От Гудзона до Ла-Платы (СИ) (fb2)


Настройки текста:



Сергей Лысак

КОРТЕС

От Гудзона до Ла-Платы

Глава 1

Но долгих объяснений не понадобилось, и из-за огромных потерь места в шлюпках теперь хватало всем. Пока гребцы налегали на весла, Сирл внимательно осматривал то удаляющееся побережье, то морской горизонт. Но все было на удивление тихо. Берег молчал, там до сих пор так никто и не появился. В то, что им удалось незаметно скрыться и замести следы, предводитель пиратов верил все меньше и меньше. И сейчас самое время для действий из засады – шлюпки только-только отошли от берега, расстояние небольшое, все люди противника собраны в компактную группу, являющуюся великолепной целью для канониров и стрелков, укрывшихся в прибрежных зарослях. Залп картечью, и шлюпки пойдут на дно вместе со своими пассажирами. А те, кто уцелеет, окажутся в воде, и ими займутся стрелки. А если кто-то все же сумеет выбраться на берег, то без оружия, которое придется бросить, чтобы не утащило на дно.

Завершение «визита»

Отпустив штурмана, Сирл задумался, глядя на приближающийся берег. Повторный «визит» на Тобаго завершился совсем не так, как он планировал. Из эскадры в двадцать два корабля остался один «Кагуэй», и то потому, что у противника что-то не сработало. Но как бы то ни было, он уцелел, и по возвращению в Порт Ройял можно задать кое-кому ряд неприятных вопросов. А вопросов этих накопилось очень много…

Торжество психологии, или плохо быть жадным и… предсказуемым

А далеко от Тобаго, на лежащем более чем в сотне миль к северо-западу острове Гренада, в это время разыгралась настоящая трагикомедия. Когда «Кагуэй» все же добрался до бухты Прикли и стал на якорь, весь его экипаж дружно рванул на берег. Благо, все шлюпки были уже на воде и покидание корабля произошло в рекордно короткий срок. Весь остаток дня и всю ночь фрегат простоял на якоре без единого человека на борту. Почувствовав под ногами твердую землю, пираты повеселели и недавние события уже не казались такими страшными. То ли божественное проведение спасло их, то ли чье-то головотяпство, в конце концов это не так и важно. А важно то, что дотянуться до них тринидадцы в данный момент не могут. Хотя… Вообще-то могут, просто на Гренаде им делать нечего. На этот клочок суши, формально находящийся под властью французской короны, они никогда не зарились. Им своих Тринидада и Тобаго пока что хватает. Поэтому ночь прошла спокойно, никто джентльменов удачи не потревожил. Но на утро началось выяснение отношений. Роберт Сирл видя, что ничего не происходит и «Кагуэй» взрываться не собирается, окончательно успокоился и пришел к выводу, что в хитроумном плане тринидадцев что-то не сработало. Поэтому едва рассвело, отдал команду возвращаться обратно. Но не тут-то было. Подавляющая часть экипажа категорически отказывалась это сделать заявляя, что они лучше поищут себе другой корабль для возвращения на Ямайку, либо вообще останутся на Гренаде. В конце концов, для рядового приватира что английская Ямайка, что французская Гренада – особой разницы нет. А если еще учесть, что многих в Порт Ройяле дожидались кредиторы, то возвращаться с пустыми руками им тем более не было никакого резона. Поиски ныряльщиков среди экипажа также ни к чему не привели. Если таковые и были, то желающих лезть под воду не нашлось. Ни за бесплатно, ни за деньги. И тут Сирл наконец-то осознал степень паршивости ситуации, в которой оказался. В его распоряжении имелся корабль, но фактически без экипажа. И уйти из бухты Прикли он не может. Три человека – штурман Дженкинс и два матроса, бывшие с ним в предыдущем походе на Тобаго и оставшиеся верными своему капитану, погоды не делают. Они просто физически не смогут управиться с фрегатом. Остальные же уперлись, как бараны, и Сирлу ни уговорами, ни угрозами не удавалось загнать команду обратно на борт. Кончилось тем, что до него наконец-то дошло – если он только попытается применить силу, то его просто прибьют. Люди сейчас злые, так как вместо ожидаемого прибыльного налета на тобагских купцов получилось то, что получилось. И в провале все винили Сирла, так как именно он был вдохновителем, организатором и разработчиком этой авантюры. Прошлые страхи остались позади, и когда под ногами оказалась не палуба фрегата, готового в любой момент взлететь на воздух, а твердая земля, многие стали задавать нелицеприятные вопросы своему капитану. На которые у Сирла не было ответа.

О законах Архимеда, Ньютона, Бойля-Мариотта и прочих

Между тем, идущий головным корабль быстро приближался, и в бинокль уже можно было разобрать поднятый на мачте испанский флаг. На палубу высыпал весь экипаж, во все глаза наблюдая за невиданным чудом. Многие крестились и шептали молитвы. «Ягуар» же, соблюдая положенный этикет, разрядил орудия одного борта, салютуя гостям, когда дистанция между ним и галеоном сократилась до одной мили. Испанцы ответили тем же. Грохот выстрелов разорвал тишину и клубы дыма поплыли над волнами. Фрегат тринидадцев с развевающимся на мачте Андреевским флагом проскользнул в полумиле по борту галеона и обменялся салютом с идущим следом испанским фрегатом, а после этого без всяких видимых усилий обошел вокруг обоих кораблей, чем несомненно привел там всех в состояние запредельного изумления. Расстояние было небольшим, поэтому удалось хорошо рассмотреть группу богато одетых вельмож, сгрудившихся возле фальшборта на квартердеке галеона и во все глаза смотрящих на настоящее чудо. Причем там были не только мужчины, но и женщины. Инородным пятном выделялись сутаны священников, истово крестящихся при виде столь богопротивного зрелища. Благодаря хорошей оптике быстро удалось обнаружить в этой группе военного коменданта Тринидада, сеньора де Уидобро, отправленного послом в Мехико. Остальные были незнакомы. Но неожиданно Леонид встретился взглядом с молодой девушкой, с огромным интересом рассматривающей «Ягуар» и ему показалось, что это лицо он уже где-то видел. Только никак не мог вспомнить, где именно…

Обреченные на дружбу


Сергей Лысак


КОРТЕС


Книга третья

От Гудзона до Ла-Платы


Глава 1


Повторный «визит»

На короткое время в разрывах между туч показывается луна, освещая все вокруг неярким белесым светом, и снова тьма окутывает побережье. Вокруг полная безмятежность и тишина. Большая Курляндская бухта, расположенная в западной части острова Тобаго, хорошо защищена от штормов и проносящихся время от времени над Карибским морем свирепых вест-индийских ураганов. Именно поэтому здесь всегда предпочитали останавливаться прибывающие на Тобаго корабли, и со временем на побережье бухты вырос поселок Якобштадт…

Тобаго не один раз «попадал под раздачу» в случае распрей, кипящих в Новом Свете, но всерьез заниматься колонизацией острова никто из европейских монархов либо не мог, либо не хотел, поскольку ничего ценного с их точки зрения там не было. И вдруг, за последний год, ситуация изменилась самым решительным образом. Пришельцы из другого мира, совершенно неожиданно появившиеся в этом мире на своем Железном Корабле, нарушили статус-кво. А небольшой Якобштадт, о котором до этого мало кто слышал и который был едва ли не самым большим захолустьем на Карибах, стал быстро расти в размерах и становиться крупным торговым центром в Новом Свете. Причем исключительно благодаря вниманию и помощи со стороны неведомых пришельцев, вдохнувших жизнь в заброшенную колонию, до этого еле сводившую концы с концами и подвергавшуюся грабежу всех, кому не лень. Почему пришельцы обратили пристальное внимание на этот забытый богом и людьми клочок суши – Тобаго, для всех так и осталось тайной. Точно также никто не мог понять, чем их привлекает Тринидад – значительно более крупный остров неподелеку от Тобаго, где они обосновались и где сейчас на берегу залива Париа быстрыми темпами возводился новый город – Форт Росс, как его назвали пришельцы. Они быстро подмяли под себя местное испанское начальство, самым жестким и решительным образом пресекли все попытки решить с ними вопрос силой, установили выгодные торговые отношения с окружающими, переманили на свою сторону практически все население Тринидада и в итоге стали на нем полновластными хозяевами. Так что власть испанской короны на острове оказалась чисто номинальной, и сохранялась исключительно потому, что так было угодно пришельцам. Почему – тоже никто понять не мог. Вполне могли бы вышвырнуть всех испанцев с острова и творить там, что хотят. Но стоявший во главе пришельцев капитан Леонардо Кортес – личность, о которой уже стали слагать легенды, во всеуслышание заявил, что он и его люди хотят жить в мире как с Испанией, так и со всеми остальными странами. И никакие конфликты, возникавшие до этого по вине коррумпированных испанских чиновников, преследующих свои личные цели, не заставят его изменить свое мнение. Кто хочет войны – тот ее получит. Но только не такую, какую хочет и к которой привык. А они пришли сюда с миром. И хотят не воевать, а торговать. Со всеми, независимо от национальности и конфессиональной принадлежности. И самые первые, кому пришельцы нанесли визит с предложением мира и торговли, были жители Тобаго…

Случилось это более года назад – в самом начале 1668 года от Рождества Христова. С тех пор многое изменилось, и Якобштадт из редкого захолустья превратился в настоящую Мекку для торговцев из Голландии, Франции, Испании и Португалии. Последними появились англичане. Вели они себя очень осторожно, так как недавний разгром пришельцами эскадры Генри Моргана в Пуэрто Бельо с последующим налетом на Порт Ройял заставил их быть крайне осмотрительными. Но коммерция есть коммерция. После сокрушительного разгрома англичан в Порт Ройяле, с подачи пришельцев по Карибам быстро разошлась информация – Тобаго по прежнему принадлежит Курляндии и является нейтральной территорией для всех без исключения. Недавняя попытка Франции присвоить остров путем открытой агрессии является незаконной и поэтому все притязания французов отклоняются. Якобштадт получает особый правовой статус порто-франко, то есть открытого порта с правом беспошлинной торговли. Все, кто хочет торговать, могут делать это в Якобштадте без каких-либо ограничений. Как по ассортименту и количеству товаров, так и по национальному, или религиозному признаку. Вчерашние враги, желающие заключить мир, могут без опаски встретиться здесь и постараться прийти к соглашению. Любые попытки силового решения вопроса исключены и будут жестко пресекаться. Поддержание статуса нейтральной территории с правом беспошлинной торговли, и обеспечение безопасности Тобаго в случае нападения любой третьей стороны, пришельцы берут на себя. А то, что на острове в данный момент присутствует французский губернатор, не имеющий реальной власти, то это всего лишь юридический казус, на который не стоит обращать внимания. Тобаго н е й т р а л е н! И этим все сказано. Но…

Но всегда найдется кто-то, кто усомнится в сказанном. И если появляется что-то, где вращаются большие деньги, то это неизбежно привлечет внимание криминала. Тем более на Карибах, в 1669 году от Рождества Христова…

Корабли стояли на якоре в Большой Курляндской бухте в ожидании утра, поскольку все грузовые работы велись только в светлое время суток. Глубоководные причалы еще не были готовы, поэтому выгрузка и погрузка стоящих на рейде кораблей осуществлялась с помощью крупных гребных баркасов. Днем поверхность бухты представляла из себя шумящий потревоженный муравейник из-за большого количества снующих между берегом и кораблями лодок, но к вечеру все замирало до рассвета. И сейчас только легкий шум ветра в снастях и плеск воды возле бортов нарушали ночную тишину. Вахтенные на палубах хоть и выполняли свои обязанности, но с учетом осознания того, что стоянка в Большой Курляндской бухте спокойная, опасаться тут нечего, и до утра все равно ничего из ряда вон выходящего не произойдет. Разве только кто-нибудь подойдет ночью и станет на якорь в бухте, поскольку помимо всех прочих нововведений в Якобштадте появилась еще одна достопримечательность – маяк, возведенный на возвышенности, на котором каждую ночь в обязательном порядке зажигался яркий огонь, видимый в море за много миль от острова. И как оказалось, это тоже сделано с подачи пришельцев из другого мира, заявивших, что безопасность мореплавания для них гораздо важнее теоретической возможности того, что этим маяком могут воспользоваться также и пираты, решившие напасть на остров под покровом ночи. Чего, правда, с момента появления пришельцев ни разу не было. Но вполне могло произойти…

Группа из двадцати двух кораблей подошла к острову, но не стала входить на рейд Большой Курляндской бухты, а расположилась несколько южнее, став на якорь так, что со стороны бухты их не было видно. На воду тут же стали спускать шлюпки. Спустя какое-то время они отошли от борта и устремились к берегу. Сидевшие в шлюпках внимательно всматривались в темноту, пытаясь различить малейшие признаки опасности, но берег молчал. Едва первые шлюпки ткнулись носом в песок пляжа, из них тут же посыпались вооруженные до зубов люди, метнувшиеся к прибрежным зарослям. Высадив десант, шлюпки ушли обратно, сделав еще два рейса. Когда все оказались на берегу, отряд быстрым шагом стал продвигаться в сторону Якобштадта, стараясь не шуметь. Но все равно, отовсюду то и дело неслись приглушенные реплики на английском и французском примерно одного содержания.

– И какого дьявола надо было забираться в такую глухомань?! Ведь тут даже по прямой больше пяти миль! А с учетом всех «кривулей» целая дюжина наберется!

– А ты что хотел? Подойти на шлюпке прямо к пристани, в паре сотен ярдов от которой стоит дворец губернатора?

– А если и так? Только ноги собьем! Зашли бы прямо в бухту ночью да и тряхнули купчишек, пока не проснулись!

– И попали под перекрестный огонь двух фортов на берегу бухты, дубина! У здешних купчишек заведено, что ночью шлюпки по бухте не шастают, а дозорные в фортах несут службу исправно. И едва нас обнаружат, тут же угостят картечью!

– Да как они нас в темноте обнаружат?!

– А дьявол их знает, как! Форт Чарльз в Порт Ройяле ночью разнесли? Разнесли. Я говорил с уцелевшими канонирами, так они вообще странные вещи рассказывают. Будто бы эти испанские колдуны с Тринидада видят в полной темноте, так как очень точно сразу стали бить именно по амбразурам пушек, так что к ним подойти было нельзя. И очень скоро от пушек форта ничего не осталось, они даже ни разу выстрелить не смогли! Вот и думай, приятель, обнаружат они нас, или нет. Я в кости с Судьбой играть не хочу…

Подобные разговоры возникали вполголоса то там, то здесь. Наконец, впереди показались огни Якобштадта. Здешние жители не экономили на освещении улиц какими-то новыми фонарями, дававшими довольно яркий свет. Конечно не такой сильный, как маяк на холме, но все же. И сейчас эти огни служили хорошим ориентиром. Продвижение отряда замедлилось, теперь приходилось двигаться вперед с большой осторожностью. О недавнем легком успехе, когда отряд английских пиратов под командованием капитана Роберта Сирла разграбил Якобштадт, теперь мечтать не приходилось. Городишко заметно разросся на выгодной торговле, населения в нем стало гораздо больше, и если верить полученной от шпионов информации, подготовлен к встрече незваных гостей гораздо лучше, чем в прошлый раз. Но и поживиться здесь есть чем несравненно больше, чем в прошлый раз. А как говорится, цель оправдывает средства. Поэтому Роберт Сирл, уже давно одержимый идеей тряхнуть тринидадских пришельцев, о сказочных богатствах которых ходили самые удивительные слухи, постарался максимально возможно подготовиться к предстоящей экспедиции. Но вняв голосу разума, он своевременно отказался от плана нападения на сам Тринидад, являвшийся вотчиной и главной базой пришельцев, как ни убеждали его в обратном многочисленные горячие головы в Порт Ройяле. Соваться в пасть зверю было неразумно. Особенно, если толком ничего о нем не знаешь. А поскольку за последний год на соседнем острове Тобаго местные купцы порядком разжирели, то вполне можно тряхнуть их снова, убив одним выстрелом двух зайцев. И добычу хорошую взять, причем без особого риска, и заодно посмотреть, как эти тринидадские хвастуны отреагируют. Надо же, во всеуслышание объявили о нейтралитете Тобаго и готовности защитить остров в случае нападения! Ну-ну… Посмотрим, как они его защитят. Пока информация о высадке дойдет до Тринидада, да пока эти новоявленные защитнички доберутся до Якобштадта, отряд приватиров спокойно успеет вымести городишко подчистую и благополучно уйти. Конечно то, что натворили эти непонятно откуда взявшиеся пришельцы в Порт Ройяле, наводит на размышления. Но тогда их козырем была внезапность и они прекрасно ей воспользовались. Чего уж там говорить, расслабились джентльмены на Ямайке. Считали, что никто туда сунуться не посмеет. Вот и получили по морде, банально проспав нападение… И эскадру этого неудачника Генри Моргана тот же самый корабль разнес в щепки, если не врут. Но тут может быть и врут. Во всяком случае в том плане, что корабль с Тринидада был один. Но вот то, что эти проклятые залетные колдуны, или кто они там на самом деле, расчехвостили Моргана в Пуэрто Бельо и Порт Ройял на закуску, это факты, с которыми не поспоришь…

Капитан Роберт Сирл внимательно разглядывал раскинувшийся перед ним Якобфорт, пытаясь определить наличие засады. Но все было тихо, портовый городок мирно спал и ничто не говорило об опасности. Кажется, совсем недавно он был здесь, а как уже все изменилось… Подозвав к себе Джорджа Свана, одного из своих помощников, который был с ним в прошлой экспедиции на Тобаго, Сирл уточнил задачу.

– Джордж, возьми нескольких толковых парней и сходите на разведку. Местность для тебя знакома? Не забыл?

– И да, и нет, сэр. Местность та же, но как городишко изменился!

– В сам город пока не суйтесь. Проверьте, есть ли посты стражи на подходах. Действуйте тихо и пострарайтесь захватить пленных. Если тихо не получится, то черт с ними. Главное – не наделайте шума и не дайте себя обнаружить. Не переполошите этот бордель раньше времени.

– Ближайший форт проверять?

– В последнюю очередь и крайне осторожно. Там стража точно есть и не спит. А нам надо тихо проскользнуть в город мимо фортов, тогда они не будут вести огонь по своим…

Уточнив задачу разведчикам, Сирл скомандовал привал и стал анализировать имеющуюся информацию. Он слышал о том, что на Тобаго многое изменилось со времени его предыдущего «визита». Но не предполагал, что изменения будут такими масштабными. Большая Курляндская бухта была полна кораблей, стоящих на рейде, а раньше тут и один единственный корабль можно было встретить нечасто. Городок Якобштадт сильно разросся, на берегах бухты появились два небольших, но хорошо укрепленных каменных форта, а в самом городе велось строительство полноценного порта, как докладывали шпионы, прибывающие в город под видом английских купцов. Старый Форт-Якоб, вокруг которого и начал в свое время строиться Якобштадт, разрушенный при нападении сначала англичан, а потом французов, отсроен заново, но в военном отношении уже играет вспомогательную роль. Гарнизон усилен по сравнению с прежним и хорошо вооружен. Предусмотрена возможность быстрого сбора большого отряда милиции из местных жителей. Оружие у них все время под рукой и в случае надобности они примут участие в защите города. После тщательной разведки шпионы подтвердили – все слухи соответствуют действительности. На Тобаго сейчас никого не трогают, если ты пришел с мирными намерениями и выполняешь все требования местных властей. Какой у тебя флаг на мачте, какого ты вероисповедания и где взял товары, привезенные на продажу, никого не интересует. Таможенные пошлины отсутствуют, как таковые. Оплачивается только небольшой портовый сбор, зависящий от величины корабля и не зависящий от длительности стоянки на рейде. Снабжение провизией, водой и различным корабельным имуществом налажено великолепно, только деньги плати. По части отдыха на берегу – все к услугам гостей. Кабаки, бордели, гостиницы, различные лавки и прочее. Есть также местный банк с названием «Тринити». Говорят, что его основали пришельцы с Тринидада. Купцы могут брать в нем кредит на весьма выгодных условиях, а кто имеет контрабандное золото и серебро в слитках, то может сдать его там совершенно официально, без глупых вопросов и даже по несколько более высокой цене, чем в других портах Нового Света. И что самое удивительное, банк «Тринити» скупает даже платину! Ту самую платину, которую испанцы специально топят в реках и в море, чтобы она не попала к фальшивомонетчикам! Непонятно, зачем этим тринидадским умникам столько платины, но во всяком случае в изготовлении фальшивых денег с примесью платины в серебро они ни разу уличены не были. Наоборот, при обнаружении фальшивых монет изымают их из обращения и уничтожают. Чудеса, да и только! Хорошо также и то, что своих денег на Тринидаде и Тобаго выдумывать не стали, а пользуются испанскими песо и реалами, имеющими хождение во всем Новом Свете. То есть, по сравнению с прошлым «визитом», сейчас здесь самое настоящее Эльдорадо. Куда там его экспедиции на Сан-Аугустин во Флориде в мае прошлого года, или даже экспедиции этого больного на всю голову психа – Франсуа Олоне на Маракайбо в 1666 году! Здесь можно взять на много более крупную добычу! Но было бы глупо рассчитывать на то, что все это само упадет тебе в руки, стоит только их протянуть. В городке есть хоть и небольшой, но хорошо вооруженный гарнизон где-то в полторы сотни человек, выполняющий также и полицейские функции. Причем это именно профессиональные солдаты, а не милиция, набранная из местных лавочников и ремесленников, взявших в руки оружие, и которых приватиры никогда за серьезную военную силу не считали. Правда, милиция тут тоже есть, и в случае угрозы нападения будет быстро собран отряд где-то в пять сотен человек. После предыдущего «визита» местные жители всерьез начали беспокоиться о собственной безопасности. Но сейчас они просто не успеют ничего сделать – приватиры атакуют город на рассвете, застав его спящим. Солдаты гарнизона будут блокированы в фортах двумя группами в полсотни человек каждая и не смогут прийти на помощь жителям, а основное ядро отряда приватиров в это время займется грабежом города. Вполне может быть, что какая-то часть гарнизона окажется в городе и окажет сопротивление. Но у него подавляющее численное преимущество – сейчас к ним присоединились французы с Тортуги и Сен-Доменга, тоже прослышавшие о сказочных богатствах Тринидада и Тобаго. Причем среди них есть те, кто принимал участие в неудачном нападении на Тринидад в прошлом году. Они рассказывают вообще неправдоподобные вещи. Но все деяния тринидадских пришельцев заставляют верить в это. Именно французы и отговорили в конечном счете Сирла от нападения на сам Тринидад. Незачем задирать пришельцев в их логове, где они в любой момент могут использовать все возможности своего сильного корабля из другого мира. А Тобаго довольно далеко, быстро на Тринидаде все равно ничего не узнают, но вот поживиться на Тобаго можно ничуть не меньше, чем на Тринидаде. Если не больше. Ведь в конце концов, основная торговля идет именно на Тобаго – в Якобштадте. Именно сюда, на нейтральную территорию, доставляются грузы и здесь же проводятся денежные рассчеты в банке «Тринити». Далее те грузы, которые тринидадцы закупили для своих нужд, доставляются небольшими быстроходными кораблями из Якобштадта в Форт Росс на Тринидад, где нет ни больших запасов золота и серебра на берегу, приготовленных к отправке в Испанию, ни колониальных товаров, предназначенных для той же цели. Разведка это подтвердила. То есть Форт Росс не похож на Гавану, Картахену, Веракрус, Пуэрто Бельо и прочие испанские порты, где в портах скапливаются ценности, предназначенные именно для в ы в о з а в Испанию. В Форт Росс в основном только в в о з я т товары различных европейских мануфактур, но очень мало что в ы в о з я т. А европейские товары, предназначенные для продажи в Новом Свете, все же не стоят того, чтобы ради них устраивать нападение на город, сопряженное с большим риском. Иначе получится, как у Моргана в Пуэрто Принсипе, если не хуже. А все золото и серебро, какое есть в руках пришельцев, находится на борту огромного корабля из другого мира, носящего название «Тезей». Поскольку в единственном месте, где теоретически могут быть значительные ценности в самом Форт Россе – представительстве банка «Тринити», наличных денег держат единовременно очень мало, дабы не вводить в искушение своих ближних, это достоверно установлено. В основном там хранятся финансовые бумаги, которые сами по себе, за пределами Тринидада и Тобаго, никакой ценности не имеют. Если нужны наличные в испанских песо, то их привозят с «Тезея», но такое бывает не каждый день, а суммы невелики – в пределах сумм, выплаченных клиентам, чтобы все время держать в банке небольшой запас. А пытаться захватить «Тезей» – это надо быть полным идиотом. Французы и испанцы в прошлом году попытались. Причем упертые испанцы даже дважды. До сих пор в себя прийти не могут…

Работают с тринидадским представительством банка «Тринити» только те испанские купцы, которые везут свои товары из испанских портов напрямую в Форт Росс. Французы, голландцы, португальцы и англичане на Тринидаде стараются лишний раз не показываться. Об этом был отдельный разговор, все же лучше не раздражать испанские власти в Мехико и Мадриде. Пока, во всяком случае… Иными словами, брать на самом Тринидаде, как оказалось, особо нечего. Если только не заниматься грабежом церквей, складов и домов местных жителей, но там добыча может оказаться несоизмеримо малой по сравнению с возможными неприятностями. Ведь если даже и удастся незаметно высадиться на берег и ограбить город, воспользовавшись малочисленностью пришельцев, то «Тезей» после этого все равно уйти не позволит. Догонит и утопит. А кроме «Тезея» у них еще и «Песец» есть, который учинил погром в Порт Ройяле, предварительно разгромив отряд Моргана, а после этого отправил на дно многочисленную армаду адмирала Эспиносы, направлявшуюся на Тринидад с карательными целями. Причем, если в самом начале своего появления в этом мире пришельцы старались не накалять обстановку и пощадили лягушатников, когда их авантюра с нападением на «Тезей» провалилась, то вот спустя всего полгода их корабль «Песец» без колебаний перетопил испанцев адмирала Эспиносы, как крыс, работая на уничтожение. Несмотря на то, что пришельцы сами находятся в испанских владениях и пытаются наладить с ними хорошие отношения. Видать, чтобы впредь неповадно было. А это значит, что эти пробивные ребята уже полностью освоились с реалиями здешнего мира и поняли, что миндальничать тут ни с кем нельзя. Здесь разговаривают на равных только с сильными… Что и говорить, информация неприятная. Получается, прикрываться заложниками в случае захвата города бесполезно. Пришельцы перебьют напавших вместе с заложниками, так как ясно продемонстрировали свое отношение к испанцам. Они не собираются присягать испанской короне и быть верноподданными Его Католического Величества короля Испании. У них нет с в о и х в этом мире. У них есть лишь союзники. Но союзники до тех пор, пока их интересы совпадают. Иными словами, у них все подчинено принципу «кто не с нами, тот против нас». Они не колеблясь уничтожат вчерашних союзников, предавших их, и будут спокойно торговать со вчерашними врагами, если устранят все разногласия с ними и посчитают это выгодным для себя. Французы – яркий тому пример. Также ходят слухи, что кроме «Тезея» и «Песца» у пришельцев есть еще переделанные трофейные корабли. Что именно они с ними делают, неизвестно. Но результат переделки таков, что встречаться с таким противником в море – себе дороже. Корабль идет очень быстро и без парусов! В любом направлении, независимо от ветра! И очень точно стреляет из пушек на огромном расстоянии. Причем как днем, так и ночью. Об этих пришельцах вообще ходят странные слухи. Будто бы они в о о б щ е не допускают возможности говорить с ними языком ультиматума. А пытаться их чем-то шантажировать – это самому себе копать могилу. Достанут где угодно. И какой разумный человек полезет после этого на Тринидад?

Все же прочие грузы, выгруженные в Якобштадте, либо остаются на Тобаго, либо отправляются на Тринидад (те, что доставлены на неиспанских кораблях), либо тут же перепродаются и грузятся на другие корабли, идущие в Европу, или в другие порты Нового Света. Для испанских купцов возможность торговать на Тобаго, хоть фактически и контрабандой, вообще манна небесная, если учесть драконовские испанские законы и стремление Торговой Палаты в Севилье (ой, что будет, когда там узнают!) сохранить свою монополию на торговлю с испанскими колониями в Новом Свете. Поэтому в Якобштадте все забывают о распрях между королями и войнах между ними. Сюда приходят делать деньги, а не выяснять отношения. А посему, здесь есть чем поживиться. Как в самом городе, так и на многочисленных кораблях, стоящих на рейде. Спасибо тринидадским пришельцам за то, что они создали такой ценный и перспективный в плане грабежа объект, причем вдали от своей основной базы. И нанести сюда очередной «визит» сам бог велел…

Между тем время шло, но разведчики не возвращались. Сирл забеспокоился. Время идет и скоро рассвет, поэтому нужно срочно выступать. Но соваться вперед без данных разведки… Хоть с самого момента высадки на берег ничего подозрительного не наблюдалось, и ни стрельбы, ни криков не было слышно, но кто его знает… Где же этих олухов черти носят? Тем более, Джордж хорошо знает местность и заблудиться просто не мог. Значит, что-то случилось. Но что? Если бы разведчики напоролись на засаду, то это обязательно вызвало бы сильный шум. Во всяком случае, хотя бы один раз кто-то успел выстрелить. Но выстрелов-то не было… Не думал, что разведка столько провозится. А подойти к городу желательно еще в темноте, чтобы напасть внезапно с рассветом. Взвесив все за и против, Сирл принял решение и вызвал командиров групп.

– Разведки до сих пор нет, но дальше ждать нельзя, выступаем. Группам, блокирующим форты, скрытно подойти поближе, насколько позволит местность, сидеть тихо и не высовываться. Не дайте себя обнаружить раньше времени. Если гарнизоны фортов струсят и не захотят сделать вылазку, то просто наблюдайте, не раскрывая своего присутствия. Если же поспешат на помощь в город, стрелять из укрытий, стараясь загнать их обратно за стены форта, но на открытое место ни в коем случае не выходить. Пусть считают, что вас очень много и вы готовы к штурму.

– Так может и возьмем эти форты, сэр? Много солдат там все равно не будет.

– Нет. Если там и есть что ценное, то немного, а время потеряем и людей зря положим. Основной запас золота и серебра здесь находится в этом самом банке «Тринити». Плюс дома и конторы местных купцов. Наша задача – вымести подчистую городишко и уйти как можно быстрее, пока на Тринидаде ничего не пронюхали. Поэтому никаких пьянок и блуда в городе. Ясно?

– Ясно.

– Повторяю для вас еще раз, а вы вбейте в башку всем остальным. Наша задача – быстро собрать все ценности, быстро погрузить их на корабли и быстро уйти. На посторонние вещи не отвлекаться. На все нам время до заката, не больше. Вечером мы кровь из носу должны выбрать якоря и в течение ночи уйти как можно дальше, чтобы «Тезей» и «Песец» нас не нашли. Иначе, можете заранее заказывать у местного попа по себе панихиду. Когда доставим добычу на берег, обязательно согнать туда же две-три сотни пленных из тех, что «пожирнее», тогда с фортов не будут стрелять. К полудню наши корабли подойдут ближе к бухте, не входя в зону действия артиллерии фортов. На шлюпках доставляем добычу на борт, прикрываясь заложниками. Будет время – еще и «купцов» на рейде пощипаем. Если там найдутся хорошие посудины, что нам пригодятся, или посудины с ценным грузом, то уведем их с собой, людей у нас хватает. Вопросы есть?

– Нет!

– Вперед!

Отряд стал быстро, но тихо продвигаться к городу. Благо, горящие огни были хорошим ориентиром. Сирл окинул взглядом свое воинство и остался доволен. Пока что все идет по плану. Если так пойдет и дальше, то все его предыдущие дела померкнут перед этой экспедицией…

Последний громкий успех приватиров был три года назад – взятие Маракайбо отрядом французских корсаров под командованием Франсуа Олоне. После этого ничего выдающегося не было. Налет Сирла на Сан-Аугустин выглядел все же не так значительно по сравнению с успехом Олоне. А уж об этом чванливом неудачнике Генри Моргане и говорить не приходится. Тоже мне, «генерал»… Сначала полез на Кубу в Пуэрто Принсипе, где всей его добычей стали… коровы, забитые на мясо, а не золото! Потому, что ценностей в Пуэрто Принсипе практически не было. Уж как только не костыляли его приватиры… А потом этот недоумок полез в Пуэрто Бельо. Славы Олоне ему захотелось. Чем это закончилось, знают уже все на Ямайке, Тортуге и Сен-Доменге. Два месяца назад в гавань Порт Ройяла с трудом приползла потрепаная испанская пинасса, с которой на берег выбрались восемь исхудавших и изможденных донельзя людей. Это было все, что осталось от отряда Моргана, направившегося в Пуэрто Бельо. Восемь человек из четырех с лишним сотен… Именно они и рассказали подробно, что случилось. Хотя их рассказ временами отдавал настоящей чертовщиной, и толком объяснить произошедшее они не смогли. Но факт оставался фактом – их эскадра оказалась полностью уничтожена, высадившийся на берег отряд разгромлен, а вся добыча ушла на дно при попытке вырваться на каноэ из западни, в которую превратился Пуэрто Бельо. После этого тем, кто уцелел, пришлось несколько месяцев пробираться через джунгли в сторону Москитового берега, где жили дружественные приватирам индейские племена, в надежде встретить там корабли с Ямайки. Далеко не все остались живы после тяжелейшего путешествия по джунглям. Хорошо, что господь в конце концов сжалился над ними, и послал эту испанскую пинассу, подошедшую к берегу и ставшую на якорь. Именно на ней остатки отряда Моргана и вернулись в Порт Ройял, где их давно считали погибшими. Сам Генри Морган все же уцелел в этой авантюре, и едва ступил на берег Ямайки, тут же стал мечтать о реванше. Когда он узнал о нападении испанского корабля «Песец» на Порт Ройял и то, что это нападение было спровоцировано его действиями в Пуэрто Бельо, то сначала даже не поверил. Никогда испанцы так не рисковали, даже после более крупных успехов приватиров. Но как оказалось, испанским на корабле был только флаг. А находились на нем далеко не испанцы… С этого момента Морган стал буквально одержим идеей совершить нападение на Тринидад, но сторонников у него больше не было. Сомнительная слава неудачника сопровождала его повсюду. Сначала пиррова победа в Пуэрто Принсипе, где не оказалось никакой добычи, а потом сокрушительный разгром в Пуэрто Бельо, откуда он едва сумел унести ноги без гроша в кармане, потеряв при этом все корабли. Такой «генерал» пиратам Ямайки был не нужен. Вот тут-то и стала снова всходить звезда капитана Роберта Сирла. Один раз он уже провел подобную акцию на Тобаго и довольно удачно. Недавно осуществил нападение на Сан-Аугустин во Флориде, и снова ему сопутствовал успех! И как раз тогда, когда хвастун Морган два раза подряд сел в лужу. Поэтому приватиры Ямайки единодушно пожелали идти в море под началом капитана Сирла, которому сопутствовала удача. А не Моргана, который только навлекает несчастье.

Сначала Сирл тоже ратовал за проведение экспедиции на Тринидад, но в процессе подготовки изменил свое мнение в пользу Тобаго. Толчком к этому послужил разговор с французскими корсарами с Тортуги, уже побывавшими на Тринидаде в январе 1668 года и едва сумевшими удрать оттуда. Да, они видели все своими глазами. И огромный корабль пришельцев, способный быстро ходить без парусов в любом направлении независимо от ветра, и то, как этот корабль менее, чем за час разнес в щепки всю их эскадру, часть кораблей при этом утопив, а два фрегата и двух «купцов» захватив. Видели также и самих пришельцев, которые внешне ничем не отличаются от обычных людей. Только одеты необычно, говорят на незнакомом языке и вооружены неизвестным оружием, обладающим огромной силой. Поэтому они теперь на Тринидад ни ногой. Один раз повезло – им разрешили уйти. Второй раз могут и не разрешить, а без разговоров перетопят всех. На Тобаго же все гораздо спокойнее. «Тезей» там ни разу не появлялся, «Песец» тоже заходит нечасто. На берегах бухты возвели довольно быстро два каменных форта, но они держат под обстрелом вход в бухту, а со стороны суши их можно легко блокировать, поскольку гарнизон в Якобштадте небольшой и на вылазку солдаты вряд ли решатся. А решатся – им же хуже будет. И пока служивые будут отсиживаться за крепкими стенами, остальные приватиры спокойно обчистят город. План был вполне реален и имел все шансы на успех. Единственно, обязательными условиями были полная внезапность и скоротечность акции. Если провозиться с городом хотя бы двое суток, то велика вероятность того, что на Тринидаде узнают о нападении и вышлют помощь. А встречаться с «Тезеем», «Песцом», и что там еще подготовили эти ушлые пришельцы, никакого желания не было. Подготовились как можно лучше, и прибыли на Тобаго. Вот теперь и поглядим, действительно ли тут золота и серебра больше, чем в Веракрусе и Пуэрто Бельо вместе взятых. Но даже если шпионы и приврали по поводу огромного количества ценностей в банке «Тринити», то по одному виду разросшегося города видно, что деньги тут водятся, и деньги немалые. А это значит, что успех Франсуа Олоне в Маракайбо померкнет перед успехом Роберта Сирла в Якобштадте!

Две группы, что должны были блокировать форты, отделились и исчезли в темноте. Хорошо, что нашлось достаточное количество людей, принимавших участие в прошлой экспедиции и знакомых с местностью. Сам же Сирл лично возглавлял основную часть отряда, целью которого был лежавший впереди Якобштадт. Быстрым шагом, но стараясь не шуметь, десант продвигался вперед.

Все удивлялись такой беспечности жителей. Город уже почти рядом, а ни одного поста стражи до сих пор нет! Неужели, так надеются на форты на побережье?! Но опытного пиратского капитана ситуация настораживала все больше и больше. Уж слишком все тихо и спокойно. И разведчики до сих пор не вернулись…

Между тем, небо на востоке начало светлеть. Вершины холмов четко обозначились, но в низинах еще оставалась спасительная ночная тьма, надежно укрывавшая отряд от посторонних взглядов. Сирл передал приказ – соблюдать тишину до последней возможности. Как знать, быть может вообще удастся незамечеными проникнуть в город. До первых городских построек осталось совсем немного…

Неожиданно впереди сверкнули вспышки и грохот орудийного залпа разорвал утреннюю тишину. Град картечи обрушился на идущий плотным строем отряд пиратов, выкашивая в нем огромные бреши. Раздались крики раненых и проклятия уцелевших. Сирл среагировал мгновенно, отдав приказ.

– Вперед, пока они не перезарядили пушки!!! Рассредоточиться!

Теперь все стало на свои места. Да, их очень ловко заманили в засаду и нанесли ощутимые потери залпом картечи с небольшой дистанции. Но что это даст? Пушки защитников Якобштадта почти рядом и они их просто не успеют перезарядить. А там ворвашиеся на батарею приватиры покрошат саблями всех канониров в фарш. Вперед, и только вперед!!!

Стояние на месте смерти подобно. Это все понимали и были готовы к бою. Работа приватира опасна, и зачастую не все возвращаются из похода. Но такова их жизнь, они сами добровольно избрали этот путь. В воздухе сверкали обнаженные клинки в лучах восходящего солнца, и казалось, что нет силы, способной остановить несущуюся на врага лавину…

Что это было, Сирл сначала не понял. Его атакующий отряд вытянулся по фронту, чтобы заставить защитников города распылить огонь, как вдруг откуда-то сбоку загремели частые выстрелы и словно невидимая коса смерти прошла по рядам атакующих. Неожиданно впереди снова громыхнули орудия, послав навстречу наступающим огненный шквал…

Происходящее не укладывалось в сознании. Ведь с момента первого залпа прошло всего лишь несколько мгновений!!! Каким образом канониры успели перезарядить орудия?! Или они стреляли первым залпом не из всех пушек, а только половиной? И сейчас разрядили оставшиеся? Вперед, ведь до цели не более пары сотен ярдов!!!

Третий и четвертый орудийные залпы, произошедшие через ничтожно малые промежутки времени, смешали ряды атакующих. И тут со стороны артиллерийской батареи зазвучали частые ружейные выстрелы. Одновременно велся удивительно точный и частый огонь с фланга, выкашивая пиратов десятками. Атака захлебнулась. Кто-то упал на землю, спасаясь от ураганного огня, кто-то в панике побежал назад. Сирл тоже упал, лихорадочно соображая, что делать дальше. То, что их ждали, никаких сомнений больше нет. И умело заманили в засаду. Разведчиков Свана, скорее всего, взяли без шума и быстро «разговорили». Поэтому точно знали их численность и дальнейшие планы. Вот и успели подготовить артиллерийскую позицию. Но сколько же у них пушек и людей?! Орудия бьют практически непрерывно, а ружейная трескотня не прерывается ни на мгновение. Каковы потери, пока не определить. Но то, что огромные, ясно и так. Вперед идти нет смысла. От отряда осталось хорошо, если половина, а то и меньше. И неизвестно, какие сюрпризы приготовлены в самом городе. Надо отходить к лесу, пока не поздно. Там их не достанут. А здесь, на открытой местности, они как утки на поверхности пруда. Перестреляют с легкостью. Тем более, уже почти рассвело…

– Отходим!!! Назад, к лесу!

Хотя весь отряд уже и так удирал в сторону леса, стараясь побыстрее выйти из зоны поражения оружия противника. Но странно – они удалились довольно далеко, а пули продолжают очень точно находить свою цель. Что же за ружья у этих мерзавцев?! Тем более, сзади продолжают громыхать орудия, каждый раз посылая вдогонку бегущим тучу картечи. Сирл бежал во всю прыть, позабыв обо всем. Сейчас одна задача – укрыться в зарослях, а потом уже думать, как выбраться из этого дерьма.

Справа и слева падали на землю люди, сраженные пулями и картечью, но ему пока что везло – ни единой царапины. Вот, наконец-то, и спасительные заросли. Остатки пиратского десанта нырнули в лесную чащу и стрельба сзади почти сразу же прекратилась. Орудия дали еще один залп вдогонку и наступила тишина. Но… В наступившей тишине стали отчетливо слышны звуки боя, идущего далеко в стороне. Все было ясно. Группы, посланные блокировать форты, тоже угодили в умело расставленную ловушку…

Уже окончательно рассвело и перед Сирлом открылась безрадостная картина. Открытое место между лесным массивом, где они укрылись, и позициями противника было усеяно ранеными и убитыми. В направлении города стояла батарея из восьми пушек. Иногда из-за земляного бруствера на короткое время показывались головы пехотинцев. Что творилось на фланге, откуда велся сильный обстрел, наносивший большой урон, рассмотреть не удалось. Но что же это было?! Как батарея из восьми орудий смогла вести такой интенсивный, практически непрерывный огонь?! Взяв подзорную трубу и присмотревшись повнимательнее, Сирл сразу обратил внимание на необычные детали. Орудия были хоть и небольшого калибра – похожи на полевые трехфунтовки, только с более длинными стволами, и каждое орудие имело щит, полностью скрывающий канониров. Колеса тоже необычные – гораздо шире тех, к которым он привык. Лошадей, которые должны были доставить батарею на позицию, не видно. Очевидно, их где-то спрятали. У пехотинцев, которых удается разглядеть, на голове не шляпа, а явно металлический шлем темного цвета, не дающий бликов на солнце. И они скрываются за бруствером, даже не думая показываться в полный рост. Зато его отряд сам сделал из себя прекрасную мишень для артиллерии и пехоты.

Это был полный провал. И теперь большой удачей будет унести ноги. Если еще получится. Роберт Сирл прекрасно это понимал. Анализируя ситуацию, он все больше и больше приходил к мысли, что дело нечисто. И то, что они напоролись на такую сильную и грамотно подготовленную засаду, не является результатом попадания Свана и его людей в руки противника. Даже если посланную вперед разведку смогли захватить без шума и быстро вытряхнуть все интересующие сведения, то местные жители просто не успели бы так подготовиться. А это значит…

А это значит, что утечка информации произошла еще раньше – в Порт Ройяле. Причем возможно задолго до того, как весь план экспедиции на Тобаго был детально проработан и намечена дата выхода в море. Впрочем, удивляться нечему. В Порт Ройяле только и разговоров было о предстоящей экспедиции. Как он ни пытался сохранить все в тайне, но если во всем городе циркулируют слухи о сказочных богатствах Тринидада и Тобаго, а от желающих отправиться туда за золотом отбоя нет… Не надо считать противника глупее себя. И то, что тринидадцы об этом пронюхали, вполне закономерно. Возможно, у них даже свои шпионы в Порт Ройяле имеются… Голос рядом оторвал Сирла от раздумий.

– Что будем делать, сэр?! Ведь они явно нас ждали и подготовились!

– Сам вижу. Собрать всех, проверить оружие и боеприпасы. Пока мы под прикрытием леса, они сюда не полезут. Надо сначала выяснить, сколько нас осталось…

Общий сбор и проведенная перекличка не обрадовали Сирла. От сильного и многочисленного отряда осталось всего двести двенадцать человек вместе с ним самим. Некоторые ранены, но могут идти. Те, кто не может, до леса не добежали… Правда, неизвестна ситуация с группами, которые ушли к фортам. Но Сирл был реалистом и не строил иллюзий. Как бы в подтверждение этого, вскоре стрельба начала стихать, а затем из-за холма показалась группа бегущих в сторону леса пиратов, преследуемая отрядом кавалерии. Мысли вмешаться и помочь ни у кого не возникло – расстояние слишком велико для ружей, и едва открыв огонь, они сразу демаскируют себя. Сирл внимательно наблюдал за процессом уничтожения своих людей в подзорную трубу, и его очень удивила одна вещь. Кавалеристы действовали не только холодным оружием. Некоторые из них держали наготове ружья, и если убегающий противник поворачивался и пытался стрелять из ружья, или пистолета, то тут же падал, сраженный выстрелом всадника. Всех же прочих, пытавшихся удрать, рубили саблями. Отряд кавалерии на первый взгляд был более сотни. Причем кавалеристы совершенно не похожи на разукрашеных павлинов, как обычно выглядит кавалерия – в разноцветных мундирах, блестящих кирасах и шлемах с перьями. Здесь же все с точностью до наоборот – на всех одинаковые пятнистые мундиры зеленого цвета, сливающиеся с листвой деревьев и такие же шлемы. Никаких украшений вроде золотых галунов, разных блестящих штучек и прочего. Кто здесь офицер, а кто солдат, понять невозможно. Но не это больше всего удивило Сирла. Он заметил, что всадники стреляют из своего оружия, не перезаряжая его! Значит слухи, циркулирующие в Порт Ройяле, оказались правдой. Будто бы тринидадцы создали скорострельное оружие, которое не надо после каждого выстрела заряжать с дула. Теперь неудивительно, что его многочисленный отряд положили так быстро. Если у каждого солдата гарнизона Якобштадта имеется ружье, способное сделать десяток, или более выстрелов один за другим, то сотня таких солдат сможет отразить нападение любого отряда приватиров, вооруженных обычным дульнозарядным оружием…

Внезапная догадка осенила Сирла. Если ушлые тринидадцы смогли создать скорострельные ружья, то вполне могли создать и… скорострельные пушки!!! А он еще ломал голову, откуда у противника столько артиллерии. Вот эти восемь пушек – вся артиллерия, которая была задействована против него!!! И эти восемь пушек стреляли практически н е п р е р ы в н о!!! Какие еще сюрпризы им приготовили, заманив в эту ловушку?! Нехорошие подозрения закрались в душу. Мелькнула мысль, что их всех провели, как последних простофиль, очень тонко и умело подбросив информацию о несметных богатствах на Тобаго. Мастерски сыграв на извечной жажде золота, свойственной абсолютно всем приватирам. И сделали так, что они с а м и загорелись идеей прийти на Тобаго. И приложили для этого все усилия. И этим с а м и обеспечили достижение цели своего противника. А цель, скорее всего, довольно прозаическая. Собрать как можно больше приватиров Карибского моря в одном месте и разом уничтожить превосходящими силами. Но кому же это надо? Испанцам? Возможно. Хотя раньше ничего подобного они не предпринимали. А учитывая уровень коррумпированности испанских чиновников, о которой уже слагали анекдоты по обеим сторонам Атлантики, секретность такого плана долго бы не продержалась. Англичане? Зачем? Ведь действия приватиров в ы г о д н ы королю Англии. Французы? То же самое. Тринидадцы? А им-то зачем? Их никто не трогает, они сидят безвылазно на своем острове и никакой попытки захватить себе еще что-нибудь, поприличнее Тринидада, не предпринимают. Португальцы? А они-то каким боком? Что от этого выгадывают? Ничего. Голландцы? Хм-м, голландцы… А вот эти могут… Еще как могут! Английские приватиры очень мешают их резко выросшей торговле в Новом Свете, а устраивать очередную англо-голландскую войну желания нет. Пока нет, во всяком случае. Причем собственных сил на Карибах у голландцев маловато, вот и подключили своих торговых партнеров – тринидадцев. Без них тут явно не обошлось. И кроме этого…

Сирл похолодел. Организаторы этого красивого плана обеспечили его успешное выполнение еще одним условием. Всем приватирам, кто высадится на Тобаго, просто некуда будет деться с острова после разгрома их основных сил. Даже если кто-то уцелеет и сумеет скрыться в лесу, то долго по острову не побегает. Потому, что не сможет его покинуть. А не сможет потому, что все корабли, на которых приватиры прибыли на Тобаго, будут ждать их возвращения, и о разгроме на берегу узнают не сразу. Если вообще успеют узнать до того, как появится флот тринидадцев и голландцев. А совместными усилиями объединенный тринидадско-голландский флот легко уничтожит эскадру приватиров, какой бы численности она ни была…

Несмотря на серьезность ситуации, Сирл чуть не рассмеялся своей последней мысли. Вот, что значит, стереотип мышления. Какой еще объединенный тринидадско-голландский флот?! Если вспомнить Порт Ройял и армаду адмирала Эспиносы – на всю его эскадру в двадцать два вымпела одного «Песца» хватит. А голландцы просто понаблюдают за интересным зрелищем с безопасной дистанции. Ему же отведена роль дичи на охоте. Причем даже не кабана, или медведя, способных оказать серьезное сопротивление и порвать охотника, а… зайца. Потому, что на большее в создавшейся ситуации корабли приватиров никак не тянут…

Между тем, избиение остатков групп, ушедших к фортам, закончилось. Кто не попал под саблю, или пулю, а бросил оружие и поднял руки, тех согнали в кучу и заставили лечь на землю. После этого взявшиеся неизвестно откуда пехотинцы в таких же, как и у кавалеристов пятнистых мундирах, начали тщательно обыскивать каждого пленного. Вначале иногда раздавались крики и выстрелы – служивые не церемонились, и малейшее неповиновение тут же пресекалось. Когда нескольких особо строптивых пристрелили, остальные предпочли вести себя тихо. Закончив обыск, пленных подняли и погнали бегом в сторону города в окружении кавалерии. Пехотинцы же занялись сбором трофейного оружия, складывая его на подошедшие повозки. Но не все. Несколько человек внимательно наблюдали за лесным массивом, где скрылись остатки пиратского отряда. Поняв, что оставаться здесь и дальше – только увеличивать свои шансы присоединиться к тем, кого погнали в город, как стадо баранов, Сирл принял решение.

– Все. Срочно уходим назад, к шлюпкам. Будем надеяться на то, что их еще не обнаружили, и корабли не снялись с якоря. Уходим лесом, чтобы нас не заметили.

– А наших ждать не будем, сэр?!

– Нет. Некого больше ждать. И чем быстрее мы унесем отсюда ноги, тем лучше…

Обратный путь занял меньше времени, так как все хорошо понимали – на кону сейчас не золото, а нечто гораздо более ценное – собственная шкура. Которую местные жители попортят без всякого сожаления. Сирл удивлялся, что до сих пор нет погони. Значит либо потеряли след, либо просто не рискуют соваться в лес, или на открытое место, где шансы заметно выравниваются, и погоня может понести большие потери. Там сейчас вполне могли предположить – остатки разгромленного отряда пиратов предпримут все попытки уйти с острова, так как в противном случае добить его – дело времени. Поэтому можно просто не мешать им, и не рисковать положить огромное количество своих людей во время боя в лесу, или на открытой местности ради уничтожения остатков высадившегося отряда. Возможно, кто-то за ними сейчас и наблюдает. Все же следопыты среди местных индейцев есть очень хорошие. Но только наблюдают. Могут также устроить засаду возле шлюпок и перестрелять, когда они выйдут на открытый берег. Но это только в том случае, если шлюпки обнаружили сразу после высадки, иначе не успеют как следует подготовиться. Хорошо, что он приказал держать шлюпки на берегу до последнего. Чтобы в случае опасности сразу же покинуть остров. И оказался прав, как ни отговаривали его некоторые. Дескать – шлюпки сразу наведут на мысль о высадке на остров большой группы людей. А стоящие неподалеку от берега корабли – лучшее тому подтверждение. Причем стоящие не там, где обычно стоят все, прибывающие в Якобштадт. А кто предпочитает скрытно высаживаться на чужой берег? Вот то-то, сэр… Зато если только представить, сколько времени понадобилось бы шлюпкам, чтобы добраться от кораблей до берега… А они бы все это время находились на открытом берегу…

За все время быстрого отхода, который точнее было бы назвать бегством, пираты не встретили ни одного человека. Сирлу это очень не нравилось. Было ясно, что за ними наблюдают и пока просто не вмешиваются, так как действия незваных гостей вполне соответсвуют планам разъяренных хозяев. И возле шлюпок вполне можно нарваться на подготовленную встречу. Но выхода не было. Уйти с острова можно только на своих собственных шлюпках, если они там еще есть. Так как захватить какой-нибудь корабль, подошедший к острову, тоже не получится. Скоро весь Тобаго будет гудеть, как потревоженный улей. А через сутки, если не раньше, информация о случившемся дойдет до Тринидада. И что будет тогда, не знает никто. Возможно, налет на Порт Ройял будет выглядеть невинной детской шалостью по сравнению с тем, что тринидадцы устроят незваным гостям. Которые посмели влезть на и х территорию…

Но к огромному удивлению Сирла и всех остальных, шлюпки оказались на месте в целости и сохранности. Здесь же были и те, которые остались их охранять. С огромным удивлением они уставились на выбежавшее на берег воинство.

– Парни, что случилось?! Откуда вас столько?!

Их можно было понять. Никто всерьез не допускал мысли, что захват Якобштадта не удастся. И по плану к месту высадки должны были прибыть только посыльные с известием об успешном взятии города и приказом сниматься с якоря, чтобы идти в Большую Курляндскую бухту, закрыв из нее выход в море всем «купцам», которые сейчас там находятся.

– Прыгай в шлюпку и сматываемся!!!

– Не понял… Зачем?!

– Если хочешь, то можешь остаться, идиот!!!

Но долгих объяснений не понадобилось, и из-за огромных потерь места в шлюпках теперь хватало всем. Пока гребцы налегали на весла, Сирл внимательно осматривал то удаляющееся побережье, то морской горизонт. Но все было на удивление тихо. Берег молчал, там до сих пор так никто и не появился. В то, что им удалось незаметно скрыться и замести следы, предводитель пиратов верил все меньше и меньше. И сейчас самое время для действий из засады – шлюпки только-только отошли от берега, расстояние небольшое, все люди противника собраны в компактную группу, являющуюся великолепной целью для канониров и стрелков, укрывшихся в прибрежных зарослях. Залп картечью, и шлюпки пойдут на дно вместе со своими пассажирами. А те, кто уцелеет, окажутся в воде, и ими займутся стрелки. А если кто-то все же сумеет выбраться на берег, то без оружия, которое придется бросить, чтобы не утащило на дно.


Глава 2

Завершение «визита»


К немалому удивлению Сирла и всех остальных, вокруг абсолютно ничего не происходило. Берег молчал, и с каждым взмахом весел удалялся все дальше и дальше. Вот дистанция уже стала предельно допустимой для стрельбы из ружей, но по прежнему – полная тишина. Сирл облегченно вздохнул. Неужели, пронесло?! Но успокаиваться рано. В любой момент из-за ближайшего мыса может показаться флот противника. И тогда за них возьмутся всерьез, так как в отличие от боя на острове здесь уже не будет никакой возможности скрыться и бежать. Тринидадцы догонят и расстреляют с на ветра и с дальней дистанции. А могут и голландцы подключиться, если его предположения верны… Ладно, что гадать. Пока поблизости никого нет. И дай господь, чтобы никто так и не появился…

Оказавшись на палубе своего фрегата «Кагуэй», Сирл тут же отдал приказ срочно сниматься с якоря и уходить в море. Чем привел в недоумение тех, кто оставался на борту и еще толком ничего не знал о провале экспедиции. Штурман Джеффри Дженкинс сначала даже не понял.

– То есть как уходить, сэр?! А как же Якобшадт и «купцы» на рейде?!

– Срочно уходить, мой дорогой Джеффри!!! Как будто за тобой гонится сам дьявол! Все, забудьте о Тобаго! Нас провели, как детей! И клянусь небом, тот, кто это задумал, дорого заплатит за все!

На палубах началась обычная предотходная суматоха. Поднимались и крепились шлюпки, выбирались якоря и вскоре корабли объединенного англо-французского пиратского флота один за другим ставили паруса и поворачивали на запад – подальше от этого проклятого места, оказавшегося смертельной ловушкой с очень аппетитной приманкой. Но вот паруса забрали ветер, и Тобаго стал удаляться за кормой. Сирл облегченно вздохнул. Вроде, успели…

Когда «Кагуэй» удалился от побережья Тобаго уже не менее, чем на пять миль, из Большой Курляндской бухты вышла небольшая двухмачтовая посудина и тоже взяла курс на запад. Сирл как раз в этот момент находился на квартердеке и поглядывал по сторонам. Но ничего, что способно было бы представлять хоть какую-то угрозу, не находил. Вышедший следом небольшой кораблик его не насторожил. Очевидно, местный испанский «купец» спешит по своим делам на Маргариту, или в Куману. Черт с ним, с этим «купцом», пусть живет. Сейчас главная задача – продержаться до темноты и уйти за это время как можно дальше, а там их уже никто не найдет. Окинув еще раз внимательным взглядом горизонт, а также свою растянувшуюся на большое расстояние эскадру (увы, удержание своего места в строю для многих из присутствующих приватиров было непосильной задачей), Сирл спустился в каюту, отдав приказ вахте бдить в оба. Поскольку вовремя удалось унести ноги с этого Тобаго, будь он неладен, теперь стоит проанализировать ситуацию в спокойной обстановке. А то, во время бега по острову было не до размышлений. И по прибытию в Порт Ройял нанести визиты кое кому. Особенно тем, кто всеми силами ратовал за отправку экспедиции на Тобаго, но сам лично принимать в ней участия не собирался. Особенно к этому придворному вельможе – Сэру Джорджу Монку, или герцогу Олбемарлу, или как там его еще зовут. Именно он, гнида придворная, больше всех разлагольствовал об оскорблении, нанесенном британскому флагу и необходимости справедливого возмездия. Ну и попутно о пополнении британской казны с помощью этого возмездия, разумеется…

Сев за стол и плеснув себе в стакан рома, Сирл призадумался, раскладывавая по полочкам все, что ему было известно до настоящего момента. Стоит начать с того, что об экспедиции на Тобаго знали очень многие. Причем задолго до выхода в море. В Порт Ройяле только и разговоров было о ней. Голландцы, французы и курляндцы, населяющие Тобаго, успели приготовиться к встрече незваных гостей. Разумеется, здесь не обошлось без тринидадцев, что говорит о хорошо налаженной работе их шпионов на Ямайке и возможно на Тортуге. В общем-то, ничего удивительного в этом нет. В разбойничьем гнезде, каким является Порт Ройял, где сквозь пальцы проходят за короткое время целые состояния, меняя своих хозяев, а своими «подвигами» похваляется в кабаке каждый второй, утаить что-либо невозможно. Вопрос в другом. Посланные на Тобаго шпионы фактически не смогли определить н и ч е г о! То, что они узнали, оказалось на поверку умело подброшенной дезинформацией, рассчитанной на тех, у кого жажда золота затмевает разум. И что греха таить, дезинформация достигла цели. Многие клюнули на такой лакомый кусок, польстившись на несметные богатства тобагских купцов. По поводу богатства, возможно, все правда. Только в отношении способности купцов защить свое добро шпионы с Ямайки и Тортуги были, мягко говоря, введены в заблуждение. Но это, опять таки, в порядке вещей. Нельзя считать врага глупее себя. Но вот то, что происходило в Порт Ройяле незадолго до выхода, наводит на размышления…

Время шло. Сирл думал, анализируя ситуацию и приходя к неожиданным выводам, как неожиданно в дверь постучали и вошел штурман Дженкинс.

– Сэр, прошу прощения, но этот «купец» идет следом за нами. Такое впечатление, что хочет выяснить, куда мы направляемся.

– Какой «купец», Джеффри?

– Та мелкая посудина, что вышла из Большой Курляндской бухты, когда мы снялись с якоря.

– Ну и что? Пусть себе идет. Когда удалимся достаточно далеко, тогда и возьмем его за шиворот. Куда он денется?

– Но что же именно произошло на Тобаго, сэр?

– Ждали нас там, Джеффри. Причем давно ждали, и хорошо подготовились. И чем больше я думаю об этом, тем больше убеждаюсь, что не все так просто в этом деле…

Близкий взрыв прервал фразу Сирла и они со штурманом удивленно уставились друг на друга.

– Это что такое?!

– Не знаю, сэр!!! Я только что ушел с палубы, и никого, кроме наших, поблизости не было!

Выскочив на палубу, Сирл и Дженкинс увидели расплывающееся облако дыма на месте, где совсем недавно находилась французская бригантина «Беатрис» с Тортуги. На воде колыхались деревянные обломки, среди которых барахтались немногие выжившие. Не было никаких сомнений, что на «Беатрис» произошел взрыв пороха в крюйт-камере. То же самое подтвердили и вахтенные, доложив капитану о происшествии.

– У лягушатников порох рванул, сэр!

Увидев, что идущий следом корабль подвернул к месту катастрофы и начал уборку парусов, Сирл взял подзорную трубу и внимательно осмотрел горизонт. Но кроме кораблей приватиров и одинокого небольшого «купца», идущего за ними по пятам, никого вокруг не было. Решив, что произошла трагическая случайность, которые как ни стараются их избежать, но они все же иногда происходят, Сирл успокоился. Неизвестно, отчего взорвался порох на французе – то ли с дуру, то ли с пьяну, но противник тут вроде бы не причем. Не мог же этот недомерок, который идет за ними следом, его вызвать…

Новый взрыв привлек внимание всех, кто находился на палубе «Кагуэя». Его звук не был похож на грохот от взорвавшейся рядом «Беатрис», и сначала никто ничего не понял. Но некоторые заметили, как над идущим последним английским шлюпом «Мартин» взлетели в воздух обломки, и он стал резко заваливаться на борт. Это совершенно не походило на взрыв пороха в крюйт-камере, так как обычного при этом облака дыма не было!!! Все оторопело смотрели на «Мартина», который заваливался на борт, все больше зарываясь в воду. Третий взрыв, грянувший вскоре на французском фрегате «Бретань», идущем в полумиле слева от «Кагуэя», показал, что вряд ли предыдущие два взрыва – трагические случайности…

На «Кагуэе» прекрасно видели, как вздрогнул фрегат, а грот-мачта подломилась и рухнула. «Бретань» стала крениться на правый борт и разворачиваться, резко сбаваив ход – рухнувшая за борт мачта с поставленными парусами сыграла роль плавучего якоря. На палубе гибнущего корабля началась паника. Очевидно, французы не могли понять, отчего произошел взрыв, и не последует ли за первым взрывом еще один. На «Кагуэе» же все с огромным удивлением смотрели на происходящее, высказывая различные версии. До тех пор, пока не взлетел на воздух английский шлюп «Руби», шедший в центре. Здесь не было никаких сомнений – взорвался порох в крюйт-камере. Корабль просто исчез в облаке дыма, пронизанного огненными вспышками, а через несколько мгновений грохот взрыва долетел до «Кагуэя»…

– Проклятье, да что же это творится?!

– Неужели, и правда им помогает сам дьявол?!

Сирл слушал эмоциональные реплики своей команды, смотрел на тонущую «Бретань», оставшуюся за кормой, и лихорадочно соображал. В происки дьявола он не верил. Так, разве что чисто теоретически. А вот в то, что тут поработали ушлые тринидадцы – вполне. Непонятно, каким именно образом они умудрились взорвать корабли, но то, что это их рук дело – сомневаться не приходится. Мысли неслись с бешеной скоростью, и Сирл вспомнил – испанская эскадра адмирала Элькано и английский шлюп «Фалкон» на рейде Порт Ройяла погибли при похожих обстоятельствах. Сведения об испанцах противоречивые. Известно только то, что все их корабли отправились на дно без единого выстрела, когда пожаловали на Тринидад с банальной целью грабежа, прикрытой высокопарными словами о необходимости борьбы с приспешниками дьявола. То есть с пришельцами. А вот «Фалкон» взлетел на воздух на глазах у многих, чуть ли не половина жителей Порт Ройяла видела это. И выжившие из его команды не смогли рассказать ничего вразумительного. За исключением того, что незадолго до взрыва к ним подходила шлюпка с корабля тринидадцев «Песец», учинившего погром в Порт Ройяле…

– Хватит кудахтать!!! Осмотреть все внутренние помещения! Искать любые странные предметы. И… Готовить к спуску шлюпки…

– Зачем, сэр?!

– Затем, что когда и у нас произойдет взрыв, мы не успеем это сделать, идиоты!!! Выполнять!!!

Матросы бросились выполнять приказ, а Сирл продолжил наблюдение. Самое паршивое в создавшейся ситуации было то, что он н и ч е г о не мог сделать. Корабли взрываются от неизвестных причин, и когда и где произойдет следующий взрыв, никто не знает. Но уже ясно, что случайностью здесь и не пахнет. Это хорошо продуманный план. Им позволили ускользнуть с Тобаго, чтобы отправить на дно вдали от берега. Всех. Надежно, эффективно, и без какого либо риска для себя. И этот «купец», который сейчас идет за ними по пятам, скорее всего наблюдает за ходом выполнения задуманного плана…

Очевидно, на идущем последним французском шлюпе «Бриан» подумали точно также, и он стал выполнять поворот, явно намереваясь атаковать наглого преследователя. Но расстояние для стрельбы было очень велико, и к тому же странный «купец» был на ветре. «Бриан» выполнил поворот и взял круто к ветру, пытаясь приблизиться к «купцу». Но там тоже не дремали и изменили курс так, что приблизиться «Бриану» было практически невозможно, настолько круто к ветру шел незнакомец. У французов сдали нервы и они открыли огонь из пушек с большой дистанции. Естественно, никакого эффекта это не дало – ядра не долетели до цели и упали в воду. Сирл внимательно наблюдал за происходящим, и поскольку «купец» приблизился, удалось как следует его рассмотреть.

Таких кораблей он еще не видел. Длинный узкий корпус с острыми обводами и приподнятым носом с сильно скошеным форштевнем резал волну, как нож масло. Две высокие мачты с косыми парусами обеспечивали ему неплохую скорость, и опытным взглядом старого морского волка капитан определил – перед ним явно не обычный «купец», предназначенный для перевозки небольших партий грузов между портами американского побережья и островами Карибского моря. Здесь на первом месте стояла скорость и мореходность, а грузовместимость создателей этого странного корабля явно интересовала в последнюю очередь. Все говорило о том, что это – быстроходный разведчик, способный уйти от любой погони. Но никаких пушек Сирл не заметил, что было довольно странно. Ведь кораблик явно строили для использования в военных целях. Причем кто именно строил, тоже догадаться нетрудно. Капитан повидал множество кораблей самой разнообразной конструкции, построенных на европейских верфях. Но он с уверенностью мог сказать – т а к и х кораблей еще не делал никто. Значит тринидадцы не только переделывают захваченные трофеи, но решили заняться также и собственным кораблестроением. Что же, вполне логично. С их-то возможностями… И если сейчас он видит небольшого разведчика, то вполне может статься, что в скором времени в Карибском море появятся линейные корабли и фрегаты невиданной мощи и скорости. А потом и не только в Карибском… Господи, и какой же он идиот, что ввязался в эту авантюру! Пошел на поводу у прощелыг из Лондона. Которые только кричат о необходимости покарать тех, кто поднял руку на британский флаг, но сами лично принимать участия в этом не собираются…

Между тем, поединок между «Брианом» и разведчиком тринидадцев (в чем уже никто не сомневался) не прекращался. Впрочем, назвать это поединком было трудно. Разведчик шел очень круто к ветру, исключая возможность сближения с «Брианом». Французы палили в белый свет с большой дистанции, впустую разбрасывая ядра, и в один прекрасный момент их противникам это надоело. На разведчике громыхнул выстрел, который сразу же достиг цели. На «Бриане» произошел сильный взрыв, поднявший в воздух массу обломков. Шлюп тут же вильнул в сторону, уваливаясь под ветер и пытаясь выйти из-под огня. Но противник не дал ему такого шанса – быстро развернувшись, бросился вдогонку. Еще один выстрел, и от кормы «Бриана» летят щепки. Французский шлюп окончательно теряет управление, разворачивается бортом к ветру и превращается в беспомощную мишень. Начинается паника. Тринидадцы ведут частый огонь, наносящий чудовищные разрушения. Вскоре наступает закономерный итог – взрывается порох в крюйт-камере, разнося «Бриан» на куски. Тринидадский корабль спокойно проходит мимо, и бросается следом за эскадрой…

Сирл опустил трубу и злобно выругался. С таким противником жизнь его еще не сталкивала. Если бы этот наглец потерял бдительность и подошел поближе… Но разведчик не стал приближаться слишком близко, а шел, выдерживая безопасную дистанцию. И тут раздался крик впередсмотрящего с фор-марса.

– Корабль слева по носу!

Сирл встрепенулся. А ведь это шанс! Кто бы ни был этот случайный встречный, но если удастся его захватить, то можно считать, что они спасены. Если, конечно, «Кагуэй» не взлетит на воздух раньше… Как бы в подтверждение этого раздались один за другим два взрыва – взорвались еще два корабля. Один английский, другой французский. Причем на обоих рванул порох в крюйт-камере. Каким образом проклятым тринидадцам это удается, Сирл понять не мог. Но если они и дальше будут тупо удирать, то вскоре станут следующими. Изменив курс, «Кагуэй» бросился в сторону обнаруженной цели. То же самое сделали и остальные корабли приватиров. Все прекрасно понимали, что обречены. А здесь есть шаткая возможность уцелеть. Если успеешь…

Время шло. Минуло уже более получаса с момента обнаружения неизвестного корабля, который шел в бейдевинд им навстречу, лавируя против ветра. Вскоре стало ясно, что это крупный «купец». Идет, скорее всего, либо на Тобаго, либо на Тринидад. Сирл ходил по квартердеку и нервничал. Добыча сама идет в руки, но… За это время взорвались еще три корабля. И когда настанет очередь «Кагуэя», не известно. Осмотр фрегата абсолютно ничего не дал. В крюйт-камере, которую осмотрели с особой тщательностью, никаких посторонних предметов не обнаружили. Отчего происходят взрывы – загадка. Но судьба пока что была милостива к «Кагуэю», и он быстро сокращал дистанцию. Лишь бы на этом «купце» не запаниковали раньше времени и не бросились наутек. Ведь там обязательноно заподозрят неладное, когда увидят столь странную картину – большая группа разномастных кораблей идет ему навстречу, и при этом они взрываются один за другим. И тогда гнаться за «купцом» придется очень долго, а времени как раз таки и нет…

Когда дистанция между «купцом» и вырвавшимися вперед кораблями – «Кагуэем» и бригантиной «Сваллоу» сократилась до трех миль, взлетел на воздух еще один корабль из эскадры Сирла. На «купце» наконец-то сообразили, что ситуация ненормальная и происходит что-то не то. Решив не искушать судьбу, он стал быстро уваливаться под ветер, явно намереваясь развернуться на обратный курс. Сирл выругался. Добыча, казавшаяся такой близкой, ускользала. На «Сваллоу"» поставили все паруса, что только возможно, и легкая бригантина стала обходить «Кагуэй». Но и на «купце» тоже не дремали – быстро развернулись и стали удирать.

Сирл внимательно рассматривал тщетно пытавшегося удрать беглеца, на гафеле которого развевался испанский флаг. Не было никаких сомнений, что испанцы разобрались в ситуации и теперь пытаются выжать из своей посудины невозможное. Однако более легкая на ходу «Сваллоу» медленно, но неуклонно настигала тяжело груженого «купца». За ней в трех кабельтовых шел «Кагуэй», остальные корабли пиратов отстали более, чем на милю. На «Сваллоу» решили ускорить события – дали залп из носовых пушек, намереваясь припугнуть испанцев и заставить остановиться. Стрельба с такой дистанции бессысленна, ядра упали в воду с большим недолетом. Но, тем не менее, психологический эффект был достигнут. Поняв, что сбежать не удастся, испанцы начали убирать паруса и ложиться в дрейф. Очевидно, воевать за хозяйское добро там никто не хотел. На палубе «Кагуэя» раздались радостные крики, а Сирл довольно улыбнулся.

– Все же, господь не оставил нас!

– На этой посудине мы доберемся до Порт Ройяла! Хоть и как селедка в бочке, но доберемся!

– Если не взлетим на небеса еще раньше…

– Не каркай, придурок!!!

– А тот недомерок, что идет за нами по пятам? Он этого «купца» под орех разделает, когда мы его возьмем. Пушки у него дальнобойные и мощные!

– Ну и что? Хотел бы начать стрельбу – давно бы начал. Видно ему это не надо, поэтому идет следом и только наблюдает. Если бы эти придурки на «Бриане» сами не полезли, то может быть и живы бы остались…

Между тем, «купец» лег в дрейф, убрав паруса. К нему быстро приближалась «Сваллоу», вырвавшаяся далеко вперед. Сзади громыхнул еще один взрыв и Сирл выругался, оглянувшись. Над водой расплывалось облако дыма – еще один корабль взлетел на воздух. От эскадры в двадцать два вымпела осталось восемь. И чья очередь следующая, никто не знает. Сирл ощутил страх. Не то обычное напряжение, какое возникает перед боем, где ты можешь погибнуть, а можешь сам убить врага и остаться в живых, а именно СТРАХ. Страх неизбежности, когда костлявая крутится возле тебя и лишь выбирает момент, чтобы взмахнуть своей косой. И от тебя н и ч е г о не зависит…

– Длинный утлегарь, нет блинда-рея… Сэр, это «Песец»!!! Я его узнал!!!

Крик штурмана Дженкинса, стоявшего рядом и рассматривающего в подзорную трубу остановившегося испанца, привел Сирла в чувство.

– Ты уверен?!

– Да, сэр!!! Я видел «Песец» довольно близко с берега, когда он учинил погром в Порт Ройяле и хорошо его рассмотрел!!! Это он!!!

Сирл схватил подзорную трубу и навел на испанца. И как раз в этот момент испанский флаг на гафеле скользнул вниз, а на его место взвился другой – белое полотнище с косым синим крестом. Флаг тринидадцев. Флаг, ставший ожившим кошмаром для продажных испанских чиновников и всех тех, кто вздумал поднять руку на тринидадских пришельцев…

И тут грянули выстрелы. «Песец», а это оказался именно он, сбросил овечью шкуру и показал волчьи зубы. Сирл завороженно смотрел на развернувшуюся перед ним картину необычного боя и не мог оторвать взгляда. После первых же выстрелов тринидадского корабля на «Сваллоу» начался ад. Какие-то необычные сильные взрывы с яркими вспышками, почти не дававшие дыма, огненным шквалом сносили все с палубы бригантины. Причем скорострельность и точность этих удивительных пушек была просто запредельной, а дистанция стрельбы – огромна! «Сваллоу» все еще шла вперед, но ей, похоже, уже никто не управлял. Борт «Песца» окутался дымом, а через несколько мгновений донесся привычный грохот залпа. К этому времени бригантина подошла к «Песцу» уже довольно близко, поэтому град картечи превратил ее паруса в лохмотья, и она беспомощно закачалась на волнах. «Песец» неожиданно дал ход (без парусов!!!), послав второй залп картечью по палубе. Впрочем, в этом уже не было необходимости. «Сваллоу» представляла из себя развалину, непонятным образом державшуюся на воде, на которой вовсю бушевал пожар, вскоре добравшийся до пороха в крюйт-камере. Выживших в этом аду не было…

Сирл сжал подзорную трубу так, что побелели пальцы. Все было ясно – они обречены. «Песец» быстро удалялся, идя с большой скоростью п р о т и в ветра без парусов, обходя по дуге на большом расстоянии оставшиеся корабли приватиров, коих осталось всего семь. Впрочем, вскоре далекий взрыв возвестил, что шесть. Это подействовало отрезвляюще, и Сирл принял решение.

– Все шлюпки на воду. Загрузить в них как можно больше воды, провизии и оружия.

– Мы покидаем корабль, сэр?!

– Нет. Когда «Кагуэй» взорвется, а я думаю, что рано или поздно он все равно взорвется, то спустить шлюпки мы уже не успеем. А так будем буксировать их за собой на длинных концах, чтобы можно было в случае чего быстро подтащить их к борту. Бежать бессмысленно. «Песец» и этот недомерок не дадут нам уйти. Их ход значительно больше нашего и похоже, что недомерок тоже может ходить без парусов независимо от ветра. А нас просто старается обмануть, идя под парусами. Мы не можем ни сбежать от них, ни приблизиться к ним, чтобы дать бой. Их пушки бьют очень точно, очень далеко, и какими-то очень мощными гранатами, дающими сильный взрыв. Если бы они захотели, то давно бы расстреляли нас без всякого риска для себя с большой дистанции. Но пока не стреляют. Значит ждут, когда мы сами перетонем.

– А что потом?!

– После спуска шлюпок попытаемся достичь острова Гренада, к лягушатникам в гости. Это ближайшая территория, неподконтрольная испанцам. Будем надеяться на то, что «Кагуэй» не взорвется раньше. Если все же взорвется, то мы сможем добраться на шлюпках до берега. Разумеется при условии, что «Песец» позволит нам это сделать и не утопит, как он это сделал с каноэ Моргана в Пуэрто Бельо.

– Какая Гренада?! Это же почти сотня миль!!!

– А иначе – либо к Нептуну, либо на Тринидад, либо обратно на Тобаго. Другой земли поблизости нет. Если только не к испанцам на материк. До английских владений мы дойти не успеем. Ближайший английский остров Барбадос далеко и ветер не благоприятный. Шлюпки – это реальный шанс спастись. Хоть и небольшой, но шанс. Если же будем тупо сидеть здесь и ждать взрыва, то никаких шансов вообще нет. Впрочем, если у кого есть другие дельные предложения, пусть выскажется. Только быстро. Пока нас не разнесло к чертям…

Желающие высказывались один за другим, но их планы – наплевать на возможность ответного огня и атаковать, пока еще не взлетели на воздух, были невыполнимы из-за быстрого ухода «Песца» на ветер. «Кагуэй» при всем желании не мог идти против ветра вслед за противником, поэтому вскоре оба тринидадских корабля оказались в недоступной зоне и приближаться явно не собирались. Именно по этой причине нереальным оказалось также предложение лечь в дрейф и попытаться склонить тринидадцев к идее абордажа, в котором у приватиров будут все шансы на успех. Но тринидадцы предельно ясно показали – в данный момент трофеи их не интересуют. Они ведут свою войну – войну на истребление противника. До последнего корабля и до последнего человека.

После того, как все планы по ведению боевых действий были высказаны и отклонены ввиду их физической нереализуемости, начали спуск шлюпок. А когда закончили, взяли курс на Гренаду. Если удастся продержаться до ночи, то «Песец» может легко потерять их в темноте. Попадется по дороге любой корабль – хорошо. Захватить его и вести неподалеку от «Кагуэя», чтобы после взрыва перейти на него. Если же никто не попадется и «Кагуэй» погибнет до того, как достигнет острова – на шлюпках постараться достичь Гренады, а там уже думать дальше, как добираться до Ямайки. В любом случае, лучше делать это находясь на французской территории, а не на испанской.

Наблюдая во всех подробностях гибель кораблей своей эскадры, Сирл обратил внимание на одну странную деталь, объяснить которую не смог и о которой пока не стал никому говорить. От взрывов пороха в крюйт-камере гибли только небольшие корабли. А все крупные, и даже несколько мелких тонули от странных взрывов, не дающих облака дыма, характерного при взрыве большого количества пороха. И их не разносило на куски, что также характерно при взрыве крюйт-камеры. Да и звук взрыва был совсем другой, гораздо тише. Корабли просто тонули, хотя и довольно быстро. Как будто получали большую подводную пробоину в корпусе, с ходу напоровшись на камни. Но не настолько быстро, чтобы нельзя было спастись на шлюпках, если они предварительно спущены на воду. А «Кагуэй» все же фрегат, а не паршивый шлюп, барка, или бригантина… Похоже, сила взрыва как-то связана с размерами корабля. Поэтому есть надежда, что «Кагуэй» не разнесет на куски, а можно будет после взрыва быстро подтащить шлюпки к борту, перейти на них и покинуть тонущий корабль до того, как он скроется под водой. Сирл повеселел. Наконец-то забрезжил реальный шанс на спасение. Дав указания вахтенным внимательно следить за обстановкой, ушел в каюту, чтобы приготовить все ценное на случай срочного покидания корабля. А то, когда рванет, собираться будет некогда.

Пока Сирл занимался сборами в каюте, до него донесся грохот еще двух взрывов. Причем судя по звуку – у кого-то рванул запас пороха, а кого-то чаша сия миновала. Выйдя на палубу, он убедился в своих предположениях. Небольшой английский шлюп разнесло на куски взрывом пороха в крюйт-камере, и облако дыма еще толком не рассеялось, а крупный французский фрегат просто уходил под воду с заметным креном, но в относительно целом виде. Вахта тут же доложила.

– Сэр, еще двое взорвались!!! Один наш, и один у лягушатников!!!

– Вижу… Значит, осталось четверо… Всем подняться на палубу, никому не торчать внизу. Когда произойдет взрыв, подтянуть шлюпки к борту, но без моей команды палубу не покидать. Каждому держать наготове нож, чтобы сразу обрезать фалини, иначе «Кагуэй» утянет нас за собой под воду. После посадки в шлюпки грести, что есть силы в сторону, как будто за вами гонится сам дьявол. До тех пор, пока корабль полностью не утонет. Потом – курс к берегу.

– А если нас на куски разнесет?! У нас пороха столько, что до райских врат долететь хватит!!!

– Скорее до преисподней… Но не волнуйтесь, не разнесет. Получим только сильную течь. Во всяком случае, времени нам хватит, чтобы спокойно сесть в шлюпки и отойти от борта. Поэтому никакой паники! Всем ждать моей команды! Помните – время у нас есть!

– Но откуда Вы это знаете, сэр?!

– Знаю!!! А откуда знаю – неважно…

Между тем, вокруг ничего примечательного больше не происходило. Сирл и все остальные на палубе «Кагуэя» внимательно наблюдали за противником, но «Песец» ушел на ветер и присоединился к быстроходному разведчику. Вместе они следовали за уцелевшими кораблями приватиров, выдерживая безопасную дистанцию и не предпринимая никаких активных действий. И все догадывались, почему. Вскоре еще два корабля – французский шлюп и английская барка, идущие ближе всех к флагману, с небольшим интервалом во времени влетели на воздух, исчезнув в дымном облаке взрыва. На обоих рванул порох в крюйт-камере. Если там кто-то и уцелел, то разворачиваться и подбирать их на «Кагуэе» никто не собирался. Как не собирались этого делать и на французском шлюпе «Прованс», последнем уцелевшем корабле эскадры помимо «Кагуэя». «Прованс» под всеми парусами прошел мимо, даже не сделав попытки оказать помощь, и с его палубы тоже стали на ходу спускать шлюпки. Очевидно, французский капитан пришел к тем же выводам, что и Сирл. Корабли все равно обречены, а спустить шлюпки после взрыва можно и не успеть. Тем более, «Кагуэй» шел впереди и французы хорошо видели буксируемые шлюпки у него за кормой. Поэтому и решили не искушать судьбу, предприняв все доступные меры для своего спасения заранее. Благо, погода позволяет. Но, увы… Не успела первая шлюпка коснуться воды, как «Прованс» взлетел на воздух. Облако дыма окутало корабль и во все стороны полетели обломки. Сирл в сердцах выругался, хотя и ждал этого. Из сильной эскадры в двадцать два вымпела остался один «Кагуэй». А сзади настигают два неведомых противника, которые шутя расправятся с фрегатом, даже если по каким-то причинам его и минует участь всех остальных.

«Кагуэй» мчался по Карибскому морю, рассекая волны своим форштевнем, все дальше и дальше уходя от Тобаго, который уже давно скрылся за горизонтом. А сзади, как два демона, вынырнувшие из преисподней, шли два корабля, совершенно непохожие друг на друга. Они не приближались и не удалялись, а шли по пятам, сохраняя дистанцию, недоступную для орудий «Кагуэя». Впрочем, даже если бы они и приблизились, Сирл решил не стрелять, до последней возможности стараясь оттянуть бой, в исходе которого ни он, ни кто-либо другой из команды фрегата не сомневался. Внимательно проанализировав оба боя с тринидадскими кораблями, Сирл пришел к выводу, что тринидадцы только защищались и не открывали огонь первыми. И уничтожив атаковавшие их корабли приватиров, не развили свой успех дальше, хотя вполне могли это сделать. А если так, то быть может удастся унести ноги, даже если и произойдет взрыв, поставивший точку в судьбе «Кагуэя»?

Как бы то ни было, но до самого вечера так ничего и не случилось. «Кагуэй» удирал под всеми парусами в сторону Гренады, а следом за ним гнались «Песец» и быстроходный разведчик. Возможно, тринидадские корабли могли давно настигнуть беглеца, но они шли, соблюдая дистанцию. Не приближаясь и не удаляясь, все время оставаясь вне дальности действия артиллерии «Кагуэя». В течение дня два раза на горизонте появлялись паруса, но Сирл счел за благо не повторять старых ошибок, поэтому проигнорировал встречных. Как оказалось, тринидадцев это вполне устраивало и гонка продолжалась. И лишь когда солнечный диск скрылся за горизонтом, а на небе вспыхнули первые звезды, Сирл перевел дух. Неужели, удалось унести ноги?!

Едва наступила ночь, «Кагуэй» тут же немного изменил курс. Сирл решил рискнуть. Если взрыва до сих пор нет, то возможно у тринидадцев что-то не сработало. Поэтому можно уйти в сторону, чтобы оторваться от погони. Люди повеселели, хотя все оставались на палубе, готовые немедленно покинуть корабль. Дозорные внимательно вглядывались в ночь, но не смогли никого обнаружить. Очевидно, тринидадцы действительно потеряли «Кагуэй» в темноте. Тем не менее, до утра так никто и не сомкнул глаз. Нервное напряжение было просто запредельным. Это не ожидание боя, когда ты видишь противника и знаешь, что от него можно ожидать. Здесь же опасность была невидимой и неслышимой. Корабль без единого огонька шел в ночной тьме, старясь скрыться от преследователей, и вроде бы это ему удалось. Но все хорошо знали, что в любой момент может грянуть взрыв, поставив точку в их нелегкой и опасной работе приватира.

После полуночи «Кагуэй» снова изменил курс, направившись к южному побережью Гренады. И когда на востоке забрезжил рассвет, а впереди показался долгожданный берег, все облегченно вздохнули. Горизонт был чист, оба тринидадских корабля исчезли, что вызвало бурную радость всей команды.

– Ушли, слава Господу!!!

– Значит, не так уж и всевидящи эти тринидадские колдуны!!!

– А может, просто плюнули и вернулись? Когда увидели, что нас взорвать не получилось?

– Не каркай, приятель! Давай сначала до берега доберемся!

Сирл был полностью согласен с этим предложением и направил фрегат в направлении бухты Прикли, расположенной в южной части острова Гренада. Бухта хорошо защищена от ветров и там можно как следует обследовать корабль. Определенные подозрения у него появились. Он уже нисколько не сомневался, что хитромудрые тринидадцы каким-то образом сумели вызвать взрывы на кораблях. И то, что все взрывы произошли в течение небольшого промежутка времени после выхода в море, говорило в пользу этой версии. Как и то, что в их дьявольском плане что-то могло дать сбой, поскольку «Кагуэй» до сих пор цел, хотя с момента покидания Тобаго прошло уже довольно много времени. Все остальные отправились на дно морское гораздо раньше… Обдумав все еще раз, Сирл вызвал штурмана Дженкинса, который после гибели помощника и квотемастера (командира абордажной команды) остался единственным офицером на корабле. В условиях смертельной гонки устраивать новые выборы помощника и квотемастера из среды сильно поредевшей команды было некогда, поэтому отложили данное мероприятие на потом. Уйдя подальше на ют и убедившись, что рулевой их не слышит, Сирл высказал свои соображения.

– Джеффри, как только станем на якорь, высаживаемся на берег и ждем. Если взрыва так и не будет, перерыть весь корабль снизу до верху. Обращать внимание на все непонятное и нехарактерное для того, чтобы находиться на борту. Любые мелочи, пусть это даже будет казаться несущественным.

– А что вы подозреваете, сэр?

– Подозреваю, что это мины. Как подводят мину под стену крепости, чтобы разрушить ее, так что-то подобное могли сделать и здесь. Эти тринидадские умники уже всем доказали, что с фантазией у них все в порядке.

– Но как они могли доставить сюда мины и взорвать их тогда, когда хотели? И не могут же во всех командах находиться самоубийцы, которые связаны с этими тринидадскими умниками и мечтают взорвать корабли вместе с собой? Да и ради чего?

– Я бы так смело не утверждал этого. Исполнителям вполне могли пообещать заплатить столько, сколько бы они не заработали за всю свою грешную жизнь. Тем более, ведь от взрывов в крюйт-камерах погибли далеко не все корабли. Некоторые просто утонули. Этих христопродавцев могли просто обмануть, пообещав, что мина не причинит им никакого вреда, если они будут находиться подальше от нее в момент взрыва, а после гибели корабля их обязательно подберут. То, что никого подбирать не стали, тоже вполне естественно. Никому не нужны свидетели. Тем более, т а к и е свидетели. Вот ты, Джеффри, можешь поручиться абсолютно за всех, кто есть на борту?

– Хм-м-м… Пожалуй, что нет…

– Вот и я о том же. За сотню песо на такое, разумеется, никто не пойдет. А вот за сотню тысяч…

– Да кто же будет платить такие деньжищи?!

– Думаю, что те, кто самым наглым образом прибрал к рукам два крупных острова, в пух и прах разнес сначала лягушатников, а потом нас и испанцев, начав диктовать всем свои условия, мыслят несколько иными категориями. Тем более, судя по тому, что мы видели, платить они и не собирались. Возможно, выдали приличный аванс, даже перекрывающий возможную добычу на Тобаго, а остальное пообещали заплатить только после выполнения задания.

– Но если это так, то почему же они не взорвли корабли раньше? Еще до того, как мы высадились на Тобаго?

– Не знаю… Возможно, в этом тоже есть какая-то тайная цель… Ведь не стали же они устраивать нам засаду прямо в месте высадки. Хотя могли. И перебили бы нас еще в шлюпках на подходе к берегу. И наша корабельная артиллерия ничем бы не смогла помочь, так как ей пришлось бы стрелять фактически по нам… Однако, почему-то не захотели…

И вот еще что, Джеффри. Поговори с командой и выясни, есть ли среди наших людей хорошие ныряльщики. Если нет, то поищем среди индейцев на Гренаде. Там такие должны быть.

– Но зачем, сэр?!

– Нужно самым тщательным образом обследовать корпус «Кагуэя» не только изнутри, но и снаружи. От носа до кормы и от киля до самой палубы. Каждую доску, каждый дюйм. Осмотреть и ощупать руками.

– Простите, не понял… Что Вы там думаете найти, сэр?

– Пока и сам не знаю… Но… Не нравится мне все это… Очень не нравится…

Отпустив штурмана, Сирл задумался, глядя на приближающийся берег. Повторный «визит» на Тобаго завершился совсем не так, как он планировал. Из эскадры в двадцать два корабля остался один «Кагуэй», и то потому, что у противника что-то не сработало. Но как бы то ни было, он уцелел, и по возвращению в Порт Ройял можно задать кое-кому ряд неприятных вопросов. А вопросов этих накопилось очень много…


Глава 3

Торжество психологии, или плохо быть жадным и… предсказуемым


Когда солнце исчезло за горизонтом и пытающийся удрать «Кагуэй» изменил курс, надеясь затеряться в темноте, Леонид усмехнулся. Рядом с ним на квартердеке «Песца» стояли офицеры рейдера, внимательно наблюдающие за противником в приборы ночного видения. Справа на траверзе неслась, рассекая волны, крупная яхта «Аврора» – первый корабль пришельцев собственной постройки. Быстроходный разведчик, построенный с учетом всех достижений судостроения XXI века. «Аврора» шла под парусами, экономя топливо и легко выдерживала постоянную дистанцию с уходящим «Кагуэем», а вот более массивный и тяжелый «Песец», в дополнение к поставленным парусам, вынужден был подрабатывать машиной, чтобы не отстать от фрегата. Изменение курса пиратского корабля не осталось незамеченым, что сразу же вызвало оживленную дискуссию.

– А наш мистер Сирл не дурак. Понял, что преимущества в скорости у него нет, вот и пытается сбить нас со следа в темноте.

– И куда же он идет?

– Судя по курсу, шел на Гренаду. Остров принадлежит французам, и очевидно Сирл рассчитывает там отсидеться.

– Интересно, и как долго?

– Пока окончательно не убедится, что его корыто тонуть не собирается. Может суток хватит, а может и неделю там просидят…

Когда «Песец» и «Аврора» выполнили поворот и взяли курс на Тобаго, Леонид спустился в каюту и вызвал яхту по УКВ-радиостанции. Кое что надо было срочно обсудить. Ответили сразу. На «Авроре» находился Карпов, решивший лично руководить сухопутной частью операции, а потом посмотреть, чем закончится финальная – морская часть.

Две легандарных личности, «поставившие на уши» весь бассейн Карибского моря – сеньор адмирал Леонардо Кортес и сеньор полковник морской пехоты Андрэ Карпофф (иначе среди испанцев, англичан, французов и прочих хроноаборигенов их уже никто не называл) хотели уточнить последние данные.

– Значит, мой команданте, пока все идет по плану?

– Все по плану, герр Мюллер! Там сейчас все перепуганные до усеру и ждут взрыва в любой момент. Наш отряд «морских дьяволов» отработал прекрасно. Князь Боргезе был бы доволен своими последователями.

– Да-а, получилось не хуже, чем в голливудском боевике! Я таких спецэффектов не ожидал!

– Не жалеешь, что решил на «Авроре» выйти и все шоу до конца досмотреть? Там на берегу без тебя управятся?

– Нисколько не жалею, мой каудильо!!! Это что-то, Голливуд отдыхает!!! А на берегу еще до выхода «Авроры» в море все закончили, там пока делать нечего. С текущими делами мои хлопцы сами управятся. Ну а дальше что? Может вернемся и утопим «Кагуэй»? Ведь жалко такого противника упускать! Или все же отпускаем мистера Сирла с богом?

– Так он точно уцелел? Ты уверен?

– Уверен, мои хлопцы его опознали. Когда остатки пиратского десанта садились в шлюпки, уже окончательно рассвело, и ошибиться они не могли.

– Не ожидал… Везучий, черт… Значит, пусть уходит! Судя по историческим данным, Сирл далеко не дурак. И раз уцелел, то попробуем разыграть эту карту. Расклад намечается очень интересный, грех от такого отказываться!

– Так может и не надо отпускать этого умника? Как бы он нам потом проблем не создал. Угробили бы всю банду местных гопников целиком, сразу бы в Карибском море спокойнее стало.

– А сейчас и так станет. Подавляющая часть английских и французских пиратов с Ямайки, Тортуги и Сен-Доменга уничтожена. Их корабли тоже. На берегу в Порт Ройяле и на Тортуге осталась одна спившаяся шелупонь, которую не взяли в экспедицию. Новые искатели приключений из Европы сюда нескоро доберутся, так что месяцев пять-шесть относительно спокойной жизни у нас есть. У Сирла осталось от силы человек сорок и один фрегат «Кагуэй». Много он не напиратсвует, и сейчас перед ним встанут совсем другие проблемы. Но зато у нас появляется неплохая возможность попробовать столкнуть его с Сэром Джорджем Монком, герцогом Олбемарлом. Король Англии знал, кого направить на Ямайку в качестве губернатора всех английских владений в Новом Свете. Монк – человек очень умный, хитрый, талантливый военачальник как на суше, так и на море, и фанатично предан королю. Толку с того, что в нашей истории он помер в январе следующего года. За этот год он нам немало крови попортит. А в условиях благоприятного климата Ямайки, возможно, и дольше протянет. Это все же не Лондон с его сыростью. Нам же надо побыстрее вышвырнуть англичан с Ямайки, да и Тортугу с Сен-Доменгом «принудить к миру», пока новый «оргнабор» пиратов из Европы сюда не пожаловал. Тогда в Мехико забудут как про разгром армады этих «неоконкистадоров»-карателей, так и обо всех доносах, где нас обвиняют во всех смертных грехах, в том числе и в пособничестве дьяволу. Лучше расскажи, как там на Тобаго все прошло?

– Да прекрасно прошло! Отслеживали этих бандюков с самого момента высадки и обратно до посадки в шлюпки, когда они удрали. Тихо повязали их разведку, а потом встретили на заранее подготовленных позициях. Применение в реальных боевых условиях новых полевых казнозарядных трехдюймовок прошло более чем успешно. То, что они гладкоствольные, особой роли не играет. На небольших дистанциях картечь по пехоте работает отлично, а унитарный патрон обеспечивает фантастическую для этого времени скорострельность – до двенадцати выстрелов в минуту. Плюс система гашения отдачи и возможность наводки без смещения станины. Все работало без сбоев. Учли ошибки, выявленные на полигоне. Испытания последней фишки Меркелей – гибрида пулемета Гатлинга, авиационной шестиствольной пушки и махновской тачанки тоже прошли на ура, хотя я поначалу и сомневался. Даже приказал на всякий случай рядом три ПКМ держать наготове. Но не понадобились. Гибриды показали себя в самом лучшем виде, обеспечив сильный огонь с фланга. Сам не ожидал такой эффективности от самоделок. Так что, мой команданте, пулеметы собственного производства у нас теперь тоже есть. Хоть и неподъемные, и на «дымаре» работающие, и пока что всего в двух экземплярах, но лиха беда начало. И я лишний раз убедился, что местные пираты на берегу – это обычные вооруженные гопники, а не бойцы регулярной армии. Хотя бы той же испанской пехоты. Они могут воевать только либо против заведомо слабого противника, либо застав его врасплох. А как думаешь, что сейчас Сирл делать будет?

– Думаю, дойдет до Гренады и станет на якорь в укромной бухте, там их хватает. Идти дальше побоится. Остров принадлежит французам, поэтому нападения испанцев можно не опасаться. Сначала все джентльмены удачи дружно рванут на берег, так как нервы у всех на пределе, и загнать их обратно на борт удастся нескоро. Но со временем видя, что взрыва нет, осмелеют. Я уверен, что Сирл будет мыслить в нужном направлении. В том плане, что взрывы кораблей – наших рук дело. И то, что его «Кагуэй» уцелел, счастливая случайность. Подумает, что у нас что-то не сработало. Поэтому прикажет тщательно обыскать корабль.

– И ничего не найдет.

– Правильно. Но поскольку он сразу понял, что на Тобаго его ждали, то сделает вывод, что кто-то слил информацию о предстоящем налете еще в Порт Ройяле. А кто больше всех ратовал за отправку экспедиции?

– Сэр Джордж. И вся его свора чиновников.

– Вот именно. И по возвращению в Порт Ройял наш мистер Сирл вполне может сделать «предъяву» этим сэрам. И даже включить «обратку», как говорили у нас не так давно. И мы можем поиметь неплохую заварушку в стане врага. Не уверен, что будет именно так, но вероятность подобного сценария весьма высока.

– А если нет? Если все же не рискнет ссориться с властями предержащими? Ведь ему тогда идти будет некуда, если проиграет. И кстати, наш старый знакомый Генка Морган куда-то пропал. Вернулся в Порт Ройял чуть живой, помелькал перед всеми, и пропал. Мои люди его потеряли.

– Даже если Сирл и не перегрызется с Монком, мы от этого ничего не теряем. Но вот злобу на Монка он наверняка затаит. И при благоприятном стечении обстоятельств можно удачно сыграть на этом. Ведь фактически это Сэр Джордж послал банду Сирла на убой. Вброс нужной нам информации, рассчитанной на то, что благородные Сэры и не очень благородные джентльмены удачи просто не смогут спокойно усидеть на Ямайке, когда под боком появилось настоящее Эльдорадо, прошел блестяще. И они оказались очень предсказуемы, как и все бандиты, клюнув на такую лакомую наживку. Как Сэр Джордж, так и мистер Сирл со товарищи. А вот Гена Морган… Хрен его знает, куда он делся…

Переговорив с Карповым о текущих делах, Леонид вывел на экран ноутбука карту Карибского моря и призадумался. Операция по «принуждению к миру» Ямайки и Тортуги завершилась успешно. Главные силы английских и французских пиратов полностью уничтожены. Те, что остались в Порт Ройяле – обыкновенная уголовная шпана, которую даже пиратские капитаны брать не хотят. Бой на Тобаго прошел фактически без потерь, несколько легко раненых шальными пулями не в счет. Пиратская флотилия, терроризирующая Карибское море, тоже уничтожена. Молодцы «морские дьяволы», удачную мину разработали. Десять килограммов пироксилина в районе киля для парусника, не имеющего водонепроницаемых переборок, – это не лечится. И активируются эти мины не сразу после установки, а только после того, как корабль снимется с якоря и в море выйдет, так что взрыв произойдет далеко от берега. Ей богу, итальянцы были не дураки, когда придумали свои мины типа «Баулетти»! И теперь похожую конструкцию с успехом удалось восстоздать и в XVII веке. Конечно, взрывчатка попроще, и мощность поменьше, но работает! Заодно и испытания новых видов вооружения удалось провести. Эх, повезло все же с Меркелями! В такой глуши найти талантливых оружейников. Да и алхимик, Манфред Ван-Бателаан – сущая находка. Философского камня он, к сожалению (его собственному), пока еще не нашел, но вот ингредиенты для весьма специфических веществ получает регулярно и в требуемых количествах. Правда, одно время пытался сам с чем-то химичить. Но после того, как его лабораторию пришлось два раза восстанавливать после взрывов, а его самого во второй раз с трудом откачали, все же внял голосу разума (то есть сеньора Кортеса), что он нужен его работодателям живой и здоровый. И если у него есть оромное желание заняться экспериметами по созданию новых видов порохов, или взрывчатых веществ, то ради бога! Но только под чутким контролем его коллег с Тринидада, которые в этом деле уже не то, что собаку, а слона съели. И хорошо знают, как надо, а как не надо делать. Но это дела текущие, хорошо налаженные и пристального внимания пока не требуюшие. На данный момент есть гораздо более серьезные вещи. Несмотря на отбытие почти полгода назад делегации в Мехико во главе с военным комендантом Тринидада Хуаном Фермином де Уидобро, ответа до сих пор так и нет. Лишь одни слухи, которые приносят купцы, доставляющие товары из порта Веракрус. Во всяком случае, крайним дона Хуана за фактическую потерю Тринидада делать не стали и оставили не только живым, но и на свободе, что внушает определенные надежды. Но вот официального ответа от вице-короля до сих пор нет. Как нет никаких известий и из Мадрида. Впрочем, испанская бюрократическая машина никогда не отличалась расторопностью, поэтому для Мадрида это вполне нормально. А вот для Мехико… Пора бы уже и отреагировать хоть каким-то образом. Создается впечатление, что Его Величество вице-король Новой Испании – Антонио Себастьян де Толедо Молина-и-Салазар, маркиз де Мансера (ну и имечко!!!), просто не знает что делать со свалившейся ему на голову проблемой. Во всяком случае, второй карательной экспедиции вроде бы не намечается. Хватило впечатлений после полного разгрома первой. А ярких красок в общую «картину маслом» добавили рассказы тех, кому позволили удрать в процессе разгрома «почти непобедимой армады» полгода назад. Агенты на Маргарите сообщали удивительные вещи. Вот уж действительно, у страха глаза велики. Но, как бы то ни было, больше никто «загнать в стойло» пришельцев не пытался. До вчерашнего дня. Но это событие было в значительной степени подготовлено самими пришельцами, так как иметь под боком разбойничьи «республики» вроде Ямайки и Тортуги – явление не из приятных. И чем отлавливать джентльменов удачи по всему морю, не лучше ли сделать так, что они с а м и соберутся в одном месте? Причем в заранее подготовленном к встрече незваных гостей? И встреча пройдет по заранее разработанному «протоколу»? Вот и был разработан план, основанный на неистребимом желании определенной части местного населения пограбить. Через купцов, регулярно появляющихся на Тобаго, распространили слухи о несметных богатствах, хранящихся в Якобштадте и возникших в результате оживленной торговли. Слухи для местной публики вполне правдоподобные. И если учесть высочайшую степень предсказуемости этой публики, то сомневаться в успехе тщательно разработанного плана не приходилось. Аппетитная приманка была разложена, оставалось только ждать. И слишком долго ждать не пришлось. Мистер Сирл со товарищи и Сэр Джордж Монк, вновь назначенный губернатор всех английских владений в Новом Свете, не обманули возлагавшихся на них надежд! Довольно быстро (по местным меркам) была собрана флотилия из двадцати двух кораблей, которая вышла в море под командованием капитана Роберта Сирла, уже один раз «отметившегося» на Тобаго. Никто не допускал мысли о провале, так как свежая информация из Якобшадта поступала регулярно. Власти Тобаго не чинили препятствий купцам, приходящим с торговыми целями, и шпионы с Ямайки и Тортуги чувствовали себя в Якобшатдте, как рыба в воде… Да вот беда в том, что все они были известны тайной полиции Тринидада и работали под ее чутким контролем, сообщая своим хозяевам именно то, что те хотели слышать. В свою очередь отметились головорезы из конторы сеньора Карпова и в Порт Ройяле, но там они вели себя очень тихо, занимаясь исключительно сбором интересующей информации, и по возможности стараясь не обижать местных обывателей. Если же соблюсти приличия не удавалось, то все обходилось без ненужных свидетелей. А поскольку пьяные драки в Порт Ройяле, причем зачастую со смертельным исходом, не редкость, то и английская колониальная администарция оставалась в благодушном неведении. И даже не допускала мысли, что противник наблюдает за всеми приготовлениями к экспедиции. Как станут говорить много позже – в режиме реального времени.

И все же, хороший расклад получается! Как в воду глядел, когда дал команду не трогать флагманский корабль пиратов при минировании. С самим минированием справились довольно просто – вся флотилия незваных гостей несколько часов простояла на якоре, причем подошла еще в темноте. И пока мистер Сирл со своей бандой совершал пешую прогулку по Тобаго, отряд «морских дьяволов» в полном составе провел операцию фактически в полигонных условиях – прикрепил к днищам неподвижно стоящих на якоре кораблей мины в районе киля, не встретив никакого противодействия. Всем, кроме «Кагуэя». Как выглядит пиратский флагман, подводные диверсанты знали. Рассмотрели его во всей красе еще в Порт Ройяле, во время очередной «командировки». Леонид хотел, чтобы весть о провале экспедиции Сирла с гибелью почти всего отряда дошла до Ямайки как можно скорее. А для этого надо дать кому-то возможность уйти. Конечно, можно было бы выбрать какую-нибудь захудалую посудину, а не фрегат, но уж очень велик был соблазн, чтобы это сделал сам Сирл. Единственная возможная проблема – не было никакой гарантии, что он уцелеет во время боя на острове. И тут пришлось бы довольстоваться только тем, что экипаж «Кагуэя» доставит весть о разгроме экспедиции в кратчайшие сроки. И то хлеб. Но зато если уцелеет, то обязательно вернется именно на с в о й корабль. И на нем вернется в Порт Ройял. И ни у Сирла, ни у кого-либо еще не возникнет сомнения в том, что сам Сирл и его «Кагуэй» уцелели с л у ч а й н о! А как вернется, намечаются очень интересные перспективы. Роберт Сирл умен, злопамятен и никогда не простит такой подставы. Всю интересующую его информацию о Тобаго и Тринидаде он получал от колониальной администрации Ямайки, которая с момента налета «Песца» на Порт Ройял развила бурную разведывательную деятельность. А поскольку желания английских колониальных властей и господ приватиров полностью совпадали, то они быстро нашли общий язык. И теперь к этой самой колониальной администрации у мистера Сирла накопился огромный ворох вопросов и претензий…

Леонид улыбнулся и представил себе «теплую» встречу двух соратников-грабителей – Сэра Джорджа Монка и капитана Роберта Сирла. До драки, конечно, вряд ли дойдет (хотя кто его знает!), но вот то, что эти два джентльмена разругаются вдрызг ясно, как божий день. И на этом можно очень неплохо сыграть, когда придет время… Ну а пока – заслуженный отдых! Сначала на Тобаго, узнать все подробности произошедших событий из первых рук, а потом – домой, на Тринидад. В славный город Форт Росс, форпост Русской Америки. Город молодой и еще не очень крупный, но слава о нем и его обитателях уже разлетелась по всему американскому побережью. И надо думать, не только по побережью. И не только американскому…

Леонид решил отдохнуть до прибытия на Тобаго. «Песец» и «Аврора» идут сейчас под машинами, так как ветер встречный, поэтому никаких неожиданных маневров с парусами не предвидится. Заварив кофе, сел за стол и открыл в ноутбуке файл с фотографиями Матильды, Диего и Мигеля. А также своей шикарной асьенды, возведение которой уже почти закончилось. В конце концов, он адмирал Леонардо Кортес, или как? Вот и надо соответствовать статусу. Чтобы когда серьезное начальство из Мехико прибудет, в грязь лицом не ударить. Глядя на фотографии, погрузился в раздумья о свершенных и грядущих делах, а также о том, какую ношу он взвалил на свои плечи…

С социальным устройством нового самопровозглашенного и официально пока что никем не признанного государства на Тринидаде разобрались быстро. Поскольку вокруг Америка XVII века со всеми последними «достижениями» «просвещенной Европы», то слишком сильно отличаться от хроноаборигенов нельзя. Не поймут-с. Поэтому тридцать пять членов экипажа «Тезея» станут родоначальниками тридцати пяти дворянских родов, основой элиты нового государства. Форма правления – абсолютная монархия (пусть так все думают). Просто и для всех привычно. Государственные языки – русский и испанский. Но вот по поводу религии – церковь не вмешивается в дела государства и не является государственным учреждением. Действие святой инквизиции запрещено. Все конфессии равноправны и не преследуются. Но… Только при условии полной лояльности к государственной власти. Кому не нравится, тот может убираться на все четыре стороны. А кто начнет мутить воду, качая права и разжигая конфликты на религиозной почве, подлежит принудительной депортации без права возвращения. Либо… Но это уже по части службы сеньора Карпова и не для широкой публики. Среди населения есть также свободные граждане как дворянского, так и не дворянского сословия из хроноаборигенов, которые благодаря эффективно действующим социальным лифтам могут добиться многого, в том числе получения дворянского звания и продвижения по военной, или гражданской линии. В то же время, дворянское звание само по себе не дает его обладателю никаких преимуществ в занятии должности и продвижении по службе. Есть также и рабы – негры и пленные пираты. И причем довольно много. Куда же без них? Иными словами – почти все, как у людей. Поэтому хроноаборигены, как посещающие Тринидад по делам, так и прибывающие сюда на постоянное место жительства, попадают в общем-то в привычную для себя атмосферу. Разве что поражены размахом изменений, произошедших в этой глухомани всего лишь за год. Да еще странной фразе некоронованного правителя Тринидада – адмирала Кортеса, оброненной им как-то и пошедшей гулять в народе:

– Ничего, пока что поэксплуатируем ниггеров. Но потом ни одного «афроамериканца» здесь не будет!

За весь путь до Тобаго ничего не произошло. На горизонте несколько раз показывались паруса, но все проходили мимо. Когда наконец-то «Песец» отдал якорь в Большой Курляндской бухте, день уже клонился к вечеру. «Аврора» стала под бортом, и Карпов тут же перебрался на палубу рейдера.

– Здравия желаю, мой команданте! Незваных гостей принимаете?

– Милости просим, герр Мюллер! Какими судьбами?

– Да надо кое что осбудить. Пойдем, поговорим…

Поняв, что Карпов появился не просто так, Леонид пригласил его в каюту. Когда за ними закрылась дверь, предложил отметить удачное завершение операции, но Карпов неожиданно отказался.

– Дома отпразднуем, Петрович. Я сейчас на берег, надо там кое что выяснить, а тебя предупредить пришел. Не стал по радио говорить – мало ли что. Согласно разведданным, твой заклятый друг Гена Морган должен быть где-то поблизости. И не один, а с группой отморозков. Какие-то шашни он водит с Монком, но вот какие именно, наш агент в Порт Ройяле не знает. Причем началось это вскоре после его далеко не триумфального возвращения из Пуэрто Бельо.

– Вот те раз! А когда ты это узнал?

– Буквально вчера, когда банду этих гопников на берегу разнесли. Пока что никому не сообщал, так что ты тоже помалкивай. И поскольку Гена Морган на тебя дюже злой, то может не устоять перед искушением и пальнуть из-за угла. А возможно, это и является его заданием. Поскольку все знают – на адмирале Кортесе все держится. Ты у нас уже знаковая фигура.

– Ну, так уж и все! Преувеличиваешь ты роль моей скромной личности в истории.

– Ни хрена не преувеличиваю! Все контакты с испанцами, французами и голландцами на тебя завязаны, и благодаря тебе налажены. Я бы этих сеньоров и мусью давно передушил, особенно после двух их «крестовых походов» и двух попыток гоп-стопа против нас. А ты умудряешься после всего, что они натворили, не только их в стойло загнать, но еще и нашими друзьями сделать. Причем такими, что они на задних лапках прыгают и хвостом виляют. С голландцами и курляндцами так вообще «любоффф» и полная идиллия. Выращивание двух «боевых хомяков» идет ускоренными темпами. И на Ямайке это прекрасно понимают. Через три года у нас по плану должна начаться третья англо-голландская война. Во всяком случае, так было в нашей истории. И по видимому, все же начнется. Поэтому англичане сейчас будут из штанов выпрыгивать, но пытаться всеми силами устранить такой источник головной боли, как адмирал Кортес. Ведь они прекрасно понимают, что в случае войны с Голландией мы примем ее сторону. Пусть в Европе воевать и не станем, но здесь помощь оказывать будем. Во всяком случае, на море. И тогда англичанам ничего не светит. Да и с французами пока неясно. В нашей истории они были союзниками Англии, и воевали с Голландией еще четыре года даже после того, как Англия заключила мир. А вот как сейчас себя поведут – не знаю. Видишь, какой мы гадюшник разворощили? Уже на события в Европе влияем одним фактом своего существования. И там это многим не нравится.

– Так что ты предлагаешь?

– Не светись на людях, не ходи нигде в одиночку, а лучше вообще пока запрись на своей асьенде на Тринидаде, и носа оттуда не высовывай, пока мы ситуацию не разрулим. Сиди там в окружении домочадцев и охраны, да занимайся государственными делами. Глотки резать и пиратов топить и без тебя кому найдется. Матильда поди уже извелась вся, пока ты тут флотоводишь.

– Хм-м-м… Думаешь, все настолько серьезно?

– Охрененно серьезно, мой каудильо! Ты меня знаешь, я понапрасну панику поднимать не буду. Точных данных о том, что Гена Морган послан именно по твою душу, у меня пока нет. Но из анализа прошедших событий это весьма вероятно. Поэтому сход на берег на Тобаго тебе пока что категорически противопоказан. Тут разномастного люда хватает. Одни приходят, другие уходят, и плотно контролировать всех мы не в состоянии. Поэтому всячески затрудним работу ликвидаторам и исключим создание опасных ситуаций.

– А ты что делать будешь?

– Как – что? Свою работу. А ты свою. У нас, вроде бы, скоро намечается ввод в строй первых паровых кораблей? Вот и занимайся решением глобальных вопросов у себя на асьенде. Развивай морскую доктрину применительно к нашим возможностям, создание собственного могучего флота, налаживание дипломатических отношений с Европой и окрестностями и всякое прочее. А я текучкой займусь. Должен же кто-то это английское дерьмо разгребать…

Слишком долго Карпов задерживаться не стал, и отправился на шлюпке на берег по своим делам с частью экипажа. Леонид вышел на палубу и окинул взглядом бухту, полную стоявших на якоре кораблей. Предчувствие снова не обмануло. Большой Пушистый Полярный Лис крутился поблизости, и Карпов подтвердил возникшие опасения. В том, что англичане будут дейстовать по принципу «все средства хороши», он не сомневался. Если до вчерашнего дня еще и была шаткая надежда сохранить непрочный мир на Карибах, то нападение Сирла на Тобаго поставило крест на этих устремлениях. Англия сделала свой выбор…

Солнце уже почти скрылось за горизонтом, и на холме рядом с Якобштадтом ярко вспыхнул огонь маяка. Одновременно стали зажигаться огни на городских улицах и строящейся набережной. До электричества тут пока еще не дошло, но вот с керосином жители Тобаго уже знакомы. А благодаря некоторой смекалке и зеркалам вогнутой формы, удалось создать довольно мощный маяк, зажигаемый каждую ночь и видимый на много миль вокруг. Леонид взял бинокль и начал рассматривать раскинувшуюся перед ним панораму богатого портового города. Многочисленные лодки, снующие совсем недавно между кораблями и берегом, исчезли. Закончился еще один рабочий день, и сейчас на берегу все готово к услугам гостей. Те, кто никогда не был здесь раньше, с удивлением взирают на ровные линии мощеных камнем улиц и необычный свет фонарей. Те, кто уже побывал раньше, с удовольствием направляются в облюбованные кабачки, коих здесь пруд пруди. Старый форт, который отстроен заново и вокруг которого возник в свое время Якобштадт, сейчас выполняет больше хозяйственные и административные функции, поэтому весь в огнях, а вот два новых небольших, но хорошо вооруженных форта, расположенные с севера и с юга от города на берегу бухты, погружены во тьму. Но все местные жители знают – стража там бдит денно и нощщно. И в случае чего, церемониться с непрошеными гостями не будет.

Ночь прошла спокойно. Никто больше не пытался проверить Тобаго на прочность, но на следующее утро на площади возле старого форта началось привычное действо, характерное для Нового Света. О предстоящем мероприятии жители и гости Якобштадта узнали еще вчера, поэтому площадь была полна народа. Солдаты гарнизона оцепили периметр, и по их виду было ясно, что они без колебаний пустят в ход оружие, если этого потребует обстановка. Наконец ворота форта распахнулись, и из них стали выводить пленных пиратов. Все уже были в кандалах, поэтому бежать им было проблематично. По рядам прошел ропот. Все присутствующие прекрасно знали, что их ожидало, если бы налетчикам сопутствовал успех, поэтому никакой жалости к пленным никто не испытывал. Но вместе с тем порядок тоже сохранялся, и под зловещий гул толпы пленные были согнаны в центр площади. На сооруженный помост поднялся судья острова Тобаго и произнес речь. Четкими юридическими формулировками были озвучены деяния обвиняемых и характер преступных действий. Но закончил свою речь судья несколько неожиданно.

– Все обвиняемые признаны виновными и приговариваются к принудительным работам на Тринидаде.

По толпе пронесся возглас удивления. Никто не сомневался, что пойманные с поличным пираты будут повешены. А тут… Но умные головы быстро начали высказывать предположения, что на этих принудительных работах никто долго не протянет. Между тем, сами пираты были удивлены ничуть не меньше, и кое кто из них уже радостно заулыбался. Но стража не дала им слишком долго осмысливать услышанное, а погнала к берегу. Толпа зрителей поняв, что больше ничего интересного не будет, стала расходиться. И очень скоро жизнь центра города вошла в свое привычное русло. Правда, никто из обывателей не знал, что из старого форта очень внимательно наблюдали за происходящим. И группа снайперов только сейчас покинула подготовленные позиции. Карпов, наблюдавший из окна за всей церемонией от начала до конца, продолжал осматривать площадь и слушал Корнета (в миру майора ФСБ Сергея Оболенского), пришедшего с докладом. Корнет, в отличие от Карпова, одетого в камуфляж, был одет согласно принятой на январь 1669 года моде и от многочисленных купцов, заполонивших Якобшатдт, внешне ничем не отличался.

– … в общем, командир, не нашли. Либо его вообще не было на площади, либо он очень хорошо замаскировался. Благодаря сегодняшней моде на парики и бороды это нетрудно. Мог под какого-нибудь купца закосить, или матроса-пьянчугу, или еще кого. Тут всяких типов хватает. Съемка площади велась из четырех точек. Потом конечно покопаемся в спокойной обстановке, но не думаю, что будет толк.

– Хреново… К сожалению, мы не располагаем фото Моргана. Как назло на тот момент, когда этот горе-партизан вернулся из рейда по испанским тылам, никого из наших в Порт Ройяле не оказалось. А когда мы там появились, он снова исчез. И судить о его внешности мы можем только по словесному портрету да по нескольким рисункам, достоверность которых вызывает у меня большие сомнения. Ведь заранее никто не собирался устраивать опознание этого мерзавца, поэтому и не озаботился покопаться в архивах в поисках подлинных изображений. Значит, наши агенты его не обнаружили на площади?

– Нет. Но они до конца не уверены и говорят, что в такой толпе вполне могли его проглядеть.

– Понятно… И судя по тому, что мы о нем знаем, он д о л ж е н был прийти… Поэтому будем исходить из худшего и считать, что Гена Морган находится здесь и успешно водит нас за нос. Агенты пусть пока покрутятся в районе погрузки пленных на корабль, а потом шляются по городу в сопровождении групп прикрытия. Денег на это не жалеть. Как знать, может случайно и встретят нашего дорогого друга. На Тринидаде тоже на всякий случай встречу подготовим. Хоть и маловероятно, что он туда сунется, но кто его знает…

А далеко от Тобаго, на лежащем более чем в сотне миль к северо-западу острове Гренада, в это время разыгралась настоящая трагикомедия. Когда «Кагуэй» все же добрался до бухты Прикли и стал на якорь, весь его экипаж дружно рванул на берег. Благо, все шлюпки были уже на воде и покидание корабля произошло в рекордно короткий срок. Весь остаток дня и всю ночь фрегат простоял на якоре без единого человека на борту. Почувствовав под ногами твердую землю, пираты повеселели и недавние события уже не казались такими страшными. То ли божественное проведение спасло их, то ли чье-то головотяпство, в конце концов это не так и важно. А важно то, что дотянуться до них тринидадцы в данный момент не могут. Хотя… Вообще-то могут, просто на Гренаде им делать нечего. На этот клочок суши, формально находящийся под властью французской короны, они никогда не зарились. Им своих Тринидада и Тобаго пока что хватает. Поэтому ночь прошла спокойно, никто джентльменов удачи не потревожил. Но на утро началось выяснение отношений. Роберт Сирл видя, что ничего не происходит и «Кагуэй» взрываться не собирается, окончательно успокоился и пришел к выводу, что в хитроумном плане тринидадцев что-то не сработало. Поэтому едва рассвело, отдал команду возвращаться обратно. Но не тут-то было. Подавляющая часть экипажа категорически отказывалась это сделать заявляя, что они лучше поищут себе другой корабль для возвращения на Ямайку, либо вообще останутся на Гренаде. В конце концов, для рядового приватира что английская Ямайка, что французская Гренада – особой разницы нет. А если еще учесть, что многих в Порт Ройяле дожидались кредиторы, то возвращаться с пустыми руками им тем более не было никакого резона. Поиски ныряльщиков среди экипажа также ни к чему не привели. Если таковые и были, то желающих лезть под воду не нашлось. Ни за бесплатно, ни за деньги. И тут Сирл наконец-то осознал степень паршивости ситуации, в которой оказался. В его распоряжении имелся корабль, но фактически без экипажа. И уйти из бухты Прикли он не может. Три человека – штурман Дженкинс и два матроса, бывшие с ним в предыдущем походе на Тобаго и оставшиеся верными своему капитану, погоды не делают. Они просто физически не смогут управиться с фрегатом. Остальные же уперлись, как бараны, и Сирлу ни уговорами, ни угрозами не удавалось загнать команду обратно на борт. Кончилось тем, что до него наконец-то дошло – если он только попытается применить силу, то его просто прибьют. Люди сейчас злые, так как вместо ожидаемого прибыльного налета на тобагских купцов получилось то, что получилось. И в провале все винили Сирла, так как именно он был вдохновителем, организатором и разработчиком этой авантюры. Прошлые страхи остались позади, и когда под ногами оказалась не палуба фрегата, готового в любой момент взлететь на воздух, а твердая земля, многие стали задавать нелицеприятные вопросы своему капитану. На которые у Сирла не было ответа.


Глава 4

О законах Архимеда, Ньютона, Бойля-Мариотта и прочих


За бортом шумела вода, и волны расходились в стороны от форштевня, расскеающего водную гладь залива Париа. Фрегат «Ягуар» мчался по заливу, дымя двумя высокими трубами. Паруса были убраны и сейчас вахтенные матросы на палубе крестились и вертели головой, глядя то на проносящуюся вдоль борта воду, то на берег острова Тринидад, то на квартердек, где собралось все начальство – адмирал Кортес, капитан фрегата сеньор Родригес, а также капитаны фрегата «Кугуар» и корвета «Волк» – сеньоры Ефремов и Пархоменко, недавно назначенные на эти должности и присутствующие на испытаниях первого парового корабля в этой истории, а также все офицеры «Ягуара» и трое «морских дьяволов», оставивших на время свои тайные дела ради того, чтобы посмотреть на это знаменательное событие. Механический лаг – точная копия того, какой оказался на «Тезее» из старых запасов, отсчитывал пройденные мили. Одновременно проводилось тестирование гидродинамического лага, вернее его прообраза. Скорость фрегата определялась также с помощью радара «Тезея», стоявшего на якоре, и отслеживающего развивший полный ход фрегат, сообщая данные по УКВ-связи.

– В среднем двенадцать и три десятых узла, очень даже неплохо!

– В данном случае мы выжимаем из машин все, расход топлива максимальный. Правая машина сто тридцать восемь оборотов в минуту, левая – сто тридцать пять. Да и обшивка подводной части медными листами тоже что-то дает – корабль еще не оброс. Экономический ход будет ниже – порядка девяти-десяти узлов. Но у всех остальных и такого нет.

– Так что, Леонид Петрович, флоту быть?

– Несомненно. Только сначала надо людей подготовить. А то, вчерашнего неграмотного матроса к машине и котлу не поставишь…

«Ягуар» несся вперед, ходовые испытания первого корабля с паровыми машинами пока что не преподносили неприятных и неожиданных сюрпризов. Леонид обсуждал с остальными происходящее, но думал о своем. Прошел уже почти месяц с момента налета отряда Сирла на Тобаго, а официальных известий из Мехико и Лимы до сих пор нет. То, что время от времени появляются новые испанские «купцы», которые на купцов совсем непохожи, говорит лишь о том, что испанские власти хотят держать руку на пульсе, но при этом не отсвечивать и делать вид, что они совершенно не причем. Наконец-то закончили переоборудование первого корабля – трофейного французского фрегата «Ла Куронь», получившего новое имя «Ягуар». Вполне нейтрально, чтобы не связываться с именами разных святых, принятых в испанском, и не только испанском флоте. Называть корабли именами побед русского оружия, или как-то близко к этому, пока что не стоит. Время еще не пришло. Поэтому можно обойтись на данном этапе нейтральными именами, и представители земной фауны для этого вполне подойдут. Именно поэтому фрегат «Ла Куронь» превратился в «Ягуар», фрегат «Флориссан» – в «Кугуар», а грузовой флейт «Гермес», получивший мощную артиллерию на верхнюю палубу – в корвет «Волк». Как говорится, дешево, сердито и никому не обидно. Учитывая весь исторический опыт развития флота в части установки машин, решили остановиться на «классике жанра» – паровых машинах тройного расширения. Что ни говори, но этот тип неплохо себя показал именно в качестве силовых установок морских судов. Котлы пока что пришлось делать огнетрубные. Благо, с топливом не было никаких проблем. Нефтяные скважины в районе озера Питч-Лэйк работали исправно, и самодельные нефтеперегонные установки давали вполне приличные нефтепродукты. Конечно, о высокооктановом бензине речь не шла, но керосин, мазут и подобие солярки получать удавалось. Поэтому на кораблях нового типа котлы сразу стали делать с рассчетом на жидкое топливо. Твердое топливо предполагалось использовать только как резервное. Поскольку переоборудованные корабли должны были оперировать исключительно в американских водах, без пересечения Атлантики, то на первое место вышло требование обеспечение наибольшей скорости и надежности. За дальностью плавания решили пока не гнаться. Именно поэтому все корабли стали делать двухвинтовыми. Силовая установка состояла из двух паровых машин и восьми огнетрубных котлов на жидком топливе. Разумеется, скорость хода под парусами снизилась из-за увеличения сопротивления винтов при неработающих машинах, но Леонид категорически отказался от маразматических требований британских адмиралов, выдвинутых ими в свое время, и продолжавших упорно цепляться за паруса. Когда ради сохранения скорости хода под парусами сильно усложняли конструкцию валовой линии гребного винта только лишь ради того, чтобы убирать его из потока воды и снизить сопротивление при движении. То, что при этом возрастал риск поломки и отказа машины вообще, ретроградов от флота не интересовало. Новый флот Русской Америки не собирался наступать на те же грабли и слепо повторять весь путь проб и ошибок. Концепция, принятая при строительстве флота, не допускала двоякого толкования. Главенствующая роль должна принадлежать машинам. Паруса – лишь вспомогательная и временная мера. Поэтому машины должны быть максимально надежны, даже в ущерб парусам. Вооружение тоже претерпело существенные изменения. Количество орудий на фрегатах уменьшили до тридцати, но все они заменены на казнозарядные, а с корвета (то бишь вчерашнего флейта) убрали всю мелочь, какая там была, и заменили на шестнадцать двенадцатифунтовых казнозарядных орудий собственного производства. Хоть пока и на черном порохе, но местые умельцы во главе с Манфредом Ван-Бателааном уже постарались подтянуть его качество до уровня конца XIX века. Французский порох из Шербура пока еще закупался, но в случае перебоев с поставками можно было обойтись и без него. Удалось также улучшить кое-что из приборов. В частности – перешли на новые магнитные компасы с градусной системой счета, наладили выпуск механических лагов (хоть пока и штучного производства), и в данный момент группа прибывших в Форт Росс голландских и испанских мастеров старается скопировать и наладить производство биноклей, секстанов и хронометров. Там, где платятся хорошие деньги и создаются нормальные условия для жизни и работы, о конфессиональных различиях никто и не вспоминает. А кто пытается разыграть эту карту, разжигая рознь на религиозной почве… Да мало ли несчастных случаев в этих диких краях происходит! И если поначалу были некоторые трения и попытки «наехать» на голландцев, причем лицами явно не мастерового сословия, то после ряда несчастных случаев с этими самыми «лицами» все трения разом прекратились. Умные поняли, а дураки и не догадались. Машины удалось сделать довольно быстро, чего поначалу никто не ожидал. Хотя, свои «первые блины комом» тоже получились, куда же без них. Но стратегия развития местного машиностроения, предложенного стармехом и вездесущим Шуриком, то бишь Сан Санычем Прохоровым, себя оправдала. На станках в мастерской «Тезея» делались станки для нового мира, а также наиболее точные и ответственные детали. Все остальное, включая литейное производство, делалось уже на суше силами хроноаборигенов. Специалисты «Тезея» осуществляли лишь контроль и общее руководство. Первые образцы получились не совсем удачными и их пришлось доводить до ума, но благодаря имеющемуся теоретическому багажу удалось сразу избежать тупиковых решений. И вот в итоге – первый в э т о й истории паровой корабль проходит ходовые испытания в 1669 году. На остальных двух работы близки к завершению. Начало флоту Русской Америки положено. На первых порах два винтовых фрегата и корвет, имеющие казнозарядную артиллерию, отвадят от Тринидада любого противника из местных. А если пожалует многочисленная карательная экспедиция из Европы, то вызовут на подмогу «старшего брата». «Тезей» разберется быстро с любой армадой. Хоть Непобедимой, хоть какой. Но пока еще до этого не дошло. В Мадриде уже должны знать о случившемся здесь более года назад, но пока что никак не отреагировали. Вот и не будем бежать впереди паровоза, который тут еще не изобрели. Пусть все идет, как идет. Если кто снова к Тринидаду и Тобаго сунется, фрегаты и корвет встретят незваных гостей со всем радушием. Пока их сил для этого хватит, но дальнейшая политика развития флота предусматривет не переоборудование имеющихся, а постройку новых кораблей. Если все пойдет удачно, то хотя бы уровня середины XIX века. Благо, деньги и материалы есть, топливная база тоже. А вот главного, увы, пока что явно недостаточно. Поскольку главное – это люди.То, что удалось привлечь на свою строну некоторых испанцев, голландцев и французов, это конечно хорошо. Но без притока русскоязычного населения пришельцы из будущего рискуют со временем раствориться в этой массе. И само понятие Русская Америка станет фикцией. А вот с русскоязычным населением как раз таки и напряг. Ни один корабль из Курляндии с поселенцами пока еще не пришел. Был один, доставивший датских наемников осенью, но он вышел из Европы еще до того, как туда дошли новости о пришельцах из другого мира. Да и с теми, кто есть, своих забот хватает. Народ по большей части неграмотный и для того, чтобы допустить его к чему-то серьезному, нет и речи. Вот и приходится выкручиваться, организуя разные «ликбезы». Хорошо, хоть в строительном деле проблем нет – здесь это неплохо налажено. Поэтому новый город Форт Росс растет, как на дрожжах. Вооруженные силы Русской Америки тоже уже не вызвают смеха у местного населения. Дабы исключить возможную неприязнь со стороны хоть и немногочисленного, но все же испанского гарнизона острова во главе с сержантом Мендосой, Леонид предложил сержанту и его подчиненным всем составом вступить во вновь образованное военное формирование. А поскольку свое жалованье испанские солдаты видели очень давно, и уже не чаяли его когда-нибудь дождаться, то недолго раздумывали над этим предложением. Тем более все рождение новой армии, состоящей практически поголовно из «тонтон-макутов» – вчерашних бесправных индейцев и метисов, проходило на их глазах. И что такое задержка в выплате жалованья там вообще не знали. Так же, как и то, что новая армия занималась именной подготовкой, а не смотрами, парадами и прочей мишурой, рассчитанной на показуху. Что настоящих вояк, таких как сержант Мендоса, не могло не радовать.

Но если с регулярными частями сухопутных войск вновь образованного самозванного государства – пехотой, кавалерией все было более-менее ясно, и их комплектация особых проблем не вызывала, то вот создание технических родов войск и столкнулось с большими трудностями. И проблема была не в недостатке желающих, а в ужасающем уровне безграмотности потенциальных бойцов. Пока численность молодой армии была невелика и специалисты из экипажа «Тезея» могли лично заниматься с каждым новым рекрутом, еще куда ни шло. Но со временем численность возросла и проблема общей и технической грамотности встала со всей серьезностью. Пришлось организовывать нечто вроде «ликбеза». А поскольку кроме артиллерии – основного «потребителя» грамотного контингента в сухопутных войсках, решили подготовить также и танкистов (несмотря на наличие всего трех единиц бронетехники), то можно было представить себе сложность поставленной задачи. Но Леонид и Карпов здраво рассудили, что сначала надо подготовить людей, а потом «железо». И если на каждую из трех БМП будет по десятку хорошо подготовленных экипажей, то это позволит избежать различных случайностей, которые происходят именно тогда, когда их меньше всего ожидаешь. А там чем черт не шутит… Если удастся наладить выпуск хотя бы простейших двигателей внутреннего сгорания через несколько лет, то можно и о создании танков и автомобилей подумать. А будут двигатели для наземной техники, можно и об авиации говорить…

Тут Леонид улыбнулся и подумал, что «Остапа понесло»… Хотя, ситуация совершенно случайно сложилась таким причудливым образом, что авиация в вооруженных силах Русской Америки могла появиться гораздо раньше, чем бронетанковые войска…

Вскоре после триумфального возвращения «Песца» из первого рейда по Карибскому морю, закончившемся страшным разгромом англичан в Пуэрто Бельо и в Порт Ройяле, к Леониду заявилась делегация из Карпова, Прохорова и одного из абордажников Сергея Иванчеко, уцелевшего при взрыве галеона «Нуэстра Сеньора де лас Ньевес», и теперь являющегося командиром роты морской пехоты из «тонтон-макутов». Сразу стало ясно, что в голове Шурика родилась очередная гениальная идея и ему не терпится претворить ее в жизнь. Так оно и оказалось. Правда, после первых слов у Леонида начался приступ хохота, когда он услышал о предложении создать свою собственную авиацию, но Прохоров, дождавшись тишины в каюте, ничуть не смутившись продолжил.

– Напрасно смеетесь, Леонид Петрович! Правда, не Вы первый. Андрей Михайлович тоже сначала смеялся, пока до конца не дослушал.

– Хорошо, не буду… Вы уж простите, Александр Александрович, меня за несдержанность. Что вы там задумали?

– Задумали мы то, что уже сейчас, на имеющемся оборудовании и из имеющихся материалов мы можем собрать несколько сверхлегких летательных аппаратов. У нас есть довольно большое количество портативных мото-генераторов как с дизельными, так и с бензиновыми двигателями. Их можно снять без какого либо ущерба и крутить генератор ветряком, или водяной турбиной, а сами двигатели использовать в других целях. Правда для самолета, и даже мотодельтаплана, их мощность все же недостаточна. Но вот для беспилотника – вполне.

– Так-так… А вот с этого места подробнее. Чья идея?

– Моя, Леонид Петрович. Я ведь не всегда «диким гусем» был… – неожиданно подал голос бывший абордажник.

Леонид сидел и молча слушал человека, наконец-то решившего излить душу…

Сергей Иванченко закончил Харьковский авиационный институт как раз в год обретения Украиной самостийности и незалежности. И очень скоро понял, что при избытке этой самой самостийности и незалежности он – молодой авиаинженер, никому со своей специальностью не нужен. Сначала перебивался случайными заработками, потом попробовал себя, как и его более старшие коллеги-инженеры, разом потерявшие работу, в торговле. И очень быстро это привело к конфликту с местным криминалом, желающим получать свой «законный процент». Может быть все бы и обошлось, если бы местные бандюки не жадничали, но шальные деньги вскружили им головы и аппетиты стали просто запредельны. Поняв, что коммерсанта из него не получится, Сергей решил свернуть торговлю и заняться чем-нибудь другим. Но не успел. Очевидно, в этот день черная полоса была не только у него, но и у доивших его бандитов. Группа подвыпивших «братков» из четырех человек заявилась к нему на квартиру, которую он снимал, и потребовала деньги. Узнав, что сейчас нужной суммы нет, Сергея легонько двинули пару раз и предупредили, что придут через три дня. Может быть, и сейчас бы все обошлось. Но на беду всех присутсвующих, то ли старшему из «братков» срочно позарез потребовались деньги, то ли у него просто испортилось настроение из-за неожиданного телефонного звонка, но только закончив говорить по мобильнику, он решил не ждать три дня. И глубокомысленно подумав, велел своим подчиненным найти утюг…

Если раньше Сергей колебался, то теперь колебания закончились. Изобразив испуг, он заверил, что большая часть требуемой суммы у него есть. Вымогатели, привыкшие к тому, что с объектами вымогательства никаких особых проблем никогда не возникало, расслабились. За что и поплатились. Сергей уже давно утратил веру в равность всех перед законом и в защиту со стороны милиции, поэтому не строил иллюзий по поводу дальнейших отношений с бандитами. Он знал, что рано, или поздно это все равно случится, поэтому подготовился заранее. Пистолет с глушителем хоть и обошелся в приличную (по его меркам) сумму, но зато не подвел и выручил в критический момент. Три «братка» умерли довольно тихо и быстро, не успев даже среагировать на резкое изменение обстановки. Старшего же Сергей сразу убивать не стал. Ограничился тем, что для начала прострелил бандиту правую руку и левую ногу. Утюг ему не понадобился, поскольку в горах Афганистана с электричеством напряженка, и там вполне успешно обходились без электронагревательных приборов. А что афганский «дух», что собственный бандит, у которого крышу сносит от осознания собственной крутизны – для недавнего сержанта ограниченного контингента советских войск в Афганистане, награжденного медалью «За отвагу» при исполнении интернационального долга, разницы не было никакой. Как и моральных терзаний от содеянного. Очень скоро Сергей узнал все. И понял, что оставаться в городе и дальше – опасно для его здоровья. Поэтому в этот же день исчез из Харькова, оставив в запертой квартире четыре трупа. Избавиться от них незаметно не было никакой возможности, поэтому оставалось только бежать, что он и сделал. Как минимум, трое суток его не хватятся и убитых «братков» не обнаружат. Благо, что родители жили не здесь, а в Мариуполе, а семьей он обзавестись так и не успел. После этого последовали Приднестровье, Югославия, Абхазия, Ближний Восток и кое-что еще. Молодой дипломированный авиаинженер был никому не нужен. Но зато сержант, имеющий опыт боев в Афганистане, оказался очень востребован в определенных кругах. И в конечном итоге, после долгих лет скитаний по «горячим точкам», оказался в абордажной команде «Тезея». Что ни говори, а Сергею крупно везло всю его бурную и богатую на приключения жизнь. Он выходил живым и относительно целым из всех передряг, куда попадал, где многие его товарищи сложили головы. Даже на «Нуэстра Сеньора де лас Ньевес»…

– А касательно беспилотников, Леонид Петрович, то это вполне реально. Я еще в школе авиамоделизмом занимался, а в институте мы со СЛА экспериментировали. То есть, со сверхлегкими летательными аппаратами. Было такое движение авиасамодельщиков в Союзе. А когда в «дикие гуси» подался, приходилось дело с беспилотниками иметь. Да и с вертолетами тоже. То, что я по образованию авиаинженер, начальство знало и в случае надобности всегда меня привлекало. Ведь беспилотник – это та же радиоуправляемая модель, только очень большая и электроникой напичканная.

– А сможете такую сделать, Сергей Григорьевич?

– Сам планер – без проблем сделаю. Бальсы здесь навалом, она на Тринидаде растет, даже на материк ехать не надо. Подходящую ткань для обшивки найдем. Запас хорошего клея тоже есть. Нужны легкие и достаточно мощные движки. Но те, что стоят на мото-генераторах, вполне подходят, я проверил. А электронная начинка – у Сан Саныча, как он сам говорит, ее на целую воздушную армию хватит. Аппаратура видеонаблюдения и источники питания у нас тоже есть, какие можно на беспилотнике разместить. Вес позволяет.

– Очень, очень интересно… А что же Вы раньше молчали?

– Так не спрашивал меня никто, вот и молчал. А как разговор за беспилотники зашел, я и поддержал тему.

– А настоящий самолет сделать не получится? Хотя бы что-то вроде «кукурузника»?

– Теортетически возможно создать что-то уровня По-2, или самолетов времен Первой мировой войны. Тот же «Вуазен», «Фарман», «Ньюпор», или «Альбатрос». Даже «Илья Муромец». Но только планер, без движков. Создание достаточного мощного, легкого и надежного двигателя внутреннего сгорания, способного поднять в воздух настоящий самолет, нам пока не под силу. Как научимся их делать – вот тогда и будет у нас не только По-2, но и кое-что получше. Поэтому я и предлагаю начать с беспилотников…

Когда генераторы идеи – Прохоров и Иванченко ушли заниматься своими делами, всерьез озадачив Леонида, он удивленно уставился на оставшегося в каюте Карпова.

– Ну Вы и даете, герр Мюллер!!! Дальше все чудесатее и чудесатее… Чувствую, что у тебя еще что-то в загашнике есть. Какой-нибудь пепелац с гравицаппой для космических полетов? Угадал?

– Почти, мой команданте. К ранее озвученному могу лишь добавить, что в случае успеха в постройке летательных аппаратов тяжелее воздуха, подготовку летного состава я тебе обеспечу. А подготовку технического персонала обеспечат Шурик с Григорьичем.

– Ну, ни хрена себе… Это откуда же у нас инструкторы летной подготовки выискались?

– Один перед тобой сидит. А еще четверо сейчас с нашим взводом фронтовой разведки занимаются. Ты не в курсе, что вся моя группа обучена пилотированию легких самолетов и вертолетов? Разумеется, в кабину «F-15», или «МиГ-31» я не полезу. Хотя, если уж о-о-чень припрет, то взлететь и посадить смогу. Зато вот всякие «Сессны», Ан-2 и им подобные – без проблем. А Корнет – тот даже четырехмоторный транспортник пилотировать может. Вроде американского «Геркулеса», или нашего Ан-12. Хоть и не как настоящий ас, но может. Мало ли, куда судьба злодейка забросит и что под рукой окажется. А умение пилотировать вертолет меня один раз спасло. «Ирокез» с почти полными баками в руки попал, вот на нем и удрали.

– Неужели, в самом Пиндостане?! Ведь это американский вертолет!

– Нет, в Африке. Но такого добра по всему свету хватает.

– Охренеть, герр Мюллер… Ладно, что ты там еще припас?

– Если все получится с беспилотниками, то можно попытаться сделать также несколько легкомоторных самолетов еще до того, как научимся делать собственные движки. У нас есть запасные подвесные моторы к «скифам», причем довольно мощные. Ведь брали с рассчетом на всех, а уцелели только два после взрыва. Я консультировался с Григорьичем по поводу переделки этих движков в авиационные. Практически это возможно, надо только доработать систему охлаждения. Они в своем институте такие опыты проводили.

– А что же наш «авиа кулибин» сразу не хочет самолет строить?

– Не хочет бежать впереди паровоза и рисковать. Ведь клеев двадцать первого века в большом количестве у нас нет, синтетической ткани нет, разных эмалитов, пластиков и прочей хрени тоже нет. Придется использовать исключительно «натурпродукты», какие сможем найти сейчас. А это значит, что аварии опытных образцов неизбежны. И пусть лучше это будут беспилотники. Отработаем на них технологию постройки, а потом уже будем что-то более серьезное делать.

– Что же, разумно…

Разговор получился очень интересным и содержательным. Поскольку в авиации Леонид разбирался чуть лучше, чем никак, сначала Иванченко с Прохоровым, а затем и Карпов постарались максимально просто и доходчиво объяснить ему характер предстоящих работ, сложности на этом пути, а также наилучшие способы применения легкомоторной авиации, если ее все же удастся создать. А то, как бы у сеньора Кортеса дурь не взыграла, и ему не пришло в голову открыть трансатлантическую авиалинию Форт Росс – Париж – Москва. Правда, об этом Леонид все же заикнулся, чем вызвал смех у Карпова.

– Не получится, мой команданте! Дальность полета легкомоторных самолетов невелика. На Тобаго летать можно. Патрулировать вокруг Тринидада можно. На материк тоже летать можно, если там подготовить подходящие посадочные площадки с запасами топлива. Либо летать с таким рассчетом, чтобы топлива хватило на обратный полет. Но перелет через Атлантику – это пока что нереально. Даже если все получится с самолетами.

– Вы меня не поняли, герр Мюллер. Кто здесь говорил о самолетах?

– А на чем же тогда перелетать Атлантику? Пепелаца с гравицаппой у нас нет.

– Историю припомни. Названия «Граф Цеппелин» и «Гинденбург» тебе о чем-нибудь говорят?

– Дирижабли?!

– Они самые. Как бы их ни обхаивали, но они оставили заметный след в истории освоения неба. И если бы не гибель «Гинденбурга» в результате диверсии, то кто знает, как долго бы еще продержались дирижабли на трансатлантических пассажирских и почтовых перевозках. А довольно успешный опыт эксплуатации германских военных цеппелинов в Первую мировую войну говорит о том, что не все там было насквозь плохо, как пытались это доказать противники дирижаблей. Да, аварии были. Но с самолетами этих аварий происходило гораздо больше. Просто авария самолета и авария дирижабля были несопоставимы по финансовому ущербу. А в наше время вспомнили о дирижаблях. Ведь есть виды работ, где они подходят гораздо лучше, чем самолеты и вертолеты.

– Хм-м… Интересно, мой каудильо… А не забыл, от чего «Гинденбург» погиб?

– От пожара, возникшего в результате диверсии и вызвавшего взрыв водорода. В то же время «Граф Цеппелин», также использующий водород, пролетал без аварий много лет. Как и многие другие немецкие дирижабли в годы Первой мировой. Заметь – в б о е в о й обстановке. Это во первых. А во вторых – ты забыл, что мы находимся в Америке? Из всех стран только США использовали дирижабли, наполненные гелием. Не помню всей технологии получения, это надо Шурика озадачить, но там что-то связано с монацитным песком, которого тут хватает. Немцы его даже в Германию для опытов вывозили. Правда, массово все равно использовали водород. Видно, что-то у них не получилось с производством гелия в больших количествах.

– Ну, мой команданте… Вы не перестаете меня удивлять! А ведь действительно, если удастся наладить трансатлантическую н е з а в и с и м у ю ни от кого грузо-пассажирскую линию… Да еще в обход Испании, Англии и всех прочих «доброжелателей». Скажем – прямые рейсы через Голландию, Данию, Курляндию, Швецию и прямо в Московию…

– Вот и я о том же, герр Мюллер. Пусть «просвещенную Европу» жаба задушит. Никто не говорит о перевозках тысяч тонн грузов и сотен тысяч пассажиров. Но обмен делегациями, как дипломатическими, так и торговыми, перевозка через Атлантику дипломатической и военной почты, стратегических материалов и важного оборудования в несколько тонн весом – это вполне реально для дирижабля уровня Первой мировой войны. Никто не говорит, что у нас сразу получится «Граф Цеппелин», или «Гинденбург», или «Мэкон». Но если мы начинаем экспериментировать с беспилотниками перед тем, как начать работы с самолетами, то что нам мешает сделать то же самое с дирижаблями? С теми движками, что у нас есть, это вполне реально. А если есть беспилотник-самолет, то почему бы не быть беспилотнику-дирижаблю? Заодно и в получении гелия потренируемся.

– Ну, Вы и даете, мой каудильо!!! Хорошо, озадачу наших «кулибиных». Пусть думают…

Карпов ушел, оставив Леонида «переваривать» свалившуюся на него информацию. Правда, не слишком долго. От размышлений о создании собственного воздушного флота его оторвала Матильда. Увидев на экране монитора изображения самолетов и дирижаблей, она проявила живейший интерес к возникшим вопросам, а под конец разговора просто ошарашила Леонида.

– Милый, воздушные корабли – это конечно очень инетересно. Но до этого пока еще далековато. Я вот тут посмотрела и подумала, что мы можем сделать уже сейчас.

– И что же?

– В компьютерах я видела рисунки, фотографии и чертежи различных парусных кораблей. Как больших, так и маленьких. Причем также и тех, что были в вашем времени – парусных яхт. Причем некоторые – довольно больших размеров. Ты согласен, что нашему флоту сейчас нужен хотя бы один быстроходный разведчик, который может без опаски появляться вблизи вражеских портов и уходить от любой погони?

– Согласен. Но ведь у нас есть «Беркут».

– Который не похож ни на один из существующих кораблей и будет сразу же опознан. И который расходует огромное количество высококачественного топлива, которое мы пока что получать не умеем.

– И что ты предлагаешь?

– Пока вы громили англичан в Пуэрто Бельо и в Порт Ройяле, я времени даром не теряла и прочитала в компьютере очень много об истории развития флота и оружия. А также попыталась выбрать то, что мы можем сделать сами прямо сейчас. Мы вполне можем построить крупную яхту по проекту из вашего времени. Причем не экономя на материалах – из красного дерева. Обшить подводную часть медными листами – сейчас так еще не делают. И самое главное, за внешне обычным обликом небольшого безобидного парусника будет скрываться корабль, имеющий машину, оружие из вашего времени и радио. «Песец» все же довольно крупный и нельзя гонять его по любому поводу и без повода. А вот легкая быстроходная «гончая», работающая с ним в паре, очень бы пригодилась. Причем такая, что не вызовет никаких подозрений и ее никто не будет воспринимать всерьез. Но которая в любой момент может сбросить овечью шкуру и показать зубы. Я говорила с сеньором Карповым – работы по изготовлению новых пушек идут успешно. Не удивляйся, я уже знаю, что такое гироскопический стабилизатор, оптический прицел, генератор электричества, унитарный патрон и многое другое. Если мы установим на яхте хотя бы одну такую пушку, какие стоят на ваших боевых машинах, то она сможет вести прицельную стрельбу в качку с расстояния до одной мили и больше. Ни одна пушка сегодняшнего дня не сможет сравниться с ней. И такая «гончая» сможет наломать достаточно щепок в случае надобности еще до того, как подойдет на помощь вызванный ей «Песец». Машину можно снять с одной из шлюпок. С той, которая повреждена. Чтобы добираться с «Тезея» на берег и обратно, или ловить рыбу, нам и одной хватит. Зато мы получим крепкий быстроходный разведчик, который не привелечет внимания и будет расходовать намного меньше ценного топлива, чем «Беркут». И который не зависит от ветра. Конечно, скорость под машиной у него будет значительно меньше, чем у «Беркута», но у других и такого нет. Но не это главное, Леонардо.

– А что же?

– Пока в составе нашего флота один – два корабля, не считая «Тезея», вы еще сможете как-то выкрутиться, укомплектовав команды своими людьми. Но когда их станет десяток и больше, где вы будете брать подготовленные команды? Причем такие, какие будут преданы вам и не сбегут, захватив корабли, набитые секретами? Индейцами и метисами, выкупленными из долговой кабалы, вы проблему не решите. Если с формированием пехоты и кавалерии особых сложностей нет, то вот подготовка матросов, а тем более офицеров для новых кораблей с машинами – это совсем другое.

– Гм-м… Дорогая, ты права… Значит что? Будем налаживать учебу. Причем не только для флота. В армии грамотные люди тоже нужны…

С того дня много воды утекло. Корабельный мастер сеньор Бернардо Кампос, работавший до этого на вторых ролях на верфи в Картахене и рискнувший приехать на Тринидад, заинтересовался странным проектом двухмачтового кораблика с большим балластным килем. Причем его сразу предупредили, что на корабле будет установлена машина, подводная часть обязательно должна быть обшита медью, а материалы для постройки применять самые лучшие, какие только есть. Стоимость материалов не имеет значения, но конечно в разумных пределах. Воодушевленный корабел, узнав от таких поистине райских условиях, деятельно взялся за работу. И вскоре на воду сошла двухмачтовая яхта «Аврора», воплотившая в себе все достижения парусного кораблестроения, накопленные до начала XXI века. Работы по модернизации трофейных кораблей и установке на них паровых машин шли своим чередом, но Леонид, переговорив с Карповым и всеми «морскими дьяволами», твердо решил. На модернизированных кораблях, а также на всех последующих кораблях сосбтвенной постройки с паровыми машинами, не должно быть н и ч е г о из XXI века. Разве что кроме радио и приборов ночного видения. Все остальное – навигационные приборы и инструменты, машины, котлы, насосы и прочие механизмы должны быть сделаны из местных материалов и на местных станках. Надо исключить малейшую возможность ухода артефактов из будущего на сторону. Исключение составляют лишь «Песец» и «Аврора». Здесь наоборот – никаких ограничений нет и все должно быть направлено на достижение максимальной эффективности. Именно поэтому рейдер и яхта обзавелись невиданным в XVII веке оружием – орудиями со стабилизацией, собранными из запасных стволов и механизмов пушек БМП. Ночные и дневные прицелы обеспечивали точную стрельбу в любое время суток, а стабилизация стволов давала возможность вести огонь в качку. Радиостанции УКВ и ПВ/КВ диапазона позволяли поддерживать связь как между собой, так и с «Тезеем» на большой дистанции. Электроэнергию вырабатывали портативные мото-генераторы, расходующие немного топлива. А если учесть, что вся крупнокалиберная артиллерия «Песца» была заменена на казнозарядную собственного производства, дававшую до трех выстрелов в минуту, то для пиратов Карибского моря настали грустные времена. И не только для пиратов. Иными словами, появившаяся на Тринидаде «сладкая парочка» вполне могла наделать шума в Новом Свете еще до того, как в строй войдут паровые корабли.

И она наделала. Ох, и наделала! «Аврора» приняла боевое крещение во время нападения эскадры Роберта Сирла на Тобаго. Когда легкая быстроходная яхта непривычных очертаний появилась в Большой Курляндской бухте, то особого фурора среди жителей Якобштадта и гостей города не произвела. Так, обычное любопытство. Поскольку внешне кораблик хоть и отличался от того, что строили в XVII веке, но не настолько, чтобы заподозрить в нем что-то сверхестественное. Почти весь переход от Тринидада до Тобаго прошел под парусами, поэтому наличие дизельного двигателя, снятого с поврежденной шлюпки «Тезея», удалось скрыть. Привычная для сегодняшнего дня артиллерия на яхте тоже отсутствовала, поэтому ее никто и не воспринял, как серьезного противника. Сделали себе тринидадские колдуны игрушку для хождения под парусами, ну и ладно. Да, красивая. Да, быстроходная. Но для чего ее применять? Грузы возить? Маловат кораблик. Хотя, если что-то небольшое и очень срочное – вроде почты, то вполне сгодится. Для патрульной службы вокруг Тринидада? А вооружение где? Нет, для этих целей вряд ли. Хотя, кто их знает, этих хитрых тринидадацев. Если они обычного «купца» во что-то ужасное переделали, которое целые эскадры топит, то что же можно ожидать от кораблика, хоть и маленького, но который они построили с а м и? Среди обывателей высказывались самые различные предположения, но все сводилось к одному – «Аврора» не так проста, как кажется. И на что она способна, покажет будущее.

А будущее оказалось не за горами. Информация о предстоящем визите Сирла была доставлена на Тринидад своевременно, и «Песец» с «Авророй» заранее вышли на охоту. Но если «Песец» прятался до поры до времени от посторонних глаз, то «Аврора» наоборот появилась в самом центре событий задолго до того, как там появились главные действующие лица. А поскольку назначение пятидесятитонной яхты было весьма и весьма специфическое, и количество артефактов из будущего на единицу объема корпуса и площадь палубы просто «зашкаливало», то и экипаж на «Авроре» был соответсвующий. Решили, что с самого начала яхта будет вотчиной отряда «морских дьяволов», то есть подводных диверсантов, возглавляемых лично Князем (в миру капитаном третьего ранга Трубецким) и состоящим из Флинта, Янычара (в миру капитан-лейтенанты Филатов и Борисов), а также группы специально отобранных пацанов из индейцев и метисов, ненавидящих испанцев, которых пришлось спешно подтягивать в образовании. Причем не только тому, как обращаться с легководолазным оборудованием, стрелять из невиданного оружия и резать глотки, но также и основам физики, химии и математики, дабы новоявленные рекруты подводного спецназа не шарахались в страхе от неожиданно заработавшей радиостанции, или включенной лампочки. Отдельной темой стало обязательное изучение русского языка. Точно такой же порядок допуска и подготовки экипажа установили на «Песце», чтобы отсечь всех нежелательных элементов. И это сразу же дало свои плоды. Тайная полиция сеньора Карпова очень быстро зафиксировала повышенный интерес к «Авроре» со стороны некоторых личностей испанской национальности. Полностью скрыть информацию о строящемся корабле было невозможно, поэтому ее постарались исказить, но до разумных пределов. А поскольку никаких последствий «мышиная возня» вокруг верфи не имела, то агенты противника пребывали в твердой уверенности как в высокой эффективности своей работы, так и собственной безопасности. Им было невдомек, что сеньор Карпов всякий раз только руками разводил, обнаруживая очередного «штирлица», и приговаривал.

– Ребятки, да когда же вы нормально работать научитесь?! Так недолго и самому квалификацию потерять. Прямо, хоть мастер-класс по шпионажу вам проводи…

В итоге очередной «штирлиц» оказывался «под колпаком у мюллера» и дальше работал с максимальной нагрузкой, поставляя своим шефам нужную информацию. Разумеется такую, которая умело подбрасывалась ему сотрудниками тайной полиции. Способ, предложенный Карповым в самом начале тринидадской эпопеи, себя оправдал. Зачем отлавливать и уничтожать вражескую агентуру? Ведь ее можно тихо выявить и заставить работать в своих целях, снабжая нужной дезинформацией. И пока не начнут прямо вредить, то и пусть копошатся. Вреда от этого никакого нет, сплошная польза. Пусть сеньоры довольно потирают руки, считая, что выведывают ценную информацию у тринидадских пришельцев. Когда шпион выявлен, он не опасен. Именно поэтому случаи ликвидации испанских агентов были очень редки и всегда это представляли, как несчастный случай. Вся агентурная сеть испанцев на Тринидаде была давно выявлена и работала под негласным, но плотным контролем. На Тобаго же все было гораздо сложнее и одновременно проще из-за тамошнего «интернационала». Кого там только не было – французы, голландцы, англичане, испанцы, даже португальцы отметились. Сложнее в том плане, что шпионская братия на Тобаго оказалась значительно более многочисленна, чем на Тринидаде, который все же оставался вотчиной испанцев и посторонние там особо не появлялись, так как выглядели белыми воронами. А проще – эта шпионская братия оказалась очень сильно склонна к конкуренции, причем до драки, и тобагскому филиалу тайной полиции Тринидада частенько удавалось устранять вражеских агентов чужими руками, умело стравливая их друг с другом. Причем так, что удавалось сохранить видимость полной непричастности тринидадцев к происходящим событиям.

Но поскольку «Аврора» прибыла в Якобштадт буквально накануне нападения, ничего особенного английской агентуре узнать не удалось. Во время боя на суше она тоже участия в боевых действиях не принимала, минирование эскадры Сирла проводилось с легких быстроходных «скифов». Но вот когда пиратская флотилия выбрала якоря и стала уносить ноги, сразу же бросилась вдогонку, поддерживая связь с «Песцом» по радио. В итоге операция по полной ликвидации пиратов Ямайки и Тортуги завершилась успешно. Один уцелевший «Кагуэй» погоды не сделает. И теперь пора бы снова визит в Порт Ройял нанести. Да и на Тортугу заодно… Но… Пока рано! Пусть сеньоры в Мехико и Лиме до этого сами дозреют. Так как «навести шороху» в Порт Ройяле еще раз можно без проблем, но вот удержать Ямайку без помощи испанцев не удастся. С Тортугой же ситуация еще более скользкая. С Францией, в отличие от Англии, лишний раз лучше не ссориться. Навести порядок на Тортуге и Сен-Доменге, навсегда отбив охоту к поддерживанию пиратства в Карибском море у тамошнего населения, конечно надо. Причем не столько у населения, сколько у местного губернатора – месье Бертрана д'Ожерона, ставленника французской Вест-Индийской Компании, который сделал очень много для развития пиратского промысла в этих водах. Вот и надо бы месье губернатору доходчиво объяснить, что он неправ. Но только очень аккуратно – без лишних трупов, больших разрушений береговых укреплений и прочих безобразий. Так, если только самую малость… Чтобы дошло быстрее… И отбирать Тортугу и Сен-Доменг у Франции не стоит. Зачем? Губернатор может и новый найтись, гораздо более вменяемый и запредельной алчностью не страдающий. Как говорится, у короля много… И губернаторов в том числе. Поэтому и обижать короля Франции, нагло хапнув его владения в Новом Свете, все же не следует. Только-только с французами взаимопонимание наладилось. Так что пусть и дальше над Тортугой и Сен-Доменгом развевается французский флаг, но вот ни одного пирата там больше не будет…

– Корабль справа тридцать!

Крик впередсмотрящего с фор-марса оторвал Леонида от размышлений и он посмотрел в бинокль в указанном направлении. Из-за островов, находящихся в восточной части пролива Бока-дель-Драгон, показался довольно крупный корабль, входивший в залив Париа. Расстояние было довольно большим, поэтому флаг рассмотреть не удавалось. Вскоре из-за мыса показался еще один корабль меньших размеров. По рядам орудийных портов на батарейных палубах сразу стало ясно, что корабли военные. Давно здесь не было таких гостей…

– Дон Леонардо, может опять по нашу душу?

Возглас капитана Родригеса первым нарушил тишину на квартердеке. За год с лишним испанец уже неплохо научился говорить по-русски, но чтобы избежать произношения сложных словесных конструкций вроде имени-отчества, решили обращаться к друг другу по старинке, как и раньше. К нему подключились и остальные офицеры, высказывая различные предположения. Но у Леонида было свое мнение.

– Не думаю, дон Антонио. Уж очень несерьезные силы. Галеон и фрегат. В эскадре сеньора Элькано вымпелов побольше было. А уж про сеньора Эспиносу с его «почти непобедимой армадой» я вообще не говорю. Скорее всего, Его Величеству либо просто надоело играть в молчанку, старательно делая вид, что ничего не происходит, либо случилось что-то такое, что вынудило его выйти из этого состояния. Нет никаких сомнений, что подробности разгрома эскадры адмирала Эспиносы известны в Мехико, Лиме, а скорее всего, уже и в Мадриде. И пытаться снова действовать против нас грубой силой – значит изначально обрекать себя на поражение. Думаю, наконец-то с нами решили установить официальный контакт, послав наделенных соответсвующими полномочиями представителей. Убедить нас в своем добром отношении и извиниться за свершившиеся недоразумения, произошедшие исключительно по вине исполнителей, действовавших самовольно и никакого приказа свыше не получавших. Либо полностью извративших приказ и действовавших исключительно в целях своей выгоды. Тем более, на мертвых можно свалить все, что угодно. А мы сделаем вид, что поверим. И предложим развивать наши добрососедские отношения дальше. Не первый раз. Такое случается сплошь и рядом.

– Возможно, возможно… Но все равно, нам придется быть готовым ко всяческим неприятностям.

– Так кто бы сомневался, господа. Там, где действует большая политика, всегда надо ждать любых пакостей даже от того, кто казалось бы полностью на твоей стороне. В том мире, откуда мы пришли, один из наших императоров высказал как-то хорошую мысль, что у страны может быть только два союзника – армия и флот. На все прочее рассчитывать не стоит. И я согласен с ним.

– Так что делать будем?

– Идем навстречу. Посмотрим, кого нам либо господь послал, либо черти принесли. Ведь все равно выяснить это надо. Так лучше сделать это заранее…

«Ягуар» немного изменил курс и помчался навстречу обнаруженным кораблям, которые уже обогнули остров. Бирюзовые воды залива Париа с шипением расступались перед носом фрегата и расходились волнами в стороны за его кормой. Можно было только представить, какие мысли посетили головы тех, кто сейчас наблюдал за «Ягуаром» с палуб и мачт испанских кораблей. Обычный фрегат идет без парусов небывалым ходом, а за ним тянется шлейф дыма. При желании всегда можно сослаться на козни диавола! Правда, в свете предыдущих попыток, если и найдутся желающие, то будут делать это с оглядкой. А то, как бы самому от этих козней не пострадать. Господь-то, конечно, поможет… Да вот только когда и кому, никто не знает…

Между тем, идущий головным корабль быстро приближался, и в бинокль уже можно было разобрать поднятый на мачте испанский флаг. На палубу высыпал весь экипаж, во все глаза наблюдая за невиданным чудом. Многие крестились и шептали молитвы. «Ягуар» же, соблюдая положенный этикет, разрядил орудия одного борта, салютуя гостям, когда дистанция между ним и галеоном сократилась до одной мили. Испанцы ответили тем же. Грохот выстрелов разорвал тишину и клубы дыма поплыли над волнами. Фрегат тринидадцев с развевающимся на мачте Андреевским флагом проскользнул в полумиле по борту галеона и обменялся салютом с идущим следом испанским фрегатом, а после этого без всяких видимых усилий обошел вокруг обоих кораблей, чем несомненно привел там всех в состояние запредельного изумления. Расстояние было небольшим, поэтому удалось хорошо рассмотреть группу богато одетых вельмож, сгрудившихся возле фальшборта на квартердеке галеона и во все глаза смотрящих на настоящее чудо. Причем там были не только мужчины, но и женщины. Инородным пятном выделялись сутаны священников, истово крестящихся при виде столь богопротивного зрелища. Благодаря хорошей оптике быстро удалось обнаружить в этой группе военного коменданта Тринидада, сеньора де Уидобро, отправленного послом в Мехико. Остальные были незнакомы. Но неожиданно Леонид встретился взглядом с молодой девушкой, с огромным интересом рассматривающей «Ягуар» и ему показалось, что это лицо он уже где-то видел. Только никак не мог вспомнить, где именно…


Глава 5

Обреченные на дружбу


– Иными словами, дон Леонардо, я очень рад, что все разрешилось благополучно…

Дон Франсиско Альварес де Толедо, посол его величества вице-короля Новой Испании дона Антонио де Толедо и Саласар, маркиза де Мансера, всячески рассыпался в любезностях перед доном Леонардо Кортесом, самопровозглашенным то ли королем, то ли президентом, то ли каудильо, то ли просто главой военной хунты Тринидада и присутсвующими на встрече высоких договаривающихся сторон лицами – сеньорами Карповым и Немчиновым, на пристутсвии которых настоял Леонид. Первого – как своего первого заместителя по «хунте» и командующего сухопутными войсками Тринидада, а второго – как главу тринидаского казначейства и «минвнешторга», в чем сеньор Немчинов за последнее время изрядно преуспел. Но поскольку разговор шел на испанском, а с испанским языком только у него одного из присутствующих были серьезные проблемы, то со стороны представителей Тринидада был еще один человек с чисто техническими задачами – переводчик, который вполголоса синхронно переводил сеньору Немчинову все, о чем говорили остальные. И поскольку в составе испанской делегации своего толмача не было, а все хорошо овладевшие за этот год русским языком испанцы с Тринидада оказались очень заняты, то обязанности синхронного переводчика пришлось выполнять… хозяйке дома, очаровательной сеньоре Веласкес. Которая только внимательно слушала и тихонько переводила все «банкиру», но в разговор мужчин не встревала, а лишь время от времени скользила взглядом по лицам сидящих напротив испанцев и мило улыбалась, давая понять, что почитает за честь пристутствовать в таком уважаемом обществе, но ничего в этих заумных политических делах не соображает, свое место знает и мешать не будет. Со стороны же испанцев состав делегации был куда более представительным. Возглавлял посольство сиятельный граф де Толедо, наделенный широкими полномочиями и посланный на Тринидад его величеством вице-королем Новой Испании с одной целью – укрепить дружбу с пришельцами из другого мира и создать все условия для дальнейшего успешного сотрудничества. Разумеется, посол не озвучил, сколько душевных терзаний потребовалось его величеству на принятие этого решения, но факт оставался фактом – попыток действовать с позиции грубой силы больше не было. Разгром сначала французской эскадры, а потом и испанской адмирала Элькано в заливе Париа, разгром отряда Генри Моргана в Пуэрто Бельо, разгром Порт Ройяла и разгром эскадры адмирала Эспиносы в дополнение к тем сведениям, что доставил в Мехико посланец сеньора Кортеса, заставили его величество крепко призадуматься. Ситуация сложилась патовая – либо идти на уступки пришельцам, разрешая им творить на Тринидаде все, что они захотят (потому, что на любой контроль со стороны кого бы то ни было пришельцы были категорически не согласны), либо с Тринидадом можно сразу распрощаться. Поскольку все попытки действовать силой провалились. И вице-король принял мудрое решение, предпочтя выбрать из двух зол меньшее. Как на это посмотрят в Мадриде, пока неизвестно. Но в данной ситуации, если упорно продолжать наступать на те же грабли, то можно сначала лишиться Тринидада, а потом и не только Тринидада. Черт их знает, этих пришельцев, на что они еще способны. А так они наоборот предлагают помощь, причем не эфемерную, а конкретную – возвращение Ямайки под власть испанской короны. Но не за спасибо, разумеется, а за признание своих прав жить на Тринидаде так, как они хотят. Формально остров остается в составе Испании, но с предоставлением полной автономии и неподконтрольностью испанской юрисдикции. Иными словами, это будет полностью независмая провинция, вся подчиненность которой Испании должна сводиться к необходимости уплаты налогов в испанскую казну. Предложение оказалось очень необычным для всех, но выбирать было не из чего, поэтому пришлось согласиться. И вот теперь дон Франсиско рассыпался в любезностях, стараясь наладить контакт с невесть откуда взявшимся «доном» Леонардо и бандой его головорезов, сумевших за короткий срок установить свои порядки на Карибах. Вторым, не менее важным лицом в испанской делегации, оказался епископ из Вальядолида Франциско Антонио Сармьенто де Луна, посланец его преосвященства Пайо Энрикеса де Ривера, архиепископа Мехико. Поскольку события на Тринидаде явно вышли из-под контроля испанских властей, а численность испанского населения здесь сильно увеличилась после появления непонятных пришельцев, причем подавляющее большинство этого самого населения явно симпатизирует пришельцам, то надо бы хорошенько разобраться, что к чему. А то, сведения уж очень противоречивые. Поэтому сеньор де Луна и прибыл сюда, как официальный представитель святой церкви, чтобы уточнить, с чем же пришлось столкнуться испанским подданным. После завершения визита он покинет Тринидад, а вот четверо монахов, прибывших вместе с ним, останутся на острове, дабы нести всем Слово Божие. Остальные представители испанской делегации выполняли больше не дипломатические, а сугубо деловые функции, и из них при разговоре присутствовали только трое. Майор артиллерии Николас Эстевес де Карменатис – участник обороны Сан-Аугустина во время нападения на город отряда Роберта Сирла в мае 1668 года., капитан Матео Алонсо де Уидобро – моряк и однофамилец бывшего военного коменданта Тринидада, а теперь губернатора, а также сам новоиспеченный губернатор сеньор Хуан Фермин де Уидобро собственной персоной. Но если губернатор был уже хорошо знаком с местными реалиями, и сразу постарался создать дружескую атмосферу встречи, то вот остальные вели себя сначала несколько настороженно. Но очень скоро ледок недоверия растаял и беседа перешла в конструктивное русло. А поговорить было о чем!

Знакомство с чудесами началось для испанцев сразу же, едва они вошли в залив Париа. Когда галеон «Сан Сальвадор» и фрегат «Идальго», на которых прибыла делегация из Мехико, обогнули остров Чакачар и вошли в залив, взорам путешественников открылось необычное зрелище. В нескольких милях на большой скорости шел фрегат, за которым тянулся шлейф дыма, причем корабль шел с убраными парусами! Хорошо, что посол пришельцев из другого мира – сеньор де Уидобро уже рассказал всем присутствующим в общих чертах, с чем они могут столкнуться, поэтому заявлений о происках дьявола было немного. Но вот в то, что на корабле возник пожар, поверили все. Между тем, фрегат не меняя скорости резко изменил курс и пошел на сближение, отсалютовав из пушек прибывшим гостям. А затем легко обошел «Сан Сальвадор» и «Идальго» вокруг и лег на параллельный курс, подойдя довольно близко к галеону. Так, что можно было поговорить. С фрегата, на носу и корме которого удалось рассмотреть название «Ягуар», на хорошем испанском прокричали приветсвие и предложили следовать за фрегатом, который проведет гостей до самого рейда. После этого «Ягуар» вышел вперед и уменьшил скорость, подстраиваясь под идущих следом «Сан Сальвадор» и «Идальго». Во всяком случае, никаких чертей с рогами и хвостами на его палубе не оказалось, поэтому на палубе испанского флагмана народ несколько успокоился. А когда вдали рассмотрели стоящий на якоре железный корабль, пришедший из другого мира, то это вызвало самые оживленные пересуды и нового губернатора Тринидада просто засыпали вопросами. Тем более, сеньор де Уидобро не раз бывал на этом корабле, хорошо знал многих пришельцев и его незапланированная лекция имела бешеный успех. Даже упертые скептики – священники, во главе с его преосвященством епископом де Луной, были вынуждены признать, что Чудо все же произошло. Неизвестно, кем именно оно сотворено – Господом, или дьяволом, но сам факт Чуда есть и от этого уже не отмахнуться. Вот и придется теперь разбираться на месте во всех тонкостях произошедших событий. Моряки же во все глаза смотрели на корабль из другого мира и по мере приближения поражались как его размерам, так и непонятной конструкции, абсолютно ни на что не похожей. Когда «Сан Сальвадор» и «Идальго» наконец-то добрались до рейда и стали на якорь, добавлять острых ощущений гостям не стали, и доставили на берег на обычных гребных шлюпках, а затем разместили в самых обычных домах, к которым они привыкли в городах Новой Испании.

К прибытию официальной испанской делегации готовились давно, поэтому все сделали без спешки. Первая, неофициальная встреча произошла сразу же, едва испанцы ступили на берег. Гостей встретил сеньор Карпов с группой офицеров и извинился, что сеньор Кортес в данный момент находится в море на испытаниях нового корабля и поэтому пристутсвовать не может. И поскольку гости все равно устали с дороги, то им предложили сначала отдохнуть, а на следующий день встретиться в резиденции сеньора Кортеса и поговорить более обстоятельно, на официальном уровне.

И вот сегодня они встретились лицом к лицу. Официальные представители вице-короля и прошедшие сквозь время. И от того, как пройдет первая встреча, зависит очень многое. Это понимали все, но тем не менее, встреча едва не закончилась провалом. После официальных приветсвий и представления друг другу, посол вице-короля начал свою речь, в которой с первых же слов стало ясно – его величество все же не теряет надежды «загнать в стойло» строптивых пришельцев, пытаясь навязать им главенство назначенных на Тринидад испанских чиновников и обязанность отчитываться перед ними. Едва это стало ясно, как Леонид, дождавшись паузы в речи, довольно резко ответил.

– Мне очень жаль, дон Франсиско, что Вы и Ваши люди напрасно проделали столь долгий путь…

Наступила оглушительная тишина. Все испанцы замерли, так как не ожидали ничего подобного. Но дон Франсиско все же попытался спасти ситуацию.

– Простите, но почему Вы так считаете, дон Леонардо?

– Потому, что в предлагаемом Вами варианте его величество хочет видеть нас своими подданными. Если я недостаточно четко написал в своем письме, то могу повторить. Мы не являемся подданными его величества короля Испании и не стремимся ими стать. Мы – свободные люди, пришедшие из другого мира по воле Господа. Но даже если он и отправил нас в этот мир, то вовсе не для того, чтобы сделать чьими-то вассалами, или пешками в чужой игре. Мы уже больше года провели в этом мире и поняли, что путь назад для нас закрыт. Мы с первого же момента, как здесь появились, постарались наладить хорошие отношения с Испанией. И что получили в ответ? Сплошные интриги чиновников и две попытки нас уничтожить. Первая закончилась полным фиаско не по нашей вине, хоть и привела к гибели всей эскадры адмирала Элькано и гибели большого числа испанских подданных. А вот вторую – карательную экспедицию адмирала Эспиносы, вышедшую с Маргариты и прикрытую фиговым листом борьбы с приспешниками дьявола, мы уничтожили сами, что привело нас фактически к состоянию войны с Испанией. Повторяю – если Его Величество признает за нами право жить по своим обычаям на Тринидаде, то мы окажем ему всяческую помощь в обороне Тринидада и наведении порядка в Карибском море, давно ставшего рассадником пиратства. Мы окажем военную помощь в возврате Ямайки под власть испанской короны. Мы поделимся с вами своими знаниями и приложим все силы к дальнейшему процветанию не только Тринидада, но и всех испанских владений в Новом Свете. Мы просим только одного – не мешайте нам жить так, как мы хотим. Если же нас по прежнему считают кем-то вроде пиратов, захвативших Тринидад, и пытаются набросить на нас ярмо в виде обязательного полного подчинения юрисдикции Испании, то говорить не о чем. Можете возвращаться в Мехико и доложить, что я, Леонардо Кортес, капитан имперского флота, волею Господа нашего Иисуса Христа посланный в этот мир, объявляю Тринидад своим. И буду защищать его от любых посягательств со стороны кого бы то ни было. В том числе и со стороны Испании, первой напавшей на меня и моих людей и с которой мы до сих пор находимся в состоянии необъявленной войны. Что вам нужно, дон Франсиско? Мир, или война? Определитесь сейчас.

Посол умел держать себя в руках, поэтому хоть и не сразу, но все же произнес достаточно спокойно.

– Такой вопрос может решить лишь Его Величество, дон Леонардо. Я лишь передал Вам его волю.

– Полностью с Вами согласен, дон Франсиско. Но имеено на информации, полученной от Вас и ваших людей, будет основываться решение Его Величества. Разве я не прав?

Напряженность ощущалась в возникшей тишине очень явственно, и казалось, что еще немного и грянет взрыв. Гордые и надменные испанцы явно не ожидали такого. Положение спас губернатор, неожиданно вмешавшийся в разговор. Дон Хуан уже достаточно хорошо изучил пришельцев и знал, что говорить с ними с позиции силы – это только нажить себе врагов.

– Разумеется правы, дон Леонардо. Именно за этим мы и прибыли сюда, чтобы решить все вопросы и устранить те разногласия, которые, как ни печально это сознавать, все же имели место между нами. Либо по недомыслию, либо по злому умыслу тех, кто был виновен в этом…

И тут дон Хуан блеснул краноречием, сделавшем бы честь любому дипломату. Да так, что Леонид и Карпов аж заслушались, а Матильда едва успевала переводить. В яркой и эмоциональной речи было все – и благодарение господу за то, что он спас дона Леонардо и его людей от верной гибели в неравном бою. И то, что именно подданные Его Католического Величества короля Испании оказались на пути пришельцев и протянули им руку помощи. И то, что только благодаря преступным намериниям некоторых чиновников, которых за это уже покарал господь, случились те трагические события, бросившие тень на отношения испанцев и пришельцев из другого мира, заставивших их усомниться в искренности дружбы. И что главная задача, ради которой они собрались сегодня, не допустить повторения подобных трагических случайностей в дальнейшем и укрепить дружбу между Испанией и представителями другого мира. Слушая речь Хуана де Уидобро, Леонид все больше убеждался, что вице-король не прогадал с кандидатурой нового губернатора Тринидада. Уж кто-кто, а сеньор де Уидобро лучше, чем кто бы то ни было знал, что с сеньором Кортесом со товарищи лучше дружить, чем воевать.

Когда губернатор закончил свою речь, слово взял Леонид. Оставалось закрепить успех.

– Полностью с Вами согласен, дон Хуан. Мы прожили бок о бок много месяцев и Вы имели возможность убедиться – никто из нас не хочет войны. Тем более, фактически ведь ничего и не изменится во взаимоотношениях Тринидада и Испании. Разве только испанская корона станет получать гораздо большую прибыль по сравнению с той, что получала до сих пор. Давайте смотреть правде в глаза, сеньоры. Тринидад не имеет в своих недрах ни золота, ни серебра, находится в стороне от центров Нового Света и по большому счету никакой ценности для Испании не представляет. Те плантации, которые были на острове до нашего появления, давали мизерный доход. Население острова до нашего появления также было очень малочисленным. И англичане с французами и голландцами не прибрали этот остров к рукам только потому, что он им самим не нужен. Редкие набеги пиратов были скорее их ошибкой – здесь и грабить-то нечего. Поэтому говорить о каких-то потерях для Испании просто несерьезно – Испания сама толком не знала, что делать с этой землей. С нашим приходом все изменилось. На Тринидаде забурлила жизнь, сюда потянулись люди, и начали вращаться большие деньги. Могу вам пообещать, что мы и дальше продложим развитие экономики Тринидада, и это будет очень выгодно в первую очередь для Испании. Мы по прежнему будем снабжать водой и провизией испанские корабли, заходящие на Тринидад после пересечения Атлантики, а также оказывать им всяческое содейтвие в ремонте любой сложности. Мы наладим выпуск товаров, востребованных как в Новом Свете, так и в Европе. А купцы из Торговой Палаты в Севилье пусть исходят злобой и подсчитывают свои убытки. Ничего, кроме вреда, их поведение Испании не приносит. И чем скорее Его Величество осознает это, тем лучше. Если возникнет угроза для испанских владений в Новом Свете, то мы выступим на стороне Испании на море, а в случае возникновения боевых действий на самом Тринидаде – и на суше. И последнее, что мы можем сделать в самое ближайшее время. Мы поможем вернуть под власть испанской короны Ямайку, оккупированную англичанами. Не буду повторять, какое важное стратегическое значение имеет этот остров. Базируясь на Порт Ройял, англичане могут контролировать морские пути в Карибском море. Все, что нам надо от вас, это снискавшая заслуженную славу на полях сражений испанская пехота, и корабли, которые доставят ее на Ямайку. Мы возьмем на себя морскую часть операции – эскортирование кораблей с десантом до Ямайки, обеспечение безопасной высадки на побережье, полное подавление артиллерии противника и разрушение укреплений Порт Ройяла перед штурмом, ведение разведки и уничтожение английских военных кораблей в случае их нападения в открытом море и в бухте Порт Ройяла, если они там окажутся. После этого наведаемся на Тортугу и объясним месье д'Ожерону, местному губернатору, что не стоит прикармливать пиратов и превращать Тортугу в пиратскую базу. Думаю, мы будем достаточно убедительны. В данный момент силы пиратов подорваны. Большая часть их кораблей уничтожена вместе с командами при попытке нападения на Тобаго, а все пираты, высадившиеся на остров, либо перебиты, либо взяты в плен и сейчас трудятся в поте лица своего на Тринидаде. «Пополнение» пиратов из Европы прибудет нескоро. А как только они появятся, мы обеспечим их скорейшее переселение либо на Тринидад для занятия полезным трудом, либо отправим прямиком в ад, где их давно заждались. Как видите, у нас слова не расходятся с делом. Теперь слово за вами, сеньоры.

Леонид замолчал и обвел взглядом собеседников. Какое-то время было тихо, но тут слово взял епископ де Луна.

– Вы правы, дон Леонардо. Давайте сначала сосредоточимся на решении тех вопросов, которые мы в состоянии решить сами и прямо сейчас. Не будем сразу стараться объять необъятное. Мы выяснили, что и вы и мы хотим мира между нами, а это главное. Из этого и будем исходить…

Дальнейший разговор перешел в конструктивное русло. Вопрос о статусе Тринидада отложили на потом. Ведь все равно, властью вице-короля такое не решить. А вот организация совместного отпора пиратам, возврат Ямайки, которая де-юре до сих пор принадлежит Испании, обмен информацией и налаживание торговых отношений – это совсем другое дело. Хотя вопросы торговли весьма скользкие и идут вразрез с прямым запретом Мадрида торговать с кем бы-то ни было, но ведь еще Остап Бендер сказал (или скажет?), что закон – что столб. Перепрыгнуть нельзя, а обойти можно. А поскольку в Новом Свете на этот закон уже практически все местные испанцы смотрели сквозь пальцы, то и найти нужное решение оказалось всего лишь делом техники. Обсуждение вопросов в военной сфере тем более не вызвало разногласий. В составе испанской делегации были люди, сами не раз сталкивавшиеся с пиратами Карибского моря и имеющие к ним свой личный счет. Поэтому ни у кого из присутствующих к концу встречи не осталось сомнений – существовавшему в Новом Свете более века статус-кво пришел конец. История Америки делает крутой поворот.

Когда встреча закончилась и гости удалились отдохнуть, Немчинов сразу же ушел по своим торгово-денежным делам, а Карпова с Матильдой Леонид позвал в свой рабочий кабинет. Вопросов возникло много, и надо было выяснить это как можно скорее.

– Ну, что скажете, сеньоры и сеньориты? Или леди и джентльмены? Каково ваше мнение? Давай первым ты, Михалыч.

– Впечатление благоприятное. Ребята вляпались по самое не балуй и теперь пойдут на что угодно, только бы не обострять с нами отношений. Вплоть до того, что преподнесут все в выгодном свете вице-королю и будут всячески способствовать нашей дружбе. Поскольку им деваться некуда. Глава делегации – этот самый граф де Толедо, далеко не дурак. Но у меня сложилось впечатление, что он играет роль свадебного генерала. А вот епископ де Луна – темная лошадка. И очень может быть, что он фактически всем и заправляет, оставаясь в тени графа. Тем более, с ним прибыли четыре монаха-иезуита. А что это за публика, все хорошо знают. Двое других – обычные военные. Думаю, с майором де Карменатисом мы поладим. Человек неплохо показал себя в бою с пиратами при атаке на Сан-Аугустин и у него к этим бандюкам личные счеты. А вот капитан де Уидобро – сложный вопрос. В нашей истории он один из тех, кому Гена Морган надрал задницу в Маракайбо вместе с адмиралом Эспиносой. Но в этой истории Эспиноса погиб вместе со своей «почти непобедимой армадой», а этот кадр умудрился уцелеть, хотя тоже был там. Как оказалось, он заболел перед самым выходом в море и его оставили в Пуэрто-де-ла-Мар. Именно это его и спасло. И теперь иначе, как божьим провидением, он это не считает. Все прочие – «технические специалисты», каждый в своей области. К дипломатии они никакого отношения не имеют. За исключением сеньориты. Вот это – самая темная лошадка из всех. Уже знаете, кто это?

– Знаем. Фрейлина вице-королевы, Хуана Инес де Асбахе и Рамирес де Сантильяна, вошедшая в историю, как сестра Хуана Инес де ла Крус. Девушка очень умная, неординарная, опередившая свое время. И то, что она напросилась в эту экспедицию, не удивительно. Матильда, а ты что скажешь?

– То же самое, что и Андрэ. Граф де Толедо лишь играет роль главы делегации, но руководит всем епископ де Луна. По поводу сеньориты де Сантильяна вы правы. Я уже успела с ней пообщаться, и могу сказать со всей уверенностью – девушка далеко не так проста, как пытается казаться.

– Ты заглядывала им всем в душу?

– Да, только очень осторожно и они ничего не заметили. Могу сразу вас успокоить, наши гости прибыли с мирными целями и постараются приложить все силы, чтобы загладить все прошлые конфликты. Но вместе с тем они постараются узнать о нас как можно больше, чтобы использовать эту информацию в своих целях. В том числе и возможного «уравнивания шансов», то есть взятия нас под контроль, если это удастся. Теперь то, что касается Хуаны. Она играет в этом далеко не последнюю роль. Девушка умна, образована, красива, общительна. Ни у кого даже мысли не возникнет, что она собирает информацию. Во всяком случае, в Мехико на это очень рассчитывают. Я нашла повод поговорить с ней вчера поздно вечером, а поскольку девушка очень устала и хотела спать, то ничего и не поняла. Я вошла ей в душу, и узнала много интересного. Сразу не стала вам говорить, так как хотела окончательно во всем убедиться и прояснить ситуацию на официальной встрече. Именно поэтому ее сюда и не позвали, чтобы ни у кого не возникло ненужных мыслей по поводу ее истинной роли в этом деле.

– И что же такого интересного ты узнала?

– Когда сведения о появлении «Тезея» и того, что вы творите, достигли Мехико, там сначала не поверили и сочли обычными байками. Но со временем количество поступающих сведений, причем из разных источников, убедили вице-короля и остальных, что на Тринидаде действительно творится что-то непонятное. А уж когда пришли известия о разгроме эскадры адмирала Эспиносы, то и вовсе переполох поднялся. Почти одновременно пришли новости из Панамы о разгроме отряда Моргана в Пуэрто Бельо, а вскоре после этого прибыл наш посланник сеньор де Уидобро. Который не только доставил информацию из первых рук, но также привез вещественные доказательства, сделать которые в этом времени просто невозможно. А затем и о разгроме Порт Ройяла из других источников узнали. Вот тут-то Его Величество и призадумались. Как у вас говорят – классика жанра. Кто виноват и что делать? Применять силу глупо – адмирал Эспиноса уже попытался. Отдавать вам Тринидад просто так тоже нельзя, это фактически признание собственного поражения. В Мадриде этого не поймут, а в Англии, Франции, Голландии и Португалии начнут радостно потирать руки, считая, что это начало конца Испании. Требовалось найти компромисс и он был найден. Снарядить посольство на Тринидад и постараться не допустить конфликтов хотя бы на время, пока не придет конкретный приказ из Мадрида. До этого времени постараться узнать как можно больше о пришельцах, идя им на различные мелкие уступки, стараясь достичь главного – ни в коем случае не допустить ухода пришельцев на сторону. Сделать все возможное, чтобы они заключили союз именно с Испанией. Все это вице-король и озвучил в тайной беседе синьорите де Сантильяна. Девушка сама очень заинтересовалась тринидадаским чудом и захотела посетить остров, поэтому включение ее в состав делегации не вызвало никаких вопросов. При дворе все знают ее незаурядный ум и любознательность. Официально она должна выучить язык пришельцев и ознакомиться с их культурой. Неофициально – собирать всю возможную информацию, какую только сможет найти. Создать хорошее впечатление о себе и постараться войти в доверие к пришельцам. Тут, правда, сеньорита взбрыкнула. Заявила, что шпионить у нее вряд ли получится. Но вице-король все же убедил ее, что к шпионажу ее работа никакого отношения не имеет. Ведь ей тесно и скучно в стенах дворца? А тут такая удивительна возможность прикоснуться к неведомому! Увидеть корабль и людей, пришедших из другого мира! Узнать то, что неведомо еще никому! Короче, искушение оказалось слишком велико, и сеньорита согласилась. Тем более, что ничего предосудительного от нее и не требовали. Только сбор информации.

– Очень интересно… И кому она должна передавать информацию?

– Пока что лично епископу де Луна. Перед своим отъездом он назовет ей человека, который будет с ней на связи.

– Ай да донья Хуана… Друзья мои, кажется я знаю, что надо делать…

– Что? – Карпов и Матильда спросили одновременно.

– В нашей истории Хуана в феврале 1669 года ушла в монастырь. Как говорят, именно из-за того, что чувствовала себя лишней и не понятой в мире. Ее руки и сердца добивались многие, но ни один из претендентов не мог сравниться с ней по уровню интеллекта. А выходить замуж за абы кого она не хотела. Теперь же этого не случилось. Информация о событиях на Тринидаде всколыхнула ее и оторвала от мыслей о своем сером существовании в окружении придворных интриганов.

– Кажется понял, мой каудильо! Хочешь ей жениха из наших подсунуть?

– Вот именно, герр Мюллер! Из твоей команды душегубов ведь еще не все переженились?

– Не все. Познакомим сеньориту с переспективными женихами, пусть выбирает. А уж мои хлопцы произведут впечатление!