звери?! — воспротивилась я.

— Маги вашего уровня, думаю, смогут помочь себе. Тем более где-то есть ваш напарник, — холодно отозвался мужчина, выпрямляясь и уходя.

Остальные люди из его команды, подошли к нам, заставляя встать на ноги. Бесцеремонно нас прижали к деревьям, обматывая нас толстой веревкой вокруг ствола. Послышались недовольные голоса Рана и Крэйфа, но их тоже не захотели слушать.

На рассвете команда соперников затушила костер и ушла. За ним ушли и их звери из песка. К тому времени у меня ужасно затекли ноги. Постоянно стоять было очень неудобно, еще и веревки сдавили кожу.

— Слышишь? — от неприятных мыслей меня отвлек Фран.

Я настороженно прислушалась. Да, что-то шуршало. Сердце неприятно сжалось. Неужели хищники нагрянули столь быстро?

Из кустов на меня кто-то резко выпрыгнул, отчего я не сдержала испуганного писка. Но это была лишь целая и невредимая Сорин.

— С ума сошла? — вспылил Фран. Он бы, наверное, замахнулся на старшекурсницу, если была бы возможность, но крепкие путы не давали и шанса пошевелиться.

— Помощь не нужна, значит? — гадко поинтересовалась девушка, состроив невинный взгляд.

— Сорин, хорош болтать, пока кто-то не явился и разорви наконец эти вражьи веревки! — послышался раздраженный голос профессора Крэйфа.

Сорин еще какое-то время пофыркала, а потом зашла за ствол. В следующую секунду я почувствовала на своих руках жар. Напряглась от неприятного тепла, но все быстро закончилось, веревки перегорели и опали на землю. Освободив тело и руки, я принялась сама разматывать ноги, но узел все никак не поддавался.

Увидев мои жалкие попытки, Лавгард устало закатила глаза, всем своим видом показывая, какая я криворукая. Склонившись надо мной, она щелчком пальцев призвала огонек, который легко разделался с узлом. Дунув на пальцы, она потушила свою магию и направилась в сторону Рыбы и Крэйфа.

Вот же самолюбивая!

— Эй, а я? — возмутился Фран.

— Много болтаешь! — откликнулась старшекурсница. Я не сдержала улыбки. Признаться честно, раздосадованная мордашка пепельноволосого меня повеселила. Так ему!

Впрочем, долго насмехаться над Франом я не стала. Встала, чувствуя, как сильно гудят ноги, чуть размяла их, давая крови нормально циркулировать. После забежала за дерево и стала развязывать веревки. Но еще одной особенностью людей с востока было то, что они знали секрет сложных узлов. Я не могла справиться, пока мне не помог Ран. У него нашелся нож.

— А чего ты его до этого не применял? — недовольно изумился Фран.

— А чего наши воздушники не применяли свое оружие? — вопросом на вопрос отозвался Рыба.

— Наверное, потому что не мог дотянуться? — раздраженно бросил пепельноволосый, растирая затекшие кисти рук.

— Вот тебе и ответ.

— И как ты с ним дружишь, у вас же нет ничего общего? — шепнула я, украдкой бросая взгляды в сторону Франа. Тот ничего не слышал, отчего очень злился.

— А как ты могла быть его девушкой?

— Ран! — возмутилась я, стукнув друга по плечу.

— Или ты все еще его девушка? — невинный взгляд.

— Нет, конечно! — фыркнула, скрещивая руки на груди и отворачиваясь от Рана, всем своим видом показывая, что оскорблена.

— Угу, ведь она уже моя невеста, — спокойно сказал Фран, неожиданно оказавшись за спиной Рыбы. Юноша сперва округлил глаза, а после удивленно посмотрел на пепельноволосого.

Я замахала руками, показывая Франу, чтобы тот замолчал, но было уже поздно… Вот же гад! Да как он смеет о таком болтать?!

— Это правда? — к всеобщему изумлению присоединилась Сорин. На ее лице промелькнуло сразу несколько эмоций: удивление, недоверие, а в итоге ехидная улыбочка.

— Ха! Вот это тебе не повезло, подруга!

— Я тебе не подруга, — сухо отозвалась я, прожигая шестикурсницу ненавистным взглядом. Хорошо, что не владею стихией огня, а то ей бы досталось!

— Так, что за глупости! — в разговор вмешался Крэйф, он был очень зол. — Вас ничего не смущает? Например, замаячивший на горизонте проигрыш? Нет? Сплетни столетних бабок куда интереснее? У нас вообще-то все камни похитили!

Все сразу приутихли, что несказанно меня порадовало. Слава великому эфиру, хоть забудут на время о невесте. Глупо, наверное, врать, что это не так, все равно потом узнают. Но можно оттянуть момент, скажем, вспомнить, что Крэйф дядя Франа… Подумав о таком коварстве, я вдруг ясно ощутила, что на меня накатывает волна боли. Харкэ-ха! Осознание, что все… абсолютно все камни утеряны пришло неожиданно. Я не увижу маму. Я вернусь домой с позором. Я выйду замуж за Франа, ведь уже обещала отцу! Победа в турнире — это то, что не давало мне опустить руки. Но сейчас все грозило закончиться. Быстро. Неожиданно. Болезненно. Как быть?

— Харкэ-ха! — сквозь слезы пробурчала я, прикрывая лицо, чтобы никто не заметил. Харкэ-ха! Поспешила встать ко всем спиной, но и так все было понятно.

— О, Ханна, давай не сейчас! — устало проговорил профессор.

— Но вы же сами сказали, что надежды нет, — обиженно сказала я, вытирая слезы. Как же жалко я сейчас выгляжу!

Ко мне подошел Фран, широко расставив руки для объятий, но я ускользнула, внимательно смотря на наставника. Что-то пробурчав себе под нос, пепельноволосый недовольно отошел.

— Я не говорил, что надежды нет, — холодно заметил Крэйф. — Нам просто нужно догнать восточную команду и отобрать, что принадлежит только нам.

Несмотря на наши протесты, наставник не стал никого слушать, аргументируя тем, что он капитан. Никто не хотел связываться с командой из востока, но больше мы не хотели проиграть, поэтому решили пока соглашаться с доводами профессора.

Сначала следовало найти соперников. Это не доставило труда. На этот раз только я занималась поисками. Учитывая, как сильно восточные маги ладили с ветром, лучше было не подставляться и не призывать ветер — он мог выдать.

Мы шагали под ярким солнцем, даже не смотря на то, что находились в лесу. Но погода была настолько светлой, что пробиралась даже сквозь молодые зеленые листочки, освещая все изумрудным светом.

Местность практически не менялась. Если бы не голоса камней, то я бы легко потерялась. Увы, но с природой я все также была в натянутых отношениях.

Прошло несколько часов с нашего пути, как мы, наконец, вышли к лагерю соперников. Незаметно подбирались сумерки; я видела, как за палатками магов с востока солнце клонится к горизонту. Несмотря на усталость от монотонного беспрерывного пути, я была в приподнятом расположении духа. Они явно не ожидали нас встретить, а если и ожидали, то благодаря ночи сможем застать их врасплох. Прямо как они нас днем ранее.

Единственное, что смущало — на небе начинали собираться тяжелые тучи. С запада надвигалась гроза.

Мы затаились на холме, который удобно открывал вид на лагерь. Команда с дальнего востока все не собиралась ложиться спать, а дождь начал моросить. Перспектива лежать в луже из грязи не радовала, но иного выхода не предоставлялось.

Наконец, ночь полностью опустилась на лагерь, и соперники постепенно отправились в такой долгожданный сон.

Дрожа от касаний холода, я смахнула с лица дождевую влагу. Неужели мы собираемся сделать это? Признаться честно, я боялась эту команду. Не знаю, как у меня тогда хватило силы и смелости предстоять им! Меня пробрала дрожь, только на этот раз от страха.

— Другого шанса не будет, — прошептал Крэйф, словно читая мои мысли. Маг поднялся на ноги, попутно призывая меч. На полусогнутых, он направился в сторону лагеря магов-соперников.

— Стойте! — прошептала я, хватая его за руку. На меня вдруг нашло озарение.

— Что еще, девочка-разрушение? — устало спросил Крэйф.

— Я могу узнать, где камни, может, нам удастся просто их выкрасть без боя?

— Я не думаю, что это сильно поможет. Их, скорее всего, охраняют. Никто не сможет подойти к спящему противнику, чтобы не разбудить его и его товарищей.

— Можно! — а это уже вызвался Фран, несказанно оживившись. — Я смогу окутать противника коконом ветра.

— Чтобы защитить его? — хмыкнула Сорин.

— Нет, дура, чтобы он не услышал посторонние звуки, — огрызнулся пепельноволосый.

— Фран, кажется, мы уже обсуждали, почему стихию ветра использовать опасно.

— Как и все остальные стихии, ведь в каждой команде есть разный представитель.

— Но именно ветер — это их козырь.

— Я думаю, что стоит попробовать. Если не выйдет, тогда приступим к вашему плану, — не унимался пепельноволосый, сцепившись с Крэйфом не на шутку. Нам всем оставалось только переводить задумчивые взгляды с одного на другого.

— Мы потеряем в таком случае эффект неожиданности.

— Нет, пока они поймут, что случилось — у нас будет шанс сбежать.

— А камни?

— Сбежать с камнями…

— А их волки?

— Тогда я не знал, что они моей стихии. Я договорюсь с ними.

— Ты много на себя берешь, Ласстэд…

— Простите, но, пожалуй, я соглашусь с Франом, — я решительно вмешалась. Все-таки идея пойти без боя изначально была моя.

— Предлагаю голосование, — устало согласился Крэйф.

Я и Фран одновременно подняли руки за этот план. Нас поддержал и Рыба. Была еще Сорин, которая ненавидела Франа и Крэйфа одинаково, и не могла определиться, кому ей желаннее насолить в данный момент, поэтому мы решили, что она воздержалась. Все равно ее голос ничего не решал.

Победно улыбнувшись Крэйфу, Фран подогнал меня, чтобы я начинала уже свой разговор. Вот же гад! С каких пор он командует? Но спорить не стала. Мне хотелось закончить до ливня. Опустив руки во влажную землю — так связь была куда эффективнее — я прикрыла глаза.

Я — Гарх'ханна, рожденная великим отцом своим и повелевающая камнем так, как это делали все мои предки, призываю камень откликнуться на мой зов и указать, где спрятаны наши артефакты!

В пальцах появилось приятное покалывание. Камень услышал меня. Открыв глаза, посмотрела на руки. От пальцев загорелось чуть видное золотое свечение. Тонкая дорожка, словно венка, потянулась вниз по холму, идя к самому лагерю.

— Следуй за магией. Она приведет прямо к камням, — сообщила Франу, поднимаясь на ноги. Руки все были в вязкой земле, под ногтями образовались черные полосочки, от которых я теперь избавлюсь лишь, когда возьму в руки хорошую жесткую щетку.

Переведя дыхание, Фран направился вниз, не забыв пожаловаться, что моя магия может привлечь ненужное внимание.

— Удачи, — вместо того, чтобы огрызнуться, прошептала я. Пепельноволосый удивленно обернулся, чуть не споткнувшись. Но я только улыбнулась ему, сделав невинный взгляд.

Я очень надеялась, что все выйдет. Не может не выйти. Вот только наставник был настроен иначе. Его взгляд красноречиво показывал, что он думает о моем плане. И я даже его понимала — сама волнуюсь за этого пепельноволосого гада, но… мы должны победить!

Вскоре Фран скрылся в одной из палаток участников. Теперь мы не могли видеть, что происходит, но я внимательно прислушивалась к голосу камней. Пока что все шло хорошо. Он создал без препятствий воздушный кокон, что-то зашептал насторожившимся приблизившимся волкам и они послушно разошлись обратно в стороны, словно и нет никакого чужака на территории их лагеря. Пепельноволосый спокойно и очень осторожно подошел к спящему мужчине, на поясе которого висела сумка с нашими камнями…

Однако в следующее мгновение все изменилось. Стало тихо, очень, я перестала слышать камни. Внутри поселился страх. Ведь я больше не могла наблюдать за Франом. Но в то же время ничего не происходило. Участники восточной команды не подняли шума, их песочные волки спокойно ходили вокруг лагеря. Но что-то точно было не так!

— Профессор, — я обернулась к Крэйфу, — я пойду за ним.

— Ну уж нет! — наставник был зол. — Оставайтесь все на месте! Он заварил эту кашу, значит, будем ждать.

— Но… — мне стало стыдно. — Это ведь я первоначально предло…

— Тшш, Ханна! — раздраженно перебил Крэйф. — Пока что ничего не случилось. Мало ли почему сменился ветер…

Я удивленно на него посмотрела и вдруг поняла. Эта тишина. Может ли быть из-за магии Франа? Вновь повернулась к палаткам. Но почему же тогда он так долго?

— Волнуешься? — тихий шепот Сорин. — Любишь все же.

— Люблю, — сказала, лишь бы девушка от меня отстала. Я понимала, что такой ответ заставит шестикурснику сдаться и больше не задавать глупых вопросов. — Сейчас не время!

Внезапно сердце вздрогнуло и забилось сильнее. Это был уже не просто страх или волнение. Я просто отчетливо поняла, что случилось что-то плохое. Не успела озвучить свои опасения, как профессор сам вдруг поднялся.

— Теперь используем мой план! — приказал наставник, вновь доставая из воздуха свой меч. — Ран, Сорин заходите справа, мы слева!

Нападение не было неожиданным для лагеря, кажется, они узнали о нас раньше, чем мы могли предположить. Единственное, что действительно подействовало из моего с Франом плана — уговорить волков подчиниться. Не знаю, что Фран им тогда сказал, но они не слушали своих хозяев, продолжая спокойно ходить кругами вокруг палаток и словно делая вид, что не замечают никого.

Участники накинулись в ответную с саблями. Заведомо, понимая, что это проигрышный вариант, я в отличие от профессора и ребят не кинулась в открытый бой, а скрылась за одной из палаток. Увы, ближнее сражение мне как духу не подходит, ведь я так и не научилась пользоваться своей пентаграммой. Но свой козырь тоже имела! Здесь много камней и растений

Пока Ран, Сорин и Крэйф сражались с участниками в открытому, я колдовала. Не просто призывала камни, а создавала одно из тех заклинаний, что узнала в академии. Соединяла его со своей чакрой, вплетая силу духа, но используя слова людей. Я собиралась применить заклятие древа, которому научил меня Эвин. И пусть тогда я не смогла правильно контролировать до конца поток, но у меня ведь вышло. А сейчас выйдет еще лучше!

«Держись, Фран, еще немного, — мысленно проговорила я, замечая, что участники обступили именно ту палатку, где скрылся маг воздуха и где были наши камни, — мы вытащим тебя!»

Знакомое покалывание в руках, но я заставила себя произносить слова дальше. У меня выйдет. Я знаю это!

Сила чакры выплеснулась неожиданно, под ногами задрожала земля, вырывая корни деревьев, разрушая почву. Меня охватила слабость, но я не сдавалась, даже не обращала внимания на боль. Когда же заклинание было закончено, мое тело показалось чужим, опустошенным. Но это такая ерунда, по сравнению с тем, что предстало моему взору.

Лагерь восточной команды был полностью разрушен древними корнями деревьев. Палатки порваны, вещи разбросаны, сами участники оказались подняты высоко над землей. Создавалось впечатление, что тут пронесся ураган.

— Ханна?! — недовольный голос профессора заставил меня вздрогнуть и испуганно посмотреть наверх. Как оказалось, он тоже был поднят толстым корнем.

Сорин и Ран изумленно смотрели на устроенный мною погром. Однако затишье было недолгим. Участники восточной команды быстро взяли себя в руки. Тот коренастый, что угрожал нам и ударил в прошлый раз Франа, посмотрел на меня с такой злостью, что мне стало не по себе, и закралась страшная мысль: А не зря ли я все это сделала? Ведь теперь у меня нет сил, даже чтобы просто встать.

«Нет, Ханна, ты сделала все правильно!» — успокоила саму себя, только сейчас замечая, что палатка с нашими камнями тоже разрушена. Более того ее охранника задело корнем и он оказался под ним, придавленный к земле и не в силах вылезти. Но то, что я увидела рядом…

Не знаю, откуда у меня взялись силы, чтобы вскочить на ноги и подбежать к лежавшему на земле Франу. В это мгновение для меня перестало существовать все остальное. Что-то крикнул наставник, раздались голоса других участников восточной команды, кажется, я узнала голос их учителя, но все это было сейчас неважно. Я не могла понять, что с Франом, ведь мое заклинание не задело его. Так почему он не приходит в себя? Лежит, сжимая в руке сумку с нашими артефактами, и не слышит меня, не слышит, как я зову его…

Что они с ним сделали? Я зло обернулась к смуглому юноше, который пытался магией поднять разрушенный корневой ствол. Рядом с ним оказался еще один маг, лежащий как и Фран без сознания.

— Что вы сделали?!

Он не ответил. Только зло посмотрел и вновь принялся поднимать мешающий ему корень.

— Я вытащу тебя, если скажешь, что с Франом! Что произошло в той палатке?

Вновь тишина, а вокруг вдруг стало очень жарко. В сознание вернулись крики, голоса и шум. Сорин подпалила корни? Я с каким-то безразличием взглянула на огонь медленно подступающий к юноше.

— Ну! — решительно потребовала я. — Иначе сгоришь!

— Заклинание сна… — с ужасным коверканьем проговорил маг. — А теперь выпусти меня!

— Как его снять?

— Ты обещала! — в голосе мага послышался испуг, огонь был все ближе.

И вот сейчас… в этот момент, мне не было жаль эту команду, тех, кто пострадал, и этого юношу. Фран — мой. Никто не смеет посягать на жизнь тех, кто дорог духам.

— Наш учитель! — неожиданно громко воскликнул маг. — Он снимет, если отпустишь. А если нет, то твой друг умрет вместе со мной… он никогда не проснется!

— Даешь слово?

— Да!

Я закрыла глаза, вновь призывая крупицы оставшийся силы, которая еще не успела полностью восстановиться. Однако чувствовала, что она растет, моя чакра восполняется чистой энергией духа. Мгновение и я сдвинула корень, с болью на сердце, наблюдая, как горит кора…

— Ты чего его отпустила? — недовольно спросила подошедшая Сорин, — нельзя им верить.

Быстрое движение руками и вокруг юноши образовалось огненное кольцо. И лишь тогда я позволила себе оглянуться, замечая вокруг выжженную землю. Профессора, державшего того коренастого участника и раненого Рана, удерживающего водными шарами двоих участников во главе с их наставником. Но, кажется, Рыба вовсе не замечал сочившуюся кровь из небольшой царапины на бедре.

— И что теперь? — неожиданно спокойно заговорил наставник восточной команды.

Его головной убор упал во время сражения, и теперь я видела его полностью седую голову. А ведь в начале турнира мне казалось, что участвуют только молодые игроки. Хотя я могла и ошибаться…

— Вы схватили нас, ранили моих напарников, чего ждете? Забирайте камни, своего участника и уходите! Прав был Орхид, предлагая весь всех убить.

— Убийства запрещены на турнире, — серьезно проговорила Сорин, на что получила лишь смешок.

— Искорка, а как ты думаешь, кого будут волновать убийства после того, как мы бы загадали желания?

Сорин вся передернулась от такого обращения.

— Впрочем, да, именно этот факт и остановил меня.

— Снимите свое заклятие! — дрожащим голосом обратилась я к мужчине. — Разбудите Франа.

— Зачем мне это делать? — он недовольно повел плечами. — Я окружен водой, мои напарники тоже схвачены, а один из них ранен.

— Затем, что тогда мы отпустим вас! — раздраженно ответил Крэйф.

— Эта девочка, — мужчина, словно не услышал слова наставника, — она ведь особенная…

Он посмотрел прямо на меня.

— Смогла оседлать гигантского подземного червя, вызвала древесное заклятие, хотя сама еще ребенок.

Я заметила удивленные взгляды Сорин и Ран, которые тут же насторожились, внимательно слушая речь чужого наставника.

— Хватит! — его перебил профессор и сделал два еле заметных пасса. — Мы больше не станем разговаривать.

Мужчина действительно умолк, видимо под действием заклинания. Я же удивленно посмотрела на Крэйфа, понимая, что только их наставник может снять это странное заклятие.

— А Фран?!

Однако Крэйф не ответил мне, он был очень зол. Подошел к пепельноволосому, подхватил его на руки и взял сумку с нашими артефактами.

Потом вновь развернулся к наставнику команды с востока и зло сказал, повторяя его слова сказанные ранее:

— Что же, я буду милостивым к вам. Оставлю все как есть. Маги вашего уровня, думаю, смогут помочь себе.

— Но как же Фран? — повторила вопрос, еле поспевая за учителем. — Вы знаете как снять это заклинание?

Но он не ответил. Только молча кивнул. Я же изумленно обернулась, замечая, что Сорин и Ран быстро догнали нас, а участники восточной команды так и остались скованны заклинаниями огня и воды. Ведь их ветер и песочные волки так и не слушались их…

— Профессор, — робко позвала я через некоторое время, когда мы подошли к знакомому ущелью с разрушенным мостом. — Я…

— Тихо, Ханна! — зло оборвал он. — Я с тобой поговорю потом, сначала надо уйти как можно дальше от команды с востока. Наша магия их долго не задержит. Нельзя, чтобы они узнали о том, что известно нам.

Разрушенный мост на ветру стучал деревяшками о скалы, создавая невероятно громкий и отчего-то немного устрашающий звук. Все оказалось не столь красочно, как на словах, когда ребята спорили, кто же прыгнет первым и как сможет опустить других.

Черная глубь не привлекала, а времени почти не было. Крэйф то и дело оглядывался назад и если его слова верны, значит, те участники правда уже могли освободиться. Значит, тянуть время больше нельзя. Но как быть, когда Фран под заклятием и у нас только один маг ветра, а насчет идеи Рана с водой, я как-то немного сомневалась.

— Ран ты сможешь взять в свой водный шар одного? — зато профессор не сомневался.

— Конечно.

— Рана не серьезная? Потерпишь еще немного, а внизу я исцелю тебя.

Маг воды кивнул.

— Хорошо, — проговорил учитель, придерживая одной рукой Франа, другой быстро создавая пассы, — Сорин возьмись за меня.

Я удивленно посмотрела на учителя. Кажется, это впервые, когда он приказал не мне стать с ним в паре. Что же его так сильно задело? Разозлило? Я не могла понять. Но довольство Сорин, промелькнувшее в ее глазах, заметила и мне это совсем не понравилось.

— Ханна, быстрее! — поторопил меня Ран, и я тут же встала возле него, беря за руку. Он тоже делал пассы. Вода стала подниматься прямо из земли, окутывая нас в кокон. Я тут же ощутила влагу, но не более, каким-то образом мы оставались сухими.

Два шара — воздушный и водный поднялись над землей и медленно стали опускаться вниз, но я успела услышать. Камни донесли… соперники не только разрушили наши заклятия, но и отправились по нашим следам. Еще какое-то мгновение и они будут около моста. Мы еще вовремя успели опуститься.

Тьма постепенно окутывала нас, но я не боялась. Ведь знала, что нас ждет, и понимала, что это путь к победе. Единственное, что меня пугало, это то, что Фран все еще под заклинанием. Да, я понимаю, что Крэйф хотел побыстрее уйти, но мне было неспокойно, пока пепельноволосый в таком состоянии.

Я все ждала, чтобы мы быстрее опустились в самый низ. А поэтому когда ноги коснулись опоры, не смогла скрыть радости. Тут же тьму осветили вспыхнувшие огни, которые создала Сорин. Мы оказались в той самой пещере, что и в прошлый раз. Впереди виднелся слабый свет, куда надо было идти. Однако прежде профессор осторожно уложил Франа, подложив ему под голову мягкие вещи.

— Ран, подойди.

Маг воды послушно приблизился к Крэйф, давая исцелить себя. По-моему Ран впервые испытывал на себе такое излечение. У него был немного схожая реакция с моей, когда я впервые ощутила, как лечит наставник. Он с искренним изумлением наблюдал, как белый свет залечивает рану, как на глазах затягивается кожа…

Кажется, в академии стихий и в самом деле не жалуют исцеление.

— Действительно, ничего серьезного, — с теплотой проговорил мужчина и присел возле Франа.

После подозвал меня и попросил приподнять ладони над грудью мага воздуха. Я сразу догадалась, что хочет сделать наставник и у меня отлегло от сердца. Это заклятие сна, оно ведь рассчитано на человека, а Фран — дух, значит, оно не опасно ему и его можно разбудить без нужного заклятия!

— Как вы разбудите его? — а вот Сорин не понимала наших действий, вот только пояснять Крэйф явно не собирался.

— Ханна, делишься чистой силой, я направлю, — легкая пауза, — Сорин и Ран контролируйте потоки.

Всего несколько этих слов и ребята уже оказались рядом. Я прикрыла глаза, направляя чистую энергию из чакры, которая уже полностью восстановилась после призыва древа. Это наш плюс как духов, у нас почти никогда не заканчивается резерв, в отличие от магов.

Сила потекла по рукам, вызывая неприятную боль в ладонях, которой быть не должно было. Однако сейчас у меня не было на это времени. Я просто не обращала внимания, продолжая вливать силу духа в Франа. Профессор шептал какие-то формулы, Ран с Сорин поддерживали круг за который не выходила моя энергия.

— Хватит, думаю, достаточно! — оборвал меня Крэйф и легонько коснулся плеча Франа, тот дернулся и изумленно распахнул глаза, глядя прямо на меня… не моргая, совсем. Такие близкие и любимые серые глаза. В них было сейчас столько эмоций: удивление, непонимание, а после спокойствие и легкая неприкрытая радость.

— Камни у нас?

— Да, Фран, но… чем вы с Ханной думаете?! — громогласным эхом разнеслось по пещере, я аж вздрогнула, а Ран с Сорин сделали два шага назад.

— Ты идешь в лапы к врагам, не слушаясь меня, — после взгляд на меня, — А ты, Ханна, как могла призвать древо, после того как я объяснял тебе почему первокурсники не могут этого делать?! Ты хоть понимаешь, что подставляешь всю команду?! Ведь их наставник понял, кто ты!

— А кто она? — осмелилась влезть Сорин. Кажется, наглости в ней было больше нежели страха.

— Кто? Непослушная девчонка, то и дело попадающая в неприятности! Знаете, мне уже начинает казаться, что вас не просто так обручили! Вы стоите друг друга! И да, Фран, твой отец все узнает! Наш уговор разорван.

Вот тут уже во мне проснулось любопытство, но тихие серьезные слова Рыбы заставили всех умолкнуть:

— Вы не забыли, что у нас последний шанс стать победителями? Пока мы будем тут узнавать тайны друг друга, кто-то доберется раньше.

— Ран, прав, — согласно кивнул головой профессор, — наша привилегия нам не поможет, если мы глупо так ее потратим. Так что, Фран, Ханна, указывайте путь!

Мы уверено пошли вперед, прекрасно зная куда нам и какой длинный путь предстоит по лестнице наверх. А вскоре перед нами предстала та самая бесконечная лестница, по которой придется идти невероятно долго…

Впрочем, у нас с Франом было столько воодушевления, что мы довольно быстро стали подниматься вперед. Но до тех пор, пока пепельноволосый все не испортил, легонько взяв за руку. Боль вспыхнула быстро и также быстро исчезла, но короткий писк скрыть уже не удалось.

— Ты чего? — удивился он и вновь взял ладонь, перевернув тыльной стороной. Я сама удивилась, увидев небольшие царапины и покраснения. Харкэ-ка! Так вот почему мне побаливали руки.

— Зато уже без колючек, — искренне улыбнулась, забрав руку.

— Ты что вновь прибегла к заклятию древа?

— Ага, тебя спасала…

— Ханна!

— Что, Ханна? Идем, а то нас услышат.

— И пусть, — неожиданно нахмурился Фран, — видимо, Крэйф недостаточно сильно тебя отчитал, раз ты вновь решилась на это заклятие.

— Не говори!

— И будешь ходить с поцарапанными руками? — с нотками сарказма вопросил Фран, больше не пытаясь взять меня за руку.

— Ой да ладно, — отмахнулась, — между прочим совсем не больно. Само заживет.

— Вы чего там болтаете? — нас неожиданно нагнала запыхавшаяся Сорин. — Еще долго?

— Да.

— А что у тебя с руками?

Какая же она любопытная и… надоедливая!

— Тебя это не касается, — я попыталась спрятать руки, но Фран словно специально взял за запястья, поворачивая их к идущим сзади наставнику и Рану.

— Ах, ты ж сволочь!

Но что самое было обидное и задевающее мою гордость, это то, что профессор Крэйф в наставления мне не стал исцелять ладони, лишь мельком взглянув на царапины. Нет, я была с этим согласна, но Фран… как же я разозлилась на него. И на Сорин! Ррр!

Поэтому всех обогнала и стала быстро подыматься, стараясь не обращать внимания на усталость. И я его еще приняла? Можно сказать, даже простила… Как же раздражает?

«Ханна, не злись, — донеслось до меня легким ветерком, — Я же не знал, что Крэйф на столько разозлился»

Я не стала отвечать, но темп немного сбавила, так как лестница все еще не кончалась, а мне уже было тяжело дышать. Хотелось сесть прямо на ступеньки и сдаться. Однако я упорно заставляла себя идти вперед.

«Он долго не умеет сердиться» — вновь ветер донес слова Франа, но я все также делала вид, что не замечаю.

«Спасибо тебе! Ты молодец. Не каждый смог бы призвать древо, сейчас у тебя вышло намного лучше»

Вот теперь я удивленно остановилась и обернулась. Фран шел первым, за ним Ран с Крэйфом, а Сорин со временем оказалась в самом конце нашего подъема.

— Давайте хоть немного отдохнем, — устало попросила шестикурсница, усаживаясь прямо на ступеньки. — Все не могу!

Она опустила лицо на колени и накрылась руками, всем своим видом показывая, что сдалась подниматься.

— Сорин, нет времени! — серьезно проговорил профессор и кивнул нам, тем самым говоря, чтобы мы не останавливались и шли вперед.

Однако девушка так и осталась сидеть, чем только больше разозлила Крэйфа, который под конец турнира, действительно стал слишком раздражен. И я даже понимала почему. У нас остались считанные секунды на победу и нельзя тратить их ни на что. Но…

— Сорин, тогда можешь сидеть, — недовольно ответил профессор и пошел вперед, подогнав нас. И что самое страшное, кажется, мне не было ее жаль. Однако и бросать здесь девушку, какой бы она не была, не хотелось.

— Идите, — неожиданно шепнул Ран, — мы догоним.

И мы пошли. Фран положил руки мне на плече и развернул, медленно ступая со мной наверх. А я и не злилась больше. Скорее больше от вредности, чем по-настоящему.

Мы поднимались довольно долго прежде чем вышли на вершину лестницы, оказываясь на знакомой круглой каменной площадке. Именно тут нас наконец-то нагнали ребята.

Из проема осторожно вышел Ран, поддерживающей Сорин за талию, а девушка и не противилась, в самом деле, выглядев усталой.

— Это и есть то самое место? — с любопытством поинтересовалась шестикурсница, только сейчас снимая руку Рыбы с талии и осматриваясь вокруг.

Ответом ей была тишина. Стоило нам ступить на это священное место, как под ногами тут же зажегся свет. Каждый наш шаг вспыхивал яркой полосой, соединяющейся с кругом по центру. Камни радостно шептали мне о своей искренней радости, что именно я первая ступила сюда с двенадцатью камнями. Мы успели! Других команд еще не было. У нас есть все шансы на победу.

О чем я и сказала остальным. Однако мои слова услышали не только наставник с ребятами…

8 глава Дух ветра

— Я же говорил, что стоит за ними проследить! — чей-то голос и из-за угла показался курчавый знакомый мне юноша.

Оказывается, в финал помимо нас и восточной команды прошла пятерка, в которой были близнецы маги воздуха. Вернее, один из них. За ним следовали и остальные, включая наставника — крепкого мужчины с темными волосами, на висках которого немного показалась первая седина. Его острые скулы, волевой подбородок и прищуренные блеклые глаза не внушали доверия.

— На вашем месте я бы не делал резких движений! — заметив, как Фран попытался сделать шаг в сторону, наставник соперников угрожающе поднял руку, словно готовясь атаковать.

Он говорил с легким акцентом, выдавая этим, что он из Уверганда — самой северной части нашего континента.

— Мы с вами оба маги. Хотите поиграть, кто кого? — холодно поинтересовался Крэйф.

— Вы же понимаете, что мы ближе к цели? — вмешалась Сорин.

Ее усталость как рукой сняло. Выпрямив спину, девушка заняла боевую позу, всем своим видом показывая, что ради победы — будет драться до последнего.

— Это не показатель, девочка! — сурово отозвался наставник противников.

— Тогда бой? — спокойный голос Крэйфа никак не добавил мне уверенности.

Командир соперников подозрительно усмехнулся, о чем-то задумавшись. Курчавый юноша, один из близнецов, склонился к нему, прикрывая рот рукой, чтобы мы не смогли прочесть по губам, что он говорит. Когда молодой маг отошел, наставник из Уверганда с некой толикой торжественности, сказал:

— Я думаю, мы все с вами цивилизованные люди и не стоит превращать турнир в побоище. Как на счет один на один?

Крэйф кивнул, принимая предложение. Он раздумывал буквально несколько секунд, прежде чем вынести решение:

— Что же, тогда нам, как старшим наставникам, стоит предложить свои кандидатуры. Это будет справедливо.

У командира соперников появилась столь хитрая и коварная улыбка, что я ощутила нехорошее предчувствие. Даже голова отчего-то немного закружилась. В горле неожиданно пересохло и захотелось пить.

— Нет. Дуэль будет по всем древним правилам магов. Пусть Великий жребий определит соревнующихся!

Я не знала, о чем говорит этот мужчина, но отчетливо ощутила, как напряглась моя команда. Особенно заметно было, как сменилось выражение лица профессора. Его обычное спокойствие исчезло и теперь можно было прочесть множество различных эмоций. Яркие из них — досада и бессилие.

— Мы не обязаны… — попыталась воспротивиться Сорин, но Крэйф остановил ее.

Он аккуратно отодвинул девушку за спину, сам делая шаг вперед:

— Да будет так, как завещали древние!

Команда соперников отчего-то заликовала, не скрывая своих довольных улыбок. Это настораживало. Такое чувство, что у них есть какой-то козырь, о котором нам неизвестно.

— Ты знаешь, что это значит? — шепотом спросила Рана.

Друг удивился, но не стал акцентировать на этом внимание и спокойно ответил:

— Жребий определит участника дуэли, а он уже сам выберет себе соперника. И что-то мне подсказывает, что не все здесь чисто, раз они так быстро согласились на это. Но не могу понять в чем подвох. Дело в том, что это древний дуэль в котором есть учитель и ученик. Жребий определяет стихию наставника, и если у соперника есть ученики с такой стихией, а они должны быть, то выбирают самого сильного. Так происходит и с другой командой. После из этих двух учеников выбирается тот, кто сильнее.

— О, тогда мы выиграли! — чуть не крикнула, быстро сообразив перейти на шепот. — Франа не сможет победить ни один чело… их ученик!

— Ханна, ты не поняла. С нашей команды выбирается ученик стихии командира их команды. — Ран скривился, словно ему больно. — Думаю, они не будут играть честно и выберут себе самого слабого противники. Готовься, Ханна, ты выглядишь невинно, а значит, скорее всего, это будешь ты. Конечно, если им не станет стыдно соревноваться с девочкой…

— Ран, я способна постоять за себя! Тем более еще точно не ясно, буду ли это я… — шуточно возмутилась и улыбнулась.

Мне хотелось казаться уверенной, хотя на самом деле стало только хуже, когда узнала в чем смысл дуэли. Наставник соперников чуть ли не в два раза выше меня, угрожающе возвышался, словно мощная и древняя скала. Это пугало.

Харкэ-ха! Какая же тогда стихия у их командира? Почему-то мне не удавалось вспомнить.

Тем временем наставники вышли вперед — став друг напротив друга. Подняли руки к небу и прикрыли глаза. Из их ладоней вырвался яркий свет в виде небольшого шара. Белый и красный — символы их стихий.

В душе похолодело — Сорин против их мага воздуха. Однако я верила, что девушка сильнее Близнеца… хотела верить! Несмотря на то, что Крэйф всегда был ею недоволен, Сорин мощный маг, к тому же, старше и опытнее.

Мне показалось, что сердце остановилось. Совсем на мгновение, но так плохо я еще себя не чувствовала. Все мысли оборвались, когда над головой кудрявого зажглась сфера нашего наставника, а красный шар Сорин растаял.

Близнец вышел вперед, при этом хитро и гадко улыбаясь. А ведь вначале турнира они с братом показались милыми и веселыми!

— Что же, Хельг победил, и он выбирает себе соперника из вашей команды, — довольно произнес командир соперников.

Взгляд Близнеца бегло прошелся по нам, будто бы для галочки. На самом деле он уже прекрасно знал, кого выбрать. Того, чья стихия слабее его. Ран был прав — меня. Взгляд курчавого юноши остановился на мне. Улыбка стала еще шире, после чего он указал на меня.

Я вздрогнула, заметив, что слегка засветилась зеленым — цветом стихии земли. Так, Ханна, не будь глупой! Он всего лишь человек, а я — дух. Я выиграю его!

Мой соперник вышел вперед. Притом столь гордо и высокомерно, словно уже был победителем. Мне не понравилась его самоуверенность. Да и их командир отчего-то лучился довольством с хитринкой в глазах, поглядывая в мою сторону. Но выбора у меня нет…

— Удачи, Ханна, — тихий голос Рана.

Я сделала шаг вперед, но неожиданно была остановлена Франом. Он резко вышел вперед, преграждая рукой мне путь.

— Я буду драться вместо нее!

Самодовольство спало с лица их командира.

— По правилам это запрещено! — возмутился Близнец. Его лицо посерело, а глаза словно потемнели от злости.

Я и сама понимала, как глупо со стороны это выглядит. Что уже удумал Фран?! Ведь нельзя нарушить правила.

— Не дури… — начало было я, желая высказаться, но слова потонули в уверенном голосе пепельноволосого:

— Я — Франнивэль — рожденный великим отцом своим, и повелевающий ветром так, как это делали все мои предки. Силой данною мне великим эфиром и честью выпавшей мне, заявляю, что являюсь истинным наследником Небесных вершин! Всеми правилами нашего рода, нашептанными нам ветрами, и нерушимыми ни при каких обстоятельствах, говорю: Ты — Хельгафареиль, мой поданный, как ты смеешь угрожать той, кто назначен мне в жены? Я бросаю вызов тебе и буду сражаться за ее честь. Ты не вправе отказать!

Я еле нашла в себе силы посмотреть на остальных. Никто не ожидал такого. Да и я сама не ожидала! В голове путались тысячи мыслей. Я видела, как исчезла с лица Близнеца спесь. Неужели он тоже полудух? Но как Фран понял? Выходит союзов между людьми и духами так много? Так вот почему соперники были столь уверены в своей победе — у них был козырь — они знали, что их участник не совсем человек. Но в то же время им было неизвестно, что Фран и я тоже полудухи. Великий эфир, я совсем запуталась!

— Я не знал, простите меня, — Близнец медленно опустился на одно колено перед Франом.

— Думал, что победить глупую девчонку будет легко, ведь так?

— Помилуйте, я не знал, что она дух, — еще сильнее склонился курчавый юноша.

И лишь через мгновение он решился поднять взгляд и спросить:

— Как вы узнали мое имя?

— Я знаю всех, кто принадлежит моему народу, — холодно ответил пепельноволосый. — Мне грустно осознавать твою трусость и слабость. Не зная, кто она, ты хотел унизить человеческую девушку, которая во много раз слабее тебя.

Небольшая пауза и короткая фраза:

— Ты за это заплатишь!

Фран резко отскочил назад, выставив руки вперед и скрестив пальцы, как для колдовства.

— Я всего лишь хотел быть уверенным в победе своей команды. Ничего личного! — с раздражением и даже зло отозвался Близнец, тоже делая пасы руками.

Маски были сняты — для духов не требовались дополнительные предметы — ветер и так подчинялся им.

Все произошло в считанные секунды. Хельг быстро и ловко атаковала Франа — две огромные плотные струи воздуха полетели в пепельноволосого. Я вскрикнула, прикрыв от страха лицо руками. Но почти сразу же открыла, с облегчением наблюдая, как легко Фран отбил эту атаку, создав невидимый щит из ветра.

— Давай, Фран, я верю в тебя! — что есть мочи выкрикнула, желая поддержать его.

Он услышал. Замер, однако, ни на секунду не отвлекся, создавая быстрыми движениями знакомое мне заклинание. Его щит стал разрастаться, постепенно превращаясь в небольшой ураган. Мгновение — и дикий необузданный поток воздуха мчит к противнику…

Близнец не растерялся, решительно расставил руки в стороны и подогнул колени, как для прыжка. Плотный столб воздуха поднял его ввысь. Защита Хельга была пробита ураганом Франа, но Близнец не упал, удержав равновесие и почти у самой земли вызвав ветер, чтобы вновь встать на ноги.

Их сражение выглядело зрелищным. Я впервые видела силу духов ветра в полную мощь. Сердце то замирало, то билось еще сильнее, словно желая вырваться из груди. Ладошки вспотели, и взмокла спина, но я продолжала стоять на месте, наблюдая лишь со стороны. Мне не удавалось определить, кто из них сильнее. Но и не отметить, что это прекрасно, не могла. Их движения завораживали, а магия выглядела волшебно…

Фран взлетел в небо, став совершать непривычные манипуляции, будто бы кидает что-то в противника. И действительно я смогла рассмотреть маленькие шары воздуха, в которых оказались камушки. Однако Близнец ловко уходил от атак, но и сделать ничего не мог, попросту не успевая.

— Соберись, тряпка! — крикнул его наставник.

Хельг на секунду отвлекся, тем самым подставив себя под удар. Два воздушных шара задели Хельга. Мелкие камни ударили по плечу. Юноша вскрикнул, оглянувшись на ушибленное место, из-за чего получил второй удар по щеке. Брызнула кровь.

Я ахнула, прикрыв рот. Как-то совсем забылось, что это же плюс Франу и нашей команде. Мне просто стало жаль кучерявого. Я словно сама ощутила его боль. Вся эта дуэль стала казаться мне какой-то глупой ошибкой.

Внезапно воздух сгустился. Это почувствовали все. Хельг что-то создавал быстрыми жестами, из-за чего стало тяжело дышать. Возник очень плотный, и в то же время тонкий слой ветра. Взмах рукой и он огромной косой направился к Франу…

Пепельноволосый в последний миг успел увернуться, отлетев в сторону. Я не сразу поняла, что случилось, услышав его громкий окрик: «Осторожно!»

Мы припали к земле, накрыв руками головы. Словно сабля над нами просвистел ветер. Я обернулась в тот самый миг, когда он врезался в стену. Этот ветер был сильнее лезвия — ибо как только коснулся камня, раскрошил его. Огромные глыбы полетели с устрашающим грохотом вниз, грозя не только закрыть путь к победе, но и придавить нас.

В считанные секунды мы подскочили на ноги и побежали вперед, уходя от осколков. Один из камней упал почти около меня — пол содрогнулся. От ударной волны, я споткнулась, больно ободрав коленки и ладони. На глаза навернулись слезы. И мне было еще жаль Хельга?!

— Что ты творишь, идиот? — изумленно воскликнул Фран. — Ты всех нас погубишь!

Я подняла взгляд на пепельноволосого. Он создал вокруг себя колесо из ветра, при помощи которого вмиг оказался рядом с Близнецом. Видимо в панике, курчавый выпустил во Франа потоки ветра. Но «колесо» также выступало и как щит и защитило Франа от удара. И когда магия развеялась, Фран оказался, чуть ли не лицом к лицу с Хельгом.

От «колеса» остались две прозрачных устрашающих петли, что шли от рук мага, словно продолжение его рукавов. Именно ими Фран постарался схватить Хельга, но маг умудрился увернуться, успев скрыться за одним из ритуальных валунов, который, возможно, когда-то был колонной.

Прятался юноша недолго, неожиданно выкатившись с другой стороны камня. И снова ветер. Огромнейший поток, ринувшийся к Франу. Но не просто воздух… в этот раз Хельг прибегнул к трюку Франа, послав в потоке камни.

Но пепельноволосый был более ловким, он легко увернулся и взмахнул руками для очередного удара воздушными батогами. Сейчас его целью не был Хельг, а то, около чего находился соперник.

Я вздрогнула, почувствовав, как раскололся изнутри древний камень, повидавший многое.

— Фран… — прошептала я, почувствовав неладное.

Но юноша не услышал — он полностью был поглощен боем. Я видела, как Фран злиться — Хельг вывел его из себя. Одного лишь не могла понять — из-за меня, или из-за чего-то другого, так зол Франнивэль?

Тем временем бой продолжался. Все участники команд попрятались за валунами, не желая попасть под руку разошедшихся не на шутку дуэлянтов.

Сдавленный крик — поток ветра попал во Франа. Он согнулся, словно у него не хватило воздуха.

— Осторожно! — в ужасе воскликнула я, выбегая из-за укрытия, когда увидела, как огромный камень летит прямо в Франа. Я хотела как-то остановить падение, но пепельноволосый ловко увернулся, при помощи ветра быстро отбежав.

— Против правил, чтобы во время дуэли колдовал кто-то еще! — вскричал Хельг.

— Ничего не было — Фран сам ушел от удара! — возразила Сорин, она как и я не могла сидеть без дела.

— Я видел — девчонка колдовала! — указал наставник из Уверганда на меня. В глазах мужчины пылала ярость.

Я сжалась вся, желая вновь спрятаться под священный валун. Все тут же уставились на меня. Теперь мне захотелось провалиться под землю.

— Ханна не успела ничего сделать, — вступился за меня Крэйф. — Она только призвала силу.

— Это нарушение…

— Вы просто боитесь, что проиграете! — закричала Лавгард. На этот раз профессор даже не стал как-то шикать на нее, наверное, думая так же.

— Я не проиграю, — гордость Хельга была задета. — Только что я нанес удар… — Он замялся, не зная, наверное, как обратиться к высшему по статусу в таких условиях.

— Я готов продолжить, — жестко отозвался Фран, вытирая лоб. Я лишь сейчас заметила, что по лицу юноши стекает струйка крови.

— Фран… — я взволновано ступила к нему на встречу, но он жестом приказал мне остановиться.

— Не время, Ханна. Я еще не закончил…

— Так что же будем делать? — холодно спросил Крэйф, пристально смотря на командира соперников.

— Вот что!!! — неожиданно Хельг взмахнул руками и один из священных валунов, что находился прямо у круга для артефактов, взметнул ввысь. Я интуитивно почувствовала, что сейчас произойдет. И дело не в подлости удара — нет. Дело в гневе камней.

Края залы начали рушиться, и пол стал проваливаться. Камни падали с огромной высоты, прямо к подножью «бесконечной» лестницы, грозя разбить ее.

— Все к центру! — голос Крэйфа. Мы кинулись. Но не все успели. Послышался крик. Я обернулась, в ужасе наблюдая, как падает Сорин.

— Сорин!!! — кричу я, но вижу, как ее охватывает сфера из воды. Девушка не может дышать в ней, как я тогда при нападении древесного дракона, но понимаю, что так она будет спасена. Правда, окажется в самом низу…

В это время, на другом конце, Крэйф и Фран вынуждены были спасать участника команды соперников. Рыжеволосый юноша не успел так же, как и Сорин, но его товарищи не увидели этого.

Я заволновалась, как бы кто-то не воспользовался их занятостью, но у меня не было времени думать более о них. Упав на пол, я посильнее вцепилась в пол, чуть не сломав ногти до крови. Стоило остановить гнев древности, иначе весь зал мог разрушиться. Я не знала, насколько разгневаны камни.

Я — Гарх'ханна, рожденная великим отцом своим, и повелевающая камнем так, как это делали все мои предки, призываю древний камень, что следит за порядком и гармонией, остановиться! Услышь меня и прекрати свой гнев. Не дай погибнуть всем и мне!

Я — Гарх'ханна… Я — Гарх'ханна… Я — Гарх'ханна…

Я повторяла свое имя, надеясь, что услышав имя наследницы древнего рода, камень прекратить все рушить.

Я вздрогнула, когда тяжелая рука легла мне на плечо. Подняла глаза, смотря на мир, будто первый раз вижу все. На меня смотрел Крэйф.

— Хватит. Все прекратилось.

Встряхнув головой, поднялась на ноги. Я видела, как Фран и Рыба помогали девушке из чужой команды выбраться. Она еле удержалась за край, и висела, считай, между жизнью и смертью.

— Что теперь делать? — спросила я.

— Спор еще не решен, — сухо произнес профессор. Он, как и я, смотрел в одну точку — как девушка, которой помогли мои друзья, поспешила уйти от них присоединиться к своим. В отличие от нас у них осталось всего трое. Два участника оказались у подножья. У нас только Лавгард…

— Как Сорин?

— Жива…

— Лестницу не завалило? Она сможет нас нагнать?

— Она в любом случае не успеет. Я думаю, что все решится быстрее, чем отставшие поднимутся.

— Снова бой? — устало спросила я, украдкой замечая, как Фран и Рыба подходят к ним.

— Я готов продолжить! — крикнул пепельноволосый своему недавнему сопернику.

Нет! Испуганно замерла. Хватит. Хотела крикнуть Франу, чтобы он остановился, когда на плечо легла тяжелая рука профессора.

— Не стоит, — он понял мои терзания без слов. — Фран знает, что делает. Доверься ему. У нас сейчас другая миссия. Помнишь?

Он опустил взгляд на сумку с нашими камнями, и я поняла, о чем он. За всей этой напряженной суматохой я совсем забыла о них! А ведь мы можем просто вложить артефакты, и тогда все будет кончено. Но… разве солнечный диск не был разрушен? Я посмотрела на наставника, но он вновь предугадал ход моих мыслей:

— Ячейки для камней уцелели.

— Не может быть?! Я ведь своими глазами видела разрушения, — изумленно выдохнула, однако послушалась Крэйфа и поспешила за ним, загоревшись идеей.

Я опять поверила в нашу победу. Воспользовавшись тем, что команда соперников отвлечена Франом и разрушениями, мы с профессором просто незаметно ускользнули и спрятались за древними валунами.

Оставалось совсем ничего — вставить камни и все. До ритуальных ячеек рукой подать!

Крэйф не обманул. И в самом деле, часть солнечного диска, где как раз двенадцать углублений, не была нарушена. Мы тут же припали к земле, став быстро вкладывать артефакты. Один за другим они загорались ярким светом. Три синих камня, три зеленых, три красных и три белых… под стать каждой стихии!

Однако проходит мгновение, следующее, минута за минутой, а ничего не происходит. Никакой великий маг четырех стихий к нам почему-то не является, а организаторы соревнования не спешат объявить об окончании. Ничего, что подсказало бы нам — все кончено.

— Что не так? — с отчаяньем посмотрела на наставника, но видимо он сам не знал ответа. Только внимательно рассматривал диск, о чем-то размышляя.

Харкэ-ка! Что же не так? Почему ничего не происходит? И словно по велению мысли, я услышала ужасный скрип и скрежет…

Сердце в страхе сжалось. Меня охватили дурные предчувствия.

— Ханна! — наставник неожиданно схватил меня за руку и потянул на себя. Я только и успела, что вскрикнуть от неожиданности, как пол ушел из-под ног.

Зажмурилась, слыша плач разрушенных камней и ощущая крепкие руки наставника. Ветер окружил нас в знакомый шар, и наше падение вышло мягким. Ноги коснулись земли, и я насторожено осмотрелась, отпуская профессора. Здесь оказалось темно и тихо, плача больше не было.

— Где мы?

— Самому бы хотелось знать, — задумчиво проговорил Крэйф, зажигая небольшой огонек, чтобы осветить место.

Круглая пещера с древними камнями встретила нас угнетающей тишиной. Свет казался столь далеким, словно точка над головой. Насколько же глубоко мы упали?

— Не понимаю, — искренне проговорил наставник. — Выходит, то был лишь обман.

— Но как? — я не могла в это поверить, ведь камни утверждали обратное. — И где наши артефакты?

Только сейчас поняла, что они разрушились вместе с солнечным диском.

— Пошли, Ханна! — профессор взял меня за руку и потянул вперед, дальше от солнечного света, откуда мы упали, от ребят…

Однако я не стала спорить, послушно последовав за ним. И чем дальше мы шли, тем тяжелее становилось на душе. Внутри зародилось плохое предчувствие. Я почти уверена, что так не должно быть. Ведь камни никогда не врут. Может дело в магии Хельга? Он вызвал разрушения, которые повлекли за собой ряд других? Великий эфир, пусть с ребятами будет все хорошо. Я верю в Франа! Знаю, что он справится с Хельгом. Ив остальных тоже! Сорин обязательно найдет выход наверх, а Ран ей в этом поможет. Но куда мы попали?

Я вновь осмотрелась, узнавая породу камня. Древний гранит с рунами… только сейчас рассмотрела письмена.

— Подождите, — попросила, останавливаясь у одной из стен. — Смотрите!

Я указала рукой на руны четырех стихий. Некоторые фразы были вырезаны речью духов. Но как так? Ведь турнир устроенный людьми.

Внимательно присмотрелась, узнавая историю духов. Здесь даже шла описанная война между людьми и духами, после чего нам пришлось отступить и скрыться. Люди стали полагаться только на себя, изменив законы бытия и магии.

— О! — неожиданно указал рукой на высокого мужчину в мантиях и с рассыпанными, словно на ветру, волосами. — Это и есть великий маг четырех стихий.

Но чем больше я смотрела на рисунок, тем сильнее понимала. Это не маг четырех стихий, которого так ждут люди. Этот мужчина, с длинными белыми волосами и расставленными в стороны руками, отец всего…

— Профессор, это не маг! — с искренним изумлением проговорила я. — Это наш создатель. Великий покровитель всех духов и магии!

— Великий эфир? — тихо спросил Крэйф.

Я невольно улыбнулась, однако ненадолго. Что-то изменилось. Здесь что-то не так. Насторожено осмотрелась, прислушиваясь к камням, но они упорно молчали. Но это чувство опасности не хотело исчезать. И, кажется Крэйф, тоже это ощущал. Он вдруг взял меня за ладошку и приказал идти рядом, не отходя от не него ни на шаг. И я послушалась. Горячая рука профессора дарила спокойствие, хоть и не уняла до конца страх.

Что же это за место такое? Чем дальше мы продвигались по туннелю, тем становилось темнее, а настенные рисунки более жуткими. Какие-то ритуалы с духами. Церемониальные алтари, свечи, столы и четыре связки духов. Огромные чудища с длинными лапищами охраняли хода в залы, где все происходило. Но что это значит?

Наставник сжал чуть сильнее мою вспотевшую вмиг ладонь, когда мы вновь увидели Великого эфира среди людей на стене, а духи служили лишь мертвыми проводником силы.

Здесь была целая многовековая история. Но почему камни не отзываются? Я не могла этого понять. И меня это пугало.

Вновь скрип, скрежет и мы с ужасом одновременно оборачиваемся назад. Проход закрыт — теперь там сплошная стена. Мы словно очутились в ловушке.

— Последнее испытание… — хриплый голос раздается со всех сторон, окружая нас в липкий кокон страха. — Вы первые, кто коснулся солнечного диска. Вы те, кто заслуживает быть названными победителями, но…

— Кто вы? — ничегошеньки не видно. Совсем. Даже огонек профессора исчез, погрузив нас в кромешную темноту.

— Какое задание? — спокойно спросил наставник, так и не дождавшись ответа на мой предыдущий вопрос. Я чувствовала его растерянность и замешательство, хоть он и старался этого не показывать.

— О! — протянул все тот же хриплый и очень громкий голос, словно раскаты далекого грома. — Вам надо будет всего лишь доказать, что вы достойны встречи с Великим эфиром. Однако вас только двое. Значит остальные участники лишаться возможности желания, если в ближайшее время не найдут вас.

Как? Я замерла. Как же Фран, Сорин, Ран? Ведь они наверняка шли на все это ради приза. У каждого из них должно быть право на желание! Впрочем, мой жених ведь так и не признался, чего бы хотел…

— И как мы должны это доказать? — все тем же спокойно-холодным голосом обратился к невидимому собеседнику профессор, так и не выпустив моей руки.

— Выжить… — совсем тихое и смешок. А после от стен стали отделяться рисунки! Два стража-духа ожили, как и остальные нарисованные мелкие духи, притом не только стихийные…

Здесь, в этом месте, были духи погибших людей, смешанные с силой, проклятые и отрекшиеся от своей магии. Те, которые остались в мире, не в силах пройти дальше. О них много существует легенд, но никто из нас, стихийных духов никогда их не видел. Ведь они относятся к человеческому миру магии…

И сейчас наблюдая, как из стены вылезают животные и люди с прозрачными телами, но яркими аурами, понимала, что понятия не имею, как сражаться с неживыми существами. По сути, с чистой материей! И дело не в том, что моя сила не откликается, а камни молчат, дело в том, что мы духи стихий бессильны в работе с потусторонним миром погибших. Такое под силу людям. Наши миры никогда не пересекаются с духами людей. Мы стихии — вода, огонь, камень, ветер — наша сила в этом.

— Не может быть?! — изумленно выдохнул Крэйф, с непониманием рассматривая духов. — Много лет люди не встречали существ потустороннего миру. Все провалы в нашем мире запечатали маги некромантии. Поэтому давно ни в какой академии нет этого факультета!

— Ханна, назад, немедленно!

Послушно отступила, ощутив холодок, тут же он отпустил мою руку. Кажется, наставник знал что делать. Пасс правой рукой, жест сложенных двух пальцев и явившееся поле, отделившее нас от духов белой линией. Но ненадолго… духов не остановил барьер. Я не успела отреагировать, как туманные волки кинулись на меня.

Холод. Воздух вокруг заледенел, а пол под лапами «волков» покрылся изморозью… я не понимала, что это за существа такие. Сердце словно сжало тисками. Духи не спешили нападать, кружа рядом. Но чего они ждут? А в сердце все холоднее и бьется медленнее…

— Ханна, не смотри на них! — окрикнул Крэйф, привлекая мое внимание. — Не позволяй им приблизиться. Они не могут, ветряной щит не дает им, но если дашь слабину, он падет!

Когда? Когда наставник успел создать этот щит? Я скосила взгляд в его сторону. Он сражался воздушным мечом, рассекая воздух, его волосы взмокли, липли ко лбу, лицо побледнело, но он не прекращал своего прекрасного «танца». Нет, Ханна, ты не можешь полностью обрушить все на плечи Крэйфа. Я должна сама себя защитить. Но камни не хотели слушать. Даже на зов горного духа не отреагировали. Эти духи блокируют мою силу!

— Камни, услышьте меня, станьте щитом вашей госпоже!

Тишина. Вновь ничего не получается, а духи становились все сильнее, стараясь задеть щит. Волки, девушки с тонкими руками, тянулись к ветру, львы, дети… все эти духи окружали меня, но видя, что им мешает ветряной щит, отступали и уходили к профессору. Крэйфу было все сложнее. Длинные волосы одного из духа окутали его, словно в кокон. Он не удержал равновесие и упал, подставляясь…

— Профессор!

Забывая о защите, кинулась к Крэйфу, тем самым совершив самую ужасную ошибку. Щит пал.

— Вкусная девочка, — голос умерших духов излома, — огромная сила.

— Ханна, отойди! Не касайся их! Слышишь!

Строгий и одновременно усталый голос профессора. И крик… внутри все замерло. Еще никогда я не слышала крик Крэйфа — в нем была боль и испуг. Страх сковал, мешая думать, я просто кинулась к наставнику, на ходу взывая к чакре. Пусть камни не слышат меня, но сила со мной. Она вспыхнула ярким светом, отбрасывая тьму исчезнувших душ. Теперь крик профессора слился с визгом духов.

— Что мне делать? — в ужасе упала на колени, рядом с Крэйфом. Он не был ранен, но отчего-то тело стало покрываться темными пятнами. — Профессор!

— Их слишком много, — Крэйф приоткрыл глаза, скривившись. — Они из темного закрытого мира, несут тьму, с которой не справиться обычному магу. Избавить от них может только некромантия, притом сильная…

— Вам больно? — я словно и не услышала его, с ужасом наблюдая, как темные пятна все сильнее распространяются, касаясь уже лица. — Как мне вам помочь?

— Спастись, — серьезно проговорил наставник. — Я еще раз подниму щит и призову меч, а ты должна вернуться назад. Твоя сила почти иссякла, я чувствуя их все ближе…

Подняла взгляд. И в самом деле, сила моей чакры быстро ослабевала из-за огромного количества этих духом.

— Я не знал, что все обернется так. Наивно с моей стороны. Однако сейчас главное, чтобы ты выбралась отсюда. Найди Франа и остальных и… — мужчина вновь скривился, до крови закусывая губу.

— Нет! Я не уйду! Только с вами. Скажите, что мне делать? Что это за пятна? Как от них избавиться?!

— Тьма духов. Касаясь живого, они передают всю боль и тьму своей души человеку, чтобы забрать к себе в мир.

— Но я дух, значит мне нечего бояться…

— Ошибаешься! Они могут запятнать тебя. Стоит духу изнанки коснуться духа стихии, как его сердце окружат сомнения и отчаянье. Постепенно это начнет его уничтожать и любого другого, коснувшегося его. Стихийный дух потеряет свою душу и силу чакры, оставшись просто оболочкой!

С ужасом слушала наставника, одновременно выплескивая большую силу, дабы закрыть нас от духов, которые ни на мгновение не переставали сдаваться. Но пока что мне все еще удавалось удерживать их…

Я чувствовала, как все слабее становится моя сила духа. Им как-то удавалось высасывать ее!

— Хватит, Ханна, — сипло прошептал наставник, приподнимаясь на локтях. Миг — в его руке является воздушный меч и вновь ветряной щит скрывает нас от духа, разрушая мой и тем самым останавливая непрерывный поток моей силы.

Не знаю, откуда у Крэйфа взялись силы, но он заставил себя встать и вновь начать сражаться, задвинув меня за спину. Вот только я прекрасно понимала, что это бесполезно. Профессор долго не удержит их — я ведь вижу, как ему плохо. А самое ужасное — ничего не могу сделать и не могу понять, что с наставником!

Я прикрыла глаза, взывая к истинному зрению духов. И то, что я увидела. Подвергло меня в еще большее замешательства и холодный ужас. Духи все соединялись невидимыми нитями со стенами пещеры. Они не могли отойти от них на дальнее расстояние. Их души привязаны к рисункам. Они та самая ожившая история.

Выход! Нам надо найти отсюда выход. Они все равно не смогут покинуть это место. Мгновенно открыла глаза, с испугом осматриваясь по сторонам. Тот голос, что говорил к нам… он запечатал все хода. Но ведь выход должен быть. Хоть какой-то!

Я медленно отступала к противоположной стене, следя за нитями связывающих духов, словно длинные черные волосы. Они все равно доставали до другой стены, однако еще немного и нить оборвется…

Прошу, камни, отзовитесь! Услышьте мой голос. Я — Гарх'ханна, рожденная великим отцом своим, и повелевающая камнем так, как это делали все мои предки. Сильнейшая из сильнейших, та, которую назвали разрушением. Та, которая заставила камень разверзнуться, так и сейчас разверзни землю древний старый камень, что дремлет в глубинах почвы. Покажи нам путь отсюда…

Тишина. Вновь ничего. Даже знакомого покалывания в пальцах. Но почему? Обернулась к духам и наставнику. Его щит все сильнее мерцал, норовя вот-вот исчезнуть и пропустить к нам поток духов.

Сила откликнись! Укажи мне путь! Сложила ладони в нужном жесте, вспоминая занятия в академии. Раз камни впервые предали. Надо попробовать обычной человеческой магией. Формула. Слово. Пальцы вместе, движение вниз и влево. Разрушение…

Я ударила по стене, но ничего не произошло. Совсем. Заклятие оттолкнулось от стены, не задев ее никак. Но ведь это одно из самых сильных разрушительных человеческих заклятий!

Что же это за место такое?! Я потратила на заклинание огромнейший выброс силы, но ничего не получила в ответ. Спина взмокла, сердце учащенно забилось, а щит профессора вдруг дернулся под напором духов, засветился и пал…

Я не успела отреагировать, оказываясь в путах тех невидимых нитей. Они змейками подползли ко мне, связывая ступни, колени, все быстрее поднимаясь вверх, укутывая в свой кокон черных волос. И не пошевелиться и не закричать. Эта магия лишала движения. Я могла лишь с ужасом наблюдать, как меня и профессора захватывают духи.

Звон упавшего меча на пол. Нет! Сердце замерло, а в глазах защипало.

— Профессор! — голос вернулся ко мне, но я все также не могла вырваться из захвата. — Пожалуйста, откройте глаза!

Он лежал на земле с полностью завладевшими темными пятнами его тело.

— Крэйф! — с отчаяньем закричала, но он не отреагировал. Наставник не слышал меня. Духи хватали его, словно дикое животное, раздирающее плоть. Светящаяся душа рвалась на части…

И я ничего могла сделать.

— Пожалуйста! Прекратите! — закричала в пустоту, в надежде, что нас услышит тот голос. — Мы сдаемся! Нам не нужно желание.

Однако нас не слышали. Нити сдавили меня, и я закричала, падая на пол. Боль прожгла тело, но она казалось ничем, по сравнению с тем, что я испытывала, видя умирающую душу наставника.

Нет. Прошу! Камни, услышьте! Сжала кулаки, до боли закусывая губу и изо всех сил, выплескивая чакру… всю силу и мощь духа. Это отпугнуло темных существ, но не разорвало удерживающих меня нитей.

— Сильная, — тот голос все-таки появился. — Но это не спасет тебя и твоего человека. Вы умрете здесь. Вы недостойны желания…

— Нет! — до хрипа закричала. — Не уходите! Хорошо пусть будет так. Не нужно никакого желания, только отзовите «умерших»… пока не поздно.

Лежа на холодном камне, я приподняла голову, глядя на наставника. Душа почти расколота! Еще немного и ничего не останется от того мужчины, которого я знала, который меня поддерживал и верил, который так сильно хотел вернуть духов в человеческий мир и объединить…

Слезы потекли по щекам, но я почти их не чувствовала, как и боли от белых режущих тело нитей. Этого всего для меня сейчас не существовало. Только профессор и эти духи.

— Ты готова отказаться от желания? — неожиданно заинтересованно спросил голос, отозвав духов. Они замерли, словно послушные «собаки», не трогая больше наставника, но его душа все равно умирала и этот процесс невозможно остановить. Я не знаю как…

— Да! Не надо победы. Я хочу, чтобы профессор Крэйф жил!

Я не знала, к чему все это приведет. Ни разу я не воспринимала этот турнир серьезно, получая истинное наслаждение от возможности показать на что способна, от человеческого общения, поддержки и интересных заданий. Друзья, враги — все это было для меня ново и необычно. Ведь я никогда не испытывала столь сильных эмоций и чувств, пока не пришла в человеческий мир… Но я не хочу кого-либо потерять! Это не стоит того.

Слова лились одним потоком, а тело не подчинялось. Я пыталась встать, но не могла. Нити сдавливали сильнее, стоило хоть немного пошевелиться.

— Я отпущу при одном условии! — небольшая пауза. — Есть ли кто-то… там, наверху, кто ждет вас?

— Да! — отчаянно воскликнула.

— Я не спрашивал тебя. У вас немного времени. Твой друг погибнет, если вовремя не забрать его от духов. И я готов отозвать их, но… тот, кому вы дороги, если такой поистине есть, он должен вас позвать. Только так вы сможете выбраться из этого места.

— Но как? — внутри все похолодело. — Откуда им знать, что делать?

Отчаяние захлестнуло с новой силой, но слово незнакомый голос сдержал. «Белые путы» отпустили меня, и я смогла вставать. На пошатывающихся ногах, я подошла к наставнику, падая рядом с ним на колени. Легонько коснулась плеча и позвала, но он услышал…

— Время пошло, — рядом с нами в воздухе возникли небольшие песочные часы. — Если за это время не найдется ни одного, кто бы искренне, всей душой позвал вас, я отпущу духов.

С ужасом посмотрела на замерших у стены духов. Они послушно замерли, не делая больше попыток приблизиться. Но то что требует голос невозможно! Как дать знать ребятам, чтобы они позвали нас?

— Это должен быть кто-то по-настоящему важен вам, — неожиданно с усмешкой проговорил голос, — тот, в чем вы сердце. Просто оклик не заберет вас…

— Зачем? — мой голос дрогнул. — Зачем играете? Вы ведь знаете, что слишком мало шансов, чтобы вдруг нас решили позвать.

Мои плечи вздрагивали от всхлипываний, и я никак не могла остановиться, понимая, что никак не могу помочь наставнику. В груди сдавило от боли и стало сложно дышать. Вокруг духи и песочные часы, которые лишь коснуться последней песчинкой дна…

Песок! Я прикрыла глаза и взмолилась. Прошу, услышьте меня. Остановите свой поток, замрите, давая нам время!

— Духам не нужно время. Мне достаточно одного движения, чтобы они разорвали вас на кусочки…

— Тогда к чему эти часы? — я, в самом деле, не понимала, чего добивается этот голос. И кому принадлежит? Сжала кулаки.

— Они были даны вам.

Вновь перевела взгляд на духов. Казалось, они только и ждут команды, чтобы напасть. Кто? Кто придумал столь жестокое задание? Разве можно использовать умерших?!

Потянулись долгие минуты. Время ускользало от меня, словно песок из-под пальцев. Я не знала, что мне делать, а потом пришло прозрение. Сев на колени, я сцепила пальцы в замок, стараясь уйти в самые глубины своего сознания… своего «Я». Может мне все-таки удастся разговорить здешний камень.

Кожу покалывало из-за магической силы, не находившей себе применения. Как загорается золотым светом камень, когда я управляю им, так и сейчас светится мое тело. Собираясь в тонкие полосы, схожие на спирали, свет магии сползался в одну точку — к моему сердцу.

Идея пришла столь неожиданно, словно меня окунули в ушат ледяной воды! И лишь один вопрос возникал в голове — почему я сразу об этом не подумала?

Открыв глаза, опустила взгляд вниз, замечая, как ярко сверкает кулон, что подарил мне Фран… Не может быть?! Вышло?

С каким-то необъяснимым трудом схватилась за подарок, зажимая в ладошке прохладный амулет. В мгновение руку обожгло силой. Время замедлило свой ход. Теплый воздух коснулся волос, лба, щек и зашептал мне. Через камень, эхом отдаваясь в этом темном и холодном месте. Шепот разливался вокруг тихим голосом. Я уловила перемены окружающей меня атмосферы каждой клеточкой своего тела. Ветер…

Я слышу ветер! Вскочив на ноги, воззвала к Франу, в надежде, что появившийся из ниоткуда ветер донесет к нему мой крик о помощи. Если его слова не пустой звук, если не игра, — то он позовет!

— Услышь меня, Фран… Франнивэль! — мой голос потерялся в потоках ветра.

Яркий свет заслепил глаза. Он был настолько сильным, режущим, что мне захотелось закричать от боли. Закрыв лицо руками, я пыталась как-нибудь скрыться от этого ослепляющего света.

Все вокруг исчезло: песочные часы, духи изнанки, все! Ничего вокруг не было, лишь пустое пространство с каменными стенами.

По телу прошлась неприятная волна дрожи, словно закололо тысячи маленьких иголочек, вызывая во мне странные необъяснимые чувства. Дыхание сперло, эмоции переполнили так, что казалось сердце вот-вот выскочит из груди!

Я подняла взгляд, не в силах поверить…

Ахнула, падая на колени. Как же трудно было совладать с собой. Унять эту дрожь и восхищенный трепет перед ним. Я просто смотрела на его облик, жмурясь от яркого, исходившего от его величественной фигуры, света.

Не может быть… Передо мной, в воздухе парил Великий эфир! Все мое яство откликалось на него.

Ослепленная от яркого белоснежного света, я все равно не в силах была отвести взгляд. Великий эфир был прекрасен! И по-другому быть не могло — он наш создатель. Тот, кто породил нас из магии, тот, кто сам является всей магией мира…

Он возвышался надо мной в своих просторных белых одеждах, расставив руки в стороны, словно на древней фреске. Его длинные платиновые волосы струились волнами, завораживая не меньше, чем весь священный образ.

— Поздравляю, вы прошли все испытания! — у него оказался неземной, завораживающий голос. — Теперь настало время желаний!

Именно эти слова заставили меня вернуться из пелены грез. В тот момент я даже не думала о том, что Великий эфир — это и есть тот самый великий маг для людей, владеющий всеми стихиями. Меня не волновали приз и победа. Я вспомнила о близком для меня человеке, который умирает…

— Профессор Крэйф! — в ужасе воскликнула, избавляясь от этих восхищено-возвышенных чувств при виде Великого.

Не задумываясь над тем, что делаю, развернулась и кинулась прочь от создателя. Туда… где я оставила наставника. Совершенно одного, поддавшись магии Великого эфира. Сердце предательски дрогнуло. Жив ли он? Нет! Нельзя об этом думать. Он обязательно жив! Он сильный!

9 глава Великое желание

Он лежал на колодном камне, бесчувственный и истощенный. Я замерла, боясь подойти — а вдруг уже произошло непоправимое? Сердце отозвалось болью. Как бы я не уговаривала себя несколько минут назад, страх вернулся с еще больше силой.

«Нет, Ханна, не смей так думать!» — мысленно приказала сама себе и решительно кинулась к наставнику.

— Профессор Крэйф! — позвала его, падая перед мужчиной на колени. Легонько дотронувшись к его шее, я уловила чуть слышный пульс.

— Только не умирайте, — отчаянно взмолилась, аккуратно приподнимая ему голову и укладывая себе на колени.

С огромным усилием воли профессор Крэйф открыл глаза. В них было столько усталости и боли, что мне стало не по себе. Показалось, что это моя боль. И как же, оказалось сложно заставить себя не отвести взгляд. Я не могла видеть его страданий. Они жалили больнее любого жала.

— Ханна, ты должна… — сипло прохрипел мужчина, ему давалась речь с большим трудом, словно что-то мешает.

Мужчина неожиданно выгнулся, пытаясь совладать со своей болью. Но самое ужасное, что я не могла ничем помочь. На его теле не было ни единой царапины! Пострадала только душа… сглотнула, вспоминая, как призрачные волки терзали ее. Нет! Замотала головой. Я должна взять себя в руки, ради наставника, но по щекам предательски текут слезы и дрожат руки.

— Ханна… — вновь попытался обратиться ко мне Крэйф, но я и без слов прекрасно поняла, что он хочет сказать.

— Нет, вы не вправе требовать такого.

— Нас осталось двое! — довольно резко ответил наставник.

Эта фраза забрала его последние крупицы сил, глаза закрылись, и я ощутила, как безвольно откинулась на моих руках голова мужчины.

— Нет! — отчаянно закричала, сжимая до боли кулаки.

Неожиданно раздавшийся знакомый стук заставил меня вздрогнуть и напрячься. Вновь стук… один за другим, словно падающие на пол маленькие хрусталики.

Удивленно обернулась, сперва различая лишь размывчатый силуэт из-за пелены в глазах. Нервно вытерев слезы, только тогда узнала Великого эфира. Он парил в воздухе, спрятав свои руки в широкие пологи рукавов и рассматривая меня с легкой толикой любопытства.

— Это вы наслали духов изнанки? — первой нарушила тишину, слыша со стороны, как предательски хрипит голос. Сейчас меня одолевал гнев. Я была очень зла на своего создателя.

— Нет. Страж этого места. Впрочем, создал его я, чтобы изнанка всегда была защищена.

Какое-то мгновение я осознавала смысл сказанного. Возможно, стоило возмутиться, начать расспрашивать, однако сейчас было не место и не время. Да и у меня не было такого права…

— Правила таковы, что желание загадывать нужно здесь и сейчас. Я являюсь к тому, кто прошел всё испытание. Однако нельзя загадывать то, чего нельзя исполнить: воскресить мертвого, безмерную магию, могущество и власть над миром…

— Я это знаю, — зачем-то ответила, хотя мои мысли были далеко отсюда. Сознание судорожно пыталось что-нибудь придумать, а сердце продолжало верить, что еще не все потеряно, что должен быть выход. Профессор Крэйф оправится, он не может умереть — нет!

— Но… — сипло прошептала, прекрасно помня желание профессора и понимая — от этого зависит судьба всех духов в этом мире!

— Никаких «но», Гарх’ханна, ты знаешь правила, — перебил меня Великий эфир, и я вздрогнула, когда он назвал мое полное имя.

Мысли вихрем закружились в голове. Харкэ-ха! Что же мне делать? Я посмотрела на бледное искаженное гримасой боли лицо Крэйфа, и сердце сжалось от боли. Но ведь он так хотел… сглотнула. Наставник знал, что грозит миру, как и мой отец. Поэтому папа согласился на мой союз с Франом, чтобы укрепить тлеющие силы духов. Без людской веры мы гаснем. Но страдают не только духи. Ведь искаженная людская магия без равновесия четырех стихий принесет разруху в этот мир, или того хуже — совсем уничтожит мир. Теперь я осознала это.

Тяжелый вдох мужчины — он отрывает меня от мыслей. Я понимаю, что это последние секунды профессора в этом мире. Его истерзанная душа готова отлететь…

— Я желаю, чтобы профессор Крэйф выжил! — каждое слово болью отдалось в за грудине.

Правильно ли я поступаю, выбирая жизнь одного и забирая возможность своего народа вновь воссоединиться с людьми? Руки мелко задрожали, сомнения гложили изнутри, но о сказанном я не жалела. Не имела права жалеть. Я не дам умереть Крэйфу!

Решительно посмотрела на Великого эфира, замечая, как в удивление расширились его глаза — я не ожидала увидеть столь яркую эмоцию на лице создателя.

— Ты уверена, что это твое желание? Уверена в его верности?

— Нет, — честный ответ. Я не вижу смысла лгать своему создателю. — Но сейчас я хочу, чтобы вы спасли его!

Легкий кивок, Великий эфир прикрывает глаза, расставляя руки. Еще более яркий свет охватывает облик создателя. Мне приходится зажмуриться, но я чувствую силу. Огромную силу и мощь, что пульсирует под моими руками.

Впервые я была так близка к силе создателя, ощущала всю его мощь. Магия создателя закладывала уши, ослепляла и обездвиживала. Я знала, сейчас он исцеляет Крэйфа.

Чуть приоткрыв глаза, я посмотрела на учителя и вздрогнула, встретившись с его осуждающим взглядом. В нем было разочарование и боль…

— Это глупый поступок, Ханна, — тихий шепот от которого внутри все неприятно скрутило в тугой ком.

— Но я не могла иначе… — мой голос показался мне совсем чужим, а после я слышу другой, решительный и уверенный выкрик со спины:

— У меня тоже есть желание!

— Фран?! — сорвалось с моих уст, прежде чем я обернулась, чтобы посмотреть. Тьма накатила неожиданно, я запомнила лишь гордую фигуру мага воздуха среди света, удивление Великого эфира и отчаянный крик:

— Мое желание — возвращение истинной магии! Люди и духи должны вновь зажить вместе в едином мире…

* * *

На какой-то момент я просто потерялась во времени. Показалось, что меня перенесло в прошлое. Я вновь стояла на знакомой сцене в центре площади Лайрэдола. Даже на мгновение почудилось, что сейчас вот-вот передо мной предстанет наставник, а за его спиной будет стоять вся наша команда.

Но когда я взглянула подле себя, то и в самом деле увидела свою команду. Лишь с той разницей, что с нами не было запасных участников. Нас окружали парочка удивленных не меньше нашего организаторов. Они моментально кинулись к профессору Крэйфу — он без чувств лежал на деревянном покрытии.

Испуганно замерла. Неужели магия создателя не помогла? Мгновение — и перед нами возник Великий эфир. Все, в том числе и собирающиеся вокруг сцены зеваки, оцепенели.

— Приветствую вас люди и… — здесь создатель сделал паузу. — И духи!

Еще большее удивление.

— Великий маг четырех стихий, — попытался заговорить один из организаторов, но эфир остановил его плавным жестом.

— Нет, я не маг и не человек. Я тот о ком вы, люди, давно забыли. Я — Великий эфир!

У меня было очень много вопросов к нему, но я не спешила задавать их. Мне сначала хотелось услышать, что скажет он. Я надеялась, что эфир сможет дать ответы хотя бы на часть всех этих загадок.

— Этот человек — здоров, — спокойно проговорил Великий эфир, небрежно указав на профессора Крэйфа, — но он все еще слишком истощен и пробудет во сне несколько дней. Позаботьтесь о нем.

К наставнику тут же кинулись два мага-целителя. Подняли мужчину на руки и куда-то понесли, но теперь я была спокойна, знала, что все будет хорошо.

— Люди совершили ошибку, когда изгнали духов из «своего» мира. Но волею судьбы, дети, что родились от двух народов, должны были изменить это. Все эти годы, я организовывал турниры, в надежде, что отыщу достойного мага. Пока не понял — людям не дано восстановить утраченное, как и духам. Нужны были полукровки. И тогда я стал посылать владыкам стихий сообщения о том, что их мир постепенно угасает. Что им нужно сохранить себя. Они пробовали разное, даже решались на связь с миром людей…

Мое сердце дрогнуло. Что же это выходит? Отец, в самом деле, любил маму или это был только чистый просчет? Вот только правда оказалась куда сложнее, чем я думала.

А ведь у Франа мать тоже не из мира духов… Горький комок подступил к горлу.

— Не нужно, — тихий шепот, а после прохладная рука касается моей дрожащей ладошки.

Я обернулась, сквозь пелену слез посмотрев Франа. На губах проступила улыбка.

— Стали появляться полукровки, что никогда ранее не случалось, — нарочито спокойно продолжил Великий эфир. — Я сделал все, чтобы именноэти дети попали на турнир, в то же время почти не помогая им, ведь по силе они могущественнее людей. Признаюсь честно, я не планировал исполнять желания всей команды, только того участника, или нескольких, что пройдут абсолютно всё. В самом конце уже думал, что эта глупая девчонка все испортит, но благо, что вовремя все разрешилось. Я не имею права решать абсолютно все либо влиять на судьбы, но могу выполнить желание и выполняю его…

Небольшая пауза, а после слова, разнесшиеся по площади громогласным эхом:

— Отныне и навеки все будет так, как и до веков забвения!

Великий эфир взмахнул руками, и все вновь накрыло белый сиянием. Последнее что запомнилось — успокаивающая, дарящая уверенность улыбка Франа.

* * *

Я никогда еще не спала столь прекрасно! Утро выдалось чудесным. Яркий свет пробивался сквозь прозрачные тюли, а легкий ветерок, что залетал из приоткрытого окна, покачивал их, создавая необычные тени на полу.

Сладко потянувшись, с улыбкой посмотрела в окно. На ветке сидела синичка и пела какую-то свою прерывистую звонкую песенку. Я сонно зевнула, откинула мягкое пышное одеяло, и я встала с постели. Еще раз потянувшись, аж до легкого хруста в костях, я с любопытством огляделась. Странно, это ведь больничное крыло нашей академии. Хотела пойти найти лекаря, чтобы обо все расспросить, но мои планы были нарушены. В комнату влетела взлохмаченная Эри.

По всей видимости, она тоже только проснулась и не успела еще привести себя в порядок.

— Эри! — радостно воскликнула я, кидаясь в объятия подруги.

— Наконец-то! Как же долго ты спала. Я тут все пороги уже второй день отбиваю, но не пускают, сволочи!

— Почему?

— А разве Отарри скажет? — недовольно фыркнула и тут же спросила: — Как ты? Что помнишь?

Я серьезно задумалась над этим вопросом. А и правда — что я, собственно, помню? В памяти всплывали все те ужасные этапы: море, пустыня, каменный лес и лава. Помню, как мы вложили с наставником камни и… наступилконец. Желание! Я ведь так и не исполнила своей мечты.

— Эри, а где остальные ребята? Профессор Крэйф?

— Профессор тоже тут, только в мужских палатах, а остальные уже давно очнулись.

Я выдохнула с облегчением. Но что было дальше? Почему-то остальное ускользало от меня…

— А как на счет желаний?

— О, ты же не знаешь! Обещанные желания, оказывается, должен был выполнять не маг, а Великий эфир! — оживленно ответила Эри.

Почему-то меня насторожили слова девушки. Особенно удивило, что она знает об эфире. Двоякое чувство охватило меня. С одной стороны — все было в порядке, с другой — ощущение, что что-то изменилось, но я не могла понять что.

Не став долго раздумывать, я с интересом спросила Эри об эфире.

— Знаешь, вообще все очень странно. Мы вроде как изучали одно, а потом пришло прозрение. Говорят, что теперь в академии будут преподавать иначе. Наверное, это связано с тем, что Великий маг оказался вовсе и не магом. Но меня одолевают чувства, будто я всегда знала о духах, о сотворении магии и Великом эфире!

— Ты знаешь, кто я? — спросила дрожащим голосом, просто не в силах поверить.

— Конечно! Ты — дух, но наполовину. За тобой ведь приезжал отец. И за Франом…

— Отец?!

— Да! — с улыбкой кивнула девушка. — Но они сейчас у нашего короля, то есть он не твой король, конечно — у короля людей. Думаю, это знак огромных реформ!

Великий эфир, все это так непривычно. Мне даже стала побаливать голова от всех этих неожиданных изменений.

— А что мне сейчас делать? — я была в растерянности.

— Думаю, первоначально стоит привести себя в порядок! — резонно подметила Эри, беря меня под руку.

Несмотря на слабые протесты Отарри Голгир, мы все-таки покинули больничное крыло. Я накинула халат и в таком виде прошла через всю академию. К счастью, коридоры были пустыми — разгар утренних занятий.

Чердак! Как же я была рада его видеть! Конечно, из-за того, что здесь давно никто не жил, он пах затхлостью и пылью. Но я все равно искренне радовалась этому месту. Отворила люкарну, впуская свежий ветерок в душную комнатушку. Не думала, что столь сильно стану скучать по этому месту…

— Думаю, тебе стоит сегодня принарядиться! — серьезно проговорила Эри, и без стеснения полезла в шкаф. Почти полностью разворошив его, подруга достала самые лучшие по ее мнению платья. Здесь наши вкусы совпадали, так как девушка извлекла и мой самый любимый наряд цвета алмаза.

— А что у нас какое-то торжество? — осведомилась я, роясь в мелочевки. Сейчас все мои мысли скорее были заняты поиском расчески. — И где же я её дела?

— Что?

— Расческу!

— Ох, как ты жила все это время без меня? — закатив глаза, Эри подошла к тумбочке и достала искомый предмет из верхнего ящика.

Улыбнувшись ей, взяла расческу, а потом, поддавшись чувствам, накинулась на девушку с объятиями. Мне ее очень не хватало!

— Даже не знаю, — тихонько прошептала, еще сильнее обнимая Эри.

— Ну что ты… — смутилась подружка, обнимая меня в ответ. Мгновение, которое кажется вечностью, и вот Эри с неохотой отстраняется и весело говорит:

— Хорошего понемножку! Теперь — в душ! Ты, конечно, создание возвышенное, но даже тебе после стольких дней пребывания, боги знает где, стоит хорошенько отмыться!

— Все так ужасно?

Подружка задумалась.

— Нет… Профессор выглядел куда хуже!

Спустившись со своего чердачка на этаж к третьекурсникам, в переходе между лестницами я была поймана в объятия Эвина.

— Как же я за тебя волновался, Ханна! — друг поднял меня на руки, заставляя мои мягкие тапочки слететь и упасть на пол. Но сейчас меня это совсем не волновало, так как все мое внимание занял юноша, которого я очень любила. Обняв Эвина, я вновь поддалась порыву и запустила руку в его непослушные кудряшки.

— Привет, Эвин! — улыбнулась ему в ответ.

— Эй-эй, это ты меня на руках должен носить, кажется, я — твоя девушка! — через время наигранно-возмущенно и с веселой улыбкой проговорила Эри, давая нам нарадоваться друг дружкой.

— Помню-помню! — усмехнулся Эвин.

Чмокнув меня в обе щеки и поставив на пол бороться с непослушными тапочками, юноша полез обнимать Эри.

— Все-все, хватит, мы идем приводить себя в порядок! — вырвалась из объятий любимого подружка.

После дала Эвину наставления, чтобы он ждал нас в саду, а сама потащила меня в ванную.

Никто из третьекурсников не возмущался нашим появлением. Наоборот, Ивоника всячески сопутствовала освобождению душевых кабинок.

— Ты теперь у нас герой, так что — тебе без очереди! — заявила староста, вальяжно открыв перед нами двери в ванную. Я улыбнулась девочке-лисичке — Ивоника не менялась.

Вскоре я уже шла обратно коридорами, чистая, в своем любимом белом наряде, что красиво искрился на свету. Все здесь было таким привычным! Каменные стены — они словно встречали меня, радуясь моей победе. Нашептывали, что теперь в мире все будет иначе. Я не могла понять полностью, о чем они говорят, но их слова внушали в моем сердце какую-то непонятную теплую надежду. Отчего-то мой шаг сбился, я невольно прикоснулась к груди, чувствуя неровный ритм сердца.

— А что с Франом? — все-таки решилась спросить Эри, надеясь, что она не заметит в моем голосе тревоги.

— Волнуешься за него? — в глазах подруги вспыхнули хитрые огоньки.

— Нет, — уверено отчеканила, ускоряя шаг.

Когда мы уже подходили к повороту на лестницу, я услышала из коридора нетерпеливый голос Франа:

— Она уже очнулась?

Приостановилась, не зная, что делать. Хотела развернуться и уйти, но тут из-за поворота показался сам юноша, лишая меня возможности незаметно скрыться. Мгновение — наши взгляды встретились. Мы смотрим друг на друга, не делая никаких попыток нарушить возникшую тишину.

Он первый кинулся ко мне. Я не успела что-либо сказать, как крепкие руки Франа обняли меня. И я понимаю, что это невероятно-чудесный миг. Чувствовать объятия любимого, участившийся стук его сердца. Даже Эри не стала портить это мгновение, просто спокойно отошла в сторонку.

И здесь я все вспомнила. Почему-то только сейчас все встало на свои места: странное поведение людей, их знания о духах… Память вернулась, услужливо показывая все то, что случилось после того, как мы с наставником вложили камни.

— Спасибо, что исполнил желание профессора! — уткнувшись в грудь Франу, искренне поблагодарила. Ведь если бы не он… если бы не его желание, то духи никогда вновь не воссоединились с людьми!

— Это нужно было для всех, — тихо ответил пепельноволосый. — Я слышал, как ты позвала меня. Это ты попросила ветер!

— Так ты все-таки откликнулся на мой зов? — с трепетом в сердце спросила, хотя ответа уже и не требовалось. Только сейчас я смогла взглянуть в его серые глаза, которые улыбались, даря свет, что сильнее солнца освещающее все вокруг.

— Да, Ханна! — счастливо выдохнул он. — Все-таки ты любишь меня!

И не давая мне никаких шансов чтобы ответить, снова обнял: крепко-крепко.

В его объятиях было тепло и спокойно. Веяло уютом и чем-то родным. То чего я раньше не замечала. Возможно, мы и правда стали ближе, чем раньше.

— Я снимаю с тебя все свои желания, — прошептала в некой сладкой полудреме, слушая его сердце, и словно засыпая под его тихую мелодию. — Хочу, чтобы ты и дальше говорил со мной.

— А я думал, что твое желание давно было снято, — сказал юноша, и я уловила в его голосе усмешку.

Отстранилась, с удивлением посмотрела на Франа и состроила серьезное лицо:

— Нет, конечно! Только сейчас.

— А! Вот как… — пепельноволосый изобразил на своем лице всяческую заинтересованность. — Спасибо, что разъяснила. Что же, теперь я могу быть абсолютно счастлив.

— Не будешь, если и дальше собираешься так себя вести! — пригрозила я и даже сделала шаг назад. Но моя ладошка тут же была поймана и крепко сжата. Удивленно подняла взгляд на Франа. В его глазах было столько нежности, что я невольно смутилась и отвернулась, слыша приглушенное хихиканье Эри.

— Что? — непонимающе посмотрела на подружку и она, ничего не скрывая, совершенно искренне выдала:

— Я всегда знала, что вы идеальная пара!

— Ох, Эри-Эри, — покачала я головой, вспоминая о том, что подружка всегда недобрым словом отзывалась о Франа. Но он это заслужил! Радовало, что Эри не стала критиковать меня, а поддержала.

— Правда, для этого, чтобы ты понял, какая Ханна сокровище, Фран, тебе сначала нужно было преподать хорошенькую порку на турнире,! — уточнила подружка, обращаясь к юноше. — Я всегда чувствовала, что вас связывает нечто большее. И оказалась права. Кто мог подумать — полудухи!

Глаза подружки загорелись восхищением. Как же непривычно, когда все знают о том, кто я. И что тогда будет дальше? И…

— Эри, я думаю, Эвин в саду уже заждался, — неожиданно проговорил Фран, явно намекая, что хочет остаться со мной наедине.

— А откуда ты зна… — начало бы подружка, а после осеклась, все поняв и, заулыбавшись, поспешно с нами попрощалась.

— Она хорошая, но такая утомляющая, — непонятно к чему сказал Фран, до сих пор так и не отпустивший мою ладонь. А я не знала, что сказать ему. Почему-то было немного неуютно и страшно. Ведь теперь все знают о том кто мы, о нашем предстоящем союзе…

— Наши отцы у короля, — все-таки заговорила я, желая нарушить образовавшуюся тишину.

— Знаю, — спокойно проговорил пепельноволосый. — Идем.

— Куда?

— Тебя кое-кто кто хочет видеть…

Фран повел меня обратно по направлению к лечебному крылу и я, почти сразу поняла о ком он. Вот только мне не хотелось заходить к профессору, ведь прекрасно помнила его взгляд, помнила, сколько было в нем разочарования. Нет, конечно, я ни капельки не жалела, но… просто все еще помню тот тяжелый взгляд зеленых глаз.

— Ханна, ты спасла моего дядю, — неожиданно проговорил Фран, когда мы вошли в мужскую часть лечебного крыла.

Пепельноволосый словно ощутил мою растерянность и мои чувства.

— Не волнуйся, поверь, он счастлив, что может сам видеть воссоединение духов и людей.

— Но… — отчего-то мой голос дрожит. — Тогда, он злился, он…

— Просто хотел спасти всех. Сейчас все это не играет роли, ведь желание исполнено.

— Я на миг замерла, у самих дверей палаты профессора и с любопытством посмотрела на Франа.

— А как же твоя свобода? — напомнила ему его былое желание. — Ты ведь отправился с дядей на этот Турнир, в надежде тоже иметь право на свое желание. Но в итоге отдал его.

— Глупышка! — ласково протянул пепельноволосый, словно не замечая всей моей серьезности. — Какая теперь свобода, когда я встретил тебя?

Нахмурилась, но не стала что-либо говорить. Взяла себя в руки и решительно ступила в арку. Светлая комната с распахнутым окном, откуда дует теплый ветерок, легонько касаясь темных волос профессора. Он лежал на дальней кровати и что-то читал, но завидев нас, тут же отложил книжку на столик и ослаблено улыбнулся.

— Ханна, Фран, я вас и ждал.

Страх отступил, и я сразу как-то расслабилась, видя хорошее расположение учителя. Он правда не злился на меня. И я смело пошла к нему.

— Как вы себя чувствуете?

— Сейчас намного лучше, — сухо проговорил Крэйф и вдруг пристально посмотрел на меня.

— Ханна, прости меня за те слова. Я не должен был этого говорить. Ты спасла меня и я…

— Дядя! — почему-то перебил Фран учителя, вызывая у меня легкое недоумение. Что это значит?

— Хорошо, — неожиданно как-то устало согласился профессор. — В любом случае, Ханна ты молодец! Я не ошибся, когда выбрал тебя в команду.

А вот меня почему-то его последние слова немного задели. Ведь я понимала, что была выбрана лишь потому что полудух. Впрочем, я и раньше это знала, так почему же так неприятно на душе?

— Ханна, — профессор словно почувствовал мои мысли. — Не вешай нос, улыбнись! Ведь все же хорошо. На самом деле ты очень сильный маленький добрый дух! Твоя сила в твоем сердце и сильнее этого ничего нет. И ты Фран! — он с улыбкой посмотрел на племянника. — Благодаря вам магия вновь заискрится было мощью и силой. Вы не только спасли свои народы, но и вернули людям шанс к магии. Немногие знали, но она постепенно угасала, также как и сами духи в этом мире.

Крэйф перевел дыхание и вдруг взял нас за руки.

— Вы ведь знаете, что ваши отцы сейчас на аудиенции короля?

Мы одновременно кивнули и тогда Крэйф с улыбкой продолжил:

— За то время, что я здесь прохлаждаюсь, уже было вынесено на заседание две реформы. Причем, в обсуждении приняли участие, как главы людей, так и духов. Первая заключается в образовании магов. Полностью пересмотрят учебный план и внесут новые поправки. Также, огромным изменениям подвергнется политика и история. Это будет касаться и народов духов. Ведь у нас есть чему поучиться друг у друга…

— Но что дальше? — все-таки спросила я и посмотрела на Франа. — Люди буду вместе с духами? Нам не придется больше скрываться? Мы сможем обучаться вместе наравне? Но как? Мне просто трудно в это поверить.

А в действительности я просто вспомнила брата и весь-весь совет старейшин. Они никогда не осмелятся покинуть свой дом, даже просто выйти хоть ненамного за пределы родной горы.

— Я понимаю о чем ты, Ханна, но, увы, да, не все духи будут готовы так быстро прийти на примирение с людьми или делиться своими древними знаниями. И это очевидно, но, если есть уже те, кто готов — уже пусть и небольшой, но шажок навстречу новому. К тому же, короли ваших народов понимают как это важно, а это главное. Без друг друга мы просто погибнем. Конечно, будет нелегко, люди тоже не все примут духов по началу, но твое желание, Фран, изменит мир и это главное.

— Твое дядя, твое, — он весело улыбнулся.

— Ты приятно меня удивил, — с полной серьезностью посмотрела на Франа мужчина. — Ханна изменила тебя…

— Совершенно нет, — не согласилась я.

Но они не ответили, а только отчего-то рассмеялись.

— Он такой же напыщенный, самовлюбленный, немного наглый и… — не унималась я, но была перебита пепельноволосым:

— Видишь, уже «немного наглый». Так что, не спорь — изменения на лицо!

— Ты как всегда! — легонько стукнула его кулачком.

— Но ты все равно меня полюбила, — навел веский аргумент.

— Сама не знаю за что.

— И все же вы еще такие дети! — с искренней теплотой в голосе проговорил наставник. — Знаете, я рад выбору ваших отцов. И ведь сам обещал помочь Франу избежать так ненавистной ему свадьбы, а выходит твой отец изначально все знал, специально выбрал в жены такую же чудачку, как и ты. Нам надо научиться ему доверять…

— И мне… — вспомнила слова отца. Он знал. Изначально все знал! — Интересно, а они приедут сюда? Или после визита к королю сразу домой или…

— Не думаю. Они захотят посмотреть на главную академию столицы, где в одной из первых будут введены новые предметы, вести которые будут сами истинные духи! К тому же, я наслышан, что сегодня вечером, в честь победителей, устраивается праздничный вечер. И что-то мне подсказывает, что ваши отцы будут на нем присутствовать.

Я грустно вздохнула. Надеюсь, отец не сразу меня заберет домой. Ведь теперь когда все раскрыто, может он разрешит мне остаться хоть на немного. Мне бы хотелось успеть со всеми попрощаться перед отъездом.

— Ханна, я точно могу сказать, что пока ты сможешь тут побыть, — улыбнулся Крэйф, вновь как-то тонко угадывая терзаемые меня мысли. — В эти выходные будет королевский бал, где приглашены все высшие сословия столицы и маги. Такое событие не забудется так быстро, а нашу пятерку желают видеть многие…

Я уже открыла рот, чтобы ответить, когда двери неожиданно громко распахнулись и вошли ребята! Все из нашей команды! И даже Эвин с Ивидом и Лином.

— О Фран, Ханна! Так и знала, что вы будете здесь, — весело проговорила Сорин, без стеснения пододвигая взятый у окна стул к постели наставника. — Профессор как вы?

— Вы нас напугали, — на полном серьезе проговорил Ран, — Отарри не хотела нас пускать, пока вы не оправитесь, хотя эту парочку впустила!

— Так он же его племянник, а Ханна Франу почти жена, значит и профессору племянница, — выпалила все Сорин остальным, так что, если и были еще те, кто не знали о родстве Франа и Крэйфа, таковых теперь уже не осталось. Не говоря уже о нашей предстоящей свадьбе с пепельноволосым.

— Сорин! — я в негодовании посмотрела на девушку, она была невероятна и бодра. Ее привычные высокие две дульки распушились, и некоторые пряди выбились, но казалось, ее это совершенно не смущает. Она искренее радовалась поправке учителя и я это видела. Несмотря на весь ее несносный характер, на турнире я узнала девушку намного ближе и теперь знала, что за всей своей наглостью и напыщенностью внутри она все-таки неплохой человек.

— С вами правда уже все в порядке? — немного грубовато спросил Ивид, на что профессор заверил, что да и неожиданно с озорной, совсем мальчишеской улыбкой спросил:

— А вы готовы к предстоящему?

Пятерка победителей понимающе переглянулась. Не знаю, как ребята, но я не была уверена, что готова к привселюдной славе. Ведь со слов Эри уже знала, что нам предстоит не только королевский бал, где будет множество известнейших и влиятельных людей, которые хотят повидаться с победителями Турнира, но и вроде как какие-то поездки в другие города. Впрочем, некая толика любопытства у меня была. Интересно же, какие люди в других местах. Какие есть еще города?

Но пока надо было хотя бы пережить сегодняшний вечер…

* * *

— Ханна, не упрямься, тебе это платье очень идет! — уговаривала меня Эри, но мне совершенно не хотелось надевать платье со столь тугим корсетом.

— Почему я не могу одеться, как ты?

Эри была в легком платье моего любимого фасона — с широким поясом под грудью и совершенно свободным кроем.

— Потому что ты победительница! Думаешь, Сорин придет в обычном вечернем платье?

— Мне все равно, в каком наряде придет шестикурсница. Я чувствую себя в этом неудобно, — я раздражительно крутанулась, вытирая подолом платья всю пыль с деревянного пола. — Послушай, Эри…

— Нет, Ханна, это ты послушай! — серьезно и одновременно строго проговорила Эри, неожиданно беря меня за руку и ведя за собой к высокому зеркалу, что стояло в ее комнате у окна. — Посмотри на себя. В этом платье ты королева! Победительница! Великий дух! А в обычном — просто неприметная милая девочка. Но ты должна быть яркой! Самой красиво. Лучше Сорин.

— Ох-х… — выдохнула я, все-таки сдаваясь.

Ведь Эри оказалась права. Это нежно-розовое платье смотрелось великолепно. Корсет поднял грудь, и талия казалась тонкая-тонкая, легкая ткань и шлейф позади придавали некое величие моему образу, а приподнятые волосы в высокой прическе визуально вытягивали лицо, делая его более заостренным и худым.

— Видишь?! — не унималась подруга. — Видишь? Оно идеально тебе подходит. Уверена Фран не сможет отвести от тебя взгляда.

И почему-то внутри у меня неприятно вздрогнуло сердце. Именно эти самые слова подруга говорила мне перед зимним балом, перед тем, как я услышала разговор Франа с Ивидом.

Нет, Ханна, все это лишь твои внутренние страхи. Фран любит тебя, он не раз доказал свои чувства. Более того, он твой жених, будущий муж — к чему эти сомнения? Они только вредят!

И все же у меня появилось нехорошее предчувствие. Однако я заставила себя отвлечься от него и даже не думать. И вот уже через некоторое время, мы с Эри вышли в холл, где нас должны были встречать ребята.

— Ханна, ты прекрасна! — с искренним восхищением проговорил Фран, протягивая мне руку. Впрочем, о нем я могла сказать то же самое. На нем был светло-серый костюм, который очень шел ему и на удивление отлично смотрелся с цветом моего платья.

Студенты собирались одной толпой на главной лестнице перед центральным входом. Профессора и ректор уже тоже стояли внизу. Вот-вот должны были приехать король духов Хрустального дворца и Воздушного. Все ждали их с неким трепетом. Никто никогда не видел чистокровного духа, не считая Великого эфира. Но увы эту привилегию получили немногие. Насколько я знала, из адептов считанные единицы смогли попасть на наше возвращение в Лайрэдоле.

Главные позолоченные огромные двери распахнулись и вошли они

Три великих короля! Отец, в традиционной торжественной белой мантии нашего народа, выглядел самым могущественным из них. От него веяло силой горных духов. Очень высокий, подтянутый и широкоплечий. Дух ветра на его фоне выглядел очень худощавым и жилистым, кажется, вот-вот сдует ветром. А то, что этот загорелый мужчина с обветренной кожей — отец Франа, я не сомневалась. Они были похожи как две капли воды, разве что глаза разные. У короля ветра они небесно-голубые, светлые-светлые.

Король же людей был очень упитанным и круглым мужчиной в дорогих одеяниях, состоявших из множества слоев. У меня возник лишь один вопрос — не тяжело ли ему под столь большим количеством одежек? Впрочем, величества ему было не занимать. Он шел наравне с духами и очень важно, гордо подняв голову.

— Сам король приехал поприветствовать победителей! — трепетно зашептались за спиной.

— Конечно! Ведь наша академия стихий теперь прославилась на все королевство и даже больше! — еще один девчачий голос.

Я же старалась не вслушиваться в щебетанье адепток, а полностью уделила все свое внимание ректору, который чинно поклонился гостям.

В какое-то мгновение мой взгляд и папы встретились. Сердце невольно дрогнула и я не сдержала теплой улыбки. Как же я скучала по нему. Как бы хотелось кинуться к нему, крепко-крепко обнять, чувствуя защищённость от всего мира. Папа… спасибо тебе, за то, что подарил мне то о чем я столь долго мечтала — жизнь среди людей.

Адепты и профессора чинно кланялись троице королей, которая первой не спеша поднималась в главный зал академии, где и должно было состояться сегодняшнее торжество.

Крэйф полностью окреп и теперь стоял недалеко от ректора, вежливо приветствуя гостей. Для меня он был еще одним близким и дорогим человеком, благодаря которому я смогла встретиться с Великим эфиром. Без наставника я бы никогда не попала на Турнир, никогда бы не справилась с чувствами и эмоциями этого сложного мира…

Я улыбнулась ему… он почувствовал это и обернулся. Его яркие зеленые глаза светились счастьем. Ведь профессор добился того, чего так сильно хотел. Сила духов и людей будет объединена, а мир восстановлен.

"Жаль, только что я так и не смогла повидать маму" — с некой грустью подумала я и чуть сильнее сжала горячую ладонь Франа.

Он удивленно приподнял бровь, но ничего не сказал, только мягко улыбнулся и повел за собой.

Зал поражал своим великолепием. Так его наверное даже на Зимний бал не украшали! Множество огней невесомо парило под потолком. Стены украшали природные источники. Магическим образом вода струилась по стенам сквозь крупные и не очень камни, а на другой стороне — у окон, в небольших пиалах на длинных ножках пылал огонь, колыхаемый ветром, но не угасающий. Невероятно красиво и волшебно! Этот зал был наполнен магией четырех стихий. Все здесь говорило о силе. И не только людей — духов! Ведь камень — это сила духа.

На столах, расставленных хаотично у стены, наподобие диагонали, стояли живые цветы — демонстрируя силу магов земли, силу Эвина.

— За все три года обучения, я впервые вижу столь яркое и гармоничное украшение зала.

— Фран, — с любопытством заговорила я, — а как отец отпустил тебя? Разрешил столь долго тут обучаться?

Фран не спешил отвечать. Сперва посмотрел на отца, величественно поднимающегося на сцену, где уже восседали папа и король людей. Вот-вот должна была начаться громкая речь ректора и, конечно же, поздравления команды. Поэтому мы с ребятами из нашей пятерки и наставником стояли недалеко, собираясь тоже взойти на небольшое возвышение с отдельными двумя празднично накрытыми столами, приготовленными не только для гостей, но и для победителей.

— Мне очень помог в этом Крэйф, — наконец ответил пепельноволосый. — Лишь после слов дяди, что он поедет со мной, отец позволил отправиться в человеческую академию, чтобы попасть на Турнир. Но было условие… — тут он с хитринкой в серых глазах посмотрел на меня и улыбнулся. — Я должен был согласиться с его выбором невесты. Но, как понимаешь, меня такое положение не устраивало. Тем более ею должна была стать дух из гор.

— Вот как? — отчего-то слышать это было неприятно. — Неужто ты был за чистоту рода, когда сам полукровка?

Помимо воли вспомнился Юнек. У них есть нечто общее.

— Я был глуп, Ханна! Но все это неважно.

— Мне важно, — не согласилась я, — Я хочу знать, с кем свяжу свою судьбу.

— Но ты и так знаешь, — искренне удивился Фран. — К чему все это? Сейчас же все хорошо.

Сама не знаю. Я люблю Франа. Сильно. Но почему-то во мне зародился страх. Тот вечер… его слова. Сейчас, здесь на празднике, они отчего-то не давали мне покоя. Глупости! Хватит лишний раз себя накручивать. Кто, кто, а Фран не раз доказал свою любовь.

Я перевела все свое внимание на ректора, который уже зачитывал речь:

— Сегодня своим присутствием нас почтили необычные и очень важные гости! Наш Великий король Эдуард третий, величественный горный дух Одорх’гханн и могучий ветер Дарлиноиэль.

По залу прошлись шепотки. И я даже понимала их, но сама была далеко отсюда. Меня почему-то не хотели отпускать мысли о Франа. Какое-то внутреннее беспокойство не давало в полной мере насладиться праздником.

— Отныне люди и духи будут обучаться наравне. И у нас, и у столь возвышенных созданий есть чему поучиться друг у друга. В первую очередь, терпению и спокойствию…

Ректор говорил совсем недолго, передав свою речь королю людей и духам. Тут же все затаили дыхание, стоило встать моему отцу. Говорил он тихо, но очень мягко и приятно. В основном о ценностях горных духов и наших возможностях, о знаниях, которыми он готов поделиться…

Отец Франа говорил почти о том же, но больше времени уделил способностям ветра и как это можно использовать в соотношении со стихийным магом.

Когда все вступительные и громкие речи были окончены, Ивин Генард «приступил» к нам:

— А теперь давайте поздравим нашу пятерку победителей. Профессор… — ректор оправил усы и широко улыбнулся Крэйфу, тем самым показывая, чтобы и мы заняли свои места.

Мы прошли к столу и сели за второй стол стоящий чуть под углом от гостей. Я села справа от наставника, с другой стороны от меня — Фран, а рядышком Сорин и Ран.

На мгновение в зале воцарилась тишина, неожиданно взорвавшаяся бурными аплодисментами и выкриками: «Молодцы». Меня накрыло смущением, и я стыдливо опустила взгляд в тарелку.

— Однако эта победа не была бы нашей без еще одной четверки! — продолжил мужчина, с улыбкой указывая на ребят из запасной четверки.

Рин, Эвин, Лин и Ивид чуть выступили вперед, но не поднялись к нам. Раздались чуть более тихие хлопки, и лишь тогда наконец-то было объявлено открытие сегодняшнего вечера. Раздалась тихая мелодия, а на столах появились изысканные блюда.

Первое время все были заняты ужином и непринужденными беседами, когда же спокойная музыка сменилась на более озорную, стали выходить первые пары.

Я все ожидала, когда же меня пригласит Фран, когда ко мне вдруг подошел отец и с самой искренней своей и мальчишеской улыбкой произнес:

— Могу ли я вас пригласить на танец?

— Конечно! — весело согласилась я, замечая отчего-то удивленные взгляды, но мне было все равно. Я обожала танцевать с папой! И теперь, наверное, впервые, когда это я могла его чему-то поучить. Например, плавным и синхронным движением вальса. Впрочем, папа хорошо знал людские танцы.

— Хм… ты превзошла своего собственного отца, — с наигранной грустью проговорил король, ведя меня в танце по центру залы.

— Пап, — осмелилась заговорить, желая спросить то, что столь сильно беспокоило меня со дня возвращения в академию. — Ты разрешишь мне тут остаться? Хоть на немного…

— Гарх'ханна, — строго произнес отец мое имя, легонько наклоняя меня назад. — У нас был договор. Турнир окончен, а значит, тебе пора вернуться. И дело не в том, что я не разрешаю быть тебе здесь. Теперь мир людей откроется для духов, однако…

Он вдруг остановился и серьезно на меня посмотрел.

— Я тоже устал и хочу заслуженного отдыха. Именно вы с братом начнете новую жизнь духов. Юнерг'Ахгр взойдет на трон очень скоро, и ты встанешь наравне с мужем у власти Небесных вершин. Вам предстоит показать духам человеческий мир, открыть им магию людей. Ведь именно вы с Франнивэлем первые кто сблизился настолько с человеческим бытом.

— Но папа…

— Академией стихий займется дядя Франнивэля, тебе же надо взять на себя куда более важную роль. Я понимаю, что ты не хочешь прощаться с друзьями, но ты нужна Франнивэлю. И я уверен, что теперь ты всегда сможешь пригласить близких тебе людей во дворец. Мы поговорили с Дарлиноиэлем и пришли к решению, что вы с Франнивэлем можете позвать своих друзей на свадьбу. Ведь вы первые полудухи, которые будут соединять узы в кругу не только духов, но и людей…

Замерла. Не может быть?! Я смогу позвать Эри и Эвина? А как же Юнек? Старейшины? Все остальные?!

— Ему придется смириться, — неожиданно проговорил отец, видимо догадавшись о моих мыслях. — И ты ему в этом поможешь. Духи должны понять, что не все так просто. Мы нужны друг другу.

Музыка на мгновение затихла, а отец не спешил продолжить разговор. Только улыбнулся и направился обратно к отцу Франа, оставляя меня одну в размышлениях. Что-то мне подсказывает, что Юнек не обрадуется такому положению. Хоть и не сможет ничего уже сделать. Чистота крови будет смешана.

— Ханна, поздравляю!

Я обернулась, видя перед собой Ивида. Но почему то я ему совсем не обрадовалась. Оглянулась на стол победителей, с удивлением понимая, что там нет Франа. Почему-то я была почти уверена, что после танца с отцом он ко мне подойдет, чтобы пригласить.

— Спасибо.

— Слышал, вы с Франом обручены? — неожиданно продолжил разговор юноша. Я же напряглась, чувствуя, что ничего хорошего он не скажет. Уж очень ярко я помнила наши все последние разговоры.

— Ты уверена, что это правильный выбор?

— Ивид к чему ты клонишь? — я начала злиться, а внутри все же зародилось неприятное сомнение. Нет! Нельзя ему это показывать.

— Ни к чему. Я прямо говорю. Поверь, я знаю Франа намного дольше, чем ты. Он не из тех, кто так легко меняется. И я, как друг, хочу тебя предостеречь.

— Друг? — я фыркнула. — Ты даже так и не извинился тогда, ты…

Где же Фран? Почему он куда-то ушел? И куда?

— Ханна, ты очень светлый добрый человек. Ты любишь его, и я не хочу, чтобы тебе когда-нибудь сделали больно. Вот где сейчас Фран? Почему оставил тебя?

— Он вышел, — соврала я, делая вид, что не удивлена его отсутствию. — Сейчас вернется.

— А хочешь я докажу тебе, что ему ее стоит верить?

Зерно сомнения стало больше. Великий эфир, зачем я вообще его слушаю?

— Ну? — с коварной улыбкой спросил юноша. И я понимала, что не стоит, наверное, верить, но почему то кивнула.

— Тогда смотри…

Он вдруг взял за руку проходившую девушку и неожиданно спросил:

— Тебе ведь нравится Фран?

Рыженькая девушка удивленно приподняла брови, скользнув по мне непонимающим взглядом.

— Ивид, что ты хочешь?

— Ничего особенного, просто пригласи Франа на танец, ты ведь этого хочешь.

— Не знаю, что ты задумал, но… ладно, — она оправила пышные волосы и улыбнулась, но прежде, чем уйти вдруг шепнула мне на ухо:

— Не верь всему, что он говорит.

А после бабочкой упорхнула к дверям, где как раз наконец-то вернулся Фран. Я замерла с нехорошим предчувствием, наблюдая, как девушка что-то ему говорит, вновь и вновь касается своих волос, будто невзначай, и тихонечко смеется.

Но почему я стою и смотрю? Почему слушаю Ивида? Он же специально может настраивать меня против своего друга. Злится просто, что не сидит за столом победителей, что не ему преподносят поздравления. Вот только на душе все равно стало гадко. Фран принял ее предложение. Он вдруг кивнул и пошел за ней, а я уже не стала смотреть. Отвернулась… ведь думала откажет, не станет соглашаться.

Губы предательски задрожали. Великий эфир, это ведь всего лишь танец.

— Нет, Ханна, смотри на них, — самодовольство так и сочилось в голосе Ивида. — Смотри, как он танцует с ней, в то время как ты стоишь здесь.

Я почувствовала, что вот-вот заплачу. Но я не могла себе этого позволить. Не могла показать Ивиду, что он добился своего.

— Ивид, зависть это наихудшее из качеств, которое может быть у человека, — холодно проговорила я, взглянув на него со всем возможным мне презрением.

Он вздрогнул, словно от удара, открыл было рот, чтобы ответить, но мне уже все равно, что он скажет.

— Ивид, ты низок. Я ведь до последнего верила, что у тебя есть что-то хорошее. Фран ведь и в самом деле считал… считает тебя хорошим другом.

— Глупая! — все-таки перебил меня маг воздуха. — Я же тебе лучше делаю…

Продолжения уже не слышала. Просто развернулась и ушла. Подальше отсюда, из зала, где нет никого… ни Франа, ни Ивида.

И уже уходя, я не удержалась и обернулась. Фран и в самом деле все еще вел танец с той девушкой. Он даже не заметил меня… моего ухода.

До боли закусила губу и выбежала вниз по лестнице, на свежий весенний воздух. И только там позволила себе расплакаться. Я, наверное, и правда глупая. Поверила, что Фран другой. Но как тогда объяснить, что он так и не пригласил меня. Что танцует сейчас там с той девушкой, в то время как его невеста здесь.

А что если я все-таки ошиблась? Что если Фран не готов к свадьбе? Не готов лишиться своей прошлой жизни. А я? Готова ли? Ведь теперь нам необязательно связывать себя узами, духи вернулись, а сила объединилась.

Мои ноги сами привели к знакомой беседке в саду. Сюда почти не доносилась музыка, лишь далекие ее отголоски.

Я села на скамью, аккуратно подобрав пышную юбку платья.

— Я знал, что найду тебя здесь! — неожиданный голос, и я вздрогнула, глядя на профессора. Удивилась, никак не ожидая его здесь увидеть.

— Вы… вы тоже знаете это место?

— Конечно, ведь ты часто сюда приходила. Эвин тебе его показал, не так ли?

Кивнула.

— Я видел тебя с Ивидом, — неожиданно начал Крэйф, глядя куда-то вперед, на деревья. Он сел рядом и сложил руки в замок перед собой.

— Ханна, я знаю, ты боишься. Но я прекрасно знаю и своего племянника. Не делай поспешных выводов. Ведь все может быть, не так как кажется. Ивид расстроен тем, что не в числе победителей, он мог наговорить что угодно.

— Я это понимаю, просто…

— Просто сомневаешься, действительно ли Фран любит тебя. Не тот ли он прежний, что причинил тебе боль на Зимнем балу. Я все это понимаю, более того нормально испытывать страх перед столь ответственным событием. Моя сестра тоже боялась обручения. Думаю, каждой невесте иногда случается сомневаться. Но не смей сомневаться в себе… — он вдруг развернулся ко мне, заглядывая в глаза. — Не смей сомневаться в своем выборе. В выборе твоего сердца. Ты ведь любишь его и он тебя. Поверь, я знаю его слишком хорошо. Не слушай других.

— Но… — я запнулась, вспоминая, как Фран пошел танцевать не со мной.

— Ты ведь не знаешь причин. Не надо строить догадок. Спроси прямо, а не хочешь его… так обратись к тем, кто не обманет.

Лукавая улыбка и я понимаю, о чем он. Почему я сразу так не поступила? Почему поверила чужим словам.

— Вот так уже лучше, — наставник ласково провел по моим щекам, теплой ладонью утирая слезы. — Ты одна из победительниц, ты должна там быть, это твой вечер. Там твой отец, друзья…

— Спасибо, — благодарно шепнула, принимая его руку и вставая, — вы правы!

Куда более решительнее направилась с профессором в зал. Вот только Франа вновь почему-то не оказалась. И словно догадавшись о том, кого ищу взглядом, наставник проговорил:

— Наверное, тебя ищет.

— Наверное, — кивнула и снова поблагодарив, отошла к дальней стене, туда, где пригласила Франа та рыжая девушка. Крэйф не пошел за мной, прекрасно зная, что я хочу сделать. Только улыбнулся и вернулся к столу. Я же прикрыла глаза и воззвала к камням…

Я — Гарх'ханна, рожденная великим отцом своим и повелевающая камнем так, как это делали все мои предки, призываю камень ответить мне. Показать правду, что хранится в нем! Скажите, о чем говорил Франнивэль — дух ветра…

И я услышала. Камни зашептали мне, передавая разговор Франа. С каждой минутой, я чувствовала себя все глупее, понимая, что просто наивно повелась на уловку Ивида

"— Фран, подожди ты хоть минутку! — не унималась девушка, преградив пепельноволосому путь. — Неужели ты вот так уйдешь? А наше обещание?

— Кара не сейчас, — кажется Фран начал злиться. — Прекрати эти глупости, у меня есть невеста.

— Вот именно! — обиженно надула губки девушка. — Мы ведь дали друг другу обещание. Хотя бы последний танец, Фран. Ради нашей былой любви.

— Любви? — он усмехнулся, впервые на нее взглянув. — Ее и не было.

— Это у тебя не было, а я всегда тебя любила! И если у тебя есть хоть капля гордости, ты подаришь мне танец, как и обещал некогда…"

Я открыла глаза, тяжело дыша. Великий Эфир, ну почему я такая доверчивая? Почему сомневалась?!

Оглянулась в поисках Франа, но его все не было. Куда же он пошел? Прав Фран — глупышка я. Не стоило верить Ивиду.

— Ханна, вот ты где! — ко мне неожиданно подскочила запыхавшаяся от танцев Эри, — где ты все это время пропадала? Фран обыскался тебя! Пошел за тобой к тебе в комнату, а ты уже здесь…

— Спасибо! — перебила я, не дожидаясь ее ответа. Просто обняла и выбежала из зала к женским общежитиям.

И столкнулась с кем-то… прямо на лестнице.

— Ханна?! — знакомый голос от которого сердце забилось быстрее.

Мне подали руку, оправили платье, а я, не задумываясь крепко-крепко его обняла.

— Что с тобой? — искренне удивился Фран. — И куда ты пропала?

— А ты? — я все же с неохотой отстранилась, чувствуя, как звенит в ушах от переполнявших эмоций. Сомнения как ветром сдуло. И сейчас глядя на Франа я понимала, что хочу быть с ним. Хочу связать свою судьбу и точно знаю, что он никогда не сделает мне больно. Ивид обманщик и завистник!

В серых глазах Франа столько эмоций и нежности, которую точно сыграть нельзя.

— Так что? — напомнила я. — Куда ты тогда пропал, когда я с отцом танцевала?

Выжидающе на него взглянула, понимая, что ни за что не скажу о своей маленькой глупости.

— Я выходил, чтобы кое-что взять… — уклончиво ответил Фран и его глаза вдруг блеснули хитрыми огоньками. — Закрой глаза.

И я послушалась, почувствовав прикосновение его холодных пальцев. Совсем легкое невесомое, от которого бросило в дрожь, а в следующее мгновение на моей шее защелкнули цепочку.

С любопытством распахнула глаза, видя рядом с небесным символом жениха, небольшой камушек. Лазурит! Ярко-синего цвета с необыкновенным блеском горной породы.

— О… — непонимающе и одновременно с восхищением протянула я. — Спасибо.

— Мне хотелось тебе преподнести его, как подарок к нашей предстоящей свадьбе, именно мой подарок, а не просто символ нашего рода…

Посмотрела на него. Молчит. Видимо ждет, что я скажу. А я ничего не говорю. Приподнимаюсь на носочках, чтобы дотянуться до его губ. Мгновение — и время словно остановилась. Наши губы нашли друг друга в жарком поцелуе, руки обняли его за шею, а его оказались у меня на талию. И ничего не было… никого, кроме него.

Сердце трепетало, а в душе разливалось приятное тепло. Все неважно! Нет прошлого, должно быть только настоящее. И здесь и сейчас есть лишь он и я, ни Ивид с зарождающими, во мне сомнения, ни та рыжая девушка, так жаждущая заполучить Франа — ничего!

Я люблю его, а значит верю…

10 глава Небесный дворец

Густой холодный воздух напоминал мне хрустальную воду из горных источников. Когда я выдыхала его, из меня вылетали маленькие облачка пара, что растворялись в яркой синеве. Всегда думала, живя в горах, что знаю, каково это быть наверху. Но нет, только сейчас я осознала, что значит быть на краю мира.

Жмурясь от ярких лучей, смотрела на спокойное голубое небо, полное тяжелых белых облаков.

— Вглядись, — прошептал Фран, беря меня за руку, а свободной указывая куда-то в синеву, где в облаках потопали вершины гор.

Мы стояли на горном хребте. Здесь повсюду лежал снег, и было очень прохладно. Но Франнивэль заботливо укутал меня в просторный плащ, с пушистым белым воротником.

Я присмотрелась, замечая среди облаков что-то белое и невесомое.

— Это твой замок?

Фран кивнул, тихо прошептав мне на ухо:

— Теперь это и твой дом.

Чуть сильнее сжал мою ладошку и повел за собой, к обрыву скалы.

— Что ты делаешь? — испуганно спросила, понимая, что не удержу равновесие на столь тонкой поверхности.

— Не бойся, глупышка! — усмехнулся дух ветра. — Нужно спешить, нас уже заждались.

Неожиданно он развернулся ко мне лицом, отпуская руку и обнимая меня за талию. Мгновение — мы срываемся вниз с горы, настолько высокой, что даже не видно земли.

Дыхание перехватило. Я зажмурилась от страха, готовясь принять верную смерть. Но свист ветра в ушах резко обрывается, а я вдруг приобретаю вертикальное положение.

Не смело открыла глаза, понимая, что нахожусь в свободном пространстве, и лишь руки Франа не дают упасть вниз. И как только осознала, сразу же в испуге схватилась за него, чтобы чего доброго не выскользнуть из его объятий.

Вот только пепельноволосого это рассмешило. Запрокинув голову назад, он громко смеялся, потешаясь надо мною.

— Это королевство духов ветра и мой дом, — справившись с эмоциями, через время с улыбкой пояснил жених. — Здесь особый ветер. Он оберегает нас!

— И меня удержит?

— Нет, глупенькая, ты же дух гор! — снова смешок.

Так и знала, не стоит ждать чуда.

— Не расстраивайся, я всегда донесу тебя, куда только пожелаешь.

Я изобразила задумчивость, а потом медленно произнесла, даже осмелившись отпустить одну руку, чтобы указать пальчиком вверх:

— Хочу на край земли!

— «На край земли»? — Фран задумался лишь на миг, а после заговорщицки подмигнул и решительно воскликнул:

— Будет сделано!

Он резко взлетел вверх, крепко прижимая к себе. Ахнув, обхватила его за шею, не в силах что-либо сказать. Я была заколдована мгновением. Невероятный полет, густые облака, высоченные горы и Фран. Кажется, его королевство легко станет моим новым домом!

Мы влетели прямо в облако. Меня тут же обдало мелкими холодными каплями, но это не было неприятным. Наоборот, мне очень нравилось! Это было сказочно… Фран быстро и в то же время плавно переставлял ноги в воздухе, словно в беге, при этом умудряясь удерживать меня.

Вскоре мы оказались в потрясающе-прекрасном месте. Я невольно замерла, поражаясь этому великолепию.

Один выступ горы заканчивался, плавно переходя во вторую, чью плоскую верхушку покрывало озеро. Вода стекали вниз шумными водопадами.

— Как красиво! — восторженно выдохнула, как только Фран поставил меня на этот на выступ горы.

Отсюда я могла наблюдать за брызгами воды и мелодией водопадов. Невероятное чувство вот так стоять, почти на самом краю, понимая, что вот-вот, оступишься, и ты полетишь вниз…

— Подойдет для края земли? — озорно спросил юноша, совсем без страха присаживаясь на выступ скалы и свешивая вниз ноги.

— Это самое прекрасное, что я когда-либо видела! — честно призналась, тоже садясь рядом, но осторожно и с опаской.

— Не бойся, трусишка, я всегда смогу тебя поймать.

— Как-то пока не хочется это проверять!

— Эй! — искренне возмутился пепельноволосый. — Мы же скоро станем супругами! Как можно навечно соединить судьбы без доверия к партнеру?

— Вот когда станем, тогда и подумаю, — грозно отчеканила, а после широко улыбнулась, давая понять, что просто шучу с ним.

— Вон там мой дворец, — погодя сказал Фран, указывая вдаль озера.

Я присмотрелась. По кромке горы растекалась не только вода, но и шла широкая каменная дорога, до самого замка. Это было не сразу заметно, так как все сливалось с белыми облачками. Дворец был такой же белый и круглый, а тонкие острые башенки напоминали шпили гор.

— Он прекрасен! — не смогла скрыть своего восхищение и одновременно удивления. — Как ты мог уйти от такой красоты?

Фран не спешил отвечать. Тишина стала совсем долгой, я уже было подумала, что он не будет отвечать, когда маг воздуха все-таки заговорил:

— Знаешь, возможно, чтобы оценить все это великолепие, мне и следовало уйти?

— А вот я теперь чувствую себя настоящей эгоисткой, — удрученно отозвалась я, обхватывая коленки. — Не стоило мне так поступать с отцом…

— Не глупи! — Фран прекрасно понял о чем я. — Подумай сама, что бы случилось, если бы ты не сбежала? Мы бы не познакомились, а значит, так и не узнали друг друга! Нас бы не было на турнире. Я бы всячески избегал встречи с навязанной невестой. Ты правильно все сделала! Ты изменила мою жизнь! Да и всех духов!

— Ох, Фран! Ты еще тот пустослов! — отшутилась, пытаясь скрыть свое смущение.

— Иногда я говорю и серьезные вещи, — несколько обиженно отреагировал он, поднимаясь на ноги и протягивая мне руку. — Пойдем, а то и в самом деле начнут бить тревогу. Небось, уже начали, заметив, что главных виновников торжества нет среди гостей!

— Скажешь тоже — «виновники», — меня вновь охватило смущение, но я быстро с ним справилась, охотно беря Франа за руку.

В ту же секунду мы вновь упали вниз. Я только и успела, что вскрикнуть, когда ноги потеряли опору, и я оказалась в крепких объятиях жениха. Мы летели вниз на невероятно шальной скорости! Края плаща больно били по ногам, но это казалось таким пустяком, на фоне падения… в какое-то мгновение, плащ и вовсе снесло огромным потоком воздуха.

— Ой! — ахнула, запоздало оборачиваясь и наблюдая за черным пятном в небе.

— Забудь! — отмахнулся Фран, принимая вертикальное положение, и следуя «по облакам» знакомой легкой походкой.

— Я никогда не привыкну к твоим выходкам, — подавленно вздохнула, и прижалась к нему со всей силы, чувствуя бешеный ритм его сердца. Моментально страх уступил, стало теплее и надежнее.

— Привыкнешь, — шепнул мне на ухо, резко спускаясь вниз. Я вновь вскрикнула от неожиданности, еще крепче вцепившись в него.

Мы спустились на неприметную дорожку, расположившуюся посредине горного озера, и теперь, наконец-то, смогли пойти пешком!

— Вот, держи, — Фран отдал свой плащ, заботливо накидывая мне его на плечи.

Я уже хотела было возмутиться, но он успокоил, что ему не холодно, ведь ветер имеет способность согревать его. Конечно, я еще чуть покапризничала, что он бы мог и меня согреть своим ветром, на что наглец ответил, что для этого ему нужно больше энергии. Я бы могла и дальше развивать спор. Сказать по правде, мне нравилось спорить с ним. Вот так, чтобы несерьезно, понарошку. Но мое внимание привлек замок Франа, который теперь был виден вблизи.

О! Это было чудо! Полукруглое здание, по первому этажу которого в ряд шли арки с колоннами, а вверх венчался конусной башенкой. И все абсолютно белоснежное! Но больше всего меня удивили духи ветра. Они парили над замком, летали, плавно размахивая руками и ногами, а их волосы и просторные одежды покачивались на ветру, словно юбочки медуз.

Один из духов заметил нас и спустился вниз. Положив руку на солнечное сплетение, склонил голову, упираясь другой на изящную пику.

— Приветствую вас, наследник Небесных вершин! — проговорил он, после чего перевел взгляд на меня: — И вас, повелительница нашего господина.

Наверное, я бы смутилась от столь необычных слов, но в данный момент все мое внимание занимали его длинные волосы.

— Мне пришлось из-за этого отстричь свои, — шепнул мне на ухо Франнивэль, правильно расценив мой заинтересованный взгляд.

Я осуждающе посмотрела на пепельноволосого. Не хватало еще, чтобы страж услышал! Мне бы стало неловко, оттого, что я обсуждаю постороннего человека, еще и при нем.

Но страж ветра никак не отреагировал, или сделал вид, что не услышал. Он просто выровнял спину и не менее официальным тоном сказал:

— Следуйте за мной. Ваши владыки давно ожидают вас.

Когда мы дошли до высоких ступеней, ведущих к парадному ходу, Фран вдруг схватил меня в охапку и взметнул небо. За нами последовал и страж, который вскоре чуть обогнал нас и полетел немного впереди. Но зачем тогда нужны лестницы, если ими все равно не пользуются?

Мы оказались на втором этаже дворца, на очень просторном открытом балконе.

— Это и есть парадный вход, — с улыбкой объяснил Фран. — Мы редко пользуемся наземными способами перемещения, предпочитаем полет.

— В академии ты столько не летал, — не удержалась, чтобы не съязвить. На удивление, Фран вполне спокойно и серьезно ответил:

— Я уже говорил: здесь ветер совсем другой, да и сущность свою скрывал.

Но он был бы не он, если бы гаденько так не добавил:

— В отличие от некоторых, которые не сильно старались скрыть о себе правду.

Не дав мне даже ответить, он потянул меня за собой. Во дворец я вошла с широко открытыми глазами, неожидая увидеть столь необыкновенное великолепие. Услышав под ногами звон, испуганно вздрогнула. Ощущения словно идешь по стеклу, которое вот-вот разобьётся.

Посмотрела под ноги, да так и замерла с открытым ртом. Вместо обычного привычного каменного пола или хотя бы деревянного, как любят люди, я стояла на плитах из стекла! А подо мною проплывали облака, самые настоящие облака! Точь-в-точь, как в моем свадебном подарке…

— Но как? Это иллюзия? Ведь под нами должен быть другой этаж!

— Нет, — покачал головой Франнивэль, объясняя: — Это первый этаж. Те арки, которые ты видела, всего лишь окружают пустую оборочную стену.

— Это немного пугающе.

— Не бойся! Эти стекла никогда не разобьются.

— А если я приложу усилия? — хитро поинтересовалась.

— Тогда может быть, — улыбнулся Фран.

Я с любопытством осмотрелась. Огромный белоснежный зал полукруглой формы. На стенах ничего лишнего, только спиральные узоры, и дивное освещение в виде ярких шаров.

— Вы используете столько магии.

— А вы разве нет? — удивился пепельноволосый.

— Нет, нам многое дают сами горы.

— Повезло вам! — как-то снисходительно отозвался юноша, отчего я почувствовала себя задетой. Но не стала вдаваться в подробности, ведь мне предстояло еще столько всего интересного и важного.

Еще одной неожиданностью оказалось то, что даже в закрытом помещении у всех духов ветра волосы парили и разлетались, словно при легком ветерке.

— Твои будут также, когда отрастут? — поинтересовалась я у Франа.

— Да, — серьезно ответил юноша, ведя за собой. — Пойдем, мой отец хочет нас видеть.

Король духов ветра оказался в самом конце зала, в окружении свиты моего народа. Среди их числа был и отец. Папа тепло улыбнулся мне, но не стал ничего говорить, предоставив все хозяину замка.

— Как тебе у нас, Гарх’ханна? — полюбопытствовал владыка Небесных вершин.

— О! — воскликнула я, не скрывая своего восхищения. — Это прекраснейшее место!

— Я счастлив. Надеюсь, наш замок не только понравится тебе, но и станет для тебя домом.

Я хотела ответить, что уже чувствую себя, как дома. Главное, что рядом Фран! Но мне не хотелось расстраивать отца, боялась, что он не оценит мое воодушевление. Воспримет очередную радость как новый шанс сбежать из дома. Поэтому я просто скромно улыбнулась и кивнула.

— Что же, мне стоит представить всем наших героев, — отозвался Дарлиноиэль.

Дальше последовала торжественная часть, где всем доверенным короля духов ветра объявили о том, что Франнивэль все-таки решился на свадьбу, более того лично привез с собой свою невесту. Потом нас поздравили с победой в Великом турнире, и с тем, что мы дали всем духам вторую жизнь. Благодаря нам теперь наши народы не погибнут, и наладят жизнь с людьми, за столько столетий выйдя из тени.

Я невольно смутилась от всех этих слов, ведь здесь не было моей заслуги — только Франнивэля. Это он загадал нужное желание.

— Не глупи. Без тебя мы бы не прошли так далеко. И это ты позвала меня тогда! Если бы не ты, то желание бы исполнить было бы некому.

— Перестань меня обвинять в глупости, — обиженно засопела.

— А ты перестань быть такой наивной глупышкой! Ты же скоро станешь моей женой. Со мной нельзя быть слишком добрым, иначе сяду на шею и свешу ножки.

— Фран!

Далее нам объявили, что в честь такого двойного события, как возобновление статуса духов и наш союз, на свадьбу приглашены также владыки остальных стихий и короли людских королевств.

Наши друзья и Крэйф тоже приедут ближе к самой свадьбе.

— Что же, а теперь — пир! — объявил Дарлиноиэль, приглашая всех в обеденный зал.

Блюда у духов ветра были такие же невесомые, как и все здесь. Непонятные полупрозрачные кушанья, взбитые сливки, невидимые ранее фрукты, бисквит и нечто сладкое и нежное, что покорило мое сердце! Фран называл его зефиром…

Насытившись и немного отдохнув от ужина, услышала прекрасную мелодию. Многие инструменты я видела впервые, и не могла не выказать своего восхищения. Правда, долго аплодировать не смогла, вскоре ко мне подошел Фран и потребовал танец.

Мы закружились в вихре нежного вальса, заставляя всех замереть и отойти, давая наследникам показать себя. Я украдкой взглянула на зрителей — на их лицах читалось восхищение. Это вызвало улыбку, и больше не смотря никуда, я перевела все свое внимание на Франа. Именно о таком танце с ним я и мечтала. Легком, чуть воздушном, приподнимаясь над полом. Ведь в академии, после того, как он подарил мне кулон, мы сбежали с праздничного вечера в сад.

Не знаю, сколько мы так кружились — потеряла счет времени. Даже не сразу поняла, что у меня сильно болят ноги от усталости. А когда сказала об этом Франу, он в одно мгновение подхватил меня на руки, собираясь отнести в новые покои. Однако наши отцы все испортили. По их приказу, нас развели по разным этажам, заявив, что до свадьбы мы не должны быть вместе.

С неохотой попрощавшись с Франом, я с разочарованием удалилась в свою комнату в сопровождении служанки. Покои оказались абсолютно белыми и круглыми, как и все здесь. Я так отвыкла от роскоши на своем маленьком чердачке и в походных условиях Турнира, что немного смутилась. Но стоило мне после ванны упасть на постель, что была мягче облака, как все мысли занял Фран. И я почти сразу уснула, чтобы свидеться с ним во снах…

* * *

Я провела в Небесном дворце уже около недели. Гуляла постоянно с Франом. Он показывал мне абсолютно. Но больше всего я любила здешние горы. Мне нравилось гулять среди них, все исследовать, читать историю этих мест.

Вот и сегодня мы спустились в самый низ, под облака, где раскинулся густой лес. Вскарабкавшись на очередной утес, посмотрела вниз. Гора так густо была покрыта елями, что опавшая хвоя образовала толстый мягкий ковер под ногами. Удивительные ощущения! Мне еще сильнее захотелось спуститься к деревьям и погулять среди них.

Засмеявшись, я ловко спустилась вниз, легко прыгая с камня на камень. Фран пытался меня нагнать, но его попытки были тщетны. Споткнувшись один раз, и чуть не полетев вниз, он не выдержал, и просто подлетел ко мне.

Я по-детски передразнила его и побежала вперед. Конечно, Фран принял игру. Однако моей ошибкой стало, что я не учла того, что ели здесь очень густые. Приходилось сгибать ветви, и часто наклонять голову, чтобы они не хлестали по лицу.

Вскоре деревья расступились, а холм превратился в луг, посреди которого раскинулось серебристое озеро. Туман покрывалом накрывал воду и собирался густыми клубами в горных впадинах. Все было в красивых холодно-синих оттенках и цвета серебра.

— Поймал! — резко ухватил меня Фран за плечи, воспользовавшись моим замешательством.

— Прекрасное место! — я искренне улыбнулась, не делая попыток вырваться, вот так стоя в его теплых и крепких объятиях.

— Ты же не любишь леса и воду.

— Не придирайся! — весело щелкнула его по носу.

— Хочешь к озеру? — неожиданно предложил Фран и я тут же радостно кивнула.

Мы спустились вниз по травянистому склону к берегу, где вода озера мягко касалась болотной травы. Она росла густым рядом, и была пристанищем разной живности. Квакали жабки, гудели насекомые, особенно радовали огромные серебристые стрекозы.

Фран уверено отправился к самой воде. Я насторожилась:

— Ты же не думаешь, что я полезу купаться в такой холод?

Юноша только усмехнулся, отодвинув густые камыши. Среди них была спрятана лодка, с изогнутым носом, увенчанным вылитыми из серебра крыльями.

— Прошу, — Фран протянул мне руку, помогая подняться на «борт».

И когда только успел? Однако, что скрывать — мне было приятно такое внимание. Только мы ступили на лодку, как она пришла в движение. Медленно оторвалась от берега, тихо рассекая воду. Фран помог мне сесть и я с любопытством огляделась. Ведь у лодки даже не было весел!

— Это магия?

— Нет, всего лишь ветер, — улыбнулся Фран.

— Но я даже не чувствую, как ты колдуешь.

— А мне и не нужно, — с теплой улыбкой проговорил пепельноволосый, неожиданно ко мне склоняясь. — Я просто попросил.

Мгновение — и его губы касаются моих. Сперва подумала отстраниться, но так как здесь никого не было, просто расслабилась. Когда же сама осмелела и обвила Франа руками за шею, над ухом раздался громкий настойчивый кашель.

Вздрогнула, испуганно обернувшись. На небольшом облаке, скрестив ноги, сидел…

— Юнек?!

— Как же быстро ты меняешь свое решение! — холодно отозвался брат.

— Кто тебе создал волшебное облако? — чересчур грубо поинтересовался Фран.

Я тут же дернула его за рукав, чтобы он замолчал. Не стоит злить Юнека. Вот только речи жениха не возымели никакого действия. Брат лишь смерил Франа презрительным взглядом.

— Простите, что отрываю вас от того, что вам делать не положено, но я думал, что ты хотя бы, если и не меня, то своих друзей встретишь.

Что? Когда?! Когда они приехали и почему я ничего об этом не знаю? На эмоциях я слишком резко встала на ноги, в последний миг, будучи пойманная Франом.

— Дуреха, лодку перевернешь!

— Жду вас во дворце, — холодно сказал Юнек, разворачивая свое новое летательное средство в сторону замка.

Подождав немного, когда брат отлетит на достаточно безопасное от нас расстояние, я схватила Франа за плечи, приказав ему плыть к берегу. Он был не слишком доволен, что нас прервали. Я отчетливо это видела по его нахмуренным бровям и поджатым губам, но говорить пепельноволосый ничего не стал.

Как только лодка коснулась берега, я выпрыгнула из нее и в нетерпении побежала в сторону Небесного дворца.

Эри с Эвином ведь приехали!

— Да постой ты, сумасшедшая! — кричал вдогонку Фран, но его уже никто не слышал.

Друзей я застала в главном зале. Их встречали мой отец и Дарлиноиэль. Кое-кто держался сдержано, кто-то не скрывал восхищения и любопытства, впервые встретившись с людьми. Среди присутствующих оказались не только наши с Франом друзья, но и все участники турнира. Я скромно поздоровалась со всеми, проявляя вежливость по отношению к наставнику. И лишь когда все внимание гостей заняли Владыки духов, я незаметно схватила Эри за руку и потащила подальше от глаз «надзирателей».

— Ты живёшь в восхитительном месте! — воскликнула Эри, не скрывая своего восторга.

— Тише, — смущенно отозвалась я, приложив палец к губам, тем самым показывая, что надо снизить тон. Где-то здесь бродил Юнек и мне не хотелось нарваться на нравоучения.

— Понимаю, — кивнула Эри. — Ты же теперь почти королева!

— Перестань! Лучше, расскажи, как ты сама? Где Эвин? Почему его нет среди гостей?

— Эвин приедет уже к самой свадьбе, — удрученно проговорила подружка. Она явно была расстроена тем, что он не смог быть сейчас с ней. — У четвертого курса сейчас экзамены.

Впрочем, грустила она не долго, вновь с прежним воодушевлением став рассказывать обо всем, что я пропустила за время проведенное во дворце. На меня посыпалось столько информации, словно прошло не две недели, а год! Сессия, новые предметы и учителя, первые сплетни о нашумевшей новости про нас с Франом.

Потом настал черёд рассказывать мне. Я делилась с подругой обо всем, что увидела тут. О невероятных лесах и озерах, о волшебном ветре и облаках, о прогулках с Франом. Я была очень рада её приезду, больше чем кого-либо!

Но нас все-таки обнаружили. Отец лично отыскал меня, чтобы сообщить известие о том, что Юнерг’Ахгр оказывается, приехал не один, а со своей женой. И меня это так разозлило! А еще больше, что сам отец злился и обвинял меня в беспечности и эгоизме.

— Как женой?! — мне было тяжело в это поверить. Неужели брат так меня не любит, что сыграл свадьбу пока я была на Турнире. Сердце неприятно сжалось.

— Вы женили Юнека без меня?!

— Юнерг’Ахгру не требуется твое одобрение, — холодно отозвался отец. — В отличие от тебя он хорошо знает, что такое долг. Он наследник и…

— И это значит, что можно плевать на семью? — сквозь слезы проговорила я, посмев перебить отца.

Стоявшая до этого тихо Эри, слегка коснулась моей руки. Она может и хотела бы приободрить меня сильнее, но неловкая ситуация, в которой подруга явно была лишней, её останавливала.

— Доченька, — тон отца смягчился, он даже протянул ко мне руки, видимо желая обнять, но я отстранилась.

— Ненавижу, — прошептала. Да, может грубо, но сейчас я не могла подобрать иных слов. Слишком больно было осознавать, что такое грандиозное событие как женитьба наследника гор прошла без его сестры…

— Пошли, Эри! — схватив за ладошку ошеломленную подругу, поспешила прочь от отца, замечая растерянный взгляд родителя.

Я уверено тащила Эри коридорами, желая поскорее отыскать Юнерг’Ахгра. Я на всё закрывала глаза, на все его гадкие выходки и пренебрежительное отношение ко мне, но сейчас молчать не стану.

Решительно спустилась вниз, где только что присутствовала делегация из прибывших гостей. Понятное дело, там никого уже не оказалась, зато был один из стражников, у которого я спросила: не знает ли он, куда отправился наследник Хрустального замка? Мне ответили, что Юнерг’Ахгр на аудиенции у короля Небесных вершин. Я знала, где это и незамедлительно отправилась туда.

Эри молча догоняла меня, сперва не пытаясь со мной заговорить. И лишь через время, она вдруг схватила меня за руку, пытаясь остудить мой гнев.

— Надеюсь, ты не собираешься взрывать кабинет короля?! С королями так лучше не шутить.

Замерла у дверей. В этом подружка права. Не стоит перегибать палку.

— Хорошо, я подожду.

Не знаю, сколько ждала, но это было очень долго. Все это время Эри стояла рядом, облокотившись на стенку. Она почти не говорила со мной, понимая мое состояние.

Наконец, через показавшееся время вечностью вышел Юнерг’Ахгр, он был один. Скорее всего Дарлиноиэль остался у себя. Эри легонько дернула меня за рукав, указывая на брата, а сама отошла в сторонку.

— Как ты мог так со мной поступить?

— Гарх’ханна, что опять на тебя нашло? — грозно и как-то устало отозвался брат.

— Ты женился, когда меня не было дома! Я даже не знаю, кто она!

— Ах, так вот, что оно…

— Тебе вообще все равно? — вспылила еще сильнее я, раздосадованная его словами. — Ну что же, Юнек, радуйся — отныне ты мне не брат. Ты столько лет жалел, что мы с тобой родня, что твое желание сбылось!

Я увидела в его глазах искренее удивление и непонимание. Это принесло мне моральное удовольствие, хотя боль была все еще сильной. Но сейчас я чувствовала себя немного лучше, что смогла сказать это. Развернувшись, хотела было уйти, но наткнулась на незнакомую девушку.

У нее оказались очень длинные волосы цвета льна, бледная кожа и светло-голубые огромные глаза. Я сразу узнала в ней представителя своего народа. Улыбнувшись мне, она протянула руку и заговорила прекрасным мелодичным голосом:

— Ты ведь Гарх’ханна?

Я смутилась, не зная, как реагировать, однако нашла в себе силы кивнуть.

— Я — Марх’арген, супруга твоего брата.

Не знаю, чего она ждала от меня, но эти ее слова совсем ничего не прояснили. Я все также злилась на брата и не понимала, что от меня надо его жене.

— Гарх’ханна, прости Юнерг’Ахгра, он не хотел причинять тебе зла.

И неожиданно для самой себя, во мне вдруг проснулась та самая маленькая девочка. Обиженно взглянув на брата, я разочарованно пожаловалась:

— Но он даже не дождался меня!

Впрочем, брат не стал молчать, вспылив не меньше моего:

— Ты даже не знала, что я обручен, будучи занятая своими проблемами. А сейчас тебя вдруг оскорбило, что я тебя не позвал?

Юнек потерял все свое самообладание. Он разозлился. И сильно. Я никогда не видела его таким.

Подойдя ко мне вплотную, он склонился и хмуро продолжил:

— Ты настолько эгоистична, что не думала ни о ком! Ни об отце, когда сбежала из дома, ни о своем народе, когда отправилась к людям, не подумав о последствиях. Ни во что ты не вникала, ни разу не задумывалась над тем, что сейчас делается в нашем королевстве. Жила в своем хрустальном домике, в любви и опеке, пока тебе не пришло в голову, как ты несчастна! Ты не спрашивала «почему?» и «зачем?» — ты только думала, как будет тебе комфортно.

Я ощутила, как на глаза навернулись слезы. Слова Юнека по-настоящему задели меня. Ведь в его словах была правда…

— Эй, кажется, это ты все время унижал ее, намекая, что она — полукровка! — не стала молчать Эри, выходя из тени.

— Не вмешивайся, человечка!

— Юнерг’Ахгр! — казавшаяся до этого милой девушкой, супруга брата выкрикнула столь громко и властно имя наследника Хрустального дворца, что замолчали все, даже сам Юнек.

— Не ты, не она — неправы, — выждав паузу, уже более спокойно, вновь свои тоненьким голоском проговорила Марх’арген. — И сейчас очень важный момент. Мне бы хотелось, чтобы вы примерились. Ведь скоро вы будете очень редко видеться. Разве вы не будете скучать друг за другом? Вы же сейчас ведете себя, как дети малые! Это глупо. Юнерг’Ахгр, — она пристально посмотрела на мужа: — Разве я не слышала в твоих речах, как ты волнуешься за нее?

Я замерла, внимательно вслушиваясь в слова Марх’арген. Неужели Юнек все еще любит меня?

— А ты, Гарх’ханна, разве ты не жалеешь о сказанном? Ведь ты любишь Юнерг’Ахгра! Зачем вам говорить друг другу вещи, о которых вы потом будете жалеть?

— Потому что она несносная девчонка! — первым нарушил возникшую паузу брат. А вот я не хотела ничего отвечать на его реплику. На самом деле я не слышала в его словах какой-то грубости или упрека. Юнек просто был Юнеком. Его ничего не изменит. И осознав это, просто разрыдалась. Мгновение — и я кинулась ему на шею.

— Прости меня. Ты все еще мой брат!

Какое-то время все замерло. О, чудо, Юнек не оттолкнул меня. Кажется, я даже ощутила легкое прикосновение ответных объятий. А потом, все вернулось на свои места. Немного грубо отцепив меня от себя, Юнерг’Ахгр недовольно произнес:

— Вечно устроишь цирк!

— Вот и славно, — улыбнулась Марх’арген. — Я бы хотела тебя получше узнать, Гарх’ханна!

— Я тоже, — сквозь слезы улыбнулась я. — И… спасибо!

— Вот вечно ты меня втягиваешь в какую-то неловкую ситуацию! — а это уже была Эри.

Харкэ-ха! Я о ней совсем забыла… И правда, неловко вышло.

* * *

Праздник начался сразу же на рассвете. Меня разбудили первые лучи солнышка. Со мной остались только девушки моего народа. Эри очень просилась поприсутствовать при приготовлении невесты к свадьбе, и даже я молила всех разрешить ей остаться. Но Юнек был непреклонен. Он чуть ли сам не вызвался быть надзирателем, чтобы соблюдались все традиции. И даже остался караулить за дверью мои покои, чтобы Эри тихонько не пробралась.

Меня облачили в белое невесомое платье — подарок короля Небесных вершин. В волосы заплели мою родовую диадему из лазурита. Я невольно улыбнулась, подумав, что она прекрасно дополняет кулон, подаренный Франом.

Выдохнув, задумалась. Ведь я теперь, в самом деле, стану его женой!

— Волнуешься? — Марх’арген правильно расценила мое состояние. Взяв меня за руку, девушка заглянула в глаза, ласково проводя по волосам.

— Не волнуйся. Ты и Франнивэль — самая красивая и милая пара, что я видела. Вы будете счастливы!

— А ты? — мне было сложно поверить, что столь добрая девушка стала женой моего несносного брата. — Ты ведь абсолютная противоположность Юнека. Мне даже сложно представить, как ты с ним живешь! — выпалила прежде, чем осознала сказанное и запоздало прикрыла рот.

— Прости…

Но Марх’арген лишь рассмеялась, нисколько не обидевшись.

— Так может, поэтому нам и хорошо вместе? Ведь мы дополняем друг друга, — сказав это, она склонилась ко мне совсем близко, заговорчески прошептав: — Мне нравится, как ты называешь Юнерг’Ахгра. Ох, он, наверное, и злится!

— Еще как! — усмехнулась я.

Марх’арген внимательно осмотрелась по сторонам, видимо не желая, чтобы ее услышали другие девушки, и лишь убедившись, что рядом никого нет, сказала:

— Нужно будет его как-то так назвать.

— Ага, — кивнула, радуясь, что у моего брата такая замечательная жена. И все же мне было очень жаль, что я не присутствовала на их свадьбе из-за турнира.

— Ты такая замечательная! Прямо, как сестра, о которой я всегда мечтала.

— Мне это за честь — быть твоей сестрой! — отозвалась девушка, крепко обнимая меня, а потом, вдруг резко отстранившись, серьезно сказала: — Так, пора заканчивать, иначе Юнек, — здесь она осеклась, исправляясь: — Юнерг'Ахгр ворвётся сюда и сам все закончит.

Марх’арген подмигнула мне, поднимаясь на ноги, и делая последние манипуляции с моей прической. Другие две девушки помогли накинуть мне прозрачную накидку с вышитыми на ней потоками ветра и знаками земли — символ соединения двух стихий.

Торжество началось с моего шествия в сопровождении двух девушек. Марх’арген не принимала в этом участие, так как была уже замужней дамой.

Мы шли по открытой площадке замка, а по бокам от нас стояли зрители. Многие духи парили в небе, сидели на арках и крышах — все те, кому не хватило места на земле. Меня подвели к ступеням, где передали в руки Юнеку. Именно он должен был помочь мне подняться наверх, к будущему мужу…

И вот, наступил тот миг. Невестой стою около него. Он такой красивый и нарядный, но мне нет дела до его внешнего вида — я утопаю в этих глубоких серых глазах. Фран протягивает ко мне руки, и я берусь за них.

Король Небесного дворца, что скрепляет наш брак, поднимает ладони вверх, и возносит молитву Великому эфиру. Нас охватывает белым светом и поднимает немного над землей — это значит, что создатель не против нашего союза, а благословляет его.

Конечно, я знала, что так и будет. Но какое-то невидимое волнение одолевало меня с самого утра, и когда все, наконец, случилось — почувствовала невероятное облегчение.

— Я люблю тебя! — шепчет Фран, когда наши ноги вновь касаются твердой поверхности.

— Я тоже тебя люблю! — отвечаю ему, но мы пока не можем поцеловаться. Оборачиваемся и смотрим на старейшин нашего рода. Они должны подтвердить законность нашего брака.

Каждый поочередно поднимается со своего белого мраморного трона и кивает головой. Это длиться очень долго, наконец, все заканчивается.

Фран первый в нетерпении склоняется надо мной, целуя. Мне немного неловко отвечать ему, когда вокруг собралось столько народу. Он чувствует это, поэтому отстраняется, и мягко улыбается.

— Извини.

— За что? Не волнуйся. У нас в запасе целая вечность быть вместе. Я подожду, — вновь его тихий шепот и он берет меня за руку, ведет вниз по ступеням. В зал, где мы должны занять места на тронах, и нам, как новоиспеченным супругам и будущим правителям, гости будут преподносить свои дары.

Стоящие у входа музыканты усердно заиграли на флейтах и струнных инструментах. Легкая веселая мелодия пронзила все вокруг, заставляя напряжение немного отойти на задний план.

— Ты веришь, что мы муж и жена?

— Да! — уверено Франу было не занимать. Я даже удивилась, честно признавшись, что в действительности еще не совсем поняла, что именно произошло.

— Ничего, вот пробудешь со мной пару деньков в качестве жены, и сразу все станет на свои места.

— Ты думаешь, что успеешь меня вывести так быстро своим характером?

— Да-а, именно это я и имею в виду, — как-то загадочно отозвался он.

Я пожала плечами, подходя к белому высокому каменному трону. Фран помог мне на него взобраться, сам садясь на такой же.

— Готова к многочасовому мучению? — как-то устало поинтересовался теперь уже мой муж.

— Получать подарки не так уж и плохо, — весело отозвалась я, будучи настроенной куда более оптимистично, чем он. Странный человек, нет — дух. Ведь это же здорово принимать поздравления, а подарки еще лучше!

Но совсем скоро я пожалела о сказанном. Ведь сейчас увидела того, кого бы мне никогда не хотелось видеть…

Сердце пропустило удар, когда около нас предстала та самая саламандра из Турнира. Сейчас она была наряжена в прекрасное огненное платье, а рыжие длинные волосы сплетены в высокую прическу.

Такая праздничная, улыбчивая, но она все равно заставила меня напрячься, и ожидать чего-то плохого, ведь Фран ее заложник…

Огоньки в глазах саламандры вспыхнули ярче, а на губах появилась коварная улыбка. Девушка присела в поклоне, а поднявшись заговорила:

— Поздравляю вас, вы исполнили то, что важно для всех нас. Что же, я, как наследница Огненного царства, дарю тебе, наследник Небесных вершин, очень ценный дар — свободу от моего желания.

В этот миг она почему-то посмотрела на меня. Я же, не веря в происходящие, просто не могла ничего сказать. Слово взял Фран:

— Благодарю, Файерплайм! Это самый ценный дар, который я мог получить. Надеюсь, это станет началом того, что между нашими народами возобновится мир и взаимопонимание, — он чуть склонился. — Ведь мы родились из одного эфира.

Саламандра кивнула, и по залу прошёлся шквал аплодисментов.

Когда огненная дева ушла я почувствовала облегчение. Как все необычно обернулось!

Остальное время прошло для меня смутно. Я почти ничего не запомнила. Слишком нервничала и только кивала, благодаря за дары. Лишь теплая рука Франа успокаивала и давала сил.

Потом был танец и праздничный вечер. Я же только сильнее нервничала, понимая, что совсем скоро, чуть-чуть и наступит ночь — время духов. Когда нас проведут в главные покои дворца и запоют молитвы Великому эфиру, прося о скорейшем наследнике с крепким здоровьем.

Фран чувствовал мое волнение и пытался успокоить, вот только страх все равно не хотел уходить. Поэтому, когда наступил час, мои руки столь сильно дрожали, что мне приходилось прятать их за спину. Поздравления, тосты, пожелания, я ничего этого не слышала, страшась предыдущей ночи.

В итоге, когда за нами захлопнулись двери и раздались тонкие голоса, от которых сердце замирало, Фран просто на всего подошел к кровати и разлёгся, не делая никаких попыток позвать меня или что-то предпринять.

— Великий эфир, как же я устал. Это самый долгий и сложный день.

У меня от сердца отлегло. Его знакомая усмешка и расслабленность, заставили меня самой расслабиться. Я присела рядом, подбирая подол юбок и откидываясь назад.

— И не говори.

— Ну что? — Фран вдруг ухмыльнулся, перевернулся на бок, подложив под голову руку. — Готова выполнить главную просьбу песен?

— Фран! — возмущенно воскликнула, чувствуя, как лицо заливает краска. Харкэ-ка! Ведь понимаю, что никуда не деться, а почему-то все равно страшно. А за дверьми и окнами слышатся мелодичные голоса, взывающие к эфиру.

— Ханна, — мое имя было сказано таким нежным голосом, что мне стало не по себе. — Когда же ты научишься мне доверять? Неужели думаешь, что я могу причинить тебе вред?

— Нет! — отчаянно воскликнула. — Я верю! Просто не знаю, что надо делать.

Выпалила на одном дыхание, ожидая смеха, но вместо этого ощутила поцелуй. Мягкий и совсем невесомый, он легонько коснулся губ и серьезно проговорил:

— Не думай об этом. Просто закрой глаза…

И я доверилась, чувствуя, как его губы вновь касаются моих. И кажется, ничего не страшно. Есть только я и он. И счастье, огромное невероятное счастье от возможности чувствовать любимого…

Эпилог

Спустя четыре года…

Яркое солнце весело играло в листве высоких деревьев. Лето в этом году пришло неожиданно и быстро. В какое-то мгновение дожди сменились засушливой жарой, и лишь прохлада леса приносила недолгое, но столь долгожданное умиротворение. Я сидела около Хрустального озера и наслаждалась ветерком в тени старого дуба. Я очень любила ходить сюда, покидая Небесный дворец. Иногда я встречала людей, которые и не догадывались, что перед ними дух, пока я не говорила об этом. Так удивительно, что теперь люди и духи жили вместе, помогая друг другу. Я даже подумываю отдать Фанни в людскую магическую школу, однако муж был против. Он желал, чтобы дочь получила образование дома, как и все наследники королевского рода. И как я не пыталась объяснить, что сейчас другое время и духи, и люди могут обучаться наравне, посещая общие школы — ничего не действовало. А мне так хочется, чтобы у малышки были возможности, которых не было у меня. Но как объяснить это Франу? Ругаться с ним мне не хотелось, но последнее время я только и делала, что ссорилась с ним. Из-за чего я вновь покинула дворец, в то время как сам Фран занялся проблемами народа ветра. Меня огорчало, что он очень сблизился с Юнеком и слушался его советов, в то время как мои идеи все чаще отклонялись.

— Мама! Мама! — крик доченьки тут же отвлек, заставляя вскочить на ноги и побежать навстречу.

Мое солнечное чудо бежало мне навстречу, не замечая ни кочек, ни камней, но умудряясь как-то не оступиться. Но все равно мое сердце дрожало каждый раз, когда я следила за этой еще такой неокрепшей непоседой.

Крепко прижала к себе, зарываясь лицом в пушистые белоснежные волосы, как у настоящих горных духов. Вот только в действительности это единственное, что выдавало в ней принадлежность к духам. Фанниг'хариэль имеет больше человеческого, чем мы с Франом вместе взятые. И почему-то все равно он настаивает на обучение в Небесном дворце…

— Что случилось? — я с беспокойством заглянула в личико малышки, оправив ее перепачканный подол юбки.

— Там, на озере, люди! Настоящие люди, мам. Такие, как я.

Я улыбнулась.

— Так это же здорово. Ты ведь давно хотела увидеть людей, — я подхватила дочку на руки. Меня тут же обняли маленькие ручки и уткнулись в шею.

— Я боюсь…

— Но ведь Эри ты не боишься? И дядю Эвина тоже.

— Да, но их я знаю, — серьезно проговорила Фанни, и я вновь не сдержала улыбки.

У озера действительно оказалось несколько человек с детьми. Как-то так произошло, что мы разговорились. Во мне снова не признали духа, пока я не сказала.

Удивительно, но со дня свадьбы я редко покидала Небесный дворец. Лишь когда малышка подросла, но далеко все равно не уходила. А мне все чаще хотелось побывать дома, среди родных гор, посетить людей, пройтись по мощеной дороге их городов, слушая камни…

Фран обещал, что мы поедем. Но когда это будет, неизвестно. Увы, но дела целого народа отнимали у него много сил и времени.

Как бы то ни было, но с того дня, как я познакомилась с людской семьей, мы стали часто с ними видится у озерка. Их мальчик сильно сдружился с Фанни, и дети весело бегали у воды, а я слушала невероятные истории его родителей о путешествиях.

Как-то уж повелось, что муж постоянно занят делами, а друзья… Эри вся в учебе, а Эвин проходит практику, Ран же устроился преподавателем в академии. А Ивида и Сорин и вовсе не помню, когда последний раз видела, кажется только на свадьбе. Да и не слышала ничего о них.

Признаться честно я скучала. В Небесном дворце, конечно, появились подруги среди духов ветра, но и они всегда чем-то были занята, а я все свое время проводила с малышкой и Франом. Несмотря на занятость, он всегда находил время, чтобы уделить дочке и мне. Сейчас же, видимо, из-за наших ссор стал отдаляться от меня. Когда он возвращался с очередного собрания старейшин, все его внимание уходило Фанни, а я словно была ненужной. Меня не замечали, искренне радуясь времени проведенной с малышкой. И я была счастлива, но… мне так хочется, чтобы он взглянул на меня, подошел и обнял, как раньше. Поцеловал, в конце концов! Когда мы последний раз целовались?!

— Это нормально, — успокоила меня Вилла, с которой я делилась своими мыслями и чувствами. Арик — ее муж, отошел к детям, помогая им создать из песка сказочный дворец, и мы могли спокойно поговорить. Правду говорят, что с незнакомыми легче делиться своими проблемами.

— Вы вместе уже три года, у вас подрастает замечательная малышка и вы оба стараетесь уделить время ей, забывая друг о друге. Я думаю, вам просто надо сесть и откровенно поговорить. Помню, когда Сариту только-только исполнилось три, — она с теплой улыбкой на сына, — Муж стал очень раздражительным, срывался по пустякам, а потом оказалось, что он всего лишь чувствовал себя обделённым, из-за того, что все мое внимание и время уходило Сариту.

А ведь это то, что я чувствую! Может ли Фран тоже испытывать эти ощущения? Может оттого и ссоры? Это глупое упрямство не отдавать Фанни в человеческую школу. Она ведь до сих пор так и не слышит камни. Я сама помню, как поздно раскрылся мой дар и как относились ко мне другие духи. Но зачем ее мучить? Вдруг она не сможет слышать камни или повелевать ветром, так как делаем это мы?

— А знаешь… — неожиданно проговорила молодая женщина. — Позови его куда-то! Попроси кого-то посидеть с малышкой и проведите целый день наедине.

Ага… еще бы выбрать этот день.

* * *

Вечером следующего дня я сидела перед зеркалом и все не решалась пойти к Франу. Столько времени потратила на приготовления, вырядилась, попросила Ээлианаль посидеть с дочкой, а сама никак не наберусь смелости, чтобы пойти…

Харкэ-ка! Отчего же так страшно? Глупости. Я его жена, не выгонит же он меня.

— Все! Хватит! — я еще раз посмотрела в свое отражение, откуда на меня смотрела решительный дух. — Будь что будет!

Встала. Сжала кулаки, после улыбнулась и направилась в зал совета, где уже третий час что-то решалось.

Лишь на миг замерла у дверей. Не глупи, Ханна!

Мгновение — двери распахнулись, и я предстала перед старейшинами. Все тут же повернули ко мне головы, но я смотрела только на него… муж сидел в традиционных одеяниях своего народа во главе стола. Я была удивлена, ведь собрание должно было закончиться. Немного смутилась, не решаясь сказать, что хотела.

— Ханна? — он в удивление приподнял брови. — Что-то случилось?

— Нет, прости, я думала, что уже все закончилось, — чувствуя огромную неловкость от того, что помешала совещанию.

Хотела уйти, но Фран остановил меня:

— Нет, мы уже закончили, — и обратился к старейшинам, — так ведь?

Мудрецы кивнули, поднимаясь со своих мест, а Франнивэль поторопился ко мне. Признаться, я была удивлена его реакцией. Не ожидала, что он все-таки уделит мне внимание.

— Что-то произошло? — его лицо выдавало взволнованность. Схватив за вмиг вспотевшие ладошки, Фран заглянул мне в глаза. — Ханна, не молчи!

— Ничего, — уклончиво отозвалась я.

Не говорить же ему о своих страхах? Теперь это казалось такой надуманной глупостью.

— Я же вижу, что-то случилось!

Смущенно осмотрелась, проверяя все ли ушли. И лишь когда мы остались наедине, решительно проговорила:

— Хорошо. Я думаю, что ты больше не любишь меня!

Глаза Франнивэля расширились от удивления, но, когда он заговорил, его голос не дрогнул:

— Люблю! Почему ты думаешь иначе?

— Ты не обращаешь на меня внимания, словно я не существую, — раз уж начала говорить правду, то нельзя останавливаться. Конечно, до того как войти сюда, все представляла себе немного иначе. Думала, что просто позову его спуститься к Хрустальному озеру, но…

— О, Ханна, — с теплой улыбкой проговорил муж, — пойми, я просто очень занят. С тех пор, как я занял место своего отца, у меня совсем нет свободного времени.

— Я знаю, — кивнула, понимая, что мои обвинения необоснованны, — но мне оно нужно. Твое внимание. Мне не хватает тебя… очень!

Как я не старалась, чтобы голос не дрожал, он все равно предательски выдавал мои эмоции.

— Если все еще любишь… то проведи это вечер со мной!

Фран не сдержал улыбки:

— Ох, Ханна, ты это ты!

— Так что? — я пытливо заглянула в его глаза.

— А где Фанниг'хариэль?

— Фанни с Ээлианаль.

— Ханна, — голос мужа приобрел стальные нотки, — я ведь просил, чтобы ты называла нашу дочь полным именем. Она должна привыкнуть к нему, и понимать, всю ответственность имени.

— Ты почему-то легко пользуешься сокращенными именами!

— Это не то же самое! — обозлился Фран. — Она еще маленькая. Фанниг'хариэль должна знать все о своем народе.

— Фран, — устало проговорила я, — как ты не понимаешь: Фанни не принадлежит к нашим народам! Она не слышит ни камень, ни ветер. Малышка должна узнать и другой мир, пока не стало поздно.

— Не неси чушь! Она — наследница, а не обычный ребенок. Мы не можем поступиться нашим традициям…

— Это прошлое! — тихо отозвалась я, чувствуя, как все вновь идет не так. Еще немного и мы снова поругаемся. Но я не хотела этого, а поэтому постаралась сгладить «углы», напоминая ему:

— Раньше, если бы мы с тобой поддерживались нашим традициям, то даже никогда не встретились! Да и отцы никогда не подписались на этот союз! Ведь духи не смешивают кровь…

— Ханна, — впервые за наш разговор голос мужа дрогнул. Он вдруг сильнее сжал мои руки, приподнял их и мягко поцеловал. Сердце тут же отозвалось, трепетно замерев. Как же я давно этого не чувствовала!

На какое-то мгновение мне даже стало казаться, что вот оно… то чего я так хотела, все стало налаживаться, но нас отвлекли друг от друга. В зал влетела запыханная Ээлианаль. Девушка была чем-то сильно взволнована, от чего ее беспокойство моментально передалось и нам.

— Что-то случилось? — одновременно спросили мы с мужем.

— Простите, — неуверенно замялась дух, — ваша дочь…

— Что с ней? — мое сердце дрогнуло. Я не стала дожидаться сбивчивых объяснений Ээлианаль, побежала туда, где оставила малышку.

И какое же мы ощутили с Франом облегчение, застав Фанни в саду Небесного дворца. Она была столь беззаботной, что даже не заметила нас. Я сразу расслабилась, но не решилась подойти к ней и Ээлианаль остановила, которая уже хотела было кинуться к ребенку.

Фанни стояла среди цветущих кустов маранилы, и делала плавные жесты руками. Это выглядело немного неуклюже в плохо сформированных ручках ребенка, но у нее получалось! Фанни заставляла парить опавшие лепестки цветков над землей.

Рядом замер Фран… Я, не в силах сдержать улыбки, взглянула на него и с теплотой проговорила:

— Видишь, наша дочка не такая, как все духи. В ней проснулась людская магия — она использует пассы!

— Простите, я не могла понять, что она делает, и подумала будет лучше сказать вам, — смущенно объяснила Ээлианаль свой небольшой переполох.

— Ты правильно сделала! — похвалил ее муж. — Спасибо тебе.

В это время Фанни увидела нас. Заулыбавшись, она радостно воскликнула и подбежала к нам:

— Папа, мама, я все-таки умею колдовать!

— Ты молодец, малышка, — ласково ответил Франнивэль, осторожно опускаясь на колени, чтобы подхватить дочку на руки. Она привычно обняла папу за шею своими маленькими ручками.

— Так что ты мне ответишь? — все также улыбаясь, напомнила наш незаконченный разговор.

— Да, — сдался Фран, поднимаясь на ноги с малышкой на руках. Он ничего мне больше не сказал, обратившись к дочке:

— Фанни, хочешь поехать в гости к людям?

И далее на лице малышки заиграла искренняя улыбка.

— Очень хочу!

Я улыбнулась, понимая, что это означает. Теперь я ясно ощутила, что наступило новое время…


Конец

Бонус

«День Солнышка»

— Нет, постой! — послышался голос Франа мне в след, но я и не думала останавливаться. Бежала по зелёным лужайкам с молодой травкой, залитой яркими лучами солнца.

Давно так уже не веселилась! У меня свело живот от смеха, я спотыкалась, но всё равно не собиралась сдаваться. Ведь очень не хотелось, чтобы выиграл муж.

Обернувшись на бегу, не удержалась и показала ему язык. Он был довольно далеко. Высокий и немного худощавый, как всегда в своем излюбленном свободном традиционном одеяние короля духов ветра. Подол красиво развивался на ветру, почти не касаясь травы, казалось муж не бежит, а скользит по воздуху. Его серебристые волосы ослепительно блестят в лучах солнца, но я все равно не думала отворачиваться, любуясь им… пока не вспомнила, что я ведь лидировала! Нельзя больше отдыхать. Минутка и хватит, а то ведь догонит. Перевела дыхание и с новыми силами побежала вперед…

Уже почти добежала до старинного векового дуба на холме, нашего финиша, предчувствуя свою скорую победу. Ведь я обогнала духа ветра! А он ой как не любит проигрывать. Как здесь не поиздеваться?

Но всё пошло не так. Потеряв бдительность, я споткнулась о кочку и постыдно упала в траву, покатившись с холма.

— Ханна! — испуганно закричал Фран, но его крик затерялся где-то далеко. Я попыталась хоть немного притормозить падения, чувствуя, как неприятно в кожу впиваются всякие веточки вперемешку с грязью.

Наконец, мои болтыхающие в разные стороны руки и ноги смогли приостановить постыдный спуск, и я замерла, оставшись лежать животом вниз. Оплевываясь от сочной травы и сырой земли, я не сразу заметила, что Фран настиг меня.

Он без всяких насмешек помог мне подняться, но стоило заглянуть в его серые глаза, как заметила хитрые смешинки.

Обиженно отпрянула от него, став отряхиваться от земли и всевозможных растений.

— Постой-ка, — Фран потянул ко мне руку, но я легонько стукнула по ней, чтобы он отстал. Муж хмыкнул и попытался снова, на этот раз мне не удалось его остановить. Король Небесных вершин что-то извлёк из моих спутанных волос и показал мне.

В его тонких пальцах был круглый сиреневый репьях. Не знаю, чего он от меня ожидал, но я продолжила дуться и просто выбила из его руки сорняк. После чего тряхнула волосами и гордо направилась в сторону замка.

Дойдя до края горного хребта, я замерла и недовольно поежилась, с грустью глядя на обрыв. Совершенно забыла, что без силы полета мужа, домой мне не добраться.

— Видишь, ты всё равно не можешь сбежать от меня, — усмехнулся муженек, хватая меня за талию и притягивая к себе. Наклонился ко мне близко-близко, что я ощутила его горячее дыхание, коснувшееся кожи:

— Полетели?

В ту же секунду мы сорвались с обрыва, подхваченные северным ветром.

— Знаешь, что я подумал?

— Что? — я уже давно перестала бояться полетов вместе с Франом, поэтому без всякого стеснения свободно общалась, расслабившись и наслаждаясь видом.

— Почему бы мне не взять несколько дней выходных? Мы бы могли наведаться к Фанниг'хариэль…

Неужели он это сказал? От нахлынувшей радости я так громко завизжала и сильнее обняла за шею мужа, что чуть не сбила наш полет.

Великий эфир, как же я давно не видела Фанни! С тех самых пор, как Фран осознал, что дочка играется с магией не так, как это делают духи. Тогда он и согласился отдать её в человеческую школу колдовства. Я была счастлива от этого, ведь с самого начала считала, что для нашей необыкновенной малышки это будет наилучший вариант. И в то же время, когда пришел день отвозить малышку, поняла, что не могу с ней распрощаться. Как можно не видеть дочку, не целовать на ночь, не обнимать и играть каждый день. Только по выходным и каникулам — это ведь так мало! Однако я понимала, что это для ее же блага.

Первое время очень переживала, как она там будет одна. Не находила места, чувствуя себя одиноко без малышки. Фанни в отличие от меня, казалось, совсем не волнуется и не расстраивается, быстро приняла воспитателей школы и сдружилась с другими ребятишками. Меня, конечно, радовало, что она так легко адаптировалась, вот только я сама не могла похвастаться тем же. Фран успокаивал меня, говорил, что ничего страшного нет, многие родители отдают своих детей в магические школы — обычная практика для людей. Но мне, выросшей около папы в Хрустальном дворце, было трудно это принять. И все же со временем я привыкла, ведь моя Фанни была счастлива…

Она часто слала мне письма. Это были наивные ещё несколько строчек, но я очень им радовалась и хранила у себя в тумбочке. Старалась приезжать к ней, как можно чаще, насколько это было возможно, ведь нас разделяли много миль, а даже на гиппогрифе лететь туда и обратно очень тяжело. Но сейчас мы направимся в школу вместе с Франом, совсем другим и более простым способом полета — благодаря его дару. И это вызывало во мне столько восторга, что я никак не могла унять дрожь от предвкушающей встречи. Еще немного и я увижу нашу малышку!

Будучи невероятно счастливой, я не удержалась и поцеловала мужа, как только мы приземлились около парадного входа в Небесный двор. Надо будет привести Фанни ее любимых сахарно-воздушных «облачков», которые частенько готовил ей наш повар…

* * *

Перед нами раскинулись остренькие крыши башен начальной школы магии. По сравнению с человеческой академией стихий, где я побывала — школа выглядела очень маленькой. Однако было в ней нечто такое уютное и сказочное, напоминавшее мой родной Хрустальный дворец. Балкончики, мостики, соединяющие проходы, небольшие колонны и арки — все это смотрелось мило и гармонично.

Мы с Франом прошли небольшие кованые ворота, оказывая на территории школы среди фруктового сада. Стояла ясная солнечная погода, яркие лучики терялись в молодой траве и цветущей яблоне. Легкий ветерок колыхал еще совсем молодые листики и веточки, а где-то рядом заливались волшебной трелью соловьи и синички.

На пороге нас встретила приятной наружности воспитательница и провела к общежитиям. По дороге немного рассказала, как обстоят дела. В основном расспрашивал Фран. Я не могла ни на чем сосредоточиться и совсем не слышала, о чем говорит молодая женщина. Все мои мысли были заняты дочкой. Мне хотела как можно быстрее обнять свою малышку!

И вот — двери в детские комнаты открылись…

Я прошла совсем немного по коридору, почти сразу замечая в первой комнате, видимо гостиной, мое маленькое чудо. Она посмотрела на нас своими большими серо-голубыми глазками, а в следующее мгновение мир для меня перевернулся…

С радостным криком: «Мама! Папа!», малышка кинулась к нам на руки. Она сделала это столь ловко и легко, что я только и смогла удивиться. Неужели в школе развили её способности духов? Может ли быть, что она теперь научилась пользоваться ветром? Впрочем, сейчас это волновало меня меньше всего. Ведь я могла обнимать свою малышку, вдыхать ее сладкий медовый аромат, чувствовать тепло ее ручек и целовать!

Фанниг'хариэль очень подросла за это время. Недавно ей исполнилось шесть. Она вытянулась в росте, а ее пушистые белоснежные волосы стали еще длиннее. Сейчас они были заплетены совсем по-людски — в две тугие косички, а на щечках проступили легкие веснушки.

— Мое ты солнышко! — я крепко-крепко обняла свою малышку.

— Мама-мама, посмотри, что мы делаем! — Фанни протянула мне что-то яркое. Она всё время держала это в руке, но заметила я только сейчас. Это оказалось ярко-малиновое куриное яйцо, которое дочка изрисовала белыми цветочками и листочками.

— Мы празднуем рождение Солнышка! Я вот крашу яички, — принялась объяснять мне дочка.

Я тепло улыбнулась, внимательно её слушая. Что же, она совсем стала похожей на человека. Вот уже даже собирается отмечать праздник, о котором мы — духи, никогда не слышали.

— Вы останетесь на торжество? — учтиво поинтересовалась Марин Эвельс, учительница класса дочери. — Детки готовят яркое представление.

— Да, мы сняли гостиницу в Ильбурге. Можно на это время, чтобы дочь пожила с нами? — серьезно спросил Фран, внимательно наблюдая за мной и Фанни. Я чувствовала его взгляд на спине, рассматривая поделки дочери.

— Конечно! Только подпишите документы, что ребенок с вами, — охотно ответила мисс Марин. — Я вас сейчас проведу к заучу по воспитательной работе. Она выдаст вам разрешения.

— Фанни, пойдем в город? — муж подошел к нам и присел около дочки на корточки.

Услышав его вопрос, малышка совершенно позабыла о своих поделках и радостно кинулась к папе.

— Я так за вами соскучилась! — дочка крепко обвила Франа за шею своими маленькими ручками и прижалась к нему.

Муж нежно улыбнулся и поднялся, удобнее беря дочь на руки. После чего направился вслед за Марин Эвельс. Я поспешила за ними, не в силах ни на минуту отвести глаз от своего сокровища! То поправляла ей волосы, расспрашивала о школе и игралась, немного нервируя при этом Франа, ведь своим поведением мешала ему передвигаться.

А вот мисс Марин делала вид, что ничего не замечает, шла ровненько, даже не оборачиваясь в нашу сторону. Видимо, ей привычна такая реакция родителей после долгой разлуки со своим чадом.

* * *

Честно говоря, я валилась с ног от усталости, но видя с каким восторгом дочурка бегает от одной витрине к другой, тянет нас в различные лавки и на представления, не могла признаться в этом. Ведь я была счастлива, как и она. Это самый чудесный день за последнее время! И какой бы я не была уставшей — мне не хотелось, чтобы он заканчивался. Муж и дочка рядом! Что может быть лучше? Сейчас мы выглядели, совсем как обычная семья. Гуляли в людском городе, который невероятно ярко нарядили к празднику. Здесь и сейчас Фран свободен от тягостей королевских дел. Я видела, как светятся счастьем его глаза и с какой радостью он наблюдает за Фанни, подхватывает ее на руки, кружит и обнимает. Идет с ней на качели и к витринам и… просто радуется. Ведь этот день он может провести с нашей малышкой и забыть на время о совете.

Я с теплой улыбкой наблюдала, как Фран вновь поднял нашу малышку, чтобы показать ей красоты Ильбурга. Из-за толпы дочке трудно было все разглядеть. Что таить, здесь действительно было на что посмотреть. Люди очень почитали этот праздник и относились к нему со всей серьезностью. Фран знал о нем больше, чем я — ведь провел среди людей намного дольше времени. Но даже сейчас, когда духи и люди, наконец объединились, многие еще не привыкли к обычаям и традициям друг друга. Но мне всегда очень нравились человеческие праздники.

Сегодня город пестрел яркими раскрашенными яйцами и очень вкусными пасочкам. Мне очень хотелось заполучить их рецепт. Эри обещала прислать мне его, но пока что письмо так и не получила. Я совершенно не обижалась, понимая, что сейчас у нее совсем нет ни на что времени. Ведь у них с Эвином подрастает малыш. Совсем еще маленький — всего лишь годик.

Я улыбнулась своим мыслям и посмотрела на мужа. Интересно, он обрадуется новости, которой хочу ему преподнести? Сама об этом узнала только вчера! Мне не терпелось рассказать, но в то же время хотелось чтобы все вышло необычно…

— Мама! Мама! — отвлекла меня от мыслей Фанни, неожиданно схватив за руку и потащив за собой к толпе людей.

Протиснувшись вперед мы оказались в широком кругу, где в середине ходил жрец раздавая что-то людям. Второй мужчина, тоже в рясе, держал солнечный огонь, как пояснила мне дочка. Он символизировал рождение света.

— Сегодня вечером весеннее первое полнолуние после равноденствия, — неожиданно прошептала мне на ухо Фанни, притянув к себе. — Завтра утром вы должны будете спрятать яйца, чтобы я их нашла! Это такой обычай!

Мы с Франом не сдержали улыбок, а малышка нахмурилась и серьезно проговорила:

— Если я не обнаружу «гнездо» солнечного кролика, то целый год меня будет преследовать неудача.

— Ох, Фанниг'хариэль, — недовольно покачал головой муж и взял дочь на руки. — Это только выдумки людей. Удача от них не зависит.

— Папа! — возмущенно воскликнула Фанни. — Обычаи людей такие же настоящие, как и наши!

— Да, солнышко, — поддержала я малышку, ласково ей улыбнувшись и чмокнув в носик. — Ты права, а папа у нас просто злыдня.

Я бросила хмурый взгляд в сторону Франа, но он только фыркнул.

— Злыдня! — повторила Фанни, и я рассмеялась, замечая в серых глазах мужа обиженные огоньки. Кажется, мне будут мстить.

* * *

Гуляли мы до позднего вечера, пока я все-таки не сдалась и не намекнула на усталость. На жжение солнечного костра и ночные гуляние мы уже не остались, отправившись обратно в гостиницу.

Завтра днем Фанни предстояло ее первое выступление в школе перед зрителями, поэтому она уснула рано. Дочка совсем не нервничала и была уверена в своих силах. Скорее я переживала больше, чем она. И вот сейчас стоя у ее кровати, смотрела, как лунный свет из окна затерялся в ее белых волосах. Как ее детское личико светится счастьем. Уверена, сейчас Фанни видит красочные яркие и хорошие сны.

Я наклонилась и легонько коснулась губами ее лба, погладила по волосам, чувствуя, как меня охватывает грусть. Ведь через несколько дней мы снова уедем, а малышка останется здесь, среди людей…

Меня обняли со спины крепкие руки, и я расслаблено облокотилась, продолжая смотреть на дочурку.

— Наша малышка так быстро растет, — тихо проговорил Фран, крепче меня обнимая, и обжигая горячим дыханием шею.

Молча кивнула. Время, в самом деле, летит очень быстро. Не успеем мы оглянуться, как Фанни уже пойдет в старшую школу, потом в академию… но нам под силу приостановить время.

Я улыбнулась, беря теплые ладони мужа в свои. Положила их себе на живот. Ничего не говорю. Молчу, зная, что он поймет все без слов.

— Ханна? — я уловила дрожь в его голосе. Он разворачивает меня к себе лицом, и я вижу то, что хотела больше всего. Серые глаза блестят от счастья.

— Ты…

— Да!

Слова были лишние. Ведь мы и так друг друга понимаем. Он не может удержаться. Целует. Горячо и одновременно нежно. Однако я вырываюсь, сжимаю его ладонь и веду за собой, в другую комнату, чтобы не нарушить сон Фанни.

Муж подхватывает меня на руки, смеется и кружит. Усаживает на кровать и вновь целует, шепча всего лишь одно слово: «Спасибо!»

— Нам еще надо спрятать яйца, — весело напомнила я, попытавшись игриво отстраниться. Но, кажется, он совершенно не услышал моих слов, продолжив начатое.


Этой ночью гостиничный номер поглотило маленькое семейное счастье…

«Белый день»

…За несколько дней до Зимнего бала…


— А ты уже решила, что будешь дарить Франу на день влюбленных? — с хитрой улыбочкой спросила Эри, ведя меня по проулку всяких безделушек.

— День влюбленных?

— Только не говори, что не знаешь?! — изумленно ахнула подружка. И на мой утвердительный кивок защебетала:

— О, это величайший праздник для всех влюбленных! Ежегодно перед Зимним балом открывается магическая почта, где ты получаешь романтическое послание или даже несколько! На площади в этот день всегда огромное столпотворение. Но я не понимаю, как ты не можешь знать о Великом Белом дне? Это ведь всемирный день влюбленных.

— Вот так, — я мягко улыбнулась ей, не желая врать. — Впервые слышу.

— И все-таки ты очень странная, Ханна. Но мне это нравится! Так что идем вместе подарки выбирать. Я подумываю Эвину подарить какое-то необычное растение. Он просто помешан на них! У него их в комнате столько…

Я тепло улыбнулась, искренне радуясь за друга. Со дня, как я призналась ему, что мне нравится Фран, общение между нами стало немного натянутым, хоть я и старалась вести себя как обычно. Но после того, как он позвал подружку на бал — я вновь ощутила всю ту легкость в общении, что и всегда.

— Что любит Фран? — неожиданно спросила Эри.

Я задумалась. Как оказалось ответа на этот вопрос у меня не было. Если подумать, то я совершенно его не знаю. Какие у него вкусы? Что он любит? Ой… меня осенило.

— Я знаю, что ему подарить!

— Что же?

— Лимонное пирожное на палочке!

— Неплохо, но мало.

— Лимонное пирожное на палочке… в виде сердечка? — неуверенно предположила, но наткнулась на осуждающий взгляд Эри.

— Своим подарком ты должна передать всю свою любовь. Хотя честно, до сих пор не могу понять, почему он нравится тебе. Фран столько гадостей сделал, а ты…

— А я взяла и полюбила! — искренне улыбнулась. — Сердцу не прикажешь. И ты просто не знаешь его с той стороны, что я. Но зато ты подсказала, что действительно могу ему подарить… такое, чтобы он понял о моих чувствах!

Но на этот раз я уже не сказала Эри, какая мне пришла идея. Уверена, что Франу оно очень подойдет…

* * *

Белый день оказался чем-то невероятным. Я еще никогда не видела такой суматохи. Девушки то и дело собирались стайками и щебетали между собой, показывая друг другу открыточки. Но что самое обидное я нигде не видела Франа и мне до сих пор ничего не пришло. Эри, получившая от Эвина послание, пыталась успокоить, что еще только день и Фран просто не успел написать. Правда, я видела, что подружка сама не верила в то, что говорила. Она не доверяла Франу и считала его легкомысленным вертихвостом.

Я все надеялась и до последнего не верила, что Эри может быть права. Но даже к вечеру, когда все собирались парочками идти в город, я ничего не получила, а Франа все также не было. Ни в столовой, ни в коридорах, ни в общем зале. И как назло урока с профессором Крэйфа сегодня не было.

Надо найти Ивида или Рана. Они уж точно знают, где маг воздуха пропал. Но Эри считала иначе.

Нарядная, уже уходя, она вдруг сказала:

— Зря ты не захотела с нами. Что толку тут сидеть? А вот к Франу я бы не шла, раз он так поступил. Скользкий тип! Не удивлюсь, если он вообще считает, что на этот день не стоит обращать внимание.

На душе стало еще поганее, но я смогла выдавить из себя улыбку и пожелать Эри хорошего вечера. Портить же им первое свидание, к которому столь сильно готовилась подружка, не хотелось. Чтобы она ни говорила, я знаю, что ей бы хотелось вдвоем с Эвином провести такой долгожданный для нее праздник.

Когда закрылась дверь, я устало опустилась на кровать, сжимая в руке агат. Он отлично соответствовал Франу и по цвету и по душевным качествам. Я так хотела подарить ему его…

Не мог Фран ничего не сказать мне сегодня. Не прийти. Эри не права! Может с ним что-то случилось?

Я решительно встала, намереваясь пойти в мужское крыло. Однако я и шагу не успела ступить, как по крыше что-то зашуршало. Замерла. Звук становился все громче, продвигаясь к окну. Обернулась и ахнула.

Фран?! Подбежала к окну и распахнула его. Прямо напротив меня в воздухе повис пепельноволосый.

— Что ты делаешь?!

— Удивляю, — он широко улыбнулся и протянул мне руку. — Пошли!

— Куда?

— Тебе понравится, обещаю. Неужели ты думаешь, я мог забыть о сегодняшнем дне?

С силой сжала камушек. Вот же! Однако скрыть радости не удалось. Внутри все словно запело от переполнявших меня эмоций, а губы озарила счастливая улыбка.

— Но где ты пропадал? — я нерешительно вылезла через окошко, протягивая руку Франу.

Он тут же сжал мои вмиг вспотевшие от страха ладошки и прижал к себе. Я и моргнуть не успела, как оказалась в его объятиях, парящей на высоте!

— Кое-что подготавливал! — воодушевленно объяснил пепельноволосый, неожиданно тихо шепнув:

— Не бойся, Ханна, открой глазки…

И я открыла, чувствуя как от волнения сперло дыхание. Невероятно! Прекрасно и одновременно страшно. Но очень волшебно! Мы с Франом находились у самой крыши академии без всякой опоры.

Все-таки воздушникам очень повезло. Я думаю, каждый когда-нибудь мечтал полетать. Мне даже неоднократно снились такие сны. Но мы, духи гор, сильно связаны с землей и камнем.

— Страшно? — и его любимая ехидная улыбка, а глаза азартно поблескивают в лунном свете.

— Совсем нет!

— Врешь.

— Фран!

— Ладно-ладно, сегодня не тот день, чтобы ругаться, — он покрепче перехватил меня за талию, прижимая к себе так близко, что я услышала своим сердцем его… быстрое и неуловимое, совсем как ветер.

Мы медленно опустились, направляясь в сторону реки, находящейся с северной части академии. Я не знала, что именно задумал Фран, да и не хотела знать. Вот так просто рядом с ним паря в небесах, я словно находилась в сказке. И если вначале немного жалела, что не пошла на праздник в город, сейчас поняла — что такой вечер не сравнить ни с чем.

А еще я все больше понимала, что люблю Франа. Да! То самое чувство, о котором так часто рассказывал папа. Я просто уверена, что это оно! Сердце отзывается каждый раз, как Фран рядом или только думаю о нем, а любое прикосновение вызывает странную, но приятную дрожь и внутренний трепет. И чем больше я здесь, в мире людей, тем сильнее не хочу уходить.

Но рано или поздно мне придется…. Нет! Ханна, не надо сейчас об этом думать.

— Знаешь, Ханна, — неожиданно заговорил пепельноволосый. — У меня ведь тоже есть секрет.

Он аккуратно приземлился на другой стороне реки, осторожно ставя меня на песок.

— «Тоже»? — я подозрительно нахмурилась.

— Да, это трудно не заметить. Когда человек что-то пытается усердно скрыть, эмоции всегда выдают его. Я не знаю, что это за тайна, и пусть… когда-нибудь может ты захочешь сказать, но в этот вечер мне хочется поделиться своей.

— «Своей»? — я опять переспросила, совсем не понимая, к чему он ведет.

— Ты мне нравишься! — совершенно серьезный тон, без капли усмешки. — На самом деле. Я ни к кому наверное еще такого не испытывал… но все это только слова. Их можно упустить. Дай руки!

Молча протянула ему ладошки. Он взял их, накрыл своими и с улыбкой проговорил:

— Смотри внимательно, но с закрытыми глазами….

— Как это?

Однако ответа я не услышала. Тепло вспыхнуло в руках и перед глазами всплыли красочные картины. Я оказалась на вершине горы, откуда открывался невероятный вид. Не знаю что это за магия, но от этой красоты у меня отняло речь. Казалось, перед тобой распростерся весь мир! Для меня, прожившей всю жизнь в горах, это казалось чем-то волшебным. Ведь духи гор очень редко выходят на поверхность. Иногда я завидовала людям, что у них такой многогранный и красивый мир.

— Сюда я всегда приходил подумать, — неожиданно проговорил Фран, оказываясь рядом со мной в этом невероятном месте. И где-то на затворках сознания прекрасно понимаю, что стоим мы на берегу реки, а все это лишь в нашей голове. Но место, которое он показывает… оно существует, я знаю это, чувствую.

— На территории академии я бы не смог сделать этого, — тихий шепот и моей руки касается теплая ладонь пепельноволосого, — но мне очень хотелось, чтобы ты увидела…

Теплый ветер легонько колыхает волосы. Здесь не зима. Лето… яркое солнце и прекрасная зелень вокруг.

— Это мое место, — с улыбкой проговорил Фран, — и теперь я хочу, чтобы оно стало твоим…

Затаила дыхание, рассматривая блестящие на солнце вершины гор. Где-то там живут небесные духи, за которого так сильно хочет выдать меня отец. Я горько улыбнулась, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. Нет, Ханна, прекрати! Не сейчас.

Харкэ-ка! Почему я не могу сама выбрать избранника? Как бы мне хотелось, что бы им был Фран…

Маг воздуха словно почувствовал мое состояние. Легонько развернул к себе лицом, изумленно глядя на мои слезы.

— Что случилось?

— Ничего, — я постаралась улыбнуться, — правда.

— Я же вижу, что это не так! — с нотками досады проговорил Фран и крепко обнял меня. — Но даже, если ты не хочешь говорить, не сдерживай эмоций.

— Спасибо тебе.

— Знаешь, когда-нибудь, я обязательно тебя сюда приведу… по-настоящему!

Улыбнулась, сквозь слезы, только сейчас поняв, что намочила его курточку. Интересно, а ему не жарко? Мне очень было душно в своем платье из плотной ткани.

— У меня тоже есть для подарок, — призналась, с неохотой отпуская его и раскрывая ладошку. Иризирующий агат волшебно поблескивал в солнечных лучах, переливаясь серо-дымчатым цветом. Его слоистая текстура и полосчатое распределение окраски сейчас выглядело еще красивее, нежели в моих родных землях. Здесь, на вершине горы оно казалось магическим сиянием!

— Он похож на тебя, — я аккуратно повесила агат ему на шею. Почти всю ночь я потратила, чтобы сделать к нему цепочку. — И внешне и характером: такой же твердый и сильный, добрый и заботливый.

— Ты точно меня описываешь? — Фран легонько улыбнулся, ласково взъерошив мои волосы.

— Да! И он будет тебя защищать. Агат — это магическое око, которое защищает от зла. Посмотри внимательно! Его рисунок напоминает глаз…

Маг воздуха взял камень двумя пальцами и с интересном заглянул, а после искренне улыбнулся.

— И, правда, как глаз… — пепельноволосый медленно отвел взгляд от камня и посмотрел на меня. Долго, пристально. Я видела, как переливается его серая радужка глаз, прямо как в агате.

— Даже как-то страшно становится, — наконец, изрек он и получил от меня легонько ладошкой по плечу. Фран усмехнулся, захватывая меня в свои объятия.

Кажется, время замерло. Его лицо оказалось близко-близко, а в следующее мгновение был поцелуй… от которого дрожат коленки и подгибаются ноги, от которого внутри что-то трепещет и не хочется прекращать, от которого ты забываешь обо всем и не видишь ничего, от которого мир взрывается миллиардами всполохов и искр, от которого ты понимаешь, что это он — тот кому ты отдала сердце, тот кого принимает тело и душа, тот с кем ты хочешь быть всегда.

Это был мой первый и лучший Белый день! И как же мне не хотелось, чтобы он заканчивался…


Оглавление

  • 1 глава Возвращение
  • 2 глава Да начнется Турнир!
  • 3 глава Первый камень
  • 4 глава Каменный лес
  • 5 глава Жаркая пустыня
  • 6 глава По раскаленным углям
  • 7 глава Тайный путь
  • 8 глава Дух ветра
  • 9 глава Великое желание
  • 10 глава Небесный дворец
  • Эпилог
  • Бонус