Кама-сутра Небесная от Яросвета (СИ) (fb2)

Возрастное ограничение: 18+


Использовать online-читалку "Книгочей 0.2" (Не работает в Internet Explorer)


Настройки текста:


Введение.

Что это?.. Попытка извращения реальности или?.. Или первые искорки чего-то нового, не осязаемого, прекрасного или ужасного. Давайте не будем судить Елисея, не будем судить прекрасных ладушек за то, что они нарушили основные законы этики, морали, нравственности, а посмотрим, как они любили, как они радовались, как прозревали, плакали, стыдились, но!.. давайте отнесёмся к каждой отдельно, а не будем лапать волосатыми и потными руками. Все события происходили в реальности, имена изменены и события чуть спрессованы во времени… а может и не чуть, кому как.      

         Кама сутра Небесная от Яросвета.

1.

Елисей стоял на крыльце клуба и курил. Необычно чувствовал себя. Совсем недавно он вернулся в родную деревню после очередного похода по просторам родины. Состояние было необычное, вроде бы домой приехал, где известно абсолютно всё и не только в деревне, но и во всей округе и, тем не менее, всякий раз попадал в какую-то тишину. Жизнь казалась стоячим благополучием вечного штиля. Конечно, иногда волны жизни поднимали маленькую рябь, но она быстро гасилась равнодушием, непосредственностью, нежеланием думать или что-то менять.

Иногда находились энтузиасты и вроде начинали как-то благоустраивать, разнообразить жизнь, но всё гасло в рутине непреложности и какого-то очарования. Всё текло своим привычным руслом. Надо было создать шторм, чтобы сдвинуть сознание людей, но на это мало кто был способен.

Недалеко от клуба стоял дом, построенный совсем недавно. Строили его, как гостиницу для приезжающих, случалась иногда оказия такая, но она, по-видимому, так популярности и не набрала. Кто сейчас живёт в этом доме?.. И увидел!.. на крыльцо вышла молодая женщина с небольшим тазом в руках. Во дворе были натянуты верёвки, что было принято в деревне, она стала развешивать постельное бельё. Видимо, недавно постирала.

- Привет!.. чё смотришь?.. с гонором баба, так что-о… - сказал, вышедший из клуба дружок детства.

- С гонором, говоришь?..

- Да.

- Необъезженная лошадка, значит!.. – он узнал её, но помнил, как жену своего учителя по иностранному языку, тогда ей было двадцать два, а ему всего семнадцать. – А муж то у неё где?..

- Да вроде уехал, давно уже разведена… вот и приехала, видать, сюда.

Володя, так звали друга детства, ещё что-то говорил, но Елисей его уже не слышал, он уверенно шёл к этой самой необъезженной лошадке. Она его не видела или делала вид, что не замечает. Подошёл, поздоровался, поздоровалась и женщина, оценивающе посмотрела.

- А я вас знаю.

- А я тебя не знаю – ответила она.

- Кто мешает познакомиться?

Женщина посмотрела более пристально:

- Ты зачем пришёл?.. помощи не предлагаешь, цветы не даришь… вроде так принято знакомиться.

Елисей наклонился, сорвал цветок, каковых было много вокруг, и протянул:

- А помощь?.. так вроде не нуждаешься пока.

Взяла цветок…

- И?..

- Ничего, пошёл я.

Женщина опешила, ничего не понимая.

- Зачем приходил то?..

Обернулся Елисей:

- Подарить цветок.

- И всё?..

- И всё!.. а мало?.. зовут вспомнил как…

Женщина, которую звали Люда, растерялась полностью…

- Мало-о…

- В гости приглашаешь что ли?

- Приглашаю – машинально ответила она.

- Ладно, - вернулся, забрал у неё таз из рук и отступил немного, пропуская Людмилу вперёд. Она пошла в состоянии шока, но вдруг засуетилась…

- У меня девичник.

- А что это?

- Это когда девчонки собираются, чтобы поплакаться друг другу, пооткровенничать…

- О чём?.. – продолжал Елисей допрашивать.

- Так, обо всём… о женском.

- Доля моя бабья, долюшка моя!.. ладно, и я поплачусь о долюшке своей, о долюшке бродяги.

Заходили уже в дом. Люда, как только зашла, отступила в сторону, пропуская Елисея. Он входил уверенно… Квартиры в деревне обычно строились особым образом. Прихожей, как таковой, не было, а сразу стояла печь, которая топилась дровами, и тут же стоял стол. Одним словом, входная комната заменяла и кухню и прихожую.

Вот тут-то Елисей остановился и не просто так, а растерялся… у стола колдовали четыре женщины. Он их знал, конечно…

- Лук принесла?.. – спросила, не оборачиваясь, одна из женщин, звали Галка.

- Нет, забыла-а…

Галка обернулась, увидела Елисея, тоже сначала растерялась, но быстро опомнилась, весело расхохоталась:

- Вот и посылай за луком!.. Елисей?.. а тебя-то она где сорвала?

Елисей не растерялся:

- Не сорвала, сам пришёл, как в анекдоте про Анку с Петькой…

- Так проходи, расскажешь, раз пришёл.

Елисей прошёл, сел… Пять молодых смазливых женщин уставились на него, как на диво.

- Чё, анекдот рассказать?.. – краснея, Елисей спросил.

- Рассказывай, чтобы нам не гадать, как ты появился и зачем пришёл.

- Петька идёт мимо бани, видит, Анка рукой ему машет в окно, зовёт. Заходит в предбанник, раздевается и заходит в баню!.. – замолчал.

- И что?.. – не вытерпела паузы Галина.

- А там комсомольское собрание…

Наступила тишина сначала, потом кто-то засмеялся, и расхохотались все.

- Он чё, совсем разделся?.. – кто-то спросил, смеясь.

- Так баня же!.. думал, мыться зовёт, - ответил Елисей, уже осваиваясь и уже смелее, - а лук то вам зачем?..

- Как зачем?.. салат заправить – ответила ему Галина.

- Гостей ждёте?

- Нет.

- Тогда салат зачем?

Опять все уставились на Елисея.

- Салат – это закуска, а вина не вижу – пояснил всем Елисей, - да и плакаться тяжело на сытый желудок.

- Вино-о?.. – переспросила Галка, в упор глядя на Елисея…

- Да нет, я ничего, просто к слову…

- Есть и вино!.. Люд, где?..

Люда показала на холодильник.

- Ладно, вы тут готовьте, а я схожу за луком, - и вышла.

- И я пойду – сказал тихо Елисей, - не буду портить вам девичник.

- Да вроде не испортил – остановила Елисея Лида, ты же ещё не успел раздеться…

- Это только потому, что вы в предбаннике все собрались – улыбнулся Елисей.

- Девчонки, вы чего?.. приглашайте Елисея, - подошла к нему, - а ты проходи, не стесняйся, раз пришёл. Или испугался?

- Да нет, не испугался.

- Тогда садись!.. – Галка почти силой усадила Елисея.

Елисей сел.

- И что делать?.. предупреждаю сразу, мужчины нежные создания – посмотрел на всех, - это я о себе и ужасно стеснительный.

- Да уж, стеснительный!.. по тебе видно, - сказала Вера, - девчонки, пусть идёт, чё ему с нами делать?..

- Как это, идёт?.. – в комнату вошла Людмила с луком, - ты от мужика хочешь отдохнуть, а я одна и Лидка одна… Он ведь ко мне в гости пришёл, - на Елисея посмотрела, - сиди Елисей, - подошла к столу, лук положила, ему налила водки, - вот, выпей маленько, легче станет.

- Чё это я один то буду пить?.. наливай всем тогда.

Люда налила.

- Кто хочет!.. – и выпила сама.

Все выпили и занялись каждая своим делом, только Вера огрызнулась Люде:

- Ты давно ли бегала от мужика, ко мне вон приезжала-а…

- Давно, больше двух лет уже… да и мужики всякие бывают…

Елисей не слушал, думал, заняться чем. В такую ситуацию он ещё не попадал.

- Может, и мне найдёте дело?.. – спросил у Люды.

- Сиди, я сейчас переоденусь и будем праздновать, придумай, что за праздник… Галь, пошли, поможешь?..

- Чё тебе помогать, сама оденешься… поболтать хочешь, так потом.

- Я за неё – вызвался вдруг Елисей.

Все опять на него уставились.

- А чё, я умею.

- Что умеешь?.. – не поняла Людмила.

- Одевать!.. раздевать…

Все засмеялись.

- Ну, пошли – вдруг согласилась Люда. И они ушли. Зайдя в комнату, Люда повернулась:

- Раздевай, если умеешь, - приблизилась к нему вплотную.

Она была в халате. Елисей медленно стал расстёгивать халат, глядя на неё в упор. Расстегнул, бесцеремонно повернул, мгновенно снял, видно было, что действительно, делает не первый раз. Люда была в ночной рубашке.

- Рубашку будешь снимать?

- Нет, не обязательно, но если хочешь!..

- Потом. Где платье?

- Вон – показала головой. Платье висело на стенке у изголовья. Он взял, к ней подошёл, через голову одел, расправил, не забыл поправить на груди.

- А ты наглый, хоть и молодой.

- Потому и наглый. Точнее, не наглый, нежный.

- Вижу, что нежный. Одни глаза чего стоят…

- Глаза?.. – много раз Елисею говорили про глаза, но он не понимал, почему ему всегда указывают на глаза. Подошёл к зеркалу, посмотрел,

- Глаза, как глаза… не понимаю.

- Блудливые глаза.

- Любвеобильные – поправил Елисей.

- Ладно, пусть будет так, мне нравятся.

- Люда, мне может уйти, а то вклинился, весь девичник вам испортил?.. Вера недовольна… я вижу.

- Как хочешь – подошла опять вплотную, - приходи часика через три.

- Как получится – ответил Елисей.

- Я буду ждать, завтра выходной.

Улыбнулся Елисей и вышел, подошёл к входной двери. Лида окликнула его:

- Елисей!..

Остановился Елисей.

- Всем пока!.. решил не портить ваш девичник. Пойду я.

- Как это, пойду?.. – возмутилась Лида, подошла и преградила Елисею путь, - чё, Людка выгнала?.. – стала туфли одевать, - тогда и я пойду.

Люда появилась:

- Никто его не выгонял. Просто подумали, что он с нами будет делать здесь?..

Лида повернулась к Елисею:

- Оставайся?..

- Ладно – чуть подумав, согласился Елисей.

Вера что-то сказать хотела, но Лида так на неё посмотрела, что та осеклась, спрятала глаза. Сели все за стол, и всё равно, было как-то неуютно, чего-то не хватало или кто-то лишний был.

- Кто бы нам налил?.. сказала Надя, до этого не проронившая ни слова.

Елисей встал и быстренько всем налил, выпили, но разговор не ладился. Женщины были настроены на женские разговоры, но Елисей все планы их разрушил, потому и ждали от него чего-нибудь. Вера сидела и гладила зачем-то руку, хотела видимо пожалобиться, но Елисей мешал.

- Чё у тебя?.. – спросила Люда.

- Да обожгла, никак не заживает.

Елисей закусывал салатом, думал, что вот много надо человеку, расскажет и легче будет. Не понимает, что ожёг тут не причём, что-то более глубокое терзает душу. Он хорошо разбирался в людях.

- Хороший салат, надо ещё выпить, чтобы веселее было!.. – налил всем, предложил и выпил. Все последовали его примеру. – А на счёт ожога, когда не заживает…

- Что?.. – заинтересовалась Вера.

- У нас у бабушки так же было, долго не заживало.

Все молча уставились на Елисея, было интересно, ведь и каждый человек может получить ожёг.

- И что?.. не тяни, Елисей, - не выдержала Галка.

Осмотрел всех скорбным взглядом:

- Померла!.. не протянула и недели.

Опять установилась тишина, все даже кушать перестали, все, кроме Елисея.

- Вот, успокоил, - расхохоталась Галка, - Елисей!.. ты всех так успокаиваешь?.. то баня, то померла…

Вера смотрела то на руку, то на Елисея, её тоже от смеха распирало, всех распирало, один Елисей оставался невозмутимым и серьёзным.

- Дурак!.. – расхохоталась Вера, а следом и все расхохотались, - сколько лет то было ей?

- Восемьдесят два.

- Так может от старости померла то?

- Может и от старости. Кто знает?.. – серьёзно ответил Елисей.

- Понятно, что не от ожога!.. он Веру разыграл.

- Есть метод всё равно. Как-то раз у одной моей знакомой такая же оказия случилась – продолжал Елисей серьёзно.

- Нет уж, Елисей, больше ничего не говори, а то-о…

- Чё это, не говори. Нормально, знакомая молодая совсем, моего возраста… языком ранку облизал и на другой день всё прошло.

- И чего?.. свои услуги предлагаешь?.. или самой облизывать?..

- Мужа заставь.

- Его заставишь, как же…

- Тогда давай, только выпью ещё немного, - всем налил и выпил, выпили и все, стало совсем свободно, - иди сюда.

Вера подошла, показала руку. Встал и Елисей, посмотрел в глаза:

- Сильно болит?

- Нет, но-о…

Елисей взял её за голову, нежно чмокнул в губы.

- А сейчас?..

Вера сначала чуть дёрнулась, но остановилась…

- Почти не больно…

Он поцеловал её более серьёзно.

- Сейчас?

- Сейчас сердце заболело…

- Вот и нашли причину боли, значит, правильно лечу, - руку положил на сердце, почувствовал его биенье…

- Болит?..

Она просто смотрела и молчала. Женщины молчали тоже, наблюдая…

- А ранку то когда будешь лизать?.. – спросила Надя.

Елисей посмотрел на неё с каким-то удивлением:

- А ранка то при чём?.. она же сказала, что сердце болит. Надо причину убирать, а не следствие, тогда и ранка быстро заживёт.

- Так ты всех так лечишь что ли?..

- Нет, не всех, только тех, у кого болит.

- Чё болит?..

- Душа – ответил Елисей, - вот вы зачем здесь собрались?.. Чтобы излить душу, а всякие там ожоги, ранки – это причина только. Но как можно излить душу, если вы стесняетесь даже друг друга?.. вот и ищите причину. Что хотите?.. Жалости, добра и понимания!.. Прежде всего, вы желаете освобождения от боли сердца…

- Ты это где узнал?.. – спросила Надя, - в своих скитаниях?..

- Я не знаю – ответил Елисей, - это очевидно.

- Что очевидно?..

- Хоть иногда делать то, что хочешь, а не то, как обязывает жизнь.

- А если я, например, хочу раздеться перед тобой, или хочу, чтобы ты меня раздел?..

- Чё сразу раздел то?.. – растерялся Елисей.

- Вот хочу и всё, - видно было, что она провоцировала Елисея.

- Мужа попроси.

- Вот!.. а я о чём?.. если бы он мог освободить, не пришла бы к Людке.

Все молчали, ждали, что ответит Елисей. Он же растерялся, не знал, что ответить. Вера так и стояла неподвижно перед ним, будто в какой-то неге.

- Вера!.. очнись!.. – Галка окликнула её.

Встрепенулась Вера, на Елисея посмотрела:

- Поцелуй ещё!.. – попросила тихо, тихо. В глазах стояли слёзы.

- Ну, вот и слёзы, Вера… ты поплакать хочешь?.. так поплачь!.. – привлёк её к себе, прижал к груди и Вера разревелась.

Опять наступила тишина, будто все задались задачей послушать, как плачет Вера. Надя не вытерпела, её так же что-то переполняло, какая-то внутренняя боль.

- Вера, перестань, а то и я разревусь…

«Этого мне ещё не хватало» - подумал Елисей.

- А ты, Надя, раздевайся лучше, раз хотела, а то видишь, мне некогда – остановил её слёзы Елисей.

Надя, готовая вот-вот заплакать, опешила:

- Чё, прямо здесь?..

- А где?.. нет, можешь, конечно, и на улицу выйти.

- Как это, на улицу?.. – не поняла Надежда.

- Здесь хочешь?.. – встряла Галка, - так раздевайся, а мы посмотрим, сама же говорила, я подтверждаю.

- Да, да и я подтверждаю – поддержала Лида.

Надя растерялась, покраснела до корней волос, дёрнулась сначала, но обратно села и обмякла вся, виновато на всех смотрела, тихо прошептала:

- Я не могу-у…

- Тогда не раздевайся – согласился Елисей, - оставайся со своей болью.

Он всё ещё гладил Веру нежно, она успокаивалась, расслабилась, обмякла вся. Вдруг встрепенулась, чуть отстранилась, на Елисея посмотрела удивлённо. От себя не ожидала такой слабости в чужих объятиях. Елисей достал платочек (откуда взялся), вытер слёзы, улыбнулся мило:

- Ну, вот и всё-о!.. а теперь давайте выпьем или!.. – Елисей замолк.

- Что или, Елисей?.. – не выдержала Люда, - вот что за привычка напряженье создавать?..

- Совсем напьёмся, песни попоём, - посмотрел на всех, - а чё, гулять, так гулять!.. или мне всё-таки уйти?.. я не в обиде… чувствую себя виновным, что испортил праздник вам.

- Нет, Елисей, не уходи, а то, как всегда, умоемся слезами и… хуже ещё. Лучше расскажи о своих скитаниях!.. ну о таких, когда ты ранки лижешь, например, – тихо сказала Вера.

- Практически или теоретически?..

- Теоретически, всех не оближешь, а у нас у всех свои ранки имеются.

- Кто знает, может и оближу-у. Вот зачем вы собрались?..

- Поболтать – ответила Людмила.

- А может одиночество сближает?

- Чё это, одиночество?.. вон, девчонки замужем, и мужья под боком.

- Бревно тоже можно иметь под боком, но… - Елисей замолчал.

- А ты не бревно?.. – спросила Надя, которая сидела всё ещё какая-то отрешённая.

- А ты проверь.

- Как?..

- Иди сюда.

Надежда подошла.

- Ты же хотела, чтобы я тебя раздел!.. или передумала?..

- Нет!.. но пошутила я.

- А теперь скажи, кого ты стесняешься?.. меня или своих подружек?..

Надя задумалась.

- Я не знаю-у… - произнесла, чуть не плача.

- Вы собираетесь потому, что знаете, что всё, что здесь произойдёт, что будет сказано, не выйдет никуда, поэтому и я здесь лишний, не потому что мужчина, а потому что вы не уверены…

- Да, наверное.

- Тогда не шевелись, просто наблюдай за состоянием своих чувств, но не позволяй им в эмоции переходить, чтобы я не делал.

Надежда напряглась, будто её насиловать собираются… Елисей к Вере подошёл, поднял её, привлёк к себе:

- Можно тебя поцеловать?..

Вера расслабилась, глаза закрыла, Елисей нежно взял, поцеловал.

- Ещё, Елисей!.. – тихо прошептала.

Елисей поцеловал глаза, нос, губы… подошёл опять к Надежде:

- Вот видишь, Вера не стесняется уже, она прошла через бунт эмоций.

Наклонился, взял за подол и начал снимать платье. Оголялись ноги, показались плавки, живот… Надя была без рубашки. Выше появились груди, они были обнажены и вот, наконец, платье в руках у Елисея. Он посмотрел ей прямо в глаза, в них страх перемешался с восхищеньем, эмоции кипели, но было уже поздно. Бросил платье на табуретку, взял её за плечи…

- Ты прекрасна, Надя!.. удивительная и таинственная, загадочная и очаровательная!.. позволь поцеловать тебя?..

- Да-а!.. – в глазах искры стали загораться.

Елисей поцеловал, приблизился настолько, что груди задели тело… по телу Нади дрожь прошла, две слезинки появились на глазах, Елисей их языком слизал…

- Всю боль с этими слезинками я убираю. - Положил руку на левую грудь, - и сердце успокою, - чмокнул сосок правой груди, немного отошёл, всех осмотрел – может, выпьем помаленьку?..

Женщины сидели, как заворожённые, казалось, даже не дышали. Елисей подошёл к столу, разлил на всех всё, что оставалось, взял два стакана, к Наде подошёл, дал в руку:

- Выпей, Надя, тут немного… Девчонки, за вас!.. – и выпил.

Надя тоже выпила с помощью Елисея. Она всё ещё была напряжена, как струна, что и вокруг создавала атмосферу напряженья. Вдруг расслабилась, на стул опустилась не имея сил стоять, что Елисей предусмотрительно подставил и удивлённо осмотрелась. Будто только что обнаружила, что сидит почти нагая, но сил не было совсем, даже рукой прикрыться не могла, просто спросила:

- А платье где?

- А ты не одевай, Надюшка, так гораздо лучше – ответил Елисей, - девчонки подтвердите.

Все, без исключенья, замотали головами.

- А вдруг кто-нибудь придёт?..

Елисей понял, что его признали все, воспринимают, верят, любят «кто-то придёт» не относится к нему. Он на Людмилу посмотрел, как на хозяйку дома:

- Я не знаю – ответила она на его немой вопрос, - ты ведь тоже без приглашения пришёл…

- Тогда придётся одеваться – улыбнулся Елисей, - я сейчас!.. хотя, посиди немного, обвыкни, а мы-ы… я!.. посмотрю на красоту природы в обнажённом виде.

- А продолжения не будет?.. – спросила Галка.

- Какое?

- Ну-у, ведь раздевают женщин обычно-о… для чего-то.

- Контакт интимный?

- Наверное – смутилась Галка.

- Да, да, Елисей!.. – поддержала Лида.

- Нет, девочки, я не готова ещё к такому повороту, - стала сопротивляться Надя.

- Не готова?.. раздеваться тоже была не готова, а ничего…

- Мы ещё не настолько пьяны, чтобы устраивать шабаш, девчонки, да и раздевал, честно говоря, не для этого, а чтобы душа от всех проблем освободилась. Я ведь не платье снимал, а душу раздевал. Сейчас платье одену, а душа её передо мной будет обнажённой всё равно.

- Точно, я поняла!.. это он с меня платье снимал, когда переодевались, а с неё что-то другое - заметила Людмила, - с тебя не слезу, пока с меня…

- Шкурку не сдеру… - засмеялся Елисей.

- А ты коварный, Елисей!.. за каких-то полчаса всех очаровал – на Веру посмотрела, которая всё ещё в какой-то неге пребывала, - Надю раздел, меня переодел, а Лида с Галкой на эшафот с тобой готовы.

- Чё, Галка?.. – возмутилась Галя, - требую продолжения банкета!.. Люд, есть ещё?..

- Нет.

- У меня есть – встряла Лида, - дома, я схожу… или пойдёмте ко мне?

- Нет, пусть у тебя будет, я схожу, у меня тоже есть – возразила Галя, на Елисея посмотрела, - пойдём, сходим, Елисей…

- Как это?.. – не понял Елисей, - а Володя что скажет?

Володя был мужем Галки.

- Он на работе, ушёл недавно на смену.

- И что?.. сегодня же узнает, не в городе живём.

- А ты и испугался?.. У нас убираешь всю шелуху, себя не видишь!.. оброс, как птичка, только певчая. Пошли-и!.. придём, я за тебя возьмусь… кожу сдеру вместе с рубашкой.

Елисей что-то возразить хотел, но!..

- Я с вами!.. – вызвалась вдруг Лида, посмотрела уверенно на всех… - а чё?.. нормально-о!.. может сразу и ко мне зайдём.

Вера с Надей сидели и молчали, будто всё ещё в очаровании купались.

- Так идите что ли – поторопила Люда, - а то кудахчут… идти-то на всё про всё сто метров.

Елисей подошёл к Наде, чмокнул в губы:

- Ты посиди пока, приду, одену, - на Веру с Людой посмотрел, - а вас раздену, - засмеялся весело, по-детски.

- Всё, Елисей, пошли – поторопила Галя.

 -----------------

 - Девчонки, вы чего такие?.. что он с вами сделал?.. – допытывалась Люда у подруг.

- Ничего. Просто вывернул и всё… - ответила Надежда.

- Да!.. такое ощущение, что он насквозь видит, будто сердце на своих ладонях держит – поддержала Вера.

- Придёт, спрошу, как он это делает.

- А ты не спрашивай, лучше попроси, он и тебя вывернет. Как сказать?.. Он нежный, ласковый и какой-то чистый, как дитя, сопротивляться невозможно… вроде и наглеет, но как-то по-детски что ли.

- Да, да и более того, хочется ещё прикосновений, поцелуев!.. не целует, как обычно, а-а!.. другого не желаю… не заваливает, а, действительно, ласкает.

А ты чего, так и будешь раздетая сидеть и ждать его?.. – спросила Люда у Надежды.

- Буду. Раздел, пусть одевает.

- Мы все сошли с ума сегодня или сходим… вот кто его звал?.. припёрся, всё перевернул, разрушил… - подвела итог Людмила, - хотя-а, сама и позвала, он вроде и не навязывался, - вспоминая, как он подошёл… - хитры-ый!

- Пусть разрушил – заступилась Вера и Надежде, - а ты всё-таки платье набрось, а то припрётся кто-нибудь.

- Ладно – встала и одела платье, почему-то покраснела.

- Вот!.. опять не понимаю ничего, ты покраснела то чего?..

- Так оделась!.. стыдно стало почему-то… придёт, а я одета…

Посмотрели друг на друга и расхохотались.

- Чё делать будем, когда придёт?.. надо найти метод, что делать, когда Елисей наглеет?.. – спросила Люда, - не выгонять же.

- Он не наглеет.

- Вот именно!..

- А чё делает, когда раздевает и целует?..

- Не знаю, но если что-то сказать, он же перестанет раздевать и целовать… касаться перестанет…

- Вот и хорошо – обрадовалась Люда.

- Плохо. Страшно даже думать о таком, когда он рядом и касается руками.


2.

Галка жила недалеко, перейти через дорогу и чуть вправо. Людмила правильно сказала, что на всё про всё-то метров сто. Когда выходили, видели, что возле клуба мужики толпятся, покурить выходят Внимания не обратили, курят и пусть.

Елисей спросил Галину:

- А нам пить-то обязательно?

- Сам же сказал, что гулять, так гулять…

- А!.. тогда ладно.

- А ты не хочешь?.. – спросила Лида.

- Да мне всё равно, только вот себя боюсь.

- Чего боишься то?

- Грубею пьяный, да и мозги работают иначе.

- Тогда можешь ведь не пить.

- На вас смотреть?..

- Не только смотреть. Ты всегда находишь, чем заняться.

- Чем?.. – не понял Елисей.

- Раздевать!.. одевать… лечить!.. – смутилась Лида вдруг, - всё, проехали, я так, поддерживаю просто разговор. Чё-то трясёт меня, будто случилось что-то или случится. Зря мы пошли, надо было Галке одной идти…

- Ты открыла душу, но не полностью, вот и трясет, а одевать, раздевать?.. как-то не думал, что это занятие такое.

- А что?.. – спросила Галка… - вот наглец, между делом раздевает и целует, так, к разговору-у…

- Чё это, между делом?.. когда попросят, мне не трудно.

- Вдвойне наглец, ещё и обвиняет нас… - подходили к дому, Галка открыла дверь, зашла, Лида с Елисеем следом.

- Проходите, я сейчас и направилась на кухню.

- Чё проходить-то, бери и пойдём.

- Проходите – настаивала Галя.

Елисей с Лидой прошли в комнату.

- А дети то где?.. – спросила Лида.

- Где-то бегают, у отца, наверное. Придут, чё надо будет, знают, что я у Людки, - ответила Галка с кухни.

Елисей с Лидой сели на диван. Она, действительно, дрожала вся. Он взял её за руки:

- Ты чего?.. и правда вся дрожишь.

- Не знаю… страх какой-то.

- Меня испугалась?..

- Нет. Тебя бояться невозможно, ты, как дитя, чистый, открытый, нежный, чувствуется на расстоянии. Предчувствие какое-то, - посмотрела на Елисея умоляюще, - обними меня?.. согрей!..

Елисей обнял, но не за плечи, а за талию, прижался плотно, смотрел в глаза, в них, действительно, увидел страх. Он понимал, что это и есть то самое освобождение, все внутренние чувства выходят на поверхность, у Нади с Верой сразу выгорело всё, а у Лиды тлеет.

- Ну чего ты, Лида?.. успокойся, всё прекрасно-о… а если не прекрасно, тогда всё будет плохо и что?.. бывает и такое, но всё равно переживём, и опять всё будет хорошо…Сейчас выпьешь, полегчает.

- Я не хочу пить – прошептала тихо, - тебя хочу!.. Хочу любить!..

- Так в чём же дело?..

Она взяла Елисея за голову и стала осыпать поцелуями – глаза, лоб, губы… Елисей, хоть и растерялся чуть сначала, но замер, позволяя Лиде выпустить накопившийся потенциал женских чувств. Зашла Галка, в дверях остановилась:

- Вот, Елисей, тебя и на минуту оставлять нельзя.

- Чё это нельзя?.. вроде кулаками не машусь, мебель не ломаю, гадости не говорю и, вообще, малое дитя-а… - улыбнулся Елисей.

- Мне ведь тоже хочется тебя потрогать, а то не понимаю, что они в тебе нашли?.. – Галя на небольшом подносе несла неполную бутылку водки, точнее немного в бутылке, нарезанную колбасу, хлеб и маленькие стопки.

- Давайте здесь выпьем по чуть-чуть, а полную возьмём с собой, - посмотрела на Елисея с Лидой, - тут немного, чё оставлять?..

- Ладно, наливай, Лиде надо успокоиться, а то вся дрожит, и я не могу согреть.

- Ты согреешь!.. меня на расстоянии трясёт, только это не… - так и не нашла определения, - всё, берите!.. Лида, пей!..

Выпили и закусили.

- Девчонки, я больше не буду, - заявил вдруг Елисей. Напьюсь и сам себе и вам испорчу праздник.

- Ладно, пошли – сказала Лида. Она успокаиваться стала, в глазах искорки возникли.

Встали, Елисей обнял обоих.

- Что-то неправильное происходит, девчонки, я в такую ситуацию не попадал.

- В какую?.. – спросила Галя.

- Любить боюсь, вот что происходит, и не любить просто невозможно… в таком букете сердце тает.

- А последствия?.. может, их боишься?..

- Последствия не у меня ведь, а у вас, но может и это тоже. Хотя, чё последствия?.. они потом, а я уже привык жить днём сегодняшним, беру, что сейчас идёт и всё, - вздохнул глубоко, - пошли, посижу немного и уйду.

Они вышли и сразу увидели, что на тротуаре их ждут двое – Лёня, который ухаживал за Лидой и его дружок Андрей, муж Нади. Елисей их знал, конечно, но друзьями не были они, да и, вообще, он считал, что друзей в жизни единицы, остальные только товарищи.

Они, видимо, в клуб пришли в волейбол играть. В деревне по вечерам, а особенно в пятницу, субботу в клуб собирался люд разного возраста – от школьников и до пожилых людей. Старшие смотрели, как веселится молодёжь, вспоминали свою молодость. Кто помоложе, под радиолу танцевали, приходили парами, чаще всего парами и танцевали.

Так и расходились, обычно кто постарше, раньше уходили, а молодёжь веселилась часиков до двух. Пока светло, а летом светло до двенадцати почти, все, в основном, на площадке волейбольной. Площадка прекрасная была, досуг можно было неплохо провести. Был и биллиард, и теннис, и другие спортивные снаряды. Случались и драки, но очень редко. Всё бы хорошо, но всё было в режиме течения жизненной рутины, даже отдых. Елисей недавно появился, приехал годик отдохнуть в отчий дом, в клуб редко ходил, больше читал, библиотека в том же клубе была прекрасной.

Мужики явно ждали их, и были они пьяны…

«Вот и праздник»… - подумал Елисей.

Проходя мимо, поздоровался. Лёня поймал бесцеремонно Лиду, в пьяном виде смелый был.

- Подожди, надо поговорить.

Лида вырвалась, невольно к Елисею прижалась.

- Уйди, Лёня, и пьяный ко мне не подходи, а лучше совсем не подходи, мне одного хватило дурака.

Лёня сверкнул глазами злобно, но не на Лиду, а на Елисея:

- Ладно!.. – показал пальцем на Елисея, - а с тобой ещё поговорим.

- Поговорим!.. я приду в клуб через часик полтора – ответил Елисей.

Дружок Лёни дёрнулся вдруг к Елисею, но ему дорогу преградила Галка:

- А ты чё лезешь?.. герой… они сами разберутся.

- Надька у Людки и вы туда идёте…

- И что?.. Потому и бежит к Людке, чтобы рожу пьяную не видеть, отдохнуть…

- А чё он с вами?..

- Не с нами, к Людке пришёл, он ведь холостой, ходит, где желает.

- И я с вами пойду!.. – повернулся к Лёне, - пойдём?..

- К Людке?.. не, не пойду, терпеть её не могу.

- Так и скажи, что боишься – подцепил Лёню Елисей, - а ещё мне чего-то угрожаешь, - он начал загораться гневом, - хочешь поговорить?.. Пойдём, поговорим!.. - посмотрел на женщин скорбно, - пока, девчонки!.. Всем привет!.. жаль, что накрылся праздник, но я иначе не могу.

- Нет уж, Елисей, ваши разборки от вас не убегут, а мы тебя доставим к Люде, а там, как хочешь - посмотрела умоляюще, - Люда нас съест…

Понял Елисей, что Галя специально это говорит, чтобы отвести от него долю агрессии, Люда разведёнка, да и с характером, ответить может, побаиваются её.

- Пошли – улыбнулся Елисей, повернулся к Лёне, - я приду в клуб, отдохни, подумай, почему Лида вниманием тебя обходит. – Посмотрел на Лиду, - чудо просто, нельзя лапать грубыми руками. Таких, Лёня, любить надо, а не лапать.

И они ушли. Через три минуты были уже у Люды. Лида опять дрожала вся.

- Сейчас Андрей сюда придёт – с порога объявила Галка, - Надя-а…

- Чё это придёт?.. как придёт, так и уйдёт – заявила Люда, - у нас девичник, он боится.

- Девичник?.. а Елисей?.. видели его.

- Елисей ко мне пришёл, он не считается.

- Всё, бабоньки, хватит, надо Лиду успокоить, а то трясётся вся. – Елисей к ней подошёл, наклонился, встал на корточки, взял за ногу, приподнял, снял туфлю, потом другую, - вот и всё, - поднялся. – Помнишь, меня ласкала, целовала?

- Помню-у – заплакала она.

Елисей достал платок, вытер слёзы:

- Ты не хитри, не отвертишься теперь, я шибко мстительный.

- Как это?..

- Буду мстить!.. – поцеловал её в глаза, - солёная-я!.. – губы, шею…

Лида обмякла с объятьях Елисея:

- Ещё, Елисей!.. ты такой!.. ангел просто…

- Дьявол, а не ангел!.. – беззлобно Галка подвела итог, - надо же, преображение какое!.. Меня всё ещё трясёт, а ему хоть бы что. Не успел зайти и само очарование, будто и не было ничего на улице.

- А что было?.. – спросила Вера.

- Да-а, избить хотели Елисея из-за Лиды. Твой там был – на Надю посмотрела, - сюда рвался, может прийти.

- Он трезвый?.. – спросила Надя.

- Пьяный.

- Тогда понятно. Не придёт, Людку, как огня боится.

- Ну, вы чего, наливайте и рассказывайте что-нибудь весёлое, а то опять в рутину окунёмся. Эх, жизнь!.. маленькое событие захватывает человека, и чистота прячется, как испуганная мышка. – На Надежду посмотрел, - вот!.. не дождалась, оделась, а говорите, что пришли расслабиться.

- Так это, Елисей, а если бы кто-нибудь пришёл?.. – спросила Вера.

- Но ведь не пришёл.

- Я и раздеться могу, если хочешь – заверила Надежда, уже не страшно…

- Не я хочу, ты должна хотеть и делать то, что нравится, надо душу свою любить и хоть иногда из клетки выпускать.

- Ты выпускаешь?..

- Выпускаю - улыбнулся Елисей, - один раз в году становлюсь собой, таким, какой есть, потом полгода восстанавливаю репутацию…

Все опять уставились на Елисея…

- Ты и нам предлагаешь так же?.. – засмеялась Галка.

- Ну да!.. это сначала трудно, потом нормально.

- Это чё, раздеться и по деревне бегать?.. – тихо прошептала почему-то Надя.

- А ты голой по деревне хочешь бегать?

- Нет, но сегодня мне понравилось, как ты меня раздел.

- А если бы не я?..

- Фу, Елисей, это же противно…

- Ну вот, душа не хочет, и по деревне не хочет бегать нагишом, а ты говоришь, что трудно быть самим собой. Вот тебе понравилось, что я тебя раздел, а ведь я тебя не раздевал, я дверь твоей душе открыл.

- Философ!.. а нельзя попроще?..

- Проще – это как?.. раздел, в кровать и!.. Ладно… раздевайся и!.. – загорелся вдруг, - а что?.. это же сразу и от всего освободиться…

- От чего, от всего?.. – спросила Люда.

- Освободиться абсолютно.

- Как это?

- В кровать нырнуть и всё в пошлость превратить. Касания укроются оргазмом, поцелуи в наглость превратятся, нежность в порно…

Все замерли, наступила тишина…

- Нет, я не настаиваю, потому что страшно самому, я ведь один, вдруг вам в голову что-нибудь придёт…

- Уже пришло!.. сейчас я буду раздевать тебя – промолвила, как-то загадочно, Галина.

- Зачем?.. чтобы нырнуть в кровать?..

- Там посмотрим.

- Ладно. Только помни, что невинности меня пытаешься лишить, а это насилие, что недопустимо.

- Невинности-и?..

- Вот именно, ты сделай так, чтобы и в кровать нырнуть, и сохранить чистоту!..

- Это невозможно.

- Если невозможно, значит не надо делать…

- Ты объясни толком – попросила Вера.

- Я лишил тебя невинности?

- Нет, но если бы…

- Если бы дальше развивать!.. до интимного контакта?..

- Да.

- Но ведь не развили…

- Но я не против.

- Люда, позови какого-нибудь мужичка, а лучше за мужем сбегай, позови… для интимного контакта.

- Нет!.. Он не поймёт… никто не поймёт.

- А я?..

Вера вдруг заплакала:

- Ты не пытался понимать, ты не анализировал, не судил, не рассуждал, ты делал то, что я желала или… с тобой я чувствовала касания, состояния, переживания, но не тебя. Я видела твои глаза, но то, что они выражают, слышала твой голос, но не слова, а интонацию, как звучанье ручейка, например, я чувствовала касания, прикосновения твоих рук и губ, но не сами руки или губы. Я не чувствовала, не слышала, не видела тебя отдельно от себя…

- Да, да!.. со мной так же… - подтвердила Надя, я просто сказать так не смогу

- Вот, Галя, а ты так сможешь?.. Только перед собой я могу делать всё, что захочу и сохранить невинность. Ветер ласкает твоё тело, иногда озорует под платьем… он тебя невинности лишает?

- Тогда что, интим исключается совсем?.. – отпарировала Галя.

- Нет, почему исключается?.. меняется его значение и спектр звучаний.

- И откуда знаешь ты все это?.. - спросила Люда.

- А я не знаю, просто не планирую и все. И главное, я люблю!.. просто люблю и, по определению, становлюсь тем, что или кого люблю.

- Да, да, состояние такое, будто я сама разделась, как перед зеркалом...

- Но нельзя любить всех сразу.

- Почему нельзя?.. в нашем случае я люблю женщину, как образ, как начало жизни, как саму любовь.

- Ты со всеми женщинами так?.. - Надя с опаской на него смотрела.

- Нет, разумеется, и я то здесь при чем?..

- А кто причем?

- Например, Галя сама хочет меня раздеть и!..

- Что и?.. опять ты интригуешь - заволновалась Галя.

- И продолжения...

- Какого продолжения?..

- Зачем ты меня собираешься раздеть?..

Растерялась Галя:

- Я ведь говорила про тебя, когда ты Надю раздевал - посмотрела на всех, ища поддержки, на Лиде остановилась взглядом, - вот, лучше с ней продолжением займись, все еще трясется.

Елисей посмотрел на Лиду... все посмотрели на нее, ответа ожидая. Лида покраснела, но!..

- Я согласна - тихо к Елисею подошла, в глазах стояли слезы.

- Ты плачешь?

- Это от радости. Пойдем в комнату!..

- В слезах умоешься, как в утренней росе и засияешь бриллиантом, Лида. Не пойдем в комнату, девчонки жаждут представленья, - посмотрел вокруг, - как девчонки?

- А не боишься?.. ведь много нас, вдруг и нам понравится?.. - спросила Галка.

Не ответил Елисей, Лиду поцеловал в глаза и слезы высохли мгновенно. Что-то она сказать хотела, но он ей не позволил, пальцем рот закрыл, будто замок повесил. Зрачки у Лиды расширялись, страх в глазах сменился послушанием, даже с долей обреченности. Она уже не видела, не слышала, а будто растворилась в поцелуях Елисея.

Он легонечко и как-то незаметно пуговицы расстегнул у платья, чуть наклонился, снизу ухватил, поднял и, будто этим часто занимался, быстро снял и бросил на пол. Осталась Лида в плавках. Елисей ни на кого внимания не обращал, словно были они только вдвоем:

- Царица!.. позволь мне на колени встать!.. нет, не перед тобой, перед красотой, что обнажилась?..

- Да!.. - ответила царица.

Встал на колени Елисей, поцеловал в живот, чуть ниже пупка, руками бедра гладил, ягодицы... будто случайно плавки зацепил пальцами и начал медленно снимать. Лида напряглась сначала, гладила голову его руками, перебирая нежно. Она дрожала вся, а с глаз стекали слезы, удержать сил не хватало. Через минуту она стояла перед ним в том, в чем мама родила.

- А кто меня разденет?

- Я раздену - Галя подошла, в глаза Елисею заглянула, - я обещала, да и понять хочу, что ты за фрукт. Потом вас провожу в кровать.

Елисей ловко взял на руки Лиду и понес к дивану, который стоял здесь же в углу комнаты. На Люду посмотрел:

- Ты не против?.. в кровати мы потом с тобой...

- Нет, не против.

- А со мной?.. - спросила Надя.

- Ты же не готова?..

- Уже готова.

- Но ты оделась?..

- Я разденусь.

- Тогда готовься.

Галя медленно раздевала Елисея, смакуя каждое мгновение. Когда Елисей остался в плавках, встала на колени и стала их медленно снимать, обнажая интимные места.

- Елисей, почему так?.. не первый раз раздеваю мужиков, а как с тобой, впервые... хочется обнимать и целовать... но!.. - отстранилась, - иди, Лида ждет тебя, согрей ее скорее.

- Может, выпить хочешь?.. - предложила Вера.

- Наливай!..

Вера налила, и выпил Елисей, к Лиде подошел, сел рядом:

- Выпил, надо закусить - наклонился к ней, поцеловал, - было горько, стало сладко. Как хочешь, классически или сама?

- Я сама хотела, но нет сил совсем...

Елисей на Лиду навалился телом всем, проник в нее... Мир для нее взорвался, казалось, что он проник всем телом, которое размером превышало все, что она себе могла представить. И нет выхода!.. Кругом огонь пылает, который проникает внутрь, взрывается и проникает вновь, опять взрывается и наполняет пламенем... Лида закричала что есть мочи, чтобы совсем не разорвало, но звук гасился в этом огне адском. И вдруг огонь исчез, исчез совсем, она превратилась в пустоту и стала подниматься в небо, как воздушный шар, наполненный эфиром, и это расслабленье длилось вечно, время потеряло смысл...

- Елисей, остановись!.. мне хорошо, как никогда

Елисей ее не трогал, он просто лежал, не шевелился... никто не шевелился, все пребывали в какой-то неге или шоке. Отчего?.. Может от неожиданности, ведь никто не ожидал такого...

- Неважно это.

- Что неважно?.. - спросила Надя. Она сидела чуть ошарашенная рядом на стуле и была раздетая совсем.

- Ты хочешь, Надя?..

- Хочу.

- Тогда сама - пододвинул Лиду. Она не шевелилась, боясь спугнуть полет, не почувствовала даже, так сильно было расслабление.

Надя села на грудь сверху Елисея и стала опускаться, пока не почувствовала проникновение в себя...

- Ух ты-ы!..

Он вошел в нее не частью, а океаном бушующего пламени, взорвал от пяток до макушки головы и бросил в бездну. Она летела вниз, не ведая куда, лишь жарче становилось с каждым мгновеньем жизни, а где-то глубоко огонь пылает... Вот-вот сгорит и закричала Надя, понимая, что выхода не существует, но!.. в самый последний момент душа вдруг выпрыгнула и устремилась в небо, радуясь, что не сгорела, радуясь полету. Блаженство наполняло все пространство, она упала на него и замерла, боясь пошевелиться. Немного погодя стала Елисея осыпать поцелуями, при этом непрерывно повторяя:

- Что я наделала?.. что ты со мною сделал?.. ты бросил меня в небо, как же мне сейчас на землю опуститься?..

- А ты не опускайся, пока не упадешь, летай, насколько хватит сил.

- Как я могла?.. не понимаю...

Люда, как зачарованная за столом сидела и на них смотрела:

- Как ты делаешь все это, Елисей?.. давно спросить хотела. Не просишь, не наглеешь, а получаешь все?.. Почему они жаждут и я?.. ты зачем пришел?.. ведь не за этим, вытворяешь что?..

- Не за этим и не за чем-то другим, просто пришел, а не за тем, чтобы что-то получить.

- Елисей!.. - обратилась Вера к Елисею.

- Что?

- Я тоже хочу...

- Так может к мужу обратишься?.. или вон возле клуба сколько мужиков... сходите. Здесь через минуту толпа будет.

- Они не могут слезы в росинки превращать, а радость в пламя.

- Да, я поняла, ты все превращаешь в бриллианты, даже тоску и слезы - вывод сделала Людмила.

- В чистоту, прозрачность!.. - Вера подвела итог. - Так как, Елисей?.. я тебя хочу.

- Так места нет и окружен я... - улыбнулся Елисей.

- Я сейчас встану - проговорила Надя, поцеловала Елисея, - спасибо!.. Хоть и совратилась я, но не стыдно... может потом будет...

Вера подошла и села рядом.

- Порой задумываемся о том, а что же будет завтра?.. но!.. ведь это уже было... давно или недавно. Забудем, девчонки... давайте сейчас просто влюбимся друг в друга!.. - посмотрел на Веру Елисей, - ты все еще одетая сидишь?.. или тебя раздеть?.. а может, ты меня сейчас не любишь?..

- Люблю!..

- Так раздевайся и иди в мои объятья.

- А ты можешь?..

- Более чем. Вот если бы ты одна была, тогда бы я не смог. - Он встал, налил немного водки, выпил, посмотрел на Лиду, которая все еще не шевелилась, на Галю, которая сидела, будто в шоке, на Люду... - я сам не ожидал, девчонки, но!.. раз так получилось... полней наливайте бокалы, потом попытаюсь объясниться.

- Лиду с Надей не тревожь - сказала Люда, идите в комнату, мы вам прощаем.

- Ладно, пошли Верунчик!.. или нет... раз ты уже разделась, я унесу тебя принцесса!.. - ловко взял ее на руки и в комнату унес.

Когда оказались на кровати, спросила Елисея:

- Что я должна делать?..

- Любить!.. просто любить!.. когда просто любишь, сердце подскажет, делать что. - Чуть подумал, - и вот еще что, не люби на потом, не планируй на завтра или послезавтра, а только то, что есть сейчас.

- Я поняла!.. бриллиант сверкает только, когда открыт и первозданен.

- Да!.. если мы планами и сомнениями его замотаем в кокон, блеск исчезает и мгновение, обрамленное золотом любви, поблекнет, превращаясь в страз, в стекляшку.

- Ты ложись!.. я буду целовать тебя ласкать, любить!.. я больше всего этого хочу

- Я знаю. Мне не шевелиться?..

- Нет, просто лежи - она навалилась на него грудями, прижимаясь к его телу нежно, стала целовать глаза, нос, губы, опускалась ниже, целуя грудь, живот. По телу волны расходились, охватывая их обеих близостью и радостью сердец.

- Почему так хорошо?.. потому что это блуд?..

- Может это чистая любовь?..

- Как такое может быть?.. ведь я изменяю мужу...

- Только потому, что он любит... если любит, не тебя, а клетку золотую!..

- Да!.. он в постели только самец, а я самка... а у тебя?..

- Принцесса!.. я же говорил.

Вдруг будто только что проснулся, обхватил ее руками и опрокинул на кровать. Вера затихла, глядя ему в глаза:

- Возьми меня, всю, без остатка, а мне себя отдай...

- Да!.. - и он проник в нее. Сначала боль пронзила тело, вошла в сердце, проникая всюду, наполняя тяжестью какой-то липкой и, будто прочищая, разбросала тяжесть по пространству. Закричала Вера что есть мочи, но!.. в следующее мгновенье почувствовала полное освобожденье, вся тяжесть липкая исчезла, а тело, словно изнутри стало омываться утренней прохладой водички родниковой.

- Елисей!.. - она горела вся. Казалось, нет от огня спасения, но прохлада, что выходила из глубин, огонь в блаженство превращала.

Лежали рядом и просто наслаждались расслабленьем.

- Мне надо отдохнуть немного - промолвил Елисей.

- Спасибо, Елисей и прости меня за все...

- За что?.. хотя, не говори, хорошо и нет больше ничего, кроме мгновенья прекрасного, что вечностью зовется.

- Как ты можешь, Елисей, и почему нет сил сопротивляться?.. - спросила Люда, - ведь я никогда бы не подумала такое о девчонках...

- Я устал немного, Люда, вот отдохну и покажу, а пока... создаю и я и вы то, что происходит. Вот сейчас кто-то из вас думает, что может кто-нибудь прийти... вы этого больше всего боитесь... и эта мысль в узор событий в каком-то сочетании войдет, но не для того, чтобы разрушить существующий уже... Я просто расскажу и все, а поймете или не поймете...

- Ладно, рассказывай.

Они сидели за столом, немного все шальные.

- Разливай остатки, поди не опьянеем.

Люда разлила.

- Каждое мгновение человеческой жизни в следующее мгновение кристаллизуется в событие, а далее в элементарные частицы, и далее в атомы, молекулы, как голограмма... картинка на кинопленке. Условие одно  - сознательное мгновение жизни. Один человек, как наблюдатель, преобразует тем, что сознает, волну в событие сначала, как в телевизоре на экране, а потом сам становится живым свидетелем, участником этих событий... - посмотрел на всех, понял, что непонятно говорит, - вы желаете в себе - это волна. Я, как объект средоточия, становлюсь индикатором для претворенья в жизни.

Женщины смотрели на Елисея, как на диво.

- Я поняла, что ты как-то управляешь, даже если сам не понимаешь. Откуда это у тебя?.. - спросила Галка.

- На севере с одним шаманом познакомился. Он многому научил меня, но своему, что я не принимал, но понял и объяснил по-своему себе. И как только начинаю понимать, что и как, умение приходит. Тут, правда, мешает все, конечно, особенно сомнение людей, живешь с которыми...

- Выходит, мы все доверились тебе, и ты начал...

- Не я начал. Желания стали роиться вокруг центра средоточия - меня и создавать узор событий вокруг этого центра, охватывая все большие пространства, вовлекая в сферу притяжения подобные мысли-желанья всех, кто попадает в эту сферу влияния.

- А если не приемлет, например?

- Будет выдавлен из сферы влияния и все.

- Но как ты можешь?.. - спросила Галя.

- Просто!.. важно для меня, как центра реагировать в унисон вашим желаниям. И силы и возможности растут, согласно запроса всех, кто вовлечен в узор событий. Тут, разумеется, на сердце нагрузка большая, но я молод и сердце выдерживает много.

- Выходит, ты можешь выдержать нас всех?

- От вас зависит. Если любовь от вас идет сплошным потоком, через доверие, то и отдача велика. Тут даже не столько же, а в степени, ведь не только я, вы сами создаете эту силу, я только определяю силу всех и даю ей направление на конкретное действие, в нашем случае на контакт!..

- А в жизни почему так не бывает?..

- Я же говорю, что сомнения людей... но бывает иногда - это сила вождей, кумиров, лидеров и всяких атаманов, которых любят и готовы умереть за лидера... Частный пример и без насилия - это мы с вами...

- А как же семья, муж-жена?.. это же мало силы...

- Тут все зависит от идеала, как я понял - идеал женский у мужчины и мужской у женщин. У меня идеал женщины большой, от святой до куртизанки, значит рано или поздно в жизни появится такая. Так и у женщины, если идеал только один - мужик, как отец детей, то кроме, как на самца-производителя может не расчитывать.

Вот тут-то замолчали все... задумались, пытаясь осознать свой идеал и отношения к мужчинам...

- А почему они - Лида, Надя, Вера?.. - спросила Люда.

- Они раскрылись и отдались без остатка и без сомнений, доверились беспрекословно, поэтому и узор событий так организовался.

- Может ты их раскрыл?..

- Может и я, но при их согласии, доверии, любви. Я не сделал ничего, чего бы вы не пожелали по отдельности, как и в общем. Сказать иначе, мы все прожили то, что сами же хотели, вы по отношению ко мне, как центру, я по отношению к вам всем. И самое главное, девчонки, это то, что я с каждой из вас как бы в ином был мире, в котором мы только двое… я и Лида, например, я и Вера, мы были как бы вне общей картины мира, только двое, потому и нет стыда друг перед другом.

- Но мы ведь видели?..

- Не видели, а будто фильм смотрели или спектакль. Каждой хотелось сыграть ту или иную роль с главным героем – центром… а почему бы нет?..

Наступила тишина...

- Лида!.. - обратилась Галка, - ты говорила, что у тебя есть дома... принеси, а то что-то не поется с этим милым Елиеем, да и переварить бы надо... - но не договорила, стук в дверь раздался.

- Вот идет и водка - улыбнулся Елисей, - все, девчонки, ноченька накрылась. Пойду я в клуб схожу, а там видно будет, да и вам подумать время надо. Пока мы вместе, ум осваивает быстро, как только разойдемся, забываться будет чистота, если не запишите в мозгу, как непреложность, мои слова рассеются в сознании, как утренний туман, а впоследствии будет восприниматься, как блуд и срам.

- Почему уходишь ты?.. - остановить хотела Лида.

- Я приду еще, но надо, чтобы вы поняли в контрасте - пояснил, - как было со мной, на фоне того, что будет.

Елисей быстро встал, надел туфли, и направился к двери. В дверях столкнулся с Федей, за ним шёл Лёня и Андрей, все были выпивши изрядно.

- Во!.. – улыбнулся Елисей, - я ухожу, но вам не скучно будет, вон сколько гостей…

- А ты чё, уходишь?.. машинально спросил Федя.

- Так выгнали, куда деваться, водки нет, на хвост не принимают – посмотрел на Лёню, - а ты вроде как терпеть не можешь Люду?..

Лёня сверкнул на Елисея злобно, но не ответил.

- Ладно, я пошёл. Не сердитесь на меня, девчонки, - и он вышел.

- А вы чё припёрлись?.. один раз в неделю отдохнуть душою не дают, - сразу отшить хотела Люда.

- Так это… мы не пустые.

Галка засмеялась вдруг:

- Не пустые-е?.. че в положении что ли?..

Засмеялись все, но растерялись мужики, они не ведали веселья с юмором вприкуску. Все женщины подумали: «А как бы Елисей ответил»?.. Услышали в себе: «Любовь просится к рожденью, чтоб радостью сердца наполнить».

Галка на всех недоуменно посмотрела…

- Придёт, спрошу!..

- Вместе спросим – поддержала Вера.

Что спросите?.. – не понял Лёня.

- Действительно, что?.. – посмотрела на подруг, - а вы то чё пришли?.. – на Лёню посмотрела, - я ведь тоже подтверждаю, как ты о Людке говорил.

Лёня, хоть и пьяный был, а растерялся, покраснел:

- Я это… Лида, пойдём, поговорим.

- Ладно, Галь, не ругайся, пусть заходят. Интересно даже, хочется проверить.

Все поняли прекрасно. Всем хотелось проверить слова Елисея про контрастность.

- Лид, иди, тебя зовут ведь, а вы проходите и садитесь, где место есть, всё равно девичник наш накрылся. Зря только Елисея выгнали…

Мужики стали устраиваться, Лёня на стол поставил бутылку водки:

- Нам бы стаканы?..

- А на столе не стаканы?.. наливайте сами.

Женщины за Лидой наблюдали. Она встала и к Лёне подошла вплотную:

- Поцелуй меня.

Наступила тишина. Федя даже водку прекратил разливать. Лёня встал, не зная, делать что…

- Что здесь?..

- Здесь.

Зрачки у Лёни расширялись…

- Чё, совсем?..

- Хочешь сказать, свихнулась?..

- Нет, Лид, он хочет, чтобы ты разделась прежде, чё он тебя одетую то будет целовать – вставила Людмила.

Лёня молчал, молчали мужики, не понимая женщин.

- Ладно, сейчас разденусь.

Она ловко наклонилась, взяла платье за подол, и начала снимать. Сначала оголились ноги, живот, груди, и платье в руках осталось. Груди притягивали взор сосками:

- Вот и всё!.. а может, на диван пойдём?.. Только ты сам-то раздевайся тоже.

Лёня озирался, как затравленный зверёк, в глазах похоть со страхом в вперемешку.

- Подожди, Лид – сказала Надя, - пусть выпьют, а потом… - на мужа посмотрела, - и ты тоже раздевайся, раз пришёл ко мне сюда, значит, соскучился и хочешь… Я согласна – засмеялась весело она, -  подошла, взяла стакан и выпила немного, подала Андрею, улыбнулась мило, - я сейчас тоже разденусь!.. для тебя любимый!.. – и стала раздеваться.

Через мгновение стояла в плавках:

- Люд и ты раздевайся, мужиков то трое.

- Нет, меня не подготовили ещё, сама же знаешь… вон, Вера пусть.

- Ладно – нисколько не смутилась Вера, - гулять, так гулять, надо же хоть один раз в году побыть собой, чтобы потом полгода мужу доказывать, что я не проститутка и что чиста, как росинка в первых лучах солнца. – Посмотрела на Люду с Галей, - а вы всё равно разденьтесь, мужиков то трое, и вдруг им мало будет, да и чтобы точно знать, что не проболтается никто… хотя?.. мужики не бабы, всё равно трепаться будут.

Галка смотрела на подруг с очарованием каким-то, она не узнавала их, не понимала до конца, что происходит. Понимала лишь одно, что это влиянье Елисея. Вот ведь какой, пришёл и все ограничения разрушил, всё перевернул в душе и смылся… преобразил, по сути, всё.

- Ладно, посмотрим, может, не придётся. Они вас-то испугались.

Люда смотрела с интересом, видела, как у подруг глаза сверкают.

- Мужики, раздевайтесь, дамы просят, или вам не нравятся их прекрасные тела?

- Тогда пусть сами выбирают, я могу и с Лёней!.. а Лида, уступишь?.. – вдруг загорелась Надя, - Андрюша уже приелся, да и ему не помешает смена интересов.

Галя понимала, что сейчас что-нибудь произойдёт, к такому развитию в деревне не готовы, не говоря о мужиках, в разнос пошли подруги. Она чувствовала, понимала, что они все плачут, оплакивая своё прошлое, свои ошибки, пустоту и беспросветность. После Елисея бессмысленность существованья выразилась чётко. Он центр, им и остался, но!.. как он сказал?.. Всё несоответствующее выдавит из сферы влиянья…

Андрей взял платье Нади, сунул в руки ей:

- На, одевайся, дура, дома с тобой поговорим, - сплюнул, - сдурели бабы.

Надя обмякла вся, села на стул…

- Вот и всё!.. кончился полёт. Так и знала, что падать будет больно, наши мужики только водку жрать, да руки распускать, - посмотрела на Андрея, - я не приду домой сегодня.

- Не придёшь, прибью – угрожающе ответил ей Андрей.

- Надь, а чё он руки распускает?..

Промолчала Надя, что-то увидела у печки, встала, и пошла… никто не ожидал… возле печи в углу топор лежал. Подошла, быстро топор схватила и отошла к дверям.

- Я тебя, гадина, не выпущу отсюда. А если даже выскочишь, то всё равно убью. Ещё хоть раз тронешь, не жить тебе.

Андрей побагровел, но приближаться не рискнул. Он посмотрел в глаза Надежде и весь хмель мгновенно вышел, понял, что она его, действительно, убьёт, с ней что-то произошло, да и было чего испугаться, в дверях стояла почти голая Надежда с топором в руках.

- Надь!.. Ты чего?.. – дрожащим голосом Андрей заговорил, - я пошутил… успокойся ты.

Все сидели и молчали, были ошарашены происходящим. Люда тихонько к Надежде подошла, обняла за плечи:

- Ты чего не рассказывала то, давно надо было разобраться. Правильно Елисей сказал, что собрались поплакаться, душу излить, а стесняемся даже друг друга, - окинула всех взглядом и мужикам: - всё, убирайтесь, нашли кабак… - тихо отняла топор и отвела Надежду на диван.

Андрей первым кинулся к дверям, озираясь, как затравленный зверёк… он ещё до конца не осознал, что как прежде было, больше никогда не будет, только где-то глубоко страх появился, даже ужас, который начал распускаться взглядом Нади с топором, всё больше поражая суть его. Он испугался, может, первый раз в жизни, так сильно… что дрожали ноги. Она будто взяла его за сердце и давила, давила, давила…

Через минуту мужики исчезли. Наступила тишина, звенящая слезами боли.

- Как было хорошо!.. пришли, и всё исчезло – тихо промолвила Галина.

- Да уж, контрастность на лицо, и понимать ничего не надо. Хоть бы пришёл, девчонки!.. – заволновалась Люда, - они же Елисея изобьют сейчас.

Заволновались женщины от одной мысли, и поняли вдруг все, что так и будет.

- Надо в клуб сходить, может, помешаем, не дадим?..

- Так одевайтесь и пошли скорее, заберём его и к Лиде… - поторопила Галя.

- А чё, к Лиде то?.. – спросила, одеваясь, Вера.

- Напьёмся, а то чё-то так противно, сил нет, слёзы так и рвутся…


3.

Елисей, выйдя на свежий воздух, остановился возле калитки и подождал чуть-чуть, держась за столб. Кружилась голова, понял, что он изрядно выпил. Пока у Люды был, то события, которые происходили, держали напряжение, и выпитая водка не ощущалась так, сейчас хмель в голову ударил. Немного постоял, подождал, когда голова кружиться перестанет, пошёл в клуб. Там музыка играла, молодежь стояла на крыльце. Подошёл, поздоровался со всеми, немного постоял, перемолвился парой фраз и в клуб зашёл. Время полдвенадцатого было, и потому народ ещё не разошёлся. Музыка играла, но танцевали только две пары…

«Скучно» - подумал Елисей, - «чего-то не хватает».

Он, в принципе, не знал, заняться чем, да и голова всё равно кружилась, хмель всё больше проявлялся. Понимал, что надо уходить… если не уйдёт сейчас, что-нибудь произойдёт. Как не странно, он жаждал острых ощущений и, именно, выпитая водка и опьянение мешает этому больше всего. Зачем люди приходят в клуб?.. Чтобы посмотреть, посидеть, иногда потанцевать, а потом обсуждать в течении недели. И всё!..

Он видел мир иначе, мог фантазию с явью единить, и даже нравилось ему, потому что через день всё в памяти становится единым и!.. иногда такая прекрасная картинка создаётся!.. Но чтобы так произошло, необходимо что-то из воображаемых событий в реальности явить, обозначить точку проявленья. Обычно это бывает какой-нибудь поступок нестандартный и потому он искал в событиях, которые происходили, пробел, чтобы свободным радикалом войти в него и разорвать цепочку – прошлое-настоящее-будущее, на здесь и сейчас.

Знал Елисей, что сначала создаётся хаос, который распространяется мгновенно, даже будто накрывает всё, захватывая всё большее пространство, вовлекая многих, и даже всех…В дальнейшем хаос организуется, но иначе, не в виде цепочки, а по принципу – центр-мгновение, которым является поступок нестандартный и он, как источник и причина и!.. весь окружающий мир, как противопоставление. Если это удаётся, то можно каким-то образом событиями управлять, ибо они становятся зависимы от центра. Всё зависит от его реакции на внешний фактор.

Понял Елисей, что его несёт от возбужденья, он искал причину, но пока не видел. Вышел на улицу, увидел Федю:

- Во!.. чё, тоже выгнали?..

Не ответил Федя, только сверкнул глазами, и это было видно даже при тусклом свете лампочки, которая висела над дверями.

«Вот и повод» - подумал Елисей, - «надо только в клуб войти, чтобы эффект сильнее был».

- А где друзья?.. или они остались?.. – не унимался Елисей.

- Сейчас увидишь – зло отозвался Федя.

- Ладно, хотя-а, у меня нет особого желания… - он развернулся и обратно в клуб зашёл. Понял, что мужички к нему претензии имеют, но был готов и даже жаждал…

Прошло минут пять, и ничего не изменилось. Возле радиолы кто-то колдовал, ставил новую пластинку и!.. вальс заиграл. Молодёжь не танцевали вальс, только единицы, значит, поставили для более старшего поколения. Вышли две пары лет тридцати пяти, и стали танцевать в ритме музыки… танцевали хорошо!.. Елисей вальс танцевал и потому начал выискивать партнёршу, осматривая женщин или девушек. Вдруг увидел Люду!.. подошёл:

- Ты-то здесь как?..

- К тебе пришла.

- Танцуешь вальс?..

- Да.

- Пошли?.. только ты меня веди сначала, потом настроюсь, поведу тебя на небо!.. – улыбнулся Елисей.

- Не надо на небо, с тобой опасно, уже знаю – но чуть-чуть наклонила голову и руку подала. Она даже не понимала, что может сотворить её партнёр… Елисей и сам не знал…

Танец был прекрасен, Людмила танцевала хорошо, Елисей не уступал, он чувствовал её, что важно было, связь внутренняя уже существовала. Казалось, они слились в единый организм.

- Ты чего пришла?.. или только за тем, чтобы со мной потанцевать?..

- Только за этим – ответила Людмила, - и ещё предупредить, что тебя могут избить.

- Что-то произошло?..

- Произошло, Елисей, ты же девчонок освободил от всех ограничений, от страха…

Елисей начал понимать:

- Надя?..

- Да!.. а ты проницательный – удивилась Люда.

- А я-то при чём?.. ну-у, претензии могут быть у вас, а у них то что?..

- Не знаю… чувствую!.. мы все чувствуем.

- Ладно – загорелся Елисей, - так как, идём на небо?..

- Как это?

- Не спрашивай, я пока и сам не знаю, просто скажи, готова или нет?..

- С тобой, хоть в ад.

Улыбнулся Елисей, оглядел пространство. Народу было много. На них смотрели с восхищением одни, другие с завистью, а может только показалось, заметил Федю, что стоял у входа и сверкал глазами, в фойе мелькнули Лёня и Андрей, и с ними кто-то ещё… просто отметил, намотал себе на ус. Музыка заканчивалась, он почувствовал момент, вдруг остановился резко!.. так резко, что не ожидала Люда и стала падать… В зале всеобщий возглас и замирание… музыка закончилась. Людмила не упала, потому что в следующее мгновение Елисей взял её на руки и к выходу понёс.

Он нёс её, как груз бесценный, а ей не оставалось ничего, как только обхватить его за шею и прижаться крепко. Наступила тишина, десятки глаз на них смотрели. Он вынес Людмилу на крыльцо:

- Куда пойдём?.. – тихо спросил.

- На небо, ты же говорил.

- Тогда к тебе, а небеса?.. от нас зависит.

Вдруг Люда встрепенулась, начиная понимать, что произошло.

- Поставь меня!.. – но Елисей молчал, опять закружилась голова на свежем воздухе, да и танец всё ещё кружил… Понял, что может и упасть, поставил Люду, улыбнулся, руками чуть на неё упёрся, подождал. Пока кружение исчезло.

- Пошли.

- Ты чё наделал?.. – опомнилась вдруг Люда.

- Потом, Людмила, не здесь же разбираться – посмотрел вокруг. На крыльце народу было много, он взял её за руку и увлёк от клуба.

- Тебе не понравилось на небе?.. – спросил Елисей у Люды на ходу.

- Понравилось, но что сейчас начнётся?..

- Пусть, Люда!.. думаю, что это только начало.

В деревне такие поступки не приветствовались даже между мужем и женой, не говоря о случае Елисея с Людой. Обсуждение будет осуждением, а далее и сплетни и насмешки обеспечены на месяц. Так приукрасят, что сам удивляться будешь. Люда за Елисеем семенила, чуть не плача, но он будто не замечал:

- А где девчонки?.. и ты чего пришла?..

- Мы все хотели, но!.. поймёшь, когда узнаешь, - она не могла опомниться, млела от энергетики Елисея.

Он будто горел, да и трясло его, а от чего, не понимал, хотелось просто сесть, а лучше пасть в кровать и замереть – не двигаться, не думать. Понимал и то, что разорвал цепочку, хаос обеспечил, сейчас надо организовать в другом режиме, а то поток хаоса просто уничтожит, и не только его, но и Людмилу, а может и девчонок захватить. Надо всё на себя перевести, пусть всё набросится, это неизбежно. Он знает, делать что, надо до абсурда довести, тогда будет неизбежно и победа.

Люда всё ещё шептала:

- Что ты наделал?.. что ты наделал?..

- Да успокойся ты, не замужем ведь, не раздел, не избил, даже не поцеловал… Во!.. пошли обратно.

- Зачем?

- Поцеловать забыл!..

- Дурак!.. не нацеловался ещё?.. – вдруг засмеялась.

- Ты чего?.. – не понял Елисей.

- Вообще-то здорово всё, Елисей – охватила его за шею и поцеловала крепко.

Елисей даже обомлел:

- Ещё хочу-у!..

- Обойдёшься. Пойдём скорее, я тебя потом заласкаю, зацелую и буду мстить…

- Ловлю на слове, даже невинность жертвую свою. Людмила опять на Елисея посмотрела:

- Невинность?.. у тебя?.. – засмеялась весело, - ах да, забыла, ты же всё иначе понимаешь. Ладно, я учту!.. – в игру включилась Люда. На него невозможно было обижаться.

Когда зашли домой, Елисей остановился, Людмила налетела на него.

- Ты чего?

- А где все?.. – комната была пустая.

- Они к Лиде пошли. Мы все пошли, а потом решили, что лучше я одна…

- Чё, одна?

- К тебе одна пойду.

- Зачем?.. – не понимал Людмилу Елисей.

- Чтобы забрать!.. – посмотрела виновато, - предупредить. Они через полчаса придут, выпить принесут.

- Я и так пьяный… хотя не помешает. Всё равно, чего-то я не понимаю. Что-то произошло, пока не было меня?

- Да. Ты раздевайся и проходи к столу, у меня есть немного выпить.

- Зачем?.. – опять Елисей не понял, - хотя, наливай, трясёт меня. – Он снял туфли прошёл к столу.

Людмила подошла к холодильнику, достала водку, что была в бутылке… совсем немного, разлила по стаканам, ему чуть больше. Елисей молча выпил, замер, наблюдая, как тепло расходится по телу, успокаивая нервы, посмотрел на Люду:

- И дальше что?.. будешь меня невинности лишать?..

- Буду. – Села на колени и стала целовать. Елисей не сопротивлялся, возбуждение прошло, тело расплывалось в неге.

- Пойдём в комнату?..

- Пойдём!.. – он опять встал, ловко взял её на руки и в комнату понёс.

- Будешь раздевать?.. – спросила тихо.

- Буду.

- Скоро девочки придут.

- Пусть придут. Ты боишься?..

- Нет!.. ты же особый, Елисей, с тобою всё возможно. Только я сама разденусь, как смиренная жена-а… ладно?

- Хорошо, - он опустил Людмилу на пол, сам сел на кровать, - я жду тебя, любимая, от нетерпения сгораю.

Люда стала раздеваться. Не торопилась, сняла платье, рубашку и!.. всё остальное, предстала в первозданной красоте женского начала. Тихо подошла, наступая на него:

- Хочешь тити?..

- Хочу – ответил Елисей, - только сначала, вроде как бы и меня надо раздеть.

- Ложись, я тебя раздену. – Стала расстегивать пуговицы у рубашки и на брюках… Елисея немного затрясло, но он сидел, не шевелился. Даже не заметил, как голым оказался.

- На!.. – грудь свою взяла руками, предлагая Елисею.

Наклонился Елисей, прильнул к соску губами. Он весь горел… обнял её, прижал к себе.

- Елисей!.. не торопись, ведь сам же говорил, когда на танец приглашал, что я веду.

- Веди!.. я проваливаюсь в негу. - Елисей глаза закрыл, Людмила медленно уронила Елисея на кровать…

- Я могу делать всё, что захочу?..

- Всё!.. – ответил Елисей, - только сначала напои меня нектаром радости, желания, любви самой, чтобы я в блаженство провалился.

Наклонилась Люда, направила сосок груди в рот Елисею, и замерла, сгорая в неге.

- Ты, действительно, как дитя сосёшь.

Не ответил Елисей, он нежно жал руками груди, изображая, что молоко сосёт. Людмила от блаженства закусила губы, стонать хотелось, но сдерживалась, опускаясь вниз по телу Елисея.

- Подожди!..

Остановилась Люда.

- Почему?

- Не насытился ещё энергией любви.

- Ах!.. Елисей!.. бери меня, всю бери!.. Как же так?.. ведь я тобой владеть хотела, а нету сил уже совсем…

Елисей гладил ягодицы, талию… вдруг замирал!.. Люда даже дышать переставала. Вдруг опрокинул на кровать и навалился сверху. Встретились глазами…

- Ты насытился нектаром?

- Да, насытился, и возвращаю семенем своим – и он проник в неё ,Людмила застонала, почувствовала полное опустошенье, будто внутри не осталось ничего, даже не слышно сердца биенье, одна лишь пустота в хрустальном звоне.

- Бери меня, родная, любимая!..

Почувствовала Люда, как что-то стало наполнять её всё больше. Это наполнение было так быстро, что сначала больно стало, тело взорвалось электрическим разрядом, выжигая всё искусственное, очищая душу.

И вот они рядом лежат и не шевелятся. Полное расслабление не угнетало, а будто качало на волнах, наполняя тело теплом, спокойствием, любовью самой матушки природы.

В прихожей шум какой-то…

- Кто-то пришёл – сказала Люда.

- Ты не закрылась?

- Нет. Девчонки это, наверное… пусть, хоть кто, я шевелиться не могу.

Елисей поднялся, стал одеваться:

- Ты лежи, я схожу, посмотрю и встречу.

Люда и так не шевелилась.

- Елисей!.. мне хорошо-о!..

- Лежи!.. наклонился, чмокнул в губы, в оба соска… Людмила напряглась сначала и опять поплыла. Елисей укрыл простыней её… Рубашку не нашёл, надел брюки и поднялся. Он уже слышал, что это женщины пришли, вышел к ним.

- Елисей?.. – Галка удивилась, - а Люда где?.. и ты чё голый?..

Елисей осмотрел себя.

- Чё это, голый?.. в брюках… а без рубашки?.. так жарко стало, вот и снял.

- Где снял то?.. – спросила Вера.

- Там – махнул рукой.

- А Людка где?..

- Тоже там!.. рубашку стережёт… наверное.

Женщины уставились на Елисея.

- Зачем?.. – не поняла Надежда.

- Чё, зачем?

- Стережёт рубашку?..

Елисей заволновался:

- Чё пристали?.. потом придёт, у неё и спросите.

- Ладно, пойдём сейчас и спросим.

Елисей остановил:

- Не трогайте её, она сама придёт… потом.

- Видать умаял Елисей бедняжку… - засмеялась Лида.

- Она сама кого хошь, умает. Рассказывайте лучше, с чем пришли?

- Лучше ты рассказывай, что в клубе натворил?.. там целый улей, бегают, как заводные, и дерутся.

- А кто дерётся?

- Тебя надо спросить. Мы думали, что ты.

- Не, не я, нам некогда заниматься такими пустяками было.

- Понятно…

- Девчонки, смотрите!.. – из комнаты Галка заговорила, - он ведь и правда умаял Людку, лежит и не шевелится, только глазками стреляет.

- Помоги ей лучше и рубашку мне верните, - отозвался Елисей.

Все сели. Елисей с подозрением на всех смотрел, чувствовал коварство.

- Чё?..

- Скажи, а ты пустой?.. – спросила Лида.

- Как это?.. - не понял Елисей, - вообще-то нет, только вижу, что лукавите…

- Не пустой?.. в положении что ли?.. – они ждали ответа с замираньем. Елисей же ничего не понимал.

- И что?.. чё-то не понимаю я… в положении?.. разве что, любовь просится к рожденью, чтоб радостью сердца наполнить!..

Переглянулись и расхохотались женщины, они просто сияли от радости какой-то.

- Видать разродился, раз вы так развеселились!.. Чего хотели то?..

- Да ничего, Елисей, просто ты чудо, а не Елисей, и откуда в тебе столько всего?..

Вышли Люда с Галей.

- Елисей, или я не понимаю что-то, но так не бывает – сказала Галка.

- Проверь.

Подошла:

- Поцелуй меня!..

- А рубашку нашла?.. а то чувствую себя как полностью раздетым.

- Нашла, но ты пока не одевай, а то как я тебя почувствую?..

Елисей наклонился, чмокнул в губы.

- Ещё!.. – она глаза закрыла, - действительно, как прохладой окатило свежести самой. Неужели ты настолько чист, что даже в блуде не теряешь?..

- Я не знаю, Галя, правда не знаю… Я всегда скрываю то, что со мною происходит, вот, вы раскрыли, и я сдерживаться не могу, прятать сил не остаётся, а что это?.. Вот ты о блуде говоришь, а что это?.. я же не знаю!.. А если не знаю, как могу быть тем, что я не знаю?

Галя хотела что-то сказать, но Елисей прикрыл ей пальцем рот:

- Ничего не говори, просто молчи и всё, не думай ничего, потому что это будут не твои мысли, а те, что нам впихнули с детства, всякие правила, традиции, привычки, просто стань собой, такой какая есть и какой не существует.

- Это невозможно, Елисей.

- Почему невозможно?

- Потому что!.. как интересно-о, мысли тают в чистоте какой-то, и я теряю суть… а ты коварный, Елисей!.. Я поняла, почему сопротивляться невозможно, в тебе нет осуждения, нет страха, нет упрёка, нет ничего, за что бы можно зацепиться… В тебе даже желания не существует.

- Существует и желание, но оно существует только сейчас, в следующее мгновение оно просто появляется опять и так всегда.

- Но почему не чувствую?..

- Потому что ты мыслишь не сейчас, а прошлыми или будущими образами, но не настоящим, а я всегда только здесь и сейчас. Как же ты можешь почувствовать меня?

- Поняла опять. Да, я проваливаюсь в прошлом и будущем и потому натыкаюсь на тебя, и сил в настоящем нет совсем.

- Тебя нет в настоящем, а я есть, потому и становишься собой со мной, всё просто исчезает в эфире мысли прошлого и будущего.

- А контакт интимный!.. это и есть состояние - здесь и сейчас, это экстаз, и он от того, что в этот момент человек попадает в вечное теперь, - Галя подвела итог.

- Да, наверное, но давай чуть позже… - Елисей Галину попросил.

- Нет, я не хочу пока, хочу, чтобы ты меня ласкал, просто задевал… - посмотрела на подруг немного виновато, - вы не обидитесь, девчонки?..

- Не обидятся, - ответил Елисей за всех, чем чище будем по отношению друг к другу, тем комфортней будет атмосфера чистоты и все познают всё, что будет с нами. Я говорил уже: давай влюбимся сегодня!.. Ты любишь?

- Люблю, мой милый Елисей!.. - она взяла за голову его и стала целовать, лицо, грудь, сгорая в искрах электрических разрядов.

Сил не оставалось и на колени Галка пала, обхватила его ноги. Искры электрических разрядов стали распространяться всюду, притягиваться к телам всех женщин, все стали опускаться, сели кто на стул, кто на диван…

- А что же дальше, Елисей?

- Не знаю – тихо прошептал, - хочешь, отдай мене себя, но от меня пока не требуй. Я потом… ладно?.. пошли в комнату.

- Нет, здесь хочу!..

- Тогда сама, только раздевайся…

- Я не могу-у – заплакала с досады Галя.

- Девочки помогут.

Женщины стали Галину раздевать, будто готовили её для брачной ночи. Раздели и Елисея… диван освободили, подвели и отошли немного, на стулья сели. Всё это делали молча в какой то неге.

- Я сама, ты лежи, не шевелись…

Елисей лежал, глаза закрыл… он раскраснелся розовым румянцем, и Галина от смущенья покраснела, но совладать с собой была не в силах. Села на него и стала опускаться вниз, и опять в последний момент Елисей перевернул её, и навалился телом. Почувствовала его силу, но не мужскую просто, а силу чистоты, силу огня, не просто огня, а океана бушующего пламени, в котором после проникновения вся вспыхнула и растворилась, взрывы пламени, как молнии сверкали всюду. Она растаяла, исчезла, потерялась, пытаясь хоть за что-то зацепиться, но!.. совсем исчезла, в глазах появилось удивленье, она забыла всё, и страх, и всё, что было, и что есть… Вдруг будто что-то наполнило её от края и до края, и она сознанье на мгновенье потеряла… Это же он собой её наполнил!..

- А говорил, не можешь?..

- От тебя зависит, Галя. Всё только от тебя… Мужчина слаб без любви женской, совсем немощен, вы мне нектар жизни, я вам семени огонь!.. – он пал рядом и затих.

В комнате, будто зарницы всюду охватывали всё пространство. Женщины сидели и не шевелились. Так прошло несколько минут, Елисей стал подниматься…

- Всё, надо выпить, а то сгорю от счастья!.. – улыбнулся мило, встал, - где, девчонки?..

Но все молчали.

- Елисей, а так с мужем, например?.. ну без экстрима?..

- А у нас экстрим?.. Это чистая любовь девчонки. Разумеется, так надо в семейных играх, надо влюбляться каждое мгновение, а не доказывать, что любишь. Спросите Люду, нам не мешал, как вы считаете, никто.

- Да, девчонки - посмотрела на Галку, - ты же видела!..

- Я сначала влюбляюсь и влюбляю, но ведь не со всеми сразу, а каждую люблю конкретно в тот момент, когда это необходимо…

- Но ведь мы-то тоже любим и не только, когда ты с нами, а всегда…

- И получаете… разве не так?..

- Так.

- Наливайте, пока я оденусь – посмотрел на Галю, - а ты будешь одеваться?

- Нет!.. я буду лежать пока, сил нету. Вот если ты оденешь?.. – вдруг заплакала беззвучно, - Елисей!.. как же жить то после всего?.. что ты делаешь?

- Нормально, Галя, не грузись, здесь ты просто любишь, окунёшься в жизнь опять, появится цепочка времени и всё, как прежде станет. Наверное, не забудешь, но восприниматься будет, как мираж, сон, фантазия. Уверяю вас, не возникнет не стыда, не сомнений, не раскаянья. Так человек ещё любить не может, культура мира не позволяет просто. Так что берите, что есть сейчас, и сами этому учитесь.

 - Чему учиться, Елисей?.. – спросила Надя, - с кем знания в жизнь претворить?

- Притянется само собой, если научишься, и в жизни всё изменится глобально.

- Не дадут… просто не дадут.

- Вот и возвращаетесь в рутину, видишь, Галя, как всё просто?.. а ты переживаешь. Не готовы мы пока, но погуляем, пока возможность есть, а там опять в болото извержений человеческих ограничений. Ну всё, гуляем… или нет?

- Гуляем!.. Лид, доставай!.. Пока Елисей опять на небо не упёр или в ад не бросил.

- Точно!.. – загорелся Елисей.

- Стой, Елисей, ничего не говори, сначала выпьем, а то ты опять нас бросишь в свой экстрим…

- Чё это, брошу?.. я смотрю, время час, Луна полная на небе, светло почти… предлагаю сходить на пруд и искупаться под луною.

- А что?.. мне нравится идея – поддержала Люда.

- И мне…

Всем понравилась…

- Тогда одеваемся… я одеваюсь, и Галка и пойдём, выпить с собой возьмём, – посмотрел на всех, - может кого-нибудь ещё возьмём?..

- Нет, они не ведают свободы.

На улице крик какой-то…

- Что это?.. – заволновалась Надя. Страх у неё возник, страх возмездия за то, что сотворила в состоянии аффекта.

- Не бойся Надя – успокоил Елисей, - я ведь понял, что у тебя что-то случилось с мужем, а теперь боишься. Не бойся, ты свой страх ему передала, он в виде пружины в нужное мгновенье развернётся, и в виде ужаса будет проявляться у него перед тобой. Сейчас, если не настроит отношения в реалиях нового состояния, просто сбежит куда подальше. Я понял так, что он руки распускал, и ты восстала в состоянии, котором находилась?..

- Да!.. а что же творится возле клуба и, сейчас распространяется по всей деревне?

- Мы с Людой цепочку жизни разорвали…

- Это ты разорвал – поправила Людмила.

- Пусть я, не важно… Это, как разрыв электрической цепи, свет в сознании совсем потух, мрак в виде хаоса вырвался наружу.

- И что же будет?.. – спросила Вера, но все ждали с замиранием ответа.

- Вон провод, разорвите и узнаете, что будет.

- Ты толком объясни, чтобы знать, чего нам ждать – Люда попросила. - И почему нас не охватывает хаос?

- Вы к источнику подсоединены пока.

- А кто или что источник?

- В данном случае, я источник.

- Выходит, свет потух в сознании и все обвиняют всех в том, что произошло, не понимают, что случилось?.. – поняла Галина.

- Выходит так!.. пока не понимают, потом начнут искать источник и выйдут на меня через поступок, который этот разрыв устроил.

- И что?.. Елисей, что за привычка напряженье создавать?

- Да ничего, начнут нападать сначала, потом поймут, что меня уничтожая, себя уничтожают. И это будет продолжаться до тех пор, пока не восстановится разрыв, но следует понять, что в прежнем режиме не восстановить уже, будет цепочка, но уже с большим напряжение, к которой все потихонечку привыкнут – посмотрел на всех, - так и вы, но напряжение будет больше, чем у жителей деревни. Это развитие и такие, как я это развитие провоцируем. Правда обычно в щадящем режиме, а я просто рву и всё.

- Так ведь так и убить можно?.. – испугалась Лида.

- И убивает, если не примкнут к источнику или не заштопают разрыв.

- А с нами как?.. ведь не в клубе же, а раньше?..

- Вспомните, как с Верой, с Лидой, с Надей!.. Тут по-моему не только разрыв, а на части цепочку разорвал, только сразу на себя настроил, поэтому и хаос не случился.

- И как же мы теперь перенастраиваться будем?.. – Галка спросила.

- А зачем?.. ты попробуешь сначала мужа настроить на другой, самостоятельный источник, независимый от человеческого стада, на себя… Первое время от меня подпитываться будешь в виде воспоминаний или сейчас, как аккумулятор, впитаешь энергии любви, хватит на годик, а там видно будет, да и в стаде человеческом восстановится цепочка за это время – улыбнулся Елисей, - так что плюньте на то, что будет завтра, просто влюбляйтесь во всё, что мило сердцу прямо сейчас, сегодня.

Люда разливала водку…

- Давайте выпьем, а то не осваивается Елисей… это не Елисей, а!.. слов не нахожу.


4.

На улице прекрасно было. Тёплый ветер при полной луне сдувал весь гнус, а тени мерцающие в свете лунном, навевали некую таинственность и мистическое очарование.

- Как интересно!.. раньше я многого не замечала, когда ночью выходила погулять – тихо промолвила Людмила.

- Что, например?.. – спросила Галя, прислушиваясь к шорохам природы.

- Звук ветра… касание его, шелест листьев, да много что. Я видела луну, деревья, звёзды, понимала, что дует ветер, но!.. касания?.. то, как тело реагирует на это всё!.. нет, не замечала.

- Ты мир сейчас воспринимаешь импульсивно в виде моментов времени, быть может, а каждый импульс проникает всюду. Ты чувствуешь всё, что вокруг, как воду, обволакивающую тело, когда заходишь, каждой клеткой тела чувствуешь прохладу…

Когда выходили из деревни в поле, сзади где-то далеко шум услышали и крики. По голосам и доносившимся словам понятно было, что ищут Елисея.

- Елисей, слышишь?.. тебя ищут – с тревогой прошептала Лида.

- Пусть ищут – повернулся к Лиде, взял за руку, привлёк к себе, - не найдут пока, - нежно чмокнул в губы, - трудно искать во тьме.

Опять кружилась голова у Елисея, подумал, что зря выпил, на свежем воздухе всё двоиться начинало.

- Ты не боишься?.. – спросила Надя.

- Боюсь, девчонки!.. боюсь обратно возвращаться в мир ограничений, блуда, страсти, жестокости и пустоты.

Женщины остановились.

- А то, что мы творим, не блуд?.. – спросила Вера.

- А что творим?.. идём купаться!.. не вижу ничего плохого.

- Как это?.. а у Людки что творили?..

- Когда?

Вера недоуменно на него смотрела.

- Сегодня!.. вот всё-таки не понимаю я, как ты мир воспринимаешь?.. всё наоборот.

- Хочешь сказать, неправильно?.. почему?.. Вот смотри!.. я вижу полную луну – раскинул руки, - ветер тёплый, звёзды, траву, очарование природы… более того, я обнимаю мир. Слышу, конечно, крики, но где-то там, за горизонтом… - подходили к пруду, где купаться собирались, - вижу пруд недалеко, чувствую его прохладу и!.. – замолчал, будто прислушался к чему-то.

- Елисей. Опять ты интригуешь?.. – не выдержала паузы Галина.

- Сердце радостно забилось в предвкушении!.. – Елисей опять замолк.

Когда Елисей вдруг замолкал, казалось, замирала вся природа.

- В предвкушении чего?.. – не вытерпела Вера.

- В предвкушении, как заключу тебя в свои объятья, и зацелую, заласкаю, залюблю!.. – вдруг обнял её и повалил в траву.

Вера, конечно же, не ожидала такого поворота, успела только повернуться, они встретились глазами, которые сверкали в лунном свете у обоих. Елисей спросил:

- Разве у Люды что-то было?.. была жестокость, пустота, страсть, блуд?..

- Я не знаю, но…

- Была нежность, была любовь, очарование, красота, была признательность, доверие и счастье!.. – нежно посмотрел «блудливым» взглядом, - и это ты называешь – блуд?

- Нет, но…

- Люди так считают?.. была измена!.. но была ли?.. разве можно с ветром изменить?.. лучом солнца или сияньем звёзд?.. – дальше им договорить не дали, девчонки приняли игру мгновенно, сначала на Елисея налетели, рядом сели. Елисей упал на спину, он видел всех и улыбался, глаза сверкали в лунном свете.

- Не судите люди тех,


Кто любовь по свету ищет,


Лишь невежда скажет: грех,


Для певца Любовь, как пища.



Не найти такую пищу,


И не выпросить нигде,


Словно вольная Жар-птица,


Есть везде, и нет нигде.



Если нет Любви на свете,


Я на небо улечу,


Тихо, тихо на рассвете,


Любовь на землю принесу.



Вольной птицей в путь отправлю,


Стану сам слугою ей,


В каждом сердце след оставлю,


Живой водицей лишь полей.



Расцветёт цветок прекрасный,


Светом утренней зари,

И исчезнет день ненастный,


Вспыхнет свет, скорей лови.



А поймал, не запирай,


В клетку золотую,


Лучше двери все открой…


Встретишь чистую Любовь, духом молодую.

- Но ты ведь не сиянье звёзд, ты Елисей – потрогала рукой, - и ты реальный, хоть и красиво говоришь, хоть и любовь ищешь.

- А разве ветер не реален?.. Луч солнца?.. разве ты не чувствуешь прикосновенье ветра, тепло луча?.. но!..

Все замерли опять, природа замерла:

- Блуд, так блуд!.. прикинусь мужиком горячим и!..

- Что и?.. Елисей!..

- Ничего. Пошли купаться, блудить будем потом.

Загалдели женщины все разом.

- Ой!.. а я купальник не одела – вспомнила Людмила.

- И я без купальника, где же с Елисеем вспомнишь…

- И я.

Елисей всех удивлённо осмотрел:

- Купальники забыли?.. – почесал затылок, - ну вы даёте!.. И что делать будем?

- А мы нагишом!.. Елисей отвернётся просто и всё – засмеялась Лида.

- Нет, так нельзя.

- Почему?.. – все опять на него смотрели, им нравилась его смекалка и реакция мгновенная на всё, что происходит.

- Тихо!.. – к губам приставил палец, - я думаю.

Все опять затихли.

- Значит так!.. девчонки нагишом идут купаться, но!.. не все, а кроме Веры!..

- Почему?

- Мы с ней займёмся блудом, она же хочет…

- Я ничего не говорила – возразила Вера, - оглядывая всех, ища поддержки.

- Говорила, говорила – поддержала Елисея Люда, - посмотрела на него, - а почему не после купания?..

- Как это почему?.. чтобы тела были потные и грубые, а то какой же это блуд?.. – засмеялся весело, - раздевайся, Вера. И вы раздевайтесь, я смотреть не буду-у, только на Веру буду смотреть блудливым взглядом. Это для того, чтобы более реально было, - пояснил.

Все стали раздеваться, и Вера раздевалась, она считала, что шутит Елисей, но он, раздевшись, к ней подошёл и тихо положил на землю. Трава нежно щекотала спину, проникая в пах и между ног, они опять встретились глазами.

- Ты серьёзно, что ли, Елисей?..

- Елисей никогда не шутит – засмеялась Лида, повернулась, - девчонки, побежали!..

- Стойте!.. – остановил девчонок Елисей.

Повернулись…

- Тихо входите, не спешите!.. дайте возможность природе насладиться единеньем со своим творением разумным, а потом мы с Верой ей покажем её самое главное сокровище!..

- Какое сокровище?.. – прошептала Люда.

- То, ради чего всё начиналось!..

- И что же это?

- Па-Ра!.. в которой двойственность и разделенье в единство переходит, в единство порожденья жизни и всех форм её!..

- Но ведь мы не муж с женой?.. – тихо сказала Вера.

- На время станем, чтобы природе показать, где порождается любовь – повернулся, - идите, девочки и наслаждайтесь, не купайтесь просто.

И девочки пошли, Елисей проводил их нежным взглядом, повернулся к Вере:

- Ты любишь?..

Обняла Елисея Вера, прижалась к телу:

- Люблю, мой ненаглядный, мой любимый!..

- И даже потного и грубого?..

- Ещё больше.

Он навалился на неё всем телом, как ему казалось, грубо:

- И сейчас?

- Всегда, не мучай, Елисей!.. себя не мучай. Ты потным не бываешь, и грубым не бываешь.

- Слушай, как рождается любовь!..

Вера прислушалась к себе…

- Да!.. я слышу!.. она где-то в животе и охватывает тело всё!.. Вот это да!.. я думала, что в сердце.

- Это ещё не любовь, а только лоно, что в себе её несёт. Сейчас огнём наполним лоно и!.. Слушай!..

Вера почувствовала, как Елисей проник в неё, к тому месту, где она слышала зарождение любви и!.. вспышка пронзила всё существо. Это было похоже на то, как шар воздушный мгновенно наполнялся… и молния пронзила, разрывая шар на части, разбрасывая по вселенной тысячами, миллионами искр огня. Они распространились по всему телу так быстро, что казалось, тело взорвалось или взрывалось сотни раз. Вера не вытерпела, закричала, но Елисей закрыл ей поцелуем рот. Она начала метаться, даже вырываться, уже не понимая, происходит что, но!.. всё стало успокаиваться и затихать, истома заполняла тело… будто её не стало. Она не чувствовала тела, не рук, не ног, не головы, только просто знала, что жива и есть, а рядом!.. или внутри… любимый Елисей.

- Такой ты грубый. Елисей!.. такой жестокий!.. чуть не задушил меня… своим прекрасным поцелуем.

Ты полежи маленько, это ещё не всё. Сейчас мы встанем, пойдём в воду омовенье делать, а девчонки встретят нас.

- Откуда знаешь ты?.. они может уже вышли…

- Тогда пошли скорее!.. – встал, руку ей подал, поднял на ноги. Но идти Вера не могла, ноги дрожали…

- Как только что после родов… - промолвила она.

- Так так и есть, ты любовь родила, вселенскую любовь – ловко наклонился и взял её на руки, тихо понёс в воду.

Девчонки ещё купались, как только Елисей приблизился, затихли и навстречу подались, но из воды не стали выходить, просто ждали. Они видели не Елисея с Верой, они видели что-то другое, они видели сиянье мириады звёзд, и солнце и луну, мерцание цветов радужных, в которых отражались тысячи созданий красоты, гармонии природы всей.

В воду зашёл по пояс, на ноги поставил Веру, взял за обе руки и привлёк к себе, так, что тела прижались плотно. Девчонки встали в круг, не понимали сами, что происходит, но встали и за руки взялись. От Елисея с Верой лучи начали исходить и весь пруд вспыхнул вуалью разноцветной, освещая бликами пространство всё, а блики света уносились в бесконечность, пока не затухли постепенно.

- Что это, Елисей?.. – спросила Надя.

- Это любовь родилась!.. наверное, девчонки.

- Так, наверное, в деревне было видно?..

- Может быть!.. но не приблизится никто, а кто посмеет, будет уничтожен. Природа не признаёт жестокость, пустоту и мерзость. – Посмотрел на Веру, - пойдём купаться?..

- Да!.. она освободилась от него и поплыла, следом Елисей и все девчонки.

Опять кружилась голова у Елисея, даже прохладная вода не помогала, и поспешил он выйти из воды, не дожидаясь женщин. Лежал в траве, смотрел на облака, а может на луну, которая плясала, будто исполняла танец ночи, смеясь над Елисеем. Но!.. смеялась ли?.. быть может, плавала в любви, которая родилась. Вспомнились зарницы, что в августе играют иногда… Разряд проходит между небом и землёй и всё пространство вспыхивает светом… Это рожденье света!.. и воздух наполняется озоном. Рождение любви чем пространство наполняет?.. быть может, счастьем!..

Женщины выходили из воды и рядом пали к Елисею, окружив его. Вера к нему обратилась, пытаясь заглянуть в глаза:

- Скажи, Елисей, ты что-то говорил о паре… и что, в этом суть?..

- Говорил!.. и точно знаю.

- Шаман сказал?.. – спросила Надя.

- И он, но и сам подумал. Вот смотрите… как жизнь устроена?..

- Как?

- Двойственность и разделение на свет, и тьму, добро и зло, любовь и ненависть… это два непримиримых полюса, хоть одно без другого не бывает, так говорил шаман, но!..

  - Опять ты интригуешь?.. – поторопила Галя.

- Нет. Природа, чтобы оградиться от вечной борьбы, создала новый образ жизни, то есть мужское и женское начало в надежде, что через них разделение в единство перейдёт, что и происходит.

- Мало заметно, только - задумчиво проговорила Надя.

- Это только потому, что не изъяснил никто. А пока мы просто копируем животных для продолженья рода или жизни и всё.

- А надо?

- А надо не только род продолжить, но и любовь родить. Раз за разом она будет охватывать всё большие пространства и завладеет миром. А чтобы родить любовь, надо понять – как, где и когда!..

- И когда?

- Не знаю, но с Верой вроде получилось, да и со всеми!..

- Ты говоришь: не изъяснил никто?.. Может, ты изъяснишь когда-нибудь?

- Может и я!.. надо понять…

- Выходит, ты с нами эксперимент проводишь?.. – вдруг догадалась Лида.

- Чё это, эксперимент?.. я ничего не провожу, просто отдыхаю и учусь любить. Может – это природа с нами проводит свой эксперимент?.. – осенило Елисея.

- Но ведь не может быть правильным то, что мы творим?.. – встряла Галя.

- Что именно?

- Хотя бы то, что нас пятеро, а ты один, тут мораль рушится необратимо.

- Скажи это жёнам Абдулы из фильма – «Белое солнце пустыни» или Абдуле, и он тебя пристрелит за аморальность.

- Во, загнул ты, Елисей!.. Абдулу приплёл, хотя-а…

- Чё это, загнул?.. Мораль ведь от человека зависит, от традиций… Вот скажи, а нормально и морально, когда муж руки распускает?.. с женою, как с самкой, обращается… по сути, не спит, насилует всегда, пытаясь свои плотские желания удовлетворить?.. или наоборот в отношениях мужа и жены?..

- А ты не так?

- Нет. Я хочу любить и быть любимым, хотя бы в момент взаимодействия.

- Но ты не Абдула, Елисей. Сухов из фильма ведь гарем не принимает, как образ жизни.

- А ему зачем?.. Это из гарема женщины считают… вспомни!.. одна посуду моет, другая убирает, третья готовит, четвёртая спит… и так далее…

- И что?..

А у него одна, его любимая, к которой он идёт, всё это готова исполнять.

- И что?.. что-то не понимаю я… мы вроде не распределяем обязанности.

- Почему нет?.. от святой до куртизанки, бери глубже, другую плоскость, не как домохозяйка, а как грани женского начала.

- Выходит, твоя Василиса для тебя должна стать и куртизанкой и святой?.. – как неоспоримый факт, сказала Люда.

- Выходит так.

- Ты не найдёшь такую.

- Кто знает?.. и, вообще, чего пристали?.. вам плохо?

- Хорошо!.. но последствия?..

- Какие?..

В деревне, где-то на станции всё ещё крики раздавались…

- Послушай, тогда поймёшь?..

- Они нас не найдут, мы для них не существуем, пока мы сами этого не пожелаем. Будут сплетни, будет осужденье, попытки вникнуть, опорочить, но будут вскрываться слабости тех, кто сплетни распускает, потому и попытаются быстро забыть. Главное сейчас всё до абсурда довести… А это я могу и без вас устроить.

- Нет!.. – наклонилась Надя к Елисею, - забудем, что будет завтра, лучше влюбимся друг в друга прямо сейчас!.. я тоже хочу родить любовь!.. – посмотрела вызывающе, - все родили, а я нет…

Елисей обнял Надежду, поцеловал:

- Откуда ты знаешь?

- Знаю!.. ты просто не мог мене и Лиде, ты схитрил!..

- Я сам не знал – оправдывался Елисей и тихо добавил, - я боялся…

- Я знаю, мой милый Елисей, она стала осыпать поцелуями его. Ты лежи, я сама, хочу ласкать тебя, любить, хочу чувствовать тебя, хочу!.. я устала быть святой, сегодня куртизанка я, самая падшая женщина на всей планете.

- А девчонки!.. ты не стесняешься?

- Ты меня не любишь?.. ведь сам же говорил, что когда любишь, то всё исчезает, остаются только двое… Я сейчас охватываю всё собою, а ты?.. разве не мечтаешь о такой?.. Ты не бойся, я смогу стать всеми, пусть ненадолго…

- Я знаю, Надя и, конечно же, я люблю тебя, ты прекрасная, очаровательная!..

- Ещё!.. ещё!.. говори мне о мене… мне так нравится, мне никто и никогда не говорил то, что ты…

- Самая красивая!.. таинственная!.. любвеобильная!.. ты мадонна!..

Надя прикрыла пальцем Елисею рот:

- Всё, молчи, пусть остановится мгновенье, наполненное красотой!..

И мгновение остановилось, всё замерло вокруг, даже движение исчезло, исчезли звёзды, небо и земля, исчезло всё, что было, есть и будет, Надежда почувствовала себя в пространстве и пространством бесконечным, она будто охватывала Елисея, который в прозрачности самой купался, но и прозрачностью была она… Нет, ему не вырваться из сферы, которой окружила Елисея, но!.. что Это?.. Елисей исчез!.. она одна, совсем одна!.. нет ничего, нет Елисея… подумала: - «Он обманул меня»!..

- А-ах!.. – взорвалась Надежда и не просто, а пространство, которым ощущала, взорвалось в каждой точке и всё заполыхало от края и до края светом, сфера исчезла и она исчезла!.. будто. Надя закричала что есть мочи, но крик в бесконечности тонул…

- Елисей!.. ты меня задавишь – тихо сказала.

Елисей очнулся:

- Как это?.. – смутился, - я не заметил, когда… - пал рядом, повернулся, глядя в небо.

Он видел, будто нет ничего на небе, и вот, потихоньку начинают проявляться звёзды, шум ветра и луна, которая висела неподвижно, словно боясь, что её вновь снимут с небосвода. Пространство всё молчало, ни звука, не шороха, не света, всё разбегалось и терялось в пустоте какой-то…

- Я понял!.. Любовь, рождаясь, создаёт все формы в первозданной чистоте, всё пространство наполняется прозрачностью и непорочностью самой… как после грозы – озон, рождённая любовь бросает в чистоту прозрачности и тишины хрустальной.

- Как жить нам?.. Елисей!..

- Я не знаю… давай не будем вспоминать, как в жизни. Где девчонки?.. – сел. Женщины недалеко сидели, были все одеты. Увидели его:

- Одевайтесь и идите к нам – позвала Люда.

Надя тоже села, озираясь, будто только что пришла сюда, стала подниматься:

- Я только искупаюсь – медленно в воду пошла, не оборачиваясь, но так медленно… видимо Елисея дожидалась.

Он не заставил себя долго ждать, быстро поднялся и побежал за ней, на ходу ловко подхватил на руки и стал в воду заходить, но!.. вдруг упал с бесценным грузом!.. окунулись с головой, вынырнули с весёлым смехом, поплыли рядом, наслаждаясь наготой и единением с природой. Через пару минут уже оделись, присоединились ко всем остальным.

- Да уж!.. устроил Елисей девичник нам!..

- Это не я, девчонки, это Люда!.. она пригласила в гости, сам не посмел бы я.

- Сам напросился – возразила Люда. Ты хитрый просто, обманул меня со своим цветочком.

- Нет уж, не оправдаешься теперь. Я же не знал, что вас так много, а ты не предупредила… когда зашёл, чуть в обморок не пал, - посмотрел на всех, - а мы чё сидим то?..

- Так выпить надо, зря брали что ли?.. только я не хочу – сказала Люда.

- И я не хочу.

- И я.

- Никто не хочет?.. как хотите, а я выпью – налил себе и выпил. – Умаялся немного, сначала хорошо, а после!.. будто тело наполняется свинцом.

- И у меня так же, Елисей – подтвердила Надя, - вот я и говорю, как жить то дальше?.. Не сплетен боюсь, не мужа даже, больше не позволю всё равно ему руки распускать, а вот этой тяжести свинцовой. От неё не спрятаться, не скрыться.

- Только если умереть!.. – проговорила Вера, - ты нам всем, да и себе, полную свободу подарил, а сейчас опять жизнь замурует в камень.

- Замурует, вот этого боюсь я больше смерти, сопротивляюсь, а вы мне о том, что ищут… Разве можно боль тела сравнить с болью души?.. Иногда это выход боль притушить. Вы вот что, создайте сферу в памяти своей, в которой огонёк горит, как надежда, как вера и любовь, огонёк – вот этот вечер, ночь, мгновение любви и радости…

- Мы разойдёмся, и больше не повторится никогда?..

- Кто сможет, создавать начнёт свои мгновения любви!.. да что там, слишком всё прекрасно было, но давайте забудем, что было и что будет, давайте жить сейчас. А сейчас, это-о!..

- Елисей, не интригуй!.. Если жить сейчас, как помнить?.. я не хочу забывать…

- Не забывай, но не в прошлом, ибо не где-то там за горизонтом, а здесь… разве это было?.. то самое мгновение?.. оно есть!..

Со стороны, которая была на окраине деревни, раздавались голоса. Расстояние около километра, но отчётливо доносились отдельные слова и приближались голоса.

- Похоже, что сюда идут – забеспокоилась Людмила.

- Идут – спокойно подтвердил Елисей, - свет увидели, видать… вы вот что, девчонки, идите по домам. Будем считать, что праздник кончился, а я поиграю чуть и тоже домой.

- Может, продолжим праздник завтра?.. – предложила Вера.

- Да!.. и сегодня – поддержала Надя, - я не хочу домой… Люд, у тебя переночую?

- Ладно. Только ведь, Надя, всё равно идти придётся, рано или поздно.

- Днём.

Все стали собираться.

- А ты-то как, Елисей, ведь не простят они тебе?.. – спросила Вера.

- Что не простят?.. – не понял Елисей.

- Я не знаю, но думается так… И ещё, чувствую себя как-то иначе, чувствую, что плачешь ты душою.

- Да, наверное. Но всё равно, идите, я к Лиде приду, если ты не против, - посмотрел на Лиду.

- Нет, конечно!.. – обрадовалась Лида, - когда?

- Через часик.

- Так пойдём с нами, Елисей.

- Нет, идите!.. я скоро. Надо кое-что устроить, чтобы до абсурда довести… - он не объяснил, что довести.

Девчонки встали и ушли. Елисей встал, сходил и набрал хвороста, стал разжигать костёр на песчаном берегу, рядом с водой. Сухие ветки вспыхнули, как порох и захрустели искрами огня. Сам разделся и переплыл на противоположный берег. Луна за облаками скрылась, будто подыгрывала Елисею. Опять набрал сухих веток, благо, недалеко кустарник небольшой, сложил аккуратно и поджёг, но сразу же накрыл свежей травой, сверху набросал хвороста и спокойно переплыл обратно.

Лёг от костра недалеко на спину, глядя в небо. Костёр он разжёг только с одной целью – ввести в стопор тех, кто вот-вот придёт… Трудно понять, зачем костёр при жаре больше двадцати… По голосам можно было уловить агрессию и нетерпимость. Когда близко подошли, увидел, что было человек пять… кто, непонятно, да и не присматривался…

- Почему?.. – произнёс Елисей, будто в сторону, ни к кому не обращаясь.

Подошли, нависли сверху, Елисей не шевелился, он понимал, что они пока соображают, зачем костёр…

- Что почему?.. – кто-то машинально произнёс.

- Почему агрессия?.. Откуда в человеке столько злости?

Растерялись мужики. Их рассудок, всегда для себя чётко понимал, что происходит. Сейчас… сегодня непонятно ничего и рассудок ищет точку осознания, что бы понимать начать опять. Для них Елисей и являлся этой привязкой для рассудка, как виновник нестандарта, который что-то делает не так, не правильно!.. и непонятно… Они не знают что, но знают, что неправильно. Вот и сейчас!.. лежит один возле пруда ночью, и костёр горит, хоть жарко и без костра. Может этот костёр от комаров?.. Тогда зачем ночью, вообще, одному идти?..

Ах!.. это же понятно!.. он не один, с ним кто-то есть, наверное, Людмила, ведь он её же вынес на руках из клуба. Федя первый догадался.

- А Людка где?..

Не ответил Елисей… На другом берегу пруда огонь пробился сквозь траву и мгновенно хворост охватил, который лежал сверху, осветив клочками света пространство рядом…И в этот момент выглянула луна из-за облаков… «Природа подыгрывает» - подумал Елисей.

- Дома, наверное – ответил Феде Елисей.

- А там кто?.. – кто-то спросил.

- Где?.. Водяной, может быть!.. или отражение… - улыбнулся Елисей.

Действительно, от света двух костров на воде, будто тени заиграли. И!.. природа подыграла вновь. Пруд был небольшой, метров пятьдесят в диаметре. Что-то в дальнем конце пруда с грохотом упало в воду… «Видать ондатра» - подумал Елисей. Но это было настолько неожиданно, что на несколько секунд рассудок, который и так был поражён, отключился полностью у всех, кроме Елисея. Блики света, что играли над прудом, стали обретать чёткие формы воображаемых объектов. Это особенности психики… каждый увидел то, что подавлялось человеческим рассудком.

Елисей не шевелился, продолжая наблюдать. Стояла тишина, казалось, что даже затих ветер, но тишина звенела образами бликов. Елисей понимал, что сейчас рассудок у всех ищет объяснение, но не находит. В таких случаях реакция одна – «от греха подальше удалиться»… Кто-то начал отступать, кто-то пятиться…

«Надо идти» - подумал Елисей и стал подниматься.

- Всё!.. видать домой пошёл… - тихо произнёс.

- Кто-о?..

- Да кто его знает?.. Кто-то же разжёг костёр, видать вас испугался. Пойду и я, - посмотрел на всех, - а вы-то чего пришли?

- Тут свет горел – ответил кто-то, но на ходу уже, потому что кто-то уже побежал, все ломанулись следом.

Пошёл и Елисей. Он прекрасно понимал, что ситуация доведена до полного абсурда. Сейчас про него такое наплетут, что не вложится ни в какие рассудочные рамки и поэтому теперь не он, а люди искать выход будут, а далее попытаются просто забыть… чтобы идиотом не прослыть. Он прекрасно понимал, что человеческий рассудок мыслит в режиме причины-следствия, сказать иначе, всегда ищет и находит объяснение всему.

Если этого не происходит, то!.. или берёт на веру – тихое помешательство… или доказать пытается то, что невозможно доказать – буйное помешательство!.. обычно выбирают третий вариант – просто забыть или молчать. Елисей в таких случаях просто принимал, как факт усмотрения и всё. Не пытался объяснить на основе чего-либо и, как обычно, спустя некоторое время, чётко знал – что, как и почему. Не зря говорят: - «у страха глаза велики»…

« Ну, вот и всё» - подумал Елисей и бодро зашагал в сторону деревни. Благо, дорогу выбирать не надо, перед ним простиралось чистое прямое поле, и направление каждый выбирал в зависимости того, куда идёт, в какой конец деревни. Направился он не домой, а к Лиде. Скверно было на душе, как-то отвлечься надо, а время было около трёх часов, но это не смущало, завтра выходной… У него опять кружилась голова.

5.

- Мы чё, так и уйдём, оставим Елисея?.. – всех спросила Лида.

Галка посмотрела на неё с каким-то удивлением:

- Конечно!.. он, как обычно, прав. Если мы с ним останемся, то вот тогда драка неизбежна – на Лиду посмотрела, - из-за тебя же, в первую очередь, да и сплетни завтра…

- И действительно-о, молодец, быстро соображает и нас не хочет подставлять…

Они уходили немного восточнее тех голосов, что приближались к Елисею. Встретиться было уже невозможно. Женщины шли и переваривали в себе то, что произошло сегодня, и чем больше они думали, тем больше наполнялись тяжестью какой-то, стыд появился перед собой, внутри началась борьба.

- Что же это?.. почему меняется так быстро всё?.. ведь вроде убедил, что…

- Неправильно это-о… абсурд какой-то!.. чуть не плакала Надежда. – Что-то невероятное творили, и сейчас, будто во сне, что происходит, не понятно.

Лида остановилась вдруг, остановились все.

- Ты чего?.. – спросила Вера.

- Ничего. Я останусь, Елисея подожду. Вы идите и себя терзайте, только без меня…

- А ты думаешь иначе?.. – спросила Галя.

- Что думаю?..

- Ну, о том, что происходит и произошло?..

- Как Елисей Вере сказал, была любовь, счастье, поцелуи, была радость!.. и вы сейчас рассуждаете о том, что это плохо!.. а то, что Андрей бьёт Надьку, хорошо?.. И вообще, чего вы плачете?.. не было ничего. Короче, я остаюсь. Слышу, плачет он, волком воет, умереть желает. Он ведь тоже понимает, что будет предан нами… теми, кому мгновения себя дарил, кого на небеса поднял, бескрайние просторы показал, в каждой себя оставил, наполнил чистотой…

- Подожди, Лида, мы не против, но мы сейчас, как дети. Время три часа, а мы возвращаемся невесть откуда и непонятно, чем занимались… мы ведь об этом.

- Опять же – чем занимались?.. купались, игрались, радовались, любили. Ладно, идите уж, забудьте, что было и что будет, спать ложитесь, завтра всё, как сон восприниматься будет.

- Хорошо тебе!.. а как мне домой идти – спросила Надя.

- Не ходи!.. я вон из Казахстана уехала, всё бросила, только потому, что жить было невмоготу, а ты мне плачешься, что стыдно, страшно домой идти. Более того, мне почему-то кажется, что и это Елисей учёл и всё устроил, так что можешь идти смело и не бояться ничего.

Все замолчали.

- Тогда и я останусь – заявила Люда, - он ведь ко мне пришёл.

- Так и я-а… - заволновалась Надя.

Галка на всех недоуменно посмотрела:

- Вы чё, девчонки?.. правильно Елисей сказал, что посеял хаос. Мы опору потеряли, он разрушил за несколько часов всё, чем жили, все устои… - подумала немного, - и не только у нас, похоже.

- Да!.. но он сказал, что удержаться можно, если от центра, от него не отрываться – заявила Вера.

- Во, попали!.. и сейчас какой-то бред несём, - вновь возмутилась Лида, - идите уж!.. приходите днём и всё обсудим вместе с Елисеем.

- Да, пошли, девчонки, пусть остаётся Лида. Сдаётся мне, что он ещё что-то устроит, так что будет о чём поговорить, а пока не надо ему мешать.

- Я поняла-а!.. – вдруг осенило Веру, - он больше не придёт, не прикоснётся ни к одной из нас, он специально это сделал, чтобы мы не терзались долго… Более того, сделает вид, что ничего и не было, а мы его за это просто возненавидим…

- За что?..

- За то, что не прикоснётся!.. и к тебе он, Лида, не собирался приходить, домой уйдёт – вздохнула тяжело, - наверное, это правильно… для меня, во всяком случае. Что же, спасибо Елисею за мгновенья счастья, - посмотрела на всех, - ладно, вы как хотите, а я пошла. И вы не мучайте себя, раз пошли, надо идти, пусть Лида остаётся, может, ему нужна будет поддержка…

Постояли ещё немного, и пошли в деревню все, кроме Лиды.

 *************

Елисей шёл и думал, что же делать. К Лиде идти, так время много, и голова кругом идёт, будто кто её свинцом наполнил. Он стряхнёт немного эту тяжесть, кружиться начинает и сердце разрывает. Подумал, что это похмелье наступает…

Вдруг почувствовал чьё-то присутствие недалеко, хоть и темно было, и ничего не видно… даже луна за облаками скрылась. Понял, что присутствие идёт навстречу, точнее, не навстречу, а чуть наперерез. Он взял направление домой, а его пытаются перехватить. Немного впереди и с боку увидел лёгкое движение… оно было настолько лёгким, как мотылька полёт. Понял, что это женщина идёт… кто?.. А какая разница?.. пусть безумие сегодня торжествует!.. Подумал так и притаился. Остановилось и движение навстречу, беспокойство появилось впереди, которое в волнение переросло и готово было вот-вот паникой взорваться.

- Кого встречает дева ночи?.. уж не меня ли?.. – появился Елисей, как из-под земли, и это было так неожиданно для Лиды, что вскрикнула она и попыталась отскочить, но он уж крепко держал её за руку.

Сердце у Лиды бешанно забилось:

- Елисей!.. разве так можно?..

- Елисею нет, но я не Елисей сейчас, сам дьявол!.. Как же иначе справиться мне с девой ночи?..

- Я-а…

- Не возражай!.. не оправдаешься теперь, но!.. чтобы победить мне деву ночи, нужно…

- Я согласна – перебила Лида.

- В чём согласна?.. – не понял Елисей.

- Подчиниться воле Елисея.

- Вот и подчиняйся воле Елисея, а воле дьявола?.. Не страшно?

Тихо засмеялась Лида:

- А надо, чтобы страшно было?.. но ночь не боится мрака.

- Да?.. точно не боится. Тогда я солнца свет и луч разящий!.. Знаешь, что сделаю?..

- Что?.. – Лида всё больше загоралась радостью какой-то, которая вот-вот взорвётся искрами огня.

- Лучом проникну в чрево девы ночи и светом вспыхну, растворяя тьму.

И!.. что это?.. Лида почувствовала себя девой, которая находится во тьме кромешной, а она!.. как сердце этой тёмной массы. Ужас охватил её… она метаться стала, вырываться, но сил не было совсем, кто-то или что-то всё сильнее сдавливало сердце. И этот кто-то повалил её на землю, всем телом навалился, раздел бесцеремонно… Она сопротивлялась, кричать пыталась, но звук мгновенно превращался в камень, который увеличивался в горле до замирания дыханья, и ей пришлось затихнуть… сдаться. Любое движенье мысли причиняло боль, которая была невыносимой.

Она чувствовала, что она не человек, а камень твёрдый, как статуя, в которую проникло что-то, разрывая плоть. Вдруг где-то глубоко возник огонь, который стал расти, наполняя тело жаром жизни, и тело стало оживать!.. только сейчас, раньше оно было не живое… Тепло и свет росли, вдруг взрыв произошёл, и тьма, которая давила, была разорвана на части этим взрывом, что таяла в сиянье света, наполняя всё существо радостью, любовью и блаженством. Она почувствовала полное освобожденье от всего, что было, есть и будет, даже освобожденье от себя самой.

Лежала Лида тихо-тихо, боясь пошевелиться, и наблюдала, как свет из тела всё ещё струится, а где-то там зарницы освещают небосвод. Ночь разрывается на части. Она знает – это она любовь родила и от тьмы освободилась, или Елисей её освободил. Чувствовала, что он рядом, даже видела его, зарницами лаская его тело, прикасаясь нежно-нежно к его губам, глазам, к его нагому телу.

- Ты изнасиловал меня?.. ведь так?..

- Не тебя, а деву ночи!.. – улыбнулся Елисей. – Тебя освободил от мрака, зарницами послал играть на небосводе.

Лида повернулась к Елисею, в глазах стояли слёзы:

- Ты изверг просто!.. а если бы осталась камнем я?

- И что?.. камень в виде камня не знает неудобства, пока не поймёт, что есть другие состояния.

- Выходит, была всегда я камнем, но поняла только сейчас, когда осознала состояния другие?..

- Выходит. Вы все, как силиконовые куклы. Вдруг дверь открылась, вы испугались и спешите эту дверь закрыть – посмотрел на Лиду с грустью, - разве не так?.. ведь об этом говорили, когда шли домой?.. Ты-то, зачем к двери вернулась?

- Скажи, а ты ведь не хотел ко мне прийти?.. ты обманул!.. ты не хочешь больше с нами-и?..

- Зачем?.. Я есть, и нет меня!.. Я ветер, сон, а сон проходит, и ветер затихает, только в лесу дремучем. Так и у вас затихнет в быту жизни. Люди не любят катаклизмы, не любят ураган и грозы.

- Остановись!.. лучше пошли ко мне, есть выпить у меня, потом поспишь, а завтра всё иначе будет.

- Наверное, иначе – повернулся к Лиде, - только не надо подниматься высоко, потом назад дорогу найти трудно, а порой и невозможно.

- И ты не можешь путь назад найти?..

- Я не ищу и всё.

- И мы так же.

- Бога может полюбить только Богиня,


Орла Орлица, Голубя Голубка.


Для Бога лишь Богиня берегиня,


На крыше Голубь, а не уж целуется с Голубкой.



Орлица в небесах с Орлом летает,


А бог с Богинею Творенья создаёт,


Так почему же человек крыс выбирает?..


И нЕлюдям блаженство создаёт?..



Они, как саранча в обличье человечьем,


Всё пожирают паразиты на Земле,


От них не толку нет, не прока,


Всё зАлили в невежестве и зле.



Нет Бога выше Человека, что творит,


Богини выше Женщины земной,


У нЕлюдей устами бога дьявол говорит,


А у людей Любовь, что просыпается весной.

- Но иногда бывает и иначе?.. очень редко…

- Не получится, сердце не выдержит, каждое мгновенье бесконечно, а наполнять его придётся всё равно. Пока наполняем прошлым, а чем будем наполнять, когда прошлое исчезнет?..

- А как дети?.. у них ведь нет прошлого ещё.

- Но есть у родителей ребёнка и память рода. Конечно, быть ребёнком – это выход, но прежде надо научиться, вспомнить, как это. Вот вы шли и рассуждали, что вдруг, как дети стали…

- Откуда знаешь ты?

- Просто. Понятно же, что то, что творили, только неразумное дитя творить способно, ибо не ведает, что творит. Как поняли… стали опять взрослыми и пришли в ужас.

- И что сейчас, всё закончится?

- Нет наверное, завтра все придут, пока нет привязки, далее?.. пусть будет, Лида, там посмотрим.

- Вот ведь как, всё перевернул за ночь одну…

Со стороны станции, что на окраине деревни, шум послышался опять.

- Сколько время?.. – спросила Лида.

- Скоро светать начнёт – просто ответил Елисей.

- Так вроде спать все должны?

Шум приближался, в поле фонарики сверкали. Лида стала волноваться.

- Елисей, чё молчишь?.. чё это?

- Не знаю. Нас… меня, наверное, ищут.

- Зачем?.. они что, с ума все посходили?.. – Лида чуть не плакала уже.

- Что-то в этом роде. Взял её за руки, привлёк к себе, - пойдём домой!.. нам с ними не по пути.

- Так ведь поймают?..

- Не поймают, люби меня сильнее, им это недоступно – тихо руку сжал, - да успокойся ты, мимо пройдут и не заметят.

- Почему?

- Цель у них другая. Видишь, костёр догорает возле пруда?

- Вижу.

- Это, как ориентир для них, а мы здесь, так что…

- А завтра что будет?

- А завтра будет, как вчера!.. наверное. Люди опору утеряли, вот и ищут… ты не грузись, скоро весь мир будет искать, круг разорвался в мире всём, не только здесь.

- Откуда знаешь?

- Знаю!.. учился ведь. Мир прорвался в бесконечность. Это я раньше понял, только осознал сейчас. Кто принял… я, например, уже ломаем… пошли, Лида, спать охота.

- Как ты можешь?.. хоть бы объяснил… - настаивала Лида, - я боюсь.

- Поздно бояться то, но объясню, как смогу. Возьми шар и надуй в него бесконечность!..

- Это невозможно, шар лопнет.

- Вот!.. а я о чём.

- Та-ак-к!..

- Нормально всё, потихоньку перестраиваться будут. Да и я ещё не знаю точно, только думаю, что так. Но!..

- Что?.. – Лида к нему прижалась.

- Давай просто влюбимся друг в друга до утра, а там посмотрим.

- Давай!.. – Лида обняла его за шею, - мой милый Елисей!.. я знаю, это ненадолго, но пусть будет, я благодарна жизни, что тебя познала и телом и душой.

Ветер поднялся вдруг, лаская их тела, проникая под одежду, будто песню пел о продолжении жизни, о величии любви и не на небе, а на земле, воспевая радость встречи двух начал великих, которые ещё несмело, но уже прокладывали в бесконечность путь, как первые шаги младенца. Вспышки света!.. надолго ли?.. вокруг тушителей так много. Правильно ли то, что произошло со всеми ими?.. Нет, наверное, но, в общем. В частности, все были искренни, честны, нежны, любвеобильны, как искорка, мелькнувшая в ночи, и потому забудем, что было, или будет, будем любить сегодня!.. сейчас и вечно!..