КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы  

Конфликт в Южной Атлантике: Фолклендская война 1982 г. (fb2)


Настройки текста:



Дмитрий Татарков Конфликт в Южной Атлантике: Фолклендская война 1982 г.

Предисловие

За годы, минувшие после окончания Второй мировой войны, на нашей планете произошло более сотни локальных войн и вооруженных конфликтов, в ходе которых погибло около 20 млн. человек. Весной 1982 г. внимание всего мира оказалось прикованным к Фолклендским островам. В течение 74 дней Аргентина — страна, претендующая на лидерство в Южной Америке, и Великобритания — одна из ведущих мировых держав, жертвуя человеческими жизнями и тратя миллиарды долларов, вели между собой упорную вооруженную борьбу.

Эта война имеет несколько названий. Так, в США и Европе ее называют «Конфликт в Южной Атлантике». Аргентинцы именуют ее «Мальвинским конфликтом», а британцы — «войной в Южной Атлантике» или «Фолклендской войной». В отечественной историографии события тех дней получили название «англо-аргентинский вооруженный конфликт».

К сожалению, до недавнего времени у нас в стране эти события были изучены недостаточно. А между тем, в истории военных противостояний второй половины XX ст. это едва ли не единственный случай, когда участники конфликта были равны по своим силам. Подобное равенство обусловило особое ожесточение и масштаб боевых действий.

Данное исследование посвящено как самой войне в целом, так и отдельным ее аспектам. Необходимость осветить предпосылки и причины возникновения конфликта привела к расширению хронологических рамок описываемых событий. При составлении книги автор использовал названия географических объектов в транскрипции Лоции восточного побережья Южной Америки. События описаны по местному времени с учетом Международной системы часовых поясов. Карты и схемы составлены автором.

Главы книги обсуждались с различными специалистами военно-морского дела. Автор учел сделанные ими замечания выражает им благодарность. Особую благодарность хотелось бы выразить Михаилу Автушенко.


Глава 1. ИСТОРИЯ КОНФЛИКТА

Фолклендский архипелаг расположен почти на самом юге Атлантического океана, между 51° и 53° южной широты и 57° и 62° западной долготы. Ближайшая материковая земля — это побережье Южной Америки, находящееся на расстоянии 483 км к западу от островов. Архипелаг состоит из двух больших островов — Западный Фолкленд и Восточный Фолкленд, отделенных друг от друга Фолклендским проливом; в его состав также входят около двухсот маленьких островков и скал. Общая площадь Фолклендского архипелага — 12173 км2.

Береговая линия островов сильно изрезана многочисленными глубокими и узкими бухтами и заливами. Рельеф преимущественно холмистый, при этом Западный Фолкленд более гористый. Остров Восточный Фолкленд условно можно разделить на северо-восточную и юго-западную части. В северо-восточной части острова расположена наивысшая точка архипелага — гора Асборн, возвышающаяся на 705 м над уровнем моря. В этой части острова в 1764 г. было основано первое поселение, здесь же находится и современный административный центр архипелага, Порт-Стенли. Юго-западная оконечность острова отделена от остальной его части двумя глубоко вдающимися заливами. В единое целое остров соединяет узкий перешеек, начинающийся у небольшого поселения Дарвин. Рельеф Восточного Фолкленд а представляет собой низменную равнину с максимальным возвышением в 45 м над уровнем моря. С давних времен этот своеобразный полуостров получил название Лафония, его использовали как огромное пастбище для овец.

Из-за суровых климатических условий растительный мир островов крайне беден. Заливные луга или вересковые пустоши расположены на равнинах, здесь также произрастают карликовые кустарники и привезенные с большой земли сосны и буки. Равнины в ноябре и декабре покрываются сплошным зеленым ковром, состоящим из благоухающих цветов. Животный мир архипелага достаточно разнообразен. Реки и многочисленные бухты островов изобилуют рыбой. Многочисленные виды птиц, в том числе дикие гуси и кормораны, четыре вида пингвинов, а также котики, тюлени, морские львы, заплывающие в эти воды киты приводили и приводят в восторг не одно поколение натуралистов и любителей природы. Больших рек на Фолклендах нет, лишь изредка встречаются мелкие и периодически пересыхающие ручьи, зато в избытке торфяные болота. Возвышенности сложены из различных горных пород, преимущественно из известняка и кварца. На островах происходят довольно опасные для человека природные явления — так называемые каменные потоки или реки, которые состоят из мелкого щебня и под воздействием процессов выветривания и колебания температур сходят с горных возвышенностей, сметая все на своем пути.

Климат островов определяется наличием двух холодных океанских течений. Фолклендское течение перемещается вдоль берегов Аргентины с юга на север, а так называемое течение Западных ветров господствует в антарктической океанской зоне. Зима на архипелаге мягкая, но долгая, минимальная температура июля, самого холодного месяца в южных широтах, составляет около -5 °С. Снежные осадки характерны для большинства месяцев года, но они не образуют устойчивого покрова и довольно быстро тают. Зато холодные ветра делают фолклендскую зиму гораздо более суровой, чем она могла бы быть.

Лето характеризуется большими изотермическими перепадами. Средняя температура января, самого теплого месяца в этом полушарии, достигает 22 °С. Среднегодовая же температура на островах колеблется около 5—6 °С. Согласно данным научных отчетов, составленных исследователями архипелага в разное время, за последние 250 лет климат островов стал существенно мягче.

На большинстве политических карт мира Фолклендский архипелаг окрашен в белый цвет. В скобках политкорректные картографы не забывают указывать, что эта территория является спорной между Великобританией и Аргентиной. Однако Фолкленды фактически являются британской колонией под управлением назначаемого из Лондона губернатора, резиденция которого расположена в Порт-Стенли.

Порт-Стенли — это самый крупный населенный пункт архипелага, в котором проживает чуть более полутора тысяч человек. Кроме административного центра, на островах насчитывается не более десятка поселений, численность обитателей которых редко превышает 50 человек.

Исполнительная власть на островах, как уже упоминалось, принадлежит британскому губернатору, который в своей деятельности опирается на семь муниципальных советников. Законотворчеством местного значения ведает совет из одиннадцати членов, причем только четыре должности являются выборными. Судебная власть представлена двумя судами — верховным и мировым.

Основное занятие местного населения — овцеводство. На островах насчитывается около 650 тыс. голов овец, дающих в год 2,5 млн. кг. шерсти. Импорт продуктов овцеводства до недавних пор считался основной статьей доходов Фолклендов.

Фактическим владельцем архипелага является основанная еще в 1851 г. «Фолклэнд айлендз компании, ныне влившаяся в качестве филиала в британский консорциум «Чарлигтон индастриал холдингз». Этой компании принадлежит 46% всех земель на островах, и на нее работает почти половина трудоспособного местного населения, а также наемные рабочие, приезжающие сюда с Британских островов. Главной статьей доходов компании служит прибыль от монопольного производства и экспорта продукции овцеводства на Фолклендах.

Несколько десятилетий назад бурное развитие получило рыболовство. Продажа лицензий на отлов рыбы приносит в островной бюджет около $40 млн. в год. Сегодня по уровню доходов рыбный промысел вышел на второе место в экономике архипелага.

Начиная с середины 60-х годов прошлого века, распространились сведения о гигантском месторождении нефти в районе океанского шельфа между Фолклендскими островами и аргентинским побережьем. По оценкам американских специалистов его запасы сопоставимы с нефтяными запасами Кувейта. По их мнению, в регионе можно наладить добычу до 2 млн. баррелей сырой нефти в день. Интерес к нефтяным запасам особенно усилился после доклада комиссии лорда Шеклтона в 1976 г. В настоящее время компании, которые занимаются разведкой нефтяных месторождений, считают, что говорить о промышленной добыче сырья в водах Фолклендов преждевременно. Подобная информация привела к росту числа скептиков, крайне отрицательно относящихся к самой идее наличия запасов нефти на шельфе Фолклендских островов.

В 1833 г. (это официально признанная дата — авт.) между Великобританией и Аргентиной разгорелся спор за право обладания Фолклендскими островами. Однако обе стороны, стремясь убедить международное сообщество и друг друга в своем историческом праве владеть островами, давно уже удалились в глубь веков, разыскивая в пыльных архивах необходимые им документы эпохи Великих Географических открытий. В результате сегодня оспаривается даже первенство в открытии архипелага.

Известная нам история Фолклендов начинается во времена первого знакомства европейцев с Новым Светом. I) 1501—1502 гг. великий итальянский путешественник Америго Веспуччи совершил свое третье плавание под португальским флагом к берегам Южной Америки. Некоторые историки и географы полагают, что в 1502 г. Веспуччи со своими спутниками первым посетил воды архипелага — впрочем, даже большинство аргентинцев считают эту версию слишком смелой.

Интересный факт связан с именем И. Гомеша, исполнявшего обязанности кормчего одного из кораблей флотилии Фернандо Магеллана во время первого в истории кругосветного путешествия в 1519—1521 гг. В середине ноября 1520 г., после открытия Магелланова пролива, Гомеш, питавший личную ненависть к командиру экспедиции, поднял мятеж и захватил корабль «Сан-Антонио», на котором решил вернуться в Испанию. Выйдя из пролива в Атлантический океан, мятежный корабль оказался во власти холодного Фолклендского течения, которое отнесло его на северо-восток. В один из декабрьских дней 1520 г. вахтенный матрос увидел землю. Испанские исследователи полагают, что это и был Фолклендский архипелаг. Однако Гомеш не решился высадиться на берег, опасаясь повредить корабль о прибрежные камни, и предпочел продолжить путь домой.

Наиболее правдоподобным большинство латиноамериканских историков считает следующий факт. В августе 1539 г. из Севильи для колонизации земель в районе Магелланова пролива отправилась экспедиция под руководством епископа Пасенция. В январе следующего года четыре корабля флотилии вошли в пролив, где на них обрушился жестокий шторм. В результате ударов стихии флагманский корабль затонул, а судно под командованием Ф. Камаго унесло в океан. В последние дни января этот корабль прибило к берегам неизвестного острова. После вынужденной задержки, связанной с исправлением повреждений, в декабре 1540 г. Ф. Камаго увел свой корабль обратно в Испанию. Право первооткрывателя косвенно подтверждается наличием на картах, выпущенных после возвращения Камаго в Европу, двух небольших островов, расположенных на расстоянии 60 морских лиг от Магелланова пролива.

Британские исследователи склонны считать первооткрывателем архипелага Джона Дэвиса. Корабль «Дизаер» под командованием этого прославленного английского путешественника вышел из Плимута 26 августа 1591 г. в составе экспедиции под началом известного морского пирата Т. Кавендиша, Путь лежал через бурные воды Магелланова пролива. В районе пролива корабли, попав в сильнейший шторм, потеряли друг друга. Увлекаемый все тем же фолклендским течением, Дэвис 14 августа 1592 г. увидел неизвестные острова. Но и на этот раз моряки не рискнули высадиться на берег.

Критики этой версии указывают на ее заметное сходство с перечисленными выше историями, на неясность деталей и на то, что этот рассказ появился только после возвращения на родину других мореплавателей. Сторонники первенства британцев приводят как еще одно доказательство своей правоты название островов. Свое первое имя, Земля Девы, архипелаг получил в 1594 г. во время очередной английской экспедиции под руководством Р. Хопкинса. И на этот раз все произошло по уже известному сценарию: шторм, потеря спутников, течение, острова. Но, в отличие от своих предшественников, Хопкинс счел необходимым изучить северное побережье островов. Он первый описал архипелаг. Его описание было высоко оценено последующими поколениями исследователей этого региона. Британский капитан назвал острова Землей Девы в честь своей королевы — незамужней Елизаветы Тюдор.

До конца XVII в. у географов не существовало единого мнения относительно природы новой земли. Одни считали ее островом, другие северной оконечностью таинственного южного материка. С целью детального изучения Земли Девы британское Адмиралтейство в 1689 г. отправило на архипелаг экспедицию капитана Стронга, В начале 1690 г. англичане обошли вокруг архипелага и обнаружили пролив, разделяющий два главных острова. Этот пролив Стронг назвал Фолклендским в честь казначея экспедиции, английского лорда Люциуса Кейри Фолкленда, Некоторое время спустя название пролива англичане перенесли на весь архипелаг. Самые крупные острова были названы Восточный Фолкленд и Западный Фолкленд. После возвращения экспедиции Стронга в Англии почти на 70 лет потеряли интерес к островам.

Примерно в это же время острова получили и свое второе название. Небольшой французский портовый городок Сан-Мало еще со времен позднего средневековья приобрел зловещую славу родины французских корсаров. С конца XVI в. моряки из Сан-Мало — или, как их называли на родине, малуины — совершили сотни пиратских набегов на Англию, Испанию и Антильские острова, предпринимая и более дальние плавания к берегам Бразилии. В 1668—1671 гг. француз Жак Гуэн де Бошен во время своей тихоокеанской экспедиции посетил Восточный Фолкленд. Малуины, привлеченные рассказами спутников Бошена о том, сколь богаты далекие берега морской дичью, стали совершать переходы к островам, постепенно превратив их в свою торговую базу. Со временем во Франции архипелаг стали называть Малуинским, или в испанском произношении Мальвинским. Именно это название стало официальным первоначально в Испании, а затем и в Аргентине.

Итоги Семилетней войны заставили Францию в рамках новой колониальной политики обратить свое внимание на заокеанские территории. Прославленный путешественник Луи Антуан де Бугельвиль составил проект колонизации Фолклендских островов, по которому планировалось построить укрепленный форт и переселить туда франкоканадцев, бежавших от английских притеснений во Францию. В дальнейшем поселение предполагалось использовать как базу для кораблей, направляющихся из Атлантики в Тихий океан.

Свой проект Бугельвиль представил судовладельцам из Сен-Мало, а после их одобрения — в Морское министерство. В Париже этот план поддержали, и уже 15 сентября 1763 г. два французских корабля «Эгль» и «Сфинкс» с переселенцами на борту покинули Францию. Подыскивая место для поселения, Бугельвиль обратил свое внимание на подходящий залив на Восточном Фолкленде. Он назвал его Заливом французов — современное название залив Беркли-Саунд. В скором времени на его берегах был возведен форт, названный Порт-Луи в честь короля Людовика XV. В течение 1764—1765 гг. Бугельвиль трижды посещал Фолкленды, доставляя новых переселенцев, необходимые им материалы, а также скот и саженцы деревьев. К началу 1766 г. численность колонии возросла до 150 человек, а форт Порт-Луи был укреплен 14 пушками. Поселенцы не только занимались строительством, но и исследовали острова. Ими были составлены подробные карты побережья и описания его внутренних областей. Однако в скором времени обстоятельства заставили французов покинуть архипелаг.

В 1764 г. первый лорд британского Адмиралтейства граф Эгмонт отправил на юг экспедицию в составе корвета «Дофин» и шлюпа «Томар». Официальной целью экспедиции был поиск земли к югу от Магелланова пролива и исследование Фолклендских островов. По сути же британцы хотели утвердить свое право владения архипелагом. Руководство экспедицией было возложено на опытного морского офицера Д. Байрона, деда знаменитого английского поэта. После долгого и изматывающего путешествия и напрасных поисков таинственной южной земли, 12 января 1765 г. Байрон и его спутники подошли к острову Западный Фолкленд. Отыскав безопасную гавань, впоследствии названую в честь организатора экспедиции Порт-Эгмонт, англичане высадились на ее берегах.

Байрон от имени короля вступил во владение гаванью и всеми прилегающими землями, после чего покинул остров. В следующем году на Фолкленды прибыл британский капитан Д. Макбрайд. Ему предстояло тщательно исследовать архипелаг и основать здесь колонию. Возведя в Порт-Эгмонт форт, англичане потребовали от французов уступить им всю колонию, ссылаясь на право первооткрывателей. Положение французов осложнялось тем, что к этому времени претензии на архипелаг заявила Испания. В Париже решили, что игра не стоит свеч. Порт-Луи был передан во владение испанцам, которые переименовали его в Пуэрто-Соледат. Сделку заключили в 1766 г., причем правительство Испании компенсировало Франции расходы на обустройство колонии.

Утвердившись на Восточном Фолкленде, Испания потребовала от англичан уступить соседние острова. В 1770 г. испанцы предложили старшему офицеру в Порт-Эгмонт, капитану Ханту, эвакуировать с острова британский гарнизон. Хант отказался выполнить эти требования, заявив, что эта земля принадлежит Британии как по праву открытия, так и по праву заселения. После такого ответа в водах острова появилась испанская эскадра из пяти боевых кораблей, на борту которых находилось 1400 человек десанта.

14 июня 1770 г., не желая из-за ничтожного острова начинать войну, англичане оставили Порт-Эгмонт. К концу XVIII ст. в состав владений испанской короны в этой части света входили три вице-королевства — Гранада, Перу и Ла-Плата и два генерал-капитанства — Венесуэла и Чили. Именно в состав вице-королевства Ла-Плата и были переданы Фолклендские острова. В 1806 г. англичане, воспользовавшись французской оккупацией Испании в ходе наполеоновских войн, напали на столицу вице-королевства Буэнос-Айрес и попытались овладеть всей территорией Ла-Платы. Эту акцию Британская империя предприняла, воплощая в жизнь доктрину захвата и колонизации всей Южной Америки, выдвинутую известным философом Т. Гоббсом. Первоначально англичане добились успеха, захватив Буэнос-Айрес и часть побережья, но затем натолкнулись на активное сопротивление местного населения, развернувшего против них партизанскую войну, и были вынуждены покинуть разрушенный и разграбленный ими город.

Испанский форт Пуэрто-Соледат просуществовал до 1811 г., когда по причине роста национально-освободительного движения в американских колониях метрополия была вынуждена вывести войска из отдаленных гарнизонов.

В 1816 г. после провозглашения независимости Объединенных Провинций Реки Ла-Плата — это название первоначально носила Аргентинская республика — молодое государство, как правопреемник Испании в регионе, заявило свои права и на Фолклендский архипелаг. Однако еще долгие годы острова продолжали оставаться необитаемыми. И только в 1820 г. Буэнос-Айрес, обеспокоенный не определенным до конца статусом островов, направил к их берегам военный корабль. 6 ноября 1820 г. командир фрегата «Героиня» Д. Джювет поднял сине-белый флаг на руинах Пуэрто-Соледат. Обращение аргентинского правительства к заинтересованным странам, в котором говорилось о формальном вступлении во владение островами, было опубликовано, в том числе в британских и испанских газетах.

В 1826 г. известный аргентинский общественный деятель генерал Розас выступил с предложением колонизовать острова. Небольшая группа поселенцев во главе с губернатором Л. Вернье отправилась восстанавливать Пуэрто-Соледат. Одной из главных проблем, с которой пришлось столкнуться на островах новой аргентинской администрации, было браконьерство. Многочисленные охотники за тюленями вели бесконтрольный варварский промысел в прибрежных водах, и при этом не платили никаких пошлин.

В 1831 г. по приказу Вернье были арестованы три североамериканские промысловые шхуны, причем одного из задержанных капитанов доставили в Буэнос-Айрес, где предали за браконьерство суду. Ответ США был скорым и быстрым: обвинив власти Мальвин в пиратстве, военный корабль «Лексингтон» атаковал и разрушил Пуэрто-Соледат. Были арестованы аргентинские официальные лица, а сами острова американцы объявили свободными. Затем стороны обменялись взаимными упреками в неадекватности поведения и разорвали дипломатические отношения, вновь восстановленные лишь в 1843 г.

Эта история привлекла внимание британского Адмиралтейства. В Лондоне пришли к выводу, что в сложившейся ситуации, настало время вернуть Фолкленды под власть британской короны. В качестве официальных причин захвата островов указывались и предотвращение их оккупации Соединенными Штатами борьба с пиратством. К архипелагу отправился отряд английских боевых кораблей в составе фрегатов «Клио» и «Тайм», экспедицией командовал капитан Окслоу.

В начале 1833 г. английский десант, не встретив серьезного сопротивления, занял острова. Немногочисленный гарнизон, капитулировавший без единого выстрела, во главе с тогдашним губернатором X. Пинедой, был депортирован в Аргентину. Естественно, Буэнос-Айрес выразил свой протест по поводу действий Великобритании, в котором потребовал незамедлительного возврата архипелага. С 1833 г. этот протест, повторяемый почти ежегодно и в некотором смысле ставший традиционным, отклоняется английским правительством.

Слабая в военном отношении Аргентина не рискнула пойти на военный конфликт с «повелительницей морей». Но с тех пор, как сказал известный аргентинский писатель X. Асиса, «Мальвинские острова стали для каждого аргентинца предметом персонального спора с Соединенным Королевством, тем самым неоплаченным счетом, по которому они однажды обязательно должны нам заплатить. Возвращение Мальвин — это наше справедливое требование, острова были, есть и будут аргентинскими».

Спустя некоторое время Лондон приступил к освоению островов, но только в 1842 г. Фолкленды получили официальный статус британской колонии. Общественность «туманного Альбиона» практически не обратила внимания на захват архипелага. Чарльз Дарвин, совершавший в это время свое путешествие на корабле «Бигль» и в конце 1833 г. посетивший Фолкленды, писал своим знакомым: «К нашему удивлению мы обнаружили, что тут развевается английский флаг. Полагаю, что оккупация этих мест едва ли была отмечена британской прессой, однако, как нам стало известно, вся Южная Америка бурлит по этому поводу. Если судить по угрожающему языку Буэнос-Айреса, можно подумать, что эта республика намерена объявить войну Англии! Сами острова имеют довольно жалкий вид, здесь нет ни одного дерева, но, тем не менее, месторасположение придает им большое значение для мореходства».

В1908 г. Великобритания аннексировала остров Южная Георгия и Южные Сандвичевы острова. Управление этими зависимыми территориями было возложено на Фолклендского губернатора. К началу прошлого столетия значение архипелага резко возросло. На острове Восточный Фолкленд был основан Порт-Стенли, базируясь на котором, британский флот во время Первой мировой войны сумел удержать контроль над Южной Атлантикой. 8 декабря 1914 г. в Фолклендских водах произошло пятичасовое сражение между германской и британской эскадрами, окончившееся победой англичан.

В начале 60-х годов XX в. правительство Аргентины развернуло на международном уровне широкомасштабную кампанию за возвращение островов. Эти усилия не пропали даром, в 1965 г. проблема принадлежности Фолклендов была всесторонне изучена и рассмотрена в комитете ООН по деколонизации, который признал их колониальным владением и призвал к скорейшему изменению статуса островов.

Свои претензии Аргентина обосновывала следующим образом. Во-первых, ссылкой на заключенный в 1494 г. Тордескяльсский договор, который разграничивал вновь открытые и еще не известные земли в Атлантическом океане между Испанией и Португалией. Согласно этому документу, архипелаг считался собственностью испанской короны. Во-вторых, фактом испанского владения островами с 1774 по 1811 гг. В-третьих, фактом правопреемственности Аргентины как государства, возникшего в ходе распада испанской колониальной империи в 1816 г., а также фактом своего владения островами в период с 1820 по 1833 гг. В-четвертых, архипелаг, находящийся в непосредственной близости от Аргентины на материковом шельфе Южной Америки, был колониальным владением Великобритании — государства, удаленного более чем на 7 тыс. морских миль. Следовательно, эта территория попадает под действие резолюции ООН № 1514, в которой указано на несовместимость попрания национального единства и территориальной целостности какой-либо страны с целями и принципами Устава этой организации, и призывается быстро и полностью покончить с колониализмом во всех его формах и проявлениях.

Позиция Великобритании базировалась фактически на двух положениях: на продолжительном и эффективном управлении архипелагом, начиная с 1833 г., и на возможности предоставления местным жителям свободы самим определить статус островов. Итогом рассмотрения этого вопроса ООН стала принятая в декабре 1965 г. резолюция № 2065, в которой признавалось наличие спора между Аргентиной и Великобританией, а правительствам этих стран было рекомендовано незамедлительно начать переговоры об урегулировании ситуации мирным путем.

Переговорный процесс действительно начался. Дивиденды от обладания отдаленным архипелагом показались британскому руководству сомнительными по сравнению с выгодами экономического сотрудничества с Аргентиной. Поэтому в 1967 г. лейбористское правительство Г. Вильсона предложило следующий выход из сложившегося положения: Великобритания отказывается от владения Фолклендами в пользу Аргентины, а последняя, в свою очередь, отдает острова на длительный срок в аренду Лондону. Этот план, выдвинутый в период обвального распада Британской колониальной империи и постепенного превращения некогда «мирового гегемона» в рядовую державу, подвергся жесточайшей критике со стороны британских СМИ. На лейбористов со стороны их политических оппонентов консерваторов буквально обрушился шквал обвинений в предательстве национальных интересов. Правительство Вильсона не решилось искушать судьбу и давать тори лишний козырь на предстоящих выборах, поэтому проект был забыт, но переговоры все же продолжились.

В июле 1971 г. между Аргентиной и Великобританией был заключен ряд соглашений, направленных на улучшение социальной структуры островов. Сторонам удалось договориться по вопросам развития транспортного сообщения, связи, торговли и медицинского обслуживания. Дело в том, что до 1971 г. на островах не было больниц, и тяжелобольных переправляли для оказания медицинской помощи на материк.

В рамках этих договоренностей аргентинские компании были допущены на острова, при их участии в районе Порт-Стенли был построен аэропорт с бетонным покрытием взлетно-посадочной полосы, открыто воздушное сообщение с материком, причем рейсы выполнялись аргентинской авиакомпанией. Для обеспечения нормальной жизни островитян с территории Аргентины был проложен телефонный кабель и проведен природный газ. Кроме того, соглашения предусматривали упрощенный порядок въезда аргентинцев на территорию архипелага.

Однако в 1976 г. в отношениях между двумя странами образовалась трещина. Главной причиной этого стал отчет правительственной комиссии во главе с лордом Шеклтоном, отправленной официальным Лондоном на Фолкленды в целях изучения возможностей экономического развития архипелага. Опубликованный в том же году доклад лорда Шеклтона в самых черных тонах обрисовал социально-экономическое положение жителей архипелага. В конце XX в. на островах не было сносных дорог с твердым покрытием, отсутствовала нормальная медицина, а также существовала проблема с питьевой водой, поэтому островитянам приходилось собирать дождевую воду.

Вместе с тем в своих выводах Шеклтон указал, что Фолкленды обладают богатыми природными ресурсами, основными из которых являются предполагаемые месторождения нефти, и могут в перспективе сыграть огромную роль в деле освоения Антарктиды. МИД Аргентины выразил протест против английской политики, полагая, что Великобритания пытается таким образом закрепиться на Фолклендах. Британский МИД в ответ на аргентинскую ноту в очередной раз заявил о том, что весь архипелаг является собственностью короны.

В том же 1976 г. масла в огонь добавило основание на Южных Сандвичевых островах аргентинской научной станции. 7 ноября с борта ледокола «Адмирал Иризар» на безлюдный остров Туле высадилось подразделение морской Пехоты Аргентины из 7 человек. Впоследствии персонал базы состоял из невооруженных аргентинских офицеров, проводивших на островах метеорологические наблюдения. Для Придания законности своим действиям командование аргентинских ВМС приняло решение о бесплатном предоставлении метеорологической информации мировому сообществу. МИД Великобритании в январе 1977 г. выразил свой официальный протест по этому поводу, однако дальше угроз и обвинений дело не пошло.

Но вскоре отношения между двумя странами резко ухудшились. Дело едва не дошло до войны после того, как недалеко от Порта-Стэнли эсминец аргентинских ВМС «Адмирал Сторни» обстрелял британское научно-исследовательское судно «Шеклтон». Лондон ответил отправкой к Фолклендам атомных подводных лодок. В результате этого послы обеих государств были отозваны и дипломатические отношения между Аргентиной и Великобританией прервались почти на три года. В 1978 г. аргентинский президент генерал Видела заявил, что из-за «британского господства на Мальвинах страдает армия и страдает Родина», военное руководство страны стало склоняться к решению затянувшегося спора силовым путем, но открытого военного противостояния удалось избежать.

В декабре 1979 г. официальный диалог возобновился, и уже на следующий год, на переговорах в перуанской столице Лиме, Англия предложила новый план урегулирования фолклендской проблемы. Решение судьбы архипелага планировалось заморозить на неопределенное время, вопрос о принадлежности островов откладывался на будущее. Вместе с тем, правительству Аргентины предлагалось принять участие в совместной программе по разработке природных ресурсов региона. Буэнос-Айрес в категорической форме отверг этот план, считая его лишь маневрами Лондона, направленными на сохранение британского правления на архипелаге.

Тогда, в конце 1980 г. Великобритания, продолжая переговорный процесс с Аргентиной, инициировала проведение на Фолклендах референдума по вопросу о дальнейшей судьбе островов. Большая часть населения высказалось за сохранение существующего положения. Аргентина не признала результаты референдума, указав на то, что абсолютное большинство островитян не являются коренными жителями архипелага, а лишь работают на нем вахтовым способом. Мировое сообщество и в этом случае поддержало аргентинскую позицию, а ООН в очередной раз призвала обе стороны проявить гибкость и сдвинуть с мертвой точки процесс урегулирования конфликтной ситуации.

22 декабря 1981 г. произошла очередная смена власти в Аргентине. Решением военной Хунты в составе командующего сухопутными силами генерала Л. Гальтиери, командующего ВВС бригадного генерала Б. Досо и командующего ВМС адмирала X. Анайя президента X. Виолу отправили в отставку. Президентом Аргентины на срок до марта 1984 г. был избран генерал Л. Гальтиери.

При новом руководстве оживилась полемика, посвященная возвращению Фолклендских островов под суверенитет Аргентины. В средствах массовой информации и заявлениях официальных лиц Аргентины стала часто подниматься тема решения затянувшегося территориального спора. Близкая к правительству газета «Ла Пренса» в одном из своих январских номеров сообщила, что «руководство страны пообещало вернуть Аргентине Мальвинские острова к 1 января 1983 г.».

Однако тон высказываний был далеко не воинственный, — военная Хунта не оставляла надежду на возможность мирного диалога с Великобританией. Восстановление дипломатических отношений между Аргентиной и Великобританией, дружеские отношения с пришедшими к власти в США республиканцами еще более способствовали сближению позиций. В начале 1982 г. посол Аргентины в Соединенном Королевстве К. Росос назвал проблему Фолклендов «единственной занозой» в отношении между двумя странами и выразил уверенность в том, «что эта заноза скоро будет удалена».

Однако надеждам правящих кругов Аргентины на то, что англичане смирятся с неизбежностью возврата островных территорий, не суждено было сбыться. Правительство М. Тэтчер продолжало затягивать диалог и не проявляло готовности серьезно обсуждать вопрос об изменении статуса Фолклендов. Британские дипломаты предложили привлечь к переговорному процессу делегацию жителей островов, хотя были хорошо знакомы с негативной позицией аргентинской стороны по этому вопросу.

Лондонне шел на уступки, и в высказываниях официального Буэнос-Айреса стали появляться заявления, свидетельствовавшие, что Хунта больше не собирается терять время и склоняется к форсированию событий. Адмирал X. Анайя озвучил идею занять Фолкленды посредством внезапного десанта, избегнув, по возможности, потерь среди английского гарнизона, и позже продолжить переговорный процесс по вопросу изменения статуса островов. Желая выяснить возможную реакцию Лондона на подобную акцию, аргентинское руководство спланировано проведение небольшой репетиции недалеко от спорных территорий. Начальник главного штаба ВМС контр-адмирал Отеро приказал командиру антарктической морской группы флота капитану 1 ранга Тромбетте изучить возможность основания научной базы в гавани Лейт на Южной Георгии. Предполагалось, что персонал базы будет состоять из полутора десятков ученых-полярников. Операцию, получившую кодовое название «Альфа», планировалось провести во время ближайшей антарктической кампании.

Международно-правовой статус Антарктиды регламентирован Вашингтонским договором 1959 г., по которому все территории, лежащие южнее 60 южной широты, признаются нейтральными и на них запрещается создание военных баз. Однако остров Южная Георгия и Южные Сандвичевы острова не входят в эту зону и поэтому всегда считались Аргентиной частью ее антарктических владений, незаконно удерживаемых Великобританией. Основание базы, по мнению аргентинских адмиралов, должно было, во-первых, подстегнуть британских политиков к скорейшему урегулированию спорной ситуации, а во-вторых, помогло бы вскрыть их позицию по возможному силовому решению вопроса. Акция ни в коей мере не планировалась как пролог широкомасштабных военных действий.

В декабре 1982 г. с целью обеспечения секретности подготовки и проведения операции было решено провести ее силами военных. К участию в акции привлекли одного офицера и шесть мичманов из состава разведывательно-штурмового подразделения морской пехоты и такое же число бойцов элитного спецподразделения подводных пловцов «Бузос Тактикос», все имели опыт действий в антарктических широтах. Командиром подразделения назначили капитан-лейтенанта морской пехоты Астиса. К месту высадки их планировалось доставить на борту ледокола «Байа Параизо». Группа приступила к усиленным тренировкам на военно-морской базе Ушуайа.

Стремление Аргентины с помощью силы решить территориальный спор вовсе не являлось чем-то новым в политике. В декабре 1961 г. индийские войска захватили португальские колонии Диу, Даман, Гоа, находившиеся под властью Португалии с начала XV в. Эти действия Индии привели к дипломатическому кризису в отношениях между двумя странами, разрешенными только в 1974 г. Угроза Индии применить войска заставила Францию в 1961 г. отказаться от своих колониальных владений на полуострове Индостан. Огромную роль в разрешении мирным путем кризиса 1961 г. сыграла позиция мирового сообщества и СССР в частности. Руководство Хунты хорошо знало об этом.

Роль главного координатора грядущих мирных переговоров с Великобританией должны были взять на себя США, по крайней мере, Л. Гальтиери мог надеяться на это. Уверенность, что наступила «новая эра» аргентино-американских отношений, основывалась на проведении активной внешней политики Аргентины в латиноамериканском мире, направленной на сдерживание «угрозы коммунизма», участие аргентинских военных советников в сальвадорских событиях и, наконец, понимание Вашингтоном того факта, что в случае падения в Аргентине военного режима к власти придут левые силы. Действительно, американские дипломаты, находившиеся в Буэнос-Айресе, недвусмысленно намекали, что в случае конфликта США не будут колебаться, на чью сторону встать.

Кроме того, проанализировав внутреннее положение Великобритании и, в частности, состояние и перспективы Королевских военно-морских сил, члены Хунты склонны были считать маловероятным силовой ответ со стороны противника. Положительное и, главное, бескровное решение Фолклендского кризиса, по мнению аргентинского военно-политического руководства, облегчило бы и мирное урегулирование территориальных разногласий с соседней Чили.

Были и другие аргументы: «доктрина Монро» с гарантированной поддержкой любой американской стране, подвергнувшейся нападению со стороны европейской державы, панамериканский договор 1947 г., в статьях которого также содержались необходимые гарантии. Все это должно было обеспечить Аргентине защиту со стороны североамериканского партнера и союзника.

Отношение Вашингтона к юго-западной Атлантике строилось исходя из геополитических акцентов, продиктованных противостоянием в рамках «холодной войны». Политики того времени не придавали приоритетного стратегического значения этому региону, но, тем не менее, по достоинству оценивали его возрастающую экономическую ценность. В условиях развития интеграционных процессов в мировой экономике и роста потребностей в природных энергетических и сырьевых ресурсах увеличилась необходимость установления контроля над морскими районами и торговыми коммуникациями.

В 1956 г. очередной арабо-израильский конфликт на время привел к невозможности эксплуатации Суэцкого канала, что вынудило использовать для транзита нефти транспортные потоки вокруг Африки. Мгновенно выросло значение Индийского океана, в бассейне которого развернулась острая борьба за контроль над судоходством. В этом районе американским вооруженным силам, опирающимся на базу Диего-Гарсия, базы в Кении и Сомали, противостояла значительная группировка советского ВМФ в составе восьмой эскадры кораблей, имевшей пункты базирования в Эфиопии и Южном Йемене.

К концу 70-х годов аналогичная ситуация начала складываться в зоне Атлантического океана, возникла напряженность в районе Панамского канала. С 1959 г. Советский Союз имел базы на Кубе, а с 1975 г. — в Анголе. В Никарагуа не без советско-кубинской помощи был ликвидирован режим диктатора А. Самоса. В случае дальнейшего распространения советского присутствия в латиноамериканских странах безраздельный контроль США над Атлантическим океаном встал бы под сомнение. Этого военно-политическое руководство Соединенных Штатов допустить ни в коей мере не могло.

По опыту мировых войн Атлантика является основным театром борьбы на океанских коммуникациях, от непрерывного функционирования транспортных потоков на котором напрямую зависит экономика и обороноспособность западных государств, как в мирное, так и в военное время.

Значение Фолклендских островов для контроля южной части Западной Атлантики и пролива Дрейка возросло в связи с началом планирования Вашингтоном создания в этом регионе нового военно-политического блока ОТАС. К участию в новом образовании администрация Рейгана предполагала привлечь Чили, Аргентину и ЮАР. В конце 1981 г. Аргентину с секретной миссией посетил посол президента США по особым поручениям генерал В. Волтерс. Тема переговоров генерала с Л. Гальтиери была обговорена заранее, обсуждалась судьба спорных островов. Волтерс предложил аргентинскому руководству план, по которому предусматривалась передача островов под контроль Аргентины с последующим созданием на них совместной аргентино-американской военной базы.

Эти вашингтонские предложения не вызвали особого восторга у Аргентины. Хунта понимала, что после реализации подобного проекта архипелаг перейдет под фактический контроль США. По мнению правительства Аргентины, в этот период и так сложились все условия для установления их собственного суверенитета над островами. Переоценивая роль и место своей страны в американских стратегических планах, Буэнос-Айрес отклонил предложенный ему проект.


Глава 2. ВЕЛИКОБРИТАНИЯ НАКАНУНЕ КОНФЛИКТА

Во второй половине XX ст. Великобритания окончательно уступила лидирующие позиции на мировой арене Соединенным Штатам и Советскому Союзу, будучи не в состоянии соревноваться с ними ни в военном, ни в политическом отношении. По уровню экономического развития Великобритания сместилась на пятое место среди стран большой семерки, пропустив вперед США, Японию, ФРГ и Францию.

Мировой энергетический кризис 70-х годов негативно повлиял на британскую экономику. К 1976 г. внутренний продукт уменьшился на 5,6%, резко сократился объем капиталовложений, а объем промышленного производства упал на 10,6%. Произошел обвал фондового рынка страны, курс акций ведущих компаний снизился более чем на 60%, резко выросла инфляция, увеличилось количество безработных. Особенно сильно пострадали от кризиса такие энергоемкие отрасли экономики, как текстильная и автомобильная промышленность, строительство,

Кризис в очередной раз продемонстрировал зависимость хозяйства страны от экспорта энергоносителей и сырья. Не случайно именно в этот период британское правительство в поисках альтернативных источников получения минеральных ресурсов обращает свое внимание на до* клад комиссии Шеклтона о возможном наличии в Южной Атлантике крупных нефтяных месторождений. Причем при оценке возможных перспективных масштабов добычи нефти английские аналитики постоянно проводили параллель с уже разведанными нефтяными ресурсами Северного моря — района наибольшей активности нефтедобывающей промышленности страны.

На фоне все возрастающих экономических проблем в конце 70-х годов в британском обществе наметился целый ряд внутриполитических сдвигов. По стране прокатилась мощная волна стачек, в результате которых некоторые промышленные отрасли были практически парализованы. В условиях назревающего правительственного кризиса основой предвыборных платформ политических партий становятся программы вывода страны из экономической пропасти.

Консерваторы отстаивали идею развития частного предпринимательства и ограничение государственного контроля над экономикой, передачу убыточных государственных предприятий частным инвесторам. В противоположность этому лейбористы настаивали на усилении государственного сектора экономики.

В начале 1979 г. в результате вынесенного парламентом вотума недоверия лейбористское правительство Кэллагэна вынуждено было отправиться в отставку. На парламентских выборах, состоявшихся в том же году, избиратели отдали свои голоса оппозиции. Премьер-министром Соединенного королевства, впервые в его истории, стала женщина, лидер консервативной партии Маргарет Тэтчер.

Свою внутреннюю политику новое правительство направило на усиление роли частного предпринимательства, снижение налогового бремени, сокращение социальных программ, Тори объявили о подготовке масштабной приватизации крупнейших государственных предприятий. Однако в результате своих реформ консерваторы получили лишь увеличение бюджетного дефицита, при этом расходы государства превысили доходы почти на 4 млрд. фунтов стерлингов. В ответ на это правительство объявило о новом снижении государственных расходов, сокращении большого количества госслужащих и введении новых косвенных налогов.

Резкий рост цен на нефть, произошедший как реакция на иранский кризис, лишь усугубил экономическую нестабильность. Газеты сравнивали положение в стране с «великой депрессией» 1929—1938 гг. Наибольшую остроту кризис приобрел в 1981 г. На этот раз в состоянии глубокого упадка находилась машиностроительная и металлообрабатывающая отрасли, судостроительная и угольная промышленность.

Единственным сектором экономики, в котором наблюдалось некоторое увеличение объемов промышленного производства, оставалась нефтедобывающая и нефтеперерабатывающая отрасль. Фонды основного капитала обновлялись крайне медленно, капиталовложения, в связи с крайне низкой нормой прибыли в английской промышленности, снизились по сравнению с 1979 г. на 25%. В два раза возросло среднемесячное количество безработных, в 1981 г. статус безработного получили около трех миллионов человек. Темпы инфляции достигли 10,4% в год. В 1982 г. крайняя нестабильность экономики привела к 12 тыс. банкротств.

Уровень жизни британцев неуклонно падал, непрерывно росли цены, доходы населения были ниже среднеевропейского уровня. Маргарет Тэтчер жесточайше критиковали английская общественность и деловые круги. Профсоюзные лидеры страны считали, что только отставка непопулярного правительства предотвратит экономический коллапс.

Оппозиция выступила с предложением о вотуме недоверия правительству, обвиняя его в провале экономических реформ, однако консервативное парламентское большинство не допустило этого, хотя в рядах самих консерваторов росло число недовольных экономическим курсом правительства Тэтчер. Но, несмотря на столь тревожную социально-экономическую ситуацию, политическое руководство страны и лично премьер-министр демонстрировали неуклонность своего курса и твердость в дальнейшем проведении намеченных преобразований.

Во внешней политике Тэтчер заняла жесткую позицию, прямо согласовывая ее с позицией США. После избрания Рональда Рейгана президентом США между ним и Тэтчер установились доверительные личные отношения, что сразу же сказалось и на отношениях между США и Великобританией. Так, например, официальный Лондон полностью поддержал политику экономического давления на СССР и другие меры Вашингтона, принятые после ввода советских войск в Афганистан.

Изменение роли и места Великобритании на международной сцене в середине 70-х и начале 80-х годов XX ст. существенно отразилось на формировании военной доктрины страны и, в частности, на вооруженных силах. Политической сущностью военной доктрины правительства тори в эти годы является, прежде всего, противостояние Советскому Союзу путем достижения военного превосходства Запада над странами Варшавского договора.

Военно-политические круги Великобритании считали, что эту цель можно достичь только общими усилиями стран НАТО и, следовательно, принадлежность страны к Североатлантическому альянсу имела первостепенное значение. Ничто не могло заставить Тэтчер пересмотреть этот вопрос. Однако в то же время положения доктрины не исключали того, что в сложившихся политико-экономических условиях большое значение приобретала защита интересов страны и за пределами зоны действия альянса, в частности, установление контроля над источниками энергетических ресурсов и важными в стратегическом плане территориями.

Преследуя эти цели, Великобритания имела в начале 80-х годов довольно большой военный бюджет, расходуя на нужды министерства обороны примерно 15 млрд. фунтов стерлингов ежегодно, т.е. около 5% валового внутреннего продукта страны, опережая по этому показателю своих европейских союзников и уступая только США. Причем, Великобритания стала одной из первых стран НАТО принявших обязательство ежегодно увеличивать на 3% военные расходы в реальном исчислении.

Распределяя финансовые потоки, Министерство обороны уделяло основное внимание своим главным программам: перевооружению стратегических ядерных сил, реформированию сил общего назначения, закупкам оружия и боевой техники. В рамках решения этих вопросов правительство тори признало необходимым принять на вооружение новую ракетную систему морского базирования «Трайдент».

Развертывание этого нового оружия сдерживания повлекло за собой увеличение оборонных расходов.

Прогрессирующая инфляция привела к увеличению стоимости обычного вооружения.

С целью изыскать необходимые средства в Министерстве обороны была представлена программа постепенного сокращения сил общего назначения. В частности, предполагалось продать оба действующих авианосца, вывести из состава флота некоторое количество боевых надводных кораблей и десантных судов, сократить военнослужащих и гражданский персонал, урезать расходы на содержание тыловой системы.

Огромное влияние на формирование британской военной доктрины оказали отношения, сложившиеся между Лондоном и Вашингтоном и базирующиеся, прежде всего, на так называемом ядерном партнерстве. Лондон содействовал Пентагону в развертывании новых и модернизации старых военных баз на своей территории. Маргарет Тэтчер, активно поддерживая коалиционную стратегию НАТО, в числе первых согласилась на размещение 160 американских крылатых ракет на территории своей страны и ратовала за увеличение западноевропейскими странами их вклада в усиление группировки войск НАТО.

В системе европейских театров военных действий Великобритания была выделена в особую зону, на территории которой расположилось большое количество важных военных объектов и сооружений. В стране на постоянной основе находились 20 тыс. военнослужащих армии США, Пентагон использовал восемь военно-воздушных баз, пункты базирования ВМС, склады боеприпасов, в том числе ядерных, узлы связи, разведки и слежения.

Характер потенциальных войн английские специалисты рассматривали с учетом состава противоборствующих сторон, размаха военных действий и применяемых средств поражения. Наиболее вероятным считалась война между двумя коалициями — блоком НАТО и Организацией Варшавского договора. Не исключалось также применение силы против третьей страны, если там, по их мнению, будут поставлены под угрозу экономические и политические интересы Великобритании. По размаху военных действий и применяемым средствам поражения в Британской доктрине были определены следующие виды войн: всеобщая ядерная и ограниченная (включая локальную).

Доктрина признавала неограниченное применение ядерного оружия во всеобщей войне в форме ядерного наступления, определяя, что война в Европе может начаться внезапным нападением или после непродолжительного периода нарастания напряженности, а также путем использования в начале конфликта только обычных средств поражения, а затем тактического ядерного оружия и, в конце концов, стратегического.

В области строительства вооруженных сил военная доктрина указывала на необходимость иметь компактные, мобильные и сбалансированные войска и силы флота, которые обеспечивали бы достижение политических целей и выполнение стратегических задач в любых вероятных конфликтах.

Вооруженные силы страны подразделялись на сухопутные силы, численность которых составляла 160 тыс. военнослужащих, военно-воздушные силы — 90 тыс. и военно-морские силы — 70 тыс. Кроме этого, вооруженные силы по целевому назначению подразделялись на стратегические ядерные и силы общего назначения.

Стратегические ядерные силы были представлены эскадрой атомных ракетных подводных лодок, военно-морской базой «Фаслейн», учебным центром и арсеналом баллистических ракет «Поларис-АЗ». Все остальные штабы, соединения и части относятся к силам общего назначения.

К началу Фолклендской войны в составе вооруженных сил Великобритании насчитывалось четыре бронетанковые и одна артиллерийская дивизии, шесть отдельных бригад и значительное число отдельных частей и подразделений. Войска имели на вооружении более 1100 танков, около 5700 ВТР и БМП, более 340 различных артиллерийских систем, примерно 250 вертолетов армейской авиации, свыше 450 боевых самолетов, сведенных в 30 эскадрилий, около 200 кораблей и катеров, до 30 боевых самолетов и 120 вертолетов авиации ВМС.

Такая структура вооруженных сил, по мнению британского командования, делала возможным их гибкое применение в различных войнах и конфликтах. В вопросах подготовки вооруженных сил, их боевого применения и ведения войсками боевых действий военная доктрина Великобритании полностью соответствовала положениям стратегии и тактики, принятым в НАТО. Боевое применение сил общего назначения предусматривалось в составе сил НАТО прежде всего на Центральноевропейском и Североевропейском ТВД. Флот предполагалось использовать в Восточной Атлантике и в зоне пролива Ламанш. Однако это не исключало возможности в отдельных случаях направлять английские войска ограниченного состава за границы зоны ответственности НАТО для защиты интересов Великобритании и для помощи странам Британского Содружества. Исходя из этого, примерно 90% частей и соединений английских вооруженных сил находилось в распоряжении Верховного командования ОВС НАТО в Европе.

Так, в составе Северной группы армии блока была развернута Британская Рейнская армия, численностью 55 тыс. человек. Морскую пехоту Великобритании, оснащенную десантными средствами и вертолетами, готовили прежде всего для боевых действий на Североевропейском ТВД. Военная доктрина поставила перед ВВС Великобритании задачу — поддержать сухопутные войска и ВМС союзного блока на Европейском ТВД и в Восточной Атлантике, а также прикрыть с воздуха территории метрополии и морские коммуникации.

Военно-морские силы были нацелены на завоевание и удержание господства в районах боевых действий, нанесение ракетно-ядерных ударов, проведение десантных операций, ведение борьбы с подводными лодками и надводными кораблями вероятного противника и, наконец, защиту морских коммуникаций.

На королевские военно-морские силы во время конфликта легла большая часть поставленных перед вооруженными силами задач, они же понесли наиболее тяжелые потери. Поэтому подробное освещение состояния вооруженных сил Великобритании начнем с них.

Общее руководство ВМС осуществлял департамент ВМС при Министерстве обороны. Непосредственное управление ВМС по вопросам их оперативной деятельности было возложено на штаб ВМС, находящийся в пригороде Лондона Нортвуде. Начальник штаба ВМС, он же первый морской лорд, являлся главнокомандующим ВМС. По административным вопросам он подчинялся министру обороны, а в оперативном отношении — начальнику штаба обороны, одновременно являясь членом комитета начальников штабов.

Военно-морские силы организационно включали в себя: командование ВМФ, военно-морское командование на территории Великобритании, командование авиации ВМС, морской пехоты и учебное.

Корабельный состав ВМС был распределен между регулярными ВМС в Восточной Атлантике и ВМС на заморских территориях. Основные силы флота находились в составе регулярных ВМС в Атлантике, в случае войны предусматривалась их передача в состав объединенных ВМС НАТО. Командованию военно-морского флота были подчинены три флотилии надводных кораблей, три эскадры подводных лодок, минно-тральная флотилия, флотилия легких сил флота, а также группа танко-десантных кораблей.

В боевой состав флота входили атомные подводные лодки класса «Резольюшен», «Свифтшур», «Вэллиант», дизельные лодки класса «Обертон» и «Порпоис», противолодочные авианосцы «Гермес» и «Инвинзибл», эсминцы УРО типа «Каунти», «Шеффилд», фрегаты УРО типа «Броудсворд», «Амазон» и «Клеопатра», «Линдер», «Андромеда», «Ротсей», десантно-вертолетные корабли-доки типа «Феарлес» и танко-десантные корабли типа «Сэр Ланселот».

Военно-морское командование на территории Великобритании состояло из вспомогательного флота, вспомогательной службы флота, военно-морских районов и резерва ВМС. Корабельный резерв ВМС насчитывал более четырех десятков боевых и вспомогательных кораблей, половина из которых была сведена в эскадру экстренного вызова.

Командование авиации ВМС включало авиацию корабельного базирования: две истребительно-штурмовые эскадрильи, семь эскадрилий противолодочных и многоцелевых вертолетов, две эскадрильи транспортно-десантных вертолетов и авиацию берегового базирования, состоящую из учебно-боевой истребительно-штурмовой эскадрильи, учебно-боевых и учебных эскадрилий противолодочных и многоцелевых вертолетов, эскадрильи вертолетов поиска и спасения. На вооружении авиации ВМС находились самолеты «Си Харриер», «Харриер GR.3», вертолеты «Си Кинг», «Линкс», «Вессекс», «Восп». Базами авиации ВМС служили Йовилтон, Колдроуз, Портленд и Престуик.

Наряду с авиацией ВМС для ведения разведки и противолодочного патрулирования использовались самолеты авиагруппы береговой авиации ВМС в составе пяти эскадрилий базовых патрульных самолетов «Нимрод» и эскадрилья самолетов «Шеклтон», базировавшихся на авиабазах Киплосс, Ликонфильд и Сэнт-Моган.

Командованию морской пехоты со штабом в Плимуте были подчинены силы морской пехоты, учебная группа и резерв морской пехоты. Силы морской пехоты состояли из третьей бригады, организационно включавшей в себя три батальона. В каждом батальоне насчитывалось 700 морских пехотинцев. Кроме того, в бригаду входил артиллерийский полк, полк снабжения и тылового обслуживания, эскадрилья вертолетов огневой поддержки, роты штабная и связи и две отдельные инженерные роты.

На вооружении частей морской пехоты находились ЗРК «Блоупайп», 81-миллиметровые минометы, противотанковые УР «Милан», 105-миллиметровые орудия, вертолеты «Газель» и «Линкс». Всего в составе командования морской пехоты числилось более 7 тыс. человек. Основными пунктами дислокации морских пехотинцев были Плимут, Арбоут, Портсмут.

Регулярная армия и резерв сухопутных войск образовывали сухопутные войска, комплектуемые добровольцами. Регулярные сухопутные войска состояли из Британской Рейнской армии, соединений, дислоцируемых в метрополии, и частей, расположенных на заморских базах. На территории Великобритании дислоцировалась пехотная дивизия, три отдельные пехотные бригады, парашютная бригада, отдельный парашютный диверсионно-разведывательный полк, а также части и подразделения различных родов войск.

Первый армейский корпус, расположенный в ФРГ, составлял костяк Рейнской армии. В состав армии входили две бронетанковые и одна мотопехотная дивизии, артиллерийская и зенитно-артиллерийские бригады, два разведывательных полка, а также части и подразделения тылового обеспечения. Кроме того, в Западном Берлине дислоцировалась отдельная мотопехотная бригада. На заморских территориях находились различные контингенты, силою до батальона.

Военно-воздушные силы страны подразделялись на регулярные и резерв ВВС. Главную ударную силу ВВС составляло командование ВВС в метрополии, которому подчинялись части бомбардировочной, истребительной и разведывательной авиаций, патрульные самолеты и вертолеты. На вооружении ВВС к тому времени состояли бомбардировщики «Вулкан В-2», «Буконир», разведывательные самолеты «Виктор» и «Канберра», истребители «Фантом», «Ягуар» и «Харриер», транспортные самолеты «Белфаст», «Британия», «Геркулес».


Глава 3. АРГЕНТИНА НАКАНУНЕ КОНФЛИКТА

В истории Аргентины XX в. был сложным периодом — времена резкого подъема экономики и политической стабильности чередовались с периодами затяжных системных экономических кризисов, политических катастроф и неудач во внешней политике.

Сложное внутреннее положение, в котором оказалась страна накануне Второй мировой войны, позволило генералу X. Д. Перрону, опираясь на созданную им «Группу объединенных офицеров», совершить в 1943 г. военный переворот. Перрон основал Хустисиалистскую партию (от испанского «хустисиа» — справедливость), основной идеей которой стала попытка строительства национального надклассового общества в рамках однопартийной системы.

В целях создания в стране «здоровой» экономики, свободной от иностранного капитала, был провозглашен курс на индустриализацию и государственное регулирование экономики. С 1946 по 1955 гг., опираясь на профсоюзы и социальные низы, Перрон оставался президентом и фактическим диктатором Аргентины, а его партия — основой созданного им режима.

В итоге — экономическая депрессия и связанное с ней ухудшение социального положения в стране, что вызвало волну протестов, повлекших за собой политические репрессии со стороны правительства. В мае 1955 г. оппозиция, воспользовавшись всеобщим недовольством, совершила военный переворот.

Военный мятеж начался в Кордове выступлением войск под командованием генерала Э. Лонарди. Через несколько дней к путчистам присоединились и военные корабли, находившиеся в столичной гавани. После угрозы путчистов начать обстрел Буэнос-Айреса Перрон был вынужден подать в отставку и покинуть Аргентину.

За период после отставки Перрона (1955—1973 гг.) в стране сменилось 12 правительств, причем дважды в результате государственных переворотов к власти приходили военные (1962—1963 гг., 1966—1973 гг.). Жестокая борьба между сторонниками Перрона и его противниками в конце концов увенчалась победой «перронистов». В 1973 г. президентом страны снова был избран вернувшийся из эмиграции Перрон. Он выступил с программой демократических преобразований и провозгласил политику «аргентинизации» экономики, но в следующем году, так и не успев приступить к выполнению своей программы, Перрон умер.

Благодаря популярности прославленного политика следующим президентом Аргентины была избрана его вдова М. Перрон. Она попыталась провести в жизнь намеченные ее мужем социально-экономические реформы. Однако синьора президент не смогла преодолеть экономического кризиса, в котором оказалась Аргентина, кроме того, ее внутренняя политика привела к резкому росту недовольных положением в стране. В 1974 г. число бастовавших достигло 10 млн. человек. Ситуация еще больше усложнилась из-за вооруженных волнений в северной провинции Тукуман.

В 1975 г. М. Перрон под давлением со стороны военных назначила командующим аргентинской армией бригадного генерала X. Виделлу. Главной обязанностью нового командующего было подавление мятежа радикальных партизан, известных как Народная революционная армия. Эта кампания, которую аргентинцы назвали «Грязная война», унесла около 25 тыс. человеческих жизней.

Не желая зависеть от позиции слабого и непопулярного президента, Виделла организовал и возглавил военный переворот, в результате которого 24 марта 1976 г. к власти в стране пришли военные. Национальный конгресс был распущен, деятельность политических партий приостановлена. Спустя несколько дней после переворота была создана военная Хунта, в которую кроме Виделлы вошли главнокомандующие ВВС и ВМС, бригадный генерал О. Агости и адмирал Э. Массеро.

Чтобы сохранить хотя бы видимость какой-то законности, Виделла был объявлен президентом страны, но фактически власть принадлежала Хунте, которая принимала все решения, касающиеся внутренней и внешней политики большинством голосов. Хунта взяла на себя полномочия по введению чрезвычайного положения, объявлению всеобщей мобилизации и призыва на военную службу, назначению и смещению министров федерального правительства, губернаторов провинций, послов и членов верховного суда. Законодательная власть также была сосредоточена в руках военного руководства, посредством так называемой Законодательной консультативной комиссии.

Левоцентристские идеи Перрона были заменены на такие, которые учитывали интересы крупного аграрного и промышленного капитала. Экономическая политика нового руководства, провозгласившего национальную реорганизацию, была направлена на денационализацию госсектора. После отмены ограничений зарубежных капиталовложений в страну удалось привлечь значительные иностранные инвестиции.

Основная доля денежных потоков пришлась на североамериканские финансово-промышленные группы, потеснившие с лидирующих позиций английский капитал. В это же время усилилось проникновение в аргентинскую промышленность инвесторов из Франции, ФРГ, Италии и Японии. Иностранные капиталовложения к началу 80-х годов составили $4 млрд. Из 200 ведущих предприятий различных отраслей промышленности, дававших 40% ВВП, более половины принадлежали иностранным собственникам.

Процесс денационализации и приватизации промышленности привел к значительному снижению доли госсектора в общем объеме производства. Принятые меры позволили несколько оздоровить экономику, но полностью преодолеть длительный экономический кризис не удалось.

Гиперинфляция и рост массовой безработицы не могли не привести к увеличению недовольства военной Хунтой, что, в свою очередь, способствовало усилению ответных политических репрессий. Годы правления Виделлы отмечены самыми жестокими преступлениями и наибольшим количеством жертв политического террора. Согласно официальным данным, во время правления военной Хунты в Аргентине с 1976 по 1982 гг. погибли или пропали без вести около 10 тыс. противников режима.

Однако жестокие репрессии не смогли обеспечить политическую и экономическую стабильность в стране. За непродолжительный период с 1979 по 1981 гг. в Аргентине несколько раз сменился состав военной Хунты. На политической авансцене побывали генералы Р. Виола, Л. Гальтиери, адмиралы А. Ламбрусчини и X. Анайя, бригадные генералы О. Граффигно и Б. Дозо.

Сложными продолжали оставаться и отношения Аргентины со своими соседями. Территориальный конфликт с Чили из-за спорных островов в проливе Бигль, в районе острова Огненная Земля, в 1978 г. едва не привел к войне. Еще в 1977 г. Аргентина и Чили подали прошение в Международный суд с просьбой определить территориальную принадлежность спорных островов. Однако решение суда в пользу Чили вызвало в Аргентине взрыв негодования и привело к эскалации конфликта. Лишь вмешательство Ватикана и лично Иоанна-Павла II способствовало мирному решению конфликта. Тем не менее, отношения между странами продолжали оставаться напряженными, чему в немалой степени способствовала милитаристская риторика военного диктатора Чили генерала А. Пиночета.

К 1982 г. стали проявляться и последствия проводимой Виделлой экономической политики. Рост инфляции достиг 200%, валовой национальный продукт по сравнению с 1981 г. сократился на 5,7%, капиталовложения уменьшились на 23,6%, реальная заработная плата уменьшилась на 20%, количество безработных увеличилось до 1 млн. 650 тыс. человек, что составляло 16% трудоспособного населения. Обанкротились три из десяти крупнейших аргентинских банков. Страна все глубже увязала в финансовой зависимости, увеличив свой внешний долг до $39,1 млрд. и выйдя по этому показателю на четвертое место в мире.

Такое состояние экономики не могло не отразиться на боеспособности вооруженных сил. Хорошо осознавая свою слабость в военном отношении и необходимость перевооружения армии и флота, руководство страны традиционно уделяло особое внимание развитию военной промышленности. Еще в 1967 г., стремясь добиться независимости от иностранных поставщиков вооружения и военной техники и выйти на международный рынок оружия в качестве экспортера, правительство приняло долгосрочную программу развития военно-промышленного комплекса. В результате реализации программы, названной «Европа», Аргентина рассчитывала развернуть производство бронетанковой техники, реорганизовать производство устаревших видов военного снаряжения, наладить выпуск современных средств связи. Программа была призвана способствовать созданию новых отечественных и совместных военных предприятий.

В этот период Аргентине удалось расширить сотрудничество в сфере военного производства и торговли оружием со странами Западной Европы, прежде всего с Францией и ФРГ, а также с Израилем. Достижение поставленных целей потребовало от правительства резко увеличить военные расходы, в 70-е годы военный бюджет вырос более чем в шесть раз, и если в 1969 г. он составлял $454 млн., то в 1980 г. расходы на оборону превысили $3 млрд.

Наиболее развитым сегментом военно-промышленного комплекса страны было авиационное производство. Лидирующие позиции в строительстве боевой авиационной техники занимало государственное предприятие «Ареа де матириал Кордова». Имея в своей структуре несколько заводов, это предприятие по своим производственным мощностям являлось крупнейшим в Латинской Америке. На предприятии выпускали легкий штурмовик «Пукара IF-58», в котором были заинтересованы не только отечественные ВВС, но и некоторые страны Южной Америки и Африки.

Аргентинцы не смогли добиться замкнутого цикла в производстве штурмовика и вынуждены были закупать к нему авиационные двигатели и вооружение во Франции. Кроме того, по лицензиям американских фирм на заводах «Ареа де матириал Кордова» производили легкие самолеты общего назначения «А188» и «А182», авиационные бомбы различного калибра, НУР «земля-воздух», напалмовые контейнеры и авиационные парашюты.

Кроме государства в производстве воздушной техники принимали участие частные компании, которые по зарубежным лицензиям выпускали легкие самолеты для гражданских авиалиний. В области создания новых образцов авиационного вооружения Аргентина в те годы активно сотрудничала с западногерманскими и израильскими фирмами. Буэнос-Айрес первым в Латинской Америке приступил к вертолетостроению, причем добился в этом значительных успехов. В стране производилась вертолетная техника, как собственной разработки, так и по американским лицензиям.

В конце 70-х годов широкое развитие получило аргентинское военное кораблестроение. Государственные судоверфи АФНЭ располагали наиболее современными производственными мощностями в регионе. Стапеля судостроительных заводов позволяли осуществлять сборку кораблей разнообразных типов, включая эсминцы УРО, фрегаты, корветы и подводные лодки. Правда, все больше по зарубежным лицензиям, своя проектная база была развита недостаточно. В годы, предшествовавшие конфликту, в доках АФНЭ по английской лицензии построили два эсминца УРО (проект 42, «Сантисимо Тринидад» и «Геркулес»), фрегаты, танкодесантные корабли и сторожевые катера. На судостроительном заводе фирмы «Танданор» из готовых секций, приобретенных в ФРГ, были собраны две подводные лодки (проект 209). Из-за недостатка средств правительству не удалось полностью обеспечить судоверфи заказами.

Благодаря возможности в рамках военного сотрудничества получать вооружение от США производство бронетанковой техники в Аргентине до конца 60-х годов было слаборазвито. Желая уменьшить зависимость в этой области, аргентинское руководство приступило к созданию собственной танкостроительной промышленности. Результатом совместных усилий французских военно-промышленных компаний «Сосьете де материэль де Армэман», «Сосьете де Форж дю Крезо» и аргентинского предприятия «Астильерос Аргентинос Рио-де-ла-Плата» стало производство танков АМХ-13 и АМХ-30. Причем, если первоначально бронетехнику собирали из импортированных деталей под руководством иностранных инженеров, то в последующем все необходимое стали изготавливать в Аргентине.

Сотрудничество между заводом «Генерал Сан Мартин» и западногерманской фирмой «Тиссен-Хеншель», начатое в 1973 г., привело к созданию нового танка «ТАМ» и боевой машины пехоты «VCTP». Прототипом новых разработок стала боевая машина пехоты бундесвера «Мардер». С декабря 1977 г. Аргентина приступила к серийному производству этих боевых машин, выпустив к первому кварталу 1982 г. 200 танков «ТАМ», что было значительно меньше запланированного. Наращиванию объемов производства помешала зависимость от заграничных поставок двигателей, трансмиссий, приборов управления огнем, комплектов гусениц и нерешенные внутренние проблемы.

Для ликвидации отставания в области военных технологий от ведущих военных держав в 1969 г. был создан научно-исследовательский институт вооруженных сил Аргентины. Усилиями института были разработаны и переданы в производство несколько образцов ракетного оружия.

Аргентинские военные приняли на вооружение противовоздушную ракетную систему «Альбатрос», противотанковую телеуправляемую ракету «Матого», ракеты «Мартин Фьеро» и «Мартин Пескадор» класса «земля-воздух» (впрочем, последняя оказалась крайне неудачной).

Разрабатывалась неуправляемая баллистическая ракета «SS-50». В феврале 1980 г. военно-воздушные силы Аргентины провели успешные испытания баллистической ракеты «Тауро». Помимо отечественных образцов в стране производили и лицензионные ракетные системы, например, западногерманскую ПТУР «Кобра».

Несмотря на успехи правительства, цели, поставленные программой «Европа», не были полностью достигнуты. Импорт вооружения оказался более скромным, по сравнению с запланированным. Объемы продаж составили всего $25 млн. Кроме небольшого количества легких штурмовиков «Пукара», за границу удалось перепродать только некоторые образцы устаревшей техники иностранного производства.

Главная неудача правящих кругов Аргентины состояла в том, что не удалось в полной мере уменьшить зависимость от зарубежных поставщиков военной техники, в особенности современных образцов вооружений и, как следствие, достигнуть военно-политической самостоятельности. В ходе последующего конфликта это послужит одной из основных причин неудачи, постигшей вооруженные силы страны.

За свою почти 180-летнюю историю вооруженные силы Аргентины лишь однажды приняли участие в боевых действиях с соседними государствами. В 1864—1870 гг. Аргентина совместно с Бразилией и Уругваем вела войну с Парагваем за спорные участки территории в долине реки Парана. Результатом этой затяжной войны стала уступка Парагваем в пользу Аргентины обширных территорий.

Несмотря на отсутствие боевого опыта, вооруженные силы страны традиционно считались наиболее подготовленными в Южной Америке. Будучи носителями богатых традиций и обладая хорошей профессиональной подготовкой, они вносили значительный вклад в реализацию внешней и внутренней политики государства. В Аргентине и по сей день существует убеждение, что в стране есть два центра власти, первый находится в резиденции президента страны, а второй — в генеральном штабе. В аргентинской военной доктрине сделан упор на подготовку государства к возможным локальным конфликтам. Возникновение на континенте масштабных очагов военных конфликтов считалось маловероятным.

Вооруженные силы Аргентины были подразделены на сухопутные войска, военно-воздушные силы и военно-морские силы. Министерство обороны выполняло административные функции, оперативное управление было возложено на объединенный штаб, в который входили представители от сухопутных войск, ВМС и ВВС. Непосредственно руководили вооруженными силами главнокомандующие видов вооруженных сил. Общая численность военнослужащих на начало 1982 г. составляла 185,5 тыс. человек, из них в сухопутных войсках служили 130 тыс., в ВВС — 19,5 тыс., в ВМС — 36 тыс. Кроме того, в национальной гвардии и территориальных военных формированиях насчитывалось еще около 250 тыс. человек.

Комплектование вооруженных сил Аргентины осуществлялось на основании Закона о всеобщей воинской обязанности. На действительную службу призывались граждане, достигшие 20-летнего возраста, а после демобилизации их зачисляли в трехочередной резерв, предельный возраст нахождения в котором составлял 50 лет. Первая, она же основная, очередь резервистов, военнообязанные 29-летнего возраста, в случае объявления мобилизации призывались немедленно. Широко был распространен институт службы по контракту, особенно в ВМС и ВВС.

Младший командный состав комплектовался из числа наиболее подготовленных солдат, на добровольной основе изъявивших желание продолжить службу. Профессиональную подготовку они получали в специальных школах родов войск и школах технических специалистов.

Офицерский корпус страны представлял собой кастовое сообщество и пополнялся за счет выходцев из обеспеченных слоев общества и семей кадровых военных. Подготовку командных кадров производили в военных училищах сухопутных войск, авиации и флота, расположенных в Эль-Паломаре, Кордове и Рио-Саньтьяго соответственно.

Срок обучения в училище составлял четыре года. Выпускникам, успешно сдавшим государственные экзамены, присваивалось воинское звание младший лейтенант. Для совершенствования военно-специальных знаний в Аргентине были созданы курсовые школы повышения квалификации офицерского состава. Офицеров оперативно-тактического уровня обучали в высших военных школах видов вооруженных сил и в центре военных исследований.

Некоторые аргентинские офицеры прошли подготовку в Вашингтонском межамериканском военном колледже под руководством американских преподавателей и инструкторов. Высшим военно-учебным заведением оперативно-стратегического и оперативного уровня считался Национальный военный колледж, в котором обучали офицеров в звании полковник или капитан I ранга.

Задачи по обеспечению территориальной целостности и внутренней безопасности государства были возложены на сухопутные войска. Самым многочисленным и основным видом вооруженных сил руководил главнокомандующий через главный штаб сухопутных войск. В его ведении находились военные учебные заведения, национальная жандармерия (пограничные войска) и государственные военно-промышленные предприятия.

В оперативном отношении вся страна разделялась на территориальные зоны ответственности, в которых дислоцировалось по одному армейскому корпусу. Так, например, первый армейский корпус располагался в районе Буэнос-Айреса, третий — в провинции Кордова. При этом в зависимости от важности зоны определялся и боевой состав корпуса.

Перед конфликтом в сухопутных силах состояло: пять армейских корпусов; две бронетанковые, одна механизированная, четыре пехотных, три горнопехотных и одна аэромобильная бригады; одна артиллерийская группа в составе шести артиллерийских дивизионов; батальон армейской авиации; пять батальонов ПВО; отдельные боевые части и подразделения обеспечения.

Основным тактическим соединением аргентинской армии являлась бригада, в составе которой числилось по три пехотных (механизированных или танковых) полка, один артиллерийский дивизион, один инженерный батальон, разведывательные и тыловые подразделения.

Армейские соединения и части имели на вооружении самые разнообразные образцы боевой техники — как устаревшей американского производства, так и современной, закупленной в начале 80-х годов в западноевропейских странах. В войсках находилось около 500 танков, в том числе 200 танков типа «ТАМ», 100 танков «Кирасир» австрийского производства, 120 «АМХ-13», 300 бронетранспортеров, из них 50 «Ml 13» и 50 «Моваг», свыше 300 боевых машин пехоты «VCTP» отечественного производства и более 300 артиллерийских орудий калибром 105- и 150-миллиметров, кроме того, имелись 120- и 81-миллиметровые минометы, безоткатные противотанковые орудия, ПТУР «Матого», 20-, 30- и 35- миллиметровые зенитные орудия и ЗРК иностранного производства «Блоупайп», «Роланд», «Тайгеркэт».

Армейская авиация, на вооружении которой находилось 35 самолетов и около 40 вертолетов (в основном иностранного производства), была способна обеспечить ведение воздушной разведки, связь и транспортировку необходимых военных грузов.

Командование сухопутных войск уделяло большое внимание повышению боеспособности частей и подразделений, совершенствованию полевой выучки, повышению их ударной мощи и перевооружению. Задачи авиационной поддержки сухопутных войск, обеспечения противовоздушной обороны основных промышленных и административных центров страны, ведения воздушной разведки возлагались на военно-воздушные силы Аргентины. Главнокомандующий этим видом вооруженных сил руководил через главный штаб ВВС. Военно-воздушные силы имели истребительную, бомбардировочную, разведывательную, транспортную и вспомогательную авиацию, части ПВО и подразделения тыла. В зависимости от предназначения они были сведены в специализированные командования: оперативное, снабжения, личного состава, воздушных зон.

Перед началом войны аргентинские ВВС состояли из пяти бригад, в каждую из которых входили две или три авиационные группы, в свою очередь объединявшие две или три эскадрильи по 10—15 самолетов. Каждая бригада располагалась в военно-воздушной зоне ответственности.

Всего к началу 1982 г. в боевом составе ВВС Аргентины насчитывалось 14 авиационных групп. Одна бомбардировочная (8 легких бомбардировщиков «Канберра»), семь истребительно-бомбардировочных (68 штурмовиков «Скайхок А-4», 26 «Даггер М-5» и 32 MS-760A «Парис-2»), одна истребительная (21 истребитель «Мираж-III»), две легкие (50 легких штурмовиков «Пукара»), одна разведывательная (20 «Уанкеро IA-35») и две группы вертолетов. Кроме того, в состав ВВС входили 5 транспортных групп (44 самолета «Боинг-707», «Лиар Джет 35A-L» и 9 «Геркулес С-130»), три вспомогательных и несколько учебных эскадрилий (больше 100 самолетов различных типов).

В конце 70-х годов военно-политическое руководство страны разработало и приступило к осуществлению программы переоснащения авиационных частей новой летной техникой, в том числе и сверхзвуковой.

К началу 80-х годов аргентинские военно-морские силы были крупнейшими в регионе, уступая по численности личного состава лишь Бразилии, а по технической оснащенности превосходя и ее. Интенсивная боевая подготовка, участие в программах международного сотрудничества, ввод в строй новых кораблей, модернизация старых, крупные кораблестроительные проекты позволили говорить о наступлении расцвета военно-морского флота страны.

Военно-морские силы подразделялись на военно-морской флот, морскую авиацию, морскую пехоту и морскую береговую охрану. Оперативное руководство силами осуществлял главнокомандующий через главный штаб ВМС. В его подчинении находилось командование военно-морских операций флота, командование морской авиации, морской пехоты и морской береговой охраны, военно-морские базы.

Побережье страны было разделено на три военно-морских района с центрами в Буэнос-Айресе, Пуэрто-Бельграно и Ушуайа. Основной корабельный состав флота был объединен в эскадру. Главные задачи ВМС — завоевание господства на море посредством морской операции по уничтожению корабельных группировок противника, охрана и оборона коммуникаций, военно-морских баз и портов, а также проведение десантных операций.

К апрелю 1982 г. в строю насчитывалось около 40 боевых кораблей, катеров и вспомогательных судов. Подводные силы флота состояли из четырех подводных лодок: двух современных, постройки 1974 г. («Сальта» и «Сан-Луис», проект 209), и двух устаревших, американской постройки («Санта-Фе» и «Саньтьяго-дель-Эстеро» типа «Балао»). В 1951 г. две последние прошли модернизацию по программе ГАППИ-1А и в 1971 г. были проданы Аргентине.

В 1977 г. с западногерманской фирмой «Тиссен Нордзееверке» был заключен контракт на строительство в городе Эмден двух подводных лодок проекта TR 1700 с последующей постройкой еще четырех таких лодок, но уже в Буэнос-Айресе, из секций и оборудования, поставляемых немецкими партнерами. Первая подводная лодка была заложена в конце 1980 г. и к началу конфликта проходила ходовые испытания, вторую начали строить только в 1982 г.

Гордостью надводных сил был авианосец «Бентисинко де Майо», бывший английский эскортный авианосец «Венерабл», постройки 1945 г. В 1968 г. корабль был передан голландскому флоту, где проходил службу как противолодочный под именем «Карел Дорман», в 1968 г. его продали Аргентине. В 1968—1969 гг. авианосец прошел модернизацию в Роттердаме, после оборудования угловой полетной палубы и паровой катапульты его переквалифицировали в многоцелевой. В результате следующей модернизации, проведенной в 1980—1981 гг., была увеличена площадь полетной палубы, с одновременным усовершенствованием, позволяющем использование с авианосца самолетов «Супер Этандар».

Следующим крупным надводным кораблем был крейсер «Генерал Бельграно». Построенный в 1938 г. американский крейсер «Феникс» был продан Аргентине в 1951 г. за $7,8 млн. Согласно планам командования ВМС Аргентины, к концу 1982 г. крейсер предполагалось вывести из состава флота и продать американцам, которые хотели переоборудовать его в корабль-музей.

Класс эскадренных миноносцев был представлен двумя группами. В первую группу входили два современных, постройки 1976 и 1981 гг., эсминца УРО (проект 42, «Геркулес» и «Сантисимо Тринидад»), на борту которых находились по четыре ПКР «Экзосет». Во вторую группу вошли четыре эсминца УРО и пять эсминцев американской постройки времен Второй мировой войны, прошедшие в 70-х годах модернизацию.

Из современных кораблей следует также отметить три фрегата УРО французского проекта А69, постройки 1978—1981 гг. («Друммонд», «Гуэррико» и «Грэнвилль»), каждый из которых мог нести по две ракеты «Экзосет».

Аргентинские ВМС имели систему базирования. Основные силы флота были сосредоточены в военно-морских базах Пуэрто-Бельграно, Буэнос-Айрес, Рио-Сантьяго, Маар-дель-Плата и Ушуайа.

В авиации военно-морских сил к началу 1982 г. числилось около 120 самолетов и вертолетов различных классов. Командованию морской авиации подчинялось несколько эскадрилий корабельного базирования, четыре эскадрильи базовой авиации и несколько транспортных летных частей. Незадолго до конфликта на вооружение Второй истребительно-штурмовой эскадрильи поступила первая партия закупленных во Франции самолетов «Супер Этандар». По контракту, заключенному в сентябре 1976 г. с французской компанией «Дассо», за $160 млн. Аргентина приобрела 14 истребителей-бомбардировщиков «Супер Этандар», 28 противокорабельных ракет «Экзосет AM 39», тренажер для подготовки летчиков и необходимые запасные части и приборы.

Морская пехота военно-морских сил Аргентины считалась элитой вооруженных сил страны. Общая численность частей и соединений морской пехоты составляла около 9 тыс. бойцов, которые прошли боевую подготовку под руководством американских инструкторов, они имели прекрасную выучку и обладали высокой боеспособностью.

Организационно морская пехота была представлена первым десантным отрядом и первой бригадой морской пехоты. В состав десантного отряда входили два батальона морских пехотинцев, разведывательно-штурмовое подразделение и группа обслуживания. Первая бригада состояла из двух батальонов морской пехоты, батареи полевой артиллерии, батальона специального назначения и батальона обслуживания. Кроме того, командование морской пехоты располагало силами поддержки десанта, одной зенитной батареей, батальоном связи, отрядом десантных судов, подразделениями боевого и тылового обеспечения. На вооружении морских пехотинцев состояли 105- и 155-миллиметровые гаубицы, 81- и 106-миллиметровые минометы, бронетранспортеры «Моваг».

Для технического обновления ВМС руководство страны заключило целый ряд контрактов с западноевропейскими компаниями на строительство современных боевых кораблей. Так, на гамбургских верфях приступили к строительству четырех эсминцев УРО проекта 360, правда, первый из этих кораблей был включен в боевой состав флота только в 1983 г.

При помощи западногерманских специалистов, на аргентинских верфях в Рио-Сантьяго заложили шесть фрегатов УРО (проект МЕКО 140). Головной корабль серии был спущен на воду в январе 1982 г., но к началу конфликта достроить его не успели. С испанскими судостроителями подписали договор на постройку пяти патрульных кораблей класса корвет. Однако завершить перевооружение флота к началу боевых действий не удалось. Одной из главных нерешенных задач было отсутствие в составе ВМС современных противолодочных сил и средств.


Глава 4. НАЧАЛО ВОЙНЫ

16 декабря 1981 г. командующий морскими операциями ВМС вице-адмирал X. Ломбардо получил приказ от командующего ВМС Аргентины адмирала X. Анайя приступить к планированию операции по освобождению Фолклендских островов. Эта задача не была новой для аргентинского военного руководства. Проведение десанта по захвату островов нередко отрабатывалось в ходе учений вооруженных сил. Идея возвращения архипелага силой легла в основу нескольких оперативных планов, разработанных 1 объединенном штабе. Высадка на расположенные относительно недалеко от материка острова, гарнизон которых редко когда превышал сотню британских морских пехотинцев» не представляла какой-то сверхзадачи для аргентинского флота и армии.

Над планом предстоящей операции работали с соблюдением режима строгой секретности. Для предотвращения возможной утечки информации к разработке документов были привлечены только старшие морские офицеры в звании не ниже адмиральского. Планирование предполагалось закончить не позднее августа 1982 г.

26 декабря 1981 г. адмирал Анайя отправил Ломбардо еще одну директиву, в которой поставил задачу детально проработать вопросы тылового и технического обеспечения планируемой операции. Командующий ВМС потребовал, чтобы все необходимые мероприятия этого характера были выполнены не позднее 1 июня 1982 г.

В конце декабря вице-адмирал Ломбардо доложил адмиралу Анайи о ходе планирования. Ознакомившись о рабочим вариантом плана морской операции, командующий одобрил его и приказал в самое ближайшее время подготовить документ для рассмотрения членами Хунты. Сразу же после этой встречи к работе над планом подключили командующего морской авиацией, командующего флотом контр-адмирала Г. Алльяра и командующего морской пехотой К. Буссера. 7 января Буссера приказал начальнику разведки морской пехоты собрать максимально возможное количество разведданных о ситуации на архипелаге.

4 января 1982 г. состоялось совещание членов военной Хунты, в ходе которого был проанализирован переговорный процесс между Аргентиной и Великобританией, посвященный фолклендской теме. С 1967 г. тон переговоров значительно изменился. Последние двухсторонние консультации показали ужесточение позиции Великобритании, возрастание влияния местного населения на переговорах, возможность увеличения английского военного присутствия на островах и, наконец, активизацию «фолклендского» лобби в британском парламенте.

В результате военное руководство Аргентины окончательно склонилось к необходимости проведения агрессивной дипломатической акции в целях активизации переговорного процесса. Было принято решение изучить возможности проведения военной операции на островах как действенной альтернативы лондонской политике замораживания диалога.

12 января Хунта создала специальную рабочую группу планирования, задачей которой было проанализировать возможность использования вооруженных сил для разрешения фолклендской проблемы с учетом политических и военных аспектов, которые определяли возможные варианты действий. В состав этой группы вошли дивизионный генерал О. Гарсиа, вице-адмирал X. Ломбардо и бригадный генерал С. Плесси.

Члены рабочей группы планирования приступили к разработке документов в конце января, причем так и не получив исчерпывающей информации о политических целях правительства. В результате их работы появилась стратегическая военная директива DENAC 1/82. Документ члены Хунты рассматривали и утвердили в течение февраля не на пленарном заседании, а индивидуально заслушивая каждый своего представителя.

После утверждения DENAC 1/82 рабочая группа приступила к разработке схематического плана кампании с целью ориентировать планирование нижестоящих органов управления. План предусматривал занятие островов значительными силами в день «Д» в результате бескровной операции, установление военной администрации и последующий вывод сил, за исключением ограниченного военного гарнизона для поддержки губернатора. Операцию, получившую кодовое наименование «Росарио», планировалось выполнить за пять суток.

2 февраля 1982 г. о предстоящем десанте был поставлен в известность командир 2-го батальона морской пехоты, план операции начали доводить до исполнителей. 8 февраля вице-адмирал X. Ломбардо признал целесообразным разделить операцию «Росарио» на несколько этапов. В первую очередь планировался морской десант в район Порт-Стенли, целью которого было нейтрализовать гарнизон и установить контроль над административными зданиями архипелага. После захвата столичного аэропорта начиналась следующая фаза, на острова по воздуху предполагалось перебросить армейские подразделения, войска береговой обороны и военно-воздушные части для организации дальнейшей обороны.

В целях детальной проработки плана морской фазы предстоящей операции 15 февраля к планированию подключили Главный штаб военно-морских сил.

Сухопутную составляющую операции начали планировать 16 февраля, рабочий вариант плана разрабатывали генерал Гарсиа и контр-адмирал Буссер. 19 февраля командующего 5-м армейским корпусом назначили командующим Театром Операций «Мальвинские острова». Сразу же после на хвата островов генерал Гарсиа должен был организовать оборону архипелага и обеспечить взаимодействие всех родов войск для решения этой задачи.

Между тем, 26 февраля 1982 г. в ходе новых консультаций межправительственной двухсторонней комиссии по мирному урегулированию территориального спора выяснилось, что в Лондоне даже не рассматривали аргентинские предложения от 27 января. По сути, аргентинцам стало ясно, что британская сторона не намерена всерьез решать кризисную ситуацию, а переговоры использует для затягивания времени.

Сразу же после этого переговоры были прерваны, при этом британская делегация не захотела даже обсуждать дату проведения следующего раунда переговоров. С этого момента аргентинское руководство осознало, что мирное решение территориального спора бесперспективно, время стало работать на войну.

2 марта 1982 г. аргентинский МИД передал Лондону официальную ноту о ситуации, сложившейся после фактического провала переговоров. В ней, в частности, говорилось: «На протяжении более чем 15 лет Аргентина терпеливо и с надеждой на лучшее вела переговоры с Великобританией, выполняя этим резолюцию ООН о преодолении территориального спора относительно принадлежности островов. Новые предложения предлагали создать эффективную систему быстрого решения спора, фактический отказ Великобритании от аргентинских предложений 27 января трактуется в Буэнос-Айресе как нежелание официального Лондона решать спорные вопросы путем переговоров. При этом правительство Аргентины считает, что подобная позиция Великобритании рано или поздно станет причиной открытой конфронтации между двумя государствами».

Постепенно планирование силового решения вопроса вступило в завершающую фазу. 16 марта состоялось совещание военных руководителей страны. После заслушивания членов рабочей группы был принят принципиальный план операции. Кроме некоторых незначительных поправок, было принято решение и об изменении кодового названия операции, теперь ее стали называть «Асуль». Отмечалось, что главным условием достижения успеха в предстоящей кампании должны стать стратегическая внезапность и обеспечение тесного взаимодействия всех видов вооруженных сил. Исходя из политических соображений, присутствующие согласились с необходимостью минимизировать возможные потери британского гарнизона.

В окончательном варианте плана операцию разделили на четыре фазы. Прежде всего, предполагалось скрытно, под покровом ночи, доставить на острова подразделения специального назначения, которые должны были обеспечить высадку основной части морского десанта, а также захватить маяки и взять под контроль аэродром в Порт-Стенли. Вторая фаза предусматривала захват силами штурмовых групп казармы британского гарнизона, расположенной в окрестностях города. Одновременно с этим планировалось начать высадку в порту основных сил десанта, включая бронетехнику. Во время третьей фазы операции спецназу ставилась задача захватить резиденцию губернатора Фолклендов и арестовать колониальную администрацию. Параллельно с этим части морской пехоты должны были установить контроль над всем городом и обеспечить прибытие на аэродром транспортных самолетов с армейскими подразделениями. Четвертая фаза операции — это сворачивание боевых частей и подготовка к их эвакуации с островов.

Рабочая группа вице-адмирала Ломбардо пришла к заключению, что подготовку к проведению операции можно закончить к 15 мая 1982 г., а срок приведения в полную боевую готовность привлекаемых к участию в кампании частей отодвигался на 30 мая. Почти вся первая половина марта прошла в напряженной подготовке частей и согласованию деталей проведения операции. При этом начали всплывать многочисленные нестыковки плана. К примеру, выяснилось, что сухопутные силы смогут приступить к подготовке недавно призванных новобранцев не ранее 15 мая, а 2-й батальон морской пехоты, которому, согласно плану, отводилась роль ядра морского десанта, способен начать подготовку к операции только в первой половине апреля. Командование военно-воздушных сил заявило, что по метеорологическим условиям оптимальным сроком начала операции будет август — сентябрь.

16 марта аргентинское руководство приняло окончательное решение о переносе сроков проведения операции «Асуль». Командование группы «Альфа» получило приказ начальника главного штаба ВМС контр-адмирала Отеро оставаться на борту ледокола «Байа Параизо» в гавани Ушуайа, сохраняя при этом полную боевую готовность.

В этот же день начальник главного объединенного штаба предоставил на рассмотрение Хунты план мероприятий по улучшению подготовки сил для приведения их в полную готовность к операции «Асуль». Этого уровня вооруженные силы Аргентины должны были достичь не позднее, чем в IV квартале 1982 г. Однако стремительное изменение политической обстановки привело к тому, что Аргентине пришлось вступить в войну с Великобританией уже через две недели после утверждения плана генерала Бакеро.

Событие, которое привело к форсированию силового варианта выхода из сложившейся ситуации, произошло на Южной Георгии. Расположенная на 54° ю.ш. и 36° з.д. и вытянутая с северо-запада на юго-восток Южная Георгия имеет площадь 4144 км2. Большая часть острова гориста и покрыта вековым слоем льда. Вдоль его средней части простирается горный хребет Аллардайс с наивысшей точкой — пиком Пэджит, высотою 2934 метра. Берега острова сильно изрезаны, обрывисты и состоят в основном из песчаника и гравия темно-серого цвета Линия снегов держится на отметке 450 м., летом прибрежные холмы освобождаются от снега и местами зарастают невысокой травой и мхом. Под действием постоянных ветров на острове скопилось огромное количество спрессованного снега. Воды, омывающие Южную Георгию, почти всегда покрыты льдом, а дрейфующие из Антарктиды айсберги создают большую опасность для местного судоходства.

Несмотря на это с 1904 по 1965 гг. на острове процветал китобойный промысел. В 1902 г. Великобритания объявила Южную Георгию и Южные Сандвичевы острова своими колониями, управление которыми было возложено на губернатора Фолклендов. Английское присутствие на островах ограничивалось персоналом расположенной здесь Британской Антарктической Службы. Административным центром Южной Георгии служил бывший поселок китобоев Грютвикен, где находилось несколько зданий научной станции. Кроме того, люди жили еще в трех населенных пунктах — в поселках Лейт, Хусвик и Стромнесс.

Заброшенное имущество пришедших в упадок китобойных факторий представляло интерес для торговцев металлоломом. В сентябре 1979 г. переговоры по его приобретению начались между аргентинским предпринимателем С. Давидоффом и шотландской фирмой «Кристиан Салвенсен». Несмотря на взаимовыгодные условия сделки, переговоры затянулись на два года: не обошлось без вмешательства политических и бюрократических мотивов. Любая активность аргентинцев на спорных территориях воспринималась Лондоном как вызов национальным интересам. В конце концов, здравый смысл победил, и осенью 1981 г. контракт подписали, металлолом был продан за $200 тыс.

Подыскивая корабль для осуществления своих планов, Давидофф обратился к командованию Королевских ВМС с предложением сдать ему в аренду судно ледовой разведки «Эндьюранс», но получил отказ. На согласование в посольстве Великобритании в Буэнос-Айресе условий посещения Южной Георгии у аргентинского бизнесмена ушел целый месяц, и только 20 декабря он сошел с борта ледокола ВМС Аргентины «Адмирал Иризар» в поселке Лейт. Выполнив инвентаризацию имущества и оценив объем предстоящих работ, аргентинцы покинули остров. Согласно существовавшим на то время договоренностям о посещении гражданами Аргентины спорных территорий, Давидофф был обязан перед высадкой зарегистрироваться у начальника БАС в Грютвикене. К сожалению, он этого не сделал.

6 января 1982 г. посол Великобритании передал в МИД Аргентины ноту протеста о нарушении норм посещения островов и недопустимости захода в территориальные воды Южной Георгии аргентинских военных судов. Последующие бюрократические проволочки привели только к обострению ситуации. Не дождавшись разрешения на повторное посещение острова, Давидофф вместе с 41 рабочим отплыл из Буэнос-Айреса на транспорте ВМС «Байа БуэнСусесо».

18 марта 1982 г. аргентинцы сошли на берег и принялись разгружать привезенное с собой оборудование. В поселке Лейт был разбит временный лагерь, над которым они подняли флаг своей страны. Утром 19 марта присутствие на острове посторонних заметили члены экспедиции БАС (Британской антарктической службы). В этот же день британский посол обратился к правительству Аргентины, заявив протест по поводу незаконной, по мнению Лондона, высадки в Лейте военных и гражданских лиц. Он охарактеризовал случившееся как серьезный инцидент с непредсказуемыми последствиями и потребовал немедленного удаления аргентинцев с острова, в противном случае пообещал, что его правительство примет адекватные меры.

Позиция британских властей вызвала удивление внешнеполитического ведомства Аргентины. МИД в своем ответе уведомил посла, что на Южной Георгии нет аргентинских военных, а присутствие в Лейте гражданского персонала носит исключительно коммерческий характер, заранее оговоренный в соответствующих инстанциях. 20 марта 1982 г. администрация БАС потребовала от Давидоффа убрать аргентинский флаг, свернуть лагерь и вернуться на корабль, где ожидать дальнейших указаний. Скандал начал бурно обсуждаться в средствах массовой информации, тон выступлений с обеих сторон принял ярко выраженный националистический характер.

Не желая дальнейшей эскалации конфликта, аргентинцы убрали флаг, но отказались покинуть остров. Это вынудило англичан сделать следующий шаг. Вспомогательное судно королевских ВМС «Эндьюранс» со взводом морской пехоты на борту 21 марта, в 8 часов утра, покинуло Порт-Стенли и взяло курс на Южную Георгию. Заданием лейтенанта К. Милза, под командованием которого находилось 22 бойца, было обеспечить британское военное присутствие на острове, а в случае приказа — силой выдворить оттуда аргентинцев. В этот же день, закончив разгрузочные работы, из Лейта в Ушуайю ушел транспорт «Байа Буэн Сусесо».

Известие о маршруте движения и целях «Эндьюранса» поставило аргентинское руководство перед непростым выбором способа защиты интересов своих граждан и интересов национальной безопасности. Внутриполитическая обстановка, сложившаяся в стране, не позволила правительству проявить слабость.

23 марта 1982 г. кораблю ВМС Аргентины «Байа Параизо», находившемуся на научной арктической станции «Оркада» на Оркнейских островах и имевшему на борту группу специального назначения «Альфа», поручили следовать в воды Южной Георгии. Командиру корабля было приказано прибыть в Лейт 25 марта не позднее 00 часов 15 минут, высадить на берег спецназовцев и обеспечить защиту аргентинских рабочих.

Военно-морское командование Аргентины для перехвата «Эндьюранса» приняло решение развернуть на пути его следования корабельную патрульную группу. Эсминцы «Друммонд» и «Грэнвилль» 23 марта в 19 часов 15 минут вышли из военно-морской базы в Пуэрто-Бельграно для того, чтобы 25 марта в 24 часа в районе между Южной Георгией и Фолклендами начать поиск английского корабля.

24 марта 1982 г. британский посол передал в МИД Аргентины очередную ноту. Лондон требовал немедленно удалить из района Южной Георгии транспорт «Байа Буэн Сусесо» или любой другой находящейся там аргентинский корабль, в противном случае правительство Маргарет Тэтчер оставляло за собой право применить силу.

Заявление британской стороны было расценено аргентинским руководством как крайне агрессивное и ультимативное. К моменту вручения ноты «Байа Буэн Сусесо» покинул воды Лейта, но зато туда пришел «Байа Параизо». В 23 часа 40 минут 24 марта с ледокола, вставшего на якорь в бухте Стромнесс, на берег высадилось подразделение «Альфа».

Несколько ранее в гавань Грютвикена прибыл «Эндьюранс», в свою очередь доставивший на остров британский контингент. Наблюдая утром следующего дня с прибрежных высот за действиями аргентинских военнослужащих, лейтенант Миллз понял, что его миссия запоздала, выполнение приказа означало открытое столкновение с вооруженным противником.

25 марта британская разведка получила достоверную информацию о подготовке Буэнос-Айресом силовой акции в Южной Атлантике. Для предупреждения возможного захвата островов к Фолклендам 26 марта 1982 г. был отправлен корабль «Форт Остин», а 29 марта туда же направлена атомная подводная лодка «Спэртан». За день до этого с целью усилить гарнизон Фолклендских островов из Монтевидео вышло вспомогательное судно ВМС Великобритании «Джон Бискоу», имея подразделение морской пехоты на борту. Из Пунта-Аренас с той же целью к архипелагу направился «Брендсфилд».

В своем отношении к событиям в Лейте Аргентина не сразу заняла твердую позицию, считая инцидент малозначимым. Лондон же, напротив, придал этому происшествию преувеличенное значение и вынес обсуждение ответных мер в парламент и в средства массовой информации. Реакция Великобритании на инцидент на Южной Георгии в свою очередь подтолкнула военную Хунту к переносу начала проведения операции на более ранний срок. Британский парламент, ссылаясь на мнение жителей островов, склонялся к окончательному замораживанию переговорного процесса. В район островов была отправлена дополнительная военная сила.

С 23 марта 1982 г. Аргентина изменила свою позицию на более твердую и агрессивную, приняв решение использовать возникшую ситуацию как предлог для проведения операции «Асуль». Опасаясь уступить инициативу англичанам, аргентинское руководство приняло решение начать операцию «Асуль» 1 апреля. Действительно, в случае прибытия к архипелагу британских атомных подводных лодок шансы аргентинцев завоевать господство на море и успешно выполнить поставленную задачу значительно уменьшались, а риск потерь, наоборот, возрастал. Решение Хунта приняла около 23 часов 26 марта.

Развертывание сил вторжения было произведено под прикрытием запланированных на конец марта совместных с Уругваем военно-морских учений. Аргентинский флот вышел со своих баз 28 марта. Для проведения десантной операции было сформировано 40-е оперативное соединение под командованием контр-адмирала Алльяра. Соединение включало в себя две тактические корабельные группы. На борту судов десантной группы, которая состояла из транспорта «Исла де Лос-Эстадос», танкодесантного корабля «Кабо Сан-Антонио» и ледокола «Адмирал Иризар», находились подразделения специального назначения, 2-й батальон морской пехоты с бронетехникой и тяжелым вооружением. Командовал группой контр-адмирал Буссер.

Непосредственное прикрытие высадки осуществляла корабельная группа поддержки, в которую вошли эсминцы УРО «Сантисимо Тринидад» и «Геркулес». На борту «Сантисимо Тринидад» находился командующий Театром Операций «Мальвинские острова» генерал Гарсиа. Кроме этого, в интересах 40-го ОС действовали фрегаты УРО «Друммонд» и «Грэнвилль», подводная лодка «Санта-Фе», на которой разместили подразделение боевых пловцов. 28 марта лодка уже находилась в районе Порт-Стенли.

Было сформировано 20-е оперативное соединение под командованием капитана 1 ранга Саркона, в состав которого вошли авианосец «Бентисинко де Майо», эсминцы «Пьедра Вуэна», «Сегуи», «Хиполито Боучар», «Коммодоро Пи» и танкер «Пунта-Меданос». Соединение маневрировало в стороне от архипелага, выполняя задачу дальнего прикрытия сил вторжения.

Третий отряд аргентинских ВМС, 60-е оперативное соединение под командованием капитана 1 ранга С. Тромбета, взял курс на Южную Георгию. Группа состояла из фрегата УРО «Гуэррико» и антарктического научно-исследовательского судна «Байа Параизо». На кораблях находилось 60 человек десанта.

Аргентинский флот был на полпути к цели, когда погода внесла свои коррективы в план операции. Корабли 40-го ОС попали в жестокий шторм, и это вынудило вице-адмирала Ломбардо, который руководил всей морской фазой операции, отложить начало десанта на сутки. 24-часовая задержка привела к потере внезапности. Британская разведка располагала информацией о местонахождении аргентинских кораблей уже 81 марта. О происходящем в Южной Атлантике стало известно премьер-министру и министру обороны Великобритании. Уже к вечеру этого же дня о предстоящем вторжении проинформировали губернатора Фолклендов Р. Ханта, который обратился по радио к жителям архипелага с предупреждением о возможном вторжении.

Основой гарнизона островов было подразделение морской пехоты ВМС Великобритании, численностью немногим более взвода, вооружение которого состояло из легкого стрелкового оружия, пулеметов и минометов. Личный состав подразделения 8901 нес службу по охране архипелага в течение года, после чего происходила ротация контингента. В 1982 г. смену планировали провести в конце марта, но обстановка вокруг островов не позволила сделать это. В результате в Порт-Стенли англичане имели два подразделения морской пехоты под командованием майоров Мутта и Нормана, общей численностью 67 человек. Майор Норман, как старший по возрасту, принял на себя командование.

Помимо военных Норман мог рассчитывать на силы самообороны островов и 11 моряков с «Эндьюранса», но на приказ губернатора прибыть на место сбора из 120 человек ополчения явилось только 23, правда, нашлось еще несколько добровольцев. Всего на защиту административного центра острова удалось привлечь 102 человека.

В 11 часов утра 1 апреля защитники Порт-Стенли собрались в гарнизонных казармах Муди Брук, где майор Норман сообщил им план обороны. Его замысел заключался в попытке удержать ключевые точки на подступах к городу и помешать высадиться аргентинцам в гавани или в аэропорту. По его приказу одно отделение с тяжелым пулеметом заняло оборону к югу от аэропорта, предварительно забаррикадировав взлетную полосу автомобильной техникой и выведя из строя сигнальные огни. Для контроля бухты Йорк к северу от аэропорта был выслан патруль, состоящий из двух морских пехотинцев на мотоциклах.

Старую взлетно-посадочную полосу обороняли два отделения капралов Брауна и Эрмора. К западу от них находился лейтенант Траллоуп с восемью бойцами, вооруженными противотанковыми ракетами «Карл Густав» и переносными ЗРК. В одном километре севернее этой позиции окопалось 3 отделение. Еще одно, 6 отделение капрала Йорка заняло позиции в гавани.

На гору Сэппер возле города выслали мотоциклиста, который по рации должен был докладывать Норману обо всех передвижениях аргентинцев. Катер береговой охраны «Форест» разместили на внешнем рейде порта, чтобы использовать его радар для раннего обнаружения приближающихся кораблей. На мысе Пембрук смотритель Бейкер выключил огонь маяка. В самом городе были взяты под стражу около тридцати аргентинцев, в большинстве своем служащие аргентинской государственной нефтяной компании.

Несмотря на принятые гарнизоном меры, первое аргентинское подразделение, которое высадилось на остров, осталось незамеченным. 1 апреля в 4 часа утра 12 боевых пловцов с аргентинской подводной лодки «Санта-Фе» достигли берега в бухте Йорк, где произвели разведку побережья и обозначили места для высадки главных сил.

Десантная фаза операции «Росарио» началась в девять часов вечера этого же дня, когда эсминец «Сантисимо Тринидад» встал на якорь в 500 метрах от входного мыса бухты Порт-Харриет, южнее Порт-Стенли. В 21 час 30 минут с эскадренного миноносца приступили к спуску двадцати одной десантной надувной лодки «Джемми», на борту которых находилось 92 бойца спецназа морской пехоты под командованием капитана 2 ранга Г. Сабаротса.

На берегу боевые пловцы лейтенанта Швайдера готовы были принять первую волну десанта, ведомую капитан-лейтенантом П. Гиачино, когда погода снова вмешалась в планы аргентинцев. Внезапно изменившееся течение отнесло надувные лодки к северу, в район, насыщенный морскими водорослями. Попав в двигатели и намотавшись на винты, водоросли лишили «Джемми» хода. Понадобилось некоторое время, прежде чем десантники смогли возобновить движение. Первые лодки достигли берега через час, последние — в 23 часа 30 минут.

В ночь на 2 мая в 1 час 30 минут десантный отряд, разделившись на две части, направился к своим целям. Более многочисленная группа, ведомая капитаном 2 ранга Сшбаротсом, двигалась к британским казармам в Муди Брук. Задачей второй группы капитан-лейтенанта П. Гиачино было, сосредоточившись в районе горы Сэппер, атаковать резиденцию губернатора.

В это же время «Санта-Фе» всплыла около острова Кидин, 10 боевых пловцов покинули подлодку и на трех «Зодиаках» направились к востоку от бухты Йорк. На берегу они установили навигационное оборудование, необходимое для высадки тяжелой техники. Англичанам удалось обнаружить «Санта-Фе» с помощью радара «Форест», командир катера доложил о контакте в резиденцию губернатора майору Норманну.

Группа Сабаротса, преодолев в пешем порядке 8 км., подошла к Муди Брук в 5 часов 30 минут утра. Ночной марш по пересеченной незнакомой местности дался аргентинцам нелегко, командир передового охранения лейтенант Барди, оступившись, сломал ногу, и его пришлось оставить позади.

В 5 часов 45 минут, открыв огонь из автоматов и гранатометов, спецназовцы пошли на штурм казармы. Однако вскоре атаку остановили: выяснилось, что противника нет, британцы не собирались оборонять Муди Брук. После захвата пустых казарм Сабаротс повел своих людей на соединение с группой капитан-лейтенанта П. Гиачино.

Шум, произведенный аргентинцами в Муди Брук, демаскировал их, англичане убедились, что противник уже находится на острове. Майор Норман, осознав бесперспективность защиты удаленных объектов, приказал по радио всем подразделениям оставить позиции и прибыть к губернаторской резиденции.

В 6 часов 15 минут Сабаротс сосредоточил свой отряд на небольшой возвышенности возле резиденции. Осмотрев местность через приборы ночного видения, аргентинцы приготовились к атаке. По плану штурмовая группа должна была, проникнув в здание через черный ход, обезоружить охрану губернатора и арестовать его. В час «Ч» — 6 часов 30 минут — капитан-лейтенант Сабаротс во главе четырех человек, выломав входную дверь, ворвался в резиденцию. Попав под огонь трех британских морских пехотинцев, Сабаротс был смертельно ранен. Еще один аргентинский офицер получил ранение в ногу.

В это же время командир патрульного катера «Форест» и смотритель маяка на мысе Пембрук сообщили Норману, что они наблюдают аргентинские корабли, которые входят в бухту Порт-Вильям. Танкодесантный корабль «Кабо Сан-Антонио» в охранении эсминца УРО «Геркулес» и фрегата У РО «Друммонд» подошли к берегу в миле северо-восточнее бухты Йорк.

В 6 часов 20 минут через открытую аппарель «Кабо Сан-Антонио» первые семь бронетранспортеров 2-го батальона морской пехоты направились к берегу. Командовал авангардом десанта капитан-лейтенант Сантилльенс. В 6 часов 30 минут бронетранспортеры достигли берега, не встретив никакого сопротивления. Вслед за ними движение начали остальные 14 бронетранспортеров, вместе с которыми на остров прибыл контр-адмирал Буссер. По его приказу группа морских пехотинцев выдвинулась на мыс Пембрук для захвата маяка.

После сосредоточения на берегу всех сил десанта 2-й батальон морской пехоты был направлен в Порт-Стенли. Продвигаясь в направлении резиденции губернатора с востока, морские пехотинцы должны были взять под контроль аэропорт и обеспечить прием подкреплений, перебрасываемых по воздуху.

Когда аргентинская колонна миновала старую взлетно-посадочную полосу, ее атаковало подразделение лейтенанта Траллоупа. Выстрелом из ПТР «Карл Густав» англичане сожгли головной бронетранспортер, правда, никто из его экипажа не пострадал, аргентинцы покинули горящую боевую машину и залегли. Остановившаяся колонна, открыв огонь из башенных 12,5-миллиметровых пулеметов, прижала англичан к земле. Понимая, что позицию не удержать, лейтенант Траллоуп приказал своим людям отходить к резиденции.

Взяв аэродром, аргентинцы вызвали из зоны высадки саперное подразделение, солдаты которого разблокировали взлетно-посадочную полосу. В 8 часов 30 минут на остров стали прибывать транспортные самолеты аргентинских ВВС «Геркулес С-130» с личным составом и техникой 25-го пехотного полка. До конца дня удалось перебросить по воздушному мосту 500 человек.

Между тем, потеряв аэродром, англичане все еще удерживали порт силами подразделения капрала Йорка. Вскоре он доложил по радио майору Норману о трех входящих в гавань аргентинских кораблях, это было последнее сообщение, после которого связь прервалась. Обстреляв суда противника из ПТР «Карл Густав», англичане попали в войсковой транспорт «Исла де Лос-Эстадос». Оставшись без связи и понимая, что к резиденции не пробиться, капрал Йорк принял решение прорываться из порта. Его солдаты на моторной лодке «Джемми» сумели незаметно пересечь бухту Порт-Вильям и высадиться на ее северном берегу.

Последним очагом британского сопротивления оказалась резиденция губернатора. Упорство, с которым противник защищался, и его нежелание капитулировать заставило контр-адмирала Буссера испытать тревогу по поводу затягивания операции. По его приказу к резиденции с «Адмирал Иризар» вертолетами перебросили несколько минометных расчетов. Первые залпы 105-миллиметровых минометов убедили английских командиров начать переговоры.

Опасаясь, что дальнейшее сопротивление приведет к многочисленным жертвам среди мирного населения, губернатор Хант отклонил предложение майора Нормана попытаться прорваться из города в горы для продолжения борьбы. Связавшись с генерал-майором Гарсиа, который с борта эсминца «Сантисимо Тринидад» руководил операцией, Хант попросил аргентинцев прекратить огонь.

Командующий Театром операций «Мальвинские острова» предложил контр-адмиралу Буссеру обсудить с британским губернатором условия перемирия. Встреча Буссера с англичанами состоялась около церкви Святого Мартина, откуда он и сопровождающие его офицеры отправились в резиденцию. У английских парламентеров не нашлось белого флага, вместо него использовали мусорные пакеты. После короткого обсуждения условий сдачи соглашение было подписано, и в 9 часов 30 минут британцы капитулировали.

Под приветственные крики аргентинских солдат на флагштоке перед резиденцией был поднят аргентинский флаг. Хант, сдав губернаторские регалии, убыл на аэродром, откуда на аргентинском «Геркулесе С-130» отправился в Монтевидео. Пленных британских морских пехотинцев и бойцов отряда самообороны разоружили, уложив на землю с руками за головой на спортивной площадке, где они и дождались отправки по воздуху в уругвайскую столицу.

Последним английским подразделением, сложившим оружие, было отделение капрала Йорка. Три дня он и его люди бродили в северо-западной части острова, прежде чем сдались аргентинцам.

На Южной Георгии обе противоборствующие стороны узнали о событиях в Порт-Стенли уже 2 апреля 1982 г. Находящиеся в поселке Лейт аргентинцы на торжественном построении под звуки гимна подняли национальный флаг. Для них теперь Южная Георгия называлась Остров Сан-Педро.

Командир британских морских пехотинцев лейтенант Миллз, получив сообщение о высадке аргентинцев, принял меры по обороне Грютвикена. Учитывая неравенство сил, английский офицер предполагал продержаться в поселке до наступления темноты, после чего отступить в северном направлении и действовать по обстановке. Британцы окопались на небольшом плато на окраине поселка, где наличие растительности позволяло замаскировать несколько окопов и огневых точек. Для затруднения высадки аргентинцев Миллз приказал заминировать подступы к портовым зданиям и установить самодельные заграждения на причалах. Кроме своих сил Миллз рассчитывал на помощь «Эндьюранса», командир которого Баркер после падения Порт-Стенли повернул к Южной Георгии.

Соединение капитана 1 ранга Тромбеты должно было захватить Грютвикен 2 апреля, но и здесь погода вмешалась в планы аргентинского командования. Фрегат «Гуэррико», на борту которого находилось десантное подразделение, попав в жестокий шторм, не смог вовремя соединиться с «Байа Параизо», поэтому операцию пришлось перенести на сутки.

В 5 часов 3 апреля в Лейте состоялось рандеву кораблей, а в 7 часов 35 минут морские пехотинцы лейтенанта Луны были переведены на «Байа Параизо». На флагманском корабле состоялось совещание по поводу предстоящей высадки. Кроме капитана 1 ранга Тромбеты на нем присутствовали командир фрегата капитан 3 ранга Альфонсо, офицеры десанта и пилоты вертолетов. Уточнив обстановку и приняв во внимание возможное сопротивление противника, офицеры выработали план операции, по которому на берег аргентинцы высаживались тремя группами по 15 человек, с каждой группой предполагалось доставлять миномет. Командиру фрегата поставили задачу на огневое прикрытие десанта, наметили здания и объекты для артиллерийского обстрела.

Поздним утром 3 апреля «Гуэррико» и «Байа Параизо» начали медленно втягиваться в бухту Камберленд. Хорошо зная о внезапных шквальных ветрах, столь частых в этих широтах, капитан 1 ранга Тромбета приказал усилить наблюдение за погодой. Сама бухта настолько плохо изучена, что плавание в этих водах до настоящего времени считается крайне опасным. Миновав скалистый мыс Сафо, аргентинцы вошли в восточную часть бухты Камберленд. Пройдя еще три мили на юго-запад, корабли бросили якоря на траверзе мыса Холл, в прямой видимости Грютвикена.

В ходе состоявшихся радиопереговоров между командующим 60-м оперативным соединением и начальником британской научной станции Мартином аргентинцы потребовали не оказывать им сопротивления и передать контроль над островом. Мартин отказался подчиниться требованию Тромбеты и сообщил, что он не допустит высадки десанта. Исходя из факта открытой агрессии, власть на острове взял на себя лейтенант Миллз.

В 9 часов 30 минут аргентинский «Алуэтт» совершил первый разведывательный полет над поселком и его окрестностями, впрочем, безрезультатно — пилоту не удалось выявить присутствия британских военных. В 11 часов 4 минут «Алуэтт» взлетел для повторной разведки и до конца операции непрерывно находился над Грютвикеном.

В 11 часов 40 минут началась переброска на берег по воздуху первой группы аргентинцев с «Байа Параизо», одновременно с этим «Гуэррико» подошел ближе к поселку для оказания десантникам, в случае необходимости, огневой поддержки. Высадившейся в порту разведгруппе англичане не оказали сопротивления, опасаясь выдать свое месторасположение. Немного позднее они сумели сбить вертолет противника, который при попытке доставить на остров подкрепление неосторожно приблизился к их позициям. В результате падения вертолета двое солдат погибли, четверо были ранены.

Вскрыв позиции защитников острова, аргентинцы попытались атаковать их, но, попав под плотный огонь из автоматического оружия, рассредоточились и залегли. Натолкнувшись на столь упорное сопротивление, капитан 1 ранга Тромбета приказал командиру фрегата произвести несколько артиллерийских залпов по позициям британцев.

Маневрируя для занятия огневой позиции, «Гуэррико» неосторожно приблизился к берегу и был поврежден из противотанковой системы «Карл Густав». Получив несколько пробоин в надводной и подводной части корпуса, приведших к выходу из строя значительного числа технических средств, фрегат поспешно вышел из зоны действия оружия англичан.

К этому времени аргентинцам удалось доставить по воздуху подкрепление и перейти в наступление. Связанные боем морские пехотинцы Миллза не смогли оторваться и отступить, как ранее предполагалось. «Гуэррико» все же смог открыть огонь и накрыть несколькими залпами окопы британцев.

Оборонявшиеся начали нести потери, был тяжело ранен один человек. Опасаясь увеличения жертв и понимая бесперспективность дальнейшего сопротивления, лейтенант Миллз в 12 часов 48 минут принял решение капитулировать. Британцев разоружили, оказали помощь раненым и доставили на «Байа Параизо», туда же поместили и научный персонал поселка.

В 20 часов 30 минут «Байа Параизо» перешел в Лейт, откуда, оставив для охраны рабочих группу капитан-лейтенанта Астиса, отправился на материк. «Гуэррико», наскоро заделав пробоины, ушел в Порт-Стенли.

Пленные с Южной Георгии и солдаты капрала Йорка, которых захватили в окрестностях Порт-Стенли, 16 апреля были переправлены по воздуху в Монтевидео.

Все это время английский «Эндьюранс», оставаясь незамеченным, находился в одной миле от острова. Укрыв свой корабль от аргентинцев, капитан Баркер ограничился тем, что выслал бортовой вертолет для наблюдения за происходящим. От активного вмешательства его удержали инструкции командования, по которым он не имел права открывать огонь, пока сам не атакован, и здравый смысл. Вооруженное двумя 20-миллиметровыми зенитными пулеметами судно ледовой разведки не могло вступить в бой с фрегатом УРО. В понедельник 5 апреля «Эндьюранс» ушел к острову Вознесения.

Подводя итоги, отметим, что десантная операция на Фолклендских островах была проведена с высокой эффективностью. В операции по захвату Южной Георгии вооруженные силы выполнили поставленные задачи, был установлен контроль над островом без нанесения противнику урона, но цену, которую заплатили за это аргентинцы, необходимо считать чрезмерной: 2 погибших, 7 раненых, уничтоженный вертолет и поврежденный фрегат УРО.

Реакция международного сообщества на события 2 апреля 1982 г. была более лояльной по отношению к Лондону. Британское правительство разорвало дипломатические отношения с Буэнос-Айресом, аргентинским дипломатам было предписано покинуть страну в течении четырех дней. МИД Великобритании обратился в Совет Безопасности ООН с просьбой осудить акт агрессии. Министр обороны Соединенного Королевства Д. Нотт в своем интервью заявил, что британские военные корабли уже направлены в Южную Атлантику и не исключил военного развития ситуации.

В Брюсселе Европейское Экономическое Сообщество осудило действия аргентинского правительства и предложило ему вывести свои войска с архипелага. Генеральный Секретарь ООН Перес де Куэльяр, находясь в Риме, выступил с сожалением по поводу открытого вооруженного противостояния на островах. В латиноамериканской секции ООН Аргентина, напротив, встретила молчаливую солидарность споим действиям. Официальный Вашингтон объявил, что США не будут вмешиваться в конфликт, но примут ряд мер дипломатического характера для мирного урегулирования возникшего кризиса.

Несколько ранее попытку предотвратить вооруженную конфронтацию предпринял президент США. 1 апреля в 22 часа между ним и Л. Гальтиери состоялся телефонный разговор. Р. Рейган напомнил аргентинскому лидеру, что конфликт будет иметь далеко идущие последствия для всего западного полушария. Обострение отношений с Великобританией, без сомнения, отразится и на американо-аргентинских отношениях, в которых только недавно наступило потепление. Рейган указал, что высадка десанта на островах неминуемо приведет к силовому ответу со стороны Лондона и что еще есть возможность альтернативного мирного решения территориального спора. В качестве посредника он предложил направить в Буэнос-Айрес вице-президента США Д. Буша. Л. Гальтиери поблагодарил президента за предложения и выразил готовность искать мирные пути выхода из кризиса. На момент их разговора операция «Асуль» уже началась.

Днем 2 апреля после завершения боев в Порт-Стенли аргентинское правительство выступило с несколькими официальными обращениями к нации. Сообщив об установлении суверенитета над архипелагом, Хунта поблагодарила вооруженные силы страны за проявленный героизм при проведении операции. В коммюнике отмечалось о возвращении Фолклендским островам названия Мальвинские, а Порт-Стенли — Пуэрто-Архентино. В 10 часов 20 минут этого дня с исполнения аргентинского гимна начало трансляцию радио Мальвинских островов.


Глава 5. РАЗВЕРТЫВАНИЕ БРИТАНСКИХ СИЛ

Комплекс мероприятий по мобилизации, развертыванию, тыловому обеспечению и организации боевого взаимодействия экспедиционных сил Великобритании сам по себе достоин отдельных трудов по военной истории. По своей ценности период между принятием решения об отправке военной силы на юг и первыми боевыми столкновениями ничуть не уступает описанию самих боев. Успех или неуспех государства в вооруженном противостоянии зависит от многих факторов, основными из которых являются всесторонняя готовность вооруженных сил и способность руководства страны быстро и решительно реагировать на сложившиеся кризисные ситуации.

Описание мобилизации и развертывания британских экспедиционных сил необходимо начать со слов Маргарет Тэтчер: «Быстрота, с какой эти силы были собраны, войдет в анналы английской военной истории». Действительно, время, затраченное Британией на подготовку оперативного морского соединения, удивляет быстротой принятия решений, а сами действия поражают своей масштабностью.

2 апреля 1982 г., сразу же после того, как в Лондон пришло известие о захвате островов, премьер-министр М. Тэтчер созвала экстренное заседание кабинета министров. После бурного обсуждения случившегося правительство наметило ряд ответных мер. Были разорваны дипломатические отношения с Аргентиной, заморожены аргентинские финансовые активы, хранящиеся в британских банках, на общую сумму около $1,4 млрд. прекращены все финансовые операции с Аргентиной, наложен запрет на продажу оружия и военной техники в эту страну.

17 тысячам граждан Великобритании, находящимся на момент начала конфликта в Аргентине, было предложено незамедлительно покинуть территорию этой страны. Представитель Великобритании в ООН, по приказу правительства, должен был безотлагательно добиться у (Совета Безопасности осуждения аргентинской агрессии. Однако самое главное заключалось в том, что было принято решение об отправке в Южную Атлантику военной силы. Премьер-министр сформировала военный кабинет, куда, кроме Маргарет Тэтчер, вошли министр обороны страны и командующие видами вооруженных сил.

Формирование военного кабинета было связано с необходимостью сократить время принятия решений в условиях быстро изменяющейся военно-политической обстановки и необходимостью жесткой координации действий всех институтов власти для достижения победы в войне. В обязанности поенного кабинета входило общее руководство действиями вооруженных сил в зоне конфликта. В основном это были вопросы определения начала операции, общего характера действий, расширения зоны конфликта и принципиального решения о применении того или иного вида вооруженных сил. Свои требования до непосредственных исполнителей — военных — Кабинет доводил через министерство обороны. Кроме действий военного характера, Кабинет вырабатывал общий политический курс, координировал действия Министерства иностранных дел с действиями Министерства обороны, контролировал внутриполитическое положение в стране и санкционировал проведение необходимых мобилизационных мероприятий.

Для оперативного руководства действиями британских экспедиционных сил, направляемых в Южную Атлантику, Министерством обороны был сформирован специальный штаб, который возглавил командующий ВМС Великобритании адмирал Дж. Филдхауз. В штаб также вошли командующий ВВС маршал авиации Д. Куртис, начальник штаба ВМС вице-адмирал Д. Холифакс, командующий подводными силами вице-адмирал П. Харбет, командующий королевской морской пехотой генерал-майор Дж. Мур, начальник главного управления материально-технического обеспечения ВМС контр-адмирал П. Хаммерслей. Штаб управления находился в лондонском пригороде Нортвуд.

Помимо общего руководства британскими силами в зоне конфликта, на Штаб возлагалось также обеспечение развертывания, наращивание, координация действий и организация снабжения этих сил. При необходимости Штаб вырабатывал предложения по военным вопросам для военного кабинета.

Связь с подчиненными силами Штаб осуществлял, в основном, по спутниковым каналам космической связи, которые были предоставлены правительством США. Поскольку прогнозировалось многократное увеличение объемов обмена информацией, с которым имеющиеся спутники могли не справиться, на геостационарную орбиту был выведен английский спутник связи «Генфиллер». Кроме того, английское командование воспользовалось предоставленными союзниками по НАТО спутниковыми каналами США и системой военной связи восточного побережья Канады.

Для непосредственного решения военных задач в распоряжение адмирала Филдхауза поступал и формирующиеся 317-е и 324-е оперативные соединения. В 317-е оперативное соединение вошли почти все боеготовые на тот момент корабли британского флота, части морской пехоты и авиации. Командиром этого соединения был назначен контр-адмирал Д. Вудворд, на которого было возложено оперативное командование морскими силами в зоне конфликта. В 324-е оперативное соединение вошли четыре атомных и одна дизельная подводные лодки. Соединением руководил командующий подводными силами вице-адмирал П. Харбет. Вопросами взаимодействия между соединениями занимались специальные отделы при штабах Вудворда и Филдхауза.

После окончания боевых действий специалисты отмечали четкую организацию управления и связи между Лондоном и войсками в зоне конфликта. Связь работала отлично, все важные донесения и приказы передавались оперативно, что в немалой степени способствовало успеху операции. Кроме того, британскому руководству удалось скоординировать по времени развертывание оперативных соединений с внешнеполитическими маневрами Министерства иностранных дел и обеспечить своим силам оперативную внезапность и инициативу первых действий.

Одновременно с усилиями по формированию управленческой вертикали военный кабинет предпринял шаги мобилизационного характера. Учитывая морской характер предстоящей операции, был сделан упор на мобилизацию флота. Основные мероприятия в этой области имели техническую направленность. Резервистов призывали в ограниченном количестве — всего 300 человек. Были прекращены отпуска только некоторых категорий личного состава флота, кроме того, на период боевых действий были продлены контракты с офицерами и солдатами. Командование ВМС Великобритании, сделав ставку на наличные силы, предусматривало призвать на военную службу дополнительное количество резервистов в том случае, если боевые действия примут затяжной характер и будут сопровождаться большими людскими потерями. Вместе с кадровым плавсоставом резервистами частично доукомплектовывались гражданские экипажи коммерческих судов.

Министерство обороны Великобритании, понимая негативные последствия широкого призыва из запаса и прогнозируемый ограниченный характер военных действий, решило довольствоваться перераспределением имеющегося личного состава и техники внутри вооруженных сил, а также отзывом части своих сил из формирований НАТО. Партнеры по блоку не только не протестовали против переброски части кораблей и самолетов из зоны ответственности альянса на юг Атлантики, но и взяли на себя патрулирование английских секторов в северных районах Атлантического океана.

Все мероприятия по мобилизации войсковых частей проводились в кратчайшие сроки. К примеру, авиагруппа, базирующаяся на авианосце «Гермес», была переведена на штат военного времени за 24 часа. Количество самолетов «Си Харриер» с 5 выросло до 12, а обслуживающий персонал — со 100 до 160 человек.

После доклада главкома ВМС о том, что имеющиеся вспомогательные суда флота не обеспечат снабжение группировки на таком удалении от метрополии, военный кабинет принял решение провести частичную мобилизацию торгового флота. Были реквизированы и зафрахтованы 70 частных судов, из которых около 10 судов по разным причинам затем были возвращены владельцам. В числе мобилизованных судов оказалось 4 лайнера, 3 парома, 6 роллеров, 5 контейнеровозов, 8 универсальных судов, 23 танкера, 3 танкера-химовоза, 4 буксира, 2 специальных судна обслуживания морских нефтепромыслов, 5 рыболовных траулеров и кабельное судно.

К 14 апреля 1982 г. количество поступивших в распоряжение ВМС судов достигло 21, а к 21 апреля — 35. Мобилизованные суда необходимо было приспособить для выполнения специфических, не свойственных им ранее заданий. Эта задача была возложена на судостроительную промышленность страны. Переоборудование велось круглосуточно, в три смены, и занимало не более трех суток для каждого судна. Для выполнения такого объема работ было привлечено свыше 300 английских компаний, подрядчиков по выполнению работ и поставщиков оборудования.

Для сокращения срока работ Министерство обороны Великобритании направило самолетами на все торговые суда, привлекаемые к операции, группы специалистов, которые на месте подготовили проекты дооборудования. Срочно разработанные по этим предложениям рабочие чертежи были переданы судоремонтным заводам, к причальным стенкам которых направлялись мобилизованные суда. Перечень работ, проводимых на кораблях, был индивидуален для каждого судна, но в целом все работы можно разделить на несколько основных групп.

Во-первых, оборудование вертолетных площадок. Эти работы в некоторых случаях ограничивались разметкой подходящих участков палубы или удалением мешавших полетным операциям корабельных конструкций. Для некоторых судов потребовалось укрепление палубы или установка специальных несущих конструкций. Во-вторых, установка ангаров, емкостей для авиационного топлива и других вспомогательных устройств на контейнеровозах. В-третьих, оборудование дополнительных жилых и служебных помещений для личного состава. Эту задачу решали главным образом установкой дополнительных модулей кубриков, камбузов, санитарных узлов. Четвертая группа работ включала в себя установку дополнительных емкостей для пресной воды и топлива, а также палубного оборудования для пополнения запасов в море. Все танкеры получили устройства для передачи топлива на ходу. Пятая группа — это монтаж дополнительных средств связи военного образца и установка вооружения на судах, которые по плану должны были заходить в зону боевых действий. На английских моряков были заменены иностранцы, находившиеся в составе экипажей реквизированных судов.

Для иллюстрации хода этих работ приведем несколько примеров. Так, 5 апреля было принято решение о мобилизации пассажирского лайнера «Канберра». Судно, которое решили переоборудовать в военный транспорт, возвращалось в Англию из четырехмесячного кругосветного плавания с туристами на борту. «Канберру» выбрали по причине высокой скорости хода — 27 узлов и большой вместимости — 1737 человек. Кроме того, лайнер находился довольно близко от метрополии. Еще до захода в порт на судне были начаты подготовительные работы по оборудованию вертолетных площадок. Контракт на переоборудование судна получила компания «Воспер Тарникофт», приступившая к работе 7 апреля. Изготовление стальных конструкций для вертолетных площадок началось еще до прихода «Канберры» в Саутгемптон. К моменту окончания сварочных работ выяснилось, что размеры готовых конструкций взлетно-посадочных площадок превышают ширину цеховых ворот, поэтому при транспортировке пришлось выломать часть стены сварочно-сборочного цеха.

Лайнер находился у заводской стенки всего 48 часов. За это время на нем были смонтированы три вертолетные площадки, установлено оборудование для приема грузов в море, дополнительные средства связи, развернуты медицинские пункты. На корабле удалили антенны между мачтой и трубой, которые мешали полетам вертолетов. Жилые помещения судна приспособили для перевозки 2 тыс. десантников. В связи с большим объемом работ часть их выполнялась на переходе к острову Вознесения. Для этого в рейс ушла бригада рабочих, завершивших монтаж последней вертолетной площадки.

Лайнер «Уганда» тоннажем 16 900 рег. тонн был реквизирован 11 апреля во время средиземноморского круиза со школьниками. Его планировали переоборудовать в госпитальное судно для выполнения челночных рейсов между островом Вознесения и Великобританией. «Уганда» подходила для этих целей из-за наличия на борту многочисленных кают и не загроможденной надстройками верхней палубы в кормовой оконечности. Получив приказ о мобилизации, судно высадило своих пассажиров в Неаполе и направилось в Гибралтар, где в течение трех суток были выполнены все работы по переоборудованию.

На лайнере оборудовали госпитальные помещения на 1 тыс. койко-мест, с возможностью расширения их до 1200, в том числе палаты повышенной комфортности на 200 мест, очевидно, для тяжелораненых. Были предусмотрены также вспомогательные помещения, каюты для 100 человек обслуживающего персонала. Судно снабдили также медицинским имуществом в количестве 90 тонн. Палубу в кормовой части укрепили для использования ее в качестве вертолетной площадки. На судне было размещено необходимое оборудование для обеспечения полетов вертолетов, а также устройства для приема грузов на ходу. Переоборудование закончилось покрасочными работами. «Уганду» окрасили в белый цвет и нанесли на корпус знаки Красного Креста. Весь объем работ выполнили 400 человек.

В мае очередь дошла до крупнейшего британского пассажирского судна «Квин Элизабет II», которое переоборудовали в Саутгемптоне. Объем и содержание работ были аналогичны проведенным на «Канберре». На лайнере оборудовали три взлетно-посадочные вертолетные площадки, а его жилые помещения приспособили для перевозки 3 тыс. десантников.

Для перевозки войскового контингента еще в 1 тыс. человек был переоборудован паром «Норланд». Наиболее длительным оказалось переоборудование парома «Ренготиер», приспособленного для перевозки личного состава и техники инженерного корпуса, работы на котором продолжались 22 суток. Всего из состава пассажирского флота переоборудованию подверглось шесть судов общей вместимостью 164 279 рег. тонн.

В качестве плавбазы минно-тральных сил был переоборудован грузопассажирский теплоход «Сэйнт Хелена» вместимостью 3 150 рег. тонн. Для доставки раненых из района боевых действий к острову Вознесения предназначались гидрографические суда «Хекла», «Харальд» и «Хидра», переоборудованные в госпитальные суда.

Для переброски военной техники и различных сопутствующих предметов снабжения было зафрахтовано и реквизировано значительное количество грузовых судов. Наибольший интерес представляет переоборудование комбинированных судов роллеров-контейнеровозов «Атлантик Конвейер» и «Атлантик Каузвей». Суда валовой вместимостью 14 946 рег. тонн были построены в 1969 и 1970 гг. соответственно и имели скорость хода 22 узла. «Атлантик Конвейер», стоявший в то время на приколе, был реквизирован 14 апреля и прошел модернизацию в доках города Девенпорт за 9 суток. Переоборудование второго контейнеровоза заняло уже 8 суток.

Контейнеровоз предназначался, в основном, для перевозки авиационной техники. После окончания работ он смог принять на борт 22 самолета с вертикальным взлетом и посадкой «Харриер» и 16 вертолетов, среди которых были тяжелые транспортные 21-тонные машины «Чинук». Объем и характер выполненных работ были весьма разнообразны. В частности, провели усиление корпуса судна дополнительными конструкциями, с палубы убрали все устройства для крепления контейнеров. Их оставили только в носовой части, где по бортам установили ряд контейнеров, образовав ангар без перекрытия. К палубе приварили около 500 приспособлений для крепления летательных аппаратов и покрыли ее жаростойкой не скользящей краской. Кормовую палубу удлинили на 5 м, сделав возможным использование ее для вертолетов.

Планами английского командования «Атлантик Конвейеру» отводилась роль не просто перевозчика техники.

Ему предстояло стать вспомогательным авианосцем, своеобразным плавучим ангаром, из которого осуществлялось бы пополнение авиагрупп ударных авианосцев «Гермес» и «Инвинзибл». Для обеспечения полетных операций требовался дополнительный летно-технический персонал. Для его размещения был удлинен блок жилых помещений, который теперь мог принимать дополнительно 112 человек. Из 12 стандартных контейнеров изготовили дополнительные жилые модули. На палубе установили цистерны с топливом для вертолетов и самолетов, а также установки с жидким кислородом для СВВП. Резко возросла потребность судна в пресной воде, большие объемы которой были необходимы не только увеличившемуся экипажу, но и для обслуживания капризной авиационной техники. Для удовлетворения этих потребностей установили опреснитель дистилляторного типа. Для решения задач самообороны на судно установили две 40-миллиметровые артиллерийские установки и оборудовали погреба боезапаса к ним. Переоборудование закончилось развертыванием дополнительных средств связи, оборудования для обеспечения полетных операций и установкой приспособления для приема в море грузов различного назначения.

На последней стадии работ на корабль погрузили 500 баллонов с ацетиленом и столько же с кислородом, десятки тонн военного имущества и запасов. Наконец на судно перебазировалась воздушная группа. Капитаном остался служащий английской судоходной компании «Кунорд» Я. Норт, но за все военные вопросы отвечал офицер королевских ВМС.

Брат-близнец первого контейнеровоза, «Атлантик Коузвей» тоже был переоборудован для перевозки и технического обслуживания воздушной техники, а именно вертолетов. В отличие от «Атлантик Конвейера» на нем в носовой части оборудовали ангар из 12 контейнеров, снабженный стальным перекрытием. Вдоль стен установили цистерны с топливом. Под главной палубой в ячеистых трюмах была образована топливная цистерна из сваренных вместе в штабель шести контейнеров.

По аналогии с переоборудованием первого контейнеровоза на втором смонтировали дополнительные жилые и санитарно-бытовые помещения, мастерские по ремонту авиационной техники, установили дополнительные средства связи и оружие самообороны. На последнем этапе переоборудования на контейнеровоз перебазировали авиагруппу из 20 вертолетов типа «Вессекс» и 8 типа «Си Кинг».

Уже после гибели «Атлантик Конвейера» в ходе боевых действий был мобилизован построенный в 1978 г. в Польше ячеистый контейнеровоз «Астрономер». Британская судостроительная промышленность к тому времени набрала полные обороты и более крупное судно вместимостью 22 867 рег. тонн было модернизировано в течение всего шести суток. После переоборудования в его задачи входила перевозка авиационной техники и другого военного снаряжения. Работы по переоснащению в общих чертах повторили уже проделанные на предыдущих контейнеровозах. Учитывая печальный опыт боевых действий, «Астрономер» дополнительно вооружили средствами РЭБ. После доработки контейнеровоз превратился в универсальное судно снабжения и после окончания конфликта остался на военной службе, пройдя более глубокую и всестороннею модернизацию.

Еще один контейнеровоз «Контендер Бизант», реквизированный Министерством обороны, конструктивно отличался от своих собратьев тем, что у него ходовой мостик и жилая надстройка находилась в носовой части судна. Это считается более удобным для авиации. После переоборудования судно превратилось в носитель вертолетов и самолетов с вертикальным взлетом и посадкой. Первоначальным планом переоборудования намечалось в качестве ангара использовать твиндек судна и поднимать авиационную технику на палубу с помощью лифта, смонтированного в люке грузового трюма. Однако от этой идеи пришлось отказаться из-за слишком больших временных затрат. Инженеры пошли по более простому пути. В носовой части судна был возведен ангар из контейнеров и стального перекрытия. Кроме этого, на судне смонтировали кислородную установку «Локс», опреснитель, топливную систему «Ават» для заправки вертолетов, причем установка была встроена в контейнер. Для приема и передачи грузов в море планировалось использовать бортовые лацпорты и рампы. После окончания работ на судно поместили 6 вертолетов «Чинук» и около 6 тыс. тонн различных грузов. По пути в район боевых действий на корабль перебазировали еще три вертолета и четыре самолета «Харриер».

Но перевозить нужно было не только авиационную технику. Проведение десантной операции требовало доставить в район боевых действий большое количество инженерной и боевой техники. Для этой цели были использованы паромы-ролкеры «Элк», «Балтик Фери», «Нордик Фери» и «Еуропик Фери» вместимостью от 4 200 до 6 455 рег. тонн. Модернизировать три последних судна почти не пришлось, но на ролкере «Элк» вместимостью 5 463 рег. тонн, реквизированном 5 апреля, были проведены существенные работы по переоборудованию его в военный транспорт. На судне были смонтированы три площадки для противолодочных вертолетов «Си Кинг», развернуты системы связи, установлены устройства для передачи и приема грузов на ходу. Для самообороны «Элк» вооружили двумя 40-миллиметровыми артиллерийскими орудиями «Бофорс». После переоборудования судно приняло в Саутгемптоне бронетранспортеры и танки «Скорпион».

Всего же к использованию в военных действиях на юге Атлантики британским Министерством обороны в качестве перевозчиков военных грузов различного назначения было привлечено 15 транспортных судов общей валовой вместимостью 155 620 рег. тонн.

Помимо снабжения военной группировки на огромном удалении от родных баз, на плечи вспомогательного флота легли и более специфические задачи. Необходимо было производить траление фарватеров, оказывать помощь поврежденным судам, терпящим бедствие, буксировать поврежденные корабли и многое другое. Для этих целей были привлечено 13 судов технического флота общей валовой вместимостью 45 279 рег. тонн. В их число входили три спасательных буксира: «Сэлвиджмэн» тягловым усилием 170 тс и два однотипных «Айришмэн» и «Йоркширмэн», оба тягловым усилием по 70 тс. Мобилизационный выбор пал на эти корабли потому, что они были самыми мощными из английских буксиров, способных в тот момент к трансатлантическому переходу.

Отряд тральных сил пополнился пятью мобилизованными траулерами для глубоководного лова рыбы — «Нортелла» и «Корделла» по 1 238 рег. тонн, «Фамелла» — 1 207 рег. тонн, «Джунелла» — 1 615 рег. тонн и «Пикт» — 1 478 рег. тонн. Эти суда модернизировали в целях приспособления палубных устройств для использования трального вооружения и оборудовали их дополнительными средствами связи и спасения.

Гражданских рыбаков заменили командами военных моряков. Плавбазой для тральщиков должно было стать уже упоминавшееся грузопассажирское судно «Сэйнт Хелена», которое также прошло модернизацию. На нем установили платформу и ангар для вертолета, оборудование для приема грузов в море и 20-миллиметровый автомат «Эрликон».

Для обеспечения судоремонта в море на таком удалении от метрополии у ВМС не оказалось готовых средств. Выход был найден в мобилизации двух многоцелевых судов, предназначенных для технического обслуживания нефтедобывающих платформ и подводно-технических работ на больших глубинах. Оба судна, «Стена Инспектор» и «Стена Сиспред», имели вместимость 6 061 рег. тонн, причем «Стена Инспектор» была зафрахтована по прибытии в американский порт Савана, после чего прошла докование и переоборудование в плавмастерской на военно-морском заводе в Чарлстоне. Переоборудование было закончено за 6 суток, за это время на корабль установили 150-тонный кран, тяжелое технологическое оборудование для ремонта корпусных конструкций, токарные, фрезеровочные и трубогибочные станки, гибочные вальцы, пресс-ножницы, дополнительное сварочное оборудование. Число жилых помещений было увеличено с расчетом разместить дополнительные бригады ремонтников в количестве 112 человек.

Эти суда привлекли внимание военно-морского командования еще и по причине их высокой маневренности.

Установленные на кораблях такого типа четыре подруливающих устройства и автоматическая (на базе ЭВМ) система контроля положения судна позволяли удерживать корабль на месте при ветре до 9 баллов.

Суда были укомплектованы лучшими специалистами по проведению ремонтных работ, какие нашлись в ВМС. 162 ремонтника пополнили гражданский экипаж, состоявший из 30 человек. На «Стене Сиспред» разместился ремонтный отряд 1810. Кроме этого, на каждое судно погрузили дополнительно по 900 тонн грузов, из которых 600 тонн приходилось на запчасти. Переоборудование «Стена Сиспред» происходило в Портсмуте, а последние работы заканчивались уже в море.

Помимо переоборудования судов пассажирского, торгового и технического флота, английские верфи выполнили значительный объем работ по ремонту, достройке и подготовке кораблей ВМС к боевым действиям. Так, например, к началу конфликта авианосец «Гермес» находился в текущем ремонте, и когда встала необходимость срочно закончить работы, пришлось привлечь дополнительную рабочую силу. Работы проводились в три смены и не прекращались ни на минуту. Это позволило ввести авианосец в строй за трое суток.

Значительный объем работ был выполнен и по вводу в боевой состав ВМС десантного корабля-дока «Интрепид», который в начале 1982 г. был подготовлен к выводу в резерв и постановку на консервацию.

Верфью «Свен Хантер Лтд» были ускорены достроечные работы на авианосце «Илластриес». Для сокращения сроков ввода в строй на корабль дополнительно привлекли 300 рабочих-судостроителей. Учитывая опыт первых боевых столкновений, авианосец вооружили двумя дополнительными 20 миллиметровыми зенитными артиллерийскими установками «Вулкан-Фаланге МК-15», срочно доставленными из США. Стоимость системы составила $15 млн.

На верфи «Каммел Лаирд энд Компани Лтд» начали форсирование работ по достройке эсминца проекта 42 «Ливерпуль». На верфи «Варроу Лтд» активизировали строительство фрегата УРО проекта 22 «Бразен». В его доработке приняло участие 1 тыс. человек, что позволило ввести корабль в состав действующего флота в июне 1982 г.

На других кораблях перед походом провели планово-предупредительные ремонты и выполнили комплекс мероприятий по подготовке техники и вооружения к работе в суровых антарктических условиях. Арсеналы и береговые базы выполнили большую работу по укомплектованию и перевооружению кораблей, выводимых из состава резерва или возвращавшихся с боевых дежурств.

Одновременно с кораблестроительными программами британские предприятия выполнили в оперативном порядке срочные заказы флота по изготовлению различного оборудования и предметов снабжения. Учитывая опыт борьбы за живучесть на поврежденных английских кораблях, промышленность в кратчайшие сроки изготовила 2 тыс. пожарных рукавов, большое количество буев и кранцев для боеприпасов.

Было изготовлено 11 тыс. дыхательных масок ELSA. На выпускавшем их предприятии компании «Сабр Ко» пришлось объявить семидневную рабочую неделю. В результате предпринятых усилий выпуск масок увеличился с 50 до 2000 штук в неделю.

В связи с огромным расходом снарядов пассивных помех английскими кораблями в зоне боевых действий компания «Чемринг энд Плэси» расширила производство боеприпасов для постановки ложных целей. Перевод предприятий аэрокосмической и судостроительной промышленности на военное положение занимал в среднем до трех суток.

Экспедиционный корпус потреблял ежесуточно 60 тонн продовольствия, его поставками занимались 30 британских компаний. Боевые пайки собирались на складе ВМС под Саутгемптоном из заранее упакованных комплектов продуктов питания. Основной продовольственный комплект, упакованный в банку, включал обезвоженную говядину, гранулированную баранину, сухое картофельное пюре, рис, овощи и яблочные хлопья. В комплекте были соль, спички и бумажные салфетки.

Свыше 50 компаний выполняло заказы министерства обороны на поставку обмундирования и других текстильных изделий. Несмотря на то, что английские войска часто проводят учения в условиях холодного климата в северной Норвегии и Гренландии, запасов для всех военнослужащих, действовавших в Южной Атлантике, не хватало и потребовалось выполнение срочных заказов.

Не все из необходимых военным материальных средств было поставлено британской промышленностью, часть пришлось закупать у союзников по НАТО. В частности, США предоставили 47,5 млн. литров авиационного горючего, ракеты класса воздух-воздух «Сайдвиндер», противолокационные ракеты «Ширак», ПКР «Гарпун», восемь переносных систем ПВО «Стингер» стоимостью $4,7 млн. Были приобретены также гидроакустические станции, двигатели для вертолета «Чинук» и запчасти к ним, тысячи мин, 105-миллиметровые снаряды, сигнальные ракеты и другие боеприпасы. Общий счет за американскую помощь в конечном итоге составил более $60 млн.

В результате всех этих мобилизационных мероприятий в короткие сроки были подготовлены экспедиционные силы, а для обеспечения их действий удалось создать трехмесячный запас материально-технических средств.

После принятия решения о необходимости переброски к Фолклендским островам кораблей флота британское командование приступило непосредственно к формированию оперативных соединений. Пружина британской военной машины начала раскручиваться с огромной скоростью. Военные корабли, вспомогательные суда, воздушные части, пехотные подразделения собирались со всех уголков Британской империи и энергично стягивались в Южную Атлантику.

Первым британским кораблем, отправившимся к архипелагу, стало судно королевского вспомогательного флота «Форт Остин», вышедшее на юг 26 марта 1982 г. Еще до принятия правительством решения об отправке оперативного соединения командир корабля С. Данлоп получил приказ покинуть Гибралтар и идти на соединение с кораблем ледовой разведки «Эндьюранс». Ему предписывалось оставить на базе два корабельных вертолета «Си Кинг» из 824-й эскадрильи ВМС.

Основу формируемого оперативного соединения составили корабли первой флотилии под командованием контр-адмирала Д. Вудворда. Уже в пятницу 2 апреля отряд боевых кораблей, получивший наименование авангардной группы, начал движение к острову Вознесения, который должен был стать трамплином на пути к Фолклендским островам. В состав авангарда вошли следующие корабли: эскадренный миноносец УРО «Энтрим» под флагом контр-адмирала Вудворда (командир капитан 1 ранга В. Янг), однотипный с ним эсминец «Глэморган» под командованием капитана 1 ранга М. Бэрроу, эсминцы УРО «Ковентри», «Глазго», «Шеффилд», командиры капитаны 1 ранга Д. Хард-Данк, А. Ходдином, Д. Солт соответственно.

В кильватере с ними шли фрегаты УРО «Эрроу», «Бриллиант» и «Плимут» под командованием капитана 2 ранга П. Бузерстоуна, капитана 1 ранга Д. Коварда и капитана 1 ранга Д. Пентрина. Переход обеспечивали два танкера вспомогательного флота «Тайдспринг» и «Элиф», капитаны С. Редмонд и Г. Макдугал, причем второе судно присоединилось к основным силам немного позднее, выйдя из Гибралтара, где оно останавливалось на пути из Кюрасао в метрополию.

Одновременно с авангардом, но намного западнее его, из порта Белиз в Центральной Америке курсом на остров Вознесения вышел первый из десантных судов «Сэр Тристрэм» под командованием кэптэна Г. Грина. Корабли этого класса впоследствии составили основу амфибийной группы. Тогда же, в воскресенье 4 апреля, из Портленда на остров Вознесения ушло и первое судно обеспечения, буксир «Тифон» под командованием капитана Д. Мориса.

Основные силы 324-го оперативного соединения вышли в море несколько раньше надводных кораблей. 1 апреля, в четверг, погрузив торпеды и пополнив все виды запаса, из Гибралтара курсом на Фолкленды вышла атомная подводная лодка «Спартан» под командованием капитана 1 ранга Д.Тейлора. В этот же день АЛЛ «Сплендит», ведомая капитаном 1 ранга Р. Лейти-Ноттоном, покинула шотландскую базу Феслейн, а через 4 дня, в воскресенье, оттуда же вышла подводная лодка «Конкэрор» под командованием капитана 2 ранга К. Рэффорда-Брауна. На ее борту находилось, помимо штатного экипажа, подразделение флотского спецназа SBS.

Не остались в стороне и королевские ВВС. Первым самолетом, побывавшим в зоне конфликта, стал VS-10 из 10-й эскадрильи ВВС. Подполковник О. Банн получил задание эвакуировать из Уругвая интернированных морских пехотинцев подразделения 8901 во главе с губернатором Р. Хантом. 3 апреля, в субботу, самолет вылетел в Монтевидео, а в понедельник, 5 апреля, гарнизон был доставлен на базу в Бризнортон.

К концу недели командование ВВС предприняло первые шаги по наведению воздушного моста между островом Вознесения и Британией. В это же время первые транспортные «Геркулесы» были перебазированы из ВВБ Лайнхем в Гибралтар. По этому воздушному мосту началась переброска на остров Вознесения подразделений SBS.

Уже к середине следующей недели масштабы оперативного развертывания британских вооруженных сил на юг приняли внушительные размеры, но главное скорость, с которой они выполнялись, была просто поразительной.

Ценой огромных усилий флотскому командованию удалось обеспечить выход авианосной группы уже в понедельник 5 апреля. От причалов Портсмута отошли авианосцы «Гермес» и «Инвинзибл» под командованием капитанов 1-го ранга Миддлтона и Блэка, причем общее руководство группой осуществлял командир «Инвинзибла». Их сопровождал танкер вспомогательного флота «Перлиф», на борту которого находился запас топлива, в огромных количествах расходовавшихся главными двигателями довольно старого «Гермеса».

В этот же день фрегаты «Алакрити» (капитан 2 ранга Крег) и «Антилопа» (капитан 2 ранга Тобин), вместе с транспортом вспомогательного флота «Олмеда», покинули Девенпорт, чтобы вскоре присоединиться к авианосцам. Позднее их догнал вышедший из Росайта «Рисоурс».

В пятницу 9 апреля большинство подразделений 3-й бригады морской пехоты, принадлежащее им вооружение и боевая техника были размещены на различных кораблях, направляющихся на юг. Однако небольшая часть морских пехотинцев была переброшена на остров Вознесения самолетами. Одна рота была размещена на «Гермесе», часть другой на «Рисоурсе», оставшиеся вышли в море на десантных судах.

6 апреля десантный корабль первого эшелона «Феарлесс» под командованием кэптэна Ларкина покинул Портсмут. Он стал флагманским кораблем капитана 1 ранга М. Клэппа, командира амфибийной группы. На его бор ту также разместился штаб 3-й бригады морской пехоты. В районе Портленда на «Феарлесс» прибыл командир бригады Джулиан Томпсон и 3 вертолета «Си Кинг» из 846-й эскадрильи ВМС. Из 4 десантных кораблей, вышедших в море в этот день, «Сэр Персивейл» и «Сэр Ланселот» вышли из Нортвуда, а «Сэр Галахед» и «Сэр Герейнт» из Девенпорта.

Оборона десантно-амфибийной группы на морском переходе была возложена на фрегат «Антилоуп», который присоединился к группе в конце недели. Впоследствии его сменили фрегаты «Броудсворд» и «Ярмут», которые вышли из Гибралтара в четверг 8 апреля.

7 апреля судно вспомогательного флота «Стромнесс» с грузом снаряжения, взяв на борт 45-й батальон морских пехотинцев, вышло из Портсмута и направилось в Южную Атлантику. В это же время к военным кораблям присоединились первые зафрахтованные суда, на которых закончились работы по переоборудованию. 9 апреля из гавани Саутгемптона вышла «Канберра», на борту которой находи лось почти 3 тыс. солдат 40-го и 42-го батальонов морской пехоты и 3-го парашютно-десантного батальона. В кильватер лайнеру следовал ролкер «Элк», нагруженный боеприпасами и бронемашинами бригады.

К концу недели первые реквизированные танкеры отправились в Южную Атлантику. Из Портленда вышел «Бритни Экс». Кроме запасов провизии и различного оборудования, на его борту находилось подразделение 1740. После погрузки в Милдор Нови и Кембелтауне в море ушел «Бритни Тей». «Бритни Тест» покинул причальную стенку Портсмута. На следующий день из Портсмута отплыли буксиры «Артимен» и «Алведжмен», груженные специальными запасами, также имея на борту подразделения ВМС 1770 и 1760.

В течение этой недели на остров Вознесения по воздуху были переброшены войска, которым предстояло принять участие в операции по возвращению Южной Георгии. Первыми на остров прибыли парашютисты из роты «D» 22-го полка SAS. В пятницу с базы Бризнортон вылетела рота «М» 42-го батальона морской пехоты.

К этому времени началось укрепление военно-воздушной базы англичан на острове Вознесения. Во вторник 6 апреля первые самолеты ВВС начали прибывать на базу Вайдевек, два «Нимрода МР.1» из 42-й эскадрильи совершили транзитный перелет через Азорские острова в Центральную Атлантику.

Уже 7 апреля, получив задачу обеспечить безопасность района сосредоточения надводных сил и беспрепятственный проход атомных подводных лодок, бомбардировщики начали патрулирование вблизи острова Вознесения. Позднее, в середине мая, их заменили на более современные «Нимрод МР.2».

К концу недели воздушная группировка англичан, размещенная на кораблях, выглядела следующим образом: на «Гермесе» базировалась 800-я и 826-я эскадрильи ВМС, которые состояли из 12 самолетов «Си Харриер» и 9 вертолетов «Си Кинг». Остальные 3 вертолета эскадрильи располагались на «Феарлессе».

На авианосце «Инвинзибл» находились 801-я и 820-я эскадрильи, 8 «Си Харриеров» и 11 «Си Кингов». На «Рисоурсе» расположили 2 «Вессекса» из звена «А» 845-й эскадрильи, звенья «В» и «D» — 4 «Вессекса» той же эскадрильи — базировались на острове Вознесения. 824-я вертолетная эскадрилья ВМС была представлена звеном «А», состоявшим из двух «Си Кингов», закрепленных за «Олмедой». Кроме того, на десантных кораблях «Сэр Галахед», «Сэр Герейнт», «Сэр Персивейл» находилось 9 вертолетов «Газель». Машины были размещены по три единицы на каждом корабле. Еще 6 вертолетов «Скаут» приняли «Феарлесс» и «Сэр Ланселот».

6 апреля первый британский корабль «Форт Остин» достиг острова Вознесения. Три дня стоянки были использованы для размещения на корабле роты «D» 22-го полка SAS, погрузки запасов и принятия на борт авиационной группы, состоявшей из двух вертолетов «Вессекс» из 845-й эскадрильи и трех вертолетов «Линкс», вооруженных противокорабельными ракетами «Си Скьюа». После окончания погрузочных работ «Форт Остин» взял курс на юг.

В субботу 10 апреля к острову Вознесения подошли корабли авангардного отряда, правда, уже без эсминца «Глэморган». Этот эсминец должен был доставить контр-адмирала Д. Вудворда на авианосец «Гермес». Экипажи кораблей использовали несколько дней спокойной стоянки для устранения выявленных во время перехода неисправностей и для организации обеспечения боевого взаимодействия в составе тактических групп. Однако пауза была очень короткой, особенно для кораблей, предназначенных для участия в операции по захвату Южной Георгии.

Боевое соединение, называемое также по имени своего командира группой Янга, состояло из эсминца «Энтрим», фрегата «Плимут» и вспомогательного корабля «Тайдспринг». В районе Южной Георгии к группе Янга должен был присоединиться корабль ледовой разведки «Эндьюранс», а также танкер вспомогательного флота «Бремблиф», получивший приказ покинуть Персидский залив и следовать в район Южной Георгии через мыс Доброй Надежды.

Корабли группы Янга вышли в море в понедельник. На судне вспомогательного флота «Тайдспринг» к этому времени уже находилась рота «М» 42-го батальона морской пехоты и два вертолета 845-й эскадрильи ВМС. В этот же день в Южной Атлантике встретились «Эндьюранс» и «Форд Остин». Погрузив личный состав и снаряжение подразделения SAS на «Красную Сливу», как называли «Эндьюранс» за его окраску, «Форт Остин» вернулся на остров Вознесения. «Эндьюранс» же спустя два дня присоединился к группе Янга.

С понедельника 12 апреля вокруг Фолклендов начала действовать 200-мильная зона боевых действий, объявленная британским правительством за четыре дня до этого. В этот же день в район островов прибыли британские атомные подводные лодки, которые вплоть до 29 апреля использовались в разведывательных целях и осуществляли блокаду островов.

В среду 14 апреля возобновили свой поход корабли авангардного отряда, а в пятницу к Вознесению подошла и авианосная группа. Помимо обычного после длительного перехода текущего ремонта, пополнения запасов и отдыха личного состава, промежуточная остановка была использована британцами для проведения мероприятий боевого слаживания корабельной авиации и отработки вопросов взаимодействия. Поскольку авиационные группы, базировавшиеся на авианосцах, увеличились почти вдвое, основной упор делался на отработку действий в составе подразделений по обеспечению противолодочной и противокорабельной обороны, действий воздушной разведки, противовоздушной обороны, поисково-спасательных операций и операций специального назначения. Основная нагрузка легла на летчиков вертолетной авиации, тренировки которых были особенно интенсивны.

16 апреля в водах Вознесения стали на якорь корабли амфибийной группы. На флагманском корабле «Гермес» под председательством адмирала Дж. Филдхауза было проведено совещание, на котором обсуждался план предстоящей кампании по освобождению архипелага. В процессе планирования предстоящей операции военные исходили из поставленной перед ними политическим руководством страны задачи по восстановлению на Фолклендах британского управления. Причем на осуществление операции у англичан оставалось не так много времени, силовую акцию необходимо было закончить до наступления холодной антарктической зимы, то есть до начала июня.

В общих чертах британский план действий в Южной Атлантике заключался в следующем. 317-е оперативное соединение королевских ВМС Великобритании должно было не позднее 30 апреля подойти к исключительной морской зоне, объявленной вокруг островов. Имитацией проведения десантной операции в районе Порт-Стенли спровоцировать флот противника на активные действия и, взаимодействуя с подводными лодками 324-го оперативного соединения, нанести ему поражение. Завоевав господство на море, совместно с дальней авиацией ВВС обеспечить локальное превосходство в воздухе. Установить жесткую воздушную и морскую блокаду островов и создать условия для выполнения десантной операции. После сосредоточения на плацдарме достаточных сил и средств провести наземную операцию, конечной целью которой являлся разгром войск противника и захват административного центра архипелага. Выбор места десантирования откладывался на более поздний срок.

18 апреля, в воскресенье, корабли авианосной группы получили приказ продолжить движение на юг. Амфибийный отряд остался на острове Вознесения, и его стоянка в этом районе затянулась на три недели. Уходя, Вудворд распорядился перебазировать на десантные корабли 4 вертолета «Си Кинг» с авианосца «Гермес». В это же время к острову стали подходить вышедшие позже основных сил корабли и суда. Кроме этого, за названный период с баз метрополии вышли буксир «Йокшимер», танкер вспомогательного флота «Блюровер», ремонтное судно «Стела Сисперед» и зафрахтованные танкеры «Бритиштамф» и «Бритиштрейд».

Остров Вознесения, ставший важнейшей передовой опорной базой Великобритании в этой войне, располагается на 07°58' ю. ш. и 14°22' з. д. Площадь этого крохотного кусочка суши составляет 38 км2. Он является частью среднеатлантического хребта и представляет собой гористый пик, выступающий из моря, с конусом потухшего вулкана. Наивысшая точка острова гора Грин покрыта тропической растительностью. На Вознесении нет естественных гаваней, единственная более-менее удобная для стоянки прибывающих кораблей бухта — это залив Клеренс, где есть лишь один небольшой мол. Здесь же находится и административный центр острова — город Джорджтаун.

Остров был открыт в 1501 г., но до начала XIX в. оставался почти необитаемым, пока на нем не разместился небольшой британский гарнизон для наблюдения за Наполеоном Бонапартом, находившимся в ссылке на расположенном недалеко от Вознесения острове Святой Елены. В следующий раз этот участок суши понадобился Великобритании во время Второй мировой войны для создания промежуточной базы между Бразилией и Африкой. На острове был построен военный аэродром и оборудована гавань. В послевоенное время контроль над военно-воздушной базой перешел к США, чье военное ведомство использует его для слежения за своими космическими спутниками, стартами баллистических ракет и для обеспечения связи с атомными подводными лодками.

Население острова состоит в своем большинстве из наемных рабочих, граждан США и Великобритании, и в период боевых действий оно насчитывало всего 1051 человек, проживающих, в основном, в административном центре Джорджтаун. К 1982 г. группа островов Святая Елена, Вознесения и Тристан-да-Кунья оставалась последним осколком британской империи в этой части мира.

Наряду с южноафриканской базой Саймонстаун, остров Вознесения стал для британского командования единственным вариантом базы снабжения и, несмотря на удаленность от театра военных действий почти на 4 тыс. морских миль, было принято решение развернуть именно на нем трамплин для нанесения удара по Фолклендам. Согласно договору об аренде между Великобританией и США, британские самолеты для использования аэродрома должны не ранее, чем за 24 часа, предупреждать американское командование и получать от него разрешение на посадку. Это правило во время Фолклендского конфликта было отменено. После установления постоянного воздушного сообщения с Великобританией и США на остров хлынул поток людей, оружия, снаряжения, военных материалов и техники.

Осуществляли эти перевозки транспортные «Геркулес», «VC-10» и зафрахтованные «Боинги 707», которые совершили более 500 вылетов, доставив свыше 5 тыс. человек и более 6000 тонн грузов. Группировка транспортных самолетов насчитывала более 50 машин из 24-й, 30-й, 47-й и 70-й эскадрилий транспортной авиации. Причем, если первые две эскадрильи выполняли рейсы между Вознесением и Великобританией, то две последние доставляли грузы на юг. «VC-10» использовались также для перевозки членов экипажей погибших кораблей домой, доставки в метрополию раненных, пленных и депортированных.

На Вознесении также были развернуты 13 «Нимрод MP.2» из 120-й, 201-й и 206-й эскадрилий. Эти самолеты совершили более 100 вылетов для противолодочного патрулирования в районе Фолклендского архипелага и обеспечения поисково-спасательных операций. На остров перебазировали 20 самолетов-заправщиков «Виктор К.2» из 55-й и 57-й эскадрилий ВВС, и они совершили в общей сложности более 600 вылетов. Также на остров в конце апреля и начале мая были переброшены 4 бомбардировщика «Вулкан В.2», разведчик «R.1» из 51-й разведывательной эскадрильи, вертолеты «Си Кинг» из 202-й поисково-спасательной эскадрильи и «Чинук» из 18-й эскадрильи.

Задачи противовоздушной обороны базы возлагались на три самолета «Харриер CR.3» из первой истребительной эскадрильи — правда, позднее их заменили на три сверхзвуковых «Фантома FGR2.S» из 29-й эскадрильи. Все это количество летательных аппаратов превратило скромный военный аэродром «Вайдевек» с взлетно-посадочной полосой 1,4 км в самый загруженный аэропорт мира, с которого осуществлялось 400 взлетов и посадок ежедневно.

Персонал базы, успешно выполнивший поставленные задачи, включал в себя представителей от всех видов вооруженных сил и насчитывал в разное время от 1000 до 1300 человек. Гарнизон находился под командованием офицера морской пехоты Р. Макливена. Подразделения ВВС отвечали за бесперебойную работу аэродрома, воздушную и наземную оборону острова. Части ВВС состояли из штаба 3-го крыла ВВС, 15-й полевой эскадрильи ВВС, радарной станции раннего оповещения на горе Грин, подразделений тактической связи, диспетчерских служб и специалистов-метеорологов.

Техническое подразделение ВВС 1222 под командованием Г. Будза, прибывшего на остров в начале апреля, должно было обеспечить принятие, размещение и подготовку к погрузке на корабли людей, оружия и военной техники. Для этих целей, кроме причального фронта в заливе Клэренс, использовали вертолеты, которые вертикальным способом осуществляли доставку всего необходимого на корабли.

Сухопутные силы состояли из подразделений связи, снабжения, инженерной и транспортной служб. Армейские инженеры оборудовали дополнительную трубопроводную систему снабжения аэродрома горючим, длиной 3,5 мили, и хранилище топлива объемом 190 тыс. галлонов. Были построены опреснительный завод, центр связи и мастерские.

Нельзя не упомянуть о полевой почте, чья четкая работа внесла свой вклад в моральное состояние войск в зоне конфликта. Королевская почтовая и курьерская служба, представленная на острове подразделением ворент-офицера 1 класса Р. Рэндола, получала до 2 тонн корреспонденции в день и около 1 тыс. посылок и бандеролей в неделю.

Трудно переоценить роль, которую сыграла база на острове Вознесения в конфликте. Сумев сначала повысить, а затем и использовать на полную мощность возможности военного оплота на острове, британское командование смогло поддерживать тот высокий темп развертывания и наращивания сил на театре боевых действий, который во многом и определил конечный успех операции.

К понедельнику 19 апреля 1982 г. техническим и тыловым службам удалось подготовить и отправить на юг еще два боевых корабля. Из Портленда вышли фрегаты «Ардент» и «Аргонот» под командованием капитанов 2 ранга А. Веста и К. Аймена. На переходе к острову Вознесения к ним присоединились вышедшие из Портленда два вспомогательных судна — танкер «Перлиф» и судно-заправщик «Риджент».

Во вторник из Гибралтара отплыли госпитальных суда — лайнер «Уганда» и гидрографическое судно «Хекла» с разметкой Красного Креста на корпусе. В конце недели на соединение с ними из Портленда отправились еще два медицинских судна, «Хекейт» и «Хайдра». По замыслу командования они должны были курсировать между судном «Уганда» и Монтевидео, перевозя раненых на материк.

Немного ранее, в понедельник, из Саутгемптона вышел водовоз «Форд Торонто». Его танки были заполнены пресной водой, которой он снабжал английскую группировку до конца войны. К концу недели танкерный флот пополнился еще тремя судами. Приняв на борт топливо в Локстривене, в море вышел танкер «Бритни-Дарт». Из Фал и отправился танкер «Анко-Чарджер» и, наконец, из Девенпорта отплыл «Бритни Лей».

25 апреля из Портленда вышел транспорт «Эуропик Фэри», на борту которого находилась значительная часть снаряжения 2-го парашютно-десантного батальона, а также три вертолета «Скаут» из 658-й эскадрильи. В этот же день из гавани Девенпорта буксиры вывели бывший контейнеровоз, а ныне авиатранспорт «Атлантик Конвейер». На палубе лайнера находились 6 вертолетов «Вессекс» ВМС и 5 тяжелых вертолетов «Чинук» ВВС, большой запас топлива, ремонтного оборудования и различных воинских грузов.

В то же время к острову Вознесения продолжали подходить корабли, включенные в десантно-амфибийную группу. Сама группа непрерывно пополняла свои корабли вертолетами, десантно-высадочными средствами, продовольствием и боеприпасами. Одновременно продолжалась усиленная боевая подготовка личного состава. И хотя размеры острова не позволяли проводить крупные учения, шли напряженные тренировки по высадке морской пехоты на необорудованный берег при помощи вертолетов и катеров. Группа десантных кораблей типа «Сэр Галахед» покинула остров Вознесения через неделю, однако остальные суда амфибийного отряда задержались еще на семь дней.

В это же время получили пополнение и суда специального назначения. К буксиру ВМС «Тайфун» присоединились буксиры «Айринман» и «Сендведмен». Первый оставался в водах Вознесения до конца мая, а второй вскоре был направлен на остров Тристан-да-Кунья, а затем на остров Южная Георгия. В это же время судно снабжения «Форд Остин», загрузившись, ушло на юг догонять корабли авианосной группы.

20 апреля 1982 г. первые надводные английские корабли вошли в зону возможного противодействия аргентинских вооруженных сил. На кораблях повысили степень боевой готовности. 21 апреля группа Янга приблизилась к острову Южная Георгия. В этот же день намного севернее «Си Харриер» с «Гермеса» обнаружил аргентинский разведывательный самолет «Боинг-707», который приближался к авианосной группе. Аргентинские разведывательные самолеты из первой эскадрильи ВВС в последующие три дня предпринимали неоднократные попытки приблизиться к кораблям контр-адмирала Вудворда, и только после британского предупреждения, переданного аргентинцам по дипломатическим каналам, облеты прекратились.

Вечером 23 апреля англичане понесли первые потери. В штормовых погодных условиях потерпел аварию и разбился «Си Кинг НС.4» из 846-й эскадрильи, базировавшейся на «Гермес», все члены его экипажа погибли. В воскресение, 25 апреля, произошла встреча авианосной группы и авангардного отряда кораблей, причем за день до этого эсминец «Бриллиант» был направлен на усиление отряда Янга.

26 апреля из Гаспорта вышла дизельная подводная лодка «Оникс», а из Портленда отплыл последний из амфибийных кораблей «Интрепид». В это же время из Портсмута на юг отбыли транспорт «Норланд» с парашютистами 2-го батальона на борту и десантный корабль «Сер Бидайвер», незадолго до этого вернувшийся из канадского Ванкувера.

В начале пятой недели конфликта из Девенпорта взял курс в южную Атлантику танкер «Бэйлиф», а из Портсмута — танкер «Бритни Авай». Отдельно от всех судов снабжения на остров Вознесения прибыл из Куракоа танкер «Тайдлуп» с британской командой на борту. Это судно было отозвано из Чили.

За указанную неделю на остров Вознесения отправилось большое количество малотоннажных судов и переоборудованные в Росайте под минные тральщики пять траулеров «Нортелла», «Корделла», «Фамелла», «Джунелла» и «Пикт». После укомплектования личным составом из 11-го минно-трального дивизиона эти суда 27 мая покинули Портленд. Следующими ушли три судна связи, два из которых военные получили от рыбного флота и переоборудовали в Портленде. Судно «Лида Касл», кабельное судно «Айрис» отплыли в четверг, «Думбартан Касл» — в субботу. К концу недели из Розита вышло боновое судно «Гусандер».

29 апреля на базу «Вайдевек» прибыли первые два бомбардировщика «Вулкан В.2», а в субботу и воскресенье на острове оказались 8 «Си Харриеров» из 809-й эскадрильи, совершившие 9-часовой перелет из ВВБ «Йовиттон» в сопровождении самолетов заправщиков «Виктор». Вместе с ожидаемыми «Харриерами GR3» королевских ВВС они должны были составить авиагруппу «Атлантик Конвейер».

К концу пятой недели конфликта, то есть к началу активных боевых действий, диспозиция британских сил была следующей. Авианосная ударная группировка Вудворда, достигнув восточной оконечности сектора объявленной исключительной зоны, соединилась с фрегатами «Плимут» и «Бриллиант», покинувшими к этому времени группу Янга. В районе Фолклендов располагались на боевых позициях «томные подводные лодки: в южном секторе «Конкэрор», в на па дном «Спартан», а в северном «Сплендит». Амфибийная группа отошла от Вознесения, имея в авангарде группу десантных кораблей под охраной фрегата «Антилоуп». Остальные корабли, в основном вспомогательные, были разбросаны на большом пространстве от Великобритании до Южной Георгии.


Глава 6. РАЗВЕРТЫВАНИЕ АРГЕНТИНСКИХ СИЛ

Необходимость военного присутствия аргентинских вооруженных сил на спорных островах декларировалась стратегической национальной директивой 1/82, и была направлена на «укрепление аргентинского суверенитета над территорией Фолклендских островов, острова Южная Георгия и Южных Сандвичевых островов». Политическая цель состояла в принуждении правительства Великобритании к окончательному и безотлагательному признанию суверенных прав Аргентины над спорными территориями и воспрепятствовании новым попыткам замораживания переговорного процесса.

Убежденность аргентинского руководства в том, что Соединенное Королевство не будет прибегать к использованию военной силы, вследствие сложности организации эффективного военного давления на таком удаленном расстоянии от собственной территории и вероятности вмешательства в конфликт США, в конечном итоге привела к неоправданным решениям, повлекшим за собой поражение Аргентины в конфликте.

Уже в ходе дипломатического противостояния аргентинское правительство было вынуждено изменить основной принцип своей стратегии «занимать, чтобы договариваться» на формулировку «усиливать собственные позиции, с целью принудить Великобританию к отказу от силового возврата островов». В срочном порядке на Фолклендах, вместо первоначально запланированных 500 человек, было развернуто около 11 тыс. солдат.

На прогнозирование военно-политического развития ситуации, несомненно, сильно повлияла вероятность возникновения так называемого южного конфликта. Рабочая группа планирования в своих выводах прямо указывала на существование угрозы чилийского вмешательства и гипотетически возможные военные действия Чили на стороне Великобритании. Весьма вероятным считалось проведение координированной по времени морской десантной операции британского флота с началом наступления на южном направлении вооруженных сил Чили.

Наибольшую тревогу у аргентинского командования вызвало развертывание на южных границах страны крупных чилийских армейских группировок. Необходимость парирования этой потенциальной угрозы вынудила военное руководство страны, в ущерб Фолклендской группировке, отвлечь свои лучшие части для укрепления южных рубежей.

По этой причине на острова не были отправлены 1-я механизированная бригада, 6-я и 7-я пехотные бригады, считавшиеся наиболее боеспособными соединениями в аргентинской армии. На Фолкленды же началась переброска частей, которые просто оказались под рукой, при этом главным был принцип «больше людей в военной форме», а боеспособность подразделений оказалась на втором месте.

В 8 часов 45 минут 2 апреля, после разблокирования взлетно-посадочной полосы, в Порт-Стенли стали прибывать первые транспортные самолеты — четыре «Геркулеса С-130» и два «Фоккер F-28». На острова были передислоцированы штаб 9-й пехотной бригады, личный состав 25-го пехотного полка и 9-й инженерный батальон. Обратными рейсами с Фолклендов на материк доставили 2-й батальон морской пехоты, эвакуация которого началась в 14 часов. Воздушные перевозки осуществлялись в рамках проведения операции ВВС «Воздух 82».

В этот же день, по приказу командования военно-воздушных сил, из Рио-Гальегос в Порт-Стенли была перебазирована эскадрилья штурмовиков «Пукара», входящая в состав 3-й бригады ВВС. Спустя два часа после взлета первые четыре самолета приземлились в аэропорту Порт-Стенли.

Уже 4 апреля, в связи с началом движения оперативного соединения противника, Военный комитет принимает решение об усилении обороны Фолклендских островов и начале транспортных операций по переброске грузов и боеприпасов для гарнизона, дислоцированного на архипелаге. Это решение было доведено до сведения военного коменданта Мальвинских островов, командира 9-й пехотной бригады бригадного генерала А. Даэра. Подобное развитие ситуации оказалось сюрпризом для генерала. Ведь ранее, согласно стратегическому плану операции «Асуль», ничего подобного не предполагалось.

5 апреля проведение воздушных операций в Южной Атлантике было возложено на оперативную группу ВВС «Юг». Это объединение должно было выполнять широкий спектр задач. Первоочередным считалось проведение воздушных стратегических наступательных и оборонительных операций, причем не только против экспедиционного корпуса британцев, но и против возможного чилийского вторжения. Кроме задач боевого характера, на оперативную группу возлагалось проведение воздушной разведки и выполнение тактических транспортных перевозок, как на юге страны, так и между континентом и островами.

Оперативную группу ВВС «Юг» создали в декабре 1981 г. на случай возможной войны с Чили. Командующим группой был назначен командир 4-й бригады ВВС бригадир О. Креспо. 31 марта 1982 г. в рамках подготовки операции «Асуль» командование и штаб группы были перемещены в ВВБ Комодоро-Ривадавия.

Боевой состав объединения оказался довольно внушительным. На авиабазе Трелев находилась 2-я авиагруппа; 8 бомбардировщиков «Канберра», 8-я штурмовая и 3-я истребительная группа, 8 истребителей «Мираж» и 20 штурмовиков «Пукара» базировались на ВВБ Комодоро-Ривадавия. Там же располагалась транспортная эскадрилья «Геркулес С-130», эскадрильи разведки и спасательных операций. 10-я эскадрилья и 4-я штурмовая группа, 10-я «Даггеров М-5» и 12-я «Скайхоков» соответственно оперировали с ВВБ Сан-Хулиан.

Для обороны морского побережья на базе в Санта-Крус развернули эскадрилью штурмовиков «IA-58 Пукара». На Рио-Гальегос базировались 5-я авиагруппа, состоящая из 24 «Скайхоков», и 8-я группа, 10 истребителей «Мираж». В Рио-Гранде располагались 6-я штурмовая группа ВВС, состоящая из 10 «Даггеров М-5», 2- и 3-я эскадрильи ВМС, 4 «Супер Этендара» и 8 «Скайхоков».

Десятилетиями боевая подготовка летных частей Военно-воздушных сил Аргентины была направлена на приобретение опыта ведения операций в интересах сухопутных сил. Аргентинскую авиацию готовили участвовать в боевых операциях на континентальном театре военных действий. Противодействие крупным военно-морским группировкам противника оказалось совсем новой задачей для летного состава ВВС.

В срочном порядке пилоты приступили к отработке атак на боевые надводные корабли, обладающие современными противовоздушными средствами, причем в качестве противника выступали однотипные корабли отечественного флота. Инженерно-технический персонал выполнил серьезную работу по подготовке летной техники для действий над морем, в условиях большого удаления от районов базирования. На южных авиабазах для обеспечения боевых действий создавались значительные запасы материальных средств.

Несмотря на создание на юге страны столь крупной воздушной группировки, в распоряжении оперативной группы ВВС «Юг» оказалось 120 боевых самолетов. Высшее военное руководство Аргентины допустило крупную ошибку организационного характера. В преддверии скорого начала военных действий не было создано единой системы командования и управления военно-воздушными силами. В оперативном подчинении у бригадного генерала Креспо находились только части ВВС, в то время как воздушные силы флота подчинялись командованию ТОЮА, а самолеты, дислоцированные на Фолклендах, находились в ведении командующего Театром Операций «Мальвинские острова».

Непосредственно оперативная группа ВВС «Юг» подчинялась военной Хунте страны. Такая система подчиненности привела к излишнему усложнению управления и, несомненно, повлекла за собой некоторую несогласованность в действиях различных авиационных частей. Но критикам подобного решения аргентинского руководства необходимо помнить, что задачей группы ВВС «Юг» было проведение операций не только в Южной Атлантике, но и, возможно, против Чили, на южных границах страны, то есть в районе, для защиты которого создавался Театр Операций «Юг». В этих условиях передача в подчинение командующему ТОЮА всех авиационных частей была признана нецелесообразной.

Следующим шагом аргентинского руководства оказался призыв в вооруженные силы страны дополнительных контингентов резервистов. Военная Хунта, указом 688 от 5 апреля, объявила в стране мобилизацию. Основная часть призывников, около 60% из 108 тыс. мобилизованных, была направлена на чилийскую границу.

6 апреля на собрании Военного Комитета страны дивизионный генерал Гарсиа доложил результаты проведенной операции «Асуль» и план по обеспечению обороны островов. По его мнению, необходимо было отменить планы по эвакуации войск, а как раз наоборот, приступить к дополнительной переброске на архипелаг воинских частей. На совещании также присутствовал вице-адмирал X. Ломбардо. Оценив собственные силы, группировку противника и особенно наличие серьезной угрозы со стороны британских атомных подводных лодок, он признал бесперспективность для аргентинского флота классического морского сражения с английской эскадрой. По его мнению, единственный шанс на успех мог появиться только в тот момент, когда британцы, начав проведение десантной операции, окажутся в наиболее уязвимом положении. Только при наличии подобного условия командующий морскими операциями ВМС и предлагал нанести удар по противнику силами трех корабельных ударных групп, причем основные усилия сосредоточить на уничтожении кораблей десанта. Эта концепция и стала основой стратегической доктрины аргентинского командования.

В этот же день аргентинский гарнизон на Фолклендских островах был переведен на военное положение. Приказ по гарнизону 01/82 предусматривал создание в кратчайшие сроки оборонительных рубежей вокруг Порт-Стенли.

На континенте началась активная деятельность по передислокации многочисленных воинских подразделений и частей. 1-я бригада морской пехоты получила приказ о подготовке к переброске воздушным путем в Рио-Гранде. Уже находящийся на Огненной Земле 4-й батальон морской пехоты получил план обороны аргентинской части этого острова. На юг началась переброска частей и подразделений 9-й пехотной бригады, ранее дислоцировавшейся в Комодоро-Ривадавия. Из Пуэрто-Бельграно на Фолклендские острова отправился по воздуху личный состав инженерной роты морской пехоты. Технику и тяжелое оборудование этого подразделения должно было доставить в Порт-Стенли транспортное судно «Байа Буэн Сусесо».

Начиная с 19 часов 7 апреля начал действовать Театр Операций «Южная Атлантика». Его операционная зона распространялась на 200 морских миль от берегов континентальной территории, 200 миль вокруг Фолклендского архипелага, Южной Георгии и Южных Сандвичевых островов. Командующим ТОЮА был назначен вице-адмирал X. Ломбарде. Тогда же упразднили Театр Операций «Мальвинские острова», вместо него была сформирована оперативная группа «Мальвинские острова».

Новое объединение поступило в подчинение командующему ТОЮА. Бывший командующий Театром дивизионный генерал Гарсиа убыл к своему постоянному месту службы в штаб V армейского корпуса в Комодоро-Ривадавия, впоследствии он возглавил Театр Операций «Юг». В этот же день аргентинские вооруженные силы получили разрешение атаковать британские корабли, самолеты и другую военную технику, но только в случае, если противник первым начнет боевые действия.

Аргентинское командование, стремясь перебросить на острова как можно больше личного состава, техники и материальных запасов до установления англичанами морской блокады архипелага, форсировало морские и воздушные перевозки. 7 апреля в Порт-Стенли прибыл ледокол «Адмирал Иризар» с армейскими вертолетами.

Транспортные самолеты «Геркулес С-130» доставили на острова личный состав и вооружение зенитного батальона морской пехоты. Этот батальон занял позиции в 8 км к югу от Порт-Стенли, в районе старых артиллерийских складов. К концу этого дня около половины личного состава 9-й пехотной бригады перебрасывается на Фолкленды. Вечером в порт прибыло судно «Рио-Синсел», груженное боеприпасами и продовольствием, его разгрузку осуществили, используя оборудование судна «Исладе Лос-Эстадос».

8 апреля ледокол «Байа Параизо» вышел из Пуэрто-Десеадо, на его борту находились предназначенные для Фолклендов армейские вертолеты. К этому времени закончилась переброска по воздуху личного состава 8-го пехотного полка 9-й пехотной бригады. Этот полк, по замыслу обороны архипелага, должен был находиться в районе Фокс-Бэй, на Западном Фолкленде.

В этот же день высшее военно-политическое руководство страны принимает решение о передислокации на острова 10-й механизированной бригады. Это соединение включало 3-й, 6-й, 7-й механизированные полки и 3-й артиллерийский дивизион. Командовал бригадой бригадный генерал О. Хофре.

На Фолклендских островах увеличивалась группировка морской пехоты. 8 апреля транспортные самолеты начали переброску из Рио-Гранде 5-го батальона морской пехоты. За четыре дня в Порт-Стенли по воздуху доставили 659 морских пехотинцев этого подразделения и 80 тонн их снаряжения. Командовал батальоном капитан 2 ранга К. Робасио. После прибытия на острова батальон был направлен на западный сектор сухопутной обороны Порт-Стенли. В качестве подразделений усиления 2-го батальона планировалось перебросить пулеметную роту, 27 станковых 12,7-миллиметровых пулеметов и взвод противотанковых ракет «Бантам».

Из Пуэрто-Бельграно вышел транспорт «Байа Буэн Сусесо», в его трюмах находилось вооружение, боеприпасы и продовольствие для морской пехоты. Аргентинское командование, осуществляя морские перевозки, столкнулось с некоторыми трудностями. Оборудование гавани в Порт-Стенли оказалось не в состоянии обеспечить разгрузку крупных транспортных судов. Поэтому начальник вновь учрежденной военно-морской базы «Мальвинские острова» предложил задержать на островах судно «Исла де Лос-Эстадос», чтобы использовать его оборудование для разгрузки других судов.

Усиление гарнизона на Фолклендах, по мнению военного руководства, ни в коей мере не должно было ослабить оборону самой Аргентины. 9 апреля взамен переброшенного в Порт-Стенли 5-го батальона морской пехоты в Рио-Гранде начали прибывать морские пехотинцы 3-го батальона. Одновременно аргентинцы постепенно расширяли на островах зону своего присутствия, совершенствуя при этом оборону столицы архипелага. Севернее Порт-Стенли, на полуострове Камбер, начали оборудование позиций противовоздушной обороны. На полуострове развернули три зенитные батареи и оборудовали несколько опорных пунктов.

Еще 4 апреля в оперативное подчинение командующего ТОЮА перешли аргентинские силы на острове Южная Георгия. Вице-адмирал X. Ломбардо понимал, что для организации обороны острова наличествующих на нем сил явно недостаточно. Поэтому 10 апреля было принято решение отправить в Грютвикен подразделение морской пехоты. Назначение командовать гарнизоном острова получил капитан 3 ранга Лагос. Доставить подкрепление должна была подводная лодка «Санта-Фе». Столь неудобный способ транспортирования оказался вынужденной мерой. Аргентинская разведка располагала информацией о наличии в водах острова подводной лодки англичан, поэтому послать надводный корабль не рискнули.

К этому времени аргентинцы сумели организовать весьма эффективное наблюдение за Южной Атлантикой. Для слежения за британской эскадрой они использовали самолеты 1-й бригады ВВС, среди которых особую роль играли два лайнера «Боинг 707». Этим самолетам несколько раз удалось точно установить координаты и элементы движения британского соединения.

В интересах ведения разведки действовали и надводные суда. Торговое судно «Рио Ла-Плата» во второй половине апреля совершило переход в район острова Вознесения. Находясь в 12 милях от острова, экипаж судна осуществлял визуальное и радиоэлектронное наблюдение за действиями британцев.

10 апреля из Комодоро-Ривадавия в Порт-Стенли прибыл военно-морской госпиталь. Первоначально госпиталь, размещенный в городской гостинице, располагал всего 30 койко-местами и хирургическим отделением. Но к началу июня его значительно расширили, довели численность медперсонала до 122 человек, а количество койко-мест до 146. К приему раненых готовились и на континенте. Соответствующие мероприятия были выполнены в военно-морском госпитале Пуэрто-Бельграно, военных госпиталях Баия-Бланка и Кампо де Майо. Однако основной поток раненых ожидался в Комодоро-Ривадавия, поэтому в городе к их приему подготовили две гражданские клиники.

11 апреля в связи с установлением британской морской блокады островов Хунта приняла решение прекратить морские перевозки и не посылать к Фолклендам крупные суда. Небольшие корабли еще пытались прорваться в Порт-Стенли. Вечером этого дня к островам ушли два патрульных катера морской префектуры Аргентины «Ислас Мальвинас» и «Рио Игуази». Катера дошли до Порт-Стенли на рассвете 13 апреля.

Находившиеся на островах суда стремились поскорее покинуть опасные воды. Закончив разгрузку вертолетной техники, из Порт-Стенли вышел «Байа Параизо». Судно прибыло в Пуэрто-Бельграно, где было переоборудовано в госпитальный корабль. В результате выполненных работ корабль мог одновременно принять 250 раненых. В его каютах развернули операционные, палаты интенсивной терапии, два приемных отделения. На верхней палубе была оборудована площадка для санитарного вертолета, способного одновременно эвакуировать шестерых раненых. Бригада врачей состояла из 25 специалистов. Корабль окрасили в белый цвет и нанесли опознавательные знаки Красного Креста.

С этого дня приоритетным становится создание и поддержание воздушного моста между континентом и архипелагом. Выполняя поставленную задачу, командование аргентинской транспортной авиации столкнулось с целым рядом проблем и трудностей, начиная с недостаточной пропускной способности островного аэропорта и заканчивая отсутствием необходимого количества самолетов, пригодных для перевозок тяжелого оборудования и вооружения.

Решая эти проблемы, ВВС мобилизовали воздушную технику гражданских авиакомпаний, в частности, был реквизирован ряд самолетов «Боинг 707», «Боинг 737», «Боинг 747», «Лиар Джет» и «ВАС 111», принадлежавших компаниям «Аргентинские Авиалинии» и «Южные Воздушные Линии». «Боинги 707» и «Боинги 747» использовали для перевозки войск и техники из северных районов страны на юг, «Боинги 737» и «ВАС 111» доставляли грузы на острова.

11 апреля в Порт-Стенли прибыло управление и штаб 10-й механизированной бригады. Бригадный генерал О. Хофре принял на себя командование сухопутными силами, которые дислоцировались на Фолклендах. В этот же день закончилось сосредоточение на островах двух армейских инженерных рот. Совместно с морскими саперами они составили основу аргентинской инженерной группировки.

12 апреля командующий ТОЮА доложил членам Хунты свое решение на проведение боевых действий по защите Фолклендских островов. Этот документ получил название «Схематический план операций 1/82 “S”». Через два дня было разработано дополнение к означенному документу, директива по использованию сухопутных сил, подчиненных ТОЮА. Вышеуказанные документы окончательно оформили стратегию применения аргентинских сил в предстоящем военном конфликте.

Активная наступательная позиция командующего флотом контр-адмирала Г. Алльяра, и его предложения использовать авианосец для пресечения океанских коммуникаций противника поддержки не получили. Как и не было одобрено предложение по непосредственному привлечению надводных кораблей для организации обороны архипелага. План, по которому несколько устаревших эсминцев задействовались в качестве плавучих батарей на рейде Порт-Стенли, был отклонен.

Основным лейтмотивом морской стратегии аргентинцев становится стратегия выжидания и ведения боевых действий на истощение. Предлагалось ожидать удобного случая для нанесения удара, избегая до этого ввязываться в прямые столкновения с ударными силами британцев. По мнению аргентинского руководства, флот необходимо было по возможности сохранить для последующего использования в региональных конфликтах.

Применение сухопутных сил основывалось на оборонительной стратегии. Исходя из предположения, что десант противника наиболее вероятен в районе Порт-Стенли, основной задачей считалась организация прочной обороны именно этого района. Командованию оперативной группой «Мальвинские острова» предписывалось создать прочную оборону административного центра архипелага, для чего сосредоточить в городе основную часть группировки. Считалось, что проведение противником десантов в других районах островов будет иметь второстепенный и отвлекающий характер.

15 апреля военный губернатор Фолклендских островов впервые доложил командующему ТОЮА о бедственном положении с предметами снабжения войск. Особую тревогу вызывала критическая недостаточность запасов топлива и продовольствия. Пытаясь решить эту проблему, аргентинское командование постоянно проводило совещания на всевозможных уровнях. На острова прибыл специальный представитель Объединенного Главного Штаба вооруженных сил, но полностью решить проблему так и не удалось.

16 апреля началось развертывание аргентинского флота. В подчинение командованию ТОЮА поступило сформированное оперативное соединение флота FT-79 под командованием контр-адмирала Г. Алльяра. В соединение вошли почти все боеготовые к этому времени надводные корабли. Первым боевым кораблем, который покинул свою базу, был крейсер «Генерал Бельграно». В море вышли подводные лодки «Санта-Фе» и «Сан-Луис».

Морская авиация была развернута в трех группах. Воздушная континентальная группа объединила транспортные, патрульные и разведывательные самолеты. Воздушная группа на островах состояла из 6 учебно-боевых самолетов «Ментор Т-34», 6 «Эйрмачи МВ-339А» и 2 вертолетов «Линкс». На авианосце «Бентисинко де Майо» базировались 2 вертолета «Си Кинг», 2 «Алуэтт III SE», 8 ударных самолетов «Скайхок A-4Q» и 6 противолодочных самолетов «Трэккер S-2E». Для нужд флота началась реквизиция гражданских судов. Одними из первых были мобилизованы танкеры «Кампо Дюран» и «Пуэрто Росалес». Для обеспечения прибрежного судоходства аргентинцы стали использовать захваченные на островах британские суда «Форест», «Пенепе» и «Монсуненм».

Вечером 16 апреля с грузом бронемашин, автомобилей, авиационным топливом, продовольствием, полевыми кухнями и артиллерийскими снарядами к островам ушел зафрактованный транспорт «Формоза». Всего на его борту находилось около 4 тыс. тонн военного снаряжения, что было эквивалентно загрузке 350 транспортных самолетов «Геркулес С-130».

17 апреля началось минирование подступов к позициям вокруг Порт-Стенли. Первоначально установили два минных поля, получивших кодовое наименование «Томми 1» и «Томми 2». Кроме этого, на островах заминировали ряд важных объектов, среди которых был и мост через Фицрой. Впоследствии темпы установки минных заграждений постоянно возрастали. К началу боевых действий на суше столица архипелага была прикрыта 120 минными полями. Для минирования местности аргентинские войска применяли разнообразные системы как отечественного, так и зарубежного производства. В районе аэропорта Порт-Стенли, где аргентинцы создали военно-воздушную базу «Мальвинские острова», в спешном порядке оборудовали позиции батарей ПВО.

20 апреля в гавань прибыло судно «Формоза». Сильное волнение в акватории порта от разыгравшегося шторма срывало аргентинцам графики разгрузки. Чтобы не задерживать суда, к разгрузочным работам стали привлекать вертолеты. В этот же день к островам ушло транспортное судно «Рио-Каракана». Через шесть дней оно сумело прорвать блокаду и разгрузить в Порт-Стенли свой груз. В связи с большим риском обратного перехода транспорт задержали на островах. В дальнейшем это судно использовали в проливе Сан-Карлос, для организации снабжения гарнизона Западного Фолкленда.

С 10 часов 21 апреля противовоздушные части, дислоцированные на островах, приступили к несению постоянного боевого дежурства. Система ПВО располагала 12 спаренными 35-миллиметровыми артиллерийскими системами «Эрликон», небольшим количеством 20-и 40-миллиметровых зенитных орудий, переносными ЗРК «Блоупайп», 3 пусковыми установками ЗРК «Тайгеркэт» и одной батареей «Роланд».

Воздушную обстановку в радиусе 200 км освещала РЛС «Вэстинхауз AN/TPS-43» размещенная в Порт-Стенли. Рельеф островов не позволял РЛС полностью контролировать некоторые территории. Горы и возвышенности оставляли многочисленные мертвые зоны. С целью устранить этот недостаток, начиная со второй половины апреля, началось развертывание сети воздушных наблюдателей. Формирование этого подразделения происходило на базе 9-й воздушной бригады, расположенной в Комодоро-Ривадавия. На Фолкленды личный состав и технику, в том числе 2 вертолета «Белл 212S», доставили «Геркулесами».

22 апреля острова посетили члены Хунты во главе с президентом страны. К этому времени строительство основных укреплений подходило к концу, войска гарнизона готовились занять свои позиции. В результате инспекционной поездки по островам и ознакомления с планами обороны генерал Гальтиери принял решение усилить гарнизон Фолклендов, перебросив туда 3-ю пехотную бригаду, входившею в 5-й армейский корпус.

В составе бригады находились 4-й, 5-й, 12-й пехотные полки и 4-й артиллерийский дивизион. Командовал бригадой бригадный генерал О. Парада. Личный состав, легкое вооружение и снаряжение этого соединения должны были перевезти по воздуху. Тяжелое вооружение и большую часть запасов планировалось 25 апреля переправить по морю на транспорте «Кордова».

Отправка на Фолкленды дополнительной пехотной бригады шла вразрез с просьбой командующего оперативной группой «Мальвинские острова» прислать только один полк. Это решение не отразилось на увеличении боеспособности гарнизона, а, напротив, осложнило вопросы тылового обеспечения группировки. Выбор 3-й пехотной бригады в качестве подкрепления себя тоже не оправдал, так как значительный процент ее личного состава был последнего года призыва и не закончил элементарного курса боевой подготовки, кроме того, соединение комплектовалось за счет уроженцев приморских провинций страны, мало приспособленных к суровому климату архипелага. Решение, принятое главкомом сухопутных сил, носило политический характер. На практике оно обернулось невозможностью в условиях вражеской морской блокады доставить на острова тяжелое вооружение, транспорт и тыловые службы бригады.

Во время этого же визита Гальтиери распорядился усилить гарнизон Западного Фолкленда и довести его численность до двух пехотных полков. Решение оказалось также ошибочным, эти силы были слишком малочисленны для отражения десанта противника. Кроме того, отсутствие транспорта не позволяло ни усилить их в случае необходимости, ни эвакуировать в расположение основной группировки. В результате два пехотных полка в бухте Портговард и заливе Фокс-Бэй оказались в изоляции и никак не повлияли на ход дальнейших событий. Командование оперативной группы «Мальвинские острова» не справилось с задачей их нормального тылового обеспечения и к концу конфликта, так и не приняв участия в боевых действиях, эти части потеряли боеспособность.

23 апреля аргентинское командование признало целесообразным использовать взлетно-посадочную полосу на острове Пебл в качестве вспомогательного аэродрома. Уже на следующий день на этот остров перебазируется саперное подразделение. Начинаются роботы по оборудованию авиабазы. Для ее охраны и обороны с материка доставили роту «Н» 3-го батальона морской пехоты.

В 8 часов 30 минут из Ушуайа вышел крейсер «Генерал Бельграно». Вечером 23 апреля командующий FT-79 контр-адмирал Г. Алльяра принял решение изменить организацию подчиненных ему тактических корабельных групп. Согласно его приказу, 2 эсминца из группы TG-79.2, «Хиполито Боучар» и «Пьедро Буэна», переходили в охранение крейсера, и вместе с ним формировали группу TG-79.3. В состав этой группы дополнительно включили танкер «Пуэрто-Росалес». Группе TG-79.3 предстояло оперировать в южной части ТОЮА, между островом Эстадос и банкой Бердвуда.

К северу от Фолклендов был назначен район маневрирования двух других тактических групп, TG-79.1 и TG-79.2. Флагманским кораблем TG-79.1 и всего FT-79 был авианосец «Бентисинко де Майо». Командир группы TG-79.2 держал свой флаг на эсминце «Геркулес».

25 апреля, в связи с прибытием в район возможных боевых действий передовой группы британских кораблей, аргентинское командование окончательно отказалось от планов использовать морские суда для военных перевозок. Уже готовый к отплытию транспорт «Кордова», на борту которого находилось тяжелое вооружение 3-й бригады, приказали немедленно разгрузить.

Кстати, на этом судне должны были доставить на острова материалы для переоборудования аэропорта Порт-Стенли, в том числе и алюминиевые конструкции для реконструкции взлетно-посадочной полосы. Выполнение этих работ было крайне важно для аргентинских ВВС, так как позволяло значительно расширить операционную зону действия боевых самолетов. Подобная реконструкция могла увеличить грузооборот аэропорта, который получил бы возможность принимать тяжелые транспортные самолеты. Однако установление полной морской блокады перечеркнуло и эти аргентинские планы — работы по модернизации военно-воздушной базы закончены не были.

Воздушный компонент оперативной группы «Мальвинские острова» к концу апреля заканчивал подготовку и освоение будущего театра военных действий. Летными частями командовал бригадный генерал Л. Кастельянос, заместитель командующего оперативной группой по военно-воздушным силам. Самолеты и вертолеты были в достаточной степени обеспечены вооружением, запасными частями и топливом для ведения боевых действий в отрыве от основных районов своего базирования.

На островах аргентинцы создали две основных и несколько вспомогательных авиабаз. В гражданском аэропорту Порт-Стенли была развернута военно-воздушная база «Мальвинские острова», командир базы полковник г. Дестри. Там же находился боевой центр информации и контроля ВВС, зона ответственности которого охватывала все воздушное пространство архипелага.

На грунтовом аэродроме в поселке Гус-Грин была оборудована авиабаза «Кондор», ею командовал полковник В. Педросо. Заканчивалось оборудование на острове Пебл вспомогательного аэродрома «Кильдин». Вертолетная техника базировалась на нескольких хорошо замаскированных взлетно-посадочных площадках. Основная вертолетная база располагалась на ипподроме в Порт-Стенли, запасная — в районе горы Кент.

К началу боевых действий аргентинская воздушная группировка на островах включала 15 штурмовиков «Пукара», 12 учебно-боевых самолетов ВМС и два транспортных самолета префектуры. Закончил передислокацию и 601-й авиационный батальон, в его составе находились 7 вертолетов «Агуста А-109А», 4 транспортных «Чинук СН-47» и 6 «Белл 212S». Кроме эго, в состав группировки были включены 2 морских вертолета «Линкс» и вертолет префектуры «Пума».

27 апреля из Порт-Стенли по воздуху на Западный Фолкленд начали переброску 5-го пехотного полка. Личный состав этой части прибыл на Фолкленды 24 апреля. Полковое тяжелое вооружение, минометную и противотанковую батареи так и не сумели переправить с континента. На вооружении полка имелись только 2 ПЗРК «Блоупайп» и 12,7-миллиметровые станковые пулеметы. Полк послужил основой создаваемого в Порт-Говард гарнизона. В качестве частей усиления ему были приданы два саперных взвода 3-й инженерной роты, медицинская рота и рота связи. Соединение получило наименование полковая группа «Япейу». Командовал этой группой командир 5-го пехотного полка полковник X. Мабраганья.

Переправившись при помощи вертолетов и небольших судов через пролив, полк немедленно приступил к организаций обороны. Всего было оборудовано три оборонительные позиции, защищающие порт, вертолетную площадку и поселок, где разместился резерв.

Двенадцатый полк 3-й пехотной бригады отправился в район поселков Дарвин и Гус-Грин, причем основные силы полка добрались туда в пешем порядке. Совместно с несколькими подразделениями 25-го пехотного полка и 101-м артиллерийским батальоном ПВО полк образовал полковую группу «Мерседес». Основной задачей этого соединения была оборона военно-воздушной базы «Кондор». На подступах к аэродрому было установлено несколько минных полей и построен ряд полевых укреплений.

В поселке Фокс-Бэй, на Западном Фолкленде, находилась еще одна аргентинская полковая группа. Группа «Долина» состояла из личного состава 8-го полка и нескольких рот 25-го полка 9-й пехотной бригады. Командовал этим соединением командир 8-го полка подполковник Э. Репосси.

Четвертый полк 3-й пехотной бригады (командир полка подполковник Д. Сориа) занял позиции в районе бухт Порт-Фицрой и Порт-Харриет. Полевые укрепления были оборудованы в восьми километрах от береговой черты. К берегу были выдвинуты только передовые наблюдательные посты.

28 апреля аргентинцы в принципе закончили развертывание своих частей на островах. В Порт-Стенли находились основные силы оперативной группы «Мальвинские острова». Командовал группой военный губернатор архипелага бригадный генерал М. Менендес. Его заместителем по сухопутным силам стал бригадный генерал О. Хофре, сменивший на этом посту командира 9-й бригады, так как был старше его по возрасту.

Подступы к городу обороняли 3-й, 6-й, 7-й механизированные полки 10-й механизированной бригады. Необходимо заметить, что на Фолкленды полки прибыли в сильно сокращенном составе, и их численность едва превышала тысячу человек. Моторизированные полки прибыли не только без своих танков и бронетранспортеров, но и почти без средств передвижения. Единственным подразделением, имевшим на вооружении бронетанковую технику, оказался бронекавалерийский разведывательный дивизион. Эта часть располагала всего 13 легкими бронемашинами.

В Порт-Стенли находились штабы всех трех развернутых на островах бригад. В окрестностях города были оборудованы позиции 3-го и 4-го артиллерийских дивизионов. Отсутствие тяжелых транспортных средств впоследствии особенно скажется на подвижности именно артиллерийских батарей. Авиабазу «Мальвинские острова» обороняла часть сил 25-го пехотного полка и 601-й артиллерийский батальон ПВО. Кроме боевых частей в городе находились три инженерные роты, 602-я рота тылового обеспечения, там же развернули полевой госпиталь. К 30 апреля 1982 г. общая численность аргентинских войск на островах достигла 11 тыс. человек.


Глава 7. ОПЕРАЦИЯ «ПАРАКВЕЙТ»

В эти насыщенные событиями дни, в условиях неустойчивой внутренней и внешнеполитической ситуации, Великобритании и лично премьер-министру страны Маргарет Тэтчер был крайне необходим быстрый военный успех. Нужно было найти такое применение военной силы, которое при минимуме затрат и незначительном противодействии со стороны противника гарантировало бы стопроцентный результат. Остров Южная Георгия, драматические события на котором послужили детонатором войны, идеально подходил для этой цели, поскольку, во-первых, британское военное руководство не располагало в это время силами для проведения более крупной операции, а во-вторых, по данным британской разведки, аргентинцы не сосредоточили на острове крупных сил. Удаленность Южной Георгии от материка делала почти невозможной поддержку гарнизона с воздуха, а присутствие британских подводных лодок должно было сковать активность флота противника. Проведение подобной акции, имеющей большие шансы на успех, демонстрировало решительность позиции Великобритании и давало дополнительные козыри для дипломатических переговоров и разжигания военной истерии в стране. В случае же неудачной операции и командование флота, и политическое руководство Великобритании могли быстро свернуть предстоящую десантную операцию на Фолклендах и попытаться разрешить кризис путем закулисных торгов с Хунтой. При этом негативные последствия для имиджа Великобритании на международной арене можно было бы свести к минимуму.

Провал операции привел бы лишь к отставке командования ВМС и премьер-министра; успех, наоборот, укреплял их позиции. Эти причины во многом и обусловили распоряжение Маргарет Тэтчер от 7 апреля 1982 г., адресованное адмиралу Дж. Филдхаузу и предписывавшее в максимально сжатые сроки восстановить британское военное присутствие на Южной Георгии.

В тот же день директива о подготовке десантной операции, получившей кодовое наименование «Параквейт», была доведена до исполнителей. Для участия в предстоящей высадке на антарктическом острове была сформирована тактическая корабельная группа ТГ-317.9, состоящая из эсминца «Энтрим», фрегата «Плимут» и танкера вспомогательного флота «Тайдспринг». Обязанности командующего группой были возложены на командира «Энтрима» капитана 1 ранга Б. Янга. В его распоряжение переходил также находившийся в районе Южной Георгии «Эндьюранс».

Десантными силами, состоящими из роты «М» 42-го батальона 3-й бригады морской пехоты и спецподразделений SAS и SBS, командовал майор Д. Шеридан. Солдаты и офицеры 42-го батальона лишь недавно вернулись с военных учений в Северной Норвегии. Их опыт действия в суровых полярных условиях оказался как нельзя более востребованным.

7 апреля группа ТГ-317.9 отделилась от авангардной группы оперативного соединения контр-адмирала Вудворда для осуществления скрытого перехода к острову Вознесения, где планировалось принять на борт доставленные по воздуху десантные подразделения. Британское руководство хорошо понимало, что успех операции «Параквейт» всецело зависит от достижения оперативной внезапности. С целью исключить утечку любой информации о походе к Южной Георгии движение группы сопровождалось соблюдением особых мер секретности. Полную информацию о предстоящей операции имели только 12 офицеров.

По приказу адмирала Дж. Филдхауза, в штаб-квартире ВМС в Нортвуде было отведено специальное помещение, в котором планировалась операция и осуществлялась связь с кораблями группы Янга. Доступ в эту секретную комнату был строго ограничен. Личному составу десантной группы, находившемуся в шестичасовой готовности, строжайше запретили любые контакты с внешним миром. 9 апреля Филдхауз подписал директиву о начале операции «Параквейт», и уже на следующий день группа майора Шеридана, усиленная двумя расчетами 88-миллиметровых минометов, на двух транспортных самолетах «VS-10» была переброшена на остров Вознесения.

В Нортвуде, однако, все еще не было однозначного мнения об исходе предстоящей операции. 11 апреля адмирал Филдхауз издал новую директиву, в которой срок высадки десанта на Южную Георгию ставился в зависимость от готовности основных сил высадиться на Фолкленды. Перенос сроков операции был связан с новыми разведданными, полученными штабом ВМС, согласно которым аргентинский гарнизон на острове прикрывал отряд надводных кораблей. Как показало дальнейшее развитие событий, эта информация, полученная британской разведкой, оказалась неверной. Тем не менее, высокопоставленные адмиралы не хотели рисковать и проводить операцию, не установив полного господства на море в районе высадки десанта, что было возможно только по прибытии туда основных сил оперативного соединения.

Против решения Филдхауза резко выступила Маргарет Тэтчер. Ее концепция войны, основанная на стремительном натиске в целях достижения военных и, как следствие этого, политических успехов, мало согласовывалась с осторожными действиями главнокомандующего ВМС. Обсуждение судьбы операции «Параквейт» было вынесено на заседание военного комитета, члены которого под давлением Тэтчер приняли окончательное решение о начале операции 19 апреля. В тот же день группа ТГ-317.9 уже почти вплотную приблизилась к острову.

Из-за споров и разногласий в метрополии пришлось перенести день начала военной операции. Помимо изменения сроков начала операции, поменялся и состав участвующих в ней сил. Десантная группа Шеридана была усилена ротой «Д» 22-го полка SAS и еще двумя подразделениями SBS. Вместо двух разведывательных групп на остров планировали высадить уже семь. Поскольку ни один из кораблей Янга не мог вместить все силы десанта одновременно, их разделили по различным кораблям.

Большую часть морских пехотинцев переправили на «Тайдспринг», а минометчиков, медиков и связистов — на «Энтрим». 13 апреля прибыли спецназовцы под командованием майора С. Дэлвэса, их разместили также на «Энтриме». Специальные подразделения SAS, прошедшие горно-альпинистскую подготовку, расположились в кубриках «Плимута».

Корабли ТГ-317.9, включая и «Эндьюранс», 14 апреля покинули якорную стоянку у острова Вознесения, взяв курс на юг. Двигаясь со скоростью около 13 узлов, что было на грани возможностей «Эндьюранса», группа Янга проходила за сутки примерно 312 морских миль. Десантники использовали все это время для усиленных тренировок на верхних палубах. Командование изучало район предстоящих действий и планировало детали операции, а судовые механики переоборудовали корабельные противолодочные вертолеты для действий в качестве транспортных и штурмовых.

У британского командования все еще оставались сомнения по поводу присутствия в водах Южной Георгии аргентинских военных кораблей. С 19 апреля АПЛ «Конкэрор» двое суток осуществляла поиск надводных и подводных кораблей противника в этом районе, впрочем, без всякого результата.

Во вторник 20 апреля с аналогичным заданием с острова Вознесения взлетел самолет дальней разведки «Виктор», в результате 14-часового полета которого так и не удалось обнаружить никакой активности аргентинских ВМС. Только после получения столь обнадеживающей информации Нортвуд наконец-то дал свое согласие на проведение операции «Параквейт».

20 апреля капитан 1 ранга Янг получил от адмирала Дж. Филхауса приказ начать на следующий день операцию по захвату Южной Георгии и закончить ее не позднее 23 апреля. Десантникам Шеридана была поставлена задача

— захватить Грютвикен и Лейт, уничтожить или вывести из строя средства связи противника, уничтожить или захватить в плен вражеский гарнизон, арестовать и выдворить с острова аргентинских рабочих. При этом особое внимание обращалось на необходимость свести к минимуму собственные потери в людях и технике.

Утром 21 апреля корабли ТГ-317.9 подошли на максимально безопасное расстояние к Южной Георгии. Бойцы SAS с помощью вертолетов должны были скрытно высадиться на остров для проведения разведки подходов к Лейту, Хузвику и Стромнессу. Им было необходимо найти маршрут движения через ледник Фортуна, горный хребет Брейнвинд и ледник Кенинг, выводящий в тыл аргентинских позиций. Спецназовцы SBS получили задание обследовать районы Грютвикена и мыса Кинг Эдвард.

В 9 часов 30 минут по местному времени с палубы эсминца «Энтрим» с разведывательной целью вылетел вертолет «Вессекс». Заданием пилота Й. Стенли было обследовать мыс Констанс, пересечь остров в юго-восточном направлении и побывать в бухтах Эктерктик и Позешн. Не обнаружив по маршруту предполагаемого движения разведывательной группы сил противника, вертолет успешно вернулся на корабль.

Погода начинала портиться, поэтому высадку решено было провести немедленно. Бойцов 19-го «горного» взвода 22-го полка SAS принял на борт вертолет с «Энтрима», остальных спецназовцев — два вертолета «Вессекс» с «Тайдспринга». Без труда преодолев 180 км между кораблями и островом, вертолеты, не долетев до береговой черты всего 450 м., попали в сильнейший снежный ураган. После нескольких безуспешных попыток прорваться сквозь снежный фронт к месту высадки англичане были вынуждены повернуть назад. Ближе к полудню погода значительно улучшилась, что позволило предпринять еще одну попытку добраться до острова.

Около 12 часов дня 16 разведчиков с тремя санями со снаряжением сумели наконец-то успешно высадиться на ледник Фортуна. У полярников этот ледник пользовался дурной славой, а в весенне-летний период вообще считался непроходимым. Попав в жесточайший буран, солдаты SAS смогли продвинуться на расстояние не более километра, после чего вынуждены были остановиться и разбить лагерь. К исходу дня ветер усилился до 180 км/час, а ночью вообще превратился в страшный ураган.

В этих условиях продолжать разведывательную операцию было самоубийственно. 22 апреля в 11 часов командир разведгруппы Хэмильтон передал по рации на корабль сигнал бедствия. Первая попытка провести спасательную операцию не удалась. Израсходовав запасы горючего и не сумев приблизиться к лагерю спецназовцев, вертолеты вернулись на корабли. Во время второй попытки, предпринятой в 13 часов 30 минут, два британских вертолета с «Тайдспринга», попав в снежный заряд, разбились, но по счастливой случайности никто из членов экипажа и спецназовцев не погиб. Чтобы погрузить на борт оставшегося вертолета всех пострадавших, пришлось бросить на леднике тяжелое оборудование и почти все вооружение.

Поздней ночью этих непростых для всей операции «Параквейт» суток три разведгруппы SBS должны были по плану высадиться в бухте Хаунд. Им предстояло пересечь полуостров Биффл, подобрать лодки «Джемми», сброшенные с вертолетов, переправиться через бухту и занять гору Браун. Эта невысокая возвышенность являлась прекрасным наблюдательным пунктом в окрестностях Грютвикена.

Однако погода и на этот раз внесла коррективы в английские планы, не позволив в условиях ночной снежной пурги использовать для высадки разведчиков вертолеты. «Эндьюранс», на борту которого находилась большая часть боевых пловцов, приблизился к берегу на максимально возможное расстояние — 1 тыс. метров. Разведгруппа без труда достигла острова на надувных лодках, преодолела полуостров Биффл и предприняла попытку форсировать узкий и извилистый пролив Морейн. Но сделать этого не удалось. Вышли из строя подвесные моторы, а корпуса «Джемми» получили повреждения от ледяных глыб. Приняв решение свернуть миссию, командир разведгруппы запросил для эвакуации вертолеты, но вернуться на корабль они смогли только следующей ночью.

Одновременно с подразделением SBS в 3 часа ночи берега попытались достичь 15 спецназовцев SAS на пяти «Джемми», спущенных с «Энтрима». Задачей этой группы было ведение разведки в окрестностях Лейта, Хузвика и бухты Стромнесс. Почти сразу же вышли из строя подвесные моторы на трех лодках, которые пришлось взять на буксир. Около 4 часов утра на разведчиков обрушился штормовой ветер, и приливные волны почти полностью затопили лодки. Не выдержав натяжения, оборвались буксировочные концы, в результате чего три «Джемми» выбросило на берег островка Гэрлс, а две другие унесло в открытое море. Экипаж одной из них в 9 часов утра обнаружил и эвакуировал вертолет «Вессекс» с эсминца. Вторую лодку вынесло на побережье около Ларсена.

Девятерым спецназовцам удалось после нескольких неудачных попыток пересечь пролив между островком Гэрлс и Южной Георгией, после чего приступить к сбору информации. В своем первом донесении они сообщили, что гарнизон Лейта состоит из полутора десятков человек. Никакой артиллерии и следов фортификационных сооружений ими обнаружено не было.

Около полудня 23 апреля специалисты радиоразведки «Эндьюранса» перехватили и дешифровали переговоры между аргентинским самолетом «Геркулес С-130» и подводной лодкой. Подводная лодка противника находилась приблизительно в 100 милях от «Эндьюранса» и следовала курсом в Грютвикен. Полученная информация была немедленно передана капитану 1 ранга Янгу и в штаб-квартиру ВМС в Нортвуде.

Оценив серьезность ситуации, в которой находилась группа Янга, адмирал Филдхауз принял решение увести ее от острова. В сложившихся условиях, когда корабли были связаны обеспечением разведывательных операций на берегу и передачей топлива с подошедшего танкера «Брэмблиф» на «Тайдспринг», операция оказалась особенно уязвимой.

В 3 часа ночи 23 апреля Нортвуд приказал танкерам прервать передачу топлива и в охранении фрегата «Плимут» отойти на 200 миль к северо-востоку, выйдя из исключительной зоны, действующей вокруг острова. При выполнении этого задания не обошлось без конфуза. Спешка была такой, что часть топливного оборудования «Брэмблифа» оказалась сломанной. Отошел на безопасное расстояние и флагман тактической группы «Энтрим».

Для проведения противолодочной операции в район Южной Георгии направили АПЛ «Конкэрор». Из состава передового отряда кораблей оперативного соединения адмирала Вудворда для усиления ТГ-317.9 выделили фрегат «Бриллиант» с двумя вертолетами ПЛО «Линкс» на борту, который прибыл в район Южной Георгии 24 апреля. В этот же день аргентинский самолет-разведчик «Боинг-707», вылетевший с авиабазы Рио-Гальегос, обнаружил «Эндьюранс» и совершил его облет. Опасаясь, что тихоходный и не имеющий противолодочного оружия корабль ледовой разведки окажется легким объектом для атаки аргентинской подводной лодки, британское командование вечером направило на его охранение фрегат «Плимут».

Противником англичан в этом районе оказался командир устаревшей подводной лодки «Санта-Фе», капитан 2 ранга О. Бикэин. Аргентинцы вышли в боевой поход ночью 16 апреля с базы в Маар-дель-Плата. Первым заданием подводников была доставка 20 морских пехотинцев, боеприпасов и снабжения для усиления гарнизона Южной Георгии. Сразу же после начала похода вскрылись многочисленные технические неисправности. Лодка не могла давать более 13 узлов хода, возникли проблемы с торпедным вооружением. Утром 23 апреля командиру субмарины поступила радиограмма о том, что в районе Южной Георгии находятся британские военные корабли. В 12 часов дня Бикэин отправил радиограмму о получении им сигнала и начале поиска англичан. Это сообщение и было перехвачено «Эндьюрансом».

Между тем, у «Санта-Фе» снова начались технические проблемы, на этот раз с аккумуляторными батареями. Поэтому Бикэин принял решение доставить пополнение в Грютвикен, провести ремонт и, если получится, атаковать британские корабли. Воспользовавшись отходом кораблей Янга на северо-запад, аргентинская подводная лодка ночью с 23 на 24 апреля незамеченной проникла в залив Камберлэнд и встала под разгрузку в поселке Грютвикен. На рассвете 25 апреля, освободив отсеки от морских пехотинцев и доставив на берег ящики с боеприпасами и продовольствием, «Санта-Фе» в надводном положении вышла из залива. Оставаться в поселке, который вот-вот станет объектом нападения противника, было бессмысленно, и Бикэин принял решение укрыться в одной из многочисленных безлюдных бухточек Южной Георгии для проведения необходимого ремонта и зарядки аккумуляторных батарей.

Утром 25 апреля корабли ТГ-317.9 приблизились к острову на расстояние 50 миль. Для проведения противолодочного поиска Янг поднял в воздух все шесть вертолетов, которыми располагал. Идущую в надводном положении подводную лодку, погрузиться которой не позволяли сложные навигационные условия залива Камберлэнд, первым обнаружил капитан-лейтенант Й. Стенли с «Энтрима». Несмотря на низкую облачность и утренний туман, окутавший бухту, современное радиолокационное оборудование вертолета «Вессекс HAS 3» позволило ему точно выйти на цель и атаковать ее двумя глубинными бомбами Мк.11. В результате подводных взрывов в корпусе лодки образовались три пробоины, из-за которых отсеки начали заполняться забортной водой. От воздействия ударной волны вышла из строя большая часть оборудования, начался пожар, водоотливные средства с трудом справлялись с поступающей водой. С такими повреждениями прорыв был невозможен и Бикэин принял решение вернуться в Грютвикен.

Едва «Санта-Фе» легла на обратный курс, как тут же подверглась новым атакам с воздуха. Противолодочный вертолет «Линкс» с «Бриллианта» выпустил по аргентинцам торпеду Мк.46, которая, правда, не взорвалась, так как объект атаки находился на глубине менее 4 м. Затем два вертолета «Восп» с «Эндьюранса» нанесли по лодке ракетный удар противокорабельными ракетами AS. 12, то же самое сделал «Восп» с «Плимута». В обоих случаях ракеты не взорвались, и пилоты обстреляли «Санта-Фе» из крупнокалиберных пулеметов.

Поврежденная подводная лодка продолжала бороться. Пожар на субмарине потушили, сумели сохранить ход и управляемость, потерь среди личного состава практически не было, кроме тяжело раненного в ногу матроса. Отстреливаясь из автоматического стрелкового оружия, аргентинцы все-таки дошли до мыса Кинг Эдвард и смогли пришвартоваться к пирсу БАС. Экипаж покинул лодку и присоединился к гарнизону в Грютвикене.

Выведя из игры «Санта-Фе», британцы вновь сосредоточились на проведении десантной операции. Для успешной атаки на Грютвикен необходимо было захватить две ключевые высоты, располагавшиеся немного южнее поселка: возвышенность Браун — 154 м над уровнем моря — и небольшую высоту Бор Вэлли Пас к западу от поселка.

По плану предусматривалось высадить вертолетный десант к подножью горы Браун, в местности под названием Хэстэслетэн, и после сосредоточения всего отряда SAS штурмом взять вершину. Вспомогательный вертолетный десант для обеспечения огневой поддержки основных сил планировалось высадить и на Бор Вэлли Пас. Артиллерийское прикрытие десанта возлагалось на 4 орудия калибром 4,5 дюйма эсминца «Энтрим» и фрегата «Плимут».

25 апреля в 10 часов 30 минут участвовавшие в атаках на «Санта-Фе» вертолеты вернулись на корабли. Потребовалось определенное время для подготовки их к выполнению новых заданий. Около 12 часов дня «Восп» с «Эндьюранса» доставил на остров корректировщиков артиллерийского огня.

После десятиминутного огневого налета в 13 часов 50 минут бойцы SAS высадились на подступах к горе Браун. Первая волна десанта приступила к минометному обстрелу предполагаемых аргентинских позиций на вершине горы. В эту же точку перенесли огонь корабли. В 15 часов 30 минут в зону высадки прибыла вторая группа англичан, после чего начался штурм горы. Поднявшиеся на вершину десантники обнаружили, что она не занята противником, аргентинцы попросту не собирались оборонять эту высоту.

Огонь корабельных орудий перенесли на поселок, но, не желая разрушать постройки БАС, стрельбу, которая носила скорее демонстративный характер, вели по окрестностям. Успешно преодолев минные заграждения, англичане продолжили наступление на Грютвикен, когда в 17 часов 5 минут над главным зданием поселка взвились два белых флага. Майор Шеридан принял капитуляцию от командующего аргентинским гарнизоном подполковника Л. Лагоса. Вместе со своим командиром в плен сдались 130 солдат и офицеров. Их неприглядный измученный вид вызвал у англичан лишь чувство жалости.

Утром 26 апреля капитулировал и гарнизон в Лейте. 16 солдат и 40 рабочих не оказали британцам никакого сопротивления. Капитан-лейтенант А. Астис на борту фрегата «Плимут» в присутствии капитана 1 ранга Янга подписал акт о сдаче в плен своего небольшого подразделения. Операция «Параквейт» завершилась.

Аргентинских пленных, общим числом 190 человек, включая интернированных рабочих, переправили в начале мая на борту танкера «Тайдспринг» в сопровождении эсминца «Энтрим» на остров Вознесения. По прибытии на остров пленных отправили в Уругвай, откуда они были доставлены на родину. Подполковника Л. Лагоса и капитан-лейтенанта А. Астиса постигла другая участь. Их держали в заключении на острове, а затем 4 июня танкером «Бритиш Эвой» доставили в Портсмут.

Утром 27 апреля несколько английских морских пехотинцев прибыло для охраны «Санта-Фе». Судьба полузатопленной лодки сильно волновала англичан, так как она перегораживала проход к причалу БАС в Грютвикене, и к тому же имела на борту боевые торпеды. 27 апреля капитан 1 ранга Янг решил переместить лодку примерно на 2 тыс. м. к северу, в район старого китобойного завода в северной части бухты Грютвикен. Во время буксировки допущенные на лодку аргентинские моряки сумели открыть кингстонные клапаны и затопить «Санта-Фе». Во время этого инцидента погиб аргентинский матрос, его застрелил британский охранник, которому показались подозрительными действия аргентинца. К вечеру 27 апреля лодка опустилась на грунт с креном 25 на левый борт и с небольшим дифферентом на корму. На поверхности остались только ограждение рубки и верхняя палуба носовой части.

Сорок второй батальон 3-й бригады морской пехоты, которым командовал майор Д. Шеридан, больше не принимал участия в боевых действиях. Вплоть до начала июня он выполнял функции гарнизона Южной Георгии. 29 апреля «Плимут» и «Бриллиант» присоединились к основным силам оперативной группы адмирала Вудворда, а ТГ-317.9 расформировали.

В Великобритании весть о долгожданной победе встретили с большой радостью. Тэтчер не скрывала своего торжества. Отвечая на вопросы журналистов на импровизированной пресс-конференции у входа в резиденцию правительства Соединенного королевства на Даунинг-стрит 10, она сказала: «Только радостные известия сегодня и поздравления нашим войскам и морским пехотинцам. Только радостные».

Вскоре благодаря СМИ операция «Параквейт» превратилась в триумф британского оружия. С газетных и журнальных страниц не сходили фотографии немного уставших победителей, спокойно принимавших капитуляцию врага. При этом замалчивался тот факт, что аргентинцы не только не имели шансов на достойное сопротивление, но и попросту не собирались сражаться. В планы аргентинского военного командования не входила упорная оборона Южной Георгии. Военное присутствие на острове аргентинцы не укрепляли, а только обозначали. Британским военным в основном пришлось воевать со снегом, льдом, ураганным ветром и отказами техники.


Глава 8. ПЕРВЫЙ ПЕРИОД ДИПЛОМАТИЧЕСКИХ ПЕРЕГОВОРОВ

Утром 2 апреля президент Аргентины генерал Л. Гальтиери сообщил на экстренном заседании правительства о том, что вооруженные силы страны приступили к операции по восстановлению суверенитета над Мальвинскими островами. Министр иностранных дел Н. Коста Мендес выступил с докладом, в котором содержался анализ внешнеполитического положения Аргентины и перспективы дипломатических усилий его ведомства по мирному урегулированию возникшего кризиса. В средствах массовой информации Аргентины появились первые официальные коммюнике военного руководства. Известие о высадке десанта на острова привело к национальной эйфории. С присущей латиноамериканцам импульсивностью аргентинцы, независимо от своего социального положения и политических взглядов, единодушно приветствовали военно-политическую акцию своего правительства.

Хунта рассматривала бескровный захват островов как поступок прежде всего дипломатического характера. Все дальнейшие шаги руководства Аргентины были обусловлены именно этой логикой. Демонстрируя во время публичных выступлений полную решимость всеми имеющимися средствами пресечь любую попытку силового ответа Великобритании, военно-политическое руководство страны предпочитало не доводить ситуацию до начала широкомасштабных боевых действий и разрешить кризис дипломатическим путем.

На дипломатическом поле Великобритания действовала быстрее, явно опережая МИД Аргентины. Уже 1 апреля посол Великобритании в США Н. Хендерсон сообщил Государственному секретарю США А. Хейгу, что по имеющейся у него разведывательной информации весьма вероятным является проведение Аргентиной в ближайшие часы вторжения на Фолклендские острова. Посол высказался за необходимость немедленного вмешательства официального Вашингтона и выразил надежду, что в случае дальнейшей эскалации конфликта Лондон сможет рассчитывать на поддержку своих действий со стороны США.

2 апреля представитель Великобритании в ООН Э. Парсонс развил весьма активную деятельность и добился благоприятной для своей страны расстановки сил. 3 апреля после двухдневных дебатов Совет Безопасности ООН принял резолюцию 502. В тексте документа, в частности, указывалось на необходимость прекратить эскалацию конфликта в районе Фолклендских островов. Правительствам конфликтующих сторон предлагалось незамедлительно прекратить вооруженное противостояние и решить вопрос о принадлежности островов путем переговоров. Кроме того, Аргентине было предложено незамедлительно вывести свои войска с архипелага. «За» проголосовали США, Франция, Гвиана, Ирландия, Япония, Того, Уганда, Заир и Великобритания, «против» — Панама, «воздержались» — СССР, Китай, Польша и Испания.

Дипломатические успехи Великобритании повергли Хунту в состояние шока. Лондон добился полной поддержки своей позиции со стороны стран Европейского Экономического Сообщества. По просьбе Великобритании правительства десяти стран ЕЭС ввели полный запрет на экспорт вооружения в Аргентину и с 14 апреля установили эмбарго на аргентинский импорт, за исключением уже заключенных на тот момент контрактов. Австрия также наложила запрет на экспорт в Аргентину танков «Кирасир».

Правительство ФРГ отметило, что если Аргентина не выполнит требований резолюции 502 Совета Безопасности ООН, это приведет к замораживанию совместных кораблестроительных программ и прекращению поставок вооружения в эту страну. Канадское правительство воспрепятствовало отгрузке в своих портах материалов военного назначения для Буэнос-Айреса и оставило за собой право применять против Аргентины другие меры экономического характера.

Однако были страны и не поддержавшие британские предложения. Норвегия, Япония, Швеция отказались присоединиться к экономическим санкциям против Аргентины. Пытаясь перехватить инициативу, посол Аргентины в Брюсселе выразил резкий протест по поводу запрета аргентинского экспорта в страны ЕЭС, что, однако, не возымело никакого эффекта.

3 апреля 1982 г. аргентинское правительство учредило новую провинцию под управлением военного губернатора, генерала М. Менендеса. Новая территория включала Мальвинские острова, остров Южная Георгия и Южные Сандвичевы острова. На островах приступили к формированию административного аппарата. На все посты создаваемых секретариатов труда и социального обеспечения, образования и здравоохранения, транспорта, экономики, финансов и юстиции назначались только аргентинские военнослужащие. Было декларировано, что все усилия новой администрации будут направлены на сохранение общественного порядка и обеспечение нормальной жизнедеятельности населения, а также гарантировались политические и имущественные права островитян.

Назначение военного губернатора негативно отразилось на международном общественном мнении. Это решение Хунты противоречило первоначальному принципу аргентинской политики, заключавшемуся в поиске дипломатических путей урегулирования возникшего конфликта, и было воспринято как желание установить постоянное военное присутствие на островах.

После принятия резолюции 502, когда международная реакция стала явно складываться не в пользу Буэнос-Айреса, аргентинская делегация попыталась добиться поддержки в Организации Американских Государств (ОАГ) и движении «Неприсоединившихся Стран».

4 апреля в Вашингтоне состоялось экстренное заседание Постоянного Совета Организации Американских Государств, на котором с объяснением позиции своей страны выступил министр иностранных дел Аргентины Н. Коста Мендос. В своей позиции по отношению к возникшему конфликту латиноамериканские страны были едино душны. Они поддержали Аргентину, признавая законными ее притязания на архипелаг. При этом различалась только степень высказанной поддержки.

Общий тон официальных высказываний руководства государств Южной Америки склонялся в пользу мирного урегулирования кризиса, но Буэнос-Айресу предлагался также широкий спектр поддержки, начиная с предоставления экономической и дипломатической помощи и заканчивая возможным участием в военных операциях на стороне Аргентины.

В самой Аргентине различные политические партии, профсоюзы, общественные организации и деловые круги выражали свою солидарность действиям правительства. Некоторые руководители крупнейших профсоюзов страны и видные общественные деятели отправились в турне по европейским и латиноамериканским странам для разъяснения позиции своей страны в связи с возникшим кризисом.

6 апреля в Вашингтоне Государственный секретарь США А. Хейг встретился с Н. Коста Мендесом. Во время беседы Хейг довел до сведения министра иностранных дел Аргентины официальную позицию своей страны. По его словам, Соединенные Штаты готовы выступить в роли нейтрального посредника между Аргентиной и Великобританией и предлагают свою помощь с целью найти компромиссное решение и урегулировать кризис дипломатическим путем. После разговора аргентинскому руководству впервые стало понятно, что США не собираются мешать силовому ответу Лондона.

7 апреля после того, как правительства Аргентины и Великобритании согласились воспользоваться посредническими услугами Вашингтона, госсекретарь Хейг отправился в Лондон. А. Хейг уже проявил талант великолепного переговорщика и дипломата, сумевшего добиться достаточно успешных решений во Вьетнаме и на Ближнем Востоке. Поэтому, принимая во внимания прошлые заслуги госсекретаря США, военная Хунта Аргентины согласилась на его посредническую миссию. Так начался период челночной дипломатии, во время которого Хейг проводил переговоры в Лондоне, а затем отправлялся в Буэнос-Айрес, чтобы там изложить британские предложения. На следующий день после продолжительной беседы с Маргарет Тэтчер и новым министром иностранных дел Великобритании Ф. Пимом, сменившим на этом посту ушедшего в отставку лорда Каррингтона, А. Хейг направился в Буэнос-Айрес.

Ни к какому конкретному плану урегулирования спорных вопросов стороны не пришли. Напротив, 8 апреля Лондон через посольство Швейцарии в Буэнос-Айресе довел до сведения аргентинского правительства информацию об учреждении зоны морской блокады. Начиная с 4 утра по Гринвичу 12 апреля, район, ограниченный окружностью в 200 морских миль с центром на Фолклендских островах, объявлялся закрытым для аргентинского судоходства. Дата была выбрана не случайно. К этому времени ожидалось прибытие в Южную Атлантику британских атомных подводных лодок.

Ночью 9 апреля самолет с американской делегацией приземлился в аэропорту Буэнос-Айреса. Для ведения переговоров военное руководство страны сформировало рабочую группу, в состав которой помимо министра иностранных дел и его заместителей вошли генерал Мирет, бригадный генерал Иглесиас и контр-адмирал Р. Мойа.

10 апреля состоялась первая встреча американского госсекретаря с президентом и министром иностранных дел Аргентины. Перед президентским дворцом, где происходили переговоры, прошла массовая демонстрация в поддержку правительственного курса. На площадь имени 25 мая и прилегающие улицы вышло более 150 тыс. человек. Для усиления эффекта Л. Гальтиери предложил Хейгу совершить воздушную прогулку на вертолете. В течение нескольких минут госсекретарь США наблюдал за огромным людским морем, затопившим центр аргентинской столицы.

Затем после окончания разговора с Хейгом Гальтиери вышел на балкон президентского дворца и обратился к народу, собравшемуся на площади. В речи главы государства было, в частности, подчеркнуто, что достоинство и честь нации не подлежат обсуждению и если англичане хотят силой вернуть острова, то они получат должный отпор.

Предложения Хейга основывались на следующих тезисах. Во-первых, США предлагали остановить развертывание британского флота на уже достигнутых им рубежах. Во-вторых, предусматривалась эвакуация с островов аргентинских войск и военного губернатора. В-третьих, на Фолклендах планировалось установить временную администрацию, сформированную Аргентиной, Великобританией и США, при возможном участии представителей Канады, Перу или Уругвая. Только выполнение этих требований, по мнению Вашингтона, служило условием для дальнейшего переговорного процесса.

Аргентина на переговорах выдвинула ряд своих требований и предложений. По мнению членов военной Хунты, вопрос о суверенитете над островами обсуждению не подлежал. Относительно выполнения решения 502 Совета Безопасности ООН Хунта считала для себя возможным рассматривать формулировку «немедленный вывод всех аргентинских сил с островов» как поэтапное сокращение своего военного присутствия. Кроме того, Аргентина согласилась гарантировать соблюдение интересов жителей архипелага.

На переговорах, которые продолжались с 10 часов утра до 1 часа 15 минут ночи, не удалось достигнуть согласия по основным вопросам. В личной беседе с Хейгом Гальтиери выразил беспокойство приближением английского флота и нежеланием правительства Тэтчер смягчить свою позицию. Аргентинский президент также указал на свое намерение разрешить конфликт мирным путем, но в то же время он заявил, что его страна готова защищаться от возможной агрессии.

Госсекретарь США еще раз подчеркнул желание Вашингтона не допустить военного противостояния между двумя странами. Хейг призвал аргентинскую сторону не начинать процедуру обращения за военной помощью к союзникам по Межамериканскому договору о взаимопомощи, так как это могло бы поставить Соединенные Штаты в затруднительное положение.

Днем 11 апреля, после отбытия делегации Хейга в Лондон, состоялось заседание Хунты. Оценивая результаты переговоров, Буэнос-Айрес наконец-то осознал свои дипломатические просчеты. Решение вопроса теперь зависело от усиления позиций Аргентины, в том числе и на островах. Военное руководство страны вынуждено было быстрыми темпами начать разработку новой оборонительной стратегии, о которой ранее никто и не помышлял. В частности, в плане международной политики было признано целесообразным подготовить все необходимые документы для обращения за помощью к союзникам по ТИАР. Объединенному главному штабу была поставлена задача, действуя через военных атташе, провести разъяснение позиции Аргентины и способствовать смягчению позиции правительств тех стран, в которых они аккредитованы. Кроме того, был поднят вопрос об установлении контактов с Гаваной и направлении на Кубу дипломатической миссии.

Между тем количество посредников, предлагающих свою помощь в мирном разрешении конфликта, продолжало увеличиваться. Папа Римский Иоанн Павел II обратился в своей воскресной проповеди с призывом сохранить мир в регионе. Вечером того же дня президент Перу Б. Терри предложил Великобритании и Аргентине заключить перемирие на 72 часа, пока проходит переговорный процесс при посредничестве правительства США. Однако уже 13 апреля правительства Великобритании и Аргентины ответили решительным отказом.

12 апреля аргентинский МИД довел до послов ФРГ, Франции, Голландии, Дании, Ирландии, Греции, Бельгии и Италии глубокое сожаление своего правительства по поводу введения экономических санкций против Аргентины. Что же касается Аргентины, то она не собиралась вводить полный запрет импорта из стран ЕЭС, и товары, жизненно необходимые для нормального функционирования аргентинской промышленности, продолжали поступать на внутренний рынок.

В Лондоне тем временем А. Хейг провел переговоры с Маргарет Тэтчер и министром иностранных дел Пимом. Достигнуть прогресса на переговорах так и не удалось. В британской позиции не произошло никаких существенных изменений. 12 апреля перед своим вылетом в Вашингтон госсекретарь США довел до сведения правительства Аргентины, что Великобритания может применить вооруженную силу для разрешения конфликта, и в то же время снова попросил Буэнос-Айрес не обращаться в ОАГ.

Перед повторным визитом Хейга в аргентинскую столицу между Л. Гальтиери и Р. Рейганом состоялся телефонный разговор. Во время беседы американский президент высказался за необходимость мирного решения кризиса, а в связи с отправкой 317-го оперативного соединения с острова Вознесения он сообщил: «Я разделяю Ваши опасения, связанные с появлением нового условия, которое может затруднить контроль ситуации, после чего было бы трудно отступать…». В заключение президент США еще раз подчеркнул, что в случае дальнейшей эскалации конфликта официальный Вашингтон сохранит нейтралитет.

16 апреля правительство Великобритании через посольство Швейцарии в Буэнос-Айресе поставило в известность аргентинскую сторону о своем решении атаковать любой объект, который будет препятствовать исполнению миссии британского флота в Южной Атлантике. Предупреждение распространялось также и на коммерческие летательные аппараты и суда. Аргентина ответила на этот шаг протестом, поданным в Совет Безопасности ООН. И 10 часов 15 минут 16 апреля начался новый раунд переговоров госсекретаря США Хейга с президентом Аргентины. Обменявшись взаимными заверениями в необходимости найти мирный выход из создавшейся ситуации, стороны приступили к обсуждению главной темы переговоров.

По мнению американской стороны, существовали два требования, находящиеся в противоречии друг с другом. Первое требование — это немедленный и видимый успех Аргентины, который она извлекла из проведенной акции, а второе, что гораздо более важно, — это окончательное решение исторического спора, позволяющее реализовать стремления Аргентины восстановить свой суверенитет над островами. Первый путь был более быстрым и кардинальным, и хотя он наверняка вел к войне, но отказ от него в тот момент мог привести к национальному разочарованию. Второй путь, более длительный и не такой эффективный, не гарантировал немедленного успеха, но позволял избежать кровопролития. Кроме этого, госсекретарь США высказал свое опасение, что в случае возникновения открытой конфронтации общественное мнение его страны может подтолкнуть администрацию Рейгана встать на сторону Великобритании.

Переданные аргентинской стороне требования британского правительства в общих чертах сводились к следующему. Предлагалось, как главное условие дальнейшего диалога, немедленно вывести аргентинские войска с островов и восстановить административные органы управления, существовавшие до 2 апреля. Решение о суверенитете Фолклендских островов ставилось в прямую зависимость от волеизъявления местного населения, а для территорий без постоянных жителей предполагалось разработать дополнительную процедуру определения их статуса.

Выполнение данных условий, по мнению Буэнос-Айреса, вело к значительному усилению позиций Великобритании на последующих раундах переговоров, так как, не устранив важнейшие противоречия, лишало Аргентину ее главного козыря, военного присутствия на островах. Кроме того, официальный Лондон оказался бы в более выгодном положении, являясь, согласно резолюции 502 Совета Безопасности ООН, пострадавшей от агрессии страной.

В свою очередь военная Хунта, продолжая отстаивать аргентинский суверенитет над островами, согласилась на эвакуацию своих войск, но только при условии возвращения в метрополию кораблей 317-го оперативного соединения ВМС Великобритании и установления в спорном регионе демилитаризованной зоны. Идя на дальнейшие уступки, аргентинское правительство предлагало установить на Фолклендах и зависимых территориях институт совместной администрации при равноправном участии Великобритании, США и Аргентины. Переговоры по окончательному решению вопроса планировалось перенести на начало 1983 г.

Отметим, что 16 апреля, в то время как государственный секретарь США А. Хейг находился в Буэнос-Айресе, поступило сообщение о том, что британский флот покинул свою стоянку у острова Вознесения и взял курс на Южную Атлантику. В этот же день правительство Бразилии отвергло просьбу Великобритании об использовании бразильских аэропортов для дозаправки самолетов английских ВВС.

В ходе продолжившихся на следующий день консультаций аргентинское руководство окончательно утвердилось в мнении о том, что переговорный процесс полностью провалился. Надежды на то, что Соединенные Штаты не допустят начала боевых действий, не оправдались. Стало ясно, что несмотря на значительное улучшение своих двухсторонних связей с Аргентиной, Вашингтон не рискнет поставить под угрозу собственные отношения с Великобританией, особенно учитывая, что Великобритания является главным союзником США в Европе. Приоритетным для политики Рейгана было сохранение у власти кабинета Тэтчер и укрепление Североатлантического Альянса. 19 апреля в 16 часов, так и не добившись значительного сдвига в сторону сближения позиций конфликтующих сторон, делегация Хейга закончила свою миссию и покинула Буэнос-Айрес.

После провала посреднической миссии госсекретаря США 19 апреля Аргентина сделала формальное заявление о британской агрессии, в котором, в частности, было сказано о приближении кораблей Вудворда, и потребовала срочного созыва Совета ОАГ для рассмотрения статей 6-й и 13-й Межамериканского договора о взаимной помощи от 1947 г. На основании этих статей Аргентина могла рассчитывать со стороны своих союзников на применение в отношении Великобритании различных совместных действий, вплоть до мер военного характера. В то же время Лондону в очередной раз было предложено решить территориальный спор мирным путем.

Первая реакция британского «Форин Офиса» на аргентинские предложения стала известна рано утром 20 апреля. Великобритания отклонила предложение о демилитаризации островов и категорически отвергла обсуждение вопроса об аргентинском суверенитете островов без принятия во внимание позиции их жителей.

В четверг 22 апреля Европейский Парламент в Страсбурге принял 202 голосами «за» и 22 голосами «против», 10 «воздержались» решение, которое осуждало ввод аргентинских войск на острова. Поправка, внесенная социалистической фракцией, по которой предлагался «одновременный вывод аргентинских войск и прекращение британских операций», была отклонена.

22 и 23 апреля в Вашингтоне между госсекретарем США и министром иностранных дел Соединенного Королевства состоялись двухсторонние консультации. Хейг не добился смягчения позиций Лондона. Аргентинский план урегулирования конфликта был отвергнут по всем позициям. Дипломаты согласились провести следующий раунд переговоров 25 апреля, причем Буэнос-Айресу предлагалось либо безоговорочно принять британские предложения, либо изменить собственную позицию.

25 апреля, после того как британские силы атаковали аргентинский гарнизон Южной Георгии, Буэнос-Айрес признал провал переговорного процесса с Великобританией. Все еще надеясь, что в последнюю минуту США все же вмешаются и не допустят кровопролития, министр иностранных дел Аргентины Н. Коста Мендес вылетел в Вашингтон. Испытывая разочарование от неудачной посреднической миссии госсекретаря Хейга, аргентинская делегация отказалась от встречи с ним, ограничившись протестом по поводу событий в Грютвикене, поданным в Совет Безопасности ООН.

В этот же день началось 20-е консультативное совещание министров иностранных дел стран, входящих в Организацию Американских Государств. Крайне эмоциональное выступление Н. Коста Мендеса произвело большой эффект на присутствующих. Его слова о том, что «аргентинский флаг, флаг латиноамериканского государства, не будет спущен, пока течет кровь по венам последнего аргентинского солдата, который защищает Мальвинские острова», были встречены бурной овацией. Напротив, речь госсекретаря США Хейга, содержащая призыв к ОАГ не вмешиваться в конфликт, вызвала совсем другую реакцию.

26 апреля Совет ОАГ принял резолюцию, в которой содержалось требование к Великобритании немедленно прекратить проведение военных операций и остановить дальнейшую эскалацию конфликта в регионе. Буэнос-Айресу рекомендовали смягчить свою позицию, чтобы не допустить начала крупномасштабных боевых действий. Правительствам противоборствующих государств предлагалось заключить перемирие и возобновить переговорный процесс, признав аргентинский суверенитет над островами и приняв во внимание интересы жителей архипелага. Резкой критики подверглись также страны ЕЭС за введение против Аргентины экономических санкций. За указанную формулировку проголосовало большинство участников совещания. Лишь США, Колумбия, Тринидад и Тобаго остались воздержавшимися.

Бразильский министр иностранных дел сообщил, что его страна не намерена удовлетворять просьбу Лондона и использовать свое влияние на Буэнос-Айрес для принуждения его к эвакуации войск с островов. Руководство Чили объявило о своем нейтралитете в предстоящем конфликте и попросило не связывать увеличение группировки своих войск на юге страны с попыткой каким-то образом повлиять на развитие ситуации. Правительство Коста-Рики заявило о солидарности с аргентинским народом и высказалось о том, что наступил момент, когда Великобритания должна уйти с островов.

Аргентину поддержали не только правительственные организации. Профсоюз портовых рабочих Перу отказался обслуживать британские корабли в своих портах, а профсоюз воздушных диспетчеров постановил бойкотировать использование воздушного пространства английскими самолетами.

26 апреля генеральный секретарь ООН П. де Куэльяр призвал стороны прекратить враждебные действия, а на следующий день в качестве компромиссного решения предложил разместить на островах гражданских и военных наблюдателей ООН. 27 апреля Хейг передал правительству Аргентины окончательный вариант соглашения, включавшего в себя предложения по мирному урегулированию конфликта. Американский план представлял собой синтез ранее выдвигавшихся обеими сторонами тезисов. Помимо согласия с аргентинским предложением об одновременном отводе вооруженных сил с островов выдвигалось требование восстановить британскую администрацию и провести референдум среди местного населения, который бы определил дальнейшую судьбу спорных территорий. Последние предложения были явно в пользу Великобритании. Вопрос о гарантиях аргентинского суверенитета над архипелагом в данный момент предлагалось не поднимать. Его обсуждение планировалось начать лишь после 31 декабря 1983 г. Свой ответ на предложения Соединенных Штатов Буэнос-Айрес должен был дать не позднее полуночи того же дня.

В 20 часов 30 минут высшее военно-политическое руководство Аргентины приступило к обсуждению американского проекта. В результате всестороннего анализа было принято решение не давать в указанный срок окончательный ответ Вашингтону. Не желая, да и не имея возможности отказаться от своего основного требования немедленно признать суверенные аргентинские права на острова, военная Хунта не оставляла надежды на благоприятное для себя развитие ситуации. Правительство дало указание министру иностранных дел предпринять дополнительные усилия для смягчения обстановки, используя все возможные шаги, которые тот сочтет подходящими.

Тем временем Великобритания своим официальным обращением S/15005 от 28 апреля уведомила Совет Безопасности ООН об ужесточении режима, установленного в исключительной зоне блокады Фолклендов. Теперь любое судно или летательный аппарат, находящееся в пределах двухсотмильной зоны без разрешения министерства обороны Соединенного Королевства, считалось, по мнению Лондона, способствующим незаконному захвату островов и признавалось враждебным.

28 апреля состоялась встреча госсекретаря США и министра иностранных дел Аргентины. По мнению Хейга, Великобритания была готова атаковать аргентинские позиции на островах. Оценивая последствия подобного раз вития ситуации, глава внешнеполитического ведомства Соединенных Штатов не исключил возможность оказания совместного давления на правительство Аргентины со стороны Великобритании, США, НАТО и других западных стран, в результате которого в Буэнос-Айресе произошла бы смена власти. Он заявил, что продолжение переговорного процесса возможно только в случае отказа военной Хунты от требования немедленного признания аргентинского суверенитета над островами, причем правительство США может дать только устные гарантии обсуждения этого вопроса в ходе последующих переговоров. Гарантировать положительное для аргентинцев решение вопроса об изменении статуса спорных территорий, президент Рейган дать не может. Если же события в Южной Атлантике перерастут в боевые действия, Вашингтон вынужден будет возложить ответственность за их начало на Аргентину.

29 апреля представители конфликтующих сторон обратились в Совет Безопасности ООН с докладными записками S/15010 и S/15014. Первая содержала возражения Великобритании против принятого решения 20-го консультативного собрания министров иностранных дел стран ОАГ. Во второй Аргентина протестовала против ужесточения ре жима, установленного Великобританией в исключительной зоне блокады островов.

Утром этого же дня аргентинский посол в США Э. Такакс вручил помощнику госсекретаря по межамериканским отношениям Т. Андерсену официальный ответ Аргентинской Республики на последние предложения США. В тексте документа содержалось согласие военной Хунты принять все требования Великобритании, за исключением вопросов, связанных с суверенитетом.

Американский Госдепартамент расценил содержание документа как формальный отказ Аргентины от переговоров. Сенат США, 79 голосами «за» и одним голосом «против», принял резолюцию, требующую немедленно вывести аргентинские войска с островов. Профильный Комитет Конгресса США рекомендовал администрации Рейгана, в случае возникновения войны, оказать поддержку Великобритании.

В официальной позиции Соединенных Штатов относительно сложившейся ситуации, распространенной 30 апреля, отмечалось разочарование неготовностью Буэнос-Айреса в полном объеме принять предложенные ему условия и обеспокоенность эскалацией напряженности в регионе.

Ответственность за разжигание конфликта возлагалась на аргентинское руководство. Правительство США не исключало вероятности применения в отношении Аргентины ряда мер политического и экономического характера. Гражданам США рекомендовалось воздержаться от посещения этой латиноамериканской страны. Прекращался в полном объеме экспорт в Аргентину материалов военного назначения, отзывались гарантии ранее полученных кредитов и приостанавливалось предоставление новых. Напротив, просьбы британского руководства о предоставлении военно-технической поддержки были удовлетворены почти по всем позициям. Относительно результатов возможного военного противостояния Вашингтон полагал, что военный успех одной из сторон не гарантирует окончательного решения проблемы.

Военно-политическое руководство Аргентины не скрывало своего неудовлетворения позицией, которую заняла администрации Рейгана. Министр иностранных дел Н. Коста Мендес 30 апреля, перед своим возвращением на родину, на пресс-конференции в Нью-Йорке высказал сожаление об отсутствии взаимопонимания между двумя странами и поддержки Соединенными Штатами решения 1-го консультативного собрания ОАГ.

Оценивая период дипломатических усилий по предотвращению военного развития кризиса вокруг спорных островов, необходимо принять во внимание следующие положения. На первом этапе, который включил в себя период от 1 апреля до начала посреднической миссии госсекретаря США, Великобритания сумела перейти в наступление на дипломатическом фронте и добиться крупного успеха в Совете Безопасности ООН. Используя свое влияние, союзников и агрессивно действуя в международном правовом поле, правительство Соединенного Королевства создало предпосылки для выигрыша времени, значительно укрепив при этом свое положение внутри страны.

Соединенные Штаты Америки в этот период стали играть роль главного посредника и арбитра конфликта, направив вектор усилий на сохранение у власти консервативного правительства Великобритании и стремясь, по возможности, не нарушить баланс сил в Южной Америке. Официальный Вашингтон, оставаясь на словах нейтральным, пытался найти приемлемый для сторон компромисс. Буэнос-Айрес проводил политику разъяснения своей позиции для смягчения международной реакции, связывая благоприятный для себя исход конфронтации с американским вмешательством в развитие конфликта.

Второй этап начался 7 апреля, во время первого визита делегации США в Лондон, и закончился 19 апреля, когда госсекретарь Хейг вернулся из Аргентины в Вашингтон. Кабинет М. Тэтчер сумел развить свой успех на дипломатическом фронте и добился предоставления для своих нужд американской военно-воздушной базы на острове Вознесения, без которой было бы невозможным обеспечить развертывание вооруженных сил в Южной Атлантике.

Движение своего флота Лондон связывал с переговорным процессом, для продолжения которого требовал немедленного удаления аргентинских войск со спорных территорий. Американская администрация приложила максимум усилий для сохранения своего положения партнера обеих государств. Осуществив два челночных визита в столицы конфликтующих стран, делегация Хейга сосредоточилась, во-первых, на блокировании желания аргентинского руководства обратиться за помощью к союзникам по Межамериканскому Договору о взаимопомощи от 1947 г., а во-вторых, предприняла попытку убедить военную Хунту изменить позицию по вопросу суверенитета.

Для Аргентины это был период разочарования в своих надеждах на вмешательство США, которое могло предотвратить военное противостояние. С этого момента руководство страны стало укреплять собственные позиции. На дипломатическом направлении было подготовлено обращение в ОАГ, а в военной сфере Аргентина наконец-то приступила к наращиванию группировки на островах и разработке в срочном порядке новых оборонительных планов. Положение в стране и отношение общества к проблеме островов сузили границы для дипломатического маневра Буэнос-Айреса настолько, что любой отказ от защиты аргентинских прав на суверенитет означал бы крах правительства. Проявляя готовность смягчить свои взгляды относительно большинства американских предложений, Аргентина продолжала настаивать на изменении статуса спорных территорий.

Третий этап, с 19 по 30 апреля, это период фиаско американского плана мирного урегулирования. Великобритания, заканчивая развертывание своей ударной группировки в Южной Атлантике, проявляла все меньший интерес к дипломатическому диалогу. Высказывания представителей британского министерства иностранных дел стали носить все более пространный характер, каких-либо конкретных предложений по выходу из сложившейся ситуации Лондон в этот период не выдвигал.

Соединенным Штатам пришлось приложить максимум усилий для формирования приемлемых для себя тезисов 20-го консультативного собрания министров иностранных дел стран ОАГ. И это им удалось, так как далее громких политических заявлений и призывов дело не продвинулось. Главная задача Вашингтона была решена. Предложения о совместной военной реакции государств континента на действия Великобритании поддержаны не были.

Отказ Буэнос-Айреса от предложения не касаться вопроса о суверенитете островов в Белом доме расценили как непринятие окончательного варианта своего плана в целом. После этого США изменили свою позицию по отношению к Аргентине и встали на сторону своего главного союзника.

Аргентина в этот период продемонстрировала всю гибкость, на которую была способна, пытаясь избежать военного столкновения с Великобританией. Военная Хунта приняла все условия, которые ей предъявляли, кроме вопроса о суверенитете. В условиях сильнейшего внешнеполитического и экономического давления, под угрозой применения военной силы правительство Республики Аргентина проявило твердость и смелость, отстаивая национальные интересы своей страны.


Глава 9. НАЧАЛО БОЕВ

30 апреля 317-е оперативное соединение Королевских ВМС Великобритании сосредоточилось в 200 милях к северо-востоку от Порт-Стенли в так называемой зоне TRALA. На кораблях заканчивали последние приготовления к предстоящим военным действиям — пополняли запасы, уточняли боевые задания, проводили совещания и инструктажи. Британское командование планировало на следующий день нанести бомбово-штурмовые удары силами корабельной авиации и самолетами стратегической авиации Королевских ВВС по объектам противника на Фолклендских островах с целью, прежде всего, вывести из строя военно-воздушные базы «Мальвинские острова» и «Кондор», парировать противодействие аргентинской авиации и завоевать господство в воздухе.

Имитацией проведения десантной операции неподалеку от Порт-Стенли англичане пытались убедить аргентинское руководство в том, что началось крупномасштабное вторжение на острова, рассчитывая спровоцировать флот противника на активные ответные действия, втянуть его в сражение и, используя превосходство в подводных лодках, нанести ему сокрушительное поражение. Для решения вспомогательных задач планировалось нанесение кораблями артиллерийских ударов по береговым целям и высадка нескольких разведывательных групп для сбора информации о расположении войск аргентинского гарнизона и проведения диверсионных операций. Англичане рассчитывали на быстрый успех, основываясь на опыте, который они получили, осуществив операцию по захвату Южной Георгии. В ходе боевых действий в районе Грютвикена и Лейта была отмечена пассивность авиации и флота противника, низкая боевая готовность его наземных подразделений. Кроме того, крайне неблагоприятный метеопрогноз на 1 мая, обещавший плотную облачность и сильный дождь в районах базирования аргентинских ВВС, позволял надеяться на некоторое снижение активности авиации противника.

Операция британской стратегической авиации по уничтожению аэродрома в Порт-Стенли получила кодовое наименование «Блэк Бак-1». В 19 часов 30 минут 30 апрели г острова Вознесения вылетела пара бомбардировщиков «Вулкан» (ХМ598 и ХМ607). В бомбовых отсеках каждого находилось по 21 бомбе весом 454 кг. Через 20 минут взлетели 10 самолетов-заправщиков «Виктор», обеспечивавших провидение пяти дозаправок горючим в воздухе. Вскоре после начала полета «Вулкан» ХМ598 по техническим причиним был вынужден вернуться на базу.

За 243 мили до Порт-Стенли, продолжавший полет в одиночку «Вулкан» ХМ607, снизился до 700 м. над уровнем мори, а за 193 мили до цели, опустился до 100 м. Аргентинцы обнаружили приближение неопознанной воздушной цели и за 60 миль до островов и через некоторое время попытались взять ее на сопровождение своими РЛС. Подлетая к Порт-Стенли, «Вулкан» начал набирать необходимую для успешного бомбометания высоту, одновременно задействовав систему радиоэлектронных помех ALC101. Поднявшись до 3,5 км, англичане легли на боевой курс 235º и в 4 часа 40 минут 1 мая открыли бомболюки. Несмотря на то, что эффективное прицеливание обеспечивалось инфракрасной подсветкой целей с земли, «Вулкан» не смог добиться прямого попадания. Одна из бомб упала в 40 м от южной оконечности полосы, образовав 15-метровую воронку, другая угодила в расположение 601-го батальона ПВО. В результате взрыва бомб погибли двое аргентинских часовых. Отбомбившись, ХМ607 резко набрал высоту и на максимально возможной скорост покинул воздушное пространство островов.

Аргентинцам понадобилось три минуты, чтобы объявить полную боевую готовность частей и подразделений на островах и на континенте. Опасаясь повторной атаки на аэропорт, командование оперативной группы ВВС «Юг» направило для воздушного прикрытия Порт-Стенли два истребители «Мираж III», позывной группы «Хищник». Самолеты покинули авиабазу Рио-Гальегос в 6 часов 40 минут утра. Прибыв в заданный район в 7 часов 30 минут, аргентинские пилоты не обнаружили противника и после нескольких минут патрулирования были вынуждены лечь на обратный курс; на базу они вернулись в 8 часов 38 минут.

Утром 1 мая 317-е оперативное соединение ВМС Великобритании начало занимать исходные позиции для нанесения удара по островам. В 100 милях к северо-востоку от Порт-Стенли маневрировал авианосец «Инвинзибл» с кораблями охранения, восемь его истребителей «Си Харриер» с 6 часов осуществляли противовоздушную оборону британских сил. Восточнее Порт-Стенли, на расстоянии 95 миль от него, находилась тактическая группа авианосца «Гермес». Двенадцать «Си Харриеров» должны были участвовать в бомбардировке аргентинских аэродромов. Остальные корабли оставались в районе TRALA, за пределами 200-мильной зоны боевых действий. В 7 часов 45 минут полетную палубу «Гермеса» стали покидать ударные самолеты 800-й эскадрильи. В это же время два «Си Харриера» с «Инвинзибла» находились на подходе к Порт-Стенли для перехвата возможных воздушных атак противника. Командование ВВС Аргентины в 7 часов 45 минут направило два истребителя «Даггер» с авиабазы Рио-Гранде для противовоздушной обороны административного центра островов. Из-за ограниченного времени пребывания в районе и недостаточной отработки взаимодействия с наземными службами аргентинские пилоты не смогли обнаружить противника.

В 8 часов 30 минут британские ударные самолеты появились над островами. Военно-воздушную базу «Мальвинские острова» атаковали две волны «Си Харриеров». Первая волна, в составе четырех самолетов, играла роль группы подавления ПВО (позывной «Рэд»). Она нанесла удар по позициям аргентинских зенитных средств, сбросив шрапнельные бомбы на расположенные на окрестных холмах батареи 601-го батальона ПВО. Вторая ударная группа (позывной «Блэк»), используя временное замешательство аргентинцев, атаковала взлетную полосу и аэродромные сооружения. На цель самолеты выходили попарно с севера и северо-востока на малой высоте. Для поражения техники и наземных построек английские пилоты применяли кассетные и зажигательные боеприпасы, а для выведения из строя покрытия полосы — бомбы замедленного действия. В результате налета удалось повредить четыре гражданских самолета, уничтожить склад горючего и разрушить несколько зданий аэропорта.

Пришедшие в себя силы ПВО ответили плотным заградительным огнем, результаты которого, правда, были незначительны. Замыкающий английский самолет получил попадание 20-миллиметрового снаряда в хвостовую часть, однако повреждение было столь незначительным, что вернувшийся на авианосец самолет ввели в строй за два часа. Несмотря на это, аргентинская пропаганда значительно преувеличила успехи военных. В официальных заявлениях и средствах массовой информации шла речь о двух сбитых и двух поврежденных самолетах противника.

В 8 часов 31 минута третья ударная группа из трех «Си Хнрриеров» (позывной «Тартан») внезапно появилась над военно-воздушной базой «Кондор», находящейся в районе поселка Гус-Грин, и атаковала аэродром кассетными бомбами BL-755. Аргентинцы пытались поднять в воздух четыре штурмовика «Пукара», в результате налета «Пукара А-517» был уничтожен на взлете, а еще две машины серьезно повреждены. Пилот штурмовика и семь человек наземного персонала погибли. Через 20 минут британские самолеты ьез потерь вернулись на авианосец.

Одновременно с бомбовыми ударами по авиабазам и различных местах произошла высадка разведывательных групп, причем большее внимание англичане уделили району Фолклендского пролива, окрестностям поселков Порт-Дарвин, Гус-Грин и Портговард, бухтам Блаффков, Порт-Стенли, Кау, Порт-Сальвадор, Фокс-Бэй, полуострову Л афония и острову Пебл. Задачей этих рейдов был поиск подходящих мест для высадки десанта, сбор информации об оборонительной системе противника, проведение диверсионных акций, корректирование воздушных и артиллерийских ударов по аргентинским позициям.

Подвергнувшись массированным воздушным атакам, командование оперативной группы «Мальвинские острова» обратилось к командованию ТОЮА с просьбой оказать немедленную поддержку. В 8 часов 40 минут командующий ТОЮА вице-адмирал X. Ломбардо потребовал от оперативной группы военно-воздушных сил «Юг» незамедлительно организовать истребительное прикрытие островов. С авиабазы Рио-Гранде в небо последовательно были подняты две пары «Даггеров». В 9 часов 19 минут командование оперативной группы ВВС «Юг» сообщило, что ее самолеты находятся на подходе к островам. Прибыв в заданную точку и связавшись с центром управления полетами ВВБ «Мальвинские острова», аргентинские летчики приступили к патрулированию. Однако противника и на этот раз обнаружить не удалось, топливо было на исходе и истребителям пришлось возвратиться домой.

Аргентинцы на островах тоже не сидели сложа руки. Около 13 часов звено «Ментор Т34С» попыталось атаковать вертолет «Си Кинг», но было перехвачено двумя «Си Харриерами» с «Инвинзибла», и, не рискнув вступить в бой, аргентинские пилоты ушли в облака. Не оставался в стороне и аргентинский флот. Утром подводная лодка «Сан-Луис» обнаружила корабли английского радиолокационного дозора, находящиеся в северном секторе ПВО 317-го оперативного соединения. Анализируя работу гидроакустической станции, командир подводной лодки капитан 2 ранга Ф. Аскуета классифицировал цель как эсминец проекта 42 и фрегат проекта 21. Это действительно были эсминец УРО «Ковентри» и фрегат УРО «Эрроу». Подводная лодка «Сан-Луис» заняла позицию для атаки на дистанции 6,21 мили от противника и выпустила одну торпеду по более крупному из английских кораблей, эсминцу УРО «Ковентри». Управляемая по проводу торпеда SS-T-4 «Телефункен» нормально вышла из торпедного аппарата, но через три минуты после залпа оператор управления стрельбой доложил, что связь с торпедой прервалась и управление потеряно. Торпеда все же попала в цель, но не в ту, которой предназначалась. Двигаясь после потери управления по прямой, на конечном отрезке дистанции торпеда руководствовалась для захвата цели собственной бортовой аппаратурой самонаведения. Фрегат УРО «Эрроу», выполнявший в дозоре функции корабля ПЛО, буксировал за собой противоторпедное акустическое устройство Мк-182, которое своим шумом и привлекло торпеду. В результате попадания Мк-182 было полностью разрушено, а аргентинцы выдали себя.

Англичане объявили на кораблях боевую тревогу, подняли в воздух вертолеты ПЛО с «Гермеса» и начали активный поиск подводной лодки противника, которую в скором времени и обнаружили. Два фрегата, «Бриллиант» и «Ярмут», и три вертолета «Си Кинг» англичан преследовали «Сан-Луис» 20 часов. Фрегаты к лодке не подходили, но поддерживали с ней гидроакустический контакт, атаковали аргентинцев только противолодочные вертолеты, применяя глубинные бомбы и торпеды Мк-46. Все атаки оказались безрезультатными. Аргентинским подводникам благодаря успешному применению средств гидроакустического противодействия удалось оторваться от противника.

Несмотря на принятые меры, аргентинскому командованию не удалось перехватить инициативу. Ему оставалось только реагировать на британский сценарий событий этого дня. В 13 часов от тактической группы авианосца «Инвинзибл» отделился отряд кораблей. Ему была поставлена задача — нанести артиллерийский удар по аргентинским оборонительным позициям в районе Порт-Стенли. В 16 часов эсминец УРО «Глэморган», фрегаты УРО «Эрроу» и «Алакрити» прибыли в район огневого маневрирования в 10 — 20 милях от Порт-Стенли и открыли огонь. Уже первые снаряды корабельных орудий попали в расположение 25-го пехотного полка. Находившиеся в укрытиях аргентинские солдаты потерь не понесли, поскольку точность стрельбы оставляла желать лучшего.

Для корректировки артиллерийского огня с «Алакрити» поднялся в воздух вертолет «Линкс». Приблизившись к береговой черте, пилоты вертолета обнаружили аргентинский патрульный катер морской префектуры «Ислас де Мальвинас», следовавший к северу от Порт-Стенли в районе острова Кидни. Вертолет немедленно атаковал неприятельский катер и пулеметным огнем серьезно повредил его. Оставив объятый пламенем «Ислас де Мальвинас», «Линке» приступил к выполнению своей основной задачи.

Огневой налет и усилившиеся маневры английских кораблей в непосредственной близости от островов сделали свое дело. Аргентинское командование начало склоняться к мысли, что противник приступил к проведению десантной операции. С получением информации о действиях противника командующий ТОЮА вице-адмирал X. Ломбардо решил нанести удар по 317-му оперативному соединению англичан с целью срыва высадки десанта. В состав ударной группировки аргентинцев вошло оперативное соединение ВМС FT-79 под командованием контр-адмирала Г. Алльяре и авиационные части ВМС, базирующиеся на континентальных аэродромах.

По замыслу операции, с севера британские корабли должны были атаковать тактические группы TG-79.1 и TG-79.2, состоящие из авианосца «Бентисинко де Майо», эсминцев УРО «Сантисима Тринидад» и «Геркулес», кораблей охранения и трех фрегатов УРО, во взаимодействии со звеном ракетоносцев «Супер Этандар» и подводной лодкой «Сан-Луис».

Действующая на южном направлении тактическая группа TG-79.3 в составе крейсера «Генерал Бельграно», эсминцев УРО «Хиполито Боучар» и «Пьедро Буена» должна была отвлечь внимание адмирала Вудворда от угрозы с севера, а в случае успешного развития операции — нанести удар по коммуникациям противника. Командующий ТОЮА приказал начать операцию рано утром 2 мая, когда все тактические группы флота закончат развертывание.

Аргентинский план не выглядел таким уж невыполнимым. Паритет в противокорабельных ракетах и подавляющее превосходство в ударной авиации обещали хорошие шансы на успех. Однако только при условии, что британская группировка, связанная проведением десантной операции, окажется в зоне досягаемости авиации аргентинских ВВС и ВМС. В случае отхода кораблей 317-го оперативного соединения к востоку от островов хотя бы на 150 — 200 миль, ни о каком превосходстве в воздухе речь уже не шла.

Тем временем, пытаясь ослабить давление противника на гарнизон островов, командование аргентинских ВВС решило бросить в бой значительные силы. В 16 часов 15 минут в небе над Порт-Стенли состоялся первый воздушный бой. Два истребителя «Мираж III», используя преимущество в скорости и высоте, атаковали два «Си Харриера»: с расстояния около 4-х км аргентинцы выпустили ракеты «Матра» и на сверхзвуковой скорости вышли из боя. Английские пилоты успели совершить противоракетный маневр, но были вынуждены отказаться от выполнения боевой задачи. В 16 часов 10 минут еще два истребителя (позывной «Дротик») на подходе к острову Пебл обнаружили воздушный патруль англичан. Пилоты «Миражей III» попытались, выполнив разворот и перейдя в пике, оказаться в задней полусфере «Си Харриеров», после чего произвести пуски ракет «Мэджик». Противник оказался проворнее, сказалась повышенная маневренность британских самолетов. В итоге короткого боя на встречных курсах англичане поразили оба аргентинских самолета ракетами «Сайдвиндер». Первый «Мираж» сразу потерял управление и упал, его пилоту удалось катапультироваться. Второй истребитель получил серьезные повреждения, но еще был способен лететь. Капитан Г. Куэрва, нежелая катапультироваться и потерять машину, принял решение совершить аварийную посаду на островах. Связавшись с центром управления полетами ВВБ «Мальвинские острова», пилот получил разрешение на посадку. Подлетая к аэродрому, Куэрва, чтобы облегчить себе приземление, сбросил подвесные топливные баки и отстрелил ракеты. Это действие оказалось для него роковым. Зенитчики, целый день отражавшие вражеские налеты, приняли «Мираж» за атакующий самолет противника и сбили его. В результате падения самолета аргентинский пилот погиб.

В 15 часов 30 минут с авиабазы Сан-Хулиан для удара по британским кораблям вылетело звено из трех «Даггеров М-5» (позывной «Торно»). Каждая машина несла по две 227-килограммовые бомбы. Для обеспечения этой операции две пары «Скайхоков А-4С» осуществили разведывательные полеты по маршруту движения ударной группы. Еще две пары «Даггеров М-5» подняли с авиабаз Рио-Гранде и Сан-Хулиан (позывные «Белокурый» и «Фортун» соответственно). Задачей этой группы было обеспечить безопасную атаку и отход звена ударных самолетов. Правда, через несколько минут полета один истребитель из группы «Белокурый» по техническим причинам вынужден был вернуться на свой аэродром.

В 16 часов 40 минут над островом Восточный Фолкленд произошел еще один воздушный бой. «Даггер М-5» из группы «Белокурый» перехватил два «Си Харриера», приближавшихся к острову с северо-востока. Воспользовавшись преимуществом в высоте, аргентинский летчик, перейдя в пологое пикирование, первым атаковал противника, выпустив по нему ракету «Шафрир», но промахнулся. Выходя на максимальной скорости из атаки, «Даггер М-5» был сбит пущенной ему вдогонку ракетой «Сайдвиндер», и его пилот, первый лейтенант Ж. Ардилес, погиб. Эта жертва оказалась не напрасной, поскольку британский воздушный патруль, скованный боем с истребителем прикрытия, пропустил ударное звено. Тройка «Даггеров М-5», ведомая капитаном Н. Димеглио, в 17 часов 25 минут атаковала группу кораблей противника. Под ударом оказались эсминец УРО «Глэморган», фрегат УРО «Эрроу» и фрегат УРО «Алакрити». Выход на цель аргентинские пилоты осуществили на максимальной скорости, почти прижимаясь к поверхности моря. Британские корабли, находясь в строю клином, постоянно маневрировали, изменяя курс и скорость. Несмотря на внезапность появления аргентинцев, «Глэморган» успел обстрелять зенитно-ракетным комплексом «Си Кэт» один из самолетов противника, впрочем, безрезультатно. «Эрроу» открыл огонь из носовой артиллерийской установки, а с мостика «Алакрити» дали несколько пулеметных очередей.

Прорвавшись сквозь довольно слабый заградительный огонь англичан, «Даггеры» сбросили бомбы, но ни одна из них в цель не попала. Близкие разрывы лишь слегка повредили корпуса «Глэморгана» и «Алакрити». Уже на выходе из атаки аргентинские пилоты обстреляли «Эрроу», добившись 8 попаданий 30-миллиметровых снарядов в надстройку и ранив одного матроса.

Пытаясь перехватить уходящие самолеты противника, старший офицер ПВО британского соединения навел на них пару «Си Харриеров». Устремившись вдогонку за аргентинцами, английские самолеты, в свою очередь, были перехвачены «Даггерами» из группы прикрытия «Фортун» и, не приняв боя, прекратили преследование. Все аргентинские самолеты, участвовавшие в этой операции, благополучно вернулись на базу.

Командование авиации аргентинских ВМС также запланировало нанесение удара по группе «Глэморгана». Боевое задание получила 2-я эскадрилья ВМС, причем атаковать она должна была, сразу же после окончания работы «Даггеров». В 16 часов 38 минут началась первая боевая операция «Супер Этандаров». В воздух с авиабазы в Рио Гранде поднялась пара, ведомая командиром эскадрильи капитаном 2 ранга X. Коломбо. В 17 часов 10 минут состоялось рандеву» с самолетом-заправщиком «Геркулес С-130», но во время стыковки обнаружилась техническая неисправность топливной аппаратуры одной из машин. Операцию пришлось сворачивать, пилотам было приказано возвращаться на базу.

Не остались без внимания аргентинского командования и остальные корабли противника. Для поиска и атаки надводных целей в район восточнее островов были направлены два звена легких бомбардировщиков «Канберра ВАС». Первые три бомбардировщика (групповой позывной «Рута») в 16 часов 5 минут взлетели с авиабазы Трелев. Не долетев до «Инвинзибла» всего 110 миль, эта группа была обнаружена и атакована двумя «Си Харриерами» воздушного патруля. Маневрируя, аргентинские пилоты сумели оторваться от преследования и уйти в сторону континента. Все три благополучно вернулись домой, хотя и садились на разные аэродромы, при этом одному из самолетов из-за неисправностей пришлось совершить вынужденную посадку в Пуэрто-Десеадо.

Второе звено бомбардировщиков «Канберра» (группа «Рифле») покинуло аэродром в 16 часов 20 минут. Следуя курсом на восток, группа приблизилась к району маневрирования британского авианосца, где была обнаружена и атакована двумя «Си Харриерами». Британские летчики, используя техническое преимущество своих машин, сбили один и легко повредили другой бомбардировщик аргентинцев. Когда объятая пламенем «Канберра» начала падать в море, оба ее пилота успели катапультироваться. Предпринятые позднее аргентинским командованием ночные поиски экипажа ни к чему не привели, летчиков так и не нашли. Два оставшихся бомбардировщика сумели оторваться от преследования и в 19 часов 20 минут вернуться на базу. Результаты этих рейдов убедили руководство ВВС в полной неспособности бомбардировщиков «Канберра ВАС» успешно участвовать в современных боевых действиях.

Еще один удар по 317-му оперативному соединению должна была нанести группа «Скайхоков А-4В». В 16 часов с авиабазы Рио-Гальегос в небо поднялась первая четверка, группа «Труэно». На вооружении каждой машины находилось по три авиационных бомбы. Совершив дозаправку в воздухе, самолеты достигли восточной оконечности островов, где в проливе между Порт-Стенли и островом Лайвли-Айленд обнаружили неопознанное судно. Аргентинцы сбросили на корабль бомбу и обстреляли его из пушек. Атакованным судном оказался аргентинский транспорт «Формоза», но, к счастью для моряков, бомба не взорвалась. После столь неудачного начала группа «Труэно» вернулась на базу.

Следующая пара «Скайхоков» (позывной «Фока») вылетела из Рио-Гальегос в 16 часов 29 минут. На подходе к островам пилоты получили информацию с земли об опасности перехвата. Не имея вооружения для воздушного боя, аргентинцы отказались от выполнения боевого задания и вернулись на базу. Аналогичная участь постигла еще одно звено «Скайхоков А-4С». Группа из трех самолетов с позывным «Лама» вылетела из Сан-Хулиана в 16 часов 30 минут. Прибыв в воздушное пространство островов, летчики долгое время не могли связаться с центром управления полетами, по причине перегруженности каналов связи. После того как связь все же была установлена, группу предупредили о наличии в воздухе истребителей противника и приказали немедленно покинуть опасную зону. Группа «Лама» благополучно вернулась на базу в 18 часов 30 минут. Прикрывали полеты ударных самолетов три «Скайхока А-4В». Они поднялись в воздух одновременно с группами «Лама» и «Фока» и на протяжении всей операции сопровождали их. По техническим причинам один «Скайхок» был вынужден закончить вылет досрочно и в 17 часов совершить вынужденную посадку. Оставшиеся два самолета продолжили полет, но так и не имели в этот день боевых контактов с англичанами. В 18 часов 30 минут они без происшествий вернулись на свой аэродром.

Насыщенный событиями день подходил к концу, когда тактические группы британских кораблей начали отходить на восток. С 21 часа до 21 часа 45 минут английские корабли снова приблизились к берегу и нанесли артиллерийский удар по окрестностям Порт-Стенли. Огневому налету подверглись позиции 5-го пехотного полка на горе Сэппер и район старых казарм Муди Брук. В результате нескольких попаданий снарядов погиб один аргентинский солдат, еще пять получили ранения различной степени тяжести. Этот налет был первым в череде ночных обстрелов, повторявшихся каждую ночь, вплоть до окончания войны. Одновременно несколько вертолетов «Си Кинг» с «Гермеса» попытались высадить тактический десант восточнее Порт-Стенли, но, попав под огнь батарей ПВО, были вынуждены прекратить операцию.

В первый день боев обе стороны обменялись довольно чувствительными ударами. Британская сторона не смогла добиться уничтожения военно-воздушных баз противника на островах и завоевать полное господство в воздухе. Английскому командованию стало ясно, что аргентинцы успели создать на архипелаге довольно развитую систему обороны, особенно в районе Порт-Стенли.

Расчет на достижение быстрого успеха путем внезапного натиска не оправдался, противник был полон решимости защищаться. Для англичан стала очевидной способность военно-воздушных сил Аргентины проводить крупномасштабные наступательные операции и добиваться определенного успеха. С этого дня Вудворду пришлось считаться с постоянной угрозой со стороны аргентинских подводных лодок, постоянно отвлекая на противолодочную оборону значительные силы своего соединения.

Между тем, командованию 317-го оперативного соединения удалось убедить аргентинское руководство в своем намерении немедленно начать высадку и тем самым принудить его к активным действиям. Англичане не оставляли надежду втянуть флот противника во встречное сражение, в ходе которого рассчитывали нанести ему решительное поражение. Во время первых столкновений аргентинцы понесли значительные потери. В воздухе и на земле погибли 14 военнослужащих, из них 4 пилота. Были уничтожены 5 боевых самолетов, поврежден патрульный катер и нанесен урон аэродромным сооружениям военно-воздушных баз «Мальвинские острова» и «Кондор».

Аргентинское командование столкнулось с целым рядом новых для себя проблем. Прежде всего, это ограниченное время пребывания самолетов над целью. Если британские корабли отходили к востоку от островов на 70—100 миль, это вело к необходимости увеличения дальности полета самолетов на 150 — 200 миль. В этих условиях отсутствие достаточного количества самолетов-заправщиков сводило на нет численное превосходство аргентинских ВВС. Истребители «Мираж» и «Даггер» вообще не имели устройства для пополнения запасов топлива в воздухе. Следовательно, их пилотам пришлось крайне осторожно использовать свое преимущество в скорости, так как сверхзвуковой режим полета приводил к быстрому расходу горючего, которого могло не хватить на возвращение домой.

Вторая проблема — это наличие на вооружении британских самолетов самого современного оружия воздушного боя того времени, американских ракет «Сайдвиндер», что оказалось полной неожиданностью для аргентинцев. В совокупности с повышенной маневренностью «Си Харриеров» эта ракета давала во время воздушных боев значительное преимущество пилотам противника.

И все же командование аргентинской авиации смогло определить слабые места в системе ПВО британского соединения. Используя отсутствие у противника средств дальнего радиолокационного обнаружения воздушных целей, аргентинцы в первых боевых столкновениях добились неплохих результатов. Около 58% их атак были успешными; ударные самолеты сумели прорваться к намеченным целям и применить по ним оружие. Анализируя организацию противовоздушной обороны противника, командование аргентинских ВВС пришло к выводу, что ее можно несколько ослабить, создавая в воздушном пространстве над островами значительное напряжение и используя ложные атаки. Эти действия могли бы привести к увеличению нагрузки на систему ПВО, отвлекая ее от реальных ударов, а также увеличить расход летного ресурса самолетов английского воздушного патруля.

В целом первый день боев можно охарактеризовать как взаимную пробу сил противниками, при этом основные события должны были развернуться на следующий день. С наступлением глубокой ночи британский флот отошел на исходные позиции в зону TRALA, а силы аргентинского оперативного соединения FT-79 начали занимать исходные позиции для намеченного на утро удара. Ночное затишье на островах аргентинцы использовали для исправления полученных за день повреждений и эвакуации раненых, англичане в это время продолжали проведение разведывательных операций силами небольших групп SAS и SBS. На континентальных аэродромах командование оперативной группы ВВС «Юг» лихорадочно готовило свои силы к отражению предполагаемого десанта противника.

Весь день средства массовой информации Аргентины непрерывно передавали сводки о ходе боевых действий. Одних только официальных сообщений Хунты и Объединенного Главного штаба было 15. Вся страна прильнула к радиоприемникам и экранам телевизоров. В репортажах сообщалось о нескольких тяжело поврежденных кораблях противника, причем ближе к вечеру с уверенностью говорилось, что один из них затонул. С невероятной скоростью росло количество сбитых и поврежденных вражеских самолетов: сначала один, потом два и, наконец, пять «Си Харриеров» «не вернулись» на авианосцы. Ближе к полуночи этих бесконечно длинных суток с обращением к аргентинскому народу выступил генерал Л. Гальтиери. Сообщив о начале боевых действий, президент выразил непреклонную решимость правительства принять все необходимые меры для отражения британского нападения.

Напротив, официальные заявления правительства Великобритании носили сдержанный характер, в скупых тонах описывался ход начавшейся операции. Зато в английской прессе поднялся «девятый вал» ура-патриотизма, повсюду замелькали фотографии первых героев войны, страницы газет заполнили радужные прогнозы. Девятичасовые новости ВВС показали, как уставший пилот капитан Д. Морган вылезал из кабины своего «Си Харриера», в хвостовом стабилизаторе которого зияла дыра величиной с кулак. Отметина аргентинских средств ПВО, полученная над аэродромом Порт-Стенли, принесла пилоту известность по всей стране.


Глава 10. НЕСОСТОЯВШЕЕСЯ СРАЖЕНИЕ

Всю ночь командование театра операций «Южная Атлантики» ожидало британского десанта. По аргентинским сведениям, английские силы находились не более чем й 200 милях от северных тактических групп оперативного соединения FT-79. Пилоты базировавшихся на авианосце

«Бентисинко де Майо» десяти «Скайхоков A-4Q» получили Приказ быть готовыми атаковать противника с дистанции 120 миль. В 1 час 55 минут ночи произошел первый контакт аргентинской авианосной группы TG-79.1 с противни ком. Выполнявший разведывательный полет «Си Харриер» был обнаружен эсминцем УРО «Сантисимо Тринидад». Аргентинцы обстреляли самолет комплексом ПВО «Си Дарт», но неудачно, ракета прошла мимо цели.

С рассветом в Пуэрто-Бельграно начала поступать новый разведывательная информация о действиях британского флота. По докладу командования оперативной группы «Мальвинские острова», противник ночью отвел свои основные силы и ограничился беспокоящими акциями. Утром 9 мая вице-адмирал X. Ломбардо укрепился в мысли, что противник не собирается в ближайшие часы проводить десантную операцию. К этому времени тактические корабельные группы аргентинского флота заняли исходные рубежи для нанесения удара. На континентальных аэродромах авиационные соединения оперативной группы ВВС «Юг» были готовы подняться в воздух и атаковать британцев.

Замысел предстоящей операции основывался на предположении, что противник, осуществляя десант, будет вынужден сосредоточить свои основные силы в непосредственной близости от островов. Боевые и вспомогательные корабли англичан, как и большая часть самолетов, будут заняты обеспечением войск на захваченном плацдарме и, следовательно, потеряют маневренность. В случае воздушного удара 317-е оперативное соединение англичан не сможет оставить позиции у берегов и выйти из зоны действия авиации противника, а значит, ему придется принять бой в условиях аргентинского превосходства в воздухе. Кроме того, аргентинское командование рассчитывало, что наличие в районе высадки большого количества не боевых кораблей англичан приведет к ослаблению их и без того не очень надежной системы противовоздушной обороны.

Расчет аргентинцев был абсолютно верен, силы готовы и шансы на успех довольно велики, но отсутствовал противник. Тщательно запланированный удар приходился по пустому месту, британцы отошли на восток, за пределы дальности действия аргентинской авиации. Сложившаяся обстановка противоречила первоначальному замыслу, и продолжение операции теряло всякий смысл. Ввязываться во встречное сражение с противником, имеющим количественное и качественное превосходство, не входило в планы командующего ТОЮА. Вице-адмирал X. Ломбардо приказал командующему FT-79 отвести силы флота на исходные позиции, где ожидать более благоприятных условий для атаки. В 12 часов 30 минут контр-адмирал Г. Алльяра приказал командирам своих тактических групп изменить курс и следовать в районы первоначального маневрирования, где ожидать дальнейших указаний.

На островах также не происходило каких-либо серьезных событий. В рамках подготовки к отражению возможного десанта командование гарнизона приняло решение перебазировать эскадрилью «Менторов» на грунтовую полосу острова Пебл. Подразделения морской пехоты и войск специального назначения прочесывали отдаленные участки побережья в поисках разведгрупп англичан. С этой же целью осуществлялись периодические облеты предполагаемых районов высадки противника, во время одного из которых потерпел аварию и разбился «Эйрмачи МВ-339А» лейтенанта Д. Карлоса, пилот погиб.

Англичане тем временем тоже готовились к сражению. К рассвету в 80 милях от Порт-Стенли 317-е оперативное соединение начало перестроение в боевой порядок, предусматривавший дальнюю зону ПВО — самолеты с авианосцев, корабли радиолокационного дозора (эсминцы «Шеффилд, «Глазго», «Ковентри», выдвинутые на 30 миль от центра построения соединения); ближнюю зону ПВО — эсминец УРО «Глэморган», фрегаты УРО «Алакрити», «Ярмут», «Эрроу». В центре боевого порядка следовали главные силы соединения — авианосцы «Гермес» и «Инвинзибл» в непосредственном охранении фрегатов УРО «Бриллиант» и «Броудсворд». Боевой порядок TG-79.3 предусматривал также ложные цели, в качестве которых на угрожаемое направление были выдвинуты вспомогательные суда «Олмеда» и «Рисоурс».

Британское командование знало о приближении аргентинского флота и ожидало, что ближе к полудню противник нанесет комбинированный воздушный и морской удар. Располагая данными о примерном составе, планах и возможностях вражеских ударных корабельных групп, англичане, тем не менее, не сумели определить местонахождение TG-79.1 и TG-79.2. Устойчивый контакт поддерживался только с группой «Генерала Бельграно». Угроза с юго-западного направления, связанная с приближением крейсера, была взята под контроль. Напротив, северо-западное направление оставалось для контр-адмирала Вудворда загадкой. Информация, полученная от пилота «Си Харриера», отметившего в 2 часа ночи контакт с несколькими морскими целями в 200 милях к северо-западу от района маневрирования 317-го оперативного соединения, к утру устарела. Попытка, используя этот доклад, навести на аргентинские корабли атомную подводную лодку «Сплендит» ни к чему не привела. Новые разведывательные вылеты «Си Харриеров» также закончились неудачно, положение авианосной группы противника оставалось неизвестным.

Время шло, обстановка не прояснялась, а нервозность в штабах на «Гермесе» и в Нортвуде возрастала. Тревоги английскому командованию добавило полное отсутствие информации о движении третьей центральной группы аргентинского флота. Командующий британскими силами справедливо опасался возможности, отражая воздушные атаки противника, попасть под удар нескольких десятков противокорабельных ракет «Экзосет». В штаб ВМС Великобритании от контр-адмирала Вудворда все чаще стали поступать просьбы атаковать подводными лодками маневрировавшие на юго-западе аргентинские корабли TG-79.3.

После того как еще 28 апреля АПЛ «Конкэрор» получила приказ начать поиск кораблей противника, она была наведена на южную группу аргентинцев в соответствии с данными американской космической разведки. Но непосредственно обнаружить крейсер англичанам удалось в ночь на 30 апреля. Патрулируя воды острова Эстадос, подводники обнаружили шумы двигателя корабельного вертолета «Линкс». В это время аргентинцы заканчивали пополнение запасов топлива с танкера «Пунта-Меданос». Пока флагман группы заправлялся, корабли охранения в ордере ПЛО вели попутный поиск подводных лодок противника, используя подкильные ГАС.

Утром 1 мая «Конкэрор» всплыла на перископную глубину, и английский командир визуально определил противника: «Генерал Бельграно» в охранении эсминцев. Лодка подошла к аргентинским кораблям на дистанцию 25 кабельтовых и заняла позицию слежения. В полдень 1 мая аргентинское соединение начало движение к Фолклендам.

Море штормило, температура опустилась до -10°С, порывы ветра усилились до 33 м/с. В ночь на 2 мая аргентинская тактическая группа достигла южной оконечности банки Бердвуда, корабли двигались на восток в повышенной боевой готовности. Ночью пошел дождь со снегом, и волны высотой 8 м. полностью заливали палубы кораблей. Размеры крейсера несколько снижали качку, чего не скажешь о небольших и узких эсминцах, чьи корпуса буквально зарывались в воду.

На рассвете командир крейсера капитан 1 ранга Г. Бонсо приказал командирам кораблей охранения в 5 часов 30 минут лечь на курс сближения с английским оперативным соединением и проинформировал их о возможном столкновении с неприятелем. Аргентинские корабли вошли в зону действия палубной авиации англичан. Однако до пересечения 200-мильной зоны Бонсо получил шифровку командования об изменении задачи. Группе TG-79.3 приказывалось в 12 часов 30 минут повернуть на запад и следовать на исходный рубеж, где маневрировать в ожидании дальнейших распоряжений. В точке с координатами 55°15' ю.ш. и 55°50' з.д. аргентинцы повернули в район ожидания. В тот момент они находились в 240 милях от группировки Вудворда, что составляло 10 часов ходу до британских кораблей. Восход солнца принес с собой штормовые облака, усиление ветра и падение столбика барометра. Корабли, следуя курсом 290º, вышли из зоны действия «Си Харриеров».

Начиная с этого времени, командир британской АЛЛ капитан 2 ранга К. Рефорд-Браун регулярно докладывал обстановку в штаб-квартиру подводных сил в Нортвуде, откуда информацию репетовали в Лондон и на флагманский корабль 317-го оперативного соединения англичан авианосец «Гермес». В 14 часов на «Конкэроре» приняли приказ атаковать любые аргентинские военные корабли за пределами 200-мильной зоны блокады островов. Приказ не касался непосредственно крейсера «Бельграно», но участь его была решена, ведь именно с ним лодка имела контакт.

Около 15 часов 45 минут английский командир доложил, что выходит в атаку на аргентинский корабль. «Генерал Бельграно» с эсминцами уже находился в 38 милях от исключительной морской зоны. Крейсер шел прямым курсом со скоростью 10 узлов, корабли охранения выполняли противолодочный зигзаг в нескольких милях от флагмана, с северного угрожаемого направления. Готовясь к атаке, лодка заняла позицию на расстоянии менее мили от крейсера, подойдя к нему с юга.

Выбирая оружие для удара, командир «Конкэрора» принял во внимание, что крейсер, построенный во время соперничества огня и брони, имел защитный пояс по ватерлинии толщиной 102 мм. Это обстоятельство и то, что лодке удалось занять позицию почти «револьверного выстрела», убедило англичан выбрать для атаки старые торпеды Мк8 взамен более современных «Тайгерфиш». Во-первых, для преодоления броневой защиты требовалась большая масса взрывчатого вещества, а, во-вторых, близкая дистанция позволяла отказаться от телеуправляемых по проводам торпед.

В 15 часов 57 минут «Конкэрор» произвела залп тремя торпедами, стрельба была осуществлена способом «веера». В крейсер попали две торпеды, третья прошла мимо. Между двумя взрывами, раздавшимися по левому борту «Бельграно», прошло всего 3-4 секунды. Первая торпеда взорвалась и пробила корпус крейсера в районе кормового машинного отделения, вторая взорвалась в 20 м от форштевня корабля. До сих пор нет однозначного мнения, какое из попаданий было первым. Хотя командир крейсера утверждает, что первым было попадание в кормовую часть, некоторые члены экипажа не согласны с ним.

В первое мгновение после попадания торпед корабль сильно встряхнуло, ощущение было такое, словно крейсер наскочил на песчаную мель и резко остановился. Взрыв в кормовом машинном отделении, кроме многочисленных жертв, принес страшные разрушения. Через огромную пробоину начала быстро поступать вода, были выведены из строя системы и механизмы энергообеспечения, корабль остался без электроэнергии. Это означало, что в распоряжении экипажа для борьбы за живучесть остались только переносные малоэффективные средства, к тому же погасло освещение, и морякам пришлось действовать практически в полной темноте.

Весь личный состав вахтенной смены кормового машинного отделения погиб сразу. Сила взрыва была настолько большой, что его действие распространилось в смежные помещения. Над этим машинным отделением находились две кают-компании: одна младшего офицерского состава, другая старшин корабля, а над ними помещения отдыха, называемые моряками «питейной галереей». По несчастливому стечению обстоятельств, эти помещения были заполнены сменившимися с вахты людьми. Взрыв, распространившийся в вертикальном направлении, разрушил эти помещения и пробил настил главной палубы. Потери были огромные: из 275 находившихся там моряков погибло 234. Сильно обожженные и раненые люди, уцелевшие в этом аду, вспоминали потом, что словно огненный шар поглотил их товарищей. Как ни странно, пожар не получил развития, однако помещения крейсера наполнились едким густым дымом.

Второй взрыв пришелся на незащищенную броней и противоторпедными булями носовую оконечность. В результате была оторвана почти по первую башню главного калибра 20-метровая оконечность корабля. Следует отметить, что крейсер потерял бак уже в третий раз, впервые это произошло во время второй мировой войны, а во второй раз при столкновении с однотипным кораблем «Новено де Хулио». Больших потерь среди личного состава и техники этот взрыв не нанес, были потеряны погреба 40-миллиметровых снарядов, вспомогательные помещения и кладовые, башни главного калибра развернуло и сдвинуло с фундаментов. К счастью, не детонировали погреба боезапаса, с хорошей стороны показала себя их конструктивная защита.

С поступлением воды дело обстояло хуже. Носовая переборка осталась неповрежденной и выдерживала напор воды, а вот через пробоину в машинном отделении и повреждения в кормовых переборках и палубах вода стала заполнять помещения крейсера. Попытки остановить распространение воды с помощью аварийною леса и подручных средств, равно как и откачать воду переносными насосами успеха не принесли. Для спасения корабля необходимо было подать питание на стационарные средства водоотлива, контрзатоплением и перекачкой жидких грузов остановить нарастание крена, обеспечить освещением помещения, в которых велась борьба за живучесть.

Для выяснения возможности возобновления электропитания в носовое машинное отделение был направлен офицер электромеханической боевой части капитан 3 ранга X. Шоттинхейм. Он спустился в уже оставленное личным составом из-за сильной загазованности машинное отделение и обследовал его. Ему пришлось пробираться в полной темноте, пользуясь аварийным фонарем. Результаты разведки были неутешительными. Взрывы торпед повредили распределительные щиты во всех машинных отделениях. Восстановить электрическую сеть оказалось невозможно, поскольку из двух аварийных дизельгенераторов кормовой был полностью разрушен, а носовой необходимо было соединить с распределительным щитом, находящимся под водой.

Ни о какой борьбе за живучесть речь уже не шла, было ясно, что крейсер гибнет, крен на левый борт резко увеличивался, одновременно начала оседать корма. Почувствовав нарастание крена, сотни людей бросились наверх. Все, кто находился в районе машинного отделения в момент взрыва, были без верхней одежды и сильно обожжены. Первым выдавали одеяла типа «пончо», вторым оказывалась первая медицинская помощь.

Через 20 минут после взрыва, когда крен достиг 21°, командир крейсера приказал покинуть гибнущий корабль. Приказ передавали голосом, так как корабельная трансляция вышла из строя. На поиски раненых во внутренние помещения направились боевые санитары.

Вырвавшись из замкнутого пространства на открытую палубу, моряки новели себя более спокойно, а получив приказ покинуть корабль, стали действовать без суеты: сказались многочисленные тренировки. Личный состав занимал места возле расписанных за ним плотов. Те, чьи плоты пострадали при взрыве, распределялись на соседние. Для уцелевшего экипажа их количества было вполне достаточно. Начавшаяся эвакуация оказалась не из легких, залитая нефтепродуктами палуба и штормовое море значительно затрудняли действия моряков, Увеличивающийся крен заставил людей забыть об инструкции по эвакуации.

Треть экипажа попала на спасательные средства, бросившись в воду, при этом несколько человек погибло от переохлаждения. 412 человек спрыгнули с борта на плоты, а когда палуба сравнялась с плотами, 137 моряков перелезли через борт. Из попавших на плоты 66% успели надеть спасательные жилеты, 63% не имели ранений, а 2% моряков были сильно обожжены и ранены. «Бельграно» продолжал заваливаться на левый борт, пока крен не достиг 52° при постоянно нарастающем дифференте на корму. Прошло еще 10 минут и крейсер, приняв почти вертикальное положение, с шумом погрузился под воду. Раздались несколько глухих взрывов.

Проанализируем причины гибели корабля с точки зрения теории непотопляемости и определим, какое из попаданий торпед оказалось роковым. Пробоина в кормовой части корпуса с левого борта привела к затоплению отсеков в этом районе, а, следовательно, к потере запаса плавучести и уменьшении метацентрической высоты, Неравномерное затопление помещений привело к образованию крена на левый борт. Отрыв носовой оконечности в результате второго попадания обусловил некоторое возрастание остойчивости веса и в то же время увеличение дифферента на корму. Возрастание дифферента было опасно не только из-за потери остойчивости, но и из-за роста аварийных напоров на переборки и палубы в аварийных помещениях. Видимо, последовательное разрушение их привело к дальнейшему распространению воды по кораблю, падению продольной остойчивости и нарастанию дифферента, а в конечном итоге — к гибели корабля от потери плавучести.

Крейсер тонул с креном 52° на левый борт и дифферентом на корму около 90°. Такой процесс затопления корабля, складывающийся из взаимосвязанного уменьшения продольной остойчивости, нарастания дифферента и потери запаса плавучести, условно называют гибелью от потери продольной остойчивости. Однако это определение недостаточно точно, поскольку корабль не опрокидывался, вращаясь вокруг продольной оси, а тонул из-за потери плавучести, хотя сама эта потеря действительно была обусловлена уменьшением его продольной остойчивости и ростом дифферента. Поэтому можно сделать вывод, что отрыв носовой оконечности лишь ускорил гибель корабля, решающим же было попадание в кормовое машинное отделение.

Оказавшиеся на плотах люди, конечно, не занимались подобным анализом, они столкнулись с проблемами иного характера. Нефтяные пятна, обломки дерева, попавшая в плоты вода, сломанные весла, теснота. Наступившая ночь облегчения не принесла, усилился шторм, люди теряли силы в борьбе со стихией. Уже после спасения было замечено, что на спасательных плотах, где находилось более 10 человек, люди оставались в хорошем состоянии, а там, где оказалось по 2 или 3 человека, наблюдались случаи переохлаждения и обморожения, к тому же за ночь умерло несколько раненых моряков. Несмотря на ухудшение погоды, плоты прекрасно держались на плаву, только один плот перевернулся, и люди на нем утонули. К 21 часу шторм достиг своего апогея, десятиметровые волны разбросали плоты по большой площади, что очень затруднило проведение спасательной операции.

Почему же помощь пришла с таким опозданием, почему эсминцы охранения немедленно не пришли на помощь своему крейсеру? В момент атаки эсминцы находились за пределами визуальной видимости с крейсером из-за сгустившихся сумерек. Из-за выхода из строя радио, с «Бельграно» не передали сигнал бедствия. Кроме этого на «Хиполито Боучар» почувствовали удар по корпусу и предположили, что были атакованы торпедой. Вероятней всего, это была третья торпеда с «Конкэрора», прошедшая мимо крейсера и на излете попавшая в эсминец, из-за потери скорости взрыватель не сработал. После возвращения на базу корпус корабля осмотрели и обнаружили вмятину. Полагая, что они подверглись нападению подводной лодки, эсминцы предприняли ее поиск, в результате которого несколько удалились от гибнущего крейсера. Но вскоре на эсминцах поняли, что, вероятно, с «Бельграно» что-то случилось, радио на запросы не отвечало, с экранов исчезла его отметка. Охранение повернуло назад и начало поиск, который впрочем, в ту ночь оказался безрезультатным.

Широкомасштабные поисково-спасательные работы были развернуты утром 3 мая, руководил их проведением начальник поисково-спасательных сил ВМБ Рио-Гранде капитан 2 ранга Э. Мартини. К поискам, кроме «Хиполито Боучар» и «Пьедро Буена», были привлечены еще три аргентинских судна, находившихся поблизости. Ближе всех к району поиска оказался океанский буксир «Франсиско де Гурручага», на долю которого пришлось большинство спасенных.

Помимо аргентинских кораблей близко от места гибели крейсера оказалось чилийское судно — арктический транспорт «Пилото Пардо», его капитан предложил свою помощь аргентинцам. Буэнос-Айрес колебался, принимать ее или нет, ведь отношения между двумя странами были весьма натянутыми. В конце концов, право принять или отвергнуть помощь чилийцев предоставили вице-адмиралу X. Ломбардо, который, учитывая, что это может облегчить проведение спасательной операции, согласился на участие «Пилото Пардо» в поисках экипажа «Бельграно».

Кроме кораблей аргентинцы привлекли к поисковой операции авиационную группу в составе двух «Нептунов» (2Р111 и 2Р112), «ВЕ.200», «Фоккера-28» и «Электры». Так, в 13 часов 3 мая патрульный самолет «Нептун 2Р112» на пределе своей дальности обнаружил первые плоты и навел на них спасательные суда. Через полтора часа в район подошли аргентинские корабли и начали подъем людей. До наступления темноты было спасено большинство моряков. Поиски также продолжались и ночью, последний плот удалось обнаружить утром 4 мая.

Буксир «Франсиско де Гурручага» спас 365 человек, госпитальное судно «Байа Пароаизо» — 88, «Хиполито Ноучар» — 64 и «Пьедра Буена» — 276 моряков. Корабли со спасенными начали прибывать на ВМБ Ушуайя утром 5 мая. Экипаж «Бельграно» на самолетах переправили в госпиталь Пуэрто-Бельграно, кроме 18 тяжелораненых, доставленных туда позднее. Среди тех, кого удалось спасти, 80% страдало от переохлаждения, 20% от истощения, 23% от урологических заболеваний, 68% от переутомления.

Между тем, спасательная операция на этом не закончилась. «Байа Параизо» находился в районе до 7 мая, воздушные поиски продолжалась до 9 мая. К этому времени к операции подключились два советских судна. 4 мая в 19 часов БМТР «Белокаменск» и БМТР «Жуковский» получили указание немедленно следовать в район с координатами 55°30' ю.ш. и 61°30' з.д. для оказания помощи терпящим бедствие аргентинским морякам. Основанием служила срочная шифрограмма министра рыбного хозяйства СССР Каменцева 14/32 от 4 мая 1982 г. С 5 по 12 мая советские суда осуществляли поиск моряков с крейсера, следуя переменными курсами и ходами, старшим группы поиска был назначен капитан БМТР «Белокаменск» К. О. Ревков.

Поиск осуществлялся в светлое время суток при постоянном облете английскими военными самолетами. За это время удалось обнаружить и поднять на борт три трупа аргентинских моряков и три пустых спасательных жилета. В 19 часов 30 минут 12 мая распоряжением замминистра Быстрова 1541 поиски были остановлены, судам предписывалось следовать по назначению. Тела военных моряков и жилеты БМТР «Белокаменск» доставил в аргентинский порт Мар-дель-Плата.

На борту «Генерала Бельграно» находилось 56 офицеров, 627 старшин, 408 матросов и два гражданских стюарда. Погибшие на крейсере 323 военных моряка составили около половины аргентинских потерь во время конфликта. Погибло 30% экипажа корабля, наибольшее количество потерь пришлось на младший командный состав — около 50%. Из общего числа потерь 84% (272 человека) погибло от взрыва торпеды, 9% (28 человек) погибло во время покидания тонущего корабля и 7% (23 моряка) умерло от ран на плотах и на берегу.

В разгар спасательных работ в район вернулась английская АПЛ «Конкэрор», ей было приказано наблюдать за действиями аргентинских эсминцев, но ни в коем случае не атаковать спасательные суда. Это был первый в истории случай уничтожения боевого корабля атомной подводной лодкой. Протяжные гудки гибнущего крейсера отозвались погребальным звоном колоколов по всей Аргентине. Сотни людей на улицах городов и деревень плакали, читая опубликованные в газетах траурные списки пропавших без вести и погибших. Многотысячные траурные митинги прокатились по стране. Республика приспустила государственные флаги и оделась в черные одежды.

В Великобритании происходило обратное — империя праздновала крупный успех своего оружия. Страну захлестнула новая волна ликования. Бульварные английские газеты выходили в эти дни с такими заголовками: «Сбросить аргентинцев в море», «Поддать им жару». «Сан» вышла с одним словом через всю первую страницу: «Получил», «Ньюс оф уорлд» озаглавила свою передовицу так: «Финальный счет: Британия 6, Аргентина 0».

После уничтожения крейсера английское командование полностью сосредоточилось на северо-западном направлении. Южная корабельная группа противника TG-79.3, лишившись своего флагмана, перестала представлять угрозу для 317-го оперативного соединения. Напротив, положение средней и северной вражеских групп оставалось для Вудворда и Филдхауза по-прежнему полной загадкой. С целью скорейшего их обнаружения были организованы широкомасштабные поиски силами вертолетов и самолетов. Несмотря на предпринятые усилия, определить местоположение тактических групп оперативного соединения аргентинцев не удалось, хотя кое-каких успехов англичане все же добились.

Этой ночью произошли арьергардные бои несостоявшегося сражения, были обнаружены и атакованы патрульные катера противника. Аргентинцы вышли в море для проведения поисково-спасательной операции, разведки британской блокадной системы и доставки на острова различных военных грузов.

Вертолеты «Линкс» с эскадренных миноносцев «Ковентри» и «Глазго» получили задание осуществить поиск группы аргентинских фрегатов, действующих, по мнению английского командования, к северу от островов. После двух часов патрулирования, не обнаружив противника, вертолеты легли на обратный курс. На подходе к своим кораблям «Линкс» с «Ковентри» обнаружили малоразмерную морскую цель. Под ними находился аргентинский патрульный катер «Комодоро Самеллера». Построенный в 1948 г. катер водоизмещением 700 тонн пытался прорваться в Сан-Карлос, имея на борту груз мин, которые планировалось использовать для создания минного заграждения в Фолклендском проливе. Перед тем, как посадить свои машины на корабли, пилоты уточнили координаты неопознанного объекта и сообщили о контакте своему командованию.

Уничтожить вражеский катер было поручено вертолету «Си Кинг» с авианосца «Инвинзибл». Вертолет сблизился с целью и атаковал ее залпом ракет «Си Скьюа». Ракета «Си Скьюа» оказалась довольно эффективным оружием, и ее с успехом применяли британские летчики на протяжении всего конфликта. «Си Скьюа» имела полуактивную головку действовала в комплексе с вертолетной радиолокационной станцией «Си Спрей», она обеспечивала поражение малоразмерной быстроходной надводной цели в любых метеоусловиях и даже при наличии интенсивного поля помех от морской поверхности. Система самонаведения этих ракет позволяла обнаруживать цели на малых высотах при волнении моря свыше 6 баллов даже в условиях снежных зарядов и тумана.

После пуска ракеты снизились до высоты 2-5 м., перешли на маршевый участок полета и поразили катер. Скорее всего, аргентинцы так и не поняли, что с ними произошло, «Комодоро Самеллера» перестал существовать в считанные секунды. Вероятно, одна из ПКР попала в мину, закрепленную на открытой палубе в кормовой части катера. Мина сдетонировала и горизонт озарился яркой вспышкой, в этом огне мгновенно погибли несколько десятков человек. Описав круг над обломками, которые еще минуту назад были катером, вертолет вернулся на авианосец.

Под утро вертолетчики с «Глазго» сумели снова поднять на поиски свою машину, устранив неисправность бортовой радиостанции. Перед самым рассветом, удалившись от корабля примерно на 62 мили, англичане обнаружили на дистанции 15 миль надводную цель. Это был малый артиллерийский корабль аргентинских ВМС «Альферес Собрааль». Бывший американский буксир, построенный в 1947 г., водоизмещением 700 тонн и длиной 43 м., со скоростью 12,5 узла шел к своей славе. Аргентинцы участвовали в поисково-спасательной операции, пытаясь разыскать экипаж сбитого 1 мая бомбардировщика «Канберра».

Сблизившись с целью, английские пилоты решили не тратить на такую цель ракеты и обстреляли ее из бортовых пушек. Но из-за плохой видимости и сильного ветра стрельба оказалась неэффективной и не причинила катеру ущерба. Зато она позволила аргентинцам ответить вертолету сильным огнем из всего имеющегося на борту оружия: 40- и 20-миллиметровых артиллерийских установок. Получив такой отпор, «Линкс» отскочил от катера на дистанцию 9,32 мили и снизился с высоты 1 м. до 100. Опускаться ниже было довольно рискованно, к утру волнение моря еще более выросло, а порывы ветра временами достигали 25 м/с.

Заняв безопасную позицию, куда не долетали аргентинские снаряды, вертолетчики, с интервалом в 7 секунд, выпустили по катеру две «Си Скьюа». Обе ракеты поразили цель, причем одна из них попала в центральный пост и, разрушив его, уничтожила всех, кто там находился. На «Альферес Собраале» начался пожар, огонь охватил ходовой пост и часть надстройки. Но аргентинцам повезло, храбрецам всегда везет, основные разрушения пришлись на надстройку и верхнюю палубу, главные механизмы остались в строю, а незначительные пробоины удалось быстро заделать.

Британские пилоты, видя на борту катера взрывы своих ракет и пожар, посчитали дело сделанным. Они вернулись на эсминец и доложили о победе. Однако оставшимся в живых катерникам удалось, после нескольких тяжелейших часов борьбы за живучесть, справиться с пожаром. Оба главных двигателя остались не поврежденными, управление рулем было переведено на резервный вариант и катеру удалось дать ход. Через двое суток, когда «Альферес Собрааль» уже числился погибшим, он пришел на родную базу.

В 9 часов 45 минут 5 мая «Фоккер F-27», патрулировавший прибрежную акваторию, обнаружил поврежденный корабль. Пилоты немедленно вызвали в район вертолет «Белл 212», который снял с борта катера раненых. Аргентинцы поверили в свое спасение только после того, как на горизонте появилась колокольня городской церкви Пуэрто-Десеадо. Восторженная толпа встречала изувеченный катер криками радости, забросав цветами 41 спасенного моряка, но когда на набережную Муэлье-Насьональ вынесли 8 завернутых в парусину тел, в порту наступила гробовая тишина.

Впоследствии героические действия экипажа катера были увековечены. По решению правительства Аргентины, в военно-морском училище республики был установлен памятник — сильно обгоревшая надстройка «Альферес Собрааль». Отдавая должное мужеству аргентинских моряков, нужно отметить, что и английские пилоты в эту ночь оказались на высоте. Необходимо иметь не только хорошую профессиональную подготовку, но и личное бесстрашие, чтобы летать ночью в таких суровых метеорологических условиях. Кроме того, англичанам, оказалось не чуждо чувство сострадания: потопив катера, они сбросили тонущим людям несколько спасательных жилетов.

Решая главные задачи по противодействию основным силам аргентинского флота, англичане не забывали и о других делах. Снова, как и 1 мая, были выделены самолеты и вертолеты для нанесения ударов непосредственно по островам. Провели высадку новых и эвакуацию выполнивших свое задание разведывательных групп. Назначенные корабли, подойдя вплотную к Порт-Стенли, обстреляли город, портовые сооружения и позиции береговой обороны из 115-миллиметровых орудий, правда стрельба велась по площадям и оказалась малоэффективной.

В итоге событий последних 48 часов аргентинский флот отошел к побережью страны и пока не проявлял никакой активности. Непосредственно вблизи 317-го оперативного соединения оставались траулер «Нарвал», который вел разведку к северу от британцев, эсминцы «Хиполито Боучар» и «Пьедра Буэна», продолжавшие спасательные работы на месте гибели крейсера «Генерал Бельграно», да еще где-то затаилась «Сан-Луис».

Основные силы англичан оставались на своих позициях, маневрируя к северо-востоку от архипелага, вне дальности действия аргентинской авиации. Только группы дальнего радиолокационного дозора и корабли огневого воздействия находились в отрыве от авианосных ордеров. Атомные подводные лодки вернулись в свои зоны ответственности. Несомненно, в эти дни Великобритания одержала основополагающий, переломный успех.


Глава 11. ГИБЕЛЬ ЭСМИНЦА «ШЕФФИЛД»

Несмотря на успешные операции, проведенные англичанами в первые дни войны, британское командование понимало, что некоторые задачи остались невыполненными. Активные действия аргентинской авиации с использованием островных аэродромов, доклады разведгрупп и данные аэрофотосъемок указывали на то, что вывести из строя взлетно-посадочную полосу ВВБ «Мальвинские острова» не удалось. Неповрежденный аэродром Порт-Стенли оставался единственным пунктом снабжения для аргентинцев. Стремясь установить полную воздушную блокаду островов, в ночь с 3 на 4 мая ВВС Великобритании провели операцию «Блэк Бак-2», которая была точной копией первого налета. К участию в операции привлекли два бомбардировщика «Вулкан» и десять самолетов-заправщиков «Виктор». В 5 часов 33 минуты «Вулкан» с высоты 4877 м. сбросил 17 бомб замедленного действия. Как и в прошлый раз, результаты операции оказались более чем скромными: все бомбы упали на пустырь в 45 м. от полосы, не причинив бетонному покрытию никакого вреда.

Рано утром 4 мая британское ударное соединение маневрировало к северо-востоку от Порт-Стенли. Построенные в уже привычный ордер ПВО, корабли ожидали приказ начать движение к островам. По плану контр-адмирала Вудворда, в 8 часов два «Си Харриера» отправились в район Порт-Стенли для оценки ущерба причиненного бомбардировкой. Ближе к полудню планировалось нанести воздушный удар по аэродромам противника, а к вечеру предполагалось доставить на Фолкленды разведывательные группы и подвергнуть ночному обстрелу аргентинские позиции.

Шел четвертый день нахождения британского оперативного соединения в Фолклендских водах. На эффективность работы всех корабельных расчетов англичан все больше влияла нервозность, вызванная ожиданием в любую минуту попасть под вражеский ракетный удар. С другой стороны, их бдительность несколько ослабла в результате отсутствия активных действий авиации и флота противника.

Английская авианосная ударная группа малыми ходами шла курсом на юго-запад. Появление аргентинских самолетов считалось наиболее вероятным с западного направления. Для отражения возможного воздушного удара в 20 милях от основных сил находились эсминцы «Ковентри», «Шеффилд» и в центре «Глазго». В 18 милях от них занимали позиции корабли второй линии обороны — фрегаты «Эрроу», «Ярмут», «Алакрити» и эсминец «Глэморган». За боевыми кораблями следовали вспомогательные суда «Форт Остин», «Олмеда» и «Рисоурс». Расположенные позади всех авианосцы прикрывали фрегаты «Бриллиант» и «Броудсворд». На этой позиции английских кораблей были обнаружены аргентинским самолетом-разведчиком «Нептун». В 9 часов находившаяся в немедленной готовности на авиабазе «Коменданте-Эспоре» в Рио-Гранде дежурная пара «Супер Этандаров» (позывной «Бинча») получила команду на взлет. Началась операция под кодовым названием «Бланко Гранде».

Ведущим группы был назначен капитан-лейтенант А. Бедакаррац, а его ведомым лейтенант А. Майора. Самолеты в ударном варианте имели под правой консолью по одной ракете «Экзосет АМ39», а под левой 1100-литровый сбрасываемый топливный бак.

В 9 часов 30 минут «Нептун» передал на «Супер Этандары» координаты двух корабельных групп противника: первая группа находилась в районе 52°33' ю.ш. и 57°40' з.д., а вторая — 52°48'05” ю.ш. и 57°31’05” з.д. Получив координаты кораблей, пилоты с помощью бортовой системы навигации рассчитали оптимальный курс до цели. Боевой курс ударной группы был проложен с расчетом выхода на цель с южного направления. По предположению аргентинского командования, противник менее всего ожидал атаки с этой стороны. На выбор маршрута повлияли продолжающиеся на месте гибели крейсера спасательные работы. Повышенная активность патрульных самолетов и спасательных судов, которые своими переговорами плотно набили радиоэфир, значительно облегчала скрытность подхода к английскому соединению.

Полет «Супер Этандаров» обеспечивали и прикрывали несколько групп самолетов ВВС. С целью дезинформировать систему ПВО противника и создать видимость атаки с другого направления в 9 часов из Рио-Гранде вылетел «Лиар Джет 35A-L». Дозаправку самолетов ударной группы топливом выполнил «Геркулес КС-130». Два «Даггера М-5» осуществляли с 10 часов 20 минут до 13 часов истребительное прикрытие «Супер Этандаров» и самолета-заправщика. Одновременно еще два истребителя «Даггер М-5» прикрывали разведывательный полет «Нептуна».

В 10 часов 4 минуты произошла дозаправка топливом, после завершения которой пилоты продолжили полет на высоте 150 м. Все это время они летели в режиме полного радиомолчания. Необходимости вести радиопереговоры не было. В результате многомесячной подготовки, включавшей отработку парных действий именно этим составом, каждый отлично понимал, что делал другой. Погода благоприятствовала скрытности полета «Супер Этандаров», горизонтальная видимость в районе была 2000 м., а плотные низкие облака снижали вертикальную видимость до 200 м.

В 10 часов 30 минут с «Нептуна» пришли уточненные разведданные — группа противника включала три надводные цели, одну крупную, а две другие поменьше. Со скоростью 900 км/ч, на высоте 40—50 м. с выключенными бортовыми РЛС «Агава», аргентинские самолеты вышли на цель. Когда до британских кораблей оставалось 46 км, ведущий «Супер Этандар» увеличил высоту до 150 метров. Капитан-лейтенант А. Бедакаррац кратковременно включил бортовую РЛС для уточнения координат цели, но ничего не обнаружил. Снизившись, аргентинцы продолжили полет, но через несколько минут они снова набрали высоту.

Во время второй «горки» ведущий пилот А. Бедакаррац обнаружил на экране своего радара два объекта (одна принадлежала крупному кораблю, другая справа от него была поменьше), а лейтенант А. Майора — три объекта (крупный и несколько сбоку два поменьше). Аргентинская РЛС работала всего 30 секунд, но этого хватило, чтобы станция радиотехнической разведки эсминца «Глазго» обнаружила излучение бортовых РЛС самолетов противника.

Аргентинцы, даже находясь на боевом курсе, продолжали проявлять выдержку и все еще медлили с атакой. В 11 часов 4 минуты «Супер Этандары» попали в плотный дождевой фронт и потеряли визуальный контакт. Поэтому ведомый увидел старт ракеты ведущего только через несколько секунд, когда самолеты уже преодолели дождевой фронт. Впервые нарушив режим радиомолчания, лейтенант Майора спросил у старшего группы «был запуск?», и, получив ответ «да», произвел пуск своей ракеты. Убедившись, что ракеты ушли нормально, пилоты совершили резкий правый разворот и, снизившись до 30 метров, вышли из района боя, взяв курс в сторону континента.

Стартовые двигатели ракет разогнали «Экзосеты» за 24 секунды до 310 м/с, после чего включились маршевые двигатели. За 30 км до цели ракеты постепенно снизились до 15 м., а на окончательном участке полета — до 5 м. над поверхностью моря. Когда до кораблей оставалось 12—15 км, активные радиолокационные головки самонаведения обеих ракет захватили цель, теперь ракеты намертво вцепились в намеченную жертву и, снизившись до 2—3 м., с огромной скоростью понеслись к кораблям. Первая ракета была обнаружена эсминцем «Глазго». За 40 секунд, остававшихся до подлета ракеты к кораблю, расчеты ПВО успели поставить пассивные помехи из завесы дипольных отражателей. Англичанам удалось обмануть аргентинскую ракету, ее система самонаведения захватила ложную цель, облако дипольных отражателей и «Экзосет» отвернула от корабля.

Вторая ракета нацелилась на эсминец «Шеффилд» и почти весь путь прошла незамеченной. Первыми ее приближение увидели два лейтенанта, находившиеся в это время на крыле мостика, их взору предстал летящий на большой скорости почти над самой поверхностью моря огненный шар. Шести секунд с момента обнаружения до попадания ракеты в корабль хватило только, чтобы кто-то на ГКП закричал: «ракетный удар по кораблю!», после чего «Шеффилд» сильно тряхнуло. ПКР «Экзосет» поразила цель. Командир эсминца капитан 1 ранга Д. Солт позже вспоминал, сила удара была такова, что ему показалось, будто корабль полностью разрушен, и среди членов экипажа остался в живых только он. В эти решающие минуты ошеломленному командиру не удалось наладить четкую работу расчета ГКП. Долгое время на ходовой мостик с боевых постов не поступали доклады о состоянии помещений и отсеков корабля. На начальном этапе катастрофы никто даже не пытался оценить характер и границы разрушений. Контроль за состоянием эскадренного миноносца со стороны командования корабля был утрачен.

Ракета врезалась в правый борт корабля под очень острым кормовым курсовым углом. Легко вспоров тонкий стальной корпус в районе мидель-шпангоута, примерно в 1,8 м. над ватерлинией, ракета проникла внутрь корабля. Во внешней обшивке образовалась большая рваная пробоина, размером 4,5 на 1,2 м. Пробив борт, ракета разрушила камбуз, где коки готовили ужин, прошла через пост управления энергетической установкой и помещение боевого информационного центра. Далее она уничтожила пост живучести и остановилась, израсходовав пробивную силу; вероятно, она не взорвалась. Основная сила удара была направлена вправо и вверх, в сторону носового машинного отделения. На корабле погас свет, были обесточены электросети, вышла из строя система внутрикорабельной связи. Немедленно возникли сильные пожары во всех отсеках, через которые прошла ракета — воспламенились остатки ракетного топлива, загорелось топливо и масло, пролившееся из разрушенных цистерн, горели пищевые масла на камбузе.

Пожар из-за большого количества горючих декоративных материалов, пенных наполнителей тепловой изоляции корабельных конструкций, синтетических тканей и красок стал быстро распространяться. Горение топлива и пластмассы сопровождалось обильным выделением высокотоксичных газов, что сильно затрудняло действия тех, кто пытался бороться с пожаром. За 1—2 минуты из-за густого ядовитого дыма в отсеках была потерянна видимость, и нахождение в них без средств защиты органов дыхания стало невозможным. Вскоре выяснилось, что изолирующих дыхательных аппаратов и запаса дополнительных регенеративных патронов к ним хватит ненадолго.

Теплоотражательные костюмы не выдерживали высоких температур, пропускали жар внутрь, в результате чего плавилась и прилипала к телу одежда, изготовленная из синтетических тканей. Медленно остывающая расплавленная ткань вызывала сильные ожоги у бойцов, пытавшихся бороться с огнем. Пожар вышел из-под контроля. Проведенный позже опрос экипажа эсминца показал, что непроницаемые переборки отсеков очень быстро нагревались до высоких температур, а палубы в районе очага пожара раскалялись до малинового и даже желтого цвета. Температура в эпицентре пожара достигла 950—1100 °С. В цистернах, под воздействием высоких температур, взрывались пары топлива, а огонь по электрическим кабельным трассам распространялся из одного помещения в другое, как по «бикфордову шнуру». Конструкции надстроек, выполненные из алюминиево-магниевых сплавов, вспыхивали и горели подобно «бенгальским огням», разбрызгивая в разные стороны снопы расплавленного металла.

Растерянность, охватившая экипаж, а затем лихорадочная, подчас бесцельная, деятельность приводила только к усталости и чувству апатии у моряков. Отсутствие электроэнергии не позволило применить для борьбы с огнем стационарные средства пожаротушения, а переносные средства в сложившихся условиях оказались малоэффективны и быстро были израсходованы. Нехватка индивидуальных защитных средств привела к невозможности привлечь необходимое количество людей для борьбы за живучесть. Кроме этого, бушевавший в средней части корабля пожар как бы надвое разрезал «Шеффилд», разделив личный состав кормовых и носовых отсеков. Офицерский состав эсминца в такой ситуации не сумел организовать какие-либо эффективные действия по борьбе за живучесть. Матросы, предоставленные самим себе, пытались бороться с огнем ведрами, черпая ими воду из-за борта.

Попытки командира корабля в течение трех часов после удара выяснить обстановку ни к чему не привели. К этому времени к аварийному кораблю спешила помощь: фрегаты «Эрроу», «Ярмут» и вспомогательное судно «Форт Остин». Первым к эсминцу подошли фрегаты, зайдя с бортов «Шеффилда», «Эрроу» и «Ярмут» попытались максимально сблизиться с ним и струями воды из своих пожарных стволов сбить пламя с охваченной огнем надстройки эсминца. Однако сделать это не удалось, высокая температура раскалившегося корпуса «Шеффилда» не позволила фрегатам близко к нему подойти, а вода испарялась, не достигнув поверхности корабля. С «Эрроу» спустили баркас с переносной мотопомпой и аварийной группой, бойцы которой были одеты в термостойкие костюмы. Баркас подошел так близко к кораблю, как это было возможно, и с него подали через пробоину во внутренние помещения первую водяную струю. Очевидно, вода, использовавшаяся для тушения пожара, с корабля не удалялась, и это привело к снижению его остойчивости. Состояние корабля никто не контролировал, пост живучести с оборудованием и документами, позволявший проводить такой контроль, был уничтожен.

Прибытие помощи не изменило ситуацию в лучшую сторону. Прошло еще два часа безуспешной борьбы с огнем, и пожар окончательно стал неуправляемым. В сложившейся обстановке, исчерпав все возможности бороться за живучесть силами личного состава, командир приказал экипажу покинуть корабль. В это время командиру «Эрроу» все же удалось подойти вплотную к эсминцу и принять на борт часть команды «Шеффилда», которая была не занята борьбой за живучесть своего корабля. Когда же возникла реальная угроза перекидывания пожара с эсминца на фрегат, «Эрроу» отошел на безопасное расстояние.

Эвакуацию продолжили с помощью вертолета, который снимал с палубы «Шеффилда» людей и доставлял их на «Эрроу» и «Форт Остин». Было установлено, что на корабле погибло 20 человек, а ранено 28 моряков, в дальнейшем раненые с «Эрроу» и «Форт Остина» переправили вертолетами на «Гермес», где в корабельном лазарете им была оказана квалифицированная медицинская помощь.

Через некоторое время к горящему эсминцу подошли и другие английские корабли. На «Шеффилд» высадили спасательные группы и доставили переносные средства борьбы с огнем. Все попытки спасателей потушить пожар закончились неудачно. Огонь бушевал более суток. Горение прекратилось лишь к вечеру 5 мая, после полного выгорания нескольких центральных отсеков и частично корабельной надстройки.

На гибнущий корабль прибыла специальная комиссия, состоящая из специалистов в области живучести корабля, с целью определения возможности дальнейшей судьбы корабля и устранения повреждений на нем. Было принято решение — буксировать эсминец к острову Южная Георгия и в условиях тыловой якорной стоянки попытаться восстановить его техническую безопасность. Для этого с подошедшего ночью 8 мая фрегата «Ярмут» на «Шеффилд» завели буксирные концы и начали буксировку. Полностью потерявший боеспособность эсминец буксировали вплоть до 10 мая, но разыгравшийся шторм и усилившийся ветер, вынудили прекратить буксировку. Временно заделанная пробоина разгерметизировалась, и вода начала заливать корабль. «Шеффилд» затонул на глубине около 2000 м, уйдя под воду носом с сильным креном на правый борт. Вероятно, корабль потерял продольную остойчивость.

Как же произошло, что первой корабельной потерей, оказался корабль-гордость ВМС Великобритании — эскадренный миноносец УРО «Шеффилд», «Сверкающий Шеф»? Эсминцы проекта 42 вооружены зенитно-ракетным комплексом GWS.30 с зенитными управляемыми ракетами дальнего действия «Си Дарт». Пусковая установка находиться в носу корабля, боекомплект составляет 24 ракеты. Комплекс позволяет вести стрельбу по высотным и средневысотным целям на расстоянии 80 километров. В то же время дальность обнаружения низколетящих целей, установленной на эсминце РЛС 965R, ограничена примерно 30 км, хотя ту же воздушную цель, летящую на большой высоте, она обнаруживает за 50 км. Возможности еще одной корабельной РЛС 906, ввиду сильного влияния на ее работу помех от морской поверхности при наличии большого волнения, также были весьма ограничены, дистанция сопровождения и подсветки низколетящих самолетов противника была всего 20 км. В связи с этим зенитно-ракетный комплекс GWS.30 не обеспечивал эффективную защиту от низколетящих носителей противокорабельных ракет.

Так как корабли, однотипные «Шеффилду», имелись на вооружении аргентинских ВМС, то и все недостатки комплекса ПВО были хорошо известны аргентинским пилотам. Противнику не составило труда построить схему атаки таким образом, чтобы максимально эффективно воспользоваться знанием особенностей противовоздушной обороны англичан. И это им блестяще удалось.

Однако кроме радиолокационных средств, работающих в активном, излучающем режиме, на корабле были и технические средства, работающие в пассивном режиме. По мнению английских специалистов, при хорошо отработанной радиотехнической разведке излучения радиолокационных станций кораблей и низколетящих самолетов можно обнаружить пассивными средствами на дистанции не менее 55 км. Этими же средствами на расстоянии до 37 км обнаруживается и работа радиолокационной головки самонаведения ракеты. Следовательно, при скорости полета «Экзосет», соответствующей числу Маха, у экипажа корабля остается не менее 100 секунд на ответную реакцию. Ответ на вопрос, почему расчеты «Шеффилда» не обнаружили угрозу, лежит в области боевой подготовки личного состава и боевой готовности, в которой он находился. Но почему не сработали активные РЛС, ведь при всех перечисленных выше недостатках, они должны были засечь ракету все-таки ранее визуального обнаружения? Дело в том, что они были выключены. Эсминец в это время вел переговоры со штабом ВМС в Нортвуде через американский спутник связи, и его радиолокационные станции, чье излучение могло помешать устойчивой работе аппаратуры «Скайнет», были отключены.

Гибель одного из трех эсминцев дальнего радиоэлектронного дозора заставила британское командование в срочном порядке искать эффективное противодействие ракетной угрозе. На некоторых корабельных вертолетах для «увода» ракет «Экзосет» была установлена аппаратура генерации помех. При возникновении малейшей опасности воздушного нападения английские корабли для постановки дипольных отражателей, немедленно в массовом порядке применяли реактивные снаряды «Стоккейд», «Си Фен» и «Корсус». Несмотря на значительные усилия, добиться решительного успеха в борьбе с аргентинской авиацией англичанам не удалось.


Глава 12. ВОЙНА НА ИСТОЩЕНИЕ

5 мая британское авианосное соединение не приближалось ближе 195 миль к Порт-Стенли, маневрируя в зоне TRALA. Командование пыталось понять ошибки вчерашнего дня, экипажи кораблей проводили регламент оружия и отдыхали, «Шеффилд» все еще горел. Боевая деятельность англичан была сведена к минимуму. Для наблюдения за противником, в район островов Джейсона (51°01' ю.ш. и 61°05' з.д.) контр-адмирал Вудворд направил группу радиолокационного дозора, в составе эсминца и фрегата.

Резкое ухудшение погоды, вызванное господством в районе островов штормового фронта, сильная облачность и ограниченная видимость вынудили аргентинцев отменить запланированные на этот день боевые вылеты авиации. Оперативная группа ВВС «Юг», получив от центра электронной разведки в Порт-Стенли координаты выдвинутых вперед двух британских кораблей, намеревалось в случае улучшения метеорологической обстановки, нанести по ним удар. Боевые эскадрильи так и не получили команду на взлет, погода подарила противникам первые сутки передышки.

Анализируя события вчерашнего дня, английское командование признало существование критической проблемы в организации своей системы противоздушной обороны. Отсутствие в составе группировки самолетов дальней радиолокационной разведки резко уменьшало контролируемую воздушную зону, а удар по «Шеффилду» наглядно продемонстрировал недостатки системы «Си Дарт».

Наиболее уязвимыми при принятом у англичан ордере ПВО оказались корабли дозора. Выдвинутые на десятки километров от основных сил, эти корабли располагали с момента обнаружения ударного самолета противника до выполнения ими ракетной атаки временем меньше минуты. Этого было недостаточно, чтобы сбить сам самолет. При стрельбе по низколетящей ракете комплекс «Си Дарт» оказался малоэффективным. Он не обеспечивал надежный захват и сопровождение цели. Единственным действенным средством борьбы с «Экзосет» при первых признаках опасности являлись средства радиоэлектронной борьбы, которые позволяли отвести ракету от корабля благодаря ложным целям, формируемым дипольными отражателями.

Английское командование, изыскивая варианты раннего обнаружения готовящихся атак вражеской авиации, пыталось привлечь к ведению воздушной разведки находящиеся в прибрежных водах Аргентины подводные лодки, но это не оправдало себя. Тогда возникла идея забросить в тыл аргентинцам разведывательные группы, которые, находясь в непосредственной близости от военно-воздушных баз противника, смогли бы фиксировать взлет ударных самолетов и предупреждать об опасности британские корабли.

Положение аргентинцев также было не намного лучше. Их система противоздушной обороны островов не позволяла в полной мере противодействовать воздушным операциям британцев. Аргентинские ВВС оказались не готовы к проведению крупномасштабных операций против постоянно перемещающейся морской группировки противника и действий его стратегической авиации.

Аргентинское командование контролировало воздушное пространство посредством радаров «Вестинхауз» TPS 43 и 44, один из которых разместили в Порт-Стенли. Для получения дополнительной информации о деятельности английской авиации было создано система постов воздушного наблюдения вдоль побережья страны и на островах. На Фолклендах посты наблюдения были объединены в две независимо действующие системы. Основная контролировала большую часть острова Восточный Фолкленд и взаимодействовала с военной и гражданской службами воздушного контроля аэропорта Порт-Стенли. Вспомогательная сеть обслуживала военно-воздушную базу «Кондор» в поселке Гус-Грин.

Имеющиеся средства радиоэлектронного наблюдения позволяли аргентинцам контролировать воздушное пространство площадью только 300 км2. Увеличить район наблюдения с помощью кораблей дальней радиолокационной разведки после потери господства на море было невозможно. В результате, самолеты противника засекались на расстоянии, уже не позволяющем организовать их перехват истребителями, которые базировались на континентальных аэродромах. Отсутствие постоянного истребительного прикрытия и недостаточность собственных средств ПВО заметно скажется впоследствии на обороноспособности гарнизона островов.

6 мая Хунта получила разведывательную информацию об усиленном наращивании английской группировки в районе острова Вознесения. Подготовка к отправке войсковых транспортов с дополнительными армейскими частями и десантных кораблей позволяла предположить скорое крупномасштабное вторжение противника на острова. Обсуждая ответные меры, Буэнос-Айрес рассмотрел идею проведения силами авиации и флота удара по морским коммуникациям англичан на пути из Европы к острову Южная Георгия. Однако по политическим причинам от этой мысли отказались.

Командование ВВС получило приказ усилить патрулирование и воздушную разведку на театре военных действий, причем охватить не только зону ответственности ТОЮА, но и весь район Южной Атлантики. С этой целью два самолета-разведчика «Боинг-707» в этот день совершили десятичасовой поиск кораблей противника. В 9 часов 30 минут один из них обнаружил приближение к району боевых действий танкера, фрегата проекта 21 и подводной лодки англичан. Нарастала озабоченность аргентинского руководства усилением действий разведывательных групп противника непосредственно на островах. Пытаясь противодействовать этому, вертолеты армейской авиации Аргентины «Пума» и, как нельзя лучше подходящие для этого, легкие штурмовики «Пукара IA-58» периодически облетали отдаленные районы. Таких вылетов 6 мая было проведено три, все в район острова Си-Лайон. Диверсантов обнаружить не удалось.

Британское соединение продолжало находиться в зоне TRALA, ожидая подкреплений и не предпринимая каких-либо активных действий. Предположив, что в точку дрейфа «Шеффилда» подойдет аргентинская подводная лодка, англичане предприняли в этом районе противолодочный поиск силами «Си Кингов». Безрезультатно.

В 11 часов 25 минут «Инвинзибл» потерял два «Си Харриера». Пилоты осуществляли обычный патрульный полет в южном секторе ПВО соединения, предположительно они столкнулись в условиях плохой видимости. Когда вышло официальное сообщение пресс-службы министерства обороны Великобритании, посвященное этому инциденту, представитель аргентинского главного объединенного штаба заявил, что подобным образом англичане пытаются замаскировать факт уничтожения несколькими днями ранее огнем аргентинской противовоздушной артиллерии двух своих самолетов. Сражения уже велись не только на земле, в море и в воздухе, начиналась информационная война.

Добавило беспокойство командованию 317-го оперативного соединения и решение Лондона отвести свои атомные подводные лодки из районов маневрирования основных сил аргентинского флота и отказаться от намерения уничтожить авианосец «Бентисинко де Майо». Возможно, такое решение было связано с нежеланием английских политиков расширять эскалацию конфликта в условиях новых мирных инициатив, выдвинутых Генеральным секретарем ООН. Скорее всего, это был вынужденный шаг, возросла угроза противолодочного противодействия противника. Аргентинцам удалось наладить постоянное патрулирование палубной авиацией ПЛО прибрежной зоны, а 5 мая обнаружить и атаковать британскую подводную лодку. Английским подводникам пришлось закончить свободную охоту и вернуться в назначенные им районы патрулирования.

7 мая 1982 г. плохая погода с низкой облачностью и туманом вновь не позволила аргентинцам осуществить большую часть из 69 запланированных на этот день вылетов. Накануне командование фолклендской группировкой выступило с просьбой возобновить воздушные перевозки между континентом и островами. Начал сказываться дефицит некоторых видов вооружений и запасов и, кроме того, возникла необходимость эвакуировать несколько тяжелораненых. По расчетам тыловых структур, для нормального обеспечения боеспособности и жизнедеятельности войск гарнизона необходимо было осуществлять ежедневно рейсы трех грузовых самолетов.

Воздушный мост Комодоро-Ривадавия — аэропорт Порт-Стенли был прерван 1 мая. Его возобновлению мешали, кроме постоянных воздушных атак и артиллерийских ударов противника, крайне неблагоприятные метеоусловия. Для доставки грузов на острова проложили несколько транспортных путей. 3 мая, избрав южный маршрут, «Геркулес С-130» пытался прорваться на Фолкленды, но был вынужден, пройдя половину пути, вернуться на континент.

К планированию следующей операции командование транспортной авиацией подошло более ответственно. Полет двух грузовых «Геркулесов С-130» обеспечивала группа самолетов эскадрильи «Феникс». Два «Лиар Джет 35A-L» (позывной «Дротик») вылетели с авиабазы Рио-Гранде и пока транспортники не приземлились, дезинформировали своими полетами британский воздушный патруль. Перелет от Комодоро-Ривадавия до островов у транспортного самолета занимал почти 4 часа, разгрузка в Порт-Стенли — около 30 минут, обратный путь — около 2 часов. Первый прорыв воздушной блокады осуществил «Геркулес С-130» с позывным «Тигр». В 15 часов 50 минут 7 мая он приземлился на островах, доставив туда 14,5 тонны груза и подразделение ПВО с ракетами «SAM-7». Шедший за ним с интервалом в час второй самолет, когда возникла опасность его перехвата, повернул обратно.

Британское командование также предпринимало шаги по усилению своей группировки в Южной Атлантике. С острова Вознесения отплыл авиатранспорт «Атлантик Конвейер» с восемью «Си Харриерами» и шестью «Харриерами GR.3» первой эскадрильи ВВС Великобритании. На борту «Атлантик Конвейера», помимо истребителей, находились транспортные вертолеты «Чинук» и большое количество военного снаряжения. Резко возрос поток снабжения, направляемый 317-му оперативному соединению. Часть грузов доставляли не по основной линии коммуникаций в Атлантике, некоторые суда шли из Тихого океана вокруг мыса Горн. Кроме этого, небольшое количество грузов доставляли транспортные самолеты и сбрасывали их на парашютах в зоне TRALA, после приводнения их вылавливали и отправляли на боевые корабли.

Организованная аргентинцами глубокая воздушная разведка начала приносить результаты. 7 мая на подходе к району боевых действий, были обнаружены две корабельные группы противника. Первая группа, в составе десантных кораблей и транспортных судов, находилась в точке с координатами 35°40' ю.ш. и 30°30' з.д. и со скоростью 12 узлов шла курсом 210°. В 15 часов пилоту патрульного самолета «Электра» удалось установить местоположение второй группы: пять английских судов находились в 80 милях от острова Эстадос. Кроме того, существенно увеличилась активность британской транспортной авиации, базировавшейся на южные районы Чили.

Получив сведения о местонахождении кораблей противника неподалеку от острова Эстадос, командование оперативной группы ВВС «Юг» провело крупномасштабный поиск в этом районе. К патрулированию привлекли «Боинг В-707», «Лиар Джет 35A-L» и «Фоккер F-27». Британские корабли были в зоне досягаемости ударной авиации, но ухудшившаяся погода не позволила аргентинцам воспользоваться этим шансом.

Информация о возможной концентрации английских сил на юге континента встревожила аргентинское руководство, которое предприняло в ответ оборонительные меры: была усилена охрана и оборона военно-воздушных баз; из центральных районов страны на юг были переброшены дополнительные части; с авиабазы Рио-Гранде на аэродром Комодоро-Ривадавия ночью перебазировали три истребителя «ДаггерМ-5».

Субботний день 8 мая не принес улучшения погоды, утром была низкая облачность и изморозь, а к вечеру все укутала плотная дымка. Британское соединение оставалось на исходных позициях в зоне TRALA, разбираясь с техническими проблемами, которые все чаще стали возникать на кораблях. Рано утром эсминец «Ковентри» и фрегат «Броудсворд» направились к северу от острова Восточный Фолкленд. Задача кораблей состояла в воспрепятствовании любых попыток аргентинцев прорвать воздушную блокаду островов. С этой же целью в 8 часов 30 минут в небо с «Инвинзибла» поднялись «Си Харриеры» воздушного патруля.

Аргентинское командование приступило к выполнению операций по дезинформации англичан. Понимая, что противник располагает ограниченным парком самолетов палубной авиации и любой незапланированный вылет ведет к дополнительному увеличению нагрузки на пилотов и технику, аргентинцы, создавая видимость воздушной активности в районе островов, провоцировали британцев поднимать свои самолеты для перехвата ложных целей. Одна из таких провокаций едва не удалась: поднятые для отражения вероятной атаки противника два «Си Харриера», попав в сплошной туман, только чудом смогли вернуться на «Инвинзибл».

8 мая аргентинцы провели две подобные операции. Ближе к полудню с авиабазы Рио-Гранде вылетели два «Даггера М-5», во время этого боевого вылета произошел отказ материальной части одного из истребителей, и пилоты были вынуждены отказаться от выполнения задания и вернуться на базу. Вторую операцию в ночное время осуществляли силами эскадрильи «Феникс». Самолеты «Лиар Джет 35A-L» парами совершили три полета к островам, имитируя прорыв воздушной блокады, аргентинцы заставили англичан поднять на перехват «Си Харриеры», а затем, используя преимущество в скорости, легко оторвались от преследования.

В этот день дала о себе знать и затаившаяся аргентинская подводная лодка, которую британцы, несмотря на постоянное патрулирование, так и не смогли обнаружить. Получив около 19 часов, гидроакустический контакт с подводной целью, «Сан-Луис» заняла позицию для атаки. Противник находился на расстоянии 2700 м. и передвигался со скоростью около 8 узлов. Полностью не идентифицировав цель, капитан 2 ранга Ф. Аскуета приказал выпустить противолодочную торпеду Мк-37. Через 6 секунд акустики услышали звук похожий на удар по металлу, но взрыва не последовало, возможно, не сработал взрыватель. Атакованной могла оказаться атомная подводная лодка англичан «Сплендит», вероятно, она получила небольшие повреждения. В пользу этой версии говорит ее отзыв в Великобританию почти сразу после упомянутого инцидента.

Ночью с 8 на 9 мая англичане развернули активную деятельность. В час ночи фрегат «Алакрити» занял огневую позицию в 12 милях от Порт-Стенли и нанес артиллерийский удар по району Муди Брук. Фрегат УРО «Бриллиант» направился к северному входу в Фолклендский пролив для противодействия судоходству противника в этом районе. Довольно важная задача, учитывая, что снабжение аргентинского гарнизона Западного Фолкленда в основном осуществлялось по морю. В 4 часа 40 минут британские вертолеты атаковали военно-воздушные базы в Порт-Стенли и Дарвине.

Примерно в это же время боевой информационный центр Порт-Стенли сообщил, что, по данным его радара, к бухте Порт-Фицрой приближаются две крупных надводных корабля. Через полчаса от крупной цели отделились несколько небольших объектов и направились к берегу. Немедленно прибывший в информационный центр командующий морским компонентом оперативной группы «Мальвинские острова» предположил начало тактического десанта противника.

Анализ оперативной обстановки последних дней, поступающая разведывательная информация, убеждали аргентинское руководство, что высадка англичан на Фолкленды произойдет в ближайшее время. Боязнь пропустить начало десанта создавало повышенную нервозность в органах управления аргентинцев. Поэтому даже непроверенные данные радиоэлектронной разведки послужили сигналом, как на островах, так и на материке к объявлению тревоги. Войска гарнизона заняли позиции и приготовились к отражению вражеской атаки. На континенте командующий ТОЮА поставил задачу оперативной группе ВВС «Юг», как только поступят уточненные координаты английских кораблей нанести по ним воздушный удар. Немедленная готовность ударных эскадрилий назначалась на 7 часов 30 минут.

В 5 часов 55 минут с аргентинских радаров исчезли отметки небольших целей, был контакт по пеленгу 170° только с двумя крупными объектами, позже исчез и он. Англичане провели операцию по вскрытию системы береговой обороны Порт-Стенли, разведке узлов сопротивления, определению возможностей противника по организации взаимодействия между частями на островах и военно-воздушными силами на материке. Кроме этого, имитация десанта носила дезинформационный характер и преследовала цель — убедить аргентинское командование в том, что район высадки будет находиться в окрестностях административного центра архипелага.

Английский флот оставался на своих позициях. «Бриллиант» и «Алакрити» утром присоединились к основным силам. «Ковентри» и «Броудсворд» направились к Порт-Стенли для срыва воздушных перевозок противника, намереваясь обстрелять любое воздушное судно, которое попытается воспользоваться аэропортом. Это был своего рода эксперимент, впервые на практике британское командование хотело опробовать комбинацию противовоздушных комплексов эсминцев проекта 42 («Ковентри») и фрегатов проекта 22 («Броудсворд»). От успешного взаимодействия дальнего «Си Дарта» и ближнего «Си Вулфа» во многом зависела эффективность и безопасность будущих тактических построений английских кораблей.

Ночные тревоги закончились, и казалось, что наступил еще один день рутинных боевых будней. Однако в 7 часов 50 минут обстановка снова обострилась. Два «Си Харриера» с «Гермеса», вылетевшие на бомбежку Порт-Стенли, обнаружили к югу-юго-востоку от островов (52°45' ю.ш. и 58°02' з.д.) надводную цель. Это был траулер «Нарвал» судно водоизмещением 350 тонн, постройки 1968 г. и реквизированное аргентинским флотом для использования в качестве вспомогательного разведывательного корабля.

«Нарвал» следил за британским соединением, маневрируя на почтительном удалении от противника начиная с 1 мая, и за все это время его не обнаружили. 9 мая он был вынужден приблизиться к островам на расстояние 50 миль, где пилоты «Си Харриеров» и засекли его. Аргентинскому командованию, предположившему начало вражеской десантной операции, срочно были нужны данные о точном местонахождении британских кораблей. Но именно в это время по техническим причинам в воздух не смогли подняться два флотских самолета-разведчика «Нептун», поэтому и пришлось изменить позицию слежения для «Нарвала».

После обнаружения, аргентинским морякам по радио приказали застопорить ход и лечь в дрейф, но «Нарвал» не подчинился. Тогда английские самолеты, получив добро на атаку, обстреляли траулер из пушек и сбросили на него бомбу. Судно получило пробоину и остановилось, погиб один человек и 12 были ранены. Предполагая, что траулер вот-вот затонет экипаж, послав в эфир сигнал бедствия, начал спускать на воду спасательные плоты.

В 12 часов над траулером появились вертолеты «Си Кинг», опасаясь повторной атаки, аргентинцы начали покидать судно. С зависших над траулером вертолетов, на палубу поврежденного «Нарвала» высадилась досмотровая группа английских спецназовцев. Их, прежде всего, интересовали доказательства разведывательной деятельности аргентинских моряков. На борту была обнаружена аппаратура связи военного предназначения, шифровальные книги, инструкции и справочные документы. Кроме того, среди членов судовой команды находился офицер аргентинских ВМС капитан-лейтенант Г. Льянос.

Экипаж судна, 25 человек, был задержан, причем некоторых моряков пришлось поднимать из воды. Пленных вертолетами доставили на британские корабли, где раненым оказали медицинскую помощь. Поврежденный и оставленный всеми «Нарвал», прежде чем затонуть дрейфовал еще целые сутки.

Этот боевой эпизод имел продолжение. Получив сигнал бедствия от экипажа траулера, аргентинское командование на островах организовало спасательную операцию, в район бедствия был направлен армейский вертолет «Пума». Вылет немного задержали, поступила информация о нахождении по пути следования вертолета самолетов английского воздушного патруля. Когда «Пума» отправился на задание, связь с ним прервалась через 40 минут, поскольку его сбил ракетой «Си Дарт» эсминец «Ковентри».

В этот день боевых столкновений больше не было. Ночью после 24-часового пребывания у побережья островов «Ковентри» и «Броудсворд» начали движение к основным силам, причем под конец выполнения боевого задания эсминец имел серьезные проблемы с носовой артиллерийской установкой. Им на смену на позицию возле Порт-Стенли отправились эсминец «Глазго» и фрегат «Бриллиант», еще одна связка кораблей проекта 42 и 22 соответственно. В период с 2 часов 30 минут до 3 часов 33 минуты они нанесли артиллерийский удар по аргентинским позициям в районе Муди Брук. Около трех ночи затонул эсминец Ее Величества «Шеффилд».

С наступлением утра 10 мая, погода вновь ухудшилась, значительно затруднив при этом разведывательные действия аргентинской авиации. Аргентинское командование продолжало увеличивать численность группировки для воздушного наблюдения, привлекая воздушные суда гражданских ведомств и частных компаний. Для патрулирования прибрежной и дальней морских зон в этот день в воздух поднялись «Фоккеры F-27» и «Боинги-707».

Британское оперативное соединение, построенное в ордер ПВО, не приближалось к островам. В зоне TRALA суда пополняли запасы, экипажи кораблей выполняли ремонтные работы, специальные команды вылавливали сброшенную с транспортных самолетов в непроницаемых контейнерах почту. Английские тыловые службы продолжали накапливать материальные запасы на острове Вознесения и чилийской базе Кабо Хорнос.

Вечером 10 мая британское командование решило предпринять рейд одиночного корабля в Фолклендский пролив. Предстояло на месте выяснить наличие в этом районе аргентинских минных заграждений. Информацию, которая могла серьезно повлиять на планирование десантной операции и выбор места высадки, поручили проверить фрегату «Алакрити». Для маскировки своей основной цели фрегат должен был произвести артиллерийский обстрел позиций аргентинской береговой обороны и по возможности перехватить суда снабжения противника, действующие в этом районе.

После наступления темноты «Алакрити» через южное горло вошел в пролив. Передвигаясь буквально «на ощупь» по незнакомому опасному фарватеру, фрегат обстрелял окрестности Фокс-Бэй. Продолжив движение, в 22 часа 35 минут англичане получили радиолокационный контакт с надводным объектом. Аргентинский транспорт «Исла де Лос-Эстадос», который доставил на архипелаг авиационное топливо, медикаменты и теплую одежду для личного состава гарнизона, находился на стоянке в проливе Сан-Карлос. Фрегат произвел по транспорту три залпа из своего 114-миллиметрового орудия. Разрывы снарядов не только сильно разрушили надстройку, но и значительно повредили корпус. На судне вспыхнули пожары, когда же огонь добрался до авиационного горючего, произошел сильнейший взрыв, унесший жизни 18 человек. После этого оставшиеся в живых моряки покинули судно, которое через некоторое время затонуло.

«Алакрити» на полной скорости направился к выходу из Фолклендского пролива. Сделав несколько галсов в горле пролива для уточнения безопасного фарватера, фрегат постарался до наступления светлого времени удалиться на безопасное расстояние, подальше от островов. Вероятность, что аргентинцы сумеют перехватить фрегат в узком проливе, была весьма велика, поэтому для его подстраховки контр-адмирал Вудворд направил фрегат «Эрроу». Корабли встретились в северной части пролива и, набрав скорость, вырвались в открытое море.

Англичане рисковали вдвойне. Во-первых, их курс пролегал неподалеку от аргентинской вспомогательной авиабазы на острове Пебл, а, во-вторых, они шли через район действия подводной лодки противника. Ночь не позволила аргентинским пилотам подняться в воздух, но она не помешала аргентинским подводникам обнаружить британские фрегаты и атаковать их. Находясь в подводном положении, «Сан-Луис» в 1 час 30 минут установила гидроакустический контакт с двумя быстроходными надводными целями. Условия для атаки оказались идеальными, корабли шли между берегом и лодкой. Автоматическая система управления торпедной стрельбой оказалась неисправной, поэтому командир лодки вручную рассчитал параметры движения цели и определил порядок атаки. С дистанции 2,86 мили по головному кораблю аргентинцы произвели залп двумя торпедами SST-4. Но и на этот раз стрельба была неудачной, одна торпеда вообще не вышла из торпедного аппарата, а у второй через две с половиной минуты произошел обрыв кабеля телеуправления. Некоторое время спустя акустики зафиксировали далекий подводный взрыв, вероятно, торпеда попала в подводную скалу. Скорость, с которой шли корабли противника, не позволила подводникам провести повторную атаку.

Экипаж «Сан-Луис» так и не смог на месте определить причину отказа материальной части, сорвавшей их торпедные атаки. Сообщив командованию о неисправности приборов управления стрельбой, капитан 2 ранга Ф. Аскуета получил приказ оставить через два дня позицию боевого патрулирования и следовать в Мар-дель-Плата. Прибыв на базу, подводная лодка была поставлена в ремонт и больше не принимала участие в боевых действиях. Англичане не зафиксировали уход вражеских подлодок из вод архипелага и вплоть до окончания конфликта считали весьма возможными аргентинские подводные атаки, отвлекая на проведение противолодочных мероприятий значительные силы базовой и авианосной авиации.

Под утро 11 мая в 5 часов 25 минут «Глазго» и «Бриллиант» обстреляли аргентинские позиции в Муди Брук. Контр-адмирал Вудворд планировал в этот день произвести смену кораблей на огневой позиции в районе Порт-Стенли, но «Глазго» и «Бриллианту» пришлось задержаться у берегов еще на одни сутки, их сменщики эсминец «Ковентри» и фрегат «Броудсворд» доложили о неисправностях систем вооружения.

Погода наступающего дня оставалась неблагоприятной для воздушных операций, еще более тревожным был ближайший метеопрогноз — приближался штормовой фронт. В 9 часов 30 минут для нанесения бомбового удара по авиабазе «Кондор» вылетели два «Си Харриера». Их приближение с юго-восточного направления было вовремя обнаружено аргентинским радаром ПВО в поселке Гус-Грин. Зенитная артиллерия заранее открыла заградительный огонь и вынудила английских пилотов преждевременно сбросить бомбы и отказаться от атаки.

В этот день боевых столкновений больше не происходило, Англичане занялись исправлением повреждений и подготовкой к ночной высадке на острова разведывательных групп. Аргентинское командование, учитывая возросшую потребность проведения спасательных операций в районе боевых действий, сформировало воздушную группировку по поиску и спасению на море. В каждой военно-морской и воздушной базе были назначены специальные силы (всего 3 самолета и 21 вертолет), которые находились в немедленной готовности к проведению операций подобного характера. На Фолклендах эту функцию выполняли два «Чинука СН-47» и два «Белл 212S».

Готовясь к отражению вражеского десанта, командование ВВС Аргентины стремилось всеми средствами, повысить наступательную мощь своих ударных эскадрилий. После успешного эксперимента, показавшего возможность использования против морских целей 1000-фунтовой авиабомбы МК-17, она поступила на вооружение истребителей-бомбардировщиков «Даггер А-4В/С» и бомбардировщиков «Канберра».

В целях повышения уровня взаимодействия и сведения к минимуму потерь времени на согласования планируемых операций параллельными органами управления предпринимались различные шаги организационного характера.

Командование оперативной группой ВВС «Юг» ратовало за концентрацию всех ударных авиационных сил в одних руках. В своем обращении к командующему ТОЮ А оно предложило подчинить ВВС флотские эскадрильи «Супер Этандаров» и «Скайхоков A-4Q», К сожалению для аргентинцев, вице-адмирал X. Ломбардо отклонил это, безусловно, целесообразное предложение.

Стремясь оказывать как можно большее давление на систему ПВО противника и постоянно держать ее в напряжении, аргентинцы пускались на некоторые военные хитрости. Для провокации дополнительных вылетов «Си Харриеров» 11 мая аргентинцы провели новую операцию дезинформации. Звено самолетов «Лиар Джет 35A-L», находясь в воздушном пространстве островов, выполнило имитацию дозаправки топливом от самолета-заправщика «Геркулес КС-130». На экранах радаров противника это должно было выглядеть как действия ударной группы, впрочем, англичане на уловку не отреагировали, Ближе к вечеру резко ухудшившаяся погода не позволила противникам проводить более агрессивные действия. Над всем театром военных действий господствовали массы холодного арктического воздуха, которые принесли с собой изморозь туман и низкую облачность.

Утром 12 мая «Глазго» и «Бриллиант» вновь появились перед Порт-Стенли. Эсминец открыл огонь по берегу, используя для корректирования точности стрельбы вертолет «Линкс». Англичане рассчитывали, что плохая погода помешает ответным действиям авиации противника и артиллерийский обстрел можно продолжать в светлое время суток. В 6 часов за двадцать миль от берега аргентинцы обнаружили приближение двух британских кораблей. В 11 часов армейский патрульный вертолет заметил по пеленгу 110/120° на расстоянии 30 миль от Порт-Стенли семь кораблей противника, предположительно британская авианосная группа выдвигалась для нанесения бомбового удара по аргентинским аэродромам.

В 11 часов 42 минуты командующий оперативной группой «Мальвинские острова» доложил на континент о возросшей морской активности противника к востоку от Порт-Стенли. Командование оперативной группой ВВС «Юг» решило не упускать представившейся возможности и атаковать британские корабли. К выполнению операции привлекались восемь «Скайхоков А-4В» с авиабазы Рио-Гальегос и шесть «Даггеров М-5» с Рио-Гранде. Самолеты имели на вооружении новые бомбы МК-17, взрыватели которых были отрегулированы на 25/30 секундную задержку взрыва. Для поддержки ударных самолетов были выделены два самолета-заправщика «Геркулес КС-130». Для развития удара был запланирован вылет второй волны бомбардировщиков с авиабазы Сан-Хулиан, состав группы и ее вооружение было аналогичное первой — 6 «Даггеров М-5» и 8 «Скайхоков А-4В». Стремясь обеспечить максимально благоприятные условия для атаки своим ударным эскадрильям, аргентинское командование направило в воздушное пространство островов около тридцати вспомогательных самолетов.

В 12 часов 20 минут первые четыре «Скайхока А-4В» (позывной «Кука») поднялись в воздух с Рио-Гальегос. После дозаправки они прибыли в район к югу от Западного Фолкленда, где легли на курс 62° и вышли к Порт-Фицрой. Изменив по приказанию центра управления полетами курс на 182°, аргентинские пилоты через 12 миль обнаружили английские корабли. «Глазго» и «Бриллиант» маневрировали на большой скорости, расстояние между ними было 300 м. Действия аргентинцев затруднял сильный туман, кроме этого длительный полет на низких высотах привел к отложению слоев соли на фонарях кабин, в результате чего снизилась горизонтальная видимость.

Англичане засекли приближающегося противника немногим ранее, за 18 миль, но обстрелять его дальнобойным комплексом «Си Дарт» не смогли. Комплекс ПВО эсминца вышел из строя в самый неподходящий момент. Командир «Глазго» приказал с дистанции 5 миль открыть огонь из носовой артиллерийской установки Мк.8. Однако «Скайхоки» уже вошли в зону действия комплекса ПВО фрегата «Бриллиант», который обстрелял их ракетами «Си Вулф».

Самолеты не долетели до кораблей всего 500 м, первые две машины были уничтожены прямыми попаданиями ракет, третья, совершая маневр уклонения, коснулась крылом воды и упала в море. Четвертый пилот сумел прорваться и произнести бомбометание. Сброшенные им бомбы упали довольно близко от «Глазго», одна, срикошетив, даже перелетела через корабль, но их разрывы не причинили эсминцу никакого вреда. Выходя из атаки на предельно малой высоте, аргентинский пилот выжал из двигателей все что смог, и, уйдя на безопасное расстояние, он перешел на экономичный режим полета и начал набирать высоту. На базу «Скайхок» вернулся в 14 часов 20 минут, его посадка могла закончиться катастрофой, летчик едва различал полосу, настолько покрылся солью фонарь кабины его самолета.

Вторая группа «Скайхоков А-4В» (позывной «Золото») покинула аэродром в 12 часов 30 минут. Получив, в свою очередь, топливо от «Геркулесов КС-130», самолеты прибыли к островам через две минуты после первой группы. Они пересекли Восточный Фолкленд на малой высоте и обогнули поселок Дарвин с севера. Пилоты заметили британские корабли по пеленгу 40° и легли на боевой курс, время между атаками составило пять минут. На «Глазго» так и не успели ввести в строй зенитно-ракетный комплекс «Си Дарт», поэтому эсминец встретил атакующие самолеты выстрелами Мк.8 и очередями из стрелкового оружия. За 7 миль до цели аргентинцы совершили несколько маневров уклонения и сумели прорваться к кораблям, освободившись от захвата радаром «Си Вулф». Перейдя в пикирование, самолеты направились к выбранным целям, первые три к «Глазго», четвертый к «Бриллианту».

Все четыре пилота сумели произвести бомбометание. Идущий третьим, старший лейтенант Гаваззи попал в «Глазго», бомба пробила правый борт эсминца в районе мидель-шпангоута выше ватерлинии, но, пройдя через внутренние помещения корабля, вышла, не взорвавшись, с противоположного борта. Остальные бомбы легли рядом с кормой, не причинив «Глазго» вреда. «Бриллиант», атакованный замыкающим самолетом, отделался легким испугом: предназначенная ему бомба, срикошетив от поверхности моря, перелетела через корабль, скользнув по его палубе.

Самолеты вышли из боя парами на разных курсах. Маршрут возвращения проходил над островам, пилоты летели на малой высоте, опасаясь преследования английского воздушного патруля. Пара героя дня старшего лейтенанта Гаваззи неосторожно сместилась к северу и оказалась в районе военно-воздушной базы «Кондор». Зенитные расчеты 101-го батальона ПВО, защищавшие базу, находились в боевой готовности «красная», то есть в немедленной готовности к открытию огня. Произошла трагическая ошибка, самолеты опознаны не были. Идущий первым «Скайхок», за штурвалом которого находился Гаваззи, был сбит расчетом 35-миллиемтрового зенитного орудия. Малая высота полета не позволила пилоту катапультироваться. Старшего лейтенанта Гаваззи похоронили на небольшом военном кладбище в окрестностях поселка Гус-Грин, рядом с могилой сбитого несколькими днями ранее английского летчика Н. Тейлора. Остальные пилоты этой группы в 15 часов 50 минут благополучно возвратились на базу.

Добить поврежденный корабль аргентинское командование не смогло. Три из шести «Даггеров М-5» с Рио-Гранде не смогли по техническим причинам взлететь, вылет остальных запретил командир базы. Вторую волну самолетов из Сан-Хулиан в бой не послали, поскольку английские корабли уже ушли в северо-восточном направлении.

Поврежденный «Глазго» в сопровождении «Бриллианта» отходил к основным силам британского соединения. Сразу после попадания авиабомбы в отсек вспомогательных механизмов, корабль потерял ход и лишился электроэнергии. Бортовая качка попеременно опускала надводные пробоины в воду, в результате чего помещения аварийного отсека стали заполняться забортной водой.

Аварийные партии и экипаж корабля сумели взять ситуацию под контроль, борьба за живучесть велась по двум главным направлениям. Создав рубежи обороны, личный состав не допустил распространения воды по кораблю, а временная заделка пробоин и вооружение переносных откачивающих средств позволила ограничить уровень воды в отсеке вспомогательных механизмов. В это время ремонтные команды восстановили боеспособность комплекса ПВО «Си Дарт» и подали питание на все основные потребители. Корабль сумел дать ход и добраться до зоны TRALA. Для более исправления повреждений аварийный эсминец был направлен в район Южной Георгии. Пользуясь некоторым погодным затишьем, ремонтным бригадам соединения за несколько дней удалось восстановить водонепроницаемость корпуса корабля и вернуть «Глазго» в строй.

12 мая аргентинцы упустили шанс закончить войну в свою пользу. В случае потери одного из двух находившихся в зоне боевых действий эсминцев проекта 42, которые были основой противовоздушной обороны английского соединения и обеспечивали раннее радиолокационное обнаружение самолетов противника, британскому командованию вероятней всего пришлось бы отказаться от планов провести высадку на острова в ближайшее время. В свою очередь, перенос сроков высадки до прибытия существенного корабельного подкрепления, грозил затянуть операцию, что в условиях скорого наступления зимы в этих широтах в целом ставило под сомнение успех ее проведения. Кроме того, гибель «Глазго» продемонстрировала бы необоснованность надежд английского командования на эффективное сочетание противовоздушных комплексов «Си Дарт» и «Си Вулф», что могло крайне негативно отразиться на моральном состоянии экипажей кораблей. Великобритания еще не оправилась после потери «Шеффилда» и новое известие о гибели аналогичного корабля, полученное всего через неделю, основательно поколебало бы позиции сторонников войны.

Лишившись эсминца, контр-адмирал Вудворд был вынужден отказаться на некоторое время от артиллерийских обстрелов аргентинских позиций в районе Порт-Стенли. 13 мая выдался довольно спокойный день, плохая видимость и туман мешали операциям аргентинской авиации, которая ограничилась полетами патрульных самолетов. С этого дня воздушной разведкой и патрулированием театра военных действий стали заниматься аргентинские ВВС, поскольку флотские самолеты-разведчики «Нептун» окончательно вышли из строя.

Британское соединение маневрировало в зоне TRALA. На кораблях проводили срочную ревизию, с привлечением представителей фирм изготовителей, комплексов оружия, которые, не выдерживая длительного нахождения в штормовом море, начали давать многочисленные сбои, причем как в случае с «Глазго» и «Бриллиантом» в самое неподходящее время. Использовали затишье, как возможность немного отдохнуть и пилоты «Си Харриеров». Подняться в воздух в этот день их не заставили даже провокационные полеты над островами трех пар аргентинских самолетов «Лиар Джет 35A-L» из эскадрильи «Феникс».

Уже на следующий день передышка закончилась. Ранним утром британский авианосец «Инвинзибл» занял исходную позицию для нанесения воздушного удара по островам, маневрируя по линии север — юг на меридиане 55°30' з.д. «Си Харриеры» нанесли по позициям противника последовательно четыре Удара в 7:20, 11:45, 15:30 и 17:15. Бомбежке подверглись аргентинские части, находящиеся в районе горы Кент, расположенная там же площадка транспортных армейских вертолетов и взлетно-посадочная полоса авиабазы «Мальвинские острова» в Порт-Стенли. Английские пилоты, не рискуя входить в зону действия вражеского зенитного огня, сбросили с большой высоты 500- и 1000-фунтовые бомбы замедленного действия. Особых результатов британцы при этом не добились, на точности сказалась высота бомбометания.

Впрочем, командование 317-го оперативного соединения и не ставило перед своими летчиками в тот день задание поразить цели на земле точнее. Бомбардировка проводилась для отвлечения внимания противника от готовящейся масштабной специальной операции. Британские корабли во главе с авианосцем «Гермес» занимали исходные позиции в точке 49°30' ю.ш. и 50°30' з.д. Все было готово для совершения ночного броска к острову Пебл.

Приняв принципиальное решение высаживать на острова десант, английское командование приступило к устранению возможных препятствий, которые могли серьезно помешать как самой высадке, так и действию десантных частей в первые часы их нахождения на берегу. Прежде всего, речь шла об аргентинском аэродроме на острове Пебл. Располагая примерно десятком легких штурмовиков, противник был способен нанести с этой передовой базы весьма болезненный воздушный удар по высаживающимся английским частям. Причем аргентинские пилоты имели шанс застать британскую морскую пехоту в момент, когда она была бы наиболее уязвима, то есть в первые минуты после высадки.

В этот период противоздушная оборона плацдарма могла рассчитывать только на зенитные средства кораблей поддержки и самолеты воздушного прикрытия сил высадки, для разворачивания на берегу зенитно-ракетных комплексов «Рапира» требовалось определенное время. Именно в это время атакующий на предельно малой высоте воздушный противник, используя в качестве прикрытия прибрежные скалы, мог рассчитывать на прорыв в воздушное пространство плацдарма.

Столь опасный для британцев небольшой островок Пебл расположен всего в 10 милях к западу-северо-западу от входа в Фолклендский пролив. На этом неприветливом, безлюдном и довольно гористом клочке суши был оборудован полевой аргентинский аэродром «Кильдин». Две его 700-метровые грунтовые полосы имели не совсем твердое покрытие, что особенно проявлялось во время затяжных дождей. Первоначально аэродром использовали в качестве базы для перебазированных на Фолкленды вспомогательных самолетов морской авиации и нескольких «Менторов Т-34». Базу охранял взвод из 30 солдат и одного офицера. После событий 1 мая командование аргентинских ВВС, считая, что расположение аэродрома «Кильдин» не было обнаружено противником, приняло решение использовать ого в качестве запасной ВПП для авиабазы «Кондор» в Гус-Грин. За несколько дней до рейда английских спецназовцев пять штурмовиков «Пукара IA-58» из-за размокшей полосы не смогли приземлиться в Гус-Грин и были вынуждены сесть на острове Пебл.

Планируя операцию по уничтожению аргентинских самолетов и приведение в негодность взлетно-посадочной полосы на острове Пебл, англичане рассмотрели несколько вариантов. Первоначально предполагавшиеся массированные воздушные удары, как и артиллерийские обстрелы с моря, были отклонены в связи с риском потерь и их невысокой эффективностью. Аналогичные действия против аэродрома в Порт-Стенли привели к тяжелым повреждениям одного эсминца и гибели нескольких самолетов. Для достижения успеха необходимо было менять тактику, поэтому проведение операции возложили на специальное диверсионное подразделение SAS.

За четверо суток до начала операции, ночью 11 мая, вертолет «Си Кинг» с «Гермеса» доставил на северный берег острова Западный Фолкленд передовую группу бойцов SAS. Восемь разведчиков должны были следующей ночью форсировать на надувных лодках пролив Теймар, отделяющий остров Пебл от острова Западный Фолкленд. Разыгравшийся шторм не позволил англичанам с ходу переправиться через пролив и на остров они попали только 13 мая. Оставаясь все это время незамеченными, разведчики оборудовали на удалении 1,8 км от аэродрома наблюдательные посты. Опираясь на них, спецназовцы сумели провести разведку подступов к аэродрому, определить систему обороны базы и найти подходящие площадки для посадки вертолетов со штурмовой группой.

В 14 часов 14 мая от основных сил британского соединения отделился отряд из трех кораблей, который начал скрытный переход в район севернее Фолклендского пролива. Первым шел «Глэморган», его задачей было поддержать действия бойцов SAS артиллерийским огнем. На идущем вторым «Гермесе» находились четыре вертолета «Си Кинг», которым предстояло доставить на остров подразделение спецназовцев и расчет корабельного корректировочного поста. Замыкал группу фрегат «Броудсворд», чей зенитно-ракетный комплекс «Си Вулф» обеспечивал противовоздушную оборону авианосца.

Приблизившись к острову Пебл на 40 миль, «Гермес» и «Броудсворд» снизили ход, «Глэморган» же продолжил движение: ему предстояло подойти ближе на дистанцию открытия огня. С авианосца поднялись четыре вертолета, которые доставили на северное побережье острова подразделение SAS. 45 человек из роты «D» 22-го полка SAS были вооружены стрелковым оружием, имели два 81-миллиметровых миномета и несли подрывные заряды и пехотные мины. Совершив трехкилометровый переход, группа разделилась — 20 человек должны были атаковать аэродром, а остальные связать боем взвод охраны.

В 2 часа 30 минут эсминец «Глэморган» начал обстрел расположения аргентинцев, заставив уйти в укрытие часовых, при этом было выпущено несколько осветительных снарядов. В 4 часа 20 минут началась атака бойцов SAS. Первая группа, проникнув на летное поле, заложила подрывные заряды и вывела из строя 11 самолетов, в том числе все пять «Пукар IA-58». Самолеты стояли крыло к крылу, что значительно облегчило задачу диверсантов. Перед своим отходом англичане заминировали взлетно-посадочную полосу и некоторые аэродромные постройки, а также подорвали склад горючего.

Вторая группа, вступив в перестрелку с аргентинскими солдатами, прикрыла отступление первой. Полностью выполнив поставленную задачу и имея всего двух легкораненых, английские спецназовцы беспрепятственно вышли из боя и вертолетами были доставлены на авианосец.

Британские корабли немедленно начали отходить в северо-восточном направлении на соединение с основными силами. Существовала серьезная опасность подвергнуться контратакующему удару противника. Для того чтобы сковать разведывательную авиацию аргентинцев и не позволить им обнаружить отходящие корабли, англичане нанесли ряд бомбовых ударов по аэродрому в Порт-Стенли. «Си Харриеры» с «Инвинзибла» в 12:30, 15:47 и 16:26 с большой высоты сбросили бомбы на взлетную полосу ВВБ «Мальвинские острова».

Британцы добились своего, действия их авиации обеспечили ударному отряду возможность ускользнуть от неприятеля и беспрепятственно отойти на соединение с основными силами. В 8 часов 40 минут аргентинцы двумя вертолетами «Чинук» эвакуировали с острова Пебл деморализованный аэродромный персонал. Основная часть военнослужащих и брошенное англичанами снаряжение были доставлены в Гус-Грин. Оставшиеся без самолетов пилоты убыли на ВВБ «Мальвинские острова», где приступили к исполнению обязанностей авиадиспетчеров.

Командование аргентинских ВВС получило в 10 часов 25 минут информацию о нападении англичан на аэродром «Кильдин» и уничтожении ими пяти легких штурмовиков. Немедленно было принято решение восполнить эту потерю переброской на острова дополнительных самолетов. В 14 часов 43 минуты четверка «Пукар IA-58» вылетела из Санта-Крус и без происшествий совершила посадку на авиабазе «Кондор». Таким образом, количество аргентинских боевых самолетов на островах практически не уменьшилось.

Ночной рейд на остров Пебл продемонстрировал высокую боевую выучку бойцов британских специальных частей. Показал способность английского командования планировать и осуществлять успешные тактические операции и не бояться идти при этом на обдуманный риск. Несомненно, достигнутый результат значительно сказался на повышении морального состояния личного состава британского оперативного соединения и способствовал укреплению его веры в собственные силы. Однако в действительности англичане не сумели решить главную из поставленных перед собой задач. Пока аргентинцы имели возможность беспрепятственно возмещать свои потери на островах и в их руках оставался неповрежденный аэродром в Гус-Грин угроза воздушного удара по силам десанта со стороны штурмовой авиации все еще оставалась актуальной. Достигнутый успех ослабил противника на 10 часов, а отсутствие Надежной воздушной блокады островов свело к минимуму все усилия, предпринятые англичанами этой ночью.

На следующий день 16 мая английское командование продолжило изматывать непрерывными воздушными налетами аргентинскую группировку на островах. В 5 часов 10 минут два «Си Харриера» совершили налет на расположенные в бухте Фокс-Бей топливные склады, в результате этой бомбардировки получили ранения четыре аргентинских военнослужащих. В 10 часов 10 минут были атакованы аргентинские позиции в поселке Дарвин. Третий удар, нацеленный по аэродрому в Порт-Стенли, в 12 часов 15 минут нанесли два «Си Харриера». Сбросив бомбы с большой высоты, английские пилоты добились двух попаданий по позициям зенитной артиллерии.

В 13 часов 55 минут следующая пара «Си Харриеров» взлетевших с «Гермеса» атаковала аргентинское транспортное судно «Рио-Каракана». Самолеты зашли со стороны солнца с правого борта. Английские летчики сбросили несколько бомб и обстреляли корабль из своих пушек. В результате этой атаки никто из членов экипажа не пострадал, чего не скажешь о самом судне. От близких взрывов авиабомб нижняя часть корпуса получила значительные повреждения. Некоторые каюты по правому борту оказались полностью разрушенными, в других имелись многочисленные пробоины от снарядов и осколков. Сильные повреждения получили палубное оборудование, дымовая труба и спасательные шлюпки.

Оценив сложившуюся ситуацию и опасаясь повторных английских атак, капитан дал команду оставить судно. Большая часть экипажа была снята с поврежденного транспорта и доставлена на берег патрульным катером префектуры «Форест». На «Рио-Каракана» остались несколько моряков, которые сумели за четыре часа довести судно до бухты Фокс-Бэй. Покинутый транспорт несколько дней одиноко стоял на рейде, постепенно кренясь и погружаясь в воду.

19 мая на борт «Рио-Каракана» высадилась группа матросов. Аргентинцы попытались выгрузить остатки продовольствия и по возможности устранить повреждения. Предпринятый ими детальный осмотр показал, что многие судовые помещения, в том числе и машинное отделение, затоплены и намеченные работы признали нецелесообразными. Спустя несколько дней окончательно брошенное судно затонуло.

В 14 часов 15 минут атакованным оказался вспомогательный корабль «Байа Буэн Сусесо», находившийся в бухте Фокс-Бэй. «Си Харриеры», возвращавшиеся после бомбардировки побережья и израсходовавшие почти весь свой боезапас, зашли в атаку со стороны солнца и обстреляли судно 30-миллиметровыми снарядами. Хотя повреждения судна и оказались незначительными, оно было оставлено экипажем.

Аргентинская авиация также не сидела сложа руки. Получив информацию о возможном присутствии на берегах Фолклендского пролива разведгрупп противника, аргентинское командование усилило ведение воздушной разведки в этом районе. Четыре штурмовика «Пукара IA-58» с авиабазы «Кондор» последовательно барражировали над заливом Сан-Карлос, но так и не сумели обнаружить британских спецназовцев.

С наступлением темного времени суток, англичане возобновили беспокоящие артиллерийские удары по окрестностям Порт-Стенли. В 22 часа 35 минут по аргентинским позициям из своего 114-миллиметрового орудия открыл огонь эскадренный миноносец «Глэморган». За прошедшие с момента начала боевых действий две недели, англичане успели привыкнуть к относительной безопасности ночного маневрирования на огневой позиции у Порт-Стенли. Тем неожиданней для них стал полученный в эту ночь отпор.

Аргентинское командование на основании данных радиоэлектронной разведки установило район огневого маневрирования кораблей противника, но средствами для нанесения по ним удара не располагало. У имеющихся в распоряжении аргентинцев 105-миллиметровых орудий не хватало дальности стрельбы, чтобы повредить английские корабли. Поэтому 13 и 15 мая транспортные самолеты «Геркулес С-130» доставили на острова три 155-миллиметрового орудия, которые были способны посылать снаряды на 20 км. В ночь с 16 на 17 мая аргентинцы впервые ответили огнем на огонь корабельной артиллерии англичан и, добившись нескольких близких попаданий, заставили их отступить.

После потери эскадренного миноносца «Шеффилд», когда проблема борьбы с аргентинской авиацией приняла наиболее острый характер, британцы осуществили ряд мероприятий, призванных повысить эффективность их системы ПВО. Однако до конца ликвидировать воздушную угрозу англичанам не удалось. В преддверии проведения десантной операции было необходимо свести к минимуму риск подвергнуться удару со стороны наиболее мощного оружия противника — противокорабельных ракет «Якзосет» и их носителей истребителей-бомбардировщиков «Супер Этандар».

Британскими спецслужбами был разработан план уничтожения аргентинских «Супер Этанд аров». Осуществление операции, получившей кодовое наименование «Микадо», возлагалось на роту «В» 22-го полка SAS. Согласно этому плану, 65 диверсантов двумя самолетами «Геркулес С-130» с острова Вознесения перебрасывались на аргентинскую авиабазу в Рио-Гранде. Овладев аэродромом, спецназовцы должны были вывести из строя «Супер Этандары», а затем найти и уничтожить ракеты «Экзосет».

Операция имела шансы на успех только при условии достижения фактора внезапности. Для обеспечения скрытности подлета «Геркулесов С-130» к острову Огненная Земля, за несколько дней до начала основной части операции планировалось с вертолета «Си Кинг» осуществить в районе аэродрома высадку тактического десанта. Штурмовая группа должна была атаковать авиабазу, связать аргентинцев боем, и этим обеспечить удачное приземление самолетов с бойцами SAS на борту. После выполнения боевой задачи, и род полагал ось, что британские спецназовцы эвакуируются ни «Геркулесах», предварительно заминировав летное поле. Как запасной вариант отступления рассматривался отход на территорию Чили.

Во второй половине дня 15 мая первая группа диверсантов десантировалась с «Геркулеса С-130» в районе маневрирования британских кораблей. Спецназовцы были подняты вертолетами с воды и доставлены на вспомогательное судно «Форт Остин», откуда их перевели сначала на авианосец «Гермес», а затем на «Инвинзибл».

Операция по высадке тактического вертолетного десанта в окрестности Рио-Гранде англичане провели поздним вечером 16 мая. «Инвинзибл» в охранении фрегата «Бриллиант» осуществил скрытный переход к острову Огненная Земля и максимально приблизился к территориальным водам Аргентины. С палубы авианосца вылетел вертолет «Си Кинг», на борту которого находились бойцы SAS.

Английские корабли ожидали вертолет всю ночь, но под утро они были вынуждены покинуть опасный район и отойти на восток. Операция закончилась неудачно, потому что приблизительно в 20 км от цели «Си Кинг» был обнаружен радарами аргентинского корабельного дозора. Понимая, что скрытность операции нарушена, и опасаясь перехвата со стороны противника, англичане приняли решение приземлиться в районе чилийского города Пунта-Аренас. Уничтожив документы и вертолет, трое пилотов сдались чилийским властям и были интернированы. Через несколько дней дизельная подводная лодка «Оникс» эвакуировала спецназовцев с Огненной Земли.

После обнаружения остова сгоревшего вертолета, аргентинское командование осуществило ряд мероприятий по повышению обороноспособности авиабазы Рио-Гранде. Шесть вертолетов и подразделение морской пехоты тщательно обследовали окрестности города. Подступы к аэродрому были прикрыты дополнительными минными полями, а охрана базы усилена ротой морской пехоты.

Перейдя от теоретического планирования десантной операции к ее практическому осуществлению, английское командование резко усилило воздушную разведку театра военных действий. С 15 по 26 мая англичане осуществили семь разведывательных полетов над Южной Атлантикой. В этих воздушных операциях приняли участие патрульные самолеты «Нимрод» из 201-й эскадрильи королевских ВВС Великобритании. Способность этой воздушной машины производить дозаправку в воздухе и наличие на ее борту современных средств радиоэлектронной разведки позволяли за один полет вскрывать обстановку на участке длинною 1 тыс. миль и шириной до 400 миль. Бортовые радары «Сечвотер» выдавали приблизительные размеры любого надводного объекта и фиксировали активную работу корабельных радиоэлектронных средств.

Продолжительность каждой такой операции составляла около 19 часов, причем самолету-разведчику требовалось минимум три дозаправки в воздухе. Как правило, полет «Нимрода» проходил на высоте 10 км по маршруту от острова Вознесения до точки поворота в 150 милях от Порт-Стенли. Затем самолет ложился на курс 270 и летел в сторону аргентинского берега, не доходя до которого 60 миль, снова поворачивал и возвращался на базу вдоль территориальных вод Аргентины. Испытывая острый недостаток информации о противнике, в особенности о действиях аргентинских надводных и подводных сил, британское командование было вынужденно идти на столь ресурсоемкие и рискованные предприятия.

Блокадные действия британских оперативных соединений были направлены на обеспечение благоприятного оперативного режима деятельности своих экспедиционных сил и достижения необходимых условий проведения десантной операции. С 1 по 21 мая в результате активных действий англичанам удалось вытеснить из района ведения боевых действий аргентинский флот, и свести к минимуму транспортные перевозки противника между континентом и Фолклендскими островами.

В этот период боевая деятельность 324-го и 317-го оперативных соединений заключалась в блокаде аргентинских портов, как на материке, так и на архипелаге; нанесении бомбово-артиллерийских ударов по объектам противника на островах. Английские силы занимались проведением траления минноопасных районов и выполнением мероприятий противолодочной обороны, несли дозорную службу и вели разведку, обеспечивали воинские перевозки в Атлантике.

С целью ослабить аргентинскую группировку на островах, причинить ей потери, воспрепятствовать усилению гарнизона и оказать психологическое воздействие на личный состав противника британские надводные корабли систематически наносили артиллерийские удары по берегу. Обстрелы осуществлялись в темное время суток, как одиночными кораблями, так и корабельными ударными группами, независимо от метеорологических условий. Англичане вели огонь, стоя на якоре, с дистанции 40 — 50 кабельтовых. Стрельбу корректировали по данным вертолетов и береговых постов. Для освещения цели использовали осветительные снаряды и ракеты. Наиболее интенсивному воздействию огня подверглись авиабазы «Мальвинские острова» и «Кондор», вертолетные площадки в районе бухты Фокс-Бэй и горы Кент, оборонительные сооружения в Порт-Стенли и на Западном Фолкленде.

Особое место занимали действия британского командования по организации обороны собственных сил. Для обеспечения противовоздушной и противолодочной обороны тактических групп и отдельных кораблей, действовавших в водах Фолклендских островов, привлекалось значительная часть палубной авиации. Кроме того, в интересах ПЛО была задействована базовая патрульная авиация англичан.

Завоевав в районе боевых действий господство на море и частично в воздухе, английское командование получило возможность, не встречая сопротивления со стороны противника, широко использовать большую часть своей палубной авиации и корабли для нанесения бомбово-штурмовых и артиллерийских ударов по островам. В результате массированных обстрелов и ежесуточных бомбардировок англичанам удалось в значительной степени измотать войска противника, подорвать их моральный дух и снизить боевую стойкость аргентинцев, что в конечном итоге создало благоприятные условия для проведения крупномасштабной десантной операции.


Глава 13. ОПЕРАЦИЯ «САТОН»

Выбор места проведения морской десантной операции оказался для британского командования непростой проблемой. Еще 9 мая на флагманском командном пункте авианосца «Гермес» состоялось посвященное именно этому вопросу штабное совещание. Командованию 317-го оперативного соединения было необходимо найти компромиссное решение для ряда трудноразрешимых задач. Во-первых, район высадки должен был быть максимально защищен от возможных контрударов противника. Берег в этом месте должен быть доступным в десантном отношении, а акватория перед ним обладать необходимой вместимостью для размещения около двух десятков вспомогательных судов и боевых кораблей. Кроме того, для англичан было желательно отсутствие на берегу развитой противодесантной обороны противника.

Во-вторых, место проведения десанта должно было благоприятствовать созданию в сжатые сроки достаточно крупного плацдарма. Он, в свою очередь, мог бы играть роль исходного пункта для проведения крупномасштабного наступления на Порт-Стенли, а в случае необходимости послужить районом долговременного британского военного присутствия на островах. Для решения этой задачи плацдарм должен был располагать достаточной акваторией, способной обеспечить защищенную стоянку крупных морских судов, и иметь подходящее место для строительства на берегу полевого аэродрома.

В процессе предварительного обсуждения британское командование рассмотрело несколько возможных вариантов проведения десантной операции. Наиболее подходящими районами высадки были признаны бухта Стивели на острове Западный Фолкленд, бухта Лэу на южном побережье острова Восточный Фолкленд, северная бухта Тил-Инлет и расположенный на восточном берегу Фолклендского пролива залив с бухтами Сан-Карлос, Фаннинг-Харбор и Сан-Карлос-Уотер.

Бухты Стивели и Лэу, как объекты возможного десанта, обладали преимуществом: отсутствие противодесантной обороны и удаленность от района дислокации основной группировки противника, обещали легкую высадку и достаточное время, чтобы прочно закрепиться на берегу. Однако наличие больших естественных преград на пути наступления войск десанта на Порт-Стенли могло значительно затянуть срок проведения сухопутной операции и усложнить ее, поэтому от первых двух вариантов пришлось отказаться.

Бухта Тил-Инлет, расположенная на южном берегу залива Порт-Сальвадор, имела небольшой причальный пирс, это могло положительно сказаться на темпах наращивания на плацдарме сил и средств десанта. Кроме того, огромная акватория залива Порт-Сальвадор позволяла укрыть крупную корабельную группировку от атак аргентинских подводных лодок. После более тщательного анализа географических характеристик залива и от этого варианта пришлось отказаться; берега Порт-Сальвадор окаймлены многочисленными рифами и отмелями, грунт твердый и плохо держит якоря, в заливе много мелких островков, которые затрудняют судоходство. Но самое главное, Порт-Сальвадор соединяется с океаном узким семимильным проходом, который аргентинцы при желании могли бы легко заблокировать.

Более-менее подходящим местом для проведения десанта оказался залив, расположенный в северо-восточной части Фолклендского пролива, он стал тем самым компромиссным решением, которое устроило почти все заинтересованные стороны в британском руководстве. Политики были удовлетворены близостью района десантирования от Порт-Стенли, а значит и сокращением времени на проведения наступательной операции. Английское командование на театре военных действий также вполне устраивал этот район Фолклендского пролива. Бухты Сан-Карлос, Фаннинг-Харбор и Сан-Карлос-Уотер обеспечивали надежную в навигационном отношении стоянку для судов и кораблей. Обрывистые берега пролива и расположенные на берегу высокие холмы, по мнению командиров, должны были укрыть корабли от воздушных атак противника и свести к минимуму опасность применения аргентинцами противокорабельных ракет «Экзосет». Кроме того, окружающий залив рельеф местности позволял быстро организовать прочную оборону плацдарма, а наличие на берегу некоторой инфраструктуры облегчило бы положение высадившихся там войск.

20 мая британское оперативное соединение приступило к проведению операции «Сатон». Поздним утром в начале одиннадцатого английские корабли начали движение в исходные районы. Используя плохую погоду и накопленный к этому времени боевой опыт, английское командование сумело достичь оперативной внезапности. Аргентинцам не удалось обнаружить приближение к Фолклендскому проливу отряда десантных кораблей противника, также не замеченным для них прошло и выдвижение к северу от островов английской авианосной группы прикрытия.

Десантный отряд под командованием командора М. Клаппа состоял из семи десантных кораблей и пяти вспомогательных судов. Основой его были два десантных корабля-дока «Феарлесс» и «Интрепид», танкодесантные корабли «Сэр Персивейл», «Сэр Галахед», «Сэр Герейнт», «Сэр Ланселот» и «Сэр Тристрэм». На этих кораблях находилась большая часть изготовившихся к высадке морских пехотинцев и парашютистов. Военная техника, запасы материальных средств, боеприпасы и оставшиеся десантники были погружены на вспомогательные суда «Форт Остин», «Стромнесс», «Канберра», «Еуропик Ферри» и «Норланд».

Непосредственную поддержку высадки, а также охрану и оборону десантных судов на переходе морем осуществляли 7 боевых кораблей: эсминец УРО «Энтрим», фрегаты УРО «Аргонот», «Ардент», «Плимут», «Ярмут», «Бриллиант» и «Броудсворд». Дальнее прикрытие сил, задействованных в операции «Сатон», выполняло ударное соединение во главе с двумя авианосцами «Гермес» и «Инвинзибл». Кроме авианосцев, в состав этой группы вошли эсминцы УРО «Глэморган», «Ковентри», «Глазго», фрегаты УРО «Алакрити», «Эрроу», вспомогательные суда «Олмеда», «Рисоурс», «Риджент», «Тайдпул», «Перлиф», «Элк», «Форт Торонто» и авиатранспорт «Атлантик Конвейер».

Третья бригада морской пехоты бригадного генерала Томпсона, которой предстояло высадиться на берег в ночь на 21 мая, представляла внушительную силу по числу соединений и качеству их боевой подготовки. В составе бригады были 40-й батальон морской пехоты подполковника М. Ханта, 42-й батальон морской пехоты подполковника Н. Во, 45-й батальон морской пехоты подполковника А. Вайтхэда.

Линейные части поддерживал 22-й полк королевской артиллерии морской пехоты подполковника М. Холройд-Смита, полк тылового обслуживания подполковника А. Хеллберга, 59-я инженерная рота майора Р. Макдонольда и рота связи майора Р. Диксона. Специальные части были представлены подразделением SBS майора Д. Томсона. Бригада располагала 9 вертолетами «Газель» и 9 «Скаутами» из 656-й эскадрильи майора К. Кэмерона.

В качестве частей усиления 3-й бригаде были переданы 2-й парашютно-десантный батальон подполковника X. Джонса, 3-й парашютно-десантный батальон подполковника X. В. Пайка и 22-й полк SAS подполковника X. Роуза. Накануне высадки полк SAS понес значительные потери. 19 мая вертолет «Си Кинг» осуществлял переброску спецназовцев с авианосца «Гермес» на «Интрепид». В 18 часов 44 минуты на высоте около 90 м. произошло прекращение подачи топлива в двигатель вертолета. Через четыре секунды «Си Кинг» упал в океан. К месту катастрофы подошли «Бриллиант» и «Феарлесс», но спасти удалось только 8 человек; 22 военнослужащих, включая 20 спецназовцев, погибли.

Для непосредственной авиационной поддержки высаживающихся подразделений были назначены 11 вертолетов «Си Кинг НС4» 846-й эскадрильи ВМС и 5 «Вессекс» 845-й эскадрильи флота. «Си Кинги» распределили следующим образом: на «Феарлесс» и «Интрепид» по четыре машины, две на «Канберре» и одна на «Норланде». «Вессексы» базировались на борту вспомогательного судна «Рисоурс».

Войскам противника аргентинцы могли противопоставить в районе высадки только неполную роту «С» 12-го пехотного полка, два взвода под командованием старшего лейтенанта К. Эстебана, которые 16 мая прибыли из Дарвина в район Порт-Сан-Карлос и состояли из 62 солдат. Перед этим подразделением, названным тактическая группа «Орел», не ставили задачу — создать на берегах Сан-Карлос-Уотер полноценную противодесантную оборону. Имея на вооружении всего два противотанковых безоткатных 105-миллиметровых орудия и два 81-миллиметровых миномета, группа «Орел» должна была вести наблюдение за входом в Фолклендский пролив и контролировать население расположенных в округе нескольких небольших поселков. По сути, функция подразделения К. Эстебана сводилась к установлению военного присутствия в этом районе.

Аргентинцы оборудовали укрепленный наблюдательный пост на господствующей над проливом высоте 234 — горе Фаннинг-Хед. Гарнизон высоты состоял из 21 солдата, здесь же находилось все тяжелое вооружение группы. Основную часть роты и свой командный пункт старший лейтенант Эстебан разместил в поселении Порт-Сан-Карлос, в 8 км от входа в пролив. В поселке имелось электричество для питания радиостанции и телефонная связь с Порт-Стенли. Связь с наблюдательным постом поддерживали с помощью переносной радиостанции.

Английское командование не сразу сумело обнаружить присутствие аргентинцев в районе высадки. Первую разведывательную информацию о группе «Орел» удалось получить в результате перехвата аргентинских радиопереговоров. В район Порт-Сан-Карлос для скрытного наблюдения за Фаннинг-Хед направили несколько бойцов SBS. Информация о наличии подразделений противника на господствующей высоте привела к изменениям плана операции. Немногим ранее основной высадки планировалось вертолетами доставить к подножью высоты штурмовую группу SBS, которая при поддержке корабельной артиллерии, должна была атаковать и подавить аргентинские позиции.

Кроме группы «Орел», британское командование всерьез опасалось аргентинского удара из Дарвина. Противник располагал в этом районе крупными силами — так называемой группировкой «Мерседес». Поддержанный с воздуха эскадрильей штурмовиков «Пукара» с авиабазы «Кондор» 12-й пехотный полк мог значительно осложнить действия бригады Томпсона, особенно в первое время, когда английские силы на плацдарме были наиболее уязвимы.

План десантной операции предусматривал ночную высадку войск на необорудованное побережье тремя эшелонами. Первая волна десантников в составе 2-го парашютно-десантного батальона, расположенного на «Норланде», высаживалась на восточное побережье бухты Сан-Карлос-Уотер, в районе так называемого «Синего плацдарма-2» несколько южнее поселка. После сосредоточения на берегу это подразделение должно было совершить восьмикилометровый марш к горам Суссекс, где приготовиться к отражению возможной атаки аргентинских частей из района Дарвин-Гус-Грин. Одновременно с «Феарлесс» на «Синий плацдарм-1» севернее Сан-Карлоса начинал высадку 40-й батальон морской пехоты.

Вторая волна состояла из морских пехотинцев 45-го батальона, находившихся на борту «Стромнесса», их задачей был захват «Красного плацдарма-1» на западном берегу бухты Сан-Карлос-Уотер, с последующим установлением контроля над поселком Аякс-Бэй. На «Зеленый плацдарм-1» северо-западнее Порта-Сан-Карлос десантировался личный состав 3-го парашютно-десантного батальона с «Интрепида». Южнее Порт-Сан-Карлос на «Зеленый плацдарм-2» намечалось высадить 42-й батальон морской пехоты. В это же время бойцы роты «D» из 22-го полка SAS должны были напасть на аргентинский гарнизон, расположенный в Дарвине, и связав его боем, сорвать возможный контрудар противника.

Третья волна состояла из частей усиления, обслуживания и снабжения. После установления полного контроля над районом высадки на берег планировалось доставить части противовоздушной обороны, артиллерийские батареи и тыловые подразделения.

В 16 часов от амфибийной группы отделились два корабля — эсминец «Энтрим» и фрегат «Ардент», которые первыми начали движение в Фолклендский пролив. Эта авангардная группа выполняла своего рода разведку боем, ее действия носили демонстрационный характер и были направлены на дезинформацию аргентинского командования относительно истинного места высадки. С аналогичной целью в залив Шуазель, находящейся в противоположной стороне Сан-Карлоса, направился «Глэморган». Ночной артобстрел аргентинских позиций в районе Гус-Грин и Дарвин, произведенный этим эсминцем, должен был привлечь внимание аргентинцев к южному району архипелага и способствовать скрытности проведения основной операции.

В 19 часов «Энтрим» и «Ардент», оставаясь незамеченными, подошли ко входу в пролив. Когда корабли находились на траверзе мыса Рейс, вертолет с эсминца начал переброску на берег 25 спецназовцев SBS и личный состав корабельного берегового корректировочного поста. Вертолетчикам пришлось сделать четыре рейса, чтобы доставить к подножью Фаннинг-Хед всю группу с ее вооружением и оборудованием.

В 20 часов «Ардент» вошел в Фолклендский пролив и направился к поселку Гус-Грин в залив Грэнтхэм-Саунд, его задачей было ведение артиллерийского огня при атаке аргентинского гарнизона в Дарвине. В 22 часа 30 минут «Энтрим» занял позицию в шести милях южнее мыса Рейс, готовясь по сигналу своего корректировочного поста открыть огонь по берегу. В 22 часа 45 минут в пролив вошла передовая группа английских амфибийных кораблей. «Феарлесс» и «Интрепид», в охранении фрегата «Ярмут» приблизились к входному створу в бухту Сан-Карлос-Уотер, с этого рубежа предстояло использовать восемь танкодесантных катеров «LCVP». В 23 часа 30 минут в пролив вошла вторая группа судов «Канберра», «Норланд», «Стромнесс» и «Форт Остин» в охранении фрегатов «Плимут» и «Бриллиант». Арьергардный, третий отряд, в составе танкодесантных кораблей «Сэр Персивейл», «Сэр Галахед», «Сэр Герайнт», «Сэр Ланселот» и «Сэр Тристрэм», под конвоем фрегатов «Аргонт» и «Броудсворд» должен был присоединиться к основным силам в 3 часа 21 мая.

Наступил день «Д» 21 мая погода благоприятствовала действиям англичан. Волнение на море составляло 3 балла, сила ветра 10 м/с, температура воздуха 3 С. Зона высадки была закрыта туманом, шел дождь со снежными зарядами. В 00 часов 30 минут десантники начали погрузку на плоты и сразу же возникли неучтенные планом осложнения. Балластные насосы «Феарлесса», с помощью которых заполнялось водой пространство дока, вышли из строя, и четыре танкодесантных катера не смогли покинуть корабль. Командир корабля капитан 1 ранга Д. Ларкен, оценив ситуацию, угрожавшую сорвать график высадки, принял рискованное, но верное решение. Не дожидаясь исправления насосов, он приказал открыть створки батопорта, вода ворвалась в док, и катера смогли всплыть. Все обошлось благополучно и первая четверка «LCVP» с морскими пехотинцами 40-го батальона и четырьмя легкими танками «Скорпион» направилась в бухту Сан-Карлос-Уотер.

В это время катера с «Интрепида» штатным способом покинули борт своего корабля. «LCVP» с позывными «Танго 1, 2, 3, 4» направились с «Норланду», чтобы доставить на берег 2-й парашютно-десантный батальон. Из-за соблюдавшегося британскими кораблями режима радиомолчания, рулевые катеров не сразу обнаружили среди скопления судов нужный им «Норланд». Когда же катера все-таки сумели подойти к парому, возникла новая проблема — отсутствовали швартовные точки. Экипажи «LCVP», по очереди подходя к борту парома, с большим трудом удерживали на месте свои небольшие суда, в то время как десантники в полном вооружении спускались на катера по канатам. Не обошлось без несчастного случая, один из парашютистов не удержался и упал, сломав при этом ногу. Процедура затянулась и выдвижение катеров с ротами 2-го батальона на исходную линию, намеченное на 1 часов 54 минуты пришлось перенести на час.

Тем временем подразделение SBS сосредоточилось в двух с половиной километрах от аргентинских позиций на высоте 234. Отсюда спецназовцы начали утомительный марш к вершине горы Фаннинг-Хед. Аргентинские часовые, встревоженные шумом вертолетных двигателей, подняли тревогу. В 1 час 30 минут они сумели разглядеть в ночной темноте силуэты нескольких крупных кораблей. Командир аргентинского взвода младший лейтенант Рейес попытался связаться по радио с Порт-Сан-Карлос, но рация оказалась неисправной и предупредить старшего лейтенанта Эстебана о начавшемся десанте он не смог.

Около трех часов аргентинцы открыли по проливу огонь, но их орудия и минометы не причинили англичанам существенного вреда. Между тем бойцы SBS находились в полукилометре от своей цели. Их командир передал на «Энтрим» просьбу открыть огонь и подавить батарею противника. Однако орудие главного калибра эсминца оказалось неисправно, и спецназовцам пришлось обстрелять вершину горы из своих 60-миллиметровых минометов. Через некоторое время, когда к минометному огню присоединилось отремонтированное орудие «Энтрима», положение гарнизона Фаннинг-Хед стало безнадежным. Имея убитых и тяжелораненых, исчерпав возможности продолжать бой, аргентинцы в 3 часа 30 минут покинули свои позиции. Им удалось пробиться в северном направлении и оторваться от британского преследования. Обходными путями по пустынным тропам, минуя стороной населенные пункты, аргентинцы пешком попытались добраться до Порт-Стенли. 14 июня находившиеся на грани истощения солдаты младшего лейтенанта Рейеса были захвачены в плен английским патрулем.

Однако десант, хотя и с опозданием, но все-таки проходил по плану. Переполненные солдатами 2-го парашютно-десантного батальона, их вооружением и боеприпасами катера «LCVP», идя курсом 159°, подходили к намеченному для них участку плацдарма в глубине бухты Сан-Карлос-Уотер. Командир батальона ожидал увидеть на берегу опознавательные световые маяки, поставленные разведгруппами SBS. Ориентируясь на эти огни, англичане рассчитывали точно пристать к берегу. Но никаких сигналов на пляже не было. Это могло означать помимо всего прочего, что берег до сих пор не разведан. Рулевые катеров несколько замешкались. Подполковник Джонс, не желая снижать темп высадки, отдал приказ продолжить движение. «LCVP» двинулись вперед и почти сразу сели на мель. Парашютистам пришлось добираться до берега по грудь в ледяной воде, с пятидесятикилограммовым снаряжением на плечах, преодолевая при этом сильное приливное течение.

На берегу неприятности продолжились. Произошла путаница, некоторые подразделения сбились с маршрута и высадились либо не в своем месте, либо не в свое время. Командованию пришлось нарушить режим радиомолчания, чтобы восстановить порядок. В 4 часа 30 минут рота «В» 2-го батальона под командованием майора Д. Кросалэнда первой закончила высадку. После того, как удалось собрать остальные роты батальона, он ускоренным маршем выдвинулся к горам Сассекс, которые необходимо было занять еще до рассвета.

Почти сразу после высадки парашютистов началась высадка личного состава и бронетехники 40-го батальона. Морские пехотинцы без проблем высадились на своем участке «Синий плацдарм 1» севернее поселка Сан-Карлос. После сосредоточения на берегу рота «С» заняла поселок, а роты «А» и «В» начали движение к горе Верде, которую им предстояло оборонять.

С рассветом танкодесантные катера вернулись из района высадки за второй волной десанта. При дневном свете порядка в действиях высаживающихся частей стало значительно больше. Без приключений достиг зоны десантирования «Красный плацдарм 1» на восточном берегу бухты Сан-Карлос-Уотер 45-й батальон морской пехоты. После выгрузки на берег морские пехотинцы расположились в помещениях заброшенного мясоперерабатывающего завода в Аякс-Бэй. В это же время 3-й парашютно-десантный батальон высаживался в полутора километрах северо-западнее селения Порт-Сан-Карлос на «Зеленом плацдарме 1».

Оказавшись на берегу, парашютисты развернули наступление в глубину плацдарма. Вперед были высланы боевые группы батальона. В предрассветных сумерках, не разобравшись в обстановке, бойцы роты «А» обстреляли роту «С», причем их атака была поддержана двумя БМП. Завязался встречный бой, во время которого обе стороны вызвали огнь 105-миллиметровой артиллерии. Только личное вмешательство командира батальона позволило прекратить длившуюся больше часа перестрелку. В результате этого «боя» «обе стороны» потерь не понесли.

В 8 часов 15 минут аргентинские часовые разглядели стоящие на внешнем рейде британские корабли, движущиеся по бухте катера и летящие во все стороны вертолеты. В 8 часов 30 минут командир аргентинской группы «Орел» получил донесение, что английская пехота приближается с запада к поселку. Сообщив по радио в Порт-Стенли о начавшемся британском десанте, старший лейтенант К. Эстебан, опасаясь попасть в окружение, приказал своим людям отступить.

В 8 часов 45 минут две роты 3-го парашютно-десантного батальона заняли оставленный аргентинцами поселок. Чтобы помешать отходу противника, англичане попытались высадить вертолетный десант на северной окраине поселка. Транспортный вертолет «Си Кинг» неосторожно приблизился к аргентинцам и был обстрелян из автоматического оружия. Машина была сильно повреждена, но пилотам все же удалось отвести ее на безопасное расстояние.

Английское командование немедленно направило в этот район штурмовой вертолет «Газель». По аргентинцам открыли минометный и пулеметный огонь наступающие парашютисты. Противник не только не понес потерь, а и ответным огнем уничтожил атаковавший его вертолет. В ответ британцы усилили огонь, возросла и точность их стрельбы, что заставило аргентинцев изменить позицию и отступить на восток. Англичане попытались организовать преследование отступающего противника. В небе над ним появился еще одна «Газель», пилоты которой атаковали аргентинцев пулеметным и ракетным огнем. Однако подразделение Эстебана продолжало упорно и умело обороняться. Подпустив атакующий вертолет на близкое расстояние, аргентинские солдаты внезапно сосредоточили на нем огонь автоматического оружия и сбили его.

Встретив такой отпор, английское командование прекратило фронтальное наступление и решило огнем корабельной артиллерии подавить сопротивление противника. Аргентинцы вновь изменили позицию, среди них еще не было потерь, но при отступлении им пришлось оставить тяжелое снаряжение и поврежденный миномет. Вскоре они подверглись очередной воздушной атаки за это утро. Третья «Газель», высланная для корректировки корабельного огня, зависла над их расположением. Как и предыдущие машины, она также попала под плотный пулеметный огонь и была подбита. На этот раз пилотам удалось посадить поврежденную машину и избежать гибели.

Воспользовавшись некоторым замешательством англичан, потерявших уже три вертолета, аргентинцы в 13 часов сумели оторваться от преследования и беспрепятственно отступить на восток. 26 мая они пешком добрались до Порт-Стенли, откуда их вертолетами перебросили в Дарвин.

Пока продолжалось это боевое столкновение, высадка шла своим чередом. Еще рано утром транспортные и десантные суда вошли в бухту Сан-Карлос-Уотер. Десантные корабли встали на якорь в глубине бухты ближе к Сан-Карлосу, а более крупные суда во главе с «Канберрой» расположились севернее. Боевые корабли остались на внешнем рейде, образовав на северо-западном направлении зоны высадки противовоздушный барьер. С транспортных судов на берег непрерывным потоком перемещались грузы и войска. К десантным катерам присоединились транспортные вертолеты. После установления контроля над побережьем в полном объеме приступили к использованию причального фонда бухты. Англичане спешили разгрузить крупные корабли как можно быстрее, стремясь сократить время их стоянки в опасном районе. По плану операции, к концу дня эсминец «Энтрим» должен был отконвоировать к авианосному соединению «Канберру», «Еуропик Ферри» и «Норланд».

В первую очередь на берег начал и свозить противоздушные комплексы «Рапира». Эти комплексы, с боекомплектом в 20 ракет, должны были стать основой противовоздушной обороны зоны высадки. Английское командование планировало развернуть 12 комплексов по периметру плацдарма.

В поселок Сан-Карлос прибыл штаб 3-й бригады морской пехоты, там же развернули артиллерийскую батарею. Еще одну батарею доставили в Аякс-Бэй, где уже сосредотачивался полк тылового обслуживания подполковника А. Хеллберга и бригадный полевой госпиталь. Третья батарея 22-го полка королевской артиллерии заняла позиции в окрестностях селения Порт-Сан-Карлос. 42-й батальон, составлявший во время высадки резерв бригады, высадился на «Зеленом плацдарме 2», к юго-востоку от Порт-Сан-Карлос. За боевыми частями наступила очередь сотен тонн боеприпасов, продовольствия и предметов снабжения, среди которых были материалы для оборудования взлетно-посадочной площадки.

Для облегчения проведения операции «Сатон» англичане ночью и в течение утра провели целый ряд отвлекающих действий демонстрационного характера. Перед рассветом позиции 12-го пехотного полка аргентинцев в Дарвине подверглись с моря интенсивному артиллерийскому обстрелу. Огонь вел со стороны залива Шуазель эсминец «Глэморган». В 6 часов по авиабазе «Кондор» в Гус-Грин из налива Грантэм-Саунд открыл огонь фрегат «Ардент».

К этому времени аргентинские позиции были атакованы ротой «D» 22-го диверсионно-разведывательного полка SAS. Спецназовцы майора Дэлвеса были доставлены на Дарвинский перешеек транспортными «Си Кингами» 846-й эскадрильи. Хорошо подготовленная и проведенная атака достигла поставленной цели, аргентинцы доложили своему командованию в Порт-Стенли, что они подверглись нападению и ведут бой с противником силою около батальона. Получив сообщение об успешном развитии операции в Сан-Карлос, английские диверсанты прекратили бой и отступили по направлению к горному хребту Сассекс. После их ухода оставил свою позицию и «Глэморган». На месте остался только «Ардент», который возобновил в 9 часов обстрел взлетно-посадочной полосы.

Ночью в штаб 3-й бригады от разведгруппы SAS поступила информация о перемещении некоторого числа аргентинских армейских вертолетов из Порт-Стенли в район горы Кент. Предположив, что противник готовится перебросить по воздуху резервы в район Сан-Карлоса, англичане направили для их уничтожения звено штурмовиков. В 8 часов два «Харриера GR.3» с «Гермеса» в окрестностях горы Кент обнаружили и атаковали вертолетную площадку аргентинцев. Огнем 30-миллиметровых пушек на земле были уничтожены три вертолета противника: «Чинук СН-47», «Пума» и «Белл-212».

В 8 часов 45 минут англичане атаковали расположение аргентинского 5-го пехотного полка в Портговард. В налете должна была принять участие пара «Харриеров GR.3» с «Гермеса». Однако при взлете у одного из самолетов возникли технические проблемы, в результате которых он был вынужден вернуться. Продолживший выполнение задания «Харриер» в одиночку атаковал аргентинские позиции на Западном Фолкленде. Во время второго захода на цель, самолет был сбит аргентинским ПЗРК «Блоупайп». Британский пилот капитан Д. Гловер катапультировался и был взят в плен.


Глава 14. СРАЖЕНИЕ НАД «ДОЛИНОЙ СМЕРТИ»

Получив информацию от командира группы «Орел» о начале крупномасштабного вторжения, командование оперативной группой «Мальвинские острова» немедленно отправило из Порт-Стенли в этот район два дежурных самолета «Эйрмачи МВ-339А» из эскадрильи ВМС. При взлете у одного из самолетов возникли технические проблемы, и в полет отправился только капитан-лейтенант Г. Гриппа. Аргентинский пилот сумел воспользоваться туманом и лучами солнца, поднимавшегося над заливом, для скрытного подхода к противнику. Изменив курс и используя рельеф местности, он вышел на цель с северного направления. Для британцев появление летящего на высоте 200 м. с максимальной скоростью легкого реактивного самолета оказалось полностью неожиданным. Как раз в это время барражировавшие с 5 часов утра над районом высадки «Си Харриеры» воздушного патруля вернулись на авианосцы, и аргентинский пилот смог без помех пройтись над британской группировкой.

Оценив масштаб вторжения, Гриппа не удержался от соблазна атаковать застигнутого врасплох противника. Первоначально он выбрал в качестве цели вертолет «Линкс», но затем решил штурмовать английский фрегат «Аргонот». Атака была настолько внезапной, что пилот «Эйрмачи» сумел безнаказанно выпустить по кораблю 8 неуправляемых ракет и обстрелять его из 30-миллиметровой пушки. В результате трое английских моряков были ранены, а сам корабль получил незначительные повреждения корпуса.

Пришедшие в себя англичане попытались сбить вражеский самолет. С палубы «Канберры» «Эйрмачи» обстреляли из ПЗРК «Блоупайп», а расчет ПВО «Интрепида» вдогонку уходящему самолету выпустил ракету «Си Кэт». Аргентинский пилот сумел резко развернуться, сбросить высоту и избежать гибели. Огонь носовой артиллерийской установки «Плимута» также не достиг цели. Капитан-лейтенант Г. Гриппа благополучно вернулся в Порт-Стенли и доложил об увиденных им 12 боевых кораблях противника. За этот боевой вылет он был удостоен высшей правительственной награды своей страны.

Около 9 часов генерал Менендес сообщил на материк о высадке в Сан-Карлос английского десанта и запросил у командования ТОЮА немедленной авиационной поддержки для его отражения. В ожидании помощи от оперативной группы ВВС «Юг» аргентинское командование на островах подняло в воздух все боеспособные на тот момент штурмовики «Пукара» 3-й эскадрильи с авиабазы «Кондор». В начале десятого четверо аргентинских самолетов появились над плацдармом, но прорваться к английским кораблям сумели только двое. Первый штурмовик был сбит спецназовцем 22-го полка SAS из ПЗРК «Стингер», пилоту удалось катапультироваться и остаться в живых. Второй самолет был перехвачен и уничтожен «Си Харриером», наведенным на цель с контрольного пункта ПВО эсминца «Энтрим».

Оставшиеся машины атаковали английские корабли ракетно-пушечным огнем, но, натолкнувшись на плотный зенитный огонь, были вынуждены вернуться на базу. Потеряв несколько машин, аргентинское командование, приняв во внимание участившиеся воздушно-артиллерийские удары противника по ВВБ «Кондор», отдало приказ 3-й эскадрильи перебазироваться из Гус-Грин в Порт-Стенли.

В 10 часов 31 минута аргентинцы нанесли первый массированный воздушный удар по английским кораблям в Фолклендском проливе. Два ударных звена по три «Даггера М-5», вооруженных авиабомбами «МК-17» и «BRP-250», в 9 часов 44 минуты покинули авиабазу в Рио-Гранде. Прибыв в район Сан-Карлоса спустя 47 минут, аргентинские пилоты столкнулись с первыми трудностями. Центральная цепь холмов, пересекавшая поперек остров Восточный Фолкленд, не позволяла радару Порт-Стенли освещать обстановку в этом районе, поэтому центр управления полетами ВВБ «Мальвинские острова» оказался не в состоянии руководить воздушными полетами над проливом.

Ворвавшись на скорости 980 км/ч в пролив, первая тройка бомбардировщиков атаковала «Броудсворд», «Аргонот» и «Плимут». На дистанции в 2 мили англичане успели обстрелять атакующие самолеты противника ракетными комплексами «Си Кет». Огонь открыли «Аргонот» и «Интрепид», «Плимут» и «Броудсворд», но только последнему удалось поразить, а затем и уничтожить «Даггер» лейтенанта Беана. Два других самолета сумели уклониться от ракет и атаковать англичан. Пушечным огнем был поражен фрегат «Броудсворд», на корабле оказались ранеными 14 человек и поврежденными два вертолета «Линкс». Сброшенные пилотами две авиабомбы в корабль не попали. Аргентинцам удалось благополучно выйти из боя и достичь в 11 часов 45 минут своего аэродрома.

Самолеты второго ударного звена (позывной «Перро») одновременно с первой тройкой в 10 часов 31 минута атаковали английский эсминец «Энтрим». Аргентинцам удалось дважды попасть в корабль, к счастью для экипажа авиабомбы не взорвались. Одна из бомб пробив вертолетную палубу, прошла через кормовой ракетный погреб и застряла в глубине бытовых помещений. На эсминце возник пожар, вышли из строя некоторые системы и часть судового оборудования. Атаковавшие эсминец «Даггеры», сумев оторваться от преследовавших их перехватчиков английского воздушного патруля, в 11 часов 45 минут без потерь прибыли в Рио-Гранде.

«Энтрим» покинул свою позицию неподалеку от острова Кат и попытался подойти ближе к остальным британским кораблям, стремясь получить защиту и необходимую помощь. Однако этот маневр не успели закончить, поскольку корабль попал под следующий удар. Двое «Даггеров» из Сан-Хулиан прорвались к кораблю и обстреляли его пушечным огнем. В результате этой атаки было ранено еще семь англичан, а пожар, уже почти потушенный, снова усилился. Положение корабля стало крайне тяжелым, возникла угроза охвата огнем погребов ЗРК «Си Слэг». Стремясь не допустить взрыва ракетного боезапаса, командир корабля приказал удалить ракеты за борт.

Еще одна группа «Даггеров» из Сан-Хулиан — три самолета с позывным «Лиса» — атаковали фрегат «Бриллиант». Сбросив на корабль бомбы «BRP-250», пилоты не попали, но сумели не понести при этом потерь и вернуться на базу. Действия аргентинских ударных самолетов обеспечивали две пары истребителей «Мираж III» с авиабазы Рио-Гальегос. Вылетев одновременно с бомбардировочными группами, пилоты истребителей, прибыв в район островов, не сумели установить взаимодействие с центром управления воздушными операциями и были вынуждены вернуться на базу в 11 часов 30 минут.

Между тем над проливом установилось некоторое затишье, первый воздушный удар аргентинцев закончился. Аргентинцы совершили 15 боевых вылетов, повредили два корабля противника, потеряв при этом один самолет. Англичане при всем несовершенстве их системы ПВО в районе высадки сумели достичь главного — они не допустили прорыва самолетов противника к своим десантным и транспортным судам.

Наступившую передышку британцы использовали для восстановления системы управления противовоздушной обороной амфибийной группировки, управления авиационным прикрытием перенесли с «Энтрима» на «Бриллиант». Сам же поврежденный эсминец, локализовав пожар, двинулся в бухту Сан-Карлос. Командир корабля, прежде чем отвести свой корабль в район маневрирования авианосного соединения, планировал силами группы разминирования обезвредить застрявшую авиабомбу.

Пауза в боевых действиях закончилась через час. В 11 часов 45 минут в проливе Грантем-Саунд был атакован фрегат «Ардент». Этот корабль огнем своей артиллерии препятствовал аргентинцам использовать аэродром в Гус-Грине. Несмотря на плотный огонь двум «Пукарам», которые еще не успели перебазироваться в Порт-Стенли, удалось подняться в воздух и направиться к фрегату. «Ардент» открыл заградительный артиллерийский огнь и обстрелял противника из ЗРК «Си Кэт». Не попав, англичане все же заставили аргентинцев свернуть с боевого курса. Правда, пилоты штурмовиков не собирались совсем отказываться от продолжения атаки, и через 20 минут они снова попытались приблизиться к кораблю. Но и на этот раз атака была сорвана, два «Си Харриера» из 801-й эскадрильи британцев сумели перехватить аргентинские самолеты: один «Пукара» был сбит, другому удалось уйти.

К этому времени с материковых аэродромов в воздух была поднята вторая волна аргентинских самолетов. В 11 часов 17 минут три «Скайхока А-4С» (групповой позывной «Теро») вылетели из Сан-Хулиан. Через 8 минут вслед за ними поднялась вторая тройка с позывным «Утка». А в 11 часов 30 минут с Рио-Гальегос на боевое задание отправились четыре «Скайхока А-4В». На вооружении всех самолетов находились бомбы «МК-17». Дозаправку ударных самолетов обеспечивал воздушный танкер «Геркулес КС-130». Два самолета группы «Теро», вследствие возникших проблем с топливной аппаратурой, были вынуждены преждевременно возвратиться на базу. Третий «Скайхок» присоединился к группе «Утка», которая в 12 часов 54 минуты, успешно дозаправившись топливом, направилась к Западному Фолкленду.

Над этим островом, в районе поселка Шартр аргентинцы были перехвачены воздушным патрулем англичан. Когда два «Си Харриера» из 800-й эскадрильи, используя целеуказания с «Бриллианта», атаковали «Скайхоки», аргентинские летчики сбросили мешавшие им теперь бомбы и попытались на предельной скорости уйти от преследования. Сделать это удалось только двум пилотам, остальные два самолета были сбиты ракетами «Сайдвиндер».

Четверка «Скайхоков А-4В» из Рио-Гальегос не избежала технических проблем. Уже над островом Западный Фолкленд у одной из машин обнаружилась неисправность топливной аппаратуры, и пилот был вынужден лечь на обратный курс. Достигнув Фолклендского пролива, в районе бухты Порткинг аргентинцы обнаружили неопознанное транспортное судно. Опасаясь, что корабль может оказаться своим, командир группы принял решение не атаковать его. Это решение несколько запоздало, так как один из пилотов все же сбросил свою бомбу на судно. К счастью для летчика бомба в цель не попала, судно действительно оказалось аргентинским. Это был покинутый командой транспорт «Рио-Каракана». После того, как отбомбившийся пилот развернул свою машину в сторону материка, в ударной группе осталось всего два «Скайхока».

Проскочив на предельно малой высоте пролив, аргентинцы атаковали «Ардент». Им удалось достичь внезапности, системы ПВО фрегата молчали, но не удалось добиться точности, сброшенные бомбы легли около борта корабля. Атака произошла так внезапно для англичан, что пилотам удалось беспрепятственно покинуть район боя и в 14 часов 30 минут вернуться домой.

Кроме этого, в составе второй ударной волны действовала четвертая группа бомбардировщиков. В 11 часов 30 минут из Рио-Гальегос вылетели четыре «Скайхока А-4В» (групповой позывной «Клюв»). После «рандеву» с заправщиком «Геркулесом» в группе осталось три самолета, первый лейтенант А. Гомез, не сумев состыковаться с «Геркулесом», вернулся домой. Группа беспрепятственно достигла пролива, пересекла его с юга на север и, что удивительно, не обнаружила кораблей противника. Времени для повторного захода в район стоянки английских судов у аргентинских пилотов уже не было, и они в 14 часов 30 минут вернулись на базу.

После того, как самолеты второй волны приземлились на свои аэродромы, в воздух была поднята третья ударная волна. Для большинства аргентинских летчиков это был второй боевой вылет за день. В 13 часов 30 минут из Рио-Гальегос вылетели два звена «Скайхоков А-4В», шесть боевых машин несли бомбы «МК-17». Аргентинцев вновь преследовали технические проблемы, вскоре после вылета ведущий первой тройки был вынужден вернуться. Оба его ведомых присоединились ко второй группе, теперь пятерку ударных самолетов возглавил первый лейтенант А. Филиппини.

Использовав мертвую для английских радаров зону, образованную обрывистым северным побережьем острова Западный Фолкленд, аргентинские самолеты вновь добились тактической внезапности. Первым кораблем, оказавшимся на их курсе, стал фрегат «Аргонот». На фрегате заметили стремительно приближающегося противника только визуально, когда времени на какой-либо отпор уже не было. Аргентинцы перешли в пикирование на корабль, действуя как будто на учениях. На «Аргонот» было сброшено 10 авиабомб, две из которых попали в сам корабль, а восемь изорвались в непосредственной близости от него. Первая авиабомба перебила главный паропровод между котельным и машинным отделениями, разрушила котельный электровентилятор, рулевую машину и реверсный редуктор. Хотя бомба и не взорвалась, повреждения технических средств от ее попадания привели к выходу из строя одного из главных паровых котлов, а затем и полной потери хода корабля. Вторая бомба, пробив обшивку левого борта на высоте около полутора метров над ватерлинией, прошла насквозь через топливную цистерну и застряла в погребе боезапаса. Эта бомба вызвала пожар и детонацию ракетного боезапаса. В результате взрыва зенитных ракет «Си Кэт» были убиты два матроса. Повреждения вызвали возникновение вторичных пожаров и полную потерю электроэнергии. Лишившийся нозможности дать ход корабль едва не выбросило на прибрежные скалы. По окончании налета все усилия личного состава были направлены на тушение пожара, который быстро удалось ликвидировать.

Не успели атакующие «Скайхоки» скрыться из виду, как в небе над проливом показалась следующая группа аргентинских самолетов. Первоначально в составе группы было пять «Дагеров М-5», но из-за проблем в масляной системе двигателя машины капитана А. Симатти их осталось четверо. Войдя в воздушное пространство острова Западный Фолкленд, летчики обнаружили, что небо закрыто плотным низким слоем облаков. Снизившись до 50 м., аргентинцы продолжили полет, рассчитывая войти в пролив с юга. В этот момент атакующие самолеты были обнаружены радаром фрегата «Бриллиант».

Используя целеуказание «Бриллианта», два «Си Харриера» перехватили самолеты противника над селением Тил-Ривер-Инлет. В результате короткого боя один из «Даггеров» был сбит ракетой «Сайдвиндер», пилоту удалось катапультироваться. Оставшиеся три аргентинских самолета на максимальной скорости продолжили свой полет, их целью был пролив Грантем-Саунд и находившийся там фрегат «Ардент». «Си Харриеры» не решились продолжить преследование «Даггеров» в опасной близости от зоны действия зенитного оружия английских кораблей.

Аргентинские пилоты уже имели достаточный боевой опыт и в атаку на «Ардент» они зашли с кормы, где оборона фрегата была наиболее слабой. Англичане смогли встретить самолеты противника только огнем 20-миллиметровых артустановок и зенитных пулеметов. Все «Даггеры» сумели беспрепятственно сбросить свои бомбы на корабль и добиться трех прямых попаданий. Попадания пришлись в кормовую часть фрегата: две бомбы взорвались в ангаре, третья угодила в кормовое отделение вспомогательных механизмов.

Взрывы повредили системы ведения огня и управления кораблем, было убито и ранено несколько человек. Сильно пострадала энергетическая установка. Неумелые и нерешительные действия экипажа по локализации повреждений привели к тому, что вскоре корабль лишился электроэнергии и внутрикорабельных средств связи, вышла из строя система водяного пожаротушения. Вызванный взрывами пожар, не встречая противодействия со стороны личного состава, стал быстро распространяться по кораблю. Этому способствовали и значительные запасы топлива в цистернах, размещенных на переборках, а также сами переборки и надстройки корабля из алюминиевых сплавов, горючая изоляция электрических кабельных трасс и множество различных декоративных синтетических материалов.

Одновременно с атакой «Ардента» нападению подверглась и основная британская группировка в районе Сан-Карлоса. Два звена «Даггеров М-5», групповые позывные «Ратин» и «Люча», в 14 часов вылетели из Сан-Хулиан. Самолеты подходили к островам по уже отработанной схеме полета, плавно снижаясь по мере приближения к противнику. За 120 миль до цели бомбардировщики шли уже над самой водой. Когда аргентинцы находились над островом Западный Фолкленд, они получили предупреждение из Порт-Стенли об увеличении активности английского воздушного прикрытия района Сан-Карлоса. На подходе к проливу «Даггеры» перестроились, теперь они летели уступом, дистанция между ними составляла около 200 м. В этот момент звено «Ратин» было перехвачено парой «Си Харриеров» 801-й эскадрильи. Центральный командный пост «Бриллианта», выдававший на истребители целеуказания, работал с возрастающей степенью надежности. Аргентинцы, пытаясь уклониться от англичан, совершили несколько отчаянных маневров, но последние, используя преимущество в высоте, поразили ракетами «Сайдвиндер» все три самолета противника. В результате этой короткой воздушной схватки выжил только один аргентинский пилот. Командиру звена капитану Г. Донадилльи удалось катапультироваться и благополучно добраться до расположения аргентинского гарнизона в Портговард.

Группа «Люча» под командованием майора Л. Пуга действовала более удачно. Воспользовавшись тем, что «Си Харриеры» были связаны боем с первым звеном, «Даггеры» сумели прорваться в район стоянки британских кораблей. Почти все английские корабли открыли по самолетам плотный заградительный огонь. «Энтрим», «Плимут» и «Интрепид» произвели запуск ракет «Си Кэт», а «Бриллиант» обстрелял аргентинцев из ЗРК «Си Вулф», но ни одна из ракет в цель не попала.

Аргентинские пилоты, не обращая внимание на близкие разрывы зенитных снарядов, с фантастической храбростью продолжали атаковать. Они спикировали на находящийся в самом центре боевого порядка англичан фрегат «Бриллиант». Аргентинцам удалось сбросить на корабль две бомбы и обстрелять его из бортовых пушек. Авиабомбы в «Бриллиант» не попали, фрегат был незначительно поврежден только пушечным огнем. Майору Л. Пуга и его ведомым продолжало везти, выходя из боя, они избежали перехвата английских истребителей, те, расстреляв свои ракеты, ушли на авианосец. В 16 часов 40 минут группа «Люча» благополучно возвратилась на свой аэродром в Сан-Хулиан.

В арьергарде третьей волны действовало звено «Скайхоков A-4Q» 3-й эскадрильи морской авиации Аргентины. Использовав брешь в английском истребительном прикрытии, аргентинские пилоты беспрепятственно пересекли остров Западный Фолкленд с севера на юг. В районе бухты Мани Бранч-Харбор они совершили крутой поворот и на максимальной скорости ворвались в пролив. Задачей этой группы было добить сильно поврежденный фрегат «Ардент».

Окутанный клубами черного дыма, почти не боеспособный, но имевший ход в 15 узлов, корабль пытался уйти под защиту своих основных сил. «Скайхоки» настигли его неподалеку от островка Норт-Уэст-Айлетс. Увидев плачевное состояние, в котором оказался «Ардент», аргентинцы первоначально попытались действовать излишне прямолинейно. В атаку они зашли с носового сектора, но направленное в их сторону орудие главного калибра фрегата заставило пилотов отвернуть. Выполнив разворот, «Скайхоки» теперь уже с кормы атаковали корабль. Идеальные условия атаки позволили морским летчикам добиться прекрасного результата, в «Ардент» попали 7 авиабомб.

В результате сильнейших взрывов погибло 22 человека, еще 37 были ранены. Корабль потерял ход и стал неуправляемым. Пожар вышел из-под контроля, огонь все ближе подходил к погребам боезапаса. Заливаемый водой через многочисленные повреждения корпуса «Ардент» получил крен на правый борт. Огонь в поврежденных отсеках делал практически невозможной борьбу с водой. Командир запросил помощь и к «Арденту» подошел фрегат «Ярмут». Он высадил на горящий фрегат аварийно-спасательную группу, но и это не помогло «Арденту».

Оценив безнадежность дальнейшей борьбы за живучесть, командир фрегата капитан 2 ранга Вест принял решение оставить корабль. «Ярмут» вплотную подошел к носу гибнущего корабля, и за полчаса на него эвакуировали раненых и оставшихся в живых членов экипажа «Ардента». Огонь бушевал около суток до тех пор, пока не добрался до одного из погребов боезапаса или торпедных аппаратов. Взрыв боезапаса расколол корабль пополам, и он быстро затонул.

У аргентинских пилотов не было времени, чтобы увидеть результаты своей атаки. С максимально возможной скоростью они пытались покинуть опасную зону. Однако к этому времени в район подоспели два «Си Харриера» 800-й эскадрильи. Британцы перехватили «Скайхоки» над островком Суон. Ведущий аргентинский самолет был уничтожен пушечным огнем. Первый ведомый взорвался от попадания в него ракеты «Сайдвиндер». Замыкающий «Скайхок» также получил сильнейшие повреждения, но его пилоту удалось дотянуть до Порт-Стенли и катапультироваться.

Ко второй половине дня ни один из противников не добился переломного успеха. Хотя в результате атак третьей ударной волны аргентинцев чаша весов стала постепенно склоняться в их пользу. Стало очевидно, англичане не могут в полной мере обеспечить надежное истребительное прикрытие своей группировки, а их корабельную систему ПВО аргентинцы научились прорывать. В какой-то момент возникло ощущение, что вот-вот и противовоздушная оборона британцев рухнет. Командование оперативной группой ВВС «Юг», стремясь воспользоваться складывающийся ситуацией, не собиралось ослабевать свой натиск. Аргентинские бомбардировщики все еще сражались над Фолклендским проливом, когда в бой были брошены самолеты четвертой волны.

Две группы «Скайхоков А-4С», пять боевых машин 5-й воздушной группы в 15 часов 45 минут вылетели из Сан-Хулиан. В 16 часов 30 минут с аэродрома в Рио-Гальегос вслед за ними ушли еще 4 «Скайхока А-4В». Самолеты сумели скрытно подойти к проливу, но на этот раз аргентинцам не повезло — атака сорвалась. Небо над Фолклендами затянуло низкой облачностью, начались ранние сумерки, видимость резко упала, в результате пилотам не удалось обнаружить английские корабли. Не рискнув продолжить поиски целей, аргентинское командование приказало «Скайхокам» возвращаться на базы. Англичане так же не стали преследовать отходящего на запад противника, и аргентинцы в 18 часов благополучно вернулись на материк. Первый день боев, получивших позднее название сражение над «Бомбовой аллеей», закончился.

Противники обменялись довольно чувствительными ударами. Особенно сильно пострадали британские эскортные корабли. В результате ожесточенных воздушных налетов почти все вошедшие в Фолклендский пролив английские боевые корабли были повреждены. Затонул фрегат «Ардент», не избежали попадания авиабомб «Аргонот» и «Энтрим», легкие повреждения от пушечного огня получили «Броудсворд» и «Бриллиант». В воздушных боях над плацдармом британцы потеряли один «Си Харриер» и три «Газели». Аргентинские ВВС в этот день также понесли ощутимые потери. На аэродромы не вернулись 12 боевых машин: 2 штурмовика «Пукара», 5 «Даггеров» и 5 «Скайхоков».

Английское командование отдавало себе отчет, что если аргентинцы сумеют продолжить на следующий день такой темп и масштаб воздушных ударов, их система противовоздушной обороны района высадки не выдержит. Ясно вырисовывался тактический замысел противника: первоначально вывести из строя корабли прикрытия, после чего расправиться с почти беззащитными транспортными судами. Поэтому перед англичанами встали первоочередные задачи. Следовало немедленно перегруппировать и усилить отряд боевых кораблей в Фолклендском проливе. Ускорить выгрузку на берег десанта, боевой техники и материальных средств. Форсировать работы по разворачиванию на плацдарме наземных зенитных комплексов. Этой же ночью вывести из бухты Сан-Карлос-Уотер и отправить в зону TRALA войсковые транспорты «Канберра», «Еуропик Ферри» и «Нор ланд».

Командование ТОЮА, проанализировав ход боевых действий за прошедший день и приняв во внимание всю разведывательную информацию о местонахождении и намерениях противника, выработало следующее решение по проведению противодесантной операции. Заманчивый удар силами гарнизона по британскому плацдарму в Сан-Карлос, чтобы сбросить еще не успевших закрепиться англичан в море, был отвергнут. Аргентинцы рассудили, что для его успешного выполнения потребовалось бы привлечение почти 70% всех имеющихся на островах сил. Транспортных средств, способных перебросить две бригады из Порт-Стенли к Фолклендскому проливу, в наличии не было. Если же выдвинуть войска пешим порядком, то на такой марш понадобилось бы как минимум неделя. Этого времени, по мнению аргентинского командования, было вполне достаточно не только для укрепления английских позиций в Сан-Карлос, но и для высадки на острова их 5-й пехотной бригады. В этом случае превосходство в живой силе перешло бы к англичанам. Кроме того, боеспособность аргентинских войск, совершивших столь многодневный марш, преодолевая трудности со снабжением и подвергаясь постоянным воздушно-штурмовым ударам противника, вызывала сомнения. К позициям британцев аргентинские части подошли бы в ослабленном состоянии, и им, почни наверняка, пришлось бы с ходу вступить в бой. В этих условиях шансы на успешное проведение операции были крайне низки. Напротив, возрастала вероятность того, что аргентинские части будут «перемолоты» в районе Сан-Карлоса, и на оборону Порт-Стенли сил не останется. Приняв во внимание вышесказанное, от массированного удара сухопутными силами по Сан-Карлосу отказались.

Было принято решение ограничиться направлением в район английского плацдарма усиленных патрулей. Их задачей был сбор разведывательной информации и наблюдение за противником. Кроме этого, для дезорганизации работы британских тыловых учреждений планировалось забросить в район Сан-Карлоса несколько разведывательно-диверсионных групп.

Командирам 8-го и 12-го пехотных полков ставилась задача — подготовить свои силы для нанесения, если противник начнет наступление на Порт-Стенли, ударов в тыл и во фланг английской группировки. Причем 8-й полк для этого должен был форсировать Фолклендский пролив, а 12-й полк преодолеть горный хребет Сассекс. Аргентинское командование придавало особое значение действиям именно 12-го полка. Планировалось перебросить подкрепление по воздуху, чтобы усилить группировку в районе Дарвин-Гус-Грин.

Был отдан приказ — увеличить темпы строительства оборонительных позиций к западу от Порт-Стенли. На обе оборонительные линии по границам возвышенностей, опоясывавших город с запада и севера, перебрасывались тяжелое вооружение и войска, ранее располагавшиеся в восточном и южном секторах береговой обороны. По мнению аргентинских военных, только на хорошо подготовленных позициях, вблизи от своих источников снабжения, их войска имели шанс успешно выдержать британский натиск.

Вслед за отказом от проведения активных наземных операций, командование ТОЮА отменило наступательные действия надводных сил флота. Согласно первоначальному варианту плана операции по обороне архипелага, аргентинский флот должен был нанести удар по британским кораблям именно в момент проведения противником десантной операции. Только в условиях, когда английские корабли сосредоточатся вблизи Фолклендских берегов и будут лишены свободы маневра, аргентинцы рассчитывали добиться успеха. Правда, этот план, разработанный в первые дни войны, был рассчитан на противодействие ограниченному по количеству сил и средств британскому оперативному соединению.

К 21 мая англичанам удалось довести численность своих кораблей и судов в районе боевых действий почти до 70 единиц. Теперь противнику не было нужды привлекать к проведению десанта все свои силы. Поэтому во время проведения операции «Сатон» основные силы 317-го оперативного соединения, включая оба авианосца, осуществляя дальнее прикрытие десантной группировки, к островам не приближались. Воздушной разведке аргентинцев не удалось вскрыть месторасположение авианосной группы противника.

Сознательный отказ от инициативы на море после потери крейсера «Генерал Бельграно», повлек за собой отступление основных сил флота в свои территориальные воды. За это время противник успел наладить эффективное воздушное наблюдение за районами сосредоточения аргентинских кораблей. Учитывая это, командование ТОЮА справедливо полагало, что его надводные группировки не сумеют произвести скрытное развертывание на исходные позиции для нанесения удара. В условиях постоянно действующей угрозы со стороны британских подводных лодок и отсутствия информации о месте нахождения авианосцев противника посылать в бой надводные корабли было самоубийством. В результате к Фолклендам не двинулся ни один аргентинский корабль.

Основные усилия по противодействию британским десантным силам были возложены на аргентинскую авиацию. Предполагалось продолжить массированные воздушные удары по району Сан-Карлос. Причем, учтя опыт предыдущего боевого дня, аргентинское командование произвело перераспределение основных задач между своими авиационными группировками. Целью атак эскадрилий, подчиненных оперативному командованию ВВС «Юг», должны были стать находящиеся в районе проведения десантной операции боевые корабли и вспомогательные суда противника. Перед авиационными частями ставилась задача — нанести бомбоштурмовые удары по закрепившимся на плацдарме британским силам, которые базировались на Порт-Стенли. Командующий ТОЮА потребовал от командования воздушным компонентом оперативной группы «Мальвинские острова» прекратить бесплодные атаки морских целей силами легких штурмовиков и впредь использовать эти самолеты более рационально, направляя их исключительно против наземных объектов. Кроме того, значительные силы разведывательной и патрульной авиации были брошены на поиск авианосцев противника.

Аргентинское руководство понимало, что единственным условием достижения успеха в эти дни является сохранение масштабов воздушных ударов по амфибийной группе англичан. 22 мая следовало не только не снижать интенсивность авиационного воздействия на противника в районе высадки, но и по возможности увеличить общее количество самолетовылетов.

При реализации этих планов аргентинцы столкнулись с трудностями. Тыловым и техническим службам не хватило времени, чтобы за ночь в полном объеме подготовить материальную часть к запланированным операциям, восполнить израсходованные запасы вооружения и предметы снабжения. Кроме того, начала сказываться усталость экипажей и технического персонала в результате перенесенных нагрузок предыдущего боевого дня.

Командованию ВВС так и не удалось установить эффективный контроль полетов в воздушном пространстве Фолклендского пролива. В результате организация тесного взаимодействия между ударными группами и их истребительным прикрытием вызывала сомнения. В довершение всего над районом базирования аргентинской авиации ухудшились погодные условия. Низкая облачность, снежные разряды и дождь создали неблагоприятные условия проведения воздушных операций.

Британское командование также не сидело сложа руки. Зону пролива покинули транспорты «Канберра», «Еуропик Ферри» и «Норланд». С оставшихся судов в спешном порядке продолжали разгружать вооружение и технику. Стремясь свести к минимуму время пребывания вспомогательных судов в опасных водах, англичане с максимальной нагрузкой использовали свои транспортные вертолеты. Британские наземные части заняли оборону на прилегающих к Сан-Карлос высотах, расширив плацдарм до 25 км по фронту и 15 км в глубину.

После отвода наиболее крупных судов из бухты Сан-Карлос-Уотер британцы смогли уплотнить оборонительную линию своих боевых кораблей, сократив расстояние между ними. Ночная передышка позволила в полной мере оказать помощь поврежденным кораблям. Фрегат «Плимут» отбуксировал фрегат «Аргонот» в Порт-Сан-Карлос, где предстояло обезвредить застрявшие в его корпусе авиабомбы. Первую разминировали без особого труда, а со второй пришлось повозиться. Она находилась в погребе, залитом котельным топливом. Обследование погреба показало, что разоружить бомбу на месте не удастся, ее нужно удалять с корабля. Для этого откачали топливо и вырезали большое отверстие в борту возле погреба. После этого бомбу в вертикальном положении при строгом соблюдении мер безопасности сняли с корабля. Аналогичные работы были выполнены и на «Энтриме». Только, в отличие от «Аргонота», бомбу на этом корабле не поднимали, а опускали в воду через специально вырезанное в корпусе отверстие. Обе эти сложные операции прошли благополучно. На остальных судах приводили в порядок вооружение и технические средства. Особое внимание было уделено восстановлению боеспособности зенитно-ракетных комплексов, которые ремонтировали с привлечением специалистов компаний-производителей.

Учтя опыт первого дня сражения над «бомбовой аллеей», командование 317-го оперативного соединения несколько скорректировало противовоздушную оборону района высадки морского десанта. К северной оконечности острова Западный Фолкленд были направлены два корабля дальнего радиолокационного дозора — эсминец «Ковентри» и фрегат «Броудсворд». В который раз английскому командованию приходилось рассчитывать на взаимодействие комплексов ПВО «Си Дарт» и «Си Вулф». В большинстве случаев аргентинские самолеты появлялись над Сан-Карлос именно со стороны северного входа в пролив, поэтому британцы надеялись их своевременно перехватывать еще на подходе к району боевых действий.

Для организации более плотного авиационного прикрытия амфибийной группировки британские авианосцы сместились несколько западнее. Выдвигая авианосную группу в район досягаемости аргентинской авиации, английское командование шло на определенный риск. К утру 22 мая уверенности ему прибавило прибытие значительного подкрепления. К 317-му оперативному соединению присоединились четыре новых боевых корабля. Эсминец проекта 42 «Эксетер», фрегаты проекта 21 «Антилоуп» и «Эмбускейд», а также авизо «Форсис».

С рассветом английские самолеты поднялись в воздух, осуществляя не только непрерывное барражирование над плацдармом, но и воздушную разведку. Во время одного из таких полетов, в 8 часов 23 минуты два «Харриера» с «Гермеса» обнаружили и атаковали катер береговой обороны GC-83 «Рио Игуази», принадлежащий аргентинской морской префектуре.

Катер вышел в 5 часов из Порт-Стенли, на его борту находились две 105-миллиметровые гаубицы и 15 артиллеристов, которых он должен был доставить в поселок Гус-Грин. В результате этой атаки погиб один и были тяжело ранены два члена экипажа. «Рио Игуази» получил многочисленные пробоины от пушечного огня английских самолетов, загорелся и стал тонуть. Командир катера принял решение выбросить гибнущее судно на берег. В 30 милях от Гус-Грина в глубине залива Шуазель «Рио Игуази» приткнулся к берегу небольшого островка. Команда и пассажиры катера были эвакуированы на берег аргентинскими вертолетами.

Плохие погодные условия в первой половине дня сковали действия аргентинской авиации. Воспользовавшись этим, англичане нанесли воздушные удары по позициям противника на островах. Около 14 часов 30 минут был атакован аргентинский аэродром в Гус-Грин. На этот раз английские пилоты не добились каких-либо успехов, натолкнувшись на плотный заградительный огонь зенитной артиллерии, прекратили налет. Впоследствии аргентинские зенитчики объявили о повреждении ими одного английского самолета, но эта информация не подтвердилась.

Во второй половине дня небо над аргентинскими материковыми аэродромами прояснилось. Бригадный генерал Креспо смог поднять в воздух свои ударные группы. Первая четверка «Скайхоков А-4С», ведомая капитаном М. Кафарати, в 14 часов 40 минут вылетела из Сан-Хулиан. Из-за плотной облачности, которая укрыла английские корабли в районе Сан-Карлоса, аргентинские пилоты не обнаружили противника. Самолеты легли на обратный курс и в 17 часов 20 минут вернулись на базу.

Следующая группа бомбардировщиков из Рио-Гальегос, шесть «Скайхоков А-4В» под командованием капитана К. Варела, отправилось на задание в 15 часов 15 минут. Целью этой волны должны были стать британские корабли в бухте Сассекс. Четыре самолета по различным техническим причинам были вынуждены прервать полет. После дозаправки топливом оставшиеся два «Скайхока» прибыли в намеченную точку. Пилоты сумели обнаружить и атаковать, правда, безрезультатно, один из кораблей противника. На выходе из атаки они заметили в 500 м. от берега еще два британских фрегата и два вертолета «Си Кинг». Времени для повторной атаки у аргентинцев не оставалось, и они повернули в сторону материка.

Полеты ударных самолетов обеспечивали две пары истребителей «Мираж III». Истребители вылетели из Рио-Гальегос в 14 часов 42 минуты и 15 часов 45 минут соответственно. Обе пары благополучно долетели до островов, но не получив целеуказаний с земли в боевые столкновения не вступили.

Закончился этот относительно спокойный день эпизодом, который произошел далеко от района боевых действий. В 21 час 30 минут центр слежения за воздушной обстановкой авиабазы Комодоро-Ривадавия обнаружил три неопознанные воздушные цели. Предположив, что к авиабазе подходят вертолеты противника, аргентинское командование в 22 часа 3 минуты на их перехват подняло дежурный штурмовик «Пукара» и истребитель «Мираж III». На всех аргентинских аэродромах объявили полную боевую готовность. В городах Трелев и Комодоро-Ривадавия применили затемнение. Однако британские вертолеты обнаружены не были и в 23 часа тревогу отменили.

Ранним воскресным утром 23 мая значительно улучшилась погода; юго-западный умеренный ветер разогнал низкую облачность, вертикальная видимость возросла до 2500 метров. Первая ударная волна аргентинских самолетов была поднята в воздух в 8 часов 45 минут. Авангардная группа, ведомая капитаном А. Симатти и состоящая из трех «Даггеров М-5» (позывной «Пума»), вылетела из Рио-Гранде. Не найдя в точке «рандеву» самолет-заправщик, пилоты были вынуждены прекратить выполнение боевого задания. Та же участь постигла следующую ударную тройку «Даггеров М-5».

В 9 часов 45 минут к Фолклендам из Рио-Гальегос отправились шесть «Скайхоков А-4В». На подходе к островам два бомбардировщика по техническим причинам прекратили полет. Оставшиеся четыре машины в 10 часов 2 минуты прибыли в воздушное пространство архипелага. По неизвестным причинам аргентинским пилотам не удалось обнаружить ни один британский корабль. Через час все самолеты вернулись на свою базу. Утренний воздушный удар аргентинцев закончился безрезультатно.

Зато англичане за это время сумели добиться некоторых успехов. В 8 часов 27 минут три английских вертолета, совершая патрульный полет в южной части Фолклендского пролива, обнаружили и атаковали аргентинское грузовое судно «Монсуме». Транспорт осуществлял переход из Порт-Стенли в бухту Фокс-Бэй. Англичане обстреляли «Монсуме» и принудили его выброситься на отмель в районе островка Лавли-Айленд, при этом был тяжело ранен один из членов экипажа. На следующий день аргентинцам удалось снять судно с мели и довести его до Гус-Грин. Следующей целью британской авиации стали позиции противника на острове Западный Фолкленд. В 10 часов 30 минут четыре «Харриера» с «Гермеса» нанесли бомбово-штурмовой удар по расположенной в районе Фокс-Бэй вертолетной площадке аргентинцев. В результате этой атаки на земле были уничтожены два боевых вертолета «Пума», еще одна машина, «Аугуста А-109А», была серьезно повреждена.

В 11 часов налетам подверглись оба аргентинских аэродрома на Фолклендах. И если авиабазу в Порт-Стенли только фотографировали с большой высоты, то по Гус-Грин два «Харриера» нанесли бомбовый удар. До того, как аргентинцы совершили свой второй массированный налет на район проведения десантной операции, англичане сумели еще дважды атаковать с воздуха позиции противника. В 13 часов пара «Харриеров GR.3» сбросила бомбы на Портговард, а через 50 минут бомбардировке подверглась взлетно-посадочная полоса в Порт-Стенли. Постоянные английские удары по аэродромам противника достигли своей цели. Аргентинская авиация, базирующаяся на островах, оказалась не в состоянии атаковать войска десанта на плацдарме.

После полудня в воздух поднялись аргентинские самолеты второй ударной волны. Шесть «Скайхоков А-4С» в 11 часов 30 минут взлетели из Сан-Хулиан. Бомбардировщики не сумели встретиться с самолетом-заправщиком и через час полета были вынуждены вернуться домой. Более удачливыми оказались пилоты из Рио-Гальегос. Две тройки «Скайхоков А-4В» с бомбами «МК-17» на борту в 12 часов покинули авиабазу. Сразу после взлета две машины по техническим причинам пошли на посадку. Группу из четырех самолетов возглавил капитан М. Карбальо. На этот раз диспетчеры сумели разобраться с местом нахождения самолета-заправщика. «Геркулес КС-130» из-за ошибки системы навигации ожидал ударные самолеты на удалении в 93 мили от места встречи.

После успешной дозаправки топливом «Скайхоки» продолжили свой полет. В пролив они ворвались с южного направления, идя на предельно малой высоте. Преодолев заградительный зенитный огонь, открытый английскими кораблями, аргентинцы совершили разворот над северной частью острова Восточный Фолкленд и, разделившись на пары, пошли в атаку. Их целью был недавно прибывший фрегат «Антилоуп» и вездесущий фрегат «Броудсворд». Последний к тому времени оставил свою позицию у северного берега Западного Фолкленда, чтобы усилить противовоздушную оборону района Сан-Карлос. В этот район с наступлением темноты англичане собирались вернуть крупные транспортные суда.

Идущий первым капитан Карбальо атаковал фрегат «Антилоуп». Опытный пилот заходил на цель под острым кормовым углом там, где оборона корабля была слабее. За мгновение до сброса бомбы, его самолет был поврежден близким разрывом ракеты наземного ЗРК. Британцы решили, что уничтожили «Скайхок», но Карбальо сумел дотянуть до базы свою сильно поврежденную машину. Заходивший в атаку вторым, лейтенант А. Гомес поразил «Антилоуп» прямым попаданием «МК-17». Авиабомба протаранила левый борт фрегата, разрушила несколько корабельных помещений и не взорвалась. Спустя несколько секунд «Антилоуп» был атакован второй парой «Скайхоков». На этот раз аргентинцы для того, чтобы дезорганизовать систему ПВО фрегата, зашли с противоположного борта. Эта атака была результативной. Первый лейтенант Л. Гуадагнини добился попадания своей бомбы в правый борт корабля, но второй пилот промахнулся: 1000-фунтовоя бомба разорвала корпус фрегата немного выше ватерлинии, ближе к его кормовой части; «МК-17» застряла в помещении воздушных кондиционеров, как и первая авиабомба, она не взорвалась.

Первому лейтенанту Гуадагнини не повезло. Выводя свой самолет из атаки, он коснулся правой плоскостью мачты «Антилоупа». «Скайхок» потерял управление и начал падать. Возле самой воды в поврежденный самолет попала запущенная с «Броудсворда» ракета «Си Вулф». Аргентинский пилот погиб. Его товарищи сумели уклониться от огня наземных ЗРК и избежать истребительного преследования. В 15 часов 30 минут они возвратились на базу.

В результате попадания двух авиабомб на «Антилоуп» вспыхнул пожар. Часть корабельного оборудования вышла из строя. Однако корабль сохранил ход и управляемость. Командир фрегата капитан 2 ранга Н. Тобин в этой ситуации принял решение идти в Порт-Сан-Карлос.

Не успели британские корабли перестроиться после ухода «Антилоупа», как в воздухе появилась следующая группа аргентинских самолетов. В 14 часов 20 минут девять «Даггеров М-5» из Рио-Гранде отправились к архипелагу. Их целью был поврежденный английский фрегат. Уже традиционно аргентинцев преследовали технические проблемы. В самом начале полета один бомбардировщик из первой тройки повернул домой. Оставшиеся два самолета продолжили полет, вышли в заданную точку и не обнаружили корабль противника. «Антилоуп» успел уйти из опасного района.

Когда аргентинские пилоты легли на обратный курс, они были перехвачены двумя «Си Харриеами» воздушного патруля англичан. Над островом Пебл произошел короткий бой, в результате которого один «Даггер» был сбит ракетой «Сайдвиндер». Самолет лейтенанта Г. Вальпони упал в двух милях севернее острова, пилот погиб. Второму аргентинскому летчику удалось, сбросив дополнительные топливные баки, на максимальной скорости оторваться от преследования.

Следующее звено этой ударной группы, производя принимая топливо от «Геркулеса КС-130», на 5 минут выбилось из графика полета. На подходе к заданному району аргентинцы получили информацию о наличии в воздухе британских истребителей. Отказавшись от продолжения полета, пилоты «Даггеров» легли на обратный курс. Решение возвращаться на свою базу в Рио-Гальегос приняли и пилоты четырех «Миражей III». Эти аргентинские истребители всего несколько минут находились над Западным Фолклендом. Когда ударные самолеты отправились домой, «Миражи» прикрыли их отступление. В боевое соприкосновение с английскими самолетами они не вступили.

Последними аргентинскими самолетами, которые появились в этот день в районе Сан-Карлоса, стали три «Даггера М-5» из Сан-Хулиан. Самолеты, ведомые капитаном Н. Димеглио, отправились на задание в 14 часов 20 минут. Они должны были нанести бомбовый удар по английским войскам на плацдарме. Не обращая внимания на интенсивное противодействие со стороны британской противовоздушной обороны, аргентинцы сбросили шесть авиабомб и без потерь вернулись на материк. Последняя акция была вынужденным шагом. Командование аргентинских ВВС рискнуло использовать свои драгоценные самолеты для ударов по наземным целям только, после того как убедилось, что аэродромы на островах приведены к бездействию.

Свою лепту в боевые действия этого дня должна была внести и вторая эскадрилья морской авиации аргентинцев. Предположив, что в районе Порт-Стенли находится один из британских авианосцев, к островам направили пару «Супер-Этандаров». В 15 часов самолеты вылетели из своей базы на Огненной Земле. Дозаправившись в воздухе, они вышли к южным берегам Восточного Фолкленда. Для поиска целей аргентинские пилоты рискнули несколько раз использовать свои бортовые радары, но каждый раз безрезультатно. Так и не обнаружив корабли противника, морские летчики покинули зону боевых действий.

Воспользовавшись прекращением аргентинских воздушных ударов, британцы возобновили собственные. В 16 часов 30 минут и 17 часов 25 минут были совершены налеты на вертолетную площадку в окрестностях Порт-Стенли, а в 20 часов 30 минут три «Си Харриера» бомбили военно-воздушную базу «Мальвинские острова». Первоначально на это боевое задание с «Гермеса» отправились четыре боевые машины. Однако через несколько минут после взлета один из «Харриеров» взорвался, пилот капитан-лейтенант Г. Батт погиб. Причины катастрофы самолета до сих пор остаются неизвестными.

Почти одновременно с этой трагедией произошла еще одна. Поврежденный фрегат «Антилоуп» своим ходом перешел на внешний рейд Порта-Сан-Карлос и встал на якорь. На корабле приступили к работам по разоружению неразорвавшихся авиабомб. Учитывая опасность проводимой операции, личный состав корабля вывели на вертолетную площадку. В 20 часов 15 минут группа разминирования спустилась во внутренние помещения корабля и направилась в помещение воздушных кондиционеров. Едва они приступили к работе, как бомба взорвалась. Один из минеров погиб на месте, другой получил тяжелое ранение.

От мощного взрыва в борту корабля образовалась огромная пробоина. Корабельные отсеки сразу же охватил пожар. Огонь распространился на большую часть корабля. Положение «Антилоуп» стало критическим. В сложившихся условиях капитан 2 ранга Н. Тобин приказал экипажу оставить гибнущий корабль. Через некоторое время пожар добрался до погребов боезапаса и торпедных аппаратов. Сильнейший взрыв потряс «Антилоуп». Фрегат переломился на две части и затонул.

В этот день боевых столкновений больше не было. Только вечером повторился эпизод с появлением на аргентинских континентальных радарах отметок от неопознанных вертолетов. Теперь вероятного противника засекли на подходе к военно-воздушной базе, расположенной в Санта-Крус. В воздух поднялась дежурная пара «Пукар». Система ПВО базы была приведена в полную боевую готовность. Усилена охрана подступов к аэродрому, окрестности города прочесывали военные патрули. Из Рио-Гальегос для перехвата вражеских вертолетов вылетел истребитель «Мираж III». И на этот раз противника обнаружить не удалось.

Третий день боев над «бомбовой аллеей», или как ее называли аргентинцы «долиной смерти», закончился. Противники приложили значительные усилия для достижения своих целей. Резко возросло количество самолетовылетов с обеих сторон. В этот день англичане 58 раз поднимали в воздух свои самолеты, из них 29 для осуществления истребительного прикрытия района Сан-Карлоса. Не отставали от противника и аргентинцы, их авиация совершила 75 боевых вылетов. Причем аргентинские транспортные «Геркулесы С-130» дважды сумели прорвать воздушную блокаду островов.

23 мая обе противоборствующие стороны записали себе в актив. Англичане потеряли один фрегат и один «Харриер». Их система ПВО снова оказалась не на высоте, а оружие в самый неподходящий момент вновь отказывало. Но они добились главного, десантные части беспрепятственно накапливались на плацдарме. Транспортные суда, хотя и с большими усилиями, разгружались по графику. Британцы своими превентивными ударами по аргентинским аэродромам на островах сорвали действие штурмовой авиации противника против их плацдарма. Это позволило сухопутным частям спокойно готовиться к проведению наземных операций.

Аргентинцы сумели добиться крупного тактического успеха. Но понесли при этом значительные потери: три вертолета и два самолета были уничтожены. Кроме того, им так и не удалось преодолеть некоторые технические и организационные проблемы, в значительной мере снижавшие их боевую мощь. 23 мая 14 боевых вылетов были прерваны из-за неисправностей материальной части или ошибок в навигации.

После трех дней воздушных боев аргентинское командование решилось изменить свою тактику. Стало очевидным, первоначальное распределение приоритетов при выборе целей в пользу военных кораблей противника оказалось не обоснованным. В этой борьбе на истощение англичане успевали каждый раз быстрее восполнять свои потери, чем аргентинцы добиваться успеха. Кроме того, выяснилась неспособность армейской авиации, базирующейся на островах, оказать какое-либо воздействие на противника. В этих условиях аргентинская ударная авиация получила задание, прежде всего, атаковать транспортные и вспомогательные суда противника в районе Сан-Карлоса. Кроме морских целей, для авиации, действующей с континента, приоритетными теперь стали объекты, расположенные на самом плацдарме.

Погода 24 мая значительно улучшилась и благоприятствовала проведению воздушных операций. Боевые действия в этот день начали англичане. В 9 часов 35 минут два «Си Харриера» с «Гермеса» атаковали военно-воздушную базу «Мальвинские острова». Подойдя к Порт-Стенли с северо-востока, английские самолеты сбросили бомбы на позиции аргентинских зенитных батарей. Взрывы шрапнельных бомб подавили на некоторое время систему ПВО аэродрома. Этим воспользовались следующие две пары «Харриеров GR.3». Ударные самолеты зашли на цель с запада и с северо-запада. Для бомбардировки взлетной полосы и аэродромных построек, англичане применили дюжину 1000-фунтовых бомб замедленного действия. Пришедшие в себя аргентинские зенитчики открыли по уходящим самолетам огонь и даже добились попадания в один из них.

Бомбардировку аэродрома в Порт-Стенли англичане повторили в течение дня еще дважды — в 12 часов 50 минут и 14 часов 55 минут. Каждый раз схема атаки была аналогична первой. Эти удары вывели из строя взлетную полосу на 6 часов. Кроме того, на земле были уничтожены два аргентинских легких штурмовика.

Аргентинское авиационное командование приняло решение в этот раз не делить свои силы на несколько крупных волн. Ударные группы, постоянно сменяя друг друга, должны были нанести один массированный непрерывный воздушный удар по противнику.

Первыми на боевое задание отправились два звена «Скайхоков А-4В». Шесть истребителей-бомбардировщиков, вооруженных бомбами «МК-17», в 9 часов 10 минут вылетели из Рио-Гальегос. Во время дозаправки топливом у одной из машин произошел самопроизвольный сброс авиабомб. В результате пилоту пришлось преждевременно вернуться на базу. На подходе к архипелагу оставшиеся пять самолетов объединились в одну группу под командованием майора М. Мариэля.

В 10 часов 15 минут аргентинцы показались над Сан-Карлосом. Выход в район атаки они осуществили с юго-восточного направления. Появление «Скайхоков» не было неожиданным для англичан, аргентинцев обнаружили посты противовоздушного наблюдения на горе Сассекс. Несмотря на это, британская система ПВО вновь не смогла остановить противника. Бомбардировщики преодолели плотный заградительный огонь, избежали попаданий зенитных ракет и атаковали танкодесантные корабли англичан. В результате этой атаки прямые попадания авиабомб получили «Сэр Ланселот», «Сэр Галахед» и «Сэр Бидайвер». Все три бомбы не взорвались, но корабли получили значительные повреждения. Во внутренних помещениях «Сэра Ланселота» вспыхнул сильный пожар. Отбомбившись, аргентинские самолеты сумели безнаказанно уйти на континент.

Этот воздушный налет должен, был быть продолжен ударом еще пяти аргентинских истребителей-бомбардировщиков. Три «Скайхока А-4С» в 9 часов 30 минут вылетели из Сан-Хулиан. Через 10 минут за ними последовали еще два самолета. Эта группа вышла в заданный район с северо-западного направления. Однако этот маршрут был надежно перекрыт британским кораблем дальнего радиолокационного дозора «Ковентри». По его целеуказанию, истребители воздушного патруля перехватили аргентинские самолеты,

В 10—15 милях от Западного Фолкленд а два «Си Харриера» выпустили «Сайдвиндеры» и обстреляли противника из пушек. В результате короткого воздушного боя англичане, хоть и не сбили ни один «Скайхок», но сумели сорвать удар по своим кораблям. Аргентинские пилоты, сбросив в море бомбы и подвесные баки, легли на обратный курс.

Через 45 минут англичане подверглись второму за день воздушному удару. Четверка «Даггеров М-5» в 10 часов покинула авиабазу в Рио-Гранде. В 11 часов 2 минуты аргентинцы были в небе над плацдармом. К Сан-Карлосу они подошли с юго-восточного направления, прикрываясь от английских радаров прибрежными холмами. И на этот раз пилоты бомбардировщиков без потерь преодолели британскую противовоздушную оборону.

Был атакован «Сэр Бедивер». На него было сброшено четыре бомбы «МК-17». Точность бомбометания оказалась неудовлетворительна; ни одна бомба в корабль не попала. Все британские корабли открыли огонь по уходящим самолетам противника. Два замыкающих «Даггера» получили серьезные повреждения, но сумели продолжить полет. Уже на выходе из зоны зенитного огня, аргентинская группа была атакована английским истребителем. Аргентинские пилоты, используя преимущество в скорости, оторвались от преследования и в 12 часов вернулись на базу.

Атака «Сэра Бедивера», как и первый налет, должна была быть комбинированной. Аргентинское командование строго скоординировало по времени атаку «Даггеров» из Рио-Гранде с атакой «Даггеров» из Сан-Хулиан. В 10 часов 20 минут и 10 часов 24 минуты шесть ударных самолетов, разбившись на два звена, покинули свой аэродром. Первому звену удалось избежать встречи с английскими истребителями. Преодолев интенсивный зенитный огонь, аргентинские пилоты в 11 часов 7 минут атаковали корабли противника.

Пушечным огнем были обстреляны «Феарлесс» и «Сэр Галахед», причем на палубе последнего возник пожар.

Прорвавшись в глубину расположения британских вспомогательных кораблей, аргентинцы сбросили 500-фунтовые бомбы на «Форт Остин», «Стромнесс» и «Норланд». Необходимость постоянно совершать маневры, чтобы предотвратить попадание зенитных ракет, значительно снизила точность бомбометания. Ни одна из бомб в корабли не попала. Кроме кораблей, пилоты нанесли удар по береговому топливному складу. На завершающем этапе этой атаки по «Даггерам» вели огонь не только зенитные средства большинства кораблей, но и береговые переносные и стационарные комплексы ПВО. Все три аргентинских самолета получили повреждения, но сумели в 13 часов возвратиться на свою базу.

Их сослуживцам из второго звена повезло меньше. К северу от Сан-Карлоса они были обнаружены «Ковентри». На перехват «Даггеров» немедленно направили дежурную пару «Си Харриеров». В 11 часов 4 минуты английские пилоты, капитан-лейтенант Э. Оулд и лейтенант Д. Смит, атаковали самолеты противника. Первым добился успеха Д. Смит, его «Сайдвиндер» поразил самолет лейтенанта К. Кастильо, аргентинский летчик погиб. Через несколько секунд Э. Оулд двумя ракетами сбил еще два «Даггера». Их пилотам удалось катапультироваться и остаться в живых. Капитан Р. Диас приземлился на острове Пебл, а старший лейтенант Л. Пуга приводнился в море, сумел добраться до берега, и был подобран своими на следующий день.

Последний в этот день аргентинский удар должны были нанести только три самолета. Звено «Скайхоков А-4С», групповой позывной «Ягуар», вылетело из Сан-Хулиан в 10 часов. Через полтора часа они были над Фолклендским проливом. Следуя курсом 190/220°, аргентинцы атаковали фрегат «Эрроу». На корабль в общей сложности было сброшено шесть авиабомб. Впоследствии аргентинские пилоты утверждали, что добились нескольких попаданий в «Эрроу», но британцы этого не подтвердили.

Во время атаки «Скайхоки» попали под очень плотный зенитный огонь. Стреляло все что могло, к ракетным и артиллерийским комплексам присоединилось стрелковое оружие с палуб кораблей и десантных частей с берега. Все три аргентинских самолета получили серьезные повреждения, но сумели выйти из зоны действия зенитного оружия противника. За каждым из «Скайхоков» тянулся шлейф теряемого топлива. Экономя горючие, пилоты набрали высоту. Внезапно идущий последним самолет лейтенанта X. Боно сорвался в пике и разбился о воду. Это произошло к северу от бухты Кинг-Джордж, летчик погиб.

Для двух продолживших полет пилотов возникла опасность повторить судьбу своего товарища. Оба «Скайхока» продолжали терять топливо. Чтобы спасти их, аргентинское командование пошло на нестандартный ход. Было решено рискнуть одним из двух самолетов-заправщиков. «Геркулес КС-130» отправился в точку, находящуюся в 60 милях западнее островов. В непосредственной близости от района боевых действий, «Геркулес» одновременно состыковался сразу с двумя «Скайхоками». В таком положении, непрерывно осуществляя передачу горючего, все три самолета долетели до континента. За 30 миль до Сан-Хулиан произошла расстыковка. В 13 часов «Скайхоки» совершили благополучную посадку.

Четвертый день сражения над «долиной смерти» закончился. 24 мая аргентинцы бросили в бой 23 боевых самолетов. Их тактика проведения налетов претерпела некоторые изменения. Использовав разные маршруты подхода к району боевых действий, аргентинские пилоты в некоторых случаях добились достижения внезапности. Безграничная смелость пилотов и их уверенность в себе позволила им добиться успеха. Также оправдала себя смена приоритетов в выборе целей в пользу транспортных и вспомогательных судов. Однако в плане окончательного успеха этот день остался за британцами. Они сумели не допустить гибели своих кораблей, уничтожили при этом четыре ударных самолета противника и значительно повредили еще столько же.

Ночь с 24 на 25 мая оказалась напряженной для обеих сторон, противники усиленно готовились к завтрашнему дню. 25 мая отмечается в Аргентине как главный национальный праздник — День независимости. Аргентинское командование решило отметить его с размахом, в воздух должно было подняться максимальное количество самолетов. На пятый день воздушного сражения над «долиной смерти» аргентинцы сумели более-менее точно определить местонахождение британских корабельных группировок. Воздушная разведка вскрыла не только местонахождение кораблей радиолокационного дозора, но и район маневрирования авианосной ударной группы англичан. Аргентинцам даже удалось примерно установить порядок их тактического построения. Располагая этой информацией, высшее руководство страны санкционировало участие в предстоящей операции своего главного козыря. 25 мая в воздух должны были подняться «Супер Этандары» с «Экзосетами» на борту.

Командование 317-го оперативного соединения британских ВМС также считало, что в ходе боевых действий наступает переломный момент. Воздушное сражение постепенно достигло наибольшего напряжения и размаха. Несмотря на все упорство, с которым англичане совершенствовали свою систему противовоздушной обороны плацдарма и прилегающей к нему акватории, она была крайне ненадежна. Кроме того, контр-адмирал Вудворд опасался, что 25 мая его оперативное соединение будет атаковано надводными кораблями противника. Особо его беспокоило южное направление, откуда он ожидал появления аргентинского авианосца. Риск подвергнуться комбинированному удару с воздуха и моря заставила Вудворда обратиться к командованию ВМС с просьбой изменить районы маневрирования атомных подводных лодок. Но его предложение сместить позицию «Конкэрора» к югу было отклонено. Видимо, Лондон располагал информацией о нежелании Буэнос-Айреса рисковать своим единственным авианосцем.

К рассвету 25 мая диспозиция британских кораблей не претерпела значительных изменений. В районе Сан-Карлос находились амфибийные силы и корабли прикрытия. К северу от входа в Фолклендский пролив, у берегов острова Пебл, занимали позицию корабли дальнего радиолокационного дозора, эсминец «Ковентри» и фрегат «Броудсворд».

Далее к северо-востоку от архипелага, располагался район маневрирования авианосного соединения. Ближе к островам занимал позицию «Инвинзибл», его «Си Харриеры» осуществляли воздушное патрулирование района высадки. «Гермес» находился на четыре мили севернее.

Рядом с авианосцами, маневрировали крупные вспомогательные суда. На этой позиции транспорты постоянно находились под прикрытием боевых кораблей, из этого же района было удобно выдвигать их ночью в Сан-Карлос. Кроме того, крупные суда служили ложными целями и в какой-то мере защищали авианосцы.

В дальнем радиолокационном дозоре авианосного соединения находился эскадренный миноносец УРО «Эксетер». Во второй линии фрегат УРО «Бриллиант». Эти корабли маневрировали к западу от авианосцев на направлении, с которого ожидался удар противника. И противник не заставил себя ждать.

25 мая аргентинцы решили начать боевые действия раньше обычного. Учитывая, что в предыдущие дни первые эскадрильи встречали в воздухе незначительное противодействие со стороны британского воздушного патруля, аргентинское командование спланировало вылет ударных групп на раннее утро.

Четыре «Скайхока А-4В», позывной группы «Марс», в 8 часов вылетели из Рио-Гальегос. Через 25 минут по техническим причинам два пилота прервали полет. Оставшиеся два самолета прибыли к островам в 9 часов 10 минут. Оказавшись над проливом, пилоты по показаниям приборов нашли надводную цель. Однако им пришлось прервать свою атаку — после сближения с кораблем противника выяснилось, что это госпитальное судно англичан «Уганда». Выходя из опасного района «Скайхоки» были обнаружены радаром «Ковентри». С эсминца произвели пуск ракеты «Си Дарт» и сбили самолет капитана X. Палавьера. Второму аргентинскому пилоту удалось вернуться на базу.

В 10 часов в воздух поднялись еще четыре «Даггера М-5». Самолеты двумя парами вылетели из Рио-Гранде. В полете осуществлялся строгий режим радиомолчания, их выход в район островов обеспечивали два мобилизованных воздушных лайнера «Лиар Джет 35A-L» Все самолеты благополучно долетели до архипелага, но, не сумев обнаружить британские корабли, были вынуждены вернуться. Необходимо отметить, что в те часы острова были укутаны плотным туманом. Туман одинаково мешал аргентинцам находить цели, а англичанам использовать свою истребительную авиацию.

Следующая ударная группа, четыре «Скайхока А-4С» под командованием капитана X. Гарсиа, вылетела из Сан-Хулиан в 11 часов 30 минут. После дозаправки самолеты на малой высоте пересекли Восточный Фолкленд и в 12 часов 25 минут оказались над Сан-Карлос. Аргентинские пилоты атаковали десантный корабль-док «Феарлесс» и фрегат «Эвенжер». «Скайхоки» были встречены сильным зенитным огнем. Первым был сбит самолет лейтенанта Р. Лусеро. По британским данным, его поразила ракета «Си Кэт» с фрегата «Ярмут», а по аргентинским — ракета берегового зенитно-ракетного комплекса «Рапира». Пилоту удалось катапультироваться, он был спасен катером с «Феарлесса», моряками корабля, который он только что атаковал.

Остальные три «Скайхока» сбросили свои бомбы на фрегат «Эвенжер». Бомбы упали далеко от корабля и не причинили ему никакого вреда. Зато британцы снова добились успеха. Набиравший высоту самолет командира группы был сбит «Си Дартом» с «Ковентри». Капитан X. Гарсиа погиб. Еще один «Скайхок» получил тяжелые повреждения и начал терять топливо. И все же, оставшимся в живых аргентинским пилотам, удалось выйти из опасной зоны и довести свои поврежденные самолеты до базы. Им повезло, англичане из-за тумана все еще не могли поднять в воздух свои истребители.

В 13 часов 45 минут аргентинцы начали операцию по уничтожению кораблей британского дальнего радиолокационного дозора. Первым позицию занял «Лиар Джет 35A-L», его задачей было неведение на цель ударных самолетов. К такому способу освещения воздушной обстановки над Фолклендским проливом, аргентинское командование было вынужденно прибегнуть после нескольких дней неудачных попыток наладить воздушный контроль другими способами.

В 14 часов в небо поднялись ударные самолеты. Два звена по три «Скайхока А-4В», вооруженных авиабомбами «МК-17», вылетели из Рио-Гальегос. Звеном «Вулкан» командовал капитан М. Карбальо, а звеном «Зевс» — первый лейтенант М. Веласко. После взлета в каждой группе осталось по два самолета. У третьих номеров возникли технические проблемы, вынудившие их вернуться на базу. С двухминутным интервалом оба звена прибыли в точку рандеву с самолетом-заправщиком к северу от острова Пебл.

Аргентинские самолеты осуществляли свой полет на средних высотах, поэтому за 100 миль до Сан-Карлоса они были обнаружены радарами англичан. К этому времени погода над районом маневрирования британских авианосцев улучшилась, и в воздух поднялись истребители прикрытия. «Си Харриеры» направились на перехват аргентинцев, но те резко снизившись и разделившись на пары, исчезли с экранов радаров. Позиция британских кораблей оказалась не самая удачная. Она не исключала возможности скрытого подхода к кораблям самолетов противника со стороны островов. Этим и воспользовались пилоты «Скайхоков».

В 15 часов 20 минут аргентинские пилоты из звена «Вулкан», используя складки местности острова Западный Фолкленд, внезапно атаковали английские корабли. Низколетящие «Скайхоки» были обнаружены уже в зоне действия «Си Дарта» «Ковентри». Опасаясь поразить собственные самолеты, командир эсминца капитан 1 ранга Д. Харт-Дайк приказал отозвать «Си Харриеры» из опасной зоны.

«Ковентри» и «Броудсворд» занимали позицию в 15 милях от острова Пебл. В момент атаки они имели ход 12 узлов, а расстояние между кораблями составляло 5 кабельтовых. Два аргентинских штурмовика на большой скорости проскочили над эсминцем и атаковали фрегат. «Ковентри» открыл заградительный огонь из носовой артустановки. Некоторые матросы, находясь на верхней палубе, стреляли по самолетам и из стрелкового оружия. Авотрадар ЗРК «Си Дарт» захватить атакующие цели не смог. «Си Вулф» «Броудсворда» захватил цели, но не сумел выбрать одну из них и огонь не открыл, поэтому фрегат также отстреливался только артиллерией.

Прорвавшись сквозь зенитный огонь, аргентинские пилоты произвели бомбометание. На фрегат было сброшено четыре авиабомбы «МК-17». Три в цель не попали, зато четвертая, отскочив от гребня волны, пробила правый борт «Броудсворда». Попадание пришлось на кормовую часть корабля, на метр выше ватерлинии. Взрыватель бомбы не сработал, и она подобно обычной металлической болванке двигаясь снизу вверх, пробила внутренние помещения фрегата. Повреждения оказались не смертельными. Сильно пострадала полетная палуба, где был уничтожен вертолет «Линкс». В кормовых отсеках возникли очаги пожара, началось поступление воды. Для борьбы с огнем и водою в корму была направлена аварийная партия, В результате умелых действий экипажу удалось быстро локализовать повреждения и восстановить боеспособность корабля.

Торопясь оказать помощь «Броудеворду», «Ковентри» начал резкий разворот на правый борт и лег на обратный курс. Эсминец почти закончил свой маневр, когда со стороны острова Пебл показалось второе ударное звено «Скайхоков» — группа «Зевс». В момент маневра «Ковентри» аргентинские самолеты оказались в «мертвой зоне» его зенитного ракетного комплекса «Си Дарт», Пытаясь исправить это, эсминец вновь совершил крутой поворот, подставляя аргентинцам нос. Произошла роковая ошибка, в результате своего маневра «Ковентри» полностью закрыл собой сектор обстрела для ЗРК «Броудсворда». А между тем, «Си Вулф» на фрегате сопровождал цели и был готов открыть по ним огонь.

На дистанции 6,21 мили «Скайхоки» были обстреляны «Си Дартом» «Ковентри». Эсминец не закончил поворот и находился под углом 30° относительно противника. Поэтому от выпущенных им ракет, аргентинские пилоты сумели уклониться. Повторить залп англичане не смогли, «Си Дарт» в очередной раз вышел из строя. «Ковентри» тут же начал маневр на уклонение и дал задний ход, пытаясь подставить аргентинцам борт. Но времени на это у британцев уже не осталось.

Пилот ведущего «Скайхока», первый лейтенант М. Веласко, четко, как на учениях, сбросил свои бомбы. В «Ковентри», который в этот момент представлял собой идеальную цель, попали три авиабомбы. Второму пилоту, который летел на расстоянии 200 м. от первого, повезло меньше. Из-за неисправности спускового механизма, он не сумел произвести бомбометание. Оба самолета совершив горку над кораблем, и прижимаясь к самой воде, вышли из опасной зоны. С максимальной скоростью, курсом на северо-восток, все четыре аргентинских самолета благополучно ушли на континент.

Бомбы попали в носовую часть «Ковентри» под углом 45°. Пробив левый борт корабля на уровне двух-трех метров, они проникли во внутренние помещения фрегата. Одна из них, прежде чем взорваться в носовом машинном отделении, на своем пути разрушила пост управления энергетической установкой. В машинном отделении было сразу же убито 9 человек, в помещении вспыхнул пожар. Через разрушенное днище стала интенсивно поступать вода. Вторая бомба взорвалась в центральном командном пункте корабля. Из 30 человек расчета ЦКП 10 было убито, а командир корабля контужен и потерял сознание. Управление боем было потеряно, центральный командный пост стал быстро заполняться густым ядовитым дымом. Корабль полностью лишился хода и электроэнергии, вышла из строя внутрикорабельная связь.

Огонь начал быстро распространяться из отсека в отсек, слабые попытки локализовать его ни к чему не привели. Крен постоянно увеличивался и за короткое время достиг 70° на левый борт. Положение «Ковентри» стало критическим. Вскоре экипаж оставил гибнущий эсминец.

«Ковентри» продержался недолго. Через 20 минут после попадания первой авиабомбы, эсминец опрокинулся и затонул. Плавающих в воде людей подобрал «Броудсворд», на борт их поднимали с помощью вертолетов. Всего было спасено примерно 260 человек, из них 20 раненых. Ночью экипаж погибшего корабля, на вспомогательном судне «Форт Остин», отправили в Англию.

К северу от острова Пебл еще продолжались спасательные работы, когда 317-е оперативное соединение понесло еще одну потерю. На этот раз воздушный удар по британцам нанесла 2-я эскадрилья аргентинских ВМС. По данным аргентинской разведки в 110 милях на северо-запад от Порт-Стенли должны были находиться авианосцы противника. Вылет двух «Супер Этандаров», первоначально запланированный на раннее утро, пришлось отложить. Причиной переноса времени вылета послужила нехватка самолетов-заправщиков. Единственный исправный танкер «Геркулес КС-130», позывной «Берлин», утром обеспечивал работу самолетов ВВС.

В 14 часов 34 минуты пара «Супер Этандаров», позывной группы «Мина», вылетела из Рио-Гранде. В интересах достижения внезапности появления в районе боевых действий, на этот раз маршрут полета ударных самолетов изменили. Для того чтобы выйти на цель с северного направления, откуда предположительно британцы не ожидали удара, аргентинские самолеты описали большую дугу. Огибая острова северо-восточным курсом, самолеты в 1 б часов 45 минут встретились с самолетом-заправщиком. Все это время аргентинцам удалось сохранить скрытность, чему во многом способствовало уничтожение корабля дальнего радиолокационного контроля «Ковентри».

После приема топлива аргентинские пилоты изменили курс. Теперь, следуя на юго-восток, они сближались с противником. Полет проходил на высоте 30 м. над уровнем моря. Когда до предполагаемого местонахождения британских кораблей оставалось 150 миль, аргентинцы снизились до 10 м. В 16 часов 14 минут капитан 2 ранга Р. Курилович, пилот ведущего «Супер Этандара», совершил горку и кратковременно включил бортовую РЛС. На экране радара засветились отметки трех целей: двух крупных и одной поменьше. Выбрав самую крупную цель, в 16 часов 20 минут оба пилота произвели запуск своих ракет.

Немедленно после пуска, аргентинские самолеты легли на обратный курс. В 16 часов 50 минут аргентинские пилоты выполнили повторную заправку топливом, после чего благополучно вернулись на Огненную Землю.

Работа бортовых радаров «Супер Этандаров» была немедленно обнаружена эсминцем «Эксетер». Эсминец оповестил о ракетной атаке все корабли авианосной группы. У британцев оставалось примерно 6 минут для принятия ответных мер. Все боевые корабли начали постановку дипольных отражателей. Для постановки ложных целей в воздух с «Гермеса» и «Инвинзибла» поднялись специально оборудованные вертолеты. В результате столь активных усилий англичанам удалось отвести ракеты от своих авианосцев.

Сбитые с боевого курса «Экзосеты» перенацелились на другой крупный корабль. Не повезло авиатранспорту «Атлантик Конвейер». У мобилизованного гражданского контейнеровоза, на котором почти отсутствовали средства противоракетной и противовоздушной обороны, не было никаких шансов. После получения сигнала о появлении «Супер Этандаров» «Атлантик Конвейер» попытался развернуться кормой к угрожаемому направлению. Именно в этот момент судно поразили обе ракеты. Попадание «Экзосетов» пришлось на кормовую часть левого борта авиатранспорта. В результате взрывов погибли 11 членов экипажа. На корабле начался сильный пожар, борьбу с которым осложняла плотная загазованность корабельных помещений. В условиях почти нулевой видимости аварийные партии пытались не допустить прорыва пламени к хранилищам авиационного горючего и штабелям кассетных бомб. К аварийному кораблю подошли танкодесантный корабль «Сэр Персивейл» и фрегат «Алакрити». Другие корабли соединения выслали ему на помощь свои вертолеты.

Несмотря на все прилагаемые усилия, пожар вышел из-под контроля. После возникновения угрозы взрыва боезапаса было принято решение снять с судна экипаж. Около 130 человек покинули гибнущий корабль по штормтрапам и разместились на спасательных плотах. Во время эвакуации погиб капитан «Атлантик Конвейера» А. Норе.

Однако даже после того, как люди покинули судно, ого раскаленный корпус продолжал представлять для них серьезную опасность. Плоты никак не удавалась отвести от горящего корабля. Ситуацию спас, почти вплотную подошедший к «Атлантик Конвейер», «Алакрити». После нескольких безуспешных попыток, фрегату удалось отбуксировать спасательные плоты на безопасное расстояние.

Авиатранспорт продолжал гореть почти двое суток. Серия внутренних взрывов постепенно разрушила корпус судна и через несколько дней «Атлантик Конвейер» затонул. Гибель этого корабля оказалась крупной потерей для британцев. Вместе с кораблем ушли на дно шесть вертолетов «Вессекс» 848-й эскадрильи ВМС, три «Чинук» ВВС и еще один флотский «Линкс» 815-й эскадрильи. С горящей палубы сумели эвакуировать только один «Чинук» и один «Иессекс». Было потеряно большое количество запасных частой к авиатехнике, авиационного горючего и вооружения. Поиска десанта лишились материалов для оборудования полового аэродрома и крупной партии палаток. Но наиболее болезненным для них стало уничтожение «Чинуков». Эти транспортные вертолеты должны были обеспечить мобильность английских частей при проведении сухопутных операций.

День независимости Аргентины оказался для британского флота в этой войне наиболее тяжелым днем. Гибель двух крупных кораблей, повреждение третьего, и потеря 10 вертолетов значительно ослабили британскую группировку в Южной Атлантике. Значительно, но не критически, как на то надеялось аргентинское командование. Собственные Потери с 21 по 25 мая только в ударной авиации составили 16 самолетов. Кроме уничтоженных, примерно такое же количество боевых машин получило серьезные повреждения. И условиях невозможности пополнить парк своей авиационной техники, из-за введенных против нее международных санкций, потеря такого количества самолетов оказалась для Аргентины невосполнимой. Аргентинские ВВС, потеряв значительное количество машин и пилотов, постепенно утратили свое превосходство над противником.

Напротив, 317-е оперативное соединение за это время получило значительные подкрепления. Британские силы в Южной Атлантике пополнились как кораблями, так и самолетами. Темп наращивания корабельной группировки в районе боевых действий намного превысил количество потерянных и поврежденных за этот период судов.

Британские саперные части приступили к строительству в поселке Сан-Карлос полевого аэродрома, способного принимать «Харриеры». Постоянное совершенствование береговой системы ПВО плацдарма и уход основной массы разгрузившихся вспомогательных судов, позволили сократить количество боевых кораблей в Фолклендском проливе. Отпала необходимость держать, для защиты района проведения десантной операции крупную группировку кораблей поддержки. После 25 мая появилась возможность доставлять грузы на плацдарм небольшими конвоями, в ночное время и под сильным сопровождением. Днем воды Сан-Карлос-Уотер были почти пустынны, в результате чего значительно снизился риск потерь кораблей в этом опасном районе.

С 21 по 25 мая англичане в целом выполнили поставленную перед собой задачу. Их войска прочно закрепились на плацдарме. На берегу было сосредоточено достаточное количество техники, вооружения и материальных запасов, необходимых для проведения сухопутной наступательной операции.

В конечном итоге аргентинскому командованию пришлось признать, что ему не удалось силами авиации сорвать проведение противником десантной операции. Расчет нанести англичанам такое количество потерь, которое заставило бы их отказаться от дальнейшего ведения боевых действий, не оправдался. Пятидневное воздушное сражение в небе над Фолклендским проливом закончилось в пользу британцев.


Глава 15. БОЙ ЗА ГУС-ГРИН И ДАРВИН

С 21 по 23 мая британцы сосредоточили в северо-западной части Восточного Фолкленда основные силы 3-й бригады морской пехоты с подразделениями усиления. На плацдарме развернулись работы по укреплению оборонительных позиций и накопление материальных запасов, последнее происходило медленнее намеченных при планировании операции сроков. Противодействие, оказанное аргентинской авиацией, заставило англичан отказаться от дневной разгрузки своих судов снабжения, кроме того, им не хватало транспортных вертолетов и мощностей причального фронта.

Низкие темпы сосредоточения ресурсов и отсутствие ясных планов по ведению сухопутной операции привели к возникновению паузы в действиях британских десантных войск. Высокий процент потерь, которые английские корабли понесли в Фолклендском проливе, и риск затягивания наземной операции вызвали резкое недовольство у политического руководства Великобритании. От бригадного генерала Д. Томпсона потребовали немедленно активизировать ведение боевых операций.

В этих условиях штаб 3-й бригады морской пехоты разработал план проведения наступательной операции. Учитывая, что главной задачей является захват Порт-Стенли, командир бригады предложил сосредоточить основные усилия для быстрого выхода на подступы к административному центру архипелага. Из донесений разведки ему было известно, что в 60 км от Порт-Стенли, на высоте Кент, находятся передовые посты аргентинских войск. Анализируя донесения патрулей SAS, действовавших в районе высоты, Д. Томпсон пришел к выводу, что аргентинцы не окажут при обороне горы Кент упорного сопротивления. Их позиции были слабо оборудованы и заняты малочисленными подразделениями, полностью отсутствовала артиллерия.

Д. Томпсон предложил скрытно перебросить к подножью Кент основные силы бригады и с ходу овладеть этой высотой. В случае успеха захваченный район предполагалось использовать как исходный рубеж для наступления на Порт-Стенли. Однако для того, чтобы закончить подготовку к этой операции, требовалось время. Англичане ожидали прибытия с «Атлантик Конвейер» тяжелых транспортных вертолетов «Чинук», которые в условиях «фолклендского» бездорожья должны были стать основным транспортным средством и обеспечить войскам необходимый уровень мобильности.

В ходе подготовки основной операции британское командование предполагало провести вспомогательную операцию. Штаб 3-й бригады опасался контрудара группировки противника из района Дарвин — Гус-Грин по своему правому флангу и растянутым линиям коммуникаций. Для устранения этой потенциальной угрозы Д. Томпсон планировал проведение силами 2-го парашютно-десантного батальона рейдовой операции.

23 мая подполковнику Джонсу было передано предварительное боевое распоряжение: его батальон 24 мая должен был внезапно атаковать Гус-Грин, уничтожить самолеты, дислоцированные на авиабазе «Кондор», а затем также быстро вернуться в Сан-Карлос.

Ограниченные цели предстоящих операций и кажущаяся медлительность в действиях командования 3-й бригады, вызвали критику со стороны премьер-министра Великобритании. Под давлением М. Тэтчер военный кабинет потребовал от Филдхауза в ближайшее время добиться на островах заметных результатов. В результате этого политического давления бригадиру Томпсону приказали изменить цель операции, теперь Дарвин и Гус-Грин предстояло не только атаковать, но и захватить. Более решительные задачи требовали увеличения сроков подготовки предстоящего наступления. Начало операции было назначено на 27 мая.

Тем временем, 26 мая командование аргентинских ВВС в очередной раз изменило тактику проведения своих воздушных ударов. Массированные налеты на боевые и вспомогательные корабли противника, сменились ударами по британским войскам на берегу. Предполагалось на бомбардировку сухопутных целей направлять истребители-бомбардировщики «Даггер М-5» и бомбардировщики «Канберра». Бомбометание должно было производиться с большой высоты и под прикрытием истребителей «Мираж III».

Впрочем, первый же вылет на боевое задание «Канберра» оказался неудачным. В 3 часа 35 минут 26 мая звено из трех бомбардировщиков вылетело из Рио-Гальегос. По плану операции, они должны были быть над целью в 4 часа 30 минут. Однако, пролетев 180 миль, из-за неблагоприятных метеорологических условий и несовершенства навигационной аппаратуры пилоты сбились с курса. В 4 часа 40 минут им пришлось возвратиться на свой аэродром.

В 13 часов 30 минут бомбить англичан отправились «Даггеры» из Сан-Хулиан. Два истребителя-бомбардировщика под прикрытием двух «Миражей» в 14 часов 10 минут подошли к Сан-Карлос. С высоты 3500 м. самолеты сбросили восемь бомб. Низкая облачность не позволила пилотам оценить точность их бомбометания. Не встретив в воздухе противодействия противника и не обнаружив его кораблей, аргентинцы ушли в сторону материка.

Англичане в этот день начали боевые действия рано. С 00 часов 30 минут до 2 часов 30 минут их корабли нанесли артиллерийский удар по аргентинским позициям в Фокс-Бей. В 00 часов 45 минут начался артналет на аэродром в Порт-Стенли. В результате обстрела, длившегося 25 минут, на земле был уничтожен штурмовик «Пукара IA-58». В 10 часов 25 минут, зайдя со стороны пролива, «Харриер GR.3» атаковал позиции аргентинцев в Порт-Говард. От разрывов бомб и пушечного огня погибло шесть человек, столько же было ранено. В 14 часов 21 минута британская авиация бомбила позиции зенитной артиллерии в Порт-Стенли.

27 мая аргентинцы решили повторить попытку произвести ночную бомбардировку Сан-Карлос. В 3 часа 20 минут из Рио-Гальегос к островам направилась пара «Канберра». Для облегчения ориентирования пилотов на взлетно-посадочной полосе в поселке Гус-Грин зажгли три больших опознавательных костра. Ориентируясь по этим огням, аргентинские бомбардировщики сбросили на расположение британских войск около шести тонн авиабомб. Отбомбившись, «Канберры» благополучно вернулись на базу.

С наступлением утра, пользуясь улучшением погоды, аргентинское командование попыталось обнаружить и атаковать британские корабли. С 9 часов 30 минут до 10 часов 30 минут на задание отправились шесть «Скайхок А-4В» и столько же «Скайхок А-4С». Ни одна группа не обнаружила корабли противника. Все самолеты к 13 часам возвратились на базу.

Ближе к вечеру ударные самолеты направились атаковать береговые цели. Три «Скайхок А-4В» в 15 часов вылетели из Рио-Гальегос. После неудачной дозаправки топливом один самолет был вынужден вернуться на континент. Оставшиеся два штурмовика с юга на север пересекли Фолклендский пролив. Пролетая над бухтой Сан-Карлоса, они обнаружили четыре боевых корабля англичан в окружении нескольких катеров и баркасов. Проигнорировав морские цели, аргентинцы сбросили на береговые объекты 8 авиабомб. Британцы ответили интенсивным зенитным огнем и серьезно повредили один из самолетов.

Следующая ударная группа вылетела через полчаса после первой. До Сан-Карлос долетели только два самолета, третий по техническим причинам отказался от продолжения полета. Преодолев заградительный огонь противника, аргентинские самолеты сбросили свои бомбы на строения в бухте Аякс. Был уничтожен склад боеприпасов и поврежден полевой госпиталь.

Англичане в долгу не остались: «Феарлесс» и «Интрепид» огнем своих 40-миллиметровых артиллерийских установок «Бофорс» сбили «Скайхок» первого лейтенанта М. Веласко. Пилоту удалось катапультироваться и остаться в живых. Второй самолет также получил множественные повреждения, но лейтенант К. Оссес все же сумел дотянуть до Рио-Гальегос. После посадки выяснилось, что его «Скайхок» восстановлению не подлежит.

Тем временем командование 3-й бригады морской пехоты англичан заканчивало развертывание сил, предназначенных для атаки аргентинских войск в районе Дарвин и Гус-Грин. Поздней ночью 26 мая из Сан-Карлоса начал движение 2-й парашютно-десантный батальон. 500 десантников, каждый из которых нес на себе 55 км личного снаряжения, с трудом преодолели 13 км непролазной грязи, обозначенной на карте, как грунтовая дорога. Утром 27 мая батальон вышел к ферме Камилла Крик Хауз.

На этом рубеже британцы были обнаружены боевым охранением противника. Аргентинцы немедленно нанесли по колонне англичан артиллерийский удар. И хотя точность их стрельбы оказалась невысокой, англичане были вынуждены прекратить наступление и, в ожидании сумерек, закрепиться в районе фермы. В окрестности Камилла Крик Хауз вертолетами «Си Кинг» доставили три 105-миллиметровых артиллерийских орудия. Эта полевая батарея, минометный взвод, взвод ПТУР «Милан» и орудия фрегата «Эрроу» должны были обеспечить огневую поддержку предстоящего ночного боя.

С целью детальной разведки местности командир 2-го батальона выдвинул вперед два патруля. В районе фермы Бэрнтсайд Хауз разведчикам удалось обнаружить местоположение трех опорных пунктов противника, а на обратном пути захватить в плен нескольких аргентинских солдат. Допрос пленных позволил британскому командованию уточнить численность противостоящей им аргентинской группировки.

В районе Дарвин — Гус-Грин дислоцировалась аргентинская полковая группа «Мерседес», в состав которой, помимо 12-го пехотного полка, входили 101-й батальон ПВО и подразделения аэродромного обслуживания авиабазы «Кондор». Информация о предстоящем английском наступлении просочилась в СМИ, поэтому аргентинцы предприняли некоторые шаги по укреплению своих позиций.

После переброски 26 мая в Гус-Грин подкреплений, численность аргентинских войск в этом районе возросла до 1 тыс. человек. Но в результате ежедневных артиллерийских обстрелов и авиационных ударов противника боеспособность личного состава группы «Мерседес» оказалась на невысоком уровне. Кроме того, аргентинские солдаты страдали от переохлаждения и перебоев со снабжением. Не были закончены работы по инженерному оборудованию оборонительных позиций. В течение мая аргентинцы укрепляли только побережье залива Грантем-Саунд, где ими была создана противодесантная оборона. На северных подступах к поселку Дарвин оборонительные работы только начались.

Общее руководство аргентинскими частями осуществлял командующий Приморской группой войск бригадный генерал О. Парада. Командный пункт Парады находился в Порт-Стенли, накануне генерал уклонился от выполнения приказа генерала Менендеса убыть в ГусТрин и возглавить оборону района пролива. Непосредственное командование войсками группы «Мерседес» разделили командир 12-го пехотного полка подполковник И. Пиагги, ответственный за сухопутную борону, и командир авиабазы «Кондор» полковник В. Педросо.

Для подавления аргентинской батареи в 14 часов с авианосца «Гермес» в район поселка Гус-Грин были направлены два «Харриера». Самолеты на цель наводили по целеуказаниям наземного наводчика. Английские самолеты на малых высотах атаковали позиции батареи 105-миллиметровых орудий. Во время третьего захода на цель аргентинские зенитчики попали в истребитель лейтенанта Айвессона. Хвостовая часть его «Харриера» была сильно повреждена, и британский пилот был вынужден катапультироваться.

В 23 часа 27 мая 2-й парашютно-десантный батальон выдвинулся на исходный рубеж развертывания в ротные колонны. Через три с половиной часа батальон вышел на линию начала атаки. План операции, разработанный подполковником Джонсом, состоял из шести этапов. Роты «В» и «D» должны были атаковать аргентинские позиции с северо-востока, а рота «А» — с северо-запада. Рота «С» находилась в батальонном резерве. Английский командир планировал овладеть поселком Гус-Грин к 10 часам 30 минутам 28 мая.

Первой в наступление на ферму Бэрнтсайд Хауз перешла рота «А» майора Фаррар-Хокли. Позиции противника в этом районе подверглись удару артиллерии фрегата «Эрроу» и огневому налету батареи ПТУР «Милан». Но когда в 3 часа 30 минут английские парашютисты ворвались в аргентинские окопы, выяснилось, что те пусты. Боевое охранение, которое в них располагалось, после начала артиллерийской подготовки отошло к поселку Дарвин.

Развивая наступление, рота «А» продолжила движение вперед. В этот момент темп атаки снизился, аргентинский взвод, окопавшийся на мысе Коронэишн, на целый час остановил продвижение англичан. Отставали от графика наступления и левофланговые роты батальона. Роты «В» и «D», которыми командовали майор Крослэнд и майор Ним соответственно, подавив очаговое сопротивление противника, только в 4 часа начали движение к ферме Бока Хауз. На подступах к этой ферме британские парашютисты были остановлены плотным пулеметным огнем.

В 4 часа 30 минут после интенсивной огневой подготовки рота «А» атаковала аргентинские позиции. Не приняв ближнего боя, аргентинские солдаты отступили, и к 5 часам 30 минутам англичане полностью овладели мысом Коронэишн. Майор Фаррар-Хокли оставил на захваченном рубеже взвод тяжелого оружия, а остальные взводы своей роты выдвинул к поселку Дарвин.

Во время выполнения этого маневра британские парашютисты попали под плотный пулеметный огонь противника. На их пути оказался хорошо укрепленный и замаскированный опорный пункт аргентинцев. Взвод 25-го пехотного полка на два с половиной часа прижал к земле боевые порядки англичан. Эта задержка поставила под угрозу срыва план операции, который разработал подполковник Джонс. Через несколько часов должен был наступить рассвет, и британцы могли лишиться преимущества от ведения боевых действий в ночное время. В боевые порядки оказавшейся в тяжелом положении роты прибыл командир батальона с офицерами своего штаба. Его решительное вмешательство привело к повторению атаки на дарвинский холм. Но и эту атаку, недостаточно обеспеченную и проведенную фронтально, аргентинцы отразили с большим уроном для англичан.

К 10 часам обстановка в районе Дарвина стала критической. Уже наступил рассвет, а прижатые к земле британские парашютисты никак не могли продвинуться вперед. Пытаясь найти выход из тупиковой ситуации, подполковник Джонс решил предпринять еще одну попытку овладеть опорным пунктом противника, причем лично возглавить эту атаку. Командир 2-го батальона отказался от огневой подготовки, для ее организации требовалось время, которого у англичан не было. К этому моменту британцы начали испытывать трудности с огневыми средствами. Фрегат «Эрроу», опасаясь в светлое время суток воздушных атак противника, отошел в район Сан-Карлоса. У артиллерийской батареи 105-миллиметровых орудий заканчивались боеприпасы. Переброска с мыса Коронэйшн взвода тяжелого оружия роты «А» грозила затянуть подготовку атаки.

Располагая ограниченными силами и средствами, британский командир отказался от продолжения лобовых атак и решил нанести удар во фланг аргентинской обороны. Первоначально англичане сумели несколько продвинуться вперед и приблизиться к окопам противника, но затем, попав под перекрестный огонь аргентинцев, они были вынуждены отступить. В этом бою командир 2-го парашютно-десантного батальона подполковник X. Джонс погиб.

После провала последней атаки британцы оказались в очень тяжелом положении. Между подразделениями 2-го батальона отсутствовало взаимодействие, была нарушена система управления, у личного состава заканчивались боеприпасы. Англичане испытывали трудности с эвакуацией раненых. На артиллерийской батарее закончились снаряды, и батальон лишился огневой поддержки.

В свою очередь, возросла боевая активность противника. Аргентинское командование предприняло ряд шагов наступательного характера, направленных на облегчение положения оборонявшихся частей группы «Мерседес». В Гус-Грин вертолетами перебросили взвод первого лейтенанта Эстебана, это подразделение ранее отличилось в боях за Сан-Карлос.

В 9 часов 30 минут, несмотря на неблагоприятные метеорологические условия, для нанесения бомбово-штурмового удара по боевым порядкам англичан вылетели два самолета «Пукара IA-58A». Аргентинские штурмовики дважды выполнили заход на цель и обстреляли противника 20-миллиметровыми пушками и неуправляемыми ракетами. В результате заградительного огня англичан один аргентинский самолет был сильно поврежден, но его пилот капитан Р. Грунерт сумел вернуться на базу.

В 11 часов 30 минут аргентинцы предприняли повторный воздушный удар. Пара штурмовиков «Пукара IA-58A», позывной группы «Сомбре», к северу от поселка Дарвин обнаружила приближение двух английских «Скаутов». Вертолеты были вызваны англичанами для эвакуации с поля боя раненных и погибших. Аргентинские пилоты атаковали вертолеты противника и сумели сбить один из них, английский пилот лейтенант Р. Нанн погиб. Второй вертолет, пилотируемый лейтенантом Ниблеттом, смог уклониться от выпущенной по нему ракеты и уйти от преследования. После воздушного боя аргентинские самолеты легли на обратный курс, но возвратиться в Порт-Стенли сумел только лейтенант Сембаро. Самолет командира пары лейтенанта Хименеса, попал в зону низкой облачности и разбился. Хименес долгое время считался пропавшим без вести, пока в 1986 г. обломки самолета с его останками не были обнаружены в горах Блу Маунтинз, к северо-востоку от поселка Гус-Грин.

В этой критической для англичан ситуации командование 2-м батальоном принял заместитель подполковника X. Джонса майор К. Кибл. Он решил перенести направление главного удара на правый фланг. По его приказу, рота «D», сместившись вправо, совершила охват аргентинских позиций в районе фермы Бока Хауз. Выполнив трудный маневр, во время которого парашютисты двигались по заливаемому приливом пляжу, рота скрытно обошла узел сопротивления противника. Оказавшись в аргентинском тылу, англичане открыли по ферме пулеметный огонь. Под угрозой полного окружения гарнизон Бока Хауз покинул свои позиции. Во время отступления с фермы аргентинцы потеряли 12 человек убитыми, еще 20 солдат попало в плен.

Достигнутый на правом фланге успех, немедленно сказался на положении остальных британских подразделений. Под прикрытием демонстрационных действий 2-го взвода роты «А» британское командование подтянуло к подножию дарвинского холма взвод тяжелого оружия. Сосредоточив на аргентинских позициях огонь нескольких пусковых установок ПТУР «Милан», англичане сумели подавить огневые точки противника. Сопротивление аргентинцев значительно ослабло, и через 10 минут их позиции были захвачены британскими парашютистами. В ходе этого боя 18 аргентинцев было убито, англичане захватили в плен 74 человека, среди которых оказалось 37 раненых.

В результате успеха, достигнутого на подступах к поселку Дарвин и в районе Бока Хауз, британцы создали условия для блокирования основной группировки противника в окрестностях поселка Гус-Грин. Рота «D» начала наступление на взлетно-посадочную полосу авиабазы «Кондор». Рота «В», обогнув поселок с юга, завершила окружение аргентинских позиций. Стремясь максимально использовать благоприятную обстановку, майор К. Кибл ввел в бой роту «С» майора Дженера, которая до этого времени находилась в батальонном резерве. Движение роты «С» было обнаружено противником, артиллерия которого немедленно обстреляла английскую колонну. В результате аргентинского огня рота понесла тяжелые потери.

Однако остановить английское наступление аргентинцам не удалось. Атакующие порядки британцев, преодолев минные поля, завязали бои непосредственно в поселке Гус-Грин. Особенно упорная борьба шла за здание школы.

Во второй половине дня, в ответ на многочисленные просьбы командования полковой группы «Мерседес» из Порт-Стенли в Гус-Грин были отправлены подкрепления. Транспортные вертолеты доставили в район боевых действий роту «К» 25-го пехотного полка. Подразделение, которым командовал капитан Э. Консиглиари, высадилось на два километра южнее британских позиций. Используя рельеф местности и наступившие сумерки, аргентинцы сумели скрытно выйти в расположение основных сил 12-го пехотного полка.

Получив подкрепление, аргентинцы попытались контратаковать противника. Первоначально им удалось несколько потеснить англичан, но парашютисты довольно быстро восстановили положение и даже несколько улучшили свои позиции. Потеряв 7 человек убитыми и 15 раненными, аргентинцы были вынуждены отступить,

В 17 часов аргентинское командование предприняло последнюю попытку помочь группе «Мерседес». С авиабазы «Мальвинские острова» вылетели четыре боевых самолета. Два штурмовика «Пукара IA-58A» должны были сбросить на британские позиции напалмовые баки. Действия ударных самолетов прикрывали два штурмовика морской авиации «Эйрмачи МВ-339А». Этот воздушный удар оказался для аргентинцев крайне неудачным. На подходе к цели один из самолетов прикрытия был уничтожен ракетой «Блоупайп». Огнем зенитных пулеметов англичанам удалось сбить «Пукара IА-58А». Аргентинский пилот лейтенант М. Крусадо катапультировался и был взят в плен. Напалмовые баки, сброшенные первым лейтенантом Мичелаудом, не взорвались, зато его штурмовик получил многочисленные повреждения и едва смог дотянуть до Порт-Стенли.

Бой за Гус-Грин продолжался уже 36 часов и обе стороны начали выдыхаться. Особую усталость испытывали британские войска, которым приходилось непрерывно атаковать, штурмуя при этом одну за другой позиции противника. Когда наступательные возможности рот были исчерпаны, майор К, Кибл принял решение перейти к обороне и закрепиться на занятых рубежах.

Командир 3-й бригады морской пехоты англичан бригадир Д. Томпсон предпринял меры для поддержки войск штурмующих Гус-Грин. На помощь 2-му парашютно-десантному батальону была выдвинута рота «J» 42-го батальона морской пехоты. Четыре вертолета непрерывно перебрасывали на передовую боеприпасы, а обратными рейсами эвакуировали раненых. В 19 часов 25 минут британская палубная авиация нанесла по поселку Гус-Грин очередной бомбово-штурмовой удар. Три «Харриера» с «Гермеса», выполняя заявку сухопутных войск, кассетными бомбами и ракетами подавили аргентинскую батарею ПВО, позиции которой находились всего в 180 м. от переднего края британского батальона.

Потеря зенитных орудий, которые были основными огневыми средствами обороны, немедленно отразилась на обороноспособности аргентинской группировки. Моральное состояние аргентинских солдат оказалось на очень низком уровне. Поэтому подполковник И. Пиагги принял предложение британцев начать переговоры о прекращении огня. Майор К. Кибл направил в поселок двух пленных аргентинцев, передавших командиру 12-го полка условия капитуляции. Переговоры между англичанами и аргентинцами продолжались всю ночь.

Аргентинские командиры попытались затянуть переговоры, но угроза новых воздушных ударов и возобновившийся утром 29 мая артиллерийский обстрел заставили их принять британские условия. Подполковник И. Пиагги связался со своим непосредственным начальником бригадным генералом О. Парадой и, обрисовав положение, попросил разрешение на капитуляцию. Командующий Приморской группой войск не стал возражать, и в 8 часов 30 минут аргентинцы сдались в плен.

Таким образом, в ходе боев за Гус-Грин потери 2-го парашютно-десантного батальона составили 17 человек убитыми и 34 раненными. Их противник в этом бою понес гораздо более крупные потери — 47 аргентинцев было убито, еще 145 получили различные ранения. В плен к англичанам попало около 1 тыс. аргентинских солдат.

В то время, когда над поселком Гус-Грин поднялись белые флаги, боевые действия на остальной территории архипелага продолжались с неослабевающей ожесточенностью. В 9 часов 20 минут группа «Харриеров» нанесла бомбовый удар по ВВБ «Мальвинские острова». Сброшенные с большой высоты авиабомбы замедленного действия взрывались около четырех часов. Всего на аэродром было сброшено 27 бомб.

Аргентинские зенитчики открыли по противнику артиллерийский и ракетный огонь. При этом им удалось сбить из ЗРК «Роланд» один английский самолет. Английский пилот лейтенант М. Бродвотер сумел катапультироваться. Впоследствии британская сторона не подтвердила факт боевого уничтожения своего самолета. Согласно версии англичан, «Си Харриер» с бортовым номером ZA-174 упал с полетной палубы «Инвинзибла», когда авианосец, выполняя резкий поворот, получил крен.

В 11 часов 8 минут воздушному налету подвергся вспомогательный аэродром на острове Пебл. В 13 часов 35 минут «Харриеры GR.3» бомбили аргентинские позиции на горе Кент. За полчаса до полуночи вновь атакованным оказался аэродром в Порт-Стенли. Во время этого налета один человек погиб, еще четыре были ранены.

Аргентинская авиация, как и в предыдущие дни, 29 мая начала с ночной бомбардировки. Две «Канберры» в час ночи вылетели из Рио-Гальегос. В 2 часа 8 минут они были над проливом. С высоты 250 м. аргентинские пилоты сбросили на английские позиции восемь авиабомб. Британцы зенитный огонь не открывали, что позволило бомбардировщикам благополучно вернуться на континент.

В 10 часов в бой пошли ударные эскадрильи оперативного командования ВВС «Юг». Первыми взлетели из Сан-Хулиан два «Даггера М-5», позывной группы «Родина». Задачей пилотов было нанесение удара по расположению войск противника в районе Дарвина. Но из-за отсутствия связи с наземными авианаводчиками летчики, не обнаружив целей, были вынуждены отказаться от бомбардировки.

Утром аргентинское командование получило информацию о нахождении в порту Сан-Карлос нескольких британских кораблей. Для удара по ним отправилась вторая пара «Даггер М-5». Выход в район Фолклендского пролива ударных самолетов обеспечивал лайнер «Лиар Джет». Оказавшись в 12 часов 25 минут над британским плацдармом, аргентинцы не обнаружили кораблей противника, зато сами немедленно подверглись атаке английских зенитчиков. В результате удачного пуска ракеты «Рапира» был сбит «Даггер» лейтенанта X. Берхарда. Аргентинский пилот погиб.

В 12 часов на поиск кораблей противника из Рио-Гальегос вылетели еще два «Скайхок А-4В». Как и первая группа, они не обнаружили в Сан-Карлос английских кораблей. В 15 часов эта пара вернулась домой.

Выполняя приказ сухопутного командования, аргентинская авиация попыталась нанести удар и по береговым объектам англичан. В 13 часов 20 минут пять «Даггер М-5» двумя группами взлетели с авиабазы Сан-Хулиан. Боевой задачей истребителей-бомбардировщиков была бомбежка разведанного местоположения живой силы противника и вертолетов. В районе острова Пебл одна из групп подверглась атаке «Си Харриеров». Используя летное мастерство и преимущество в скорости, пилотам «Даггеров» удалось оторваться от преследования. Но при этом и их воздушный удар был сорван.

После победы в Дарвине и Гус-Грин англичане не собирались останавливаться ни на один день. На сроки проведения британскими силами сухопутных операций огромное влияние оказывал фактор погоды. Необходимо было закончить боевые действия на островах до наступления антарктической зимы. В противном случае, сухопутным частям грозила опасность остаться без прикрытия и поддержки со стороны 317-го оперативного соединения. Ухудшение погоды могло привести к невозможности нахождения в этом районе Южной Атлантики крупной корабельной группировки.

Используя психологическое преимущество, полученное в результате победы в Дарвине, англичане усилили натиск на аргентинские войска. 30 мая в 00 часов 56 минут и 5 часов группа британских кораблей нанесла артиллерийский удар по Порт-Стенли. Только по району аэропорта было выпущено более 200 снарядов. С 3 часов 45 минут до 4 часов 30 минут обстрелу подверглись аргентинские позиции в Фокс-Бэй. В 9:30, 10:30, 12:25 и 14:30 британская авиация совершила ряд налетов на аэропорт Порт-Стенли. Удары носили беспокоящий характер. С большой высоты было сброшено 27 авиабомб, не причинивших противнику существенного вреда.

В 10 часов 45 минут пара «Харриеров GR.3» атаковала вертолетную площадку в районе горы Кент. В ходе этого налета был уничтожен аргентинский армейский вертолет «Пума». В 13 часов в районе высоты Уолл был сбит британский «Харриер GR.3». Самолет попал под огонь первой батареи 601-го батальона ПВО. В результате попадания 35-миллиметрового зенитного снаряда «Харриер» стал быстро терять топливо. Самолет рухнул в море, не дотянув до «Гермеса» всего 30 миль. Пилот Дж. Пук катапультировался, и был подобран из воды спасательным вертолетом. В 14 часов наступательная активность британцев резко оборвалась, аргентинцы провели операцию по уничтожению авианосца «Инвинзибл».

Еще 29 мая командиры 2-й эскадрильи ВМС и 4-й воздушной бригады ВВС Аргентины получили приказ руководства подготовить самолеты и экипажи для нанесения удара по крупной надводной цели. Анализируя данные появления и исчезновения на экранах радаров воздушных целей, аргентинцы сумели локализовать возможное местонахождение британского авианосца. По их мнению «Инвинзибл» мог находиться в 80 милях восточнее Фолклендских островов по пеленгу 90°.

От морской авиации на боевое задание должны были отправиться капитан 3 ранга А. Франсиско и капитан-лейтенант Л. Колавино. В распоряжении летчиков оставалась только одна ракета «Экзосет АМ-39». Учитывая особую важность предстоящей операции, аргентинское командование всеми силами стремилось обеспечить внезапность удара. Так как предыдущие рейды «Супер-Этандары» выполняли в вечернее время, этот вылет наметили провести рано утром или, в крайнем случае, до полудня. Кроме того, решили выход в район атаки осуществить с восточного направления, то есть в тыл боевого порядка английской авианосной группы. Правда, для этого ударные самолеты должны были описать огромную дугу, выполнив по дороге две дозаправки топливом. Чтобы снизить риск обнаружения самолетов-заправщиков, маршрут полета «Геркулесов КС-130» проложили близко к международным авиатрассам.

Операция планировалась масштабная. Кроме «Супер-Этандаров», в воздушном ударе должны были принять участие четыре истребителя-бомбардировщика «Скайхок А-4С» 4-й воздушной бригады. От ВВС для выполнения этого рискованного задания вызвались добровольцы первые лейтенанты Э. Урета, О. Кастилье, X. Васкес и младший лейтенант Дж. Исаак. После полудня 29 мая обнаружилась техническая неготовность к полету одного «Геркулеса КС-130» и двух «Скайхоков». Для более тщательной подготовки самолетов к длительному перелету и отработки деталей взаимодействия морских летчиков с пилотами ВВС вылет назначили на следующий день.

В 12 часов 30 минут 30 мая ударная группа вылетела из Рио-Гранде. Самолеты набрали высоту в 6 тыс. метров и взяли курс на юго-восток. Через 50 минут полета произошло рандеву с «Геркулесами». От каждого из самолетов-заправщиков одновременно принимало топливо по два ударных самолета. Следующие триста километров «Геркулесы» сопровождали ударную группу, непрерывно передавая ей топливо. Сложный процесс стыковки и последующий полет осуществлялся в режиме полного радиомолчания и прошел без происшествий.

Оказавшись в двухстах километрах юго-восточнее архипелага, аргентинские самолеты перестроились в боевой порядок и легли на курс 350°. Теперь за каждым «Супер-Этандаром» шли по два «Скайхока», скорость группы была приблизительно 770 км/ч. Выход в район предполагаемого нахождения авианосца осуществляли на высоте 30 м. над уровнем моря. Погодные условия оставляли желать лучшего. Когда «Супер-Этандары» первый раз набрали высоту для поиска цели, экраны их радаров оказались в многочисленных засветках от грозовых облаков.

Не обнаружив британские корабли, самолеты снизились и, взяв немного правее, продолжили свой полет. Через милю они вновь поднялись и на этот раз сумели найти авианосец. Крупная надводная цель находилась прямо по курсу в 25 милях от них. Капитан 3 ранга А. Франсиско немедленно произвел запуск ракеты. Морские летчики, убедившись в успешном старте «Экзосета», совершили левый разворот и повернули в сторону континента.

Четверка «Скайхоков» сгруппировалась и продолжила на высоте 12 м. сближение с целью. Через 153 секунды полета аргентинцы обнаружили большой корабль. Увидев приподнятую полетную палубу и своеобразную настройку «остров», пилоты классифицировали цель как британский авианосец «Инвинзибл». По-видимому, «Экзосет» попала в цель, от основания надстройки поднимался столб густого черного дыма, дым вырывался из отверстий корпуса и полетной палубы, но огня видно не было.

Когда до цели оставалось 12 км, аргентинские пилоты вывели двигатели своих машин на максимальную мощность, теперь «Скайхоки» летели на скорости 900 км/ч. В этот момент ведущий группы первый лейтенант X. Васкес был сбит зенитной ракетой. Его «Скайхок» взорвался и, развалившись на несколько частей, упал в море. Уже возле самой цели, за 2 км до авианосца в «Скайхок» О. Кастилье также попала ракета. Пилоты сбитых машин погибли. Столь удачную стрельбу произвел эсминец «Эксетер» из западного сектора обороны авианосного соединения, обе ракеты поразили самолеты левой группы аргентинцев.

Оставшиеся два «Скайхока» сумели прорваться к авианосцу. Э. Урета и Дж. Исаак обстреляли корабль из пушек и сбросили на него шесть авиабомб. Самолеты пронеслись над палубой «Инвинзибла» с кормы в нос под углом 30° относительно диаметральной плоскости корабля. Выполнив бомбометание, аргентинские пилоты нырнули к поверхности моря и, совершая противоракетные маневры, вышли из боя. По их словам, «Инвинзибл» застопорил ход и весь окутался густым дымом.

Аргентинцев никто не преследовал, и они беспрепятственно достигли точки ожидания двух «Геркулесов». На высоте 5 тыс. метров была осуществлена третья за день дозаправка топлива. Через час полета «Скайхоки» приземлились в Рио-Гранде. Сразу же после приземления пилоты уверенно заявили о поражении авианосца, подробно описав ход боя и характер повреждений «Инвинзибла». Согласно их рапорту, в авианосец попали три 250-килограммовые авиабомбы и ракета «Экзосет», которые проникли во внутренние помещения корабля и взорвались.

По данным аргентинской радиоэлектронной разведки, немедленно после атаки на «Инвинзибл» к востоку от Восточного Фолклекнда, была зафиксирована сверхнормативная активность британских вертолетов. Одновременно группа «Си Харриеров» на большой высоте осуществила перелет на временный аэродром в Сан-Карлос. По мнению аргентинской стороны, англичане провели перебазирование авиагруппы с поврежденного «Инвинзибла» на острова.

Косвенными доказательствами аргентинской версии событий могут служить следующие факты. Именно в этот день с «Инвинзибла» в Сан-Карлос был переведен командный пункт генерала Мура. Кроме того, проведенный после 30 мая анализ летной активности британцев выявил ее значительное снижение в последующие несколько дней.

Британская сторона немедленно опровергла утверждения аргентинцев о повреждении авианосца. Уже 1 июня министерство обороны Великобритании распространило коммюнике, согласно которому аргентинская авиация 30 мая атаковала не «Инвинзибл», а гибнущий авиатранспорт «Атлантик Конвейер». 3 июня была озвучена новая версия, по уточненным данным англичан, аргентинцы безуспешно бомбили фрегат «Авенджер». Официальные британские источники до сих пор отвергают не только утверждение аргентинцев о повреждении своего авианосца, но и сам факт его атаки.


Глава 16. НАСТУПЛЕНИЕ БРИТАНСКИХ СИЛ НА ПОРТ-СТЕНЛИ

27 мая англичане, силами двух батальонов 3-й бригады морской пехоты, перешли в наступление на Порт-Стенли. Обстановка на правом фланге британской группировки, где шли тяжелые бои за поселки Гус-Грин и Дарвин, все еще оставалась напряженной, когда 45-й батальон морской пехоты и 3-й парашютно-десантный батальон начали движение в глубь острова. Конечным пунктом их наступления была высота Кент, кроме того батальоны получили задачу — выйти на промежуточный рубеж в район бухты Тил-Инлет.

В ночь на 27 мая 45-й батальон был передислоцирован по морю из бухты Аякс-Бэй в бухту Сан-Карлос, откуда морские пехотинцы пешком двинулись к заливу Порг-Сальвадор. Опасаясь противодействия со стороны противника, командование бригады на всем пути следования батальонной колонны организовало ее воздушное прикрытие. Три вертолета огневой поддержки, находясь постоянно в воздухе, осуществляли разведку местности по маршруту движения батальона.

Морским пехотинцам противостояли не аргентинцы, а крайне неблагоприятные природные условия северной части Восточного Фолкленда. Преодолевая полное бездорожье, сильно пересеченную местность, 45-й батальон за 13 часов продвинулся всего на 22,5 км. Марш дался британским солдатам настолько тяжело, что их командиру подполковнику Вайтхеду пришлось увеличить время ночных и дневных привалов. Измотанный батальон добрался до бухты Тил-Инлет только поздним вечером 30 мая.

Наступавший южнее морских пехотинцев 3-й парашютно-десантный батальон, с приданным ему взводом легких танков и артиллерийской батареей, хотя и начал свое движение несколько позже, быстрее сумел выйти в намеченный ему район. Уже на следующий день, 28 мая батальон подполковника Пайка двумя колоннами подошел к заливу Порт-Сальвадор.

30 мая британцы начали наступательные действия на центральном участке фронта. Командир 3-й бригады бригадный генерал Д. Томпсон решил использовать благоприятную обстановку, которая сложилась в результате достигнутого под Гус-Грин успеха, и занять высоту Кент. Британский командующий, понимая важность этой высоты для развития наступления на Порт-Стенли, спешил овладеть ею еще до того, как противник создаст там прочную оборону. Стремясь опередить аргентинцев, англичане высадили в районе высоты Кент тактический вертолетный десант. Рота «К» 42-го батальона морской пехоты была переброшена к подножию горы тремя вертолетами «Си Кинг».

Однако к этому моменту значение высоты Кент, как передового оборонительного рубежа, на котором можно было бы задержать продвижение англичан и выиграть необходимое время, стала ясна и аргентинцам. Командование оперативной группой «Мальвински